<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Кольцо Судьбы. Том 4. Грешник</book-title><author><first-name>Е</first-name><last-name>Юань</last-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/e-yuan</home-page></author><annotation><p>Перевод: Крипт С.</p><p>https://t.me/cript_s</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><sequence name="Кольцо Судьбы"/><genre>proza</genre><genre>uzhasy</genre><genre>putesestviia-i-geografiia</genre><genre>kulinariia</genre><date value="2026-11-17">17.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-17 18:25:31">17.11.2026 18:25:31</date><id>kolco-sudby-tom-4-gresnik</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Кольцо Судьбы. Том 4. Грешник</p></title><section><title><p>Глава 498 Распределение</p></title><p>Глава 498 Распределение</p><p>Улица Белого Пальто, дом 3, квартира 601.</p><p>Лумиан, Франка, Дженна и Антони смотрели на лежащий перед ними серебристо-белый полный доспех, и все погрузились в молчание.</p><p>До прочтения соответствующей информации все они считали этот запечатанный артефакт очень сильным и могущественным; тот «Шквал Света» с недолгим интервалом перезарядки был совершенно смертоносным оружием, ради которого даже Гарднер Мартин, «Жнец» 5-й Последовательности, был готов отказаться от других волшебных предметов, однако когда они дочитали подробные сведения, их первой реакцией было держаться подальше от этого доспеха под названием «Гордыня».</p><p>В тех сведениях о запечатанном артефакте имелось предупреждение, написанное красными чернилами:</p><p>«Проклятие предательства исходит из ненависти и отвращения божества перед падением. Даже ангел не способен по-настоящему его избежать и может лишь до определенной степени снизить влияние негативного эффекта. Единственное решение — раздробить этот доспех, вернув его к чистой Потусторонней характеристике, однако в таком случае он утратит свою уникальность, к примеру, возможность повторно использовать „Шквал Света“ всего через двухминутный интервал без долгого ожидания. Кроме того, Потусторонний, завершивший продвижение приемом зелья, приготовленного из этой Потусторонней характеристики, в течение весьма длительного времени также будет подвергаться предательствам в разумных пределах, не слишком серьезным.»</p><p>Вспомнив сцену гибели Гарднера Мартина, Франка, изначально находившая описание в сведениях чересчур преувеличенным, невольно испугалась, посчитав, что это проклятие предательства может оказаться куда более ужасающим, чем представлялось.</p><p>Лумиан поочередно посмотрел на Франку, Антони и Дженну, обнаружив, что ни один человек не желает забирать этот трофей.</p><p>Он усмехнулся и сказал:</p><p>«Я выбираю первым.»</p><p>Сказав это, он указал на оставшееся после Гарднера Мартина и лежавшее на журнальном столике:</p><p>«Мне нужен „Жнец“.»</p><p>Эта Потусторонняя характеристика соединилась с пальцами, сформировав необычайно острый предмет в виде белого костяного ножа, мерцавший холодным блеском. Владельцу требовалось проявлять достаточную осторожность, чтобы случайно не поранить самого себя.</p><p>Затем Лумиан снова устремил взгляд на ту почерневшую костяную флейту, полученную от генерала Филиппа:</p><p>«А в обмен на это я отдам Потустороннюю характеристику „Гипнотизера“ и брошь „Благопристойность“, все равно вы не сможете этим пользоваться.»</p><p>Согласно сведениям, предоставленным госпожой «Фокусник», хоть эта костяная флейта и была крайне могущественной и особенной, она ввергала владельца в невезение, связанное с кровавыми бедствиями вроде ранений и смерти. Присутствовавшие знали, что только Лумиан способен противостоять такому негативному эффекту и снизить его влияние, не став чересчур несчастным.</p><p>На самом деле, если бы ненависть генерала Филиппа перед смертью не была настолько сильной, а проклятие невезения предмета, образованного в итоге соединения с силой благословения Пути «Усопшего», не оказалось настолько утрированным, Лумиану, напротив, было бы труднее его вынести — в конце концов, никому не хочется постоянно испытывать неудачи, даже если это не смертельно, это приносит огромные неприятности.</p><p>— Слишком сильное невезение было равносильно попытке расшатать судьбу Термибороса, связанную с судьбой Лумиана, а силы этой костяной флейты пока не хватало, чтобы повлиять на ангела.</p><p>Согласно описанию госпожи «Фокусник», костяная флейта, названная Лумианом «Опусом Ненависти», обладала тремя способностями:</p><p>'Простая игра может заставить ее издавать резкий, пронзительный звук, что способен не только нанести урон на уровне духовного тела, вызвав у цели головокружение, тошноту, судороги и тому подобное, но и подвергнуть прямому удару Потусторонних со слабым телосложением, сравнимым с обычным взрослым человеком, вызвав кратковременную слепоту, паралич восприятия или повреждение внутренних органов.</p><p>'Мелодия, звучащая словно из самых глубин реки судьбы, заставит разум или тело врага подвергнуться атаке по уязвимому месту: у обладателей нестабильного психического состояния проявятся симптомы, подобные безумию; у имеющих психологические проблемы вспыхнут соответствующие скрытые угрозы; у тех, чьи желания чересчур избыточны, с некоторой вероятностью они будут подорваны прямо на месте; у страдающих заболеваниями или старыми ранами соответствующее состояние неизбежно обострится; а те, кто и без того недостаточно удачлив, станут крайне невезучими. Разумеется, музыкант должен немного разбираться в инструментах и уметь играть на костяной флейте, иначе он создаст лишь шум, аналогичный эффекту простой игры.</p><p>«Эта костяная флейта не отличается прочностью и не может использоваться для блокирования, однако каждое место, пронзенное ею, приравнивается к уязвимой точке, а если она попадет в настоящую уязвимую точку, враг либо погибнет от одного удара, либо отныне на долгое время взвалит на себя судьбу смерти на социальном уровне.»</p><p>Франка увидела, как Лумиан положил на журнальный столик и тот сгусток бесцветного студня со множеством пузырьков, и вырезанную в виде дрока брошь «Благопристойность», и еле заметно кивнула:</p><p>«Очень справедливо.»</p><p>Увидев, что ни Антони, ни Дженна не возражают, Лумиан достал темно-черный тканевый мешочек, похожий на кошелек для монет, и положил внутрь и Потустороннюю характеристику «Жнеца», и костяную флейту «Опус Ненависти».</p><p>Это была одна из настоящих наград, данных ему госпожой «Фокусник»:</p><p>«Вещмешок путешественника».</p><p>Это был Потусторонний предмет без характеристики, сделанный лично «Фокусником». Внешне казалось, будто он вмещает лишь сто-двести монет, однако внутри имелось иное пространство, сопоставимое с целой квартирой 601, где можно было хранить огромное количество предметов, включая тот доспех «Гордыня».</p><p>«Фокусник» также наложила определенную печать на внутренность этого предмета, благодаря чему находящиеся внутри Потусторонние характеристики не требовалось периодически перекладывать, а негативные эффекты волшебных предметов значительно снижались.</p><p>«Вещмешок путешественника» каждые шесть месяцев требовалось обновлять и укреплять печатью, иначе он становился обычным, лишаясь волшебных способностей; в таком случае предметы внутри, если их вовремя не извлечь, затерялись бы в мире духов, и их было бы трудно вернуть.</p><p>Точно так же Франка получила один «Вещмешок путешественника» в качестве награды.</p><p>Забрав свою долю, Лумиан посмотрел на Антони Рида, давая знак этому «Психиатру» сделать выбор.</p><p>Антони горько ухмыльнулся:</p><p>«Мой вклад наименьший, так что я возьму этот главный ингредиент „Гипнотизера“. Мне кажется, мои психологические проблемы в какой-то мере излечены, можно подумать и о продвижении.»</p><p>В общении с Лумианом, Франкой и остальными он часто слышал слова и фразы, казалось, таившие в себе немало оккультных знаний. Он сдерживал себя и не расспрашивал, однако под постоянным воздействием все же смутно понял множественные закономерности и сущности, о которых прежде и не помышлял бы; перед ним будто открылась дверь в новый мир.</p><p>«Без проблем.» Франка не стала с манерностью предлагать Антони выбрать что-то еще и напрямую сказала Дженне: «Я заберу тот осколок зеркала, оставленный фальшивым Мартином.»</p><p>Этот предмет, названный госпожой «Фокусник» «осколком зеркального мира», служил не только уликой для ее последующего расследования состояния «Изначальной Демонессы», но и сам по себе обладал определенной спецификой:</p><p>Отразив им определенную цель, можно сотворить соответствующего «Человека из зеркала», однако воссоздавать объекты, обладающие божественностью, нельзя, а время поддержания не может превышать пяти минут.</p><p>Существует два типа «Людей из зеркала», созданных с помощью этого осколка: первый — поверхностный зеркальный тип, воссоздаваемый в течение десяти секунд, второй — глубокий перевернутый тип, для успешного создания которого требуется одна минута. Первые, пока сам оригинал не менял пол, остаются в своем первоначальном состоянии, подобно тем, с кем Франка и Лумиан сталкивались ранее, однако сила таких «Людей из зеркала» относительно мала, она соответствует лишь оригиналу на каком-то из прошлых этапов, и они не обладают способностями вроде «Заменителя зеркала»; последние же — это те, с кем они столкнулись на этот раз, практически идеально воссозданные и обладающие уникальными особенностями.</p><p>Разумеется, для «Демонессы Наслаждения» это не слишком практично — если уж отразила силуэт противника в зеркале, почему бы не наложить проклятие напрямую, зачем еще создавать «Человека из зеркала»?</p><p>«Ты можешь взять еще один предмет,» — сказал Лумиан Франке, — «тебе не нужно скромничать, в этих нескольких битвах твой вклад уступает лишь моему.»</p><p>«Что значит „уступает лишь твоему“?» — фыркнула Франка, одновременно с этим пододвинув брошь «Благопристойность» немного ближе к себе.</p><p>Из оставшихся трофеев были лишь тот покрытый темной краской небольшой деревянный сундук, с обеих сторон оснащенный кожаными шторками, да доспех «Гордыня». Дженна не колеблясь выбрала предмет «Теневой ящик властелина».</p><p>По словам Лумиана, ее Монета удачи теперь не приносила дополнительной удачи, а срабатывала лишь в некоторых особых сценариях, поэтому она не считала, что сможет противостоять проклятию предательства доспеха «Гордыня» — если быть настолько горделивой, чтобы не сознавать даже этого, слепо проявлять высокомерие и полагаться на удачу, то конец Гарднера Мартина станет кровавым уроком.</p><p>Способ применения «Теневого ящика властелина» заключался в том, чтобы, держа в руке ценный предмет, просунуть его через боковую «шторку» внутрь того темного деревянного сундука, передать протянувшейся штуковине в форме ладони и высказать свое требование — это могло упростить сложные вещи и облегчить трудные.</p><p>Разумеется, цель, которой хотелось достичь, должна была иметь достаточно определенный объект, ее нельзя было описывать слишком абстрактно. К примеру, нельзя напрямую сказать «я хочу определенную Потустороннюю характеристику» или «определенный волшебный предмет» — необходимо сперва найти соответствующую Потустороннюю характеристику или волшебный предмет, но, будучи не в состоянии заключить сделку, высказать просьбу, и тогда это сможет заставить продавца передумать и с высокой вероятностью предоставить большую скидку.</p><p>У подобных «теневых операций» имелось еще множество сценариев применения, они могли даже позволить двум людям, питающим глубокую вражду, достичь примирения через рукопожатие внутри сундука — ведь тот, кто пожал им руку, на самом деле не был противоположной стороной.</p><p>«Теневой ящик властелина» относился к активным остаткам силы благословения, у него не было Потусторонней характеристики, и использовать его можно было лишь еще девять раз, а негативным эффектом являлось то, что после каждого применения существовала вероятность столкнуться со сделкой от Демона или иного зловещего существа.</p><p>Глядя, как Дженна убирает «Теневой ящик властелина», Франка с улыбкой произнесла:</p><p>«Я хочу обменять брошь „Благопристойность“ на ту черную статуэтку „Изначальной Демонессы“, или же обнулить долг в обмен на нее?»</p><p>Следуя мнению госпожи «Суд», она намеревалась с этой особенной статуэткой проверить реакцию Секты Демонессы и получить от них награду.</p><p>«Э-это же общие Трофеи,» — растерянно отозвалась Дженна.</p><p>Франка с улыбкой сказала:</p><p>'Нет, твои, тогда лишь ты с Монетой удачи могла взять ее, так что она принадлежит тебе.</p><p>«Проще говоря, это добыча „удачи“.»</p><p>Дженна поочередно взглянула на Лумиана и Антони и, увидав, что они оба слегка кивнули в знак согласия, лишь тогда пробормотала:</p><p>«Черт, ты заставляешь меня чувствовать себя так неловко… Пожалуй, я возьму брошь „Благопристойность“, а задолжанные деньги все-таки нужно вернуть лично, только тогда в этом есть смысл.»</p><p>Говоря это, она передала черную статуэтку «Изначальной Демонессы» Франке, а сама забрала вырезанную в виде дрока брошь «Благопристойность».</p><p>Наконец все снова устремили взгляды на серебристо-белый доспех «Гордыня» и еще раз погрузились в молчание.</p><p>Спустя долгое время Франка заговорила:</p><p>'Шарль, забери его себе, пусть будет общим предметом, воспользоваться сможет каждый.</p><p>«Сейчас лишь мне да тебе удобно носить его с собой, а ты вот-вот отправишься в порт Санта провинции Гая королевства Фейнапот и больше не сможешь одалживать моего „Заменителя зеркала“, в критический момент от этого доспеха будет большая польза.»</p><p>Лумиан уже решил затем отправиться в порт Санта провинции Гая королевства Фейнапот, чтобы расследовать тамошнюю церемонию Моления Морю и отыскать следы ключевых членов «Дня дурака» — «Барда» и «Ультрамена».</p></section><section><title><p>Глава 499 Грех</p></title><p>Глава 499 Грех</p><p>На предложение Франки Лумиан без особого интереса ответил:</p><p>«Ладно, если потом кто-то из вас захочет воспользоваться этими доспехами, я 'телепортируюсь» и доставлю их вам.</p><p>«Как это называется? Это называется Почта Шарля, доставка мгновенно!»</p><p>Пошутив так, он подошёл к «Доспеху Гордыни», стоявшему сбоку от чайного столика, и засунул его серебристо-белую перчатку в отверстие «Вещмешка путешественника».</p><p>Вслед за этим действием весь этот высокий полный доспех сжался и ушёл внутрь небольшого тёмно-чёрного тканевого мешка.</p><p>— Пока хоть какая-то часть предмета может войти в «Вещмешок путешественника», то, каким бы большим он ни был, если это не превышает вместимости пространства, он сможет пройти через отверстие, тогда как живую плоть и кровь обычным образом поместить в «Вещмешок путешественника» нельзя.</p><p>Исходя из этих двух пунктов, когда Лумиан получил этот Потусторонний предмет и «инструкцию» к нему, его первой реакцией было то, что его можно использовать для сокрытия трупов.</p><p>«До чего же удивительно…» — Дженна с некоторой завистью смотрела на эту сцену.</p><p>Она уже участвовала во многих оккультных сходках, но никогда не видела ничего подобного, и самым близким к этому оказался тот Мир в картине.</p><p>Спрятав «Вещмешок путешественника» под одежду, Лумиан с улыбкой огляделся по сторонам и сказал Антони и Дженне:</p><p>«После случившегося вы оба, должно быть, поняли, что за мной и Франкой стоит тайная организация — не „Орден Железного Креста“ и не Секта Демонессы. Как вам идея присоединиться? Если нет, вам нужно будет подписать соглашение о неразглашении или дать обязательство хранить тайну.»</p><p>Дженна и раньше слышала от Лумиана и Франки об этой тайной организации, знала, что они на самом деле веруют в господина «Шута», знала, что кодовыми именами там служат Карты Таро, и теперь, получив отклик от «Шута», она больше ни секунды не сомневалась:</p><p>«Я хочу стать одной из вас.»</p><p>Антони Рид помолчал несколько секунд и пробным тоном спросил:</p><p>«Ваша организация следует за какой-то сокрытой сущностью?»</p><p>«Это ортодоксальное божество,» — ответил Лумиан с видом человека, понимающего его опасения. — «Если не веришь, я могу сходить с тобой в церковь.»</p><p>Антони наблюдал за его взглядом и выражением лица, убеждаясь, что тот не лжёт.</p><p>Этот «Психиатр» горько ухмыльнулся и сказал:</p><p>«Тогда у меня тоже нет возражений. Прежний опыт и нынешнее происшествие заставили меня понять одну истину: я всё ещё слишком слаб и совершенно не способен предотвратить подобное бедствие. Даже если оно разворачивается прямо у меня на глазах, мне остаётся лишь беспомощно смотреть, как я сам и люди вокруг меня падают в бездну.»</p><p>А чтобы стать сильнее, вступление в тайную организацию — хороший выбор, особенно если эта тайная организация следует за ортодоксальным божеством.</p><p>Будучи верующим «Бога Пара и Машин», Антони только что мысленно перебрал каноны и обнаружил, что в священных текстах Церкви нет ничего о вражде с каким-либо из ортодоксальных божеств, в отличие от Церкви «Вечного Пылающего Солнца», которая постоянно учит верующих ненавидеть всё, что связано с «Повелителем Бурь» и «Богом Знаний и Мудрости».</p><p>Иными словами, вера не помешает Антони вступить в такую тайную организацию.</p><p>Не дожидаясь ответа Лумиана и Франки, Антони самоиронично усмехнулся:</p><p>'Изначально я думал вернуться на западное побережье Моря Затвора и вести деревенскую жизнь, но теперь очень опасаюсь, что так не удастся по-настоящему сбежать от бедствий. Как и жители Рыночного округа — кто из них захочет снова и снова подвергаться аномалиям, балансируя на грани жизни и смерти? Однако их воля и их желания ничего не решают.</p><p>«Судя по моему личному опыту, катастрофы происходят всё чаще.»</p><p>Лумиан насмешливо подколол товарища:</p><p>«После того как твоё психическое заболевание исцелили, ты стал многословен.»</p><p>Вслед за этим он сказал:</p><p>«Когда за вами закрепят определённую карту Старших Арканов и дадут поручение, тогда и обсудим дальнейшее.»</p><p>Дженна поджала губы и с немного помрачневшим видом произнесла:</p><p>«На самом деле мне довольно нравилось жить в Рыночном округе…»</p><p>Теперь, похоже, придётся отсюда переехать.</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«На самом деле это защита Рыночного округа: „Охотник“ и „Демонесса“ всегда приносят бедствия.»</p><p>Всегда приносят бедствия, даже если ничего не делают? Взгляд Дженны сфокусировался, и она погрузилась в раздумья.</p><p>«Проваливай! Это только с тобой всё так!» — с досадой и смехом выругалась Франка.</p><p>За последние несколько месяцев подавляющее большинство бедствий в Рыночном округе разворачивалось вокруг Шарля, при чём тут мы с Дженной?</p><p>Разве это не доказывает, что «007» был прав?</p><p>Закончив с остальными делами, Лумиан и Франка под утренним солнечным светом вышли из дома 3 по улице Белого Пальто: один направлялся в штаб-квартиру журнала «Медиум» на улице Шер в Районе Бульваров, а вторая собиралась в городок Шайо.</p><p>Лумиан не стал, как обычно, садиться на омнибус, а выбрал четырёхколёсный двухместный наёмный экипаж.</p><p>За окном кареты уличные торговцы продавали кислый эль, мясные пироги, пресноводную рыбу, луковый хлеб, острый соус, бобовое пюре и прочее; прохожие то останавливались сделать покупки, то спешили мимо — одни в одежде мелких клерков, другие в рабочей форме разных цветов.</p><p>После вчерашнего ночного бунта и апокалиптического ливня здесь снова царило шумное оживление.</p><p>Для Лумиана это ничем не отличалось от прежнего Рыночного округа, за исключением того, что он снова стал разыскиваемым преступником — в качестве члена «Ордена Железного Креста» и главаря Савойской банды Шарля Дюбуа.</p><p>Предприятия вроде танцевального зала «Бриз», без сомнения, перешли в руки Главного управления полиции, а силы «Ордена Железного Креста» в Рыночном округе оказались практически выкорчеваны с корнем.</p><p>Лумиану было досадно из-за этого, так как это означало потерю стабильного источника денег.</p><p>Разумеется, приютив вчера ночью Людвига и передав сведение об этих материалах госпоже «Фокуснику», он, пока суматоха ещё не улеглась окончательно, специально наведался в танцевальный зал «Бриз» и забрал из сейфа 30 тысяч феров, так что теперь при нём было в общей сложности 75 тысяч феров и золото стоимостью в 1000.</p><p>Глядя на снующих туда-сюда людей и слушая выкрики торговцев, Лумиан постепенно погрузился в свои мысли.</p><p>Отчитавшись о вчерашнем происшествии господину K и получив согласие этого оракула ордена Авроры, он покинет Трир и отправится в Королевство Фейнапот.</p><p>Перед тем как официально отправиться в путь, ему предстояло сделать ещё три вещи:</p><p>Во-первых, разыскать снова ставшего безработным Лугано Тоскано и спросить, не хочет ли тот отправиться с ним в порт Санта в Королевстве Фейнапот: этот Потусторонний, уже ставший «Врачом» Последовательности 8, раньше часто отправлялся на поиски приключений в Королевство Фейнапот и свободно владел языком Плато, в то время как Лумиан знал лишь интисский и древнефейсакский языки, и если бы он опрометчиво отправился к месту назначения, то попал бы в затруднительное положение, где пришлось бы общаться исключительно с помощью языка жестов;</p><p>Во-вторых, дождаться, пока Старшие Арканы дадут задания Дженне и Антони, чтобы посмотреть, нельзя ли действовать вместе и помогать друг другу;</p><p>В-третьих, воспользоваться сведениями о существах мира духов, связанных с посланниками, которые госпожа «Фокусник» дала вместе с рецептом зелья «Жнеца», и попытаться обзавестись собственным посланником — так в дальнейшем связываться с Франкой и остальными станет намного удобнее; кроме того, ему нужно провести ритуал, чтобы добавить одну или две контрактные способности.</p><p>…………</p><p>Район Бульваров, улица Шер, дом 19, цокольный этаж того кремово-белого роскошного здания.</p><p>Лумиан снова встретился с господином K в подземном помещении.</p><p>Этот оракул, чьё лицо скрывалось в тени капюшона, сидел на кресле с красной спинкой и глубоким взглядом смотрел на Лумиана.</p><p>«Вчера ночью я попал в Трир Четвёртой Эпохи,» — Лумиан сразу перешёл к делу, стремясь привлечь внимание господина K именно к этому событию.</p><p>Голова господина K в капюшоне, казалось, слегка кивнула:</p><p>«Я знаю. Расскажи обо всём по порядку и во всех подробностях.»</p><p>«Знаешь?» — Лумиан на миг опешил, но тут же начал рассказывать с того момента, как в ходе мести схватил Бувара Помперо, и вплоть до того, как они с Франкой и остальными одолели Гарднера в зеркале и воспользовались тем особым зеркальным миром, чтобы сбежать из Трира Четвёртой Эпохи.</p><p>Во всей этой истории он говорил лишь о собственных переживаниях, не касаясь того, через что прошли Дженна и остальные, и сделанных им выводов: к примеру, он не упомянул ни Монету удачи, ни молитву Дженны к господину «Шуту», сказав лишь, что неким непостижимым образом попал в Мир в картине.</p><p>Точно так же он умалчивал и о многих других деталях.</p><p>Господин K внимательно выслушал всё до конца, ни разу не перебив Лумиана.</p><p>Лишь когда Лумиан упомянул, что отделение «Ордена Железного Креста» в Рыночном округе зачищено, а его собственная личность раскрыта и скрываться больше нельзя, из-за чего он хочет на некоторое время покинуть Трир и отправиться в Фейнапот на поиски врага, господин K поднялся и хриплым голосом произнёс:</p><p>'Без проблем.</p><p>«Ты в любой момент можешь обратиться ко мне за помощью.»</p><p>Сказав это, не дожидаясь ответа Лумиана, этот оракул ордена Авроры развернулся, резко упал на колени и распростёрся на полу.</p><p>Лицо господина K плотно прижалось к каменной плитке пола, и он забормотал что-то себе под нос, непонятно что делая.</p><p>Лумиан тихо ждал, не перебивая господина K. Он лишь чувствовал, как окружающие тени становятся гуще и тяжелее, словно из глубины на него смотрит один глаз за другим, отчего волоски на его коже невольно вставали дыбом, а по хребту пробегал холодок.</p><p>Впрочем, он не нервничал — то, что члены ордена Авроры внезапно сходят с ума и делают разные странности, казалось ему совершенно обычным делом.</p><p>Неизвестно, сколько прошло времени в этом неописуемом оцепенении, как господин K заходился в неистовом кашле, и на пол, казалось, брызнули капли крови.</p><p>Вслед за этим он поднял голову и скрывающим безумие глухим, хриплым голосом произнёс:</p><p>«Милосердный Отец, молю, прости мне согрешения мои.»</p><p>Повторив это трижды подряд, господин K снова прижался лицом к полу, издав звуки, похожие на жевание и пожирание.</p><p>Закончив всё это, он поднялся на ноги и четырежды коснулся груди в порядке: сверху, снизу, слева, справа.</p><p>«Что произошло, почему ты каешься?» — только тогда из любопытства спросил Лумиан.</p><p>Господин K хриплым голосом ответил:</p><p>«Во время вчерашней катастрофы наш орден Авроры не смог вовремя отреагировать и не помог тебе сорвать тот ритуал. Это моя халатность.»</p><p>«В этом нет твоей вины,» — ответил Лумиан с лёгким движением уголков губ.</p><p>Это в основном из-за действий «Клуба Таро» планы «Постоялого двора» оказались сорваны раньше срока, и то, что орден Авроры сумел быстро разобраться в происшедшем, уже весьма неплохо; совсем незачем из-за этого каяться и брать всю вину на себя.</p><p>Господин K покачал головой:</p><p>«Каковы бы ни были причины, справиться плохо — уже грех.»</p><p>«И к чему только такая гиперответственность… Вы всего лишь тайная организация, а не фанатичные верующие „Вечного Пылающего Солнца“…» — про себя проворчал Лумиан.</p><p>Словно уловив его мысли, господин K распростёр руки и с невероятным фанатизмом произнёс:</p><p>«Ибо наш орден Авроры рождён для того, чтобы нести на себе все грехи.»</p><p>«По-моему, вы перегибаете палку…» — Лумиан с трудом удержал выражение лица под контролем.</p></section><section><title><p>Глава 500 Происхождение осколка</p></title><p>Глава 500 Происхождение осколка</p><p>Господин K не выдвигал никаких требований к поездке Люмиана в Фейнапот, а лишь повторял ему, что в случае возникновения трудностей тот может воспользоваться тем пальцем в любое время. Пока он не находится в особой обстановке, этот оракул «Ордена Авроры» сможет почувствовать его благодаря связи между плотью и кровью, оказав тем самым помощь в кратчайшие сроки.</p><p>Расстояние чувствительности весьма приличное, как и полагается части собственного тела… Интересно, если «Демонессы» получат этот палец, смогут ли они завершить проклятие… С рассеянными мыслями Люмиан попрощался с Господином K и покинул дом 19 по улице Шер — это кремово-белое роскошное здание.</p><p>…………</p><p>Городок Шайо, у ворот поместья, окружённого виноградными деревьями и виноградными лозами.</p><p>Франка увидела Бранш Сорен, чьи оранжево-красные длинные волосы ниспадали подобно водопаду.</p><p>Эта Демонесса насмешливо улыбнулась:</p><p>«Слышала, твой любовник умер?»</p><p>«Ты только что выпила зелье „Провокатора“?» Франка ничуть не уступала, посмеиваясь над соперницей: «Неужели члены семьи Сорен с самого рождения обладают чертами „Провокатора“?»</p><p>Не дожидаясь ответа Бранш, Франка прошла мимо неё и, проходя рядом, тихо усмехнулась:</p><p>«Да, Гарднер Мартин действительно мёртв, я убила его своими руками.»</p><p>Зрачки Бранш расширились, она в изумлении повернула голову, глядя на Франку в профиль. Лицо этой новоприбывшей Демонессы озаряла лёгкая улыбка, однако взгляд её был глубоким и тёмным, сочетая в себе ощущение радости и боли, сдержанности и жестокости.</p><p>Франка хотела добавить: «Я ещё и лично слышала предсмертный вопль твоего предка, когда его убивали», но это разоблачило бы факт владения огромным количеством секретных сведений и оккультных знаний, недоступных для её уровня, и вызвало бы подозрения Секты Демонессы. Поэтому ей пришлось отказаться от этого замысла и, продолжая идти вперёд, с улыбкой произнести:</p><p>«А потом я забрала из рук Гарднера Мартина и его сообщника тот предмет, который они тайно переправили в Трир из-под земли.»</p><p>«Нашла? Что это?» Бранш не ожидала, что Франка действительно сможет выполнить это задание, испытывая одновременно удивление и некоторую зависть.</p><p>Франка не стала скрывать: в этом и заключалась цель её визита к «Чёрной Демонессе» Клариссе.</p><p>Она достала ту иссиня-чёрную статуэтку божества, чьи волосы спадали в противоположном от традиционного направлении, и помахала ею перед Бранш.</p><p>Выражение лица Бранш мгновенно застыло, словно она увидела нечто невероятно ужасное.</p><p>«Оно… как оно могло… как оно могло появиться…» — голос этой «Демонессы Наслаждения» становился всё тише, а в тоне кролся трудноскрываемый шок.</p><p>«Ты знаешь, что это?» — воспользовавшись случаем, спросила Франка.</p><p>Бранш встрепенулась и с мерцающим взглядом произнесла:</p><p>«Мой учитель расскажет тебе.»</p><p>Франка не стала расспрашивать дальше и с улыбкой сменила тему:</p><p>«Почему твой учитель называет себя „Чёрной Демонессой“? Разве нормальные люди не считают слово „демонесса“ уничижительным?»</p><p>«У каждого свои эстетические вкусы. Некоторые любят называть себя святыми девами, а кто-то считает, что слово „демонесса“ звучит круто и несёт в себе особый, нетривиальный дух.» — Бранш всем видом показывала склонение ко второму варианту.</p><p>Мужчины остаются мальчишками до самой смерти и всегда страдают избытком самосознания, верно? Даже если это бывший мужчина… Франка всерьёз задумалась и поняла: если бы её назвали какой-нибудь Демонессой, она, испытывая неловкость, в глубине души наверняка почувствовала бы странную гордость. А вот если бы её окрестили Святой Девой, у неё точно побежали бы мурашки по коже и захотелось бы пальцами ног вырыть яму и зарыться с головой.</p><p>Вскоре Франка встретила «Чёрную Демонессу» в беседке, скрытой среди виноградных деревьев и густых лоз.</p><p>Тёмно-серые глаза Клариссы выражали лёгкую печаль, когда она окинула взглядом лицо Франки и чёрную статуэтку «Изначальной Демонессы» в её руке.</p><p>Её взгляд задержался на статуетке на несколько секунд, и она произнесла:</p><p>«Это получено от „Ордена Железного Креста“?»</p><p>«Да.» Франка по собственной инициативе рассказала о событиях прошлой ночи.</p><p>Она начала с неудавшейся слежки за членом Карбонариев и дошла до того, как они с Антони Ридом, находясь в квартире 601 дома 3 по улице Белого Пальто, под воздействием аномалии статуэтки «Изначальной Демонессы» и древнего серебряного зеркала странным образом попали в запечатанный Трир Четвёртой Эпохи.</p><p>Она больше не скрывала существование древнего серебряного зеркала, лишь упомянула, что несколько месяцев назад случайно найдя его под землёй, в этот раз оно сыграло определённую роль, а затем погрузилось под землю и исчезло без вести.</p><p>Всё это было правдой, каждое слово являлось фактом.</p><p>«Чёрная Демонесса» Кларисса прервала рассказ Франки и задумчиво спросила:</p><p>«Ты сразу после входа столкнулась с Гарднером Мартином?»</p><p>Хотя она не видела этого своими глазами, но, казалось, предвидела подобный ход событий.</p><p>«Да, а также с тем членом Карбонариев — им оказался инсценировавший смерть генерал Филипп, именно у него и была найдена эта странная статуэтка.» — честно ответила Франка. — «Тогда мы с Антони чуть не погибли от рук Гарднера и Филиппа. К счастью, Шарль и Дженна тоже каким-то немыслимым образом оказались внутри и прятались неподалёку.»</p><p>Она кратко описала то сражение, намеренно склоняя способности Дженны к «Вампиру».</p><p>Выслушав часть рассказа, «Чёрная Демонесса» подняла правую руку и тихонько провела по своему лицу:</p><p>«Ты говоришь, вдали на пустоши находилась область с хаотичной погодой, и внутри той области фигура гиганта была окружена ураганом и густым туманом?»</p><p>«Да, мы даже слышали его рёв и едва не утратили укрощение. К счастью, мы вовремя вошли в город, окутанный серым туманом, так что шумы снаружи доносились очень смутно.» Франка не ожидала, что «Чёрная Демонесса» проявляет такой интерес к этому гиганту.</p><p>Кларисса молча выслушала, после чего тихо вздохнула — с оттенком печали, затаённой утери и какого-то неописуемого облегчения, вызывая особый трепет и сочувствие.</p><p>Бранш стояла рядом и смотрела на наставницу с недоумением, словно не понимая, почему «Чёрная Демонесса» так отреагировала.</p><p>Франка сначала тоже удивилась, но внезапно в её голове мелькнула мысль:</p><p>Бранш из семьи Сорен, но не относится ли к ней и сама «Чёрная Демонесса»?</p><p>Принадлежат ли они к той ветви семьи Сорен, которая перешла на сторону Секты Демонессы?</p><p>Но цвет волос и глаз «Чёрной Демонессы» совсем не похож на черты прямых потомков семьи Сорен…</p><p>Если обе они из семьи Сорен, может ли «Чёрная Демонесса» быть родственницей Бранш, или даже её отцом либо матерью, отчего Бранш и вырастили такой?</p><p>«Чёрная Демонесса» вздохнула потому, что услышала о нынешнем состоянии Вермонды Сорен и поняла замыслы «Ордена Железного Креста»?</p><p>Пока мысли стремительно проносились в её голове, Франка продолжила рассказывать о битве их четвёрки против Гарднера в зеркале и, наконец, достала тот иссиня-чёрный «осколок зеркального мира»:</p><p>«Ваше Превосходительство „Чёрная Демонесса“, что это такое? И чем является эта статуэтка?»</p><p>«Чёрная Демонесса» Кларисса взглянула на «осколок зеркального мира» и чёрную статуэтку «Изначальной Демонессы» и произнесла:</p><p>«В обычной мистике зеркальный мир не является миром в полном смысле этого слова, а принадлежит к совокупности понятий „дверей“, соединяющих зеркала и Иные измерения. Однако многие члены нашей Секты Демонессы знают, что в некоторых особых местах по определенным уникальным причинам существуют несколько зеркальных миров с монстрами и реальным пространством. Тот, с которым вы столкнулись, как раз один из них, а это — осколок того мира……»</p><p>Она в общих чертах рассказала то, что Франке уже было известно об «осколке зеркального мира», и под конец добавила:</p><p>«Изначально его следовало сдать мне в обмен на награду, но, судя по твоему описанию, немало подземных 'Людей из зеркала» уже проникли в Трир. Этот осколок поможет тебе выслеживать их, находить и уничтожать. Ты можешь временно оставить его у себя, пока задание не будет выполнено.</p><p>«Хм, это и есть твоё следующее задание: очистить Трир от „Людей из зеркала“ и собрать аналогичные осколки, которые могут у них иметься.»</p><p>Происхождение и свойства совпадают с тем, что говорила мисс «Фокусник», похоже, Кларисса меня не обманула… Эх, теперь моё задание в Трире, и я не могу отправиться с Шарлем в Фейнапот на поиски «Барда» и остальных… В критический момент я могу попросить его задействовать «Телепортацию» и перенести меня туда, чтобы помочь… Франка про себя вздохнула и произнесла:</p><p>«Да, Ваше Превосходительство „Чёрная Демонесса“.»</p><p>«Чёрная Демонесса» сменила тему:</p><p>'Эта статуэтка божества происхождением из одного из тех особых зеркальных миров.</p><p>«Мы поклоняемся Изначальной из реальности, а те „Люди из зеркала“ поклоняются Изначальной из зеркала, хотя на самом деле это лишь Её проекция в зеркале.»</p><p>Всё именно так, как я и думала… Проекция «Изначальной Демонессы» в зеркале подверглась мутации и обрела собственную волю, из-за чего Её состояние всё время остаётся нестабильным? Или Кларисса сказала не всю правду? Франка по знаку «Чёрной Демонессы» передала той особую статуэтку.</p><p>Кларисса слегка кивнула и произнесла:</p><p>«Задание с „Орденом Железного Креста“ ты выполнила даже лучше, чем я ожидала, забрав эту особую статуэтку. Какую награду ты бы хотела получить?»</p><p>Франка без колебаний ответила прямо:</p><p>«Рецепт зелья „Страданий“ или Волшебный предмет, позволяющий совершать Переход сквозь мир духов.»</p><p>«Чёрная Демонесса» едва заметно улыбнулась:</p><p>«В этот раз я сперва дам тебе рецепт зелья „Страданий“, а когда ты выполнишь следующее задание, сможешь выбрать Волшебный предмет со способностью „Перехода сквозь мир духов“.»</p><p>То есть за мою нынешнюю заслугу предмет телепортационного типа ещё не получить, но её ценность выше рецепта «Демонессы Страданий», так что часть заслуг можно приберечь и потом обменять вместе с новыми? Франка ненадолго задумалась и сказала:</p><p>«Хорошо.»</p><p>«Чёрная Демонесса» Кларисса тут же подняла правую руку и провела ею по воздуху.</p><p>Франка мгновенно увидела, как на краю беседки, на поверхности скопившейся воды, чернильно-чёрными словами на языке Гермеса вырисовывается текст:</p><p>«Рецепт зелья 'Страданий»:</p><p>'Последовательность: 5;</p><p>'Основные ингредиенты: голова маскированной летучей мыши, желчный пузырь двуххвостой чёрной змеи;</p><p>'Вспомогательные ингредиенты: кровь маскированной летучей мыши 30 мл, кровь тяжелобольного человека 50 мл, кончик хвоста двуххвостой чёрной змеи, эфирное масло синего эвкалипта 10 капель;</p><p>«Ритуал: без использования двойников быть сожжённой на костре в течение четверти часа, выжить и не сойти с ума.»</p><p>Ссс… От одного вида текстового описания уже становится больно… Франка не удержалась и вжала голову в плечи.</p><p>Запомнив рецепт зелья, она в сопровождении Бранш покинула поместье.</p><p>«Чёрная Демонесса» Кларисса молча смотрела ей вослед, после чего достала из потайного кармана чёрного придворного платья один предмет.</p><p>Это был осколок зеркала с иссиня-чёрной поверхностью.</p><p>Он был невероятно похож на «осколок зеркального мира» в руках Франки, отличаясь лишь неровностями сколов по краям.</p></section><section><title><p>Глава 501 Подозрительное отношение</p></title><p>Глава 501 Подозрительное отношение</p><p>Шатен с карими глазами, правильными чертами лица и дюжим телосложением, Лугано Тоскано, облачённый в недорогой чёрный костюм, опустив голову, быстро шагал среди снующей туда-сюда толпы, прижимая рукой наддвинутую низко на лоб шляпу.</p><p>Попетляв по переулкам, этот Потусторонний, уже продвинувшийся к 8-й Последовательности «Врач», свернул на улицу Каменных Плит возле рынка Честного Человека и, ступая по скрипучей деревянной лестнице, поднялся на самый верхний этаж ветхого дома.</p><p>Едва проснувшись сегодня утром, он не успел даже позавтракать, как соратник сообщил ему, что он объявлен в розыск — как доверенное лицо Шарля Дюбуа и Потусторонний, заправлявший танцевальным залом.</p><p>Хотя Лугано пребывал в полной растерянности и понятия не имел, что замышляет верхушка Савойской банды, будучи абсолютно уверенным, что сам ни во что не вмешивался, но для дикого Потустороннего само существование уже являлось виной, так что в условиях розыска он не смел и помышлять о том, чтобы пойти к «Очистителям» или членам «Сердца Механизмов» за разъяснениями, а потому мог лишь собрать вещи и перебраться прямо в заранее приготовленное убежище, о котором не знал ни один из его соратников, намереваясь понаблюдать ещё несколько дней, прежде чем решать, как поступить дальше.</p><p>Воспользовавшись обеденным перерывом на фабриках, когда Рыночный округ стал ещё более оживлённым, Лугано спустился вниз и прошёлся вокруг, без особого удивления обнаружив, что действительно объявлен в розыск с наградой за голову в 2000 феров.</p><p>Из этого он понял, что не представляет особой ценности, и спустя некоторое время официальные Потусторонние, возможно, и вовсе забудут о нём.</p><p>Подойдя к комнате, которая была ничуть не больше чердака, Лугано достал латунный ключ и отпер тёмно-коричневую деревянную дверь.</p><p>Со скрипом дверь отворилась, и в глазах «Врача» отразился силуэт.</p><p>За простым деревянным столом сидел Шарль Дюбуа — с золотистыми волосами с чёрными прядями, с серебристо-белым каффом в ухе, в белой рубашке, тёмном жакете, серо-синих брюках и кожаных туфлях со шнуровкой.</p><p>Как он нашёл это место? Кроме меня и домовладельца, живущего в другом районе, никто не знал об этом убежище! Сегодня его впервые официально использовали! Зрачки Лугано мгновенно расширились, словно он пытался таким образом отчётливее разглядеть фигуру в полутёмной комнате.</p><p>Изначально распахнутые шторы неизвестно когда оказались задёрнуты.</p><p>Лумиан с улыбкой посмотрел на Лугано и произнёс:</p><p>«Что, не рад мне?»</p><p>Лугано подсознательно расплылся в улыбке:</p><p>«Ваш визит — честь для меня, я просто не ожидал, что вы знаете о моей конуре.»</p><p>Это было и самоуничижением, и намёком Лумиану:</p><p>Я не забыл, что я ваша собака!</p><p>Лугано заговорил, одновременно входя в комнату и притворяя за собой деревянную дверь.</p><p>В комнате сразу сделалось темно, но тут же раздался щелчок пальцев.</p><p>Свеча на простом деревянном столе вспыхнула, затеплившись желтоватым огоньком.</p><p>Лумиан опустил поднятую правую ладонь и слегка кивнул:</p><p>«Хочешь о чём-то спросить?»</p><p>Лугано не стал спрашивать, в чём именно провинилась верхушка Савойской банды, из-за чего и он попал в розыск, — его куда больше волновало другое:</p><p>«Господин Шарль, как вы узнали, что я в этом убежище?»</p><p>Лумиан рассмеялся:</p><p>«Всё, что я хочу найти, я смогу найти.»</p><p>Это… Взгляд Лугано Тоскано замёрз, он ощутил исходившую от собеседника мощную уверенность в себе.</p><p>А реальные действия Шарля доказали сказанные им слова.</p><p>Лумиан, разумеется, не собирался говорить Лугано, что многократно выслеживал его и досконально выяснил, где находятся все три его убежища.</p><p>— Будучи «Охотником», он в свободное время бродил по Рыночному округу, точа навыки слежки, и знал здешнюю обстановку наизусть.</p><p>Обычных прохожих и жильцов он выбирал случайным образом для слежки и не мог проследить за каждым, но такой Потусторонний, как Лугано Тоскано, который сам явился с предложением своих услуг и стал его подчинённым, неизбежно попадал под особое расследование, дабы не оказаться проданным ни за грош.</p><p>Не давая Лугано задать следующий вопрос, Лумиан прямо произнёс:</p><p>«Мне нужна твоя помощь в одном деле.»</p><p>«Это честь для меня.» — Лугано, даже не спросив, в чём суть дела, держался так, словно заранее был согласен.</p><p>До чего же льстиво… Я ведь сейчас разыскиваемый преступник, лишился танцевального зала «Бриз» и прочих заведений, и больше не могу предоставить тебе никаких ресурсов… — Лумиан погладил подбородок правой рукой:</p><p>«Я собираюсь отправиться в Королевство Фейнапот и хочу взять тебя в качестве переводчика.»</p><p>Лугано без малейших колебаний ответил:</p><p>«Без проблем.»</p><p>Вот как? А вот у меня есть проблемы… Такая «преданность» Лугано, который не спрашивал о причинах и не требовал выгоды, вызвала подозрения у Лумиана, являвшегося «Заговорщиком», и его разум мгновенно предельно сконцентрировался.</p><p>Неужто этот парень, как и мальчик Людвиг, «подослан» ко мне какой-то силой? — Лумиан приподнял бровь и с улыбкой произнёс:</p><p>«А я-то думал, ты откажешься, ведь ты уже стал „Врачом“, и даже без всякого риска способен обеспечить себе весьма достойную жизнь.»</p><p>«Врач» ведь мог при помощи Потусторонних способностей исцелять болезни и травмы, благодаря чему в любой стране и в любом городе легко прокормил бы себя.</p><p>Лугано бесстыдно ухмыльнулся:</p><p>'Я ведь тоже в розыске и как раз думал сменить обстановку, переждать какое-то время, а потом вернуться в Трир, к тому же я верю, что вы щедро вознаградите меня.</p><p>«„Врач“ хотя и может лечить болезни, но не может применять Потусторонние способности без всякого прикрытия — это привлечёт внимание официальных Потусторонних. Если только не крутиться исключительно на чёрном рынке, наилучшим выбором остаётся подделка врачебной лицензии и открытие клиники, где при обычном лечении вспомогательно задействуются Потусторонние способности. А для этого требуется внушительный стартовый капитал и достаточные медицинские знания. Последнее у меня уже есть, а вот что до первого… я только что потратил все сбережения на главные и вспомогательные ингредиенты для зелья „Врача“.»</p><p>Говоря это, Лугано улыбался всё более угодливо:</p><p>«А когда я стану известным в Трире врачом, то буду зарабатывать не менее 200 тысяч феров в год, и тогда мне действительно больше не придётся идти на риск. Даже если я не захочу слишком славиться, чтобы не попасть на заметку официальным Потусторонним, зарабатывать сорок-пятьдесят тысяч феров в год будет очень легко.»</p><p>Отлично осведомлён о доходах трирских врачей… — Лумиан пристально вглядывался в лицо Лугано; сомнения в его душе немного улеглись, но всё ещё оставались.</p><p>Он быстро принял решение и неторопливо поднялся:</p><p>«Отлично, жди меня здесь три дня, я закончу кое-какие дела и вернусь за тобой. Тогда я выплачу аванс в 5000 феров, а когда твои услуги переводчика больше не понадобятся, дам ещё 5000 феров. Если по пути случится бой, ты сможешь делить трофеи по правилам искателей приключений, а после я выплачу тебе компенсацию — не менее 5000 феров.»</p><p>«Хорошо, господин Шарль.» — Лугано с сияющей улыбкой проводил Лумиана из комнаты.</p><p>В течение всего этого времени Лумиан краем глаза наблюдал за выражением лица и движениями «Врача», но не обнаружил никаких странностей.</p><p>Он и правда такой человек, без всяких странностей, или же его актёрская игра настолько хороша? Лумиан смотрел прямо перед собой, ровным шагом спускаясь по лестнице.</p><p>…………</p><p>Дженна не стала долго оставаться в квартире 601 дома №3 по улице Белого Пальто, собрала свои вещи, намереваясь перебраться в одно из убежищ Франки в Районе Пантеона.</p><p>— Как главарь Савойской банды и любовница Гарднера Мартина, Франка парадоксальным образом всё ещё не была объявлена в розыск, но, возможно, всего через несколько часов официальные Потусторонние придут к ней с арестом, поэтому перед поездкой в городок Шайо эта «Демонесса Наслаждения» уложила свои вещи и громоздкий багаж Дженны в «Вещмешок путешественника», чтобы иметь возможность сменить место жительства в любой момент.</p><p>Держа в руке коричневый чемодан, Дженна только вступила на улицу Белого Пальто, как краем глаза заметила в боковом переулке странные символы, похожие на детские каракули.</p><p>Это было послание от «Очистителей» с требованием о встрече.</p><p>Дженна шла вперёд и одновременно колебалась.</p><p>Раньше она действительно обсуждала с Лумианом, Франкой и Энтони, как рассказать о том, что произошло прошлой ночью, если они столкнутся с «Очистителями», но теперь, когда ей действительно предстояло встретиться с официальными Потусторонними, она всё равно чувствовала огромный риск и сильное беспокойство в душе.</p><p>После почти десяти минут взвешивания всех «за» и «против» Дженна тихо вздохнула, свернула на Рыночный проспект и направилась к переулку за церковью Святого Роберса.</p><p>Именно там была назначена встреча.</p><p>Её брат Джулиан всё ещё находился в порту Лесель и через несколько месяцев должен был вернуться в Трир; она не хотела из-за своих дел навредить единственному оставшемуся близкому человеку и не желала, чтобы он жил в постоянном страхе и прятался по углам, а потому, если только оставался хоть какой-то шанс, хотела наладить хорошие отношения с «Очистителями», чтобы те могли присмотреть за её братом.</p><p>Я и так уже Ведьма, приносящая бедствия, так пусть же я и несу бремя этих тёмных и опасных дел… — Дженна опустила веки, беззвучно шепнула себе и ускорила шаг.</p><p>На этот раз в переулке за церковью Святого Роберса она увидела не только Валентина и Имре, но и мужчину с золотистыми волосами, бровями и бородой, облачённого в коричневое двубортное пальто.</p><p>«Это наш дьякон, господин Ангулем,» — представил его метис Имре. — «Он придаёт большое значение вчерашней катастрофе и хочет узнать, какими сведениями ты обладаешь.»</p><p>По их мнению, Челия Бело была тесно связана с Шарлем и Франкой, из которых первый являлся двойным подчинённым Гарднера Мартина, а вторая — его любовницей, так что они оба должны были до некоторой степени осознавать происходящие в Рыночном округе беспорядки и аномалии.</p><p>Именно благодаря наличию такого осведомителя, как Дженна, «Очистители» по предложению Ангулема пока не стали предпринимать никаких действий против Франки и квартиры 601 дома №3 по улице Белого Пальто, а лишь объявили в розыск Шарля Дюбуа, опознанного другими членами «Ордена Железного Креста» как «Солдат» этой тайной организации.</p><p>Дженна отвела взгляд от золотых пуговиц Ангулема и вдруг пленительно улыбнулась:</p><p>«Вы имеете в виду катастрофу, вызванную вчера вечером ради снятия печати с Трира Четвёртой Эпохи?»</p><p>Имре и Валентин сначала были ослеплены улыбкой Дженны, а затем поражены раскрытыми в её словах сведениями — их глаза широко раскрылись, а взгляд застыл.</p><p>Ангулем на мгновение опешил и тихо вздохнул про себя, словно ожидал чего-то подобного.</p><p>Дженна слегка наклонила голову набок и с улыбкой добавила:</p><p>«Если я скажу, что своими глазами видела начало всех проблем и ход ритуала, а также вошла в Трир Четвёртой Эпохи и смогла сбежать оттуда, вы поверите?»</p><p>Глаза Валентина и Имре распахнулись ещё шире, и они молчали, не зная, что ответить.</p><p>«Это связано с „Постоялым двором“, о котором ты докладывала ранее?» — глухим голосом спросил Ангулем.</p><p>Дженна издала звук «хм» и слегка кивнула.</p><p>«А Франка и Шарль?» — перевёл тему Ангулем.</p><p>Дженна озвучила то, что неизбежно должно было произойти в ближайшие дни:</p><p>«Они покинули Рыночный округ и, скорее всего, больше не вернутся.»</p><p>Услышав это, Ангулем незаметно вздохнул с облегчением и произнёс:</p><p>«Расскажи подробнее о том, что с тобой произошло.»</p></section><section><title><p>Глава 502 Младшие Арканы</p></title><p>Глава 502 Младшие Арканы</p><p>Дженна рассказала троим «Очистителям», что они с Шарлем во время расследования «Постоялого двора» столкнулись под землёй с полумеханическим монахом Монастыря Глубокой Долины, обнаружив, что тот несёт кучу красок и кистей, а в ходе дальнейших поисков двое попали под обвал тоннеля из-за похожего на землетрясение грохота и провалились прямо в Мир в картине.</p><p>«Вы вот так просто провалились в Мир в картине?» — Имре с недоверием прервал рассказ Дженны.</p><p>Это же слишком совпадение!</p><p>Настолько, что даже авторы бестселлеров не решились бы так написать!</p><p>Валентин же пробормотал про себя:</p><p>«Неужели это чудо, ниспосланное Богом?»</p><p>«Да, я и сама тогда с трудом могла в это поверить», — Дженна правдиво передала своё состояние, когда впервые увидела Рыночный округ в картине.</p><p>Ангулем опустил правую руку, показывая Имре и Валентину не задавать лишних вопросов и позволить Челии Бело продолжить.</p><p>Дженна изложила самое главное: описание ситуации с «Постоялым двором» от Сафари и Габриэля, отчаянный бег её самой и Шарля, а также нападение двоих эльфов и других «комнат».</p><p>Уяснив, что именно означают «Постоялый двор» и «комнаты» и какой в них смысл, Валентин вздрогнул душой, погрузился в размышления и пришёл к определённым ассоциациям:</p><p>«В каждой 'комнате» есть один «постоялец», что равносильно скрытой внутри тела могущественной силе, часть которой может просачиваться наружу…</p><p>«Такое состояние, где-то я его уже видел…»</p><p>Образы и отрывки сведений один за другим промелькнули в голове Валентина, и он резко поднял голову, снова прервав рассказ Дженны:</p><p>«Какова настоящая личность Шарля?»</p><p>«Очистители» ещё при издании ордера на розыск знали, что Шарль Дюбуа — поддельное имя, сделанное той бандой из Савойской банды, а сотрудники Главного управления полиции в данный момент допрашивали арестованных членов Савойской банды, проверяя, знают ли они происхождение Шарля Дюбуа.</p><p>Дженна понимала, что разыскиваемому Шарлю больше не скрыть свою настоящую личность, и, немного взвесив всё, слегка улыбнулась:</p><p>'Вы не знаете?</p><p>«Его настоящее имя — Лумиан Ли, он тоже разыскиваемый преступник, родом из деревни Корду с юга.»</p><p>Лумиан Ли… Веки Валентина дрогнули, он обнаружил, что его догадки и подозрения оказались верны.</p><p>Дженна мельком взглянула на него и тихо «пояснила»:</p><p>«Шарль вступил в Савойскую банду и какой-то там „Орден Железного Креста“ только ради получения ресурсов, чтобы возвыситься и отомстить тем Дарителям Злого Бога. В нынешнем деле он сыграл крайне важную роль: если бы не его расследование, „Ритуал 'Постоялого двора“» не случился бы раньше времени, и бедствие было бы куда более тяжёлым.</p><p>«Хотя он всегда говорит, что делал это ради расправы над теми Дарителями Злого Бога, но я знаю: перенеся одну катастрофу, он не хотел, чтобы другие невиновные столкнулись с подобным.»</p><p>Выражение лица Валентина постепенно смягчилось, он не стал скрывать своих сожалений и утешения.</p><p>Он со вздохом произнёс:</p><p>«Он и впрямь благочестивый верующий Бога, жаль лишь, что судьба и те злодеи толкнули его во тьму.»</p><p>Благочестивый верующий… У тебя, похоже, какое-то излишнее заблуждение насчёт Шарля… — беззвучно пробормотала про себя Дженна.</p><p>Ангулем, выслушав это, самоиронично усмехнулся:</p><p>'Не думал, что тем, кто помешал вчерашнему бедствию разрастись, окажется разыскиваемый преступник, член злой организации.</p><p>«Не обязательно стоять на свету, чтобы быть героем.»</p><p>Дженна была вполне согласна с этой оценкой; она не стала упоминать, что эльфы называли Лумиана «Комнатой 1», а лишь сказала, что ради побега из Мира в картине они вдвоём после восхода солнца вошли в ту тьму, что соответствовала расположению Танцевального зала «Бриз», и чудесным образом оказались в пустоши за пределами Трира Четвёртой Эпохи.</p><p>Она рассказала «Очистителям» о рухнувших серо-белых каменных колоннах, силуэте великана вдалеке, притворившемся мёртвым генерале Филиппе, чёрном изваянии «Изначальной Демонессы», Гарднере Мартине в зеркале, жутком рёве, падавшем солнце, покрасневшем небе, льющемся огненном дожде и прочих обстоятельствах, но не стала вдаваться в детали сражения.</p><p>Ангулем и остальные тоже из молчаливого согласия не стали расспрашивать — для «диких» Потусторонних вещи, явно таящие важные сведения, были информацией, которую можно продать за деньги, а вот собственными способностями и методами боя делиться не полагалось.</p><p>«В конце концов мы забрали то изваяние и осколки, оставшиеся от Гарднера из зеркала, покинули печать и вернулись в нормальное подземелье.» Первая и вторая половины фразы Дженны не имели прямой логической связи, однако, будучи произнесёнными вместе, они неизбежно наталкивали на мысль, будто именно благодаря этому они и смогли выбраться из Трира Четвёртой Эпохи.</p><p>«Сложность этого дела превосходит всякое воображение, к тому же здесь замешаны силы очень высокого уровня…» — тихо выразил свои чувства Ангулем.</p><p>Они не могли знать, что за солнце поднялось прошлым вечером над Монастырём Святого Сердца, и не понимали, почему оно рухнуло в печать Трира Четвёртой Эпохи, чувствуя, что это, должно быть, связано с битвой на уровне Ангелов.</p><p>«А что с тем изваянием и осколками зеркала?» — поспешно спросил Валентин.</p><p>«Отдали Франке», — ответила Дженна чистейшую правду, правдивее которой и быть не могло.</p><p>Ангулем слегка кивнул:</p><p>«А тот полный доспех?»</p><p>Это было связано с гибелью двоих его прежних коллег.</p><p>Разумеется, смерть Гарднера Мартина из-за этого можно было считать успешной «местью».</p><p>«Гадание на волшебном зеркале показало, что на нём лежит ужасное проклятие предательства, и участь Гарднера Мартина — тому доказательство. Никто из нас не осмелился забрать его себе, поэтому в итоге он остался у Шарля.» Даже сейчас, даже будучи «Ведьмой», Дженна находила это проклятие чересчур абсурдным и преувеличенным.</p><p>Ангулем на мгновение умолк и сказал:</p><p>«Если снова встретишь Шарля, передай ему, что он может продать этот доспех нам.»</p><p>После того как Дженна кивнула в знак согласия, старший «Очиститель» с серьёзным видом произнёс:</p><p>«Предоставленные тобой сведения крайне важны. Какую награду ты хочешь?»</p><p>«Рецепт зелья „Наслаждения“ и все ингредиенты», — ответила Дженна, руководствуясь мыслью сначала заломить высокую цену, а затем не спеша торговаться.</p><p>Это был результат её многолетнего опыта торговли.</p><p>Ангулем взглянул на эту «Ведьму» и спросил:</p><p>«Ты тоже собираешься покинуть Рыночный округ?»</p><p>«Да», — Дженна печально и самоиронично улыбнулась. — «„Ведьмы“ приносят бедствия, а я не хочу навредить здешним людям. Неудивительно, что ведьмы в сказках всегда живут в тёмных лесах, вдали от толпы. Но я буду время от времени возвращаться и по-прежнему оставаться вашим осведомителем. Вы также можете продолжать связываться со мной условленным способом.»</p><p>Её скорбная улыбка заставила Имре инстинктивно захотеть отвести взгляд, опасаясь поддаться её чарам.</p><p>«Когда мы подтвердим достоверность твоих сведений, я подам заявку на рецепт и ингредиенты „Наслаждения“. Сможем ли мы добиться успеха, гарантировать не могу — вещи такого уровня мы не вправе решать сами, необходимо разрешение высшего руководства», — Ангулем дал обещание, не став сбивать цену.</p><p>Распрощавшись с «Очистителями», Дженна подхватила чемодан и на экипаже отправилась в безопасный дом Франки в Районе Пантеона.</p><p>Обустроившись, она немного подумала и решила направиться в церковь «Шута» на Причале Лавини, чтобы поблагодарить это великое существо за ответ на молитву и за то, что Он позволил Шарлю войти в Мир в картине и оказать помощь.</p><p>Это также стало началом того, что она официально стала почитательницей господина «Шута».</p><p>В той простой церкви с чистыми окнами и хорошим освещением Дженна села на край скамьи в самом последнем ряду, закрыла глаза, сцепила руки на груди и, опустив голову, начала молиться.</p><p>В той умиротворённой тишине, присущей религиозным местам, она словно погрузилась в сон, освободив мысли от всего постороннего и лишь вознося хвалу.</p><p>Смутно она почувствовала, что кто-то сел рядом с ней.</p><p>Дженна не обратила внимания, сосредоточившись на своей молитве.</p><p>Спустя несколько минут она открыла глаза и увидела рядом с собой миниатюрную даму, которая тоже молилась.</p><p>Дама была с жёлтыми волосами до плеч, в удобных брюках, рубашке мужского кроя и коричнево-буром жакете.</p><p>Хотя глаза её были закрыты, даже в профиль виднелось, насколько изысканны контуры её бровей, носа и губ; ростом она была невелика, однако обладала особым сдержанным и величественным достоинством.</p><p>Почувствовав на себе случайный взгляд Дженны, дама открыла глаза, повернула голову и улыбнулась:</p><p>«Дженна?»</p><p>«Да… А вы?» Дженна одновременно испытала недоумение и настороженность, но в то же время посчитала, что в церкви господина «Шута» не должно быть никакой опасности.</p><p>Дама, выглядевшая явно моложе своих лет, представилась:</p><p>«Я 'Двойка Кубков», то есть Старший Аркан Франки, «Суд».</p><p>«Сегодня я пришла помолиться в церковь господина „Шута“ и не думала, что встречу тебя. Возможно, таково предначертание судьбы. Как насчёт того, чтобы вытянуть карту Младших Арканов?»</p><p>Ощутив доброжелательный тон собеседницы, Дженна под воздействием её ауры, внушающей подспудное доверие, кивнула:</p><p>«С удовольствием, госпожа „Суд“.»</p><p>Будь это какой-то другой Старший Аркан, она инстинктивно тревожилась бы и боялась, ведь речь шла о совершенно незнакомом сильном Потустороннем, но о госпоже «Суд» и госпоже «Фокусник» она уже слышала от Франки и Лумиана, отчего испытывала естественное расположение и доверие.</p><p>«Суд» достала стопку карт Таро из висевшего на поясе чёрного мешочка, невзначай перетасовала несколько раз и с улыбкой протянула ей:</p><p>«Тяни.»</p><p>Дженна почувствовала непонятное волнение и лишь спустя некоторое время вытянула правую руку и взяла одну карту Младших Арканов.</p><p>Взглянув на карту, она увидела семь кубков, парящих в облаках и тумане, а под ними — череп и человека, взирающего на всё это.</p><p>«„Семёрка Кубков“.» Госпожа «Суд» с лёгким смешком произнесла: «Это означает затерянность, замешательство, сны, иллюзии и выбор. Впрочем, это не так уж важно. Важно то, что обе „Демонессы“ нашего „Клуба Таро“ вытянули именно карты масти Кубков.»</p><p>Говоря это, она достала ещё одну карту Таро, на лицевой стороне которой был изображён ангел, трубящий в горн и направляющий души усопших.</p><p>Карта Старшего Аркана — «Суд»!</p><p>«Возьми эту карту. Если столкнёшься с опасностью, с которой не сможешь справиться, достань её и прочти на языке Гермеса: „Прошу о Суде“. Пока я нахожусь в Трире, я смогу оказать помощь. Разумеется, во время молитвы ты тоже должна быть в Трире… хм, за исключением таких мест, как Трир Четвёртой Эпохи, оттуда я услышать не смогу.» Госпожа «Суд» произнесла это спокойным тоном.</p><p>«Спасибо вам, госпожа „Суд“.» Дженна приняла карту Старшего Аркана и искренне поблагодарила.</p><p>«Суд» кивнула и сказала:</p><p>«Сейчас тебе нужно содействовать 'Двойке Кубков» в выполнении задания Секты Демонессы, но направление у тебя иное: тебе следует избегать Секты Демонессы и расследовать те особые зеркальные миры. Зацепкой служит павшая в Четвёртую Эпоху «Демонесса Бедствия» Крисманна.</p><p>«Она — дитя „Изначальной Демонессы“, а потому рождена женщиной и является чистой, настоящей демонессой, в чём вы с ней похожи.»</p></section><section><title><p>Глава 503 «Несуществующий» город</p></title><p>Глава 503 «Несуществующий» город</p><p>«Ребёнок Изначальной Демонессы обязательно рождается женщиной?» Дженна, связав это с названием Последовательности «Ведьма», смутно поняла, почему так.</p><p>Дитя божества, даже только что родившись, не может быть обычным человеком или находиться всего лишь на Последовательности 9 или Последовательности 8, верно?</p><p>«Хорошо.» — согласилась Дженна.</p><p>То, что в своём первом задании после вступления в Клуб Таро ей не придётся отделяться от спутников и рисковать в одиночку, принесло ей немалое облегчение.</p><p>Госпожа «Суд» ответила улыбкой:</p><p>«Сейчас я вкратце расскажу тебе о положении дел в нашем Клубе Таро……»</p><p>…………</p><p>Покинув квартиру 601 в доме № 3 по улице Белого Пальто, Антони Рид почувствовал, как накатывает сонливость от неспанной ночи.</p><p>Как «Психиатр», он не получил слишком большого прироста к физическим качествам, а прошлой ночью не только прободрствовал до самого рассвета, продержавшись до сего момента, но и был тяжело ранен, выжив лишь благодаря тому обломку обсидиановой стрелы, пьющей кровь. Однако из-за этого он потерял немало крови и ослаб, а затем прошёл через стремительный бег и ожесточённый бой — вещи, крайне изнуряющие физически. Теперь же его тело разламывалось от усталости, и единственным желанием было немедленно найти кровать и лечь.</p><p>В такие моменты он искренне завидовал «Охотникам». Люмиан был всего на одну Последовательность выше его и точно так же до сих пор не спал, будучи к тому же главной силой в двух сражениях, однако на нём не было видно ни малейших следов усталости — он выглядел настолько бодрым, будто мог уложить ещё одного Гарднера Мартина.</p><p>Превозмогая себя, Антони Рид добрался до Беспорядочной улицы, вошёл в коричнево-серый дом и поднялся в угол на третьем этаже.</p><p>Это было его убежище — квартира, пустовавшая долгое время.</p><p>Он считал, что снимать комнату под убежище через домовладельцев или маклеров не слишком безопасно: любой контакт с людьми несёт в себе риск быть преданным или выслеженным. Пользуясь своим статусом Торговца информацией, он выяснил адреса нескольких квартир в Рыночном округе, заброшенных или пустовавших по разным причинам. Едва случалось что-то неладное, он наугад выбирал одну из них, чтобы укрыться, не вступая ни с кем в контакт.</p><p>Антони не стал брезговать покрытой пылью кроватью и заплесневелым одеялом, рухнул на неё и вскоре погрузился в глубокий сон.</p><p>В туманном, смутном сновидении к нему внезапно вернулся рассудок, и он в какой-то мере обрёл ясность сознания.</p><p>Он увидел перед собой Рыночный проспект и кафе, где то и дело сновали люди — торговля шла весьма бойко.</p><p>Следуя странному внутреннему чутью, Антони Рид прошёл мимо крупного золотистого пса, сидевшего у входа в кафе, и приблизился к кабинке D возле окна.</p><p>Там сидела дама в светло-зелёном с белым длинном платье. Антони казалось, что он должен был отчётливо разглядеть её черты и даже сохранить впечатление восхищения, но в его разуме никак не складывался чёткий образ.</p><p>Это было похоже на то, как если бы он собрал всю информацию, однако его мозг или, вернее, «тело разума» не могло её обработать.</p><p>«Доброе утро, я — „Справедливость“.» — представилась дама нежным, мягким голосом, в котором звучала лёгкая оживлённость.</p><p>«Справедливость»…… Антони уже слышал от Люмиана и Франки, что тайная организация, к которой они принадлежат, называется «Клуб Таро», а её члены используют в качестве позывных карты Таро. При этом Старшие Арканы обозначают основных членов, каждый из которых является полубогом, а Младшие Арканы относятся к внешнему кругу и подчиняются определённым Старшим Арканам.</p><p>И «Справедливость», без сомнения, была картой Старших Арканов.</p><p>«Вы будете моим Старшим Арканом?» — уважительно спросил Антони, присаживаясь напротив.</p><p>«Справедливость» слегка улыбнулась:</p><p>'Ты можешь выбрать и другого, судьбу вполне можно изменить.</p><p>«Разумеется, некоторые сущности так не считают.»</p><p>Сидевший напротив Старший Аркан вела себя весьма дружелюбно, не оказывая ни малейшего давления и даже шутя по собственной инициативе, что заставило натянутые нервы Антони значительно расслабиться.</p><p>Он тихо выдохнул и сказал:</p><p>«Я могу вытянуть карту прямо сейчас.»</p><p>Едва эти слова сорвались с его губ, как перед его глазами возникла стопка карт Таро.</p><p>Антони по привычке вытащил карту из середины и, перевернув, положил её на стол.</p><p>На лицевой стороне карты Младших Арканов был изображён:</p><p>Мужчина с мечом, сидящий под тремя подвешенными мечами.</p><p>«Четвёрка Мечей»!</p><p>«Бремя в твоём сердце уже сброшено, и нынешний отдых вместе с накоплением сил нужны для того, чтобы в будущем пройти более долгий путь. Как „Психиатр“, эта карта также говорит тебе о том, что нужно неустанно следить за собственной душой: на нас в любой момент может лечь новый груз, и следует уметь принимать, вмещать и разрешать его.» — госпожа «Справедливость» «истолковала» значение этой карты Младших Арканов.</p><p>Перед ней тоже появилась стопка карт Таро, однако карт в ней было меньше половины от предыдущей.</p><p>Она непринуждённо вытянула одну карту и положила её в самый центр стола.</p><p>На этой карте была изображена богиня правосудия, восседающая на каменном троне с мечом и весами в руках.</p><p>Старший Аркан, «Справедливость»!</p><p>Продвинув карту «Справедливость» к Антони, дама с улыбкой произнесла:</p><p>«У тебя сейчас две задачи: первая — содействовать „Двойке Кубков“, помогая ей устранить „Человека из зеркала“ и расследовать вопросы, связанные с Сектой Демонессы; вторая — попытаться вступить в контакт с тайной организацией под названием „Алхимия Психологии“……»</p><p>«Алхимия Психологии»…… — мысленно взвесил это название Антони.</p><p>Изложив задачи, «Справедливость» спросила:</p><p>«Рассказывали ли они тебе, какому великому существу мы следуем и о конкретном положении дел в „Клубе Таро“?»</p><p>«Я знаю лишь то, что вы следуете истинному богу по имени „Шут“ и, подражая Его именованию, используете карты Таро в качестве позывных.» — честно ответил Антони.</p><p>До его официального вступления в «Клуб Таро» Люмиану и Франке не следовало говорить слишком много.</p><p>«Справедливость» тихо усмехнулась:</p><p>«В таком случае позволь мне представить тебе наш путеводный маяк и нашего Спасителя, великого господина „Шута“……»</p><p>В её тоне угадывалась едва заметная радость.</p><p>…………</p><p>Покинув убежище Лугано Тоскано, Люмиан на экипаже добрался до Района Ботанического Сада, повернул на улицу с таким же названием, как и улица Каменных Плит в Рыночном округе, и вошёл в убежище, снятое им заранее.</p><p>Смерив взглядом мальчугана Людвига, который сидел на диване, уплетал десерт и читал роман, он с насмешкой произнёс:</p><p>«Хоть ты и сбежал из Церкви Познания, нельзя же так опускаться, только и знать, что романы читать!»</p><p>«Какой-то сварливый тип принёс тебе письмо, оно в спальне.» — Людвиг сразу сменил тему.</p><p>«Сварливый тип?» — Люмиан слегка нахмурился.</p><p>«В золотистом платье…… похожее на куклу.» — ответил Людвиг, даже не подняв головы, а пауза в его словах потребовалась для того, чтобы откусить кусок морковного пирога, который считался фирменным блюдом Королевства Лоэн.</p><p>Посланник госпожи «Фокусник»…… — с недоумением подумал Люмиан и спросил:</p><p>«С чего бы это ей на тебя злиться?»</p><p>«Я её увидел, а потом мы поссорились.» — без особого интереса проговорил Людвиг.</p><p>«Всего лишь поссорились? И она не подвесила тебя за ноги и не избила?» — беззвучно пробормотал Люмиан, входя в спальню и поднимая сложенный квадратом лист бумаги, лежавший на письменном столе.</p><p>Это письмо отличалось от прежнего, в котором даровалась награда. В основном оно отвечало на вопросы, заданные Люмианом после получения сведений о «0—01»:</p><p>'Похоже, это намёк от Церкви Познания:</p><p>'Если ты сможешь подняться на высокий уровень, они готовы оказать определённую помощь и даже молчаливо разрешить тебе забрать этот запечатанный артефакт.</p><p>'Разумеется, здесь есть два условия: во-первых, ты должен стать как минимум Святым Последовательности 4, обрести божественность и получить право ступить на шахматную доску; во-вторых, найти способ нести этот запечатанный артефакт так, чтобы не причинять вреда окружающим людям и окружающей среде.</p><p>'Не выполнив этих двух вещей, Церковь Познания не сможет дать чёткой поддержки.</p><p>«А то, что полубоги и Потусторонние выше Последовательности 5 не могут приближаться к '0—01», противоречит этому. В этом, возможно, кроется послание: тебе дают понять, что после того как ты докажешь свою способность продвинуться к Последовательности 4, но перед фактическим проведением ритуала и принятием зелья, тебе следует войти в «Город Изгнания» Морору, приблизиться к «0—01», оставить метку или совершить нечто, что заложит основу для овладения им при шаге на более высокую Последовательность.</p><p>'Что именно нужно сделать, на данный момент я ещё не вижу.</p><p>«Вкратце всё вышесказанное означает следующее: если ты проявишь и докажешь свой потенциал, Церковь Познания готова поддержать тебя в борьбе с „Красным Ангелом“ Медичи за божественный престол „Красного Жреца“. Сюрприз? Находишься в восторге?»</p><p>Сюрприз? Скорее испуг! Прежде Люмиан никогда всерьёз не думал, что может стать истинным богом.</p><p>Хотя его вера была не столь уж глубокой, он всё же вырос в подобном обществе, да и в мир мистики вступил не так давно, отчего у него вряд ли могла возникнуть мысль: «Я тоже могу стать богом, я тоже хочу стать богом».</p><p>А уж насколько ужасен и могуществен «Красный Ангел» Медичи, Люмиан уже видел в Трире Четвёртой Эпохи.</p><p>При мысли о том, что придётся враждовать с таким существом и оспаривать престол «Красного Жреца», он инстинктивно ощущал лишь абсурдность происходящего, считая, что в этом нет никакого практического смысла:</p><p>«И чем это по сути отличается от шутки Авроры на уроках рукопашного боя: „Ну вот, ты освоил базовые приёмы рукопашного боя, теперь можешь идти и убивать богов“?»</p><p>Пока мысли проносились одна за другой, Люмиан внезапно тихо пробормотал про себя:</p><p>«Если я стану истинным богом, смогу ли я воскресить Аврору……»</p><p>После недолгого молчания он самоиронично усмехнулся:</p><p>'Божества тоже погибают, и сами далеко не всегда способны воскреснуть.</p><p>'«Госпожа 'Фокусник» упоминала, что проклятие предательства «Доспеха Гордыни» исходит из ненависти и злобы божества перед его гибелью…… Но, согласно предоставленным ею сведениям, «Доспех Гордыни» впервые появился в самом конце той прошлой тотальной войны на Северном континенте. Тогда погиб истинный бог?</p><p>«„Способности 'Доспеха Гордыни“ явно относятся к Пути „Воин“…… Погиб „Бог Войны“? Но ведь в Империи Фейсак Церковь Бога Войны с ней всё в порядке, э-э, так говорят в газетах, журналах и торговцы……»</p><p>Люмиан размышлял довольно долго, но так и не пришёл ни к какому выводу, поэтому снова перевёл взгляд на письмо:</p><p>«На самом деле, прежде я никогда не думала о том, чтобы направить тебя на поиски престола 'Красного Жреца». Я лишь считала, что у тебя, запечатавшего ангела и изменившего свою судьбу, есть надежда стать Потусторонним Высокой Последовательности. Ну а теперь, если ты будешь следовать велению собственного сердца, наш Клуб Таро тоже сможет оказать поддержку.</p><p>'Кроме того, стоит обратить внимание на один момент:</p><p>«Я совершила поездку в Ленбург и расспросила нескольких местных учёных, известных своими глубокими познаниями, но ни один из них не слышал о 'Городе Изгнания» Мороре.</p><p>«В глазах простых людей и даже священнослужителей среднего и низшего звена Церкви Познания это несуществующий, нигде не зафиксированный город.»</p></section><section><title><p>Глава 504 Почетное имя</p></title><p>Глава 504 Почетное имя</p><p>Нет «Города Изгнания» Мороры? Когда Лумиан читал материалы, «украденные» Людвигом, у него всегда возникало чувство, будто Морора стоит прямо перед глазами, живая и настоящая, ведь составитель подробно описал каждый обычай, каждую черту этого города, так что даже тот, кто никогда там не был, мог наглядно представить себе, как он выглядит.</p><p>И вот теперь госпожа «Фокусник» сообщает ему, что на территории Ленбурга нет никакого «Города Изгнания» Мороры!</p><p>«Я читал так внимательно, так нервничал и боялся, а в конце мне выдают: „Извините, всё вышесказанное я выдумал?“» — испытав огромное чувство абсурда, Лумиан снова перевёл взгляд на письмо, желая узнать, какие предположения есть у госпожи «Фокусника».</p><p>Эта обладательница карты Старших Арканов в своей обычной насмешливой манере писала:</p><p>«Возможно, человек, составлявший эти сведения о запечатанном артефакте, к тому моменту уже сошёл с ума и выдумал 'Город Изгнания» Морору;</p><p>'Возможно, это гигантская тюрьма, расположенная среди гор, которую охраняют тюремщики, снабжая ресурсами, недоступными для самостоятельной добычи, и не поддерживающая иных связей с внешним миром;</p><p>«Возможно, Морора и впрямь воображаемый 'Город Изгнания», но в каком-то смысле она уже существует на самом деле…</p><p>«Не думай, будто первое и третье предположения абсурдны, преувеличены и совершенно невозможны. Говорю тебе, когда речь идёт о запечатанных артефактах уровня '0», возникает множество вещей, противоречащих здравому смыслу и интуиции, особенно если это «0—01».</p><p>«Мне лично больше всего нравится первое предположение, в нём есть какое-то удивительное изящество: сошедший с ума смотритель написал сведения о запечатанном артефакте, полные бреда и вымысла, и относился к ним как к правде. Но где же настоящее? Куда оно делось? Не исчезло ли оно со своего места?»</p><p>Дочитав до этого места, Лумиан ощутил невольный холод, волоски на его теле встали дыбом.</p><p>Госпожа «Фокусник» показала весьма жуткие возможности, причём с помощью внешне небрежного тона, довольно непринуждённых описаний и вереницы вопросов создала атмосферу — одновременно холодную и искажённую, предельно давящую на нервы, когда при глубоких раздумьях начинаешь бояться сойти с ума вместе с автором.</p><p>«Разве это не превосходит умение большинства нынешних авторов бестселлеров писать ужасы?» — мысленно попенял своей обладательнице карты Старших Арканов Лумиан.</p><p>Он покачал головой и выбросил из головы «0—01» вместе с «Городом Изгнания» Моророй, решив дальше не размышлять.</p><p>Он боялся, что если продолжит думать об этом, то сойдёт с ума.</p><p>И это вполне могло произойти: с момента прочтения тех сведений и до сих пор Лумиан так и не спал. Хотя сброс состояния тела каждое утро в 6 часов снимал усталость, в его ушах время от времени раздавались неописуемые, жуткие звуки — словно призыв, доносящийся из самых глубин гор.</p><p>Фух… Лумиан выдохнул и продолжил читать письмо:</p><p>«Ладно, не буду тебя больше пугать. В общем, пока ты реально не столкнёшься с '0—01», не стоит слепо отвергать ни одно из предположений, ни одну из возможностей.</p><p>«Слуховые галлюцинации, о которых ты упоминал, — я проверила, это лёгкое загрязнение, вызванное чтением сведений о „0—01“. Существуют сущности, о которых достаточно просто узнать, достаточно знать их имя, а не кодовый номер, чтобы подвергнуться загрязнению. К счастью, твоя судьба связана с тем парнем с очень длинным именем, что в некоторой степени равносильно наличию статуса Ангела, да и печать господина „Шута“, аура „Кровавого Императора“ и прочие вещи более высокого уровня находятся на тебе, оттого у тебя возникли лишь небольшие слуховые галлюцинации и ощутился тот призыв, вместо того чтобы ты внезапно стал параноидальным, крайним в своих поступках, захотел отправиться на поиски сокровищ среди гор и в итоге сгинул в одну из ночей.»</p><p>Госпожа «Фокусник» ужасно любит рассказывать страшилки, ей обязательно нужно раздуть то, что можно было объяснить парой фраз, в вероятные злоключения «меня»… Лумиан был знаком со своей обладательницей карты Старших Арканов уже некоторое время, а уж число их писем перевалило за обе руки, так что он прекрасно знал её привычные выражения и стиль письма.</p><p>'Предупреждаю: в какой-то степени у тебя статус Ангела, но при этом ты не подвергаешься тому загрязнению, которому чем выше Последовательность, тем проще поддаться. В этом и заключается твоя уникальность, причина, по которой ты можешь бывать во многих особых местах. Поэтому некоторые сущности хотят этим воспользоваться. Тебе нужно быть начеку, проявлять осторожность и почаще осматривать самого себя.</p><p>«Кстати, передай спасибо от мисс 'Справедливость» и «Суда». Появление материалов о «0—01» и прояснение местонахождения Вермонды Сорен позволили им завершить одно из поручений, данных господином «Шутом» перед погружением в сон, оттого и награда на сей раз оказалась настолько щедрой…</p><p>«Твои опасения оправданы: упустив момент для немедленного преследования, следы, оставленные как 'Бардом», «Безумной», так и другими ключевыми членами «Дня дурака», с большей вероятностью окажутся ловушками, а не зацепками. Впрочем, ловушки тоже способны дать определённые сведения — пока ты способен выдержать сопутствующую опасность, можно вытащить наружу того, кто копал ловушку.</p><p>«Если, я говорю если, при отслеживании местонахождения ключевых членов 'Дня дурака» ты обнаружишь Потусторонних Высокой Последовательности путей «Провидца», «Ученика» и «Мародёра», ты можешь вознести моё имя и попросить меня о помощи.</p><p>'Запомни, ниже приведено моё имя, оно несёт в себе эффект сохранения тайны и не подлежит разглашению:</p><p>«Путешественник, странствующий по звёздному небу; благословлённый Короля Жёлтого и Чёрного; маг, записывающий мир.»</p><p>«Король Жёлтого и Чёрного» — это ещё одно имя господина «Шута»… Странствующий по звёздному небу, записывающий мир — звучит весьма впечатляюще… Неужели это действительно «Ангел Звёзд» из священных писаний? Запоминая, Лумиан наблюдал, как строки Почетного имени постепенно блёкли, словно стёртые и поглощённые пустотой.</p><p>В самом конце письма госпожа «Фокусник» добавила:</p><p>'«Рыцарь Мечей», карта Младших Арканов, подчинённый госпожи «Отшельника», несколько месяцев назад отправился в Фейнапот по одному делу. Когда окажешься там, если потребуется помощь или информационная поддержка, можешь связаться с ним.</p><p>'Его посланник:</p><p>«Причудливое создание, парящее в горнем мире; полуфея, перебирающая струны; посланник, принадлежащий исключительно „Рыцарю Мечей“.»</p><p>Полуфея… Лумиан смутно помнил, что видел подобные сведения о существах мира духов, но тогда он лишь бегло просматривал их, выбирая подходящий объект для договора, и не вчитывался, так что теперь с трудом мог вспомнить.</p><p>Вместе с тем он заметил, что заклинание призыва посланника «Рыцаря Мечей» составлено не в стандартном формате. Вероятно, тот опасался, что враги смогут угадать верное трёхстрочное описание, призовут его посланника и тем самым устроят против него ловушку.</p><p>В любом случае, благодаря ограничению «посланник, принадлежащий исключительно Рыцарю Мечей», во второй строке не обязательно было использовать описание вроде «дружелюбное к людям». К тому же, раз оно смогло стать посланником «Рыцаря Мечей», его можно по умолчанию считать дружелюбным к людям.</p><p>Лумиан ещё раз перечитал письмо госпожи «Фокусника» от начала до конца, опасаясь упустить важную информацию, запрятанную среди насмешливых фраз.</p><p>Внезапно в дверь спальни постучали: тук-тук-тук.</p><p>Когда Лумиан поднял взгляд, дверь со скрипом отворилась, и Людвиг высунул свою слегка наивную голову с детской пухлотой, после чего прямолинейно произнёс:</p><p>«Я проголодался, тебе пора готовить.»</p><p>«Разве ты только что не съел столько торта и печенья?» — с едва заметным движением уголков губ спросил Лумиан.</p><p>«Это был десерт, а не полноценный обед,» — серьёзно ответил Людвиг.</p><p>Затем он тихонько облизнул губы:</p><p>«К тому же, ты отлично готовишь, и твои блюда весьма своеобразны. Когда есть повар, я не хочу грызть сырую говядину, чесать зубы о чёрствый хлеб и есть только что купленный картофель.»</p><p>В выражении лица этого маленького мальчика появилось чуть больше мольбы.</p><p>Лумиан издал короткий «хе»:</p><p>«Почему бы тебе самому не приготовить?»</p><p>«Мне нужно ещё немного восстановиться, чтобы готовить самому,» — подсознательно ответил Людвиг и тут же сменил тон: «Я ведь ещё всего лишь маленький ребёнок, а ты заставляешь меня самого идти на кухню и готовить? Ты не боишься, что я порежусь ножом или обожгусь огнём?»</p><p>Я боюсь только того, что ты съешь сам нож… Что значит «ещё немного восстановиться, чтобы готовить»? Последовательность выше его текущей силы — это «Повар»? Или без Повара уже и готовить нельзя? Видя, как Людвиг прижался к дверному косяку и смотрит на него полными ожидания карими глазами, Лумиан вдруг ощутил, что эта сцена кажется ему знакомой.</p><p>Когда-то он и сам точно так же умолял свою старшую сестру Аврору.</p><p>Лумиан вздохнул, поднялся и сказал:</p><p>«Я отвечаю только за трёхразовое питание, в остальное время перебивайся десертами, хлебом и холодными закусками и не приставай ко мне.»</p><p>Говоря это, он вышел из спальни и направился на кухню.</p><p>Пока он, повязав фартук, суетился над приготовлением еды, Людвиг в куртке карамельного цвета всё время ждал у кухонной двери, время от времени утирая рот.</p><p>Пожарив кусок стейка, Лумиан поднял его и небрежно бросил наружу.</p><p>Людвиг ловко и быстро подхватил его и в несколько укусов разорвал и отправил в желудок.</p><p>Увидев это, Лумиан про себя усмехнулся, подумав, что этот парень вытворяет вещи куда более абсурдные, чем он сам в прежние годы.</p><p>…………</p><p>Подземный Трир, внутри одного из гротов каменоломни.</p><p>Лумиан стоял перед обустроенным алтарём, возле недавно снятой «духовной стены».</p><p>Он уже завершил ритуал призыва «Связанного договором», получив два новых договорных умения, и теперь ждал прибытия Франки и остальных, чтобы посмотреть, у кого из них получится обрести посланника.</p><p>Одно из этих двух умений — «Трансформация тени», позволяющее Лумиану действительно превращаться в тень и становиться частью тьмы, тем самым достигая целей скрытности и незаметного передвижения, чего ему сейчас как раз не хватало.</p><p>Подобные способности имелись и в оккультных знаниях, сопутствующих самому «Связанному договором», но Лумиан всё же предпочёл выбрать её из сведений о существах мира духов, предоставленных госпожой «Фокусником»: это позволяло лишить одарённых Судьбой возможности догадаться, каково принимаемое им негативное влияние.</p><p>В итоге Лумиан заключил договор с существом мира духов по имени «Тонкая тень», принеся в жертву свежую плоть и кровь коров и овец в количестве, достаточном для шестерых человек, и обретя эту способность. Вместе с тем он стал гораздо сильнее бояться солнечного света, чем обычный человек.</p><p>Это не доходило до степени страха перед солнцем, присущей вампирам, и благодаря способности к выносливости «Аскета» Лумиан вполне мог это переносить.</p><p>Другая полученная им способность — «Бутыль вымысла». Он находил, что эта способность, ранее продемонстрированная Настоятелем, весьма своеобразна и очень практична: она позволяет эффективно отсеивать врагов и создавать скрытое пространство, из которого противнику трудно сбежать и покинуть которое можно лишь через горлышко бутыли, причём на него можно наложить ловушку.</p><p>Это была способность, которую не могло предоставить ни одно из существ мира духов, известных ему на данный момент, поэтому ему оставалось лишь призвать существо под названием «Лик фантазий» и заключить договор с помощью бутыли свежей крови, обладающей высокой духовностью.</p><p>Эта кровь должна была происходить как минимум от Потустороннего Последовательности 7 или выше, либо от соответствующего сверхъестественного существа. Лумиан, разумеется, не стал использовать свою собственную, поскольку жертвоприношение своей крови «Лику фантазий» могло привести к тому, что он постепенно превратится в монстра. Он использовал кровь, извлечённую госпожой «Фокусником» из трупа Гарднера Мартина — это был один из дополнительных материалов для «Жнеца», и его имелось в изобилии с избытком.</p><p>Соответствующим же негативным влиянием стало то, что у него прибавилось немного алчности.</p><p>Вскоре в этот грот каменоломни один за другим прибыли Франка, Дженна и Антони.</p></section><section><title><p>Глава 505 Ритуал Посланника</p></title><p>Глава 505 Ритуал Посланника</p><p>Глядя на алтарь, где были расставлены свечи, серебряная чаша и другие предметы, Антони с некоторым беспокойством и неуверенностью спросил:</p><p>«Мы правда сможем завести собственного посланника?»</p><p>Познания в оккультизме и накопившийся опыт подсказывали ему, что «посланники» встречаются крайне редко. Лишь Потусторонние определенных Путей, достигшие высокой Последовательности, либо сущности высокого уровня, обладающие божественностью, располагают подобными особыми договорными существами, способными в любой момент связаться со своим хозяином и быть призванными другими людьми.</p><p>Франка с улыбкой ответила:</p><p>'Обычным Потусторонним это не под силу, но у нас шансы есть.</p><p>'Чтобы обзавестись посланником, необходимы три условия. Первое — разбираться в существах мира духов: знать, кто из них подходит на роль посланника, какими свойствами обладает, и уметь составить формулировку призыва, чтобы призвать именно их. Второе — само существо из мира духов должно откликнуться на призыв и быть не против заключить контракт, став твоим посланником. Третье — наличие особого некромантического контракта и божества, выступающего его свидетелем, чтобы скрепить обязательства обеих сторон и четко определить их обязанности.</p><p>'Как видите, ни одно из этих трех условий строго не ограничивает Путь или Последовательность. Существуют лишь косвенные препятствия, но их вполне можно обойти.</p><p>'Для обычных Потусторонних труднее всего приходится с первым пунктом. Откуда им знать подробности о существах мира духов? Если они кого-то и призывают изредка, то со страхом и трепетом, опасаясь расплывчатой формулировки заклинания — вдруг явится монстр, способный и желающий уничтожить всю их семью. Со временем, опираясь на записи предшественников и чужой опыт, они, возможно, и накопят несколько более-менее надежных формулировок, но подавляющее большинство из них к посланникам никакого отношения не имеет.</p><p>«Мы же — другое дело. Мы члены 'Клуба Таро», и у нас есть госпожа «Фокусник» — настоящий эксперт по существам мира духов. Вы и сами видели, у Шарля целая кипа сведений о них. В этот раз госпожа «Фокусник» отобрала тридцать видов существ мира духов, подходящих на роль посланников и вполне согласных служить Потусторонним Средних Последовательностей. То есть самую сложную преграду мы просто перешагнули.</p><p>«А иначе… Вот вам простейший пример: скорость перемещения сквозь мир духов у всех существ разная. Одному посланнику потребуется всего пару минут, чтобы добраться с юга Интиса до Трира, другому — от пятнадцати минут до получаса, третьему — полдня или целые сутки. Если ничего в этом не смыслить и подписать контракт с тем, у кого на такой путь уйдет полгода или год, то какой вообще в этом смысл?»</p><p>«Я больше не Шарль Дюбуа», — выждав, пока Франка закончит вводный урок по оккультизму для Антони и Дженны, намеренно напомнил Лумиан.</p><p>Франка сухо рассмеялась:</p><p>«Привыкла уже, что поделать? Когда мы познакомились, ты был Шарлем, я так тебя несколько месяцев звала».</p><p>Она продолжила:</p><p>«Второе условие мы тоже можем обойти. Обычно, чтобы существа охотно откликались на призыв и соглашались заключить контракт посланника, требуется сродство с мертвыми духами и прочими созданиями мира духов, присущее Потусторонним Пути 'Сборщика трупов» и им подобных. А на Последовательности «Наставник мертвых» можно и вовсе полупринудительно заставить понравившуюся цель стать своим посланником. Без таких особенностей остаётся лишь полагаться на Статус, чтобы подавить и подчинить их своей воле.</p><p>«Но мы-то следуем за господином 'Шутом»! Вы ведь слышали священные каноны Церкви и знаете, что господин «Шут» — великий Владыка, повелевающий миром духов. Строго говоря, все эти существа мира духов находятся под Его началом. Нам, как членам «Клуба Таро», призвать существо мира духов и подписать с ним контракт посланника будет куда проще. Особенно Шарлю… э-э, Лумиану, у которого есть сила господина «Шута». Вы только вспомните: разве хоть один его призыв закончился неудачей? Максимум формулировка выходила расплывчатой, и приходило не совсем то, что нужно.</p><p>«Что касается третьего условия, госпожа 'Фокусник» уже передала Лумиану особый контракт со смертным духом, составленный специально для посланников. В качестве свидетеля изначально должен выступать бог Смерти, однако Его можно заменить Подземным царством или ангелом из домена мертвых духов. А подле престола господина «Шута» как раз восседает «Ангел Смерти» — Он правитель Подземного царства!</p><p>«Честно говоря, мне кажется, можно без проблем использовать и Почетное имя самого господина „Шута“. Неужто существа мира духов посмеют ослушаться приказа великого Владыки, повелевающего миром духов?»</p><p>В материалах, предоставленных госпожой «Фокусник», содержалось четырехабзацное описание Подземного царства, которое можно было записать в качестве свидетеля.</p><p>Дженна и Антони слушали очень внимательно и сосредоточенно. Подобные знания по оккультизму представляли огромную ценность — некоторые из них позволяли прояснить множество вопросов и при обычных ритуалах призыва.</p><p>Когда Франка закончила свою лекцию, Лумиан достал стопку отобранных сведений о существах мира духов и обратился к Дженне:</p><p>«Начинай ты».</p><p>«Я?» — Дженна с растерянным и удивленным видом ткнула в себя пальцем.</p><p>В ритуалах призыва она была абсолютным новичком.</p><p>Лумиан улыбнулся:</p><p>«У тебя есть Монета удачи. По словам госпожи 'Фокусник», она тесно связана с господином «Шутом» и служит Его связующим предметом. Это даст тебе куда больше шансов призвать конкретное существо и заключить контракт посланника, чем у Франки или Антони.</p><p>«Мои шансы на успех примерно такие же, но на мне нацеплено слишком много всякой дряни. Боюсь, из-за этого случится аномалия, которая сорвет остальные попытки, так что я пойду последним».</p><p>Дженна обдумала его слова и решила, что в рассуждениях Лумиана есть смысл.</p><p>Пробормотав что-то себе под нос, она забрала стопку и перевернула на страницу, которую выбрала заранее.</p><p>Там описывалось относительно знакомое ей существо мира духов:</p><p>«Заяц знаний».</p><p>Разумеется, это был не обычный «Заяц знаний» — обычные не годились в посланники. Этот же впитал определенные знания и подвергся особой аномалии.</p><p>У Дженны сложилось неплохое впечатление о «Зайцах знаний»: они казались ей довольно дружелюбными и готовыми помогать людям, поэтому с самого начала выбор пал именно на него.</p><p>Впрочем, имелась и другая причина: она находила «Зайца знаний» невероятно милым, а его глуповато-задумчивый вид — довольно забавным.</p><p>Вытащив нужный лист, Дженна подошла к алтарю. Вспоминая наставления Франки и оккультные познания, полученные вместе с зельем «Ведьмы», она быстро освятила ритуальный серебряный кинжал и воздвигла «Духовную стену».</p><p>Завершив все приготовления, она отступила на два шага и, уставившись на пламя свечи, произнесла на древнем гермесе краткое, но исполненное силы слово:</p><p>«Я!»</p><p>Вслед за этим она перешла на язык Гермеса:</p><p>'Я именем своим призываю:</p><p>«Блуждающий в иллюзиях кроликоподобный дух, способное к общению дружелюбное создание, стремящийся к знаниям бегун».</p><p>В этой формулировке призыва прежнее «слабое создание» было заменено на «бегун», чтобы указать на того самого особенного «Зайца знаний».</p><p>Пламя свечи мгновенно окрасилось в мрачно-зеленый цвет и раздулось до размеров человеческой головы.</p><p>Из зловеще-зеленого огня вышло прозрачное существо, похожее на зайца.</p><p>Его взгляд, в отличие от остальных «Зайцев знаний», не был тупым и заторможенным, напротив, в нем светился разум, а в лапках он держал размытую книгу в оранжево-красной обложке.</p><p>Его задние лапы были сильными и мощными — сразу видно, что бегает он отменно.</p><p>Дженна, добившись успеха с первого же раза, была очень рада.</p><p>С некоторой робостью она спросила на древнем гермесе:</p><p>«Ты согласен стать моим посланником?»</p><p>Мутировавший «Заяц знаний» окинул Дженну взглядом и спросил в ответ на интисском:</p><p>«Ты раньше никогда не обозвала моих сородичей дураками и идиотами?»</p><p>«Нет», — искренне ответила Дженна. — «Я иногда ругаюсь матом, но ни к кому конкретно это не относится, просто выражение эмоций».</p><p>Иногда? — мысленно усмехнулся над Дженной Лумиан.</p><p>Мутировавший «Заяц знаний» внимательно посмотрел на Дженну и каким-то образом убедился, что она не лжет.</p><p>Разумеется, возможно, это была всего лишь формальность, и ответа «не обозвала» оказалось достаточно, а правда это или ложь — не имело значения.</p><p>Заяц кивнул вверх-вниз и сказал:</p><p>«Тебе придется платить мне вознаграждение. За каждый призыв ты должна давать мне книгу или эквивалентный объем знаний. Плату можешь вносить ты сама, а можешь переложить ее на того, кто пишет тебе письмо».</p><p>И вот так сразу согласился? Если бы я раньше их ругал, то не смог бы призвать этого зайца в качестве посланника? Впрочем, и так бы не смог, особый «Заяц знаний», развивающийся в сторону посланника, судя по всему, всего один… Лумиан знал, что с «Зайцами знаний» легко договориться, но не думал, что настолько.</p><p>Дженна бросила взгляд на материалы, лежащие на краю алтаря, где имелась строчка-подсказка:</p><p>«Знания, которыми вы кормите „Зайца знаний“, определяют то, чем он станет в будущем».</p><p>Если давать ему больше книг о почтальонах, повысит ли это его сознательность и способности как посланника? — мысленно размышляла Дженна, отвечая:</p><p>«Без проблем, давай подпишем контракт».</p><p>Следуя шаблону госпожи «Фокусник», она темнеюще-красной перьевой ручкой с алтаря быстро набросала на желтовато-коричневом пергаменте текст контракта, включавший только что оговоренное вознаграждение.</p><p>Контракт состоял из слов на древнем гермесе, каждое из которых будто связывалось с силами природы и мира духов. Лишь благодаря повседневной учебе и знаниям, полученным вместе с зельем «Ведьмы», Дженна смогла за кратчайший срок овладеть этим потусторонним языком.</p><p>Сразу вслед за этим Дженна записала оккультное описание, соответствующее Подземному царству:</p><p>«Пристанище всей смерти, ад, укрытый в глубинах мира духов, свидетель конечного увядания всего сущего, царство, принадлежащее исключительно богу Смерти».</p><p>Пока она писала, слова на древнем гермесе вспыхивали мрачно-зеленым пламенем, включая и те, что были написаны ранее.</p><p>В завершение Дженна, вспомнив предварительный совет Лумиана, специально внесла пункт, зафиксировавший формулировку призыва: «Блуждающий в иллюзиях кроликоподобный дух, стремящийся к знаниям бегун, посланник, принадлежащий исключительно Семёрке Кубков».</p><p>Она по-прежнему использовала не настоящее имя, опасаясь предательства в будущем: если кто-то, узнав формулировку призыва ее посланника, выяснит ее подлинную личность, это наведет беду на ее брата Джулиана.</p><p>Пробежав глазами контракт и убедившись, что все в порядке, Дженна поставила подпись со своим кодовым именем.</p><p>Пергамент взмыл в воздух и полетел к мутировавшему «Зайцу знаний».</p><p>«Заяц знаний» взял другую ручку и записал свое имя:</p><p>«Шазо Савио».</p><p>«У тебя даже есть собственное имя?» — немного удивился Лумиан.</p><p>Он тоже находился внутри «Духовной стены».</p><p>«Я сам выбрал его после того, как прочел одну книгу, теперь это мои имя и фамилия», — пока заяц Шазо отвечал, мертвенно-зеленое пламя на пергаменте слилось воедино, сжигая контракт в пепел и превращая его в невидимую силу.</p><p>Дженна, не скрывая облегчения, перекинулась с зайцем Шазо еще несколькими фразами и произнесла:</p><p>«Я!»</p><p>«Я именем своим завершаю этот призыв».</p><p>Заяц Шазо вернулся в мир духов. Франка, сгорающая от нетерпения, посмотрела, как спадает «Духовная стена», и вошла в зону алтаря.</p><p>То, что Дженна так легко добилась успеха, заставило ее уверовать и в собственные силы.</p><p>Однако она позорно потерпела неудачу.</p></section><section><title><p>Глава 506 «Кающийся»</p></title><p>Глава 506 «Кающийся»</p><p>Франка попробовала пять раз, сменив пять разных существ из мира духов, и все призывы прошли успешно, но ни одно существо из мира духов не пожелало заключить с ней контракт и стать её посланником.</p><p>Это нанесло ей «огромный» удар, из-за чего она немного растерялась и, нисколько не скрывая, проявила свои затерянность и уныние.</p><p>Впрочем, у неё еще оставался разум, и она не стала упорствовать, пробуя призвать все оставшиеся двадцать четыре вида существ из мира духов.</p><p>Текущее положение дел и так прекрасно обо всем говорило:</p><p>Те, кому суждено добиться успеха, преуспевают с первых двух-трех попыток!</p><p>Дженна бросила взгляд на павшую духом Франку:</p><p>— Попробуй еще раз, когда твоя Последовательность станет выше.</p><p>— Когда твоя Последовательность станет выше, я, может, уже смогу передавать сообщения с помощью зеркал и мира зеркал, зачем мне тогда посланник? — проворчала Франка. — Почему нет существ из мира духов, которые соблазнились бы очарованием «Демонессы» и добровольно стали бы посланниками?</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>— Я видел нечто подобное в тех материалах о существах из мира духов. Хочешь попробовать?</p><p>Франка лишь на словах не желала уступать, на деле же оставалась весьма рассудительной, и, услышав это, с руганью произнесла:</p><p>— Ладно, ладно, такие существа из мира духов наверняка очень опасны. Все, о чем они думают, — это затащить «Демонессу» в мир духов, и при доставке письма они только и сделают, что превратят моих друзей во врагов.</p><p>Увидев, что она успокоилась, Антони Рид, также бывший новичком в ритуальной магии, приступил к своей попытке.</p><p>Он тоже попытался пять раз: два призыва завершились неудачей, а трижды не удалось заключить контракт.</p><p>— Похоже, мне тоже пока не суждено обзавестись посланником, — Антони слегка горько улыбнулся.</p><p>Это значительно смягчило настроение Франки:</p><p>Потерпевшей неудачу оказалась не она одна.</p><p>— Кого ты хочешь призвать? — с любопытством спросила она у Лумиана.</p><p>— Самого крутого, — Лумиан с равнодушным видом заново освятил ритуальный серебряный кинжал и вновь создал «духовную стену».</p><p>Глядя на горящее пламя свечи, он отступил на два шага и, чередуя древнегермесский язык и язык Гермеса, произнес:</p><p>— Я!</p><p>— Я призываю от своего имени:</p><p>— Существо, странствующее в вышнем мире, кающегося, пробудившегося от пламени боли, дружелюбного человека, оскверненного тьмой.</p><p>Это призывное заклинание было самым уникальным в материалах, предоставленных на этот раз госпожой «Фокусник». Во-первых, вместо «Духа, странствующего в вышнем мире» использовалось «Существо, странствующее в вышнем мире», что означало, что цель не ограничивалась духами; во-вторых, две последующие фразы описывали как его судьбу, так и особенности.</p><p>Лумиан посчитал, что его характер и стиль весьма хороши, и решил попробовать его первым. Все равно ему нужно было лишь существо, способное доставлять письма и перемещаться по миру духов, и остальные обстоятельства его не волновали; а раз так, почему бы не выбрать самого крутого?</p><p>По мере произнесения заклинания пламя свечи стремительно вспыхнуло и разрослось, окрасившись в темно-зеленый, почти черный цвет.</p><p>Огонь разгорался все сильнее, и в нем возник силуэт.</p><p>Это был высокий «человек», облаченный в одеяние, похожее на рясу священнослужителей Церкви «Вечного Пылающего Солнца», но глубокого черного цвета.</p><p>Его обнаженные лицо, шея и руки выглядели так, будто их долгое время сжигал огонь, оставив лишь кости и плотно обтягивающий их тонкий слой обугленной плоти. Его глазницы были абсолютно пустыми и темными, а в качестве зрачков выступало темное пламя. В нескольких местах на его теле оставалось странное черное пламя, густое, словно вода, — оно тихо горело, заставляя дух непрестанно пребывать в мучениях.</p><p>Лумиан посмотрел на этого «Кающегося» и спросил на языке Древнего Гермеса:</p><p>— Ты согласен стать моим посланником?</p><p>«Кающийся» ответил на древнефейсакском языке, истоке языков государств Северного континента:</p><p>— Если ты не боишься, что я втяну тебя за собой и ты медленно соскользнешь в глубины тьмы, я могу доставлять для тебя письма.</p><p>Не требует платы, но есть скрытая угроза? Раз госпожа «Фокусник» предоставила сведения о «Кающемся», значит, это то, с чем я способен справиться… Лумиан, у которого мистических «долгов» накопилось настолько много, что он даже ленился о них беспокоиться, усмехнулся и сказал:</p><p>— Это зависит от того, сможешь ли ты с той тьмой победить в перетягивании каната.</p><p>— Без проблем, еще до твоего призыва я был к этому морально готов.</p><p>На этот раз он перешел на древнефейсакский язык для общения, ведь произносить столько слов на языке Древнего Гермеса, способном приводить в движение силы природы, было бы довольно затруднительно.</p><p>Вскоре он составил контракт и написал четыре оккультных описания, представляющих Подземное царство в качестве свидетеля.</p><p>Под светом слов языка Древнего Гермеса, объятых мертвенно-зеленым пламенем, Лумиан в форме условий зафиксировал призывное заклинание как:</p><p>— Существо, странствующее в вышнем мире, кающийся, пробудившийся от пламени боли, посланник, принадлежащий исключительно Лумиану Ли.</p><p>Лумиан не стал использовать кодовое имя, как Дженна и «Рыцарь Мечей», ведь тем, кто знает о его посланнике, вовсе не обязательно знать, что он принадлежит к Младшим Арканам «Клуба Таро», — таково было самосовершенствование опытного агента под прикрытием, а если имя Лумиан Ли и соответствующее происхождение станут кому-то известны, в этом не было ничего страшного.</p><p>Записав свое имя, он увидел, как желтовато-коричневый пергамент подлетел к «Кающемуся» в черном одеянии.</p><p>«Кающийся» поставил свое имя:</p><p>Баинфер.</p><p>Мертвенно-зеленое пламя мгновенно слилось воедино, превратив контракт в пепел, который растворился в мире духов.</p><p>— В чем именно ты раскаиваешься? — с любопытством спросил Лумиан у своего посланника, «Кающегося» Баинфера.</p><p>Баинфер ничего не ответил и лишь молча наблюдал, как капнувший с его тела сгусток черного пламени, густого, словно вода, просочился в землю.</p><p>Лумиан задал еще несколько вопросов подряд, но тот упорно сохранял молчание.</p><p>— Отлично, всем парикмахерам следовало бы поучиться у тебя, — хмыкнул Лумиан и завершил призыв.</p><p>Едва он снял «духовную стену», как Франка посмотрела на него с обиженным выражением лица:</p><p>— С первой же попытки получилось?</p><p>— С первой же попытки, — Лумиан не проявил никакой радости, словно говорил о совершенно обыденной вещи.</p><p>— Почему, ну почему мы с Антони не пользуемся популярностью у существ из мира духов, почему? — Франка тяжело вздыхала, никак не способная отпустить эту мысль.</p><p>Стоит признать, что очарование «Демонессы Наслаждения» все же было весьма велико. Глядя на такую Франку, даже «Аскет» Лумиан захотел подойти к ней, поднять правую руку и с щелчком дать ей по лбу.</p><p>Так и подмывало ее подразнить!</p><p>Поразмыслив немного, он сказал:</p><p>— Кажется, я понял причину. Статус Младшего Аркана в «Клубе Таро» лишь повышает вероятность успеха при призыве особых существ из мира духов. Разве даже Антони, будучи «Психиатром», впервые проводя ритуальную магию, не преуспел несколько раз?</p><p>— Но чтобы заслуживать благосклонность, признание или подчинение особых существ из мира духов, нужно либо обладать более высоким статусом, либо принадлежать к особому Пути, либо иметь предметы, непосредственно связанные с господином «Шутом», — например, Монету удачи Дженны или силу господина «Шута», что находится во мне.</p><p>Говоря об этом, Лумиан внезапно кое о чем задумался:</p><p>Если причина в этом, то нет ли чего-то подобного и у «Рыцаря Мечей», у которого тоже есть посланник?</p><p>«Так вот оно что!» Франка мигом сбросила апатию и снова обрела уверенность в себе.</p><p>Дело вовсе не в ней, ей просто не хватало подходящего «реквизита»!</p><p>Затем она взглянула на Дженну, колеблясь, не одолжить ли Монету удачи, чтобы заключить контракт с посланником.</p><p>В конце концов Франка отказалась от этой мысли, поскольку в оккультизме разница между «своим» и «взятым взаймы» была весьма существенной, а если бы Дженна просто подарила её, а она потом вернула обратно, Франка опасалась, что ей не хватит подходящего случая и она не сможет справиться с последствиями.</p><p>Уф… Франка выдохнула и уже собиралась спросить Лумиана, когда он планирует покинуть Трир и каким способом, как вдруг заметила, что спутник почему-то умолк, а на его лице проступила легкая подавленность.</p><p>«Что с тобой?» Франка заботливо спросила.</p><p>«Ничего.» Лумиан покачал головой.</p><p>Он лишь внезапно вспомнил, что Аврора когда-то тоже очень хотела обзавестись посланником.</p><p>Антони взглянул на него, но ничего не сказал, а Дженна упомянула о просьбе дьякона «Очистителей» Ангулема и спросила Лумиана, не хочет ли он продать «Доспех Гордыни» официальным властям.</p><p>Лумиан молчал пару секунд, затем тихо усмехнулся:</p><p>«Поговорим об этом спустя некоторое время.»</p><p>Хотя «Доспех Гордыни» и был опасен, он обладал невероятной мощью и представлял угрозу для любых Потусторонних, еще не перешагнувших порог Полубога. Если бы ради возможности уничтожить Локи и других ключевых членов «Дня дурака» потребовалось надеть его, Лумиан надел бы его без колебаний, готовый принять любые последствия.</p><p>Пока он не перебьет всех этих ублюдков или пока его собственная сила не возрастет настолько, что необходимость в «Доспехе Гордыни» отпадет сама собой, Лумиан не откажется от этого запечатанного артефакта из-за какой-то опасности.</p><p>«Ладно.» Франка спросила: «Ты завтра уезжаешь из Трира? На корабле, на поезде с паровой тягой или попросишь у госпожи „Фокусник“ координаты мира духов и сразу „телепортируешься“?»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>'Всё возможно, решу завтра.</p><p>«Посмотрим, что уготовит судьба.»</p><p>«Чего это ты заговорил как загадочный пророк…» Франка проворчала.</p><p>…………</p><p>Попрощавшись с тремя спутниками, Лумиан надел серебристо-белый кафф «Ложь», изменил цвет волос и облик и по Рыночному проспекту свернул на Беспорядочную улицу, направляясь в подвальный бар гостиницы «Золотой Петух».</p><p>Казалось, вчерашнее бедствие ничуть не затронуло это место: постоянные посетители всё так же сидели на привычных местах, громко пели, беспорядочно танцевали вокруг круглых столиков или играли в азартные игры, где выигрышем служила выпивка.</p><p>Чарли, облачившийся в черное пальто, стоял на одном из круглых столиков и, размахивая пивной бутылкой, восторженно вещал:</p><p>'Вы, должно быть, не знаете, но мы с Шарлем Дюбуа — друзья! И не просто пару раз пили вместе, а вместе прошли сквозь жизнь и смерть!</p><p>«Поглядите, поглядите! Награду за его голову подняли уже до 60 000 феров! Какая огромная сумма!»</p><p>«А ты прямо-таки гордишься мной…» — усмехнулся про себя Лумиан, присел к барной стойке и заказал бокал абсента.</p><p>Слушая витавший вокруг шум и чувствуя оживление этого места, он молча вкушал горький крепкий напиток.</p><p>Хозяин бара Павар Нисон, протиравший бокал, заметил незнакомое лицо и с улыбкой спросил:</p><p>«Только пришли в Рыночный округ?»</p><p>«Да.» Лумиан глухо ответил.</p><p>Павар Нисон мягко произнес:</p><p>«Похоже, за вашими плечами немало историй.»</p><p>Лумиан вздохнул, сделал глоток сказочной «Зелёной Феи» и с самоиронией ухмыльнулся:</p><p>«Я — неудачник…»</p></section><section><title><p>Глава 507 «Разрыв»</p></title><p>Глава 507 «Разрыв»</p><p>«Вот так мне и пришлось уйти оттуда. Я нигде не могу остаться по-настоящему, к тому же могу навредить своему другу, из-за чего он потеряет с трудом нажитое богатство.»</p><p>Лумиан сделал ещё один глоток абсента изумрудно-зелёного цвета.</p><p>Владелец бара Павар Нисон поставил бокал и с полным размышлений видом произнёс:</p><p>«Это и вправду вызывает сочувствие.»</p><p>Лумиан ухмыльнулся:</p><p>«Ну всё, свою историю я сочинил, не пора ли тебе угостить меня выпивкой?»</p><p>Павар, собравший волосы в хвост, как у художника, опешил.</p><p>…………</p><p>Около полуночи Чарли в чёрном пальто вышел из подвального бара гостиницы «Золотой Петух» и направился к арендованной квартире.</p><p>Осенняя ночь радовала приятным ветром — он не заставлял дрожать, но приносил прохладу, словно очищающую тело и душу, и Чарли не удержался от глубокого вдоха.</p><p>«Чёрт, какой пьяница опять тут нагадил?» Донёсшийся с ветром зловонный запах испортил Чарли настроение.</p><p>Как раз в этот момент он увидел, как из темноты впереди вынырнула фигура.</p><p>У человека были светлые волосы с чёрными прядями, яркие и острые голубые глаза, а также мужественные и привлекательные черты лица — это был не кто иной, как Шарль Дюбуа.</p><p>Ты ещё не уехал из Трира? — Чарли обрадовался в душе и уже собрался спросить.</p><p>Почти одновременно он заметил, что выражение лица Шарля было чрезвычайно мрачным, а в его глазах, казалось, зрела буря.</p><p>Чарли вздрогнул от испуга и, пока в его голове стремительно проносились мысли, инстинктивно сказал:</p><p>«Я… я хотел тебя предупредить…»</p><p>Не успел он договорить, как Лумиан подошёл к нему, поднял правый кулак и с треском врезал ему по лицу.</p><p>Удар был настолько сильным, что перед глазами Чарли тут же заплясали золотые искры, а тело покосилось, и он отступил на несколько шагов, едва удерживая равновесие.</p><p>Лумиан с мрачным лицом произнёс:</p><p>«Учитывая наши прошлые отношения, на этот раз я тебя не убью.»</p><p>С этими словами он в своей тёмной куртке развернулся и пошёл в сторону неосвещённого переулка.</p><p>Чарли, держась за распухшую и покрасневшую щеку и глядя на спину Шарля, уходящего в темноту, с досадой и раздражением прокричал:</p><p>«Но я ведь не мог тебя найти! Как я мог сообщить, что тебя объявили в розыск?»</p><p>Лумиан ничего ему не ответил и скрылся в переулке.</p><p>Стоявший на месте Чарли, увидав это, не удержался от ругательства.</p><p>Он испытывал одновременно и гнев, и обиду от незаслуженного обвинения:</p><p>С чего это он вдруг стал таким нерассудительным?</p><p>Это ведь не моя вина, что тебя разыскивают, я и так изо всех сил пытался помочь!</p><p>Я всего лишь мелкий клерк, мои возможности крайне ограничены!</p><p>…………</p><p>На следующее утро Чарли только-только уселся со своим мясным пирогом за рабочее место в подземелье церкви Святого Роберса и ещё не успел заварить кофе, как увидал перед собой дьякона Ангулема в коричневом двубортном пальто.</p><p>«Доброе утро, дьякон,» — Чарли резвым движением поднялся и угодливо поздоровался.</p><p>Ангулем окинул взглядом синяк на его левой щеке:</p><p>«Что произошло? Тебя кто-то избил?»</p><p>«Н-нет, врезался… врезался в статую!» — Чарли внезапно занервничал и замахал правой рукой. — «Вы можете не поверить, насколько безумны эти ублюдки, когда напиваются. Одни кричат о свержении правительства, другие принимают собственную рвоту за деликатес, а третьи перетащили такую тяжёлую статую прямо на угол! Я не заметил и врезался.»</p><p>Ангулем пристально посмотрел на клерка и спокойным тоном сказал:</p><p>«Твоя ложь весьма топорна. Ты помнишь, что в подписанном тобой контракте есть пункт о запрете скрывать важные сведения?»</p><p>Выражение лица Чарли тут же застыло. Его губы некоторое время шевелились, после чего он заикаясь выговорил:</p><p>«Э-это Шарль, Шарль Дюбуа избил меня. Возможно, он затаил обиду из-за того, что я не предупредил его заранее о том, что его объявят в розыск.»</p><p>Ангулем молча выслушал и спустя две секунды сказал:</p><p>«Отлично, вот это уже поведение, достойное гражданского сотрудника 'Очистителей».</p><p>«Где ты его встретил?»</p><p>«Снаружи гостиницы „Золотой Петух“, возле первого переулка, если идти в сторону Рыночного проспекта,» — нервничая и тревожась, ответил Чарли.</p><p>Уточнив ещё несколько деталей, Ангулем сказал Чарли:</p><p>«Поскольку реальное положение дел Шарля Дюбуа превзошло наши ожидания, мы повторно изучили все связанные с ним материалы. Мы обнаружили, что ты поддерживал с ним тесные отношения, а также заметили его след в том потустороннем деле Сюзанны Матисс. И сопоставив его участие с теми событиями, я отчетливо вижу, что ты скрыл немало деталей.»</p><p>Услышав слова дьякона, Чарли весь напрягся, а на его лбу выступил обильный холодный пот.</p><p>«Я… я…» — он не знал, что сказать, словно уже наяву увидел свой плачевный конец.</p><p>В этот момент Ангулем сам спросил:</p><p>«Шарль заставил тебя скрывать это?»</p><p>«Н-нет, не заставлял,» — подсознательно ответил Чарли и тут же поспешно добавил: — «Он попросил.»</p><p>«Так и есть, он попросил,» — Ангулем слегка кивнул и перешёл к расспросам о каждой детали инцидента с Сюзанной Матисс.</p><p>Чарли, чья психологическая защита была полностью сломлена, рассказал дьякону «Очистителей» всё, что смог вспомнить.</p><p>Когда он закончил, Ангулем серьезно произнес:</p><p>«За подобное сокрытие реальных деталей дела при поступлении на службу в качестве гражданского сотрудника 'Очистителей» в обычной ситуации тебя, если и не упекли бы в тюрьму, то немедленно бы уволили…</p><p>К подобному исходу Чарли хоть и был готов, но услышав это наяву, всё равно ощутил себя так, будто его со всей силы ударили дубиной по голове: его тело пошатнулось, и он едва удержался на ногах.</p><p>Не успел он высказать последнюю мольбу, как Ангулем сменил тон:</p><p>'Однако в эти месяцы ты проявлял себя очень хорошо: трудился усердно и добросовестно, стремился учиться, да и, судя по всему, не сливал сведения Шарлю, из-за чего тот и затаил на тебя обиду.</p><p>«Как дьякон Инквизиции Рыночного района, я считаю, что нельзя снова толкать обратно человека, изо всех сил пытающегося выкарабкаться из Бездны, разрушая его последнюю надежду. Поскольку после вступления в должность гражданского сотрудника 'Очистителей» ты не совершил существенных ошибок, а история с Сюзанной Матисс изначально была реальной, я дам тебе ещё один шанс. Не выгонять же тебя на улицу, дожидаясь, пока Шарль убьёт тебя или Дарители «Матери Древа Желаний» снова тебя найдут?</p><p>'Ты уволен, но можешь остаться здесь в качестве стажёра, при этом жалование будет понижено до уровня стажёра сроком на шесть месяцев. Если за эти шесть месяцев ты проявишь себя с лучшей стороны и больше не совершишь ошибок, сможешь вновь занять должность, в противном случае — немедленно вылетишь отсюда.</p><p>«Проще говоря, твоё наказание — оставление в коллективе на испытательный срок сроком на шесть месяцев.»</p><p>Выслушав слова дьякона, Чарли ощутил огромную радость, словно побывал в аду и снова вернулся на небеса.</p><p>Он непрестанно рассыпался в благодарностях и одновременно с этим, словно лишившись всех сил, тяжело плюхнулся обратно на своё место.</p><p>Проводив взглядом Ангулема, Чарли остался с полной сумятицей в голове, где один за другим проносились многочисленные образы.</p><p>Спустя несколько секунд он поднял правую руку и с треском отвесил себе пощёчину.</p><p>С полным досады и раскаяния видом он пробормотал себе под нос:</p><p>«А ведь еще вчера вечером я хвастался в баре, будто мы с Шарлем — друзья, прошедшие вместе сквозь жизнь и смерть…»</p><p>…………</p><p>Вскоре после возвращения в свой кабинет Ангулем получил телеграмму.</p><p>Она пришла из церкви Святой Вьев, от Плесси Декарта, отвечавшего за Трирскую епархию.</p><p>Этот кардинал просил Ангулема прийти в церковь Святой Вьев — у него было к нему дело.</p><p>Церковь Святой Вьев.</p><p>Поднявшись по винтовой, сияющей золотом и великолепной лестнице к куполу, попадаешь в небольшую комнату — одно из ближайших к Солнцу мест во всём Трире.</p><p>Облачённый в белое одеяние с золотым шитьём кардинал Плесси круглый год находился здесь, купаясь в священном свете.</p><p>Он был старцем с высокими скулами и белокурыми с сединой волосами; его облик не казался суровым, но от него исходило сияние, на которое невозможно было смотреть прямо, так что во всей комнате не было ни единой тени.</p><p>«Хотя из-за всякого рода неожиданностей и обрыва сведений вы не смогли вовремя ликвидировать катастрофу позапрошлой ночью, но как в чётком понимании ключевой информации, так и в последующих распоряжениях ты проявил весьма высокий уровень. Да и твои успехи в Рыночном районе за последний с лишним год мы тоже не обошли вниманием,» — доброжелательно произнёс Плесси.</p><p>«Восславься, Солнце!» — Ангулем раскинул руки, воздавая славу Господу.</p><p>Плесси остался ещё более доволен:</p><p>«Исходя из текущей обстановки и обозримого будущего, мы намерены сформировать ещё три отряда „Очистителей“, подчиняющихся напрямую Трирской епархии, для оперативного реагирования на различные потусторонние происшествия.»</p><p>Сказав это, кардинал редко для себя улыбнулся:</p><p>«Последние полгода ты и вправду был слишком занят, да и без посторонних ушей вроде бы жаловался на отсутствие времени для отдыха. Не нужно винить себя, это естественная человеческая реакция. Став дьяконом отряда прямого подчинения Трирской епархии, в обычное время ты будешь довольно свободен — придётся заниматься лишь теми делами, с которыми 'Очистители» отдельных районов не могут справиться или не успевают отреагировать.</p><p>'Разумеется, это означает и опасность, ты должен чётко это осознавать.</p><p>'Франсуа, Последовательность 4 — это рубеж качественного перелома. В Инквизиции немало тех, кто ждёт возможности стать Святыми, и если ты хочешь превзойти их, то должен внести выдающийся вклад. Первый шаг — стать дьяконом отряда прямого подчинения крупной епархии, второй шаг — накопить заслуги и взять под управление Святую реликвию, а третий шаг — ждать шанса.</p><p>«Хочешь ли ты стать этим дьяконом? Я уважаю твоё желание.»</p><p>Мобильные силы… рассмотрение дел, с которыми не могут справиться «Очистители» других районов… в обычные дни действительно должно быть много свободного времени, не так уж и много крупных происшествий… да и неизвестно, правдиво ли пророчество о конце света от «Гэндальфа», но самосовершенствование всегда во благо… — Ангулем ненадолго задумался и сказал:</p><p>«Ваше Высокопреосвященство, Ваша воля — моё желание.»</p><p>Плесси слегка улыбнулся:</p><p>«Как дьякон, ты сам отвечаешь за подбор членов отряда.»</p><p>«Да, Ваше Высокопреосвященство,» — Ангулем развёл руки, снова воздав хвалу Солнцу.</p><p>Вернувшись в подземелье церкви Святого Роберса, он вызвал в кабинет метиса Имре и сообщил подчинённому об отряде прямого подчинения Трирской епархии.</p><p>«Хочешь пойти со мной?» — спросил Ангулем.</p><p>Имре ухмыльнулся:</p><p>'Это означает, что я смогу повысить Последовательность и получать более высокое жалование?</p><p>«Я согласен!»</p><p>Дав согласие, метис спросил:</p><p>«Кого ещё выберем?»</p><p>Ангулем промолчал около десятка секунд и сказал:</p><p>'Таких, как Валентин, у кого есть жена и дети, не спрашивай, поспрашивай холостых бойцов.</p><p>«Отряд прямого подчинения — это и честь, и опасность.»</p><p>Сказав это, Ангулем тихо вздохнул и произнёс:</p><p>«Какой „Очиститель“ со счастливой семьёй не хочет видеть, как растут его дети, и не хочет проводить больше времени с женой? Пусть лучше мы, холостяки, возьмём это на себя.»</p></section><section><title><p>Глава 508 Отбытие</p></title><p>Глава 508 Отбытие</p><p>В Рыночном округе всех, кого следовало арестовать, уже арестовали, а неарестованных объявили в розыск, так что Ангулем впервые за долгое время освободился и сосредоточился на подборе членов отряда, напрямую подчиняющегося епархии Трира.</p><p>Он не мог набрать всех только из Инквизиции Рыночного округа, поэтому, получив личные дела от церкви Святой Вьев, он в неторопливом темпе посетил Инквизицию Района Обсерватории, Тюремного района и других мест, подробно пообщавшись с кандидатами из числа «Очистителей».</p><p>Затем он вовремя завершил работу, вернулся в съёмную квартиру в Районе Пантеона и сразу же заснул.</p><p>Проспав до самого рассвета, Ангулем проснулся от урчания в животе и сжевал батон белого хлеба вприкуску с имевшимися запасами вяленого мяса, сливочного масла и красного вина.</p><p>Взглянув на журнальный столик с немытой посудой, он с удовлетворением сел за уменьшенную версию аналитической машины и включил радиопередатчик.</p><p>В это время их телеграфная группа находилась в самом активном состоянии.</p><p>Отправив телеграмму, чтобы объявить о своём присутствии, Ангулем подтянул диванную подушку, подложил её за спину и удобно откинулся на стену.</p><p>Вскоре под стрекочущие звуки аналитическая машина, состоявшая из множества деталей, привела в действие печатную машинку, и та «выплюнула» телеграмму.</p><p>Увидев, что подпись под телеграммой — «Потайной клинок», Ангулем почувствовал, как у него дёрнулся висок.</p><p>Он сорвал телеграмму и быстро пробежал глазами по её содержимому:</p><p>'«007», ты наконец-то появился, мне нужно кое-что тебе рассказать!</p><p>«Я получила новые сведения: те 'Люди из зеркала», о которых я упоминала ранее, на протяжении последних десяти с лишним лет планомерно проникали в Трир и заменяли собой оригиналов. Ныне неизвестно, сколько жителей Трира на самом деле уже стали «Людьми из зеркала». Что они в итоге замышляют и какой цели хотят достичь — пока никому не ведомо, но явно ничего хорошего.</p><p>«Я выслеживаю этих „Людей из зеркала“ и буду присылать тебе новые зацепки, а ты со своей стороны тоже загодя обрати на это внимание.»</p><p>Ангулем прочитал это, глубоко вздохнул и медленно выдохнул.</p><p>…………</p><p>На следующее утро.</p><p>Люмиан сидел в четырёхколёсном четырёхместном наёмном экипаже, рядом с ним находился маленький мальчик Людвиг в пальто карамельного цвета и с красным жёстким ранцем за спиной, а напротив — густобровый и круглоглазый Лугано Тоскано, с первого взгляда похожий на положительного персонажа.</p><p>Он уставился в окно, разглядывая ничем не отличающийся от обычного Рыночный проспект:</p><p>Зазывающие прохожих уличные торговцы, снующие туда-сюда омнибусы и наёмные экипажи, толпы чужестранцев, прибывших со станции поездов с паровой тягой Сухит, зазывающие клиентов официанты, кафе, совмещающие функции пивных, дешёвых ресторанов и игорных залов, спешащие мелкие клерки и рабочие — всё это ничем не отличалось от того, что отпечаталось в памяти Люмиана.</p><p>Однако в мелочах многое изменилось: Кристо по прозвищу «Крыса» сбежал, «Гигант» Симон был схвачен, а барон Бриньоль и вовсе сгинул неизвестно где, даже не поручив торговцам информацией разыскать своего пропавшего крестника.</p><p>Процветавшая когда-то Савойская банда полностью сгинула, и в Рыночном округе, где ситуацией ранее удавалось управлять, начнётся новый виток гангстерских войн.</p><p>Тёмно-коричневый наёмный экипаж с жёлтым номером медленно выехал из этого оживлённого, шумного и весьма хаотичного места.</p><p>Заметив, что Люмиан отвёл взгляд, Лугано заискивающе спросил:</p><p>«Мы поплывём на корабле в Фейнапот или добываем фальшивые личности и поедем на поезде с паровой тягой на юг, чтобы сначала наведаться в провинцию Лейстон?»</p><p>Изначально он хотел упомянуть деревню Корду, но посчитал, что это станет ударом для Люмиана, поэтому заменил её более широким понятием — провинцией Лейстон, их общей родиной.</p><p>«Положимся на усмотрение судьбы,» — улыбнулся Люмиан.</p><p>Он достал три стикера и своей чёрной перьевой ручкой написал на них разные варианты:</p><p>«Поплыть на корабле», «Поехать на поезде с паровой тягой», «Отправиться напрямую».</p><p>Затем он сжал три бумажки в комочки и головокружительными движениями рук перемешал их.</p><p>«Тяни, посмотрим, что предназначила судьба,» — улыбаясь, Люмиан протянул правую руку Лугано.</p><p>Это слишком легкомысленно — выбирать способ отправления в королевство Фейнапот с помощью жребия? Лугано опешил и, испытывая огромное чувство абсурдности происходящего, послушно взял один бумажный комочек.</p><p>В конце концов, аванс в 5000 велькинсов он уже получил!</p><p>Развернув его, Лугано увидел надпись: «Поплыть на корабле».</p><p>Люмиан кивнул и с улыбкой произнёс:</p><p>«Отлично, тогда поедем на поезде с паровой тягой.»</p><p>«…» — Лугано инстинктивно посмотрел на сидящего напротив разыскиваемого преступника с наградой в 60 000 велькинсов, не понимая, использует ли тот его для исключения неверного варианта или просто дурачится.</p><p>Он снова натянул улыбку и спросил:</p><p>«Тогда разворачиваемся обратно к станции поездов с паровой тягой Сухит?»</p><p>«Нет, на Северный вокзал,» — Люмиан повернул голову и взглянул на маленького мальчика Людвига, который без остановки уплетал еду и даже не вмешивался в разговор.</p><p>Северный вокзал? Лугано растерялся ещё больше, не в силах догадаться, что же задумал его наниматель.</p><p>В Трире было два основных вокзала: один — Сухит, расположенный на южном берегу реки Серензо и связывавший южные и центральные регионы Интиса, а второй — Северный вокзал, находившийся к северу от реки Серензо и обеспечивавший сообщение с северными провинциями. Если нужно попасть в королевство Фейнапот или провинцию Лейстон, то обязательно следовало отправиться на станцию поездов с паровой тягой Сухит, с чего вдруг ехать на север?</p><p>Раз уж наниматель принял решение, Лугано не стал возражать и лишь велел кучеру сменить маршрут.</p><p>Ближе к полудню наёмный экипаж прибыл на Северный вокзал Трира.</p><p>Нужно замаскироваться, найти маклера, раздобыть фальшивые личности и купить билеты… Лугано, веля кучеру остановиться в более уединённом месте, повернулся вполоборота к Люмиану, собираясь озвучить предложение.</p><p>Но перед его взором предстало чрезвычайно незнакомое лицо:</p><p>Короткие льняные волосы, кареватые глаза и ничем не примечательные черты лица создавали облик типичного прохожего.</p><p>Если бы не серебристо-белый кафф на правом ухе и прежняя одежда, Лугано решил бы, что на них напали официальные Потусторонние, а его нанимателя уже тихо устранили.</p><p>«Купи билеты до порта Гати в провинции Верхняя Бретань,» — спокойно распорядился Люмиан.</p><p>Провинция Верхняя Бретань, порт Гати… Лугано внезапно всё понял.</p><p>Наниматель действительно собирался плыть на корабле в королевство Фейнапот, но не из порта Лесель в провинции Пас, который находился ближе всего к Триру, а отправившись в расположенную дальше к северу провинцию Верхняя Бретань, также омываемую Туманным морем.</p><p>Для обычного человека подобное являлось бессмысленной тратой времени и денег, но для разыскиваемого беглеца, имеющего врагов, столь нелогичный шаг, напротив, мог помочь избежать потенциальной опасности.</p><p>…………</p><p>На следующее утро.</p><p>В бизнес-вагоне поезда с паровой тягой, разделённом на шесть небольших купе.</p><p>Люмиан обвёл взглядом приоткрытую резную деревянную дверь, стол, накрытый пёстрой скатертью с золотой нитью, широкий и удобный диван, способный послужить кроватью, и тонкие деревянные перегородки с картинами маслом, после чего с удовлетворением кивнул.</p><p>Такое купе стоило 400 велькинсов и вмещало максимум четырёх человек.</p><p>На этом поезде с паровой тягой, чей путь занимал в общей сложности 20 часов — 12 часов пути и 8 часов ночной стоянки, — билет в третий класс стоил 30 велькинсов, во второй класс — 45 велькинсов, в первый класс — 60 велькинсов, а небольшое купе в бизнес-зоне обходилось в 100 велькинсов с человека. Причём отдельно места в него не продавались под предлогом обеспечения приватности бизнес-клиентов, чтобы внутри находились исключительно пассажир и его спутники.</p><p>Для разыскиваемого беглеца это было просто замечательно.</p><p>Обладавший каффом «Ложь» и способностью «Лик Нисса» Люмиан выбрал бизнес-вагон вовсе не из-за этого и не ради стремления к роскоши; единственная причина, по которой его привлекло это место, заключалась в следующем:</p><p>В бизнес-вагоне предоставлялось два бесплатных приёма пищи — сегодняшний ужин и завтрашний завтрак.</p><p>Это избавляло Люмиана от множества хлопот.</p><p>Эх, ребёнку ведь нужно поесть чего-нибудь горячего.</p><p>Оставалось лишь надеяться, что его аппетит не напугает проводников…</p><p>Повозившись с Людвигом два с лишним дня, Люмиан понял: не будь у него «Вещмешка путешественника», куда можно было набить кучу сухпайков и сладостей, он вообще не смог бы отправиться с этим мальчуганом в далёкий путь — тот просил есть снова и снова через каждые пять минут!</p><p>Под оглушительный гудок паровоза Люмиан сел и замер, слушая мерный стук колёс и наблюдая, как пейзаж по обе стороны всё быстрее уносится назад.</p><p>Не прошло и четверти часа, как этот огромный состав, изрыгающий клубы белого пара, миновал «проём», пробитый в высокой городской стене, и покинул оставшийся позади мегаполис.</p><p>Процветающий и шумный мегаполис, полнящийся вожделением, переполненный радостью и болью.</p><p>Люмиан прикрыл глаза и услышал, как кто-то из переднего купе декламаторским тоном выдохнул с чувством:</p><p>«Прощай, Трир!»</p><p>В восемь вечера, когда полностью стемнело, поезд с паровой тягой остановился на запланированной станции — Дадель.</p><p>Она располагалась в предместьях городка Дадель, что в регионе Фос провинции Верхняя Бретань.</p><p>На платформе уже поджидали два-три десятка мужчин и женщин. Все они устремились к разным вагонам без какого-либо багажа, с горящими от нетерпения лицами.</p><p>Тук-тук-тук. Густоволосый брюнет среднего возраста с чуть крючковатым подбородком постучал в оконное стекло купе Люмиана.</p><p>Люмиан с интересом отворил окно и с улыбкой спросил:</p><p>«Что-то случилось?»</p><p>«Сударь, не желаете выпить? Не хотите ли тёплую и удобную постель вместо дивана?» — поинтересовался мужчина на интисском языке с сильным акцентом.</p><p>«Бар при гостинице?» — догадался Люмиан.</p><p>Судя по всему, это были местные торговцы, приходившие на платформу зазывать клиентов.</p><p>«Именно, именно! А ещё в нашем баре полно хорошеньких маленьких лягушек,» — с крайне двусмысленной ухмылкой произнёс мужчина, подмигивая.</p><p>«Маленьких лягушек?» — недоуменно переспросил сидевший напротив Люмиана Лугано.</p><p>Мужчина ненадолго задумался и пояснил:</p><p>«Это наше местное жаргонное словечко Верхней Бретани. Оно означает… ну, примерно то же самое, что и ваши трирские „киски“.»</p><p>В Трире слово «киска» зачастую имело двойное значение — оно указывало как на женские половые органы, так и на проституток.</p><p>Вот оно что… Хотя Люмиан догадывался об этом заранее, до сей поры не был уверен на все сто.</p><p>Сидевший рядом с Лугано Людвиг с большим нетерпением спросил:</p><p>«А что там есть вкусненького?»</p><p>Не успел зазывала ответить, как Люмиан с улыбкой поддразнил Людвига:</p><p>«А я-то думал, ты спросишь, нежное ли мясо, сочное ли и вкусно ли приготовлено.»</p><p>Людвиг сначала никак не отреагировал, но затем, будто сообразив что-то, выругался:</p><p>«Извращенец!»</p><p>Зазывала, увидав это, поспешно принялся расхваливать фирменные блюда.</p><p>И как раз в этот момент из городка за пределами станции донеслось громкое собачье гавканье.</p><p>Стоило залаять одной собаке, как тут же завели хор остальные, и ночная тишина мгновенно рассеялась.</p><p>Лицо зазывалы изменилось, и на нём проступил несказанный страх.</p></section><section><title><p>Глава 509 Болезнь</p></title><p>Глава 509 Болезнь</p><p>В лае собак, эхом разносившемся по ночному городку, Лумиан усмехнулся:</p><p>«В городке Дадель держат так много собак?»</p><p>«Да, да,» — зазывавший клиентов мужчина среднего возраста натянуто улыбнулся.</p><p>И впрямь кроется какая-то проблема… В этом городке что-то стряслось? Лумиан только что нарочно задал тот вопрос, дабы понаблюдать за реакцией жителя городка напротив.</p><p>Среди раздававшегося то тут, то там собачьего лая он сосредоточил внимание и принялся вглядываться в Удачу собеседника.</p><p>Он не намеревался покидать поезд с паровой тягой и отправляться в городок Дадель для расследования, а мог лишь через Удачу жителей городка выведать обстановку, дабы утаенная здесь проблема не вспыхнула внезапно и не перекинулась на вокзал, пока сам он не станет ведать даже того, от чего надлежит оберегаться.</p><p>Пусть наблюдение за Удачей и подвергалось влиянию Термибороса, неся в себе вероятность оказаться введенным в заблуждение, но в текущем положении дел не ведающий ни гаданий, ни пророчеств Лумиан, желая получить кое-какие сведения без выхода из поезда с паровой тягой для разведки на местности, располагал не столь уж великим выбором способов, и этот являлся одним из них.</p><p>Сочетая это с разнообразными деталями обстановки, вполне можно было разглядеть кое-какие проблемы.</p><p>Во взоре Лумиана Удача зазывавшего клиентов мужчины среднего возраста являла тошнотворно-зеленый цвет.</p><p>Это означало, что в ближайшее время он заболеет болезнью, притом весьма особой болезнью.</p><p>Что же до того, через какое время и какой именно болезнью, то с текущей Последовательностью Лумиана разглядеть это пока не представлялось возможным.</p><p>Лай собак вызывает страх… в будущем он подхватит особую болезнь… в городке Дадель произошло нашествие диких собак, которые часто кусают людей и распространяют болезнь? Это являлось одним из объяснений, притом не относящимся к Потусторонним происшествиям… но ведь эту проблему вполне возможно решить, реакция же того типа снаружи выглядела с некоторой долей отчаяния… Лумиан без всяких внешних странностей вымолвил зазывавшему мужчине среднего возраста:</p><p>«Нельзя ли доставить сюда заказанную еду?»</p><p>«Только если стоимость заказа превышает два велькинса, вы же ведаете, нам проникнуть на перрон тоже непросто,» — зазывавший мужчина среднего возраста вновь явил улыбку.</p><p>В это время лай нескольких десятков собак уже не являлся столь яростным, как прежде.</p><p>«Без проблем,» — Лумиан принялся заказывать еду вроде яблочного ликера, жареных картофельных лепешек, речных креветок в соусе, дадельского мясного соуса, тушеной свинины, козлятины с солончаков, масляных сдобных коржей, сыра из ситника и прочего, истратив целых 10 велькинсов.</p><p>Всякий раз, как он называл наименование блюда, Людвиг сглатывал слюну.</p><p>Четыре часа назад проводник принес ужин, рассчитанный на четверых, но этот малый мальчик в одиночку умял две порции, притом с неисчерпанным аппетитом, явно не насытившись, и вытащил из «Вещмешка путешественника» Лумиана еще несколько кусочков вяленого мяса.</p><p>Два часа назад он отведал первую ночную трапезу, состоявшую из сыра, сладостей, хлеба и вяленого мяса.</p><p>Ныне он снова проголодался.</p><p>Записывавший названия блюд простыми словами и значками мужчина среднего возраста не удержался и спросил:</p><p>«В купе такого уровня подаваемая еда тоже настолько невкусная?»</p><p>Иначе отчего у них вид, словно они вовсе не ужинали?</p><p>Лумиан вослед за его речами вымолвил:</p><p>«Да, никогда не стоит ожидать, что в поезде с паровой тягой удастся отведать чересчур уж вкусную еду.»</p><p>Записав названия блюд и приняв предоплату в 5 велькинсов банкнотой, тот мужчина среднего возраста с немного изогнутым подбородком направился к прочим купе.</p><p>«Погоди-ка,» — Лумиан внезапно окликнул его.</p><p>«Есть что-то еще, сударь?» — тот мужчина среднего возраста обернулся и спросил.</p><p>Лумиан с улыбкой вымолвил:</p><p>«Вы выглядите не слишком хорошо, если не желаете заболеть, в ближайшие дни вам требуется побольше отдыхать.»</p><p>Тот мужчина среднего возраста разом замер на месте с выражением лица, словно пораженный громом.</p><p>После краткого оцепенения у него неудержимо проступил вид, преисполненный как паники, так и страха.</p><p>«Х-хорошо, спасибо,» — он в панике повернулся и стремглав побежал вон с перрона, позабыв отправиться зазывать прочих пассажиров.</p><p>Аномалия городка Дадель и впрямь связана с болезнью… — Лумиан задумчиво отвел взгляд.</p><p>Лугано с любопытством спросил:</p><p>«Отчего я не разглядел, будто он пребывает в состоянии субздоровья и в любой миг способен заболеть?»</p><p>Он ведь являлся «Врачом» и обладал соответствующими способностями, поэтому даже без включения «Духовного зрения» мог по множеству внешних проявлений тела цели разглядеть таящуюся болезнь, а после того как Лумиан предостерег того человека, он еще и специально включил «Духовное зрение», дабы понаблюдать за состоянием Эфирного тела.</p><p>— Понятие состояния субздоровья, как сказывали, являлось словом, изобретенным императором Расселом, но лишь в последние годы сделалось ходовым термином в медицинских кругах Интиса.</p><p>Не пребывает в состоянии субздоровья, но весьма вероятно заболеет особой болезнью… Лумиан с помощью сомнения Лугано удостоверился, что болезнь того жителя городка, по всей видимости, исходила не от него самого.</p><p>Он слегка улыбнулся и ответил на вопрос Лугано:</p><p>«Проявлять заботу о чужом здоровье и советовать побольше отдыхать — в этом никогда не окажется ошибки.»</p><p>У Лугано инстинктивно проступил вид «я не верю в это объяснение», который он тут же прикрыл улыбкой:</p><p>«Похоже, у него и самого имелись опасения на сей счет.»</p><p>«Ну да,» — Лумиан мимоходом бросил ответную фразу.</p><p>Лай собак в городке Дадель то утихал, то раздавался вновь, то звучал прямо за перроном, то доносился с самых окраин городка; Лумиан молча слушал и мысленно вздыхал:</p><p>'Отчего я снова столкнулся с происшествием?</p><p>'Я ли приношу бедствия, или же бедствия манят меня к себе?</p><p>'Проблема городка Дадель, по всей видимости, существует уже некоторое время и с моим прибытием ничуть не связана… Похоже, как бы я ни уклонялся, как бы ни делал выбор чужими руками, все равно неизменно буду привлекаться бедствиями и незаметно приближаться к ним…</p><p>«Неужто это и есть то ненормальное происшествие, которое неизбежно выпадает на долю 'Охотника», обладающего не столь высокой Последовательностью, но имеющего ангельский Статус и остаточную ауру «Кровавого Императора»?</p><p>«Не появится ли в будущем писатель, который подобно истории Германа Воробья опишет мои приключения и добавит фразу: „Бедствия всегда сопутствовали ему“?»</p><p>Время утекало секунда за секундой, и тот зазывавший мужчина среднего возраста в сопровождении трактирного слуги принес по коробке с едой в каждой руке.</p><p>«Вот то, что вы просили,» — он вместе со слугой стал передавать через окно блюда и бокалы.</p><p>Глядя на покрытый изысканной скатертью стол, уставленный весьма заманчивой едой, Лумиан отпил яблочного ликера с легкой кислинкой и заплатил оставшиеся 5 велькинсов за ужин.</p><p>«Мы придем за посудой через час, это не помешает вашему отдыху?» — вежливо спросил зазывавший мужчина среднего возраста.</p><p>Лумиан слегка кивнул в знак согласия.</p><p>Тот мужчина среднего возраста, пройдя в сторону несколько шагов вместе со слугой, не удержался, вернулся на прежнее место и спросил:</p><p>«Сударь, как вы разглядели, что я вот-вот заболею?»</p><p>Лумиан указал на сидевшего напротив Лугано:</p><p>«Мой друг — известный в Трире врач.»</p><p>Сия известность означала присутствие в разыскном листе.</p><p>Не дожидаясь ответа мужчины среднего возраста, он с видной непринужденностью спросил:</p><p>«Как к вам обращаться?»</p><p>«Зовите меня просто Пьером,» — тот мужчина среднего возраста, ссутулив спину, ответил Лумиану, сидевшему в малом купе поезда с паровой тягой.</p><p>«И вам здесь нравится это имя?» — Лумиан усмехнулся и вымолвил:</p><p>«Вы тоже думаете, что заболеете?»</p><p>Веки Пьера дёрнулись, а выражение лица снова слегка застыло.</p><p>Он подсознательно ответил:</p><p>«Н-нет, я просто немного обеспокоен.»</p><p>«Тогда побольше отдыхайте, пейте больше воды и почаще ходите в церковь исповедоваться священнослужителям,» — Лумиан не стал принуждать собеседника.</p><p>Пьер молча пошел в сторону паровоза, желая привлечь еще немного клиентов, но его ноги словно налились свинцом, и каждый шаг давался с трудом.</p><p>«Гав! Гав! Гав!»</p><p>Совсем недалеко от перрона снова раздался собачий лай.</p><p>Лицо Пьера несколько раз дернулось; казалось, внутреннее беспокойство и страх окончательно сломили его. Он резко развернулся, вырвался от слуги и подбежал к окну того самого маленького купе, где находились Лумиан и остальные.</p><p>«Спасите меня, доктор, спасите меня!» — прижав обе ладони к стеклу, закричал он с искаженным лицом.</p><p>«Если вы не расскажете нам причину болезни, мой друг не сможет вас вылечить,» — Лумиан только и ждал этой возможности.</p><p>Пассажиры в соседних купе услышали какой-то шум, но, уже уснув, поленились вставать и выяснять, в чем дело.</p><p>Пьер сглотнул слюну и взглянул на столь же перепуганного трактирного слугу:</p><p>«Да, да…»</p><p>Не успел он договорить, как на ограждении перрона возникла фигура.</p><p>Эта фигура стояла, расставив ноги и согнув тело, но голова ее была поднята и устремлена вперед.</p><p>Это был мужчина, одетый в суконную одежду со явными следами разрывов. Мускулы его лица судорожно корчились, а глаза закатились так, что виднелись, казалось, лишь белки.</p><p>С его подбородка капала слюна, рот широко раскрылся, и он издал звук:</p><p>«Гав! Гав! Гав!»</p><p>Этот звук ничем не отличался от лая собак в других уголках городка Дадель, сливаясь с ним воедино.</p><p>«Это безумие!» — наконец закричал Пьер.</p><p>«Безумие?» — Лумиан отвел взгляд от лающего на стене мужчины и посмотрел на Лугано.</p><p>Лугано с глубоким взглядом несколько секунд пристально всматривался в этого странного человека, а затем медленно покачал головой Лумиану.</p><p>Его жест означал, что это не обычное бешенство.</p><p>Пьер же решил, что Лумиан спрашивает его, и произнес в почти полном отчаянии:</p><p>'Да, безумие!</p><p>«Не знаю, когда это началось, но у нас в городке появились такие лающие по-собачьи безумцы. Сперва был только один, потом два, три, десять… Многие из моих знакомых заразились и окончательно сошли с ума, теперь умеют только лаять, словно собаки, и проявляют наибольшую активность каждую ночь!»</p><p>«Заражение происходит из-за укуса безумца?» — нахмурившись, спросил Лугано.</p><p>«Нет, те, кого я знаю, не были укушены, но все равно сошли с ума! Я… я чувствую, что и сам скоро свихнусь!» — с лицом, полным отчаяния, проговорил Пьер.</p><p>«Вы не обращались к властям?» — Лумиан полагал, что официальные Потусторонние не позволили бы подобному распространяться.</p><p>«Мы слышали, как говорили, будто в одной деревне раньше уже случалась подобная болезнь безумия. О ней доложили властям, а после все жители той деревни сгинули, исчезли! Мы… мы не смеем обращаться ни к властям, ни к Церкви!» — с некоторой истерией в голосе произнес Пьер. Стоявший рядом с ним трактирный слуга был испуган не меньше.</p><p>Лумиан слегка прищурился:</p><p>«А что с людьми из местного отдела здравоохранения и полицией? Что со священником в церкви?»</p><p>«Они свихнулись первыми,» — Пьер находился в состоянии сильного стресса и даже не задумался, с какой целью Лумиан задает подобные вопросы.</p><p>Первым делом прикончили священника, полицию и людей из отдела здравоохранения… — Лумиан приподнял бровь и вымолвил:</p><p>«Тогда почему вы не сбежите из Даделя?»</p><p>«Сбежать…» — Пьер и трактирный слуга одновременно ошеломленно замерли и оцепенело уставились на Лумиана.</p><p>В багровом лунном свете в белках их глаз словно проступало множество налитых кровью прожилок.</p></section><section><title><p>Глава 510 Зацикленность</p></title><p>Глава 510 Зацикленность</p><p>Пьер и тот барный официант смотрели на Лумиана и остальных, их налитые кровью глаза из онемевших постепенно становились испуганными.</p><p>Они приглушили голоса и, словно в бреду, заговорили одни и те же слова:</p><p>'Вы узнали…</p><p>«Вы знаете, что здесь безумие…»</p><p>Внезапно выражение лица Пьера исказилось, и он истерически зарычал:</p><p>'Вам тоже нельзя уходить!</p><p>«Снаружи узнают, нам всем конец!»</p><p>Он резко протиснул тело в открытое окно поезда с паровой тягой, пытаясь залезть внутрь и вытащить Лумиана и остальных.</p><p>Лугано резко встал и нанес удар правым кулаком, словно взмахнул мотыгой.</p><p>Раздался глухой удар, Пьер потерял сознание и повис на краю окна, а барный официант, словно тоже лишившись рассудка, наступил на этого зазывающего клиентов мужчину среднего возраста, пытаясь запрыгнуть в вагон.</p><p>Лугано нанес еще один удар, заставив онеметь и потерять сознание барного официанта с налитыми кровью белками глаз, отчего тот свалился поверх Пьера.</p><p>«Они не превратились в монстров…» — Лумиан только что подумал, что у двоих жителей городка внезапно проявилось безумие.</p><p>Лугано повернулся к нему и глухо спросил:</p><p>«Что теперь делать?»</p><p>«Что делать?» — Лумиан повторил вопрос «Врача».</p><p>Развитие этой истории на данный момент не только наглядно демонстрировало аномалию, но и вызывало у него ощущение противоречивости и несуразности.</p><p>Странное безумие, заставляющее людей терять рассудок и подражать собакам, а также заболевающие один за другим жители явно указывали на присутствие сверхъестественного фактора. Однако если Пьер и другие горожане не хотели, чтобы внешняя страна — правительство и церковь — узнала об этом безумии, опасаясь, что это приведет к уничтожению всего городка, то почему они так легко рассказали о безумии Лумиану?</p><p>Это можно было объяснить тем, что его душевное напряжение уже достигло предела, и слова Лумиана о том, что в будущем он заболеет, стали последней каплей, переломившей соломинку, а после того как его разбудили, он инстинктивно попытался предотвратить утечку тайны.</p><p>Но, как ранее спросил Лумиан:</p><p>Почему не сбежать отсюда?</p><p>Столкнувшись с таким беспричинным, труднопредотвратимым «заразным» безумием, разве нормальные люди не должны были поскорее сбежать из городка Дадель и вернуться только после того, как эпидемия утихнет?</p><p>Даже если они опасались, что бегство привлечет внимание официальных служб, и те после решения проблемы с безумием уничтожат всех, у кого есть скрытый риск заражения, горожане могли бы взять сухой паек, убежать в близлежащие горы и спрятаться там на несколько дней.</p><p>Если только какая-то сила не мешала жителям Даделя сбежать!</p><p>Этот момент Лумиан также подтвердил для себя по другим деталям:</p><p>Жители городка каким-то образом знали о том, что в других местах уже случалось подобное безумие и целые деревни стирались официальными службами с лица земли. В обычной ситуации разве они не должны были лишь слышать, что такая-то деревня пострадала от бедствия и все ее жители были погребены?</p><p>Кроме того, после того как заболел первый зараженный, среди тех, кто постепенно сошел с ума, оказались священнослужители церкви, полицейские из полицейского участка и чиновники из департамента здравоохранения. Таким образом, эта эпидемия с высокой точностью в самом начале выбила центр связи городка Дадель с региональными официальными службами.</p><p>Это выглядело так, будто какой-то разумный и опасный субъект намеренно распространял безумие и всеми способами мешал горожанам сбежать.</p><p>Но если такой кукловод действительно существовал, почему он позволил Пьеру и остальным рассказать о ситуации врачу в поезде с паровой тягой?</p><p>Если такой поезд с паровой тягой задержится в городке Дадель и не сможет прибыть в порт Гати завтра утром, это неизбежно привлечет расследование официальных Потусторонних.</p><p>Кроме того, Лумиан спросил себя: окажись он на месте преступника, если бы ему действительно нужно было испытать какое-то безумие и совершить такое античеловеческое деяние, он бы определенно выбрал относительно изолированную деревню или городок, слабо связанный с внешним миром, а не транспортный узел, через который каждый день проезжают или даже останавливаются на ночь поезда с паровой тягой. Даже если бы Лумиан только что не расспрашивал Пьера, те люди, которые отправились в городок Дадель поспать в теплой постели и насладиться красивыми лягушатами, все равно заметили бы аномалию. Не удерживать же их всех? За этим последовало бы расследование!</p><p>Здесь было множество противоречий, неувязок и труднообъяснимых моментов… И умно, и глупо, и осторожно, и беспечно… Погруженный в эти мысли, Лумиан посмотрел на Лугано и сказал:</p><p>«Что тут поделаешь? Разумеется, найти способ сообщить об этом официальным службам. Ты же не собираешься лично расследовать источник безумия и спасать местных жителей? Не ожидал от тебя такого благородства.»</p><p>Лугано смущенно ухмыльнулся: он о такой возможности даже не думал.</p><p>«А как сообщить официальным службам?» — искренне спросил он.</p><p>Он редко этим занимался, и у него практически не было опыта.</p><p>«Самый простой способ — найти поездного полицейского, рассказать ему все, что поведал Пьер, и заставить его по поездной радиосвязи связаться с соответствующими ведомствами региона Фос или провинции Верхняя Бретань,» — абсолютно непринужденно произнес Лумиан.</p><p>Лугано немного помялся и сказал:</p><p>«Но… но нас как свидетелей, как очевидцев, попросят помочь в расследовании. А наши… наши личности ведь фальшивые. Даже если использовать ваш Волшебный предмет для смены облика, под воздействием некоторых оккультных способностей легко всплывет тот факт, что мы — Потусторонние.»</p><p>Лумиан подумал немного и, улыбнувшись, сказал:</p><p>'Тогда найдем на платформе пустую комнатку без людей, завалим её несколькими десятками связок взрывчатки и разом подорвем. Раздастся грохот, сорвет крышу, разрушит дом. При таком раскладе не то что начальник поезда и поездная полиция тут же отправят донесение — даже официальные службы региона Фос обратят прямое внимание, благо отсюда до города Фос недалеко. А когда они начнут углубленное расследование, то обнаружат скрытые проблемы городка Дадель.</p><p>«Ну как, при таком способе нам же не придется лично связываться с ними?»</p><p>Лугано немного подумал и произнес:</p><p>«Когда официальные службы начнут углубленное расследование, они выяснят, что мы контактировали с жителями Даделя, и забеспокоятся, что мы тоже рискуем заразиться безумием. В тот момент мы точно не пройдем проверку.»</p><p>Слушая его, Лумиан ощутил некоторую раздражительность, словно вспомнил положение, когда после возникновения аномалии в деревне Корду они с сестрой оказались там в ловушке, где любой их шаг порождал проблемы.</p><p>Он усмехнулся и сказал:</p><p>'Тогда лично отправимся расследовать источник безумия и разнесем его в щепки!</p><p>«Это позволит полностью решить проблему и при этом не привлечь внимания официальных служб!»</p><p>В этот момент мальчик Людвиг, съевший уже неизвестно сколько ночных закусок, проглотил находившуюся во рту жареную картофельную лепешку и не торопясь сказал:</p><p>'После того как вы сообщите официальным службам о безумии, зачем оставаться здесь и ждать, пока они приедут расследовать?</p><p>«Разве нельзя просто уйти, сменить личность и сесть на другой поезд с паровой тягой до другого порта?»</p><p>Э-э… Лумиан застыл в оцепенении.</p><p>Почему я не подумал о столь простой мысли?</p><p>Только что мы с Лугано, чем больше обсуждали, тем сильнее зацикливались, полностью увязая в поиски поводов и предлогов для того, чтобы отправиться в городок Дадель и расследовать источник безумия…</p><p>Подумав об этом, Лумиан вздрогнул про себя.</p><p>С внешне непринужденным видом он уставился на Лугано, наблюдая за Удачей этого «Врача».</p><p>Удача собеседника на ближайшее время тоже окрасилась в болезненно-зеленоватые тона!</p><p>Лумиан улыбнулся и сказал Лугано:</p><p>«У тебя тоже появился шанс подхватить безумие.»</p><p>Лугано сначала опешил, а затем с побледневшим лицом спросил:</p><p>«Правда?»</p><p>«Можешь считать, что я шучу,» — Лумиан с видом полного расслабления повернул голову и сказал Людвигу: — «Видишь, от чтения книг и учебы много пользы. Прежний ты до такого способа не додумался бы, только и знал, что есть, есть и есть.»</p><p>Людвиг не обратил внимания на этого «Охотника» и вилкой отправил кусок баранины в рот.</p><p>«Что делать, что делать…» — бубнил себе под нос Лугано, пытаясь применить к себе способность «Врача», чтобы проверить, сможет ли себя спасти.</p><p>Лумиан прервал его:</p><p>«Не спеши, это лишь риск заболеть, достаточно уйти отсюда до того, как действительно заразишься.»</p><p>Говоря это, он поднялся и направился вон из купе.</p><p>«Т… Вы куда?» — вырвалось у Лугано.</p><p>Лумиан, сунув руки в карманы, улыбнулся в ответ:</p><p>«Пойду сообщу официальным службам о безумии.»</p><p>Лугано на миг замер, не зная, какими словами и выражением лица отреагировать, и мог лишь ошеломленно смотреть, как Лумиан прогулочным шагом выходит из купе.</p><p>Придя в уборную этого вагона, Лумиан запер дверь изнутри и напрямую активировал черную метку, представляющую «Переход сквозь мир духов».</p><p>Его силуэт стремительно исчез и появился в квартире 702 на улице Оросе, 9, в Районе Пантеона города Трир.</p><p>В этот час ни Франка, ни Дженна еще не спали: одна читала роман, а другая размышляла, какими знаниями покормить кролика Шазо.</p><p>«Ты… как ты вернулся?» — Франка вздрогнула от неожиданности.</p><p>У нее возникла иллюзия, будто она только утром отправила этого мальчишку в школу, а уже днем обнаружила, что он сидит дома, закинув ногу на ногу, лопает закуски и смотрит телевизор.</p><p>Лумиан взглянул на Франку и с улыбкой произнес:</p><p>«Столкнулся с инцидентом Потустороннего характера и хочу через твои каналы сообщить официальным службам, чтобы они с этим разобрались.»</p><p>«О… опять инцидент Потустороннего характера? Что ты за детектор оккультных катастроф такой!» — с удивлением и смехом воскликнула Франка.</p><p>Дженна посмотрела на Лумиана и вдруг подумала, что отъезд этого парня из Трира — к лучшему.</p><p>«Я и сам этого не хотел,» — Лумиан крайне искренне развел руками.</p><p>Франка вздохнула и сказала:</p><p>«Где и что за инцидент?»</p><p>«В городке Дадель региона Фос провинции Верхняя Бретань…» — Лумиан вкратце обрисовал обстановку.</p><p>Рассказ о заразном безумии заставил и Франку, и Дженну испытать удивление и страх.</p><p>В то же время Франка мысленно пробормотала:</p><p>Интересно, как отреагирует «007», получив этот «сюрприз»…</p><p>Он вечно твердил мне убираться из Рыночного округа. Ну вот я и убралась, и теперь он обнаружит, что на него повалятся не только дела Потусторонних из других округов Трира, но и оккультные катастрофы из прочих провинций Интиса…</p><p>Ах да, а при чем тут я? Это все проблемы Лумиана!</p><p>К счастью, потом этот парень отправляется в королевство Фейнапот, и последующие инциденты Потустороннего характера уже не доставят хлопот «007». Не станет же он заниматься межгосударственным сотрудничеством…</p><p>Окончив рассказ о ситуации в городке Дадель, Лумиан не стал задерживаться и с помощью «Телепортации» вернулся прямиком в уборную бизнес-вагона того поезда с паровой тягой.</p><p>Он открутил кран, ничуть не паникуя вымыл руки, после чего вышел из уборной, вернулся в маленькое купе и сказал Лугано:</p><p>«Официальные службы скоро отреагируют, готовимся к отбытию.»</p><p>Лугано резко встал.</p><p>В этот момент потерявший сознание Пьер медленно очнулся и сбросил лежавшего на нем барного официанта на платформу.</p><p>Лумиан посмотрел на него и с улыбкой сказал:</p><p>«Мы останемся и расследуем источник безумия. Ты можешь сказать мне, кто был самым первым заболевшим?»</p><p>«Кто был…» — Пьер не стал, как прежде, терять рассудок и нападать на Лумиана и остальных, а жутковатым образом погрузился в раздумья.</p></section><section><title><p>Глава 511 Первый пациент</p></title><p>Глава 511 Первый пациент</p><p>Прислушивавшийся Лугано с недоумением посмотрел на Лумиана, не понимая, почему тот, только что говоривший о приготовлении к отбытию, снова неспешно беседует с Пьером.</p><p>Подождите еще немного, и прибудут официальные Потусторонние!</p><p>К тому же, чем больше знаешь, тем упорнее тебя потом будут выслеживать, а может, это даже спровоцирует источник безумия, вынудив его прямо сейчас расправиться с ними!</p><p>Пьер вспоминал с десяток секунд, а затем не слишком уверенно произнес:</p><p>«Первым пациентом, кажется, была постоялица, снимавшая комнату в нашем баре…»</p><p>«Приезжая?» — довольно спокойно переспросил Лумиан.</p><p>Уже передав через Франку сведения о безумии официальным Потусторонним и твердо решив при первой возможности «телепортироваться» отсюда, он больше не испытывал прежнего духовного напряжения, поэтому захотел перед отбытием побольше узнать о ситуации с безумием и найти разумное объяснение имеющимся противоречиям.</p><p>Подобное поведение — сбор информации, анализ проблем, поиск улик и ответов — относилось к одному из способов отыгрыша «Заговорщика», и Лумиан, раз уж все равно был свободен, решил воспользоваться случаем и немного усвоить зелье.</p><p>Что же до возможной скверны от узнавания подробностей этого дела, Лумиан не слишком беспокоился:</p><p>Смогут ли сведения о безумии сравниться с данными о запечатывании «0–01»?</p><p>К тому же, пока он не сошел с ума прямо на месте, потом всегда можно обратиться к начальству и узнать, нет ли способа со всем разобраться!</p><p>Пьер с небольшим замешательством размышлял несколько секунд, после чего проговорил:</p><p>«Кажется, так… Я не помню, как ее звали, и не знаю, откуда она приехала. Известно лишь, что она внезапно сошла с ума, выбежала из гостиницы на втором этаже в бар, пыталась кусаться и дико лаяла, словно собака.»</p><p>Зараженная приезжая занесла безумие в городок Дадель? Но почему тогда возникла аномалия, из-за которой горожане даже не помышляли о бегстве отсюда, это тоже одно из проявлений безумия? — задумчиво спросил Лумиан:</p><p>«Она кого-нибудь укусила? Что произошло потом?»</p><p>«Не успела она никого укусить, как мы с ней разобрались, схватили и отправили в отдел здравоохранения,» — вспоминая, ответил Пьер.</p><p>Отправили в отдел здравоохранения? Лумиан медленно кивнул:</p><p>«Следующим сошел с ума кто-то из отдела здравоохранения?»</p><p>«Да, именно так!» — на этот раз Пьер был абсолютно уверен.</p><p>Лумиан немного подумал, а затем сменил тему:</p><p>«Как выглядела та постоялица?»</p><p>«Молодая женщина, лицо довольно бледное, какая-то вялая, в глазах нет блеска… А вот как конкретно она выглядела, я… я не помню…» — Пьер не удержался и поднял ладонь, потирая голову.</p><p>Услышав это, Лумиан вдруг вздрогнул про себя:</p><p>Если источником всех аномалий в городке Дадель действительно являлся настоящий Безумец, тогда многие противоречия находили свое объяснение!</p><p>Первоначальный источник и сам был безумным, поэтому инстинктивно распространял вокруг себя безумие Потустороннего уровня, абсолютно не задумываясь о том, закрытая ли это деревня или оживленный городок, служащий транспортным узлом.</p><p>В то же время под давлением подсознания «она» задействовала эту способность распространения сверхъестественного безумия, внушая горожанам невозможность уйти и контролируя все каналы, через которые эта история могла выплыть наружу. Но из-за собственного безумия ее расчеты оказались не столь безупречны, и она не отдала горожанам приказ не рассказывать о безумии пассажирам поезда с паровой тягой.</p><p>Впрочем, дело могло быть и не в недостаточной продуманности: Лумиану казалось более вероятным, что инстинкт Безумца жаждал вовлечь как можно больше людей, дабы и они заразились безумием. Отсюда и возникло противоречивое явление: с одной стороны, ведающим об этом запрещалось уходить и обращаться за помощью к официальным лицам, а с другой — горожанам не возбранялось обсуждать безумие с проезжими путешественниками.</p><p>Это был ограниченный и относительно безопасный способ распространения: пассажиры, узнавшие о ситуации с безумием, тем самым приближались к источнику эпидемии. Так, у Лугано изменилась Удача, повысив шанс заразиться безумием, а они с Лумианом ранее и вовсе позабыли о возможности сбежать и, чем больше общались, тем сильнее заходили в тупик, укрепляясь в намерении войти в городок Дадель для расследования.</p><p>Это относилось к предвестникам заражения безумием, к незаметно наложенному внушению.</p><p>Подумав об этом, Лумиан заподозрил, что та молодая женщина, возможно, являлась выжившей из той стеретой ранее деревни — потенциально зараженной, сумевшей ускользнуть от зачистки официальных служб.</p><p>Она сплела воедино свои воспоминания об этом событии и безумие, распространив их вокруг, отчего жители городка Дадель и узнали о том, что в некоем селении уже вспыхивала подобная эпидемия и оно подверглось полной зачистке со стороны официальных Потусторонних.</p><p>При обычных обстоятельствах у них не было бы права знать о подобных вещах, да и каналов для этого не имелось!</p><p>Сформулировав предварительную догадку, Лумиан посмотрел на Пьера и того барного официанта и с улыбкой спросил:</p><p>«Где находится та деревня, уничтоженная официальными Потусторонними из-за заражения безумием, о которой вы говорили?»</p><p>«Кажется… кажется, где-то в провинции Верхний Хорнакис…» — Пьер припомнил слышанный им слух.</p><p>Провинция Верхний Хорнакис… Это довольно далеко от провинции Верхняя Бретань, да и прямого поезда с паровой тягой туда нет, пришлось бы делать пересадку в нескольких провинциях на западном побережье Моря Затвора или в Трире… Как вы, люди, почти не выезжавшие из городка Дадель, вообще услышали этот слух? Некий бард или пассажир из провинции Верхний Хорнакис проезжал через этот транспортный узел? Чем больше Лумиан размышлял, тем больше склонялся к недавней догадке.</p><p>Больше он ничего не спрашивал и искушающе проговорил Пьеру:</p><p>'Это безумие представляет большую исследовательскую ценность. Мы войдем в Дадель, чтобы расследовать его источник и попытаться вылечить вас.</p><p>'Однако на это требуется некоторое время для подготовки, к тому же сейчас уже ночь.</p><p>«Когда рассветет, мы войдем в Дадель и не уйдем, пока не решим проблему.»</p><p>Лумиан несколько раз подчеркнул эти два пункта — «войдем в Дадель» и «пока не уйдем», — чтобы проверить реакцию Пьера и барного официанта.</p><p>Выражения лиц у обоих сменились несколько раз, но они уже не были настолько истеричными, как прежде.</p><p>Спустя пару секунд Пьер с умоляющим видом произнес:</p><p>«Вы обязательно должны прийти завтра в городок!»</p><p>«Без проблем,» — ответил улыбкой Лумиан.</p><p>Теперь он еще сильнее убедился, что это лишь инстинктивное заражение и влияние, не имеющее механизмов реагирования на изменения: пока не задеваешь ключевые точки и даже активным образом подаешь содействующие сведения, удастся эффективно обмануть источник безумия.</p><p>Увидев, что Пьер и барный официант собираются направиться к другим окнам поезда с паровой тягой, Лумиан окликнул их:</p><p>«Подождите минутку.»</p><p>После того как оба с изумлением обернулись, Лумиан указал на столик между двумя диванчиками:</p><p>«Теперь вы можете убрать посуду.»</p><p>Пьер и барный официант с растерянным видом воззрились на обеденный стол и обнаружили там гору пустых тарелок, на которых остались лишь кости да объедки.</p><p>И они уже все съели? Да посыльный с едой даже уйти не успел!</p><p>Пьер и барный официант, хоть и сознавали, что из-за разговоров о безумии задержались здесь дольше обычного, все равно находили происходящее нереальным.</p><p>Это что, слишком быстро съедено?</p><p>Они что, держат тут трех львов?</p><p>Ик… Маленький мальчик Людвиг взял салфетку, вытер рот, и выражение его лица выглядело чрезвычайно довольным.</p><p>Когда оба горожанина убрали посуду, забрали контейнеры для еды и покинули платформу, Лумиан с улыбкой сказал стоявшему Лугано:</p><p>«Посмотрим еще немного, не нужно так спешить.»</p><p>Я очень спешу! Если прибудут официальные Потусторонние, как мы потом сбежим? Душа Лугано словно пылала в огне.</p><p>Лумиан наблюдал за его реакцией и бесшумно пробормотал:</p><p>Ведет себя и впрямь как «дикий» Потусторонний невысокой Последовательности, мало что знающий… Не проявляет никакой особой уникальности, как Людвиг… Он действительно обычный «дикий» Потусторонний, просто получивший задание следовать за мной?</p><p>В то же время Лумиан сосредоточил внимание и снова посмотрел на Удачу Лугано, обнаружив, что грязно-зеленые следы уже исчезли, да и кровавого бедствия не намечалось.</p><p>Это означало, что «Врач» больше не рискует заразиться безумием и вскоре, вероятно, не будет втянут в акцию официальных лиц по ликвидации аномалии городка Дадель.</p><p>Спустя некоторое время Лумиан услышал оглушительный шум и увидел, как ночная тьма снаружи внезапно озарилась ярким светом.</p><p>Это с полувысоты лился свет прожекторов.</p><p>Лумиан поднял взгляд и обнаружил, что в ночной тьме парят два гигантских объекта.</p><p>Это были два дирижабля, окрашенные в темно-серый цвет, с бешено вращающимися пропеллерами.</p><p>Они были значительно меньше того, что Лумиан видел в Трире; сфокусированный свет прожекторов падал из их передней нижней части, концентрируясь на окраине городка Дадель.</p><p>В то же время в городке вновь раздался громкий собачий лай, и повсюду словно началось какое-то движение.</p><p>Официальные лица региона Фос прибыли? Лумиан отвел взгляд и стал ждать результатов.</p><p>Крики, вопли, выстрелы и различные вспышки света, подобные солнечному, возникали время от времени и продолжались почти час, пока все окончательно не утихло.</p><p>Вскоре отряд полицейских вошел в купе, расспрашивая изменивших облик и держащих фальшивые удостоверения личности Лумиана и его спутников о деталях контакта с жителями городка Дадель.</p><p>Лумиан не стал рассказывать о безумии, а обо всем остальном поведал как есть.</p><p>Он в любой момент был готов «телепортироваться» вместе с Людвигом и Лугано, спасаясь бегством.</p><p>Полицейские записали данные, сличили билеты с удостоверениями личности и покинули этот вагон.</p><p>Лумиан терпеливо ждал; лишь на рассвете полицейские вернулись и предоставили три контракта, потребовав поставить подписи.</p><p>Содержание контрактов сводилось к тому, что ночные события являлись военной спецоперацией, и каждый обязан соблюдать конфиденциальность, не допуская утечки.</p><p>«Считается ли то, что я разгласил до подписания?» — Лумиан мысленно усмехнулся и спокойно написал вымышленное имя.</p><p>Этот фальшивый документ он задействовал только что, так что мистических связей с ним еще не имелось.</p><p>Дождавшись, пока полицейские выйдут из вагона, Лумиан, намеренно испытавший на себе официальную процедуру ликвидации, собрался схватить Лугано и Людвига за плечи, чтобы «телепортироваться» отсюда.</p><p>Он не был уверен, не всплывет ли обман с контрактом, подписанным фальшивым именем, поэтому следовало избежать сопутствующих рисков.</p><p>Как раз в этот момент Лумиан увидел, как за спиной Лугано возникла высокая фигура.</p><p>Это был его Посланник — «Кающийся» Баинфер, выглядевший как обугленный труп в темной сутане священнослужителя, охваченный язычками черного пламени.</p><p>Баинфер заставил сложенное письмо подплыть по воздуху к Лумиану.</p><p>Пока Лугано с изумлением обнаруживал возникшую бумагу и оглядывался назад, Лумиан развернул письмо и пробежал глазами по строчкам:</p><p>'Согласно полученным мной сведениям, это, скорее всего, инцидент с побегом запечатанного артефакта.</p><p>'Этот запечатанный артефакт выглядит как молодая женщина, впервые появившаяся во время катастрофы в провинции Верхний Хорнакис. Большую часть времени она находится в нормальном состоянии, выглядя лишь безучастной, бледной и мутной, однако, впадая в исступление, заставляет окружающих постепенно заражаться таким же безумием, без определенной закономерности распространения.</p><p>'Состояние ее сумасшествия каждый раз не обязательно одинаково, равно как и проявления безумия.</p><p>«В нормальном состоянии она, хотя и выглядит мутной, подобно лишенному разума призраку, и действует по инстинкту, обладает силой магии слов: если скажет, что кто-то умрет, тот умрет…»</p></section><section><title><p>Глава 512 Бронированное торговое судно</p></title><p>Глава 512 Бронированное торговое судно</p><p>Вдобавок обладает силой, подобной магии слов… Когда безумие не проявляется, находится в смутном, действующем по инстинкту состоянии, выражение лица бледное, глаза безжизненные… Это очень похоже на первого инфицированного, описанного Пьером… Читая письмо от Франки, Лумиан ещё лучше уяснил детали этой катастрофы.</p><p>Его прежние догадки, построенные на противоречиях в ответах, поведении и поступках Пьера, оказались весьма близки к реальному положению дел.</p><p>Единственным отличием было то, что он предполагал, будто первый инфицированный — настоящий безумец, действующий по инстинкту, тогда как официальные сведения указывали, что это человекоподобный запечатанный артефакт, однако действительно полагающийся на инстинкты и не обладающий духовным разумом ни в обычном состоянии, ни при вспышке безумия.</p><p>Разумеется, догадки Лумиана не обязательно противоречили действительности: возможно, именно из-за того, что эта молодая женщина подверглась определенному загрязнению или испытывала утрату укрощения, став настоящим безумцем, инстинктивно распространяющим безумие, её и потребовалось запечатать.</p><p>Что же касается того, почему её запечатали, а не ликвидировали напрямую, Лумиан прикидывал причины:</p><p>Такая способность, позволяющая умереть тому, на кого укажешь словом, пусть и со всяческими ограничениями, всё равно заставляла разгораться аппетиты. Будь то Инквизиция, «Сердце Механизмов» или Восьмое бюро — имея возможность запечатать столь опасное существо, они безусловно отдадут приоритет запечатыванию, ведь в будущем, возможно, удастся положиться на неё для разрешения других катастроф.</p><p>Лумиан сместил взгляд ниже, читая последующее содержимое письма:</p><p>'Другие сведения тот человек не смог предоставить из-за принципов конфиденциальности.</p><p>«Ты присмотрись к молодой женщине с таким обликом, а как только обнаружишь — сразу же держись подальше и делай донос официальным Потусторонним.»</p><p>Никаких сведений о подробном происхождении, способе запечатывания, реальном проявлении магии слов, лечении и устранении безумия… Не указаны и конкретный уровень запечатывания с номером… Судя по аномалиям в городке Дадель и предыдущим описаниям, даже если это не запечатанный артефакт уровня «1», он должен относиться к весьма особенным и жутковатым среди уровня «2»… Лумиан немного поразмыслил, обратным движением засунул письмо в «Вещмешок путешественника» и не стал сжигать его на месте.</p><p>В это время Лугано со смешанными чувствами страха и сомнения разглядывал пространство за своей спиной.</p><p>Активировав «Духовное зрение», он всё равно ничего не обнаружил.</p><p>Посланник Лумиана, «Кающийся» Баинфер, давным-давно удалился.</p><p>«Пошли.» Лумиан вздохнул, протянул обе руки и схватил за плечи Людвига и Лугано.</p><p>Больше всего он жалел о том, что плата за проезд в 400 велькинсов будет потрачена впустую как минимум на треть.</p><p>К тому же вскоре придётся искать для Людвига несколько кафе, чтобы позавтракать — нельзя наесться досыта в одном, иначе заметят аномалию.</p><p>В следующее мгновение Лугано почувствовал, что сам шагнул в мир духов, который видел только что. Сменив роль стороннего наблюдателя, он погрузился в эти глубокие наслоения насыщенных цветовых пятен, по-настоящему купаясь в сиянии семи чистых лучей разных цветов на абсолютной высоте, и под взорами трудноописуемых лиц и не поддающихся описанию силуэтов «помчался» к неизвестной цели.</p><p>Он почувствовал головокружение, но спустя всего каких-то десяток секунд его ноги встали на твёрдую землю, а вокруг появились здания с преобладающими кремово-белыми, коричневато-красными и светло-жёлтыми тонами.</p><p>Лумиан не стал «телепортироваться» слишком далеко, выбрав город Фос, которому подчинялся городок Дадель.</p><p>Под лучами утренней зари Лумиан надел ушное украшение «Ложь», извлёк из «Вещмешка путешественника» суконное пальто и в безлюдном уединённом переулке прямо на месте изменил внешность и рост, а также сменил одежду.</p><p>Меньше чем за минуту он превратился в совершенно другого человека.</p><p>Хотя Лугано наблюдал подобное уже не в первый раз, эта сцена всё равно слегка потрясла его:</p><p>Какое волшебное предметное снаряжение, какая поразительная способность!</p><p>Будь то тот серебристо-белый клипс, позволяющий человеку в определённых пределах по своему усмотрению регулировать собственный рост и черты лица, или же кошелёк для монет, откуда можно извлекать самые разные предметы, словно не имеющий предела вместимости — всё это было тем, чего он прежде никогда не видывал, лишь изредка слыша от других охотников за головами, будто некоторые официальные Потусторонние владеют искусством маскировки на Потустороннем уровне.</p><p>Лумиан бросил клипс «Ложь» Лугано и, ничуть не стесняясь, произнёс:</p><p>«Раздобудь ещё три комплекта фальшивых личностей и купи билеты на сегодняшний поезд с паровой тягой до порта Гати.»</p><p>Кто я вообще такой — переводчик, гид или твой слуга и прислужник? — поймав волшебный серебристо-белый клипс, мысленно ворчал Лугано.</p><p>Выжав улыбку, он произнёс:</p><p>«Я не бывал в регионе Фос и не знаю, к кому обратиться за фальшивыми личностями.»</p><p>«Принцип везде один и тот же, я верю в твой опыт.» Лумиан ответил с улыбкой.</p><p>«Ладно, кабы не то, что ты платишь…» — беззвучно бурча, Лугано извлёк из чемодана сменную одежду.</p><p>Когда они добывали фальшивые личности на Северном вокзале Трира, Лумиан уже дал ему 1000 велькинсов на расходы и сказал, что и впредь будет брать на себя подобные траты.</p><p>Дождавшись, когда маленький мальчик Людвиг наденет клипс «Ложь», Лугано с чемоданом в руке вышел из переулка.</p><p>Лумиан тут же активировал «Лик Нисса», вновь изменил облик и, держа за руку Людвига, всё ещё подстраивавшего рост и внешность, издали увязался за Лугано.</p><p>Он хотел посмотреть, что станет делать этот «Врач» в незнакомом месте и как себя проявит, дабы оценить, какие проблемы скрываются за его спиной.</p><p>Чтобы Людвиг не устроил протест, Лумиан прижал шляпу с широкими полями на голове и бросил парню несколько багетов.</p><p>Людвиг тоже не стал капризничать и требовать вкусного и горячего, а очень послушно принялся грызть еду, позволяя Лумиану вести себя вслед за Лугано.</p><p>Стояло раннее утро, бары были закрыты, поэтому Лугано направился прямо к ближайшему рынку, нашёл «патрульного», похожего на члена банды, и с помощью денег узнал, к кому обратиться за фальшивыми личностями.</p><p>На протяжении всего этого процесса он вёл себя ничем не отличаясь от обычного охотника за головами.</p><p>Лумиан не испытывал от этого ни разочарования, ни радости. Он спокойно выслеживал Лугано, пока тот не купил билеты на другой рейс поезда с паровой тягой, и лишь тогда снял «Лик Нисса» и встретился со своим спутником.</p><p>…………</p><p>Провинция Верхняя Бретань, порт Гати, роскошный номер в отеле возле моря.</p><p>Лумиан стоял перед большим стеклянным окном и видел, как лазурное небо словно вымыто водой, оттеняя расположенный ниже чистый, прозрачный, подобный драгоценному камню океан.</p><p>Звонкие и крикливые птичьи голоса морских птиц звучали высоко и пронзительно, а белоснежные силуэты кружили между белыми облаками, белым песчаным пляжем и мачтами судов, позволяя Лумиану даже без открытого окна отчётливо ощущать прохладный бриз, доносившийся с моря.</p><p>Это был один из главных портов, через который товары из промышленных городов западного побережья Моря Затвора попадали в Туманное море. Он славился торговлей и судостроением, будучи весьма процветающим.</p><p>В отличие от мнения жителей Трира о том, что на севере мало солнца, порт Гати круглый год утопал в солнечных лучах, и осенью здесь было вовсе не холодно.</p><p>Под звуки чавканья Людвига Лумиан любовался морским пейзажем за окном и далёким портом, ожидая, пока Лугано купит билеты на корабль до порта Санта в Королевстве Фейнапот.</p><p>И как раз в этот момент «Кающийся» Баинфер, облачённый в чёрную сутану священнослужителя и обладавший необычайно высоким ростом, снова вышел из пустоты и молча протянул Лумиану письмо.</p><p>«Спасибо,» — привычно произнёс Лумиан.</p><p>Затем он взял письмо и развернул его:</p><p>'Безумие в городке Дадель взято под контроль, тяжело инфицированные жители ликвидированы, а слегка инфицированным оказана помощь, но тот запечатанный артефакт найти не удалось.</p><p>'Судя по собранным на месте сведениям, она ещё несколько дней назад вернулась в нормальное состояние, покинула городок Дадель и скрылась в неизвестном направлении, а дальнейшее распространение безумия происходило за счёт самопроизвольного разрастания в той сильно загрязнённой ментальной океанической зоне.</p><p>'Нежелание жителей покидать Дадель и их аномальное поведение, заключавшееся в том, что они не забывали рассказывать о безумии проезжим путешественникам, должно быть, тоже исходило из того загрязнённого ментального океана. Хм, согласно новому специальному термину, выученному Энтони, это Океан коллективного бессознательного, который вместе с ментальными островами и духовным небом образует Внутренний мир.</p><p>«Впредь будь осторожнее, я опасаюсь, как бы тебя снова не притянуло к мистической катастрофе, созданной этим запечатанным артефактом.»</p><p>Не поймали тот запечатанный артефакт… — Лумиан с лёгкой головной болью издал звук «цы».</p><p>Говоря откровенно, у него тоже не было решения на этот счёт: когда он добрался до городка Дадель, та уже ушла, а катастрофа всё ещё продолжалась и развивалась.</p><p>В три часа дня Лумиан вместе с Лугано и Людвигом поднялся на борт торгового судна «Перелётная птица», направлявшегося в порт Санта Королевства Фейнапот.</p><p>Они выбрали первый класс — это был люкс с хозяйской спальней, детской, комнатой для прислуги, гостиной, уборной и персональным слугой для обслуживания, дававший доступ в самый высококлассный ресторан и единственную сигарную комнату. Стоил он 700 велькинсов, что приближалось к годовому доходу Чарли в бытность того коридорным в отеле.</p><p>Лумиану деньги были и важны, и не особо важны: важны — потому что прошлый опыт и наставления сестры заставляли его подсознательно считать их и беречь, а не особо важны — потому что доставались они ему довольно «легко». Например, когда он под покровом ночи пробрался обратно в Танцевальный зал «Бриз», то за один приход забрал из сейфа 30 000 велькинсов, и то, что он тратил сейчас, составляло лишь малую их часть.</p><p>К тому же рецепт зелья, главные ингредиенты и часть дополнительных материалов для его следующей Последовательности у него уже имелись, так что стимула копить деньги пока не было.</p><p>К тому же, как верный читатель серии «Великий авантюрист», он прекрасно знал, что на море полно ходячих человекоподобных сокровищ, и если ему действительно не хватит денег, он с радостью сходит на «жнецкую прогулку», подражая своему кумиру.</p><p>«Перелётная птица» была паровым судном новейшего типа, полностью выкованным из стали, без парусного вооружения — с одними лишь дымящими трубами, извергающими клубы пара, и мачтами, служившими наблюдательными вышками.</p><p>Оно имело железо-серый цвет с отдельными элементами, раскрашенными переплетающимися красным и золотым оттенками, обладало широкой палубой и многочисленными орудийными портами, а по водоизмещению, числу пассажиров, скорости хода и прочности далеко превосходило классические парусные военные корабли. По сравнению с теми отставшими от эпохи посудинами оно было словно взрослый, смотрящий свысока на ребёнка.</p><p>До катастрофы в деревне Корду Лумиан тоже задумывался о морском путешествии, желая подражать великому авантюристу Герману Воробью, и искушал этим сестру, однако Аврора перенесла это событие на время после окончания им университета.</p><p>В просторной и светлой гостиной каюты первого класса Лумиан вглядывался в лазурный океан за окном, и мысли его унеслись неведомо куда.</p><p>У-у-у!</p><p>Под гудки сирены трубы «Перелётной птицы» одна за другой выбросили клубы пара.</p><p>Это огромное бронированное торговое судно под грохот и гул запускаемых механизмов медленно отчалило от порта Гати и взяло курс в глубины моря.</p><p>Курлы-курлы-курлы, крики морских птиц эхом отзывались в облаках.</p></section><section><title><p>Глава 513 Первый день в море</p></title><p>Глава 513 Первый день в море</p><p>«Перелётная птица» в клубах густого дыма устремилась вглубь Туманного моря. Она держала курс на запад, направляясь к заморской колонии Интиса — архипелагу Туманного моря, тому самому из пословицы «никогда не верь людям с архипелага», чтобы затем повернуть на юг и прибыть в порт Санта, расположенный на северо-западе королевства Фейнапот.</p><p>Хотя Туманное море славилось частыми туманами, в прибрежных водах это явление было не столь выраженным, поэтому Лумиан под лучами яркого солнца почти три часа читал книгу.</p><p>Это был вводный учебник по языку Плато королевства Фейнапот. Хотя у Лумиана и был Лугано в качестве переводчика и проводника, он не хотел превращаться в «глухонемого», целиком зависящего от информации и слов Лугано. В таком случае, если бы у Лугано возникли какие-то проблемы, и он намеренно скрыл или исказил ключевой смысл, Лумиан не смог бы этого заметить, и всё стало бы крайне хлопотным и опасным.</p><p>Лумиан хотел до прибытия в порт Санта освоить часть самых употребительных слов языка Плато. Даже если он ещё не сможет общаться на них с местными жителями, их хватит, чтобы проверять полноту перевода.</p><p>Обычно для Потустороннего, не принадлежащего к Пути «Читателя», освоить основы языка Плато за путешествие длительностью менее десяти дней было бы практически невозможно. Однако Лумиан владел древнефейсакским языком, который являлся истоком языка Плато. Оба языка имели множество сходств в структуре предложений, значениях слов, грамматике и словообразовании, что позволяло Лумиану при тех же усилиях добиваться в три, а то и в четыре-пять раз лучшего результата.</p><p>«Когда принесут ужин?» — Людвиг ходил взад-вперёд перед шезлонгом, на котором сидел Лумиан, весьма досадуя на то, что стемнело, а личного официанта с тележкой всё ещё не видать.</p><p>При тусклом свете заходящего солнца и зажжённой керосиновой лампы Лумиан закрыл книгу и усмехнулся:</p><p>«А кто просил тебя заказывать так много? Кухне нужно время на готовку. Хорошо ещё, что в первом классе, пусть еда и не бесплатная, есть отдельная кухня, иначе они бы точно не успели…»</p><p>Не успел он договорить, как раздался звонок в дверь.</p><p>Под эхо звона Лугано открыл тяжёлую киноварно-красную деревянную дверь и посмотрел, как молодой официант вкатывает тележку с едой в комнату с прошнурованным жёлто-коричневым толстым ковром.</p><p>Под нетерпеливым, торопящим взглядом Людвига официант не спеша постелил скатерть и разложил приборы.</p><p>'Это местный деликатес, сельдь Гати. Копчёное мягкое филе сельди маринуется в оливковом масле с ломтиками лука и моркови с добавлением тимьяна, лавра и других специй, а затем выдерживается в прохладном месте от 24 до 48 часов. Подаётся с нежным картофельным салатом…</p><p>'Это картофель фри. В провинции Верхняя Бретань есть поговорка: без картофеля фри нет Царствия Небесного…</p><p>'Это сливочный хлеб с изюмом…</p><p>'Это свежие устрицы и разнообразные моллюски…</p><p>'Это индейка Фосс, это рулетики с ветчиной и грибами, это утиный паштет Ум и вафли с тростниковым сахаром и ванилью…</p><p>'Это традиционный оранжевый сыр… Есть ещё серый сыр с очень резким запахом, не желаете попробовать?</p><p>«Это любимый сидр жителей провинции Верхняя Бретань…»[1]</p><p>Лумиан с интересом слушал, как официант описывал каждое блюдо, а Людвиг, вопреки его ожиданиям, не схватился сразу за нож и вилку, а весьма терпеливо дождался окончания рассказа и лишь затем принялся за закусочный хлеб и маринованное копчёное филе сельди.</p><p>В нём проснулось что-то? — Лумиан с недоумением окинул взглядом этого малыша.</p><p>«Неплохо, копчёный вкус выражен в самый раз и вместе с ароматом и приправами создаёт весьма богатые вкусовые ощущения…» — оценил Людвиг весьма профессиональным тоном, однако в сочетании с его пухлым детским личиком и видом всего лишь семи-восьмилетнего ребёнка Лумиан не только не почувствовал уважения, а наоборот, счёл это абсурдным и комичным.</p><p>Порт Гати располагался у моря, поэтому устрицы и прочие моллюски были отменными: не только вкуснее, чем в большинстве ресторанов Трира, но и дешевле. Лумиан попивал яблочный сидр и вкушал ужин с ярким местным колоритом.</p><p>Усилиями Людвига от ужина, рассчитанного на целых восемь человек, остались лишь чистые тарелки, кости да прочие остатки.</p><p>Аппетит у Лумиана и Лугано был, в общем-то, тоже немаленьким — каждый съел порцию на двоих, но по сравнению с Людвигом им было далеко. И это при том, что тот до этого успел пополдничать и уже переходил к десерту.</p><p>Почему-то не видно, чтобы ты часто бегал в уборную… Куда девается съеденная еда? Твой желудок — бездонная яма? — Лумиан оглядел Людвига, поднялся и сказал Лугано:</p><p>«Я хочу сходить в судовой бар. Пойдёшь со мной?»</p><p>«Я прошлую ночь не спал, сегодня хочу лечь пораньше,» — Лугано не понимал, почему его работодатель, который так же не спал ночь и весь день был в пути, всё ещё настолько бодр, ничуть не утомлён и даже собирается провести в баре ещё несколько часов.</p><p>Неужели потому, что у него выше Последовательность?</p><p>Тот маленький мальчик с нечеловеческим аппетитом, кажется, тоже вполне бодр…</p><p>Лумиан больше не стал звать переводчика. Оставив Людвигу поздний перекус, он переоделся в простую тёмно-коричневую куртку, вышел из комнаты и направился в бар первого класса.</p><p>Бар был оформлен изысканно. Там звучали нежные мелодии в исполнении небольшого оркестра, а немногочисленные посетители сидели по отдельности, и царила тишина.</p><p>Лумиан пару секунд постоял у входа, осматриваясь, покачал головой и ушёл.</p><p>Спустившись по лестнице на палубу, он вошёл в бар, предназначенный для пассажиров третьего класса и рядовых членов экипажа.</p><p>Гам, крики, хлопки и беспорядочное оранье песен вырывались из помещения вместе с густым хмельным ароматом, разносившимся вокруг Лумиана.</p><p>Лумиан мгновенно ощутил знакомый уют родного дома. Он словно расслабился, и каждая клеточка его тела оживилась.</p><p>Вот это правильная атмосфера… Будучи завсегдатаем, посещавшим Старую таверну с самого малого возраста, Лумиан, слегка покачиваясь, пробрался к барной стойке.</p><p>«Стакан „Зелёной Феи“,» — постучал он по деревянной столешнице.</p><p>Бармен был молодым человеком с характерными чертами фейнапотца: худоватое лицо, чёрные волосы и глаза, глубокие черты, желтоватая кожа и вполне приятные черты лица.</p><p>«Хорошо, 10 риков,» — ответил бармен на интисском с явным иностранным акцентом.</p><p>На корабле всё дороже, чем в Трире… — Лумиан только отсчитал монеты, как заметил, что бармен перевёл взгляд куда-то ему за плечо и проговорил со всей искренностью и пылом:</p><p>«Мисс, что вы хотите выпить?»</p><p>«Стакан вишнёвого ликёра,» — ответила дама в плотном жёлтом платье. У неё было красивое лицо и светло-зелёные глаза.</p><p>«Хорошо!» — бармен, даже не взяв сначала деньги, собрался налить наливку той даме.</p><p>«Я пришёл первым,» — с улыбкой напомнил Лумиан бармену.</p><p>Бармен ни капли не замявшись ответил:</p><p>«Какая прекрасная, какая ослепительная дама! Моё сердце подсказывает мне обслужить её первой.»</p><p>Ого, и вправду фейнапотцев… Лумиан не разозлился, а наоборот, ощутил себя словно на цирковом представлении.</p><p>Фейнапотцы по природе своей романтичны и неустанно гоняются за любовью, а их главной верой является «Матерь-Земля», признающая высокий статус женщин. Поэтому мужчины этого королевства при встрече с любой женщиной так и осыпают её похвалами, а если кто-то им и впрямь приглянется, то добиваются её без малейшего стеснения и смущения.</p><p>Аврора как-то говорила, что мужчины Фейнапота — настоящие мастера деревенских подкатов. И хотя их слова подчас звучали приторно и слащаво, в сочетании с невероятной искренностью, предельной прямотой и непринуждённостью они не казались пошлыми, а скорее обладали своеобразным шармом.</p><p>В этом отношении интисцы, хотя и были столь же романтичны по натуре, уступали фейнапотцам.</p><p>Впрочем, подавляющее большинство фейнапотцев под двояким влиянием традиций и веры придавали огромное значение семье, продолжению рода и детям, предпочитая жить большими семьями. И если уж они вступали в брак по своей воле, то становились подобны самым консервативным руэнцам, практически не приемля измен.</p><p>Исключения встречались и здесь — даже в самом консервативном королевстве Руэн хватало изменников, — но уж точно не в таких утрированных и повсеместных масштабах, как в Интисе, где многие и вовсе считали, что в браке любви быть не может.</p><p>Лишь когда дама расплатилась и забрала свой вишнёвый ликёр, бармен налил Лумиану «Зелёную Фею» и украсил стакан листочком мяты.</p><p>Он без малейшего смущения произнёс:</p><p>«Моя бабушка учила меня быть обходительным с каждой дамой, а особенно с красивой.»</p><p>«Я понимаю,» — Лумиан вошёл в состояние завсегдатая Старой таверны, попивая абсент и сочиняя историю: — «У меня тоже когда-то было немало красивых спутниц, даже красивее той дамы. Жаль только, я всего один и не мог стать мужем им всем одновременно…»</p><p>Бармен мгновенно почувствовал в нём родственную душу:</p><p>'У меня тоже часто возникают подобные сожаления: в этом мире слишком много прекрасных женщин, а я всего один.</p><p>«Как к тебе обращаться?»</p><p>«Луи, можешь звать меня просто Луи,» — назвал фальшивое имя Лумиан.</p><p>Сейчас он выступал под именем Луи Бери.</p><p>«Меня зовут Франческо,» — завязал разговор бармен.</p><p>Знакомая обстановка, привычный хвастливый трёп и шумная атмосфера привели к тому, что Лумиан, хотя и выпил совсем немного, почувствовал лёгкое хмельное оживление.</p><p>Если бы не те оккультные катастрофы, если бы Аврора была жива, если бы он уже поступил в университет и не имел иных забот, кроме как сидеть вот так в баре и пить… как было бы хорошо…</p><p>Люди, путешествующие по морю, неизменно обсуждают пиратов, и бармен Франческо поведал Лумиану:</p><p>«С тех пор как технологии броненосцев стали широко применяться на торговых судах, жизнь пиратов стала тяжёлой. Их парусники не могут угнаться за этими железными чудовищами, способными развивать скорость в шестнадцать-семнадцать узлов, так что они даже пограбить не могут!»</p><p>На этом месте Франческо понизил голос:</p><p>«Самый любимый трюк пиратов теперь — заслать людей под видом пассажиров, которые садятся на корабль в разных портах, а по прибытии в намеченную акваторию устраивают внутренний мятеж, подминая судно под себя и давая ждущему поблизости пиратскому кораблю шанс подойти ближе.»</p><p>«Вот как?» — с интересом спросил Лумиан. — «И кто, по-твоему, на корабле похож на пиратского засланца?»</p><p>Франческо опешил на миг и ответил:</p><p>«Так ведь это только первый день, как тут разглядишь?»</p><p>Лумиан с ухмылкой переспросил:</p><p>«Ты раньше сталкивался с подобным?»</p></section><section><title><p>Глава 514 Предостережение</p></title><p>Глава 514 Предостережение</p><p>Франческо вздохнул и сказал:</p><p>'В первой половине года, когда я работал барменом на другом корабле, мне довелось столкнуться с пиратами. Они смешались с пассажирами, их было больше десяти человек, и с самого начала они захватили машинное отделение и котельную, отбили контратаку экипажа и дождались приближения пиратского судна.</p><p>«Слава Матери, они лишь обыскивали каюту за каютой в поисках ценностей. Пока не оказываешь сопротивления, вреда тебе не причинят. Разумеется, красивых дам и мужчин это не касается — нельзя ожидать от пиратов высокого уровня морали.»</p><p>Люмиан отпил абсента с мятным вкусом и слегка улыбнулся:</p><p>«Разве они не боятся, что среди пассажиров окажется кто-то вроде Великого авантюриста Германа Воробья? Столкнувшись с таким сильным человеком, не желающим отдавать деньги, они тоже попытаются отнять их силой?»</p><p>Вопрос Люмиана заставил Франческо немного опешить.</p><p>Лишь спустя некоторое время он ответил:</p><p>«Быть пиратом — это всегда высокий риск, разве нет?»</p><p>«Логично.» Люмиан одобрительно кивнул.</p><p>Франческо продолжил:</p><p>'Сейчас многие торговые суда нанимают для защиты отставных военных моряков, морских авантюристов и профессиональных наемников. Они очень умелы, способны справиться с беспорядками на борту и заставляют пиратов считаться с собой, оставляя пространство для переговоров.</p><p>«Раньше на одном торговом судне произошел подобный случай: пираты получили преимущество и взяли корабль под контроль, но посчитали, что разгром команды моряков во главе с несколькими авантюристами обойдется им в слишком большие потери. Они не стали штурмовать линию обороны, а лишь получили путем переговоров сумму за защиту и отступили, не забрав груз и не обыскав каюты.»</p><p>Люмиан усмехнулся, услышав это:</p><p>«Если бы я был пиратом, то основал бы в порту Гати охранное предприятие, предоставляющую наемников, знакомых с обстановкой на море. С тех, кто согласен нанять, я бы получал плату за услуги, а тех, кто отказывается, просто грабил бы напрямую. Как ни крути, всегда в плюсе.»</p><p>Франческо с изумлением оглядел этого двадцатилетнего мужчину с черными волосами и зелеными глазами и пробормотал:</p><p>'Ты часом не пиратский засланец? К тому же силы на море разрозненны и хаотичны, разве ты сможешь защитить нанявших твоих людей от грабежа другими пиратами?</p><p>'Эх, потому-то я и не любил никогда море. Когда ноги стоят на твердой земле, это дает куда больше чувства безопасности.</p><p>«Хвала Земле, хвала Матери всего сущего!»</p><p>Истинный фейнапотец, верующий в «Матерь-Землю»… Люмиан с улыбкой спросил:</p><p>«Раз уж не любишь море, почему тогда пошел работать барменом на корабль?»</p><p>Выражение лица Франческо постепенно стало весьма красноречивым:</p><p>«Разве ты не находишь романтичным такое независимое королевство, дрейфующее по морю и практически лишенное связи с внешним миром? Когда встречаешь здесь красивую даму, кажется, будто во всем мире остались только вы вдвоем и вам больше не на кого положиться, кроме как друг на друга.»</p><p>Твоя конечная цель — найти любовное приключение? Люмиан порой действительно не мог понять фейнапотцев и похожую на них часть жителей Трира.</p><p>В этот момент Франческо указал на круглый стол:</p><p>«Вон тот — начальник службы безопасности „Перелётной птицы“, Филипп. Он утверждает, что является отставным офицером флота Туманного моря, потопившим огнем орудий не одно пиратское судно и лично разыскавшим немало пиратов, находящихся в розыске.»</p><p>Люмиан проследил за пальцем Франческо и посмотрел на зал, освещенный множеством керосиновых люстр.</p><p>У круглого стола сбоку собралась толпа мужчин и женщин. В их центре восседал мужчина средних лет со светло-золотистыми короткими волосами, светло-голубыми глазами и лицом со следами ветров и дождей, выглядевший ни серьезным, ни глубокомысленным.</p><p>Этот человек по имени Филипп, одетый в темно-синюю с белым суконную матросскую форму, держал бокал с «крепким ланчи» и произносил явным хвастливым тоном:</p><p>«В те времена, когда я служил на 'Святом Мартине», я встречал «Королеву Болезни» Трейси. Тогда она была всего лишь «вице-адмиралом Болезнь»… Ц-ц, поистине самая красивая женщина на пяти морях…</p><p>'Скажу вам, если действительно столкнетесь с великими пиратами, не стоит волноваться. Я знаю их всех, у нас есть определенные связи, и мы как минимум сможем договориться…</p><p>«Ха-ха, не спрашивайте, почему у морского офицера связи с великими пиратами. О многих вещах на море вы не знаете, да и вам лучше об этом не знать…»</p><p>Мужчины и женщины, окружавшие Филиппа, слушали очень внимательно, время от времени издавая восхищенные возгласы по поводу того, какого крупного деятеля он знает или какую захватывающую историю приключений рассказывает.</p><p>Неизвестно когда левая рука Филиппа уже обняла за талию какую-то девушку, а та не пыталась вырваться, вместо этого выглядя застенчивой.</p><p>Люмиан отвел взгляд и обратился к бармену Франческо:</p><p>'Он и правда знает столько великих пиратов?</p><p>«Он действительно отставной офицер флота Туманного моря?»</p><p>Франческо только что закончил протирать бокал и, разводя руками, ответил:</p><p>'Кто знает?</p><p>«Но с тех пор как он стал начальником службы безопасности „Перелётной птицы“, за эти несколько месяцев мы пять раз выходили в море и ни разу не столкнулись с пиратским ограблением. Не знаю, то ли это везение, то ли он и впрямь знает множество пиратов и может с первого взгляда распознать затаившихся среди людей, вынеся им предупреждение заранее.»</p><p>На пяти морях, кишащих пиратами, вероятность того, что пять долгих плаваний подряд обойдутся без встреч с пиратами, не так уж высока… Люмиан снова повернулся боком, разглядывая Филиппа с его огрубевшей, покрасневшей кожей лица, хранящей множественные следы непогоды.</p><p>Он не мог понять, является ли тот Потусторонним, и тем более не мог определить, к какой Последовательности он относится, а лишь по деталям телосложения судил, что тот действительно годами обретается на море.</p><p>Люмиан сконцентрировался и бегло осмотрел Удачу Филиппа.</p><p>В ней присутствовал алый оттенок.</p><p>В ближайшее время есть вероятность сражения и ранения, но не настолько, чтобы угрожать жизни… Люмиан слегка нахмурился, допил находившийся у него в руках абсент и снова заказал «крепкого ланчи».</p><p>Вскоре Филипп с румяным лицом покинул бар, уведя с собой обнятую за талию девушку.</p><p>Люмиан про себя издал звук «ц-ц» и с качанием головы произнес:</p><p>«Ох уж вы, интисцы.»</p><p>Спустя еще некоторое время в баре раздалась музыка с четким ритмом. Многие гости поднялись со своих мест, хлынули на свободную площадку посередине и затанцевали твист.</p><p>Люмиан держал стакан с крепким алкоголем, его тело слегка покачивалось в такт ритму, словно погружаясь в подобную атмосферу.</p><p>С тех пор как он обнаружил, что обладатели благословений Злых Богов замыслили нечто грандиозное, он долгое время не был так расслаблен.</p><p>Теперь план «Постоялого двора» остался в прошлом, а выслеживание ключевых членов «Дня дурака» сможет начаться только после прибытия в порт Санта.</p><p>Это редкое время для отдыха.</p><p>Прикинув, что Людвигу пора приступать ко второму ночному перекусу, Люмиан поставил бокал и покинул бар на палубном уровне.</p><p>Спускаясь по пустой лестнице и слушая завывание морского ветра, на пути в каюту первого класса Люмиан внезапно прошептал:</p><p>«Термиборос, есть ли способ распознать Потусторонних на корабле и пассажиров, замаскированных под пиратов? Я хочу лично нанести визит каждому из них и вынести предупреждение, чтобы они вели себя смирно и не мешали мне наслаждаться путешествием.»</p><p>Если кто-то действительно не захочет слушать предупреждение, «007» может помочь получить награду, а их выпавшие Потусторонние характеристики тоже можно обменять на деньги!</p><p>Величественный, слоистый голос Термиboroса зазвучал в ушах Люмиана:</p><p>«Способ появится только тогда, когда ты станешь полубогом Судьбы или сменишь Путь.»</p><p>Не дожидаясь ответа Люмиана, запечатанный Ангел добавил:</p><p>«Если ты, неся в себе остаточное дыхание Алисты Тюдора и будучи слегка загрязненным „0—01“, действительно пойдешь предупреждать тех людей, то с высокой вероятностью лишь спровоцируешь бедствие.»</p><p>Хочешь сказать, я и есть самое большое бедствие, и мне достаточно просто следить за собой? Люмиан, который изначально хотел навести порядок в теневом мире «Перелётной птицы» и обеспечить себе приятное путешествие, понял подтекст слов Термибороса и был вынужден с беспомощностью отказаться от своей идеи.</p><p>В этот час «Перелётная птица» уже погрузилась в сон. Люмиан шел по прочному полу, слыша легкий скрип и смутный плач.</p><p>Казалось, где-то на этом корабле какая-то женщина печально плакала.</p><p>Люмиану подобное было не в новинку — когда он только прибыл в гостиницу «Золотой Петух», он часто слышал, как точно так же плачет мадемуазель Изанс, предмет обожания Чарли.</p><p>«Везде есть страдающие и убитые горем люди…» Люмиан вырос под влиянием сестры-писательницы, так что и у него порой проявлялась натура поэтичного юноши.</p><p>Он покачал головой и вернулся в свою каюту №5 первого класса.</p><p>Лугано давно уже ушел спать в комнату для слуг, а Людвиг переоделся в пижаму и ночные штаны, надел ночной колпак и поджидал свой поздний ужин.</p><p>Люмиан вздохнул и стал доставать из «Вещмешка путешественника» продукты длительного хранения.</p><p>Он был искренне рад, что в порту Гати снова пополнил запасы.</p><p>Он прикинул в уме: обычное пропитание Людвига требует около 100 феров в день, что за год составляет почти 40 000 феров. От этой мысли у Люмиана слегка заболела голова — за два года Людвиг способен проесть все его нынешние сбережения.</p><p>Это заставило Люмиана невольно задуматься: а не вздохнул ли барон Бриньоль с тайным облегчением, когда убедился, что Людвиг действительно потерялся?</p><p>Заранее разложив еду на два ночных перекуса, Люмиан совершил простой туалет и лег на кровать в главной спальне.</p><p>В ощущении легкого покачивания его дух постепенно расслабился, и он медленно погрузился в сон.</p><p>В шесть утра Люмиан проснулся точно по часам, чувствуя себя бодрым и свежим.</p><p>Еда на обеденном столе была полностью опустошена, а Людвиг и Лугано все еще спали.</p><p>Люмиан распахнул окно, вдохнул прохладный свежий воздух и сделал легкую разминку.</p><p>Около семи часов он услышал трель дверного звонка.</p><p>Я же договаривался, чтобы завтрак принесли в восемь тридцать… Люмиан открыл дверь и увидел светловолосого и голубоглазого, хранящего на лице следы непогоды начальника службы безопасности «Перелётной птицы» Филиппа.</p><p>Этот мужчина средних лет, вчера вечером в баре хихикавший и шутивший, сейчас стоял с мрачным лицом и холодно произнес:</p><p>«Я проверил. Ваши удостоверения личности — фальшивые.»</p><p>Как он проверил? Почему вообще решил специально проверить наши документы? Люмиан не считал, что они втроем проявили хоть какую-то странность после посадки на корабль.</p><p>Подавив внутреннее недоумение, он нахмурился и спросил в ответ:</p><p>«Хочешь вымогательством вытащить из нас деньги?»</p><p>Филипп бросил взгляд на гостиную и серьезно сказал:</p><p>«Я не хочу знать, кем вы были раньше, и мне нет дела до того, что вы будете делать в будущем. Я лишь требую, чтобы пока вы находитесь на „Перелётной птице“, вы вели себя смирно, сидели тихо, наслаждались путешествием и не вытворяли ничего из ряда вон выходящего. Иначе не обижайтесь, если мы поступим немилосердно.»</p><p>И впрямь убедился, что у нас проблемы… Как этот парень это сделал? А он действительно обладает кое-какими способностями, не так прост и легкомыслен, каким кажется снаружи… Люмиан со сдержанной позицией категорического несогласия спокойно ответил:</p><p>«Я не понимаю, о чем ты говоришь. Может, между нами возникло какое-то недоразумение?»</p><p>Филипп пристально смотрел на него несколько секунд:</p><p>«Главное, чтобы ты понял, что я имею в виду.»</p><p>Сказав это, он повернулся и пошел к концу коридора.</p></section><section><title><p>Глава 515 Странный пиратский корабль</p></title><p>Глава 515 Странный пиратский корабль</p><p>Лумиан посмотрел вслед Филиппу и бесшумно ухмыльнулся.</p><p>Этот парень действительно кое-что умел и совсем не был таким легкомысленным, сальным и разболтанным, каким казался прошлым вечером в баре.</p><p>Впрочем, это можно назвать общей чертой многих интисских мужчин: пока они не заняты тяжелой работой и пока рядом есть хоть сколько-нибудь привлекательные женщины, они, словно животные в период гона, изо всех сил стараются показать себя во всей красе, и факт превращения в Потустороннего ничего здесь изменить не мог.</p><p>«Демонессы» в Интисе, особенно в Трире, наиболее активны, и помимо притяжения подземного наследия, причина наверняка кроется и в соответствии местным общественным нравам.</p><p>К предупреждению Филиппа Лумиан отнёсся совершенно спокойно и ничуть им не разозлился.</p><p>Он и так собирался в полной мере насладиться несколькими днями путешествия и даже подумывал о том, чтобы помогать поддерживать порядок на корабле, взяв на себя роль теневого судьи.</p><p>Сейчас его куда больше волновало, как Филиппу удалось понять, что удостоверения личности его самого, Лугано и Людвига были поддельными.</p><p>Сопоставив записи о способностях низких Последовательностей Двадцати Двух Путей из колдовских заметок Авроры со сведениями, полученными из самых разных источников за последние месяцы, Лумиан пришёл к первичному предположению:</p><p>«Филипп, должно быть, Потусторонний одного из трёх Путей: 'Зрителя», «Читателя» или «Судьи».</p><p>«Один из них хорош в наблюдении за деталями и считывании истинных мыслей; другой — мастер дедукции, чья Последовательность 7 напрямую называется 'Детектив», способный по малейшим уликам уловить наше ненормальное поведение; а третий на Последовательности 8 «Шериф» получает собственную «юрисдикцию» и обретает небывалый контроль над всеми делами в её пределах, чего вполне достаточно, чтобы заметить любые странности и ухватиться за подозрительные следы…</p><p>«Учитывая тот факт, что никто из нас троих ранее не общался с Филиппом лицом к лицу, вариант со 'Зрителем» можно пока исключить, к тому же «Зритель» не слишком подходит на роль начальника службы безопасности, это не его зона комфорта…</p><p>'Обнаружив с помощью своих способностей, что с нами что-то не так, а наше происхождение туманно, Филипп тут же проверил копии наших удостоверений личности и связался по телеграфу с чиновниками из района выдачи, подкрепив догадку тем, что таких троих людей на самом деле не существует?</p><p>'Это объясняет, почему он пришёл предупредить нас только на следующее утро: он ждал результатов расследования и ответной телеграммы.</p><p>'А это значит, что он способен находить помощников и получать обратную связь в самых разных регионах, обладая широкой сетью связей.</p><p>'Сделать такое в одиночку крайне трудно, за его спиной стоит организация, причем скорее официального толка? Хм, он ведь утверждал, что отставной офицер флота Туманного моря…</p><p>«Такой человек и впрямь отлично подходит на роль начальника службы безопасности вооружённого торгового судна.»</p><p>Лумиан отвёл взгляд, закрыл дверь и почувствовал себя куда спокойнее.</p><p>С таким начальником службы безопасности — начальником, который за него может воплотить в жизнь мысль обойти и предостеречь всех подозрительных лиц — дальнейшее путешествие обещало быть весьма спокойным.</p><p>Всё утро Лумиан провёл в каюте номер 5 первого класса, неторопливо изучая язык Плато и время от времени разминаясь; Людвиг же после завтрака потребовал, чтобы Лугано вывел его погулять, и больше часа носился по палубе, совсем как обычный ребёнок.</p><p>Лумиан подозревал, что на самом деле этот малый просто осматривал свои неприкосновенные запасы еды, проверяя, где те находятся и в каком состоянии пребывают.</p><p>Перед обедом Лумиан, видя, что погода стоит отличная, тоже спустился на палубу и, опершись обеими руками о фальшборт, стал вглядываться в далёкое тёмно-синее море.</p><p>Краем глаза он заметил, что Филипп снова вернулся к своему расслабленному и легкомысленному состоянию: вместе со вчерашней девушкой он миловался на носу корабля, то шепчась, то хохоча до упаду, ведя себя словно пылко влюблённый.</p><p>«Эх, вы, интиссцы…» — Лумиан с улыбкой покачал головой.</p><p>Покинув Трир, он вполне естественным образом скорректировал свои привычные выражения.</p><p>Филипп с той девушкой гуляли по палубе, повсюду оставляя за собой звонкий смех и веселый гомон.</p><p>Благодаря выдающемуся слуху «Охотника» Лумиану не составило труда узнать, что девушку зовут Гочия, и пусть она не отличалась выдающейся внешностью, её прелесть заключалась в юной непосредственности.</p><p>Внезапно Лумиан заметил, как взгляд Филиппа устремился за фальшборт, а выражение его лица на мгновение застыло.</p><p>Проследив за взглядом начальника службы безопасности «Перелётной птицы», Лумиан тоже посмотрел в море и увидел, что под колышущейся синей толщей воды, похоже, скрывалась огромная тень!</p><p>Набежала волна, и тень тут же исчезла.</p><p>Меньше «Перелётной птицы», но куда крупнее любых других морских обитателей… Гигантская рыба или же морской монстр? — задумчиво размышлял Лумиан, испытывая необъяснимый азарт.</p><p>«Дорогой, куда ты смотришь?» — спросила Гочия отвлёкшегося Филиппа.</p><p>«Моя сладость, я как раз думал, в какой ресторан тебя пригласить, как насчёт ресторана первого класса?» — небрежно отозвался Филипп.</p><p>Как раз в этот момент над морем поднялся легкий туман, заслоняя солнечный свет и погружая всё вокруг в полумрак.</p><p>Никто из пассажиров и членов экипажа на палубе этому не удивился: подобная перемена погоды — обычная черта Туманного моря, хотя здесь она не так свирепа, как в Бушующем море, разделяющем Северный и Южный континенты.</p><p>Пока Гочия любовалась первым туманом за всё путешествие, Филипп поднял голову и с довольно озабоченным видом взмахнул правой рукой, указывая матросу на вороньем гнезде на тот участок моря, где только что исчезла тень.</p><p>«Он считает, что это проплывала не гигантская рыба…» — Лумиан с большим интересом вглядывался в морские просторы перед собой, замечая, как многие члены экипажа один за другим прерывают отдых и занимают свои места, включая комендоров.</p><p>Пока на палубе царила внешняя расслабленность при внутренней готовности, неподалёку раздался громкий всплеск, и из-под воды вынырнула иссиня-чёрная железная громадина.</p><p>Это был «корабль» весьма странной формы.</p><p>Он весь был покрыт слоем металла, и лишь сверху торчали тонкие трубки, напоминающие глаза улитки.</p><p>Среди стекавших потоков воды верхняя часть этого странного иссиня-чёрного судна внезапно распахнулась, словно распускающийся цветок, обнажив множество орудий, после чего поднялись три мачты и образовалась широкая палуба.</p><p>На палубе несколько десятков, а то и целая сотня пиратов размахивали мушкетами и саблями, издавая всевозможные угрожающие крики.</p><p>Белые паруса сами собой взвились вверх, закрепившись на вершинах мачт.</p><p>«Вау…» — мысленно восхитился Лумиан.</p><p>Подобных кораблей он ещё никогда не видел, до чего ж удивительно: оказывается, он способен погружаться под воду!</p><p>Лицо Филиппа становилось всё более мрачным.</p><p>Стоявшая подле него Гочия, перепуганная появлением пиратов, инстинктивно прижалась к своему возлюбленному и пролепетала:</p><p>«Это что за пиратская шайка?»</p><p>«Такими подводными судами владеет только „Адмирал Глубин“ Харл Константин, и, судя по размерам этого корабля, это не его личный флагман, а судно его самого доверенного подчинённого „Живодёра“ Роле — „Чёрный Осьминог“.» — Тон Филиппа больше не был легкомысленным, а голос звучал весьма тяжело.</p><p>У Гочии от услышанного потемнело в глазах, и она едва не лишилась чувств.</p><p>Вчера вечером, когда Филипп болтал с ними, он представил всех морских владык и Адмиралов Пиратов, среди которых Харл Константин, поднявшийся в слухах от «вице-адмирала» до «адмирала», был одним из самых таинственных.</p><p>Поговаривали, что в нём течёт кровь морского чудовища и что однажды он проник в погрузившиеся на морское дно руины, где обрёл реликвии древних алхимиков — два «подводных судна», способных погружаться и плавать под водой в сложенном виде и разворачиваться в обычные корабли.</p><p>Церковь «Бога Пара и Машин» почерпнула из этого вдохновение и после долгого периода исследований тоже создала несколько подводных судов, однако их невозможно было запустить в массовое производство: они зависели от способностей Потусторонних высоких Последовательностей и не могли стать решающим оружием великих флотов Интиса, так что каждому флоту выделялось лишь по одному-два судна для выполнения особых задач.</p><p>Что касается двух судов «Адмирала Глубин», то одно из них, огромное, словно «Перелётная птица», называлось «Ньюинс» — в честь одного из самых знаменитых морских преданий о сокровищах — и было флагманом Харла Константина, а вторым являлся как раз вынырнувший сейчас на поверхность «Чёрный Осьминог», который «Адмирал Глубин» доверил своему самому верному подчинённому, «Живодёру» Роле.</p><p>Тот тоже отличался огромной силой и к тому же был хладнокровен и жесток, обожая истязать и убивать захваченных в плен моряков и пассажиров, отчего награда за его голову значительно превосходила назначенные за большинство пиратов не уровня «адмирала» и составляла целых 250 000 феров.</p><p>Услышав, что перед ними появился «Чёрный Осьминог» и «Живодёр» Роле, Гочия ощутила искреннее отчаяние.</p><p>Разве могла «Перелётная птица», всего лишь вооружённое торговое судно, совладать с такими великими пиратами, гремящими на все пять морей?</p><p>С дурной славой «Живодёра» Роле исход для всех несложно было предугадать!</p><p>В этот миг всё внимание Филиппа было приковано к раскрывшемуся «Чёрному Осьминогу» и к его готовым в любой момент открыть огонь пушкам, так что у него не было ни малейшего желания утешать свою новую возлюбленную.</p><p>Находившийся неподалёку Лумиан, услышав, что это «Чёрный Осьминог» — судно «Живодёра» Роле, сильнейшего подчинённого «Адмирала Глубин» Харла Константина, — не только не занервничал, а наоборот, ощутил прилив возбуждения, словно уловил запах железа и крови.</p><p>Это было одно из проявлений воинственности «Охотника».</p><p>Даже если зелье полностью усвоено, Потусторонние всё равно в какой-то мере остаются под его влиянием.</p><p>Зелёные глаза Лумиана, подобно орлиным, впились в странное иссиня-чёрное судно, а в голове он уже обдумывал, как вести предстоящий бой:</p><p>Как только появится «Живодёр» Роле, расстояние между двумя кораблями сократится и враг окажется в зоне прямой видимости, он напрямую совершит «Телепортацию» за спину этого великого пирата и применит «Искусство Хэн-Ха»;</p><p>Если эффект от «Искусства Хэн-Ха» окажется слабее ожидаемого и противник не потеряет сознание, он наденет кастеты «Истязание» и пробудит в нём определённое желание, после чего снова совершит «Телепортацию», разорвёт дистанцию, заиграет на «Опусе Ненависти» и взорвёт это непомерно разросшееся желание;</p><p>Воспользовавшись тем, что «Живодёр» Роле получит тяжёлое ранение и ненадолго потеряет дееспособность, Лумиан вновь приблизится, высвободит всю атакующую мощь «Охотника» и разорвёт врага в клочья;</p><p>Чтобы в процессе его не отвлекали окружающие пираты, можно попробовать сотворить «Бутыль вымысла» и вытащить «Живодёра» Роле на дуэль один на один…</p><p>Продуманный план и запасные меры стремительно пронеслись в голове Лумиана, отчего его тело слегка затрепетало, словно в предвкушении упоительной битвы.</p><p>Когда морской бой между двумя судами готов был вспыхнуть в любое мгновение, пираты на «Чёрном Осьминоге» один за другим обернулись и с ошеломлением уставились на лестницу, ведущую в трюм корабля.</p><p>Всего через несколько секунд это странное иссиня-чёрное судно резко повернуло штурвал и поплыло прочь.</p><p>Все его раскрывшиеся части постепенно сложились, вновь герметично запечатав внутренности.</p><p>На глазах у Лумиана и остальных «Чёрный Осьминог», стремительно увеличивая дистанцию, быстро погрузился на морское дно.</p><p>В конце концов он превратился в тень и вскоре растворился в окутанном туманом океане.</p><p>«С-сбежал?» — Спустя долгое время Гочия наконец пришла в себя и, испытывая смесь испуга, радости и растерянности, повернула голову к своему возлюбленному.</p><p>«Живодёр» Роле и его «Чёрный Осьминог» вот так просто ушли?</p><p>Они ведь даже не начали бой и ничего не разграбили!</p><p>Филипп с растерянным и подозрительным видом всматривался в место, где исчез «Чёрный Осьминог», и натянуто улыбнулся:</p><p>«Разве я не говорил тебе, что знаком со многими великими пиратами?»</p></section><section><title><p>Глава 516 Беспокойство</p></title><p>Глава 516 Беспокойство</p><p>Услышав ответ Филиппа, Гочия мгновенно уставилась на него восторженным взглядом, а её обожание было не передать словами.</p><p>Сбежал? Уголок рта Люмиана дёрнулся, он не знал, как оценить то, что «Чёрный Осьминог» без малейших колебаний развернулся и снова погрузился в воду.</p><p>Это оказалось настолько неожиданным, что он даже не успел вовремя среагировать.</p><p>Такой крутой и удивительный подводный корабль, великий пират с такой огромной наградой за его голову — и вдруг решил поспешно отступить, даже не попробовав открыть огонь и пойти на штурм?</p><p>С такой-то трусостью и подался в пираты?</p><p>И ещё какая-то награда в 250 тысяч феров, какая-то свирепая слава «Живодёра», да тебе после такого вообще лучше не показываться на море!</p><p>Привычно выругавшись про себя, Люмиан всерьёз задумался о причине, по которой «Живодёр» Роле, даже не показав лица, заставил «Чёрного Осьминога» развернуться и даться вглыбь:</p><p>«Если бы я высвободил остаточное дыхание 'Кровавого Императора», твой столь быстрый побег ещё можно было бы понять, но почему сейчас?</p><p>«Не мог же он обнаружить, что ошибся целью, и 'Перелётная птица» — не тот торговый корабль, который он хотел ограбить, и теперь спешит перехватить настоящую добычу?</p><p>'Или у него возникло некое предчувствие, что если он и впрямь попробует захватить судно, его конец окажется весьма плачевным?</p><p>'Будь это Путь, сильный в гадании и пророчествах, он бы ещё заранее убедился, что сюда приплывать не стоит, и не стал бы позориться на глазах у стольких моряков и пассажиров, устраивая для всех представление с морским дрифтом и разворотом вспять……</p><p>«Предчувствие опасности? Без прямого контакта инстинкт опасности „Охотника“ не дал бы столь сильной реакции……»</p><p>Подумав об этом, Люмиан внезапно вспомнил одну Последовательность, которая когда-то заставляла его проявлять настороженность в течение долгого времени:</p><p>Последовательность 6 Пути «Преступника» — «Дьявол»!</p><p>Потусторонние этой Последовательности обладают особым навыком, называемым «Восприятием злобы».</p><p>Если кто-то в течение определённого времени способен причинить им смертельный вред и перешёл к действиям, находясь в зоне действия способности, они могут напрямую ощутить это и распознать, откуда исходит опасность и от кого именно.</p><p>'«Живодёр» Роле — «Дьявол»? Его титул и стиль как раз очень похожи……</p><p>«Я только что разработал против него план охоты и собирался, как только уточню обстановку, 'Телепортироваться» к нему, а он ощутил мою злобу, оценил степень опасности и быстро решил сбежать отсюда?</p><p>«Эй, ты же 'Дьявол», убегаешь, даже не вступив в бой? Я и сам не уверен на сто процентов, что смогу прикончить «Дьявола», к тому же ты находишься на собственном алхимическом корабле, вокруг полно подчинённых, да и в Волшебных предметах недостатка быть не должно, к чему такая трусость?</p><p>«Мой предполагаемый план имел настолько высокую вероятность успеха, что степень опасности, которую ощутил Роле, превысила порог его выносливости, поэтому он не стал рисковать и выбрал самый эффективный и безопасный ответ — побег?» Чем больше Люмиан размышлял над этим, тем ближе к истине казалась ему эта догадка.</p><p>Это также вызвало у него смешок.</p><p>Откровенно говоря, его прежний план был весьма идеализированным: он не учитывал Последовательность «Живодёра», не учитывал способности окружающих пиратов и даже не до конца продумал, как использовать «Бутыль вымысла», чтобы вытащить Роле на дуэль один на один; всё это надлежало решить лишь в ходе дальнейшего наблюдения за «Чёрным Осьминогом».</p><p>«Охотник» — не обязательно тот, кто первым бросается в бой; им вполне может быть и тот, кто появляется последним, чтобы собрать урожай.</p><p>И вот такой простой план в сочетании с самой злобой заставил «Дьявола» сбежать раньше времени?</p><p>Люмиан подозревал, что Роле вовсе не обязательно ощутил сам конкретный план; просто из-за того, что на нём самом присутствовали такие вещи, как Ангел Судьбы, аура «Кровавого Императора», печать господина «Шута» и лёгкое загрязнение от «0—01» — обладающие пусть и не всегда активной силой, но достаточно высоким Статусом — их сочетание с выполнимым замыслом и явной злобой сильно повлияло на «Живодёра», заставив его почувствовать, что надвигающуюся угрозу ему не одолеть, что и привело к только что произошедшему.</p><p>Вы, «Дьяволы», все такие пугливые? — беззвучно выругался Люмиан и, испытывая лёгкое разочарование, покинул палубу, вернувшись в каюту № 5 первого класса.</p><p>К этому времени личный слуга уже доставил обед: Людвиг увлечённо расправлялся с деликатесами, а Лугано прохаживался у окна с взволнованным лицом.</p><p>Увидев возвращение Люмиана, этот «Врач» с воодушевлением произнёс:</p><p>«Только что появился великий пират, „Живодёр“ Роле, самый сильный капитан „Вице-адмирала Глубин“ Хаара Константина! И плыл он на „Чёрном Осьминоге“! Ты… Вы ведь слышали о „Чёрном Осьминоге“? Это же волшебное судно, способное погружаться на самое дно!»</p><p>«Я слышал, как вчера вечером об этом говорили в баре,» — честно ответил Люмиан.</p><p>До этого он и вправду почти ничего не знал о «Вице-адмирале Глубин» и его пиратской шайке, кроме самого факта существования такого адмирала пиратов. В конце концов, Хаар Константин был крайне таинственен и редко появлялся в газетах и журналах, описывающих морские истории, а в серии романов «Великий авантюрист» упоминались лишь его титул и имя, превращая его в фоновый персонаж без какой-либо сюжетной линии.</p><p>Лугано не стал скрывать своих чувств:</p><p>'Я своими глазами видел тот волшебный пиратский корабль, он и впрямь поднялся со дна моря, да ещё и распустился, словно цветок!</p><p>«Я-то думал, у нас произойдёт стычка с „Живодёром“, и мы сбежим отсюда благодаря Вашей способности к Телепортации. Кто же знал, что „Чёрный Осьминог“ посмакует обстановку всего десяток-другой секунд и решит удалиться.»</p><p>Десяток-другой секунд? Не слишком ли низко ты ценишь «Живодёра»? Всего пару секунд! — возразил Люмиан Лугано про себя.</p><p>Лугано продолжил:</p><p>«Утром, когда я болтал с несколькими моряками, они сказали мне, что начальник безопасности „Перелётной птицы“ — очень умелый отставной офицер, знакомый с множеством великих пиратов. Я думал, они хвастаются, но теперь похоже, что этот начальник и впрямь непрост и у него действительно могут быть связи со многими пиратами, раз уж „Живодёр“ Роле не стал грабить „Перелётную птицу“!»</p><p>«Да-да,» — поддакнул Люмиан.</p><p>Хрусь… Людвиг содрал жирную кожицу и мясо с утиной ножки.</p><p>Люмиан взглянул на этого поглощённого едой мальчишку, и у него внезапно возникла новая мысль:</p><p>А не могло ли быть так, что злоба и опасность, ощущаемые «Живодёром» Роле, исходили не от одного источника и кролись не только во мне?</p><p>Людвиг, услышав слово «Живодёр», пожалуй, уже тогда начал пускать слюнки……</p><p>Впрочем, этот ходячий бездонный желудок чем-то похож на меня: хоть его Статус и выглядит высоким, соответствующими способностями он на самом деле не обладает……</p><p>…………</p><p>Чтобы отпраздновать то, что «Перелётная птица» не подверглась разграблению «Чёрного Осьминога», ближе к вечеру капитан устроил на палубе вечеринку с выступлениями Клоуна, Фокусника и Укротителя зверей, угостив каждого тремя кружками пива.</p><p>Поздно ночью в баре третьего класса было ещё люднее: Филипп стал здесь центром внимания, его окружили почти все посетители, по очереди восхваляя его и угощая выпивкой.</p><p>Все они благодарили этого начальника безопасности за то, что тот, воспользовавшись знакомством с «Живодёром» Роле, отговорил великого пирата, избавив пассажиров «Перелётной птицы» от печальной участи.</p><p>Сидевший за барной стойкой и болтавший с барменом Франческо Люмиан потягивал «крепкий ланчи», и его взгляд непринуждённо скользнул по лицу Филиппа, обнаружив, что под легкомысленной улыбкой этого светловолосого и голубоглазого мужчины среднего возраста кроется нескрываемая тяжесть и беспокойство.</p><p>Иными словами, на самом деле он был не так уж и рад.</p><p>Хм, точно не он отпугнул «Чёрного Осьминога»…… Ха-ха, голова у него ещё соображает: понимать, что если к твоему кораблю приближается большая неприятность, а затем нетипично решает убраться — это ещё не поворот к счастью, и чаще всего означает лишь то, что на твоём корабле таится куда более крупная неприятность…… Люмиан мысленно усмехнулся, отвёл взгляд и продолжил вместе с барменом Франческо обсуждать, какие симпатичные женщины есть в третьем классе.</p><p>Прошёл почти час, прежде чем Филипп выпутался из толпы пьяных людей и вместе со своей любовницей Гочией присел рядом с Люмианом.</p><p>Он постучал по столу, заказал бокал золотистого пива и как бы невзначай произнёс:</p><p>«Ты, оказывается, любишь пить в таких шумных и беспорядочных местах.»</p><p>«Здешние девушки куда страстнее, чем в первом классе.» Люмиан примерно догадывался о цели визита Филиппа, но спрашивать не стал.</p><p>Филипп усмехнулся:</p><p>«Это уж точно.»</p><p>Он небрежно спросил:</p><p>«Когда приплыл „Чёрный Осьминог“, что ты делал?»</p><p>«Ты разве не помнишь? Я в тот момент находился неподалёку от вас. Делал я что-то или нет — разве тебе не ясно?» Люмиан держался крайне непринуждённо.</p><p>Филипп слегка кивнул и не стал расспрашивать дальше.</p><p>Люмиан отпил крепкого алкоголя и с улыбкой переспросил:</p><p>«Ты думаешь, что на корабле кроется большая неприятность, которая и отпугнула ту мелкую?»</p><p>Филипп повернул голову и взглянул на Люмиана; подобная ассоциация с его стороны не стала для него слишком большой неожиданностью.</p><p>«О чём вы говорите?» Явно хмельная Гочия не совсем понимала разговор этих двух мужчин.</p><p>Они словно разговаривали загадками.</p><p>«Это самое разумное объяснение, которое я смог придумать.» Филипп проигнорировал вопрос любовницы.</p><p>Люмиан с большим интересом спросил:</p><p>«И кто, по-твоему, под подозрением?»</p><p>Со вчерашнего дня и до сегодняшнего полудня этот начальник безопасности, должно быть, успел предостеречь немало людей.</p><p>Филипп поставил бокал с пивом и поднял руку, разминая висок.</p><p>Поразмыслив немного, он улыбнулся:</p><p>«Я первоначально хотел рассказать тебе, но теперь чувствую, что в этом нет необходимости.»</p><p>«Почему?» Люмиан с некоторым любопытством переспросил.</p><p>Филипп снова отпил пива и тихо усмехнулся:</p><p>'Пока эта большая неприятность не вспыхнула на корабле, для меня она не является неприятностью.</p><p>«Ты и сам видел: она никак себя не проявила и тихонько таится, а это означает, что она, возможно, просто хочет благополучно добраться до архипелага или порта Санта.»</p><p>Заговорив об этом, Филипп погрузился в размышления и весьма опытно произнёс:</p><p>'В большинстве случаев, заметив аномалию, не нужно лезть не в своё дело и не нужно пытаться выяснить правду. Притвориться, будто ничего не заметил, и терпеливо ждать, пока аномалия сама уйдёт — это наилучший выбор.</p><p>'Невспыхнувшая аномалия не считается аномалией. Твоё расследование и выяснение обстоятельств, напротив, могут спровоцировать её, отчего проблема мигом станет серьёзной, и навлечь настоящую катастрофу.</p><p>«Пока эта аномалия ещё не причинила нам реального вреда, стоит по возможности сохранять трепет и не провоцировать её. Это одна из важных причин, по которым я смог дожить на море до сегодняшнего дня.»</p><p>Люмиан слегка кивнул и сказал:</p><p>«Один мой близкий человек говорил, что в некоторых ситуациях у тех, кто не видит, не слышит, не говорит и не чувствует запахов, больше шансов выжить.»</p><p>Филипп улыбнулся и протянул правую руку:</p><p>«Рад, что у тебя тоже есть подобное понимание.»</p><p>Именно это и было его настоящей целью — прийти и поговорить с Люмианом, чтобы этот парень, использующий фальшивую личность, не проявлял любопытства и не пытался выяснить, что за большая неприятность таится на корабле.</p><p>Ведь это могло бы втянуть всех людей на судне!</p><p>Люмиан, поняв намёк Филиппа, не удержался и вскинул бровь:</p><p>Выходит, это означает, что на корабле есть и ещё одна большая неприятность?</p></section><section><title><p>Глава 517 Огромные волны</p></title><p>Глава 517 Огромные волны</p><p>Лумиан подумал еще немного и решил, что другой большой проблемы может и не быть.</p><p>Поскольку Филипп лишь на основании реакции «Живодёра» Роле решил, что на корабле скрывается какая-то большая проблема, и лишь предполагал, у кого из пассажиров или членов экипажа могут быть неприятности и кто под подозрением в большей степени, он не знал наверняка, кто именно является настоящей большой проблемой, да и не смел выяснять. А значит, объекты его подозрений вовсе не обязательно совпадали с затаившейся большой проблемой — куда с большей вероятностью ею был тот, кто сидел прямо рядом с ним.</p><p>Иными словами, куда вероятнее было то, что большая проблема действительно имелась, и ею являлись сам Лумиан и его новообретенный крестник Людвиг. Однако Филипп этого не ведал, исключил их из числа подозреваемых и по ошибке принял за таковых кого-то другого.</p><p>«Помимо меня и Людвига, есть ли тут еще какая-то большая проблема или нет, Филипп только что сказал дело: пока проблема не проявляет признаков вспышки, лучше не выведывать, не провоцировать, притвориться слепым, глухим и немым, и спокойно ждать, пока тот не прибудет в пункт назначения и не покинет 'Перелётную птицу»…</p><p>«Хм, такое сработает лишь при условии, что аномалия еще не начала разрастаться, иначе придется как можно скорее искать способ с ней разобраться. Порой, если притвориться, будто ничего не замечаешь, ситуация всё равно ухудшается — катастрофа в деревне Корду стала кровавым уроком…» — размышляя об этом, Лумиан тихо вздохнул.</p><p>Он развернулся, тоже протянул правую ладонь, коротко пожал руку Филиппу и с улыбкой произнес:</p><p>«Рад, что мы пришли к согласию.»</p><p>Филипп незаметно облегченно вздохнул, забрал руку и залпом осушил большую часть бокала золотистого пшеничного пива.</p><p>Раньше он опасался, что парень вроде Луи Бери, пользующийся фальшивой личностью и смахивающий на разыскиваемого преступника, окажется упрямым и авантюрным, не послушает его совета и непременно попрется выяснять, что за большая проблема перепугала «Чёрный Осьминог».</p><p>Если подобный тип сдохнет из-за своей глупости, жалеть его нечего, но вот если он втянет в опасность всех остальных, будет плохо.</p><p>Но теперь казалось, что Луи Бери принадлежит к той категории молодежи, с которой вполне можно договориться.</p><p>Допивая остатки пива, Филипп непрестанно находил поводы успокоить себя:</p><p>Архипелаг Туманного моря на самом деле расположен не так далеко от Республики, иначе он не стал бы первой заморской колонией Интиса, так что «Перелётной птице» не нужно заходить в другие порты для пополнения припасов, она доберется напрямую.</p><p>Если погода будет нормальной, то завтра к вечеру «Перелётная птица» уже пришвартуется в Фалине, столице архипелага Туманного моря. Если же погода испортится и придется сбавить ход или сменить курс, чтобы укрыться в каком-нибудь другом порту, то самое позднее они будут там послезавтра к полудню.</p><p>А может, эта большая проблема сойдет на берег в порту Фалин?</p><p>За какой-то день с небольшим, даже если аномалия и зреет втайне, она не успеет вырваться наружу.</p><p>Надо просто потерпеть, и всё пройдет!</p><p>Предостерегши Лумиана, Филипп обнял свою любовницу Гочию, слез с высокого табурета и покинул этот шумный, оживленный бар.</p><p>Лумиан продолжил потягивать свой «крепкий ланчи», и его настроение, похоже, нисколько не испортилось.</p><p>Он с улыбкой спросил бармена Франческо:</p><p>«Я слышал, многие фейнапотцы очень привязаны к дому, и даже если им приходится уезжать на заработки, они часто возвращаются, пишут письма или отправляют телеграммы. А ты почему-то решил уехать за границу, да еще и работать на корабле, откуда так трудно связаться с внешним миром.»</p><p>Франческо поднял левую руку и, жестикулируя, ответил:</p><p>'Я очень люблю свой дом, но в семье, где несколько поколений живут под одной крышей, вечно возникают всяческие проблемы и разногласия. Моя бабушка — весьма мудрая женщина и отлично управляет кланом, но для молодежи там слишком душно: чересчур много старших, желающих учить тебя жизни.</p><p>«К тому же мой дом находится прямо в порту Санта, и „Перелётная птица“ заходит туда почти каждый месяц. Так что для меня это и работа, и путешествие домой.»</p><p>Всё ровно так, как говорилось в той книге, описывающей обычаи и нравы Фейнапота… Фейнапотцы любят жить несколькими поколениями вместе, образуя большую семью, и в такой семье старшая по возрасту женщина, родившая детей, является естественной хозяйкой дома, заправляющей всеми семейными делами, независимо от того, жив ли ее муж… В религиозном смысле подобная женщина равна воплощению Матери-Земли в семье… Лумиан завел болтовню с барменом Франческо вовсе не ради банального отдыха.</p><p>Во-первых, он хотел через этого бармена разузнать о разных пассажирах — ведь его конечной целью был порт Санта, до которого плыть оставалось еще дней пять-шесть, и замечать любые мелочи на «Перелётной птице» было крайне важно. Во-вторых, он проверял знания из книг, осваивая обычаи и нравы Королевства Фейнапот, а не то по прибытии в порт Санта он из-за незнания упустит нестыковки, противоречащие местным устоям.</p><p>…………</p><p>Ночь прошла спокойно. Если не считать того, что некий ребенок дважды за ночь вставал поесть и издавал хлюпающе-жующие звуки, Лумиан не услышал ничего подозрительного, а мерное покачивание судна и плеск волн за окном создавали прекрасную атмосферу для сна.</p><p>Когда он уж было подумал, что «Перелётная птица» к вечеру благополучно прибудет в порт Фалин, столицу архипелага Туманного моря, погода внезапно изменилась.</p><p>Океан, где прежде клубился лишь легкий туман, резко закипел, и гигантские волны, подобно горным пикам, устремились одна за другой.</p><p>«Перелётная птица» то взлетала, то падала среди волн, утратив всякое подобие исполинского судна.</p><p>Теперь она скорее походила на листок, зажатый между небом и землей, на игрушку в руках великана-океана — крошечную, хрупкую, готовую опрокинуться в любой момент.</p><p>Однако этим гигантским волнам не сопутствовал мрак, подобный ночному, не было и проливного дождя — лишь штормовой ветер завывал, разгоняя туман в вышине и обнажая лазурно-синее небо.</p><p>Матрос с наблюдательной площадки соскользнул вниз по канату и, подняв подзорную трубу, закричал Филиппу, стоявшему на палубе:</p><p>'Начальник, с этими волнами что-то не так!</p><p>'Только у нас тут такие гигантские волны, а везде вокруг тишь да гладь!</p><p>«И никакого ливня нет!»</p><p>Филипп, обнимавший Гочию, которая побледнела и дрожала от страха перед буйством стихии, инстинктивно насупился.</p><p>Аномальные волны?</p><p>Их привлекла та большая проблема?</p><p>Едва эта мысль промелькнула у него в голове, как «Перелётную птицу» взмыло в воздух на гребне волны, а затем бросило на другой вал.</p><p>Это вызвало жуткую тряску и качку, отчего многие пассажиры закричали от ужаса и зарыдали.</p><p>Им казалось, что «Перелётная птица» вот-вот перевернется, и они потерпят крушение.</p><p>В каюте № 5 первого класса Лугано ухватился за оконную раму и проводил взглядом съехавший на противоположную сторону обеденный стол, однако выражение его лица оставалось вполне спокойным.</p><p>Он думал о том, что если «Перелётная птица» действительно не сдюжит, Лумиан Ли наверняка заберет его с Людвигом и напрямую «Телепортирует» в порт Фалин.</p><p>Лумиан вглядывался в спокойный лазурный океан за несколькими рядами гигантских волн, чувствуя дыхание чего-то ненормального.</p><p>Он не колебался: вытащил из «Вещмешка путешественника» «Очки Тайнозрения», намереваясь посмотреть, какая затаившаяся проблема вызвала это «стихийное бедствие».</p><p>Когда очки в золотой оправе с чайного цвета стеклами умостились на переносице Лумиана, он ощутил знакомое головокружение и увидел, как окружающие сцены в хаотичном беспорядке сфокусировались перед его взором:</p><p>На палубе подброшенный гигантской волной Филипп, спешно ухватившийся за канат, тяжело рухнул вниз вместе с Гочией. Чтобы защитить свою новую любовницу, начальник службы безопасности намеренно принял удар на себя, упав с громким звуком, а его ладонь, ободранная канатом, кровоточила;</p><p>В ресторане тарелки, ножи и вилки взмыли в воздух, а нескольких посетителей швырнуло в разные стороны;</p><p>В какой-то из кают у окна сидела женская фигура, будто бы всхлипывая, однако ее силуэт был размыт, и разглядеть точный облик не удавалось;</p><p>В котельной повсюду был рассыпан уголь, а по дну судна ползали множественные ракообразные и моллюски, копошась в таком количестве, что от этого зрелища трепетало сердце;</p><p>А под лазурно-синей морской гладью странная рыба смотрела снизу вверх на то взлетающую, то падающую «Перелётную птицу»!</p><p>Размером она походила на обычную акулу, ее серо-черное тело не имело чешуи, будучи сплошь покрыто почти круглыми мясными наростами. Некоторые из этих наростов мерцали подобно звездам и соединялись друг с другом, образуя причудливые символы. По обе стороны ее морды располагалось по паре глаз, а вытянутая пасть была острой, точно флагшток.</p><p>Вокруг этой странной рыбы плавало еще несколько похожих на нее рыб, словно образуя целую стаю.</p><p>Лумиан резко снял «Очки Тайнозрения» и, заталкивая их обратно в «Вещмешок путешественника», тяжело задышал.</p><p>По его первичному подозрению, именно эта странная рыба вызвала стихийное бедствие в виде гигантских волн без каких-либо явных погодных предпосылок — а свирепствующий штормовой ветер трудно было назвать причиной или же следствием непрестанно поднимающихся и падающих волн.</p><p>Учитывая, что странная рыба таилась под водой, Лумиан отказался от мысли использовать Гигантский Огненный Шар, чтобы навести пушки «Перелётной птицы» на эту акваторию.</p><p>Он напрямую активировал черный символ на правом плече и «Телепортировался» в открытое море поблизости, которое только что видел.</p><p>В процессе этого он достал потемневшую костяную флейту с несколькими темно-красными отверстиями.</p><p>Это был «Опус Ненависти», полученный от генерала Филиппа!</p><p>Силуэт Лумиана соткался в воздухе, и, стремительно падая вниз, он поднес потемневшую костяную флейту к губам.</p><p>В деревне Корду он учился играть на флейте у пастухов, а в последние дни как раз вспоминал и повторял те навыки, так что теперь ровно вывел плавную, уносящуюся вдаль мелодию, полную глубокой тоски по родному дому.</p><p>Это был любимый напев пастухов во время Перегона.</p><p>Непрестанно глухо взрывавшиеся огненные шары взметали вверх потоки воздуха, замедляя падение Лумиана, а сквозь свист ветра мелодия флейты — опус, звучавший словно из самых глубин реки судьбы, — проникла сквозь толщу воды прямо в «уши» странной рыбы и ее сородичей.</p><p>Внезапно странная рыба застыла, и похожие на горные пики гигантские волны опали, не породив новых.</p><p>Бабах, бабах, бабах! У более мелких рыб, окружавших странную рыбу, то разрывались головы, то они начинали безумно атаковать сородичей, то просто гибли, всплывая на поверхность воды.</p><p>Скорость падения Лумиана резко возросла, и его ступни, ноги, а затем и всё тело одно за другим погрузились в ледяную морскую воду.</p><p>Он продолжал играть тоскливый напев пастухов, чувствуя, как морская вода подступает к горлу и вот-вот зальет рот.</p><p>В следующее мгновение из четырех глаз и многочисленных наростов той странной рыбы размером с акулу хлынула темно-красная кровь.</p><p>Жуткие гигантские волны стремительно улеглись.</p><p>Оставаясь погруженным в воду лишь по самый подбородок, Лумиан опустил костяную флейту, улыбнулся и вновь применил «Переход сквозь мир духов».</p><p>Кхем-кхем-кхем! Когда его силуэт вернулся в каюту № 5 первого класса, он не переставая выплевывал изо рта солоноватую морскую воду.</p><p>Чтобы добиться максимального эффекта от музыки, он закончил играть слишком поздно и невольно сглотнул морской воды, но в то же время боялся, что лишние движения помешают «Телепортации», поэтому терпел до самого возвращения и только тогда выкашлял всё наружу.</p><p>«Это тоже проявление неудачи?» — поневоле подумал Лумиан.</p><p>Лугано, посмотрев на промокшего до нитки Лумиана, на мгновение опешил и спросил:</p><p>«Всё решено?»</p><p>«Похоже на то,» — с улыбкой ответил Лумиан.</p><p>На его обуви и штанинах виднелись многочисленные рваные и опаленные следы, а с одежды без остановки стекала морская вода.</p><p>В этот самый момент пассажиры и члены экипажа по всей «Перелётной птице», обнаружив, что гигантские волны стихли, разразились ликующими возгласами:</p><p>«Слава Солнцу!»</p><p>«Пар превыше всего!»</p><p>«Благодарение Матери всего сущего!»</p><p>«…»</p></section><section><title><p>Глава 518 Странная рыба</p></title><p>Глава 518 Странная рыба</p><p>Филипп не радовался, как другие члены экипажа и пассажиры. Он оттолкнул от себя Гочию и, невзирая на боль в спине и ладонях, быстро подбежал к борту, вглядываясь в видимое пространство океана.</p><p>Он непрерывно менял свое положение, разыскивая области и объекты, где могла крыться аномалия.</p><p>Внезапно он услышал глухой крик.</p><p>Он на мгновение замер, определяя направление, откуда доносился звук, и поспешил к носу «Перелётной птицы».</p><p>Этот глухой крик постепенно становился все более резким. Филипп увидал, как на далекой лазурной глади моря распускаются кровавые брызги и поднимается обширная тень.</p><p>Тень быстро обрела четкость, превратившись в четырехглазую странную рыбу с длинным остроконечным ртом, у которой вместо чешуи на теле выделялись серо-голубые сферы.</p><p>Эта странная рыба была немалых размеров. Она извивалась и билась в воде, безумно размахивая хвостовым плавником и поднимая брызги.</p><p>Вокруг нее без всякого ветра поднимались волны, морская вода вздымалась на пять-шесть метров в высоту и с грохотом обрушивалась вниз.</p><p>Пронзительный крик немного утих, и это четырехглазое чудовище, объятое почти осязаемым страхом, снова погрузилось под воду и быстро уплыло прочь.</p><p>Немногие уцелевшие сородичи устремились вслед за ним.</p><p>У окна каюты № 5 первого класса Лумиан, наблюдавший за этой сценой, только теперь не торопясь переоделся в сухую одежду.</p><p>Именно заметив, что «Опус Ненависти» спровоцировал у той четырехглазой странной рыбы вспышку страха, он напрямую вернулся с помощью «Телепортации», а не стал снова «подпрыгивать» в воздух, чтобы обрушить на нее шквал атак, пока та находилась на поверхности.</p><p>Страх заставит чудовище сбежать, а не оставаться на месте, свирепствовать и дальше поднимать гигантские волны.</p><p>«Фух…» Когда четырехглазая странная рыба окончательно покинула эти воды, Филипп, не скрывая этого, облегченно вздохнул.</p><p>«Обошлось, обошлось…» — он инстинктивно прошептал пару слов, а затем, распростерши руки, благоговейно произнес: «Хвала Солнцу!»</p><p>«Ты знаешь эту рыбу?»</p><p>Внезапно рядом с Филиппом раздался голос.</p><p>Филипп ошеломленно обернулся и увидел Луи Бери с черными волосами, зелеными глазами и выразительными чертами лица.</p><p>Его любовница Гочия стояла у входа в каюту; она хотела подойти сюда, но не решалась приблизиться к борту.</p><p>«Это „аномальный парусник“, хе-хе, так его окрестили ученые. На море же у них другое прозвание — „лоцман смерти“.» Филипп, положив руку на борт, ответил на вопрос Лумиана.</p><p>«„Лоцман смерти“? Почему я никогда о таком не слышал?» — открыто спросил Лумиан.</p><p>Честно говоря, о Потусторонних существах он знал немного, ведь прежде ему приходилось иметь дело главным образом с Потусторонними, культистами Злых Богов и утратившими контроль.</p><p>Филипп взглянул на него, выдохнул и со смешком сказал:</p><p>«Эта разновидность рыб появилась лишь в последние несколько лет. Многие моряки еще зовут ее демоном глубин.»</p><p>Появилась лишь в последние несколько лет… Лумиан нахмурился.</p><p>Подобное описание для него чаще всего означало связь с осквернением Злого Бога, аномалией окружающей среды или грядущим бедствием.</p><p>«Она только недавно появилась в Туманном море, или на Пяти Морях изначально не существовало преданий о подобной рыбе?» — Лумиан прервал рассказ Филиппа, задав вопрос.</p><p>Филипп на мгновение задумался и произнес:</p><p>«Раньше я служил во флоте Туманного моря и, помимо Туманного моря, бывал только в Северном море. О Бушующем море, море Соня и Полярном море я знаю недостаточно. Но я действительно ни разу не слышал от моряков, пиратов и сослуживцев из других флотилий о подобных странных рыбах вплоть до того момента, как несколько лет назад…»</p><p>Неужели эта рыба подверглась осквернению Злым Богом? Лумиан вдруг подумал, что его решение не уничтожать «аномального парусника» через силу было весьма разумным.</p><p>Это не только заставило бы его раскрыть свои Потусторонние способности на глазах у множества членов экипажа и пассажиров, но и таило бы иные опасности, да и к тому же, скорее всего, не принесло бы никакой добычи.</p><p>Куча мусора, пригодилась бы разве что для того, чтобы скормить Людвигу!</p><p>Заметив, что Луи Бери больше не зацикливается на этой детали, Филипп продолжил:</p><p>'«Аномальные парусники» в безтуманные ночи всплывают на поверхность воды и зависают там вертикально, словно беззвучно вглядываясь в звездное небо. Многие моряки и пираты видовали подобную картину и до смерти пугались, думая, будто те призывают какое-то злое существо.</p><p>«Подумай сам: глухая ночь, морская гладь погружена во тьму, Алая Луна высоко в небе едва видна, светят лишь звезды, и тут из воды безмолвно высовываются искаженные жуткие рыбьи головы, неподвижно застывая и выстраиваясь в различные узоры… Любой человек перепугается!»</p><p>Вглядываются в звездное небо… Неужели они и правда по какой-то причине подверглись осквернению силой Злого Бога? Лумиан размышлял несколько секунд, после чего спросил:</p><p>«Почему же их называют „лоцманами смерти“?»</p><p>Филипп потер щеки:</p><p>«Повглядывавшись в звездное небо, 'аномальные парусники» остаются на поверхности воды, выстраиваются в две шеренги, образуя стрелу, и плывут к какому-то месту в океане, будто прокладывают путь неизвестному существу.</p><p>«Некоторые пираты, искатели приключений и искатели сокровищ посчитали, что это может указывать на нечто чрезвычайно ценное или сокрытые сокровища, а потому пытались следовать за 'аномальными парусниками», чтобы посмотреть, куда те в конце концов приплывут.</p><p>'Ни одно судно, поступившее так, не вернулось обратно, а находившиеся на борту члены экипажа бесследно исчезли.</p><p>«Вот почему мы и прозвали „аномальных парусников“ „лоцманами смерти“.»</p><p>Сказав это, Филипп со вздохом добавил:</p><p>«Раньше я слышал от некоторых моряков, что 'лоцманы смерти», похоже, способны управлять волнами. Теперь кажется, эти слухи с высокой вероятностью правдивы, причем они намного, намного сильнее, чем я предполагал.</p><p>«М-да, та 'аномальная рыба-парусник» была, пожалуй, из числа довольно сильных даже среди всех «лоцманов смерти».</p><p>«Впрочем, прежде никогда не случалось такого, чтобы „лоцманы смерти“ сами нападали на человеческие суда…»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Возможно, и нападали, но никто не выжил, вот и некому было передать эту весть.»</p><p>Филипп опешил и произнес:</p><p>«И то верно. В таких гигантских волнах, стоит судну перевернуться или быть разбитым в щепки, кроме единиц, обладающих особыми способностями, никто не выживет.»</p><p>Он запнулся и словно сам себе проговорил:</p><p>«„Нападение 'лоцмана смерти“ было привлечено той крупной неприятностью?»</p><p>«Возможно,» — искренне ответил Лумиан.</p><p>Подождав некоторое время и убедившись, что «лоцманы смерти» не вернулись, Филипп повернулся к пассажирам и членам экипажа, толпившимся у окон и выходов из кают, и крикнул:</p><p>'Тревога отменяется!</p><p>«Погода пришла в норму!»</p><p>Люди, что радовались ранее, получив подтверждение, снова разразились ликующими возгласами и стали возносить хвалу божествам, в которых веровали.</p><p>Филипп отвел взгляд и задумчиво произнес:</p><p>'«Лоцмана смерти» в конечном счете тоже испугала та крупная неприятность?</p><p>«Мне показалось, что он испытывал сильный страх.»</p><p>«Возможно,» — Лумиан оставался все столь же искренним.</p><p>После этого эпизода «Перелётная птица» увеличила скорость и еще до того, как окончательно пала ночь, прибыла в порт Фалин, столицу архипелага Туманного моря.</p><p>Солнце висело позади острова Святого Тика, окрашивая далекий океан, бескрайние леса и ту буро-коричневую вулканическую гору, мертвую уже много лет, в алые цвета, величественные и пышные.</p><p>«Фалин» на туземном языке архипелага Туманного моря означает аромат и сладость. Остров Святого Тика изобилует такими пряностями, как гвоздика, мускатный орех и перец, а также сахароносными растениями вроде сахарного тростника; из фруктов здесь преобладают бананы и виноград, а на остальных землях выращивают хлопок.</p><p>Глядя на ряды зданий с белыми стенами и красными крышами вдоль береговой линии, глядя на мачты, паруса и множественные дымоходы в порту, все еще изрыгающие пар, Лумиан с тихим смешком сказал:</p><p>«Император Рассел, давший в свое время имя этому городу, возможно, и не думал, что „Фалин“ станет последним пережитком туземного языка.»</p><p>Под воздействием политики культурного размывания, проводившейся из поколения в поколение, нынешние жители архипелага способны говорить только на интисском языке. Начиная со времен нескольких поколений назад, они уже перестали знать свой родной язык.</p><p>В первобытных племенах, живущих в горных лесах, быть может, еще остались старейшины, владеющие туземным языком, однако во всех колониальных городах и окрестных плантациях звучит лишь один язык.</p><p>И это — интисский язык.</p><p>Разумеется, на архипелаге Туманного моря встречаются крайне редкие интисские слова, представляющие собой продукт смешения интисского и туземного языков. За пределами этих мест интисцы пользуются ими крайне редко.</p><p>«Ты собираешься сходить на берег?» — спросил Лугано у Лумиана.</p><p>«Перелётная птица» отплывет из этого порта лишь завтра во второй половине дня.</p><p>«Разумеется. Раз уж прибыл в Фалин, как можно не попробовать местный знаменитый Кинсом?» — с живым интересом произнес Лумиан. — «Ты пойдешь со мной вместе с Людвигом, или останешься здесь присмотреть за ним?»</p><p>На архипелаге Туманного моря растет лучший в Интисе сахарный тростник, а ром, сваренный из его патоки, известен повсюду и зовется «Кинсомом».</p><p>Лугано инстинктивно хотел последовать за нанимателем, чувствуя себя в большей безопасности рядом с Лумианом, обладающим и силой, и достаточной решительностью, но, порассудив немного, этот «Врач» решил, что лучше остаться на корабле.</p><p>Его наниматель действительно невероятно силен, но и способность влипать в неприятности у него ничуть не меньше!</p><p>Оставив Людвигу достаточно денег на ужин и еды аж на два ночных перекуса, Лумиан в белой рубашке, черном жилете, темной куртке и брюках того же цвета сошел по трапу с «Перелётной птицы».</p><p>В Трире давно наступила осень, и температура воздуха уже сделалась прохладной, однако на архипелаге Туманного моря словно все еще царил конец лета: в воздухе струился зной, тут же развеваемый порывами морского бриза.</p><p>Неспешно выйдя из порта, Лумиан увидел на противоположной стороне улицы темнокожую туземную старуху с морщинистым лицом, которая продавала золотисто-желтые соломенные шляпы.</p><p>Они были сплетены из местного растения под названием «Золотой лист» и пользовались большой популярностью у проходивших мимо верующих «Вечного Пылающего Солнца»: купив такую, человек испытывал приятную иллюзию, будто солнце находится прямо у него над головой.</p><p>Лумиан посчитал, что носить соломенную шляпу довольно любопытно, потратил 5 риков, чтобы купить одну, надел ее на голову и не спеша побрел к близлежащей площади.</p><p>В центре площади возвышался солнечный обелиск, а по краям стояло множество досок объявлений, сплошь оклеенных листовками о розыске.</p><p>Лумиан остановился, засунув руки в карманы, и, пока солнце еще окончательно не зашло, окинул взглядом листовки о розыске одна за другой, запоминая каждую сумму награды:</p><p>'«Королева Мистики», одна из владык морей… Награда: 100 миллионов феров.</p><p>'«Король Пяти Морей» Наст, один из владык морей… Награда: 20 миллионов феров.</p><p>'«Королева Звезд» Катлея, одна из владык морей… Награда: 11 миллионов феров.</p><p>'«Бессмертный Король» Агалито, один из владык морей… Награда: 4 миллиона феров.</p><p>'«Королева Болезни» Трейси, одна из владык морей… Награда: 3 миллиона феров.</p><p>«„Вице-адмирал Сумерки“ Братов Иван, один из владык морей… Награда: 2,6 миллиона феров…»</p><p>Стоявший неподалеку искатель приключений, заметив, что Лумиан весьма серьезно читает листовки о розыске шести владык морей, не удержался от шутки:</p><p>«Что, решил поохотиться на владык морей?»</p></section><section><title><p>Глава 519 Способ задавать вопросы</p></title><p>Глава 519 Способ задавать вопросы</p><p>Люмиан повернул голову и посмотреть на шутившего мужчину:</p><p>«Разве не каждый авантюрист, приходящий в море, хочет повторить великое дело Германа Воробья?»</p><p>Шутившему авантюристу было не так уж много лет, на вид около двадцати с небольшим. У него были слегка вьющиеся каштановые волосы, стандартные интисские синие глаза и худоватое лицо. Щетина была намеренно сбрита не до конца, но подстрижена очень аккуратно, а в деталях чувствовалась утонченность, присущая трирскому среднему классу.</p><p>Он был одет в легкую синюю куртку, белые брюки и коричневые сапоги, а на поясе слева и справа висели крупнокалиберный револьвер и изящная на вид рапира.</p><p>Этот авантюрист опешил от встречного вопроса Люмиана и его высоких устремлений, и лишь спустя несколько секунд со смешком произнес:</p><p>«Герман Воробей тоже не охотился ни на одного из Владык Пиратов.»</p><p>«Разве не ходили слухи, что один из прежних Четырех Королей морей, позже загадочно исчезнувший „Король Черного Трона“ Барос Хопкинс, на самом деле был прикончен Германом Воробьем?» Хотя в серии «Великий авантюрист» еще не дошли до этой части, Люмиан читал немало газет и журналов, описывающих морские истории.</p><p>«Это еще не точно,» — аргументированно возразил авантюрист. — «Вот когда выйдет серия романов 《Великий авантюрист》, тогда это и станет правдой. Говорят, Форс Уолл была специально нанята Церковью Шута, чтобы прославлять деяния Германа Воробья.»</p><p>Как я и думал, великая писательница Форс Уолл получила покровительство церкви господина «Шута», поэтому и может безо всяких опасений писать о всевозможных тайнах великих пиратов… Люмиан с интересом спросил:</p><p>«Значит, то, что было между Германом Воробьем и бывшим „вице-адмиралом Болезнь“, а ныне „Королевой Болезни“, — правда?»</p><p>«Думаю, правда, по крайней мере, „Королева Болезни“ никогда публично этого не отрицала.» Этот авантюрист проявил к этой теме не меньший интерес.</p><p>После такого разговора он, изначально настроенный шутливо, стал относиться к Люмиану гораздо благосклоннее и со смешком спросил:</p><p>'Как к тебе обращаться?</p><p>«Узнав твое имя, когда ты совершишь великие дела, подобные достижениям Германа Воробья, я смогу хвастаться перед другими авантюристами, что знал тебя еще до того, как ты прославился.»</p><p>Последняя фраза была добродушной шуткой.</p><p>«Луи Бери,» — назвался фальшивым именем Люмиан. — «А ты? Возможно, ты тоже сможешь стать великим авантюристом, как Герман Воробей.»</p><p>«Батнер Конте.» Авантюрист с крупнокалиберным револьвером и изящной рапирой усмехнулся: «Я не смею надеяться стать таким, как Герман Воробей. Если в итоге я смогу стать кем-то вроде „Пылающего“ Даница или Андерсона, бывшим сильнейшим Охотником Туманного моря, я буду вполне удовлетворен.»</p><p>Весьма амбициозно… Похоже, он не из тех авантюристов, что только прибыли в море… Пройдя через многое, он все еще верит, что способен стать сильным Потусторонним уровня «Пылающего» Даница, что говорит о немалой уверенности в собственных силах… Тоже Потусторонний? Люмиан быстро сделал умозаключение с позиции «Заговорщика».</p><p>Он поправил золотисто-желтую соломенную шляпу на голове и с улыбкой сказал Батнеру Конте:</p><p>«Хочешь выпить? Я угощаю.»</p><p>Он прибыл в порт Фалин на острове Святого Тика, столице архипелага Туманного моря, не только ради того, чтобы узнать больше сведений о пиратах, но и с намерением попытаться собрать оставшиеся вспомогательные ингредиенты для зелья «Жнеца».</p><p>Для этого требовалось вступить в контакт с Потусторонними и местными торговцами информацией.</p><p>Пока мысли проносились в его голове, в разуме Люмиана всплыла награда, предоставленная госпожой «Фокусником»:</p><p>'«Рецепт зелья 'Жнец»:</p><p>'Последовательность: 5;</p><p>'Основные ингредиенты: передняя лапа темно-серого демонического волка, язык джунглевого охотника;</p><p>'Вспомогательные ингредиенты: 80 миллилитров крови темно-серого демонического волка, два клыка джунглевого охотника, 10 капель яда пестробородого рогатого ящера, 10 капель эфирного масла граба;</p><p>'Ритуал: спланировать заговор, захватить живьем цель с Последовательностью выше собственной, перед ее лицом продемонстрировать весь заговор и принять зелье под ее исполненным страха и досады взглядом.</p><p>'Примечание 1: чем больше целей захвачено живьем и чем выше их Последовательность, тем лучше эффект ритуала; чем сильнее страх, сожаление и гнев у цели, тем выше эффект ритуала.</p><p>«Примечание 2: два основных ингредиента можно напрямую заменить Потусторонней характеристикой Гарднера Мартина; кровь темно-серого демонического волка и клыки джунглевого охотника точно так же можно равноценно заменить кровью и двумя зубами Гарднера Мартина.»</p><p>Иными словами, сейчас Люмиану недостает только яда пестробородого рогатого ящера, который, судя по всему, тоже добывается из особого существа — а эфирное масло граба относится к весьма распространенным материалам, оно есть у многих любителей оккультизма, и Люмиан раздобыл его еще до отбытия из Трира.</p><p>«Хорошо.» Батнер Конте не стал отказываться от приглашения Люмиана.</p><p>Вдвоем они направились к улице по краю площади, где располагался рынок под открытым небом:</p><p>Разнообразные фрукты были сгружены прямо у обочины, пережавшись с лавками, где продавали соломенные шляпы из Золотого листа, тростниковый сахар, лепешки, жареное мясо, местный табак и жареные банановые чипсы. Множество темнокожих островитян, а также приезжие моряки, путешественники и авантюристы сидели на простых скамьях вокруг лотков с барбекю, пили выпивку и громко разговаривали и смеялись.</p><p>Два близлежащих бара тоже распахнули свои двери, выставив круглые столики прямо на обочину, чтобы прохожие могли присесть и выпить.</p><p>Батнер огляделся по сторонам и предостерег Люмиана:</p><p>'Ты, похоже, впервые на архипелаге. Запомни: никогда не верь островитянам.</p><p>«Не смотри на то, что эти островитяне перед нами так почтительны и покорны — в душе они только и думают о том, как бы выманить у нас деньги или продать нас по хорошей цене. Если у тебя не найдется силы и мудрости, чтобы подчинить их, они непременно превратят дурные помыслы в реальные поступки.»</p><p>Люмиан повернул голову, взглянул на Батнера и с легким смешком спросил:</p><p>«Тебя обманули, когда ты только приехал?»</p><p>Батнер мигом умолк, ничего не ответив.</p><p>Люмиан не стал расспрашивать дальше и, потратив два рика, купил небольшой кулек только что приготовленных жареных банановых чипсов. Снаружи они были хрустящими, внутри — мягкими, сладкими и вкусными.</p><p>Под звуки его хруста Батнер пробормотал:</p><p>«Это лакомство для детей и женщин.»</p><p>Зачем взрослому мужчине, стремящемуся повторить великое дело Германа Воробья, есть жареные банановые чипсы?</p><p>«Теоретически я все еще несовершеннолетний…» Люмиан не стал углубляться в этот вопрос и, идя по рынку под открытым небом, спросил Батнера:</p><p>«Бывают ли пираты, которые под видом обычных людей приходят в порт Фалин?»</p><p>«Да, полно,» — не колеблясь, ответил Батнер. — «Но тебе лучше не охотиться на них здесь.»</p><p>«Почему?» — Люмиан приподнял бровь. — «Охотиться здесь и получать награду куда удобнее.»</p><p>Батнер хмыкнул и понизил голос:</p><p>'Власти порта Фалин молчаливо попустительствуют тому, чтобы пираты приходили сюда продавать награбленные товары, покупать необходимые припасы и предметы роскоши.</p><p>'Пиратская торговля — одна из экономических опор порта Фалин. Неизвестно, сколько людей озолотилось благодаря ей, включая того самого губернатора, командующего местным флотом и начальника гарнизона.</p><p>«Пока пираты сами не нарываются на неприятности, твоя охота на них в Фалине — это вызов тем самым большим людям и вызов местному порядку. В таком случае и тебя, и пиратов заберет полиция, вот только у последних будет шанс „убежать из тюрьмы“.»</p><p>«И у Трира нет к этому никаких претензий?» — с забавой спросил Люмиан.</p><p>За пределами Трира люди часто используют название «Трир» для обозначения правительства Интиса.</p><p>«Кто знает? Наверное, те, кто осведомлен о положении дел с пиратской торговлей, уже набивают себе карманы до отвала, а у тех, кто не осведомлен, и шанса не будет во всем разобраться,» — с хихиканьем сказал Батнер. — «В любом случае, в порту Фалин пираты чувствуют себя весьма вольготно и не горят желанием наживать проблемы.»</p><p>«Вот как…» — Люмиан ненадолго задумался и произнес: — «Если пираты нападут на меня первыми, буду ли я иметь право на необходимую самооборону?»</p><p>«Да, но с чего бы им нападать на тебя первыми?» — Батнер примерно догадывался, что этот парень собирается спровоцировать пиратов.</p><p>«Может, они посчитают, что меня легко обидеть?» — ответил Люмиан, одновременно сворачивая вместе с Батнером Конте в расположенный рядом бар.</p><p>Они не стали выбирать места, выставленные снаружи на улице, и прошли внутрь бара.</p><p>Здесь было столь же оживленно, поскольку на деревянном помосте в центре зала девушка-полукровка танцевала страстный танец. Она не только то и дело высоко вскидывала ноги, но и в такт музыке медленно снимала с себя куртку и прочие предметы одежды, обнажая обширные участки здоровой кожи и нежные изгибы тела.</p><p>Когда ее руки легли на нижнее белье, собравшиеся вокруг посетители кто засвистел, кто громко зашумел, отчего атмосфера накалилась до предела.</p><p>«Ну как, разве в некоторых вещах Фалин не более раскрепощен, чем Трир? На это можно не только посмотреть, но и увести с собой за некоторую сумму,» — со смехом просветил его Батнер.</p><p>Люмиан поднял правую руку и произнес:</p><p>«Это лишь доказывает, что Фалин находится достаточно далеко от штаб-квартир двух великих Церквей и от бульваров Трира.»</p><p>«Что ты имеешь в виду?» — Батнер не сразу понял его.</p><p>«Слишком далеко от справедливости, вне рамок закона!» — ответил Люмиан тоном фанатичного верующего в «Вечное Пылающее Солнце».</p><p>Заметив, как выражение лица Батнера мгновенно застыло, Люмиан снова улыбнулся:</p><p>«Шутка. Кто из авантюристов, отправляющихся в море, будет переживать о законе? Их волнует лишь оружие, которое этот закон вершит!»</p><p>«Я уж подумал, что в следующую секунду ты от имени божества очистишь это место,» — выдохнул Батнер, отшутившись в ответ.</p><p>Усевшись, они оба заказали «Кинсом», самый известный ром из тростникового сахара на архипелаге Туманного моря.</p><p>Восемь риков за стакан — гораздо дешевле, чем в Трире.</p><p>Смакуя золотистую жидкость с карамельным послевкусием, Люмиан сам завел с Батнером и барменом разговор о Германе Воробье, держась как его страстный поклонник.</p><p>Пообщавшись какое-то время и допив «Кинсом», Люмиан поднялся и направился к деревянному помосту в центре, где уже сменилась стриптизерша.</p><p>Батнер с улыбкой наблюдал за ним, думая про себя, что молодежь все-таки не в силах сдержаться.</p><p>Подойдя к помосту, Люмиан схватил двоих заслонявших ему путь посетителей за воротники и швырнул их назад.</p><p>Сразу после этого он оперся левой рукой о край помоста и запрыгнул прямо на него.</p><p>Под недоуменными взглядами присутствующих Люмиан выхватил свой револьвер, навел его на потолок бара и спустил курок.</p><p>Бах!</p><p>В грохоте выстрела посыпалась пыль, стриптизерша в испуге присела, а окружающие посетители кто в панике бросился врассыпную в поисках укрытия, кто застыл на месте, ошеломленно уставившись на Люмиана, кто не скрывал своего гнева, кто нахмурился, а кто-то улыбнулся в предвкушении.</p><p>О чем он думает? Что он делает? Батнер от увиденного даже немного опешил.</p><p>Люмиан дунул на дуло револьвера и с улыбкой сказал посетителям:</p><p>«Господа, посмотрите на меня, у меня есть к вам разговор.»</p></section><section><title><p>Глава 520 Крупный торговец</p></title><p>Глава 520 Крупный торговец</p><p>Люмиан совершенно не обращал внимания на реакцию окружающих и под пристальными взглядами присутствующих с улыбкой произнес:</p><p>«Я хочу знать, где можно достать волшебные предметы?»</p><p>Услышав этот вопрос, Батнер Конте не удержался, поднял правую руку и допил остатки «Кинсома».</p><p>Откуда только выскочил этот парень?</p><p>Разве можно задавать подобные вопросы в таком публичном месте?</p><p>Даже если никто на тебя не донесет, тебя просто примут за дурака!</p><p>В тот момент Батнер пожалел, что принял приглашение Луи Бери выпить, ведь из-за этого за ним могла закрепиться репутация приятеля дурака.</p><p>Увидев, что у посетителей бара реакция разная, но никто не отвечает, Люмиан пожал плечами и, убрав револьвер, сказал:</p><p>«Похоже, вы все обычные люди.»</p><p>Сказав это, он спрыгнул с деревянного помоста, прошел сквозь шумящую толпу и вернулся к барной стойке.</p><p>Двое пьяниц, которых он ранее вышвырнул за шиворот, и остальные перепуганные посетители взвесили его силу и оружие, не решившись на месть.</p><p>Усевшись на свой прежний высокий табурет, Люмиан заказал бокал «крепкого ланчи» и с улыбкой сказал Батнеру:</p><p>«Порт Фалин и вправду более открытый, чем Трир.»</p><p>Батнер окинул Луи Бери взглядом «у тебя что, мозгов совсем нет?» и с трудом усмехнулся:</p><p>«Нам нужно повторить наследие Германа Воробья, а не его поступки.»</p><p>Этот парень настолько боготворит Германа Воробья, что пытается подражать даже его хладнокровному безумию?</p><p>У Германа Воробья было достаточно сил, чтобы подкреплять подобное безумие, а у тебя?</p><p>К тому же у Германа Воробья было суровое и равнодушное безумие, а у тебя — безрассудное, глупое и безмозглое, разве это одно и то же?</p><p>Люмиан ничего не ответил Батнеру и продолжил непринужденно беседовать с ним о пиратах, проявляющих наибольшую активность в Туманном море в последнее время.</p><p>Допив свой «крепкий ланчи», он попрощался с Батнером, вышел из бара и, миновав все еще шумный рынок под открытым небом, направился к порту.</p><p>Едва вернувшись на площадь с множеством досок объявлений, он неожиданно повернулся и посмотрел назад.</p><p>Мужчина-островитянин в котелке и серо-черной куртке робко приблизился к нему и с натянутой улыбкой произнес:</p><p>«Я только что тоже был в баре.»</p><p>«Ближе к делу,» — нетерпеливо поторопил Люмиан.</p><p>Смуглый, худощавый островитянин с вполне правильными чертами лица огляделся по сторонам и понизил голос:</p><p>'Ты ищешь место, где можно достать волшебные предметы?</p><p>«Я знаю, где такое может быть.»</p><p>«Правда?» — переспросил Люмиан недоверчивым тоном.</p><p>«Я не гарантирую, что там точно что-то есть, но ты можешь сходить посмотреть, не понравится — просто не покупай.» Островитянин взглянул под левую руку Люмиана: «К тому же у тебя есть пистолет и сноровка неплохая, вряд ли ты боишься ограбления?»</p><p>«Тоже верно.» Люмиан подумал пару секунд, медленно кивнул и спросил: «Как тебя зовут?»</p><p>«Меня зовут Камель.» Островитянин указал на другую улочку возле площади: «Иди за мной, это недалеко.»</p><p>Люмиан без особых опасений пошел следом за Камелем, миновал две улицы и оказался в районе, весьма похожем на Беспорядочную улицу.</p><p>Дороги здесь были узкими, а обветшалые здания грозили обрушением, хаотично обросшие всяческими новыми пристройками.</p><p>Камель провел Люмиана в прачечную, принадлежавшую местному жителю, и среди развешенного мокрого белья они добрались до самого темного уголка помещения.</p><p>Там находилась дверь.</p><p>«Сначала переоденься. Участники подобных оккультных собраний не хотят, чтобы кто-то знал их настоящую личность и внешность.» Камель снял со стены возле двери два черных балахона с капюшонами и один протянул Люмиану.</p><p>Когда Люмиан надел балахон и надвинул капюшон, Камель ритмично постучал в дверь.</p><p>Дверь со скрипом отворилась. Внутри располагалась скромная гостиная, где стояли старый диван, обшарпанные кресла и прочая мебель.</p><p>В этот момент в разных углах уже сидели пять-шесть человек в балахонах с капюшонами.</p><p>Пока Камель коротко их представлял, Люмиан весьма вежливо закрыл за собой дверь.</p><p>Как только они двое придвинули круглые табуреты и сели, мужчина с низко надвинутым капюшоном глухо произнес:</p><p>«Мне нужны кристаллы яда венценосной медузы, я готов заплатить 5000 феров.»</p><p>Никто ему не ответил.</p><p>Затем следующий участник выставил на продажу добытый им глаз странного морского орла.</p><p>Видя, что обсуждение идет вполне правдоподобно, Люмиан поднялся, оглядел присутствующих и произнес:</p><p>«Мне нужен мозг мантикоры, цену называйте сами.»</p><p>Мужчина, искавший кристаллы яда венценосной медузы, сдерживая голос, отозывался:</p><p>«У меня как раз есть. Отдашь тридцать тысяч феров — и он твой.»</p><p>«Как мне убедиться, настоящий он или фальшивый?» — спросил Люмиан, глядя на мужчину.</p><p>Мужчина, продававший глаз странного морского орла, вставил хриплым голосом:</p><p>«Я могу выступить нотариусом и засвидетельствовать сделку.»</p><p>«Отлично, сначала я посмотрю на товар.» Люмиан с улыбкой шагнул к продавцу.</p><p>Тот не торопясь ответил:</p><p>'Это же невероятно ценный волшебный предмет, разве я стал бы носить его с собой?</p><p>«Тебе нужно сначала заплатить половину суммы, и тогда я принесу его. Это прямо наверх, ты можешь пойти со мной, чтобы убедиться, что я не сбегу, или даже оставить задаток у нотариуса на хранение.»</p><p>«Разумно.» Едва произнеся эти слова, Люмиан неожиданно оттолкнулся ногой, словно гепард метнулся к продавцу и выбросил правый кулак.</p><p>Бац!</p><p>Тот рухнул прямо на пол, а изо рта вместе с кровью вылетели два зуба.</p><p>Остальные участники, включая нотариуса и Камеля, сначала опешили, но тут же вскочили и дружно бросились к двери.</p><p>Никто из них не попытался остановить бесчинство Люмиана и не применил свои способности — все думали лишь о том, как бы скорее сбежать.</p><p>Камель, находившийся ближе всех к выходу, распахнул дверь и выскочил наружу.</p><p>В следующее мгновение у него перед глазами все затуманилось, и он снова оказался в скромной гостиной.</p><p>Точно такая же участь постигла еще двоих.</p><p>Все они застыли с растерянным видом, словно жуткое явление из народных преданий воплотилось в реальность.</p><p>Бац!</p><p>Желтая пуля пролетела в воздухе и вонзилась в выходную дверь.</p><p>Все пытавшиеся сбежать люди в капюшонах тут же присели, обхватив головы руками — их движения были невероятно плавными и отработанными.</p><p>Люмиан повернулся, приподнял капюшон продавца и приставил револьвер ровно к центру его лба.</p><p>«А афера-то неплохо продумана,» — с улыбкой произнес Люмиан продавцу.</p><p>Его выстрел в баре ради привлечения внимания и публичные расспросы о волшебных предметах были импровизированным заговором, целенаправленно рассчитанным на то, чтобы выманить каких-нибудь алчных пиратов или местную мошенническую шайку — ведь те в той или иной степени осведомлены о вещах, скрытых от обывателей, включая подпольную торговлю.</p><p>И это одновременно являлось способом усвоения зелья.</p><p>Тот продавец был типичным островитянином: смуглая кожа, удлиненное лицо с мягкими чертами и глазами, похожими на темный янтарь.</p><p>«Я не обманывал тебя!» — спешно и гневно подчеркнул он.</p><p>«Да неужели?» — Люмиан взвел курок револьвера.</p><p>Закрывая дверь, он специально создал «Бутыль вымысла», установив условием входа наличие Потусторонних сил.</p><p>Судя по тому, что ни один из участников не смог успешно «выйти за дверь», Потусторонних здесь не было.</p><p>Не будучи Потусторонними, с какой стати они обсуждают основные ингредиенты для зелья «Заговорщика» — забавы ради?</p><p>Продавец пару раз дрогнул и поспешно изменил тон:</p><p>«Д-извините, мы просто хотели выманить немного денег, мы… мы еле сводим концы с концами!»</p><p>Люмиану было плевать, почему эти люди стали мошенниками. Он оглянулся на аккуратно присевших сообщников афериста и постучал дулом револьвера по лбу продавца:</p><p>«Как звать?»</p><p>«Роди,» — сглотнув слюну, ответил продавец.</p><p>Люмиан снова постучал ему по лбу:</p><p>«Откуда ты слышал про мозг мантикоры, кристаллы яда венценосной медузы и Нотариуса?»</p><p>Обычный человек просто не мог владеть подобными сведениями.</p><p>«Я… я не могу сказать,» — лоб Роди покрылся густыми каплями холодного пота.</p><p>Соглашение о неразглашении или иные ограничения? Люмиан несколько секунд пристально разглядывал Роди и улыбнулся:</p><p>«Тогда можешь сказать, кто твой хозяин?»</p><p>Роди мгновенно опешил, и в его глазах промелькнул ужас.</p><p>Похоже, он не ожидал, что собеседник будет твердо уверен, будто у него есть хозяин и он служит у кого-то слугой.</p><p>«Три, два…» — Люмиан начал обратный отсчет.</p><p>«Сэр Моргала!» — выпалил Роди.</p><p>«Тогда веди меня к нему,» — неторопливо потребовал Люмиан.</p><p>Пота на лбу Роди мгновенно прибавилось:</p><p>'Нет, нет, я слуга господина Фиделя.</p><p>«Он вице-председатель Объединенной торговой палаты порта Фалин.»</p><p>Будучи слугой, неоднократно участвовал в оккультных собраниях, организованных Фиделем? Хотя он и не мог рассказывать о происходивших там делах посторонним, но использовал полученные сведения для обмана искателей приключений? Люмиан задумчиво поднялся, снял «Бутыль вымысла», вывел Камеля и остальных сообщников-мошенников по одному наружу и после расспросов убедился, что Роди действительно являлся слугой Фиделя Гра.</p><p>Одно из основных направлений деятельности вице-председателя Объединенной торговой палаты порта Фалин заключалось в том, чтобы помогать пиратам сбывать крайне сомнительные и нелегальные товары.</p><p>…………</p><p>Порт Фалин, район Черного Жемчуга, где располагалась резиденция генерал-губернатора, улица Кореас, дом 16.</p><p>Люмиан похлопал Роди, переодетого в ливрею слуги с красным полем и золотым шитьем и белые брюки, и с улыбкой произнес:</p><p>«Передай господину Фиделю, что я хочу нанести ему визит, чтобы купить кое-какие оккультные материалы.»</p><p>«Хорошо,» — Роди очень хотелось сказать: «Если ты уберешь револьвер от моего жилета, я прочувствую твое добродушие куда сильнее».</p><p>Люмиан прислонился к стене дома на краю улицы и проследил, как мошенник вошел в четырехэтажное серое здание с коричневой крышей и множеством статуй на фасаде под номером 16,</p><p>Едва миновав вестибюль и вырвавшись из-под прицела револьвера, Роди поддался инстинктивному желанию притвориться, будто ничего не было, и не идти к хозяину с докладом.</p><p>Но он быстро вспомнил предупреждение мужчины, стрелявшего без малейших колебаний, точно пившего воду:</p><p>Если в течение десяти минут он не получит ответа от Фиделя, то во все горло закричит снаружи, что Роди — мошенник.</p><p>«Или мне просто сказать ему, что господин Фидель не хочет его видеть? Но он не похож на человека, которого легко провести, и будет нехорошо, если он пойдет на крайности…» — Роди помедлил мгновение, сжал зубы и постучал в дверь кабинета.</p><p>Фидель Гра имел смешанное происхождение — интисское и фейнапотское; у него были слегка вьющиеся черные волосы, темно-карие глаза и смуглая кожа. В молодости он, судя по всему, отличался весьма утонченной внешностью, а теперь обзавелся седыми проседями в волосах и довольно заметными носогубными складками.</p><p>Облаченный в белую рубашку и коричневый жилет, он держал бокал вина и спокойно слушал, как дрожащий Роди рассказывает, как у них возник злодейский замысел выманить деньги у новоприбывшего искателя приключений.</p><p>Услышав, как Люмиан вскочил на деревянный помост, выстрелил ради привлечения внимания и спросил, где достать волшебные предметы, крупный торговец вздохнул и сказал своему глупому слуге:</p><p>«Дальше рассказывать не надо. Он же теперь хочет со мной встретиться?»</p></section><section><title><p>Глава 521 Поручение торговца</p></title><p>Глава 521 Поручение торговца</p><p>Улица Кореас, 16.</p><p>Лумиан стоял неподалёку от двери. Поправив золотисто-жёлтую соломенную шляпу на голове, он посмотрел на сидевшего за письменным столом Фиделя Гра и весьма невежливо усмехнулся:</p><p>«Ты принял решение быстрее, чем я думал.»</p><p>Фидель, обладавший некоторыми чертами фейнапотца, повернул голову, взглянул на Роди и тихо вздохнул:</p><p>«Я не ожидал, что мой слуга окажется главарём мошеннической шайки.»</p><p>«Возможно, жалованье, которое ты ему платишь, не соответствует жизни, которую он видит каждый день, что и заставило его шаг за шагом сойти в бездну,» — по привычке возразил Лумиан.</p><p>Фидель не стал больше поднимать эту тему и, оглядев Лумиана в течение нескольких секунд, произнёс:</p><p>«Твоё представление в баре было лишь для того, чтобы заманить в ловушку подобных дураков?»</p><p>«Спасибо им за то, что пожертвовали мне почти 1000 феров. Похоже, мошенничество — весьма перспективная профессия в порту Фалин,» — Лумиан нисколько не стыдился своего разбойничьего поведения.</p><p>Слыша это, Роди испытывал невероятное сожаление, словно бесчисленные мелкие насекомые грызли его душу.</p><p>Фидель кивнул и спросил:</p><p>«Что ты хотел купить, обратившись ко мне?»</p><p>«Флакон яда пестробородого рогатого ящера,» — Лумиан принял совершенно безразличный вид, словно лишь пробуя воду этой сделкой.</p><p>«Разве не мозг мантикоры?» — присутствовавший при этом Роди на мгновение опешил.</p><p>На какой-то миг он глубоко усомнился в том, кто же из них двоих на самом деле мошенник — он сам или мужчина напротив.</p><p>Одетый в белую рубашку и коричневый жилет Фидель ненадолго задумался, а затем произнёс:</p><p>'Сейчас у меня его нет, но я могу помочь тебе достать. На это может потребоваться два-три дня.</p><p>«Точную цену я не знаю, она зависит от продавца. По моему опыту, от 3000 до 4000 феров. Как, мне помочь тебе раздобыть его?»</p><p>«Без проблем,» — Лумиан слегка развёл руки. — «Слава Солнцу, ты действительно добрый человек.»</p><p>Фидель слегка нахмурился, подозревая, что собеседник его саркастически поддевает.</p><p>Сохраняя неизменное выражение лица, он ответил:</p><p>'Я не добрый человек, я всего лишь торговец. Зачем отказываться от сделки, которая приносит деньги?</p><p>«И мне очень нравится иметь дело с вами, авантюристами. Есть вещи, которые мне не с руки делать самому, и я могу лишь предоставить деньги и ресурсы, но вы способны это выполнить.»</p><p>Сказав это, Фидель с улыбкой спросил:</p><p>«Ты не боишься, что я продам тебе фальшивку? У тебя есть способ определить подлинность прямо на месте?»</p><p>Лумиан ухмыльнулся:</p><p>'Я знаю, где ты живёшь, и этого достаточно.</p><p>«Крупного торговца Фиделя застрелили шестью выстрелами из-за фальшивой сделки на несколько тысяч феров — не самое благопристойное известие.»</p><p>Он не стал говорить, может ли прямо на месте определить подлинность яда пестробородого рогатого ящера.</p><p>Фидель без особого выражения на лице смотрел на Лумиана несколько секунд, а затем внезапно приподнял уголки губ:</p><p>'Не знаю, как давно никто не угрожал мне вот так, прямо в лицо.</p><p>«Хочешь знать, каков был конец тех людей?»</p><p>«А ты хочешь знать, осмелюсь ли я действовать прямо сейчас?» — Лумиан слегка прищурился. Хотя его улыбка не угасла, атмосфера во всём кабинете мгновенно застыла.</p><p>Он ни на шаг не отступая встречался взглядом с Фиделем.</p><p>Лишь спустя долгое время Фидель, без малейших следов гнева, вздохнул:</p><p>«Твой стиль очень похож на одного человека. На того самого, из легенд, — Великого авантюриста Германа Воробья.»</p><p>«Да, я подражаю ему,» — откровенно признал Лумиан.</p><p>Фидель рассмеялся:</p><p>«Подражаешь его безумию? То есть на самом деле ты спокойный, рассудительный и хитрый человек?»</p><p>«Нет,» — Лумиан покачал головой и с улыбкой на губах произнёс: — «Если бы я не подражал ему, я был бы ещё безумнее.»</p><p>Атмосфера в кабинете снова застыла.</p><p>Фидель поднял костяную фарфоровую чашку и сделал глоток благоухающего чёрного чая:</p><p>'В самом деле, молодёжь… Ваша энергия заставляет даже такого ветхого старика, как я, немного завидовать.</p><p>«Не хочешь ли принять от меня одно поручение? Оно не только позволит тебе заработать кругленькую сумму, но и поможет, подобно Герману Воробью, за короткое время завоевать славу на море.»</p><p>«Какое поручение?» — Лумиан поправил золотисто-жёлтую соломенную шляпу на голове.</p><p>«Убить одного пирата — „Чёрного Лорда“ Класа Киза, капитана „Золотого Нибоса“, награда — 65 тысяч феров,» — неторопливо представил Фидель. — «Когда-то он был третьим помощником „Короля Сумерек“ Братова, а затем покинул флот и отправился заниматься грабежами самостоятельно. Четыре месяца назад в частном порту острова Святого Тика он похитил у меня партию товара. Та партия уже наверняка распродана, и я не питаю иллюзий вернуть её. Я лишь хочу его смерти, хочу, чтобы все на море знали: каждый, кто посмеет украсть товар у меня, Фиделя, обязан умереть.»</p><p>«„А если украдёт «Король Сумерек»?“ — насмешливым тоном спросил Лумиан.»</p><p>Фидель моментально умолк.</p><p>Спустя несколько секунд, проигнорировав вопрос Лумиана, он продолжил:</p><p>'Я буду регулярно предоставлять сведения о Кизе, включая его особенности, его силу, места появления его корабля и его перемещения на суше, а также дополнительно выплачу 25 тысяч феров в качестве вознаграждения.</p><p>'Если тебе удастся убить Киза, я также через свои каналы помогу тебе как можно быстрее получить полную сумму награды, помогу прославить твоё имя, а все остатки его имущества достанутся тебе.</p><p>«Как тебе? Стоит лишь прикончить Киза, и ты станешь одним из самых известных авантюристов на море.»</p><p>Дополнительное вознаграждение в 25 тысяч и информационная поддержка… Поразмыслив, Лумиан с улыбкой спросил:</p><p>«И скольким авантюристам ты уже говорил эти слова?»</p><p>«Семерым или восьмерым, тем, в ком я видел потенциал,» — откровенно ответил Фидель. — «За провал задания наказания нет, если только ты сумеешь остаться в живых.»</p><p>То есть можно взять задание и ничего не делать? Мысленно пробормотав это, Лумиан кивнул:</p><p>«Охота на пиратов — призвание каждого авантюриста.»</p><p>Увидев, что устная сделка заключена, Фидель выдвинул ящик стола, достал конверт из крафтовой бумаги и бросил его прямо Лумиану.</p><p>Лумиан поймал его одной рукой, размотал нить, вытащил находившиеся внутри материалы и бегло пролистал.</p><p>Внезапно он поднял голову и посмотрел на Фиделя:</p><p>«Киз в последнее время в порту Фалин?»</p><p>«Да, в этих сведениях я абсолютно уверен, но пока не знаю, где именно он скрывается,» — слегка кивнул Фидель.</p><p>Договорившись встретиться через два дня, чтобы проверить, прибыл ли яд пестробородого рогатого ящера и есть ли свежие сведения о «Чёрном Лорде», Лумиан покинул дом 16 по улице Кореас и направился в сторону порта.</p><p>Перепуганный до дрожи Роди думал, что хозяин подвергнет его суровому наказанию, однако Фидель лишь взмахнул ладонью:</p><p>«Сначала вернись в комнату и раскайся.»</p><p>«Да, господин Гра,» — Роди тихо вздохнул с облегчением, вышел из кабинета и по тёмной лестнице поднялся обратно на второй этаж.</p><p>Идя по улице, он вдруг ощутил пронизывающий холод, и его тело невольно задрожало.</p><p>Тьма вокруг него мгновенно сгустилась.</p><p>При тусклом желтоватом свете фонарей он увидел, что из-за его тени словно что-то вылезло.</p><p>Роди в ужасе раскрыл рот, пытаясь позвать на помощь, но больше не мог издать ни звука.</p><p>…………</p><p>Лумиан не стал возвращаться прямо на «Перелётную птицу», а в постепенно охлаждавшейся ночи направился к улице, мимо которой проходил ранее.</p><p>Там стояла весьма простая церковь — церковь «Шута».</p><p>Лумиан ещё ранее издали заметил священный символ «Шута» на колокольне и решил на обратном пути зайти помолиться.</p><p>И вправду, вера в господина «Шута» распространялась в основном по морям. В порту Фалин, как интисской колонии, тоже имелась церковь, и, похоже, даже не одна… Лумиан некоторое время всматривался в желтоватый свет внутри церкви, снял с головы золотисто-жёлтую соломенную шляпу и вошёл внутрь.</p><p>Он с первого взгляда заметил, что у краёв просторного зала спали два-три десятка человек, похожих на бродяг. Некоторые принесли с собой дырявые одеяла, другие же свернулись калачиком, греясь лишь собственной одеждой.</p><p>В это время года бродяги на архипелаге Туманного моря вряд ли могли замёрзнуть насмерть, но дожди шли часто и могли начаться в любой момент. Иметь укрытие от ветра и дождя для ночлега было мечтой многих бродяг, а церковь «Шута», судя по всему, беспрепятственно впускала их отдохнуть.</p><p>Когда я раньше бродяжничал, если случалась совсем скверная погода или я по нескольку дней не мог найти еду, я тоже ходил к церквям двух Великих Церквей попытать счастья. Если епископ или священник оказывался неплохим человеком, он не только давал ужин, но и выделял место переспать ночь, но на рассвете приходилось поскорее уходить, иначе отправили бы в какой-нибудь из тех паршивых приютов… Лумиан вспомнил прошлое, нашёл себе место, сел и сосредоточенно погрузился в молитву.</p><p>Ночью в церкви «Шута» было очень тихо. Время от времени кто-то входил, немного молился и уходил. Некоторые были одеты как торговцы, некоторые походили на моряков, от некоторых неявно веяло пиратским духом, но ни один не нарушал этой умиротворённой и безмятежной атмосферы.</p><p>Лумиан на самом деле не знал, о чём молиться. Раньше, когда он изредка ходил в церковь «Вечного Пылающего Солнца», он лишь повторял про себя отрывки из священного писания, загадывая одно желание за другим и прося о соответствующем покровительстве — а вдруг сбудется?</p><p>Однако теперь он знал, что в этом нет ни пользы, ни смысла, да и желаний у него больше не осталось так много.</p><p>Самое главное, Лумиан всего два-три раза слышал проповеди священнослужителей церкви «Шута», и всё, что он мог вспомнить из священного писания, ограничивалось частью о Восьми Великих Ангелах и описанием полномочий господина «Шута». Не размышлять же об этом прямо сейчас?</p><p>В итоге Лумиан решил поведать обо всём своём путешествии за последнее время, начиная с отъезда из Трира и вплоть до прибытия в порт Фалин.</p><p>Его настроение постепенно успокоилось, став мирным и безмятежным.</p><p>«Пусть господин „Шут“ защитит, пусть все бедствия будут разрешены, пусть Аврора сможет воскреснуть…» Примерно через четверть часа Лумиан завершил молитву, высказав простые желания.</p><p>Стоило ему подняться, как вдалеке раздался громовой грохот. Все стёкла церкви «Шута» задребезжали, а само здание со скрежетом качнулось несколько раз.</p><p>Лумиан приподнял бровь и под растерянными взглядами проснувшихся бродяг подошёл к двери, вглядываясь в сторону, откуда донёсся звук.</p><p>Он увидел, что в районе, где располагалась резиденция губернатора, поднимаются клубы густого дыма и языки пламени, устремляясь высоко в небо и озаряя всё вокруг.</p><p>Лумиан не удержался, поднял правую руку, погладил подбородок и беззвучно прошептал про себя:</p><p>«Это ведь никак не связано с моим прибытием?»</p><p>Похоже, в порту Фалин произошло немалое происшествие.</p></section><section><title><p>Глава 522 Одно дело в день</p></title><p>Глава 522 Одно дело в день</p><p>Глядя на огни пожара в районе Черного Жемчуга, Лумиан погрузился в раздумья.</p><p>Будучи «Заговорщиком», он подсознательно начал анализировать потенциальные возможные причины:</p><p>Первым делом можно было исключить Сопротивление и силы национальной независимости, поскольку на архипелаге Туманного моря подобных организаций не существовало. Это была первая заморская колония Интиса, и прежние правительства приложили немало усилий как для религиозного и культурного проникновения, так и для ассимиляции жителей архипелага. В сочетании с политикой, сформулированной императором Расселом, эта местность практически равнялась заморской провинции Интиса с более либеральными законами и худшим общественным порядком, а островитяне давно утратили свою изначальную веру и считали себя дискриминируемыми гражданами пограничного региона Интиса.</p><p>В сущности, это ничем не отличалось от дискриминации лимцев на юге Интиса или савойцев на востоке — в конце концов, жители Трира одинаково презирали всех приезжих, разница была лишь в том, что к островитянам, любившим промышлять мошенничеством и наниматься в головорезы, относились с большей настороженностью.</p><p>Была ли это междоусобица, вызванная пиратской торговлей, или же организации с Южного континента, стремившиеся свергнуть колониальное господство, решили устроить беспорядки на архипелаге Туманного моря? Или же какие-то амбициозные типы воспоследовали за Злым Богом? Пока Лумиан обдумывал эти мысли, краем глаза он заметил полугиганта ростом более двух с половиной метров, одетого в чёрный френч и шелковый цилиндр, который вышел из помещения сбоку от церкви.</p><p>Он обратился к растерянным и перепуганным молящимся и бродягам:</p><p>'Не беспокойтесь, Господь защитит всех.</p><p>«Оставайтесь здесь, не выходите, ждите, пока беспорядки утихнут, никакой опасности не будет.»</p><p>«Хвала Шуту!» — верующие Церкви «Шута», обретя опору, один за другим приложили руки к груди и склонились в поклоне.</p><p>Выражения их лиц смягчились, они явно почувствовали себя в большей безопасности.</p><p>Бродяги переглянулись между собой, и никто не решил уйти.</p><p>— В представлении большинства интисцев церковь была местом более безопасным, чем правительство, независимо от того, к какой конфессии она принадлежала.</p><p>В этот момент на район, где только что произошёл взрыв и бушевало пламя, опустился золотистый солнечный свет, и раздались непрерывные частые громовые раскаты, хотя и не такие оглушительные, как прежде.</p><p>Было очевидно, что Потусторонние из резиденции губернатора и двух великих церквей уже справляются с аномалией.</p><p>В то же время Лумиан заметил, что небо, освещённое лунным светом и сиянием звёзд, стало ещё немного темнее, и хотя никакой перемены погоды не произошло, улицы снаружи словно окутались тонким слоем тёмного тумана.</p><p>Немного подумав и невзирая на оклик епископа-полугиганта, он потянул на себя дверь церкви «Шута» и вышел наружу.</p><p>Температура снаружи ощутимо упала, словно здесь, как и в Трире, наступила осень.</p><p>Под светом газовых фонарей Лумиан направился обратно к порту.</p><p>Внезапно из переулка неподалёку вышла шатающаяся фигура.</p><p>На этой фигуре были лишь тонкая рубаха и штаны, на ногах не было обуви, а бледное с синевой лицо сплошь покрывали морщины.</p><p>В его глазах белка было больше, чем карего цвета, а на обнажённой коже виднелись многочисленные трупные пятна.</p><p>Живой мертвец? Лумиан приподнял бровь.</p><p>Старик, похожий на живого мертвеца, как раз собирался, пошатываясь, направиться в сторону района Черного Жемчуга, но словно почуял запах духовности и свежей крови: он резко повернулся к Лумиану и издал из горла звук, не похожий на человеческий.</p><p>Лумиан тут же сконденсировал алый, почти белый огненный шар и заставил его со свистом полететь в живого мертвеца.</p><p>С оглушительным грохотом взрыва голова живого мертвеца разлетелась, тело развалилось на куски, и он умер ещё раз.</p><p>Он больше не подавал никаких признаков жизни.</p><p>«И это вся сила?» — Лумиан думал, что столкнулся с более опасной разновидностью нежити.</p><p>Он продолжил путь, сконденсировав над головой, за затылком, над плечами и по обе стороны тела с десяток-другой алых, почти белых огненных шаров, заставив их следовать за своим движением в состоянии относительного парения.</p><p>Едва повернув за угол улицы впереди, Лумиан увидел молодую пару, которая в ужасе кричала и мчалась прочь.</p><p>За ними гнался живой мертвец с несколькими пулевыми отверстиями в теле, сквозь которые смутно проглядывали темно-красное сердце и белесые кишки.</p><p>Из окружения Лумиана один алый, почти белый огненный шар вылетел вперёд, перелетел через пару и взорвался прямо на живом мертвеце.</p><p>С грохотом обугленные куски трупа вместе с остатками пламени разлетелись во все стороны.</p><p>Молодая пара ошарашенно остановилась и уставилась на Лумиана, окружённого с десятком-другим алых, почти белых огненных шаров; их взгляды были полны растерянности и недоверия.</p><p>«Застыли, смерти ждёте?» — ругнулся на ходу Лумиан. — «Идите на улицу позади, заходите в церковь „Шута“.»</p><p>«Х-хорошо!» — инстинктивно ответили парень и девушка, словно перед ними был полицейский с пистолетом или искатель приключений.</p><p>Мощь этого огненного шара явно была больше, чем у огнестрельного оружия — гораздо больше!</p><p>Дождавшись, пока пара скроется на улице, где находилась церковь «Шута», Лумиан, подобно вестнику пламени, не спеша продолжил идти к порту.</p><p>По пути ему встретилось ещё несколько групп людей, выбежавших из баров, рынков под открытым небом и других мест и столкнувшихся с живыми мертвецами.</p><p>Лумиан не произносил ни слова: он просто посылал алые, почти белые огненные шары во все стороны, помогая им расправляться с ожившими трупами, а затем отправлял людей укрыться в ближайшей церкви.</p><p>Преследование живых мертвецов и устрашающая сила огненных шаров делали его слова предельно убедительными, и никто не упрямился, пытаясь найти свой путь спасения.</p><p>А если бы кто и нашелся, Лумиану было бы всё равно.</p><p>После нескольких подобных случаев Лумиан постепенно уловил кое-какие закономерности:</p><p>Эти живые мертвецы получились не из живых людей, а из усопших: по какой-то неизвестной причине умершие во всём городском районе порта Фалин ожили;</p><p>Живые мертвецы инстинктивно стремились к месту, где ранее произошёл взрыв, но если по пути им попадались живые люди, их привлекала плоть и духовность, побуждая преследовать, убивать и пожирать.</p><p>Сопоставив эти закономерности, Лумиан перестал отправлять прохожих искать убежища в далёких церквях; он лишь велел им избегать больниц, кладбищ и тому подобных мест, а вместо этого укрыться на пару-тройку часов в ближайших людных барах, танцевальных залах или домах, где в последнее время никто не умирал.</p><p>Делая остановки и посылая в цель сконденсированные алые, почти белые огненные шары до тех пор, пока их не осталось всего два, Лумиан вернулся в порт и поднялся на борт «Перелётной птицы».</p><p>Филипп, положив руку на фальшборт, всматривался в сторону резиденции губернатора.</p><p>«Что произошло?» — спросил он Лумиана.</p><p>«Откуда мне знать?» — с усмешкой ответил Лумиан.</p><p>Филипп тут же изменил вопрос:</p><p>«Ты столкнулся с чем-то аномальным?»</p><p>Только тогда Лумиан вкратце рассказал о взрыве со стороны резиденции губернатора и о внезапно оживших трупах.</p><p>«Пробуждение живых мертвецов?» — Филипп слегка нахмурился, пробормотав про себя.</p><p>Не дожидаясь, пока Лумиан выскажет своё мнение, он вздохнул:</p><p>«В этот выход в море спокойным был только первый день, на второй мы встретили 'Костолома», в полдень третьего дня на нас напал «лоцман смерти», а к вечеру… нет, ранним утром четвёртого дня в порту Фалин опять случилась бедствие живых мертвецов…</p><p>«Дальше нам ещё шесть дней плыть до порта Санта…»</p><p>Слушая это, Лумиан почувствовал невольную неловкость.</p><p>Чисто теоретически, его притяжение к бедствиям или притяжение бедствий к нему не должно было быть столь частым; когда он находился в Трире, он ведь тоже не сталкивался с оккультными инцидентами каждый день, а случись такое — «007» давным-давно умер бы от истощения.</p><p>Столкнуться за всё путешествие с одним-двумя бедствиями было бы ещё объяснимо, но если считать безумие в городке Дадель, то они случались буквально каждый день… Неужели за мной увязалось что-то нечистое, и всё это принесено, спровоцировано и притянуто им, а бедствие, с которым я сталкиваюсь, по сути своей всего одно — оно само? Чем больше Лумиан размышлял над этим, тем больше чувствовал необходимость написать письмо мадам «Фокуснику», чтобы узнать, не скрывается ли за столь частыми бедствиями какая-то проблема.</p><p>«Возможно, только что происшедшее бедствие живых мертвецов было устроено той самой большой неприятностью, что находилась на корабле, а это значит, что она покинула „Перелётную птицу“, и наш дальнейший путь станет спокойным.» — мимоходом успокоил Филиппа Лумиан.</p><p>Эту фразу он и сам произнёс без особой уверенности.</p><p>«Надеюсь,» — Филипп слегка развёл руки и благочестиво помолился: — «Хвала Солнцу!»</p><p>Лумиан не спешил возвращаться в каюту первого класса, а остался стоять у борта, всматриваясь в обстановку в порту Фалин.</p><p>Молчаливое попустительство властей архипелага Туманного моря пиратской торговле не только приносило известный хаос и преступность, но и привело к тому, что Потусторонних здесь было намного больше, чем в обычных интисских городах: они быстро организовали отпор и начали зачищать разные улицы от живых мертвецов, эффективно снижая жертвы среди горожан и путешественников.</p><p>А вот воспользовался ли кто-то из пиратов или искателей приключений царящей суматохой, чтобы ограбить банк или ювелирную лавку, расправиться со заклятым врагом или надругаться над невиновными, оставалось неизвестным.</p><p>Не прошло и получаса, как шум и движение в районе, где произошёл взрыв, улеглись, и официальные Потусторонние рассредоточились, улаживая беспорядки на остальных улицах.</p><p>«Отлично, ничего страшного не произошло, всё вовремя взяли под контроль.» — Филипп отвёл взгляд и вздохнул с облегчением.</p><p>Эту фразу ты можешь произносить, а я не могу… — усмехнулся про себя Лумиан.</p><p>Только теперь Филипп оказался в настроении поболтать:</p><p>«Ты ходил в Фалин выпить?»</p><p>«Да,» — с улыбкой ответил Лумиан, — «и заодно взял одно поручение.»</p><p>«Какое поручение?» — невзначай поинтересовался Филипп.</p><p>«На охоту за пиратом, за пиратом по прозвищу „Чёрный Лорд“.» — Лумиан ничего не стал скрывать.</p><p>Взгляд Филиппа остекленел, и он, нахмурившись, переспросил:</p><p>«Ты уверен, что сильнее 'Чёрного Лорда»? У него же целый корабль и сотня подчинённых!</p><p>«К тому же, даже если ты действительно найдёшь возможность убить его из-за угла, неужели не боишься мести „Короля Сумерек“? Это ведь один из Владыка Пиратов!»</p><p>«Взять поручение — еще не значит обязательно его выполнять. Я прямо сейчас даже не знаю, где искать этого „Чёрного Лорда“ Класа Киза — ведь так его зовут?» — Лумиана ничуть не заботила возможная месть со стороны «Короля Сумерек».</p><p>Святых, желавших расправиться с ним, хватало и без того!</p><p>Видя, что Луи Бери держался так, словно взял задание не глядя и только при случае подумает, стоит ли за него браться, Филипп не стал продолжать эту тему.</p><p>На следующее утро.</p><p>Едва начальник службы безопасности закончил завтрак, как услышал доклад своего матроса:</p><p>Резиденция губернатора отдала приказ временно закрыть порт, ни одному судну не разрешено отплывать!</p><p>Филипп подавил порыв сразу подскочить с места и тяжёлым голосом спросил:</p><p>«Что делают солдаты в порту?»</p><p>«Осматривают судно за судном,» — честно ответил спрошенный матрос.</p><p>Лумиан из каюты № 5 первого класса взглянул на порт, куда входили войска и где царила сумятица, и продолжил писать письмо Дженне и Франке:</p><p>«В порту Фалин на острове Святого Тика на архипелаге Туманного моря, кажется, что-то произошло; спросите у того человека, знает ли он подробности.»</p><p>Написав это, Лумиан поднял правую руку и, подобно Господину K, четырежды коснулся груди в порядке «верх-низ-лево-право», с сочувствием прошептав:</p><p>«Бедняга „007“.»</p></section><section><title><p>Глава 523 Колдун-Демон</p></title><p>Глава 523 Колдун-Демон</p><p>Трир, Район Пантеона, улица Оросе, 9, квартира 702.</p><p>Франка проснулась сама, лениво поднялась с постели и решила перекусить тостом, ожидая сытного обеда в полдень.</p><p>В последнее время зацепок по «Людям из зеркала» не было, и она жила весьма неспешно.</p><p>Спасибо небу, спасибо земле, спасибо господину «Шуту», что эта звезда бедствий, Лумиан, покинул Трир… Именно так Франка завершила свою молитву перед едой.</p><p>Покуда она пила молоко, снаружи вернулась Дженна и, указав на журнальный столик, произнесла:</p><p>«Кролик Шазо утром принес письмо от Лумиана.»</p><p>«Письмо?» Франка прищурилась, и ее расслабленное тело мгновенно напряглось.</p><p>Источник безумия в городке Дадель еще не пойман, что же стряслось на этот раз?</p><p>«Пишет, что в столице архипелага Туманного моря что-то произошло, и он хочет узнать подробности, надеясь, что ты расспросишь своего официального партнера. Вы с ним связываетесь только поздно ночью, поэтому я не стала тебя будить и сразу прочла письмо — все равно спросить получится только вечером,» — кратко объяснила Дженна.</p><p>«Какая забота! Будь на твоем месте этот ублюдок Лумиан, он бы обязательно выбил дверь, лишь бы меня разбудить!» — Франка, которую Лумиан силой поднимал с кровати неведомо сколько раз, была невероятно тронута.</p><p>Затем она усмехнулась:</p><p>'Стоило ему прибыть в порт Фалин, как и там что-то стряслось?</p><p>«Хотя, судя по его словам, сам он тут ни при чем, но…»</p><p>На этом месте Франка слегка отклонилась назад и произнесла:</p><p>«Ну и что он за ходячий детектор оккультных катастроф?»</p><p>Раз дело не срочное, она решила расспросить «007» в телеграфной группе поздно ночью. В конце концов, тот был официальным Потусторонним из Трира и не мог сразу знать о происходящем в столице архипелага Туманного моря, если только не станет наводить справки специально.</p><p>Верная своей привычке к быстрому обмену сообщениями, Франка поставила бутылку с молоком и написала Лумиану ответ, полнейший насмешек:</p><p>'Хочешь узнать, что именно случилось — иди и расследуй сам! Твоему типу ходячего детектора оккультных катастроф не нужны ни зацепки, ни разведданные. Просто выйди на улицы порта Фалин, поброди без цели — глядишь, и наткнешься прямо на виновника!</p><p>'Эй, не превращай переписку в рабочие отчеты, где обсуждаются только события и какая помощь нужна! Неужели нельзя поделиться интересными историями из мореплавания или сообщить размеры наград за головы пиратов?</p><p>«Хе-хе, с тех пор как ты покинул Трир, здесь стих и ветер, и волны улеглись, и я снова могу спать допоздна. Мсти себе на здоровье и не спеши возвращаться, а если понадобится наша помощь — предупреди заранее…»</p><p>Дженна задумчиво наблюдала со стороны, как Франка размашисто исписывает почти две страницы.</p><p>…………</p><p>Порт Фалин, каюта № 5 первого класса на «Перелётной птице».</p><p>Не имея возможности выйти наружу, Лумиан дочитал ответ Франки и не удержался от смешка.</p><p>Сколько же жалоб эта девица выслушала от «007», раз между строк так и норовит свалить на меня причину частых оккультных катастроф?</p><p>Сложив письмо, Лумиан поднес его к губам Людвига.</p><p>Маленький мальчик, только что покончивший с десертом перед обедом, бросил на него взгляд и сказал:</p><p>«Я не шредер.»</p><p>«А я думал, ты ешь всё подряд,» — Лумиан без особого трепета поджег письмо и смотрел, как оно превращается в пепел и уносится морским бризом, влетающим в окно.</p><p>Вскоре после обеда Филипп в сопровождении четверых солдат в синих мундирах с золотым шитьем постучал и вошел в каюту.</p><p>Возглавлявший их офицер держал в руках копии документов, удостоверяющих личности Лумиана и его спутников, сопоставляя черно-белые фотографии с их внешностью.</p><p>«Они, как и вы, прибыли из порта Гати вчера вечером?» — спросил офицер Филиппа, в надежности которого уже успел убедиться.</p><p>«Да, я видел, как они поднимались на борт, и за эти два с лишним дня мы часто пересекались,» — Филипп не стал разоблачать фальшивые документы Лумиана и остальных.</p><p>«Весьма благоразумно… Иначе ты бы узнал, что такое настоящие большие неприятности…» — мысленно усмехнулся Лумиан.</p><p>Впрочем, даже если бы его маскировку раскрыли, он бы просто забрал Лугано и Людвига и совершил «Телепортацию», а не устраивал грандиозную сцену, чтобы объявить миру о триумфальном появлении авантюриста Луи Бери.</p><p>Он лишь боготворил Германа Воробья и при случае был не прочь поохотиться на пиратов, но становиться настоящим авантюристом не собирался.</p><p>Единственной целью его выхода в море была месть!</p><p>Убедившись в личности троих спутников Лумиана, офицер в сопровождении Филиппа и солдат направился к следующей каюте.</p><p>Лумиан видел, что досмотр «Перелётной птицы» они проводили без халатности, но и без особого рвения: строго следовали протоколу и не задавали ни одного лишнего вопроса.</p><p>Если подумать, это вполне естественно. Вчерашний взрыв в районе Чёрного Жемчуга и последующие аномалии с трупами невозможно было устроить за день или два. Даже если это происшествие, его готовили очень долго, иначе оно не охватило бы столь обширную территорию — разве что виновником был полубог. Но надеяться на то, что обычные полицейские и солдаты смогут выследить полубога, было попросту нереально.</p><p>А значит, «Перелётная птица», прибывшая в порт Фалин лишь прошлым вечером, не имела к этому никакого отношения, и достаточно было лишь проверить личности пассажиров.</p><p>Разумеется, не исключалась вероятность того, что полубог прошлым вечером получил тяжелый удар от официальных сил, был ранен и не мог покинуть порт Фалин. В таком случае масштабные проверки имели смысл, однако на «Перелётной птице» подозрительных раненых не обнаружилось.</p><p>Осмотр «Перелётной птицы» продолжался почти два часа. Когда офицеры с двумя десятками солдат сошли на берег, Лумиан вышел на палубу и спросил у Филиппа:</p><p>«Что вообще стряслось прошлым вечером?»</p><p>Филипп огляделся по сторонам и понизил голос:</p><p>«Я слышал от бывших коллег, что они разыскивают Бурмана по прозвищу „Колдун-Демон“.»</p><p>«Бурман?» — Лумиан не стал скрывать своего незнания.</p><p>Вчера вечером он просмотром успел охватить лишь часть листовок с разыскиваемыми, узнав о нынешних Владыках морей, Адмиралах пиратов и десятке самых влиятельных пиратских капитанов, после чего отправился пить с Батнером Конте.</p><p>«Он — разыскиваемый авантюрист,» — вздохнул Филипп. — 'Когда я еще служил во Флоте Туманного моря, он был вполне нормальным: гонялся за наградами и сокровищами, познакомился со своей женой Хелен, тоже авантюристкой. Но затем в одном происшествии Хелен погибла. Из-за этого Бурман сошел с ума. Он хотел воскресить жену и совершил множество поступков — как благих попыток, так и дурных.</p><p>«Он без всякой жалости, с невероятной жестокостью руководил уничтожением городка на триста жителей лишь ради того, чтобы выполнить условия некоего ритуала воскрешения. Он организовывал собрания злых колдунов, пытаясь использовать чужие жизни — особенно жизни новорожденных — и изобрести жестокое, кровавое колдовство для воскрешения Хелен… Из-за всего этого награда за его голову превзошла сумму за „Костолома“ Ролле и достигла 600 тысяч феров.»</p><p>Чтобы воскресить жену, он превратился в жестокого и хладнокровного «Колдуна-Демона»? Слушая это, Лумиан вдруг ощутил невольный вздох сочувствия.</p><p>Если бы тогда госпожа «Фокусник» не нашла его, если бы господин «Шут» не подарил ему надежду, если бы «Клуб Таро» не устроил ему лечение у двоих могущественных «Психиатров», не стал бы и он таким же, как Бурман, получив прозвище с приставкой «Демон»?</p><p>К тому же, идя исключительно по пути Благословения, он явно стал бы сильнее гораздо быстрее. При помощи Термибороса ему потребовалось бы всего несколько месяцев, чтобы стать «Охотником за судьбами» 5-й Последовательности, а уничтожение городка в триста человек дало бы шанс продвинуться до «Человека в Петле».</p><p>«600 тысяч феров — это почти догоняет „Адмирала Чёрного Прилива“ Холая Сассена, у которого самая низкая награда среди Адмиралов Пиратов.» — Лумиан провел простое сравнение.</p><p>«Адмирал Чёрного Прилива» — крупный пират, прославившийся лишь в последние годы, награда за которого составляет 700 тысяч феров.</p><p>Филипп помолчал несколько секунд и произнес:</p><p>«Бурман не обязательно слабее Холая Сассена. Просто у него нет собственного флота, он всегда один и лишь изредка сотрудничает со злыми колдунами. Но даже так он всякий раз умудряется вырываться из облав официальных сил и благополучно проникать в города, где развешаны листовки с его розыском…»</p><p>Из описания Филиппа Лумиан понял, что «Колдун-Демон» Бурман обладает разнообразными способностями и искусен в маскировке.</p><p>Это вполне в духе настоящего «Колдуна», однако он к тому же чрезвычайно силен в способностях, связанных с некромантией. Неизвестно, обрел ли он это в процессе исследований воскрешения или же его изначальная Последовательность сочетала в себе два слегка противоречивых качества — «универсальность» и «узкую специализацию».</p><p>…………</p><p>Блокада порта привела к тому, что «Перелётная птица» не смогла отплыть по расписанию и застряла в Фалине.</p><p>В четыре часа дня Лумиан от нечего делать надел новую золотисто-желтую соломенную шляпу, сошел с судна, откуда пассажиры и моряки уже могли свободно выходить, и снова направился в порт Фалин.</p><p>Он намеревался сходить к месту вчерашнего взрыва — а вдруг удастся обнаружить какие-нибудь зацепки?</p><p>Разрушенным зданием, похоже, была больница: почти половина ее обрушилась, обнажив гигантский котлован, уходящий словно под землю. В уцелевшей части строения валялись обрубки тел, виднелись пятна свежей крови и обугленные тени, напоминающие человеческие силуэты.</p><p>Поскольку официальные службы уже сняли запрет, сюда пришло немало авантюристов, желавших провести расследование и подзаработать на зацепках. Лумиан затерялся среди них и незаметно наблюдал за происходящим.</p><p>«Луи, ты тоже здесь?» — внезапно Лумиан услышал знакомый голос.</p><p>Это был Батнер Конте с крупнокалиберным револьвером и изящной рапирой на боку. Он по-прежнему тщательно подравнял усы и волосы и был весьма изысканно одет.</p><p>«Да,» — с улыбкой отозвался Лумиан. — «Как авантюрист может пропустить такое грандиозное событие, как поимка „Колдуна-Демона“?»</p><p>«Да мы тут в основном ради того, чтобы раздобыть зацепки и обменять их на деньги…» — бесшумно пробормотал Батнер.</p><p>Выискивая зацепки среди следов битвы, он между делом спросил:</p><p>«Ты вчера вечером сталкивался с теми ожившими трупами?»</p><p>«Сталкивался. Кроме того, что жутковатые, ничего особенного из себя не представляют,» — произнес Лумиан хвастливым тоном.</p><p>Батнер посмотрел на него и вдруг усмехнулся:</p><p>«А после того как ты ушел из бара вчера вечером, с тобой что-нибудь случалось?»</p><p>Лумиан беспечно ответил:</p><p>«Наткнулся на парочку мошенников, благодаря чему немного разбогател.»</p><p>«Немного разбогател…» — Батнер на мгновение опешил.</p><p>Он внезапно вспомнил поведение Луи Бери вчера вечером в баре и сказанную им ранее фразу:</p><p>«А вдруг они подумают, что меня легко обидеть?»</p></section><section><title><p>Глава 524 Указание судьбы?</p></title><p>Глава 524 Указание судьбы?</p><p>Снова посмотрев на Лумиана, Батнер смотрел на него уже совсем иным взглядом:</p><p>Этот парень, похоже, лишь притворялся, подражая Герману Воробью и демонстрируя безрассудство и невежество, а по своей сути был коварным и хитрым человеком!</p><p>Любой, кто поверит в его представление, сильно об этом пожалеет!</p><p>Лумиан не стал продолжать тему о том, как сорвал небольшой куш на мошеннике, и вместе с Батнером принялся основательно осматривать место взрыва, не упуская ни единой детали.</p><p>К сожалению, даже официальные Потусторонние, чьи комбинации Последовательностей были куда разумнее, не смогли найти зацепок, что уж говорить о двоих, не владеющих ни гаданием, ни прорицанием.</p><p>Батнер погладил изящную рапиру, висевшую у него на поясе, и со вздохом произнёс:</p><p>«Я знал, что ничего не найду, но всё равно не удержался и пришёл потратить время. И дело не в том, есть ли награда или нет, ведь какой авантюрист не мечтает прославиться за одну ночь?»</p><p>Не обязательно было лично выследить «Колдуна-Демона» Бурмана, чтобы стать знаменитым — помощь официальным Потусторонним в поиске этого разыскиваемого преступника, чей назначенный за голову куш приближался к награде за Адмиралов Пиратов, тоже была отличным поводом для гордости.</p><p>«Разве ты только что не говорил, что пришёл сюда главным образом ради зацепок, чтобы обменять их на деньги?» — с улыбкой спросил в ответ Лумиан.</p><p>«Это… это другая цель, попутная,» — попытался оправдаться Батнер.</p><p>Сказав это, он вдруг осознал:</p><p>Он ведь ни словом не обмолвился о том, что пришёл сюда расследовать ради денег — он лишь подумал об этом про себя!</p><p>«Он умеет читать мои мысли или просто блефует?» — Батнер с подозрением и недоумением принялся разглядывать Лумиана.</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Не пиши свои мысли на лице. Если встретишь „Зрителя“, у тебя вообще не останется секретов.»</p><p>Батнер поднял правую руку и потрогал своё лицо:</p><p>Неужели я так плохо контролирую выражение лица?</p><p>Он с досадой пробормотал:</p><p>«Место происшествия разрушено до основания, на окрестных улицах тоже не осталось никаких следов. Если только не получить благословение богов и не обладать сказочным везением, найти зацепки просто невозможно… Пойдём выпьем?»</p><p>Удача… Чтобы найти зацепки, необязательно нужна хорошая удача, дурная тоже сойдёт… — подумал Лумиан. Он достал из кармана бинты для перевязки ран и неторопливо обмотал их вокруг своих глаз.</p><p>«Ты что делаешь?» — с недоумением спросил Батнер Конте.</p><p>«Завязываю глаза и иду по окрестным улицам, полагаясь исключительно на инстинкт. Это позволяет исключить все внешние факторы и до предела довести фактор удачи,» — проговорив это, Лумиан слегка усмехнулся: — «А вдруг сегодня мне и правда улыбнётся удача?»</p><p>По словам Франки, такому ходячему оккультному детектору катастроф, как он, не нужны ни зацепки, ни разведданные — достаточно просто прогуляться по улице, и он может сразу наткнуться на нужного человека.</p><p>Раз так, он решает один раз довериться «указанию судьбы».</p><p>Если всё получится, можно будет обменять «Колдуна-Демона» или зацепки о нём на щедрую награду; а если провалится — это станет весомым доказательством того, что слова Франки были чистой водой клеветой!</p><p>«И так тоже можно?» — у Батнера почему-то возникло чувство, что у этого парня, Луи Бери, кажется, не всё в порядке с головой.</p><p>«Попробовать — ничего не потеряешь,» — с завязанными глазами Лумиан направился к противоположной стороне улицы.</p><p>Сделав несколько шагов, он внезапно остановился.</p><p>Он понял, что завязывать глаза для «Охотника» совершенно бесполезно.</p><p>Дорога, по которой он пришёл, и сцены, увиденные им при поиске зацепок, отчётливо сохранились в его разуме и были аккуратно выстроены в точном соответствии с их реальным расположением.</p><p>Иными словами, в его голове имелась карта высокого разрешения, охватывающая окрестные улицы, с точностью до того, через сколько шагов он дойдёт до какого магазина или здания.</p><p>В сочетании с тем, что «Охотник» даже не видя способен превосходно контролировать своё тело и направление движения, а также благодаря острому обонянию и слуху, задумка Лумиана идти по инстинкту и следовать указанию судьбы не могла воплотиться в жизнь.</p><p>Немного подумав, он начал размышлять обо всём подряд, продолжая идти вперёд в таком состоянии:</p><p>'«Колдун-Демон» Бурман каждый раз умудряется сбежать, что говорит о наличии у него особых способностей или предметов…</p><p>«Способен ли он, как и я, непосредственно 'Телепортироваться», или же, подобно мне, может по своему желанию менять внешность и рост, и даже выдавать себя за человека другого пола?</p><p>'Каким бы ни был ответ, за эти годы он провёл столько кровавых и жестоких экспериментов и так и не был пойман, что убедительно доказывает: обычными методами и привычным ходом мыслей его не схватить…</p><p>'Не стоит ли сменить ход мыслей и заставить его выйти самому?</p><p>'Хм, если мы не можем его найти, то почему бы не сделать так, чтобы он сам пришёл к нам…</p><p>«Больше всего на свете его волнует воскрешение его жены Хелен. Если я смогу сфабриковать несколько случаев воскрешения или на каких-нибудь оккультных собраниях завести разговор о воскрешении, предоставив подтверждаемые оккультные знания в этой области, этот 'Колдун-Демон», скорее всего, придёт по оставленным мной зацепкам…</p><p>«У этого плана есть две проблемы. Во-первых, официальные Потусторонние, весьма вероятно, уже предпринимали подобные попытки, но Бурман достаточно осторожен и осмотрителен, чтобы не клюнуть на это. Во-вторых, на подготовку и ожидание уйдут недели или даже месяцы, а откуда у меня столько времени, чтобы торчать в порту Фалин… Остаётся только при случае делиться „секретами“ на оккультных собраниях в разных местах или за хвастливыми разговорами в барах. Если сработает — отлично, а если нет — не страшно, зато всё будет выглядеть предельно естественно и не вызовет подозрений…»</p><p>Погружённый в размышления Лумиан не спотыкался и ни обо что не ударялся лишь благодаря тому, что Батнер Конте время от времени придерживал его и предупреждал. Сложив в голове целостный, пусть и требующий немало времени план, он остановился и, снимая с глаз белые бинты, со смешком сказал Батнеру:</p><p>«Где мы? Моё чутьё подсказывает, что здесь, возможно, кроются зацепки, ведущие к „Колдуну-Демону“.»</p><p>«Совершенно обычная улица, совершенно обычные дома. Живущие здесь люди, судя по всему, богаты и обладают положением,» — беспомощно ответил Батнер.</p><p>Лумиан наконец снова увидел предвечерний солнечный свет.</p><p>Сначала он давал глазам привыкнуть к яркости, но затем его взгляд замер, а в душе поднялась буря.</p><p>Улиц в порту Фалин, где он побывал, было не так уж много, а уж дома, в которые он заходил, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Но этот путь по инстинкту, уповающий на указание судьбы, привёл его в до боли знакомое место:</p><p>Улица Кореас, 16!</p><p>Стоящее рядом здание с серыми стенами, коричневой крышей и множеством скульптур на фасаде принадлежало крупному торговцу Фиделю Гра — именно здесь вчера вечером Лумиан заказал яд пестробородого рогатого ящера и принял поручение по охоте на «Чёрного Лорда» Класа Киза!</p><p>«Термиборос, это твоих рук дело?» — первой реакцией Лумиана было устроить допрос Ангелу Судьбы, запечатанному в его теле.</p><p>Термиборос никак не отреагировал, зато стоявший рядом Батнер обомлел, не понимая, с кем разговаривает Луи Бери.</p><p>Если только Термиборос не направил меня сюда намеренно, значит, в доме Фиделя Гра есть что-то, что вступает со мной в схождение по линии судьбы… Предмет Пути «Охотника» или что-то связанное со Злым Богом? Или зацепки, ведущие к «Колдуну-Демону» Бурману, и правда находятся в доме Фиделя? — мысли Лумиана стремительно пронеслись в голове, выстраиваясь в цепь догадок.</p><p>Глядя на здание Фиделя, он начал оценивать вероятность того, что «Колдун-Демон» находится здесь:</p><p>'Бурман провёл столько экспериментов по воскрешению, и подготовить всё чисто своими силами ему было бы трудно — не может же он добывать абсолютно все ресурсы грабежом? Официальные Потусторонние и пираты хотят поймать его, так что лишь злые колдуны могли оказать ему хоть какую-то помощь.</p><p>«Но если бы его тайком поддерживал такой крупный торговец со множеством связей, как Фидель, ему не пришлось бы беспокоиться о том, где достать 'материалы для экспериментов»…</p><p>«А для Фиделя, если его собственная Последовательность недостаточно высока, иметь такого 'Колдуна-Демона», которому больше не на кого положиться и который тайком обеспечивает защиту — несомненный плюс.</p><p>'Его бизнес не слишком честен и при этом крайне прибылен, в любой момент на него может зариться какой-нибудь великий пират или сильный авантюрист, так как же обойтись без дополнительных средств защиты?</p><p>«Если в один прекрасный день он перейдёт дорогу официальным службам, 'Колдун-Демон» сможет защитить его и помочь сбежать, чтобы под другой личностью начать жизнь заново в другом городе или другой стране. Хм, как говорила Аврора, у таких людей наверняка припрятаны фальшивые личности и часть активов во многих местах…</p><p>«Вчера вечером, вскоре после того как я встретился с Фиделем, произошёл тот самый несчастный случай с провалом эксперимента „Колдуна-Демона“…»</p><p>Лумиан отвёл взгляд. Чем больше он думал, тем сильнее убеждался, что у торговца Фиделя Гра есть мотив укрывать «Колдуна-Демона» Бурмана.</p><p>Разумеется, если Термиборос намеренно привёл его сюда, это означало, что проблема гораздо сложнее и серьёзнее.</p><p>«Куда ты смотришь?» — Батнер проследил за взглядом Лумиана, уставившись на улицу Кореас, 16.</p><p>«Вчера вечером я встречался здесь с крупным торговцем Фиделем Гра и взял у него поручение,» — откровенно ответил Лумиан.</p><p>«Какое поручение?» — полюбопытствовал Батнер.</p><p>Лумиан с улыбкой ответил:</p><p>«Охота на капитана „Золотого Нибоса“, „Чёрного Лорда“ Класа Киза.»</p><p>«Так слухи о том, что „Чёрный Лорд“ Клас ограбил партию товаров Фиделя, правдивы? Фидель нанял немало авантюристов, чтобы расправиться с „Чёрным Лордом“…» — Батнер сначала осенённо кивнул, а затем понизил голос: — «Ты главное не трепли об этом на каждом углу.»</p><p>«Почему?» — с усмешкой спросил Лумиан.</p><p>Батнер погладил свою аккуратно подстриженную щетину и тихо сказал:</p><p>'Эти награды и поручения вовсе не обязательно принимать, чтобы взяться за дело, да и доводить их до конца не обязательно…</p><p>'Хм, если многие пираты услышат, что какой-то авантюрист собирается на них охотиться, да ещё и находятся неподалёку, они попросту отомстят и прикончат его. Это и наказание, и устрашение.</p><p>«„Чёрный Лорд“ — именитый пират. Если он узнает, что ты, такой вот новичок в море, мало того что осмелился принять задание по охоте на него, так ещё и разглашаешь это повсюду, как думаешь, он разозлится? Не захочет ли он найти тебя и твоей смертью предостеречь остальных авантюристов и Фиделя?»</p><p>«Чёрный Лорд» и вправду в порту Фалин… — Лумиан задумчиво кивнул:</p><p>«Отличная идея.»</p><p>Отличная идея? Батнер на мгновение растерялся.</p><p>Вечером, в одном из баров.</p><p>Лумиан, Батнер и остальные пили уже почти два часа, все были веселы и воодушевлены.</p><p>Внезапно Лумиан поднял бокал, спустился с высокого табурета на пол и обратился к окружающим авантюристам и обычным посетителям:</p><p>'Господа, запомните моё имя — Луи Бери!</p><p>«Я скоро прославлюсь! Я взял поручение у крупного торговца Фиделя, и моя цель — охота на 'Чёрного Лорда» Класа Киза!</p><p>'Когда я преуспею, имя Луи Бери прогремит по всем Пяти Морям!</p><p>«И тогда вы будете гордиться тем, что пили со мной!»</p><p>А… — Батнер так и застыл на высоком табурете.</p><p>Ему показалось, будто он снова видит того Луи Бери, который вчера вечером вскочил на деревянную платформу и открыл стрельбу.</p></section><section><title><p>Глава 525 Полезная уловка</p></title><p>Глава 525 Полезная уловка</p><p>В оживлённой атмосфере Лумиан пил с большим удовольствием и только ближе к полуночи вместе с Батнером покинул бар, выйдя на улицу, где морской бриз успел заметно похолодать.</p><p>«Ты ведь не всерьёз собираешься охотиться на „Чёрного Лорда“?» — с сомнением спросил Батнер.</p><p>Разве только что разыгранное представление Луи Бери не было повторением вчерашней уловки, чтобы «Чёрный Лорд» Клас Киз сам пришёл к нему?</p><p>«А иначе как?» — Лумиан склонил голову набок, и в его усмехающихся зелёных глазах не было ни капли опьянения, — «Если он не придёт ко мне, где мне его искать? Или прокрасться на „Золотой Нибос“ и в одиночку расправиться со всей их командой?»</p><p>И то правда… Батнер к своему удивлению почувствовал, что в словах Луи Бери есть доля истины.</p><p>Стоит «Чёрному Лорду» сойти на берег, как он неизбежно замаскируется, и найти его будет не так-то просто. А если в море, на собственном корабле, то одинокому авантюристу подстеречь его почти невозможно: даже лев боится стаи волков, тем более что среди тех волков, помимо Класа Киза, есть ещё несколько главарей с Потусторонними способностями.</p><p>Каждый из этих главарей, как признавал перед собой Батнер, был ничуть не слабее его самого.</p><p>Спустя пару секунд Батнер осознал, что упустил главное, и выпалил:</p><p>«Ты уверен, что справишься с „Чёрным Лордом“ и двумя-тремя помощниками, которые могут быть с ним?»</p><p>Лумиан изогнул губы в ухмылке:</p><p>«Каждый авантюрист, отправляясь в море, хочет повторить великое дело Германа Воробья.»</p><p>Он произносил эту фразу уже не в первый раз, но прежде она звучала как шутка, а в этот раз Батнер уловил в ней спокойствие и серьёзность.</p><p>Он что, всерьёз?</p><p>Хитёр он и коварен или же безумен и безрассуден?</p><p>В этот миг Батнер снова перечеркнул своё прежнее представление о Луи Бери.</p><p>В его поступках всегда имелась цель, каждый таил в себе ловушку, однако его задумки и мысли казались оторванными от реальности. А самое главное — он и сам прекрасно понимал эту нереалистичность, но всё равно хладнокровно и упорно продвигал свой замысел, чтобы воплотить свою великую мечту.</p><p>Как описать такого человека? Батнер на мгновение замялся, не находя подходящих слов.</p><p>Тем временем Лумиан уже подошёл к лоткам открытого рынка и на 5 велькинсов купил жареных банановых чипсов, лепёшек, жареного мяса, запечённых устриц, жареной рыбы, жареных креветок, тростникового сахара и прочей еды.</p><p>«Ты ещё не наелся?» — изумлённо спросил Батнер.</p><p>Пока они пили, они уже заказывали картофель фри, жареную рыбу, мясные пироги и прочее.</p><p>Лумиан с улыбкой ответил:</p><p>«Несу ночной перекус своему крестнику.»</p><p>Крестник… В твоём-то возрасте уже есть крестник? Батнер не совсем понимал этого парня, говорившего с акцентом провинции Савойя.</p><p>Может, в той горной провинции принято выбирать молодых людей в крёстные отцы?</p><p>Когда Лумиан взял в руки несколько коричневых бумажных пакетов, Батнер выдохнул и произнёс:</p><p>«Твой план может и не сработать. Хвастливых авантюристов пруд пруди, и те люди едва ли станут пересказывать твои слова другим даже ради смеха — такое встречается сплошь и рядом.»</p><p>Лумиан слегка улыбнулся:</p><p>«Нет, они разнесут это очень быстро. Не пройдёт и пары дней, как весь порт Фалин узнает, что какой-то новый авантюрист взял заказ и намеревается подстеречь „Чёрного Лорда“.»</p><p>«Как это возможно? Ты ведь не можешь заставить их чесать языками,» — на автомате возразил Батнер.</p><p>Вдруг он замер:</p><p>«Ты ведь не можешь… правда не можешь управлять их мыслями…»</p><p>Лумиан усмехнулся и, подняв руку с бумажными пакетами, постучал по своей голове:</p><p>'Пораскинь своими мозгами.</p><p>«Если они не захотят разносить слухи, найдётся полно тех, кто сделает это за меня.»</p><p>До Батнера мгновенно дошло:</p><p>«Ты хочешь тайком нанять людей, чтобы они разнесли эту весть…»</p><p>Сказав это, он запнулся на пару секунд и добавил:</p><p>«Даже нанимать никого не придётся. Когда крупный торговец Фидель узнает о твоей выходке, он сам поможет тебе добиться цели — у него вполне достаточно ресурсов. Но вот если он не узнает…»</p><p>«Завтра же я нанесу ему визит,» — спокойно отозвался Лумиан.</p><p>Очень продумано, весьма жизнеспособно, прямо как цепь — звено за звеном… Чем больше Батнер размышлял над этим, тем отчётливее понимал, что в плане учтена каждая деталь, хотя в целом от него веяло чистейшим безумием.</p><p>Спустя некоторое время он чисто инстинктивно оценил:</p><p>«Если „Чёрный Лорд“ покинул Туманное море, то услышит эту новость разве что через несколько месяцев. Но если он как раз в порту Фалин, то узнает обо всём уже дня через два-три.»</p><p>В порту Фалин вместе с приезжими едва набиралось ста тысяч жителей — он уступал даже одному району Трира. Большая часть населения расселилась по плантациям острова Святого Тика и шахтам вулкана Андатна.</p><p>«Надеюсь, он именно в порту Фалин,» — произнёс Лумиан с безмятежным видом человека, наслаждающегося ночной прогулкой.</p><p>Батнер умолк, не зная, что на это ответить.</p><p>Вернувшись на «Перелётную птицу», Лумиан вошёл в каюту № 5 первого класса и, глянув на Людвига, уплетавшего оставленный ему ужин, поставил на обеденный стол принесённые коричневые бумажные пакеты.</p><p>Ароматы жареных и запечённых блюд стремительно окутали комнату.</p><p>Людвиг с лёгким удивлением поднял голову, посмотрел на него, а затем снова уткнулся в тарелку и принялся уплетать принесённую Лумианом еду.</p><p>Лумиан уселся в стоящее неподалёку кресло-качалку и слегка засколыхался.</p><p>Наконец Людвиг с удовлетворением вздохнул:</p><p>«Постоянно перекусывать на ночь сыром, хлебом, пирожными и печеньем всё-таки надоедает.»</p><p>Человек, способный сожрать живую крысу, не имеет права такое говорить… — мысленно усмехнулся Лумиан и со смешком произнёс:</p><p>'Это лишь доказывает, что я не забываю о своём крестнике.</p><p>«Кстати, и до каких пор ты собираешься таскаться за мной? Я уже помог тебе сбежать из Церкви Познания.»</p><p>Людвиг всерьёз задумался:</p><p>«Пока не смогу сам зарабатывать себе на жизнь! Сейчас… сейчас я ещё маленький ребёнок!»</p><p>И то верно, если у этого малого не окажется денег на еду, случится нечто действительно ужасное… К тому же, пока я не отправлюсь в «Город Изгнания», Церковь Познания вряд ли позволит Людвигу покинуть меня… — Лумиан самоиронично ухмыльнулся:</p><p>«Надо же, мне, неженатому и даже ещё не совершеннолетнему парню, придётся целую кучу времени содержать такого ребёнка.»</p><p>«Не обязательно долго…» — тихо пробурчал Людвиг.</p><p>В смысле, ты сможешь вернуть себе способность прокормить себя уже в этом или следующем году? — Лумиан сделал вид, будто не слышал бурчания Людвига, и кивнул подбородком в сторону комнаты для слуг:</p><p>«Тот парень сидит тихо?»</p><p>Исполнявший роль маленького шпиона Людвиг недоуменно переспросил:</p><p>«С точки зрения интиссцев, выходить на палубу и в бар, чтобы под предлогом врачебного осмотра заигрывать с женщинами — это входит в понятие „сидеть тихо“?»</p><p>«Входит,» — беспомощно вздохнул Лумиан.</p><p>Ох уж эти мне интиссцы.</p><p>…………</p><p>Во второй половине следующего дня, под слухи о том, что блокировка порта может сняться уже завтра утром, Лумиан сошёл с «Перелётной птицы» и направился прямо на улицу Кореас в районе Чёрного Жемчуга, чтобы досрочно нанести визит крупному торговцу Фиделю Гра.</p><p>Прошлой ночью он уже получил ответное письмо от Франки, переданное через кролика Шазо, принадлежащего Дженне. Описание взрыва в порту Фалин в письме в целом совпадало со сведениями, полученными Филиппом, за исключением нескольких добавившихся деталей:</p><p>Когда официальные Потусторонние прибыли на место, «Колдун-Демон» Бурман уже сбежал;</p><p>Официальные Потусторонние сражались с продуктом неудавшегося эксперимента — неживым монстром, состоявшим из множества конечностей и кусков трупов, способным пробудить всех Усопших порта Фалин;</p><p>Многие пациенты той больницы были убиты монстром…</p><p>Лумиан снова встретился с Фиделем Гра в кабинете. Этот пожилой гибрид интиссца и фейнапотца курил сигару и с улыбкой произнёс:</p><p>«Ты что, пришёл на запах? Я только что получил яд пестробородого рогатого ящера.»</p><p>Только что получил? Похоже, он всё время у него был. Увидев, что я изо всех сил пытаюсь выманить «Чёрного Лорда» и выполнить его поручение, он перестал утверждать, будто ещё не достал товар… Лумиан сообразил это про себя и со смешком сказал:</p><p>«Это значит, что удача благоволит мне. Сколько велькинсов?»</p><p>«3800 велькинсов, моя прибыль невелика.» Фидель искренне произнёс.</p><p>Лумиан не стал торговаться, тут же достал пачку банкнот и отсчитал 3800 велькинсов.</p><p>Увидев это, Фидель позвал слугу и отдал ему несколько распоряжений.</p><p>Вскоре слуга вернулся с бутылочкой из коричневого стекла.</p><p>«Нельзя держать в металлическом сосуде, иначе произойдёт коррозия и свойства яда изменятся.» Фидель поручил слуге забрать деньги и передать товар, а сам от начала и до конца сохранял с Лумианом дистанцию около десяти метров.</p><p>Лумиан слегка кивнул, глянул на коричневую стеклянную бутылочку и убрал её к себе в карман.</p><p>Когда слуга вышел, Фидель снова улыбнулся:</p><p>«Я слышал, ты вчера вечером в баре повторил своё представление позавчерашнего вечера?»</p><p>Крупный торговец продемонстрировал свою осведомлённость.</p><p>«Полезную уловку, само собой, нужно использовать почаще.» Лумиан молча подтвердил слова собеседника.</p><p>Фидель кивнул:</p><p>'Мне нравятся такие пылкие молодые люди, как ты. Я помогу разнести твои слова, чтобы Клас Киз услышал их в кратчайшие сроки.</p><p>«Хе-хе, те несколько авантюристов, которым я давал поручение раньше, были чересчур уж осмотрительными.»</p><p>«Без проблем, я сегодня зашёл, по сути, именно ради этого.» Лумиан закончил говорить, повернулся и ушёл.</p><p>Сделав несколько шагов, он вдруг остановился, повернулся боком и задумчиво произнёс:</p><p>«Как думаешь, а не может ли „Колдун-Демон“ Бурман прятаться прямо у тебя?»</p><p>Фидель опешил:</p><p>'О чём ты говоришь?</p><p>«„Колдун-Демон“ и мой дом — при чём тут это?»</p><p>«Ничего, просто догадка.» Лумиан слегка усмехнулся: «Улица Кореас находится совсем рядом с местом вчерашнего взрыва, да и твоё жильё отлично подходит, чтобы спрятаться.»</p><p>Не дожидаясь ответа Фиделя, он снова шагнул вперёд и не спеша покинул здание.</p><p>Фидель смотрел ему вослед, слегка насупившись, будто недоумевая, с чего тот это сказал.</p><p>…………</p><p>В глубокой ночной тиши вдалеке отдавался плеск волн, и «Перелётная птица» плавно покачивалась ему в такт.</p><p>Лумиан лежал на большой кровати в каюте № 5 первого класса, укрывшись бархатным одеялом; глаза его были крепко закрыты, дыхание ровное и мерное — он спал глубоким сном.</p><p>Внезапно за окном словно наплыла тёмная туча, заслонив алые луну и звёзды высоко в небе.</p><p>В комнате с задёрнутыми шторами стало ещё темнее: даже взглянув на собственную руку, можно было лишь с трудом разглядеть пять пальцев.</p><p>В густых, широких тенях словно бы что-то ожило.</p></section><section><title><p>Глава 526 Иллюзорный глаз</p></title><p>Глава 526 Иллюзорный глаз</p><p>Из мрака выросла высокая тонкая чёрная тень. Находясь в полупрозрачном состоянии, она в мгновение ока набросилась на Лумиана, словно желая найти себе новое плотское тело.</p><p>Это походило на вселение мстительных и злых духов, способное взять под контроль носителя, однако скорость была не настолько высокой, чтобы завершить весь процесс в мгновение ока.</p><p>Как раз в этот миг спящий Лумиан внезапно потемнел и истончился, слившись с окружающими тенями и исчезнув с кровати.</p><p>Это была его новая договорная способность — «Трансформация тени»!</p><p>Вся комната мгновенно погрузилась в аномальную тишину, словно в ней осталась лишь полупрозрачная высокая и худая чёрная тень — без Лумиана и без самого нападавшего.</p><p>В следующую секунду тьма словно раскололась, и оттуда выползла тёмная гигантская змея, загнившая настолько, что проглядывали кости, а жёлто-зелёный гной капал повсюду.</p><p>Глаза этой змеи обратились в пустые глазницы, в пасти не имелось клыков, и, раскрываясь, она походила на водоворот.</p><p>Она издала резкий пронзительный звук, а из её пасти словно исходила жуткая сила всасывания, заставляя огромные пласты окружающих теней отрываться от предметов и устремляться внутрь.</p><p>Похоже, это была разновидность нежити, питающаяся исключительно тенями и теневыми существами.</p><p>В мгновение ока в главной спальне каюты № 5 первого класса «Перелётной птицы» возникла жуткая картина: хотя повсюду ещё пробивался смутный тусклый свет, все предметы лишились своих теней, словно покоясь в чистой тьме.</p><p>Лумиан вовремя высвободился из тени, вернувшись в человеческое состояние, и появился на участке, застеленном плотным ковром, возле изысканного шкафа.</p><p>Почти одновременно из тьмы выступила ещё одна высокая фигура.</p><p>То был рыцарь, облачённый в разбитые чёрные доспехи: в его глазницах пылало бледное пламя, из щелей между пластинами сочилась жидкость, исходившая густой вонью гнили, а на обнажённых участках тела осталась лишь липкая плоть.</p><p>Этот уже мёртвый рыцарь поднял двуручный меч и размашистым шагом, способным разнести в щепки и кровать, и шкаф, обрушил клинок на Лумиана.</p><p>Тело Лумиана с поразительной гибкостью пружинисто изогнулось, повернувшись из положения лицом к Рыцарю Смерти, пожирающему тени питону и высокой худой чёрной тени к ним боком.</p><p>Треск!</p><p>Когда двуручный меч Рыцаря Смерти рассёк шкаф пополам и во все стороны полетели щепки, Лумиан резко присел и, сжав руки в кулаки, тяжело ударил по плотному коричнево-жёлтому ковру.</p><p>Огромное количество алого, близкого к белому пламени с эпицентром в этой точке с детонацией вырвалось наружу, охватив каждый уголок комнаты, поджигая всё, что могло гореть, и опаляя троих неживых существ, предположительно явившихся из мира духов.</p><p>Грохот!</p><p>Среди бушующих волн пламени вокруг Лумиана один за другим сгущались и разлетались огненные шары.</p><p>Они летели то к Рыцарю Смерти, пожирающему тени питону и высокой худой чёрной тени, то без разбора накрывали площадь этой не такой уж маленькой спальни.</p><p>Грохот!</p><p>Эти алые, близкие к белому огненные шары один за другим взрывались, разрывая троих неживых существ, круша кровать, письменный стол и прочую мебель, заставляя ковёр испускать густой едкий дым.</p><p>При столь мощном взрыве в столь ограниченном пространстве любое существо, не являющееся чистым призраком или чистым духовным телом и сохраняющее хоть какую-то материальность, неизбежно подвергалось разрушению: подобные стали доспехи на Рыцаре Смерти в мгновение ока рассыпались, а пожирающий тени питон развалился на куски, превратившись во множество горящих обрубков.</p><p>Состояние высокой худой чёрной тени было сравнительно получше, но и она подверглась воздействию огня, став более тусклой и истончённой.</p><p>Грохот!</p><p>Хотя «Перелётная птица» была судном, выстроенным из стали, но когда по сравнительно небольшой площади словно одновременно ударили из множества орудий, ни одна каюта не могла бы уцелеть при подобной мощи без повреждений; однако странным образом в спальне каюты № 5 первого класса лишь на внутренних стенах появились трещины, но ни стены, ни дверь на самом деле не разрушились.</p><p>Разумеется, невидимый барьер, покрывавший это место, заходил ходуном, готовый развалиться в следующую же секунду.</p><p>Под воздействием ударной волны, отрикошетившей от стен, двери и потолка, самому Лумиану, устроившему этот взрыв, пришлось несладко: казалось, будто по его телу семь или восемь раз подряд ударили огромным молотом, перед глазами поплыли золотые мушки, а в горле распространился густой металлический привкус крови.</p><p>А воздух, мгновенно выжженный пламенем, заставил его познать, что такое настоящая удушающая нищета кислорода.</p><p>Среди бушующих волн пламени одна фигура была вынуждена покинуть тьму.</p><p>Он стоял с внутренней стороны окна, облачённый в чёрный баллохон с широким капюшоном; его тело под воздействием взрывной волны и бушующего огня покрылось множеством ран и обширными ожогами.</p><p>Лумиан увидел, что на поверхности кожи этого человека все волоски стали мертвенно-белыми и перестали выглядеть как обычные тонкие волоски, став ближе к крошечным перьям, почти неразличимым невооружённым глазом; обуглившись, они испускали не густой дым, а тёмное туманное марево.</p><p>Из многочисленных ран струилась вовсе не алая кровь, а жёлто-зелёная жижа, подобная гною.</p><p>Лумиан также разглядел под откинутым капюшоном этой фигуры бледное лицо с несколькими язвами, доходящими до самых костей, над которыми смутно проглядывал мертвенно-белый пух.</p><p>В следующую секунду Лумиан встретился с его холодными льняно-серыми глазами, а между ними, в самом центре лба, быстро расползалась трещина.</p><p>Внутри трещины находился иллюзорный, тёмно-фиолетовый, почти чёрный вертикальный глаз: у него не было ни ресниц, ни зрачка, а внутри словно таились бесчисленные бледные узоры.</p><p>Этот странный вертикальный глаз в мгновение ока отразил силуэт Лумиана.</p><p>Лумиан, собиравшийся напрямую применить «Телепортацию» за спину мужчины в капюшоне и использовать «Искусство Хэн-Ха», мгновенно ощутил сковывающий холод.</p><p>Это исходило с духовного уровня.</p><p>Словно его ментальное тело лишилось защиты плоти и оказалось напрямую выставлено под палящие лучи солнца, испытав инстинктивный страх, оцепенение и заторможенность.</p><p>— В нормальных обстоятельствах люди полагаются на астральное тело, чтобы странствовать по миру духов и получать различные откровения; ментальное же тело, то есть исток души, редко покидает плоть, всегда находясь под надёжной защитой.</p><p>«Ментальный прокол» Пути «Судьи» оттого и снискал себе дурную славу невероятно труднопредотвратимой способности, что он игнорирует плоть, эфирное тело, астральное тело и тело разума, воздействуя непосредственно на ментальное тело — кто бы то ни был, каждый, похоже, подвергнется его влиянию, разнится лишь степень.</p><p>Лумиан подозревал, что «Искусство Хэн-Ха» действует аналогичным образом.</p><p>Внутри тёмно-фиолетового, почти чёрного вертикального глаза нападавшего беззвучно закружились бледные узоры, словно пытаясь разглядеть саму суть духовного тела Лумиана.</p><p>Из-за этого Лумиан почувствовал себя так, словно подвергался ледяному сканированию просвечивающими лучами; его духовное тело слегка затрепетало, не способное сформировать сколь-нибудь сложные мысли.</p><p>Как раз когда он собирался совершить самое простое действие — погрузить сознание в клеймо «Кровавого Императора» на правой руке — странный мужчина в капюшоне внезапно болезненно простонал.</p><p>Он словно получил пулю в голову — его голова резко откинулась назад.</p><p>Иллюзорный тёмно-фиолетовый, почти чёрный вертикальный глаз утратил полупрозрачность, размывшись, и из него хлынула тёмно-красная кровь в перемешку с жёлто-зелёным гноем.</p><p>Среди болезненных стонов мужчина в капюшоне стремительно развернулся и под воздействием невидимой силы, увлекшей его, вылетел в окно.</p><p>Увидев это, Лумиан не стал спешить с использованием «Перехода сквозь мир духов», чтобы перерезать путь противнику, а прямо поднял правую руку и с щелчком взмахнул пальцами.</p><p>Грохот!</p><p>В районе окна вспыхнул алый, близкий к белому свет, и мощный взрыв охватил странного мужчину в капюшоне.</p><p>Это была ловушка, заранее заготовленная Лумианом.</p><p>Ещё до того, как «лечь спать», он скрыл главную спальню внутри «Бутыли вымысла». Входов имелось два — один у окна, один у двери, с условием, что пройти сквозь них могут лишь существа, обладающие Потусторонними силами; и у каждого из выходов он скрыл огненные шары с замедленным взрывом.</p><p>Они взрывались и от любого внешнего воздействия.</p><p>В объятом пламенем взрыве странного мужчину в капюшоне прямо-таки подбросило вверх, и он с силой врезался в оконную раму; его руки и ноги выглядели так, будто вот-вот оторвутся от туловища.</p><p>Лумиан не колебался: применив «Телепортацию», он оказался подле тяжело раненного, потерявшего сознание странного мужчины и издал «хэн» в сторону врага.</p><p>Две струи белого света вырвались наружу и пали на цель, заставив его лишиться чувств ещё более окончательно.</p><p>Едва Лумиан собрался предпринять следующий шаг, как у выхода из «Бутыли вымысла», разрушенной взрывом, из тьмы внезапно высунулось множество рук.</p><p>Некоторые из них были усыпаны опухолями, некоторые сгнили настолько, что с них сочился гной, от иных же остались лишь потемневшие кости…</p><p>Эти руки вцепились в одежду мужчины в капюшоне и в одно мгновение утянули его в темноту, где он исчез без следа.</p><p>Увидев эту сцену, Лумиан не стал сразу же превращаться в теневое существо, чтобы устремиться в погоню, а остался на месте, слегка нахмурившись.</p><p>Внешность давешнего нападавшего была на семь-восемь десятых схожа с «Колдуном-Демоном» Бурманом из ориентировки о розыске, однако ощущение нечеловеческой природы проявлялось куда сильнее, а многие детали приближали его к монстрам из категории нежити, а не к человеку.</p><p>Появлению «Колдуна-Демона» Бурмана Лумиан нисколько не удивился: это был именно тот результат, которого он ожидал.</p><p>Он намеренно упомянул перед Фиделем о своих подозрениях касательно его связи с «Колдуном-Демоном», при этом не вдаваясь в подробности, ради того, чтобы создать иллюзию, будто Луи Бери — этот дерзкий, любитель плести интриги авантюрист — желает вымогательством содрать с крупного торговца кругленькую сумму.</p><p>В нормальных обстоятельствах Фидель, даже если у него действительно имелись грешки, не стал бы действовать так быстро: он непременно сначала пристально понаблюдал бы несколько дней, чтобы уточнить обстановку, однако на этот раз Лумиан «предоставил» ему шанс:</p><p>Авантюрист Луи Бери повсюду разглашает о принятом им поручении, желая выманить «Чёрного Лорда»!</p><p>Стало быть, если его прикончит «Клас Киз», никто не усмотрит в этом ни малейшей странности.</p><p>Смерть переоценившего свои силы гордеца в порту Фалин не вызовет никакого резонанса. И не привлечёт ни единого подозрения.</p><p>Коли так, то отчего бы не душить опасность в самом зародыше?</p><p>— Даже если Луи Бери всего лишь подозревает и не имеет никаких улик, это всё равно заставит официальных Потусторонних обратить сюда свой взор.</p><p>Вчерашнее «выступление» Лумиана в таверне на первый взгляд казалось ловлей на живца «Чёрного Лорда» Класа Киза, но на самом деле он удил крупного торговца Фиделя Гра!</p><p>Если Фидель в самом деле не имел никакого отношения к «Колдуну-Демону», то это не вызвало бы никакой дополнительной реакции, и Лумиан спокойно продолжал бы действовать под предлогом охоты на «Чёрного Лорда»; если же связь действительно имелась, он очень быстро получил бы «обратную связь».</p><p>Чего Лумиан никак не ожидал, так это того, что способности, продемонстрированные «Колдуном-Демоном» Бурманом, имели сходство с несколькими известными ему Божественными Путями, но в то же время отличались от них!</p></section><section><title><p>Глава 527 Междоусобица</p></title><p>Глава 527 Междоусобица</p><p>«Колдун-Демон» имел в межбровье иллюзорный глаз, очень похожий на «Очи тайноведения» Пути «Колдуна», но эта штука проявилась не в изменении глаз, а напрямую сформировала вертикальный глаз, о чём Лумиан прежде никогда не слышал и чего никогда не видел.</p><p>Разумеется, у «Тайноведца» на высоких Последовательностях, возможно, и могла бы быть похожая аберрация, однако Бурман явно не достиг уровня Святого, иначе только что бежал бы Лумиан, а не он, — нет, в такой ситуации Лумиан едва ли смог бы уйти, и оставалось бы лишь надеяться, что остаточная аура «Кровавого Императора» ненадолго отвлечёт противника, позволяя самому воспользоваться случаем и «телепортироваться» прочь.</p><p>— Сопоставив официальный ордер на арест, сведения от «007» и информацию, собранную им самим у Филиппа и остальных, Лумиан уже давно рассудил, что Бурман, этот «Колдун-Демон», никак не может обладать 4-й Последовательностью: сам Лумиан вовсе не был настолько смел, чтобы отважиться на охоту за полубогом.</p><p>Судя по этому иллюзорному вертикальному глазу, а также по разнообразным и довольно всесторонним способностям Бурмана, Лумиан находил, что тот действительно соответствует особенностям «Колдуна», вот только ни у одного «Колдуна» «Очи тайноведения» не выглядели так: они не просто выросли в межбровье, превратившись в вертикальный глаз, покрытый бледными узорами на почти чёрном фоне, но и помимо визирования «реальности» обрели способность устрашать чужие духовные тела!</p><p>В тот самый миг у Лумиана возникло ощущение, будто его лишили всего внешнего, оставив лишь духовное тело для противостояния духовному телу Бурмана, и стоит поддаться или потерпеть поражение, как он погрузится в бессознательное состояние или окажется в рабстве у противника.</p><p>К счастью, «реальность» на его теле не была предназначена для взора Потусторонних низких и средних Последовательностей, и Бурман не стал исключением: ещё до того, как Лумиан активировал остаточную ауру «Кровавого Императора», этот «Колдун-Демон» подвергся отдаче и едва не лишился боеспособности.</p><p>Кроме того, повелевание нежитью со стороны Бурмана и защита, полученная им после потери сознания, были не под силу обычным «Колдунам»: даже если бы они могли опираться на изученные или изобретённые ими самими заклинания для достижения схожего эффекта, им всё равно не удалось бы дойти до подобного уровня, да ещё и с такой лёгкостью.</p><p>«Путь какого же это Злого Бога? Или же Бурман, будучи 'Колдуном», подвергся какому-то загрязнению и обрёл ненормальные черты? Не оттуда ли у него эти нечеловеческие детали? Впрочем, он провёл столько экспериментов по воскрешению, что у него явно не было недостатка в жертвоприношениях Злому Богу…</p><p>«Этот иллюзорный вертикальный глаз действительно очень силён и крайне странен, я бы не смог выстоять впрямую, и если бы не печать господина „Шута“, Термиборос и остаточная аура „Кровавого Императора“ — сущности с превосходящим Статусом, — я сегодня и впрямь мог бы погибнуть от рук Бурмана…» — мысли Лумиана стремительно проносились в голове, и он быстро пришёл к определённым догадкам.</p><p>Пользуясь случаем, он оправился от удара, вызванного недавним взрывом, извлёк из «Вещмешка путешественника» ту золотисто-жёлтую соломенную шляпу, надел её, и его силуэт мгновенно исчез.</p><p>Лумиан напрямую «телепортировался» к дверям роскошного дома Фиделя Гра на улице Кореас, 16.</p><p>Сбежать-то «Колдун-Демон» Бурман сбежал, а вот этот крупный торговец никуда не денется!</p><p>Если бы Бурман сбегал в относительно хорошем состоянии, Лумиан ещё опасался бы, что тот из профессиональной этики вернётся сюда и заберёт нанимателя, но раз противника унесла нежить в бессознательном состоянии, тот гарантированно не вернётся на улицу Кореас, 16, даже когда очнётся — чем больше времени проходит, тем выше вероятность, что дом Фиделя Гра превратится в ловушку для него, «Колдуна-Демона».</p><p>Поэтому у Лумиана только что и выкроилась свободная минутка обдумать Последовательность Бурмана и его нечеловеческие особенности.</p><p>Это также было его намеренным ожиданием:</p><p>вдруг «Колдун-Демон» Бурман сумеет быстро очнуться и вернётся сюда, чтобы сбежать вместе с нанимателем, — тогда Лумиан, задержись он на одну-две минуты, как раз зажмёт его вместе с Фиделем.</p><p>Стоя у дверей дома 16 по улице Кореас, Лумиан слегка нахмурился.</p><p>Как «Охотник», он уловил слабый запах крови, доносившийся из дома, — стойкий, неисчезающий запах крови.</p><p>Немного подумав, Лумиан слегка толкнул тёмно-синюю двустворчатую дверь.</p><p>Она оказалась не заперта.</p><p>У входа расплылась ещё не совсем застывшая кровь, словно кто-то в панике прибежал сюда, только отпёр засов двери, как его догнал преследователь и разорвал на куски.</p><p>Единственной проблемой было то, что здесь не осталось никаких обрубков тел.</p><p>Лумиан остановился у порога, прислушался и обнаружил, что во всём доме царит мёртвая тишина, без малейшего движения.</p><p>'Фидель поступил настолько решительно, что ещё до того, как Бурман пошёл убивать меня, заблаговременно устранил всех осведомлённых лиц и перебрался в безопасное место?</p><p>«В таком случае, если бы операция Бурмана увенчалась успехом и тот выяснил, почему у меня возникли подобного рода подозрения и есть ли другие осведомлённые лица, то Фидель смог бы под предлогом того, что глубокой ночью подвергся нападению пиратов вроде „Чёрного Лорда“, едва не лишился жизни и с большим трудом спасся, вернуться сюда. Если же нет — сгинуть навсегда, сменить личность и начать новое дело…» — Лумиан с недоумением перепрыгнул запятнанный кровью участок у входа, намереваясь обыскать дом и посмотреть, удастся ли что-нибудь найти и выяснить точные отношения между Фиделем Гра и «Колдуном-Демоном» Бурманом.</p><p>Прикрыв за собой дверь, он направился к пролёту лестницы, откуда доносился ещё более густой запах крови.</p><p>Возможно, почувствовав его приближение, оттуда внезапно раздались тяжёлые шаги.</p><p>С грохотом шагов из подвала поднялся человек и появился в поле зрения Лумиана.</p><p>То был не человек, вернее, это больше нельзя было назвать человеком.</p><p>Оно достигало трёх-четырёх метров в высоту, а его тело состояло из фрагментов трупов разных людей: здесь угадывались и женские изгибы, и мужские черты. Они были сшиты вместе тонкими льняными нитями, а из стыков непрерывно капала слизь, окрашенная в кровавый цвет.</p><p>Голова этого «человека» была относительно целой и принадлежала лишь одному владельцу — Фиделю Гра, полукровке из Интиса и Фейнапота.</p><p>Пропорции головы и тела этого крупного торговца выглядели явно негармонично, словно голова ребёнка была прикреплена к шее полугиганта. Его тёмно-карие глаза смотрели довольно пусто, храня в себе остатки ужаса и растерянности.</p><p>Мёртв? Фидель мёртв? Он превратил себя в монстра? Едва у Лумиана промелькнула эта мысль, как он увидел, что сшитый гигантский труп, волоча сцепленные вместе три человеческие бедренные кости, яростно рванулся прямо к нему.</p><p>На жутко-белом гигантском «костяном мече» разгорелся слой бледного пламени.</p><p>Глаза Лумиана слегка сузились, его тело внезапно исчезло и в то же мгновение соткалось за спиной сшитого огромного трупа.</p><p>«Ха!»</p><p>Он раскрыл рот и выдохнул луч светло-жёлтого света.</p><p>Свет упал на голову «Фиделя», но не вызвал у того ни головокружения, ни других подобного рода проявлений, не говоря уже о том, чтобы погрузить в бессознательное состояние.</p><p>Это созданное существо нежити, похоже, обладало иммунитетом к «Искусству Хэн-Ха»!</p><p>Практически одновременно с этим мчавшийся на высокой скорости сшитый гигантский труп с силой развернул тело, и из его горла вырвался смутный звук, похожий то ли на речь на не понятном Лумиану языке, то ли на произнесение обладающего чудесным эффектом слова.</p><p>В самом глубоком уголке души Лумиана поднялась дрожь, словно он подвергся Устрашению со стороны зла и смерти.</p><p>Всё его тело ненадолго замерло на месте.</p><p>Сшитый гигантский труп полностью развернулся и, сделав широкий шаг, занёс удерживаемый в руке пылающий бледным пламенем гигантский «костяной меч», рубя по голове Лумиана.</p><p>Лумиан и сам неоднократно оказывался в подобном состоянии, и причиной тому по большей части служили сущности с высоким Статусом, а нынешняя ситуация явно не шла ни в какое сравнение с последствиями взора иллюзорного вертикального глаза «Колдуна-Демона».</p><p>Лумиан вовремя «очнулся» и активировал чёрную метку на своём правом плече.</p><p>Со свистом ветра пылающий бледным пламенем гигантский «костяной меч» обрушился на оставленное им остаточное изображение.</p><p>На этот раз Лумиан возник прямо у самой спины сшитого гигантского трупа и вонзил извлечённый из «Вещмешка путешественника» «Опус Ненависти» в область его сердца со стороны спины.</p><p>С глухим звуком эта явно не отличавшаяся ни прочностью, ни остротой потемневшая костяная флейта вонзилась в плоть сшитого гигантского трупа.</p><p>Тонкие льняные нити в том месте мгновенно лопнули, огромные куски плоти отслоились и посыпались вниз, обнажив тёмно-красное сердце, извергавшее бледное пламя.</p><p>Лумиан с силой вытянул левую руку и прижал её к краю этой почти смертельной раны, вогнав внутрь сжатый слой за слоем ало-белый огненный шар.</p><p>Оттолкнувшись от этой раны, Лумиан стремительно отлетел назад, уклоняясь от со свистом рубящего гигантского «костяного меча».</p><p>Грохот!</p><p>Находясь в воздухе, он увидел, как из тела только что повернувшего голову сшитого гигантского трупа хлынул ало-белый огненный свет, разорвав то самое, словно всё ещё бившееся сердце.</p><p>Грохот!</p><p>Сшитый гигантский труп разлетелся на куски, и плоть, принадлежавшая разным людям, разбросалась по полу.</p><p>Бах! Голова Фиделя упала в кучу плоти; пустота из её глаз исчезла, уступив место мучительной боли.</p><p>«Кто превратил тебя в это?» Лумиан взглянул в окно, посчитав, что недавний взрыв должен привлечь внимание ночной полиции.</p><p>Голова Фиделя раскрыла рот и невнятно, с крайней злобой проговорила:</p><p>«Э, это Бурман!»</p><p>«Бурман?» Лумиан слегка опешил. «У вас произошла междоусобица?»</p><p>Голова Фиделя мучительно ответила, её голос становился всё тише и тише:</p><p>'Я думал, что ты испытываешь меня и хочешь понаблюдать ещё несколько дней, а он… он не мог ждать и хотел… хотел убить тебя прямо сегодня вечером. Я не согласился, и тогда он убил… убил всех людей в этом доме…</p><p>«Он… он настоящий безумец!»</p><p>Сказав это, голова Фиделя завалилась набок, глаза закрылись, и она полностью затихла.</p><p>У «Колдуна-Демона» Бурмана немалые проблемы с психическим состоянием… И только из-за этого он перебил всю семью нанимателя? Если уж тебе так хотелось убить меня, мог действовать и в одиночку… Лумиан и раньше размышлял над тем, не сочтёт ли Фидель, будто тот ловит его наживку, и ради этого даже специально создал видимость ловли «Чёрного Лорда», дабы усыпить бдительность Фиделя. Что же до эффекта, Лумиана это не слишком волновало: если не заглотит крючок, можно сменить подход — он ведь не ограничивался одной лишь «рыбалкой».</p><p>Кто же знал, что это приведёт к междоусобице между Фиделем и Бурманом.</p><p>Лумиан полагал, что даже в период своих самых тяжёлых психологических проблем не дошёл бы до подобного, если только Фидель в тот момент не задел его словами — например, не указал на то, что в воскрешение верят лишь безумцы.</p><p>Лумиан некоторое время пристально смотрел на куски трупов, но так и не заметил никаких признаков выделения Потусторонних характеристик.</p><p>«Не повезло, их наверняка забрал Бурман.» Он покачал головой и направился к комнате, где мог находиться сейф.</p></section><section><title><p>Глава 528 Плата за ремонт</p></title><p>Глава 528 Плата за ремонт</p><p>Лумиан и сам не знал, стоит ли сваливать то, что банкноты, монеты и золото из сейфа были забраны «Колдуном-Демоном» Бурманом, на невезение, принесённое «Опусом Ненависти», ведь тогда он ещё не добрался до улицы Кореас, 16, и не использовал эту почерневшую костяную флейту, полученную от генерала Филиппа, да и её способность вряд ли была настолько сильна, чтобы обращаться к прошлому.</p><p>Впрочем, Фидель не зря носил звание крупного торговца: у него имелось немало кошельков, засунутых в разную одежду, и Лумиан, просто проведя беглый обыск, неожиданно нашёл целых 30 000 феров.</p><p>Это немного сгладило его «душевную травму».</p><p>Услышав, что снаружи подъезжает экипаж — похоже, патрульные полицейские прибыли в этот квартал проверить, что за взрыв раздался несколько минут назад, — Лумиан покинул спальню Фиделя и перешёл в соседнюю комнату.</p><p>Здесь было убрано весьма чисто и аккуратно, однако в воздухе витал слабый, неприятный запах — остаточный душок гниющего трупа.</p><p>Войдя в эту комнату, Лумиан словно попал в склеп, где повсюду находились погибшие сородичи и оставленные ими следы, отчего его охватил лёгкий дискомфорт.</p><p>«Это, должно быть, то самое место, где жил „Колдун-Демон“ Бурман, способный в кратчайшие сроки обеспечить Фиделю защиту, хе-хе, вот только в итоге Фиделя убил именно он… Эта история учит нас, что главное условие при выборе телохранителя — стабильное психическое состояние…» — мысленно язвил Лумиан, осматривая каждый уголок комнаты.</p><p>В это время патрульные полицейские уже толкнули входную дверь дома и увидели разбрызганную кровь и разбросанные куски плоти.</p><p>Один из них стремительно выхватил пистолет, а второй засвистел в свисток, отправляя резкий, пронзительный звук прямиком к небесам.</p><p>Взгляд Лумиана задержался на некоторых почерневших следах в комнате, похожих на засохшую кровь с лёгким оттенком зловещности.</p><p>«Бурман когда-то убил в этой комнате особое существо, чтобы провести очередной эксперимент по воскрешению?» — тихо пробормотал Лумиан.</p><p>Он не стал предполагать, что это собственная кровь «Колдуна-Демона» Бурмана, посчитав, что тот при наличии достаточного количества свободного времени не стал бы оставлять столь важную вещь.</p><p>Завладей ею Потусторонний, искушённый в проклятиях, и Бурман оказался бы в смертельной опасности, если только у него нет способа заранее разорвать связь.</p><p>Для сравнения, в хозяйской спальне каюты № 5 первого класса на «Перелётной птице» куда вероятнее можно было найти кровь и плоть Бурмана — тот «Колдун-Демон» попал под взрыв да ещё и обгорел в огне, получив нелёгкие ранения.</p><p>Разумеется, сплошной взрыв и последующее сильное горение там, возможно, уже лишили проклятые материалы их активности.</p><p>Лумиан присел на корточки, извлёк из «Вещмешка путешественника» стеклянный флакончик и соскрёб туда часть почерневших следов со стены.</p><p>Сделав это и опередив прибытие остальных полицейских и официальных Потусторонних, Лумиан уничтожил следы своих волос, отшелушившейся кожи и прочего, активировал чёрную метку на правом плече и исчез с улицы Кореас, 16.</p><p>Вернувшись на «Перелётную птицу», он первым делом осмотрел прежнее поле боя: оно превратилось в руины, повсюду валялась обугленная, разломанная мебель и виднелись деформированные, покрытые мелкими трещинами металлические стены.</p><p>Газы, оставшиеся от сгорания ковров и прочих вещей, медленно выветривались через распахнутое окно.</p><p>— После того как Бурман угодил в ловушку у выхода, «Бутыль вымысла» уже развеялась.</p><p>Лумиан особо тщательно осмотрел область подоконника, но увидел лишь пятна гари.</p><p>Уф… Выдохнул он, покинул каюту № 5 первого класса и спустился на палубу.</p><p>Начальник службы безопасности Филипп стоял у борта со стороны порта, любуясь ночным пейзажем.</p><p>«А где твоя любовница?» — Лумиан подошёл к Филиппу и опёрся руками о борт.</p><p>Филипп вздохнул и произнёс:</p><p>«Её целью как раз и был порт Фалин, говорят, приехала помогать на плантацию родственников.»</p><p>«Повод для празднования: это значит, что у тебя снова появится новая любовница,» — произнёс Лумиан тоном приверженца дендизма.</p><p>«Позволь мне погреться в печали ещё пару дней,» — Филипп не стал отрицать слов Лумиана, лишь подчеркнул, что всё же вкладывал в эти отношения чувства.</p><p>Разумеется, совсем капельку.</p><p>«Ты только что вернулся из порта? Почему я не видел, как ты поднимался на борт?» — переключился Филипп, следуя профессиональному инстинкту.</p><p>«Я всё время был у себя в каюте. Просто на недавней вечеринке произошла небольшая накладка, подожгли главную спальню и сожгли кучу вещей. Завтра отправь кого-нибудь сделать срочный ремонт,» — Лумиан искал Филиппа именно ради этого: хотя спать на месте пожара и можно было, но раз уж есть способ улучшить обстановку, то отчего бы так не поступить?</p><p>«Вечеринка… подожгли…» — Филипп склонил голову набок и с недоумением уставился на Лумиана: «Что ты вообще утворил в каюте? Я не слышал никакого шума…»</p><p>Лумиан слегка улыбнулся:</p><p>«Заглянул один пылкий гость, и его поведение оказалось слегка чересчур бурным.»</p><p>«Правда?» — подсознательно переспросил Филипп.</p><p>«Ложь,» — ответил Лумиан весьма сухо и с улыбкой спросил: «Хочешь услышать настоящую причину?»</p><p>Филипп мгновенно умолк и лишь спустя пару секунд вымолвил:</p><p>'Такое повреждение подлежит компенсации, мы выставим тебе счёт за ремонт.</p><p>К счастью, мы всё ещё в порту Фалин и любые вещи можно восполнить немедленно, а не то возникли бы большие хлопоты.'</p><p>Лумиан извлёк пачку банкнот и протянул её Филиппу:</p><p>«Вот плата за ремонт, надеюсь, до завтрашнего дня всё сделают. Если останется лишнее — возьми на чай, а если не хватит — попросишь ещё.»</p><p>Филипп взял пачку банкнот, взвесил её в руке и нахмурился:</p><p>«Да как же ты раздраконил эту спальню?»</p><p>С чего вдруг давать столько денег за ремонт?</p><p>Это ведь плата за молчание, да?</p><p>Лумиан усмехнулся, развернулся и пошагал обратно в каюту № 5 первого класса.</p><p>Глядя, как его силуэт скрывается во входе в каюты, Филипп лишь при алом лунном свете и газовых фонарях порта бегло пересчитал, сколько именно денег в этой пачке.</p><p>«2000 феров? Он что, взорвал эту каюту?» — Филипп был одновременно изумлён и полн сомнений.</p><p>Но ведь я не слышал вообще никакого шума…</p><p>Этой ночью Лумиан спал в кресле в гостиной.</p><p>Изначально он хотел сразу призвать кролика Шазо, принадлежащего Дженне, чтобы написать письмо Франке и рассказать о «Колдуне-Демоне», а также попросить её с помощью «Гадания на волшебном зеркале» определить, какому существу принадлежали засохшие следы крови в комнате Бурмана, но затем вспомнил, что в это время Франка-то ещё не спит, а вот Дженна уже улеглась.</p><p>Лумиан терпеливо прождал до самого утра и лишь тогда обустроил ритуал, применив обращение: «Дух во облике кролика, блуждающий во иллюзиях, гонящийся за знаниями бегун, посланник, принадлежащий исключительно Семёрке Кубков», чтобы призвать это прозрачное существо, похожее на кролика с сильными лапами и книгой в руках.</p><p>В отличие от прошлого раза, сегодняшний кролик Шазо надел пару размытых, словно не имеющих плоти очков в золотой оправе.</p><p>Передавая ему письмо и стеклянный флакончик с порошком засохшей крови, Лумиан с любопытством спросил:</p><p>«— С чего это ты вдруг надел очки? Это негативная сторона знаний?»</p><p>Глаза кролика Шазо, скрытые за очками в золотой оправе, блеснули острым светом:</p><p>«— Нет, этому я научился из романа, который дала мне Семёрка Кубков.»</p><p>«— Что за роман она тебе дала?» — Лумиан смутно что-то предчувствовал.</p><p>«— В прошлый раз, когда я доставлял ей письмо от тебя, у неё под рукой не было других книг, и она смогла одолжить мне только один том из недавно купленной коллекции,» — кролик Шазо поправил сидящие на переносице очки в золотой оправе. — «Этот роман называется „Великий авантюрист 1: Первые шаги“.»</p><p>И впрямь… Выходит, ты научился носить очки? Лумиан не знал, как к этому относиться.</p><p>Когда кролик Шазо ушёл, спустя ещё полчаса один за другим поднялись Людвиг и Лугано.</p><p>Первый бросил взгляд на спальню Лумиана и уткнулся в закуски перед завтраком, а на лице второго застыла растерянность и озадаченность:</p><p>«— Вчера ночью был пожар?»</p><p>Почему я ничего не знал?</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«— Это произошло, пока ты со своей дамой увлечённо отдавался страсти. Я всё быстро уладил.»</p><p>«— Вот как…» — Лугано убрал с лица недоверчивое выражение.</p><p>Лумиан не стал вкушать сытный завтрак на корабле, предпочтя отправиться в порт Фалин, чтобы отведать местной кухни архипелага Туманного моря.</p><p>Вскорости после того, как он сошёл на берег, вместе с тележкой с едой прибыл и начальник службы безопасности Филипп.</p><p>Филипп стоял у дверей царившей хаосом и повсюду обугленной спальни со стеклянным взглядом и полнейшим изумлением в глазах:</p><p>И это называется небольшая накладка?</p><p>Даже если бы сюда прямо попало орудийное ядро, ситуация вряд ли выглядела бы плачевнее!</p><p>Он что, решил разобрать весь корабль?</p><p>Э-э, такая разрушительная сила почему-то вообще не затронула ничего за пределами комнаты, даже степень повреждения стен остаётся в пределах допустимого для ремонта… К тому же я не слышал абсолютно никакого шума…</p><p>Что, чёрт возьми, Луи Бери вытворял ночью у себя в каюте?</p><p>Неудивительно, что он отвалил целых 2000 феров!</p><p>В этот миг кровь хлынула Филиппу в голову.</p><p>…………</p><p>Порт Фалин, ярмарка под открытым небом на площади Солнца.</p><p>Лумиан держал кукурузную лепёшку с начинкой из кусочков разнообразных фруктов, попивал странный подсоленный кофе и, с аппетитом уплетая еду, неторопливо прохаживался мимо торговцев.</p><p>Время от времени он лакомился жареной колбаской, наслаждаясь её сочностью и аппетитным шкворчанием жира.</p><p>Почти у самого конца ярмарки Лумиан увидел Батнера Конте.</p><p>Глаза этого весьма изысканно одетого и причесанного авантюриста вспыхнули, он направился навстречу Лумиану и тихо произнёс:</p><p>«— С твоим работодателем случилась беда!»</p><p>«— Что произошло?» — Лумиан не стал скрывать своего любопытства.</p><p>Ему хотелось узнать, как именно официальные Потусторонние осветили это происшествие.</p><p>«— Это дело рук того „Колдуна-Демона“, он убил крупного торговца Фиделя, всю его семью и всех слуг!» — Батнер радовался, что позавчера не нашёл зацепок, иначе среди погибших вполне мог оказаться и он сам.</p><p>Следы на месте происшествия и впрямь указывали на «Колдуна-Демона»… Официальные власти ничего не стали скрывать… Лумиан с улыбкой обратился к Батнеру:</p><p>«— То есть все находившиеся в том здании на улице Кореас, 16, были убиты „Колдуном-Демоном“?»</p><p>«— Да,» — Батнер тяжело кивнул.</p><p>Лумиан взглянул на него и шутливым тоном произнёс:</p><p>«— Помнишь, как позавчера я завязал глаза, желая с помощью указания судьбы найти оставленные 'Колдуном-Демоном» зацепки?</p><p>«— Помнишь, где мы в итоге остановились?»</p><p>Батнер сначала опешил, а затем пробормотал себе под нос:</p><p>«— Улица Кореас, 16…»</p><p>Сказав это, он резко вскинул голову и со смесью ужаса и потрясения уставился на Лумиана.</p></section><section><title><p>Глава 529 Решимость</p></title><p>Глава 529 Решимость</p><p>Батнер ошеломлённо выпалил:</p><p>«То, что ты в тот день ходил с завязанными глазами, и вправду сработало…»</p><p>Место, где он остановился, оказалось следующей целью «Колдуна-Демона» Бурмана!</p><p>Не дожидаясь ответа Лумиана, авантюрист недоумённо пробормотал себе под нос:</p><p>«Ты что, Избранник удачи?»</p><p>Нет, Избранник бедствий… — мысленно ответил Лумиан.</p><p>Мысли Батнера стремительно понеслись, и у него внезапно возникла новая догадка:</p><p>Неужели этот парень и есть сам «Колдун-Демон» Бурман?</p><p>Он отправился расследовать место взрыва, чтобы снова побывать на месте преступления и похвастаться, а ходил с завязанными глазами, чтобы случайным образом выбрать следующую жертву!</p><p>Такое объяснение куда более разумно, чем покровительство удачи!</p><p>Лумиан бросил взгляд на резко напрягшиеся мышцы лица Батнера и с улыбкой сказал:</p><p>'Ты ведь не думаешь, что я Бурман?</p><p>«Я ведь в порту Фалин всего несколько дней?»</p><p>Ну да, в ту самую ночь, когда ты прибыл в порт Фалин, как раз и случилось происшествие… — Батнер не осмелился произнести это вслух.</p><p>«Когда в районе Черного Жемчуга прогремел взрыв, я всё ещё молился в церкви,» — со смешком предоставил алиби Лумиан.</p><p>Батнер ненадолго задумался и успокоился, но сомнение на его лице всё ещё оставалось.</p><p>Лумиан вздохнул и произнёс:</p><p>«На самом деле позавчера я и не думал, что ходьба с завязанными глазами действительно приведёт меня к чему-то, связанному с „Колдуном-Демоном“, я просто посчитал, что это весело.»</p><p>И это была правда.</p><p>Но результат заставил его заподозрить, что загрязнение от «0–01» может быть гораздо серьёзнее, чем он предполагал.</p><p>Разумеется, не исключено и то, что Трир, будучи печатью Четвёртой Эпохи, эффективно подавлял проблемы, изначально существовавшие в его теле.</p><p>Оправдание «посчитал весёлым» кое-как убедило Батнера, поскольку он чувствовал, что Луи Бери именно такой человек.</p><p>Однако в веселье собеседника то и дело скрывались ловушки, и если кто-то принимал его за дурака, то сам становился дураком!</p><p>«Возможно, позавчера меня действительно осенила удача,» — сделал окончательный вывод Лумиан.</p><p>Затем он полностью изложил свои предположения касательно связи между «Колдуном-Демоном» и Фиделем, а в конце с немалым сожалением добавил:</p><p>«Жаль только, я и сам не верю, что мне могло так повезти.»</p><p>Рассуждения Лумиана полностью убедили Батнера, заставив его поверить, что «Колдун-Демон» Бурман не был пойман и получал ресурсы именно благодаря тесной симбиотической связи с крупным торговцем Фиделем, а причиной последующей трагедии, вероятно, стало давление со стороны расследования официальных Потусторонних, что и привело к междоусобице.</p><p>Это исключало вероятность того, что Луи Бери и есть «Колдун-Демон» — он прибыл в порт Фалин всего несколько дней назад, тогда как Бурман находился здесь уже долгое время.</p><p>«Как жаль…» — вздохнул вслед за ним Батнер. — «Если бы мы заранее продали официальным властям зацепку о тесной связи „Колдуна-Демона“ и Фиделя, за это точно можно было бы выручить немалую награду.»</p><p>От 5000 феров!</p><p>Сказав это, Батнер сам покачал головой:</p><p>«Нет, без доказательств официальные лица не поверят. Не можем же мы сказать им, что мы и вправду хранимы удачей и нашли зацепку с завязанными глазами? Если скажем, они всё равно не поверят, а только арестуют нас как мошенников.»</p><p>Лумиан тут же усмехнулся:</p><p>'Неужели ты не можешь сфабриковать немного доказательств, чтобы подтвердить подлинность зацепки?</p><p>«Просто скажи, что видел человека, похожего на „Колдуна-Демона“, у задней двери дома Фиделя, и пусть официальные Потусторонние сами всё проверят. Тогда они естественным образом обнаружат проблему.»</p><p>«И… и так тоже можно?» — Батнер слегка приоткрыл рот.</p><p>«Почему нет?» — ухмыльнулся Лумиан. — «Если они действительно обнаружат 'Колдуна-Демона», ты можешь сказать им: не зацикливайтесь на деталях, главное — была ли зацепка настоящей и помогла ли она вам поймать «Колдуна-Демона». А если выследить Бурмана не удастся, то это в худшем случае квалифицируют как мелкое мошенничество и отправят тебя на исправительные работы на несколько дней.</p><p>«Неужели официальные Потусторонние запрещают авантюристам докладывать о зацепках, в которых те сами не уверены? Это лишь привело бы к тому, что они упускали бы действительную информацию.»</p><p>Выслушав слова Лумиана, Батнер помолчал несколько секунд и произнёс:</p><p>«В тебе случайно нет крови уроженцев Архипелага?»</p><p>Можно сказать, он был чрезвычайно искусен в мошенничестве.</p><p>Лумиан между делом заметил:</p><p>«В Трире я знал одного уроженца Архипелага, обладавшего богатым опытом и навыками мошенничества.»</p><p>Говоря это, Лумиан с интересом поднял левую руку и потеребил свою левую глазницу.</p><p>Он посмотрел на Батнера и спросил:</p><p>«Сколько лет ты уже авантюрист? Почему ты всё ещё такой… такой наивный?»</p><p>«Чуть больше года,» — попытался оправдаться Батнер. — «Я просто по привычке соблюдаю законы и правила при общении с властями, а в отношениях с пиратами и другими авантюристами я умею действовать гибко.»</p><p>«А разве те авантюристы, что тайком поставляют властям зацепки, не лгут напропалую и не обманывают при любой возможности?» — с иронией заметил Лумиан.</p><p>Он подозревал, что Батнер происходил из хорошей семьи и получил приличное образование, оттого и действовал так косно, следуя правилам.</p><p>Внешний вид и одежда собеседника косвенно подтверждали это.</p><p>Видя молчание Батнера, Лумиан допил остатки подсоленного кофе и оглянулся на шумный открытый рынок:</p><p>«В ближайшее время старайся не ходить в морги, на кладбища и в тому подобные места.»</p><p>Батнер только хотел спросить почему, как в то же мгновение осознал истинный смысл этого предостережения:</p><p>Лишившись ресурсов, поставляемых крупным торговцем Фиделем, «Колдун-Демон», скорее всего, будет вынужден пойти на крайние меры!</p><p>…………</p><p>В полуденный час Лумиан вернулся в каюту номер 5 первого класса на судне «Перелётная птица» и увидал, что в хозяйской спальне уже сменили ковёр, кровать, платяной шкаф, письменный стол и прочую мебель, заново расставили разнообразные украшения, но изгибы и трещины на металлических стенах лишь слегка подлатали, так и не исправив как следует.</p><p>Вскоре его Посланник, «Кающийся» Баинфер, шагнул из пустоты и вручил ему письмо.</p><p>Оно было от Франки:</p><p>«Судя по твоему последнему описанию и нашему с '007» вчерашнему обсуждению, я предварительно подозреваю, что «Колдун-Демон» Бурман силой сменил Последовательность.</p><p>«Изначально он должен был быть 'Колдуном», но ради воскрешения жены перешёл на несмежный Путь «Смерти», отчего наполовину сошёл с ума и стал получеловеком-полумонстром.</p><p>«Это, конечно, можно было бы объяснить и тем, что 'Колдун» получил Благословение Злого Бога, но я наблюдала за твоей ситуацией: у тебя не возникло мутации и слияния способностей двух Путей, тогда как в бою Бурмана это проявляется совершенно отчетливо. Упомянутые тобой иллюзорные очи сочетают в себе сторону «Очей тайноведения», видящую истину, и одновременно демонстрируют присущее Пути «Смерти» подавление и даже порабощение самих душ.</p><p>«Насколько мне известно, на Пути „Смерти“, начиная с 8-й Последовательности „Могильщик“, уже есть способность „Око Смерти“. Не она ли, слившись с „Очами тайноведения“, образовала тот особый иллюзорный глаз?»</p><p>Читая это, Лумиан внезапно вспомнил, как выглядел тот иллюзорный глаз:</p><p>Вертикально вкраплённый во лоб, иллюзорно-размытый, тёмно-фиолетовый, почти чёрный, с множеством бледных узоров…</p><p>Это и вправду смахивало на мутацию от слияния «Очей тайноведения» и способностей Пути «Смерти».</p><p>Лумиан опустил взгляд и продолжил читать дальше:</p><p>'Белый пернатый пух, гниющие раны, управление разнообразными неживыми существами, нестабильное эмоциональное состояние, крайность в поступках — всё это косвенно подтверждает мои догадки…</p><p>«Происхождение этих застарелых следов крови весьма странно. Я несколько раз провела „Гадание на волшебном зеркале“ с разными объектами расспросов, но каждый раз получала лишь ответ, что они исходят из глубин мира духов, без каких-либо подробностей. Похоже, у Бурмана, чьё полубезумие уже необратимо, были и иные случайные встречи.»</p><p>Нестабильные эмоции… крайности в поступках… необратимое полубезумие… — Лумиан мысленно обдумывал эти описания и едва слышно вздохнул:</p><p>Какими же непреклонной решимостью и отчаянием должен был обладать Бурман, когда решил выпить зелье Пути «Смерти».</p><p>«Дикие» Потусторонние не знают о возможности перехода на Смежные Пути на определённых Последовательностях и лишь продолжают идти по одному выбранному «Божественному Пути». Для них единичные случаи вокруг и доходящие слухи твердят одно: стоит выбрать «Божественный Путь», и изменить его уже нельзя, а если силой выпить зелье другого Пути, то в лучшем случае сойдёшь с ума, а в худшем — погибнешь от полного распада.</p><p>К тому же «Тайноведец» и «Смерть» действительно не являются Смежными Путями, и переход между ними невозможен.</p><p>Не имей он решимости, не боящейся смерти, и убеждения, что готов сойти с ума, лишь бы воскресить жену, Бурман никогда не выпил бы зелье Пути «Смерти».</p><p>Лумиан попытался мысленно поставить себя в подобное положение и состояние и почувствовал, что поступил бы точно так же.</p><p>Именно поэтому его чувства сейчас были столь противоречивы.</p><p>В конце письма Франка писала:</p><p>«В дальнейшее тебе вмешиваться не нужно. С душевным состоянием Бурмана, лишившись поддержки и сдерживания со стороны Фиделя, он не замедлит объявиться вновь ради сбора материалов для следующего эксперимента. Даже если ему удастся преуспеть раз-другой, он не сможет преуспевать бесконечно, и через несколько недель, а то и дней, официальные Потусторонние его устранят.»</p><p>Лумиан взглянул на всё ещё не ушедшего «Кающего» Баинфера:</p><p>«Помоги мне передать ответ отправителю.»</p><p>Говоря это, он быстро набросал строку слов:</p><p>«Я убью Бурмана как можно скорее.»</p><p>Вскоре «Кающийся» Баинфер принёс ответное письмо от Франки:</p><p>«Почему?»</p><p>Лумиан прямо на том же листке написал:</p><p>«Я хочу покарать его грех…»</p><p>Лумиан сделал паузу и продолжил писать:</p><p>«А также положить конец его страданиям.»</p><p>По привычке сложив письмо в квадратик, Лумиан, передавая его Баинферу, взглянул на Посланника:</p><p>«Вот так постоянно носить письма туда-сюда — не слишком ли это хлопотно?»</p><p>Это было не проявлением заботы, а простым недоумением.</p><p>«Кающийся» Баинфер, доставив письмо, почему-то не удалился сразу, а остался ждать, не будет ли ответа.</p><p>На этот раз Баинфер не стал хранить молчание и глухим голосом ответил:</p><p>'Занятость помогает мне чувствовать себя немного лучше.</p><p>«Делать хоть что-то лучше, чем постоянно смотреть в тьму.»</p><p>Лумиан молча выслушал его, ничего не ответив, и проследил, как «Кающийся» Баинфер повернулся и шагнул в пустоту.</p><p>Эти две фразы неожиданно отозвались в его собственной душе.</p><p>Франка не стала останавливать Лумиана, и её ответное письмо было кратким и лаконичным:</p><p>«Будь осторожен!»</p><p>Уф… — Лумиан выдохнул, подошёл к окну гостиной и устремил взгляд на купающийся в ярком солнечном свете порт Фалин и далёкий вулкан Андатна.</p></section><section><title><p>Глава 530 Вживание</p></title><p>Глава 530 Вживание</p><p>Порт Фалин под солнечными лучами словно окрасился в золотистый оттенок, и даже в воздухе, казалось, ощущалась сладость тростникового сахара.</p><p>Лумиан стоял у окна, размышляя о том, где сейчас может находиться «Колдун-Демон»:</p><p>Когда вчера вечером Бурмана спасли, он находился в состоянии глубокого бессознания и уж точно не мог указать подчиненной ему нежити, куда идти, поэтому та нежить, должно быть, следуя инстинктам и привычке, отволокла Бурмана в какое-то достаточно безопасное место, где он часто бывал.</p><p>В обычной ситуации дом Фиделя был бы первым выбором, но когда Лумиан обыскивал его, то не обнаружил никаких следов того, что Бурман возвращался.</p><p>По его первоначальным предположениям, когда Бурман убивал семью Фиделя, а также слуг и служанок, он задействовал для помощи ту нежить, и та уже запомнила, что дом № 16 по улице Кореас — это место битвы, опасное место, а потому выбрала другое укрытие.</p><p>Где же оно может быть?</p><p>Лумиан снова достал из «Вещмешка путешественника» материалы на Бурмана, предоставленные Франкой, и прочие сведения, которые сам выведал у Филиппа, Батнера и других, и перечитал их ещё раз, пытаясь вжиться в роль «Колдуна-Демона», сэмулировать его психическое состояние, ход мыслей и выбор действий:</p><p>Бурман родился на севере Интиса, в провинции Тумана, также называемой провинцией Зимы, которая граничит с Империей Фейсак. Нравы там относительно суровые, а люди страстно любят крепкий алкоголь.</p><p>Его жена Хелен была местной жительницей порта Фалин, но не имела крови уроженцев архипелага — её дедушка был торговцем тростниковым сахаром, курсировавшим между портом Фалин и портом Лесель, но позже подвергся нападению пиратов, потерял большую часть бизнеса и мог содержать всю семью лишь благодаря плантации, на которую скопил денег в своё время.</p><p>Хелен родилась и выросла на той плантации, а после смерти дедушки видела, как из-за разногласий старшего поколения её продали. Её семья получила часть денег и переехала в порт Фалин, после чего кончина отца и тяжёлая болезнь матери вынудили её вступить на путь авантюристки, где она и познакомилась с Бурманом.</p><p>Оба они во время своих авантюр обрели удачные шансы и получили потусторонние силы, а также купили недвижимость в порту Фалин, планируя жизнь на будущее, когда постареют и не захотят больше рисковать.</p><p>Несколько лет назад они вместе с группой знакомых авантюристов наняли судно и отправились в море на поиски сокровищ, но в итоге столкнулись с морским чудовищем, и выжить удалось только Бурману и ещё двум авантюристам.</p><p>После этого Бурман начал пытаться воскресить жену, становясь всё более и более безумным.</p><p>«Поиски сокровищ в море? Неужели в море и правда так много сокровищ?» — пробормотал Лумиан, считая, что вероятность того, что Бурман всё ещё находится в порту Фалин, весьма высока.</p><p>Здесь находились его самые прекрасные воспоминания, сохранились следы тех нескольких лет, что они прожили вместе с женой Хелен, поэтому, подготавливая тайное укрытие, он подсознательно выбрал бы именно этот район.</p><p>С подобными догадками Лумиан продолжил читать дальше.</p><p>Как он и думал, предыдущие опасные попытки Бурмана происходили в окрестных районах архипелага Туманного моря, включая другие острова и прибрежные деревни и городки Северного континента. Если соединить их в серию неправильных концентрических окружностей, обнаружится, что «центр окружности» находится в порту Фалин на острове Святого Тика.</p><p>Бурман использовал порт Фалин в качестве базы, делая попытки воскрешения по всем окрестностям… Раньше он никогда не устраивал неприятностей в порту Фалин, почему же на этот раз сделал исключение? Если бы я был Бурманом, находясь в полубезумном состоянии, я бы определённо считал порт Фалин своим душевным домом, средоточием всех прекрасных воспоминаний. В обычной ситуации я бы не стал нарушать здесь порядок, а возможно, даже тайным образом поддерживал бы его, скрытно расправляясь с некоторыми дерзкими пиратами и авантюристами… — задумчиво анализировал Лумиан.</p><p>Он мысленно подменил порт Фалин деревней Корду, полагая: если бы гибель сестры не имела отношения к деревне Корду и там сохранялось бы спокойствие, то любой, кто посмел бы помешать повседневной жизни деревни Корду, кто посмел бы изменить её состояние, стал бы его врагом!</p><p>Он слегка нахмурился, чувствуя, что в том взрыве позавчера вечером, возможно, оставались невыясненными некоторые очень важные детали. Вполне вероятно, что и последующее убийство Фиделя и всей его семьи из-за единого неподобающего слова со стороны Бурмана было вызвано теми же причинами: Фидель сотрудничал с Бурманом долгие годы и не мог не знать о его нестабильном психическом состоянии и готовности в любой момент сойти с ума. Как мог такой проницательный крупный торговец не взять в расчёт то влияние, которое его слова могут оказать на «Колдуна-Демона»?</p><p>К тому же, если Бурман хотел убрать авантюриста Луи Бери, чтобы скрыть своё сотрудничество с Фиделем, то зачем ему заставлять замолчать Лумиана после того, как он уже расправился с самим Фиделем?</p><p>Возможно, исходя из своего опыта, Фидель рассчитывал, что сможет убедить Бурмана подождать несколько дней, прежде чем действовать, но кто же знал, что Бурман в тот момент уже находился в состоянии безумия и в дальнейшем действовал исключительно по инстинкту.</p><p>Немного подумав, Лумиан решил снова отправиться в порт Фалин и наведаться в «старый дом» Бурмана и Хелен.</p><p>Хотя то место давно было продано Бурманом ради получения средств на эксперименты по воскрешению и находилось под пристальным наблюдением официальных Потусторонних, всё же сохранялась вероятность того, что там остались важные улики:</p><p>Что, если находящийся в безумном состоянии Бурман во что бы то ни стало решит вернуться взглянуть на «старый дом»?</p><p>Распорядившись, чтобы Лугано присмотрел за Людвигом, Лумиан спустился на палубу и встретил Филиппа.</p><p>Начальник службы безопасности «Перелётной птицы» с сложным выражением лица посмотрел на Лумиана и, не упоминая о каюте, словно подвергшейся артиллерийскому обстрелу, произнёс сам по себе:</p><p>«Оставшуюся плату за ремонт я распределил между участвовавшими рабочими и слугами.»</p><p>Под этим он подразумевал: я заплатил всем, кому следовало запечатать рот, за тебя.</p><p>«Можешь и себе взять долю,» — с улыбкой ответил Лумиан.</p><p>Филипп покачал головой и вздохнул:</p><p>«Самой лучшей наградой для меня будет то, если по пути из порта Фалин в порт Санта больше не произойдёт ничего подобного.»</p><p>«Я постараюсь,» — искренне произнёс Лумиан.</p><p>Он не стал давать обещаний, ведь некоторые вещи были не под его контролем.</p><p>Ему и самому хотелось благополучно добраться до порта Санта и начать выслеживать ключевых участников «Дня дурака» — «Барда» и «Ультрамена».</p><p>Филипп вглядывался в Лумиана несколько секунд, словно раздумывая, не донести ли на этого парня заранее.</p><p>Он снова вздохнул:</p><p>«Сегодня вечером снимется блокада порта, а завтра утром „Перелётная птица“ вновь отправится в плавание, так что не опоздай.»</p><p>Лумиан кивнул и любопытно спросил:</p><p>«„Колдуна-Демона“ схватили?»</p><p>«Нет, но в целом установлено, что это не связано с кораблями в порту, да и прятаться сюда он не приходил,» — вскользь сказал Филипп, — «Бурман прошлым вечером к тому же убил крупного торговца Фиделя и всю его семью. Похоже, раньше они сотрудничали, и, возможно, Фидель хотел предать его…»</p><p>Сказав это, Филипп проницательно глянул на Лумиана:</p><p>«Прошлой ночью в твоей каюте произошёл бой, это ведь не связано с данным делом?»</p><p>«Как ты думаешь, какая тут может быть связь?» — с усмешкой переспросил Лумиан.</p><p>Филипп тщательно обдумал всё и действительно не смог связать эти два события между собой.</p><p>Увидев это, Лумиан взмахнул рукой, поправил золотисто-жёлтую соломенную шляпу, спустился по трапу на причал и покинул территорию порта.</p><p>Как только он пришёл на площадь Солнца, расклеенную множеством ориентировок и разыскных листов, к нему навстречу вышагнул мужчина-островитянин с тёмно-коричневой кожей, глубоко посаженными глазами и тёмными зрачками, протягивая сложенный в буклет лист бумаги с напечатанным изобилием текста и нехитрыми рисунками.</p><p>«Проходящие путешественники, это путеводитель по порту Фалин, здесь самые красивые пейзажи, самые характерные блюда и самые колоритные заведения,» — с воодушевлением рассказывал островитянин, — «он поможет вам прекрасно провести здесь несколько дней.»</p><p>Лумиан с готовностью спросил:</p><p>«Сколько стоит?»</p><p>«Денег не надо, отдаю бесплатно!» — громким голосом ответил островитянин. — «Это отпечатано правительством специально для путешественников, надеемся, у вас останутся хорошие впечатления о порте Фалин.»</p><p>«Как замечательно,» — Лумиан с наигранным «восторгом» на лице взял путеводитель и тут же развернул его.</p><p>Одна его часть представляла собой описание достопримечательностей, а другая — рекомендации различных заведений, включая лавки тростникового сахара, колоритные бары, знаменитые рестораны и так далее, и тому подобное.</p><p>С резким щелчком Лумиан выхватил револьвер и упёр его ровно в центр лба островитянина.</p><p>Островитянин остолбенел и лишь спустя несколько секунд заикаясь произнёс:</p><p>«Н-нет, денег не надо, платить не нужно, я тебя не обманываю!»</p><p>Неужели из-за такой мелочи стоит хвататься за оружие⁈</p><p>Я сейчас полицию позову!</p><p>Лумиан с улыбкой спросил:</p><p>«Какое отношение все эти рекомендованные заведения имеют к вам?»</p><p>«Никако…» — почувствовав холод ствола, островитянин постепенно сменил тон, — «они… они платят нам за рекламу, а… а ещё часть принадлежит нашим компаньонам.»</p><p>«И сколько среди них нормальных заведений?» — ничуть не смутившись, продолжил допрашивать Лумиан.</p><p>«Девяносто процентов,» — только островитянин выговорил это, как увидел, что стоящий напротив авантюрист взвёл курок револьвера.</p><p>Он поспешно добавил:</p><p>«Девяносто процентов связаны с нами.»</p><p>«А как насчёт достопримечательностей?» — усмехнулся Лумиан.</p><p>«Пятьдесят… пятьдесят процентов, только плантации и первобытные племена связаны с нами!» — островитянин задрожал от страха.</p><p>Лумиан встряхнул развёрнутый путеводитель и с улыбкой посмотрел на островитянина:</p><p>«Укажи те, что настоящие.»</p><p>Островитянин принялся быстро тыкать пальцем в разное содержимое, ужасно опасаясь, как бы оружие собеседника случайно не выстрелило.</p><p>Лишь тогда Лумиан убрал револьвер и с путеводителем в руках направился к открытому рынку на другой стороне площади Солнца.</p><p>Он наговорил тому островитянину так много, с одной стороны, желая немного запугать мошенника, а с другой — потому что его внезапно посетило вдохновение:</p><p>Для Бурмана, прожившего в порту Фалин долгие годы, разве некоторые местные деликатесы и пейзажи не являлись частью прекрасных воспоминаний?</p><p>Потерпев неудачу, убив своего лучшего компаньона и потерпев поражение в бою, не отправится ли он, обезумевший и фанатичный, в те места, с которыми связаны счастливые воспоминания, чтобы черпать там силы и исцелять душу?</p><p>Лумиан спросил себя: окажись он сам в подобном состоянии, он наверняка поступил бы похожим образом.</p><p>Разум, возможно, подсказывал бы ему, что так его могут выследить и обнаружить, однако полубезумные люди зачастую не слушают гласа разума.</p><p>А значит, будь то пейзажи вроде лунного света у маяка и заката над вулканом, или же такие лакомства, как рубленая свинина по-репто, паэлья «Гаспаро» и шоколадное мороженое «Святой Тик» — в любом из этих мест тайком мог появиться «Колдун-Демон».</p><p>К тому же, находясь в подобном состоянии, он с высокой долей вероятности не стал бы тщательно заметать следы.</p><p>Лумиан поправил золотисто-жёлтую соломенную шляпу на голове, прошёл сквозь открытый рынок и направился к утесной горе, расположенной за пределами города Фалин.</p><p>Маяк порта Фалин находился как раз там.</p></section><section><title><p>Глава 531 Легенда о сокровищах</p></title><p>Глава 531 Легенда о сокровищах</p><p>Плеск-плеск, темно-голубые морские волны бьются о подножие утеса, расцветая белыми цветами.</p><p>Люмиан подошел к маяку, оставленному, как говорили, интисцами, когда те впервые прибыли на остров Святого Тика, и устремил взор на далекий океан.</p><p>До ночи оставалось еще долго, и алый лунный свет еще не озарил это место, создавая сказочную, призрачную сцену, поэтому у маяка не было гуляющих туристов, и вокруг царила тишина.</p><p>Люмиан обошел вокруг маяка с явными чертами стиля эпохи Рассела два-три раза, зашел внутрь и осматривал его около четверти часа, но не обнаружил никаких следов, оставленных «Колдуном-Демоном».</p><p>Он не надеялся встретить Бурмана напрямую, ведь время любоваться лунным светом еще не пришло; он лишь хотел проверить, не приходил ли тот сюда прошлым вечером после пробуждения, чтобы помянуть прошлое, вспомнить жену, успокоить душевное состояние и найти силы двигаться дальше.</p><p>«Парень, днем здесь не на что смотреть, а вот ночью всё будет совсем иначе.» — смотритель маяка, потягивая самокрутку из обжаренных табачных листьев, доброжелательно напомнил Люмиану.</p><p>Люмиан с улыбкой спросил:</p><p>«Полночью сюда тоже кто-нибудь приходит?»</p><p>«Приходят.» — хвастливым тоном ответил стороживший маяк старик лет пятидесяти. — «Эти плейбои из Трира больше всего любят среди ночи приводить сюда девушек, чтобы полюбоваться лунным светом.»</p><p>«А был ли среди них тот, кто любит натягивать капюшон и притворяться колдуном?» — уточнил Люмиан.</p><p>Смотритель маяка предался воспоминаниям:</p><p>«Изредка бывал, несколько раз я даже принимал его за призрак.»</p><p>«Приходил ли он глубокой ночью вчера?» — уголки губ Люмиана слегка приподнялись.</p><p>Его вживание, его умозаключения — всё было верно!</p><p>Возможно, именно схожий опыт позволял ему лучше понять психологическое состояние и навязчивые мысли Бурмана.</p><p>«Не знаю, во всяком случае, я ничего не видел,» — ответил смотритель маяка.</p><p>Люмиан не стал расспрашивать дальше, намереваясь вернуться после полуночи, в те два-три часа, когда лунный свет красивее всего.</p><p>В последующие три с лишним часа он «обошел» все по-настоящему знаменитые заведения общепита в порту Фалин, задавая примерно одни и те же вопросы, но так и не смог получить никакой полезной информации.</p><p>Из этого выходило, что «Колдун-Демон» Бурман в нормальном состоянии был весьма сдержан и не находился в состоянии, когда действуют исключительно по инстинктам: он редко появлялся в людных местах, а если и приходил, то под достаточной маскировкой.</p><p>В четыре часа дня Люмиан прибыл на небольшой вокзал поездов с паровой тягой в порту Фалин и за 3 велькинса купил билет до шахт вулкана Андатна.</p><p>Если хотелось посмотреть там на закат, отправляться нужно было прямо сейчас.</p><p>У-у-у, кранг-кланг-кланг, грубый чугунный локомотив источал густой дым и, таща за собой длинные вагоны, мчался по шпалам.</p><p>Он постепенно набирал ход, словно огромный гигант наконец одолел прежнюю инерцию и привел в движение все свои детали.</p><p>Люмиан сидел у окна с золотисто-желтой соломенной шляпой в руках, тихо любуясь уходящими назад плантациями.</p><p>Около шести часов поезд остановился возле шахт вулкана Андатна.</p><p>Люмиан надел соломенную шляпу, не стал заходить на шахты и пошел по прилегающей дороге к вершине вулкана.</p><p>Постепенно зелень стала редеть, серо-черный цвет стал основным тоном местности, и лишь изредка попадались скалы с красноватым оттенком.</p><p>Чем ближе к вершине, тем пустыннее; серо-черный гравий безмолвно спал на свистящем ветру.</p><p>Поскольку деревья и кустарники не закрывали обзор, перед Люмианом открывалась чрезвычайно широкая панорама, и создавалось ощущение особого величия — величия, воплощавшего запустение и мертвую тишину.</p><p>По побелевшей тропе, вытоптанной путешественниками среди преобладающих серо-черных тонов, Люмиан шаг за шагом поднялся к кратеру; внутренний склон ниже был угольно-черным, испрещенным красноватыми впадинами.</p><p>Температура воздуха здесь была даже немного теплее, чем внизу.</p><p>У-у-у, ветер беспрепятственно гулял по этому открытому пространству, поднимая в воздух серо-черный гравий и заставляя людей шататься.</p><p>В этой картине почти опустившееся к горизонту солнце проливало переплетающиеся золотисто-красные лучи, отчего запустение и мертвая тишина словно воспламенились, а красноватые части впадин стали еще более насыщенными.</p><p>Придерживая соломенную шляпу на голове, Люмиан прошел вдоль края кратера двести-триста метров.</p><p>Внезапно ветер на вершине горы немного утих, и кружившийся гравий осел.</p><p>Люмиан тут же увидел, что на внешнем серо-черном склоне кратера, в лучах угасающего сияния солнца, неподвижно стоит человеческий силуэт.</p><p>Он был одет в черную мантию с глубоким капюшоном и пристально наблюдал за тем, как золотисто-красное солнце постепенно погружается за горизонт.</p><p>Выражение лица Люмиана ничуть не изменилось, он шаг за шагом подошел ближе, не ставя целью сразу атаковать.</p><p>Заметив его приближение, мужчина в черном капюшоне повернулся, открыв бледное лицо с несколькими гниющими ранами и крупными пятнами блеклого пуха.</p><p>Это был не кто иной, как «Колдун-Демон» Бурман!</p><p>Возможно, из-за пребывания среди этих пейзажей и прекрасных воспоминаний пресловутый своей одержимостью Бурман заговорил с некоторой усталостью:</p><p>«А ты всё-таки сумел найти это место.»</p><p>Непрерывно придерживая на голове золотисто-желтую соломенную шляпу, чтобы ее не унесло сильным ветром, Люмиан самоиронично ухмыльнулся:</p><p>«Если бы у меня не оставалось иллюзий и надежды, если бы меня не ждало множество врагов, к которым я обязан прийти, я бы тоже часто возвращался в деревню Корду, на ближайшее высокогорное пастбище. Трава там очень зеленая, бескрайняя-бескрайняя, цветут бледные желтые цветочки, пасутся многочисленные овечки, небо синее, словно драгоценный камень, а проплывающие время от времени белые облака похожи на стада овец на земле. Ночью же зажигается множество звезд, они усыпают небо сплошь, словно алмазная крошка на дне чистой реки…»</p><p>Стоя среди пылающего солнечного света и серо-черной грандиозной мертвой тишины, Люмиан самозабвенно предался воспоминаниям о деревне Корду и том высокогорном пастбище.</p><p>Бурман не перебивал его, а когда тот закончил, с затуманенным выражением лица произнес, и его улыбка выглядела горше слез:</p><p>«Мы с Хелен думали, что стоит нам захотеть приехать сюда посмотреть на закат, как мы сможем тут же купить билет и примчаться, но она так больше никогда и не побывала здесь…»</p><p>«А тебе для этого даже не нужен поезд с паровой тягой…» — Люмиан медленно вздохнул и спросил:</p><p>«Что за несчастье произошло тогда на самом деле?»</p><p>Мышцы на лице Бурмана исказились, в выражении проступила нескрываемая боль:</p><p>'Нас обманули, карта сокровищ оказалась фальшивкой, мы столкнулись с настоящим морским чудовищем!</p><p>'Проклятый островитянин! Хелен всегда верила, что они привыкли заниматься мошенничеством и становиться головорезами только потому, что у них нет иного выхода — все более или менее благопристойные должности заняты чистокровными интисцами. Но мы были так добры к нему, так верили ему, а он всё равно ради денег сговорился с другими и обманул нас!</p><p>«Я убью его, убью всех этих лжецов, убью всех островитян!»</p><p>Люмиан тихо усмехнулся и сказал:</p><p>«Среди тех трирцев, что считают себя благородными, тоже есть мошенники и те, кто торгует своим телом. Я никогда не относился с предвзятостью ко всем жителям архипелага в целом, но я остерегаюсь отдельных островитян.»</p><p>Сказав это, Люмиан внезапно поймал себя на мысли:</p><p>«Обманувший вас островитянин принадлежит к Пути „Мародера“?»</p><p>«Да.» — лицо Бурмана дернулось, казалось, он едва сдерживал внутренний гнев.</p><p>«Аферист» на отыгрыше? Люмиан осторожно спросил:</p><p>«Была ли у него привычка носить монокль или поправлять глазницу этого глаза?»</p><p>Он указал на свой правый глаз.</p><p>«Нет.» — Бурман, похоже, не совсем понял, почему Люмиан задал этот вопрос.</p><p>Люмиан вздохнул с облегчением:</p><p>«Как его зовут? Ты убил его?»</p><p>Бледное лицо Бурмана внезапно налилось кровью, с него закапали гниющие капли жидкости:</p><p>'Его зовут Марк Бенито!</p><p>«После того случая он исчез, и я так и не смог его найти!»</p><p>Люмиан не стал больше провоцировать Бурмана и сменил тему:</p><p>«За какими сокровищами вы тогда охотились?»</p><p>«В глубинах Туманного моря есть остров, жители которого не стареют и не могут по-настоящему умереть.» — Бурман вспомнил слухи о сокровищах, которые они тогда собрали. — «Есть все основания полагать, что на том острове скрыто нечто невероятно ценное. Мы не планировали враждовать с островитянами, а лишь надеялись пробраться туда и выкрасть снадобье вечной молодости.»</p><p>Он говорил немного сбивчиво, пропуская немало подробностей.</p><p>«Это очень похоже на легенду о сокровищах „Источника Вечной Молодости“.» — Люмиан ненадолго задумался и произнес: — «В серии романов 《Великий авантюрист》 уже намекалось, что „Источник Вечной Молодости“ — это ложь.»</p><p>Бурман не обратил на него внимания и продолжил:</p><p>'Мы нашли кое-какие улики и даже добыли карту сокровищ, ведущую к тому острову, но кто же знал… карта, карта оказалась фальшивкой!</p><p>«Морское чудовище уничтожило наш корабль, и Хелен, чтобы дать мне возможность сотворить то особое колдовство, заслонила меня собой… Я смотрел на нее, смотрел, как чудовище разорвало ее пополам, смотрел, как ее глаза наполняются отчаянием…»</p><p>Бурман тяжело задышал, не в силах продолжать.</p><p>«И после этого ты перешел на Путь „бога Смерти“?» — Люмиан сменил тему.</p><p>Холодные льняно-серые глаза Бурмана мгновенно вспыхнули:</p><p>«Да! Только бог Смерти, повелевающий доменом 'Смерти», способен вернуть Хелен к жизни!</p><p>«Многие детали в той легенде о сокровищах указывают на то, что лишь бог Смерти может дать вечную жизнь, лишь постигнув тайны смерти, можно вернуть Усопшего на самом деле! Те островитяне не то чтобы не умирают — они воскресают!»</p><p>«И ты правда веришь в эти сокровища?» — задав этот вопрос, Люмиан уже знал ответ.</p><p>Полубезумный Бурман хватался за любую соломинку, веря слухам, обещавшим воскрешение Хелен.</p><p>«Верю.» — Бурман кивнул и низким голосом произнес: — «Потому что не так давно я встретил человека с того острова! Действительно существует такой остров, действительно существуют островитяне, которые не стареют и не умирают насовсем!»</p><p>«Правда?» — вырвалось у Люмиана.</p><p>С фанатичным блеском в глазах Бурман проговорил:</p><p>«Я хотел схватить его, но он победил меня. Он не стал меня убивать, а наоборот, посочувствовал моей участи и обучил кое-каким знаниям из домена 'бога Смерти» — в них и кроется способ воскрешения!</p><p>«Проклятый лжец! Слуга Фиделя оказался обманщиком! Я не хотел так рано проводить ритуал воскрешения, я еще не был окончательно готов, но он оказался лжецом! Я убью его! Все островитяне — лжецы! Все должны умереть!»</p><p>«Неужели человек действительно с того острова? Или очередной мошенник? Бурмана подтолкнула история с тем аферистом Роди, хм, да еще и влияние того островитянина…» — Люмиан прищурился и сказал:</p><p>«Как звали того островитянина и как он выглядел?»</p><p>Бурман мгновенно насторожился и, уставившись на Люмиана, спросил:</p><p>«Зачем ты пришел сюда?»</p><p>Увидев это, Люмиан вздохнул, убрал выражение лица и необычайно спокойно произнес:</p><p>«Я пришел убить тебя.»</p><p>Бурман замер на мгновение, а затем расхохотался:</p><p>«Ради чего? Ради награды?»</p><p>Люмиан бросил соломенную шляпу, слегка пригнулся и глухим голосом ответил:</p><p>«Карать за твои грехи и прекратить твои страдания.»</p><p>Бурман перестал смеяться и с мрачным выражением лица поднял обе руки:</p><p>«Тогда нападай.»</p></section><section><title><p>Глава 532 Неразумность</p></title><p>Глава 532 Неразумность</p><p>Из поднятых рук Бурмана посыпался мерцающий флуоресцентный порошок.</p><p>От этого его тело становилось всё бледнее и прозрачнее, словно он превращался в существо из мира духов, едва различимое обычным человеком.</p><p>В считаные мгновения «Колдун-Демон» исчез с места.</p><p>Лумиан не пытался помешать ему и не уклонялся от возможного нападения, а неторопливо извлёк из «Вещмешка путешественника» кастеты «Истязание» с железо-чёрными шипами и надел их на руки.</p><p>Едва закончив с этим, он резко опустился на одно колено и прижал ладони к земле.</p><p>Алое пламя с Лумианом в центре устремилось во все стороны, перемежаясь множеством взрывов.</p><p>Под оглушительный грохот бушующие волны огня затопили эту серую с чёрным, продуваемую ветром пустошь, и в воздухе проявился силуэт Бурмана в чёрном балахоне с капюшоном.</p><p>Он медленно летел к Лумиану, сокращая расстояние между ними.</p><p>Силуэт Лумиана внезапно исчез и проявился за спиной Бурмана.</p><p>«Переход сквозь мир духов»!</p><p>Следом Лумиан, сжимавший в левой руке почти белый алый огненный шар, издал носом звук «хэн».</p><p>Две белые струи света вырвались из его ноздрей и пали на Бурмана.</p><p>Зависший в воздухе Бурман не потерял сознание, как в прошлый раз; его тело качнулось, и он с усилием развернулся, посмотрев на Лумиана, падающего в море огня на земле.</p><p>В его межбровье проявился тёмно-фиолетовый, почти чёрный иллюзорный вертикальный глаз, и среди его бледных узоров отразился силуэт Лумиана.</p><p>Почти одновременно из тела Бурмана выделилась высокая и тощая тёмная тень, а неподалёку из пустоты высунулись руки — одни состоящие из белых костей, другие гниющие и истекающие гноем, — сгрудившись вокруг прозрачного тонкого силуэта Бурмана.</p><p>Он применил колдовство вовсе не для того, чтобы незаметно приблизиться к Лумиану и напасть, а чтобы тихо обменяться местами с подвластным ему неупокоенным духом, устроить ловушку и заставить врага атаковать своё тело этой странной магией.</p><p>В таком состоянии отсутствие собственного духовного тела означало, что воздействующие на ментальное тело способности не причинят ему вреда!</p><p>И тогда Бурман мог воспользоваться случаем, применить «Око тайноведения» для Устрашения врага и создать возможность для управляемых им мертвецов.</p><p>На этот раз он больше не станет глубоко вглядываться в тайны духовного тела противника, пытаясь найти слабое место, нанести фатальный удар и впитать соответствующие мистические знания!</p><p>Вчера вечером сильно пострадав от «Искусства Хэн-Ха», он с самого начала сделал эту способность ключевым звеном своего замысла.</p><p>В одно мгновение дух Бурмана вновь обменялся местами с высокой тощей тёмной тенью и вернулся в тело.</p><p>С этим действием Лумиан вновь ощутил, как его дух подвергся Устрашению и подавлению, будто оцеперев от мороза, а вокруг него из пустоты вытянулись жуткие руки — то покрытые гноящимися опухолями, то усеянные множеством глаз, — тянувшиеся к его телу.</p><p>И как раз в этот момент почти белый алый огненный шар в левой руке Лумиана взорвался.</p><p>Грохот!</p><p>Мощь взрыва по большей части приняли на себя кастеты «Истязание», но они не закрывали кисть целиком, отчего открытая часть левой ладони Лумиана мигом превратилась в кровавое месиво.</p><p>Острая, знакомая боль вонзилась в его мозг и духовное тело, заставив ненадолго прийти в себя от вызванного подавлением Устрашения.</p><p>Воспользовавшись этим мгновением ясности, Лумиан снова активировал чёрную метку на правом плече и исчез над морем огня, исчез среди высунувшихся из пустоты причудливых рук мертвецов.</p><p>Он тоже предостерегался от Устрашения того иллюзорного глаза Бурмана.</p><p>Почти белый алый огненный шар в его левой руке отличался крайне нестабильной структурой; удерживать его в нормальном состоянии требовало постоянного сосредоточения, а стоило ему подпасть под влияние иллюзорного глаза и лишиться сил поддерживать его, как структура естественно разрушалась, шар взрывался, и полученный урон пробуждал его.</p><p>Если бы даже это не смогло прервать Устрашение «иллюзорного глаза», море огня внизу служило Лумиану второй подготовкой, а остаточная аура «Кровавого Императора» на правой руке — последней страховкой.</p><p>Едва силуэт Лумиана исчез, как снова проявился за спиной Бурмана.</p><p>Бурман, будто заранее готовый к этому, резко взмахнул руками назад, рассыпая порошок, похожий на растёртую древесину.</p><p>Со скрежетом и треском сгустки серебристо-белых молний обрушились на голову Лумиана, словно владыка бури раз за разом ниспосылал с небес божественную кару.</p><p>Для большинства Потусторонних это была атака, способная полностью парализовать их и заставить непрерывно дрожать, однако силуэт Лумиана не проявил ничего подобного, а напротив, точно отражение в воде, рассыпался на куски под буйством молний.</p><p>Настоящий же Лумиан на самом деле сжался у подножия этого силуэта — то, по чему только что ударил Бурман, являлось лишь иллюзией, созданной с помощью «Лика Нисса»!</p><p>«Лик Нисса» по своей сути являлся иллюзией, вот только применить его на других людей или предметы было нельзя, требовалось опираться на самого себя, поэтому Лумиан притворился корнями, тогда как ветви и цветы сверху представляли собой ответвлённый фантом.</p><p>Сие не имело принципиального отличия от использования «Лика Нисса», чтобы казаться выше и крепче.</p><p>Среди трещавших и мерцавших молний падающий Лумиан сформировал у себя под ступнями и за спиной два алых огненных шара.</p><p>Грохот!</p><p>Огненные шары взорвались, подбросив его и устремив к парящему Бурману.</p><p>Скорость противника была чрезвычайно высокой, а расстояние — слишком близким, Бурман не успевал уклониться и лишь слегка подался в сторону, а из его плеча выросло копьё из соединённых белых костей с невероятно острым наконечником.</p><p>На лице Лумиана проступила улыбка; он не стал уворачиваться, позволяя копью из белых костей пронзить свою правую грудь.</p><p>Со звуком «пфф» он взмахнул левым кулаком и тяжело обрушил его на щеку Бурмана, заставив того «Колдуна-Демона» скривить голову, покрыв его лицо глубокими истекающими кровью и гноем дырами и заставив глаза противника пылать бушующей яростью, словно тот узрел убийцу своей жены!</p><p>Чёрная метка на правом плече Лумиана вновь вспыхнула тусклым светом.</p><p>Его силуэт исчез подле Бурмана, исчез среди обступивших их высокой тощей тёмной тени и прочей нежити, оставив лишь то пропитанное его кровью, но пылающее ярким огнём копьё из белых костей.</p><p>На этот раз Лумиан появился в десятках метров от них, на самом краю моря огня.</p><p>На его правой груди красовалась жуткая рана, сочилась кровь, а в руках уже покоилась потемневшая костяная флейта с тёмно-красными отверстиями.</p><p>«Опус Ненависти»!</p><p>Лумиан поднёс костяную флейту к губам и, отступая назад, заиграл печальную, меланхоличную мелодию.</p><p>Бурман, только-только вновь повернувший иллюзорный глаз и собирающийся броситься в погоню, застыл на месте, а вместе с ним оцепенели и те неупокоенные духи.</p><p>Внезапно из глаз, носа, рта и ушей Бурмана потекли кровь и гной, а внутри его тела словно происходили глухие, невидимые взрывы.</p><p>Его яростное, фанатичное, жаждущее мести желание было взорвано «Опусом Ненависти».</p><p>Это нанесло ему тяжелейший урон.</p><p>Лумиан не стал исполнять «Опус Ненависти» с самого начала потому, что Бурман отличался от других Потусторонних: если остальным приходилось искать, в чём заключается проблема, то у этого проблемы были в избытке:</p><p>Его ментальное состояние было крайне нестабильным; его психологические проблемы — чрезвычайно серьёзными; его желания воскресить жену и отомстить тому архипелагскому мошеннику были в крайнем переизбытке; его тело подверглось трансформации в сфере «бога Смерти», да ещё и вчера вечером под ударами Лумиана оно получило тяжёлые ранения, тая в себе немалые скрытые угрозы…</p><p>Сталкиваясь с подобным врагом, Лумиан и сам не знал, что произойдёт, если заиграть «Опус Ненависти» на манер пастушьей свирели. Если бы это просто взорвало желания и эмоции, полбеды, но если бы ментальное состояние Бурмана лишилось даже самых базовых ограничений, этот «Колдун-Демон» с высокой вероятностью мгновенно подвергся бы Утрате укрощения, превратившись в монстра с мешаниной способностей.</p><p>С таким монстром, с высокой долей вероятности, справиться было бы куда сложнее, чем с самим Бурманом!</p><p>Поэтому Лумиан, когда «Искусство Хэн-Ха» не принесло эффекта, сразу переключился на кастеты «Истязание», чтобы разжечь соответствующие желания и эмоции Бурмана. В таком случае при последующем использовании «Опуса Ненависти» с высокой долей вероятности взрывались именно эмоции и желания цели, нанося ему тяжелейший урон.</p><p>Глядя на Бурмана, пребывающего в состоянии взрыва эмоций и желаний и стремительно падающего в море огня, Лумиан вновь совершил «Переход сквозь мир духов», мгновенно возникнув прямо перед ним.</p><p>Бам, бам, бам!</p><p>Распахнув руки, он обрушил непрерывную серию ударов, снова и снова разя тело Бурмана.</p><p>На поверхности его сжатых в кастеты «Истязание» кулаков слой за слоем сжимались почти белые алые огненные шары.</p><p>Бум, бум, бум! «Истязание», подобно двухголовому питону, непрерывно вырывало куски плоти с тела Бурмана.</p><p>Грохот!</p><p>Вокруг Лумиана алые огненные шары расточительно взрывались один за другим, сдерживая снаружи высокую тощую тёмную тень, странные руки и прочих неупокоенных духов, не позволяя им помешать ему.</p><p>Удар, ещё удар, третий удар — в его глазах отражался лишь превращающийся в кровавое месиво Бурман.</p><p>В это мгновение он вспомнил уничтоженную Бурманом деревню, вспомнил невинных людей, погибших из-за него.</p><p>Сколько среди них было чьих-то любимых жён, ждущих мужей, опорой давших родителей и горячо любимых детей?</p><p>Деревня Корду была уничтожена из-за амбиций Злых Богов, а эти невинные люди — ради чего погибли они?</p><p>Глаза Лумиана постепенно наливались алой кровью, а замахи кулаков становились всё более свирепыми.</p><p>На этот раз он не примерял на себя образ Бурмана, а ставил себя на место уничтоженной им деревни и убитых им невинных людей.</p><p>Разве тогда в деревне Корду всё было иначе?</p><p>Амбиции тех Злых Богов — вот главный виновник!</p><p>Спустя всего пару секунд Бурман пришёл в себя от жуткой боли, и из его горла вырвался зловещий, леденящий, не поддающийся пониманию звук.</p><p>Этот звук словно полностью содрал с Лумиана плоть и кровь, обнажив его духовное тело перед опасным солнечным светом и серо-чёрным гравием.</p><p>Движения Лумиана замедлились, и причудливые руки наконец просунулись внутрь, вытаскивая Бурмана из этой зоны.</p><p>Фу-ух… Лумиан выдохнул и пришёл в себя.</p><p>Он не стал пускаться в погоню, лишь спокойно смотрел в пустоту перед собой, поднял правую руку и с щелчком щёлкнул пальцами.</p><p>Грохот!</p><p>Внезапно в бушующих вспышках огня проявилось тело Бурмана и разлетелось на куски от внутреннего взрыва.</p><p>«Вливание огня»!</p><p>«Вливание огня» «Охотника»!</p><p>На самом деле Лумиан поступил неразумно. Наилучшим выбором для него было бы воспользоваться моментом, когда эмоции и желания Бурмана оказались взорваны, и сразу атаковать его жизненно важные места «Опусом Ненависти», убив одним ударом. Но он хотел избить его, кулак за кулаком, избить того «себя», коего боялся и который прятался в тёмном уголке его души!</p><p>Шлёп — голова Бурмана упала на землю.</p><p>В полузабытьи он увидел стройную фигуру с чёрными волосами, голубыми глазами и утончённым лицом.</p><p>Это была его жена, Хелен.</p><p>Ты, ты вернулась? Бурман невольно улыбнулся, попытавшись протянуть руку.</p><p>Рук у него больше не было.</p><p>Сознание постепенно угасало, перед глазами всё затянула тьма, в глубине которой словно таился солнечный свет.</p><p>«Колдун-Демон» Бурман умер.</p></section><section><title><p>Глава 533 Щедрость</p></title><p>Глава 533 Щедрость</p><p>Лумиан смотрел на застывшие на лице головы Бурмана восторг и облегчение. Он снял кастеты «Истязание» и «Опус Ненависти», завершив «Лик Нисса».</p><p>Затем он надел серебристо-белую клипсу «Ложь», достал белый бинт, перенес и перевязал рану на правой стороне груди, уже обугленную огнем, а также превратившуюся в кровавое месиво левую руку.</p><p>Вокруг снова взвилось алое пламя, сжигая капли его крови и разлетевшиеся обрезки плоти.</p><p>В процессе Лумиан собрал разбросанные поблизости обрубки тела Бурмана и сложил их кучей рядом с той головой.</p><p>Он непрерывно прикидывал время: если Потусторонняя характеристика Бурмана так и не выделится, ему придется забрать эту кучу обрубков и переместиться в лес возле вулкана Андатна.</p><p>Это объяснялось тем, что кастеты «Истязание» привлекали взор некоторых сокрытых сущностей, из-за чего Те подталкивали опасных существ к нападению.</p><p>Прежде, едва использовав кастеты «Истязание», Лумиан сразу спешил покинуть место боя, но на этот раз сражение длилось недолго, к тому же кастеты «Истязание» были убраны в «Вещмешок путешественника», так что он мог еще немного подождать.</p><p>Наблюдая, как из головы Бурмана и кучи обрубков его тела выделяются и сами собой объединяются световые точки светло-фиолетового, бледного и иссиня-черного цветов, Лумиан нашел на земле вокруг и среди разорванной одежды несколько предметов:</p><p>Среди них был испятнанный кровью миниатюрный мозг, похожий на латунный, раздвижной иссиня-черный телескоп, флакончики и баночки из металла с мазями и порошками, короткий костяной жезл, странный значок из белых костей, окружающих солнце, мягкий блокнот в железной коробке, выглядящее вполне обычным золотое кольцо, а также рассыпанные повсюду золотые и серебряные монеты…</p><p>Что касается депозитных сертификатов и наличных банкнот, то они, по-видимому, были уничтожены взрывом и морем огня.</p><p>Лумиан собрал их один за другим, почувствовав, что три предмета, вероятно, обладают Потусторонней силой — едва прикоснувшись к ним, он ощутил различные негативные реакции.</p><p>К счастью, с самого начала я и не думал вступать с Бурманом в затяжной бой… Если бы он освободил руки и начал использовать эти волшебные предметы, возникли бы немалые неприятности… Против такого полусумасшедшего, да еще и обладающего ресурсами врага нужно действовать молниеносно, не давая ему опомниться… Часть этих вещей, видимо, он собрал сам, а часть, с высокой вероятностью, отнял у Фиделя… Наконец Лумиан поднял железную коробку со вмятинами и трещинами.</p><p>В находившемся внутри мягком блокноте лежала испятнанная каплями крови карта сокровищ. Лумиану хватило и беглого взгляда, чтобы понять: это морская карта, ведущая к некому острову в некоей акватории, с записями о закономерностях смены погоды и пометками двух безопасных фарватеров.</p><p>Это та самая фальшивая карта сокровищ, которую Марк Бенито продал Бурману? Лумиан перелистнул темный мягкий блокнот на первую страницу и увидел написанный небрежным почерком текст:</p><p>«Мое ментальное состояние то лучше, то хуже, я часто все забываю. Нужно записывать все соответствующие знания, нельзя их забыть.»</p><p>Лумиан не стал вчитываться и убрал фальшивую карту сокровищ вместе с мягким блокнотом.</p><p>Он еще раз окинул взглядом кучу обрубков тела и заметил, что на безымянном пальце левой руки Бурмана надето простое на вид золотое кольцо.</p><p>Оно было очень похоже на золотое кольцо из той кучи трофеев: одно побольше, другое поменьше, одно более грубое, другое очень изящное.</p><p>Лумиан мгновенно понял, в чем дело.</p><p>Он снял золотое кольцо с безымянного пальца левой руки Бурмана и с помощью обрезка проволоки, который носил с собой, связал его воедино с другим золотым кольцом.</p><p>Сделав несколько шагов к серо-черному кратеру, Лумиан молча бросил пару колец в отливающую красным впадину.</p><p>К этому моменту Потусторонние характеристики Бурмана полностью выделились и, соединившись с некоторыми частями его трупа, превратились в два предмета:</p><p>один — светло-фиолетовый прозрачный левый глаз, другой — иссиня-черный с бледными вкраплениями правый глаз.</p><p>Лумиан забрал обе Потусторонние характеристики, поднял голову Бурмана и внезапно исчез с места.</p><p>Бесшумно и беззвучно оставшиеся обрубки тела Бурмана вспыхнули, и над обширным пространством вокруг серо-черного кратера взвился алый огонь.</p><p>Силуэт Лумиана проявился более чем в двухстах метрах оттуда. Нагнувшись, он поднял соломенную шляпу золотисто-желтого цвета, унесенную туда сильным ветром.</p><p>Натягивая соломенную шляпу на голову, он стремительно исчез.</p><p>На этот раз он появился на дороге за пределами станции поездов с паровой тягой у вулкана Андатна.</p><p>Лумиан поднял голову и посмотрел на серо-черный кратер: закат, переливающийся золотом и алостью, словно магма, отступал быстрее, чем ожидалось.</p><p>Вершина горы стремительно погружалась во тьму.</p><p>…………</p><p>Порт Фалин, внутри церкви «Шута», расположенной не слишком далеко от района Черного Жемчуга.</p><p>Лумиан поправил золотисто-желтую соломенную шляпу на голове, подошел к епископу-полугиганту в полувысоком шелковом цилиндре и черном тренче и произнес низким голосом:</p><p>«Я хочу исповедаться.»</p><p>Епископ-полугигант ростом более двух с половиной метров несколько секунд смотрел на Лумиана сверху вниз светло-голубыми глазами, после чего кивнул:</p><p>«Следуй за мной.»</p><p>Он провел Лумиана в специальную исповедальню, где не было окон и царила полная темнота.</p><p>«Я не хочу исповедоваться в темноте,» — спокойно сказал Лумиан, снимая золотисто-желтую соломенную шляпу.</p><p>Епископ-полугигант зажег находящуюся здесь свечу и закрыл дверь.</p><p>Хлоп — Лумиан бросил к ногам епископа-полугиганта голову с мертвенно-бледным пушком, лишенную обоих глаз.</p><p>«Ты совершил грех убийства?» — окинув её беглым взглядом, мягким голосом спросил епископ-полугигант.</p><p>«Нет, я просто хочу помочь исповедаться ему,» — Лумиан указал на истекающую желтым гноем окровавленную голову. — «Он — „Колдун-Демон“ Бурман.»</p><p>«Бурман?» — Епископ-полугигант только теперь внимательно оглядел голову, обнаружив несколько очевидных признаков.</p><p>Помолчав несколько секунд, он произнес:</p><p>«Ты хочешь попросить Церковь помочь тебе получить награду от правительства Интиса?»</p><p>«Я же сказал, я пришел помочь ему исповедаться, а награда за его голову — часть исповеди.» — Голос Лумиана ничем не отличался от прежнего.</p><p>Епископ-полугигант на мгновение замешкался, не в силах этого понять.</p><p>Лумиан достал из «Вещмешка путешественника» подавляющее большинство предметов, полученных от Бурмана, оставив себе лишь темный мягкий блокнот и фальшивую карту сокровищ.</p><p>С грохотом и звоном все эти вещи — обладающие Потусторонней силой или стоившие немалых денег — рассыпались по полу.</p><p>«Они — тоже часть исповеди Бурмана,» — кратко пояснил Лумиан. — «Я хочу использовать награду и деньги, полученные от продажи этих предметов, чтобы основать благотворительный фонд, выплатить компенсацию людям, пострадавшим от рук Бурмана, или их родственникам, а если еще что-то останется, то… то помочь бездомным детям.»</p><p>Епископ-полугигант в цилиндре и тренче снова умолк на несколько секунд:</p><p>«За 'Колдуна-Демона» назначена награда в 600 тысяч феров, эти вещи тоже имеют высокую ценность, а в общей сложности сумма может приближаться к 1 миллиону феров. Для любого человека это огромное богатство, которое невозможно проигнорировать, и его достаточно, чтобы тебе больше никогда не пришлось рисковать.</p><p>«Ты уверен, что хочешь пожертвовать их нам для основания благотворительного фонда?»</p><p>Лумиан не ответил прямо на вопрос епископа-полугиганта, а лишь повторил сказанные ранее слова:</p><p>«Это исповедь Бурмана.»</p><p>«Что ж, раз ты веришь нашей Церкви, мы поступим так, как ты желаешь,» — сказал епископ-полугигант. — «Меня зовут Тес, запомни мое имя и приходи в любое время, чтобы контролировать ход дел благотворительного фонда.»</p><p>Лумиан посмотрел на эмблему «Шута» в исповедальне, приложил руку к груди и слегка поклонился:</p><p>«Хвала Шуту!»</p><p>Затем он закрыл глаза и начал молиться:</p><p>'Великий Господь, прошу, покарай грехи, совершенные смертными, и воззри на наши поступки по искуплению.</p><p>«Это не искупление грехов, это самонаказание…»</p><p>Лумиан искренне поисповедовался некоторое время, после чего распрямился, открыл глаза и повернулся к выходу.</p><p>«Как будет называться этот благотворительный фонд?» — поспешно спросил епископ-полугигант.</p><p>Лумиан выдохнул и произнес:</p><p>«Хелен, благотворительный фонд Хелен.»</p><p>«Нужно ли сообщать властям, кто убил Бурмана?» — заботливо уточнил епископ-полугигант.</p><p>«Не нужно, но и специально скрывать зацепки за меня не стоит.» — Лумиан не стал оборачиваться, надел золотисто-желтую соломенную шляпу, вышел из исповедальни и покинул церковь Шута.</p><p>…………</p><p>Вечером Лумиан снова пришел в бар под названием «Пеликан», расположенный рядом с площадью Солнца.</p><p>Батнер Конте, как и обычно, сидел за барной стойкой и пил ром «Кинсом», а рядом с ним находилась миловидная девушка в наряде авантюристки.</p><p>Лумиан подошел, сел между Батнером и остальными посетителями и с улыбкой щелкнул пальцами бармену:</p><p>«Стакан „Кинсома“.»</p><p>Батнер повернул голову, взглянул на него и сказал:</p><p>«Настроение неплохое.»</p><p>«Да,» — Лумиан взял у бармена золотистый ром, постучал донышком бокала по столешнице, а затем поднялся и, подняв бокал, произнес: — «Господа, сегодня со мной произошли два радостных события.»</p><p>Восторженным, переполненным радостью тоном он продолжил:</p><p>«Первое — я выполнил поручение стоимостью свыше 100 тысяч феров!»</p><p>«Невероятно…» — в один голос воскликнули Батнер и сидевшая рядом с ним девушка-авантюристка.</p><p>Это ведь выше, чем награда за «Черного Лорда» — разве подобное можно выполнить за один день?</p><p>К тому же Батнер прекрасно знал, что наниматель Луи Бери, Фидель, уже мертв. Откуда же он взял новое поручение?</p><p>Лумиан по-прежнему восторженным тоном произнес:</p><p>«Чтобы отпраздновать это событие, я угощаю каждого за барной стойкой стаканом „Кинсома“!»</p><p>Около десятка авантюристов и посетителей разразились восхищенными возгласами, а один из них громко выкрикнул:</p><p>«Как бы там ни было на самом деле, я тебе верю!»</p><p>Остальные тут же подхватили.</p><p>На лице Лумиана расплылась еще более заметная улыбка:</p><p>«Второе радостное событие — я сочинил ложь и обдурил кучку дураков!»</p><p>В мгновение ока выражения лиц всех присутствующих за барной стойкой застыли.</p><p>Окинув их взглядом, Лумиан продолжил:</p><p>«Но вот насчет угощения выпивкой — это правда!»</p><p>Те авантюристы и посетители разразились недовольным гулом, заявив, что если удастся бесплатно выпить по стакану, то можно побыть и дураками.</p><p>Так Лумиан и впрямь потратил 96 риков, то есть 4,8 фера, угостив каждого из двенадцати человек за барной стойкой стаканом «Кинсома».</p><p>Глядя на такого Луи Бери, Батнер про себя пробормотал:</p><p>«А он и правда очень рад…»</p><p>…………</p><p>Поздняя ночь, «Перелётная птица», каюта № 5 первого класса.</p><p>Вернувшись в главную спальню, где едва-едва снова можно было жить, Лумиан зажег керосиновую лампу и достал из «Вещмешка путешественника» темный мягкий блокнот и фальшивую карту сокровищ, полученные от «Колдуна-Демона» Бурмана.</p></section><section><title><p>Глава 534 Глубины смерти</p></title><p>Глава 534 Глубины смерти</p><p>При желтоватом свете керосиновой лампы Лумиан пролистывал дневник, написанный Бурманом из-за его нестабильного психического состояния и частых провалов в памяти:</p><p>'После смерти всех людей духи возвращаются в мир духов, за исключением особых случаев!</p><p>«Если я смогу составить достаточно точное заклинание призыва, то с помощью способности 'Наставника мертвых» сумею призвать дух Хелен в реальный мир.</p><p>«Это первый шаг к её воскрешению.»</p><p>Дойдя до этого места, Лумиан едва заметно покачал головой.</p><p>Если бы воскрешение действительно было столь простым…</p><p>Он перелистнул на следующую страницу:</p><p>'Новые полученные мистические знания:</p><p>'В древние времена разумные существа после смерти попадали в Подземное царство, а те из них, чей истовый пыл веры был особенно велик или кто совершил выдающиеся деяния, могли вернуться в небесную обитель соответствующего божества. Однако к Пятой Эпохе огромное количество нежити стало скитаться за пределами Подземного царства.</p><p>'Я не уверен, попал ли дух Хелен в Подземное царство или просто вернулся в мир духов. При призыве эти два случая необходимо разделять и ни в коем случае не смешивать, иначе всё неизбежно закончится неудачей.</p><p>«Хотя то морское чудовище и крайне могущественно, оно не обладает способностью пленить дух, да и в той акватории подобных феноменов не наблюдалось, так что пока нет нужды брать в расчёт особые обстоятельства. К тому же Хелен не была истовой верующей „Вечного Пылающего Солнца“.»</p><p>……</p><p>'Я снова увидел Хелен.</p><p>'Но она совершенно забыла меня.</p><p>'Её облик, её тело — всё постепенно размывается. Ещё через несколько лет она станет такой же, как и прочая нежить.</p><p>'У меня осталось не более пяти лет.</p><p>«Что мне сделать, чтобы пробудить её сознание и вернуть её память? Кажется, просто даровать ей тело, способное вместить нежить, недостаточно.»</p><p>……</p><p>«Не забудь лунный свет и морские волны у маяка за городом: они стали свидетелями моего предложения и согласия Хелен.»</p><p>……</p><p>«Не забудь паэлью „Гаспаро“ — это любимое блюдо Хелен. Каждый раз, когда мы возвращались из приключений в порт Фалин, она предлагала съесть именно её.»</p><p>……</p><p>«Не забудь закат у вулкана Андатна. Мы встретились там и пообещали друг другу почаще бывать там в будущем — даже когда превратимся в старика и старуху, нельзя забывать ту романтику…»</p><p>……</p><p>«Не забудь… Не забудь… Не забудь…»</p><p>……</p><p>«Моя голова так болит.»</p><p>……</p><p>'Я уничтожил один городок и погубил две-три сотни человек.</p><p>'Видя, как погибают эти супруги, эти родители, эти дети, я не почувствовал радости.</p><p>'Моё сердце словно погрузилось во тьму.</p><p>'Я знаю, что это мой грех, знаю, что это ошибка, которую никогда не исправить, и знаю, что такой я — уже не тот Бурман, которого ты любила.</p><p>«Но я не сожалею.»</p><p>……</p><p>'Обманщики, проклятые!</p><p>«Убийство этих обманщиков принесло мне давно забытую радость.»</p><p>……</p><p>'Хелен, будь ты жива, у нас сейчас наверняка уже были бы свои дети, верно?</p><p>'Почему эти злые колдуны вечно любят использовать младенцев, детей и их трупы для изобретения колдовства и в качестве ключевых ингредиентов?</p><p>«Я ещё злее, чем они…»</p><p>……</p><p>«Хелен, я сбился с пути, все попытки потерпели крах.»</p><p>……</p><p>«Хелен, я хочу собрать рецепт зелья и ингредиенты для 5-й Последовательности Пути „Смерти“.»</p><p>……</p><p>'Хелен, Фидель остановил меня. Он сказал, что это приведёт к тому, что я полностью превращусь в монстра и лишусь своих прежних воспоминаний.</p><p>'Хелен, я не хочу забывать тебя.</p><p>«Хелен, прости мою трусость.»</p><p>……</p><p>'Хелен, надо же — я встретил островитянина с того самого Острова Воскрешения!</p><p>'Такой остров действительно существует!</p><p>«Гаррисон победил меня, но не стал убивать. Он спросил меня, зачем я силой пытаюсь перейти на Путь 'Смерти».</p><p>'Он сказал мне, что все мои прежние попытки были ошибочными и что настоящее воскрешение далеко не так просто.</p><p>'Он сказал, что в глубинах смерти кроется отпечаток каждого человека, и лишь перенеся соответствующий отпечаток в реальный мир и на его основе воссоздав дух и плоть, можно добиться истинного воскрешения — воскрешения с прежним восприятием и полными воспоминаниями.</p><p>«Хелен, я так счастлив: я снова увидел надежду на твоё воскрешение.»</p><p>……</p><p>«Гаррисон обучил меня некоторым знаниям из сферы 'Смерти». Именно благодаря тому, что он и его сородичи овладели этими знаниями и вернули свои собственные отпечатки, они способны умирать снова и снова и снова и снова воскресать, оставаясь вечно бессмертными и никогда не старея.</p><p>'Они редко покидают Остров Воскрешения, но бывают и исключения. За все прошедшие годы среди островитян тоже находились любители путешествовать вроде Гаррисона: они отправлялись в разные страны, оставляя в памяти немногих людей легенду об Острове Воскрешения, а преследующие свои цели люди составляли на её основе морские карты пути к этому острову.</p><p>'Карта сокровищ, которую продал нам Марк, оказалась фальшивкой, однако часть её была срисована с настоящей карты. На этот раз Гаррисон покинул Остров Воскрешения именно для того, чтобы уничтожить подлинную карту и убить всех, кто знает, как добраться до той акватории и как найти Остров Воскрешения.</p><p>«Хелен, опираясь на знания, предоставленные Гаррисоном, я попытался призвать дух из глубин смерти — и преуспел! Я призвал злого духа по имени „Арден“. Он был весьма слаб, поэтому я без труда уничтожил его и собрал его кровь, подготавливаясь к последующему ритуалу.»</p><p>……</p><p>'Хелен, прости, я снова не сдержал своих эмоций.</p><p>'С тех пор как я встретил Гаррисона и получил знания, способные по-настоящему тебя воскресить, я становлюсь всё более раздражительным, всё более нетерпеливым и всё хуже справляюсь со своими эмоциями.</p><p>'Эти жители архипелага — сплошные обманщики, все они заслуживают смерти! Я убил одного обманщика, но их ещё так много… Я не хочу больше терять время и начал тот ритуал раньше срока.</p><p>«Хелен, прости, я снова потерпел неудачу: мои приготовления были недостаточными.»</p><p>……</p><p>'Хелен, неужели я окончательно сошёл с ума? Фидель лишь возразил мне на одно-единственное слово, а я мигом лишился рассудка и перебил всех, кто находился в комнате.</p><p>«Он тоже должен умереть — тот человек, который пытался угрожать мне и Фиделю!»</p><p>……</p><p>'Хелен, я потерпел поражение. Я уже давно не получал столь тяжёлых ран.</p><p>'Большая часть моего тела уже стала нежитью, так что подобное ранение для меня не смертельно, однако у меня больше нет соратников.</p><p>«Чёрт, чёрт, чёрт!»</p><p>……</p><p>«Хелен, я снова скучаю по тебе.»</p><p>Лумиан на одном дыхании дочитал до самого конца эту тетрадь в тёмном мягком переплёте и, уставившись на последнюю фразу, долго оставался неподвижен.</p><p>Он словно превратился в изваяние.</p><p>Прошло несколько минут, и Лумиан не удержался: поднял правую руку и потёр себе виски.</p><p>Отпечаток в глубинах смерти, Остров Воскрешения, Гаррисон — все эти сведения беспорядочным потоком хлынули в его голову, заставив вдруг немного пожалеть о том, что он не попросил Франку о помощи.</p><p>Чтобы Бурман умер без лишнего шума, он с самого начала не собирался допрашивать дух этого «Колдуна-Демона», а потому и не было необходимости возвращаться в Трир, чтобы привезти Франку.</p><p>Но теперь он инстинктивно хотел глубже понять предложенный Гаррисоном способ воскрешения, узнать получше об острове, чьи жители умирают снова и снова и снова и снова воскресают.</p><p>Фух… Лумиан закрыл тетрадь, выдохнул и попытался вспомнить известные ему мистические знания, связанные со смертью.</p><p>Если взять лишь два слова — «смерть» и «отпечаток» — в сочетании друг с другом, то он кое-что слышал раньше:</p><p>Госпожа «Фокусник», отвечая на вопрос о том, кем была тень Тюдора в «Источнике Самаритянки», упоминала термин «отпечаток смерти»!</p><p>'Это понятие, отличающееся от остаточного духа и оттиска, и оно связано с воскрешением?</p><p>'Из глубин смерти… А что такое глубины смерти…</p><p>«Из того, что мне сейчас известно и явно связано со смертью, есть Подземное царство, 'Источник Самаритянки» и иллюзорная Река Подземного царства, соединяющая два мира…</p><p>'Жаль, что я не знаю, как выглядит этот Гаррисон с Острова Воскрешения…</p><p>'Записи Бурмана тоже весьма сумбурны: похоже, он писал обо всём, что приходило в голову, и не будучи им самим, очень трудно выделить из них целостный ритуал воскрешения и соответствующие принципы…</p><p>«Нет, не трудно — невозможно. Бурман записывал лишь то, что боялся забыть, а остальную часть знаний попросту не зафиксировал…» — Лумиан снова потёр виски, развернул фальшивую карту сокровищ, некоторое время внимательно её разглядывал, но так и не смог определить, какая часть была настоящей, а какая — фальшивой.</p><p>Он решил, что, когда рассветёт, отправит этот рисунок Франке и Дженне, чтобы они попытались распознать его мистическими методами.</p><p>…………</p><p>На следующее утро Лумиан вытер губы салфеткой, наблюдая за тем, как Людвиг продолжает сражаться с завтраком.</p><p>Тук-тук-тук, раздался стук в дверь.</p><p>«Войдите», — Лумиан жестом велел Лугано открыть дверь.</p><p>Ты и впрямь держишь меня за слугу? Ладно, ты платишь, ты и босс… — пробормотал про себя Лугано, отошёл от обеденного стола и отворил дверь.</p><p>Снаружи стоял Филипп.</p><p>Филипп вошёл в комнату и с улыбкой сказал Лумиану:</p><p>«Ещё через два с половиной часа мы отплываем. Если господа желают купить какие-нибудь местные товары, стоит поспешить.»</p><p>«Нет», — встал Лумиан и ответил с улыбкой.</p><p>Филипп взглянул в окно и произнёс:</p><p>«Кстати, вы, возможно, ещё не знаете: того „Колдуна-Демона“ поймали.»</p><p>«Да ну?» — с удивлённым лицом произнёс Лугано.</p><p>В эти дни самой популярной темой для разговоров среди пассажиров корабля был Бурман, «Колдун-Демон», из-за которого они застряли в порту Фалин.</p><p>Заметив, что Лумиан тоже приподнял бровь в немом вопросе, Филипп с расслабленным выражением лица добавил:</p><p>«Бурмана не просто поймали, а в состоянии трупа.»</p><p>«Кто это сделал?» — с живым интересом поинтересовался Лумиан.</p><p>Филипп покрутил головой:</p><p>«Пока неизвестно, знают только, что это тесно связано с Церковью Шута. Хм, говорят, Великий авантюрист Герман Воробей — Божий посланник Церкви Шута.»</p><p>«Неужто сам Великий авантюрист взялся за дело?» — весьма взволнованно переспросил Лугано.</p><p>Оказавшись в море, он естественным образом наслышался о вере в «Шута», так что никаких сомнений у него не возникало.</p><p>— Моряки рассказали бы ему, пассажиры рассказали бы ему, да и грузчики на причале тоже рассказали бы ему.</p><p>«Кто знает? В любом случае, тот, кто способен убить „Колдуна-Демона“, как минимум является экспертом уровня Адмирала Пиратов», — от всего сердца с чувством произнёс Филипп.</p><p>Как раз в этот момент со стороны трапа донёсся шум: пассажирам, изначально рассчитывавшим сесть на корабль в порту Фалин, наконец-то разрешили подняться на борт «Перелётной птицы».</p><p>Лумиан подошёл к окну и неожиданно увидел знакомого.</p><p>Батнер Конте!</p><p>Он поднимался на палубу плечом к плечу с той симпатичной девушкой-авантюристкой с миловидными чертами лица.</p><p>Лумиан распахнул окно и громко окликнул:</p><p>«Батнер, вы тоже в порт Санта?»</p><p>Батнер ошеломлённо поднял голову и поглядел на крайний ряд комнат на самом верхнем ярусе.</p><p>Узнав Луи Бери, он с улыбкой крикнул в ответ:</p><p>«Да, отправляемся взглянуть на церемонию Моления Морю в порту Санта!»</p></section><section><title><p>Глава 535 «Настоящая» карта</p></title><p>Глава 535 «Настоящая» карта</p><p>Среди государств Северного континента лишь «Повелитель Бурь» Лоэна обладал властью над океаном, однако моряки, морские торговцы и авантюристы, верующие в других богов, всё равно нуждались в защите от кораблекрушений и экстремальной погоды, моля о соответствующем покровительстве. В результате возникли некоторые компромиссные и особые ситуации:</p><p>Некоторые церкви воздвигали вспомогательных божеств, ангелов или святых со способностями в области бурь и океана, чтобы верующие с соответствующими потребностями могли им молиться — например, «Морского Бога» церкви «Шута»;</p><p>Некоторые церкви молчаливо позволяли той части верующих параллельно проявлять поверхностную веру в «Повелителя Бурь»;</p><p>Некоторые церкви закрывали глаза на исконные народные верования портов и островов, разрешая им проводить определенные ритуалы, но не направляя священнослужителей для их проведения.</p><p>Церемония Моления Морю в порту Санта Королевства Фейнапот относилась как раз к последнему случаю. Поговаривали, что этот обычай уходит корнями еще в Четвертую Эпоху. Он проводился раз в год, его размах контролировался церковью «Матери-Земли», не был грандиозным, охватывал лишь этот один порт и не рекламировался за его пределами.</p><p>Иными словами, если человек не был местным жителем порта Санта или купцом, авантюристом и пиратом, часто действовавшим вдоль побережья Туманного моря, он почти ничего не знал о существовании такой церемонии Моления Морю.</p><p>Получив соответствующие сведения, Лумиан сделал предварительный вывод: из тех двоих, что учинили шалость на церемонии Моления Морю, «Бард» или «Ультрамен» был либо местным жителем порта Санта, либо из тех, кто ведет активную жизнь на море.</p><p>Учитывая, что «Бард» специально передал «Тайные хроники императора Рассела» подпольным книготорговцам Трира для публикации, Лумиан больше склонялся к тому, что именно «Ультрамен» первым предложил устроить переполох на церемонии Моления Морю в порту Санта.</p><p>— Хотя «Тайные хроники императора Рассела», казалось бы, лучше подходили для продажи в Интисе, но если «Бард» долгое время жил в Королевстве Фейнапот, то, заботясь о собственной безопасности и скрытности, выпустить их под чужим именем сначала в Королевстве Фейнапот, а затем переправить по нелегальным каналам в Интис было более разумным выбором. В противном случае его легко могли засечь тайные полицейские Интиса.</p><p>Кто знает, сколько Потусторонних погорели на том, что недооценивали обычных полицейских и следователей, привлекали их внимание, а затем оказывались схваченными прибывшими по сигналу официальными Потусторонними.</p><p>Услышав, что Батнер и его спутница хотят посмотреть на церемонию Моления Морю в порту Санта, Лумиан с улыбкой взмахнул рукой:</p><p>«Я тоже!»</p><p>Он отступил от окна и только ближе к полудню изложил в письме события последних двух дней и то, как распорядился «наследием» Бурмана.</p><p>Сложив листы и обернув их той фальшивой картой сокровищ, Лумиан снова призвал кролика Шазо.</p><p>Это похожее на кролика существо из мира духов по-прежнему носило те самые очки в золотой оправе, и на нем даже появилась маленькая, расплывчатая шелковая шляпа-цилиндр.</p><p>Лумиан молча пристально смотрел на него несколько секунд, после чего передал вещи, которые нужно было отправить Франке и Дженне.</p><p>«Спасибо,» — вежливо сказал он.</p><p>Это была вежливость!</p><p>«Не за что,» — кролик Шазо снял шелковую шляпу-цилиндр и слегка поклонился.</p><p>Уголок рта Лумиана слегка дернулся, когда он смотрел, как этот мутировавший «Заяц знаний» исчезает в комнате.</p><p>Он и впрямь опасался, что в один прекрасный день этот кролик из-за любого разногласия выхватит пистолет и направит его на отправителя.</p><p>В следующий раз нужно напомнить Дженне, чтобы она не кормила кролика Шазо столь опасными знаниями!</p><p>…………</p><p>Трир, Район Пантеона, улица Оросе, дом 9, квартира 702.</p><p>Франка, глядя на кролика Шазо в шляпе-цилиндре и очках в золотой оправе, не удержалась, наклонилась к уху Дженны и прошептала:</p><p>«Давать ему читать серию романов о Великом авантюристе — не слишком ли это опасно?»</p><p>Дженна с легкой улыбкой ответила:</p><p>'Тебе не кажется, что такой кролик Шазо очень милый?</p><p>«К тому же посланники тоже сталкиваются с опасностями. Почитав побольше о Германе Воробье, он, глядишь, станет немного сильнее.»</p><p>Франка обронила это лишь к слову и тут же выбросила из головы, развернула фальшивую карту сокровищ и письмо и принялась внимательно читать:</p><p>'Вау, какая у Лумиана высокая эффективность! Сказал, что карает грех Бурмана, и не прошло и двенадцати часов, как он закончил охоту!</p><p>'Потусторонние характеристики даже не сформировали запечатанный артефакт с мешаниной способностей, а выделились по отдельности и соединились каждая со своим предметом… Из-за того, что перед смертью у Бурмана уже не было безумия и паранойи, и его эмоции стали умиротворенными?</p><p>«Хе-хе, в будущем, встречая подобные дела, не нужно так быстро уведомлять „007“. Подождем денек, и, может быть, Лумиан сам со всем разберется: всё как обычно, мир во всем мире, и тогда „007“ не сможет винить меня в том, что я вечно приношу ему неприятности.»</p><p>Она уже рассказала Дженне, что кодовое имя ее официального связного — «007».</p><p>«Так быстро? „Колдун-Демон“ ведь не слаб…» — Дженна с трудом могла в это поверить.</p><p>Это был преступник, награда за которого достигала 600 000 феров! Сумма всех феров, что она видела за свою жизнь, и близко не составляла столько!</p><p>А награда за Лумиана не достигала и 100 000.</p><p>Франка поджала губы:</p><p>'Ты подумай о том, через что он прошел в Трире, подумай о предметах и способностях, которые у него есть. Он же просто выбивается из всех рамок, разве нет?</p><p>«Выпусти его наружу, и для Потусторонних, не обладающих особыми средствами, это будет буквально ударом со снижением мерности, он едва ли уступает большинству представителей Последовательности 5!»</p><p>Дженна вспомнила сцены, когда она вместе с Лумианом прошла через опасности, и медленно кивнула:</p><p>«Что значит „снижение мерности“?»</p><p>Франка на мгновение опешила и лишь через пару секунд ответила:</p><p>'Это вроде того, как взрослый обижает ребенка или как полубог обижает Потусторонних средних и низких Последовательностей.</p><p>«К тому же подумай: у полубезумного Потустороннего вроде „Колдуна-Демона“ огромные проблемы как с духом и психикой, так и с эмоциями и телом. Его полностью подавляет костяная флейта Лумиана „Опус Ненависти“. В бою с ним нужно лишь остерегаться гибридных необычных способностей и следить за тем, чтобы не спровоцировать его превращение в монстра. У Лумиана есть опыт, он точно не проявит халатности.»</p><p>«Слушая тебя, почему мне кажется, что убить „Колдуна-Демона“ — не такое уж и трудное дело?» — пробормотала Дженна.</p><p>«Так говорить нельзя. Можно лишь сказать, что принудительная смена Пути действительно делает человека очень сильным и опасным, но при этом возникают огромные недостатки и немало проблем, из-за чего против него легко подобрать уязвимость,» — Франка поправила неверное представление Дженны и продолжила читать письмо Лумиана.</p><p>Дочитав, она с воодушевлением воскликнула:</p><p>«На море так весело, и пейзажи прекрасные! Если бы не дела, держащие меня здесь, я бы тоже хотела отправиться в море, стать авантюристкой и охотиться на пиратов!»</p><p>Опершаяся на спинку дивана и читавшая письмо из-за ее плеча Дженна тоже почувствовала невольный порыв.</p><p>Кто же не любит путешествовать? Просто раньше у нее не было для этого возможностей.</p><p>Успокоив нахлынувшие чувства, Франка «поцокала» языком:</p><p>'Лумиан действительно щедр: пожертвовал всю награду и трофеи на создание благотворительного фонда.</p><p>«Эх, на самом деле я понимаю его мысли…»</p><p>Ведь она и сама до сих пор тайком помогала родным прежнего владельца своего тела.</p><p>Тем временем Франка и Дженна провели по «Гаданию на волшебном зеркале».</p><p>Полученный ими ответ оказался абсолютно одинаковым:</p><p>Эта карта — настоящая!</p><p>«И Бурман, и тот бессмертный островитянин Гаррисон признавали, что часть этой карты — фальшивка, которая не позволит авантюристам добраться до Острова Воскрешения, а в пути им и вовсе грозят огромные опасности… Что же именно здесь подделка?» — Франка устремила взгляд на карту сокровищ, погрузившись в глубокие раздумья.</p><p>На карте место, обозначенное как Остров Воскрешения, находилось в самых глубинах Туманного моря, и даже от Ароки, самого западного колониального острова Республики Интис, до него оставалось еще очень далекое расстояние.</p><p>…………</p><p>«Не смогли определить фальшивую часть?» — получивший ответное письмо Лумиан покачал головой и продолжил читать имевшиеся у него материалы о существах мира духов.</p><p>Он просматривал их, пытаясь найти описание злого духа «Ардена», которого Бурман призвал из глубин смерти.</p><p>Пролистав материалы до самого вечера, Лумиан подкрепился у себя в каюте, взял ту самую золотисто-желтую соломенную шляпу, которая ему в последнее время очень нравилась, спустился на палубу и вошел в бар.</p><p>К этому времени «Перелётная птица» уже ушла далеко от порта Фалин. Батнер и его спутница, как и следовало ожидать, сидели за барной стойкой и оживленно обсуждали с окружающими пассажирами смерть «Колдуна-Демона» Бурмана.</p><p>«Мы и сами не знаем, кто из авантюристов это сделал! Если бы власти официально не объявили, мы бы так и не узнали, что Бурмана убили! Во всем авантюристском сообществе порта Фалин ни один человек не узнал об этом заранее!» — Батнер держал в руках «крепкий ланчи» и восторженно говорил: — «В порту Фалин, оказывается, таился такой могущественный авантюрист! И впрямь, нам нельзя быть высокомерными и заносчивыми, ведь даже сидящий на обочине бродяга может оказаться выдающейся личностью!»</p><p>Сказав это, он заметил проталкивающегося к ним Лумиана и с пронзительным свистом произнес:</p><p>«Ты живешь в каюте первого класса? Неужели ты настолько богат?»</p><p>«Да не особо,» — Лумиан с улыбкой уселся на высокий стул. — «Я просто думаю, что на море в любой момент можно столкнуться с неожиданностью и погибнуть от рук пиратов. Так почему бы не относиться к себе как можно лучше? Если человек умрет, какой толк от кучи накопленных денег? Раз уж стал авантюристом, нужно жить на полную катушку каждый день, ведь неизвестно, наступит ли завтрашний.»</p><p>«Раз уж стал авантюристом, нужно жить на полную катушку каждый день, ведь неизвестно, наступит ли завтрашний…» — женщина-авантюристка подле Батнера тихо повторила последнюю фразу Лумиана, явно растроганная этими словами.</p><p>Батнер сделал глоток «крепкого ланчи» и со смешком молвил:</p><p>'Но сперва нужно иметь хоть какие-то сбережения, иначе сегодня погуляешь на широкую ногу, а завтра будешь ходить голодным.</p><p>«Ох, 600 000 феров! Кому из авантюристов достались эти 600 000 феров Бурмана, да еще и его вещи…»</p><p>На лице Батнера отобразились страстное желание и зависть.</p><p>Лумиан поднял только что заказанный абсент и сделал легкий глоток.</p><p>Среди освежающего аромата эхом отдавалась легкая горечь.</p><p>…………</p><p>В последующие несколько дней «Перелётная птица» спокойно шла курсом к Королевству Фейнапот.</p><p>От этой тишины у Филиппа, начальника службы безопасности, даже возникло некое чувство нереальности происходящего.</p><p>Неужели неудачи позади?</p><p>Огромное бедствие сошло с корабля?</p><p>Гибель «Колдуна-Демона» Бурмана произошла из-за того, что это огромное бедствие вошло в порт Фалин?</p><p>Когда до порта Санта оставался всего один день пути, Филипп увидел, как к нему подходит подчиненный с телеграммой.</p><p>«Босс, это от вашего сослуживца из порта Фалин,» — подчиненный передал Филиппу сложенный листок телеграммы.</p><p>Что там еще в порту Фалин за дела, о которых нужно сообщать мне? Неужели то огромное бедствие натворило бед в порту Фалин, и следы привели к «Перелётной птице»? — Филипп с недоумением развернул телеграмму и пробежал глазами ее содержимое:</p><p>«Авантюрист, выследивший и убивший 'Колдуна-Демона» Бурмана, предположительно находится на твоем корабле.</p><p>«Его зовут Луи Бери.»</p></section><section><title><p>Глава 536 Забвение</p></title><p>Глава 536 Забвение</p><p>«Его зовут Луи Бери.»</p><p>Увидев эту последнюю фразу, взгляд Филиппа мгновенно застыл:</p><p>Он?</p><p>Он убил «Колдуна-Демона»?</p><p>Внезапно Филипп вспомнил ужасающее состояние каюты номер 5 первого класса, словно поражённой артиллерийским снарядом.</p><p>Это результат битвы между Луи Бери и «Колдуном-Демоном» Бурманом?</p><p>Хотя прошёл день, прежде чем поползли слухи, будто церковь «Шута» сдала голову Бурмана ради награды, у любого дела есть процедуры, и задержка на полдня или день — вполне нормальное явление!</p><p>«Неужели это и вправду Луи Бери убил 'Колдуна-Демона»?</p><p>'Он силен до такой степени? Я совершенно этого не заметил…</p><p>«Я знал, что он источник неприятностей, и все детали доказывали его немалую силу и непредсказуемый характер, но мне и в голову не приходило, что он способен выследить и убить 'Колдуна-Демона», причём, похоже, даже не получив тогда заметных ран.</p><p>'И он смог удержать последствия битвы в пределах одной спальни, так что никто ничего не услышал…</p><p>«Неужели это он перепугал 'Живодёра» Роле? Нет, он стоял совсем недалеко от меня и ничего не делал… Разве что «Живодёр» знал его и понимал, насколько он опасен?</p><p>«Тот, кто способен прикончить 'Колдуна-Демона», действительно имеет право внушать страх «Живодёру»… Хотя Роле не обязательно слабее Бурмана, просто награда за него ниже, но ведь Луи Бери сумел расправиться с Бурманом тихо и без шума…</p><p>«А по какой причине мы столкнулись с „лоцманом смерти“?»</p><p>Филипп тихо забормотал про себя.</p><p>Хотя он еще не полностью поверил, что этот улыбчивый молодой человек, любивший похвастаться в баре, был авантюристом, способным выследить и убить «Колдуна-Демона», у него не было смелости испытывать слишком много сомнений.</p><p>«Шеф, н-надо ли докладывать наверх о том, что личность Луи Бери фальшивая?» — тихо спросил матрос, принёсший телеграмму.</p><p>Филипп подсознательно замахнулся листом телеграммы и дал подчинённому по голове:</p><p>'Тебе терпится поскорее умереть?</p><p>«Я вам снова и снова повторял: находясь на корабле, если сталкиваетесь со странностями и дело не срочное, притворитесь слепыми и ждите, пока не прибудете в пункт назначения.»</p><p>Филипп немного подумал и, опасаясь, что подчинённый совершит ошибку из-за непонимания, решил добавить пару слов с пояснениями:</p><p>'Мы всё ещё в море, и если мы доложим о фальшивой личности, то даже когда они установят настоящую личность Луи Бери и существующие с ним проблемы, никто не сможет прийти нам на помощь или спасти нас, если только помощь не отправят из порта Санта. Но для такого межгосударственного сотрудничества одни только предварительные переговоры займут несколько дней, а Луи Бери к тому времени давно сойдёт на берег.</p><p>'К тому же одно лишь установление его первоначальной личности потребует некоторого времени.</p><p>'Стоит ли ради доноса, у которого нет шансов на успех, рисковать тем, что Луи Бери обо всём узнает и рассердится?</p><p>«Я хочу сохранить спокойствие последних нескольких дней до самого конца.»</p><p>Матрос внимательно всё обдумал и в конце концов согласился с доводами шефа.</p><p>Филипп с облегчением вздохнул, порвал телеграмму и выбросил её в мусорную корзину.</p><p>«Скажи тому, кто принял и расшифровал телеграмму, чтобы никто не смел об этом болтать!» — ещё раз предупредил Филипп, вышел из каюты и спустился по лестнице на палубу.</p><p>Он как раз собирался найти свою новую любовницу, чтобы обсудить романтические планы на вечер, когда увидел главного героя той телеграммы, Луи Бери: тот стоял у фальшборта, разглядывая слегка колышущееся лазурное море, от нечего делать вращал золотисто-жёлтую соломенную шляпу, а в другой руке держал бокал со светло-золотистым шампанским.</p><p>Словно почувствовав на себе его взгляд, Лумиан повернулся и посмотрел в его сторону.</p><p>Затем он улыбнулся, приподнял бокал с шампанским в правой руке, сделав жест, будто чокается, и сделав небольшой глоток.</p><p>Тело Филиппа мгновенно напряглось, но он изо всех сил постарался сохранить невозмутимое выражение лица.</p><p>Было ли это простое приветствие от Луи Бери, или же он проведал про телеграмму и принятое мной решение?</p><p>…………</p><p>Ва-а! Ва-а! Ва-а!</p><p>Белоголовые морские птицы парили в чистом синем небе, издавая крики, отличавшиеся от криков их сородичей из порта Гати и порта Фалин.</p><p>Время от времени они спускались ниже, пролетая между деревянными рыбацкими судами с белыми парусами.</p><p>Рыболовство являлось одной из главных отраслей порта Санта, а страх и уважение к морю были впитаны с кровью каждым местным рыбаком.</p><p>Для них могло существовать дитя, не верующее в «Матерь-Землю», но не могло быть потомков, оскверняющих церемонию Моления Морю.</p><p>Глядя на этот пейзаж, несхожий с интисскими портами, и на постепенно возвышавшиеся вдали от порта Санта горные цепи, Лумиан мысленно восславил «Шута».</p><p>Путешествие из порта Фалин в порт Санта оказалось удивляюще спокойным: ни штормов, ни пиратов, ни потусторонних происшествий.</p><p>Это позволило ему наслаждаться мирной жизнью в течение нескольких дней, прочесть два вводных учебника по языку Плато и бегло просмотреть материалы о существах мира духов.</p><p>Он не нашёл описания злого духа по имени «Арден», пришедшего из глубин смерти, — не то мадам «Фокусник» не предоставила его, не то сама того не знала.</p><p>«Ещё полчаса, и мы войдём в порт,» — Лумиан, стоя у окна гостиной каюты номер 5 первого класса, размял шею, приводя отдохнувшее за эти дни тело в состояние лёгкого возбуждения.</p><p>Здесь кроются зацепки к ключевым членам «Дня дурака» — «Барду» и «Ультрамену»!</p><p>Разумеется, это могла быть и ловушка.</p><p>Тело Лумиана слегка дрожало от с трудом сдерживаемого нетерпения.</p><p>Наконец «Перелётная птица» бросила якорь в порту Санта.</p><p>Лумиан, ведя за руку Людвига и следуя за Лугано с чемоданами, направился к трапу, где столкнулся с уже поджидавшими на палубе Батнером Конте и его спутницей Нольфи.</p><p>— Неизвестно, повлияли ли на них слова Лумиана о том, что «авантюрист должен стараться наслаждаться сегодняшним днём, ведь завтрашнего может и не быть», но Нольфи, прежде настаивавшая на проживании в разных каютах, пару дней назад перебралась к Батнеру.</p><p>Лицо Батнера теперь пылало румянцем, он выглядел бодрым и исполненным уверенности.</p><p>С улыбкой взмахнув рукой, он произнёс:</p><p>«Луи, ты совсем не похож на авантюриста! Какой авантюрист выходит в море с ребёнком?»</p><p>«Разве защита ребёнка по поручению нанимателя — не одна из самых частых задач авантюриста?» — с улыбкой возразил Лумиан.</p><p>В каком-то смысле Церковь «Бога Знаний и Мудрости» действительно являлась его нанимателем.</p><p>Батнер взглянул на Людвига, одетого как маленький джентльмен, но с жёстким красным ранцем за спиной, и посчитал это объяснение вполне разумным.</p><p>Впрочем, неужели родители ребёнка настолько доверяют незнакомому авантюристу, чтобы поручить ему своё дитя?</p><p>«К тому же он мой крестник,» — добавил Лумиан.</p><p>Батнер всё понял и, указав на портовый район внизу, спросил:</p><p>«Где вы планируете остановиться? Может, сходим вместе посмотреть на церемонию Моления Морю?»</p><p>«Пока точно не знаю, если божество дарует нам встречу, мы встретимся снова.» Прибыв в порт Санта, нервы в голове Лумиана уже натянулись, и он больше не раскрывал свои передвижения направо и налево.</p><p>Уже привыкший к тому, что тот время от времени изрекает одну-две подобные фразочки в духе Провидца, Батнер не усмотрел в этом ничего странного и лишь вздохнул:</p><p>«Надеюсь, ещё встретимся.»</p><p>Он взмахнул рукой и вместе со своей спутницей Нольфи пошёл к трапу.</p><p>Лумиан с улыбкой напомнил:</p><p>«Ты знаешь язык Плато?»</p><p>«Совсем немного.» Батнер указал на Нольфи с её миловидными чертами лица, тёмными волосами и карими глазами: «Но её мать — местная, из порта Санта, а сама она — полукровка из Фейнапота и Интиса.»</p><p>Местная из порта Санта… Неудивительно, что ты узнала о церемонии Моления Морю и захотела взглянуть… Лумиан больше ничего не сказал, провожая взглядом Батнера и Нольфи, которые с чемоданами в руках спускались по трапу.</p><p>«Этот Луи не только щедр, мил и умеет пошутить, но и, похоже, обладает высокой профессиональной этикой.» Перед самым выходом из портовой зоны Батнер оглянулся на «Перелётную птицу» и сказал Нольфи: «Он только что не стал говорить нам, где они остановятся, явно не желая разглашать сведения о нанимателе. Должно быть, он прибыл в порт Санта, чтобы вернуть этого ребёнка домой.»</p><p>Нольфи слегка кивнула:</p><p>«Тебе и не следовало спрашивать. Друзья авантюриста существуют лишь сегодня, а в будущем вы можете никогда больше не встретиться.»</p><p>«Ха-ха, тебя отравила жизненная философия Луи.» Увидев подошедшего газетчика, зазывающего покупателей, Батнер сказал Нольфи: «Купи пару газет со слухами о море. Мы пробыли на корабле несколько дней, и наши новости устарели.»</p><p>Нольфи и сама думала об этом, поэтому достала заранее обменянные медные декены и купила две газеты.</p><p>Она встала у края улицы, развернула одну из них — «Газету Пяти морей», весьма популярную в прибрежных портах Фейнапота, — и принялась читать.</p><p>Не знающий языка Плато Батнер терпеливо ждал рядом, пока спутница дочитает и перескажет ему содержание.</p><p>Внезапно взгляд Нольфи застыл, а пальцы, сжимавшие газету, заметно напряглись.</p><p>«Что такое?» — полюбопытствовал Батнер.</p><p>Нольфи с колебанием произнесла:</p><p>«В порту Фалин появился слух, будто авантюрист, убивший „Колдуна-Демона“, зовётся…»</p><p>«Как зовётся?» — переспросил Батнер.</p><p>Нольфи помолчала несколько секунд и ответила:</p><p>«Зовётся… Луи Бери.»</p><p>Луи? Луи Бери? Батнер мгновенно остолбенел.</p><p>…………</p><p>Лумиан, Людвиг и Лугано сошли с корабля лишь тогда, когда пассажиры практически разошлись.</p><p>Спускаясь по трапу, он заметил в конце дороги впереди женщину в чёрном монашеском одеянии и соответствующем уборе; держа в руке коричневый чемодан, она повернула на боковую улочку.</p><p>Это… та плачущая женщина, которую я видел через «Очки Тайнозрения»? Лумиан задумчиво отвёл взгляд.</p><p>Идя вперёд, он размышлял о дальнейших планах.</p><p>Во-первых, нужно найти гостиницу неподалёку от портовой зоны, а во-вторых — написать письмо мадам «Фокуснику» и сообщить, что он уже прибыл в порт Санта; это дело затрагивает того Достопочтенного и может содержать ловушки, устроенные «Локи», так что нельзя проявлять беспечность…</p><p>Написать письмо, написать письмо мадам «Фокуснику»…</p><p>Написать письмо!</p><p>Зрачки Лумиана внезапно расширились, словно он пытался разглядеть, реален ли окружающий его мир.</p><p>Проведя на корабле столько дней, он всё это время забывал об одном деле — написать письмо мадам «Фокуснику»!</p><p>Ведь в самом начале он отчётливо намеревался проконсультироваться со своим Старшим Арканом и спросить, не кроется ли что-то подозрительное за частыми бедствиями на «Перелётной птице»!</p><p>Но затем совершенно забыл об этом!</p></section><section><title><p>Глава 537 По ту сторону гор</p></title><p>Глава 537 По ту сторону гор</p><p>Только сегодня, только сейчас, размышляя о дальнейших планах, Лумиан словно очнулся от дурманящего сна и вспомнил то, о чём собирался написать госпоже «Фокусник», но совершенно забыл.</p><p>От этого спину обдало холодом сильнее, чем от пулевого ранения в бою, а волосы встали дыбом.</p><p>Если подобное продолжится и усугубится, он запросто может сгинуть, так и не поняв, от чего погиб!</p><p>«Похожее чувство уже возникало раньше… Точно! В городке Дадель мы с Лугано незаметно для себя игнорировали саму возможность сбежать и всё время искали предлоги, чтобы войти в городок и расследовать безумие.» Мысли Лумиана стремительно пронеслись, и его внезапно озарила догадка:</p><p>Та женщина, которую он видел только что, плачущая женщина с «Перелётной птицы» — и была источником безумия, вырвавшимся из-под контроля гуманоидным запечатанным артефактом!</p><p>Покинув городок Дадель, она добралась до порта Гати и поднялась на борт «Перелётной птицы»!</p><p>'Она инстинктивно влияет на мысли окружающих людей, заставляя нас забывать о помыслах, которые могут представлять для неё угрозу? Но ведь для этого нужно постоянно отслеживать психическую активность каждого человека, верно?</p><p>«Или же, как раньше предполагал Энтони, она естественным образом даёт ментальное внушение каждому приблизившимуся, каждому спутнику на корабле, заставляя нас игнорировать её существование, так что даже если случайно заметишь её, то, повернув голову, тут же забудешь, а все попытки связаться с силами Высших Последовательностей будут 'добровольно» забыты или оставлены? Хм, эта Высшая Последовательность определяется не ею самой, а нашим собственным восприятием: если мы считаем это Высшей Последовательностью, значит, так оно и есть…</p><p>'Когда она сошла с корабля и перестала естественным образом непрерывно воздействовать на нас внушением, мы благодаря ассоциациям, вызванным другими вещами, смогли вспомнить упущенные вопросы…</p><p>«К счастью, этот запечатанный артефакт так и не проявил безумия на борту 'Перелётной птицы», иначе я мог бы уже утратить укрощение и превратиться в монстра…</p><p>«Так 'Живодёра» Роле испугал не только я и Людвиг, но и она? Хе-хе, если взглянуть на это с точки зрения «Живодёра», выходит весьма забавно: специально выбрал обычное торговое судно для грабежа, но стоит показаться на поверхности воды, как ощущаешь сразу три источника злобы, один опаснее и кошмарнее другого, словно растревожил осиное гнездо. В такой ситуации ничего другого не оставалось, кроме как поскорее уносить ноги.</p><p>«И те странные рыбы — „лоцманы смерти“ — тоже были привлечены ею?»</p><p>Лумиан сначала почувствовал запоздалый страх, но затем ощутил некое удовлетворение.</p><p>Это доказывало, что в бедствиях, обрушившихся на «Перелётную птицу», его собственный вклад был лишь ничтожной каплицей, как говорила Аврора, и за всё путешествие лишь дело «Колдуна-Демона» действительно было вызвано им!</p><p>Такую частоту Лумиан вполне мог принять.</p><p>Сделав этот вывод, Лумиан тут же вытащил листок для записей и авторучку и быстро набросал памятку:</p><p>«Найти поблизости гостиницу, затем написать письмо госпоже „Фокусник“, в первую очередь о метке смерти и том гуманоидном запечатанном артефакте.»</p><p>Сложив записку и убрав её в карман, Лумиан воспользовался тем, что Лугано расспрашивал моряков, рабочих и пассажиров на причале о близлежащих гостиницах, и пониженным голосом произнёс, глядя на левую сторону своей груди:</p><p>«Термиборос, ты даже не заметил, что столь опасный запечатанный артефакт находился поблизости.»</p><p>Раздался величественный, многослойный голос Термибороса:</p><p>«С чего бы мне тебя предупреждать?»</p><p>Ого, освоил «искусство красноречия»… — мысленно язвил Лумиан, повернув голову к Людвигу, который уплетал длинный батон.</p><p>Мальчишка — то ли из-за запечатывания Церковью Познания и впрямь ничего не заметил, то ли посчитал, что та не безумствует, опасности не несёт и пока не стоит внимания… Лумиан отвёл взгляд и, дождавшись, пока Лугано узнает дорогу, повёл Людвига к выходу из портовой зоны.</p><p>Порт Санта делился на две части: одна треть предназначалась для рыбаков, там располагались обширные открытые площадки, а поблизости возвышались целых три хладокомбината; остальные две трети принадлежали торговым судам — туда непрерывно прибывали пассажиры, а механические краны погружали в трюмы выплавленную сталь, выкованные клинки и сотканную шерсть.</p><p>Вдыхая царивший в воздухе рыбный запах, Лумиан с внешним спокойствием то всматривался во вдалеке возвышающиеся горные хребты, то разглядывал клубы чёрного дыма, поднимавшиеся с юго-восточной стороны города — со стороны подветренной зоны.</p><p>Воспользовавшись методом, при котором Лугано и Людвиг выбрали по два варианта для списка кандидатов, после чего было решено заселиться в тот, что встретится первым, Лумиан подошёл к обычной гостинице под названием «Соло».</p><p>На языке Плато это слово означало «Солнце».</p><p>Хотя в Королевстве Фейнапот не было веры в «Вечное Пылающее Солнце», а почиталась лишь «Матерь-Земля», под влиянием жаркого климата со сплошным солнечным светом такие слова, как «Соло» и «Солос» (солнечный свет), широко встречались во всевозможных названиях.</p><p>Сняв золотистую соломенную шляпу, укрывавшую его от октябрьского солнца, Лумиан забронировал люкс у седеющего, высокого и худого хозяина с выступающими скулами и густой бородой за 1,5 золотых рисо в день, то есть за 3 фера.</p><p>— Официальной валютой Фейнапота являлись рисо, сеты и декены. Говорили, будто их разработали учёные Церкви Познания ещё до того, как Королевство Фейнапот и центрально-южные земли разделились, а Церкви «Матери-Земли» и «Бога Знаний и Мудрости» совместно верховенствовали на этой обширной территории, и эта система вовсе не была столь антигуманной, как денежная система золотого фунта в Королевстве Лоэн: 1 рисо равнялся 10 сетам, 1 сета — 10 декенам, причем декены именовались в четырёх достоинствах: пять декенов, целый декен, полдекена и четверть декена. В настоящее время 1 рисо стоил около 2 феров, что равнялся примерно 12 рисо за 1 золотой фунт.</p><p>Лумиан уже обменял 1000 рисо, включая немалое количество сет и декенов.</p><p>Рассчитавшись и направляясь наверх, Лумиан увидел, как с улицы вошла юная девушка с длинными каштановыми волосами и веснушками на лице, излучавшая юношеский задор, и поприветствовала хозяина словом «дедушка» на языке Плато.</p><p>Хозяин с немного обгоревшей на солнце кожей в области скул обнял девушку, прикоснулся своей правой щекой к её правой щеке и с улыбкой ответил.</p><p>Это выражение не входило в тот словарный запас языка Плато, которым владел Лумиан, поэтому он повернул голову к Лугано, вопросительно взглянув на него.</p><p>«Старик Дельва сказал: „Так рад тебя видеть, моя маленькая капустка“.»</p><p>«Маленькая капустка…» — Лумиан опешил и вполголоса повторил это обращение.</p><p>Густобровый и круглоглазый Лугано с правильными чертами лица недоумённо спросил:</p><p>«Ты не знал, что здесь живет множество потомков дарьежцев?»</p><p>Стоя на площадке второго этажа, он указал рукой на стену, за которой простиралась улица:</p><p>«Воон те дальние горы — это горная цепь Пираес, ну, или, как у вас, дарьежцев, принято их называть, горы Дарьеж.»</p><p>Лумиану вмиг стало всё понятно:</p><p>«Это южная сторона гор Дарьеж?»</p><p>«К юго-западу, а до гор Дарьеж ещё ехать несколько часов на поезде с паровой тягой, а между ними простираются обширные равнинные пастбища и множество городов и деревень, — рассказывал Лугано, поднимаясь наверх. — Тебе ведь известно, что пастухи из Дарьежа и окрестных мест каждую осень перебираются на южные равнинные пастбища на перегон скота. Некоторые из них обосновываются там, а некоторые пытаются испытать удачу в нескольких крупных близлежащих городах, и порт Санта — один из них.»</p><p>«Если направишься на северо-восток, то даже без знания языка Плато проблем не возникнет — там полно людей, говорящих на интисском языке. У меня есть двоюродная сестра, она была вдовой, а потом во время выпаса скота познакомилась с местным, вышла за него замуж и бросила пасти овец. Вместо этого она стала помогать тем пастухам налаживать сделки по продаже овец, сыра, шерсти и прочего, и скопила целый виноградник. Хе-хе, её муж беспрекословно её слушается — видимо, таковы уж фейнапотские мужчины. Жаль, что я не женщина, а не то тоже сменил бы веру на „Матерь-Землю“!»</p><p>Слушая объяснения Лугано, Лумиан внезапно вспомнил одну вещь, о которой когда-то рассказывала Аврора:</p><p>Горы Дарьеж преграждают путь большей части холодных ветров, дующих на юг.</p><p>«Значит, в провинции Гая к югу от гор Дарьеж сплошное солнце и стоит жара, так что даже зимой равнинные пастбища покрыты сочной зеленью и пригодны для выпаса… Вот оно как…» — Лумиан почувствовал, как это знание «ожило» и сложилось в единую сеть, помогая ему чётко понять географическое положение и климатические особенности порта Санта и региона к северо-востоку от него.</p><p>Затем его мысль перескочила на кое-что другое:</p><p>Неужели большая часть Потусторонних, схваченных Пьером и остальными верующими в Судьбу пастухами, родом из этих мест?</p><p>Раз уж здесь есть такой порт и горный хребет, богатый полезными ископаемыми, Потусторонних тут и впрямь должно быть побольше…</p><p>В таком случае мои Потусторонние характеристики «Охотник», «Провокатор» и даже «Пироман» неразрывно связаны с этим местом…</p><p>И вот я прибыл сюда…</p><p>Почему же я чувствую здесь дух Судьбы…</p><p>Лумиан невпопад отозвался на слова Лугано:</p><p>«Сколько детей родила твоя двоюродная сестра?»</p><p>«Троих», — ответил Лугано.</p><p>«А если бы она не родила детей, её муж всё так же беспрекословно слушался бы её?» — Лумиан ещё от кочующих пастухов наслышался о вере в «Матерь-Землю».</p><p>Больше всего они почитают деторождение и продолжение рода.</p><p>«Конечно же нет», — без малейшего сомнения ответил Лугано.</p><p>Разговаривая, они втроём поднялись на пятый этаж и вошли в люкс в самом конце коридора.</p><p>Лумиан вышел на балкон и устремил взгляд на пестреющие вдалеке горы.</p><p>Там простирались высокогорные пастбища, там находилась деревня Корду.</p><p>Спустя почти четверть часа Лумиан молча вернулся в спальню и принялся писать письма госпоже «Фокусник» и Франке.</p><p>Он собирался сообщить Франке об этом гуманоидном запечатанном артефакте, чтобы та через «007» предупредила официальных Потусторонних Королевства Фейнапот, ведь столь опасному, готовому в любой момент безумствовать «Патогену» и впрямь не следовало бродить на свободе.</p><p>…………</p><p>«Вау! Я же говорила, что Лумиан обязательно снова столкнётся с источником этого безумия!» — Получив письмо, Франка как раз собиралась выходить вместе с Дженной.</p><p>Они направлялись в катакомбы Трира.</p><p>Предыдущие несколько дней Дженна хотела снова навестить «Ночной столп Крисмоны» в надежде получить хоть какую-то зацепку, но не смела действовать опрометчиво, опасаясь вызвать подозрения Секты Демонессы — она всё ещё жила вместе с Франкой и не могла гарантировать, что за ней не наблюдает Секта Демонессы.</p><p>Благодаря рекомендации Энтони она наконец получила на оккультном собрании задание, которое могло послужить предлогом:</p><p>Спуститься в семейный склеп на третьем ярусе катакомб и вернуть нанимателю старинную слезницу.</p></section><section><title><p>Глава 538 Ответное письмо</p></title><p>Глава 538 Ответное письмо</p><p>Дженна тоже дочитала письмо Люмиана и, помолчав несколько секунд, произнесла:</p><p>«Источник этой болезни безумия действительно силён…… Люмиан сам того не замечая попадал под его влияние почти полмесяца……»</p><p>Хорошо ещё, что та женщина не сорвалась, иначе все на корабле превратились бы в безумцев.</p><p>Дженна немного подумала и решила, что окажись она на его месте, результат был бы точно таким же, без каких-либо изменений.</p><p>«Поэтому запечатанные артефакты выше 2-го уровня хоть и чрезвычайно сильны, но в большинстве случаев непригодны для использования: одно лишь их существование уже приносит бедствия окружающим людям», — воспользовавшись случаем, Франка принялась наставлять спутницу, ставшую Потусторонней всего полгода назад.</p><p>Затем она сразу же сообщила об этом госпоже «Суд», а не «007», потому что даже при использовании способа экстренной связи успех зависел от удачи — а вдруг «007» сегодня весь день перерабатывает и не заглядывал в то место? Что же до обычного способа связи, то придётся ждать десяти часов вечера.</p><p>Учитывая, что источник болезни безумия мог проявить себя в любой момент и навредить невинным, Франка не хотела тратить драгоценное время. В конце концов, судя по реальному статусу госпожи «Суд», у той наверняка имелись каналы связи с официальными Потусторонними королевства Фейнапот, так что проблем с поиском нужных людей не возникнет, а вечером можно будет дополнительно уведомить «007», действуя сразу по двум направлениям.</p><p>Уладив этот вопрос, Франка и Дженна сели в наёмный экипаж и добрались до подземных катакомб.</p><p>Обе они по отдельности уже спускались с Люмианом на третий ярус и усвоили полезную информацию из его опыта, поэтому чувствовали себя здесь вполне уверенно. Вскоре, держа в руках горящие белые свечи, они вошли на небольшую площадь, где возвышались два жертвенных столпа.</p><p>Дженна немного помедлила и под недоумённым взглядом Франки подошла к жертвенному столпу, представлявшему «Вечное Пылающее Солнце», слегка развела руки в стороны и с благоговением произнесла:</p><p>«Хвала Солнцу!»</p><p>Она искала покровительства.</p><p>Франка с лёгкой ухмылкой наблюдала за этой сценой и с улыбкой сказала:</p><p>«Почему ты становишься всё больше похожей на Шарля, э-э, Люмиана?»</p><p>«Чёрт! И в чём это я на него похожа?» — привычно возразила Дженна.</p><p>«В гибкости веры», — с улыбкой указала Франка. — «Вот я, к примеру, просто возношу хвалу господину „Шуту“ и не подхожу к тому столпу, чтобы провозглашать „Да пребудет с нами Пар“.»</p><p>Дженна задумчиво ответила:</p><p>«Наверное, потому что и я, и Люмиан когда-то искренне верили в „Вечное Пылающее Солнце“……»</p><p>Сказав это, она внезапно осеклась, её губы задрожали, и она мысленно выругала себя.</p><p>Разве этим она не признала, что действительно в чём-то похожа на Люмиана?</p><p>Франка лишь шутила. Вознеся хвалу «Шуту», она вместе с Дженной покинула Площадь жертвоприношений и направилась к переходу на четвёртый ярус, где находился «Ночной столп Крисмоны».</p><p>Благодаря сведениям, предоставленным Люмианом, они легко миновали «преграды» из скелетов на своём пути и медленно продвигались вперёд в темноте, полагаясь лишь на тусклый свет свечей.</p><p>Пока они шли, Франке вдруг пришла в голову необычная мысль:</p><p>«Как думаешь, обязательно ли держать зажжённую белую свечу в руках? Можно ли поставить её на голову или сделать фонарь и поместить внутри? Будет ли это так же защищать нас?»</p><p>Дженна уже давно привыкла к тому, что Франка время от времени выдаёт странные словечки и идеи, поэтому невпопад ответила:</p><p>«Можешь попробовать.»</p><p>Взвесив последствия возможной неудачи, Франка сдавленно рассмеялась:</p><p>«Ладно, ладно, в таких вещах проявлять любопытство ни к чему.»</p><p>Она посмотрела на идущую рядом Дженну и сменила тему:</p><p>«Почему ты так одета?»</p><p>Сейчас на Дженне было чёрное платье и тёмная шляпка; выглядела она красиво, но эта одежда скрывала её юношеский задор, придавая ей зрелость, несвойственную её возрасту.</p><p>Дженна инстинктивно огляделась по сторонам и, убедившись, что других огоньков свечей поблизости нет, тихо произнесла:</p><p>«Я отыгрываю „Ведьму“, стараюсь выглядеть более сдержанной и таинственной.»</p><p>Надеть чёрную мантию с капюшоном, пожалуй, ближе к общепринятому представлению о ведьмах, но это могло вызвать подозрения у Секты Демонессы, поэтому Дженна пошла на компромисс.</p><p>«Очень старательно», — Франка мгновенно поняла ход её мыслей и одобрительно кивнула.</p><p>Дженна воспользовавшись случаем спросила:</p><p>«А ты? После смерти Гарднера у тебя ведь больше нет партнёра для усвоения „Наслаждения“?»</p><p>Скажи это кто-то другой, Франка смогла бы с невозмутимым видом спустить всё на тормозах, но когда об этом заговорила Дженна, она почувствовала невольную неловкость и, кашлянув пару раз, произнесла:</p><p>«Если уж так нужно, найти кого-то довольно просто. В крайнем случае найду возможность уложить Бронс в постель — посмотрим, станет ли эта деваха и дальше строить мне козни. Хе-хе, если она познает настоящее наслаждение, глядишь, ещё и пригласит меня на свою……»</p><p>Франка резко замолчала, едва удержавшись от желания поднять правую руку и дать себе пощёчину.</p><p>Как я могла рассказывать подобное Дженне?</p><p>Где моё достоинство!</p><p>Франка поспешно откашлялась и проговорила:</p><p>«К тому же, это отличный шанс.»</p><p>«Шанс?» — Дженна выразила недоумение.</p><p>Франка серьёзно кивнула:</p><p>«Полагаясь исключительно на постельные дела и плотские утехи, действительно можно медленно усвоить зелье, и это соответствует женственной природе 'Демонессы». Но мне всегда казалось, что суть «Наслаждения» не должна ограничиваться лишь этим. Пока у меня нет партнёра для плотских утех, я хочу успокоиться и не спеша испробовать другие возможности.</p><p>«Например, заставить мужчину полюбить меня, сделать так, чтобы он радовался моему виду, испытывал истинное наслаждение от одного лишь общения со мной, но так и не мог по-настоящему заполучить меня, погружаясь после каждой встречи в муки безответного желания. Так в самом наслаждении проявится сторона 'Демонессы», несущая бедствия и страдания……</p><p>«Чёрт, я больше всего ненавижу таких женщин!»</p><p>Говоря это, Франка распалялась всё сильнее и под конец разозлилась на саму себя.</p><p>Дженна опешила, сжала губы, её тело невольно задрожало — она изо всех сил пыталась сдержать смех.</p><p>«В общем, как-то так, ты поняла суть», — Франка поспешно подвела черту, сворачивая эту тему.</p><p>Полагаясь на тусклый свет свечи, они миновали новый склеп, сооружённый поверх древнего захоронения, когда Франка вдруг нахмурилась, задавшись вопросом, не упустила ли она только что редкую возможность:</p><p>'Если бы я стала тяжело вздыхать, жаловаться на застой в усвоении зелья из-за отсутствия партнёра и прикинулась бедняжкой, не предложила бы Дженна из сочувствия помочь мне сама?</p><p>'А-а-а-а, зачем я только строила из себя сильную!</p><p>«Хотя нет, она могла бы порекомендовать мне Люмиана……»</p><p>Предаваясь этим нелепым мыслям, Франка не теряла бдительности по отношению к окружению, особенно к беспорядочно сваленным вдоль дороги костям.</p><p>Наконец они с Дженной увидели «Ночной столп Крисмоны», высеченный из чёрного мрамора и подпирающий свод пещеры.</p><p>На нём не было ни узоров, ни символов, равно как и следов выветривания или коррозии.</p><p>«Она действительно очень похожа на ту, что в Трире Четвёртой Эпохи, но не такая огромная, скорее напоминает верхушку.» Франка понаблюдала несколько секунд и кратко оценила.</p><p>Затем она спросила Дженну:</p><p>«Есть какие-то особенные ощущения?»</p><p>Дженна слегка нахмурилась и медленно качнула головой:</p><p>«Нет.»</p><p>…………</p><p>Королевство Фейнапот, провинция Гая, порт Санта, гостиница «Соло».</p><p>Люмиан быстро получил ответное письмо от госпожи «Фокусника»:</p><p>«Почувствовал, насколько ужасен запечатанный артефакт '1»-го уровня?</p><p>'Сколько бы раз я ни рассказывала тебе об этом, ничто не произведёт на тебя такого глубокого впечатления, как личный опыт.</p><p>«Похоже, это сила высоких Последовательностей Пути 'Зрителя», непрерывно меняющая мысли и восприятие окружающих людей, так что запомни эту фразу: «Остерегайся Зрителя»……</p><p>«В том запечатанном артефакте скрыта и другая сила, я пока не уверена, принадлежит ли она тем злым богам извне. В общем, в её выслеживании и поимке тебе больше не нужно участвовать, да ты и не сможешь; мы свяжемся с церковью Матери-Земли через господина „Луну“.»</p><p>Прочитав до этого места, Люмиан бесшумно пробормотал:</p><p>«Я и сам не хочу участвовать, но такие вещи решаю не я, с моей-то комплекцией иной раз и захочешь избежать — не выйдет.»</p><p>Совсем как тогда, когда он ни с того ни с сего оказался на одном корабле с тем запечатанным артефактом, направляясь в одно и то же место.</p><p>В то же время Люмиан уловил одну деталь из указаний госпожи «Фокусника»:</p><p>Господин «Луна» из «Клуба Таро» тесно связан с церковью Матери-Земли.</p><p>Поразмыслив мгновение, Люмиан продолжил читать письмо:</p><p>«Существование Острова Воскрешения мы тоже расследуем, этим в основном занимаются господин 'Повешенный» и госпожа «Отшельник». У них есть кое-какие догадки, но подтвердить их пока нельзя. Если в дальнейшем потребуется твоя помощь, тебя предупредят заранее и спросят твоё согласие, но сейчас даже не думай о поисках Острова Воскрешения, это очень опасно, запомни, это очень опасно……</p><p>'Метка смерти — это отпечаток, остающийся в самой сути смерти. Обычный человек может оставить лишь одну, но на некоторых Путях при достижении определённых Последовательностей можно оставить множество таких меток. Однако подобный отпечаток поддаётся разъеданию смертью, постепенно растворяется и в итоге полностью ассимилируется смертью. Чем выше был статус при жизни, тем сильнее способность противостоять этому растворению и тем дольше он может продержаться; то же относится и к обладателям особых способностей. Что же касается обычных Потусторонних низших и средних Последовательностей, то через несколько лет, десяток лет или пару десятилетий их метка смерти перестаёт существовать.</p><p>'Устроить ритуал, чтобы призвать метку смерти, практически невозможно — даже истинные боги Последовательности 0 не смеют приближаться к сути смерти, куда уж там какому-то ритуалу.</p><p>«Призванный Бурманом злой дух 'Арден», как мне кажется, таит в себе подвох. Я даже подозреваю, что душевное состояние Бурмана ухудшилось не после встречи с жителем Острова Воскрешения Гаррисоном, а с того момента, как он призвал этого злого духа и убил его.</p><p>«Возможно, злой дух „Арден“ вовсе не умер.»</p><p>Оставивший следы крови и легко убитый Бурманом злой дух «Арден» вовсе не умер? Что за чертовщина…… Госпожа «Фокусник» и сама не знает, что за существо такое этот злой дух «Арден»…… Люмиан вспомнил состояние Бурмана и не нашёл ничего необычного.</p><p>Так ведут себя полубезумные люди, насильно сменившие Путь.</p><p>В конце письма госпожа «Фокусник» написала:</p><p>«Будь предельно осторожен при расследовании в порту Санта. Если возникнут сложности, можешь обратиться за помощью к „Рыцарю Мечей“.»</p><p>Пока в этом нет нужды…… мысленно ответил Люмиан.</p><p>Поскольку сейчас у него не было ни единой зацепки и он ни в чём толком не разобрался, то даже напиши он «Рыцарю Мечей», то не знал бы, о чём спрашивать и какой помощи просить.</p></section><section><title><p>Глава 539 Один на свету, другой в тени</p></title><p>Глава 539 Один на свету, другой в тени</p><p>Согласно ходу мыслей Люмиана, после прибытия в порт Санта первым делом требовалось расследовать, какая именно неожиданность произошла на церемонии Моления Морю в прошлом году и кто примерно был в это вовлечён, чтобы таким образом найти следы, оставленные теми двумя ключевыми членами «Дня дурака», и шаг за шагом установить их личности в реальном мире.</p><p>Это также была та часть, где проще всего было сбиться с пути или угодить в ловушку.</p><p>Не выяснив детально обстоятельства прошлогодней проделки, Люмиан пока не нуждался в помощи «Рыцаря Мечей», этого обладателя карты Младших Арканов — не просить же его разузнавать об этих вещах?</p><p>Эта информация была заблокирована в порту Санта, и если только «Рыцарь Мечей» не находился случайно прямо здесь, он всё равно ничем не смог бы помочь.</p><p>— Люмиан ещё до прибытия в порт Санта хотел досконально узнать общую обстановку вокруг церемонии Моления Морю и детали прошлогоднего происшествия, но разузнать было абсолютно негде, это словно стало тайной, принадлежащей исключительно этому месту, а те периферийные члены «Дня дурака», что участвовали в той проделке, лишь примкнули к веселью и выполняли второстепенную работу, способные предоставить лишь скудную информацию со своей колокольни.</p><p>Па, Люмиан встряхнул запястьем, превратив ответное письмо госпожи «Фокусника» в пылающий огненный шар.</p><p>Он поднялся на ноги, вышел из главной спальни номера и сказал Лугано, ожидавшему в гостиной:</p><p>«Мы пойдём раздобудем себе личности местных.»</p><p>«Вы уже оформили проживание в гостинице под именем Луи Бери,» — немного подумав, напомнил Люмиану Лугано.</p><p>Неужели прямо сейчас придётся съезжать отсюда?</p><p>Разве это не означает выбросить на ветер арендную плату за целую неделю?</p><p>При мысли о тех 10,5 рисо Лугано тут же ощутил укол сожаления в сердце.</p><p>Тратить деньги — не проблема, но нельзя же разбрасываться ими впустую!</p><p>Будучи охотником за головами, прожившим долгие годы в лишениях, он всё ещё был весьма чувствителен к деньгам, иначе не смог бы в своё время, переступив через стыд, напроситься к Люмиану на «работу».</p><p>«А с этим есть какие-то проблемы?» — с улыбкой переспросил Люмиан.</p><p>В октябре в порту Санта всё ещё было довольно жарко, поэтому он был просто одет в льняную рубашку и коричневые брюки, а в руке держал золотисто-жёлтую соломенную шляпу.</p><p>Лугано на мгновение замешкался, не зная, стоит ли признаваться, что ему попросту жалко денег, и, сменив тему, сказал:</p><p>«Босс, я только что выходил на улицу и купил несколько газет, и обнаружил, что в порту Фалин ходят слухи, будто это вы выследили „Колдуна-Демона“.»</p><p>Увидев эту новость, Лугано несколько раз протирал глаза, сомневаясь, не показалось ли ему.</p><p>Когда это его собственный босс успел прикончить «Колдуна-Демона»?</p><p>Почему я об этом не знаю?</p><p>Лишь вспомнив главную спальню, выглядевшую так, словно по ней палили из пушек, он проникся полудоверием.</p><p>«Это я,» — Люмиан слегка кивнул, ответив на слова Лугано.</p><p>«…» Лугано на короткое время даже утратил способность подбирать слова.</p><p>Спустя несколько секунд он, с трудом подавив любопытство, изобразил осенённый догадкой вид:</p><p>«Вы заработали 600 тысяч феров награды за голову, да ещё и всякие трофеи, неудивительно, что в эти дни вы так щедры…»</p><p>Неудивительно, что вы не принимаете близко к сердцу какую-то плату за аренду в двадцать-тридцать феров.</p><p>«Всё это было пожертвовано,» — коротко бросил Люмиан.</p><p>«Почему?» — вырвалось у Лугано.</p><p>Люмиан смерил его взглядом.</p><p>Лугано тут же зажал рот и смущённо улыбнулся:</p><p>«И вправду нужно отсюда съехать, „Луи Бери“ теперь в Туманном море стал знаменитостью, и за ним легко могут увязаться.»</p><p>Он с точностью прочёл в том взгляде Люмиана то, что тот хотел выразить:</p><p>Я босс или ты босс?</p><p>Должен ли я отчитываться перед тобой, когда жертвую награду?</p><p>«Кто тебе сказал, что нужно съезжать?» — со смешком переспросил Люмиан.</p><p>«Не съезжать…» — опешил Лугано.</p><p>Люмиан многозначительно улыбнулся:</p><p>«Иначе как по-твоему, почему я не попросил священнослужителей церкви „Шута“, помогавших получить награду, скрыть мою личность?»</p><p>Громкий авантюрист Луи Бери — это знамя, выставленное им на свету, чтобы посмотреть, кого или что оно привлечёт.</p><p>Поэтому и требовалась скрытая в тени личность самого обычного местного, чтобы действовать с ней вкупе.</p><p>«Я… я думал, вы просто хотите, как и Герман Воробей, прославиться на все пять морей.» — Хотя Лугано и не понимал истинной цели своего работодателя, он чувствовал, что всё далеко не так просто, как кажется на поверхности.</p><p>Люмиан рассмеялся:</p><p>«Кто из нашего поколения молодёжи не хочет прославиться на все пять морей, как Герман Воробей?»</p><p>Это и вправду тешило его тщеславие и служило одной из целей, почему он не попросил епископа Теса из церкви «Шута» помочь скрыть следы.</p><p>Лишь настоящая, достаточно убедительная видимая цель способна прикрыть укрытые под ней иные намерения.</p><p>«Э-э…» — у Лугано вновь возникло то чувство, будто он не видит истинного лица своего работодателя и не может угадать его конечную цель.</p><p>Вслед за этим он мысленно вздохнул:</p><p>Эх, я всего лишь «Земледелец», всего лишь «Врач», всего лишь охотник за головами с многолетним опытом, а умом могу похвастаться разве что самым обычным…</p><p>Люмиан взглянул на Людвига, который смирно уплетал неподалёку картофельную запеканку с яйцом, и сказал:</p><p>«Пойдём.»</p><p>Договорив, он передвинул вешалку для одежды в слепую зону обзора и повесил на неё золотисто-жёлтую соломенную шляпу.</p><p>Если глядеть из здания напротив, казалось, будто в углу стоит человек в соломенной шляпе.</p><p>Выйдя из гостиницы «Соло», Люмиан пошёл по улице, вымощенной серо-белыми каменными плитами, в сторону самой оживлённой барной улицы неподалёку от портового района, а Лугано, ведя за руку Людвига, следовал сразу за ним.</p><p>Улица здесь была довольно старинной, изобилующей разнообразными домами с белыми стенами и красной черепицей, покрытыми пятнами от времени. У дверей некоторых зданий, как и в деревне Корду, стояло по четыре-пять стульев, на которых сидели пожилые женщины; они грелись на солнышке и болтали, разве что не ловили друг у друга вшей.</p><p>Прохожие же, минуя их, притихали, убавляя звук разговоров, дабы не нарушать сию тишину и умиротворение.</p><p>Судя по знаниям, почерпнутым Люмианом из праздной болтовни с барменом Франческо в нижнем баре «Перелётной птицы», это явление фейнапотского толка, возникшее под совместным влиянием веры в «Матерь-Землю» и традиций уважения к семье:</p><p>«Культура старых бабушек».</p><p>В каждой семье старая бабушка самого старшего поколения, родившая немало детей, пользуется наивысшим уважением и является неоспоримой «главой семьи», в той или иной степени управляя жизнью каждого её члена. Даже выходя за порог дома, она точно так же окружена почтением посторонних, ибо подобная старая бабушка, старая мать эквивалентна символу большого семейства и является воплощением «Матери-Земли» в этой большой семье.</p><p>Религиозная вера и общественные традиции вкупе обеспечивают подобной старой бабушке особое положение.</p><p>Глядя на эту сцену, Люмиан невольно задумался над одним вопросом:</p><p>В провинции Лейстон замужняя женщина, выступающая фактической главой семьи, имеет право на титул «мадам» и добавление к имени приставки «на» — не занесено ли это влиянием «культуры старых бабушек» из Фейнапота, лежащего за горным хребтом?</p><p>Стоит знать, что кочующие при перегоне скота пастухи и проезжие торговцы неизбежно приносят с собой то, что видели и слышали, а сам перегон и торговля — занятия древние, восходящие к тем временам, когда в горах Дарьеж и по обе их стороны только появлялись первые людские поселения. За тысячелетия накопленного времени здесь неизбежно должны были остаться неизгладимые следы.</p><p>Идя по старинной, но умиротворённой улице под яркими лучами солнца, Люмиан на миг ощутил лёгкую растерянность, словно вернулся в деревню Корду, в ту пору хлопот, когда взрослые разошлись кто в поле, кто пасти овец в горах, кто на охоту, оставив дома лишь старух да малых детей.</p><p>…………</p><p>Трир, третий ярус катакомб.</p><p>Дженна на некоторое время прикрыла глаза, прислушиваясь к своим ощущениям, но так и не услышала от чёрного «Ночного столпа Крисмоны» ни вздохов, ни каких-либо иных звуков.</p><p>Она проверила текущее состояние своих зеркальных двойников и осторожно приблизилась к колонне, не имевшей на себе никаких следов времени, приложив к ней ладонь.</p><p>Эта чёрная колонна, подпиравшая свод, точно потолок пещеры, была ледяной на ощупь; внешне она напоминала металл, но по ощущениям всё же оставалась камнем.</p><p>Кроме этого сведения, разум Дженны больше ничего не получил.</p><p>«Всё равно не выходит.» Она снова покачала головой, глядя на Франку.</p><p>В то же время она вспомнила оба прошлых раза, когда слышала голос Крисмоны, пытаясь найти между ними что-то общее.</p><p>Один раз — когда она продвигалась по Последовательности, а другой — когда они оказались под влиянием некой силы особого мира зеркал внутри Трира Четвёртой Эпохи.</p><p>Общим было то, что в обоих случаях они находились в опасности и испытывали сильные эмоции.</p><p>«Когда я становилась „Ведьмой“, опасность подавлялась Площадью жертвоприношений и была не так велика. Значит, главное — сильные эмоции?» Дженна тихо проговорила пару фраз, пытаясь вспомнить те вещи, что причиняли ей боль и заставляли страдать, разжигая в себе чувства.</p><p>Здесь были и смерть матери, и разлука с братом, и вся та боль, которую она видела, слышала и пережила сама.</p><p>В настроении Дженны произошёл заметный всплеск, однако иллюзорного вздоха она так и не услышала, да и никаких аномалий у «Ночного столпа Крисмоны» не ощутила.</p><p>Франка помедлила и произнесла:</p><p>«Нужно какое-то особое событие, чтобы сработало?»</p><p>«Возможно.» Дженна слегка прикусила губу: «Может, попробуем спуститься на четвёртый ярус? Люмиан говорил, что там блуждает тень, предположительно образовавшаяся после смерти ангела Пути „Демонессы“, — это и должна быть Крисмона.»</p><p>Франка прониклась этой мыслью и сказала:</p><p>«Да, к тому же эта тень под контролем печати и не обладает способностью нападать на людей, хм, при условии, что мы будем строго соблюдать всю ту серию правил катакомб.»</p><p>Коротко обсудив это, обе девушки обошли сзади «Ночной столп Крисмоны», сменили свечи и ступили на старые потрескавшиеся каменные ступени, шаг за шагом спускаясь вниз под взглядами высеченных на скальных стенах по обе стороны рельефов в виде груд тёмно-серых человеческих голов, выглядевших совсем как настоящие.</p><p>«Здесь очень подходит рассказывать истории о призраках, атмосфера просто потрясающая.» Франка не удержалась от слов, чтобы разрушить ту давящую тишину, от которой она задыхалась.</p><p>Дженна скосила на неё взгляд и с поддёвкой спросила:</p><p>«Ты испугалась?»</p><p>«Как это возможно?» — упрямо ответила Франка.</p><p>Дженна тихо рассмеялась:</p><p>«Если бы ты не боялась, то сразу рассказала бы историю о призраках, чтобы напугать меня, а сейчас просто разглагольствуешь, показывая, что главным образом хочешь подбодрить себя голосом.»</p><p>То, что ты не выбрала Путь «Зрителя», — прямо разбазаривание таланта… Неужели театральные актёры тоже должны учиться угадывать мысли людей? Франка только собиралась возразить пару фраз, как они уже миновали последний пролёт древних каменных ступеней.</p><p>Она и Дженна одновременно ощутили гнетущее чувство.</p><p>В следующее мгновение в их глазах отразился желтоватый огонёк свечи.</p><p>Эта свеча не принадлежала им — её свет туманно пробивался откуда-то издалека, огибая поворот на четвёртом ярусе катакомб.</p></section><section><title><p>Глава 540 Очарование</p></title><p>Глава 540 Очарование</p><p>Первой реакцией Франки и Дженны было поскорее уклониться — в этих глубоких подземных недрах, в мёртвой тишине, где повсюду покоились останки, встреча с любым живым человеком заставляла насторожиться.</p><p>Но в нынешнем положении уклониться они не могли, ведь им требовалось держать в руках зажжённую белую свечу, чтобы темнота катакомб не поглотила их, а в подобной обстановке свечной огонёк был настолько заметен, что его видать издалека — если только не залезть в какой-нибудь древний склеп и не запечатать наглухо гробничные двери, лишь так обретя истинное укрытие.</p><p>Точно так же они не смели «становиться невидимыми» и прятаться в тенях, не будучи уверенными, не сочтётся ли это за угасание свечи.</p><p>Переглянувшись, Франка и Дженна решили пойти вразрез, стараясь держаться на достаточном расстоянии от огонька свечи, приближавшегося издалека.</p><p>В гнетущей атмосфере, настолько тихой, что даже время будто замерло, две «Ведьмы», полагаясь на дорожные указатели и чёрную линию на своде пещеры, осторожно продвигались на запад по широкому проходу, свободному от останков усопших и окружённому древними склепами.</p><p>Когда они оказались почти параллельно той группе свечного света, Франка повернула голову и взглянула сквозь туннель между двумя древними склепами.</p><p>Благодаря своему превосходному ночному зрению она разглядела человека, несущего горящую свечу.</p><p>Это был мужчина в чёрной мантии с короткими, глубоко-чёрными волосами, мягкими чертами профиля, сравнительно бледной кожей и тёмно-карими глазами — от него веяло чем-то чуждым интисцам.</p><p>Фейнапотец? Похоже, но всё же есть определённые различия… Почему у меня такое ощущение знакомства… Когда я видела этого человека? Быть может, прежний владелец этого тела встречался с ним, и в глубине осколков памяти остался отпечаток? У Франки внезапно возник порыв подойти и заговорить с ним.</p><p>Она вдохнула воздух и сдержала себя.</p><p>В мёртвой и тёмной обстановке катакомб опрометчивое сближение с незнакомцем легко могло спровоцировать ненужный конфликт.</p><p>К тому же она в своё время потратила немало времени на расследование причин смерти прежнего владельца и его прижизненного прошлого, убедившись, что всё в порядке и беспокоиться о том, кого тот знал прежде, нет нужды.</p><p>Мужчина в чёрной мантии тоже повернул голову и оглядел двух «Ведьм», а убедившись, что те не собираются приближаться, продолжил путь и скрылся за древним склепом.</p><p>«Не похож на студента,» — Дженна отвела взгляд, исключив один из вариантов.</p><p>Если только что прошедший человек был не студентом, спустившимся на четвёртый ярус катакомб из чистого любопытства и ради острых ощущений, значит, у него имелась собственная, вполне определённая цель… Взял заказ на поиск антиквариата, или же кто-то из его предков упокоен в одном из склепов этого яруса, и он пришёл сотворить поминовение? Или Потусторонний с глубокими познаниями в оккультизме явился исследовать особенности катакомб и устройство печати? Или, быть может, как мы с Дженной, он прибыл в поисках откровения, даруемого тремя Ночными столпами? Мысли Франки проносились со молниеносной скоростью, перебирая множество вариантов.</p><p>На четвёртом ярусе катакомб находились ещё два Ночных столпа — «Ночной столп Марианны» и «Ночной столп Лиаса».</p><p>Первая была Папой Церкви «Богини Вечной Ночи» в Четвёртую Эпоху, второй — Благословенным древнего бога Смерти; Они оба пали в «Войне Четырех Императоров», пали в том Трире Четвёртой Эпохи.</p><p>Поделившись своими соображениями с Дженной, Франка взмахнула свободной от свечи правой рукой:</p><p>«Неважно, какова его цель, лишь бы это не мешало нам искать призрак Крисмоны.»</p><p>«Я и не собиралась вмешиваться, ты сама выстроила кучу предположений… Я чувствовала твой внутренний порыв, ты действительно хотела разведать про того человека…» — Дженна, прекрасно зная Франку, чутко уловила мысли спутницы, однако лишь про себя усмехнулась, не став разоблачать её.</p><p>Временами Франка очень даже дорожила своим самолюбием!</p><p>Пройдя по этому пути около четверти часа, они добрались до естественной пещеры под названием «Пещера Безумных Грибов».</p><p>Вход сюда был наглухо заблокирован густыми зарослями бледных грибов с черноватым оттенком.</p><p>«С чего тут выросло столько грибов?» — Франка с любопытством оглядела их.</p><p>Не дожидаясь ответа Дженны, она сама добавила:</p><p>«Ладно-ладно, я знаю, сейчас не время для исследований и приключений.»</p><p>«Чёрт, да я тебя и не останавливала, может, призрак Крисмоны как раз внутри этой грибной пещеры,» — Дженна, испытывавшая сильный гнёт и чувство одиночной камеры с самого входа на четвёртый ярус катакомб, руганью дала выход внутреннему дискомфорту.</p><p>Франка собралась было ответить, как вдруг заметила за поворотом силуэт.</p><p>Фигура эта была облачена в простую, скромную белую мантию; её чёрные волосы мягко спадали, черты лица отличались изяществом, а облик лучился святостью и красотой, словно сошедшей из людских фантазий.</p><p>Это была женщина, и одно её присутствие разительно контрастировало с окружающей тьмой, мёртвой тишиной и скверной.</p><p>Крисмона! В умах Франки и Дженны одновременно промелькнуло это имя.</p><p>Они и вправду столкнулись с призраком, предположительно принадлежавшим Крисмоне — той самой высокопоследовательной «Ведьме»!</p><p>Успокоив чувства, Дженна пристально уставилась на силуэт и попыталась заговорить на языке Древнего Гермеса:</p><p>«Здравствуйте.»</p><p>У этой невероятно прекрасной, прямо-таки нереальной, но завораживающей взгляд женской фигуры уголки губ чуть приподнялись, явив едва заметную улыбку.</p><p>В тот же миг её очарование расцвело в полную силу.</p><p>И Дженна, и Франка в то мгновение полностью затерялись в этой улыбке, в их головах осталась лишь одна мысль:</p><p>Подойти к ней, подойти к ней…</p><p>Они чувствовали себя мотыльками: прекрасно сознавая смертельную опасность этой красоты, они всё равно не могли совладать с желанием приблизиться и стать ближе.</p><p>Шаг, два, три… Обе «Ведьмы» с затуманенными взглядами и восхищением на лицах направились к силуэту женщины в скромной белой мантии.</p><p>Пройдя некоторое расстояние, Дженна инстинктивно вздохнула и прониклась состраданием:</p><p>'Она так красиво улыбается, почему же она вздыхала прежде?</p><p>'С каким печальным событием она столкнулась в прошлом?</p><p>«Вздыхала…»</p><p>Дженна внезапно очнулась, осознав, что эта женская фигура в белой мантии и та Крисмона, которая вздыхала и защитила их, вовсе не обязательно одно и то же лицо, по крайней мере, не совершенно идентичны!</p><p>Её взор мгновенно прояснился, и она увидела, как шелковистые чёрные волосы прелестного силуэта взмыли вверх, каждая прядь невероятно утолстилась, а кончики разверзлись, будто пасти змей.</p><p>Мрачные змеиные зёвы были устремлены прямо на Дженну и Франку, точно поджидая, когда те подойдут на расстояние удара.</p><p>Дженна вздрогнула, поспешно схватила Франку и вполголоса крикнула:</p><p>«Здесь что-то не так!»</p><p>Франка на миг опешила и, посражавшись с собой несколько секунд, наконец вырвалась из этого дурмана.</p><p>Увидев, что они окончательно остановились, святой силуэт в белой мантии безучастно смотрел на них несколько секунд, а затем свернул на боковую тропу и скрылся во тьме.</p><p>Уф… — Франка выдохнула и с запоздалым страхом произнесла:</p><p>«Почему в правилах посещения катакомб нет пункта о том, что нельзя разговаривать с теми, у кого нет свечи?»</p><p>«Возможно, даже если обычные люди и спускаются на четвёртый ярус, они подпадают под влияние здешней обстановки, не могут подавить страх и быстро уходят, отчего и не сталкиваются с этими призраками,» — Дженна искала объяснение.</p><p>Франка посмотрела на неё и с некоторой досадой произнесла:</p><p>«Ты надо же — раньше меня вырвалась из-под чар этой женщины-призрака.»</p><p>Дженна вкратце пересказала мысли, промелькнувшие у неё в голове.</p><p>«Но ведь я в том Трире Четвёртой Эпохи тоже слышала вздохи и слова Крисмоны…» — Франка подняла правую руку и потрогала своё лицо. — «Неужели я и вправду легко поддаюсь женской красоте?»</p><p>Сказав это, она внезапно озадачилась:</p><p>«На самом деле, мне всегда казалось странным появление 'Ночного столпа Крисмоны» в катакомбах.</p><p>«Два других Ночных столпа: один принадлежит Марианне, бывшей Папе Церкви Ночи, а другой назван в честь Лиаса, Благословенного древнего бога Смерти. Последний — 'Консул Смерти», что отлично сочетается с катакомбами, тогда как первая относится к Смежному Пути бога Смерти — иными словами, Они оба тесно связаны со смертью, упокоением и усопшими, Крисмона же — «Демонесса Бедствия», что разительно отличает Её от Них.</p><p>«Наличие гигантского столпа в честь Крисмоны в Трире Четвёртой Эпохи я ещё могу понять, ведь там особый мир в зеркале и сохранилась божественная сила „Изначальной Демонессы“ со времён „Войны Четырех Императоров“, но почему при строительстве катакомб решили включить сюда „Ночной столп Крисмоны“? Тогда ведь пали и другие ангелы, следовавшие за „Кровавым Императором“, почему выбор пал именно на Неё?»</p><p>Дженна медленно покачала головой и вновь устремила взгляд туда, где скрылась святая фигура.</p><p>Она попробовала пройти в ту сторону некоторое расстояние и внезапно обнаружила, что за местом, где прежде стояла женщина в белой мантии, находился древний склеп.</p><p>В отличие от остальных склепов четвёртого яруса, дверь этой гробницы была открыта.</p><p>…………</p><p>Выйдя с улицы Аквины, где располагалась гостиница «Соло», Люмиан отыскал безлюдный переулок и бросил клипсу «Ложь» Лугано.</p><p>«Найди того, кто сделает фальшивые документы, только не в нынешнем облике,» — Люмиан указал на кафе по диагонали напротив. — «Я буду ждать тебя там.»</p><p>«Да, Босс,» — Лугано ничуть не растерялся.</p><p>Хотя он никогда прежде не бывал в этом городе, здесь обосновалось несколько его знакомых.</p><p>К тому же он свободно изъяснялся на языке Плато.</p><p>Проследив, как переводчик и проводник закончил маскировку, вернул «Ложь» и завернул на улицу баров, Люмиан вместе с Людвигом вошёл в кафе, где на каждом столике стоял букет цветов.</p><p>В это время солнце довольно палящими лучами освещало землю, отчего прохожие казались разнеженно-ленивыми.</p><p>Люмиан нисколько не смутился и, полагаясь на скудный запас слов языка Плато и жестикуляцию руками, успешно заказал две чашки кофе «Толер» с молоком, слоёный пирожок с желтком по-сантански с башней из взбитых сливок наверх, порцию жареной поросятины и порцию утки, тушённой в грушевом соку.</p><p>Людвиг остался весьма доволен.</p><p>Попивая кофе, Люмиан огляделся по сторонам и обнаружил, что за шестью-семью столиками в кафе сидели исключительно свидающиеся пары, в основном лет двадцати, и лишь одна пара среднего возраста.</p><p>С его слухом Люмиану не составило труда уловить обрывки болтовни за соседними столиками, однако большую часть он разобрать не мог, выхватывая лишь отдельные слова:</p><p>«Океан… молитва… подняться на борт… остров…»</p><p>Разговаривают о церемонии Моления Морю в следующем месяце? Люмиан перевёл взгляд за окно.</p><p>На улице двое молодых людей с длинными мечами за спиной неизвестно из-за чего поссорились, обнажили клинки прямо на месте и, похоже, собирались устроить дуэль.</p></section><section><title><p>Глава 541 Исторические истоки</p></title><p>Глава 541 Исторические истоки</p><p>Кланг-кланг-кланг!</p><p>Даже сквозь стеклянное окно Лумиан слышал звон скрестившихся снаружи длинных мечей двух молодых людей.</p><p>Он невольно приподнял бровь.</p><p>И впрямь драка началась?</p><p>Хотя в Трире и процветали дуэльные обычаи, там редко случалось, чтобы кто-то вот так запросто хватался за оружие и принимался махать им прямо на месте. Если и возникал конфликт, который хотели разрешить дуэлью тут же, всё равно соблюдали полный порядок: сперва определяли, будет ли дуэль на холодном оружии или перестрелка на револьверах, затем подписывали договор, после находили признаваемого обеими сторонами свидетеля, и наконец одалживали шпаги или пистолеты у стойки кафе либо бара — только такая дуэль считалась законной и не пресекалась полицией с последующим арестом.</p><p>Подобная же стычка, когда из-за пары слов тут же размахивают длинными мечами, была либо предвестником бунта, либо кровавой местью банд — в обычных драках редко задействовали столь смертоносное холодное оружие.</p><p>В порту Санта, да и вообще в королевстве Фейнапот, настолько скверно с общественным порядком? Именно этому дивился Лумиан.</p><p>Спустившись с «Перелётной птицы» и направляясь в гостиницу «Соло», он ещё по пути заметил, что жители порта Санта очень любят носить при себе сабли и мечи, отчего у него возникло ощущение, будто он попал в обстановку, описанную в старинных романах.</p><p>И это, оказывается, законно!</p><p>Даже в таком морском колониальном порту, как порт Фалин, никто не носил подобного открыто — даже короткий кинжал приходилось прятать и скрывать.</p><p>Разумеется, для него это было скорее к лучшему.</p><p>Он с интересом наблюдал через окно за нешуточной схваткой двух молодых людей, время от времени мысленно оценивая их бойцовские навыки.</p><p>Как раз в этот момент с другого конца улицы трусцой прибежал отряд.</p><p>Все они были женщинами. На головах красовались двууголки из чёрной ткани с белым узором, под коричневыми кожаными доспехами виднелась чёрная исподняя одежда, за спинами развевались тёмно-чёрные плащи и скрещивались два прямых меча, а на поясе слева и справа висело по латунному револьверу.</p><p>Возглавлявшей их женщине на вид было лет двадцать семь-двадцать восемь. Густые чёрные волосы вьются от природы, густые брови, большие глаза, полные алые губы — она была весьма недурна собой.</p><p>При росте свыше ста семидесяти сантиметров она сняла со спины прямой меч и с холодным выражением лица что-то крикнула бившимся посреди улицы мужчинам.</p><p>Из всего сказанного Лумиан разобрал только слово «Стой».</p><p>Те двое молодых людей действительно остановились. Они встали у края улицы и смиренно выслушивали выговор от отряда женщин, утратив всю прежнюю спесь.</p><p>Спустя несколько минут они забрали свои длинные мечи и разошлись в разные стороны, избежав ареста.</p><p>Лумиан сделал глоток кофе «Толер», не совсем понимая происходящее.</p><p>Незнание языка всё же доставляло немало неудобств.</p><p>К тому моменту, когда Людвиг, пусть и придерживая скорость, расправился с едой на столе, Лугано с неприметным лицом вернулся обратно.</p><p>Лумиан не стал спешить с расспросами о том, нашёл ли тот подпольного торговца, способного достать фальшивые документы, а непринуждённо произнёс:</p><p>«В порту Санта ношение холодного оружия законно?»</p><p>Лугано надвинул пониже чёрную шляпу с короткими круглыми полями и понизил голос:</p><p>«Да, это местный обычай, правительство королевства Фейнапот уважает такую традицию, да и для них чем больше сдохнет народу в провинции Гая, тем лучше.»</p><p>«Почему?» — с живым интересом спросил Лумиан.</p><p>Лугано прикрыл рукой поллица, словно опасаясь слежки.</p><p>Увидев это, Лумиан бросил ему клипсу «Ложь».</p><p>Лугано поспешно сходил в уборную и вернулся к своему прежнему облику, разве что черты лица стали чуть более правильными.</p><p>Только после этого он успокоился и принялся объяснять:</p><p>«Ты слышал о „Войне клятвоотступников“?»</p><p>Получивший строгое образование от Авроры Лумиан рефлекторно ответил:</p><p>«О той „Войне клятвоотступников“, что началась в 738 году Пятой Эпохи? Когда малые южно-центральные государства — Ленбург, Масин, Сегал и другие — отделились от севера королевства Фейнапот, а Церковь Бога Знаний и Мудрости разорвала отношения с Церковью Матери-Земли?»</p><p>Лугано на мгновение оторопел:</p><p>«Да.»</p><p>Он лишь поверхностно знал об этом, а тот назвал и точный год, и итоговый результат.</p><p>Спустя пару секунд Лугано вновь понизил голос:</p><p>«В ту 'Войну клятвоотступников» вся провинция Гая, особенно та её часть, что прилегает к горам Дарьеж, тоже хотела отделиться, но безуспешно.</p><p>«Позже, чтобы уберечься от местных жителей, несмотря на наличие богатых залежей железной и угольной руды к югу от гор Дарьеж, королевство Фейнапот поставило лишь плавильные заводы, но не стало строить оружейных фабрик. Среди размещённых здесь войск нет ни одного местного — всех здешних солдат распределили по другим местам.»</p><p>«Здесь когда-то был широко распространён культ Бога Знаний и Мудрости?» — Лумиан невольно бросил взгляд на Людвига, наслаждавшегося десертом.</p><p>Одной из главных причин, почему Ленбург, Масин, Сегал и другие южно-центральные государства смогли отделиться, было то, что основной верой в их обществе являлся Бог Знаний и Мудрости, а не Матерь-Земля.</p><p>«Я не знаю,» — откровенно качнул головой Лугано.</p><p>Он продолжил:</p><p>«Теперь тебе должно быть ясно, что издавна провинция Гая состояла главным образом из четырёх категорий людей: во-первых, земледельцев; во-вторых, рыбаков из порта Санта и других мест; в-третьих, горцев, живших за счёт добычи руды и охоты; и в-четвёртых, скотоводов, с которыми ты знаком лучше всего. Последние три категории весьма свирепы, любят мечи и сабли и не боятся стычек.»</p><p>Лумиан кивнул, слушая его.</p><p>Так оно и было.</p><p>Будь то рыбаки, горцы или скотоводы — все они жили бедно, сталкивались с жестокостью дикой природы, боролись с опасностями за пределами человеческих поселений и вынуждены были даже остерегаться себе подобных со злыми намерениями, отчего мечи и сабли были для них насущной необходимость, а не украшением.</p><p>Лумиан однажды слышал от перегонявших скот пастухов о нападениях волчьих стай и о свирепости разбойников, и это произвело на него глубокое впечатление.</p><p>Лугано залпом осушил только что заказанный лимонад и с облегчением вздохнул:</p><p>'Один из трёх боевых орденов Церкви Матери-Земли постоянно дислоцируется в провинции Гая — с одной стороны, чтобы защищаться от нас на севере и Ленбурга на северо-востоке, а с другой — ради присмотра за местными.</p><p>«Хе-хе, в провинции Гая, в порту Санта встретить боевую монахиню — дело обычное, и дух у них совсем не такой, как у прочих женщин…»</p><p>На лице Лугано появилось выражение мечтательной тоски.</p><p>Так та команда только что и была боевыми монахинями, помогавшими поддерживать порядок? — внезапно осознал Лумиан.</p><p>Он со смехом поддел Лугано:</p><p>«Но они же монахини.»</p><p>Лугано с двусмысленной ухмылкой заговорил:</p><p>«У монахинь Церкви Матери-Земли нет обета целомудрия, напротив, они обязуются родить определенное число детей до определенного возраста. Если ты им приглянёшься, они проявят большую инициативу, а иной раз и принудят. Местные молодые люди больше всего любят красоваться перед этими монахинями, показывая свою мужскую, храбрую сторону — авось какая-нибудь да приметит.»</p><p>Обязаться родить определённое число детей до определённого возраста… Звучит немного странно… Хотя это вполне соответствует догматам «Матери-Земли», но всё же вызывает у меня ассоциации с той другой «Матерью»… Местные традиции, потворство правительства, влияние вероучения и животные проявления при брачных ритуалах вместе сформировали здешний обычай сражаться на улицах с использованием холодного оружия… Лумиан не ожидал, что за таким обыденным происшествием скрываются столь сложные исторические истоки.</p><p>Если вдуматься, это довольно любопытно.</p><p>В этот миг Лумиан вдруг понял одну из фраз, что когда-то произнесла Аврора:</p><p>«Если я снова поступлю в университет и не буду испытывать жизненных трудностей, то стану изучать историю.»</p><p>Уф… Лумиан медленно выдохнул и сказал Лугано:</p><p>«Есть успехи?»</p><p>Всё ещё предающийся грёзам о боевых монахинях Лугано опешил и не сразу пришёл в себя.</p><p>«Ну и ну, вы, интисцы…» — Лумиан «цыкнул» языком.</p><p>Лишь теперь Лугано понял, о чём был вопрос, и смущённо усмехнулся:</p><p>'Есть результаты, я нашёл одного весьма предприимчивого чёрного торговца со множеством связей, который согласился помочь.</p><p>«Пойдём к нему? Он тоже потомок выходцев из Дарьежа.»</p><p>«Идёт.» Лумиан допил остатки кофе и поднялся.</p><p>…………</p><p>Трир, четвёртый ярус катакомб.</p><p>Дженна и Франка держали по горящей белой свече и, глядя на распахнутые «двери» древнего склепа, не отваживались ступить дальше.</p><p>Никто не знал, что там погребено и не вылезет ли оттуда какая-нибудь жуть.</p><p>Будь они во внешнем мире, обе «Демонессы» могли бы воспользоваться гаданием для прояснения обстановки, но находясь в катакомбах, практически невозможно установить достаточно плотную связь с нормальным миром духов, и результат был предсказуем.</p><p>Стоит заметить, что даже Лумиан не мог применить «Переход сквозь мир духов», чтобы проникнуть сюда извне, хотя был способен на «Телепортацию» внутри.</p><p>Поколебавшись мгновение, Франка передала Дженне своё зеркало-заменитель, после чего с суровым видом, полагаясь на духовное чутьё, медленно стала приближаться к древнему склепу.</p><p>Подойдя достаточно близко, она направила внутрь тускло-жёлтый свет свечи, и тот выхватил из тьмы кучу бледных костей, сваленных у самого входа.</p><p>На них уже проступили светло-зелёные с черноватым оттенком пятна плесени.</p><p>Франка подняла повыше белую свечу и устремила взор в глубь склепа.</p><p>Там всюду лежали останки, беспорядочно сваленные и занимавшие каждый дюйм пола, а в самом центре стоял саркофаг; он накренился, и из него вывалилось множество полуистлевших костей.</p><p>«Похоже, никакой опасности нет,» — с некоторой заминкой произнесла Франка.</p><p>Только тогда Дженна подошла ближе и вернула её зеркало-заменитель.</p><p>Франка понаблюдала ещё немного и сказала:</p><p>«И ничего ценного тоже нет.»</p><p>Среди погребальных предметов драгоценные камни и тому подобное уже исчезли — по всей видимости, их разграбили ещё при постройке катакомб, когда пробивали ходы к этим древним склепам. Остальное же либо выветрилось и сгнило, либо разбилось вдребезги, и даже от настенных фресок уцелели лишь жалкие следы.</p><p>Дженна тоже с минуту вглядывалась, а затем неуверенно произнесла:</p><p>«А под этими костями?»</p><p>«Сейчас гляну.» Франка сделала ещё несколько шагов ближе и пустила невидимые «паучьи нити», чтобы те обвили кучу бледных костей у входа и сместили их.</p><p>Внезапно в свете огня показался неровный осколок зеркала, словно измазанный чёрной краской.</p><p>Взгляды Дженны и Франки одновременно замерли.</p><p>Это… это было так похоже на осколок зеркального мира, полученный ими в Трире Четвёртой Эпохи!</p><p>«Неужели здесь погиб особенный „Человек из зеркала“?» — негромко пробормотала Франка. — «Призрак Крисманы появился тут, чтобы рассказать нам об этом? Но почему же Он тогда напал на нас?»</p><p>Дженна была озадачена ничуть не меньше. Немного подумав, она спросила:</p><p>«Почему особенный „Человек из зеркала“ умер в этом месте? Кому принадлежит этот склеп, вернее сказать, какому древнему роду?»</p><p>Франка некоторое время пристально всматривалась, а затем сурово кивнула:</p><p>«Возможно, именно это нам и предстоит расследовать.»</p><p>Убедившись в отсутствии иных странностей, они забрали осколок зеркала и с помощью невидимых паучьих нитей «Демонессы Наслаждения» тщательно обыскали весь склеп, но не нашли предметов, указывающих на личность погребённого.</p><p>«Эх, вернёмся — и что-нибудь придумаем,» — вздохнула Франка. — «А сейчас идём добывать для работодателя антикварную слезницу.»</p></section><section><title><p>Глава 542 Сведения о церемонии Моления Морю</p></title><p>Глава 542 Сведения о церемонии Моления Морю</p><p>Порт Санта, комната с карточным столом.</p><p>Изменившие внешность и сменившие одежду Лумиан и Лугано встретились с черным торговцем, называвшим себя потомком уроженцев Дарьежа.</p><p>Он был одет в белую рубашку и черный жилет, сидел во главе карточного стола, перед ним стоял бокал белого вина светло-солодового цвета, а в пальцах тлела сигара.</p><p>У него действительно проглядывали черты уроженцев Дарьежа: слегка впалые глазницы, слегка вьющиеся черные волосы, синие глаза, подобные высокому небу без единого облака, впалые щеки, густая щетина — на вид ему было лет тридцать с небольшим.</p><p>«Добрый день, господин Валерио», — поприветствовал его Лугано на языке Плато.</p><p>Валерио оглянулся на нескольких телохранителей с оружием за поясом и с улыбкой произнес на интисском языке с дарьежским акцентом:</p><p>«Я давно не был на родине, так что видеть вас очень приятно.»</p><p>«Да, господин Валерио», — Лумиан изобразил робость и ответил на интисском с таким же дарьежским акцентом.</p><p>Пастухи хотя и умели бороться с опасностями дикой природы, но инстинктивно боялись наделенных властью людей в людских поселениях.</p><p>Валерио слегка кивнул:</p><p>«Вы пришли из Ланаки?»</p><p>«Да, только что побывали там на ярмарке», — гладко ответил Лумиан.</p><p>Он слышал о Ланаке от пастухов деревни Корду. Каждый месяц там проходила ярмарка, превращавшаяся в шумный пригородный базар, куда съезжались пастухи со всей округи, чтобы продать или купить ягнят, шерсть, сыр и другие товары.</p><p>Затем Валерио заговорил о перегоне скота и обычаях Дарьежа, в которых Лумиан разбирался до мелочей, поэтому отвечал с точки зрения и с позиций настоящего пастуха.</p><p>В процессе он ненадолго замялся, вспомнив слова, которые сестра иногда говорила в сердцах:</p><p>«Если не будешь учиться, отправлю тебя в пастухи!»</p><p>И вот теперь он и впрямь отыгрывал пастуха.</p><p>Спустя некоторое время Валерио удовлетворенно кивнул, затянулся сигарой и сказал:</p><p>«Вы поступили разумно. Для выпаса скота за городом удостоверение личности не требуется, а вот для жизни в городе оно необходимо. Я как можно скорее сделаю вам два комплекта документов. В дальнейшем, если столкнетесь с трудностями, обращайтесь ко мне. Не факт, что я смогу помочь, но одна голова хорошо, а две лучше. Мы все из Дарьежа, так что должны помогать друг другу.»</p><p>Гостеприимство черного торговца ничуть не удивило Лумиана:</p><p>«Сплочение» земляков создавало силу, которую можно было использовать и с которой приходилось считаться!</p><p>Прямо как Савойская банда, изначально состоявшая из савойцев, работавших грузчиками и слугами: они расширяли дело, вели торговлю и защищали имущество крупных боссов Савойской торговой палаты, внеся неоценимый вклад.</p><p>А сколько савойцев так и не смогли встать на честный путь и сгинули где-то на улице, богатых торговцев ничуть не волновало.</p><p>Воспользовавшись актерскими приемами, перенятыми у Дженны, и подсказками Антони Рида, Лумиан тут же восхвалил исполненный благородства характер Валерио.</p><p>Улыбаясь, Валерио особо наставлял:</p><p>«Если хотите выжить здесь, вам лучше поскорее принять веру в „Матерь-Землю“, найти хорошую девушку, жениться и завести детей. Только так вы избежите скрытых неприятностей.»</p><p>«В королевстве Фейнапот принято подгонять с женитьбой и деторождением?» — мысленно язвил Лумиан, а вслух горько усмехнулся:</p><p>«Без медяков и девушки хорошей не видать.»</p><p>Это тоже была поговорка из Дарьежа, означавшая, что бедняку трудно найти хорошую девушку, а пастуху и подавно не создать семью.</p><p>«Здесь Фейнапот, а не Дарьеж», — Валерио поднял бокал белого вина и сделал небольшой глоток. — «Здешние хорошие девушки куда больше ценят крепкое тело и храбрый нрав, а деньги можно заработать и после свадьбы.»</p><p>«Почему?» — Лумиан не стал скрывать недоумения.</p><p>«Такие мужчины лучше подходят для продолжения рода и способны сделать хороших девушек беременными», — с улыбкой объяснил Валерио. — «Здесь всё иначе, чем в Дарьеже: суть многих вещей — рождение и процветание рода. Только осознав это, ты сможешь по-настоящему понять Фейнапот и восславить Мать Всего Сущего!»</p><p>Черный торговец поднялся, слегка расставил ноги и высоко вскинул руки.</p><p>«Неудивительно, что Фейнапот — самая населенная страна среди государств Северного континента. Если бы они не умели удобрять земли и выращивать урожай, то ни за что не прокормили бы столько народа…» — мысли Лумиана стремительно неслись, пока он осторожно спрашивал:</p><p>«Господин Валерио, я слышал, что в следующем месяце состоится какая-то церемония Моления Морю. На этом можно подзаработать?»</p><p>«Можно», — Валерио снова сел. — «В ноябре в порту Санта всё еще довольно жарко. Мой дед, когда только прибыл сюда, арендовал деревянный сундук для фруктового льда, достал на хладокомбинате кучу льда, обложил им мороженое, накрыл полотенцем и пробился в толпу, чтобы продавать фруктовый лед и лед людям. Так он заработал свой первый капитал. Сейчас этим тоже можно заняться, но конкуренция куда жестче. Придется даже арендовать велосипед, чтобы возить более крупный термоизоляционный деревянный сундук и объезжать больше мест проведения ритуалов.»</p><p>«Мест проведения ритуалов так много?» — уцепился за поворот разговора Лумиан.</p><p>Валерио с улыбкой ответил:</p><p>«Это грандиозное событие для всего порта Санта, состоящее из множества этапов, которые проходят в разных местах: например, Танец Моря в порту, шествие украшенных лодок по всему городу, гонки на судах в море, ночное бдение в деревне Мило и, самое главное, — Морское жертвоприношение.»</p><p>«Что такое Морское жертвоприношение?» — с любопытством переспросил Лумиан.</p><p>Валерио медленно качнул головой:</p><p>«Точно я и сам не знаю. Известно лишь, что „Морской Губернатор“ и „Морские Служанки“ отправляются на особом судне в определенные воды за пределами порта, везя Подношения от рыбаков и торговцев, и проводят там уникальный ритуальный обряд. Те, кто не плавал с ними, никогда не узнают подробностей.»</p><p>«„Морской Губернатор“, „Морские Служанки“?» — Лумиан цеплялся за ключевые слова.</p><p>Это идеально соответствовало поведению пастуха из Дарьежа, только что прибывшего в порт Санта.</p><p>Валерио усмехнулся:</p><p>'«Церемония Моления Морю» — самое важное в ней это выбрать одного мужчину на роль «Морского Губернатора» и четырех девушек на роль «Морских Служанок». Сначала они объезжают весь город на украшенной лодке, затем прибывают в порт, поднимаются на борт особого рыбацкого судна и выходят в море под исполнение «Танца Моря», давая старт гонкам. Обойдя порт по кругу, они отправляются в Мило, самую древнюю местную рыбацкую деревню, и проводят там ночь.</p><p>«На следующее утро в семь часов они снова взойдут на палубу и отправятся с Подношениями к месту Морского жертвоприношения.»</p><p>Избранные «Морской Губернатор» и «Морские Служанки»… многоэтапная церемония Моления Морю… — Лумиан про себя повторил ключевые детали.</p><p>Внезапно его сердце вздрогнуло, и возникла смутная догадка:</p><p>Это ведь очень похоже на Карнавал в горных районах Дарьежа и на «Эльфа Весны»!</p><p>Хотя наяву во время Карнавала и не случилось ничего ужасного вроде отрубленной головы Авы и брызжущей крови, но та сцена во сне оставила у Лумиана неизгладимое впечатление, заставив его инстинктивно ставить знак равенства между Карнавалом и чем-то жутким и зловещим.</p><p>Здешняя церемония Моления Морю похожа на Карнавал?</p><p>В следующее мгновение Лумиан подумал, что подобное сходство еще ни о чем не говорит.</p><p>Ведь это весьма распространенный приём в оккультизме — воздвигнуть конкретный символ, представляющий объект жертвоприношения, чтобы достичь желаемого эффекта.</p><p>Такое можно увидеть во многих народных обрядах.</p><p>«„Морского Губернатора“ и „Морских Служанок“ как выбирают?» — спросил Лумиан с любопытством на лице.</p><p>Неужели, как и в случае с «Эльфом Весны», их выбирают голосованием все жители порта Санта?</p><p>А после ритуала они тоже получают высокую славу и пользуются скрытыми привилегиями?</p><p>Валерио снова затянулся сигарой:</p><p>«Их выбирают члены комитета древнейшей гильдии порта Санта — Рыболовной гильдии. Каковы критерии, проводится ли голосование — все это держится в тайне, о которой не знают даже полноправные члены Рыболовной гильдии.»</p><p>С этими словами черный торговец усмехнулся:</p><p>«Я бы и сам не прочь стать „Морским Губернатором“, говорят, от этого куча выгоды, вот только ни один из бывших Губернаторов не желает раскрывать, в чём именно она заключается.»</p><p>«А как сейчас поживают прежние „Морские Губернаторы“?» — Лумиана куда больше волновал этот вопрос.</p><p>Валерио опешил, ненадолго задумался и качнул головой:</p><p>'Не знаю.</p><p>«Срок полномочий каждого „Морского Губернатора“ составляет всего один год. После ухода с должности их, кажется, отправляют в другие края, во всяком случае, им нельзя оставаться в порту Санта, дабы не вступать в конфликт с новым „Морским Губернатором“. Хе-хе, им наверняка выплачивают огромную компенсацию и разрешают забрать с собой семьи.»</p><p>Отправляют в другие края? Действительно ли их отправляют в другие края, а не происходит ли с ними что-то иное? Имея за плечами прошлый опыт, Лумиан при виде подобных народных ритуалов инстинктивно склонялся к мысли о чем-то зловещем и ужасном.</p><p>И дальнейшая судьба «Морского Губернатора» в «церемонии Моления Морю» и впрямь звучала странно.</p><p>Поразмыслив немного, Лумиан спросил, выдерживая выбранную роль:</p><p>«А что насчет „Морских Служанок“?»</p><p>«Они пользуются огромной популярностью у торговцев, акционеров рыболовных компаний, рыбаков и моряков. Каждый из них мечтает взять в жены „Морскую Служанку“, ведь это означает покровительство моря. Если ты пройдешься по рыбацким деревням, зайдешь в Рыболовную гильдию или в дома торговцев, то обнаружишь, что многие влиятельные почтенные бабушки в свое время были „Морскими Служанками“.» — На лице Валерио отразилась зависть, будто он и сам не прочь жениться на «Морской Служанке» и стать по-настоящему крупным торговцем.</p><p>Совсем как скрытые привилегии после роли «Эльфа Весны»… — Лумиан подавил порыв поднять правую руку и потереть подбородок.</p><p>Он вовремя остановился и не стал расспрашивать дальше. Внеся залог в пятьдесят золотых рисо, он вместе с Лугано покинул подпольное казино Валерио.</p><p>Людвиг с ними не пошел — его оставили неподалеку в семейном ресторане, где имелись детская игровая зона, воспитатели и предоставлялось питание.</p><p>— В Фейнапоте существовало множество заведений, облегчающих родителям воспитание детей и снижающих их нагрузку. В Интисе и других странах ничего подобного не было, а если и встречалось, то предназначалось исключительно для высших слоев общества.</p><p>…………</p><p>Трир, подземные катакомбы.</p><p>Франка и Дженна, держа в руках зажженные белые свечи, вернулись на третий ярус.</p><p>«Как называется тот склеп, который мы ищем?» — спросила Франка, склонив голову к плечу и чувствуя, что давящее ощущение спало.</p><p>Дженне даже не пришлось вспоминать, она сразу ответила:</p><p>«Склеп Терний и Щитовой Стены.»</p></section><section><title><p>Глава 543 Заказчик</p></title><p>Глава 543 Заказчик</p><p>Па, Франка ногой отшвырнула кость руки, пытавшуюся преградить ей путь и подставить подножку.</p><p>«Надоело, неужели нельзя придумать что-нибудь новенькое?» — ругалась она, повернув голову и глядя на дорожный указатель неподалёку.</p><p>Это означало, что они наконец добрались до пункта назначения.</p><p>Каждый ярус подземных катакомб был огромен, иначе в нём не поместилось бы столько костей, а сведения на указателях на каждом узле были довольно ограничены и могли уместить лишь семь-восемь самых знаковых названий мест и близлежащие склепы. Франке и Дженне пришлось вернуться к той небольшой Площади жертвоприношений и начать всё сначала, чтобы найти «Склеп Терний и Щитовой Стены».</p><p>В отличие от четвёртого яруса, где склепы были в основном запечатаны, а на дорогах не лежали кучи тел и костей, здесь повсюду валялись разбросанные кости и сгнившие вещи, витал слабый, неприятный зловонный запах.</p><p>Взгляд Дженны скользнул поверх той кучи костей снаружи и зацепился за несколько тонких металлических пластин, вделанных в стену склепа. Их поверхность сильно размылась от глубокой коррозии, и лишь смутно угадывались некогда вырезанные символы щитовой стены и терний; были ли там другие узоры, разобрать было уже невозможно.</p><p>«Неудивительно, что он называется „Склепом Терний и Щитовой Стены“,» — увидев это, с чувством произнесла Франка.</p><p>В то же время при тусклом свете свечи она увидела в нишах внутренней стены склепа несколько погребальных предметов. Некоторые из них были деревянной утварью, давно выветрившейся и сгнившей, другие — стеклянными и керамическими сосудами, сохранившимися лишь в виде осколков. Единственным целым предметом оставался маленький стеклянный флакон, чья поверхность была украшена ажурным узором, словно отлитым из золота, и снабжена изящной золотистой крышкой. Возможно, именно благодаря защите этого металла стеклянный флакончик не разбился, хотя и выглядел сероватым, утратив прозрачность.</p><p>«А он изящный, прямо как произведение искусства,» — прокомментировала Франка, а затем недоумённо спросила: — «Почему рабочие, строившие подземные катакомбы, не забрали его?»</p><p>Это ведь выглядит довольно ценным!</p><p>«Возможно, его поместили в этот склеп уже после того, как подземные катакомбы были построены,» — попыталась объяснить Дженна.</p><p>Две «Демонессы» не стали дальше гадать; Дженна достала одно из Зеркал-заменителей и передала его Франке.</p><p>Она прыгнула, перемахнув через кучу костей, казавшуюся спокойной, но таившую в себе опасность, и легко, словно пёрышко, опустилась у входа в «Склеп Терний и Щитовой Стены».</p><p>Убедившись в безопасности обстановки и не получив духовного предостережения, Дженна пошагала по участкам земли, не закрытым бледными костями, и осторожно приблизилась к нише на боковой стене.</p><p>Она инстинктивно протянула правую руку, но тут же отдёрнула её, достала из кармана старый носовой платок, подложила его на ладонь и только потом взяла старинную Слезницу, избегая прямого контакта.</p><p>Слёзы в Слезнице давно высохли.</p><p>Дженна внимательно осмотрела её и только после этого убрала Слезницу, вернулась тем же путём и прыгнула обратно к Франке.</p><p>«Неужели поручение было выполнить так просто?» — нерешительно прошептала она.</p><p>Это совершенно отличалось от её прошлого дела с исчезновением Привратника из Монастыря Глубокой Долины.</p><p>Франка усмехнулась:</p><p>«Чего ещё ты ждала от поручения на 1000 феров?»</p><p>«И то верно. Вся сложность в том, достаточно ли хорошо ты знаешь скрытые опасности третьего яруса катакомб,» — серьёзно подытожила Дженна, обобщая опыт.</p><p>…………</p><p>Гостиница «Соло».</p><p>Вернувший себе облик Луи Бери Лумиан только вошёл в холл, как увидел в углу юную шатенку в длинном платье с красным фоном и чёрным узором: она кружилась в танце, время от времени останавливаясь, чтобы поправить движения.</p><p>Лумиану пришла мысль, он подошёл к стойке регистрации и воспользовался случаем спросить:</p><p>«Что она делает?»</p><p>На этот раз он заговорил прямо на интисском языке.</p><p>Пожилой хозяин с седеющими волосами, обгоревшими на солнце скулами и в широком белом балахоне на мгновение опешил, а затем ответил на интисском языке с дарьежским акцентом:</p><p>«Это моя внучка, Изабелла. Она репетирует „Танец Моря“, который будет исполнять в следующем месяце.»</p><p>«Танец Моря»… «Танец Моря» на церемонии Моления Морю? Лумиан не ожидал получить такой ответ и рефлекторно улыбнулся:</p><p>«Должно быть, многие девушки ей завидуют?»</p><p>Хозяин открыто улыбнулся:</p><p>«Она ведь не стала одной из „Морских Служанок“, так что завидуют не так уж многие, но участие в исполнении „Танца Моря“ действительно станет для неё поводом для гордости и радости на долгое время.»</p><p>Лумиан сделал знак Лугано отвести Людвига в номер, а сам как бы невзначай спросил у хозяина:</p><p>«Вы приехали из Дарьежа?»</p><p>«Да, я из семьи Гийом,» — хозяин самоиронично усмехнулся: — «Ота Гийом. Утром, когда я увидел ваши документы, мне захотелось поприветствовать вас на интисском, но в итоге я передумал. Сам знаешь, интисец — не значит хороший человек, и даже среди земляков мне попадалось немало мерзавцев.»</p><p>«И как давно вы в порту Санта?» — Лумиан опёрся правым локтем о стойку и спросил с некоторой заинтересованностью.</p><p>Старый Ота всерьёз задумался:</p><p>«Сорок лет, должно быть, уже сорок лет. Тогда я был подмастерьем в торговом караване, познакомился здесь со своей женой и остался. Ха-ха, теперь она превратилась в ворчливую старуху: то переживает, во что одеться, когда похолодает, то велит мне приходить на ужин домой, оставив гостиницу слугам. Она всегда всё так хорошо устраивает, что мне и беспокоиться не о чем. Как же хорошо! В Дарьеже такую женщину днём с огнём не найдёшь.»</p><p>Выслушав болтовню старого Оты, Лумиан перешёл к делу:</p><p>«В этот раз я приехал в порт Санта по приглашению друга, чтобы посмотреть на церемонию Моления Морю.»</p><p>«О, это очень оживлённо, весь порт ликует!» — Старый Ота не пожалел похвалы.</p><p>Лумиан взглянул на Изабеллу, всё ещё репетировавшую танец, и «между прочим» заметил:</p><p>«Слышал, на прошлогодней церемонии Моления Морю произошла накладка?»</p><p>«Да нет,» — с недоумением ответил старый Ота, — «я смотрел парад украшенных лодок, состязания судов и „Танец Моря“ — никаких происшествий не было.»</p><p>Сказав это, он нахмурился и погрузился в воспоминания:</p><p>«Впрочем, Сандро и вправду говорил, что за этот год число кораблекрушений заметно выросло, стычек с пиратами стало больше, да и улов уступает прошлогоднему… Неужели на прошлогодней церемонии Моления Морю и правда что-то случилось? В ночном бдении или в Морском жертвоприношении? Старикашки из Рыболовной гильдии скрыли проблему?»</p><p>«А кто такой Сандро?» — уточнил Лумиан.</p><p>Старый Ота снова улыбнулся:</p><p>«Мой сын, отец Изабеллы. Он работает мелким клерком в правительстве, а его жена — учительница в грамматической школе.»</p><p>Церемония Моления Морю в порту Санта действительно работает? После розыгрыша «Дня дурака» защитный эффект ослаб? В голове Лумиана сами собой всплыли сведения, полученные им ранее:</p><p>Из трёх рядовых членов «Дня дурака», участвовавших в той выходке, один отправился в Толер, столицу провинции Гая, чтобы заказать золотое кольцо особой формы; второй отвечал за подкуп человека из Рыболовной гильдии, чтобы тот доставил ягнёнка с засунутым внутрь золотым кольцом в качестве жертвоприношения на специальное судно для Морского жертвоприношения; третий притворился журналистом и всюду следовал за членами комитета Рыболовной гильдии, наблюдая и записывая их реакцию.</p><p>— Вид этих пожилых старцев, опешивших от изумления, страха и гнева, когда они услышали некую новость, доставлял участникам «Дня дурака» радость ещё очень долгое время.</p><p>Лумиан расспросил ещё немного о церемонии Моления Морю, попрощался со старым Отой и направился к номерам на верхнем этаже.</p><p>…………</p><p>Четыре часа дня, Трир, Район Обсерватории, неподалёку от площади Чистилища.</p><p>Переодевшись в чёрный балахон с капюшоном и раскрасив лицо под «Выпендрёжницу», Дженна, следуя указаниям заказчика, пришла на улицу, где продавались ритуальные товары.</p><p>Большинство проходивших здесь трирцев выглядели вполне нормально, однако встречались и немногочисленные фигуры: одни надевали белые маски, брали незаточенные косы, облачались в чёрные балахоны и разгуливали вокруг, притворяясь посланниками нежити из народных преданий, другие же пришивали к плечам белые черепа и тому подобные вещи, придавая себе весьма артистичный вид…</p><p>Благодаря их присутствию и благодаря уникальной атмосфере Трира, Дженна, одетая колдуньей и накинувшая капюшон, ничуть не привлекала к себе внимания.</p><p>Она остановилась в углу и достала ту изящную Слезницу.</p><p>Вскоре перед ней остановился человек, одетый похожим образом, и сипло спросил:</p><p>«Сколько стоит эта Слезница?»</p><p>«1000 феров.» Дженна вдруг почувствовала лёгкое возбуждение.</p><p>Это ведь был первый раз, когда она в полном смысле этого слова выполняла поручение.</p><p>«1001 фер.» Мужчина в наряде колдуна сам поднял цену.</p><p>Увидев, что пароль совпал, Дженна «потребовала» взять ровно 1000 феров.</p><p>Убедившись, что всё сходится, она передала Слезницу собеседнику, забрала плату и ушла.</p><p>Мужчина в капюшоне со Слезницей в руках прошёл по соседним улицам и почти за четверть часа вернулся на площадь Чистилища, подойдя к скамье у самого её края.</p><p>Там сидел человек, читавший газету.</p><p>Мужчина в капюшоне протянул изящную Слезницу с ажурным золотым узором и тихо произнёс:</p><p>«Я выполнил твоё поручение, мой долг тебе теперь списан?»</p><p>Сидевший на скамье опустил газету и поднял голову.</p><p>Он был одет как мелкий клерк: слегка вьющиеся чёрные волосы, глубоко посаженные глаза, тёмные зрачки, довольно пухлые губы, а в правом глазу блестел монокль, словно выточенный из хрусталя.</p><p>«Господин Монит?» Мужчина в капюшоне спросил с намерением уточнить.</p><p>Монит взял Слезницу, слегка погладил золотые узоры на её поверхности, и уголки его губ медленно поползли вверх.</p><p>…………</p><p>Гостиница «Соло», номер на пятом этаже.</p><p>Лумиан весь день не выходил наружу, сидел в кресле-качалке, мерно покачиваясь и продолжая учить язык Плато, время от времени перелистывая путеводители с описанием обычаев и нравов королевства Фейнапот.</p><p>Ближе к вечеру спустившийся вниз поболтать Лугано вернулся в комнату.</p><p>Он приблизился к Лумиану и понизил голос:</p><p>«Босс, вас ищет одна мадам.»</p><p>Мадам… Услышав это слово, Лумиан почувствовал, как волоски на его теле встали дыбом, а мышцы спины судорожно натянулись.</p><p>Это ещё какая «Мадам»?</p><p>Спустя секунду Лумиан осознал, что Лугано имел в виду мадам в обычном смысле этого слова, а не «Мадам» из Потустороннего мира.</p><p>«Какая ещё мадам, и что ей от меня нужно?» Он с показным спокойствием приподнялся и спросил у своего переводчика.</p><p>Лугано покачал головой:</p><p>«Она не сказала, лишь упомянула, что у неё есть дело к известному авантюристу Луи Бери.»</p><p>Лугано сделал особое ударение на словосочетании «известный авантюрист».</p></section><section><title><p>Глава 544 Простое поручение</p></title><p>Глава 544 Простое поручение</p><p>Так быстро слава разнеслась? Даже если слухи о том, что я выследил и убил Бурмана, прибыли в порт Санта на два дня раньше «Перелётной птицы», заказчику всё равно потребовалось бы время, чтобы выяснить, где я живу, и проверить, правда это или ложь… Лумиан думал, что пройдет ещё несколько дней, прежде чем кто-то придёт к нему с поручением, поэтому только что совсем не думал о даме в обычном смысле этого слова.</p><p>Он встал и сказал Лугано:</p><p>«Проси ту даму войти.»</p><p>Сказав это, Лумиан наклонился и взял лежавшую на маленьком круглом столике золотисто-жёлтую соломенную шляпу, стремясь сделать образ Луи Бери более характерным и запоминающимся.</p><p>Вскоре Лугано вёл женщину лет тридцати с небольшим.</p><p>На ней было белое длинное платье с довольно широким подолом, поверхность которого была расшита алыми цветами, полностью подчеркивавшими красоту изгибов её тела.</p><p>По сравнению с регионом Дарьеж по ту сторону гор, женщины порта Санта больше предпочитали более яркую и вычурную одежду, выглядевшую весьма романтично и свободно, что соответствовало традиционной эстетике королевства Фейнапот.</p><p>Дама, уложившая свои длинные каштановые волосы в высокую причёску и обладавшая весьма здоровым цветом лица, пришла без служанки; её тёмно-голубые глаза с густыми ресницами устремились на Лумиана, державшего в руках золотисто-жёлтую соломенную шляпу.</p><p>Её алые губы шевелились, произнося вереницу слов, но Лумиан по схожему звучанию смог разобрать лишь имя «Луи Бери».</p><p>Лугано быстро включился в работу и начал переводить:</p><p>«Эта дама говорит: Уважаемый господин Луи Бери, я слышала о том, как вы убили „Колдуна-Демона“, и не знаю, согласитесь ли вы помочь моей семье решить одну трудную проблему.»</p><p>Взгляд Лумиана скользнул по многоцветному браслету из самоцветов на запястье дамы и вернулся к её красивому, зрелому лицу:</p><p>«Как к вам обращаться?»</p><p>«Джоджия.» — получив перевод от Лугано, ответила дама.</p><p>Лумиан повторил произношение её имени и с улыбкой спросил:</p><p>«Госпожа Джоджия, какое у вас поручение?»</p><p>Джоджия внимательно выслушала перевод Лугано и на языке Плато с лёгким местным акцентом произнесла:</p><p>«В моём доме появилось злобное существо, я бы хотела попросить вас помочь устранить его.»</p><p>Лумиан понял несколько слов и примерно догадался о просьбе Джоджии, но всё равно с невозмутимым видом посмотрел на Лугано, ожидая его перевода.</p><p>После того как Лугано повторил слова Джоджии на интисском языке, Лумиан вдруг усмехнулся:</p><p>'Прошу прощения, совсем забыл предложить вам, прекрасная дама, присесть.</p><p>«Великий авантюрист Герман Воробей учил нас, что вежливость очень важна.»</p><p>Лумиан указал на диванную зону в гостиной, сам уселся на длинный диван и поднял правую руку, пытаясь с видом крёстного отца погладить по голове Людвига, грызшего там лакомства.</p><p>Людвиг заранее отодвинулся, избегая этого отношения к себе как к ребёнку.</p><p>Увидев, что Джоджия села в одноместное кресло, Лумиан слегка покачал золотисто-жёлтую соломенную шляпу и, немного наклонившись вперёд, произнёс:</p><p>«Раз это злобное существо, почему бы вам не обратиться напрямую к священнослужителям церкви „Матери-Земли“, чтобы они со всем разобрались?»</p><p>Джоджия посмотрела на стоявшего рядом Лугано и внимательно выслушала его пересказ.</p><p>Она поджала свои немного полноватые губы и на языке Плато ответила:</p><p>«Мы не хотим, чтобы церковь узнала об этом, это нанесёт вред репутации нашей семьи.»</p><p>Поэтому и пришли с поручением ко мне, чужестранцу, который уедет сразу после завершения церемонии Моления Морю? К тому же убедившись, что у меня есть силы справиться с этим злобным существом… Лумиан отвёл взгляд от Лугано и, немного подумав, сказал:</p><p>«Расскажите подробнее об этом злобном существе.»</p><p>Спустя несколько секунд Джоджия, взвешивая слова, заговорила:</p><p>'Оно похоже на ящерицу без хвоста и нападает на каждого, кто находится в доме; оно убило нескольких служанок и слуг и сожрало их плоть и кровь.</p><p>'Телохранители нашей семьи стреляли в него и ранили, но не смогли убить, потому что у него очень прочная чешуя; нам удалось лишь загнать его в подвал и запереть внутри.</p><p>«Изначально мы думали, что оно постепенно умрёт от голода и жажды, но кто же знал, что спустя почти две недели оно всё ещё живо и пытается выломать дверь подвала.»</p><p>Звучит так, будто уровень опасности невелик, его можно отбить даже обычным огнестрельным оружием… Она не упомянула, почему появилась эта огромная ящерица, — похоже, именно поэтому они и не хотят обращаться к церкви «Матери-Земли» и местным властям… Лумиан задумчиво сопоставил те немногие слова, что понял сам, с переведённым Лугано текстом, убеждаясь, что гид ничего не добавил и не упустил.</p><p>Лишь после этого он совершенно непринуждённо спросил:</p><p>«Среди телохранителей есть погибшие или раненые?»</p><p>Выслушав пересказ переводчика, Джоджия медленно качнула головой:</p><p>«Погибших нет, двое ранены, но нетяжело. Хм, этот монстр заставляет всю комнату выглядеть так, словно её затянуло в глубокое море, что мешает нормально двигаться.»</p><p>Словно затянуло в глубокое море… Действительно имеет определенные Потусторонние проявления, но, похоже, довольно слабое… Глубокое море… У Лумиана вдруг проснулся некоторый интерес, и он всерьёз стал расспрашивать о деталях.</p><p>После ряда вопросов и ответов Джоджия мягким голосом произнесла:</p><p>«Господин Луи Бери, мы готовы заплатить за это вознаграждение в пятнадцать тысяч рисо, но вы должны пообещать, что не станете разглашать эту историю.»</p><p>Пятнадцать тысяч золотых рисо? Судя по твоему описанию, этот монстр стоит от силы пять тысяч золотых рисо, а остальные десять тысяч — плата за молчание? Лумиан усмехнулся и на корявом языке Плато произнёс:</p><p>«Без проблем.»</p><p>Затем, поднимаясь на ноги, он сказал на интисском языке:</p><p>«Я хочу осмотреть место лично.»</p><p>Джоджия поднялась вслед за ним и дослушала перевод Лугано.</p><p>Требование Луи Бери нисколько её не удивило — она имела дело со многими авантюристами и охотниками за головами и знала, что осмотр места, изучение цели и тщательная подготовка — один из главных секретов того, как элиты этого ремесла решают проблемы и остаются в живых.</p><p>«Прямо сейчас?» — словно уточняя, спросила Джоджия.</p><p>Лумиан понял это слово и ответил на том же языке Плато:</p><p>«Прямо сейчас.»</p><p>Вслед за этим он надел золотисто-жёлтую соломенную шляпу и, направляясь к двери, добавил на интисском языке:</p><p>«И ещё, приготовьте сытный ужин для меня, моего крёстного сына и моего переводчика.»</p><p>Выслушав перевод, Джоджия опешила.</p><p>Глядя Лумиану в спину, она почувствовала, что этот авантюрист будто бы немного отличается от тех, кого она знала прежде.</p><p>…………</p><p>Порт Санта, улица Святой Ланы.</p><p>Она располагалась в северо-восточной части города, где возвышались многоэтажные особняки со своими садами, лужайками и конюшнями.</p><p>Дом Джоджии находился под номером 21 по этой улице. Наружные стены пятиэтажного особняка были коричневато-красного цвета, украшенные статуями множества ангелов и святых дев церкви «Матери-Земли», а также символами волн и рыболовства.</p><p>Лумиан в золотисто-жёлтой соломенной шляпе, ведя за руку Людвига с красным рюкзаком за спиной, вслед за Джоджией, её служанкой и слугой вошёл в холл этой виллы.</p><p>Это также был большой бальный зал, незакрытый сверху и уходивший прямо к куполу.</p><p>Едва войдя сюда, Лумиан почувствовал, как из-за круговых перил второго, третьего, четвёртого и пятого этажей на него скрытно устремилось множество взглядов.</p><p>И впрямь форма семейного проживания, народу действительно немало… — Лумиан не стал поднимать голову и лишь с улыбкой подумал про себя.</p><p>Никто из подглядывавших так и не показался; Джоджия позвала двух законно вооружённых телохранителей, которые повели Лумиана и остальных вниз по лестнице, на второй подземный уровень.</p><p>Железно-чёрная дверь здесь была плотно закрыта.</p><p>Словно ощутив приближение людей, железная дверь загрохотала, будто её тяжело колотило существо с немалой силой.</p><p>«Прямо внутри.» — Джоджия со сложным выражением лица подняла правую руку, указывая на ту железную дверь.</p><p>Без необходимости перевода от Лугано, Лумиан полностью понял эту фразу.</p><p>Он поправил золотисто-жёлтую соломенную шляпу на голове и приказывающим тоном произнёс:</p><p>«Отведите моего крёстного сына в гостиную насладиться десертом перед ужином.»</p><p>Поговаривая это, он, не оборачиваясь, направился к той подземной железной двери.</p><p>Выслушав пересказ Лугано, Джоджия поспешно вместе со служанкой повела Людвига обратно наверх, тогда как один из телохранителей с озабоченным лицом быстро догнал Лумиана и вручил ему серебристо-чёрный ключ.</p><p>Следом двое телохранителей выхватили пистолеты — один присел, другой остался стоять — и одновременно прицелились в железную дверь, чтобы монстр не воспользовался случаем и не выскочил наружу.</p><p>Лумиан неспешно вставил ключ в замочную скважину и со щелчком повернул его.</p><p>Вслед за этим он бросил ключ и одной рукой толкнул железную дверь назад.</p><p>В тот же миг силуэт монстра отразился в его глазах:</p><p>Это была человекоподобная ящерица; её тело покрывало множество блестящих, прочных чешуек, а там, где чешуи не было, проглядывала скользкая, зловещая змеиная кожа.</p><p>Оба глаза монстра были с вертикальными зрачками, цвет глаз был очень бледным, почти прозрачным, а в пасти виднелось множество острых зубов, образовавших подобие водоворота.</p><p>Почти одновременно Лумиан почувствовал, как окружающий воздух стал крайне тяжёлым, окутав его словно кандалы и ощутимо помешав нормальным движениям.</p><p>К этому примешивалось ощущение сырости, отчего он словно погрузился в глубокое море и испытывал давление со всех сторон.</p><p>Человекоподобная ящерица стремительно рванулась к нему, и тело Лумиана, будто затягиваемое водоворотом, само подалось навстречу врагу.</p><p>Но в уголках его губ по-прежнему играла явная усмешка, и он не торопясь попытался развернуть тело боком.</p><p>Внезапно внутри него словно вырвалась таившаяся сила, позволившая разом вырваться из оков воздуха.</p><p>Лумиан быстро развернулся вполоборота и выкинул правый кулак снизу вверх.</p><p>Вспыхнув, ало-белое пламя сначала загорелось на его кулаке, а затем перекинулось на предплечье, словно потянув за собой пышную огненную змею.</p><p>Бам!</p><p>Этот кулак тяжело обрушился на грудь и живот человекоподобной ящерицы, и огненный свет с шумом сжался.</p><p>Бум!</p><p>Человекоподобная ящерица отлетела назад; блестящие чешуйки на её груди и животе разлетелись в стороны, а прямо в теле образовалась огромная рана.</p><p>Лумиан не стал преследовать её. Засунув одну руку в карман, он разжал правый кулак в ладонь и слегка толкнул её вперёд.</p><p>Один за другим ало-белые огненные шары сгустились перед ним и со свистом вонзились прямо в рану на груди и животе человекоподобной ящерицы.</p><p>Грохот!</p><p>Монстр тут же разлетелся на куски, а его плоть и кровь разбрызгались по всему полу.</p><p>Лумиан поглядел несколько секунд, поправил золотисто-жёлтую соломенную шляпу на голове, развернулся и пошёл к лестнице, ведущей наверх.</p><p>Двое телохранителей, стоявших начеку с пистолетами, всё ещё сохраняли свои прежние позы, так и не придя в себя и не поняв, что только что произошло.</p><p>Лумиан не стал «будить» их и шаг за шагом пошёл вверх по ступеням.</p><p>Находившаяся на первом этаже Джоджия услышала грохот взрыва и вместе с Лугано вышла из малой гостиной к лестнице, как раз увидев поднимающегося Лумиана.</p><p>«Вы выяснили обстановку?» — с обеспокоенностью спросила дама.</p><p>Лумиан с улыбкой ответил:</p><p>«Всё уже решено.»</p></section><section><title><p>Глава 545 Аномальная ситуация</p></title><p>Глава 545 Аномальная ситуация</p><p>Решено? Уже решено? Джоджия глубоко усомнилась, не перепутал ли переводчик ключевое слово, и инстинктивно переспросила:</p><p>«Быстро решено, или уже решено?»</p><p>Лугано сочувственно посмотрел на эту красивую даму, словно на самого себя, когда он только-только прочитал в газете о том, что его работодатель выследил и убил «Колдуна-Демона».</p><p>Как монстр, которого несколько обычных телохранителей с пистолетами сумели загнать в подвал и запереть, мог сравниться с Бурманом, за голову которого была назначена награда в 600 тысяч феров?</p><p>Хотя Лугано и считал это излишним, но, проявляя высокую профессиональную этику, всё же перевёл слова Джоджии Лумиану.</p><p>Лумиан снял с головы золотисто-жёлтую соломенную шляпу и сказал:</p><p>«Можете отправлять слуг убирать тот подвал.»</p><p>Выслушав перевод Лугано, Джоджия слегка расширила зрачки и в замешательстве уставилась на Лумиана, не зная, что сказать.</p><p>Как раз в этот момент подбежал один из телохранителей, дежуривших снаружи подвала.</p><p>Увидев Джоджию, он тут же подошёл ближе и, понизив голос, быстро кое-что пролепетал.</p><p>Выражение лица Джоджии несколько раз изменилось, после чего она расплылась в улыбке и сказала Лумиану:</p><p>«Недаром вы — известный великий авантюрист. Раньше я ещё сомневалась, не слухи ли история об вашей охоте на „Колдуна-Демона“, но теперь полностью верю: ваша сила достаточна, чтобы ваше имя гремело над Пятью Морями.»</p><p>Она сделала небольшую паузу и с извинением произнесла:</p><p>«Простите, мы ещё не успели приготовить ужин, возможно, вам придётся немного подождать в малой гостиной.»</p><p>«Пусть лучше подожду я, чем заставить ждать красивую даму,» — с улыбкой ответил Лумиан.</p><p>Это вежливость!</p><p>Затем он вслед за служанкой Джоджии вошёл в ту малую гостиную, специально отведённую для того, чтобы Людвиг мог полакомиться закусками перед ужином.</p><p>Джоджия же вместе с тем телохранителем отправилась в подвал.</p><p>Увидев разбрызганные по всей комнате плоть и кровь и убедившись, что человекоподобная ящерица полностью исчезла, Джоджия заметно вздохнула с облегчением.</p><p>Ужин проходил в отдельном кабинете, где находились только Лумиан с двоими спутниками и Джоджия, а остальные были служанками, подававшими блюда и разливавшими вино.</p><p>Лумиан с интересом разглядывал обстановку и заметил, что в таких многочисленных семействах учитывают потребность отдельных членов приглашать гостей к себе домой: помимо большого банкетного зала, здесь имелись и небольшие отдельные кабинеты, обеспечивавшие приватность приёма.</p><p>Этот ужин прошёл очень приятно для всех: Лумиан получил 15 тысяч рисо купюрами; Джоджия явно сбросила груз с души и больше не тревожилась; Людвиг высоко оценил поваров этой виллы; а Лугано впервые присутствовал на столь роскошном приёме.</p><p>Любящий похвастаться и пошутить великий авантюрист сменил хладнокровие, проявленное при охоте на монстра, и сделал атмосферу за столом чрезвычайно оживлённой.</p><p>Эта непринуждённость и веселье продолжались вплоть до того момента, как Лумиан, ведя за руку Людвига и забирая с собой Лугано, покинул виллу № 21 по улице Святой Ланы.</p><p>Выпив немного белого вина, румяный Лугано оглянулся на ярко освещённое здание и от души вздохнул:</p><p>«Не знаю, когда и у меня появится такой большой дом, столько слуг и поваров, и такая жена, как Джоджия.»</p><p>«Суть твоих слов ведь в последней фразе?» — подшутил Лумиан.</p><p>Лугано смущённо улыбнулся и перевёл тему:</p><p>«Судя по вашему описанию, я бы и сам смог прикончить ту человекоподобную ящерицу.»</p><p>Это означало, что он способен браться за поручения с вознаграждением в 30 тысяч феров!</p><p>А выполнив ещё несколько подобных заказов, его только что высказанная мечта вполне могла стать реальностью!</p><p>«Заранее подготовив оружие и особые пули, да имея достаточный боевой опыт, „Земледелец“ и впрямь справился бы,» — всерьёз оценил Лумиан возможности своего гида.</p><p>Он не стал называть Лугано «Врачом», поскольку эта Последовательность в основном давала Потусторонние способности в сфере исцеления, а в бою прибавляла немного.</p><p>Лугано от этих слов исполнялся радости, чувствуя, что жизнь полна надежды.</p><p>Лумиан взглянул на него и с улыбкой добавил:</p><p>'Но если бы за этот заказ взялся ты, плата составила бы от силы две-три тысячи золотых рисо.</p><p>'Остальное — наценка за имя великого авантюриста и плата за молчание такой известной личности.</p><p>«Так что тебе сначала придётся выследить и убить „Колдуна-Демона“, и только тогда ты сможешь получать столь щедро оплачиваемые задания.»</p><p>Улыбка на лице Лугано постепенно угасла.</p><p>Если бы я мог выследить и убить «Колдуна-Демона», я бы уже исполнил свою мечту и мне незачем было бы оставаться авантюристом!</p><p>Лумиан не обратил внимания на смену настроения переводчика и, оглянувшись на крупную пятиэтажную виллу, задумчиво произнёс:</p><p>«„Старая бабушка“ этого семейства так и не появилась……»</p><p>Отсутствие других членов семьи можно было понять, но по логике вещей «старая бабушка», будучи главой дома, должна была хотя бы выйти и поблагодарить авантюриста, решившего их проблему.</p><p>«И то правда, в таком семействе даме в возрасте Джоджии ещё не бывать главой дома,» — Лугано тоже заметил ненормальность.</p><p>Он не стал говорить о том, что в этой вилле, возможно, вообще нет «старой бабушки», во-первых, потому что в подобных семействах пожилых рожавших женщин наверняка не одна, и если умрёт одна «старая бабушка», быстро появится новая, а во-вторых, Церковь «Матери-Земли» славится умением исцелять болезни по всему Южному и Северному континентам, и средняя продолжительность жизни в королевстве Фейнапот выше, чем в Руэне, Интисе и Фейсаке, да и мужчин и женщин, доживающих до семидесяти с лишним лет, там немало, а уж при богатстве семьи Джоджии недостатка в медицинских ресурсах точно не было.</p><p>Лумиан отвёл взгляд и, пройдя несколько шагов, сказал:</p><p>«Сходи сегодня вечером в бар и разузнай о положении дел в семье Джоджии.»</p><p>Говоря это, он отсчитал и вручил Лугано 1000 рисо:</p><p>«Это твои расходы на ближайшее время, включая питание Людвига, когда меня нет.»</p><p>«Есть, Босс,» — больше всего в своём работодателе Лугано ценил именно щедрость.</p><p>Около полуночи этот «Врач», от которого разило алкоголем, вернулся в номер гостиницы «Соло» и обратился к Лумиану, наблюдавшему, как Людвиг ест ночные закуски:</p><p>«Разузнал: Джоджия — жена Рувио Пако, акционера Рыболовной компании порта Санта и члена комитета Рыболовной гильдии, а „старая бабушка“ семейства Пако — мать Рувио, Марта.»</p><p>Член комитета Рыболовной гильдии…… Лумиан мгновенно собрался с духом.</p><p>Ведь это персона, знающая весь ход церемонии Моления Морю и подробности прошлогоднего происшествия.</p><p>«Что ещё удалось узнать?» — как бы между прочим спросил Лумиан.</p><p>Лугано протараторил целую кучу всего, после чего добавил:</p><p>«Кстати, Марта когда-то была „Морской Служанкой“.»</p><p>«Морская Служанка»…… Была «Морской Служанкой», пользовалась популярностью у определённых кругов и вышла замуж за представителя семейства Пако? Лумиан размышлял несколько секунд, после чего спросил:</p><p>«Расспрашивал о недавнем положении Марты?»</p><p>«Нет,» — Лугано покачал головой.</p><p>Лумиан откинулся на спинку кресла и больше ни о чём не спрашивал, будто погружаясь в сон.</p><p>На следующий день он по-прежнему оставался в гостинице «Соло» и не выходил, ожидая, пока Валерио оформит местное удостоверение личности.</p><p>Ближе к вечеру его Посланник, Кающийся Баинфер, вышел из пустоты и вручил ему письмо.</p><p>Лумиан взглянул на обгоревший труп, на нескольких частях тела которого всё ещё горело густое чёрное пламя, и небрежно спросил:</p><p>«От кого?»</p><p>Заклинание призыва его Посланника сейчас знали всего пять человек.</p><p>«От женщины, очень близкой к смерти и тьме,» — ответил Баинфер.</p><p>Лумиан развернул письмо и увидел знакомый почерк:</p><p>«Сегодня в десять вечера состоится собрание……»</p><p>Оно было от «Хелы». Получив Посланника и перед тем как покинуть Трир, Лумиан специально призвал Посланника «Хелы» и передал способ призыва собственного Посланника. В конце концов, в ближайшее время он всё время будет находиться в пути и часто менять место жительства, и было невозможно призывать Посланника «Хелы» при каждом заселении в новую гостиницу, чтобы тому было удобнее определять его местоположение для доставки писем.</p><p>— Посланник каждого человека тесно связан с ним самим, и благодаря оккультной связи, создаваемой контрактом, Посланник может напрямую определить местонахождение объекта контракта, как бы тот ни менял своё положение.</p><p>У Исследовательского общества снова собрание…… Отпустив Баинфера, Лумиан сам подошёл к окну главной спальни номера.</p><p>Он устремил взгляд вдаль, к пятнистому горному хребту на северо-востоке.</p><p>В лучах заходящего солнца тамошние горы казались спящими в пылающем небе.</p><p>Постояв в тишине и понаблюдав некоторое время, Лумиан достал серебристо-белую серьгу-кафф «Ложь» и надел её на мочку левого уха.</p><p>Его волосы быстро стали золотистыми и продолжили расти вниз.</p><p>…………</p><p>В 10 часов вечера, внутри древнего и полуразрушенного огромного дворца Страны Ночи.</p><p>Лумиан, облачённый в чёрную мантию, с надвинутым капюшоном, в серебристо-белой полумаске и с ярлыком «Маггл», появился здесь.</p><p>Он с первого взгляда увидел Франку, облачённую в костюм Ассасина и накинувшую капюшон.</p><p>Франка тоже заметила его и, больше не скрывая их хороших отношений, подошла ближе и понизила голос:</p><p>«В порту Санта не вспыхнуло безумие?»</p><p>«Я же не воплощение бедствия,» — ответил Лумиан.</p><p>Засим он сказал Франке:</p><p>«Помоги мне чуть позже поспрашивать в разных группах, есть ли зелье, заклинание-символ или предмет, позволяющий освоить язык за короткое время. Не обязательно владеть им по-настоящему, сгодится и такое, что даёт понимание лишь на время.»</p><p>«У тебя разве нет переводчика?» — с недоумением переспросила Франка.</p><p>Лумиан усмехнулся и сказал:</p><p>«У меня просто внезапно возникло вдохновение: когда все думают, будто я не знаю языка Плато, а я между тем понимаю, о чём они говорят, это может принести неожиданные плоды.»</p><p>«Ну и грязные же у вас, интриганов, мыслишки!» — со смешком ругнулась Франка. Сначала она хотела похвалить красивую форму губ Авроры, сказав, что та очень красиво улыбается и ей стоит улыбаться почаще, но разум заставил её отказаться от этой мысли, чтобы не ранить Лумиана.</p><p>Она взглянула в угол дворца и произнесла:</p><p>«Группа, у которой наиболее вероятно найти подобный предмет — это на самом деле 'Академия», вот только тебе самому спрашивать неудобно, это легко вызовет подозрения.</p><p>«Как раз кстати, я сегодня тоже собиралась спросить у группы „Академия“, знает ли кто-нибудь, кем были хозяева тех древних склепов в катакомбах Трира. Ха-ха, многие из них считаются полуисториками, а если уж действительно никто не знает, тогда попросим „007“ порыться в секретных архивах Церкви.»</p><p>«Зачем спрашивать об этом?» — Лумиан приподнял бровь.</p><p>Франка вкратце изложила самое главное о том, как они с Дженной добыли ещё один «осколок зеркального мира» в катакомбах.</p><p>Заслушав её с большим вниманием, Лумиан фыркнул и сказал:</p><p>'Ну вы и смелые!</p><p>«Ты даже Дженну заразила своей храбростью!»</p><p>Едва он произнёс эти слова, как увидел агрессивно приближающегося к ним «007».</p></section><section><title><p>Глава 546 Один и тот же сон</p></title><p>Глава 546 Один и тот же сон</p><p>«007» в львином головном уборе преградил путь Франке и, скрежеща зубами, произнёс:</p><p>«„Потайной клинок“, огромнейшее спасибо за предоставленные тобой сведения, из-за тебя меня теперь, похоже, отправят в командировку.»</p><p>«А?» — Франка показала, что не совсем понимает.</p><p>В командировку куда? Если тебя отправят, кому я в Трире буду доносы писать?</p><p>«007» взглянул на молча стоявшего рядом «Маггла», перевёл дыхание и сказал:</p><p>'Меня могут в качестве помощника отправить в Фейнапот, чтобы проверить, получится ли вернуть тот запечатанный артефакт.</p><p>«В конце концов, это запечатанный артефакт, утерянный Интисом, и оставлять его в руках королевства Фейнапот не очень хорошо.»</p><p>«Фейнапотцы позволят вам исполнять закон на их территории? Разве транснациональное сотрудничество — это не сплошная головная боль?» — Франка примерно поняла, на что жалуется «007».</p><p>«007» немного подумал и ответил:</p><p>«Согласование ещё идет, но фейнапотцы на этот раз не особо возражают. Похоже, они хотят как можно скорее устранить скрытую угрозу, вызванную этим запечатанным артефактом. А у них самих хватает угроз, от которых нужно защищаться, поэтому они не могут выделить кучу людей для выслеживания и перехвата, так что решили просто воспользоваться нашей силой.»</p><p>Церкви «Матери-Земли» и королевству Фейнапот нужно защищаться от множества вещей, из-за чего людей не хватает? Это проблема страны с одной церковью, чьи накопленные ресурсы уступают суммарным ресурсам двух или трёх церквей? Но это тоже не совсем так: в королевстве Фейнапот есть ещё и королевская семья, да и Потусторонние церкви вовсе не обязаны следовать только Пути своего божества… Люмиан уловил в словах «007» некоторые странности.</p><p>Это навело его на мысль, что внутренних скрытых угроз у королевства Фейнапот ничуть не меньше, чем у стран с множеством богов и церквей.</p><p>«Вот оно как…» — у Франки внезапно блеснула идея. — «У меня есть способ сделать так, чтобы тебя не отправляли в командировку!»</p><p>«Какой способ?» — без особой веры спросил «007».</p><p>Франка с ухмылкой произнесла:</p><p>«Если у тебя в Трире есть важное задание на исполнении, тебя не должны отправлять в командировку.»</p><p>«Важное задание…» — тихо повторил «007», и у него внезапно возникло дурное предчувствие.</p><p>Франка воспользовалась моментом и сказала:</p><p>«Мы нашли ещё один 'осколок зеркального мира» в одном из древних склепов на четвёртом ярусе подземных гробниц.</p><p>«Теперь появились зацепки и направление для расследования дела о „человеке из зеркала“ в Трире. Тебе нужно лишь доложить наверх, что ты проводишь расследование, и тебя не должны отправить в Фейнапот.»</p><p>«007» несколько секунд пристально смотрел на Франку в её наряде Ассасина, затем поднял руку, потёр висок и с нажимом сказал:</p><p>«Преогромное тебе спасибо, „Потайной клинок“!»</p><p>Франка притворилась, что не уловила скрытого смысла в словах «007», и продолжила:</p><p>«Тот склеп находится неподалёку от „Пещеры Безумных Грибов“. Дверь склепа распахнута, никаких особых примет нет. Пожалуйста, найди материалы времён постройки подземных гробниц и посмотри, какой именно склеп туда вошёл и какому древнему роду он принадлежал. Только так мы сможем выяснить, почему особый „человек из зеркала“ вошёл туда и погиб там.»</p><p>«007» втянул воздух и медленно выдохнул:</p><p>«Ты прекрасно подошла бы мне в начальницы.»</p><p>Только и умеешь, что поручения давать!</p><p>Франка натянуто хохотнула и перевела тему:</p><p>«Ты знаешь, что за ситуация с 'Пещерой Безумных Грибов»? В таком мёртво-тихом, тёмном и наглухо запечатанном месте почему-то растут грибы, да ещё и в таком количестве.</p><p>«К тому же это, похоже, единственное место на четвёртом ярусе гробниц, где растут грибы.»</p><p>«007» слегка кивнул:</p><p>«Кое-что об этом я знаю. В своё время мне тоже была любопытна эта грибная пещера, я порылся в материалах и выяснил, что изначально она была вполне обычной — естественной пещерой среди древних склепов. Когда подземные гробницы достроили и перенесли туда часть древних останков, буквально через пару недель всё там заросло грибами, перекрыв вход и выход.»</p><p>Изменение Потусторонних сил после официального формирования печати совпало с проблемами некоторых древних останков, и в итоге получилась эта пещера безумных грибов? Люмиан задумчиво анализировал причины.</p><p>Увидев, что «Маггл» всё время лишь молча слушает и не вмешивается, «007» вежливо кивнул и повернулся к группе «Святилище».</p><p>Франка не удержалась от тихого смешка:</p><p>«А с тобой он очень вежлив. Если бы он знал, что большая часть его неприятностей и забот вызвана тобой, его физиономия была бы крайне любопытной.»</p><p>Люмиан ухмыльнулся:</p><p>«Но дело „человека из зеркала“ ко мне особого отношения не имеет.»</p><p>Разговаривая, они направлялись к уголку, где расположилась группа «Академия».</p><p>На ходу Люмиан неожиданно произнёс, обращаясь к Франке:</p><p>«Как думаешь, среди всех членов Общества, особенно тех, кто обосновался в Трире, не может ли быть так, что кого-то уже заменил „человек из зеркала“?»</p><p>«Да ну, не может быть… Ты меня не пугай!» — Франка вздрогнула про себя.</p><p>Люмиан сдержал порыв скривить губы, чтобы не портился прекрасный образ сестры:</p><p>«Почему не может быть? У любого жителя Трира есть вероятность быть заменённым 'человеком из зеркала», независимо от того, состоишь ты в тайной организации или нет.</p><p>«К тому же подавляющее большинство членов Общества — Потусторонние, и у многих силён дух исследований, так что шанс столкнуться со случайностью или сверхъестественным событием у них выше, чем у обычных людей.»</p><p>Франка с озабоченным видом кивнула, посчитав, что такой риск действительно нельзя исключать.</p><p>«Ты член Комитета по проверке, тебе стоит обсудить сложившуюся ситуацию с госпожой „Хелой“ и остальными и провести тайные наблюдения,» — напомнил Люмиан.</p><p>В настоящее время ещё неизвестно, обладает ли «человек из зеркала» Преходца воспоминаниями до совершения прехождения. Если да, то он сможет легко обойти контракт, составленный Комитетом по проверке, и при общении с другими членами Общества в нём не заметят никаких отклонений. Пока он не замыслит против кого-то вреда, разоблачение ему практически не грозит.</p><p>«Хорошо,» — серьёзно ответила Франка.</p><p>Тем временем в том уголке, где находилась группа «Академия», уже собралось немало знакомых Люмиану членов, включая супружескую пару «Профессора» и «Доцента», «Директора», «Периодическую систему элементов», «Медведя», «Грифона», «Изотопа» и других.</p><p>Кое-кто из них сменил маскировку по сравнению с прошлым разом, но Люмиан к этому давно привык: были люди, не желавшие выходить на маскарад в одном и том же облике. Впрочем, общий образ, манера речи и бирка на груди всё равно позволяли с точностью определить, кто перед тобой.</p><p>Обменявшись приветствиями со всеми по порядку, Люмиан и Франка заняли по месту.</p><p>Через несколько минут Франка подняла руку и произнесла:</p><p>«Кто-нибудь продаёт предметы типа Понимания языков? Моему другу нужно за границу, он хочет припасти немного.»</p><p>Услышав её просьбу, кто-то фыркнул от смеха, а кто-то сжал губы: первые хотели спросить: «А не ты ли сама этот друг?», а вторые вспомнили того ключевого члена «Дня дурака», принёсшего Обществу немало бед.</p><p>«Медведь», облачённый в шкуру бурого медведя, глухо произнёс на древнефейсакском языке:</p><p>«У меня есть амулет Понимания языков, способный дать похожий эффект.»</p><p>«Амулет Понимания языков?» — с явным интересом переспросила Франка.</p><p>Свободно владея древнефейсакским языком в течение многих лет, она уже достаточно легко освоила лоэнский, язык Плато и другие языки Северного континента, но вот языков Южного континента она не понимала.</p><p>Член группы «Академия» с кодовым именем «Медведь» обвёл «Потайной клинок» взглядом кофейно-карих глаз:</p><p>«Верно, по сути своей он временно усиливает и изменяет 'тело разума», повышая способности к пониманию, рассуждению и общению, а также дарует часть знаний соответствующего языка. Использования одного амулета хватает на семь дней.</p><p>«Существующие ныне амулеты Понимания языков делятся на три вида. Низший уровень позволяет понимать и разговаривать на всех языках древнефейсакской языковой семьи; изготовить его проще всего, стоит всего…»</p><p>«Медведь» сделал паузу и перевёл цену по текущему курсу:</p><p>'1000 феров.</p><p>'Средний уровень охватывает все обычные языки — 2000 феров, а высший уровень позволяет на короткое время овладеть одной выбранной сверхъестественной языковой системой — 5000 феров.</p><p>«„Потайной клинок“, какой тебе нужен?»</p><p>Франка внимательно выслушала его и почему-то почувствовала, что взгляд «Медведя» был весьма своеобразным — в нём проскальзывали сочувствие и сожаление.</p><p>Он что, сочувствует мне из-за того, что я когда-то осмелилась выпить зелье «Ведьмы»? — проворчала про себя Франка и, не глядя на «Маггла», сама приняла решение:</p><p>'Три амулета Понимания языков низшего уровня и один среднего уровня.</p><p>«Э-э, а скидку сделаешь?»</p><p>Она считала, что Люмиану в будущем непременно придётся отправиться на Южный континент выслеживать «Сисо», так что лучше заранее припасти один амулет Понимания языков среднего уровня.</p><p>«Нет,» — «Медведь» качнул головой.</p><p>«Ладно,» — у Франки не было совершенно никакого таланта к торгу, она просто привыкла задавать этот вопрос по привычке, чтобы потом не жалеть.</p><p>Когда она расплатилась и оговорила способ передачи товара, «Профессор» в чёрной маске в форме бабочки огляделась по сторонам и задумчиво произнесла:</p><p>«Мне и 'Доценту», а также нескольким знакомым «Колдунм» последнее время часто снится один странный сон. В этом сне простирается пустошь, а по пустоши блуждает множество неразличимых силуэтов.</p><p>«У вас такое есть?»</p><p>Это она спрашивала других «Колдуний» из группы «Академия».</p><p>Пустошь… блуждающие силуэты… Неужели речь об «Ином мире» некоей «мадам»? Не похоже, с какой стати «Колдунм» сниться «Иной мир»? — брови Люмиана под серебристо-белой полумаской слегка нахмурились.</p><p>Увидев, что ещё несколько «Колдуний» подтвердили, что им снились похожие сны, но частота и чёткость этих снов со временем заметно снизились, Люмиан, изображавший Аврору, тоже кивнул и задал вопрос вместо ответа:</p><p>«Когда именно вам впервые приснился этот сон?»</p><p>Не аномалия ли это, созданная «Cкрытым Мудрецом»?</p><p>«Профессор», судя по всему, уже выясняла этот вопрос:</p><p>«Мы с мужем и те несколько друзей — все начали видеть его с той самой ночи, когда на Трир обрушился жуткий проливной дождь. Дело было в прошлом месяце.»</p><p>Она знала, что «Маггл» тоже находится в Трире, и понимала, что та знает, о каком дне идёт речь.</p><p>Жуткий проливной дождь был как раз в ту ночь, когда начался ритуал «Постоялого двора»… Это сказалось влияние силы, просочившейся сквозь печать? Неужели там запечатана ещё и высокопоследовательная сила Пути «Тайноведца»? Или же падшие монахи Монастыря Глубокой Долины связаны с «Cкрытым Мудрецом», и этот Злой Бог тогда тайно кое-что предпринял, оставив часть силы в реальном мире? — Люмиан задумчиво произнёс:</p><p>«Я слышал, что в ту ночь в трирском Монастыре Глубокой Долины кое-что произошло, а Путь „Учёного“ и Путь „Тайноведца“ — Смежные Пути.»</p><p>«Профессор», «Доцент» и остальные устремили взгляды на «Маггла» — они никак не ожидали, что этот соратник, переехавший в Трир всего несколько месяцев назад, знает о таких глубоко сокрытых местных делах.</p><p>Люмиан неторопливо продолжил:</p><p>«Не стоит ли нам расспросить Потусторонних Пути „Учёного“ и узнать, снились ли им похожие сны?»</p><p>Отличная идея! — мысленно похвалила Франка, стоя рядом.</p></section><section><title><p>Глава 547 Запугивание</p></title><p>Глава 547 Запугивание</p><p>«Профессор» тоже посчитал, что предложение Лумиана может кое-что подтвердить, поэтому вместе с «Доцентом» отправился к другой группе и привел «Каменщика», способного помогать изготавливать волшебные предметы.</p><p>Тот, облаченный в белый врачебный халат с кастрюлей на голове, смотрел своими лазурно-голубыми глазами сквозь два специально прорезанных отверстия на этих «Колдуний» из группы «Академия».</p><p>Он кивнул и произнес:</p><p>«Я в последнее время тоже вижу странные сны, связанные с пустошью, но, помимо бескрайней пустоши и блуждающих силуэтов, там есть и какие-то необычные картины.»</p><p>И в самом деле, это затрагивает два смежных Пути — «Тайновед» и «Ученый»… Слегка кивнув, Лумиан услышал, как «Профессор» переспросил:</p><p>«Что за картины?»</p><p>Голос «Каменщика» отдавал эхом внутри кастрюли:</p><p>'Картина того, как первобытные люди впервые своими силами добыли огонь, картина того, как древние люди приносили жертвы небу и земле, а также множество похожих сцен, но все они очень смутные, к тому же я был во сне и не мог разглядеть детали, так что подробностей уже не помню.</p><p>«Если использовать выражение, которое больше всего любят Потусторонние Пути „Ученый“, это осколки цивилизации.»</p><p>Услышав ответ «Каменщика», Лумиан едва заметно дрогнул виском.</p><p>Это было чрезвычайно похоже на картины, сопровождавшие странные звуки, которые он слышал в Трире Четвёртой Эпохи, когда надевал «Очи истины»!</p><p>И в конце тех сцен, что он видел, все голоса гневно ревели одно имя:</p><p>«Небесный Наставник»!</p><p>«Я получил осколки цивилизации? „Очи истины“ соответствуют Пути „Тайновед“, их использование задействовало силы двух смежных Путей и позволило услышать соответствующие голоса? Хм, нужно сделать оговорку: в особой обстановке… В Трире Четвёртой Эпохи и впрямь сохранились остатки высокоуровневых сил двух Путей — „Тайновед“ и „Ученый“… „Небесный Наставник“, обращение, довольно похожее на „Небесный Достопочтенный Небес и Земли, дарующий благодать“… „Небесный Достопочтенный Небес и Земли, дарующий благодать“ — это сущность, способная влиять на три смежных Пути: „Провидец“, „Ученик“ и „Мародер“, а „Небесный Наставник“ соответствует Путям „Тайновед“ и „Ученый“?» Поборов изумление, Лумиан погрузился в размышления.</p><p>Франка взглянула на него сбоку, слегка озадаченная тем, что он не участвует в обсуждении.</p><p>Спустя некоторое время Лумиан пришел в себя и, сопоставив догадки «Профессора», «Каменщика» и остальных, взвешенно произнес:</p><p>'Внезапный проливной дождь в Трире — одно из внешних проявлений некоего бедствия, и происшествие в Монастыре Глубокой Долины — тоже.</p><p>«Я подозреваю, что во время того бедствия наружу просочилась некая высокоуровневая сила, повлиявшая на Потусторонних двух смежных Путей. У тех, кто находился в Трире, аномалии проявляются заметнее, а у тех, кто за пределами Трира, — в меньшей степени.»</p><p>Сказав это, Лумиан изогнул губы в улыбке:</p><p>«Только что я заметил, что у тех „Колдуний“, что в тот момент находились не в Трире, частота снов о пустоши и степень их четкости заметно снижаются, тогда как никто из „Колдуний“, находящихся в Трире, об этом не упоминал.»</p><p>«Медведь», облаченный в шкуру бурого медведя, одобряюще кивнул.</p><p>«Профессор» и остальные тоже предварительно согласились с догадкой Лумиана и вздохнули с облегчением от того, что воздействие действительно ослабевает.</p><p>Все они про себя вздохнули от чувств, что «Маггл», пройдя через козни «Дня дурака» и выжив, и впрямь невероятно выросла за один миг.</p><p>Затем Франка спросила, кто был хозяином древнего склепа рядом с «Пещерой Безумных Грибов» в катакомбах Трира.</p><p>Никто не знал ответа; находившиеся в Трире «Колдуна» лишь сказали, что могут помочь разузнать, но не гарантируют результата.</p><p>На самом деле Франка еще до этого поручила это дело «007», и нынешний расспрос был скорее подражанием Лумиану, чтобы проверить, получится ли выудить возможного «Человека из зеркала», затаившегося в «Исследовательском обществе кудрявых павианов».</p><p>Условившись о вознаграждении, она покинула группу «Академия» и направилась к «Хеле».</p><p>Дождавшись, пока она обсудит с «Хелой» дело «Человека из зеркала», Лумиан тоже вышел из угла, где располагалась группа «Академия», собираясь отправиться к группе «Чистилище», чтобы послушать знания о мистицизме в сфере смерти.</p><p>Франка тут же приблизилась к Лумиану и, понизив голос, с улыбкой спросила:</p><p>«О чем ты думал, когда „Каменщик“ рассказывал о своем сне? Показалось, ты вспомнил о чем-то очень важном.»</p><p>«Разве я раньше не рассказывал тебе о том, что видел и слышал под землей после использования „Очей истины“? Не должно быть так, дела, касающиеся „Небесного Наставника“, я бы не забыл поведать Франке…» — у Лумиана вдруг ёкнуло сердце, и он почувствовал, что это его духовность препятствует этому.</p><p>Поразмыслив, он произнес:</p><p>«Все довольно сложно, к тому же затрагивает высокоуровневые силы. Я позже напишу письмо и спрошу госпожу „Фокуснику“, можно ли тебе рассказать.»</p><p>«Хорошо, — жадно смотря на него, ответила Франка. — Ты только не забудь!»</p><p>Ее любопытство уже разгорелось.</p><p>В этот момент к ним приблизилась «Хела», все так же наряженная черной вдовой, но утратившая былую холодность, и сказала Лумиану:</p><p>«Есть ли подвижки с выслеживанием „Ультрамена“ и „Барда“?»</p><p>«Пока нет, всё еще на стадии сбора соответствующей информации,» — не стал скрывать Лумиан.</p><p>«Хела» слегка кивнула:</p><p>«Если понадобится помощь, можешь в любой момент обратиться ко мне или к „Гэндальфу“.»</p><p>Уничтожение предателей из «Дня дурака» было желанием большинства членов «Исследовательского общества кудрявых павианов».</p><p>«Хорошо.» У Лумиана не было упертого желания непременно в одиночку расправиться с ключевыми членами «Дня дурака».</p><p>Разумеется, если бы окончательную казнь совершил он сам, это было бы лучше всего.</p><p>…………</p><p>Вернувшись в реальный мир, Лумиан увидел, что уже поздно. Оставив Людвигу кучу ночной еды и призвав посланника госпожи «Фокусника», он умылся, почистил зубы, потушил бра и лег в постель.</p><p>Как раз в этот миг у него возникло предчувствие, он резко сел и устремил взгляд в угол комнаты.</p><p>Снаружи окна проникал бледный багрянец, а тень в углу стены стремительно разрасталась, протянувшись к потолку и приняв очертания с двумя бараньими рогами.</p><p>Казалось, будто из темной бездны выступает демон.</p><p>Лумиан пристально вглядывался в эту огромную черную тень, едва заметно поведя бровью.</p><p>Эта демоническая черная тень издала глухой, исполненный величия голос:</p><p>«Ничтожный смертный, ты обязан честно ответить на мои вопросы.»</p><p>Она говорила на интисском языке.</p><p>Лумиан слегка размял шею и сказал:</p><p>«Какие вопросы?»</p><p>Демоническая черная тень глухо произнесла:</p><p>«О чем тебя попросила Джоджия из семейства Пако?»</p><p>Лумиан рассмеялся:</p><p>'Какое дело демону до людских дел?</p><p>«Я авантюрист с профессиональной этикой и не стану предавать своего нанимателя.»</p><p>Демоническая черная тень рокочуще зарычала:</p><p>«Тогда ответом послужит твоя кровь!»</p><p>Не успели отзвучать его слова, как его аура вспыхнула: алый лунный свет во всей комнате в мгновение ока поглотила тьма, и пространство заполнила внушающая страх атмосфера.</p><p>Уголки губ Лумиана приподнялись, он, опираясь левой рукой, подобно гепарду, вспрыгнул с кровати и метнулся к потолку.</p><p>Его путь наверх тут же преградили пласты тьмы, словно бездна отбросила свое отражение.</p><p>Внезапно тело Лумиана тоже окрасилось в черный цвет, став практически лишенным толщины.</p><p>Он превратился в существо теней и прямо-таки вклинился в ту тьму!</p><p>В мрачно-потусторонней «вуали», где вещи искажались и переворачивались, Лумиан увидел того самого «Демона».</p><p>Ростом он был чуть больше метра, словно ребенок, но его кожа была сморщенной, как у семидесяти-восьмидесятилетнего старика.</p><p>У него была уродливо огромная голова и выпученные глаза — выглядел он чрезвычайно странно и не походил ни на одно существо, известное Лумиану.</p><p>Существуя в форме тени, Лумиан «подплыл» ближе, намереваясь обвить этого странного коротышку, создавшего проекцию «Демона», вытащить из тьмы и взять под контроль с помощью «Искусства Хэн-Ха».</p><p>— В состоянии существа теней многие способности Лумиана были ограничены.</p><p>Это жуткое существо с огромной головой, низким ростом и сморщенной кожей, похоже, совершенно не могло сопротивляться обвитию тени, отчего Лумиан, готовившийся к жестокому отпору, даже на миг опешил.</p><p>Не теряя времени на раздумья, он тут же собрался вместе с пленником вынырнуть из тени.</p><p>И как раз в этот момент мрак вокруг него посветлел, озаренный светом, спустившимся с «небес».</p><p>Лумиан неосознанно поднял голову и посмотрел наверх: чистая тьма стремительно таяла, а там висела огромная звезда.</p><p>Звезда была окрашена в бледный синий цвет, напоминая зловещий глаз.</p><p>Внезапно кровь Лумиана будто застыла, и он непроизвольно вышел из состояния существа теней. «Коротышка» с уродливо огромной головой и сморщенным лицом воспользовался случаем, вырвался из уз и быстро растворился в бледновато-синем звездном свете, исчезнув без следа.</p><p>Спустя секунду Лумиан полностью пришел в себя и, пристально глядя на вернувшуюся в нормальное состояние комнату, погрузился в размышления.</p><p>Что за тварь это была только что? Выглядела совсем слабой, а ведь явилась запугивать его!</p><p>Однако «подмигивающая звезда» была весьма необычной.</p><p>«Разве нельзя было сразу выпустить эту звезду, чтобы напугать меня? Подавив меня, она, как ни странно, не воспользовалась случаем для атаки… Хотя после выхода из тени я и вернул себе часть подвижности, всё равно оставался довольно медлительным…» — беззвучно прошептал Лумиан.</p><p>Он не мог до конца взять в толк общую картину произошедшего, но отчетливо осознал некоторые детали:</p><p>«Неудивительно, что Джоджия не стала искать случайного пришлого авантюриста с Потусторонними способностями, чтобы разобраться с той человекоподобной ящерицей. Ведь впоследствии кто-то, скрывающийся в тени, пришел бы допрашивать обо всем случившемся, и лишь известный авантюрист вроде Луи Бери, способный охотиться на 'Колдуна-Демона», мог бы этому противостоять.</p><p>'Ха-ха, награду в пятнадцать тысяч лизо не так-то просто заработать…</p><p>'Затаившийся в тени знал, что Луи Бери не слабак, поэтому не осмелился напасть напрямую и подослал такого маленького монстра с особыми способностями для запугивания, надеясь выведать какие-нибудь сведения?</p><p>'Почему не пойти с расспросами к Джоджии домой? В её семье, похоже, нет Потусторонних сил…</p><p>'Это внутренние противоречия и рознь в рыболовной компании и Рыболовной гильдии?</p><p>«Хм, это шанс ближе сойтись с семейством Пако и разобраться в ключевых этапах церемонии Моления Морю…»</p><p>Лумиан покачал головой, снова лег на кровать и продолжил спать.</p><p>На следующий день, в начале девятого утра, Лугано, уходивший на улицу за завтраком, поспешно вернулся и сказал Лумиану:</p><p>«Босс, вас разыскивают те боевые монахини!»</p></section><section><title><p>Глава 548 Орден</p></title><p>Глава 548 Орден</p><p>Боевые монахини? Наряду с изумлением, у Лумиана внезапно возникло чувство возвращения в «упорядоченное» общество.</p><p>На территории любого государства Северного континента «дикие» Потусторонние не пользовались популярностью, подлежали контролю и даже аресту; это отличалось от таких колоний, как порт Фалин, где известные авантюристы могли вальяжно разгуливать по улицам, хвастаться своими подвигами в барах и не слишком беспокоиться о том, что к ним нагрянут официальные Потусторонние.</p><p>«Босс, а здесь не будет никакой опасности?» — с некоторой нервозностью спросил Лугано.</p><p>Он тоже был «диким» Потусторонним и долгое время находился в состоянии постоянного страха.</p><p>Лумиан усмехнулся и ответил в хвастливом тоне:</p><p>«Это зависит от их отношения.»</p><p>Скрытый смысл заключался в том, что опасность грозит именно им.</p><p>Затем Лумиан пошутил:</p><p>«Разве ты не восхищался боевыми монахинями? Теперь, когда они сами пришли к тебе, разве ты не должен радоваться?»</p><p>Воображение и реальность — разные вещи… Видя, что у Босса нет намерений сбежать вместе с ним с помощью «Телепортации», Лугано с тревогой в душе спустился вниз и пригласил тех нескольких боевых монахинь наверх.</p><p>Предводительницей была та самая, которую Лумиан видел ранее:</p><p>Большая часть её густых, естественно вьющихся чёрных волос была убрана под двууголку с белым узором на чёрном фоне, светло-голубые глаза сияли живостью, а довольно густые и широкие брови придавали ей особый шарм.</p><p>Эта женщина в кожаном доспехе поверх исподнего посмотрела на Лумиана и спросила тоном, который казался совсем не суровым, а скорее мягким:</p><p>«Вы — авантюрист Луи Бери?»</p><p>Лумиан кивнул:</p><p>«А вы?»</p><p>Эта боевая монахиня с весьма яркой, эффектной внешностью ответила с улыбкой:</p><p>'Я монахиня Ноэлия из Ордена Изобилия, возглавляю боевой отряд.</p><p>«Хвала Земле, хвала Матери всего сущего!»</p><p>Ноэлия подняла обе руки, высоко воздев их к небу, а ноги слегка расставила.</p><p>Видя, что Ноэлия и остальные боевые монахини Ордена Изобилия не были настолько высокомерными и заносчивыми, как он думал, и не считали «диких» Потусторонних злыми тварями, Лумиан тоже улыбнулся:</p><p>«Госпожа, у вас ко мне какое-то дело?»</p><p>Ноэлия с улыбкой произнесла:</p><p>«Вы — Великий авантюрист, уничтоживший „Колдуна-Демона“. Если бы мы не знали о вашем прибытии в порт Санта, ничего бы не было, но раз уж узнали, то обязаны прийти и поговорить с вами, напомнив о необходимости соблюдать соответствующий порядок.»</p><p>«Какой порядок?» — спросил Лумиан с соломенной шляпой золотистого цвета в руках, ожидая подобного.</p><p>Отношение этих боевых монахинь было настолько хорошим, что у него возникли сомнения, действительно ли они являются официальными Потусторонними — мало того, что они не стали сразу арестовывать их группу, так ещё и не употребили таких слов, как «предупреждение» и «предостережение».</p><p>В этом и заключается различие между Церковью «Матери-Земли» и другими Церквями? Больше упора на материнство, больше уважения к жизни?</p><p>Алые губы Ноэлии изогнулись в изящной дуге:</p><p>'В других городах мы бы напрямую вынесли вам предупреждение и взяли под контроль, а если бы вы дерзнули оказать сопротивление, то последовали бы такие меры, как арест или даже устранение.</p><p>'Но здесь порт Санта, тут множество торговцев, у которых есть реальная потребность защищать свои товары от пиратов, а у нас нет столько людей для сопровождения, поэтому мы молчаливо разрешаем им нанимать телохранителей из числа Потусторонних.</p><p>'Господин Луи Бери, вы можете свободно передвигаться по порту Санта, однако вам необходимо соблюдать три правила:</p><p>'Во-первых, нельзя самовольно отправляться вглубь материка в другие города — на это требуется наше разрешение; во-вторых, нельзя проводить в порту Санта никаких ритуалов, употреблять зелья для продвижения или ставить мистические эксперименты; в-третьих, без крайней необходимости не использовать свои способности, не устраивать беспорядков и катастроф.</p><p>«Разумеется, если вы впоследствии снова прибудете в порт Санта, вам нужно будет сначала зарегистрироваться у нас.»</p><p>Вполне разумные требования… К тому же эти требования исходят от доминирующей Церкви, и при этом они нисколько не чрезмерны — это проще и легче, чем получить разрешение на ношение оружия в порту Фалин или других местах. Впрочем, в порту Фалин отсутствие разрешения тоже не было большой проблемой: пока никто не донёс и ты не столкнулся напрямую с официальными лицами, всё было в порядке… — Лумиан слегка кивнул:</p><p>«Без проблем.»</p><p>Сказав это, он изменил ход мыслей и тихо усмехнулся:</p><p>«Но и ваш порт Санта нельзя назвать спокойным, вчера вечером я наткнулся на одного монстра…»</p><p>Он в общих чертах рассказал о том, как этот маленький монстр притворялся демоном, чтобы запугать его, не скрывая, что принял поручение Джоджии, но не уточняя, в чём именно оно заключалось.</p><p>Ноэлия внимательно выслушала и без особого удивления произнесла:</p><p>«Мы разберемся с этим. Впредь постарайтесь не вмешиваться в дела Рыболовной гильдии, их внутренние проблемы будут решены изнутри.»</p><p>Это значит, что Церковь «Матери-Земли» тоже не слишком вмешивается во внутренние междоусобицы Рыболовной гильдии, предоставляя им полную автономию? Как это связано с церемонией Моления Морю? — Лумиан усмехнулся и сказал:</p><p>«Я постараюсь не вмешиваться, но оставляю за собой право на самооборону и ответный удар.»</p><p>Ноэлия больше ничего не стала говорить, убрала улыбку и вместе с теми несколькими боевыми монахинями направилась к двери.</p><p>Сделав всего два-три шага, она обратным хватом выхватила за спиной прямой меч, вполоборота развернула тело и со свистом замахнулась на Лумиана.</p><p>Вся эта серия движений была плавным и естественным порывом, занявшим лишь мгновение ока.</p><p>Лумиан пристально вглядывался в отблеск клинка, не уклоняясь и не поднимая руки для блока.</p><p>Со свистом прямой меч прошёл вплотную к его кончику носа и опустился, указывая в землю.</p><p>Ноэлия расцвела яркой улыбкой и с удовлетворением кивнула:</p><p>«Недаром вы Великий авантюрист, ваш взор, суждения и отвага превосходны.»</p><p>Затем она развернулась и принялась учить последовавших за ней боевых монахинь:</p><p>«Вот это настоящий мужчина, а тех, кто умеет только выставлять напоказ мускулы и с воплями махать мечом, можно назвать лишь самцами диких зверей.»</p><p>Разговаривая, несколько боевых монахинь покинули апартаменты, арендованные Лумианом.</p><p>Лумиан поднял правую руку, потирая подбородок, ощущая некоторую странность.</p><p>Здесь женский взгляд на мужчин был открыто и без стеснения выставлен напоказ, к чему он никак не мог привыкнуть.</p><p>Проводив взглядом Ноэлию и остальных монахинь, Лугано понизил голос:</p><p>«Босс, вчера вечером правда приходил маленький монстр, чтобы предостеречь вас?»</p><p>«Да, и если бы поручение Джоджии выполнял ты, возможно, дело не ограничилось бы простым предостережением,» — Лумиан надел золотисто-жёлтую соломенную шляпу и, направляясь к двери, словно невзначай произнёс: — «Мы обязаны напомнить нанимателю, что кто-то тайно следит за их семейством.»</p><p>Лугано сначала опешил, а затем тут же понял мысль Лумиана, взял за руку Людвига и поспешил вслед за ним.</p><p>…………</p><p>Улица Святой Ланы, 21, в гостиной апартаментов на пятом этаже.</p><p>Лумиан снова встретил Джоджию.</p><p>Эта дама, облачённая в платье яркой расцветки со множеством узоров, бросила взгляд на маленького мальчика, чей аппетит превзошёл её воображение, и перевела взор на Великого авантюриста Луи Бери:</p><p>«Что-то случилось?»</p><p>Лугано весьма профессионально взялся за перевод.</p><p>«Вчера вечером приходил монстр, чтобы запугать меня, но я его прогнал.» — Лумиан вкратце описал внешний вид и поведение того маленького монстра.</p><p>Выслушав пересказ Лугано, Джоджия не выказала особо заметного удивления и, после нескольких секунд раздумий, произнесла:</p><p>«Подождите немного.»</p><p>Оставив служанку и слугу, она прошла во внутреннюю комнату.</p><p>Спустя несколько минут она вышла, держа под руку какого-то мужчину.</p><p>Тому мужчине было сорок с лишним лет, у него была высокая, стройная фигура, худощавое лицо, глаза бледного, почти прозрачного голубого цвета, а седеющие тёмные волосы, слегка вьющиеся, по-художественному ниспадали на плечи; его внешность нельзя было назвать красивой или дурной, но она обладала выразительными чертами, так что, увидев его единожды, уже не забудешь.</p><p>«Это мой муж, Рувио Пако,» — представила его Джоджия.</p><p>Тот самый акционер рыболовной компании и член Рыболовной гильдии? За эти два дня Лумиан через Лугано разузнал немало сведений о семействе Пако.</p><p>Отец Рувио изначально был всего лишь довольно зажиточным рыбаком, владевшим судном совместно с другими людьми, но после того как женился на Марте, бывшей «Морской Служанке», постепенно разбогател: он не только какое-то время управлял рыболовной компанией, но и стал членом Рыболовной гильдии, старейшего местного объединения.</p><p>Вскоре после завершения той церемонии Моления Морю в прошлом году этот пожилой господин скончался, и при сильной поддержке старой бабушки Марты Рувио унаследовал положение отца, став самым молодым членом Рыболовной гильдии.</p><p>Разумеется, у него больше не было конкретной должности в рыболовной компании порта Санта, и он обладал лишь правом голоса и правом на дивиденды как акционер.</p><p>Этот мужчина среднего возраста в прошлом был весьма мятежным: по замыслу родителей ему следовало жениться на одной из «Морских Служанок», однако он сначала оставался холостяком до тридцати с небольшим лет, а затем взял в жёны Джоджию, дочь торговца текстилем; окажись они в другой знатной семье, старая бабушка наверняка силой воспрепятствовала бы этому и даже изгнала бы Рувио из семейства, но Марта души в нём не чаяла и в итоге пошла на компромисс.</p><p>Прежде чем Лугано успел перевести, Рувио произнёс на не слишком беглом интисском языке:</p><p>«Мы можем общаться напрямую, в молодости я часто выходил в море на корабле и бывал в порту Фалин и других местах.»</p><p>«Господин Рувио, я не вижу необходимости в каком-либо общении и не собираюсь выяснять, почему монстр искал меня, я лишь пришёл известить вас об этом происшествии.» — Лумиан взглянул на озадаченную Джоджию, подозревая, что Рувио перешёл на интисский язык не из вежливости, а просто не желая, чтобы его жена о чём-то узнала.</p><p>Рувио слегка кивнул:</p><p>«Я понимаю твои опасения, я лишь хочу поручить тебе ещё одну задачу.»</p><p>«Какую задачу?» — с улыбкой переспросил Лумиан.</p><p>Рувио спокойно ответил:</p><p>«Моя мать Марта родом из деревни Мило. В последнее время она хочет съездить туда, встретиться с нынешним „Морским Губернатором“ и попросить его разрешения отправиться в Церковь „Матери-Земли“ за лечением. Кхм, в последнее время здоровье моей матери оставляет желать лучшего, раньше она даже встать с постели не могла.»</p><p>Марта всё ещё жива? — Лумиан был слегка удивлён.</p><p>Опытным взглядом он ранее, основываясь на таких деталях, как отсутствие старой бабушки, нежелание семейства Пако разглашать дело с человекоподобной ящерицей и то, что Марта некогда была «Морской Служанкой», сделал вывод, что тем монстром могла стать сама Марта!</p><p>—«Церемония Моления Морю» приносила «Морским Служанкам» не только славу, но, возможно, и скрытое сквернение, которое неизвестно когда могло вырваться наружу.</p><p>Но теперь, судя по словам Рувио, Марта всё ещё жива и ранее лишь тяжело болела.</p><p>Откуда же тогда взялась та человекоподобная ящерица? — Лумиан подавил недоумение в душе и озадаченно спросил:</p><p>«Почему для того, чтобы госпожа Марта обратилась за лечением, требуется разрешение „Морского Губернатора“?»</p><p>Выражение лица Рувио изменилось, и он с неким отвращением и нежеланием произнёс:</p><p>«Все „Морские Служанки“ в делах, связанных с Церковью, должны подчиняться приказам „Морского Губернатора“, иначе это будет осквернением церемонии Моления Морю.»</p></section><section><title><p>Глава 549 Наблюдатель</p></title><p>Глава 549 Наблюдатель</p><p>Подчиняться приказам «Морского Губернатора» больше, чем испытывать трепет перед Церковью… И Церковь «Матери-Земли» почему-то особо не вмешивается… Люмиан не стал расспрашивать дальше и, слегка кивнув, произнёс:</p><p>«Я могу принять это поручение, причём без какого-либо вознаграждения, но у меня есть одно условие.»</p><p>«Какое условие?» — осторожно спросил Рувио.</p><p>Люмиан улыбнулся:</p><p>«Я пришёл сюда, чтобы своими глазами увидеть церемонию Моления Морю, но слышал, что в двух самых ключевых этапах может участвовать и наблюдать лишь ничтожно малое число людей. Я бы хотел получить такую возможность.»</p><p>Рувио умолк и долго ничего не отвечал.</p><p>Заметив это, Джоджия, не в силах сдержать любопытство, спросила мужа на языке Плато о содержании их разговора и о причине его затруднений.</p><p>Лугано воспользовался случаем, подобрался к Люмиану и передал суть того, что обсуждала супружеская пара.</p><p>Услышав, что они всерьёз раздумывают, не заставить ли его притвориться Моряком и взойти на тот особый ритуальный корабль, Люмиан едва заметно дёрнул бровью.</p><p>Рувио Пако и впрямь намеревается согласиться?</p><p>Я ведь просто заломил несуразную цену, чтобы проверить, нельзя ли вытянуть кое-какие подробности о церемонии Моления Морю, и вовсе не рассчитывал, воспользовавшись столь простым на вид поручением, шантажировать работодателя и действительно принять участие в двух завершающих этапах!</p><p>А ведь это секрет, который Рыболовная гильдия хранила целую тысячу лет, источник их власти и авторитета!</p><p>Мысли пронеслись вихрем, и Люмиан всерьёз заподозрил, что поручение сопроводить госпожу Марту в деревню Мило на встречу с действующим «Морским Губернатором» таит в себе крайне высокий риск, и его не сможет выполнить первый попавшийся Потусторонний — вот почему Рувио Пако не хочет отказываться от Великого авантюриста Луи Бери, который уже доказал свои способности.</p><p>'Но в чём же может таиться опасность? Это порт Санта, а не острова в океане и не глухие городки Южного континента. Какой Потусторонний отважится напасть на меня среди бела дня прямо на улице, не боясь, что Боевые монахини схватят его и пустят на удобрения для земли? Ни в коем случае нельзя недооценивать силу Церкви Праведного Бога!</p><p>«Разве что у кого-то есть особые способности вроде тех, что у „Локи“, позволяющие бесследно убить меня на оживлённой улице так, что никто ничего не заметит, или же в дело лично вступит Святой, обладающий божественностью, дабы завершить бой до того, как успеет опомниться Церковь „Матери-Земли“… Но не до такой же степени всё преувеличено из-за подобного пустяка…» Пока Люмиан взвешивал все за и против, Рувио и Джоджия пришли к решению.</p><p>Первый сказал Люмиану:</p><p>'Я не могу позволить вам участвовать в двух последних этапах церемонии Моления Морю, это осквернение океана, и причастные к этому люди вместе со своими семьями будут изгнаны из порта Санта.</p><p>«Но я могу сделать так, чтобы вы заранее укрылись в деревне Мило и понаблюдали за древними представлениями, которые проходят там во время ритуала Бдения.»</p><p>То есть нельзя напрямую увидать ритуал Бдения, но можно полюбоваться народными представлениями, сопровождающими его? Неужели тогда «Ультрамен», «Бард» и «Безумная» тоже этим путём подобрались к самому ядру церемонии Моления Морю и совершили главную часть своей розыгрышной выходки? Видя, что Рувио пошёл на максимальные уступки, Люмиан не стал дальше «настаивать» и с улыбкой произнёс:</p><p>«По рукам.»</p><p>Не дожидаясь ответа собеседника, он «по-доброму» предложил:</p><p>«Может, отправим госпожу Марту в деревню Мило уже сегодня? С болезнью затягивать нельзя, лучше начать лечение как можно скорее.»</p><p>Рувио заколебался и лишь спустя пару секунд сказал:</p><p>«Моя мать уже уснула, в последнее время она вообще очень много спит, и если разбудить её силой, это только навредит её телу и духу. Как насчёт завтрашнего утра?»</p><p>Хочет сделать кое-какие приготовления заранее? Люмиан задумчиво кивнул:</p><p>«Без проблем.»</p><p>Он взглянул на стоящего рядом Лугано и, движимый внезапной мыслью, произнёс:</p><p>«Господин Рувио, этот мой переводчик на самом деле весьма искусный Врач, к тому же он не верит в „Матерь-Землю“ и не принадлежит ни к какой Церкви. Если он возьмётся за лечение вашей матери, полагаю, вам не придётся заранее получать разрешение „Морского Губернатора“.»</p><p>Люмиан сделал особое ударение на слове Врач.</p><p>Рувио Пако почти не задумываясь покачал головой:</p><p>'Мы больше доверяем Врачам из Церкви.</p><p>«Моя мать — мой самый близкий человек, и я не хочу подвергать её никакому ненужному риску.»</p><p>Скрытый смысл его слов заключался в следующем: я не могу быть уверен в врачевании твоего переводчика и не стану использовать старую бабушку семейства Пако в качестве подопытного кролика.</p><p>На самом деле Люмиан и сам рассчитывал отвести госпожу Марту в деревню Мило, ведь это означало возможность встретиться с действующим «Морским Губернатором» и разузнать кое-какие вещи, а его предложение позволить Лугано исцелить старую бабушку было лишь проверкой для Рувио.</p><p>Результат проверки показал: у этого дела есть ещё немало тайных сторон!</p><p>Договорившись прийти завтра в девять утра, чтобы сопроводить госпожу Марту и её служанку к «Морскому Губернатору», Люмиан вместе с Людвигом и Лугано покинул главный дом номер 21 по улице Святой Ланы, а Джоджия проводила их до самых дверей.</p><p>Люмиан словно бы невзначай проронил:</p><p>«Неужели „Морской Губернатор“ обязан жить именно в деревне Мило?»</p><p>Выслушав перевод Лугано, Джоджия слегка кивнула:</p><p>«„Морской Губернатор“ каждую ночь должен проводить в том здании, где устроен ритуал Бдения, а днём может передвигаться свободно, разве что ему запрещено покидать порт Санта.»</p><p>В здании, где устраивают ритуал Бдения? Суть этого ритуала состоит в том, что будущий «Морской Губернатор» входит в резиденцию, сменяет прежнего «Морского Губернатора» и ожидает следующего дня, чтобы принять официальное назначение от «Океана»? Люмиан принялся строить догадки, сопоставляя это со своими познаниями в оккультизме.</p><p>Он с улыбкой спросил:</p><p>«А какова же выгода от владения титулом „Морского Губернатора“?»</p><p>Выслушав перевод, Джоджия умолкла на пару секунд, после чего произнесла:</p><p>«Для всех людей, связанных с рыболовством, и в глазах многих морских торговцев — это самый настоящий губернатор.»</p><p>Она не ответила прямо на вопрос Люмиана, лишь намекнув на суть.</p><p>Люмиан слегка кивнул и, не став больше расспрашивать, вывел Людвига и Лугано за решётчатые железные ворота.</p><p>Пройдя несколько шагов по широкой улице, утопающей в пышной зелени деревьев, он неожиданно поднял голову и взглянул наверх сбоку.</p><p>Там, на ветке, восседал скворец с сероватым оперением.</p><p>Люмиан отвёл взгляд и пошёл дальше, пока не поднялся в наёмный экипаж, стоявший у края дороги.</p><p>Спустя некоторое время скворец захлопал крыльями, взлетел, описал пару кругов и, обогнув здание в двух улицах отсюда, влетел в распахнутое окно.</p><p>Он опустился на предплечье мужчины средних лет и произнёс на чистейшем языке Плато:</p><p>'Луи Бери снова наведался к семейству Пако!</p><p>«И пробыл почти две четверти часа!»</p><p>Одеяние мужчины средних лет было серо-пыльным, облик — заурядным, а растрёпанные каштановые волосы придавали ему вид деревенского крестьянина.</p><p>Покормив скворца несколькими комочками корма собственного приготовления, похожими на рисинки, он сказал:</p><p>«Слетай ещё раз понаблюдай и посмотри, выйдут ли сегодня Рувио Пако и Джоджия из дому.»</p><p>Дождавшись, пока скворец вылетит в окно, этот мужчина средних лет выдохнул и повернулся.</p><p>Внезапно его взгляд замер: он увидел, что на единственном стуле со спинкой кто-то сидит!</p><p>У этого человека были чёрные волосы и зелёные глаза, он был одет в белую рубашку, чёрный жилет, тёмные брюки и золотисто-жёлтую соломенную шляпу.</p><p>Луи Бери!</p><p>Великий авантюрист Луи Бери!</p><p>Спина мужчины средних лет слегка согнулась, ноги немного расставились в стороны, но других движений он делать не стал.</p><p>Люмиан откинулся на спинку стула и, словно войдя по приглашению, непринуждённо заговорил на интисском языке:</p><p>«За чем ты заставил свою птицу следить?»</p><p>Мужчина средних лет ненадолго умолк, после чего заговорил на интисском языке с довольно косноязычным акцентом:</p><p>«Смотреть, кто входит и выходит из дома Пако, и нет ли там каких-либо странностей.»</p><p>«А ты весьма честен, — Люмиан одобрительно кивнул. — Кто велел тебе это делать?»</p><p>Он был рад, что собеседник немного знает интисский язык, иначе пришлось бы изъясняться ключевыми словами или тащить его с собой, чтобы Лугано переводил.</p><p>«Хуан Оро,» — без колебаний ответил мужчина средних лет.</p><p>Хуан Оро… Глава Рыболовной гильдии, бывший староста деревни Мило? Люмиан усмехнулся и сказал:</p><p>«Ты оказался настолько откровенным.»</p><p>Мужчина средних лет натянуто улыбнулся:</p><p>«Я не считаю себя сильнее „Колдуна-Демона“ и не думаю, что смогу победить тебя.»</p><p>«Неплохо, только тот, кто способен здраво оценить обстановку и самого себя, может прожить дольше, — Люмиан закинул правую ногу на левую. — Зачем Хуану Оро следить за семейством Пако?»</p><p>«Я не знаю, да мне и незачем знать. Мне достаточно лишь передавать увиденное, чтобы получать вознаграждение,» — с искренним видом ответил мужчина средних лет.</p><p>Люмиан пристально смотрел на него несколько секунд, после чего спросил:</p><p>«Вчерашнего маленького монстра подослали вы?»</p><p>Мужчина средних лет опешил и спросил:</p><p>'Какого маленького монстра?</p><p>«Что произошло вчера вечером?»</p><p>Люмиан тихо усмехнулся и поднялся на ноги, ничего не объясняя.</p><p>«Как тебя зовут?» — спросил он, направляясь к двери.</p><p>Мужчина средних лет заколебался, но всё же честно ответил:</p><p>«Санчес.»</p><p>Люмиан потянул за ручку двери, вышел наружу и исчез из глаз Санчеса.</p><p>…………</p><p>Вернувшись в гостиницу «Соло», Люмиан увидел на письменном столе в спальне сложенный квадратом лист бумаги.</p><p>Он привычным движением развернул его и, как и ожидалось, увидел почерк госпожи «Фокусника»:</p><p>«Можешь рассказать обо всём 'Двойке Кубков», но не вдавайся в подробности.</p><p>«Я не объясняла тебе раньше смысл слышанных тобою звуков и увиденных обломков цивилизации лишь потому, что для тебя это всё ещё слишком высокий уровень. Тебе нужно лишь запомнить: в древних руинах вроде Трира Четвёртой Эпохи ни в коем случае нельзя слушать и смотреть что попало. И ещё, напомни своим друзьям-„Колдунм“, что иногда слушать внушения „Cкрытого Мудреца“ — это нормально, но верить в Него по-настоящему нельзя, Его нынешнее состояние весьма ненормально.»</p><p>Сжегши бумагу, Люмиан немного подумал и решил напрямую с помощью «Телепортации» вернуться в Трир, чтобы лично рассказать всё Франке — во избежание непредвиденных обстоятельств, при которых он не успел бы прийти на помощь.</p><p>…………</p><p>Трир, Район Пантеона, улица Оросе, дом 9, квартира 702.</p><p>Когда фигура Люмиана проявилась в воздухе, Франка и Дженна как раз просматривали стопку древних сведений, собранных неизвестно откуда.</p><p>«Эй, ты не мог „телепортироваться“ за дверь и постучать? Такое внезапное появление очень пугает, между прочим!» — Франка едва не натянула невидимую «паутину», давным-давно расставленную по комнате.</p><p>Люмиан усмехнулся и сказал:</p><p>«С духовным чутьём „Ведьмы“ есть ли разница, „телепортируюсь“ я за дверь или в гостиную?»</p><p>«С чего ты вдруг вернулся? — Франка запнулась на секунду и спросила: — Госпожа „Фокусник“ сказала, что это дело можно мне рассказать?»</p><p>«Какое дело?» — с растерянным видом спросила Дженна.</p><p>Она поднялась со своего места, демонстрируя намерение удалиться.</p><p>«Да,» — ответил Люмиан на вопрос Франки, но не стал останавливать Дженну.</p><p>Франка, видя это, тоже не стала её останавливать.</p><p>Дождавшись, пока Дженна войдёт в свою спальню, Люмиан обратился к Франке:</p><p>«Когда они обсуждали сны в пустоши, я вспомнил о звуках и картинах, что слышал и видел в Трире Четвёртой Эпохи — это связано с „Небесным Наставником“!»</p></section><section><title><p>Глава 550 Источник чувства знакомости</p></title><p>Глава 550 Источник чувства знакомости</p><p>«Связано с „Небесным Наставником“?» — Франка сразу очнулась.</p><p>Она вслед за тем погрузилась в недоумение:</p><p>«В Трире Четвёртой Эпохи есть что-то, что ты слышал и видел, а мы не слышали и не видели?»</p><p>Все ведь были вместе, если только не в тот период до встречи, но Дженна не могла не знать!</p><p>Не дожидаясь ответа Лумиана, Франка слегка задумалась и сказала:</p><p>«Последствия использования „Очей истины“?»</p><p>Она вспомнила тогдашнюю странность Лумиана.</p><p>«Да», — Лумиан кивнул, пододвинул стул и сел, начиная с картины, где два камня сталкиваются, высекая искры и поджигая сухие листья и ветки, и заканчивая тем, как все голоса взревели «Небесный Наставник».</p><p>Франка слушала всё более внимательно, не вставляя на полпути пару фраз, как любила делать обычно.</p><p>В процессе её взгляд постепенно стал немного отрешённым, словно погружённым в воспоминания или устремлённым вдаль.</p><p>Когда Лумиан закончил говорить, она долго не шевелилась, будто механическая кукла, нажатая на паузу.</p><p>Спустя десяток секунд Франка внезапно выпрямилась, размяла нос и насильно выжала подобие улыбки:</p><p>«И впрямь, 'Небесный Наставник» из нашего мира.</p><p>'Те осколки цивилизации, что ты получил, очень похожи на часть истории моей страны, но есть и кое-какие отличия… Может, это и есть настоящая история, скрытая под поверхностными проявлениями?</p><p>'«Небесный Наставник» тоже пытается вмешиваться и проникнуть в этот мир, имея сильное влияние на два Пути — «Тайноведца» и «Учёного», прямо как тот Небесный Достопочтенный для «Провидца», «Ученика» и «Мародёра»?</p><p>«Падение части монахов Монастыря Глубокой Долины и ненормальное состояние „Cкрытого Мудреца“ связаны с „Небесным Наставником“?»</p><p>Чем больше Франка говорила, тем яснее становились её мысли, а глаза цвета озёрной воды заблистали.</p><p>«Я тоже так предположил», — Лумиан согласился с утверждением Франки.</p><p>Франка резко встала и зашагала взад-вперёд, словно никого вокруг не замечая, будто раздумывая, как проследить по этой нити дальше и выяснить правду о прехождении членов Исследовательского общества кудрявых павианов.</p><p>Спустя несколько минут она пробормотала, точно сама с собой:</p><p>'Связь между двумя мирами куда теснее, чем я предполагала, и не ограничивается лишь общением через ту Реку Подземного царства…</p><p>«Мы должны быть в состоянии найти ещё немало следов взаимодействия миров…»</p><p>Сказав это, Франка перестала шагать и посмотрела на Лумиана:</p><p>«Когда наша сила станет чуть выше и мы накопим достаточно золота, я хочу, чтобы ты ещё раз призвал Чэнь Ту, того Призрачного доспеха. Он тоже должен иметь определённое представление о „Небесном Наставнике“.»</p><p>«Хорошо», — согласился Лумиан.</p><p>Франка снова умолкла, неизвестно что вспомнив.</p><p>Мгновение спустя она достала четыре жёлто-медных металлических пластинки и протянула Лумиану:</p><p>«Амулеты „Понимание языков“, которые тебе требовались. Тот, у которого самый сложный узор, позволит тебе понимать языки Южного континента, а остальные применимы лишь к древнефейсакской языковой семье. Заклинание активации — слово „Знание“ на языке Древнего Гермеса.»</p><p>Она и «Медведь» совершили передачу предметов через посланника госпожи «Хелы», и эффективность той стороны оказалась весьма высокой.</p><p>Отдав Франке деньги, которые она заплатила за него, Лумиан применил «Телепортацию», покинул Трир и вернулся в порт Санта.</p><p>Услышав, что снаружи всё стихло, Дженна осторожно открыла дверь спальни и высунула голову:</p><p>«Лумиан ушёл?»</p><p>«Да», — ответила Франка не слишком воодушевлённо.</p><p>Дженна взглянула на неё, не стала спрашивать о произошедшем и перевела тему на стопку материалов, связанных с подземным склепом.</p><p>Поздняя ночь.</p><p>Франка вернулась в свою комнату.</p><p>Посмотрев на ту малую аналитическую машину, прилагавшуюся к ней пишущую машинку и радиоприёмник, она не стала садиться за них, чтобы начать чатиться, как обычно, а сразу забралась на кровать.</p><p>Она села посреди кровати, опершись спиной о подушку, обняла ноги, свернувшись калачиком, и безрассудно-расфокусированным взглядом смотрела на Алую Луну и звёзды за окном.</p><p>То, о чём сегодня рассказывал Лумиан, снова погрузило её в воспоминания о прошлом. Но чем сильнее были эмоциональные колебания, тем меньше ей хотелось показывать свою слабость перед другими — она всё время изо всех сил терпела, притворяясь, будто уже пришла в себя.</p><p>Лишь когда вокруг никого не осталось, когда ночь стала тихой, а те, казалось, вечно неизменные звёзды появились в вышине, она сбросила тяжёлые «доспехи» и погрузилась в эти чувства, не в силах вырваться.</p><p>Неизвестно, сколько она так проглядела, но Франка опустила голову и уткнулась лицом между коленей.</p><p>В эту ночь ей снилось очень и очень многое: снились широкие плечи, что непрерывно несли её вперёд в детстве; снилась седина на висках, мельком увиденная в полузабытьи; снились блюда, пусть и не самые изысканные, но всегда радовавшие сердце; снился тот самый чистый порыв чувств из юности; снилась она сама — та, которую все называли «генератором атмосферы» и «душой компании»…</p><p>Те двадцать лет жизни в форме отдельных осколков бурным потоком затопили её разум, заставив незаметно открыть глаза и тихо ощущать прохладу на щеках, не желая двигаться ни на йоту.</p><p>Внезапно она кое-что вспомнила:</p><p>Раньше на четвёртом ярусе подземного склепа они с Дженной встретили мужчину, показавшегося ей немного знакомым.</p><p>Тогда она подумала, что первоначальная хозяйка тела видела его раньше, но теперь наконец вспомнила, почему он показался ей знакомым:</p><p>Тот мужчина был очень похож на уроженца её страны до прехождения!</p><p>Хотя он немного изменил свою внешность, из-за чего Франка не провела ассоциацию сразу, теперь она была совершенно уверена: черты его лица и контуры отличались от рас, встречавшихся ей в этом мире, — они были более мягкими и не столь глубокими!</p><p>Резко выпрямившись, Франка села и с испугом и волнением подумала:</p><p>'Кроме нас, переселившихся душой, есть ещё и те, кто переселился телом?</p><p>«Или же кто-то овладел способом свободно перемещаться между двумя мирами?»</p><p>…………</p><p>Позавтракав, Лумиан вошёл в ванную комнату при главной спальне и достал из «Вещмешка путешественника» низкоуровневый амулет «Понимание языков».</p><p>«Знание!» — вполголоса произнёс он соответствующее слово на языке Древнего Гермеса.</p><p>Тот амулет, словно сделанный из жёлтой меди, тут же вспыхнул сине-зелёным пламенем и быстро исчез.</p><p>В то же время Лумиан почувствовал, как в голове прояснилось, словно он мгновенно усвоил множество дополнительных знаний, постиг истоки конструирования множества слов и связи между ними.</p><p>Сегодня предстояло отправиться в самую древнюю рыбацкую деревню и, возможно, встретиться с «Морским Губернатором», поэтому он посчитал нужным незаметно овладеть языком Плато, дабы не упустить важные зацепки!</p><p>Действие же этого амулета могло сохраняться в течение семи дней.</p><p>Выйдя из спальни, Лумиан вместе с Людвигом и Лугано сел в наёмный экипаж и доехал до улицы Святой Ланы, дом 21, где встретился со старой бабушкой семейства Пако — Мартой.</p><p>Она не выглядела на свои шестьдесят с лишним — лишь в уголках глаз залегли тонкие морщинки, на вид ей было едва за пятьдесят, а глаза, нос, губы и брови вовсе не выказывали признаков увядания, сохраняя своеобразное обаяние.</p><p>В это время эта седеющая пожилая дама с бледными голубыми глазами, облачённая в платье вроде наряда чёрной вдовы и тёмную мягкую шляпку старинного фасона, с бледным, бескровным лицом, поддерживаемая двумя молодыми служанками, села в четырёхместную четырёхколёсную карету.</p><p>«Господин Бери, прошу вас,» — Рувио Пако кивнул Лумиану, стоявшему возле кареты.</p><p>Он собирался сопроводить свою мать в деревню Мило на встречу с «Морским Губернатором».</p><p>Лумиан подвёл Людвига к Джоджии:</p><p>«Пожалуйста, присмотри за ним и подожди моего возвращения из деревни Мило.»</p><p>На этот раз с переводом помогал Рувио.</p><p>Джоджия с улыбкой сказала:</p><p>«Не волнуйся, я приготовлю для него достаточно еды.»</p><p>Она уже заметила, что у этого мальчишки аппетит двоих-троих взрослых, но как для крестника Великого авантюриста некоторая необычность вполне понятна.</p><p>Лумиан ничуть не беспокоился о том, не будут ли обижать Людвига в доме Пако; притворяясь, будто не знает языка Плато, он дождался, пока Лугано закончит переводить, и лишь тогда произнёс:</p><p>«Кормить каждые два часа.»</p><p>Договорив, он сел с правой стороны от кучера, не заходя в экипаж, а Лугано, увидав это, был вынужден проследовать его примеру и выбрать место слева от кучера.</p><p>Перед этим он со всей серьёзностью перевёл последнее наставление Лумиана.</p><p>Хотя он и не знал, что случится, если Людвиг сильно проголодается, но смутно чувствовал, что ничего хорошего из этого не выйдет, поэтому повторил и подчеркнул это дважды.</p><p>Лишь когда экипаж плавно тронулся с места, Джоджия внезапно осознала суть только что переведённых слов:</p><p>'Кормить каждые два часа?</p><p>«Каждые два часа?»</p><p>Карета семейства Пако катилась по улице, вымощенной серовато-белыми каменными плитами; Лумиан откинулся спиной на стенку кузова, поджав правую ногу и упёршись ею в край сиденья кучера.</p><p>Лугано косо взглянул на него, испытывая в душе некоторое беспокойство.</p><p>Он тоже был охотником за головами с немалым опытом и понимал: раз задание кажется столь обычным и не таящим опасности, но при этом Рувио готов помочь его работодателю укрыться в деревне Мило, в нём непременно кроется какой-то подвох.</p><p>Глядя на прохожих с холодным оружием на улице, Лугано испытывал то взлёт, то падение духа, опасаясь, как бы из толпы внезапно не выскочили фигуры и не начали беспорядочную атаку на них.</p><p>В октябре солнце в порту Санта всё ещё палило вовсю; вымощенная улица, на которую ночью обрушился проливной дождь, ещё не успела окончательно просохнуть, и Лугано с тревожным нетерпением надеялся поскорее добраться до деревни Мило.</p><p>Он подсознательно вновь взглянул на своего работодателя и обнаружил, что Лумиан неизвестно когда успел прикрыть глаза и надвинуть соломенную шляпу, пребывая в совершенно безмятежном состоянии и не проявляя ни малейшего напряжения.</p><p>Фух… Покуда здесь такой сильный Потусторонний, никаких проблем возникнуть не должно… — Лугано мысленно успокаивал себя.</p><p>Карета направлялась всё дальше на север, выехала из порта Санта и прибыла в деревню, что упиралась спиной в крайние отроги горного хребта Дарьеж, а лицом обратилась к лазурному океану.</p><p>Здешние рыбацкие лодки одна за другой выходили в море; временами доносились звонкие песни и крики морских птиц.</p><p>Строения деревни Мило веяли духом истории: внешние стены коричневого, жёлтого или бежевого оттенка были полностью сложены из каменных кирпичей, нижняя часть которых уже почернела, а деревянные элементы хоть и заменялись, но успели зарасти сорной травой.</p><p>На стороне, примыкающей к горам, находилась небольшая церковь, принадлежащая «Матери-Земле», а прямо напротив пристани рыбацкой деревни возвышалась резиденция «Морского Губернатора».</p><p>Это было четырёхэтажное здание с белым фасадом и серым кирпичом, с остроконечными крышами, башнями и синеватыми витражными окнами, больше похожее на храм и место жертвоприношений, нежели на жилище людей.</p><p>Увидев, что они наконец прибыли в пункт назначения и в пути ничего не произошло, Лугано вздохнул с облегчением, спрыгнул с кареты и увидел, как две служанки под руки ведут старую бабушку Марту, шаг за шагом приближаясь к зданию, где находился «Морской Губернатор», а Рувио Пако сопровождает её рядом.</p><p>Как раз в этот момент Лугано услышал голос своего работодателя:</p><p>«Посмотри, чем больна эта старая дама?»</p><p>Э… — Лугано бросил взгляд на Лумиана в жёлтой соломенной шляпе, который неизвестно когда встал рядом с ним, слегка постучал пальцем по лбу и активировал «Духовное зрение».</p><p>Он вглядывался в спину старой дамы Марты несколько секунд, а когда та полностью вошла в резиденцию «Морского Губернатора», насупился и произнёс:</p><p>«Самое очевидное — слишком большая потеря крови и истощённая жизненная сила…»</p><p>Лугано сделал паузу и с замешательством подвёл итог:</p><p>«Это не похоже на болезнь, скорее на ранение.»</p></section><section><title><p>Глава 551 «Морской Губернатор»</p></title><p>Глава 551 «Морской Губернатор»</p><p>Ранен? Ранен той человекоподобной ящерицей? Люмиан, выслушав суждение Лугано, сходу сделал такое предположение.</p><p>В этот момент он стоял возле экипажа и непринуждённо оглядывал обстановку вокруг резиденции «Морского Губернатора».</p><p>Это место находилось совсем рядом с пристанью рыбацкой деревни: отсюда виднелись корабли, уходящие в глубины моря, и несколько рыболовных сетей, закреплённых на рифах; у порогов окрестных домов немало женщин обрабатывали ранее пойманные морепродукты, делая из них сушёную и солёную рыбу, а дети бегали по улочкам деревни, играя в самые разные наивные игры.</p><p>Это отличалось от пейзажей деревни Корду, но сокрытая суть была весьма похожа.</p><p>Перед резиденцией «Морского Губернатора» простиралась довольно большая площадь, где и стояли Люмиан со спутниками, ожидая выхода старой госпожи Марты и Рувио Пако.</p><p>Несколько ребятишек прибежали сюда, заняли уголок и, выложив кучку ракушек, затеяли игру в отыгрыш.</p><p>Самый старший из них, одетый в льняную рубашку, громко произнёс:</p><p>«Я — „Морской Губернатор“!»</p><p>«Я буду стражником!» «Я — мамой.» — наперебой откликнулись остальные дети.</p><p>Самый маленький, подпрыгивая, спросил:</p><p>«А я? А я?»</p><p>Ребёнок, отыгрывавший «Морского Губернатора», немного подумал и сказал:</p><p>«Ты будешь дитя моря.»</p><p>«Дитя моря»? Что это такое? Люмиан хотя и не смотрел в ту сторону, внимательно прислушивался к разговору детей.</p><p>Эти малыши действительно не понимали, что означают многие термины и события, но именно поэтому у них не было никакого чувства секретности, а взрослые деревни Мило не стали бы особо остерегаться таких несмышлёных детей, из-за чего в их речах вполне могли проскользнуть сведения, которые дети запоминали и выражали в своих повседневных играх.</p><p>В своё время Люмиан смог разузнать тайны множества семей деревни Корду во многом благодаря тому, что разворачивал детей на разговор, играл с ними в игры, и те со своей точки зрения и в своём понимании «делились» многочисленными домашними делами.</p><p>Послушав какое-то время обсуждения детей и прикинув про себя время, Люмиан поправил золотисто-жёлтую соломенную шляпу на голове и направился прямо к главным воротам резиденции «Морского Губернатора».</p><p>Лугано на миг опешил и поспешно последовал за ним.</p><p>У дверей здания, похожего на церковь и место жертвоприношений, стояли двое «стражников» в коричневато-зелёных куртках и брюках, державшие по винтовке и уставившиеся на Люмиана.</p><p>«Стой!» — громко крикнули «стражники».</p><p>Люмиан как ни в чём не бывало продолжал идти вперёд, небрежно произнеся на интисском языке:</p><p>«Я не понимаю, о чём вы говорите.»</p><p>В один миг оба «стражника» вскинули винтовки, целясь в чужака в золотисто-жёлтой соломенной шляпе.</p><p>Лугано поспешно перевёл:</p><p>«Они не пускают тебя внутрь.»</p><p>Люмиан не обратил внимания на своего проводника и, не ускоряя и не замедляя шага, приближался к зданию из серого кирпича на белом цоколе.</p><p>В голубоватых глазах двоих «стражников» мелькнула жестокость, и их пальцы надавили на спусковые крючки.</p><p>И как раз в этот миг чужак в золотисто-жёлтой соломенной шляпе исчез из их поля зрения.</p><p>Исчез в тени, отбрасываемой резиденцией губернатора под лучами солнца.</p><p>В следующую секунду за их спинами из какой-то тени в вестибюле «выросла» фигура Люмиана, продолжая идти вперёд.</p><p>Это выглядело так, словно разделяющее их расстояние попросту стёрли.</p><p>Чувства двоих «стражников» были весьма острыми, они быстро развернулись и посмотрели назад, но к этому моменту Люмиан уже полностью вошёл в здание, покинув вестибюль.</p><p>Лугано ошеломлённо стоял снаружи, не зная, рискнуть ли и пойти следом, чтобы служить переводчиком, или поставить в приоритет собственную безопасность.</p><p>Пройдя через вестибюль, Люмиан внезапно обнаружил, что пространство впереди стало глубоким и мрачным; купол, имевший высоту от силы метров десять, давал ощущение чего-то абсолютно недосягаемого, а на окружающих голубых стенах красовались самые разные барельефы — это были не привычные изваяния ангелов, Святых и прочих религиозных элементов, а морские обитатели и предметы: морские звёзды, кораллы, множества рыб, омаров и крабов.</p><p>Почти одновременно Люмиан почувствовал, как все эти барельефы ожили и устремили на него опасные взгляды.</p><p>Нет, ожили не они — похоже, ожило само здание, инстинктивно отторгавшее незваного вторженца и давившее на него слой за слоем.</p><p>Шаги Люмиана тут же стали тяжёлыми, словно он взвалил на плечи несколько сотен килограммов зерна.</p><p>В поле его зрения старая бабушка семейства Пако, Марта, поджав ноги, наискось стояла на коленях на полу, Рувио Пако стоял чуть подальше, а две служанки тоже стояли на коленях, но отвернувшись к вестибюлю, словно не смели взирать на некоторую важную персону.</p><p>Прямо под высоким куполом был расстелен «ковёр», словно сделанный из рыбьей кожи, на котором полулежал молодой человек; он был одет в винтажную белую мантию и, опираясь на локти, спокойно смотрел на склонившуюся Марту.</p><p>На этом «ковре» находились ещё четыре красавицы, одетые в яркие длинные платья: одна стояла на коленях позади юноши, служа ему подушкой, другая неспешно очищала от кожуры поздний виноград, поднося полупрозрачную мякоть к его губам, а двое других держали подносы с напитками, едой и полотенцами, стоя по разные стороны; их животы заметно округлились, сияя материнским светом.</p><p>Увидев ворвавшегося Люмиана, юноша, похоже, немного перепугался, выпрямился и полностью откинулся на грудь девицы позади.</p><p>Рувио заметил неладное, развернулся и увидел нанятого им Великого авантюриста Луи Бери.</p><p>Его зрачки слегка расширились, и он поспешно произнёс на интисском языке:</p><p>«Как ты сюда вошёл?»</p><p>Только тогда Люмиан остановился и улыбнулся:</p><p>«Я авантюрист с высокой профессиональной этикой, вы пробыли внутри слишком долго, я обеспокоился, не произошло ли чего непредвиденного.»</p><p>Произнося это, он почувствовал, будто из разных уголков здания на него уставились взгляды, исполненные опасности.</p><p>Рувио ненадолго замолчал, а затем сказал:</p><p>«Не волнуйся, просто подожди нас снаружи.»</p><p>«Ладно,» — усмехнулся Люмиан, развернулся и неспешно пошёл к вестибюлю.</p><p>Он держался так, словно этих опасных взглядов вовсе не существовало.</p><p>Вернувшись в вестибюль, он снова встретил двоих «стражников» с винтовками в руках.</p><p>Люмиан даже не взглянул на них и пошёл прямо им навстречу.</p><p>Выражения лиц двоих «стражников» сменились несколько раз, но в итоге они так и не выстрелили, позволив Люмиану покинуть резиденцию «Морского Губернатора».</p><p>Лугано тихо вздохнул с облегчением, почувствовав, что ему, похоже, не придётся спасаться от погони жителей деревни Мило.</p><p>Хотя он и был Потусторонним, оказавшись перед вооружёнными винтовками солдатами, да ещё и не одним, всё же немного побаивался.</p><p>Он взглянул на Люмиана, так и не осмелившись спросить, почему наниматель так непременно рвался внутрь.</p><p>Люмиан снова уселся подле кучера, поджав обе ноги: одну согнул, а другую приподнял, чтобы опереть на неё правую руку.</p><p>Прошло ещё почти десять минут, и Рувио Пако вместе со своей матерью Мартой, которую он поддерживал под руки, вышли из здания, похожего на церковь.</p><p>Рувио пристально посмотрел на Люмиана и сказал:</p><p>«Поехали, „Морской Губернатор“ уже согласился, чтобы моя мать отправилась в церковь на лечение.»</p><p>Этот юноша и есть нынешний «Морской Губернатор»? Выглядит весьма слабым и держится крайне растерянно — чем он вообще сможет целый год покровительствовать рыбакам и купеческим морякам порта Санта? Или же сам по себе он не обладает особыми способностями, но несёт в себе особый символизм? Или розыгрыш «Дня дурака» привёл к происшествию на прошлогодней церемонии Моления Морю, из-за чего этот «Морской Губернатор» так и не получил Благословения и назначения от моря, однако члены Рыболовной гильдии, опасаясь паники, утаили это событие и продолжают относиться к нему как к настоящему «Морскому Губернатору»? Он наверняка знает, что тогда произошло… — Люмиан задумчиво кивнул.</p><p>С улыбкой он спросил Рувио на интисском языке:</p><p>«Так следует благодарить за заботу Великую Мать или за разрешение губернатора?»</p><p>Рувио ничего не ответил и вслед за матерью Мартой вошёл в экипаж.</p><p>Лугано поспешно уселся по другую сторону от кучера и стал смотреть, как лошади сделали небольшой полукруг, развернулись и постепенно начали удаляться от резиденции «Морского Губернатора».</p><p>Уф… — от всего сердца вздохнул Лугано:</p><p>«Этот заказ, кажется, совсем не опасен…»</p><p>За исключением того момента, когда наниматель во что бы то ни стало рвался внутрь резиденции «Морского Губернатора», не случилось никаких неожиданностей.</p><p>Люмиан усмехнулся и сказал:</p><p>'Это потому, что я здесь.</p><p>«Будь ты один, те скрывающиеся в темноте наблюдатели уже пришли бы за тобой.»</p><p>Лугано умолк, а затем увидел, как наниматель указал на резиденцию «Морского Губернатора», более похожую на церковь, и слово за словом произнёс фразу на языке Плато:</p><p>«Взорвать… что… будет?»</p><p>От этих слов Лугано дрогнул, и все волоски на его теле встали дыбом.</p><p>Взглянув на кучера с ошеломлённым лицом, он стал вразумлять нанимателя на интисском языке:</p><p>«За вами тогда начнёт охоту весь порт Санта.»</p><p>Люмиан слегка улыбнулся, отвёл взгляд и больше ничего не сказал.</p><p>Лишь в этот момент Лугано внезапно прозрел:</p><p>Да наниматель же просто проверяет!</p><p>Иначе зачем ему выражаться на языке Плато, который он ещё толком не выучил?</p><p>Это была проверка реакции кучера и госпожи Марты внутри экипажа!</p><p>Люмиан прислушивался к общению Марты и Рувио и обнаружил, что мать с сыном в карете почти не разговаривали, сохраняя длительное молчание.</p><p>Разумеется, причиной тому могло быть и неважное самочувствие Марты, которая лишь изредка мучительно стонала.</p><p>Экипаж двигался в сторону выезда из деревни Мило, как вдруг кучер натянул поводья, заставив двух лошадей остановиться.</p><p>Всё потому, что перед экипажем появился старик, опиравшийся на чёрную трость.</p><p>Его волосы были тёмно-чёрными с проседью, глаза — синими, словно море, а одет он был в привычную для жителей деревни Мило одежду рыбака; глубокие морщины на его лице казались способными раздавить комара.</p><p>«Господин Оро…» — прошептал кучер с явно напряжённым лицом, не зная, куда девать руки и ноги.</p><p>Хуан Оро? Глава Рыболовной гильдии, бывший староста деревни Мило? — Люмиан со знанием дела изменил позу.</p><p>Хуана Оро поддерживал под руку юноша, имевший с ним некоторое сходство, и старик, прибегая к помощи трости, медленно приближался к экипажу семейства Пако.</p><p>Ни Рувио, ни Марта внутри кареты не проронили ни слова.</p><p>И в этот самый миг у лба Хуана Оро появился револьвер — холодное дуло упёрлось прямо в его плоть.</p><p>Люмиан слегка приподнял подбородок и, глядя на главу Рыболовной гильдии, совершенно спокойно спросил на интисском языке:</p><p>«Кто разрешил тебе приближаться к этому экипажу?»</p></section><section><title><p>Глава 552 Настоящая цель</p></title><p>Глава 552 Настоящая цель</p><p>Юноша, поддерживавший Хуана Оро с другой стороны, резко поднял голову и уставился на Лумиана, который сидел рядом с кучером, свесив одну ногу и согнув другую, слегка наклонившись вперед; в его взгляде пылала нескрываемая ярость.</p><p>Кучер испугался и в панике попытался увеличить дистанцию между собой и Лумианом, но впереди были лошади, а слева — Лугано, так что уклониться в такой спешке он никак не мог.</p><p>Лугано же с трудом сглотнул слюну, сетуя на то, что стиль действий его работодателя слишком уж агрессивен.</p><p>Это подражание Герману Воробью?</p><p>Но ведь раньше работодатель не вел себя так безумно, наоборот, выглядел вполне благоразумным!</p><p>Седовласый старик с проседью в черных волосах, Хуан Оро, казалось, вовсе не заметил направленного в лоб дула револьвера, повернул голову, миновал оружие и продолжил идти вперед.</p><p>Увидев это, Лумиан, даже не моргнув, сразу спустил курок.</p><p>Бах!</p><p>Из револьвера вылетела желтая латунная пуля и устремилась прямо к виску Хуана Оро.</p><p>Неизвестно когда там оказалась ладонь: пуля мгновенно потеряла скорость, из быстрой превратилась в медленную и, вращаясь, опустилась в ладонь, оказавшись зажатой в ней, словно увязла в густом болоте.</p><p>Эта широкая бронзовая ладонь принадлежала юноше, поддерживавшему Хуана Оро. Он уставился на Лумиана, презрительно изогнул губы и взревел:</p><p>«Ты с ума сошел?»</p><p>Не успел он договорить, как в его глазах уже отразились алые, почти белые огненные шары, которые сплошным шквалом обрушились на него с расстояния менее метра.</p><p>Почти одновременно с этим Лумиан почувствовал, что его исторгло из этого мира: под ним больше не было экипажа, в глазах больше не было земли, а в небытии повисла бескрайняя непроглядная тьма.</p><p>Эти алые, почти белые огненные шары, направляемые невидимой силой, стремительно устремились вниз, отклоняясь от первоначального направления.</p><p>Грохот!</p><p>Они наложились друг на друга и грохнули обочину дороги в десятках метров от них, выбив глубокую и огромную воронку.</p><p>Лошади перепугались, дружно взвились на дыбы и испустили испуганное ржание; кучер инстинктивно натянул вожжи, из всех сил пытаясь справиться с животной паникой.</p><p>«Иллюзия» Лумиана исчезла вместе с раздавшимся взрывом, и в его глазах вновь возникли силуэты Хуана Оро и того юноши.</p><p>Хуан Оро, чье лицо изрезали глубокие морщины, растопырил усы и бороду, поднял черную трость в руке и негромким, но строгим голосом окликнул:</p><p>«Наигрались?»</p><p>Лумиан с улыбкой снова поднял револьвер в правой руке, опять целясь в председателя Рыболовной гильдии.</p><p>И как раз в этот момент из экипажа позади раздался голос Рувио Пако:</p><p>«Пропусти их.»</p><p>Фраза была сказана на интисском языке.</p><p>Только тогда Лумиан опустил руку и с улыбкой произнес на интисском:</p><p>«Мой работодатель разрешает вам пройти.»</p><p>Вид у него был такой, будто он ни слова не понял из того, что Хуан Оро и тот юноша говорили до этого на языке Плато.</p><p>Хуан Оро смотрел на него несколько секунд, затем отвел взгляд и, опираясь на трость, обошел экипаж; поддерживавший его юноша все это время гневно таращился на Лумиана, но не знал, как его отругать, ведь тот все равно ничего не понимал.</p><p>Хуан Оро взглянул в окно кареты и спокойным голосом спросил:</p><p>«Марта, слышал, ты приболела?»</p><p>«Да,» — через стекло слабо ответила старая дама.</p><p>Хуан Оро кивнул:</p><p>«Губернатор разрешил тебе искать лечение? Нужно, чтобы я попросил за тебя?»</p><p>«Уже разрешил,» — ответил за мать Рувио.</p><p>«Ну и хорошо,» — Хуан Оро слегка кивнул и больше ни о чем не спрашивал.</p><p>Затем он повернулся и, опираясь на трость, неторопливо побрел к зданию, где располагалась резиденция «Морского Губернатора».</p><p>Юноша, поддерживавший его, с ненавистью взглянул на Лумиана и снова переключил внимание на старика.</p><p>Лумиан как ни в чем не бывало вернулся в прежнее положение и сказал Лугано:</p><p>«Экипаж может ехать дальше.»</p><p>Лугано тут же очнулся, словно только что пришел в себя, и поспешно велел столь же перепуганному кучеру успокоить лошадей, чтобы как можно скорее покинуть деревню Мило.</p><p>В пути ничего не случилось, и они благополучно вернулись на улицу Святой Ланы, 21.</p><p>Забрав у Джоджии Людвига, у которого губы все еще блестели от жира, Лумиан с улыбкой обратился к Рувио Пако:</p><p>'Помни о своем обещании.</p><p>«Иначе…»</p><p>Он ухмыльнулся, так и не договорив фразы.</p><p>«Не волнуйся,» — ответил Рувио на интисском.</p><p>Проводив взглядом Луи Бери, его крестника и переводчика, Джоджия облегченно вздохнула и посмотрела на мужа:</p><p>«Я никогда не видела настолько прожорливого ребенка, он точно ненормальный!»</p><p>«Иначе Луи Бери не оставил бы его у нас дома со спокойной душой,» — Рувио ничуть не удивился.</p><p>…………</p><p>Улица Аквины, гостиница «Соло».</p><p>Заперев дверь, Лугано не выдержал и спросил Лумиана:</p><p>«Вы, вы почему действуете так агрессивно? Это же председатель Рыболовной гильдии порта Санта, известный человек! И к тому же, это была деревня Мило!»</p><p>Он верил, что у его работодателя обязательно была скрытая цель.</p><p>Лумиан взглянул на своего гида и усмехнулся:</p><p>«А как иначе? Не воспользоваться случаем, пока мы на людях и обе стороны вряд ли сойдутся в смертельном бою, чтобы проверить их и оценить силы, а ждать глубокой ночи, когда никому не будет дела до авторитета Церкви „Матери-Земли“ и правительства Фейнапота? Вот это было бы по-настоящему опасно.»</p><p>Если бы выяснилось, что со стороны Хуана Оро есть силы уровня божественности, тогда пришлось бы со всей скоростью призывать подмогу!</p><p>«И то правда…» — осененный догадкой, пробормотал Лугано.</p><p>И впрямь, безумие, демонстрируемое работодателем, было лишь маской: у каждого его агрессивного поступка имелась скрытая цель!</p><p>Но неужели он приехал в порт Санта, чтобы устроить что-то на церемонии Моления Морю, иначе с чего бы ему постоянно цепляться к людям из Рыболовной гильдии?</p><p>Это же смертельно опасно!</p><p>Не уволиться ли мне заранее, бросив остаток оплаты?</p><p>Глядя на замолчавшего переводчика, Лумиан с улыбкой подошел к креслу в гостиной и расслабленно откинулся в нем.</p><p>То, что он сказал Лугано, было лишь одной из целей его прежних действий — самой поверхностной.</p><p>А самая главная цель заключалась в том, что с помощью этих агрессивных действий он хотел передать сообщение:</p><p>Он пришел расследовать церемонию Моления Морю, он не боится ни Рыболовную гильдию, ни людей из деревни Мило, у него есть соответствующая сила и достаточно дерзости!</p><p>Будь то силовой прорыв в резиденцию «Морского Губернатора» или наведение ствола на голову Хуана Оро с безразличным спуском курка — все это делалось для того, чтобы продемонстрировать эту мысль.</p><p>Он верил, что в порту Санта непременно найдутся люди, недовольные теми парнями из Рыболовной гильдии и не особо жалующие церемонию Моления Морю; в конце концов, выгоду от нее получали в основном рыбаки, торговцы морепродуктами и работники смежных отраслей, а они — это еще не весь порт Санта.</p><p>К примеру, Церковь «Матери-Земли» и правительство порта Санта хоть и не могли по определенным причинам напрямую вмешиваться в эти дела, оставив Рыболовную гильдию на самоуправление и даже препятствуя чужакам вникать в происходящее, но если появится человек, проявляющий явную, непреклонную и не боящуюся последствий склонность к расследованию — не разгорится ли у них интерес, не дадут ли они молчаливое согласие или даже тайную поддержку, дабы улучить момент и извлечь выгоду?</p><p>Точно так же и сама группа бенефициаров не была монолитной: среди них были как преуспевающие, так и обойденные судьбой, как вознесшиеся на вершину, так и полные зависти; они не обязательно желали, чтобы церемония Моления Морю навсегда ушла в историю, но наверняка хотели бы видеть, как стоящие у власти заправилы спотыкаются, освобождая места для них самих.</p><p>Таким образом, подняв знамя расследования церемонии Моления Морю и продемонстрировав решительность, жесткость и выдающиеся силы, Лумиану вовсе не нужно было сбивать ноги, расспрашивать каждого встречного и выискивать следы — он мог, просто сидя дома, получать всевозможные сведения, передаваемые явно или тайно, и сопоставлять их между собой, отделяя правду от лжи.</p><p>Для чужака, ограниченного во времени, это был самый быстрый и эффективный способ выяснить весь порядок проведения церемонии Моления Морю и узнать правду о прошлогоднем происшествии.</p><p>Что же до затаившихся в тени ключевых членов «Дня дурака», которые могли выкопать ловушку, то это также являлось вполне разумной стратегией, позволявшей заставить их обратить внимание на авантюриста Луи Бери и заронить в них подозрения.</p><p>И тогда, соединив полученные сведения с найденными следами, Лумиан получал шанс через раскинутую врагами ловушку вытащить их самих на свет.</p><p>Разумеется, главным изъяном этого плана была его опасность: в конце концов, Лумиан ставил себя в самый центр всеобщего внимания, но разве бывает охота без риска? К тому же у Лумиана имелась целая куча помощников.</p><p>В мгновение ока прокручивая эти мысли, Лумиан осознал, что, став «Заговорщиком», он начал куда четче понимать обстановку и противоречия между различными фракциями, и в этот момент, прибегнув к термину, который так любила повторять Аврора, он глубже постиг суть заговоров:</p><p>«Самый искусный заговор — это открытый замысел!»</p><p>И это также должно было стать одним из главных акцентов его дальнейшего отыгрыша.</p><p>В начале третьего часа дня Лумиан увидел, как его Посланник, «Кающийся» Баинфер, выступает из пустоты и протягивает ему письмо.</p><p>Слегка удивившись, он спросил:</p><p>«От кого?»</p><p>Все, с кем требовалось связаться, разве не обговорили все заранее?</p><p>«От высокой Ведьмы,» — ответил Баинфер.</p><p>У Франки опять какое-то дело? Лумиан взял письмо, развернул его и принялся читать.</p><p>«Мужчина, которого она и Дженна встретили на четвертом ярусе катакомб, предположительно родом из того же мира, что и „Небесный Наставник“, из мира, где она жила до Прехождения?» — зрачки Лумиана слегка расширились.</p><p>И это, похоже, отличалось от случая членов Исследовательского общества кудрявых павианов: у тех была трансмиграция души, а этот явился прямо в своем плотском теле!</p><p>Преодолев изумление, Лумиан чутко уловил один вопрос:</p><p>'Зачем такому человеку понадобилось спускаться на четвертый ярус катакомб?</p><p>«Потому ли, что там запечатан 'Источник Самаритянки», запечатана просачивающаяся вода Реки Подземного царства, связывающая два мира?</p><p>'Приходили ли в наш мир подобные люди раньше? Если да, почему они не оставили после себя следов, подобно императору Расселу и другим Преходцам?</p><p>«В походе Франки и Дженны на четвертый ярус катакомб на этот раз слишком много совпадений… Они не только нашли новый „осколок зеркального мира“, но еще и столкнулись с таким человеком…»</p><p>Отписав Франке ответ с возникшими у него вопросами, Лумиан только собирался попросить Лугано перевести сегодняшние газеты, как услышал доносящиеся из коридора шаги.</p><p>Слегка поведя бровями, он пододвинул стул со спинкой и сел лицом к двери.</p><p>Тук-тук-тук, через несколько секунд в дверь их номера постучали.</p><p>«Кто там?» — спросил Лугано.</p><p>Из-за двери донесся зрелый, мягкий голос:</p><p>«Я, Ноэлия из Ордена Изобилия.»</p><p>Услышав это имя, Лумиан слегка откинулся назад и улыбнулся.</p><p>Он почувствовал, как зелье «Заговорщик» усвоилось еще немного.</p></section><section><title><p>Глава 553 Эффект церемонии Моления Морю</p></title><p>Глава 553 Эффект церемонии Моления Морю</p><p>Лумиан не ответил сразу, ведь сейчас он был авантюристом Луи Бери, не знающим языка Плато.</p><p>Лишь когда Лугано закончил переводить слова Ноэлии, он с улыбкой слегка кивнул и произнес на интисском:</p><p>«Заходите.»</p><p>Говоря это, он поднялся с места.</p><p>Подошедший к двери Лугано тем временем распахнул ее.</p><p>Гостьей снаружи действительно оказалась Боевая монахиня из Ордена Изобилия, Ноэлия. Сегодня на ней не было черной плащ-накидки, как и той весьма религиозного вида двууголки с белым узором на черном фоне. Густые черные кудрявые волосы водопадом ниспадали на поверхность коричневого кожаного доспеха, а светло-голубые глаза лучились живым блеском.</p><p>Окинув взглядом два прямых меча за спиной Ноэлии и револьвер на ее поясе, Лумиан с улыбкой сделал пару шагов навстречу:</p><p>«Спасибо, что пришли помочь.»</p><p>Ноэлия, которой еще недавно требовался перевод Лугано, на этот раз отозвалась на интисском:</p><p>«Откуда вы знаете, что я пришла помочь?»</p><p>Лумиан не стал скрывать замысел своего сегодняшнего представления и поднял палец, указав на собственную голову.</p><p>Он имел в виду, что додумался до этого головой.</p><p>Разумеется, его благодарность на самом деле предназначалась за то, что она помогла ему еще немного усвоить зелье «Заговорщика».</p><p>Густые и довольно широкие брови Ноэлии слегка дрогнули, и она одобрительно кивнула.</p><p>Затем она перевела взгляд на Лугано и Людвига, словно спрашивая мнения Лумиана, не стоит ли им двоим удалиться, а на лице Лугано застыло выражение «я ничего не хочу слушать и не хочу ни во что впутываться».</p><p>Лумиан не стал ставить его в неловкое положение и жестом велел ему прогуляться с Людвигом на улице и купить каких-нибудь уличных закусок.</p><p>Когда взрослый и ребенок покинули апартаменты, Лумиан обратился к Ноэлии:</p><p>«Вы, оказывается, знаете интисский язык, а в прошлый раз не обронили ни слова.»</p><p>Ноэлия с улыбкой ответила:</p><p>«Нам часто приходится дежурить на перевалах у южного подножия гор Пираес.»</p><p>Горы Пираес — так в королевстве Фейнапот называют горный хребет Дарьеж. Пастухи во время Перегона постоянно пересекают его, направляясь к равнинным пастбищам провинции Гая и других регионов.</p><p>Не дожидаясь новых вопросов Лумиана, Ноэлия поправила прядь волос у уха и с улыбкой проговорила:</p><p>«Заставлять даму разговаривать с вами стоя — не слишком-то вежливо.»</p><p>Лишь тогда Лумиан пригласил Ноэлию присесть на длинный диван, а сам выбрал одноместное кресло.</p><p>Ноэлия посмотрела на него и заговорила сама по себе:</p><p>«Церемония Моления Морю в порту Санта восходит к позднему периоду Четвертой Эпохи и насчитывает более тысячи лет истории, что делает ее по-настоящему древней. Церковь однажды уже проводила чистку: всех осведомленных лиц выселили, а всех участников очистили. Но не прошло и сотни лет, как здесь снова начали тайно проводить церемонию Моления Морю.»</p><p>Она не объяснила, зачем рассказывает эту историю, судя по всему, просто делясь сведениями.</p><p>«А позже чистку не продолжили?» — спросил Лумиан.</p><p>Ноэлия слегка сжала алые губы и с серьезным выражением лица произнесла:</p><p>«В этом вопросе приказы свыше часто противоречили друг другу: иногда Ордену Изобилия поручали разобраться с этим, а иногда намекали пока понаблюдать, и всё это было скреплено соподписью кого-то из благословенных.»</p><p>Из каналов вроде мадам «Фокусника» и Исследовательского общества кудрявых павианов Лумиану было известно, что внутри Церкви Матери-Земли существуют две основные системы: Облагодетельствованные и благословенные. Облагодетельствованными называют Потусторонних среди священнослужителей, идущих по Путям «Земли» и «Луны», а благословенными — тех, кто идет по другим Путям и пользуется покровительством Матери-Богини. При этом приказы, отдаваемые Облагодетельствованными, обретают силу лишь в том случае, если их соподпишет хотя бы один благословенный, иначе они будут считаться порождением влияния Злого Бога и Демона.</p><p>Лумиан не понимал, зачем Церкви Матери-Земли устраивать столь сложную систему, которая, казалось, была призвана предостерегать от Облагодетельствованных, но верил, что для этого наверняка есть свои причины.</p><p>Пройдя через столько событий, он всё четче осознавал: в мире мистицизма за некоторыми незаметными правилами могут крыться кровавые уроки.</p><p>«Вы Облагодетельствованная или благословенная?» — немного подумав, спросил Лумиан.</p><p>«Я благословенная.» — Ноэлия не стала раскрывать свой конкретный Путь.</p><p>Лумиан слегка кивнул, показывая собеседнице, чтобы та продолжала.</p><p>Ноэлия с улыбкой вздохнула и сказала:</p><p>'После долгого периода колебаний мы в конце концов приняли решение молчаливо попустительствовать церемонии Моления Морю. По крайней мере, это приносит процветание порту Санта, редко затрагивает людей за пределами числа участников и не вызывает общественных беспорядков.</p><p>«Всё это происходило очень давно, и я могу лишь по древним архивам понять общую картину, но не могу знать, какие именно доводы убедили Матерей-Настоятельниц, Глав Ордена и архиепископов. Так или иначе, церемония Моления Морю стала традиционным народным обычаем порта Санта, благодаря чему морская торговля и рыболовство здесь бурно развиваются.»</p><p>Сказав это, Ноэлия скрестила руки на груди и благоговейно произнесла:</p><p>«Жизнь драгоценна, урожай отраден.»</p><p>Взгляд Лумиана слегка прищурился, и он прямо спросил:</p><p>«Почему вы сменили молитвенный жест?»</p><p>Кроется ли в этом какая-то проблема?</p><p>Ноэлия открыла глаза и с улыбкой проговорила:</p><p>«Этот молитвенный жест часто использовался раньше, но позже Мать-Богиня вернула себе часть некогда утраченных полномочий, и в официальной обстановке пришлось перейти на новую молитвенную позу.»</p><p>Она поднялась, слегка расставила ноги, высоко подняла обе руки и с полной серьезностью принялась объяснять Луи Бери, словно проповедуя:</p><p>«Стопы соединяются с милосердной Землей, ладони касаются духовных высей, а в центре — сияние жизни. Всё это сферы Матери всего сущего.»</p><p>Можно даже вернуть себе часть некогда утраченных полномочий? Лумиан был немного озадачен, но это было не главное.</p><p>Ноэлия снова села и продолжила:</p><p>'Мы не пытались до конца выяснить детали ключевого этапа церемонии Моления Морю, но из года в год наблюдая за ней, всё же кое-что узнали:</p><p>«Успешно получивший божественное благорасположение моря „Морской Губернатор“ обретает силу управлять этими водами и предотвращать кораблекрушения, однако это, судя по всему, дается ценой их жизни и чего-то еще. В то же время церемония Моления Морю приводит к быстрому размножению и бурному росту всех видов жизни в этих водах, неизбежно принося рыбакам богатый улов. Кроме того, это проявляется и в сфере судьбы: семьи, в которые выходят замуж „Морские Служанки“, в той или иной степени становятся удачливыми, и дело не только в получении особого положения.»</p><p>Эффект церемонии Моления Морю звучит весьма запутанно… Здесь есть и сила сферы океана, и проявления в сферах судьбы, размножения и урожая… Лумиан на миг не смог понять, почему так происходит.</p><p>Ноэлия посмотрела на лицо Лумиана ясным, но мягким взглядом и произнесла:</p><p>«Члены комитета Рыболовной гильдии, некоторые жители деревни Мило и участники ключевого этапа церемонии Моления Морю получают кое-какие чудесные силы. Мы уже расправлялись с таким мелким бесом, какого вы встретили ранее, а при преследовании некоторых Преступников обнаружили, что они способны превращаться в монстров, похожих на ящериц.»</p><p>Человекоподобные ящерицы? Человекоподобные ящерицы, как у семьи Пако? Лумиан не ожидал, что сможет получить зацепку по этому делу прямо от Ноэлии.</p><p>Ноэлия улыбнулась:</p><p>«Позже мы обнаружили, что у людей, способных превращаться в монстров, похожих на ящериц, есть одна общая черта.»</p><p>«Какая общая черта?» — Лумиан не стал скрывать своего любопытства.</p><p>Ноэлия ответила с полуулыбкой:</p><p>«Их матери в свое время были „Морскими Служанками“.»</p><p>Дети «Морских Служанок»? Дети моря? Кого из братьев или сестер Рувио я прикончил? Он не просто превратился в человекоподобную ящерицу, но и сошел с ума, тяжело ранив собственную мать? Лумиан мгновенно выстроил целую цепочку ассоциаций, почувствовав, что уже постиг суть поручения семьи Пако.</p><p>Но тут же у него возникло определенное сомнение:</p><p>Если всё действительно так, для семей, в которых были «Морские Служанки», это не являлось секретом. Почему же семья Пако всё еще пыталась скрыть это от Хуана Оро и остальных членов комитета Рыболовной гильдии?</p><p>Ноэлия не стала спрашивать, о чем он подумал, и произнесла с иронией в голосе:</p><p>«Убедившись, что эти похожие на ящериц монстры связаны с церемонией Моления Морю, мы специально предостерегли членов комитета Рыболовной гильдии. После этого подобные преступники больше не появлялись — их всех хорошо призвали к порядку и взяли под контроль. Так что порой я отлично понимаю, почему начальство сквозь пальцы смотрит на проведение церемонии Моления Морю в порту Санта. Они куда послушнее вас, авантюристов, и их значительно проще удерживать в рамках.»</p><p>Скрытый смысл слов Ноэлии заключался в следующем: я только предупредила тебя не вмешиваться в дела Рыболовной гильдии, а ты на следующий же день силой ворвался в резиденцию «Морского Губернатора» и наставил пистолет на голову Хуана Оро — с тобой хлопот куда больше, чем с той компанией с церемонии Моления Морю!</p><p>Лумиан лишь улыбнулся, оставив это без комментариев.</p><p>Ноэлия пару секунд размышляла, затем посмотрела ему прямо в глаза и сказала:</p><p>'Я не знаю, с какой целью ты расследуешь церемонию Моления Морю, да и выяснять не хочу. Могу лишь сказать: если твои действия создадут угрозу для всего порта Санта, мы вмешаемся напрямую и выдворим тебя отсюда.</p><p>«При этом условии мы, возможно, окажем некоторую помощь.»</p><p>Лумиан взял лежавшую рядом соломенную шляпу, прижал ее к груди и проговорил:</p><p>«Это честь для меня.»</p><p>Ноэлия не обмолвилась, чего именно Церковь Матери-Земли рассчитывает добиться в этом деле, а Лумиан не стал спрашивать.</p><p>Эта Боевая монахиня из Ордена Изобилия поднялась и направилась к двери.</p><p>Положив левую ладонь на дверную ручку, она внезапно полуобернулась и с улыбкой спросила, а ее глаза лучились ярким светом:</p><p>«Хочешь оставить ребенка?»</p><p>Лумиан на миг опешил и произнес:</p><p>«Мадам, вам не кажется, что вы слишком резко сменили тему?»</p><p>Ноэлия посмотрела на него с состраданием, в ее глазах вспыхнул легкий отблеск материнского милосердия, и она произнесла:</p><p>'По нашей оценке, уровень опасности церемонии Моления Морю таков, что для противостояния ей требуется как минимум Святой или запечатанный артефакт 1-го уровня, способный проявить полную силу за короткое время. Я не знаю, что именно ты замышляешь, но ввязавшись в это дело, ты не сможешь просто так выйти из него по своему желанию.</p><p>«Не думал ли ты о том, чтобы перед этим оставить после себя потомка? Я могу тебе помочь.»</p><p>Неужели у вас, боевых монахинь Церкви Матери-Земли, всегда такие своеобразные предлоги для предложения провести ночь вместе? Лумиан на некоторое время лишился дара речи.</p><p>Ноэлия искренне проговорила:</p><p>«Потомство — это продолжение нашей жизни. Цветы увядают и падают на землю ради того, чтобы на следующий год расцвел еще более пышный пейзаж. Ты правда не хочешь подумать о том, чтобы оставить потомка?»</p><p>«Пока незачем.» — с холодным выражением лица отозвался Лумиан.</p><p>Ноэлия с видом сожаления проговорила:</p><p>«Когда надумаешь, всегда можешь прийти ко мне.»</p><p>Сказав это, она распахнула дверь и вышла.</p></section><section><title><p>Глава 554 Слетаются отовсюду</p></title><p>Глава 554 Слетаются отовсюду</p><p>Лумиан смотрел, как спина Ноэлии скрывается в коридоре, и думал, не стоит ли ему добавить к своей речи словечко-паразита: «Ну и фейнапотцы».</p><p>Впрочем, доброта Ноэлии напомнила ему, что расследование церемонии Моления Морю — далеко не лёгкое дело, а таящиеся в нём риски заставляют даже Церковь Матери-Земли относиться к нему со всей серьёзностью.</p><p>Но для Лумиана многих опасностей можно было избежать, и он не стал бы лезть на них сам.</p><p>Ведь его истинная цель заключалась не в том, чтобы расследовать правду о церемонии Моления Морю, положить конец влиянию этого обычая на порт Санта и спасти местных жителей от грани превращения в монстров, — он всего лишь хотел выяснить детали розыгрыша «Дня дурака», отследить по ним «Ультрамена» и «Барда» и казнить их одного за другим, а многочисленные проблемы и гнойники порта Санта ему вовсе не требовалось вскрывать, и он мог вовремя устраниться.</p><p>Надёжно скрывать свои истинные цели было одним из правил Лумиана при отыгрыше «Заговорщика»!</p><p>Это позволяло другим в критический момент неверно оценить его выбор и принять ошибочные меры.</p><p>Закрыв дверь, Лумиан взял золотистую соломенную шляпу, сел в кресло-качалку и с улыбкой посмотрел в сторону коридора, с большим интересом беззвучно проговорив про себя:</p><p>'Кто же станет следующим, кто принесёт сведения?</p><p>«Явно не любивший „Морских Служанок“, испытывавший отвращение к подобным делам Рувио Пако, или же те семьи, что уже много лет как лишились мест членов в Рыболовной гильдии?»</p><p>Под ярким солнечным светом за окном Лумиан, пользуясь тем, что всё ещё находится в состоянии свободного владения языком Плато, быстро пролистывал купленные учебники, надеясь запомнить и усвоить как можно больше соответствующих знаний, чтобы к моменту окончания действия заклинания в его голове хоть что-то осталось.</p><p>Прошёл где-то час, когда он услышал доносившиеся из коридора незнакомые шаги.</p><p>Тук-тук-тук, в его дверь снова постучали.</p><p>«Кто?» — спросил Лумиан, используя самые простые слова на языке Плато.</p><p>«Книги, которые вы покупали, доставили,» — ответил хозяин гостиницы Ота Гийом, разговаривавший на интисском языке.</p><p>Я покупал книги? Когда это я покупал книги? — Лумиан задумчиво поднялся, открыл дверь и принял из рук старика книгу в довольно дешёвой, но весьма яркой обложке.</p><p>Название книги гласило: «Путешествие по Фейнапоту».</p><p>Лумиан притворился, будто не понял название, написанное на языке Плато, и с самоиронией ухмыльнулся:</p><p>«Мне придётся подождать, пока вернётся мой переводчик и всё мне переведёт, а если просто сидеть со словарём, то я и к моменту отъезда из Фейнапота едва ли успею дочитать.»</p><p>Старик Ота отнёсся с пониманием:</p><p>«Когда я впервые приехал в порт Санта, у нас на семерых-восьмерых парней был всего один интисско-язык-Плато словарь, никто не смел выходить на улицу в одиночку, но пожив здесь какое-то время и постоянно заставляя себя общаться с местными, мы постепенно научились объясняться, честно говоря, язык Плато и интисский язык на самом деле очень похожи.»</p><p>Лумиан болтал с большим Отой ни о чём пару минут, после чего, держа в руках «Путешествие по Фейнапоту», вернулся в комнату и снова опустился в кресло-качалку.</p><p>Затем он перевернул книгу раскрывающейся стороной вниз, а сам взялся за корешок и стал трясти.</p><p>Сложенный пополам лист бумаги выпал изнутри.</p><p>Лумиан протянул руку, поймал его и взмахом кисти развернул листок.</p><p>На нём было написано на интисском языке:</p><p>'«Морским Служанкам» точно так же запрещено покидать порт Санта и выходить замуж за чужестранцев, однако за все эти годы не обходилось без исключений.</p><p>«Фейнапотские женщины до брака любят романтику и стремятся к любви, и женщины порта Санта — не исключение, за эти с лишним тысячу лет многие 'Морские Служанки» ради сохранения своей любви или свободы решались на побег, среди них успешно сбежали тридцать-сорок человек, а самый недавний случай произошёл более двадцати лет назад, когда одна «Морская Служанка» вышла замуж за интисца и родила ребёнка, неизвестно, жива ли она сейчас, потому что Рыболовная гильдия неустанно охотится за ней.</p><p>«Её ребёнка зовут Норфи, ты должен быть с ней знаком, она уже вернулась в порт Санта.»</p><p>Норфи? Любовница Батнера Конте? Она оказалась ребёнком «Морской Служанки» и даже привезла с собой «спутников» в порт Санта, чтобы воочию увидеть церемонию Моления Морю… На «Перелётной птице» Лумиану изредка казалось, что у Норфи что-то на уме, но он и подумать не мог, что она настолько тесно связана с церемонией Моления Морю.</p><p>Это заставило его усомниться в истинной цели возвращения Норфи в порт Санта, а парень вроде Батнера Конте, чего доброго, из-за любовного приключения вляпается в неописуемый кошмар.</p><p>Лумиан опустил взгляд и прочитал последний абзац:</p><p>«За пределами этих вод и порта Санта чудесные свойства, приносимые церемонией Моления Морю, ощутимо слабеют, и против целей в других регионах Рыболовная гильдия чаще всего может действовать лишь нанимая авантюристов, охотников за головами и профессиональных Ассасинов.»</p><p>Не говорит ли эта фраза о том, что сколько бы ты ни устраивал беспорядков и как бы ни расследовал церемонию Моления Морю, пока ты способен вырваться из порта Санта и убраться подальше от этих вод, члены Рыболовной гильдии ничего с тобой сделать не смогут? Лумиан не знал, кто передал ему этот листок и соответствующие сведения, ведь в порту Санта он едва ли видел чей-то почерк, но отчётливо ощущал чужую жажду и ожидание.</p><p>Вспыхнуло алое пламя, испепеляя исписанный словами листок бумаги, а Лумиан откинулся назад и, потягивая самое известное в королевстве Фейнапот вино «Манзан» — не разбавляемое водой белое вино, производимое лишь в определённом регионе, — от нечего делать стал перелистывать «Путешествие по Фейнапоту», написанное на языке Плато.</p><p>Автор книги истово восхвалял всевозможные фейнапотские основные блюда, говядину, баранину и свинину, но к местному табаку относился с пренебрежением, считая, что куришь будто прямой перец чили.</p><p>Спустя ещё некоторое время Лугано вместе с Людвигом вернулись в люкс, держа в руках кучу уличных закусок вроде жареных осьминожков, запечённых бараньих почек, жареной мелкой рыбы, картофеля фри, кукурузных лепёшек с яйцом и рулетиков из жареной свинины.</p><p>Лумиан уже отложил «Путешествие по Фейнапоту», поднялся и сказал Лугано:</p><p>«Ты завтра не забудь сменить облик и забрать наши новые удостоверения личности, и ещё — разнюхай за эти пару дней, где находится Батнер Конте, я хочу выпить с ним.»</p><p>«Хорошо, ладно,» — Лугано не понимал, почему нанимателю вдруг понадобился тот изысканно одетый авантюрист, но был уверен, что дело далеко не только в выпивке.</p><p>Раздав указания, Лумиан прихватил соломенную шляпу «Солнце», направляясь к двери и бросая на ходу:</p><p>«Я пройдусь ненадолго, вернусь к ужину.»</p><p>«Вам… вам нужен переводчик?» — инстинктивно спросил Лугано.</p><p>Лумиан улыбнулся:</p><p>'Просто прогуляюсь, освоюсь с местным рельефом, общаться ни с кем не надо.</p><p>«Не волнуйся, я не заблужусь.»</p><p>Лугано издал «угу» и больше расспрашивать не стал.</p><p>Он верил, что с языком тела нанимателя простое общение с людьми не составит для того труда.</p><p>Выйдя из гостиницы «Соло», Лумиан неспешной прогулочной походкой пошёл по улице.</p><p>Тем самым он намеренно создавал возможность для тех, кто пытался с ним связаться, а заодно хотел проверить, не воспользуются ли случаем люди из Рыболовной гильдии, чтобы напасть на него.</p><p>…………</p><p>Гостиница «Соло», люкс на пятом этаже.</p><p>Людвиг, выпив виноградный сок с лёгким оттенком брожения, спрыгнул со стула и, топая ногами, направился в уборную.</p><p>Лугано продолжал мешком лежать на диване, не желая шевельнуть и пальцем.</p><p>Погуляв с ребёнком почти два часа, он чувствовал, что ему необходимо отдохнуть и набраться сил перед вечерним походом по барам и прочим местам, где предстояло разузнать о местонахождении Батнера Конте и вкусить гостеприимства фейнапотских девиц.</p><p>Людвиг вошёл в уборную, поднял крышку унитаза и полуприкрыл глаза.</p><p>Пока он усердно справлял нужду, из тени в углу тихо выскользнула тонкая тёмная тень.</p><p>Основой этой тёмной тени была букашка толщиной с палец, поверхность которой покрывали длинные щетинки, похожие на какую-то заплесневелую еду.</p><p>Её щетинки шевелились, простираясь во все стороны, словно щупальца, и пытаясь схватить всё, чего касались.</p><p>Извиваясь, тёмная тень бесшумно подкралась со спины Людвига, резко взмыла вверх и направила голову прямо к его шейным позвонкам.</p><p>И ровно в этот момент она встретилась взглядом с карими глазами маленького мальчика.</p><p>Она внезапно застыла на месте, замерев в позе змеи с приподнятой верхней частью тела.</p><p>Людвиг неизвестно когда закончил справлять нужду и полуразвернулся.</p><p>Он протянул правую ладонь и схватил тёмную тень.</p><p>Тень не оказала ни малейшего сопротивления.</p><p>В следующее мгновение Людвиг — этот мальчуган с пухлыми щёчками — засунул тёмную тень себе в рот.</p><p>Под отчётливые звуки чавканья нижняя часть тени, подёргиваясь, втягивалась наверх, растворяясь в разжёванном месиве.</p><p>Буквально за пару мгновений Людвиг сожрал эту тёмную тень так же легко, как поедают фейнапотскую лапшу.</p><p>Он облизнул губы с таким видом, будто был не прочь получить ещё одну порцию.</p><p>…………</p><p>За пределами улицы Аквины, в том самом кафе, где на каждый столик любили ставить по букету живых цветов.</p><p>По пути сюда Лумиан наткнулся на две уличные драки и купил перекусить шпажку фирменных печёных осьминожков порта Санта, однако никто так и не приблизился к нему украдкой, чтобы сунуть какую-нибудь записку или шепнуть пару слов, да и нападений из засады тоже не последовало.</p><p>Посмотрев на всё ещё светлое небо и сияющее солнце, он выбрал в кафе самый дальний и уединённый столик в углу, заказал чашку кофе «Толер» с молоком и стал терпеливо смаковать горьковатый вкус с густым ароматом.</p><p>Время шло минута за минутой, как вдруг мимо проходившая женщина в ярком длинном платье, чей лик скрывала синяя вуаль, внезапно присела напротив Лумиана.</p><p>Она огляделась по сторонам и быстро приподняла край синей вуали, свисавшей с полей шляпы.</p><p>Она оказалась не «ей», а «им».</p><p>Это был мужчина, переодетый в женское платье, с выразительными чертами лица и серо-голубыми глазами, а на его лице читалась непреодолимая тревога.</p><p>Зрачки Лумиана мгновенно расширились.</p><p>Он узнал этого мужчину в женском платье.</p><p>Это был действующий «Морской Губернатор»!</p><p>Тот самый «Морской Губернатор», принимавший поклонение Марты в том похожем на церковь здании и окружённый заботой многочисленных служанок!</p><p>Он пришёл ко мне? Ничего себе, ко мне пришёл именно он? — Лумиан почувствовал одновременно и удивление, и странное ощущение, что это вполне логично.</p><p>Заметив, что Великий авантюрист Луи Бери узнал его, «Морской Губернатор» опустил синюю вуаль, снова спрятав за ней своё лицо.</p><p>Сразу после этого он понизил голос и на языке Плато с мольбой и страхом произнёс:</p><p>«Спасите меня! Спасите меня!»</p></section><section><title><p>Глава 555 Фальшь и правда</p></title><p>Глава 555 Фальшь и правда</p><p>Перед лицом просьбы о помощи от нынешнего «Морского Губернатора» Лумиан нисколько не удивился.</p><p>Он поднял левую руку, погладил своё ухо и произнёс на интисском языке:</p><p>'Что ты говоришь?</p><p>«Я понял только слово „помощь“.»</p><p>Переодетый женщиной нынешний «Морской Губернатор» опешил, словно не ожидал, что между ними окажется языковой барьер.</p><p>Он изо всех сил рисковал, прибежав на эту улицу, чтобы подстеречь Луи Бери, но не понимал сказанного им и не мог передать суть своей просьбы!</p><p>Поддерживая образ человека, не знающего языка Плато, Лумиан неторопливо достал тёмно-красную перьевую ручку и стопку листочков для заметок, протянув их собеседнику:</p><p>«Запиши всё, что хочешь сказать, а я найду кого-нибудь для перевода.»</p><p>На этот раз он снова говорил по-интисски, но показал жестом, как пишут ручкой, чтобы дать понять, что делать.</p><p>Если этот «Морской Губернатор» окажется неграмотным и вовсе не умеет писать на языке Плато, возникнут неприятности… Придётся вынужденно общаться отдельными словами и языком тела? Не хотелось бы прямо сейчас раскрывать, что я знаю язык Плато… — не без беспокойства подумал Лумиан.</p><p>Будь то Интис или Фейнапот, неграмотных людей хватало везде.</p><p>Тот «Морской Губернатор» на мгновение замер, но затем понял намерение великого авантюриста Луи Бери, взял перьевую ручку и листочки и принялся быстро писать.</p><p>Лумиан со спокойным выражением лица наблюдал за ним. Находясь напротив, благодаря зрению «Охотника» и пространственному воображению, он без труда разглядел написанное:</p><p>'Пожалуйста, помоги мне, спаси меня из порта Санта!</p><p>«Я не настоящий „Морской Губернатор“!»</p><p>Не настоящий «Морской Губернатор»… Лумиан подавил желание вскинуть брови и не стал спрашивать напрямую, продолжая смотреть на него так, будто совсем не понял этих слов.</p><p>Он хотел посмотреть, что ещё напишет нынешний «Морской Губернатор», а уже потом решить, как задавать вопросы.</p><p>Одетый в женское платье мужчина помедлил две секунды и продолжил писать:</p><p>«Настоящий „Морской Губернатор“ погиб на прошлогодней церемонии Моления Морю.»</p><p>Умер? Настоящий «Морской Губернатор» погиб во время церемонии Моления Морю? Дочитав до этого места, Лумиан ощутил, как в глубине его души вспыхнула огромная радость.</p><p>Наконец-то показался хвост ключевых участников группы «День дурака»!</p><p>Одним из результатов их прошлогодней розыгрышной выходки стало то, что предназначенный «Морской Губернатор» не смог успешно провести церемонию Моления Морю, подвергся отдаче Потусторонних сил и лишился жизни!</p><p>Это также совпадало со сведениями о частых кораблекрушениях, сокращении улова и трудностях в торговле, о которых рассказывал сын владельца гостиницы «Соло» Ота Гийома, работавший мелким клерком в правительственном ведомстве.</p><p>Фальшивый «Морской Губернатор» быстро водил ручкой, словно за ним вот-вот кто-то мог погнаться:</p><p>«Из-за внешнего сходства с настоящим 'Морским Губернатором» Хуан Оро и шайка из Рыболовной гильдии выбрали меня, чтобы я целый год притворялся «Морским Губернатором». Они сделали это, чтобы рыбаки и морские торговцы не узнали о сотворённой ими роковой ошибке и провале церемонии Моления Морю — подобного не случалось уже несколько столетий.</p><p>«Раз я узнал этот секрет, они ни за что не отпустят меня живым. Едва завершится церемония передачи полномочий 'Морского Губернатора» и начнётся этап всенощного бдения, меня непременно убьют.</p><p>«Я вовсе не хотел притворяться 'Морским Губернатором», ведь это осквернение моря, но они направили на меня пистолет и заявили, что уже убили одного человека, отказавшегося сотрудничать.</p><p>«Церковь и правительство не желают вмешиваться в дела Рыболовной гильдии. Ты единственный, кто осмелился ворваться в резиденцию 'Морского Губернатора» и, угрожая оружием, запугать Хуана Оро. Мне больше не к кому обратиться за помощью. За этот год я скопил немало денег и могу отдать всё тебе — 100 тысяч золотых рисо!</p><p>«За последние дни я наслышан о твоих подвигах и верю, что тебе это под силу. Умоляю тебя о помощи!»</p><p>Уровень образования весьма неплох… Вглядываясь в три исписанных листка, Лумиан подумал, что фальшивый «Морской Губернатор» ни по грамматике, ни по подбору слов не походит на обычного рыбака, торговца или рабочего.</p><p>Фух… Изложив свою просьбу и причины, фальшивый «Морской Губернатор» положил перьевую ручку и пододвинул Лумиану три листка, покрытых словами на языке Плато.</p><p>Лумиан лишь мельком взглянул на них и, подбирая слова на языке Плато в сочетании с жестами, произнёс:</p><p>'Помощь?</p><p>«Ты, а семья?»</p><p>Фальшивый «Морской Губернатор» поспешно написал ответ:</p><p>«Мои родители умерли несколько лет назад, других родственников нет. Раньше я был клерком в рыболовной компании.»</p><p>Неудивительно, что Хуан Оро и остальные осмелились «похитить» этого человека на роль «Морского Губернатора». Церковь «Матери-Земли» лишь не лезет во внутренние дела Рыболовной гильдии, но если бы это затронуло обычных горожан, она бы вмешалась… Приняв вид человека, который сперва всё расспросит, а переведёт ответы позже, Лумиан спросил:</p><p>«Служанки, беременность?»</p><p>Так он спрашивал о том, что происходит со служанками в резиденции «Морского Губернатора» и почему среди них есть беременные.</p><p>Фальшивый «Морской Губернатор» носил голубую вуаль, не открывавшую изменений в выражении его лица, и слегка дрожащей правой рукой написал:</p><p>'«Морскому Губернатору» полагается такое же обращение, как и правителю порта Санта. Он может по своему усмотрению назначить любого человека из деревни Мило, Рыболовной гильдии или семей морских торговцев своей служанкой и охранником, делать всё, что душе угодно, или прямо приходить к ним домой и пользоваться привилегиями хозяина.</p><p>«Я не сдержался.»</p><p>Прочтя это, Лумиан едва не рассмеялся вслух.</p><p>Находясь практически в состоянии Пленника, он всё ещё думал о подобном? Или полагал, что ему не сбежать и он всё равно умрёт, так почему бы не понаслаждаться, пока есть возможность?</p><p>Фальшивый «Морской Губернатор» продолжил писать:</p><p>«Ещё я мог взимать с них налоги и принудительно распределять их доли рынка. Все они слушались меня, но я не смел заходить слишком далеко, иначе Хуан Оро наедине лупил меня тростью и угрожал убить.»</p><p>Так вот как ты ухитрился накопить денег? Хм, способностей управлять погодой и приливами у него нет, в конце концов, он лишь фальшивый губернатор… Забрав новые листочки у фальшивого «Морского Губернатора», Лумиан подумал немного и произнёс корявым, косноязычным тоном:</p><p>«Прежние, губернатор, где?»</p><p>Так он спрашивал о местонахождении прошлых «Морских Губернаторов».</p><p>— Боевая монахиня Ноэлия из Ордена Изобилия ранее не упоминала об этом. Неизвестно, посчитала ли она это неважным, не хотела говорить по каким-то причинам или же вовсе не располагала соответствующими сведениями.</p><p>Фальшивый «Морской Губернатор» написал:</p><p>'Я не знаю.</p><p>«Я лишь слышал одну фразу от служанки из деревни Мило — она внучка Хуана Оро. Она сказала, что все „Морские Губернаторы“ в конечном счёте возвращаются в море.»</p><p>Возвращаются в море… Звучит как нечто совсем не хорошее… Хе-хе, надо же, ты назначил своей служанкой внучку Хуана Оро — захотел отомстить внучке за запугивания и притеснения со стороны деда? А Хуан Оро ещё и согласился: в лицо отказывать не стал, а наедине забрал её обратно, заодно отлупив тебя? Хуан Оро и его сыновья женились на «Морских Служанках», так что его внучка с определённой вероятностью — ящероподобное чудовище… Интересно, каково бы тебе было, узнай ты, что ложишься в постель с человекоподобной ящерицей? — Лумиан мысленно язвил по поводу этого фальшивого «Морского Губернатора».</p><p>Он немного подумал и, сделав вид, будто совершенно не понял написанного, сменил вопрос:</p><p>«Хуан Оро силён?»</p><p>Фальшивый «Морской Губернатор» внезапно вздрогнул.</p><p>Он быстро написал:</p><p>«Он очень силён, он чудовище! Он может заставить человека умереть от удушья, умереть в мучениях!»</p><p>Написав эти строки, фальшивый «Морской Губернатор» взглянул на солнечный свет за окном, положил перьевую ручку, поднялся и слегка поклонился Лумиану.</p><p>Затем он повернулся и, покачивая ярким длинным платьем, направился к задней двери кафе и вышел прочь.</p><p>Похоже, он опасался, что если задержится во время прогулки слишком долго, это вызовет подозрения у телохранителей.</p><p>Лумиан посмотрел ему вслед, смял листочки в комок и сжал в ладони.</p><p>Алое пламя просочилось сквозь его пальцы и быстро исчезло.</p><p>Смахнув пепел в вазочку с букетом, Лумиан поднял недопитую чашку кофе «Толер» и сделал небольшой глоток.</p><p>Его мысли стремительно вращались, анализируя ту часть сведений, которая интересовала его больше всего:</p><p>«Правду ли сказал только что этот самозванец? Как обычный человек, сумевший найти возможность оторваться от 'телохранителей» и прибежать ко мне, не действовал ли он по тайному указанию Хуана Оро и остальных, чтобы заманить меня в ловушку?</p><p>«В розыгрыше 'Дня дурака» изготовленное на заказ золотое кольцо, не обладающее Потусторонними силами, запрятали внутрь туши ягнёнка, а того как жертвенное приношение доставили на корабль «Морского Губернатора»…</p><p>'«День дурака», по всей видимости, намеревался подменить этим кольцом что-то другое. Существовало точно такое же ритуальное кольцо?</p><p>«Прошлогодний кандидат в 'Морские Губернаторы» потерпел неудачу оттого, что ключевое ритуальное кольцо оказалось поддельным и не сработало?</p><p>«Это означает, что на том особом корабле находились ключевые члены 'Дня дурака» или завербованные ими подчинённые, иначе им не удалось бы обвести вокруг пальца членов комитета Рыболовной гильдии и незаметно подменить важный предмет…</p><p>«Судя по имеющимся сведениям, матросов на том корабле было немного, а из пассажиров — лишь 'Морской Губернатор», четыре «Морские Служанки» и несколько человек, проводивших ритуал. Кто из них связан с «Днём дурака»?</p><p>'Рыболовная гильдия после случившегося наверняка проводила проверку, вот только пришла ли она к какому-то выводу…</p><p>«Не исключено, что и сам погибший 'Морской Губернатор» был связан с «Днём дурака». Возможно, его полностью одурачили, внушив, что с заменённым кольцом и сорванным ритуалом ему не придётся, как прежним «Морским Губернаторам», в конце концов возвращаться в море, а на деле «Бард», «Безумная» и «Ультрамен» вовсе не собирались заботиться о его жизни…</p><p>«Какова цель 'Дня дурака»? Простая выходка ради собственного развлечения или же за этим кроется более глубокий замысел?</p><p>«Обычные участники „Дня дурака“, возможно, просто ищут забавы, но вот ключевые фигуранты… у них ложь всегда перемешана с правдой…»</p><p>Просидев в кафе почти до самого заката, Лумиан надел соломенную шляпу и неспешно вернулся в гостиницу «Соло».</p><p>Поздно ночью Лугано вернулся из бара и, дыша алкоголем, приблизился к Лумиану:</p><p>'Я расспросил авантюристов и охотников за головами о Батнере и его возлюбленной. Все говорят, что в последние дни не видели их.</p><p>«Едва прибыв в порт Санта, они словно сквозь землю провалились.»</p><p>Исчезли? Норфи — дитя «Морской Служанки». Если бы она просто вернулась в порт Санта и Рыболовную гильдию, это не сопровождалось бы такой таинственностью… Она хочет что-то сделать с церемонией Моления Морю и убедила Батнера? А в итоге их взяли на прицел сразу по прибытии? Возможно, ей известно немало… Я не могу лично отправиться на их поиски, статус великого авантюриста требует в последнее время частых появлений на людях… Лугано не слишком надёжен… А что насчёт монахини Ноэлии? — в голове Лумиана пронеслась вереница догадок.</p><p>В стремительном потоке мыслей он внезапно понял, о какой помощи стоит попросить того «Рыцаря Мечей».</p></section><section><title><p>Глава 556 Половина феи</p></title><p>Глава 556 Половина феи</p><p>Люмиан не спешил призывать Посланника «Рыцаря Мечей», карты Младших Арканов, поскольку всё ещё ждал.</p><p>После того как он проявил сильное желание расследовать церемонию Моления Морю и приступил к первым шагам, за сегодняшний день с ним прямо или косвенно связались всего три группы людей, а тот, кого он ждал больше всего и считал наиболее вероятным, так и не появился.</p><p>Возможно, Рувио Пако хотел дождаться глубокой ночи, когда никого не будет? Люмиан очнулся от своих мыслей и с улыбкой сказал Лугано:</p><p>«Батнер только что обзавёлся любовницей в лице Норфи, возможно, перед церемонией Моления Морю он хочет объехать все окрестные деревни, городки, пастбища и виноградники вокруг порта Санта. Если потом услышишь о нём какие-то новости, расскажешь мне, специально разузнавать не нужно.»</p><p>Лугано тоже не считал это чем-то важным и с пониманием улыбнулся:</p><p>«Кто знает, может, он попутно взял парочку поручений, чтобы и попутешествовать, и денег заработать.»</p><p>Когда переводчик и Людвиг разошлись по своим комнатам, Люмиан откинулся в кресле-качалке и при свете газового бра неторопливо листал учебники языка Плато.</p><p>Время утекало минута за минутой, ночь становилась всё тише.</p><p>Наконец Люмиан убедился, что сегодня ночью уже никто не передаст ему сведения.</p><p>Он погладил подбородок и размыслил над этим делом:</p><p>'Похоже, большинство предпочитает выжидать, если только у Великого авантюриста не появится прорыв в расследовании и при этом его не убьют. Иными словами, пока я не продемонстрирую более высокую надёжность или большую ценность, они не станут легко делать ставки.</p><p>«А трое, связавшихся со мной сегодня, имеют свои особенности. Один принадлежит к Церкви 'Матери-Земли», и даже если его ставка проиграет, он ничего не потеряет. Неужели члены Рыболовной гильдии осмелятся напасть на кафедральный собор и Орден Изобилия?</p><p>«Другой — фальшивый 'Морской Губернатор». На церемонии Моления Морю его с высокой вероятностью убьют, поэтому он из последних сил ухватится за любую соломинку. К тому же у него нет уверенности ни в Церкви «Матери-Земли», ни в правительстве порта Санта, поэтому он, естественно, возлагает больше надежд на Великого авантюриста, способного загнать «Колдуна-Демона». Кроме того, нельзя исключать вероятность того, что его просьба о помощи — лишь ловушка Рыболовной гильдии.</p><p>«А третий так и не показался лично и не раскрыл тайн церемонии Моления Морю, дав лишь зацепку, которая может оказаться полезной…»</p><p>Всё снова и снова взвешивая, Люмиан лучше уяснил для себя настроения и выбор различных фракций и людей.</p><p>Заговоры во многом играют на человеческих сердцах и опираются на обстановку. Люмиану всё больше нравилось размышлять над этими двумя вещами.</p><p>Это служило как повседневным отыгрышем, так и насущной необходимостью.</p><p>Люмиан отложил учебники языка Плато и вернулся в спальню.</p><p>Как только он затворил за собой дверь, чёрный отпечаток на его теле испустил призрачный свет.</p><p>«Бутыль вымысла»!</p><p>Люмиан поместил всю комнату в «Бутыль вымысла», условие входа и выхода было простым — являться существом мира духов.</p><p>На стенах, полу и потолке спальни внезапно прошёл волнообразный отсвет и тут же исчез, всё выглядело вполне обыденно.</p><p>Лишь после этого Люмиан написал письмо, устроил ритуал, освятил кинжал, воздвиг Духовную стену и зажёг свечу, символизирующую его самого.</p><p>Затем он отступил на два шага и произнёс на языке Древнего Гермеса:</p><p>«Я!»</p><p>Вслед за этим он перешёл на язык Гермеса:</p><p>'Я именем своим призываю:</p><p>«Странное существо, странствующее в горнем мире, перебирающую струны половину феи, Посланника, принадлежащего лишь „Рыцарю Мечей“…»</p><p>Оранжево-жёлтое пламя свечи мгновенно окрасилось в призрачно-синий цвет и с гулом раздулось до размеров с полчеловека.</p><p>Из призрачно-синего сияния сквозь пламя выбралась кроваво-красная фигура.</p><p>На вид она напоминала женщину и обладала соответствующими органами, однако, словно некий монстр, встреченный Люмианом в руинах деревни Корду, не имела кожи и того, что к ней прилегает, обнажая окровавленные мышцы, синевато-чёрные сосуды, белесые сухожилия, маслянисто-жёлтый жир и широкие пласты красно-белой фасции.</p><p>Глядя на Посланника «Рыцаря Мечей» высотой около метра семидесяти, Люмиан беззвучно пробормотал:</p><p>«Значение 'половины феи» в том, что осталась только внутренняя половина?</p><p>'А я-то думал: либо верхняя и нижняя половина, либо левая и правая…</p><p>«Разве она не должна перебирать струны? Где же струны?»</p><p>Пока мысли проносились в его голове, Люмиан передал Посланнику сложенный квадратом лист бумаги и весьма вежливо произнёс на языке Гермеса:</p><p>«Пожалуйста, передай это „Рыцарю Мечей“.»</p><p>По мере роста собственных сил он всё отчётливее осознавал, что большинство Посланников, с которыми он контактировал, способны прикончить его — если только не побоятся высвободить такой источник скверны, как Термиборос.</p><p>Хотя Люмиан пока не мог определить силу Посланника «Рыцаря Мечей», этой «половины феи», весь его опыт подсказывал: вежливость лишней не бывает.</p><p>Чёрно-белые глазные яблоки «половины феи», вкраплённые в окровавленное лицо, повернулись, она слегка кивнула и приняла письмо.</p><p>Она произнесла звучным и приятным голосом, похожим на журчание горного ручья:</p><p>«Я доставлю как можно скорее.»</p><p>До чего же красивый звук, словно бард играет на струнах… Люмиан на мгновение обомлел, прежде чем прийти в себя.</p><p>Он внезапно понял, почему у этого Посланника был эпитет «перебирающая струны».</p><p>«Спасибо,» — вежливо поклонился он.</p><p>Заметив, что «половина феи» собирается втянуться обратно в призрачно-синее пламя, Люмиан не стал скрывать любопытства и спросил:</p><p>«Если бы тебе дали человеческую кожу, что бы ты сделала?»</p><p>«Половина феи» несколько секунд пристально смотрела на Люмиана своими чёрно-белыми глазами.</p><p>Погружаясь в призрачно-синий свет свечи, она оставила после себя плавно льющуюся речь:</p><p>«Я накину её.»</p><p>Накинет чью-то кожу и станет этим человеком? «Половина феи» всё время ищет свою вторую половину? — задался догадкой Люмиан.</p><p>В этот момент он неожиданно вспомнил, что у него ещё осталось неоконченное обещание:</p><p>Помочь Гноящейся отсечённой руке найти её тело!</p><p>Это дело касалось того, сможет ли Люмиан обрести божественность и продвинуться до 4-й Последовательности, но поскольку сейчас он был лишь 6-й Последовательностью, то нисколько не спешил.</p><p>…………</p><p>Глубокая ночь. Трир, округ Рынка, пустующая комната.</p><p>Франка, облачённая в костюм Ассасина, впервые назначила встречу «офлайн» для «007».</p><p>Шло время, и сюда вошёл «007» в капюшоне в виде коричневой львиной головы и двубортном пальто того же тона.</p><p>Франка, убедившись, что всё верно, надвинула капюшон ниже и вышла из тени.</p><p>«Что за дело, ради которого обязательно нужно встречаться лично?» — нахмурившись, спросил «007».</p><p>Это заставляло его инстинктивно хотеть отказаться, однако казалось, что речь идёт о чём-то действительно важном: не прими он меры вовремя, и это могло бы обернуться великой катастрофой.</p><p>В конце концов, он всё же скрепя сердце согласился на просьбу «Потайного клинка» о встрече.</p><p>Франка словно испытывая сложные чувства тихо хмыкнула:</p><p>«Это хорошее дело.»</p><p>«Когда ты, „Потайной клинок“, говоришь подобные вещи, я этому не верю.» «007» не стал скрывать своего беспокойства.</p><p>«Правда, я лишь прошу помочь найти человека, телеграмма ведь не может передать портрет, не составлять же мне картинку из слов, точек и линий?» Франка объяснила, почему попросила о встрече «офлайн».</p><p>«007» подозрительно оглядел Франку:</p><p>«Просто помочь найти человека? И никаких других целей?»</p><p>Франка «хе-хе» усмехнулась:</p><p>«Остальное я пока не могу тебе сказать.»</p><p>«От таких слов я нервничаю ещё больше.» «007» остро ощутил, что за поиском человека может скрываться крайне важный вопрос, иначе «Потайной клинок», повидавшая катастрофы высокого уровня, не придала бы этому такого значения, настаивая на встрече «офлайн» и передаче из рук в руки, а скорее оставила бы портрет где-то и сообщила ему, чтобы забрал.</p><p>Франка достала портрет цели, зарисованный ею с помощью «гадания во сне» и ритуальной магии, и протянула «007».</p><p>«007» приняв его, заставил свои руки естественным образом засиять светом, подобным солнечным лучам, чтобы в темноте ночи отчётливо разглядеть изображение, неотличимое от фотографии:</p><p>То был повернувший голову мужчина в чёрном одеянии, с едва отросшими волосами глубокого чёрного цвета, его черты профиля были очень мягкими, кожа — болезненно-бледной, а тёмно-карие глаза сидели не слишком глубоко.</p><p>«007» сперва показалось, что в этом нет ничего особенного, но, доверяя способности «Потайного клинка» притягивать неприятности, он внимательно разглядывал рисунок ещё с десяток секунд.</p><p>Его брови под львиным капюшоном постепенно нахмурились, и он вполголоса произнёс:</p><p>«Он не похож на уроженца ни одной из стран Северного континента.»</p><p>Франка улыбнулась с дразнящим оттенком и лёгкой самоиронией:</p><p>«Тебе не кажется, что он очень похож на то, как мы выглядели до прехождения?»</p><p>«007» внезапно замер, словно поражённый молнией.</p><p>Он снова и снова всматривался в рисунок и, промолчав почти двадцать секунд, сказал:</p><p>' «Потайной клинок», ты понимаешь, о чём говоришь?'</p><p>Франка слегка приподняла голову и глухим голосом произнесла:</p><p>'Я подозреваю, что он пришёл из нашего мира, из нашей страны.</p><p>«Мы с „Маггал“ и остальными ещё раньше обнаружили следы взаимодействия между двумя мирами!»</p><p>«Когда? Какие следы?» «007» вырвалось у него, ему страстно хотелось схватить «Потайной клинок» за плечи и изо всех сил тряхнуть её, чтобы она выложила всё, что знает.</p><p>Франка рассмеялась:</p><p>«Это я смогу рассказать тебе лишь после того, как обсужу с „Маггал“ и остальными. Это затрагивает множество тайн, и я не могу раскрыть их просто по своему хотенью. Сперва найми людей, чтобы они без лишнего шума поискали человека с портрета. Хм, я встретила его на четвёртом ярусе подземных катакомб.»</p><p>«007» приложил огромные усилия, чтобы подавить порыв силой увести «Потайной клинок» и выпытать сведения, и со скрежетом зубовным сказал:</p><p>«Вы не могли сначала всё обсудить, а потом уже идти ко мне?»</p><p>Разве мы не побоялись, что, вывалив на тебя сразу слишком много сведений, перегрузим твои эмоции и спровоцируем угрозу утраты укрощения? Франка сухо хмыкнула и сказала:</p><p>«Потому что время встречи с 'Маггал» и остальными ещё не пришло, а я спешила найти человека, опасаясь, что он покинет Трир.</p><p>«Спокойнее, спокойнее, желание прикончить кого-то не скроешь.»</p><p>Франка говорила, смущённо улыбаясь и отступая в тень.</p><p>«007» держа портрет, глубоко вдохнул и медленно выдохнул.</p><p>…………</p><p>Королевство Фейнапот, порт Санта, гостиница «Соло».</p><p>Позавтракав, Люмиан только вернулся в хозяйскую спальню, как почувствовал, что вокруг внезапно стало промозгло и холодно.</p><p>В то же время он увидел, как на письменном столе из ниоткуда появилась карта Таро.</p><p>На лицевой стороне этой карты Таро был изображён бегущий рыцарь с мечом в руке.</p><p>Младшие Арканы, «Рыцарь Мечей»!</p></section><section><title><p>Глава 557 Одолжение</p></title><p>Глава 557 Одолжение</p><p>Взгляд Лумиана задержался на карте Младшего Аркана, а затем он увидел, что перед ростовым зеркалом в комнате появился ещё один человек.</p><p>На нём была белая рубашка и чёрный жилет, лицо казалось довольно бледным, а каштановые волосы местами торчали, а местами свисали, словно он только что встал с постели.</p><p>По какой-то причине Лумиану казалось, что от этого человека исходит противоречивая аура — одновременно неуловимая и сдержанная, а в его карих глазах читалось неизъяснимое подавление; казалось, будто под его взглядом на тебя взирает сама бездна.</p><p>«„Рыцарь Мечей“?» — спросил Лумиан.</p><p>Тот слегка кивнул:</p><p>«„Семёрка Жезлов“, чем я могу тебе помочь?»</p><p>«Откуда ты знаешь, что я „Семёрка Жезлов“?» — Лумиан не упоминал в письме свой конкретный кодовый номер, а лишь сказал, что обращается за помощью к «Рыцарю Мечей» по указанию госпожи «Фокусника».</p><p>«Рыцарь Мечей» говорил медленно, словно что-то подавлял:</p><p>«Госпожа „Отшельник“ сказала мне, что „Семёрка Жезлов“, подчиняющийся госпоже „Фокуснику“, скоро прибудет в Фейнапот, и ему может потребоваться от меня информация или иная помощь.»</p><p>Госпожа «Фокусник» даже специально обсудила моё дело с госпожой «Отшельник»… — Лумиан внезапно всё понял и произнёс:</p><p>«Я хотел бы попросить тебя помочь мне найти двух человек в порту Санта и прилегающих морских водах, стараясь не тревожить никакие силы.»</p><p>«Подробности,» — произнёс «Рыцарь Мечей» так, словно скупился на слова.</p><p>Лумиан изложил информацию о Батнере Конте и Норфи, а в конце добавил:</p><p>«Я не уверен, живы ли они сейчас, возможно, они уже превратились в трупы.»</p><p>Говоря это, он достал два эскиза, похожих на фотографии, и передал их «Рыцарю Мечей».</p><p>Используя знания из колдовских заметок Авроры и своё мастерство в ритуальной магии, он отпечатал образы Батнера и Норфи прямо из своей головы, достигнув эффекта, сравнимого с фотографическим.</p><p>— Самая важная и сложная часть подобной ритуальной магии — найти подходящий и безопасный объект моления. Официальные Потусторонние используют её чаще, ведь у них есть соответствующие ортодоксальные божества; «дикие» же Потусторонние редко молятся опасным сущностям ради такой мелочи. Лумиан же состоял в Клубе Таро и считался полуофициальным Потусторонним: он мог не только просить о помощи господина «Шута», но и заимствовать силу госпожи «Фокусника».</p><p>«Рыцарь Мечей» взял два эскиза, похожих на фотографии, внимательно разглядывал их некоторое время, после чего произнёс:</p><p>«Я помогу тебе найти их как можно скорее.»</p><p>Он не потребовал вознаграждения и не выдвинул никаких условий.</p><p>От этого Лумиан невольно проникся чувствами:</p><p>Всё-таки хорошо иметь организацию!</p><p>Разумеется, подобная внутренняя взаимопомощь часто превращается в долг признательности, который рано или поздно придётся вернуть. Некоторые люди предпочли бы чёткую цену, чем быть обязанными кому-то.</p><p>У Лумиана же не было подобных мыслей — в конце концов, то, что «Рыцарь Мечей» пришёл и согласился помочь, уже являлось проявлением одолжения.</p><p>Он взвесил слова и сказал:</p><p>«У тебя есть какое-то задание в Фейнапоте, где тебе нужна моя помощь?»</p><p>«Рыцарь Мечей» ненадолго замолчал, а затем ответил:</p><p>«Дела в Фейнапоте уже подходят к концу, но после этого я отправлюсь на Южный континент. Возможно, мне понадобится твоя помощь.»</p><p>«Без проблем,» — сразу согласился Лумиан.</p><p>Он испытывал лёгкое любопытство и сменил тему:</p><p>«Госпожа „Отшельник“ тоже отвечает за дела, связанные с Южным континентом?»</p><p>Не слишком ли она занята?</p><p>Судя по словам госпожи «Фокусника», этот Старший Аркан в основном отвечает за морские дела и за тайную организацию, поклоняющуюся «Cкрытому Мудрецу», и к Южному континенту не имеет особого отношения.</p><p>«Рыцарь Мечей» ответил глухим, подавленным голосом:</p><p>«Это моё личное дело, оно не имеет отношения к госпоже „Отшельник“.»</p><p>«Понятно,» — выразил понимание Лумиан, ведь многое из того, что он делал раньше, тоже не было устроено госпожой «Фокусником». Даже эта поездка в порт Санта для выслеживания ключевых членов «Дня дурака», если бы не задействовала того Небесного Достопочтенного, точно так же считалась бы его личным делом.</p><p>«Рыцарь Мечей» помолчал две секунды и добавил:</p><p>«К тому же, я лишь временно подчиняюсь госпоже „Отшельник“.»</p><p>Что значит временно подчиняюсь? В будущем его могут перевести под начало другого Старшего Аркана? В этот момент Лумиан немного растерялся.</p><p>«Рыцарь Мечей» не стал объяснять, его силуэт размылся и мгновенно исчез.</p><p>Лумиан, не активировавший Духовное зрение, не успел вовремя уловить траекторию его ухода.</p><p>Не похоже на «Телепортацию», да и ощущения слияния с тенью не было… Сделав простые выводы, он переоделся в довольно распространённую в порту Санта коричневато-зелёную куртку с узкими рукавами и коричневато-жёлтые свободные брюки.</p><p>Выйдя из главной спальни, Лумиан бросил клипсу «Ложь» Лугано:</p><p>«Можешь идти к Валерио за новыми удостоверениями личности. Не забудь тот облик, в котором ты виделся с ним раньше.»</p><p>«Я отлично всё помню,» — Лугано поймал клипсу «Ложь».</p><p>Он уже собирался измениться прямо на месте, но Лумиан остановил его:</p><p>«Выйдешь из комнаты, найдёшь другое уединённое и безлюдное место, чтобы использовать её, а перед возвращением в гостиницу сначала вернись к своему первоначальному облику.»</p><p>Э-это разве не означает, что я буду единолично владеть этим Волшебным предметом какое-то время? Не боишься, что я сбегу вместе с ним? Он не только обладает необычайной способностью и высокой практической ценностью, но и невероятно дорог! Лугано не осмелился спросить вслух и по указанию нанимателя взял клипсу «Ложь», подхватил тканевый мешок с набитой одеждой для маскировки и вышел за дверь.</p><p>Увидев, как спина Лугано скрылась за дверью, Лумиан с улыбкой поднял золотисто-жёлтую соломенную шляпу и сказал Людвигу:</p><p>«У меня на столе в спальне полно еды. Пока я не вернусь, никуда не убегай.»</p><p>«Хорошо,» — согласился Людвиг, даже проявив некоторое ожидание.</p><p>Может быть, кто-то воспользуется отсутствием опекуна и тайно нападёт на него, маленького мальчика?</p><p>Проходя мимо диванной зоны, Лумиан мимоходом надел золотисто-жёлтую соломенную шляпу на голову Людвига.</p><p>В то же время он сам надел распространённую здесь фетровую шляпу с круглыми полями и шаг за шагом вышел из номера.</p><p>Он нисколько не беспокоился о том, случится ли что-то с Людвигом, оставшимся в гостинице в одиночестве; напротив, куда большей опасности подвергались те, кто мог вступить в контакт с этим мальчиком.</p><p>Оказавшись в коридоре, Лумиан поправил шляпу на голове и применил договорную способность «Трансформация тени».</p><p>Он мгновенно истончился до состояния чистой тени и слился с мраком у основания стен по обе стороны.</p><p>В том тёмном, небывалом мире, словно поддёрнутом лёгкой вуалью, Лумиан, улавливая едва ощутимый аромат духов с серой амброй, специально оставленный им на клипсе «Ложь», устремился вслед за Лугано.</p><p>Это делалось не ради проверки верности переводчика, а в ожидании возможного нападения.</p><p>Поскольку великий авантюрист Луи Бери поднял знамя расследования церемонии Моления Морю и создал образ жёсткого и радикального человека, люди из Рыболовной гильдии и деревни Мило с высокой вероятностью быстро отреагируют, используя молниеносные средства, чтобы устранить этого чужака и устрашить всех людей и силы, тайком проявляющих активность в тени.</p><p>В такой ситуации Лумиан, Лугано и Людвиг окажутся в опасности.</p><p>Он намеренно позволил Лугано одному пойти к Валерио за удостоверениями личности, желая проверить, не приметили ли Хуан Оро и остальные его спутника и не нападут ли на Лугано при удобном случае.</p><p>Таким образом, если произойдёт нечто подобное, Лумиан сможет в мгновение ока спасти Лугано, а заодно захватить или уничтожить нескольких Потусторонних из Рыболовной гильдии, продемонстрировав выжидающим силу и уверенность великого авантюриста, чтобы добавить им смелости попытаться сделать хоть что-то.</p><p>Разумеется, люди из Рыболовной гильдии и деревни Мило вовсе не обязательно предпринимали бы действия в ближайшем будущем: они вполне могли притвориться слабыми, заставив скрывающихся в тени врагов отбросить беспокойство и выскочить один за другим, а в конце провести полную чистку.</p><p>Лумиан проследовал за Лугано до самого подземного казино Валерио, наблюдая, как тот выплачивает остаток в размере 50 рисо и забирает два удостоверения личности, принадлежащих местным жителям.</p><p>Никакого нападения… Рыболовная гильдия ловит на живца, или же они не смогли узнать Лугано, использовавшего «Ложь»? Лумиан перемещался в тенях, размышляя над возможными причинами.</p><p>Лугано не осмеливался долго оставаться на улице. Он и сам понимал, что его наниматель перешёл дорогу людям из Рыболовной гильдии, и на нём, как на спутнике, могут сорвать злость те, кто не смеет выступить против нанимателя, — затащить в глубину переулка и жестоко избить.</p><p>Неподалёку от гостиницы «Соло», в щели между двумя зданиями, он быстро вернулся к своему привычному подправленному облику, после чего снял клипсу «Ложь» и переоделся в свой обычный простой чёрный костюм.</p><p>Только тогда он слегка перевёл дух, повернул на улицу Аквины и направился к входу в гостиницу «Соло».</p><p>По обеим сторонам улицы сидели три-четыре бродяги; все они выглядели ленивыми, словно вот-вот заснут под солнцем.</p><p>Лумиан знал, что по сравнению с Королевством Руэн и Республикой Интис проблема бродяжничества в Фейнапоте стояла не столь остро. Всё потому, что земли королевства славились плодородием, пастбищ хватало с избытком, а выведенные церковью сорта семян и породы скота отличались высокой урожайностью и продуктивностью, из-за чего весь Фейнапот находился в состоянии избытка продовольствия.</p><p>Здесь цены на продовольствие были на пятнадцать–двадцать процентов ниже, чем в Интисе и других странах: до того как Королевство Руэн отменило «Хлебные законы» и начало в больших объёмах импортировать зерно из Фейнапорта, чёрный хлеб равного веса там стоил почти вдвое дороже, чем в Фейнапоте.</p><p>В условиях столь богатых ресурсов крестьяне, скотоводы и городские жители, обанкротившиеся из-за скупки земель, ростовщичества и прочих факторов, хотя и становились бродягами, всё же могли получать некоторую бесплатную еду в церквях Матери-Земли, Ордене Изобилия, соответствующих государственных службах и частных благотворительных организациях. Наесться досыта получалось не всегда, но, по крайней мере, умереть с голоду им не давали, позволяя восстановить силы и дух для поиска новой работы.</p><p>Видя, что Лугано вот-вот подойдёт к гостинице «Соло», Лумиан в тенях внезапно заметил нечто неладное.</p><p>Время от времени три бродяги у края улицы меняли позы, и в их движениях проявлялась неописуемая скованность.</p><p>В следующую секунду Лумиан увидел, как эти бродяги подскочили и с искажёнными движениями, словно куклы с заржавевшими суставами, достали по пистолету, с трёх сторон прицелившись в Лугано.</p><p>Бах, бах, бах!</p><p>Они один за другим спустили курки, и в их глазах уродливо преобладали белки, не оставив Лугано пространства для уклонения.</p></section><section><title><p>Глава 558 «Энциклопедия монстров»</p></title><p>Глава 558 «Энциклопедия монстров»</p><p>Только когда трое бродяг навели на него пистолеты, Лугано наконец опомнился.</p><p>Как достаточно опытный охотник за головами, он не стал гадать, куда именно намереваются стрелять враги, а изо всех сил толкнулся ногами и рванул вперед и вбок.</p><p>Под выстрелы «бах-бах» он уклонился от двух пуль, но от оставшейся — из-за близкого расстояния и перекрытой траектории — увернуться было совершенно невозможно.</p><p>Зависнув в воздухе, Лугано совершил странный поступок.</p><p>Он намеренно вытянулся во весь рост, вместо того чтобы сгруппироваться и прикрыть жизненно важные органы, и лишь прикрыл ладонью грудь.</p><p>Бах!</p><p>Пуля угодила ему в правый бок, выбив яркие брызги крови.</p><p>С глухим стуком Лугано рухнул на мостовую у края улицы и тут же покатился вперед, пытаясь уйти от последующих выстрелов.</p><p>Но еще тогда, когда он только совершал бросок, из тени у дороги мгновенно возник Лумиан, прямо всыпав кулаком одному из бродяг, едва тот спустил курок.</p><p>Со звуком «бум» бродяга закатил глаза и лишился чувств.</p><p>Лумиан тут же вернулся в тень, стремительно скользнул за спину другого бродяги и, опередив его второй выстрел, обрушил кулак ему за ухо.</p><p>Едва этот бродяга рухнул на землю, как Лугано уклонился от второй пули, выпущенной последним нападавшим.</p><p>Тем временем прохожие и болтавшие у мостовой старухи разбежались в разные стороны, в панике ища укрытие, отчего вся округа мгновенно опустела.</p><p>Тени пришли в движение, и Лумиан выступил из тьмы прямо сбоку от последнего нападавшего, протянул правую ладонь и мертвой хваткой сжал его шею.</p><p>Почти одновременно с этим рот нападавшего самопроизвольно раскрылся, и оттуда вырвалась тонкая длинная черная тень.</p><p>То была букашка толщиной с палец, по всему телу которой колыхались щетинки, похожие на щупальца.</p><p>Она устремилась прямо к шее Лумиана.</p><p>«Хм!»</p><p>В ноздрях Лумиана на мгновение вспыхнули две бледные беловатые струи света, и странная тонкая черная букашка мгновенно лишилась сил, мягко повалившись вниз прямо в его поднятую левую ладонь.</p><p>И впрямь… Без особого удивления Лумиан разжал правую руку, сжимавшую шею бродяги.</p><p>Белки глаз бродяги вернулись в норму; держа в руке пистолет, он растерянно отступил, прижался к стене и бессильно сполз на землю.</p><p>Не обращая на него внимания, Лумиан с помощью теней быстро переместился к одному из потерявших сознание бродяг и увидел у него на шейном позвонке крошечную, не кровоточащую ранку.</p><p>Оттуда выскочила еще одна тонкая, покрытая щетинками черная букашка, пытаясь сбежать, но ладонь Лумиана, охваченная алым, почти белым пламенем, сжала ее в кулак, и та, потрепыхавшись лишь пару раз, источила аромат готового блюда.</p><p>Вслед за этим Лумиан схожим образом расправился со странным черным червем, выбравшимся из тела второго бродяги.</p><p>Пока всё это происходило, Лугано сидел на корточках у края дороги; его левая ладонь мерцала чистым мягким светом, прижатая к огнестрельной ране на правом боку.</p><p>Жуткая рана, от которой слегка пахло гарью, тут же сжалась, и из нее перестала обильно хлестать кровь.</p><p>Затем Лугано достал кинжал и точным, выверенным движением «выковырнул» из раны желтую блестящую пулю.</p><p>Закончив с этим, он снова заставил левую ладонь засиять слабым светом и прижал рану.</p><p>Плоть закопошилась, быстро срастаясь, и вскоре от раны осталась едва ли пятая часть прежнего размера.</p><p>Лугано нарочно вытянулся минуту назад именно для того, чтобы пуля угодила в то место, которое ему будет удобно лечить!</p><p>Едва он достал бинт и собрался перевязать остаток раны, к нему подошел Лумиан и протянул пустую правую ладонь.</p><p>Лугано понял намерение нанимателя и, возвращая ему клипсу «Ложь», с немалым облегчением произнес:</p><p>«Хорошо, что я „Врач“. Пока не убили наповал на месте, огнестрел — не велика проблема.»</p><p>Лумиан молча надел серебристо-белую клипсу «Ложь», наклонился, прижал пальцы к ране Лугано и провёл по ней, переместив её на тыльную сторону его правой кисти.</p><p>Из-за разницы в расположении и строении, а также благодаря предварительной обработке Лугано, рана сократилась до крошечной ссадины, будто он слегка обдёр руку о шершавую стену.</p><p>«…» — Лугано, глядя на повреждение, не требовавшее даже перевязки, погрузился в долгое молчание.</p><p>Лишь тогда Лумиан усмехнулся:</p><p>«А иначе как ты думал, зачем я велел тебе надеть „Ложь“?»</p><p>«…» — Лугано приоткрыл рот, но так и не нашелся, что сказать.</p><p>Лумиан огляделся по сторонам и прямо приказал:</p><p>'Собери пистолеты у тех троих бродяг, жди полицию и скажи им, что на тебя напали.</p><p>«Дав показания, если не возникнет других дел, бери Людвига и отправляйся к дверям Ордена Изобилия, пусть они восстановят справедливость и защитят порядок в порту Санта.»</p><p>«Хорошо, ладно,» — Лугано поспешно поднялся.</p><p>Сделав пару шагов к оболваненному бродяге, он внезапно спохватился, полуобернулся и выпалил:</p><p>«А вы? Вы куда?»</p><p>В спешке он забыл об уважительном обращении.</p><p>Лумиан лишь усмехнулся и ничего не ответил.</p><p>Я посылаю вас в Орден Изобилия именно затем, чтобы дать им понять, что собираюсь делать, и поставить их в известность!</p><p>Затем Лумиан направился к гостинице «Соло», пока за его спиной на земле вспыхивали языки алого пламени, выжигавшие капли крови, пролитой Лугано.</p><p>По пути Лумиан понизил голос и спросил:</p><p>«Термиборос, ты знаешь таких букашек?»</p><p>Термиборос не отозвался.</p><p>Вернувшись в номер на пятом этаже, Лумиан увидел, как Людвиг с пылающим от нетерпения лицом сам выбежал ему навстречу.</p><p>С мыслью, мелькнувшей в голове, он разжал левую ладонь, демонстрируя трех черных букашек — одну живую и двух обугленных, — и словно между прочим спросил:</p><p>«Ты знаешь, что это такое?»</p><p>Людвиг послушно кивнул и заговорил с невероятной скоростью:</p><p>'Черные букашки Батинса, существа с планеты Хэвэйн-3, богаты различными белками и обладают высоким уровнем энергии. Они любят проникать в человеческое тело через шейные позвонки, брать под контроль нервную систему и заставлять людей действовать в своих интересах.</p><p>'Эти три черные букашки Батинса перестали эволюционировать много поколений назад, поэтому при управлении нервной системой проявляются весьма заметные признаки, такие как скованность движений и закатывание белков глаз.</p><p>'Черные букашки Батинса редко убивают носителя напрямую, но после откладывания яиц растущие личинки высасывают его энергию, что косвенно приводит к смерти носителя.</p><p>'В древние времена многие из их предков получили Благословение. Хотя их потомки больше не обладают способностями Благословения, измененное под действием силы Благословения строение тела передалось им по наследству, и в процессе долгой эволюции возникла вот такая популяция с незначительными потусторонними особенностями.</p><p>«Их можно понимать как особых существ мира духов или деградировавших потусторонних существ.»</p><p>Выпалив эту длинную тираду, Людвиг жадно уставился на Лумиана:</p><p>'Я ответил.</p><p>«Теперь дашь мне их съесть?»</p><p>А ты и впрямь знаешь… Наговорил так, будто всё это правда: черная букашка Батинса, планета Хэвэйн-3 — да что всё это вообще такое… Внеземная планета, о которых рассказывала Аврора? Лумиан слушал, совершенно опешив.</p><p>Что же до желания Людвига съесть черную букашку Батинса, то этому он как раз нисколько не удивился.</p><p>Этот парень способен грызть даже живых крыс!</p><p>К тому же обгоревшие букашки пахли весьма аппетитно.</p><p>Лумиан несколько секунд пристально смотрел на Людвига, а затем протянул ему трех черных букашек Батинса, находившихся в его руке.</p><p>Людвиг не стал скрывать своей радости и сразу отправил в рот двух обугленных, извлекая чудесное ощущение взрывающихся и брызгающих во рту соков.</p><p>Он присощурил глаза, и в его теле, казалось, возникли какие-то странные колебания.</p><p>Лумиан недоуменно нахмурился, наблюдая за этим, но останавливать его не стал.</p><p>Обнаружив с помощью «Очков Тайнозрения», что под человеческой оболочкой Людвига скрывается нечто иное, и сопоставив это с его повседневным поведением и отношением Церкви «Бога Знаний и Мудрости», он догадался, что этот мальчик — Монстр в человеческой шкуре, но запечатанный Церковью «Бога Знаний и Мудрости», которая использует его для выполнения дел, куда неудобно посылать священнослужителей.</p><p>А поскольку Путь «Читателя», которым владеет Церковь «Бога Знаний и Мудрости», включает множество применений на уровне тела разума, то легко понять, почему после запечатывания разум Людвига пострадал, и он стал выглядеть глуповатым.</p><p>Спустя двадцать-тридцать секунд Людвиг открыл глаза, повернулся, подбежал к обеденному столу, взял маленький стальной столовый нож, положил оставшуюся черную букашку Батинса на скатерть, ловко вскрыл её и вычистил немало черных пленок.</p><p>Затем Людвиг налил бокал вина «Манзан», опустил туда эти пленки вместе с панцирем черной букашки Батинса и добавил выжатый из тушки черный сок.</p><p>Лумиан увидел, как светло-золотистая жидкость в бокале быстро окрасилась в темно-красный, почти черный цвет, и покрылась густыми пузырьками.</p><p>Когда пузырьки улеглись, Людвиг поднял этот странный «коктейль».</p><p>Только теперь он, казалось, вспомнил о присутствии Лумиана и, шевеля губами, произнес:</p><p>«Я, я могу немного выпить?»</p><p>Тело разума и впрямь запечатано… Лумиан со смешком вздохнул:</p><p>«Пей.»</p><p>Глоток за глотком Людвиг выпил немногочисленную темно-красную, почти черную жидкость и с довольным видом сказал Лумиану:</p><p>«Приготовленный сок черной букашки Батинса позволяет человеку, выпившему его впервые, в определенной степени укрепить телосложение, а всем пьющим дает способность на два часа парализовать приматов, хм, обязательно через прямой контакт.»</p><p>Это, это он сделал из черной букашки Батинса подобие заклятия? Да еще и с постоянным эффектом и краткосрочной потусторонней способностью… Помимо удивления, Лумиан почувствовал, что Людвиг заметно изменился.</p><p>Раньше он ни разу не проявлял способности готовить подобную пищу!</p><p>Лумиан не стал расспрашивать дальше и спокойным голосом произнес:</p><p>«Позже отведи Лугано к дверям Ордена Изобилия и проследи, чтобы он рассказал Ноэлии о нападении.»</p><p>«Хорошо,» — у Людвига было отличное настроение, и он согласился очень охотно.</p><p>…………</p><p>Когда Людвиг и Лугано добрались до Ордена Изобилия, в портовом районе.</p><p>Лумиан в золотисто-желтой соломенной шляпе вышел на площадь со статуей морской волны и устремил взгляд на серо-черное здание с вывеской «Рыболовная гильдия порта Санта».</p><p>Это древнее замкообразное здание высотой в четыре-пять этажей, по слухам, насчитывало тысячелетнюю историю, а позже было разрушено и восстановлено несколько веков назад.</p><p>Взгляд Лумиана несколько раз скользнул по сложным символам на поверхности стены, состоявшим из «железных крюков», «рыболовных сетей» и прочего, после чего он поправил соломенную шляпу на голове и направился к Рыболовной гильдии.</p></section><section><title><p>Глава 559 Избиение</p></title><p>Глава 559 Избиение</p><p>Обитель Ордена Изобилия в порту Санта располагалась на самом краю города, неподалёку от пригорода, и занимала целую улицу. У неё были собственные поля и фруктовые сады, там разводили разный скот, и когда монахам и монахиням не нужно было выполнять поручения, они трудились здесь, обеспечивая себя всем необходимым.</p><p>Лугано, держа за руку Людвига, поднял взгляд на зелёные вьюны, обвивавшие шпиль монастыря, и на окружённый ими святой символ жизни — схематично нарисованного младенца в окружении колосьев пшеницы, цветов и источников воды, — после чего обратился к подошедшей боевой монахине Ноэлии:</p><p>«На меня напали, я только что из полицейского участка, давал показания.»</p><p>Ноэлия, носившая чёрную с белыми узорами двууголку, совмещавшую религиозную и боевую символику, слегка нахмурилась:</p><p>«А где Луи Бери?»</p><p>Она не стала расспрашивать о подробностях нападения на Лугано, больше обеспокоенная тем, куда делся этот великий авантюрист, Луи Бери.</p><p>Лугано покачал головой и искренне ответил:</p><p>«Я и сам не знаю, он лишь велел мне после дачи показаний прийти сюда и сообщить вам, что на меня совершено нападение.»</p><p>Выражение лица Ноэлии тут же стало немного озабоченным.</p><p>…………</p><p>Портовый район. Перед прочным серо-чёрным зданием Рыболовной гильдии.</p><p>Переодевшийся в белую рубашку, чёрный жилет и коричневые брюки Лумиан в золотисто-жёлтой соломенной шляпе шаг за шагом подошёл к главным воротам.</p><p>Дежурившие здесь двое стражников не имели огнестрельного оружия — подобно многим прохожим, они держали за спинами прямые мечи, а на поясах носили короткие клинки.</p><p>«Кого ты ищешь?» — одновременно вытянули они руки, преграждая путь Лумиану.</p><p>Лумиан «не понимал» языка Плато, поэтому просто вытащил револьвер и спустил курок в небо.</p><p>Под грохот выстрела он прошёл между двумя стражниками и вступил в замкоподобное здание Рыболовной гильдии.</p><p>Оба стражника переглянулись и в замешательстве не стали его останавливать.</p><p>Один из них побежал к портовому полицейскому участку, а другой развернулся и бросился внутрь серо-чёрного здания, пытаясь доложить своему непосредственному начальству и узнать, как поступить.</p><p>Лумиан, держа револьвер, продвигался не быстрыми и не медленными шагами. Впопыхах уклонявшиеся клерки и снующие повсюду люди бросали на него неоднозначные взгляды, пока он пересекал холл и поднимался по лестнице, ведущей к кабинетам членов комитета.</p><p>Когда он уже подходил ко второму этажу, перед ним неожиданно возникла фигура.</p><p>У этого человека была бронзовая кожа, широкое и крепкое телосложение, чёрные волосы и голубые глаза — это был тот самый молодой человек, который ранее поддерживал главу Рыболовной гильдии Хуана Оро.</p><p>Он приходился внуком этому старику — Фернандес Оро.</p><p>Фернандес, глядя сверху вниз на шаг за шагом поднимавшегося Лумиана, сквозь зубы процедил:</p><p>«Ты смеешь силой врываться в гильдию!»</p><p>Лумиан даже не обратил на него внимания и, не ускоряя и не замедляя шага, направился к входу на второй этаж.</p><p>Фернандес сдержал эмоции на лице, слегка ссутулил спину, и в его глазах будто блеснули искорки света.</p><p>Внезапно Лумиан почувствовал, что свет вокруг заметно потускнел.</p><p>В то же время на его макушку надавила невидимая сила, а ноги опутали слои незримых оков.</p><p>От этого у него возникло ощущение, будто он резко стал ниже, а его тело качнулось, тогда как Фернандес словно вырос и преградил путь свету, проникавшему из коридора, отбрасывая густую тёмную тень.</p><p>Топ!</p><p>Сделав шаг вперёд, он сжал правый кулак и обрушил его на голову Лумиана.</p><p>Раздался свистящий гул ветра — этот кулак, подобно молоту, беспрерывно ускорялся, словно притягиваемый магнитом.</p><p>Лумиан поднял голову — внутри него что-то взорвалось, пробивая печать.</p><p>Его бёдра внезапно раздались в объёме, натянув свободные коричневые брюки, а сам он будто вырос на целый порядок, отчего рукава и штанины задрались вверх, застряв на раздувшихся мышцах.</p><p>Бум!</p><p>Он ответил ударом левого кулака, который, подобно артиллерийскому снаряду, устремился навстречу кулаку Фернандеса.</p><p>Столкновение отозывалось грохотом, от которого лестница содрогнулась и качнулась.</p><p>Не в силах выдержать эту невероятную мощь, Фернандес отступил на два шага назад, однако на его лице не было и следа страха — напротив, на нём мелькнула радость.</p><p>При отступлении его глаза стали чрезвычайно глубокими, но в них таился яркий блеск.</p><p>Он поднял левую руку, и на кончиках его необычайно огрубевших пальцев быстро сгустилось насыщенное тёмно-зелёное сияние.</p><p>Это сияние обратилось в луч, который бесшумно устремился к Лумиану, застывшему на месте после недавнего столкновения.</p><p>Фернандес с самого начала выбрал ближний бой именно для того, чтобы создать возможность для этого луча, способного разрушать структуру человеческого тела, быстро ослаблять цель и наносить внутренние увечья.</p><p>Опасный тёмно-зелёный луч мало в чём уступал скорости света, и не успевший уклониться заранее Лумиан мог лишь беспомощно смотреть, как тот попадает ему в область груди и живота.</p><p>Однако тёмно-зелёный луч прошёл насквозь — поражённое им было всего лишь иллюзией.</p><p>Сразившись с Фернандесом при помощи силы, накопленной «Аскетом», Лумиан вовремя прогнулся назад, замерев на месте в форме мостика, чтобы уклониться от возможного внезапного удара.</p><p>В этом процессе он также задействовал «Лик Нисса», создав на основе нижней части тела иллюзию, будто он всё ещё стоит прямо!</p><p>Тёмно-зелёный луч постепенно рассеялся и ушёл в стену на повороте лестницы.</p><p>На поверхности тела Лумиана внезапно взвилось алое, почти белое пламя.</p><p>Превратившись в огненный шар, он со свистом устремился к едва успевшему твёрдо встать на ноги Фернандесу.</p><p>Зрачки Фернандеса заметно сузились, будто от ослепительного вспыхнувшего огня.</p><p>Он резко завалился в сторону, сжал правый кулак и потянул его вниз.</p><p>Лумиан тут же почувствовал, как невидимая сила тянет его к земле.</p><p>Без страха и гнева он развеял пламя, явив свой облик, и обеими ногами ступил на пол коридора.</p><p>Грохот!</p><p>Всё ещё имея внушительные габариты, он тяжело затопал и среди лёгкого содрогания здания в один шаг очутился перед только что поднявшимся Фернандесом, обрушив на него левый кулак с алым, почти белым пламенем.</p><p>Фернандес не успел применить потусторонние способности и мог лишь скрестить руки в спешном блоке.</p><p>Бум!</p><p>Пламя взорвалось, и Лумиан одним ударом отправил молодого человека в полёт: тот врезался в приоткрытую дверь бокового кабинета и разгромил письменный стол из натурального дерева.</p><p>Воспользовавшись тем, что у Фернандеса кружилась голова и всё тело ломило от боли, Лумиан двумя стремительными шагами устремился вслед за ним, ворвался в кабинет и снова замахнулся левым кулаком,</p><p>Алое, почти белое пламя взвилось на его кулаке, озарив всю комнату необычайно ярким светом.</p><p>Грохот!</p><p>Этот удар пришёлся прямо в грудь Фернандеса, отозвавшись подобно взрыву.</p><p>Разлетавшиеся искры огня под воздействием невидимой силы не смогли полностью разворотить грудь Фернандеса, однако продавили её внутрь, отчего у цели потемнело в глазах.</p><p>Лумиан остановился и с безразличным видом взглянул на находящегося в полубессознательном состоянии Фернандеса, после чего поднял левую руку.</p><p>Огромный, алый, почти белый огненный шар быстро сгустился и сжался слоями, готовясь сыграть роль Жнеца.</p><p>В следующую секунду огненный шар устремился вперёд, захватив Фернандеса в качестве цели.</p><p>Внезапно он взмыл вверх, миновал цель и врезался в стену за письменным столом.</p><p>Грохот!</p><p>Ослепительно-белое с алым оттенком пламя пробило стеклянное окно, разнесло стену и вырвалось наружу здания Рыболовной гильдии, взмыв в воздух пылающим облаком.</p><p>Практически одновременно Лумиан почувствовал, что оказался в тёмной, глубокой пустоте, где вдалеке мерцали, будто моргая, яркие звёзды.</p><p>Он снова увидел Хуана Оро — этого глубоко изборождённого морщинами старика.</p><p>Как раз в этот миг Ноэлия выбежала на площадь, где возвышалась скульптура морской волны, и крикнула в пролом здания, откуда на землю вывалилась оконная рама:</p><p>«Остановитесь!»</p><p>Услышав голос боевой монахини, Лумиан сожалеюще вздохнул, развернул револьвер и убрал его обратно в подмышечную кобуру, после чего Хуан Оро перед ним и окружавшая их пустота исчезли.</p><p>Спустя несколько минут Хуан Оро, опираясь на трость, вышел из серо-чёрного здания Рыболовной гильдии и низким голосом сказал Ноэлии:</p><p>«Он напал на Фернандеса, вы обязаны арестовать его!»</p><p>Ноэлия окинула главу Рыболовной гильдии взглядом и ледяным тоном произнесла:</p><p>'Тогда не стоит ли пригласить и Фернандеса в полицию для оказания содействия в расследовании перестрелки на улице Аквины?</p><p>«Будьте все немного хладнокровнее и сообща поддерживайте порядок в порту Санта, а не то вы ведь не думаете, что у Церкви нет способов справиться с вами?»</p><p>Произнеся последние слова, боевая монахиня взглянула на Лумиана, предостерегая и его, дабы продемонстрировать беспристрастность.</p><p>Хуан Оро на мгновение умолк, после чего произнёс:</p><p>«Я ничего не знаю ни о какой перестрелке на улице Аквины.»</p><p>Сказав это, он повернулся, опираясь на трость, и ковыляющей походкой пошёл обратно в Рыболовную гильдию, где ему навстречу поспешили несколько клерков, чтобы поддержать под руки.</p><p>Увидев это, Ноэлия вместе с членами своего боевого отряда «конвоировала» Лумиана прочь отсюда.</p><p>Покинув портовый район, боевая монахиня велела подчинённым умерить шаг и рассредоточиться, а сама пошла бок о бок с Лумианом.</p><p>«Когда ты идёшь напролом, ты ставишь нас в очень неловкое положение. Порядок, понимаешь? Внешний порядок необходимо сохранять, — Ноэлия подняла руку и помассировала виски. — К счастью, ты не убил Фернандеса по-настоящему, иначе мне пришлось бы арестовать тебя.»</p><p>Лумиан усмехнулся и ответил:</p><p>«Если бы я действительно хотел убить Фернандеса, он не дождался бы ни твоего вмешательства, чтобы остановить бой, ни спасения от Хуана Оро.»</p><p>И это была правда.</p><p>Ноэлия опешила, задумалась на пару секунд и промолвила:</p><p>'Показать наблюдающим со стороны своё отношение, силу и… уверенность?</p><p>«И заодно заставить Хуана Оро неверно оценить твои возможности на основе этого боя?»</p><p>Лумиан ничего не ответил и с улыбкой на лице, глядя перед собой, спросил:</p><p>«Куда в итоге делись прежние „Морские Губернаторы“?»</p><p>Ноэлия ненадолго умолкла, после чего произнесла:</p><p>«Официально их отправляли в разные другие края, однако, по результатам наших наблюдений, спустя период от четырёх-пяти месяцев до максимум трёх лет все эти „Морские Губернаторы“ таинственно исчезали в неизвестном направлении. На месте обычно не оставалось следов борьбы, да и с их семьями ничего не случалось.»</p><p>Сами вернулись в море? Лумиан усмехнулся и сказал:</p><p>«Видишь? Вот и польза от того, что я только что избил Фернандеса.»</p><p>Церковь Матери-Земли изъявила желание поделиться более подробными сведениями.</p><p>Ноэлия не стала сердиться и с улыбкой проговорила:</p><p>'Никто не станет выкладывать все заклады с самого начала.</p><p>«Когда твоё расследование дойдёт до определённого этапа, мы предоставим и кое-что ещё.»</p><p>Лумиан взглянул на лазурное море сбоку от себя и, немного подумав, сказал:</p><p>«Ты так и не сказала, какой именно цели ваша Церковь Матери-Земли хочет достичь во всём этом деле.»</p><p>Взгляд Ноэлии слегка качнулся. Она внезапно подняла руку и, указывая на спорящих прохожих впереди, громко крикнула:</p><p>«Уличные драки запрещены!»</p><p>Не успел ещё эхом отзвучать её голос, как она вместе со своими подчинёнными уже устремилась туда, оставив Лумиана одного на месте.</p><p>Лумиан насмешливо фыркнул и медленно покачал головой.</p><p>…………</p><p>Поздней ночью Лумиан уже собирался раздеться и лечь спать, как вдруг услышал низкий, хриплый, будто сдерживающий что-то голос «Рыцаря Мечей»:</p><p>«Нашлись зацепки касательно местонахождения двух целей.»</p></section><section><title><p>Глава 560 Цель</p></title><p>Глава 560 Цель</p><p>Так быстро? Лумиан не ожидал, что всего за один день расследование «Рыцаря Мечей» принесет результаты.</p><p>Повинуясь инстинкту, он повернулся боком и направил взгляд на ростовое зеркало.</p><p>Тот «Рыцарь Мечей» с растрепанными каштановыми волосами и бледным лицом неизвестно когда уже появился там.</p><p>«Только зацепка?» — Лумиан мысленно перебрал недавние слова собеседника и выделил главное.</p><p>«Рыцарь Мечей» окинул Лумиана взглядом, полным крайнего подавления и сдержанности, и сказал:</p><p>«На второй день после прибытия в порт Санта они посетили судоарендную компанию Балансат, спросили, сколько рисо будет стоить аренда лодки для выхода в море на рыбалку, после чего больше не появлялись.»</p><p>Услышав ответ «Рыцаря Мечей», в голове Лумиана подсознательно мелькнула мысль:</p><p>А ведь довольно романтично, не сплоховала комбинация из полтора интисца и полу-фейнапотца — надо же, выбрать рыбалку в море в качестве свидания!</p><p>Если бы Норфи не имела статуса ребенка «Морской Служанки», а местом действия не являлся порт Санта, стремление к романтике, возможно, и было бы ближе к истинной цели аренды судна, но, к сожалению, у реальности нет наклонения «если». Поразмышляв, Лумиан всерьез задумался о настоящей причине такого поступка Норфи и Батнера.</p><p>— В порту Санта много рыбаков, но не у каждого есть собственное рыболовное судно. Эти рыбаки из нижних слоев либо нанимаются работать на чужих судах, получая доход из относительно фиксированного денежного вознаграждения и части улова, либо кооперируются по несколько человек, чтобы купить или арендовать подходящую для выхода в море рыболовную лодку. Судоарендная компания Балансат в основном зарабатывает именно на этом, что же касается доходов от экскурсий и морской рыбалки среднего класса и туристов, то они невелики — порт Санта не славился как туристический город.</p><p>Пока Лумиан погружался в раздумья, «Рыцарь Мечей» продолжил:</p><p>«Попытка узнать цену исходила от женщины по имени Норфи, однако мужчина по имени Батнер на протяжении всего времени активно сотрудничал и не проявлял ни малейшего сопротивления.»</p><p>Батнер ведь не решил всерьез, будто рыбалка в море — это свидание? Для интисца это действительно то, чего стоит ждать с нетерпением, с чего бы ему сопротивляться? Арендовать лодку и выйти в море… Что же на самом деле задумала Норфи? Во время церемонии Моления Морю перехватить на полпути то особое судно с будущим «Морским Губернатором»? Или загрузить целую лодку пороха и протаранить ее напрямую, оборвав жизни «Морского Губернатора» и «Морской Служанки»? Или же незаметно следовать за ними, чтобы в ключевой момент занять их место? Мысли Лумиана роились, порождая самые разные догадки.</p><p>Внезапно он кое-что вспомнил.</p><p>В сведениях о церемонии Моления Морю, собранных им из различных источников, упоминалась одна деталь:</p><p>Заключительный и самый главный этап Морского жертвоприношения проводился в особой акватории за пределами порта, и те, кто не последовал туда, не знали ни деталей Морского жертвоприношения, ни того, где находится эта акватория.</p><p>При этой мысли Лумиана озарило, и он сделал новое предположение:</p><p>«Мать Норфи была 'Морской Служанкой», бежавшей из порта Санта. Она непременно бывала в той особой акватории и могла передать соответствующую информацию своей дочери.</p><p>'Цель аренды лодки Норфи — отправиться в ту особую акваторию?</p><p>'Что там находится?</p><p>'Самый главный этап Морского жертвоприношения в церемонии Моления Морю проводится именно там. Означает ли это, что где-то в той акватории спрятана какая-то вещь, сущность или сила, а суть церемонии Моления Морю заключается в заимствовании у неё уникальности?</p><p>«Норфи хочет забрать этот предмет, присвоить его себе и стать вечным 'Морским Губернатором»? Или же полностью уничтожить его, положив конец долгой истории порта Санта по выбору «Морского Губернатора» и «Морских Служанок» и проведению церемонии Моления Морю?</p><p>«Если бы этот предмет действительно можно было легко забрать и взять под свой контроль, члены комитета Рыболовной гильдии сделали бы это давным-давно. В большинстве случаев человеческая природа эгоистична, и никто бы не стал оставлять хорошую вещь ребенку 'Морской Служанки». Разве что та «Морская Служанка» после побега из порта Санта столкнулась с иными обстоятельствами и узнала, как приблизиться, как получить и как избежать опасности…</p><p>«По сравнению с завладением, уничтожение может оказаться немного проще…»</p><p>Пока эти мысли проносились в его голове со скоростью молнии, Лумиан слегка приподнял голову.</p><p>Неужели цель той розыгрышной выходки ключевых членов «Дня дурака» заключалась в том, чтобы украсть тот предмет или всю его уникальность?</p><p>Преуспели ли они?</p><p>Это был весьма ключевой вопрос.</p><p>«Рыцарь Мечей» молча смотрел на Лумиана, не перебивая его размышлений, стоя там подобно трупу.</p><p>Спустя некоторое время Лумиан с легким любопытством спросил:</p><p>«Как тебе удалось всего за один день отследить часть маршрута Норфи и Батнера?»</p><p>«Рыцарь Мечей» ответил глухим голосом:</p><p>'Получил информацию из мира духов, а затем проверил всё на месте.</p><p>«После того как они покинули судоарендную компанию Балансат, все сопутствующие сведения были скрыты или уничтожены, найти их больше невозможно.»</p><p>'Разве это не принцип действия некоторой прорицательной магии… Норфи и Батнер не прибегали к контргаданию до визита в судоарендную компанию, но сделали это после ухода?</p><p>'Это нелогично. Либо ты не делаешь его вовсе, либо делаешь на протяжении всего пути, если только они оба не полные новички, которые вспомнили о необходимости контргадания только после того, как спросили цену аренды лодки…</p><p>«Хм, более разумное объяснение заключается в том, что аренда судов тоже относится к сфере рыболовства и морской торговли и тесно связана с членами комитета Рыболовной гильдии. Расспросы двух чужаков, Норфи и Батнера, о стоимости аренды лодки привлекли внимание, их личности были разоблачены, и они пассивно 'исчезли»…</p><p>«Записка, сообщившая мне о том, что Норфи — ребенок „Морской Служанки“, исходила от владельца или одного из акционеров судоарендной компании Балансат?» — Ход мыслей Лумиана постепенно прояснялся.</p><p>Глядя на «Рыцаря Мечей», он колебался, как попросить того продолжить расследование.</p><p>В этот момент «Рыцарь Мечей» сам взял инициативу:</p><p>«Я проведу дальнейшее расследование со стороны судоарендной компании.»</p><p>«Спасибо,» — искренне поблагодарил Лумиан.</p><p>Вслед за этим он увидел, как силуэт «Рыцаря Мечей» стремительно стал прозрачным и исчез.</p><p>Превратился в существо душевной формы? «Призрак»? На этот раз Лумиан разглядел больше деталей.</p><p>Это заставило его задуматься, не принадлежит ли «Рыцарь Мечей» к «Фракции Воздержания» церкви «Шута», а его последующая поездка на Южный континент связана с противостоянием «Фракции Потакания» Школы Розы.</p><p>Не став размышлять дальше, он снял одежду, переоделся в поношенную добела хлопковую рубашку и лег на кровать.</p><p>…………</p><p>Глубокая ночь в Трире. Франка, одетая в плотное суконное пальто и брюки, весьма подчеркивающие изгибы ее ног, шагала в сапогах под то появляющимся, то исчезающим светом уличных фонарей.</p><p>Хотя она не красилась и намеренно скрывала лицо с помощью тьмы и теней, все равно находилось немало пьянчуг, которым было достаточно лишь увидеть её со спины или сбоку, чтобы подойти заговорить или спросить цену, ведя себя точно мелкие мошки, кружащие летним вечером вокруг газовых фонарей.</p><p>Пах!</p><p>Франка слегка качнула конским хвостом и ударом ноги с разворота отправила в полет очередного приставучего пьяницу.</p><p>Тот пьянчуга жалобно закричал и с шумом заляпал всю землю рвотой.</p><p>Франка брезгливо скривила губы и беззвучно пробормотала себе под нос:</p><p>'«Наслаждение» — это и впрямь столько хлопот… Днем еще ладно, разбушеваться пытаются разве что некоторые самоуверенные типы, но стоит выйти ночью — вокруг сплошная злоба, даже те, кто изображает героев, спасающих красавиц, делают это лишь ради последующего знакомства…</p><p>«Впрочем, все эти мерзавцы приходят с воображаемой радостью и ожиданиями, а в итоге получают лишь трепку и соответствующую боль. Хм, можно ли считать это упрощенной версией того, как наслаждение приносит боль?»</p><p>Именно для того, чтобы ощутить это и проверить, получится ли найти шанс для усвоения зелья, Франка и не стала погружаться в тени, чтобы идти невидимой для всех.</p><p>Пройдя еще немного, Франка ступила в тени и пришла в то пустое помещение, где ранее встречалась с «007».</p><p>Тот соратник сказал, что уже навел справки по церковным материалам и муниципальным архивам о древнем склепе возле «Пещеры Безумных Грибов» на четвертом ярусе подземных катакомб, но говорить об этом в телеграфной группе было неудобно — как-никак, какими бы хорошими ни были отношения, про осторожность забывать нельзя. Поэтому он оставил собранные сведения на этом пункте связи, чтобы Франка забрала их сама.</p><p>Франка немного поискала и обнаружила два сложенных тонких листка бумаги.</p><p>Она сразу развернула их и быстро пробежала глазами — для «Ассасина» даже самая непроглядная тьма не могла помешать разглядеть текст:</p><p>«Древний склеп, где вы нашли 'осколок зеркального мира», принадлежал высокоаристократическому роду империи Тюдоров Четвертой Эпохи.</p><p>'Их фамилия — Тамара.</p><p>'Кому именно из членов рода Тамара принадлежал тот склеп, соответствующей информации я пока не нашел, но обнаружил одну странную вещь:</p><p>«Не только на четвертом ярусе подземных катакомб есть несколько склепов рода Тамара, но и на третьем ярусе тоже — например, „Склеп Терний и Щитовой Стены“, „Склеп Праведника“ и другие. Почему они расположены не вместе…»</p><p>При этих словах взгляд Франки внезапно замер.</p><p>Разве «Склеп Терний и Щитовой Стены» — это не тот самый склеп, где Дженна завершила задание с помощью слезницы?</p><p>Задание, использованное им как предлог, касалось рода Тамара, и склеп, где был получен «осколок зеркального мира», тоже принадлежал роду Тамара!</p><p>Не слишком ли много совпадений?</p><p>Неужели это проявление законов мистицизма?</p><p>Успокоив чувства, Франка прочитала следующее:</p><p>«…Что касается рода Тамара, с моим рангом получить более подробную информацию пока невозможно, так что придумай что-нибудь сама.»</p><p>Хм… Франка слегка кивнула, уже решив доложить обо всем госпоже «Суд», надеясь получить определенные сведения и подсказки от «Клуба Таро».</p><p>…………</p><p>Раннее утро, порт Санта, улица Аквины.</p><p>В доме по диагонали напротив гостиницы «Соло» Лумиан, уже сменивший облик, стоял у окна комнаты. Держа в руках новое удостоверение личности от Валерио, он вглядывался в тот номер, где проживал сам, Лугано и Людвиг, а также на улицу внизу.</p><p>Сейчас он хотел отыгрывать роль обычного охотника за головами, который принял тайное поручение и ведет наблюдение за Великим авантюристом Луи Бери.</p><p>После его решительных действий за последние несколько дней все осведомленные лица во всем порту Санта, должно быть, узнали, что появился некий Великий авантюрист, желающий расследовать церемонию Моления Морю, и среди них с высокой вероятностью были ключевые члены «Дня дурака», включая «Барда»!</p></section><section><title><p>Глава 561 Род Тамара</p></title><p>Глава 561 Род Тамара</p><p>Лумиан пил сброженный виноградный сок, купленный у уличного торговца, и в расслабленном состоянии наблюдал за апартаментами, снятыми Великим авантюристом Луи Бери, время от времени посматривая вниз на улицу Аквины, оглядываясь по сторонам и выискивая возможных других наблюдателей.</p><p>Более получаса назад он сменил одежду, изменил внешность, напрямую «Телепортировался» в соседний квартал и вернулся пешком, сняв этот номер в подходящем месте.</p><p>Вскоре Лумиан увидел, как Лугано робко вышел из двери, чтобы приготовить дополнительный завтрак для Людвига, и не удержался от тихого смешка.</p><p>Этот парень перепугался вчерашнего нападения.</p><p>Но если только у шайки из Рыболовной гильдии Потусторонние силы не разъели мозги до такой степени, что они не способны управлять своими эмоциями и мыслить здраво, они вряд ли снова придут убивать Лугано, этого переводчика и гида, ведь вчерашняя реакция Великого авантюриста Луи Бери четко и ясно говорила всем:</p><p>Если не можете прикончить меня напрямую, не пытайтесь цепляться к людям из моего окружения. Вы можете устраивать покушения — и я, Луи Бери, могу делать то же самое. Среди членов вашей Рыболовной гильдии, их детей и потомков всегда найдутся те, кто останется без защиты, или чьих сил недостаточно, или кто путешествует небольшой компанией. Как думаете, осмелюсь ли я действовать, хватит ли у меня сил?</p><p>Или ищите возможность сокрушить меня всеми силами, или ведите себя смирно!</p><p>Перед лицом такого «ответа» члены комиссии Рыболовной гильдии, будь у них хоть капля здравого смысла, прекрасно поняли бы, как поступить. Великий авантюрист Луи Бери — не официальный Потусторонний и не полицейский, рассчитывать на то, что он будет соблюдать законы и не тронет родственников, совершенно нереалистично.</p><p>К тому же, судя по его поведению в последние дни и слухам, он — авантюрист, любивший подражать Герману Воробью, известному своей радикальностью, безумием и хладнокровием. На что только не способен такой человек?</p><p>Разумеется, Лумиан не стал бы проявлять полную беспечность. Впредь Лугано либо будет ходить в «сопровождении» Людвига, либо останется под его постоянным наблюдением. В конце концов, помимо Рыболовной гильдии, в порту Санта в тени кроется немало парней, желающих воспользоваться случаем для достижения собственных целей. Они могут притвориться людьми из Рыболовной гильдии, напасть на переводчика и крестника Великого авантюриста Луи Бери, обострить его противоречия с Рыболовной гильдией и спровоцировать конфликт раньше времени.</p><p>Если «Заговорщик» упустит из виду заговор даже такого уровня, он абсолютно профнепригоден.</p><p>Дождавшись, пока Лугано накупит кучу еды на завтрак и вернется в апартаменты на 5 этаже гостиницы «Соло», Лумиан отвел взгляд от стула с высокой спинкой в слепой зоне обеденного стола, на котором будто бы висела золотисто-желтая соломенная шляпа, развернулся и вышел из комнаты, намереваясь прогуляться поблизости.</p><p>Едва войдя в коридор, он увидел у лестничной площадки мужчину ростом чуть ниже метра семидесяти, но весьма крепкого телосложения.</p><p>Тот был шатеном с карими глазами и грубой кожей; держа во рту особую сигарету с длинным мундштуком, он уставился на Лумиана.</p><p>Он спросил на языке Плато:</p><p>«Кто подослал тебя следить за Луи Бери?»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>'А разве ты пришел сюда не для того, чтобы следить за Луи Бери?</p><p>«Я даже не спросил, кто подослал тебя, с чего вдруг ты спрашиваешь меня?»</p><p>Он говорил на таком же беглом языке Плато.</p><p>Мужчина с сигаретой с длинным мундштуком подумал несколько секунд, согласно кивнул и уступил дорогу к лестнице.</p><p>Лумиан прошел мимо него, шаг за шагом спускаясь вниз.</p><p>Глядя Лумиану в спину, мужчина прищурился, и его взгляд постепенно стал опасным.</p><p>Он поднял левую руку и слегка повернул особую сигарету с длинным мундштуком.</p><p>Затем глубоко вдохнул и со всей силы дунул в «мундштук».</p><p>Бесшумно и незаметно тонкая стальная игла вылетела из обугленного табака и устремилась прямо в спину Лумиана, находившегося менее чем в двух метрах.</p><p>Это была духовая трубка, происходившая от некоторых племен первобытных джунглей Южного континента. Но большинство тех духовых трубок достигали метра-двух в длину и совершенно не подходили для скрытного ношения и внезапных нападений. Позже, после модификации охотниками за головами, верившими в «Бога Пара и Машин» и обладавшими сильными практическими навыками, появилась ослабленная версия, лишь немного превосходившая по длине обычную сигарету.</p><p>Повысив портативность и скрытность, она неизбежно потеряла в убойной силе, а дальность стрельбы сократилась до четырех-пяти метров. Однако в сочетании со специальными стрелами, содержащими анестезирующие или смертельные яды, она всё еще обладала высокой практической ценностью и пользовалась популярностью у многих охотников за головами как на Южном, так и на Северном континентах.</p><p>Мужчина, напавший на Лумиана, спрятал её в сигарете с длинным мундштуком именно для того, чтобы усыпить бдительность цели и дождаться возможности подобраться поближе.</p><p>Его цель заключалась в том, чтобы схватить противника и выпытать, кто его наниматель.</p><p>Стальная игла мелькнула вспышкой, но Лумиан, словно заранее всё предвидя, в момент выдоха мужчины за спиной резко согнулся в пояснице и сместил позвоночник в сторону, уклонившись от духовой стрелки в невероятно изогнутой, неестественной позе.</p><p>С легким глухим звуком стальная игла вошла в деревянную лестницу.</p><p>В следующую секунду глаза нападавшего широко раскрылись: он увидел, как цель наносит удар кулаком из позы, превосходящей человеческую гибкость.</p><p>Бам!</p><p>Он потерял сознание.</p><p>Лумиан вернулся из состояния тела, скрученного буквально в крендель, нагнулся, поднял нападавшего и затащил его в снятый номер.</p><p>Затем, пока тот еще пребывал в беспамятстве, Лумиан влил ему немного сыворотки правды, рассчитал время и привел его в чувство.</p><p>Вглядываясь в это ничем не примечательное обычное лицо, нападавший в некоторой панике закричал:</p><p>'Я всего лишь хотел усыпить тебя и в каком-нибудь месте выпытать, кто твой наниматель!</p><p>«Яд на стреле — просто анестетик!»</p><p>Сидевший перед ним на корточках Лумиан с ухмылкой сказал:</p><p>«Теперь моя очередь спрашивать: кто твой наниматель?»</p><p>«Хуан Оро!» — выпалил шатен с карими глазами.</p><p>Лумиан с усмешкой переспросил:</p><p>«Неужели?»</p><p>«Да… Нет, на самом деле это другой человек…» — дойдя до этого места, мужчина в ужасе захлопнул рот.</p><p>Лумиан мягко подвел его дальше:</p><p>«Так кто же?»</p><p>Мужчина барахтался несколько секунд и, не в силах совладать с собственным ртом, ответил:</p><p>«Рувио Пако.»</p><p>Рувио, значит… Зачем он за мной следит? Хочет с помощью действий Великого авантюриста извлечь какую-то выгоду? И поэтому он не стал тайно выходить на меня с информацией? — Лумиан слегка кивнул и выпрямился:</p><p>«У тебя изо рта воняет, не забывай чаще чистить зубы.»</p><p>«…» Нападавший выглядел абсолютно растерянным, не понимая, почему тема сменилась на это, но всё же «пассивно» ответил: — Я и вправду не люблю чистить зубы.</p><p>Лумиан с отвращением покачал головой, не став забирать духовую трубку в качестве трофея, и напрямую вышел из комнаты, бросив напоследок:</p><p>«Не забудь запереть за мной дверь.»</p><p>…………</p><p>Трир, район Пантеона, квартира, которую снимали Франка и Дженна.</p><p>Они уже получили письмо, присланное госпожой «Суд» в ответ через кролика Шазо.</p><p>Кролик Шазо, носивший уменьшенную версию цилиндра, уменьшенную версию очков в золотой оправе и уменьшенную версию черного тренча, перед уходом озвучил просьбу:</p><p>«Можно ли заменить плату за следующие пять доставок писем кастомным маленьким револьвером?»</p><p>Дженна слегка приоткрыла рот и, замерев на несколько секунд, произнесла:</p><p>«Можно.»</p><p>Затем она спросила:</p><p>«А ты не можешь сам сотворить один такой?»</p><p>Прямо как цилиндр, очки и тренч на тебе.</p><p>«От них нет никакой реальной пользы, но я хочу, чтобы у того револьвера она была, и патроны тоже должны быть особыми,» — серьезно объяснил кролик Шазо.</p><p>Дженна похлопала глазами и согласилась.</p><p>Когда Посланник ушел, Франка с весьма странным выражением лица произнесла:</p><p>«Почему мне кажется, что он переключился с погони за знаниями на погоню за силой?»</p><p>Дженна хотела было заступиться за кролика Шазо двумя словами, но в тот момент не нашла подходящих выражений и смогла лишь произнести «Чёрт»:</p><p>'Это не так уж и плохо, может быть, в будущем он даже сможет помогать мне в бою!</p><p>«К тому же, чем выше боевая сила Посланника, тем безопаснее сам процесс доставки писем.»</p><p>Франка, у которой не было Посланника, внезапно почувствовала укол зависти и, не став больше ничего говорить, развернула ответное письмо госпожи «Суд»:</p><p>'Род Тамара был одной из пяти великих аристократических семей эпохи империи Тюдоров Четвертой Эпохи, обладал наследственным герцогским титулом и стоял в одном ряду с тем самым Амоном, о котором вы знаете, пусть и уступая ему по статусу.</p><p>«В ту эпоху, когда боги ходили по земле, семья, способная стать великими аристократами, непременно обладала силой уровня Ангела. А согласно имеющимся сведениям, еще до того, как Алиста Тюдор стал 'Кровавым Императором», род Тамара уже просуществовал много лет и являлся знатным родом предыдущей империи.</p><p>'У них была одна смена герба и два внутренних распада; именно по этой причине члены рода Тамара разных периодов погребены на разных уровнях подземного склепа.</p><p>'Их самый первый герб состоял из терний, стены из щитов и вертикального длинного меча, а позже превратился в двустворчатую дверь, где щелью между створками служил тот самый вертикальный длинный меч.</p><p>«Это означает, что род Тамара пережил очень крупную трансформацию: от преимущественного Пути 'Судьи» они перешли к преимущественному Пути «Ученика», однако соответствующий исторический материал пока не появлялся.</p><p>«Небольшое число членов рода Тамара, придерживающихся Пути 'Судьи», дожили до наших дней и скрытно ведут активную деятельность.</p><p>«Другая часть рода Тамара еще в период империи Тюдоров установила весьма тесные связи с Кланом Ведьм. К Пятой Эпохе возникла тайная организация под названием 'Орден Гнозиса», в которой прослеживаются как следы «ведьм», так и Путь «Ученика» со стороны Тамара. Есть все основания полагать, что они продолжают сотрудничать.</p><p>'Эта часть рода Тамара пребывает в расколе с остальными Тамара уже много лет, и они не признают друг друга.</p><p>«Среди Тамара, придерживающихся Пути „Судьи“, также произошел раскол, конкретные подробности неизвестны…»</p><p>Увидев это, Франка и Дженна одновременно подумали: так и есть.</p><p>Род Тамара и впрямь имела определенную связь с «ведьмами»!</p><p>Обе продолжили читать дальнейшее содержимое письма:</p><p>«Человек, направивший вас к склепу рода Тамара и помогший обнаружить тот „осколок зеркального мира“, судя по всему, тоже действует против того особого зеркального мира и Секты Демонессы. Вам пока не о чем беспокоиться, достаточно проявлять осторожность к совпадениям вокруг себя, а также к кражам и мошенничеству…»</p><p>…………</p><p>В последующие несколько дней Лумиан не подвергся ни одному нападению, как и Лугано с Людвигом.</p><p>Порт Санта, казалось, снова вмиг погрузился в тишь да гладь, и наблюдавшие из тени люди не собирались делать больше ни шагу вперед.</p><p>Как раз когда Лумиан размышлял, не стоит ли предпринимать что-то еще, чтобы успеть прояснить все детали до начала церемонии Моления Морю в начале ноября, «Рыцарь Мечей» принес новые новости о Норфи и Батнере.</p><p>С лицом, как и всегда бледным, он сказал Лумиану:</p><p>«Обнаружены подозреваемые, похитившие две цели. Мне действовать самому или пойдем вместе?»</p><p>Лумиан взвесил всё на мгновение и сказал:</p><p>«Вместе.»</p></section><section><title><p>Глава 562 Первоклассный союзник</p></title><p>Глава 562 Первоклассный союзник</p><p>Сделав выбор, Люмиан только тогда получил возможность спросить:</p><p>«Кто подозреваемый?»</p><p>«Лато Жиаро», — назвал имя «Рыцарь Мечей».</p><p>Люмиан знал этого человека: он также был членом комитета Рыболовной гильдии, владел не только тремя крупными рыболовными судами и акциями рыболовной компании порта Санта, но и занимался судостроением и производством льда, а кто-то из его семьи еще более века назад взял в жены «Морскую Служанку».</p><p>Люмиан задумчиво задал еще один вопрос:</p><p>«Какое отношение Лато Жиаро имеет к судоарендной компании „Балансат“?»</p><p>«Он кредитор этой компании и устроил туда немало членов своей семьи», — коротко ответил «Рыцарь Мечей».</p><p>«Неудивительно», — Люмиан слегка кивнул и, немного подумав, произнес: — «Встретимся на пересечении улицы Святой Ланы и улицы Золотого Колоса, как насчет того, чтобы через три минуты?»</p><p>Он не бывал в месте, где жила большая семья Лато Жиаро, и не знал соответствующих координат мира духов, поэтому мог лишь «телепортироваться» на улицу Святой Ланы, расположенную поближе к цели — а воспользоваться «Переходом сквозь мир духов» для отбытия напрямую он не хотел, чтобы не переполошить тайных наблюдателей.</p><p>«Идет», — силуэт «Рыцаря Мечей» мгновенно поблек, стал прозрачным и исчез без следа.</p><p>Люмиан потратил две минуты на то, чтобы попить воды, надеть жилет и соломенную шляпу, и лишь затем заставил черную метку на правом плече вспыхнуть тусклым светом.</p><p>И его силуэт тут же исчез из комнаты с задернутыми шторами.</p><p>На перекрестке улицы Святой Ланы и улицы Золотого Колоса Люмиан вышел из темного угла и увидал «Рыцаря Мечей» с взъерошенными каштановыми волосами, переодетого в льняную рубашку и темно-коричневый жилет; тот стоял на краю алого лунного света — бледный, с подавленным взглядом, словно готовый в любой момент сорвать с себя человеческую кожу, превратиться в монстра и дать волю накопившимся в глубине души желаниям.</p><p>Другие, возможно, и не ощутили бы этого так отчетливо, но Люмиан был «Аскетом», чья суть заключалась в терпении и подавлении эмоций и желаний, поэтому обладал врожденной чуткостью к подобным состояниям.</p><p>И впрямь «Фракция Воздержания»… — при виде облика «Рыцаря Мечей» в голове Люмиана вдруг возникла нелепая и смехотворная мысль:</p><p>Брат, может, заодно уверуешь и в Судьбу? Стань ты «Нищенствующим монахом» или «Аскетом», не пришлось бы терзаться с таким трудом!</p><p>Разумеется, об этом Люмиан лишь мельком подумал и ни за что не стал бы озвучивать: без достаточного стечения обстоятельств благословение Злого Бога лишь заставит Потустороннего из системы зелий постепенно алиенироваться, безвозвратно превращаясь в человекоподобного монстра и шаг за шагом уподобляясь соответствующему Злому Богу, однако его свежая мысль также указывала на то, что определенные Последовательности системы благословений и системы зелий способны дополнять друг друга, давая эффект, когда один плюс один больше двух.</p><p>«Пошли», — видя, что «Рыцарь Мечей» лишь молча смотрит на него, Люмиан был вынужден заговорить первым.</p><p>«Рыцарь Мечей» кивнул и, держась теней вдоль улицы, не спеша повернул на улицу Золотого Колоса, направляясь на север.</p><p>Вскоре они добрались до принадлежавшего семье Жиаро пятиэтажного здания, похожего на небольшой замок.</p><p>Глядя на освещенные изнутри окна и серо-голубые внешние стены, «Рыцарь Мечей» указал на одно из стекол:</p><p>«Там спальня Лато. Они с женой спят в разных комнатах».</p><p>Сведения собраны весьма подробно и точно… — Люмиан слегка кивнул:</p><p>«Каков твой план действий?»</p><p>«Проникнуть напрямую и взять цель под контроль», — в крайне сжатой манере дал ответ «Рыцарь Мечей».</p><p>Не слишком ли это просто и грубо? Семья Жиаро наверняка не только нанимает Потусторонних, но и сама имеет нескольких членов, получивших силу от церемонии Моления Морю… — подумав об особенностях, коими обладает «Призрак», и оценив собственные способности, Люмиан засунул одну руку в карман и безмятежно ответил:</p><p>«Идет».</p><p>Едва прозвучали эти слова, его тело уже превратилось в тень и растворилось в темноте.</p><p>Стоявший подле него «Рыцарь Мечей» исчез еще раньше.</p><p>Пользуясь многочисленными тенями на внешней стене здания, Люмиан быстро пробрался в комнату Лато Жиаро.</p><p>В следующую секунду он увидел цель:</p><p>Это был мужчина среднего возраста со слегка вьющимися черными волосами и темно-карими глазами. На нем был темно-синий хлопковый халат, лицо у него было продолговатым, а густая борода — аккуратно подстриженной.</p><p>В этот момент Лато Жиаро с перепуганным выражением лица и закостеневшим телом покачиваясь шел к тени, в которой скрывался Люмиан.</p><p>Люмиан увидел, что в обоих глазах этого члена комитета Рыболовной гильдии отражалось по силуэту — и в каждом узнавался «Рыцарь Мечей» в темно-коричневом жилете и льняной рубашке, с бледным лицом и растрепанными каштановыми волосами!</p><p>Видя, что Лато Жиаро находится в состоянии, когда тело ему не повинуется и он не может даже открыть рот, чтобы закричать, Люмиан напрямую вышел из тени и вернулся к своему прежнему облику.</p><p>Он тут же ощутил, как воздух вокруг стал тяжелым, налившись тяжестью, словно морская вода.</p><p>За исключением этого, никаких иных странностей не было.</p><p>Люмиан резко приложил усилие в ногах и, будто ступая по болоту, подошел к Лато Жиаро.</p><p>Он не стал сразу применять «Искусство Хэн-Ха»: во-первых, потому что противник, судя по всему, уже лишился способности к сопротивлению и его вполне можно было подчинить другими способами, не тратя впустую духовность, а во-вторых, он не был уверен, не оглушит ли «Искусство Хэн-Ха» обоих сразу в условиях, когда «Рыцарь Мечей» насильно вселился в Лато Жиаро.</p><p>Люмиан достал флакон с дурманящим средством, полученным от «Общества Высшего Блаженства», открутил крышку и поднес к носу Лато Жиаро.</p><p>Он помахал рукой, ускоряя движение газа, и примерно через десяток секунд глаза члена комитета Рыболовной гильдии закрылись, и он лишился чувств.</p><p>Он по-прежнему стоял и не упал на пол.</p><p>Теперь полностью контролировал его тело Младший Аркан Клуба Таро — «Рыцарь Мечей».</p><p>«Это вышло даже проще, чем мой вариант с „Телепортацией“ и „Искусством Хэн-Ха“… Сколько Потусторонних я одолел до этого, и лишь с этим справился так гладко — мне даже руку прикладывать не пришлось, просто не спеша подошел к нему, дал вдохнуть дурманящее средство и благополучно обошелся… „Призрак“ — поистине первоклассный союзник, способный сочетаться с любым Путем и любой Последовательностью… Хм, „Призрак“ иммунен к усыпляющему газу, и тот флакон дурманящего средства от „Общества Высшего Блаженства“ не оказал на него никакого эффекта…» — видя этот результат, не поднявший ни малейшего шума, у Люмиана на миг возникло чувство, будто он и вовсе не участвовал в битве.</p><p>Он убрал дурманящее средство «Общества Высшего Блаженства» обратно в потайной карман, достал флакон с сывороткой правды и, экономя время, влил в Лато Жиаро почти треть — ему казалось, что действие дурманящего средства на Потустороннем с невыясненными свойствами вроде Лато Жиаро долго не продержится, поэтому поторопился с зельем, чтобы успеть закончить приготовления до пробуждения цели.</p><p>Прошло всего двадцать-тридцать секунд, и Лато Жиаро открыл глаза.</p><p>Сначала он увидал Великого авантюриста Луи Бери в золотисто-жёлтой соломенной шляпе и едва заметную ухмылку на его лице, а затем обнаружил, что сам не ведая когда уселся на стул лицом к длинному дивану в спальне.</p><p>Лато раскрыл рот, собираясь закричать, но ощутил, что голосовые связки ему не подчиняются и не издают ни звука.</p><p>«Осознал своё положение?» — Люмиан откинулся на спинку дивана и закинул правую ногу на левое колено.</p><p>Говорил он на интисском языке.</p><p>На лице Лато отразился страх, но он не мог даже кивнуть в ответ.</p><p>Он мог бы применить кое-какие способности, но уже был уверен, что против Великого авантюриста Луи Бери это не сработает и лишь приведет к новому обмороку или сокрушительному удару.</p><p>«Что ты хочешь сделать?» — внезапно подал голос Лато.</p><p>Он тоже знал интисский язык.</p><p>Произнеся это, он с изумленным видом попытался поднять руку и потрогать свою шею, но так и не смог этого сделать.</p><p>Лато Жиаро наконец затих.</p><p>Люмиан усмехнулся и произнес:</p><p>«Задам тебе несколько вопросов. Если ответишь как следует, я не против оставить тебя в живых до завтра, чтобы ты послужил мне рекламой.»</p><p>Лато промолчал несколько секунд и сказал:</p><p>«Что ты хочешь знать?»</p><p>Люмиан слегка покачал щиколоткой правой ноги:</p><p>«Норфи и Батнер у тебя?»</p><p>«Да», — ответил Лато с неодолимым желанием выговориться. — «Их держат в подвале, они живы, я просто хотел их использовать.»</p><p>«Использовать для чего?» — с большим интересом переспросил Люмиан.</p><p>Губы Лато некоторое время шевелились, а затем он выговорил:</p><p>«Использовать их, чтобы ты нашел ту акваторию, где проводится ритуал Морского жертвоприношения, и навести тебя на мысль арендовать судно и отправиться туда.»</p><p>«Так ту записку написал ты…» — Люмиан сделал вид, будто его озарило. — «И как же ты собирался навести меня?»</p><p>Лато хотел было подобрать более подходящие слова, чтобы приукрасить свои действия, но его язык сработал быстрее головы:</p><p>«Сделать так, чтобы ты в ходе расследования узнал, будто Норфи и остальные хотят арендовать судно для выхода в море, а затем устроить им возможность сбежать отсюда и рассказать тебе кое-что, дабы ты понял всю особенность той акватории.»</p><p>«А потом?» — с любопытством спросил Люмиан.</p><p>Лато плотно сжал губы, но в конце концов всё же разомкнул их:</p><p>'Всё, что они скажут — правда, но они не знают одного:</p><p>«Никогда не сражайся в море с 'дитя моря»!</p><p>«Хуан Оро будет ждать тебя в той акватории, чтобы похоронить навеки!»</p><p>«Так зацепка с Норфи была предоставлена Рыболовной гильдией под видом недовольных, дабы заманить меня в ловушку и устранить… Если бы я быстро не проявил склонность к расследованию церемонии Моления Морю, дав Норфи и Батнеру ценность для использования, их, вероятно, уже утопили бы в море… А мелководные пакости против Лугано затевались лишь для того, чтобы усыпить мою бдительность…» — пока в голове Люмиана молниеносно проносились эти мысли, он услышал, как Лато с недоумением произнес:</p><p>'Ты ведь даже не начал расследование, как же ты вышел на меня?</p><p>«Ты лишь подослал своего переводчика расспросить о местонахождении Норфи и остальных, и на этом все закончилось…»</p><p>Люмиан многозначительно ухмыльнулся:</p><p>'Ты думал, я в одиночку вздумал расследовать церемонию Моления Морю?</p><p>«Я выражаю волю многих людей, и в тенях порта Санта таится немало моих соратников.»</p><p>Ощущая скованность и леденящий холод в теле, Лато поверил этим словам.</p><p>Люмиан приподнял правую руку, поглаживая подбородок, и спросил:</p><p>«Откуда берется ваша сила?»</p><p>Из горла Лато вырвались хриплые звуки, после чего он ответил:</p><p>'Из моря. Каждая церемония Моления Морю приносит нам силу.</p><p>«К сожалению, прошлая церемония Моления Морю провалилась, и мы целых два года не получали подпитки. Все ослабели, у некоторых даже начался упадок сил в той или иной степени, иначе Хуан Оро давным-давно сам бы разделался с тобой и выбросил твой труп на площадь Морских Волн, чтобы каждый желающий выступить против нас видел, какой исход его ждет!»</p><p>«Похоже на благословение? Теоретически, если сила благословения не получает подпитки, она тоже постепенно ослабевает…» — Люмиан немного подумал и произнес:</p><p>«Церемония Моления Морю — это крупный ритуал испрашивания даров, а „Морской Губернатор“ выступает главным жертвоприношением?»</p><p>Лато немного помедлил с ответом и сказал:</p><p>'И жертвоприношением, и главным жрецом, а Хуан Оро и мы — помощники жреца.</p><p>«Церемония Моления Морю на самом деле представляет собой ритуал взятия моря в жены, дабы ублажить его, а дарование силы — лишь сопутствующее.»</p><p>«Взятие моря в жены?» — Люмиан неожиданно почувствовал, что его воображению не хватает широты.</p></section><section><title><p>Глава 563 Следы</p></title><p>Глава 563 Следы</p><p>Лато редко разговаривал с кем-либо о церемонии Моления Морю, поэтому с «большой охотой поговорить» произнёс:</p><p>«Да, 'Морской Губернатор» берёт в жёны море, тем самым устраняя его свирепость и делая умиротворённым, а сам «Морской Губернатор» становится истинным мужем моря, обретая благодаря этому власть над этой акваторией.</p><p>«Мы, выступая в роли помощников жреца и заместителей помощников жреца, благодаря удовлетворению и радости моря от этой свадьбы тоже получаем дары и обретаем Потусторонние силы разного уровня, да и каждый житель порта Санта, несущий в себе кровь моря, получает определённые благословения, пусть и совсем невеликие.»</p><p>Так вот, оказывается, «Морской Губернатор» — это синоним «мужа моря»… Помощники жреца и их заместители подобны родственникам или хлопочущим друзьям со стороны свадьбы, поэтому выказываемая им благодарность естественным образом велика, тогда как прочие обладатели крови моря подобны пришедшим на торжество детям, которым обычно достаётся лишь пара конфет… Полагаясь на свадьбы из реальности и романов, Лумиан попытался осмыслить описание церемонии Моления Морю от Лато Жиаро.</p><p>Он с нескрываемым любопытством спросил:</p><p>«„Морской Губернатор“ действительно делает с морем то самое?»</p><p>Разве все свадьбы не заканчиваются тем, что новобрачные ложатся в постель?</p><p>«Разумеется!» — увлечённо заговорил Лато. — «После завершения обряда бракосочетания море снисходит на четырёх 'Морских Служанок» и через них соединяется с «Морским Губернатором». Поэтому первенец, рождённый каждой из «Морских Служанок», является благородным обладателем чистейшей крови моря и наделён самыми сильными Потусторонними способностями.</p><p>«Почему же „Морских Служанок“ четверо, а не одна? Да потому что отдельный человек не способен выдержать необъятность, величие, тяжесть и Потустороннюю природу моря — требуется достаточное количество спутниц, чтобы разделить эту ношу.»</p><p>Чем дальше, тем зловещее всё это звучит… Мужчина, взявший в жёны «Морскую Служанку», фактически берёт в жёны остатки силы моря. Неудивительно, что его ценят, а судьба меняется. Единственная проблема — необходимо признать и оберегать первенца своей жены… Поразмыслив над этим, Лумиан произнёс:</p><p>«Неужели „Морской Губернатор“ способен выдержать пыл моря?»</p><p>К тому же сразу с четырьмя.</p><p>Лато без малейшей жалости и сочувствия ответил:</p><p>«Одна из двух важнейших целей ритуала Бдения заключается в том, чтобы с помощью того дома и укрытых в нём родичей моря изменить тело 'Морского Губернатора», позволив ему выдерживать буйство и неистовство моря.</p><p>«Именно по этой причине „Морской Губернатор“ может исполнять свои обязанности лишь один год. Даже несмотря на изменения тела, обретение власти и рост Потусторонней силы, выдерживать это дольше они не в состоянии.»</p><p>Расходный материал, муж моря — всего лишь расходный материал… — мысленно вздохнул Лумиан и спросил:</p><p>«Тогда почему „Морской Губернатор“ после ухода с должности возвращается в море?»</p><p>«Точной причины никто не знает, существуют лишь догадки. Хуан Оро полагает, будто море не позволяет человеку, некогда бывшему его мужем, начать новую жизнь. Я же считаю, что трансформация ритуала Бдения, эрозия от супружеского соития и влияние власти над акваторией делают „Морского Губернатора“ всё более похожим на морское существо, нежели на человека, и в конечном счёте он неизбежно возвращается в океан, где чувствует себя спокойно и умиротворённо.» — Лато был убеждён, что именно его умозаключение верно.</p><p>Да что вообще такое это ваше море… Какой-то дух природы, способный управлять океаном, или Потустороннее существо? — Лумиан вновь мысленно прокрутил недавние ответы Лато Жиаро и произнёс:</p><p>'Родичи моря?</p><p>«Сморщенные монстры, способные притворяться демонами, и длинные чёрные букашки, способные проникать в шею и управлять людьми?»</p><p>«Именно.» — Лато очень хотел закурить, но не мог шевельнуть ни одной из рук. — «Мы, „дети моря“, на самом деле тоже считаемся родичами моря. Одна из наших обязанностей заключается в том, чтобы с помощью собственных Потусторонних способностей направлять некоторых родичей со дна моря на сушу, помогать им обустроиться, жить и размножаться.»</p><p>Но ведь Людвиг говорил, что чёрная букашка Батинса родом с иной планеты, а вовсе не какой-то там родич моря… Лумиан не стал спешить с расспросами о том, какими именно Потусторонними способностями обладают «дети моря», сосредоточившись на деталях самой церемонии Моления Морю:</p><p>«Какова другая важная цель ритуала Бдения?»</p><p>Лато изобразил на лице мину в духе «неужели ты так плохо разбираешься в свадьбах?»:</p><p>«При вступлении в брак необходимо обменяться кольцами. Вторая цель ритуала Бдения как раз и состоит в том, чтобы параллельно с изменением тела „Морского Губернатора“ наделить золотое кольцо имеющей специфическую, но постоянную форму особой спецификой, дабы оно соответствовало статусу невесты-моря.»</p><p>Золотое кольцо специфической формы… — Лумиан встрепенулся и спросил:</p><p>«А дальше?»</p><p>В той прошлогодней проделке «Дня дурака» как раз присутствовал этап, где периферийного члена отправили в Толер заказать золотое кольцо и зашить его в брюхо жертвенного ягнёнка!</p><p>«Затем, когда завершатся остальные части ритуала, 'Морской Губернатор» примет это золотое кольцо, бросит его в морскую воду прямо перед носом судна и во весь голос выкрикнет на уникальном языке, восходящем к морю:</p><p>'«О море, я беру тебя в жёны как символ моей победы над тобой!»</p><p>«Если море согласится на эту свадьбу, оно поднимет кроткие волны, превратит их в лепестки белоснежной пены и осыпает ими четырёх 'Морских Служанок».</p><p>«Подаренное им взамен кольцо носит символический характер и представляет собой власть над акваторией вокруг порта Санта.»[2]</p><p>Всего лишь акватория вокруг порта Санта? Похоже, это и впрямь не настоящее море, а лишь нечто, способное влиять на эту акваторию… — Лумиан на несколько секунд задумался и спросил:</p><p>«„О море, я беру тебя в жёны…“ — как эта фраза звучит на том уникальном языке?»</p><p>Лато Жиаро ненадолго задумался и издал неразборчивую тарабарщину.</p><p>Лумиан, всё ещё находившийся под действием амулета «Понимание языков», ничего не понял, будучи уверенным, что это не один из языков Северного континента.</p><p>В то же время он увидел, как Лато вместе с силуэтом «Рыцаря Мечей» в его глазах медленно покачали головой.</p><p>Если «Рыцарь Мечей» действительно из «Фракции Воздержания», отколовшейся от «Школы Розы» и примкнувшей к церкви «Шута», то он должен знать языки Южного континента. К тому же у него ненизкая Последовательность, он стал Потусторонним достаточно давно, проявлял активность с давних пор и оставлял свои карты Младших Арканов в различных инцидентах. Такой человек гарантированно владеет подавляющим большинством мистических языков… Его жест означает, что это не язык языковой семьи Южного континента, и уж тем более не древнегермесский язык, драконий или эльфийский? — Лумиан посмотрел на Лато Жиаро и с усмешкой спросил:</p><p>«Ты уверен, что произнесённая тобой фраза означает „О море, я беру тебя в жёны…“?»</p><p>Лато колебался несколько секунд, после чего произнёс:</p><p>«Должно быть, так. Это язык, дошедший из древности, он существовал с самого зарождения церемонии Моления Морю. Хм, там всего пара фраз…»</p><p>Неуверенность… Они не овладели этим языком систематически, а лишь благодаря преданию способны выговорить две-три фразы… Если я посчитаю, что истинный смысл той фразы — «Сезам, откройся», как ты сможешь это опровергнуть? — Лумиан чувствовал, что всё совсем не обязательно обстоит так, как описывает Лато.</p><p>Люди из Рыболовной гильдии и деревни Мило, возможно, подобны тем персонажам, о которых рассказывали Аврора и Франка: взяли особый язык, которого сами не понимают, и подменили его изначальный смысл собственным толкованием.</p><p>Мысли Лумиана проносились с молниеносной скоростью, но выражение его лица не претерпело заметных изменений:</p><p>«После того как кольцо наделили особыми свойствами, его отдали на хранение „Морскому Губернатору“?»</p><p>«Нет.» — Лато покачал головой. — «На корабле, помимо „Морского Губернатора“, „Морских Служанок“ и матросов, управляющих судном, присутствуют ещё четверо „детей моря“ с наиболее чистой кровью, исполняющих роли заместителей помощника жреца. Они направляют „Морского Губернатора“ и „Морских Служанок“ во время проведения различных этапов ритуала, а также обучают „Морского Губернатора“ той самой „фразе бракосочетания“. Золотое кольцо хранится у одного из заместителей помощника жреца и передаётся „Морскому Губернатору“ лишь перед самым использованием.»</p><p>У «Морского Губернатора» не было возможности подменить ритуальное кольцо… — Лумиан подавил внутреннее нетерпение и спросил не слишком быстро и не слишком медленно:</p><p>«Что на самом деле произошло во время провала прошлогодней церемонии Моления Морю? Подумать только, погиб даже сам „Морской Губернатор“.»</p><p>Лато сперва опешил, но тут же на его лице появилось выражение облегчения:</p><p>'Это то фальшивое ничтожество воззвало к тебе о помощи?</p><p>«Да, прошлогодняя церемония Моления Морю по неизвестной причине потерпела крах. Море впало в неистовство и убило „Морского Губернатора“, а также четырёх „детей моря“, исполнявших на корабле роли заместителей помощника жреца. Выжили лишь „Морские Служанки“ и часть матросов.»</p><p>Все четверо заместителей помощника жреца погибли? Лумиан только-только нащупал зацепку, ведущую к «Дню дурака», как обнаруженная нить тут же оборвалась.</p><p>Те самые люди, у которых было больше всего возможностей подменить ритуальное кольцо, каким-то образом поголовно сгинули в ходе провалившейся церемонии Моления Морю!</p><p>Лумиан поразмыслил несколько секунд и произнёс:</p><p>«Что потом стало с выжившими „Морскими Служанками“ и матросами?»</p><p>«Все они живы, но находятся под строгим наблюдением.» — Лато, видя, что сведение о провале прошлогодней церемонии Моления Морю уже разглашено, больше не придал особого значения сведениям о выживших. — «Мы устроили так, чтобы рядовые члены наших семей взяли в жёны тех четырёх 'Морских Служанок», не получивших на самом деле силы моря. Пусть это и не даёт никаких изменений на Потустороннем уровне, но для репутации всё же есть своя польза.</p><p>«А те матросы — все сплошь жители деревни Мило. Хуан Оро даровал им кое-какие блага ценой того, что до успешного завершения церемонии Моления Морю в этом году им запрещено покидать деревню.»</p><p>Лумиан неожиданно сменил тему:</p><p>«Ягнята и прочие жертвоприношения для бракосочетания с морем переносились на палубу матросами?»</p><p>«Верно.» — Лато кивнул. — «Такую тяжёлую и изнурительную работу как раз и выполняют матросы.»</p><p>Если среди матросов затесался кто-то один из троицы — «Бард», «Безумная» или «Ультрамен», и при этом владеет Потусторонними способностями высокого уровня Пути «Мародёра» либо соответствующим Волшебным предметом, то он вполне мог воспользоваться моментом передачи, дабы украсть у соответствующего заместителя помощника жреца настоящее ритуальное кольцо и подменить его фальшивкой… Путь «Мародёра» — один из трёх Путей, подверженных влиянию Небесного Достопочтенного, так что наличие у ключевых членов «Дня дурака» соответствующей силы или предмета вовсе не удивительно… — Лумиан быстро сформировал вполне обоснованное предположение.</p><p>Он совершенно невозмутимо произнёс, обращаясь к Лато Жиаро:</p><p>«Сообщи мне сведения о тех четырёх „Морских Служанках“ и выживших матросах с прошлого года.»</p><p>Лато, напрягая память, стал в общих чертах пересказывать всё, что знал.</p><p>Запомнив сведения о подозреваемых, Лумиан переключился на другой вопрос:</p><p>«Каждый ли участник этапа Морского жертвоприношения подвергается досмотру?»</p><p>«Да, на корабль нельзя проносить непозволительные предметы, поскольку это способно повлиять на эффект ритуала. К тому же Хуан Оро до прибытия судна к месту назначения использует собственную силу для ведения определённого контроля.» — подробно ответил Лато.</p><p>И впрямь… — Лумиан слегка кивнул:</p><p>«Какими именно силами обладает Хуан Оро?»</p></section><section><title><p>Глава 564 «Язык звезд»</p></title><p>Глава 564 «Язык звезд»</p><p>Лато Жиаро попытался крепко сжать губы, но у него ничего не вышло.</p><p>Он долгие мгновения боролся с собой, прежде чем ответил:</p><p>'Он самый сильный среди нас. До того как стать членом комитета Рыболовной гильдии, он одиннадцать раз ступал на корабль Морского жертвоприношения в качестве заместителя помощника жреца, обретя множество даров и установив с морем некую устойчивую связь.</p><p>«Он способен летать, а если не боится стремительного угасания собственной жизни, то может временно подменять „Морского Губернатора“, подминая под себя эти воды. У него есть и другие особые способности, но демонстрирует он их редко, и мы толком ничего не знаем. Единственное, в чём можно быть уверенным, — провал прошлогодней церемонии Моления Морю привёл к заметному упадку его сил.»</p><p>Лато сделал паузу и непроизвольно «поделился»:</p><p>'Прежде всего мы — Астрономы, умеющие наблюдать за изменениями звёзд и вычислять скрытые в них закономерности.</p><p>'Ты должен знать, что дата ежегодной церемонии Моления Морю не фиксирована: это может быть любой день первой недели ноября. Всё потому, что для проникновения в ту особую область, позволяющую связываться с морем, требуется, чтобы звёзды заняли определённое положение и открыли соответствующий проход.</p><p>«Даты с подобным расположением светил разнятся из года в год, и Астрономы, обладающие достаточными знаниями, должны заранее вычислять их с помощью наблюдений и расчётов.»</p><p>Члены комитета Рыболовной гильдии состоят из Астрономов? Это звучит как-то комично и абсурдно… Лумиан не стал прерывать рассказ Лато Жиаро.</p><p>Этот самопровозглашённый Астроном продолжил:</p><p>«Во-вторых, мы — люди, почитающие море и звёздное небо, и способные извлекать откровения и указания судьбы из колебаний приливов, морских волн и движения звёзд. Это позволяет нам избегать опасностей и не совершать неверных шагов. Зачастую мы зовём эти откровения и указания „Языком звёзд“.»</p><p>«Язык звёзд»… Звучит весьма опасно. И как вы только знаете, что вам не подмигивает некая опасная тварь вроде Термибороса или Людвига? Лумиан подавил позыв покачать головой от тяжких дум.</p><p>'В-третьих, мы — потомки моря и звёздного неба, а также служители, совершающие им жертвоприношения.</p><p>'Мы можем повелевать силой земли, заставляя цель намертво прилипать к месту, лишая способности двигаться, или же воспарять в воздух;</p><p>'Мы способны испускать лучи из звёздного неба, разрушающие структуру тела врагов и доводящие их до изнеможения. Если в дальнейшем не применить соответствующую Потустороннюю способность для исцеления, они необратимо и в муках умрут;</p><p>«Ещё мы можем создавать эффект мощного магнита, что в сочетании с силой земли позволяет созидать полуреальную-полупризрачную иллюзию, которую мы именуем „Звёздной пустотой“.» Выражение лица Лато постепенно окрасилось фанатичными нотками.</p><p>Если осмыслить это с точки зрения оккультизма, Потусторонние черты, которыми обладают «дети моря», затрагивают землю и звёздное небо. А если судить по знаниям, переданным Авророй, речь идёт о гравитации, радиации и электромагнетизме? Более того, из-за гравитации и электромагнетизма они ещё и отчасти наделены способностями к иллюзиям и пространству? Эй, вы же «дети моря», а не «дети звёзд», почему-то особых сил, связанных с океаном, у вас не видать… — ворчал про себя Лумиан, сопоставляя слова Лато Жиаро со знакомыми понятиями ради лучшего понимания.</p><p>Переведя дух, Лато произнёс:</p><p>'Кроме того, мы — лоцманы моря и звёздного неба. В любых условиях мы способны находить верный путь, руководствуясь поведением моря и указаниями звёзд, и использовать эту силу во благо других.</p><p>'Без нашего указания даже в нужный день корабли не смогут проникнуть в те особые воды. Именно поэтому Норфи так стремилась вернуться в порт Санта перед отплытием: пусть она и узнала от матери координаты и маршрут к месту Морского жертвоприношения, но если не выйдет из порта Санта, то никогда туда не доберётся.</p><p>«Те родичи, что поднимаются с морского дна на сушу, точно так же полагаются на наши способности, чтобы пробиваться сквозь туманы, водовороты и штормы, не сбиваясь с пути и не оказываясь поглощёнными тьмой.»</p><p>Лоцманы… Лумиан внезапно вспомнил ту стаю странных рыб, умевших управлять волнами, с которыми он столкнулся во время плавания на «Перелётной птице», — «аномальных парусников».</p><p>Моряки кличут их «лоцманами смерти»!</p><p>«Ты слышал о таких странных рыбах, как „лоцманы смерти“?» — перебил Лато Жиаро Лумиан.</p><p>Лато немного помешкал и ответил:</p><p>«Знаю, они тоже родичи моря. Мы подозреваем, что в них превращаются „Морские Губернаторы“, возвратившиеся в пучину.»</p><p>Превращаются из «Морских Губернаторов»? Лумиан вскинул бровь.</p><p>Лато сглотнул слюну и продолжил:</p><p>'Они всё ещё сливаются с морем, а потому производят на свет потомство, хотя то и уступает им в силе.</p><p>«Раньше они обитали исключительно в тех водах, но в последние годы по непонятной причине стали порой уплывать прочь и возвращаться. А после провала прошлогодней церемонии Моления Морю это происходило всё чаще.»</p><p>Провал ритуала, напротив, заставил «лоцманов смерти» чаще уходить во внешний мир? Неужто эти «лоцманы смерти» заманивали корабли и моряков в ту особую акваторию? И все они в итоге оказались поглощены «морем»? В голове Лумиана пронеслась вереница вопросов, однако он понимал, что Лато Жиаро не сможет дать на них ответа.</p><p>Лато вернулся к «сути»:</p><p>«Ещё мы способны до некоторой степени повелевать волнами и влиять на приливы, но куда нам до Хуана Оро и уж тем более до „Морского Губернатора“.»</p><p>Ну вот это уже хоть немного заслуживает наименования «дети моря». Так вы полагали, что в море сумеете без особого труда похоронить меня? Уточнив ещё пару деталей, Лумиан спустил правую ногу с левого колена и неспешно поднялся.</p><p>Он кивнул «Рыцарю Мечей» в зрачках Лато, после чего обратился к Лато Жиаро:</p><p>«И последнее требование: отпусти Норфи и Батнера.»</p><p>С этими словами Лумиан направился к окну спальни.</p><p>В тот же миг «Рыцарь Мечей», вселившийся в Лато Жиаро, сгинул, и член комитета Рыболовной гильдии вновь обрёл власть над собственным телом.</p><p>Взирая в спину Лумиана, он в смеси недоумения, страха и некоторой неконтролируемости вымолвил:</p><p>«Я думал, выпытав сведения, ты убьёшь меня…»</p><p>Иначе разве не прольётся свет на то, что у тебя втайне сокрыто немало помощников, а за твоей спиной стоит некая организация, да и особенности твоих пособников окажутся раскрыты?</p><p>Лумиан не стал оборачиваться и продолжал идти дальше.</p><p>По пути он поправил золотисто-жёлтую соломенную шляпу на голове и с ухмылкой сказал:</p><p>«Быть может, для вас это и важно, но для меня — нисколько.»</p><p>Лато Жиаро лишь собрался добавить ещё слово, как узрел, что тело великого авантюриста Луи Бери внезапно потемнело и истончилось, превратившись в тень и сгинув там, куда не дотягивался алый лунный свет.</p><p>Вглядываясь на протяжении некоторого времени в ту тьму, Лато потянул за ворот ночного халата, развернулся и покинул хозяйскую спальню, отправляясь лично в подвал, дабы освободить Норфи и Батнера.</p><p>Напротив здания, где располагалось его жилище, под кронами пышных зелёных деревьев вдоль дороги.</p><p>Лумиан непринуждённо прислонился спиной к чёрному газовому фонарному столбу, глядя на озарённые светом оконные стёкла.</p><p>«Рыцарь Мечей» с растрёпанными каштановыми волосами и бледным лицом возник у него сбоку за спиной и глухим голосом спросил:</p><p>«И вправду не убьёшь его?»</p><p>Лумиан вполголоса усмехнулся:</p><p>«Если убить его, то кто пойдёт и расскажет Хуану Оро, что у меня есть умелые помощники, а за моей спиной стоит скрывающаяся во тьме могущественная сила?»</p><p>Не бросать же мне карты Таро прямо в Лато Жиаро?</p><p>К тому же проблема в том, что ни одна душа не знает: великий авантюрист Луи Бери — это Младший Аркан «Клуба Таро».</p><p>«Рыцарь Мечей», выслушав ответ Лумиана, ненадолго задумался и растворился во тьме.</p><p>Вскорости Батнер в обнимку со своей рапирой и с револьвером в руке вместе с Норфи вышел из дома, где проживало многочисленное семейство Лато Жиаро.</p><p>Увидев Лумиана, они со смущением и стыдом на лицах замедлили шаг и подошли ближе.</p><p>«Спасибо, что спас нас», — миловидная Норфи, одетая в женскую блузку и коричневые брюки, искренне поблагодарила его.</p><p>Батнер же произнёс:</p><p>«Я превосходно понимал, что замышляет Норфи, и вовсе не был ослеплён. Я искренне сочувствую плачевному исходу, ждущему родичей моря, и хочу помочь ей положить этому конец.»</p><p>Лумиан устремил взор на Норфи:</p><p>«И каков же этот плачевный исход?»</p><p>А ведь члены комитета Рыболовной гильдии, похоже, весьма тому рады.</p><p>Норфи ненадолго умолкла, а затем вымолвила:</p><p>«Все „Морские Служанки“, все „дети моря“ в конечном счёте превращаются в человекоподобных монстров, похожих на ящериц, — быть может, раньше, быть может, позже. Моя мать скончалась, с одной стороны, подставившись под нападение ассасинов, нанятых Рыболовной гильдией, а с другой — желая умереть человеком. Она не только отказалась от лечения, но и сама причинила себе увечья.»</p><p>Выходит, та человекоподобная ящерица в доме Рувио Пако — обычное явление для подобных семейств в порту Санта. Зачем же им хранить это в тайне? Лумиан повернул голову к Батнеру и со смешком спросил:</p><p>«Ты знал, что Норфи превратится в человекоподобную ящерицу?»</p><p>«Знал», — Батнер дал понять, что ничуть этим не брезгует.</p><p>Тут же Норфи следом спросила:</p><p>«А ты знаешь, как выглядит человекоподобная ящерица?»</p><p>Пока она говорила, зрачки этой вполне симпатичной женщины-авантюристки сузились в вертикальные щёлочки, на поверхности тела выступило множество блестящих призрачных чешуек, а кожа уподобилась змеиной.</p><p>Батнер вздрогнул от неожиданности и невольно отступил на шаг назад.</p><p>Лумиан продолжил расспрашивать Норфи:</p><p>«Почему ты не арендовала судно в соседнем порту и не наняла моряков, чтобы они привели его сюда, а обязательно искала компанию по аренде судов именно в порту Санта?»</p><p>Норфи убрала призрачные чешуйки, возвращаясь к прежнему облику, и с некоторой досадой и смущением ответила:</p><p>«В порту Санта люди часто арендуют суда для морской рыбалки и экскурсий. Это должно было быть самым обычным делом…»</p><p>Лумиан беспомощно вздохнул:</p><p>'А вы знали, что прошлогодняя церемония Моления Морю провалилась?</p><p>'Знали ли вы, что Рыболовная гильдия в этом году повысит бдительность и станет вычищать любые нестабильные факторы?</p><p>«К тому же до церемонии Моления Морю осталось совсем немного дней, и то, что они присмотрятся к людям, арендующим суда для выхода в море, было неизбежно.»</p><p>И Норфи, и Батнер хранили молчание, покорно застыв, словно два школяра.</p><p>Спустя мгновение Норфи в испуге и сомнении спросила:</p><p>«Прошлогодняя церемония Моления Морю провалилась?»</p><p>Лумиан не стал отвечать сразу, а, подумав немного, сказал:</p><p>«Вы вдвоём возомнили, что сумеете положить конец церемонии Моления Морю? Откуда только такая уверенность?»</p><p>Норфи поджала губы и ответила:</p><p>«Стоит лишь проникнуть в те воды и найти ту дворцовую обитель, как у меня найдётся способ разрушить её и положить всему конец.»</p><p>«Дворцовую обитель?» — Лумиан повелел бровью.</p><p>Норфи кивнула:</p><p>«Когда матерью овладело 'море», она благодаря духовности и узам меж ними узрела странную дворцовую обитель.</p><p>«Она покоится на дне тех вод — это дворец самого моря!»</p></section><section><title><p>Глава 565 Изменившийся план</p></title><p>Глава 565 Изменившийся план</p><p>Дворец? Люмиан не ожидал, что сможет получить от Норфи сведения, которыми не владел даже Лато Жиаро.</p><p>Он немного подумал и сказал:</p><p>«Как выглядит этот дворец?»</p><p>Древнее сокровище или обитель какого-то духа природы?</p><p>Церемония Моления Морю использует силу, скрытую в этом дворце?</p><p>Норфи покачала головой:</p><p>«Моя мать тоже не могла описать его подробно, только сказала, что тот дворец совершенно не похож на здания на суше. У него странная форма с плавными изгибами, он отсвечивает металлическим блеском, а сам серебристо-серый.»</p><p>Люмиан попытался вообразить образ дворца по описанию Норфи, но из-за нехватки деталей смог представить лишь примерный цвет.</p><p>Он усмехнулся и сказал:</p><p>'Если это действительно дворец моря, ты и вправду думаешь, будто вы вдвоём способны его разрушить?</p><p>«Вы не можете справиться даже с Лато Жиаро и его людьми, так чем же вы собираетесь пробиваться сквозь охрану родичей моря и как избегать гнева самого моря?»</p><p>Норфи помолчала несколько секунд и произнесла:</p><p>«У меня есть способ.»</p><p>Она не уточнила, что это за способ.</p><p>Какой способ может позволить «дитяти моря» с силой, которая с высокой вероятностью даже не достигает Последовательности 7, разрушить дворец моря? Ведь речь о сущности, способной повергнуть всю акваторию во власть бушующих волн и урагана… Пока Люмиан размышлял про себя, его вдруг озарила догадка:</p><p>Норфи так уверена в себе, потому что у неё есть другие сообщники? Она вернулась в порт Санта вовсе не без всякой подготовки?</p><p>Мысли пронеслись молниеносно, и Люмиан перевёл взгляд на Батнера.</p><p>Батнер Конте, неосознанно отступивший от Норфи на два-три шага, как раз повесил рапиру обратно на пояс и спрятал револьвер.</p><p>Почувствовав на себе взгляд Люмиана, он смущённо усмехнулся:</p><p>«Я лишь оказываю поддержку и командую кораблем. Возможно, ты не знаешь, но одно время я был вторым помощником капитана, а уже потом стал авантюристом.»</p><p>Он имел в виду: я и сам толком не знаю, в чём заключается способ Норфи, да и удастся ли ей задуманное, меня не особо волнует; то, что я оказал некоторую помощь, уже вполне выполняет долг возлюбленного.</p><p>Видно, что у тебя хорошее происхождение, одежда и вид весьма изысканные… Однако раньше я думал, что ты ушёл из дома и отправился в море становиться авантюристом из-за увлечения приключенческими историями о Германе Воробье. Теперь же кажется, будто родственники устроили тебя вторым помощником на какое-то судно для накопления опыта, а ты, поработав немного, бросил всё и подался в авантюристы… Люмиан не знал, как оценить подобный романтический порыв Батнера, и, окинув его взглядом, спросил:</p><p>«Ты понимаешь, насколько всё это опасно?»</p><p>Батнер прокашлялся и ответил:</p><p>«Я думал, что „дети моря“ не слишком сильны. Мы с Норфи спарринговали.»</p><p>Люмиан пристально смотрел на Батнера пару секунд, после чего перевёл взгляд на Норфи:</p><p>«Что вы планируете делать дальше?»</p><p>Он не стал спрашивать напрямую, есть ли у неё какие-то тайные сообщники, а зашёл сбоку, чтобы усыпить бдительность Норфи и посмотреть, не проскользнёт ли в её словах зацепка.</p><p>Норфи поджала губы и произнесла:</p><p>«Люди из Рыболовной гильдии уже засекли нас и взяли на прицел, так что действовать по первоначальному плану не получится. Теперь я собираюсь залечь на дно и прятаться до самого окончания церемонии Моления Морю.»</p><p>«Почему бы просто не уехать?» — с некоторой растерянностью «помог» Люмиану спросить Батнер.</p><p>Он-то полагал, что после разоблачения их личности и целей Норфи решительно откажется от этой затеи и будет искать другие варианты к следующей церемонии Моления Морю.</p><p>Норфи на какое-то время замолчала, а затем ответила:</p><p>«Если церемония Моления Морю пройдёт успешно, а я всё ещё буду оставаться в порту Санта, то, как „дитя моря“ с довольно чистой кровью, вероятно, смогу получить определённое благословение…»</p><p>Она запнулась и опустила взгляд на землю:</p><p>«Пусть из-за этого я могу раньше и быстрее превратиться в человекоподобную ящерицу, зато это повысит мою силу…»</p><p>В её словах кролась едва заметная печаль.</p><p>Батнер ошеломлённо смотрел на неё, приоткрыл рот, но так ничего и не произнёс.</p><p>Люмиан приподнял рукой золотистую соломенную шляпу на голове и кратко отозвался известной фразой из серии романов о Великом авантюристе:</p><p>«Это благословение, но также и проклятие.»</p><p>Увидев, что Луи Бери разворачивается и собирается уходить, Норфи снова искренне поблагодарила:</p><p>«Я не знаю, как выразить свою признательность. Если тебе понадобится какая-либо помощь, ты всегда можешь обратиться ко мне.»</p><p>«И ко мне тоже», — подхватил Батнер.</p><p>Он колебался, стоит ли ему остаться с Норфи или же сразу покинуть порт Санта.</p><p>Люмиан окинул взглядом их лица и вдруг с улыбкой сказал:</p><p>«Как раз у меня есть для вас дело.»</p><p>Норфи оторопела на мгновение, после чего слегка кивнула:</p><p>«Только скажи, что нужно.»</p><p>…………</p><p>Попрощавшись с Норфи и Батнером, Люмиан вернулся из теней в гостиницу «Соло».</p><p>Едва покинув мрак в углу хозяйской спальни, он увидал «Рыцаря Мечей», который беззвучно стоял у штор, пропускавших алый лунный свет, и смотрел на него.</p><p>Почему ты вечно появляешься словно персонаж из страшилок… Это особенность «Злого Духа» или проявление воздействия зелья? — мысленно поворчал Люмиан и искренне произнёс:</p><p>«Благодарю за помощь.»</p><p>«Рыцарь Мечей» ничего не ответил на это, а лишь посмотрел на Люмиана и спросил:</p><p>«Похоже, удержав под контролем Лато Жиаро, ты изменил первоначальный план?»</p><p>Люмиан тут же расплылся в улыбке:</p><p>«А ты весьма внимателен. Однако момент, когда я передумал, мог быть как немного раньше названного тобой, так и немного позже.»</p><p>Ответив в слегка загадочной манере шарлатана, он со смешком пояснил:</p><p>«Разве бывает так, чтобы изначально составленный план исполнялся до самого конца безо всяких изменений? Это уже не 'Заговорщик», а всеведение и всемогущество.</p><p>«В процессе выполнения плана нужно в любой момент, сохраняя неизменной истинную цель, подстраивать своё отношение, корректировать направление и детали на основе полученной обратной связи, новых сведений и изменений в обстановке.»</p><p>Поэтому крайне важно надёжно скрывать свою настоящую цель.</p><p>Это всё равно что множество путей между начальной и конечной точками: финальная точка обычно одна-единственная, и именно там проще всего устроить засаду или перекрыть дорогу.</p><p>«Рыцарь Мечей» молча выслушал всё, более не произнеся ни слова, и бесшумно растворился у окна.</p><p>Люмиан в расслабленном состоянии умылся, лёг в постель и проспал до шести утра.</p><p>Позавтракав едой, предоставленной гостиницей, он велел Лугано взять Людвига и сходить на улицу прикупить ещё каких-нибудь закусок.</p><p>Проследив за тем, как их спины скрылись за закрывшейся дверью, Люмиан вернулся в хозяйскую спальню, где всё так же висели шторы, отодвинул стул у письменного стола и сел.</p><p>Спустя неизвестно сколько времени он внезапно заметил, как в глубине полумрака вспыхнули сияющие точки.</p><p>Вслед за этим он ощутил, что парит в воздухе: под ногами не было земли, а за спиной — спинки стула.</p><p>Люмиан с неизменным выражением лица смотрел на эту глубокую пустоту и похожий на звёздное небо фон, видя, как Хуан Оро, глава Рыболовной гильдии, в парадном костюме и с тростью в руке, шаг за шагом приближается издалека.</p><p>Люмиан смотрел на старика и молчал, сохраняя безмолвие.</p><p>Он также не выразил никакого удивления, словно заранее ожидал появления Хуана Оро.</p><p>Когда расстояние между ними сократилось до определённого предела, Хуан Оро с легонько подрагивающими морщинами заговорил сам по себе на интисском языке:</p><p>'Деревня Мило уже однажды уничтожалась, и родичи моря, выходившие на сушу, тоже уничтожались, однако сегодня мы всё так же стоим здесь.</p><p>'Пока существует море, пока существует звёздное небо, пока порт Санта не превратился в запретную зону смерти, какой бы удар мы ни получили и не потеряли ли всех своих потомков, мы всё равно сможем снова выйти из глубин моря, отстроить деревню Мило и возобновить церемонию Моления Морю.</p><p>«Это могут подтвердить как священнослужители церкви 'Матери-Земли», так и их боевые монахи и монахини.</p><p>«Если нас, „детей моря“, действительно загонят на край пропасти, у нас непременно найдётся мужество и решимость увлечь врага за собой в бездну, ибо мы свято верим, что наш дух неистребим, а наша деревня может быть восстановлена и никогда не сгинет.»</p><p>Ты наговорил всё это лишь для того, чтобы сказать мне: Рыболовная гильдия и родичи моря из деревни Мило не боятся угроз, обладают и силой, и смелостью сгинуть вместе с могущественным врагом, а их наследие не прервётся и впоследствии они снова выйдут из морских глубин? Это равносильно предупреждению не переходить грань, иначе они не побоятся окончательно сорвать маски и сгинуть вместе со мной… Люмиан понял скрытый смысл слов Хуана Оро и, не отвечая, молча смотрел на старика, ожидая, пока тот продолжит.</p><p>В синих, словно море, глазах Хуана Оро отражался силуэт Великого авантюриста Луи Бери с чёрными волосами и зелёными глазами, и старик произнёс глухим голосом:</p><p>'Чего же ты и стоящие за тобой люди добиваетесь, чего вы хотите получить?</p><p>«Мы не позволим снова сорвать церемонию Моления Морю и не откажемся от всего, что построили в порту Санта.»</p><p>Обнаружив, что Великий авантюрист Луи Бери не только сам весьма силён, но и за его спиной укрылась целая фракция, чьи помощники столь же могущественны, старик почувствовал, что этот орешек слишком твёрд, и если грызть его силой, можно переломать себе все зубы. Поэтому он пришёл на переговоры, надеясь уступкой определённых выгод заставить противника отступить? А только что демонстрировал свои границы и силу, чтобы я не загибал неразумную цену, загоняя обе стороны в угол, когда останется лишь сцепиться насмерть? Люмиан ничуть не удивился, окинул взглядом пространство по сторонам и сказал:</p><p>«Почему нет стула? Я привык беседовать сидя.»</p><p>Хуан Оро на мгновение замолк, после чего за спиной Люмиана возник тот самый стул со спинкой, на котором он сидел до этого, а сама его поза вернулась к прежней.</p><p>Люмиан посмотрел на Хуана Оро, главу Рыболовной гильдии, и спокойно произнёс:</p><p>«Если я скажу, что никогда и не думал срывать церемонию Моления Морю, ты поверишь?»</p><p>«Никогда и не думал срывать церемонию Моления Морю…» — глубоко изрезанный морщинами Хуан Оро слегка нахмурился, повторив эти слова.</p><p>Люмиан продолжил:</p><p>«Пока вы готовы отпустить невиновных, например, того фальшивого „Морского Губернатора“, мы вполне могли бы сотрудничать.»</p><p>«Сотрудничать?» — Хуан Оро не смог скрыть удивления, уставившись на Великого авантюриста, который, едва прибыв в порт Санта, силой вмешался в дела Рыболовной гильдии, ворвался в резиденцию «Морского Губернатора», взорвал главное здание Рыболовной гильдии и едва не забил до смерти его собственного внука, усомнившись, не стали ли его уши столь же тупыми на слух, как и у прочих стариков.</p><p>На лице Люмиана постепенно проступила улыбка; он слегка откинулся на спинку стула, с щелчком щёлкнул пальцами, высекая алое пламя, и сказал:</p><p>«Именно, сотрудничать.»</p></section><section><title><p>Глава 566 Попробовать еще раз</p></title><p>Глава 566 Попробовать еще раз</p><p>Выслушав предложения о сотрудничестве и обещания, которые был готов дать Луи Бери, Хуан Оро снова усомнился, не подводят ли его уши.</p><p>Дело было не в том, что требования собеседника были слишком чрезмерными или абсурдными, заставляя думать, будто он шутит, — совсем наоборот, то сотрудничество, которого он хотел, Рыболовная гильдия могла осуществить без особых трудностей, причём ей не приходилось отдавать никаких существенных выгод.</p><p>Это совершенно превзошло ожидания Хуана Оро.</p><p>Прежде чем прийти к Луи Бери, он на самом деле уже был морально готов к тому, что его жестоко «вымогают», ведь тот и стоящая за ним сила с абсолютной лёгкостью взяли под контроль Лато Жиаро, продемонстрировав мощь, достаточную для противостояния Рыболовной гильдии, но кто же знал, что Луи Бери окажется куда более сговорчивым, чем он себе представлял.</p><p>Это, напротив, заставило Хуана Оро задуматься, не обманывает ли его собеседник, чтобы затем в ходе сотрудничества внезапно перемениться и нарушить обещания.</p><p>Лумиан молча смотрел на этого глубоко изрезанного морщинами старика, не собираясь объяснять свои намерения, поскольку любое объяснение могло выдать его самую истинную цель, а время для этого ещё не пришло.</p><p>Взвесив всё в течение некоторого времени, Хуан Оро с глубоким вздохом, в котором проявлялась вся его дряхлость, сказал:</p><p>«Мы можем согласиться на твои требования.»</p><p>Но в процессе сотрудничества мы также повысим бдительность и приготовим запасной план.</p><p>Лумиан улыбнулся, поднялся с кресла с высокой спинкой, парившего в пустоте, и протянул Хуану Оро правую руку:</p><p>«Приятно иметь дело.»</p><p>Хуан Оро ответил ему символическим рукопожатием и произнёс:</p><p>«А ты не так безумен, каким кажешься…»</p><p>Лумиан задумчиво помедлил секунду и, слегка приподняв уголки губ, ответил:</p><p>«Разумеется, я всегда был рассудительным, разумным и вежливым авантюристом.»</p><p>Хуан Оро не был настроен на болтовню и, кивнув Луи Бери, сказал:</p><p>«Раз уж ты не хочешь, чтобы о нашем сотрудничестве узнали другие, мне пора уходить, иначе кто-нибудь заметит, что я здесь был.»</p><p>Лумиан подумал и сказал:</p><p>«Завтра вечером я отправлю спутника, скрывающегося в тени, в деревню Мило. Заранее приведи всех моряков, выживших в прошлогоднем ритуале, в свой главный дом и возьми их под первичный контроль.»</p><p>«Хорошо.» Хуан Оро не стал отказываться, это было одной из деталей сотрудничества, о которых они только что договорились.</p><p>Увидев, что опирающийся на трость старик собирается повернуться и уйти, Лумиан окликнул его и задумчиво произнёс:</p><p>'Я строго держу слово. Пообещав Джоджии не разглашать содержание поручения другим, я гарантированно никому об этом не скажу.</p><p>«Но я хочу спросить тебя кое о чём: кто из „детей моря“ в семье Пако в последнее время пропал или не появлялся долгое время?»</p><p>Он намекнул, что его вопрос связан с тем самым поручением семьи Пако.</p><p>Выражение лица Хуана Оро стало мрачным, он вспоминал около десяти секунд, после чего произнёс:</p><p>«Все 'дети моря» из семьи Пако в последнее время появлялись.</p><p>«Я сперва подумал, не произошло ли с Мартой, матерью Рувио, каких-то мутаций, о которых нам знать не положено, но в итоге она в порядке, просто получила тяжёлые травмы.»</p><p>У семьи Пако не пропадали «дети моря»? Откуда тогда взялась та человекоподобная ящерица? Услышанное заставило Лумиана содрогнуться.</p><p>Его первой мыслью было, что семья Пако расправляется с чужими «детьми моря», а второй — не подменили ли кого-то из «детей моря» семьи Пако?</p><p>Фальшивый член семьи разгуливает под видом оригинала, тогда как настоящий превратился в человекоподобную ящерицу и погиб от рук Великого авантюриста?</p><p>Подумав о подмене и разгуливании с внешностью оригинала, Лумиан не мог не вспомнить название одной Последовательности:</p><p>«Безликий»!</p><p>Это Последовательность, соответствующая серьге-клипсе «Ложь», это предыдущая Последовательность «Марионеточника» «Локи»!</p><p>Неужели «Локи» после воскрешения прибыл в порт Санта, тайно заменяя кого-то из важных членов семьи Пако, и затаился здесь с целями: во-первых, устроить мне ловушку, а во-вторых, совершить что-то во время церемонии Моления Морю, продолжив незавершённое в прошлом году дело?</p><p>Подумав об этом, Лумиан почувствовал одновременно возбуждение и неизбежный страх.</p><p>Однако в следующее мгновение он исключил такую возможность:</p><p>Если бы «Локи» действительно заменил кого-то из важных членов семейства Пако, человекоподобная ящерица вообще бы не появилась — он мог бы бесшумно решить проблему, замести следы и не оставить столь очевидной уязвимости!</p><p>К тому же в семействе Пако Рувио Пако был далеко не единственным «дитятей моря», а Марта, эта старая бабушка, будучи «Морской Служанкой», точно так же несла в себе остаточную силу моря; как они могли не справиться с человекоподобной ящерицей, чей уровень сил даже не достигал Средней Последовательности, что им пришлось рисковать разглашением тайны и нанимать со стороны Великого авантюриста Луи Бери?</p><p>Узнавая всё больше о церемонии Моления Морю и об этих «родичах моря», Лумиан испытывал всё большее недоумение по поводу прежнего выбора семьи Пако, убеждаясь, что за этим наверняка кроется крайне важная информация.</p><p>Он посмотрел на Хуана Оро и, сформулировав мысль, произнёс:</p><p>«Разве потомки одной и той же „Морской Служанки“ не могут нападать друг на друга?»</p><p>«Ничего подобного.» Хуан Оро опроверг догадку Лумиана.</p><p>Лумиан нарочито пробормотал про себя:</p><p>«Тогда почему семья Пако специально наняла меня, постороннего, чтобы разобраться с тем поручением, вместо того чтобы задействовать Потусторонних из собственной семьи?»</p><p>Хуан Оро сохранял всё то же мрачное выражение лица:</p><p>«Именно из-за подобного недоумения я и приказал следить за семьёй Пако, подослал „маленького дьявола“ расспросить тебя и настоял на встрече с Мартой.»</p><p>Вы называете того сморщенного монстра, похожего на старичка, «маленьким дьяволом»? Лумиан слегка кивнул и произнёс:</p><p>«Семья Пако, похоже, скрывает немалый секрет.»</p><p>Он больше ничего не спрашивал, наблюдая, как Хуан Оро повернулся и, опираясь на трость, ушёл.</p><p>Вскоре «Звёздная пустота» вокруг него рассеялась, и он снова «вернулся» в хозяйскую спальню с задернутыми шторами, «вернулся» к креслу с высокой спинкой перед письменным столом.</p><p>Лумиан усмехнулся, вполоборота повернулся, взялся за штору и с шорохом её отдёрнул.</p><p>Утренний солнечный свет мгновенно ворвался внутрь, яркий и ослепительный.</p><p>…………</p><p>На следующий вечер, в деревне Мило, в родовом доме семейства Оро, уступавшем лишь на один этаж резиденции «Морского Губернатора».</p><p>Это здание, пережившее множество ремонтов, сочетало в себе древность и современность, ветхость и новизну: рядом с потемневшими серыми каменными стенами возвышались пилястры из бетона, а под крышей, покрытой морской травой, виднелись ряды красной черепицы.</p><p>В небольшой гостиной на первом этаже двери уже были заперты, и внутри оставались только Хуан Оро, старик, опиравшийся на чёрную трость, его самый ценимый внук Фернандес Оро, а также семь-восемь жителей деревни Мило, лежавших без сознания на полу.</p><p>Внезапно в углу комнаты зашевелились тени, и оттуда вышла фигура.</p><p>Рост фигуры был чуть за метр семьдесят, лицо обычное, ничем не примечательное, на верхней части тела — коричневато-зелёная куртка с узкими рукавами, на нижней — свободные брюки коричневато-жёлтого цвета, на ногах — туфли без шнуровки с перфорацией для вентиляции, а на голове — фетровая шляпа с низкой тульей и круглыми полями.</p><p>«Ты кто?» — спросил Хуан Оро на интисском языке.</p><p>Будучи одним из самых влиятельных морских торговцев в порту Санта, он в возрасте от тридцати до пятидесяти лет неоднократно выходил в море по торговым делам, как он мог не знать интисского языка.</p><p>Тот ответил на беглом языке Плато:</p><p>«Я спутник Луи Бери, ты можешь звать меня Чанем.»</p><p>Не похож на того Потустороннего духовного типа, с которым столкнулся Лато… У Луи Бери, скрывающегося в тени, и впрямь не один спутник… Хуан Оро немного порадовался, что решил сначала попробовать провести переговоры.</p><p>Пока эти мысли проносились в его голове, он взглянул на Фернандеса, чьё лицо всё ещё было немного бледным, понимая, что тот в душе не слишком доволен.</p><p>Молодёжь, что с неё взять, это вполне естественно — всегда высчитывают, кто проиграл, а кто выиграл, забывая, в чём заключается самая главная цель.</p><p>«Можешь начинать расспрашивать их,» — сказал Хуан Оро мужчине, назвавшемуся Чанемом. — «На самом деле за весь этот год мы перепробовали множество способов, чтобы определить, лгут ли они, и даже использовали особенности других родичей моря, но все результаты показали, что они сказали чистую правду, ничего не скрывая, и провал церемонии Моления Морю с ними не связан.»</p><p>Чанем приподнял уголки губ и с улыбкой ответил:</p><p>«Не попробовав лично, как узнать, сработает или нет?»</p><p>Он подошёл к лежавшим без сознания морякам, достал кинжал, уколол кончик пальца каждого из них по очереди и нанёс соответствующую кровь на разные участки тыльной стороны своей ладони.</p><p>От такой боли моряки один за другим пришли в себя.</p><p>Чанем на их глазах достал зеркало и с улыбкой сказал им:</p><p>'Ваша кровь подскажет мне, лжёте ли вы и являетесь ли самими собой. Если кто-то попытается меня обмануть, его кровь вспыхнет на зеркале, а его самого ждёт такой же конец.</p><p>«Итак, отвечайте по очереди.»</p><p>Пока Чанем говорил, он неспешно перенёс кровь с тыльной стороны ладони на зеркало, давая всем морякам увидеть, как кровь странным образом просочилась внутрь стекла.</p><p>Моряки посмотрели на Хуана Оро, одновременно понимая, что это всё ещё расследование причин провала прошлогодней церемонии Моления Морю, поэтому очень привычно выложили всё, что с ними произошло, не упустив ни единой детали.</p><p>Выслушав их, Чанем задумчиво спросил:</p><p>«За переноску жертвенных ягнят отвечали Иру и Сала?»</p><p>«Да,» — в один голос ответили все моряки.</p><p>Чанем продолжил расспросы:</p><p>«Они оба погибли во время церемонии Моления Морю?»</p><p>Выжившие моряки один за другим закивали, подтверждая, что двух этих товарищей гигантской волной при провале ритуала выбросило с судна, они упали в море и больше никогда не всплывали.</p><p>Чанем повернул голову к Хуану Оро:</p><p>'Есть ли личные вещи Иру и Салы? Одежда, которую многократно носили, невыброшенная зубная щётка и так далее, и тому подобное.</p><p>«Я хочу попробовать призвать их духов. Хотя прошёл уже год и их духи наверняка сильно рассеялись, не способные больше удерживать полезную информацию, но само состояние их духов прольёт свет на кое-какие вещи — например, на сильную обиду, ненависть и прочие эмоции.»</p><p>Хуан Оро покачал головой:</p><p>«После церемонии Моления Морю мы уже пробовали, призвать их духов невозможно. Те, кого поглотило яростное море, лишаются и своих духов — их тоже поглощает море.»</p><p>Чанем улыбнулся и сказал:</p><p>«Давайте попробуем ещё раз, попытка ведь ничего не стоит.»</p><p>Хуан Оро подумал, что в этом есть смысл, и тут же велел Фернандесу принести больной зуб Иру и одежду Салы, которые ранее использовались для спиритического сеанса.</p><p>Затем они увидели, как Чанем обустраивает алтарь и начинает ритуал призыва:</p><p>'Я!</p><p>'Я своим именем призываю:</p><p>«Моряка деревни Мило порта Санта, мужчину по имени Иру Эдра, владельца этого зуба…»</p><p>Свистя, поднялся ветер, и пламя свечей на алтаре окрасилось в зловеще-зелёный цвет.</p><p>Вскоре быстро проявился размытый силуэт.</p><p>Удалось? Неужели удалось? Зрачки Фернандеса расширились, когда он уставился поверх свечного пламени.</p><p>Фигура смутно напоминала Иру, но на ней не было признаков утопления вроде промокшего насквозь тела или бледной, разбухшей кожи; напротив, всё её лицо было покрыто кровавыми подтёками, а на лбу отчётливо виднелась рана.</p><p>Глаза этого призрака были полны боли и ненависти.</p></section><section><title><p>Глава 567 Свои роли</p></title><p>Глава 567 Свои роли</p><p>При виде духа, похожего на Иру, выражение лица Хуана Оро изменилось.</p><p>Тогда, хотя они и упустили лучшее время для спиритизма, все же в первый же день установили, кто погиб, нашли предметы, точно указывавшие на цель, и провели призыв с помощью способности «Маленького дьявола», но ни один из духов умерших так и не явился. Это заставило их подумать, будто души тех, кто прогневал море, тоже пожираются им, и после этого они больше не предпринимали попыток.</p><p>И вот, спустя почти год, призыв внезапно увенчался успехом!</p><p>К тому же Иру, судя по всему, не утонул в морской воде, а был застрелен.</p><p>Это совершенно отличалось от отдачи, вызванной провалом церемонии Моления Морю!</p><p>Чанем на языке Гермеса расспросил духа, похожего на Иру, но тот был уже мутным и бессознательным, ничего не помнил, даже его облик размылся, во многом сгладившись под воздействием окружения.</p><p>Чанем завершил ритуал и вместо этого использовал одежду, которую Сара носила много лет, чтобы призвать духа другого умершего.</p><p>На этот раз ничего не появилось.</p><p>Чанем прекратил попытки, погасил свечу, снял «Духовную стену» и сказал Хуану Оро на языке Плато:</p><p>«Проблема стала куда более понятной.»</p><p>Хуан Оро ничего не ответил, повернув голову и взглянув на своего внука Фернандеса:</p><p>«Уведи их, отведи по домам и каждого предупреди.»</p><p>«Хорошо.» Хотя Фернандес очень хотел послушать предположения Чанема и узнать о дальнейших событиях, он все же не осмелился ослушаться приказа дедушки, спешно вывел выживших моряков из этой маленькой гостиной и затворил дверь.</p><p>Прошло еще несколько десятков секунд, прежде чем Хуан Оро посмотрел на Чанема, не имевшего никаких примечательных черт лица:</p><p>«Ты хочешь сказать, что тот Иру, который погиб во время церемонии Моления Морю, был фальшивым?»</p><p>Чанем с улыбкой переспросил:</p><p>'С чего ты решил, будто фальшивый Иру действительно умер?</p><p>«Другие усопшие были поглощены морем, а вот он — не факт.»</p><p>Не говоря уже о таком чуде, как воскрешение из мертвых, никто из присутствующих даже не мог доказать, что фальшивый Иру действительно упал в море.</p><p>Увидев, что Хуан Оро умолк, Чанем продолжил:</p><p>«Настоящий Иру, должно быть, был убит теми вредителями за несколько дней или даже недель до церемонии Моления Морю, нет, скорее всего, похищен, и застрелен лишь через некоторое время после завершения церемонии Моления Морю. Таким образом, ваш 'спиритизм» закономерно потерпел неудачу, поскольку к живому человеку нельзя применить спиритизм таким способом. После этого кто-то выдал себя за него, прожил под его именем в деревне Мило некоторое время и без всяких подозрений в качестве моряка поднялся на ритуальный корабль, на котором «Морской Губернатор» берет в жены море.</p><p>«Хм, Иру ведь из тех людей, у кого все старшие родственники умерли, сам он еще не женился, детей нет, да и с братьями и сестрами вместе не живет?»</p><p>Взгляд Хуана Оро замер:</p><p>«Примерно так. Старая бабушка из его семьи умерла еще с десяток лет назад, его родители оба были „детьми моря“, создали отдельную семью, но вскоре после того, как он стал взрослым, один за другим потеряли контроль над силой, лишились рассудка, превратились в чистокровных родичей моря, и мы отправили их обратно в океан.»</p><p>«И впрямь, они выбрали моряка, под которого маскироваться проще всего,» — с некой чувственностью произнес Чанем.</p><p>Хуан Оро нахмурился:</p><p>«Но каждый, кто поднимается на ритуальный корабль, проходит рутинную проверку у другого вида родичей моря, чтобы подтвердить подлинность.»</p><p>Чанем ухмыльнулся:</p><p>«Ты сам сказал, это всего лишь рутинная проверка, а в этом мире хватает маскировок, для распознавания которых требуются особые методы или глубокий анализ.»</p><p>Хуан Оро с тяжелым видом кивнул.</p><p>Чанем не без хвастовства добродушно посоветовал:</p><p>«В следующий раз вам лучше брать немного крови у каждого, кто поднимается на борт, и сравнивать ее с несколькими ближайшими родственниками по родословной, проверяя наличие соответствующего родства.»</p><p>«Это выход,» — издал «хм» Хуан Оро.</p><p>За прошедшие сотни и тысячи лет ни на одном этапе церемонии Моления Морю не возникало проблем, поэтому раньше они никогда и не задумывались над улучшением каких-либо деталей.</p><p>Хуан Оро перевел тему и спросил:</p><p>«Чего на самом деле пытаются добиться те люди, что сорвали ритуал?»</p><p>«Мы и сами не знаем,» — Чанем развел руками и взглянул на окно с задернутыми шторами.</p><p>В той стороне находилась резиденция «Морского Губернатора».</p><p>Хуан Оро подумал, что Чанем намекает на то, о чем ранее упоминал Луи Бери, и слегка кивнул:</p><p>«Когда церемония Моления Морю в этом году пройдет успешно, мы отпустим Мигеля, чтобы он отправился жить в Толер. К тому времени провал прошлогоднего ритуала перестанет быть секретом, который категорически нельзя разглашать, и у нас не будет необходимости убивать Мигеля.»</p><p>«Мигель?» — задумчиво спросил Чанем.</p><p>«Это тот фальшивый „Морской Губернатор“. Изначально он работал в рыболовной компании, а его предки были родом из деревни Мило,» — кратко пояснил Хуан Оро.</p><p>Чанем отвел взгляд и ухмыльнулся:</p><p>«Он тоже, считай, целый год наслаждался жизнью, хоть и пребывал в постоянном страхе. Впрочем, за все приходится платить.»</p><p>Спутник этого Великого авантюриста сделав паузу, с некоторым любопытством спросил:</p><p>«Предки вашей деревни Мило — это родичи, выбравшиеся из глубин моря, или же они были обычными рыбаками, которые в один прекрасный день внезапно получили призыв и откровение моря, постигнув способ ублажать его и получать благословения?»</p><p>Хуан Оро надолго умолк, после чего произнес:</p><p>'Мы и сами не знаем, есть оба предположения.</p><p>«Деревня Мило когда-то была уничтожена Церковью 'Матери-Земли», многие традиции совершенно пресеклись, и нам неизвестно происхождение наших предков.</p><p>«Сам я склоняюсь ко второму варианту, поскольку мы разительно отличаемся от других родичей моря: рожденные нами дети поначалу имеют человеческий облик, и только после принятия большей силы моря могут превратиться в тех гуманоидных ящеров. К тому же наши силы угасают, а их — нет.»</p><p>Чанем согласно кивнул:</p><p>«Я тоже считаю, что второй случай более вероятен.»</p><p>Он перевел тему и спросил:</p><p>«Следы предков деревни Мило действительно стерты без остатка, не осталось вообще ничего?»</p><p>Хуан Оро несколько секунд смотрел на Чанема, а затем ответил:</p><p>«Осталось кое-что в подвале резиденции 'Морского Губернатора», но там лишь отдельные символы и узоры, не имеющие практического смысла и не поддающиеся расшифровке.</p><p>«Если вы хотите посмотреть, подождите до ритуала Бдения. Вы ведь беспокоитесь о том, как бы о нашем сотрудничестве не узнал кто-то посторонний? Отправляться в резиденцию „Морского Губернатора“ прямо сейчас — значит легко себя раскрыть.»</p><p>«Идет.» Чанем расспросил о прочих деталях, после чего его тело внезапно вжалось в тень у угла стены и в мгновение ока исчезло.</p><p>Хуан Оро посмотрел на место, где растворился спутник Великого авантюриста, и медленно вздохнул.</p><p>У него возникло давящее чувство, будто вокруг порта Санта собирается буря.</p><p>…………</p><p>Гостиница «Соло», в хозяйской спальне люкса на пятом этаже.</p><p>Вышедший из тени Чанем надел серебристо-белый клипс «Ложь» за левое ухо, его глаза быстро стали чистыми, словно озерная вода, а волосы окрасились в льняной цвет, непрерывно удлиняясь и падая на плечи.</p><p>Франка, которая даже в мужской одежде все еще излучала поразительное обаяние, бросила клипс обратно Лумиану, а сама достала из кармана черную резинку и связала длинные волосы в высоко развевающийся конский хвост.</p><p>«Обнаружены следы „Барда“!» — с радостью произнесла эта «Демонесса Наслаждения».</p><p>«Почему „Бард“, а не двое других?» — спросил Лумиан, сидя в кресле перед письменным столом, за которым были плотно задернуты шторы.</p><p>В этот раз он намеренно вернулся в Трир и привез Франку в порт Санта на помощь по двум причинам. Во-первых, он считал, что в сфере прорицания и спиритизма уступает «Демонессе Наслаждения», и, не желая тратить сыворотку правды, обратиться напрямую к Франке было лучшим выбором. Во-вторых, чтобы Франка под видом его второй личности полностью разграничила «его» и Великого авантюриста Луи Бери, обманув тех, кто тайно следил за ним, — в будущем на основе этого, возможно, удастся совершить некий обман.</p><p>Франка в общих чертах пересказала результаты сегодняшнего спиритизма и состоявшийся диалог, после чего произнесла:</p><p>«Фальшивый Иру, во-первых, должен обладать способностью, подобной 'Безликому», а во-вторых, быть искусным в воровстве. Притом еще давным-давно «У меня есть друг» говорил, что «Бард» — это «Похититель огня» шестой Последовательности Пути «Мародера». Разумеется, сейчас он, весьма вероятно, обладает куда большей силой.</p><p>«Если бы остальные не подтвердили, что 'Локи» не участвовал в той выходке на прошлогодней церемонии Моления Морю — по крайней мере, открыто, — он наверняка был бы самым подходящим кандидатом на роль фальшивого Иру. Ну а теперь выше вероятность того, что это «Бард».</p><p>«Будучи Потусторонним Средней Последовательности Пути „Мародера“, он, возможно, владеет предметом, подобным „Лжи“, либо вознес молитву тому Достопочтенному и получил изменение фигуры и внешности с добавлением оккультного контргадания и контрпророчества. Хм, „Мародер“ — один из трех Путей, наиболее подверженных влиянию Достопочтенного.»</p><p>Лумиан молча выслушал её и постепенно улыбнулся:</p><p>'«Бард» в прошлогодней церемонии играл роль и выполнял функцию, которые теперь в целом можно считать понятными:</p><p>«Он отвечал за то, чтобы под видом моряка подняться на борт, украсть настоящее кольцо Жертвоприношения, заменить его фальшивым, а затем добровольно прыгнуть в море и сбежать, инсценировав смерть!»</p><p>Лумиан сделал паузу и добавил:</p><p>«Теперь вопрос в том, какую роль во всем этом сыграли „Безумная“ и „Ультрамен“ и каково их значение? На данный момент кажется, что их наличие или отсутствие никак не повлияло бы на итоговый провал церемонии Моления Морю.»</p><p>Франка, поджав губы, сделала несколько шагов туда-сюда и проговорила:</p><p>'«Безумная», возможно, отвечала за прикрытие и связь. Например, когда «Бард» прыгнул в море, она при помощи «Телепортации» забрала его прямо оттуда, чтобы его не поглотило разъяренное море. Подобное под силу только «Мироходцу».</p><p>«„Ультрамен“ отвечал за предоставление сведений о церемонии Моления Морю и составление плана? Нет, одним этим его роль наверняка не ограничивалась, у него должна быть и другая функция…»</p><p>Лумиан откинулся на спинку стула и, медленно поглаживая подбородок, произнес:</p><p>«Что касается 'Безумной», я согласен с твоей догадкой. Но судя по имеющимся сведениям, без руководства «дитя моря» и не следуя определенному маршруту, проникнуть в ту особую акваторию невозможно. Как «Безумная» смогла совершить туда «Телепортацию»? Хм, она тоже таилась на корабле? Или же у «Барда» при себе была какая-то особая метка для ориентирования? Это точно не физический предмет, иначе его нашли бы при досмотре.</p><p>«Что до „Ультрамена“, я всегда подозревал, что он местный из порта Санта и достаточно осведомлен о церемонии Моления Морю. Прошлогодняя выходка, по всей видимости, была устроена именно им.»</p><p>Сказав это, Лумиан поднялся на ноги:</p><p>«Интуиция подсказывает мне: если мы сможем выяснить, что именно сделал „Ультрамен“ во время прошлогодней выходки и какова была его роль помимо организаторской, то мы сможем понять истинную цель „Дня дурака“ в этом деле!»</p></section><section><title><p>Глава 568 Возможная зацепка</p></title><p>Глава 568 Возможная зацепка</p><p>Франка поддалась настроению, вызванному словами Лумиана, и с немалым воодушевлением поддакнула:</p><p>«Тогда мы считай схватили лису за хвост, и когда придет время, призовем хороших помощников и постараемся ухлопать побольше ключевых участников „Дня дурака“!»</p><p>Говоря это, она под конец даже стиснула зубы от злости.</p><p>Лумиан и Франка строили самые разные догадки и умозаключения о роли, которую сыграл «Ультрамен» в прошлогоднем розыгрыше, и о его влиянии на события, но ни одно из них не заставило их глаза вспыхнуть чувством, будто они ухватили суть.</p><p>«Фух, всё еще не хватает кое-каких важных кусочков пазла, — вздохнула Франка. — Посмотри, получится ли у тебя выудить побольше рыбы.»</p><p>Ей пора было возвращаться в Трир.</p><p>Лумиан хмыкнул «ум» и задумчиво спросил:</p><p>«Как продвигаются ваши поиски потомков рода Тамара?»</p><p>«Пока никаких результатов, но госпожа „Суд“ собирается уведомить об этом других Старших Арканов, чтобы они тоже присмотрелись.» — Франка вкратце обрисовала положение дел со своей стороны.</p><p>Лумиан посмотрел ей в лицо и сказал:</p><p>«У меня есть направление для расследования.»</p><p>«Какое?» — Франка приподнялась духом.</p><p>Уголки губ Лумиана медленно поползли вверх:</p><p>'Займись проверкой других членов Секты Демонессы в Трире.</p><p>«Раз уж часть членов рода Тамара тесно связана с Сектой Демонессы и, возможно, даже совместно создала тайную организацию 'Орден Гнозиса», то среди них вполне могут быть люди, напрямую вступившие в Секту Демонессы.</p><p>«К тому же, разве поручение госпожи „Суд“ не заключается в том, чтобы проникнуть в Секту Демонессы и выяснить текущее состояние и проблемы „Изначальной Демонессы“? Если ты не будешь расследовать дела других демонесс и выуживать из их уст сведения, то собираешься начать только тогда, когда дослужишься до уровня „Красной Демонессы“? И где ты тогда найдешь столько Потусторонних характеристик „Охотника“ со статусом Ангела, чтобы они помогли тебе вернуть прежний пол?»</p><p>«Почему именно „Красная Демонесса“?» — Франка инстинктивно уцепилась именно за этот вопрос.</p><p>Лумиан улыбнулся:</p><p>«Ты забыла про свое прозвище, госпожа „Красный Сапожок“!»</p><p>Франка смущенно ухмыльнулась:</p><p>'Разве это было сделано не для того, чтобы создать яркую черту персонажа, а при побеге легко сменить её, создав заметное отличие от описания в ордере на арест?</p><p>«Кхм, а проводить расследование в отношении других демонесс прямо под носом у „Черной Демонессы“ — это не слишком опасно?»</p><p>Лумиан приподнял бровь и многозначительно усмехнулся:</p><p>«С какой целью ведется расследование в отношении рода Тамара?»</p><p>«Чтобы расследовать Человека из зеркала,» — подсознательно ответила Франка.</p><p>Лумиан задал следующий вопрос:</p><p>«А кто дал поручение расследовать Человека из зеркала?»</p><p>«„Черная Демонесса“…» — Франка тут же закрыла рот.</p><p>Затем она пробормотала про себя:</p><p>«И все же нужно соблюдать меру и умело сфабриковать источник сведений, иначе меня все равно заподозрят.»</p><p>Лумиан не стал больше ничего говорить, схватил Франку за плечо, собираясь отправить её обратно в Трир.</p><p>Франка взглянула на окно с задернутыми шторами и с рвением произнесла:</p><p>«Насчет последующего визита к боевым монахиням — не забудь привлечь меня.»</p><p>Она прибыла в порт Санта еще днем и под взятым псевдонимом «Чанем», приняв облик с фальшивого удостоверения личности Лумиана, долго гуляла по городу, благодаря беглому языку Плато быстро разгадав местный уклад и нравы боевых монахинь.</p><p>Лумиан фыркнул:</p><p>«Забудь, ты даже не можешь сделать их беременными.»</p><p>Франка упрямо возразила:</p><p>«Теоретически говоря, это не так уж и невозможно, просто довольно опасно — сама подумай о мадам Пуалис.»</p><p>Лумиан мгновенно лишился дара речи.</p><p>«К тому же, жизнь состоит не из одного только рождения детей…» — Франка продолжила искать оправдания.</p><p>Лумиан бесшумно вздохнул и активировал метку на правом плече.</p><p>Вместе с продолжавшей говорить Франкой он исчез из хозяйской спальни номера.</p><p>Вскоре Лумиан вернулся на то место, откуда ушел.</p><p>Покачав головой и посмеявшись над Франкой, он снова сел в кресло с высокой спинкой.</p><p>Надо признать, возможность пообщаться с другом без всякой настороженности, говоря всё, что приходит в голову, и шутя без оглядки, отлично помогала разрядить накопившиеся в его душе чувства.</p><p>Снова расслабившись, Лумиан откинулся на спинку кресла и стал мысленно систематизировать имеющиеся сведения о церемонии Моления Морю и показаниях разных сторон, пытаясь обнаружить детали, способные раскрыть следы присутствия «Ультрамена», а также проверить, нет ли упущенных из виду вопросов.</p><p>Будучи «Заговорщиком», Лумиан не нуждался в том, чтобы выписывать ключевые пункты на бумагу и сверяться глазами: вся информация одновременно распределилась в его разуме, сплетаясь в огромную паутину, которая медленно вращалась и изменялась.</p><p>Спустя некоторое время он резко выпрямился.</p><p>Он нашел зацепку, способную, возможно, раскрыть истинную суть церемонии Моления Морю.</p><p>Лумиан поднялся, вышел из хозяйской спальни и увидел Людвига, который уплетал хрустящую снаружи и нежную внутри картофельно-яичную лепешку за обеденным столом в стороне гостиной.</p><p>Он сел напротив мальчугана и с улыбкой извлек сложный глаз мутировавшего черного паука — духовный материал, не содержащий Потусторонней характеристики.</p><p>Вмиг Людвиг вскинул голову и уставился на Лумиана.</p><p>«Эту штуку ты сможешь съесть?» — Лумиан подбросил черный сложный глаз.</p><p>Людвиг энергично кивнул:</p><p>«Смогу.»</p><p>Лумиан из любопытства достал Очки Тайнозрения и спросил:</p><p>«А это съесть сможешь?»</p><p>«Сейчас пока не могу,» — честно ответил Людвиг.</p><p>Сейчас пока не может, значит, в будущем, возможно, сумеет? Лумиан убрал Очки Тайнозрения и положил сложный глаз мутировавшего черного паука на обеденный стол перед собой:</p><p>«Я хочу попросить тебя перевести одну фразу. Если дашь верный ответ, то эта вещь станет твоей едой.»</p><p>Глоть. Людвиг сглотнул слюну и произнес:</p><p>«Ладно.»</p><p>Лумиан вспомнил странный язык, на котором говорил Лато Жиаро, и издал тарабарские звуки.</p><p>Под конец он сказал:</p><p>«Примерно так.»</p><p>Людвиг с разочарованным видом покрутил головой:</p><p>«Не понимаю.»</p><p>Он помедлил и добавил:</p><p>«Но будто где-то слышал, что-то знакомое.»</p><p>Значит, при запечатывании тела разума была запечатана и большая часть воспоминаний со знаниями? Под полным сожаления взглядом Людвига Лумиан убрал сложный глаз мутировавшего черного паука обратно в Вещмешок путешествиника.</p><p>Людвиг запихал в рот кусок картофельно-яичной лепешки и невнятно пробурчал:</p><p>«Если найдешь существо, понимающее этот язык, и дашь мне его съесть, тогда я смогу перевести.»</p><p>Это… — Лумиан с легким удивлением спросил:</p><p>«Съев какую-то вещь, ты можешь получить её способность или кое-какие знания?»</p><p>«Есть время действия, да и зависит от конкретных обстоятельств,» — кратко пояснил Людвиг, не вдаваясь в подробности.</p><p>Лумиан задумчиво кивнул:</p><p>«Ты смог рассказать о черной букашке Батинса потому, что какое-то время назад съел такую штуку?»</p><p>«Угу.» Людвиг кивнул: «Она хотела напасть на меня из засады, она долго ждала.»</p><p>Вот оно что, а я-то думал, ты восстановил часть воспоминаний и знаний… И впрямь, парализующая атака была направлена не только на Лугано, ведь это в любой момент могло превратиться в ловушку… Лумиан поднялся, вышел из-за обеденного стола и под жалкими глазами Людвига вернулся в хозяйскую спальню.</p><p>Ему негде было искать для Людвига существо, понимающее этот «язык моря», ведь даже люди из Рыболовной гильдии не могли с уверенностью сказать, верна ли расшифрованная ими суть.</p><p>Войдя в хозяйскую спальню и закрыв дверь, Лумиан с мыслью, что за спрос денег не берут, понизил голос:</p><p>«Термиборос, ты понимаешь этот язык? Знаешь, каков истинный смысл той фразы?»</p><p>Величественный, многослойный голос Термибороса раздался и зазвучал в ушах Лумиана:</p><p>«Во всяком случае, это не означает „Взять море в жены в знак его покорения“.»</p><p>Сказав эту фразу, Термиборос вновь умолк, совершенно не собираясь объяснять Лумиану настоящий смысл.</p><p>Чёрт, лучше бы ты вообще не отвечал! Подтвердил мои догадки, а сути так и не раскрыл! Ха-ха, а ты случаем не притворяешься, что понимаешь? Лумиан мысленно выругался, чувствуя, что Термиборос, этот Ангел Неизбежности, всё меньше походит на того прямого и простодушного, каким был вначале, совершенно не владея искусством общения.</p><p>Он постепенно учится тому, как выводить людей из себя!</p><p>Лумиан успокоил чувства, снова сел в кресло, разложил почтовую бумагу и начал писать письмо госпоже «Фокусник».</p><p>С настроем человека, записывающего путевые заметки, он описал всё увиденное и услышанное в порту Санта, а под конец скомпоновал по звучанию фразы на неизвестном языке и привел вариант, к которому склонялась Рыболовная гильдия, — «О море, я возьму тебя в жены в знак того, что покорил тебя», после чего изложил просьбу:</p><p>«Госпожа, встречали ли Вы подобный язык и знаете ли его истинный смысл?»</p><p>Сложив письмо, Лумиан обустроил ритуал и призвал Посланницу-«куклу».</p><p>Одетая в нежно-золотистое платьице Посланница-«кукла» вышла из свечного пламени, огляделась по сторонам и грозно произнесла:</p><p>«Не подпускай ко мне того грязного мальчишку!»</p><p>«Он ест снаружи и без моего разрешения не войдет.» Неизвестно почему, но в грозных словах Посланницы-«куклы» Лумиан уловил крупицу затаенного страха.</p><p>Посланница-«кукла» удовлетворенно кивнула:</p><p>'Ты должен строго следить за ним!</p><p>«Если он не будет слушаться, не давай ему еды!»</p><p>Использует местоимение «оно»… Лумиан усмехнулся и сказал:</p><p>«Если я не буду давать ему есть, может случиться кое-что еще более жуткое.»</p><p>Посланница-«кукла» ненадолго умолкла и вымолвила:</p><p>«Тогда давай ему побольше еды!»</p><p>Договорив, похожая на куклу посланница, держа сложенное в квадратик письмо, стремительно сжалась и ушла обратно в свечное пламя.</p><p>Лумиан завершил ритуал, погасил свечу, посмотрел на дверь хозяйской спальни и бесшумно пробормотал себе под нос:</p><p>«Действительно запечатанное опасное существо…»</p><p>Затем он достал карманные часы в золотом корпусе, полученные в танцевальном зале «Бриз», и с щелчком открыл их, чтобы посмотреть на время.</p><p>Он целиком обратился в тень и слился с темнотой.</p><p>Сегодня ночью у него еще оставались дела.</p><p>…………</p><p>Портовый район, верхний этаж похожего на замок здания Рыболовной гильдии.</p><p>Когда Лумиан поднялся в место, напоминающее башню, он увидел Лато Жиаро, ожидавшего там в парадном костюме.</p><p>«Сегодня твоя смена?» — поправив на голове желтую соломенную шляпу, непринужденно спросил Лумиан, словно болтал с другом.</p><p>Лато, мужчина средних лет, вздохнул:</p><p>«Изначально нет, но раз уж ты собирался прийти, то стала моей — не приходить же сюда председателю, такому старику?»</p><p>Лумиан не стал больше ничего говорить, сформировал один за другим ало-белые огненные шары с замедленным взрывом и швырнул их в разные уголки башни.</p><p>Закончив с этим, он помахал рукой Лато Жиаро и снова вернулся в тень.</p><p>Лато подошел к входу в башню и с некоторой боязнью сжал кулаки.</p><p>Прошло всего тридцать секунд, как эти ало-белые огненные шары одновременно взорвались.</p><p>Бум!</p><p>Вся башня оказалась поглощена взметнувшимся пламенем, а стоявшего у входа Лато взрывной волной выбросило наружу.</p><p>На поверхности его тела заранее проступила прочная блестящая чешуя, чтобы ослабить урон.</p><p>Бум!</p><p>Не прошло и полчаса, как все хорошо информированные люди во всем порту Санта узнали об одном событии:</p><p>Рыболовную гильдию взорвали!</p></section><section><title><p>Глава 569 Сведенные зацепки</p></title><p>Глава 569 Сведенные зацепки</p><p>Гостиница «Соло».</p><p>Люмиан вглядывался в огни в районе порта, окрасившие ночное небо в красный цвет, слушал далёкий шум и ждал посетителя, который мог вот-вот прийти.</p><p>Вскоре раздался громкий стук в дверь: тук-тук-тук.</p><p>Не дожидаясь, пока Люгано проснется и встанет с постели, Люмиан развернулся и подошел прямо к двери.</p><p>Распахнув дверь, он увидел Ноэлию в коричневом кожаном доспехе и двуугольной монашеской шапочке.</p><p>С лицом, холодным как иней, Ноэлия внезапно подняла руку и пониженным голосом выкрикнула на языке Древнего Гермеса:</p><p>«Заточение!»</p><p>Люмиан тут же потерял возможность двигаться: казалось, его окружают слои прозрачных стен или текучая вязкая жидкость, ограничивающая каждое движение, превращая его в крошечную букашку внутри янтаря.</p><p>В следующую секунду Ноэлия обратным хватом выхватила из-за спины прямой меч.</p><p>В то же время штанины Люмиана резко натянулись, сам он словно стал выше и шире, а из глубины его тела вырвалась взрывная сила.</p><p>Сковавший его прозрачный «янтарь» издал скрипящий звук, и на нем одна за другой пролегли невидимые трещины.</p><p>Со свистом Ноэлия сжала рукоять прямого меча обеими руками, рассекла воздушный поток, разрубила и без того шаткую «клеть» и обрушила клинок на голову Люмиана.</p><p>Наготове занесенный правый кулак Люмиана вовремя метнулся навстречу, вспыхнув сгущенным ало-белым пламенем, и ударил в плоскую сторону прямого меча.</p><p>В глухом сдержанном хлопе тот прямой меч отклонился в сторону и, чиркнув по дверному косяку, с грохотом вонзился в пол.</p><p>Ноэлия воспользовалась инерцией, чтобы отступить, убрала прямой меч и глубоким голосом спросила на интисском языке:</p><p>«Это ты взорвал Рыболовную гильдию?»</p><p>Люмиан, увидев это, не стал контратаковать. Его тело вернулось в норму, и он с улыбкой произнес:</p><p>«Взорвал ли это я — неважно. Важно лишь то, сможет ли кто-нибудь доказать, что это сделал я.»</p><p>Он понимал, что Ноэлия лишь предостерегала его, а не действительно пыталась уничтожить, иначе после «Заточения» последовала бы другая Потусторонняя способность, а не прямой удар мечом.</p><p>Ноэлия сохраняла величественный вид человека, годами поддерживавшего порядок в порту Санта и допрашивавшего различных подозреваемых:</p><p>«Зачем доводить до такого, зачем устраивать такой шум?»</p><p>Люмиан повернул голову и взглянул на комнату слуги, давая знак поднявшемуся на шум Люгано возвращаться в постель.</p><p>Направляясь к креслу-качалке в гостиной, он проигнорировал вопрос Ноэлии и с улыбкой сказал:</p><p>«Я кое-что выяснил.»</p><p>«Например?» — Ноэлия вошла в номер и прикрыла за собой деревянную дверь.</p><p>Люмиан указал на диван:</p><p>«Сначала присядь, а потом поговорим, чтобы ты не говорила, будто я невоспитан.»</p><p>Ноэлия бросила взгляд на Люмиана и с улыбкой ответила:</p><p>«О какой вежливости речь, если ты даже не обменялся со мной традиционным поцелуем в щеку?»</p><p>Ее поведение было предельно открытым и естественным.</p><p>Люмиан опустился в кресло-качалку и ответил на ранее заданный вопрос:</p><p>«Например, прошлогодняя церемония Моления Морю провалилась.»</p><p>Ноэлия не выказала никакого удивления. Она села на самый край дивана, слегка наклонившись вперед, чтобы прямой меч за спиной не давил ей на спину:</p><p>«Что еще?»</p><p>Люмиан ненадолго задумался и произнес обыденным, непринужденным тоном:</p><p>'Ещё: церемония Моления Морю проводится для того, чтобы взять море в жены;</p><p>«Ещё: 'Морской Губернатор» — это муж моря, а «Морские Служанки» — воплощение моря в реальном мире;</p><p>«Ещё: будь то „Морской Губернатор“ или „Морские Служанки“, рожденные ими дети считаются „детьми моря“, причем самый первый обладает наиболее чистой кровью…»</p><p>Хотя Люмиан прекрасно понимал, что имел в виду: дети, зачатые всеми женщинами, с которыми спал «Морской Губернатор», считаются потомками моря, независимо от того, были ли они «Морскими Служанками», — сказав это вслух, он с его богатыми оккультными знаниями и Потусторонним опытом невольно подумал, что в этой формулировке кроется и другой смысл: будто «Морской Губернатор» способен родить ребенка сам.</p><p>Фух, и вправду, чем больше знаешь, тем проще подвергнуться скверне. Раньше я бы до такого даже не додумался… Покуда Люмиан мысленно вздыхал, Ноэлия с неким изумлением и выражением одобрения произнесла:</p><p>«Скорость твоего расследования превзошла все мои ожидания. Не прошло и пары дней, а ты уже во всем разобрался.»</p><p>Вообще-то прошло уже немало дней, а мой амулет «Понимание языков» завтра перестанет действовать. Интересно, насколько плодотворным окажется этот недельный опыт обучения с чужой помощью… Люмиан слегка улыбнулся:</p><p>«Ты же не думаешь, что моя слава Великого авантюриста держится на одном хвастовстве?»</p><p>«Человек, за которого назначена награда в 300 000 рисо и прозванный „Колдуном-Демоном“, уж точно не хвастун,» — иносказательно дала понять Ноэлия, что ничуть не недооценивает того, кто сумел выследить и одолеть «Колдуна-Демона».</p><p>Она с удовлетворением кивнула и добавила:</p><p>'Многие Потусторонние хоть и обладают неплохими способностями, но обделены умом, слепо рвутся в драку и любят красоваться. Ты не из их числа.</p><p>«И все же я должна предупредить тебя: не заходи слишком далеко. Хотя я прекрасно понимаю, с какой истинной целью ты поднял весь этот шум, мы обязаны поддерживать порядок и стабильность в порту Санта. Не усложняй нам жизнь.»</p><p>В сочетании с недавним предупреждением подтекст этих слов таков: не разрушай текущее положение дел в порту Санта. Тебе позволено расследовать церемонию Моления Морю, но нельзя кардинально подрывать местный порядок? Другими словами — не добивать Рыболовную гильдию? Чего вообще добивается ваша Церковь Матери-Земли, пытаясь усидеть на двух стульях… Размышляя над подтекстом Ноэлии, Люмиан с улыбкой произнес:</p><p>«Будь вы откровеннее и поделись информацией, мне бы вообще не пришлось устраивать всё это.»</p><p>Ноэлия слегка смущенно, но вежливо улыбнулась:</p><p>'Многими сведениями не располагаем даже мы. Могу лишь сказать: раз Церковь сквозь пальцы смотрит на существование церемонии Моления Морю и на то, что члены Рыболовной гильдии получают силу моря, на то есть веские причины. И дело вовсе не в том, способны ли мы с этим справиться.</p><p>«Что же до самих причин, мой сан не позволяет узнать их. Возможно, архиепископ, ответственный за всю провинцию Гая, и глава нашего Ордена Изобилия смогли бы дать тебе ответ.»</p><p>Люмиан усмехнулся:</p><p>«Тогда ради чего вы терпите и даже потакаете моему расследованию церемонии Моления Морю?»</p><p>Ноэлия вздохнула:</p><p>«Зачем обязательно докапываться до сути? Мы ведь тоже не спрашиваем, какова настоящая цель твоего расследования.»</p><p>С этими словами боевая монахиня поднялась с дивана и направилась к выходу из номера.</p><p>Сделав несколько шагов, она остановилась и задумчиво произнесла:</p><p>«В подвале резиденции „Морского Губернатора“ в деревне Мило сохранились древние следы, способные кое-что прояснить. Тебе стоит при случае туда заглянуть.»</p><p>'«В подвале резиденции 'Морского Губернатора»? Судя по пересказу Франки, там сохранилось немного символов и узоров, оставленных предками деревни Мило… Ноэлия имеет в виду, что в них таится довольно важная информация? И что причина, по которой Церковь «Матери-Земли» сквозь пальцы смотрит на проведение церемонии Моления Морю, тоже в них заключается?</p><p>«Если Хуан Оро не соврал, не скрыл ничего намеренно и не сыграл подло, то не означает ли это, что Церковь „Матери-Земли“ знает предков деревни Мило получше, чем их собственные потомки? Впрочем, естественно: в конце концов, именно эта сила когда-то разрушила деревню Мило и зачистила тех предков. За эту тысячу с лишним лет преемственность их знаний ни разу не прерывалась, к тому же они всегда находились на самой вершине реального мира…» — Люмиан глядел вослед Ноэлии, открывшей дверь и ушедшей, и не стал расспрашивать дальше.</p><p>Едва он вернулся в главную спальню и собрался лечь спать, как увидел, что Посланница-«кукла» бросила сложенный квадратиком листок бумаги и улетела подобно птице, даже не поздоровавшись.</p><p>''Людвиг, кроме того что любит поесть и метет всё подряд, вроде бы не настолько уж и раздражает?</p><p>«Э-э, мадам „Фокусник“ и впрямь любит ложиться поздно, ночью на письма она отвечает быстрее всего…» — беззвучно бурча, Люмиан поднял ответное письмо.</p><p>Он быстро развернул его и принялся читать содержимое:</p><p>''До сих пор твои успехи в порту Санта можно назвать вполне достойными.</p><p>'«Я не стану чрезмерно вмешиваться и давать указания. Для тебя это возможность продвинуться дальше в усвоении зелья 'Заговорщика», очень хорошая возможность.</p><p>''Тот отрывок я в общих чертах восстановила. Прочитав его несколько раз, могу сказать: он не относится ни к одному из известных мне языков, но совершенно точно не обладает свойством задействовать силы природы. При этом сам по себе он обладает определенной энергией — ведь язык тоже может обладать энергией.</p><p>''Что это означает? Это означает, что во время церемонии Моления Морю эти слова нельзя использовать как язык жертвоприношения, и с их помощью вряд ли удастся вступить в контакт с Потусторонними сущностями — то есть с так называемым морем.</p><p>''Почему же тогда церемония Моления Морю проходит успешно? Ключ, по всей видимости, кроется в том самом кольце Жертвоприношения. С высокой долей вероятности оно обладает уникальной формой, странными узорами, высокой духовностью и накопленными знаниями, а те слова благодаря своему произношению, структуре и энергии лишь активируют это кольцо, заставляя его сработать как надо.</p><p>'«Если ты сможешь передать мне воссозданное состояние кольца после ритуала Бдения, я берусь расшифровать его конкретные эффекты и общий смысл тех слов».</p><p>«И вправду: когда Лато Жиаро зачитывал фразы вроде „О море, я беру тебя в жены…“, не было никаких признаков задействования сил природы, а значит, они точно не могли служить языком жертвоприношения и несли иную функцию…» — прочитав объяснения мадам «Фокусника», Люмиан еще глубже осознал суть этапа морского жертвоприношения.</p><p>И теперь большинство зацепок, похоже, ждали момента, когда он сумеет проникнуть в резиденцию «Морского Губернатора», чтобы получить продолжение.</p><p>…………</p><p>На следующее утро Люгано с Людвигом шли по улице, покупая завтрак, которого захотелось маленькому мальчику.</p><p>Вдруг какой-то человек с опущенной головой поспешно прошёл мимо и, словно поскользнувшись, толкнул его.</p><p>Люгано, сохраняя полное спокойствие, подался в сторону, не позволив тому человеку задеть себя.</p><p>Он даже поддержал незнакомца и с наигранной вежливостью произнес:</p><p>«Осторожнее.»</p><p>Тот человек в ответ сжал руку Люгано и кое-что сунул ему в ладонь.</p><p>Затем он неопределенно буркнул «простите» и пошел дальше, растворившись в толпе.</p><p>Люгано опустил взгляд на свою ладонь: там лежал смятый в комок белый листок бумаги для записей.</p><p>Он не стал сразу смотреть, что написано на бумаге. Купив Людвигу завтрак, он вернулся в гостиницу «Соло» и обо всем рассказал Люмиану.</p><p>Люмиан взял бумажный комок и довольно небрежно развернул его.</p><p>Там довольно изящным почерком было написано:</p><p>«После прошлогодней церемонии на море произошли аномальные изменения.»</p></section><section><title><p>Глава 570 Возможный виновник утечки</p></title><p>Глава 570 Возможный виновник утечки</p><p>Провал прошлогодней церемонии Моления Морю вызвал аномалию в той акватории? Дочитав содержимое записки, Лумиан естественным образом пришёл к такой трактовке.</p><p>Вглядываясь в листочек в своей руке, он смутно уловил знакомый аромат.</p><p>Немного поразмыслив, Лумиан вспомнил источник этого запаха — это были духи госпожи Джоджии из семейства Пако.</p><p>«Нехватка опыта или намеренное отсутствие маскировки, чтобы дать мне понять, что это сведения от семейства Пако?» — беззвучно проговорил Лумиан, вспомнив человекоподобного ящера из семейства Пако, неизвестно откуда взявшегося, тяжело раненую мать Рувио Пако, Марту, и аномальное поведение их двоих в соответствующих делах.</p><p>Главная проблема вызвана аномалией моря? Аномалия моря заставила Потусторонних из семейства Пако стать чрезвычайно слабыми и привела к тому, что обычный человек, не обладающий родословной моря, превратился в человекоподобного ящера? Они не хотели, чтобы другие родичи моря узнали об этом, а сами временно испытывали нехватку сил и не могли справиться с этим человекоподобным ящером, поэтому им оставалось лишь найти стороннего авантюриста для решения проблемы? Лумиан по-новому переосмыслил противоречия в поручении семейства Пако.</p><p>А вот аномалия моря была тем моментом, о котором ни Лато Жиаро, ни Хуан Оро даже не упомянули.</p><p>Они лишь сказали, что без умиротворения от церемонии Моления Морю эта акватория стала куда более буйной, чем обычно, «лоцманы смерти» чаще покидают свои территории, а силы «детей моря» несколько угасли.</p><p>На их взгляд, это было нормальное, разумное и заранее предсказуемое положение дел, явно не имевшее отношения к аномалии.</p><p>«Аномалия произошла только в семействе Пако, или же Хуан Оро и Лато Жиаро намеренно скрыли это дело, даже не обмолвившись друг с другом и предостерегаясь взаимно?» — размышлял Лумиан, наблюдая, как записка в его ладони поглощается алым пламенем.</p><p>Он, безусловно, склонялся ко второму варианту — если только у семейства Пако не было какой-то особой специфики, воздействие аномалии моря должно было быть широким и всеобъемлющим, а не направленным исключительно на них.</p><p>Благодаря этому Лумиан также смог в общих чертах понять отвращение Рувио Пако, когда тот упоминал «Морских Служанок» и тому подобные вещи:</p><p>С тех пор как он узнал, что представляют собой «Морские Служанки», и кто его настоящие «родители», он, должно быть, погрузился в самоотвращение и неприязнь ко всей церемонии Моления Морю. Он предпочитал лишиться права наследования в семье, но не жениться снова на «Морской Служанке», а когда аномалия моря повлияла на весь род Пако, эти чувства достигли своего пика.</p><p>Это заставило Лумиана задуматься, не был ли скрытым сообщником Норфи сам Рувио Пако.</p><p>В конце концов, при тех ресурсах и том положении, которыми сейчас располагает семейство Пако, даже без церемонии Моления Морю они могли бы жить весьма припеваючи.</p><p>Лугано стоял рядом и, увидев, что наниматель после прочтения записки погрузился в глубокие раздумья, почувствовал лёгкую нервозность и замешательство.</p><p>Неужели снова что-то должно произойти?</p><p>Лумиан поднял голову, посмотрел на Лугано и с задумчивым видом произнёс:</p><p>«Хотя мой язык Плато ещё не достиг уровня 'полного владения», основные слова для повседневного общения я усвоил. В сочетании с языком тела этого вполне достаточно для нормальной жизни в порту Санта, к тому же те немногие, с кем мне действительно нужно контактировать и общаться, понимают интисский.</p><p>«Я могу выплатить тебе остаток прямо сейчас, а в качестве бонуса предоставить бесплатную „Телепортацию“ обратно в Трир.»</p><p>Лугано инстинктивно покачал головой:</p><p>«Когда вы заняты делами, вы не можете брать с собой Людвига. Если я уйду сейчас, кто за ним присмотрит?»</p><p>Ещё неизвестно, кто за кем присмотрит… Лумиан пристально смотрел на Лугано пару секунд, впервые отчётливо ощутив, что с этим переводчиком что-то не так:</p><p>Уже подвергшись нападению, лицом к лицу с возможной опасностью, он подсознательно отверг предложение расторгнуть трудовой договор прямо сейчас и переправить его в безопасное место!</p><p>Это ведь не уменьшило бы его плату ни на один фер!</p><p>Судя по обычному поведению и характеру Лугано, Лумиан считал, что вероятность того, что тот заберёт остаток оплаты и покинет порт Санта, крайне высока, однако реальность оказалась иной.</p><p>Возможно, он и сам не знал, почему поступает именно так, а просто принял решение «инстинктивно»… Лумиан едва заметно кивнул и больше не поднимал тему выплаты остатка и прекращения найма.</p><p>…………</p><p>Деревня Мило, в неоднократно ремонтировавшемся родовом доме семейства Оро.</p><p>Хуан Оро сидел у окна, курил кальян и смотрел на оранжево-красное солнце, медленно опускающееся за линию горизонта, размышляя о церемонии Моления Морю, до которой оставалось чуть больше недели.</p><p>Внезапно он повернул голову и устремил взгляд на тень возле двери.</p><p>Тьма там зашевелилась, и из неё вырос зеленоглазый мужчина в золотисто-жёлтой соломенной шляпе, белой рубашке и чёрном жилете — не кто иной, как великий авантюрист Луи Бери.</p><p>«Зачем ты снова пришёл?» — вздохнул Хуан Оро на интисском языке.</p><p>Лумиан усмехнулся и придвинул стул у края заглядывавших в комнату лучей заходящего солнца, усевшись на него:</p><p>«Захотел кое о чём спросить у тебя и заранее предупредить об одной акции.»</p><p>Глаза Хуана слегка прищурились:</p><p>«Что ты опять удумал?»</p><p>«Сегодня ночью я хочу проникнуть в резиденцию „Морского Губернатора“. Если не обнаружат, то осмотрю несколько комнат, где проводился ритуал Бдения, а если обнаружат, вырвусь с боем. Это ведь отлично соответствует моему радикальному образу и продемонстрированным целям, не так ли? Никто не заподозрит, что мы тайно сотрудничаем,» — со смешком изложил свой план Лумиан.</p><p>У Хуана Оро почему-то возникло ощущение, будто собеседник угрожает ему, но доказательств найти он не мог, поскольку слова Луи Бери звучали весьма обоснованно.</p><p>Затянувшись кальяном, он помолчал несколько секунд и сказал:</p><p>«О чём же ты на самом деле хочешь спросить?»</p><p>Лумиан улыбнулся:</p><p>'Я хочу посмотреть, как выглядит кольцо для сочетания браком с морем, и какие узоры на нём выгравированы.</p><p>«Я знаю, что сейчас у вас готова только заготовка кольца, а соответствующий ритуал ещё не завершён и особенными свойствами оно не наделено. Но я верю, что ты, будучи одиннадцать раз заместителем помощника жреца и ещё больше раз помощником жреца, наверняка помнишь эти узоры, символы и структуру.»</p><p>Спина Хуана Оро постепенно выпрямилась, а тон стал мрачным и жутковатым:</p><p>«Что ты замышляешь?»</p><p>Закат в комнате внезапно померк, словно помещение увлекло в иное пространство.</p><p>Лумиан, словно ничего не замечая, произнёс:</p><p>«Что тут секретничать? Разве ты не знаешь, что форма, узоры и структура этого кольца давным-давно утекли?»</p><p>Взгляд Хуана Оро застыл:</p><p>«Когда это произошло?»</p><p>Лумиан вскинул бровь:</p><p>«Разве мой спутник не рассказал тебе настоящую причину провала церемонии Моления Морю?»</p><p>«Он лишь помог нам подтвердить, что Иру на корабле был поддельным,» — у Хуана Оро смутно зародилась догадка.</p><p>Лумиан со смешком покачал головой и, начиная с поддельного кольца, заказанного в Толере, и закланного агнца, доставленного на корабль благодаря подкупу, рассказал обо всех догадках своей группы относительно способностей фальшивого Иру и восстановленной картине произошедшего.</p><p>Хуан Оро не перебивал, выражение его лица постепенно становилось мрачным.</p><p>Спустя мгновение он произнёс немного хриплым голосом:</p><p>«Тех, кто знает подробности о „Кольце Морской Королевы“ и знает, что родичи моря редко проверяют внутренности жертвоприношений, не так уж много. Каждый из них — это „дитя моря“, действительно многократно принимавшее участие в ключевых ритуалах, и все они до сих пор живы… Иру, Сала и прочие этого не знают…»</p><p>Услышав эти слова Хуана Оро, произнесённые почти сквозь зубы, Лумиан ощутил, как в его голове вспыхнула догадка:</p><p>«Ультрамен» — это человек из Рыболовной гильдии, «дитя моря», неоднократно получавшее дары силы, и, возможно, даже занимающее определённое положение!</p><p>Разумеется, возможно и то, что он заранее взял под контроль подобного человека и находится с ним в плотном «сотрудничестве».</p><p>Если бы не это, с чего бы «Дню дурака» знать точный вид кольца Жертвоприношения и так точно воспользоваться уязвимостью в «надзоре» за церемонией Моления Морю?</p><p>Хм, хотя «У меня есть друг» говорил, что «Ультрамен» — Потусторонний Пути «Солнца», это не противоречит тому, что он одновременно является «детём моря». Даже если он сначала стал «детём моря», а затем принял зелье Пути «Солнца», в этом не должно быть ничего невозможного. Сила «детей моря» обращена к звёздному небу, а солнце и звёздное небо всегда отлично сочетаются… Настоящая цель «Дня дурака», сорвавшего церемонию Моления Морю, состояла в том, чтобы подготовиться к полному захвату той силы и того дворца на дне моря для «Ультрамена» или его «сообщника»? Мысли Лумиана постепенно прояснялись.</p><p>Посмотрев на Хуана Оро, он с непринуждённой улыбкой сказал:</p><p>«Кабы не предатель внутри, разве было бы так просто сорвать церемонию Моления Морю?»</p><p>Хуан Оро весь этот год питал подобные подозрения и теперь не мог ничем возразить на слова Лумиана.</p><p>С мрачным лицом предаваясь размышлениям, он лишь спустя долгое время вернул себе обычный вид и произнёс:</p><p>«Нужно вытащить этого предателя на свет до официального Морского жертвоприношения…»</p><p>Сказав это, Хуан Оро посмотрел на Лумиана:</p><p>«В своё время, возможно, потребуется твоё содействие в кое-каких делах.»</p><p>О, ты тоже решил заняться ловлей на живца? Лумиан ответил с улыбкой:</p><p>«Без проблем.»</p><p>Хуан Оро отложил кальян и поднялся со своего места.</p><p>Подойдя к письменному столу, он достал бумагу и перо и принялся проворно рисовать.</p><p>Спустя почти десять минут старик ковыляющей поступью подошёл к Лумиану и протянул ему лист бумаги.</p><p>Лумиан мельком взглянул на него и обнаружил, что всего там было шесть рисунков, соответственно представлявших лицевую, левую, правую, тыльную, переднюю внутреннюю и заднюю внутреннюю стороны «Кольца Морской Королевы», и на каждом рисунке располагалось множество сложных и таинственных символов, окружённых окаймлявшими их узорами.</p><p>«То, что ты получил это, на самом деле бесполезно и не даст никакого эффекта, — глухим голосом произнёс Хуан Оро. — Соответствующие виды родичей моря должны, используя свои особые свойства, по отдельности выгравировать их на кольце и подвергать его воздействию в течение шести часов, чтобы ублажить море и снискать её признание.»</p><p>Лумиан кивнул и сказал:</p><p>«Я и не думал делать копию.»</p><p>А лишь показать для расшифровки госпоже «Фокуснику».</p><p>Сменив тему, он спросил:</p><p>«И это весь этап изготовления кольца в ритуале Бдения? Больше никаких шагов нет?»</p><p>«Есть ещё один шаг: помощник жреца относит изготовленное кольцо в подвал и кладёт его перед узорами и символами, олицетворяющими наших предков, оставляя там на один час. Это дань уважения предкам, прямо как приветствие старших перед свадьбой,» — коротко пояснил Хуан Оро.</p><p>Лумиан на мгновение задумался и произнёс:</p><p>«Можешь нарисовать и узоры с символами, олицетворяющие ваших предков?»</p><p>Хуан Оро снова вернулся к письменному столу.</p><p>На этот раз у него ушло всего две минуты.</p><p>Приняв лист, Лумиан взглянул и увидел разрозненные линии и дуги — посередине многого не хватало, так что разглядеть первозданный вид было невозможно.</p><p>«Осмотр на месте, возможно, облегчит возникновение ассоциаций,» — снова вздохнул Хуан Оро.</p><p>Лумиан кивнул:</p><p>«Тогда сегодня ночью я всё же проникну в резиденцию „Морского Губернатора“.»</p><p>Хуан Оро «хмыкнул»:</p><p>«Остерегайся родичей моря там. У каждого из них свои особенности: они не обязательно сильны, но могут подавлять некоторые из твоих способностей.»</p><p>…………</p><p>Поздней ночью, под озарением алого лунного света.</p><p>Лумиан появился неподалёку от того похожего на церковь здания.</p></section><section><title><p>Глава 571 Узор «Предка»</p></title><p>Глава 571 Узор «Предка»</p><p>Лумиан повернул голову и взглянул в сторону пристани, его тело внезапно стало тонким и растворилось в тени, образованной там, куда не проникал лунный свет.</p><p>Двигаясь по темным участкам, он обошел стражников у дверей и бесшумно проник внутрь здания, веющего религиозной атмосферой.</p><p>Едва миновав вестибюль, он остановился.</p><p>Он увидел, что в глубине мрачной «вуали» скрывается множество коротышек высотой чуть больше метра с несоразмерно большими головами, выпученными глазами и сморщенной, как у семидесяти-восьмидесятилетних стариков, кожей.</p><p>Это были именно те, кого Хуан Оро и остальные называли «Маленькими дьяволами», одна из разновидностей родичей моря.</p><p>В этот момент эти «Маленькие дьяволы», пользуясь своей способностью погружаться в тень, группами по три-пять особей патрулировали каждую тень в резиденции «Морского Губернатора», не позволяя никому пробраться внутрь.</p><p>Лумиан уже имел с ними дело и знал, что эти «Маленькие дьяволы» не особо сильны: помимо слияния с тенью, они могли лишь создавать с её помощью иллюзии, так что он мог легко расправиться с одной группой.</p><p>Но как бы легко это ни было, он не мог гарантировать, что при расправе с одной из групп «Маленьких дьяволов» не возникнет ни единого звука и его не заметят другие существа в здании.</p><p>Сосредоточившись, Лумиан осмотрел незащищенные тенью участки и обнаружил, что в багровом лунном свете в пустоте смутно снуют многочисленные силуэты, то появляясь, то снова скрываясь.</p><p>Это были рыбы, покрытые подобием темно-серой брони.</p><p>Их глаза точно так же выпучивались, словно мясные шарики, вкрапленные по обеим сторонам тела, а в щелях бронированной чешуи скрывались «ниточки», словно сотканные из звездного света.</p><p>Эти странные рыбы парили в воздухе, рассредоточившись по разным зонам, и время от времени выдували из рта пузыри, таящие в себе невидимые бури и похожие на шипы трещины.</p><p>Множество пузырей лопалось, и бесчисленные «шипы» вместе с невидимой бурей разлетались во все стороны, устраивая опасную ловушку для «гостей», прибывающих с помощью «Телепортации».</p><p>На стыках зала и различных коридоров бесшумно прохаживались стражники, разбитые по трое; выражение их лиц было обычным, и внешне в них не прослеживалось ничего странного, однако Лумиан лишь мигнул, как увидел, что из затылков и краев ртов у них выползают черные букашки, покрытые тонкими длинными щетинками.</p><p>Черные букашки Батинса, проверив обстановку вокруг, быстро втянулись обратно в тела стражников.</p><p>А глаза статуй различных морских существ на стенах словно ожили и с сознательным видом осматривали все вокруг.</p><p>«И впрямь, как и говорил Хуан Оро, здесь полно самых разных родичей моря, и прокрасться бесшумно действительно невероятно трудно», — прошептал про себя Лумиан и, не спеша продвигаться дальше, остался в зоне вестибюля, терпеливо поджидая удачного момента.</p><p>Не прошло и двух минут, как со стороны пристани раздался оглушительный грохот.</p><p>Ярко-красное пламя мгновенно взвилось и устремилось ввысь, озарив каждое окно поблизости и заставив их слегка задрожать.</p><p>Будь то патрулировавшие в тени «Маленькие дьяволы», влиявшие на окружающую пустоту «бронированные странные рыбы», управлявшие стражниками черные букашки Батинса или особые существа, прятавшиеся в глазах статуй, — все они в этот момент инстинктивно перевели внимание на стеклянные окна со стороны пристани.</p><p>Лумиан действовал.</p><p>Недавний шум он устроил с помощью Замедленного взрыва!</p><p>Воспользовавшись этим шансом, он скользнул через тень мимо «Маленьких дьяволов» и обошел зону патрулирования «бронированных странных рыб».</p><p>Затем, прежде чем другие родичи моря успели что-либо заметить, он, опираясь на сведения от Хуана Оро, определил нужную комнату в самом углу зала.</p><p>Черная метка на его правом плече испустила призрак света, и он вспыхнул прямо у дверей целевой комнаты, после чего быстро подвергся Обращению в тень и просочился внутрь через дверную щель.</p><p>Взору Лумиана открылись многочисленные узоры и символы, вырезанные на полу, потолке и стенах; они выглядели точно как увеличенная версия рисунка кольца Жертвоприношения, набросанного от руки Хуаном Оро.</p><p>Кроме этого, в комнате ничего не было.</p><p>«Во время ритуала Бдения определенные разновидности родичей моря входят сюда, вырезают уменьшенные узоры со всех сторон на заготовке кольца и насыщают ее особой энергией?» — Лумиан быстро огляделся вокруг, вышел из тени и активировал черную метку у себя на груди.</p><p>По поверхности окружающих стен мгновенно пошли почти невидимые водные ряби, но тут же улеглись.</p><p>«Бутыль вымысла»!</p><p>Лумиан «поместил» эти две смежные комнаты внутрь «Бутыли вымысла», задав условие входа как «обычный человек».</p><p>Затем он спрятался у двери, то есть у горлышка «Бутыли вымысла», и намеренно издал отчетливый звук шагов.</p><p>Практически в тот же миг одна из разновидностей родичей моря заметила движение в этом месте.</p><p>Сопоставив это со взрывом на пристани и взвившимся к небу пламенем, они мгновенно осознали, что их группа попалась на чужой умысел и отвлеклась!</p><p>Они тут же подозвали своих сородичей — «бронированных странных рыб», черных букашек Батинса, «Маленьких дьяволов» и прочих, велев им немедленно войти в помещение для ритуала изготовления колец и проверить его на наличие проникшего врага.</p><p>Эти родичи моря открыли дверь и попытались устремиться внутрь самыми разными способами, но каким-то непостижимым образом оказались на прежнем месте, вернувшись в зал.</p><p>«Бронированные странные рыбы» быстро распознали суть проблемы и начали выплевывать в сторону входа и выхода «Бутыли вымысла» пузыри, таившие невидимые бури.</p><p>Однако еще тогда, когда они только хлынули сюда, помышляя лишь о том, чтобы войти в комнату, Лумиан уже обратился в теневое существо и, прижавшись к щели под деревянной дверью, тихо покинул «Бутыль вымысла» и вернулся в зал.</p><p>Все его действия до этого по-прежнему предназначались для того, чтобы привлечь внимание родичей моря и создать себе возможность сменить позицию!</p><p>Действенный умысел, разумеется, стоит использовать не один раз!</p><p>К тому же противнику трудно допустить, что за короткое время он столкнется с той же самой уловкой, и инстинктивно посчитает, будто у врага наготове какой-то иной замысел.</p><p>Конечно, на третий раз они проявят чрезмерную настороженность к подобным трюкам и во всем станут видеть попытку отвлечь внимание, и вот тогда Лумиан сможет поступить с точностью до наоборот.</p><p>Пользуясь тем, что внимание родичей моря приковано к «Бутыли вымысла», Лумиан неторопливо миновал скопление «Маленьких дьяволов», обогнул участок с «бронированными странными рыбами» к углу зала и снова применил «Переход сквозь мир духов».</p><p>На этот раз его целью был лестничный пролет, ведущий в подвал.</p><p>Находившиеся там стражники тоже поддались суматохе и сместились в зал.</p><p>Едва силуэт Лумиана проявился у входа на лестницу, как он тут же обратился в тень и вслед за густым мраком проскользнул в подвальное помещение.</p><p>Здесь не было ни стражников, ни наблюдения со стороны родичей моря; это место, судя по всему, считали неважным и отведенным лишь под выражение дани уважения жителей деревни Мило к своим предкам.</p><p>Находясь в состоянии теневого существа, Лумиан «естественным образом» обладал Ночным зрением и без создания огненных шаров в общих чертах разглядел обстановку в темном подземелье:</p><p>Из-за близости к морю вымощенный камнем пол и стены отдавали некоторой сыростью, однако благодаря тому, что на само здание влияли разного рода потусторонние силы, запаха плесени не ощущалось.</p><p>В самом центре подвала находился полуразрушенный каменный постамент, похожий на жертвенник предкам, а вокруг отпечаталось множество следов разрушения, от которых сохранились лишь разрозненные линии, дуги и фрагменты узоров, чьи первоначальные очертания уже невозможно было угадать.</p><p>«Целостные символы и узоры составляли герб предков деревни Мило? Или же это узор, обладающий оккультным значением?» — Лумиан вглядывался снова и снова, но так и не смог воссоздать в памяти вид этого места до разрушения.</p><p>Но он полагал, что раз Ноэлия из Ордена Изобилия сказала, будто здешние символы и узоры могут что-то предзнаменовать, то и он сам должен суметь извлечь отсюда какую-то информацию.</p><p>Какая же это могла быть информация? Находясь в состоянии теневого существа, Лумиан вырастил тело во мраке и огляделся по сторонам.</p><p>Слегка нахмурившись, он беззвучно прошептал:</p><p>'Неужели дело в том, что Церковь Матери-Земли, заведомо имея возможность полностью уничтожить это место, тем не менее сохранила его останки?</p><p>«Это означает, что церемония Моления Морю тоже имеет для них какое-то значение?»</p><p>Лумиан перевел взгляд на каменный постамент для жертвоприношений предкам и естественным образом вспомнил подробности ритуала изготовления колец, о которых рассказывал Хуан Оро:</p><p>«После изготовления „Кольцо Морской Королевы“ помещают сюда на один час в знак дани уважения к предкам.»</p><p>«Его кладут вот на этот алтарь, который обвалился едва ли не наполовину?» — Лумиан приблизился к серо-черному каменному постаменту и обнаружил, что на нем почти нет пыли, а все сохранившиеся линии сообща указывают на пустоту в самом центре круга.</p><p>В нем колыхнулась догадка, он достал золотой луидор и положил его в центр круга на алтаре.</p><p>Ничего не произошло.</p><p>Лумиан убрал золотой луидор, сменил его на рисо, Очки Тайнозрения, кастеты «Истязание» и прочие предметы, поочередно выкладывая их.</p><p>И снова никаких изменений не последовало.</p><p>Лумиан не сдался и достал из кармана серебристо-белую клипсу «Ложь», положив ее на свободное от линий место на поверхности каменного постамента.</p><p>В следующую секунду Лумиан словно исторгся из реальности.</p><p>Он увидал, как из глубины каменного постамента проступили линии и дуги — иллюзорные, не имеющие плоти, но вполне реальные, — которые соединились с прежними остатками и сложились в два узора:</p><p>Один узор представлял собой словно нарисованные простыми штрихами накладывающиеся друг на друга двери, а другой — диск, разделенный на двенадцать секторов разной величины; он напоминал часы, но имел лишь одну стрелку.</p><p>Лумиан пристально вглядывался, чувствуя, как нечто запечатлелось на клипсе «Ложь».</p><p>В мгновение ока линии, выступившие изнутри обломков постамента, потускнели, отступили и втянулись на прежние места, а все вокруг снова вернулось в обычное состояние.</p><p>«Эти два рисунка только что — узоры, представляющие предков деревни Мило? Или знание, полученное ими при самом первом откровении?» — пробормотал Лумиан, почувствовав, как родичи моря устремляются в подвал, схватил клипсу «Ложь» и напрямую «Телепортировался» прочь.</p><p>…………</p><p>Гостиница «Соло», главная спальня в номерах люкс.</p><p>Едва силуэт Лумиана вырисовался, как он тут же сел и принялся писать письмо госпоже «Фокуснику» — у него не было времени проверять, какие изменения произошли с клипсой «Ложь», и он намеревался отправить ее на изучение своей Старшей Аркане.</p><p>В общих чертах воссоздав узоры, символы и структуру кольца Жертвоприношения, а также всё увиденное в резиденции «Морского Губернатора», Лумиан аккуратно сложил несколько листов письма, устроил ритуал и призвал Посланницу-«куклу».</p><p>Затем он стал терпеливо дожидаться ответного письма.</p></section><section><title><p>Глава 572 Расшифровка языка</p></title><p>Глава 572 Расшифровка языка</p><p>Багровый лунный свет проникал сквозь не слишком плотные шторы и падал на письменный стол, уже пожелтевший от света газового настенного светильника, заявляя о своем небрежимом присутствии.</p><p>Лумиан пролистывал свежекупленный учебник языка Плато и, прождав с полчаса, наконец увидел, как Посланница-«кукла» доставила ответное письмо от госпожи «Фокусника».</p><p>Письмо было не слишком длинным, всего на двух страницах:</p><p>'Начнем с более простой части.</p><p>'Сопоставив узоры, символы и структуру этого кольца, я хотя и не могу пока точно расшифровать значение тех слов, но уже смогла определить форму их составления и фактическое назначение различных коротких фраз.</p><p>'Оно делится на три части:</p><p>'Первая часть, судя по всему, служит для точного указания на само кольцо, задавая ориентир для последующей активации его аномальности и наполнения энергией, содержащейся в словах;</p><p>«Вторая часть посредством резонанса и иных форм вливает энергию самих слов в кольцо, активируя 'магический круг», образованный узорами и символами. Ты можешь считать кольцо Жертвоприношения аналогом амулета, а вторую фразу — назначенной ему особой заклинательской формулой активации. Это не требует привлечения сверхъестественных сил; энергии, заключенной в самих словах, достаточно для достижения цели, однако требуется предварительное направление;</p><p>'Третья часть, как я подозреваю, представляет собой шифровку, прикрепленный к кольцу зашифрованный текст. Иными словами, когда кольцо Жертвоприношения благодаря первому и второму блокам фраз полностью активирует свою аномальность, оно запишет и понесет эту последнюю шифровку в море, чтобы передать ее некому объекту.</p><p>«Понял? Кольцо Жертвоприношения чем-то похоже на особый ключ: его необходимо активировать перед использованием, да еще и применить соответствующий пароль, чтобы этот ключ смог отворить целевые 'врата».</p><p>«Хе-хе, фраза „О море, я возьму тебя в жены в знак покорения тебя“ по фактическому смыслу равняется примерно следующему: „Ключ такой-то, снять блокировку и открыть проход, пароль ХХХХХХХХХ“. Разумеется, если переводить дословно, разница окажется огромной, но суть именно такова.»</p><p>Дойдя до этого места, Лумиан невольно скривил губы в ухмылке.</p><p>Когда сменявшие друг друга «Морские Губернаторы» с настроем взять море в жены зачитывали эти слова, случись рядом оказаться человеку, знающему соответствующий язык, он, вероятно, хохотал бы до коликов в животе.</p><p>Какое еще море, какая свадьба, какое покорение — в итоге всё свелось к снятию блокировки, открытию прохода и вводу пароля!</p><p>Если рассказать об этой трактовке Хуану Оро, Лато Жиаро и прочим, интересно, какими были бы их лица.</p><p>Нет, они ни за что не поверят. Ошибались на протяжении одной-двух тысяч лет, так что ошибка успела стать верой, стойкостью, наследием — никто не захочет признавать, что это было ошибкой.</p><p>В конце концов, результат-то один и тот же, какое тебе дело, как я это понимаю и перевожу!</p><p>Лумиан сдержал развеселившие его чувства, перевернул страницу и продолжил читать дальше:</p><p>'Далее следует более сложная часть:</p><p>«Те два узора, которые ты видел в подвале резиденции 'Морского Губернатора», имеют древнюю историю, восходящую даже к началу Четвертой Эпохи.</p><p>'Они являются как оккультными символами, так и древними дворянскими гербами, причем один из них принадлежит твоему знакомому — нет, знакомому Ангелу, Амону!</p><p>«Той частью узора, что напоминает часы, символизируется „Червь Времени“ — это герб семьи Амон.»</p><p>«Червь Времени»? Герб Амонов? Почему снова Он! Взгляд Лумиана застыл, и у него возникло странное ощущение, будто, сколько ни ходи кругами, всё равно окажешься среди Амонов.</p><p>Предок деревни Мило, церемония Моления Морю в порту Санта, особенность той акватории — какое всё это имеет отношение к Амонам?</p><p>На поверхности ведь нет никакой связи!</p><p>Мысли Лумиана стремительно вращались, и вдруг он почувствовал, что в наличии некоторой связи между церемонией Моления Морю и бывшим Королем Ангелов Пути «Мародера» тоже есть свои зацепки:</p><p>Среди ключевых участников группы «День дурака», устроивших розыгрыш во время церемонии Моления Морю, «Бард» был Потусторонним Пути «Мародера», «Безумная» принадлежала к соседнему Пути «Ученика», и к тому же они молили о помощи «Небесного Достопочтенного Небес и Земли, дарующего благодать» — сущность, способную глубоко влиять на Путь «Мародера».</p><p>Хотя всё это и не указывало напрямую на Амонов, но раз уж здесь собралось так много связанного с «Мародером», то вполне объяснимо, что и сама церемония Моления Морю задействует Путь «Мародера».</p><p>Лумиан выдохнул, опустил голову и собрался посмотреть, что скажет госпожа «Фокусник»:</p><p>«Те наслаивающиеся друг на друга двери исходят от семьи Авраам — да, семьи Авраам, одного из пяти великих дворянских родов империи Тюдоров. Я уже рассказывала тебе, что в империи Тюдоров лишь пять семей получили наследственный титул герцогов: Авраам, Амон, Антигон, Иаков и Тамара. Из них Авраамы контролировали Путь 'Ученика». Запомни: во многих случаях «Ученик» может символизировать печать.</p><p>'Поэтому есть основания полагать, что церемония Моления Морю еще древнее, чем предполагалось ранее, и восходит к периоду до падения империи Тюдоров в Четвертую Эпоху. А то, что ты сталкиваешься с делами империи Тюдоров, вполне естественно и логично, не так ли?</p><p>'Теперь ты понимаешь суть церемонии Моления Морю? Мне ведь больше не нужно объяснять?</p><p>'Я начинаю подозревать, что предки деревни Мило с самого начала неверно истолковали значение той фразы, после чего расширили полученные из откровения части Морского жертвоприношения и ночного бдения, породив невероятно абсурдный ритуал бракосочетания с морем, длившийся одну-две тысячи лет. И это, скорее всего, проявление скверного характера того лица: не влияя на конечный результат, Он очень любил разыгрывать всех, ни во что не ставя чужие судьбы.</p><p>«Погляди, погляди, вот это настоящий розыгрыш. Парням из 'Дня дурака» действительно стоит у Него поучиться.</p><p>'Если ты чего-то не понял в этих вопросах, можешь снова написать мне и спросить.</p><p>«Кстати, у „Лжи“ сейчас появилась временная, сохраняющаяся всего полмесяца способность — способность воровать некоторую силу у цели. Однако эта сила не держится слишком долго: для обычных людей — возможно, полгода или год, а для тебя из-за конфликта с собственной силой — не более недели.»</p><p>Лумиан отвел взгляд от письма, а в его голове царил полный хаос:</p><p>«Госпожа 'Фокусник» хочет сказать, что особенность этой акватории берет начало от предка семьи Авраам и какого-то из Амонов? Ключевая часть церемонии Моления Морю была лично разработана этими двумя важными персонами уровня ангелов: Они давали указания предкам деревни Мило в порту Санта и оставили откровение, чтобы те из года в год проводили этот ритуал?</p><p>Из-за скверного характера Амона предки деревни Мило неверно поняли истинное значение той фразы, решив, будто нужно взять море в жены, и в результате ключевая часть церемонии Моления Морю становилась всё более сложной, разрасталась всё новыми этапами и превратилась в грандиозный розыгрыш длиною в тысячу лет?'</p><p>Более-менее уяснив себе догадки госпожи «Фокусника», Лумиан заново переосмыслил суть церемонии Моления Морю:</p><p>«Умиротворить аномалию, скрытую на дне этой акватории, то есть тот 'дворец»?</p><p>'«Ученик» символизирует печать… «Мародер» — это кража…</p><p>«Кража…»</p><p>Лумиан резко опустил голову и посмотрел на свою левую грудь.</p><p>Он понял суть церемонии Моления Морю!</p><p>Какое еще «найти морю мужа», «умиротворить его буйство», «искренне ублажить его и получить соответствующие дары» — всё это совершенно абсурдные причины, выдуманные введенными в заблуждение предками деревни Мило!</p><p>Суть церемонии Моления Морю — кража благословения!</p><p>Тот «дворец» на дне моря был запечатан Путем «Ученика», однако предки семьи Авраам опасались, что со временем сила печати ослабнет и тот «дворец» постепенно восстановится и окрепнет, а потому попросили Амона разработать ритуал, который каждый год регулярно извлекал бы восстанавливающуюся силу «дворца», не позволяя ему по-настоящему прорвать печать.</p><p>Поэтому после каждой церемонии Моления Морю эта акватория становилась спокойной, без сильных штормов и волн, тогда как провал ритуала в прошлом году позволил «дворцу» скопить некоторую силу. Из-за этого «море» изменилось, количество крушений возросло, а «лоцманы смерти» стали всё чаще покидать ту особую акваторию.</p><p>И все эти «войти в ту акваторию можно лишь тогда, когда звезды займут особое положение», «достичь цели можно только строго определенным маршрутом» — всё это объяснялось тем, что лишь в то время во внешней печати появлялся извилистый и сложный проход!</p><p>Лумиан резко поднялся и сделал несколько шагов вперед.</p><p>Выяснив суть церемонии Моления Морю, он понял и противоречивое отношение Церкви Матери-Земли:</p><p>Изначально священнослужители Церкви Матери-Земли, не проведя расследования, уничтожили деревню Мило и положили конец церемонии Моления Морю, однако у основания той постройки они увидели гербы, представляющие двух великих дворян империи Тюдоров, и вовремя остановили последний шаг. Позже они обнаружили, что им каждый год приходится отправлять Святых уровня полубогов для устранения аномалий этой акватории и даже бессрочно удерживать здесь высокоуровневые силы, что было крайне хлопотно, и потому, когда церемония Моления Морю возобновилась, они молчаливо одобрили восстановление деревни Мило.</p><p>В конце концов, для них церемония Моления Морю в подавляющем большинстве случаев почти не затрагивала невиновных и не нарушала местный порядок: каждый «Морской Губернатор» должен был обладать некоторой долей морской крови, а «Морские Служанки», хотя в старости их и ждал конец в виде превращения в человекоподобных ящериц, по крайней мере могли изменить судьбу свою и своей семьи, наслаждаясь тридцать-сорок лет или даже дольше властью и богатством.</p><p>Что же касается тех «Морских Служанок», которые хотели стремиться к любви, Церковь Матери-Земли, должно быть, молчаливо одобряла их побег или даже помогала им бежать, иначе вероятность успеха была бы крайне мала.</p><p>«Так почему же Орден Изобилия побуждал меня расследовать церемонию Моления Морю, и почему Ноэлия предоставила кое-какие сведения, но утаила ключевую информацию?» — едва у Лумиана возник этот вопрос, как он тут же догадался об ответе.</p><p>На самом деле рыбу удила не Рыболовная гильдия, а Церковь Матери-Земли!</p><p>Провал церемонии Моления Морю в прошлом году заставил Церковь Матери-Земли опасаться, как бы в этом году не возникла подобная проблема. Увидев, что Луи Бери изъявил желание расследовать церемонию Моления Морю, они просто-напросто воодушевили его на это, дабы скрывающиеся в тени потенциальные вредители сами вступили с ним в контакт, вышли наружу, а затем накрыть их всех одной сетью!</p><p>Уф, Лумиан выдохнул и перевел внимание обратно на цель «Дня дурака».</p><p>Теперь он был абсолютно уверен, что «День дурака» хочет снять печать с той особой акватории.</p><p>Прошлый год был лишь первым шагом к снятию печати, и до того, чтобы дать тому «дворцу» на дне моря прорвать печать, было еще очень далеко. В этом году они неизбежно сделают нечто подобное снова, иначе, едва церемония Моления Морю увенчается успехом, их прошлый розыгрыш окажется потрачен впустую!</p><p>Теперь вопрос в том, что именно предпримут ключевые члены «Дня дурака» и как они заграбастают выгоду, кроющуюся в том «дворце», избежав при этом соответствующих опасностей? Лумиан глядел на газовый настенный светильник, излучавший желтоватый свет, и погрузился в раздумья.</p><p>…………</p><p>Прошло чуть больше недели, и в мгновение ока настал день проведения церемонии Моления Морю.</p><p>Едва Лумиан закончил завтрак, как услышал доносившиеся со стороны улицы звуки разнообразных музыкальных инструментов.</p><p>Он улыбнулся, отер салфеткой уголки губ, поднялся и подошел к окну, заливаемому ярким солнечным светом.</p></section><section><title><p>Глава 573 Праздник</p></title><p>Глава 573 Праздник</p><p>На улице Аквины двухпалубная праздничная ладья, сооружённая из дерева, картона и цветных лент, ехала на четырёх парах колёс, ведомая четвёркой лошадей с лоснящейся, гладкой шерстью.</p><p>Это была копия судна «Морского Губернатора» — её создали с меньшими требованиями к материалам и в уменьшенном масштабе, чтобы лошади могли прокатить её маршем по всему городу.</p><p>В этот момент на обоих ярусах украшенной ладьи стояли по восемь мужчин и женщин; одетые в яркие наряды, они пели и танцевали, щедро даря радость людям по обе стороны улицы.</p><p>Праздничную ладью окружал лучший народный оркестр порта Санта: одни музыканты повесили на себя односторонние барабаны и ритмично в них били, другие дули в кларнеты, гобои, флейты и играли на самых разных струнных инструментах.</p><p>Стоявшие у дороги люди искренне радовались: то подпевали, то следовали за ладьёй, надеясь улучить момент и подставиться под капли воды, которые время от времени разбрызгивали шестнадцать юношей и девушек.</p><p>Лумиан смотрел на эту сцену с пятого этажа гостиницы «Соло», чувствуя, что церемония Моления Морю в порту Санта давно перестала быть чистым ритуалом жертвоприношения: если не брать в расчёт ключевую часть, она превратилась в народный праздник, отмечаемый всем городом.</p><p>Многие жители порта Санта были ревностными верующими в «Матерь-Землю» и не верили, что у моря есть дух, способный защитить их, однако это не мешало им в такой день петь, танцевать, пить вино и веселиться.</p><p>Когда украшенная ладья завершила шествие по улице Аквины, Лумиан повернулся к Лугано и сказал:</p><p>«Присмотри сегодня за Людвигом, и на какие бы празднования ни пошёл, обязательно бери его с собой.»</p><p>«Да, Босс.» Лугано поддался заразительной, оживлённой атмосфере церемонии Моления Морю, и его настроение было весьма приподнятым.</p><p>Лумиан не стал больше ничего говорить, взял золотисто-жёлтую соломенную шляпу, вышел из номера и спустился по лестнице.</p><p>Спустившись в холл, он увидел, как хозяин гостиницы «Соло» Ота Гийом раздаёт наличные женщине за стойкой регистрации и двум слугам — по два лизору каждому.</p><p>«Ещё и праздничная премия?» — Лумиан спросил старого Оту на интисском языке.</p><p>Старый Ота хохотнул:</p><p>'Это им компенсация: им сегодня придётся оставаться в гостинице и присматривать за ней, они не смогут посмотреть следующие этапы церемонии Моления Морю и поучаствовать в празднованиях.</p><p>«А я отправлюсь на пристань, ждать выступления моей маленькой Капустки!»</p><p>«Я тоже пойду.» — с улыбкой ответил Лумиан, снова остро ощутив праздничную атмосферу.</p><p>Если бы церемония Моления Морю не таила в себе мистических факторов, он и сам с удовольствием погрузился бы в подобную атмосферу, прямо как во время Карнавала в деревне Корду в прошлые годы.</p><p>Выйдя из гостиницы, Лумиан неторопливо направился к порту и обнаружил, что жители порта Санта облачились в свои самые яркие и праздничные наряды — при первом взгляде казалось, будто улицы затопило море красок.</p><p>На этом фоне его белая рубашка, чёрный жилет и тёмные брюки выглядели чужеродно для окружения, сразу выдавая в нём приезжего чужестранца.</p><p>Лумиан надел на голову золотисто-жёлтую соломенную шляпу, добавив себе немного ярких красок.</p><p>Дзинь-дзинь, мимо проехал велосипед с деревянным сундуком, и торговцы принялись предлагать фруктовый лёд с разными вкусами горожанам, ожидающим начала Танца Моря и соревнований по гребле.</p><p>Лумиан с непринуждённым видом человека, наслаждающегося праздником, досмотрел оба этих этапа и покинул порт лишь тогда, когда двухпалубный праздничный корабль с «Морским Губернатором» и «Морскими Служанками» отплыл в сторону деревни Мило.</p><p>Он не стал участвовать в прочих празднованиях, организованных самими горожанами, а найденным в ближайшем универмаге общественным туалетом воспользовался, зайдя в кабинку.</p><p>Затем он активировал чёрную метку на правом плече и напрямую появился в уединённом уголке деревни Мило.</p><p>Вслед за этим он превратился в теневое существо, проник в дом семьи Оро, сочетавший в себе древность и современность, и добрался до спальни Хуана Оро.</p><p>Глава Рыболовной гильдии поджидал его здесь уже довольно давно.</p><p>Увидев, как из темноты вырастает силуэт Великого авантюриста Луи Бери, испещрённый глубокими морщинами Хуан Оро указал на двух жителей деревни Мило, лежащих без сознания на полу:</p><p>«Это двое из четырёх заместителей помощника жреца, участвующих в ритуале Бдения и Морском жертвоприношении, выбери одного и прими его облик.»</p><p>Таково было одно из условий сотрудничества, о которых договорились Лумиан и Хуан Оро: он должен от начала и до конца участвовать в ключевой части церемонии Моления Морю.</p><p>Изначально Хуан Оро не соглашался, так как у него не было способа провести чужака на корабль втайне от остальных родичей моря, и он лишь пообещал, что позволит Лумиану проникнуть в резиденцию «Морского Губернатора» перед ритуалом Бдения и тайно понаблюдать за соответствующим этапом.</p><p>Когда же выяснилось, что «Ультрамен», судя по всему, является ключевой фигурой Рыболовной гильдии, Лумиан воспользовался тем, что Хуану Оро требовалось содействие и помощь, продемонстрировал возможности клипсы «Ложь», и так появился план подняться на корабль под видом одного из заместителей помощника жреца.</p><p>Лумиан несколько секунд внимательно разглядывал одного из заместителей помощника жреца, надел серебристо-белую клипсу и, подражая его облику, изменил свою внешность.</p><p>Вскорости, за исключением одежды, его уже было не отличить от того заместителя помощника жреца.</p><p>«Теперь мой черёд.» — Хуан Оро глухим голосом произнёс на интисском языке.</p><p>Он намеревался превратиться во второго заместителя помощника жреца и лично подняться на корабль, чтобы предотвратить любые неожиданности.</p><p>Причина его поступка кролась в том, что он, с одной стороны, не доверял Луи Бери в вопросе участия в Морском жертвоприношении, а с другой — должен был остерегаться затаившихся в тени врагов, способных устроить саботаж неизвестными способами; но каков бы ни был их метод, всё в итоге сводилось к этапу Морского жертвоприношения, и его незаметное присутствие на корабле позволило бы вовремя справиться с непредвиденными обстоятельствами и преподнести тем парням «сюрприз».</p><p>— Хуан Оро опасался, что Луи Бери на самом деле был сообщником прошлогодних саботажников, а все его прежние действия служат лишь обманом и одурачиванием их компании, дабы «открыто и честно» подняться на борт и дождаться решающего момента для срыва ритуала.</p><p>Лумиан бросил клипсу «Ложь» Хуану Оро и ничуть не заботясь переоделся в заранее приготовленное тем одеяние заместителя помощника жреца — тёмно-синий балахон с множеством вышитых элементов морской тематики.</p><p>Едва Хуан Оро надел серебристо-белую клипсу, как почувствовал удивительный контроль над каждой деталью своего тела.</p><p>Он попробовал слегка разгладить морщины на лице и тут же увидел в зеркале, как помолодел лет на десять-двадцать.</p><p>Хотя он и обладал могущественными и разнообразными Потусторонними способностями, глава Рыболовной гильдии всё же не удержался от мысленного вздоха:</p><p>«Воистину чудесно.»</p><p>Когда Хуан Оро тоже закончил маскировку, Лумиан указал на двух лежащих без сознания заместителей помощника жреца:</p><p>«Кто присмотрит за ними, чтобы они не объявились до церемонии Моления Морю?»</p><p>«Моя жена.» — Хуан Оро всё уже подготовил.</p><p>Она была бывшей «Морской Служанкой», нынешней матриархом семьи Оро, обладавшей немалой силой, но при этом не принимавшей участия в ритуале изготовления кольца и прочих процессах, а потому не входившей в число тех, кто мог бы выдать тайну, — то есть человеком вполне надёжным.</p><p>Лумиан следом спросил:</p><p>«А если ты, как глава Рыболовной гильдии, не будешь вместе с остальными членами комитета дожидаться вестей об успешном завершении церемонии Моления Морю, это не вызовет подозрений?»</p><p>«Нет, я не каждый год туда хожу, дома точно так же можно подождать вестей, а моя жена замаскируется под меня.» — Хуан Оро указал на «Ложь» в левом ухе и снял её.</p><p>Перепроверив детали, Лумиан сказал:</p><p>«Ты выяснил, был ли среди тех людей кто-то, кто едва не умер и вернулся к жизни, или у кого заметно изменился характер?»</p><p>Под «теми людьми» подразумевались ключевые члены Рыболовной гильдии, владевшие сведениями о точном внешнем виде «Кольца Морской Королевы» и полными подробностями церемонии Моления Морю.</p><p>А согласно подсказке Франки, каждый член «Исследовательского общества кудрявых павианов» был душой из иного мира; они занимали тела недавно умерших людей и «воскресали» — исходя из этого можно было вычислить среди подозреваемых того, кто предположительно являлся «Ультраменом».</p><p>Хуан Оро медленно качнул головой:</p><p>«Нет, по крайней мере в моей памяти такого нет, эх, времени слишком мало, глубоко расследовать каждого не выйдет.»</p><p>Старик, выглядевший сейчас как мужчина в расцвете сил, продолжил:</p><p>«Запомни, тебя сейчас зовут Брайан, а я — Хорхе. Если дальше не поймёшь, о чём говорят другие, ничего страшного, я дам тебе подсказку, а когда потребуется ответить на вопрос, я тоже тебе помогу.»</p><p>«Хорошо.» — Лумиан всё так же изображал вид, будто не особо владеет языком Плато.</p><p>На самом деле, пройдя интенсивное обучение этому языку под действием амулета «Понимание языков», он уяснил уже куда больше слов и грамматики; хоть полностью и чётко распознать чужую речь ему всё ещё было не под силу, он отлично улавливал ключевые слова, времена, активный и пассивный залоги, подбираясь к общему смыслу очень близко, а при выговаривании простые по структуре короткие фразы не составляли для него труда.</p><p>…………</p><p>Облачившись в тёмно-синее одеяние заместителя помощника жреца, Лумиан под предводительством Хуана Оро — старика, чей шаг более не был семенящим, — вошёл в резиденцию «Морского Губернатора», прошёл через холл с множеством изваяний морских существ и добрался до той комнаты, где проводил Бдение «Морской Губернатор».</p><p>Нынешний «Морской Губернатор» был из рода Гиаро по имени Симон — представитель побочной ветви с жидкой кровью, у которого даже не было права жить в родовом доме.</p><p>Сейчас он сидел скрестив ноги на холодном полу, подавляя волнение, и с полуприкрытыми глазами ощущал воздействие окружающего влажного воздуха.</p><p>Хотя Лумиан и не включал Духовное зрение, он всё же мог обнаружить, что здесь в тенях, в пустоте и на изваяниях суетились различные родичи моря.</p><p>Хуан Оро увёл его из этой комнаты в самое глухое место здания, толкнул деревянную дверь людской и сказал лежащему на кровати фальшивому «Морскому Губернатору» Мигелю:</p><p>«Когда церемония Моления Морю увенчается успехом, ты сможешь уйти, но обязан покинуть порт Санта вместе со всем богатством, что скопил за этот год.»</p><p>Мигель взволнованно сел:</p><p>«Хорошо, хорошо!»</p><p>Они общались между собой на языке Плато, но Лумиан всё равно в общих чертах понял смысл.</p><p>Сделав это, Хуан Оро перевёл недавний разговор Лумиану и сказал ему:</p><p>«Ты можешь по выражению лица Мигеля проверить, соврал я или нет.»</p><p>Ну и что, если не соврал, сказанное не обязательно будет исполнено… — бесслышно пробормотал Лумиан, вернулся в холл и сел скрестив ноги напротив двух других заместителей помощника жреца.</p><p>Время утекало минута за минутой, и к полуночи «Кольцо Морской Королевы» было изготовлено; один из заместителей помощника жреца вошёл забрать его и в сумрачной тьме, озаряемой призрачным лунным светом, понёс его к подвалу.</p><p>Далее следовал этап почитания предков.</p><p>Лумиан молча наблюдал за этим, как вдруг его сердце всколыхнулось.</p></section><section><title><p>Глава 574 Ключевые детали</p></title><p>Глава 574 Ключевые детали</p><p>Холл резиденции «Морского Губернатора» вел в разные комнаты, а имеющихся в нем окон было довольно мало. Даже сейчас, когда алая луна ярко светила, внутрь проникало лишь немного света, отчего здесь было темно, туманно и тихо.</p><p>В такой обстановке заместитель помощника жреца, державший в руках «Кольцо Морской Королевы», хоть и намеренно облегчал шаги, всё равно неизбежно производил легкое эхо.</p><p>Глядя, как тот шаг за шагом приближается к проходу на лестницу, ведущую в подвал, Люмиан внезапно подумал:</p><p>Когда этот заместитель помощника жреца войдет в подвал, если он захочет подменить настоящее «Кольцо Морской Королевы» фальшивым, он сможет сделать это абсолютно незаметно.</p><p>Это потому, что остальные заместители помощников жрецов находятся в холле, «Морской Губернатор» проходит трансформацию тела, «Морские Служанки» сопровождают его, а родичи моря распределены по другим местам за пределами подвала.</p><p>Люмиан нахмурился, взглянул на другого заместителя помощника жреца по диагонали напротив и вполголоса произнес на интисском языке, обращаясь к Хорхе, в которого превратился Хуан Оро:</p><p>«Каждый год во время ритуала Бдения один заместитель помощника жреца в одиночку относит „Кольцо Морской Королевы“ в подвал, а через час забирает?»</p><p>Он сделал ударение на слове «в одиночку».</p><p>Хуан Оро слегка кивнул:</p><p>'Да.</p><p>«Внутри этого здания не требуется дополнительной защиты…»</p><p>Сказав это, Хуан Оро резко умолк.</p><p>Он тоже подумал о том, что это отличная возможность подменить «Кольцо Морской Королевы».</p><p>То, что враги снаружи не могут ворваться внутрь, еще не означает, что у заместителей помощников жрецов внутри нет никаких проблем!</p><p>Люмиан тут же сказал Хуану Оро:</p><p>«Мне пойти с ним, или тебе?»</p><p>Хуан Оро отнесся к этому крайне серьезно, встал и сказал:</p><p>«Я пойду.»</p><p>Он воспользовался своими способностями, изо всех сил стараясь, чтобы его шаги не выглядели ковыляющими, быстро догнал того заместителя помощника жреца и сурово сказал:</p><p>«Пойдем вместе, я хочу воспользоваться случаем и почтить предков.»</p><p>У того заместителя помощника жреца не было возражений.</p><p>Глядя, как они вдвоем зажигают штормовой фонарь и спускаются по лестнице в подвал, Люмиан естественно начал мысленно проигрывать то, что произойдет дальше:</p><p>«Положить 'Кольцо Морской Королевы» на тот поврежденный каменный алтарь… почтить предков… вернуться на землю… через час снова войти и забрать…</p><p>«В течение этого часа 'Кольцо Морской Королевы» остается в подвале одно, абсолютно без защиты… Если бы в подвале заранее кто-то спрятался, он мог бы с легкостью подменить настоящее «Кольцо Морской Королевы» фальшивым…</p><p>'Разумеется, проникнуть сюда и спрятаться действительно непросто, даже я не смог бы этого сделать, максимум через две минуты меня зажали бы родичи моря…</p><p>«„Кольцо Морской Королевы“, должно быть, помещают на тот поврежденный каменный алтарь, если есть изменения, то изменения…»</p><p>Подумав об этом, Люмиан внезапно вспомнил изменения, произошедшие после того, как клипса «Ложь» была помещена на тот поврежденный каменный алтарь в подвале:</p><p>Этот предмет Пути «Провидца» активировал узоры, символизирующие соответственно «Ученика» и «Мародера», дав дополнительную способность красть чужую силу, сохраняющуюся полмесяца!</p><p>«Ложь» смогла, а сработает ли с «Кольцом Морской Королевы»?</p><p>Хотя оно и не является предметом Путей «Провидца», «Ученика» или «Мародера», оно также создано на основе какого-то ритуала, оставленного Амоном, и, возможно, способно постепенно активировать особенность подвала, благодаря чему само пропитается характеристикой кражи.</p><p>Точно! Раз уж суть Морского жертвоприношения заключается в том, чтобы вытянуть силу из печати на дне моря и присвоить её, то «Кольцо Морской Королевы» как ключевой предмет должно быть способно не только до определенной степени открыть печать, но и обладать способностью к краже силы, распределяя полученное между различными участниками ритуала: главный жрец получает больше всех, помощники жрецов и фактически исполняющие их роль «Морские Служанки» — на втором месте, заместители помощников жрецов и моряки — на третьем, а находящиеся в пределах ритуала люди с такой же силой тоже могут получить немного!</p><p>Иными словами, ритуал создания кольца в понимании Хуана Оро и остальных был неполным; этап «почитания предков» также являлся составной частью ритуала, причем самой ключевой. Если не «почтить предков», то Морское жертвоприношение лишь откроет печать, но не сможет украсть накопленную силу, а вместо этого заставит ее вырваться наружу и рассеяться… Едва у Люмиана возникли размышления о том, как ужасна неграмотность в оккультизме, как он внезапно вздрогнул от ужаса.</p><p>Он обнаружил, что ранее упустил из виду крайне важную деталь:</p><p>Согласно истолкованию свойств «Кольца Морской Королевы» госпожой «Фокусником» и его собственным догадкам о сути всей церемонии Моления Морю, если подменившее настоящее «Кольцо Морской Королевы» кольцо — это та фальшивка, заказанная «Днем дурака» в Толере, прятавшаяся в брюхе ягненка, доставленная на обрядовый корабль и подмененная «Бардом», то в последующем ритуале не должно было возникнуть такого явления, как ярость моря, поглотившая «Морского Губернатора», всех заместителей помощников жрецов и часть моряков!</p><p>Эта фальшивка не прошла предыдущую часть ритуала создания кольца, узоры, символы и структура на ней не обладали соответствующей оккультной особенностью, поэтому, даже если бы «Морской Губернатор» произнес те слова, он не смог бы влить в нее энергию, чтобы заставить открыть печать!</p><p>Будучи абсолютно фальшивым кольцом, оно не должно было вызывать никаких явлений, и лишь из-за неспособности извлечь накопленную силу в этих водах впоследствии участились бы кораблекрушения, ухудшилась погода и тому подобное.</p><p>Чтобы соответствовать реальности прошлого года, фальшивое кольцо, в итоге выброшенное «Морским Губернатором», должно было действительно пройти первую часть ритуала создания кольца, но не быть помещенным в подвал для «почитания предков». В таком случае оно способно до определенной степени открыть печать, но не способно извлечь и завладеть накопленной силой, из-за чего та внезапно взрывается, заставляя море прийти в «ярость»!</p><p>Глаза Люмиана слегка сузились, и он, будучи «Заговорщиком», уже понял суть:</p><p>На обрядовом корабле было два «Кольца Морской Королевы», но оба фальшивые.</p><p>Кольцо, принесенное заместителем помощника жреца на обрядовый корабль, тоже было фальшивым, или, иначе говоря, во время прошлогодней церемонии Моления Морю настоящее «Кольцо Морской Королевы» вовсе не появлялось!</p><p>«Кольцо Морской Королевы», прошедшее все этапы ритуала создания кольца в представлении Рыболовной гильдии, не было помещено на каменный алтарь в подвале для завершения этапа «почитания предков», так что оно точно так же являлось фальшивым — кольцом, не обладающим самой ключевой функцией!</p><p>Заместитель помощника жреца, который в прошлом году отнес «Кольцо Морской Королевы» в подвал, а затем забрал его, скорее всего, тоже имел отношение к заговору!</p><p>Периферийным членам «Дня дурака» не доверяли, и действия, которые они совершали, скорее всего, были лишь украшением, не влияющим на весь план; фальшивое кольцо, положенное в брюхо ягненка, и представление «Барда» с высокой долей вероятности являлись подготовкой к последующему расследованию с целью скрыть действительно важные зацепки… Пока в голове Люмиана молниеносно проносились эти мысли, Хуан Оро и тот заместитель помощника жреца вернулись в холл.</p><p>«Положили на каменный алтарь,» — приглушив голос, сказал Люмиану глава Рыболовной гильдии, маскировавшийся под Хорхе.</p><p>Люмиан вернулся из своих мыслей и словно бы вскользь спросил:</p><p>«Кто в прошлом году отвечал за то, чтобы отнести „Кольцо Морской Королевы“ в подвал?»</p><p>«Не знаю, особых распоряжений не было, мог сделать кто угодно, а те четыре заместителя помощников жрецов, что находились в прошлом году в холле, погибли в ярости моря при провале ритуала,» — Хуан Оро понимал, что подозревает Люмиан.</p><p>Погибли? Опасаюсь, что вовсе не обязательно… У Люмиана сейчас не было времени искать подходящий предмет для спиритизма, поэтому он мог лишь переключиться и спросить:</p><p>«Был ли среди них кто-то, кто очень хорошо знаком с ритуалом создания кольца и знает подробные сведения о „Кольце Морской Королевы“?»</p><p>«Нет, они все впервые исполняли обязанности заместителей помощников жреца,» — Хуан Оро покачал головой, — «К тому же, я говорил, что люди, знающие эти тайны, все еще живы.»</p><p>Тот заместитель помощника жреца был не «Ультраменом»… Тогда кто же это? В душе Люмиана вспыхнула мысль, и он получил ответ:</p><p>Это «Безумная»!</p><p>Она использовала тот же способ изменить внешность, что и «Бард», с помощью «Ультрамена» превратилась в заместителя помощника жреца, сделала так, что создание «Кольца Морской Королевы» не прошло последний шаг, а затем взяла его с собой на обрядовый корабль.</p><p>Ранее Люмиан все еще недоумевал, как «Безумная» смогла определить местоположение той особой акватории, чтобы своевременно и точно спасти «Барда», но теперь он знал ответ:</p><p>«Безумная» была прямо на месте, прямо на обрядовом корабле, прямо рядом с «Бардом», ей не нужно было ни искать местоположение, ни сверять время!</p><p>Первоначально он думал, что «Безумная» содействовала «Барду», но теперь казалось, что «Бард» содействовал «Безумной», готовясь оказать помощь в случае изменения обстановки и взяв на себя роль ложного следа.</p><p>Бля, способности «Безликого» так раздражают, «День дурака» так раздражает! Эмоции Люмиана забурлили, и он неудержимо выругался про себя, сдержав вспышку лишь благодаря чертам «Аскета».</p><p>Что еще более важно, он разгадал все вопросы по поводу прошлогодней церемонии Моления Морю, но все еще не мог догадаться, кто такой «Ультрамен», и что за трюки «День дурака» выкинет в этом году.</p><p>…………</p><p>Ночь тихо утекала.</p><p>На стоящем в порту устаревшем паруснике Чанем в шляпе с низкой тульей и круглыми полями вышел из каюты и спросил у Норфи, стоявшей у края палубы:</p><p>«Если отплыть сейчас, сможем ли мы войти в ту особую акваторию?»</p><p>Норфи кивнула и сказала:</p><p>«Да, после полуночи звезды займут определенное положение.»</p><p>Люмиан поручил ей и Батнеру арендовать в другом порту той же береговой линии корабль, способный выйти в море на несколько дней.</p><p>Чанем усмехнулся и сказал:</p><p>«Тогда отправляемся!»</p><p>Увидев, что у Норфи и Батнера на лицах застыли удивление и недоумение, он вкратце объяснил в пару фраз:</p><p>«Если мы поплывем вслед за обрядовым кораблем „Морского Губернатора“, нас определенно заметит Рыболовная гильдия, а если опоздаем на час-два, то потеряем весь смысл этого шага, поэтому мы отправимся заранее, спрячемся там и будем терпеливо ждать возможности!»</p><p>Хотя Норфи и не понимала, о какой возможности говорит собеседник, она не стала расспрашивать и ответила с некоторой надеждой:</p><p>«Хорошо.»</p><p>Затем Чанем посмотрел на Батнера:</p><p>«Ты тоже хочешь выйти в море? Это очень опасно.»</p><p>Выражение лица Батнера непрерывно менялось, и лишь спустя десяток секунд он произнес:</p><p>«Поплыву!»</p><p>Чанем тут же издал звук «цсс», но ничего не сказал.</p><p>В это время Норфи посмотрела на другую часть палубы и, нахмурившись, спросила:</p><p>«А как быть с местными моряками? Без них мы не сможем выйти в море, но они не способны справиться с большой опасностью.»</p><p>Чанем улыбнулся:</p><p>«Не волнуйся, у нас есть моряки, способные справиться с опасностью.»</p><p>Едва он договорил, как полуразвернулся, поднял правую руку в сторону третьего яруса кают, сомкнул указательный и большой пальцы в кольцо, а остальные три пальца расправил.</p><p>Вскорости Норфи и Батнер увидели, как капитан, старпом, второй помощник и все моряки шатающейся поступью выходят из разных мест.</p><p>Все они плотно закрыли глаза и, словно лунатики, выстроились в колонну, направляясь по трапу к причалу.</p><p>От этой картины взгляды Батнера и Норфи застыли, словно они находились в кошмарном сне.</p></section><section><title><p>Глава 575 Настоящая цель</p></title><p>Глава 575 Настоящая цель</p><p>Под алым лунным светом эти члены экипажа, словно бродячие трупы, пошатываясь, вышли на причал и направились к разным зданиям, затаившимся в темноте.</p><p>Всего за каких-то семь-восемь минут их силуэты исчезли в разных местах.</p><p>Вслед за этим Норфи и Батнер увидели, как у краев кают проступают клубы непроглядной тьмы, а по всей палубе вспыхивают языки то бледного, то мрачно-зеленого пламени.</p><p>Из этой тьмы, из этого пламени одна за другой выкарабкивались фигуры.</p><p>Некоторые из них были облачены в рваную одежду, а их плоть гнила прямо на глазах; другие представляли собой голые скелеты с редкими обрывками мяса, в глазницах которых теплился бледный огонь.</p><p>Всё это были мертвецы!</p><p>Вскоре полусгнивший труп в грязной куртке поднял паруса, скелет с частично отсутствующей грудиной поднял тяжелый железный якорь, а остальные мертвецы заняли свои места, направляя парусник прочь из порта.</p><p>Глядя на куски гниющего мяса, белеющие кости и зловещие огоньки разного цвета, Батнер и Норфи испытывали иллюзию, будто попали на страницы романа.</p><p>Романа ужасов! Истории про призраков!</p><p>«Лоцман, тебе пора за работу». Голос Чанема вернул Норфи к реальности.</p><p>…………</p><p>Внутри резиденции «Морского Губернатора».</p><p>Лумиан прислонился спиной к нижней части стены, где не было статуй, и обвел взглядом остальных заместителей помощников жреца в зале, включая Хуана Оро.</p><p>Сейчас он не мог быть уверен, что с кем-либо из них все в порядке, ведь каждый мог оказаться «Безликим».</p><p>В предстоящей операции единственным, кому он мог полностью доверять, оставался он сам.</p><p>В непередаваемой тишине и мертвом безмолвии наконец прошел час. На этот раз Лумиан по собственной инициативе спустился в подвал вместе с Хуаном Оро и извлек «Кольцо Морской Королевы», необходимое для этапа «почитания предков».</p><p>Кольцо действительно лежало на полуразрушенном каменном алтаре, никуда не исчезнув, однако Лумиан не мог гарантировать, что оно настоящее и его не подменили — можно было лишь констатировать, что узоры, символы и конструкция в порядке, да и проверка подвала не выявила затаившихся чужаков.</p><p>Сохраняя внешнее спокойствие при предельном внутреннем напряжении, Лумиан терпеливо дождался шести часов утра и почувствовал, как душевная и физическая усталость мгновенно улетучились.</p><p>Спустя еще два часа действующий «Морской Губернатор» по имени Симон в сопровождении четырех «Морских Служанок» покинул комнату для бдения и направился к главным дверям здания.</p><p>Лумиан, Хуан Оро и прочие заместители помощников жреца тут же поднялись и проследовали за ними.</p><p>Двухпалубное церемониальное парусное судно, украшенное множеством ярких бумажных цветов, стояло у причала деревни Мило; жители деревни добровольно несли стражу, преграждая путь каждому, кто пытался приблизиться.</p><p>Поднимаясь по трапу на палубу, Лумиан чувствовал, как из каждого окна, из каждого цветка и с каждой мачты ритуального корабля на него устремляются невидимые взгляды, пристально его разглядывая — точно так же, как и в резиденции «Морского Губернатора», когда оживали статуи.</p><p>Он спокойно прошел сквозь эти взгляды и по указанию Хуана Оро встал у края левой передней части палубы.</p><p>На этом месте надлежало находиться ему — заместителю помощника жреца по имени Брайан.</p><p>Бам, бам, бам!</p><p>На причале деревни Мило одно салютное орудие за другим выстреливали тучами цветного конфетти.</p><p>В атмосфере веселья и праздника ритуальный корабль медленно отчалил, сперва сделал круг по порту Санта, принимая ликование и благословения горожан, и лишь затем взял курс в открытое море.</p><p>Хуан Оро, выступавший под личиной Хорхе в роли лоцмана, вел судно по лазурному бескрайнему океану, лишенному каких-либо ориентиров, то поворачивая влево, то вправо, то и дело меняя направление.</p><p>Спустя еще почти час под ясным и светлым небом вокруг корабля неожиданно сгустился плотный туман.</p><p>Всплеск!</p><p>В глубинах тумана вздымались гигантские волны, подобно горным пикам; любое судно, попади оно под их удар, неминуемо перевернулось бы или разлетелось вдребезги.</p><p>«Морской Губернатор», «Морские Служанки», часть моряков и двое заместителей помощников жреца, впервые принимавшие участие в этапе Морского жертвоприношения, пришли в ужас от этого жуткого зрелища, и их лица мертвенно побледнели.</p><p>Имевший за плечами многократный опыт Морского жертвоприношения Хуан Оро с абсолютным хладнокровием, будто глядя на детские игрушки, отдавал приказы матросам, уводя судно дальше по единственному безопасному фарватеру сквозь густой туман и чудовищные волны.</p><p>Неизвестно, сколько прошло времени, но туман внезапно рассеялся, гигантские волны чудом улеглись, и взору Лумиана открылся океан, напоминающий чистейший сапфир.</p><p>Эта акватория казалась бескрайней, однако и вдалеке, и в небесах господствовала серая мгла, сквозь которую пробивалось лишь немного солнечного света.</p><p>…………</p><p>Порт Санта, гостиница «Соло».</p><p>Лугано стоял у окна, наблюдая, как горожане вновь формируют праздничные шествия, проходя по улицам и переулкам и даря всем радость.</p><p>Ранее он уже сходил с Людвигом посмотреть на церемонию отплытия украшенного цветами корабля «Морского Губернатора» и принял участие в двух спонтанных народных гуляньях, а ближе к полудню вернулся в номер, чтобы покормить Людвига купленной по дороге и заготовленной заранее едой.</p><p>«Позже можно будет еще прогуляться, когда „Морской Губернатор“ вернется, начнется новая волна празднования… Эх, жаль только, что с таким ребенком на руках даже не ответить на знаки внимания пылких фейнапотских дам…» — с неким сожалением подумал Лугано.</p><p>В этот самый момент он услышал стук в дверь: тук-тук-тук.</p><p>«Кто?» — имея за плечами несколько лет опыта работы охотником за головами, Лугано мгновенно насторожился.</p><p>«Это я», — за дверью раздался нежный женский голос.</p><p>Лугано узнал этот голос — он принадлежал госпоже Джоджии, жене Рувио Пако.</p><p>Пришла к боссу? У семейства Пако опять неприятности? Лугано бросил взгляд на Людвига, увлеченно уплетавшего еду, быстро подошел к двери и распахнул ее.</p><p>Сегодня на Джоджии не было привычного яркого и пестрого платья — вместо этого она облачилась в черное длинное платье, подобающее старой бабушке или вдове.</p><p>Ее уложенные каштановые волосы выглядели растрепанными, а в темно-голубых глазах с густыми ресницами плескались нескрываемый страх и паника.</p><p>«Где господин Луи Бери?» — спросила дама.</p><p>«Ушел на празднества по случаю церемонии Моления Морю», — произнес Лугано предлог, сочиненный Лумианом.</p><p>Глядя на беспомощную госпожу Джоджию, он невольно поинтересовался:</p><p>«Что-то случилось?»</p><p>«Случилось… случилось…» — паникуя и со страхом в глазах проговорила Джоджия, — «Я узнала, кто на самом деле та человекоподобная ящерица!»</p><p>Человекоподобная ящерица? Та самая, которую прикончил босс? Пока Лугано недоумевал, Джоджия неожиданно бросилась ему на грудь.</p><p>Аромат духов тут же ударил Лугано в нос, отчего он не сразу оттолкнул даму.</p><p>Джоджия понизила голос, но едва сдерживала ужас:</p><p>«Та человекоподобная ящерица… это мой муж, Рувио Пако!»</p><p>«А?» — Лугано был одновременно ошеломлен и растерян.</p><p>Джоджия продолжала сквозь сжатые зубы:</p><p>«Тот, кого вы видели, — он… он фальшивка!»</p><p>Фальшивка? Кто-то выдал себя за Рувио Пако, а настоящий Рувио Пако превратился в человекоподобную ящерицу и был прикончен боссом? Едва в голове Лугано промелькнуло это предположение, как мысли неожиданно стали заторможенными, а всё перед глазами словно покрылось слоем матового стекла.</p><p>Он подсознательно попытался вырваться, но Джоджия с недюжинной силой крепко обняла его, прерывая его движения всяческими мелкими уловками.</p><p>Сидевший за обеденным столом Людвиг уткнулся головой в тарелку, уплетая шашлычок из жареного осьминожика, и, казалось, совершенно не замечал бесшумной аномалии у двери.</p><p>В номере по диагонали через коридор Рувио Пако спокойно сидел в кресле-качалке с легкой улыбкой на лице.</p><p>Он намеренно устроил инцидент с человекоподобной ящерицей и попросил Луи Бери разобраться с ним, во-первых, чтобы подтвердить личность последнего, а во-вторых, чтобы оставить уязвимость — мол, семейство Пако оказалось не в силах справиться даже со слабым монстром, — дабы у остальных не возникло подозрений, будто это дело рук «Безликого», и тем самым ввести цель в заблуждение.</p><p>Однако затем он отказался от намерения расправиться с Луи Бери и не стал приводить в действие приготовленные ловушки.</p><p>И дело было не в том, что он не смог убедиться, является ли тот его целью — аура Повелителя Тайн у Лумиана Ли на груди могла обмануть кого угодно, но только не его, — а в том, что у него появилась новая идея.</p><p>Общие действия «Дня дурака» и его личные цели как «Локи» вовсе не обязательно совпадали!</p><p>Его текущей целью был тот маленький мальчик по имени Людвиг.</p><p>Запечатанный сильный Потусторонний уровня полубога был для него не чем иным, как дарованием Небесного Достопочтенного!</p><p>Не было более подходящего объекта для его ритуала.</p><p>Вот почему он намекнул на аномалию в море: продолжая вводить Лумиана Ли в заблуждение, он одновременно навел его на понятия «запечатывания» и «кражи», дабы тот понятнее уяснил, что за розыгрыш произошел в прошлом году, и сам добровольно взошел на ритуальный корабль и отправился к месту Морского жертвоприношения — тем самым заманив этого заведомо неплохого соперника подальше и связав его силами другой стороны.</p><p>Далее на глазах у многочисленных жителей порта Санта он исполнит грандиозное представление!</p><p>…………</p><p>На спокойном, без единой волны, лазурном, словно драгоценный камень, море четыре «Морские Служанки» исполнили короткий ритуальный танец, а моряки вынесли из трюма ягнят, петухов, бычьи головы и прочие жертвоприношения, сложив их на носу судна.</p><p>Хуан Оро, хранящий «Кольцо Морской Королевы», приблизился к «Морскому Губернатору», ожидая момента, чтобы вручить этот свадебный дар жениху моря.</p><p>Лумиан огляделся по сторонам, с опаской наблюдая за каждым присутствующим.</p><p>Любой из них мог внезапно напасть, оказавшись «Бардом», «Безумной», «Ультраменом», «Локи», «Сисо» или марионеткой.</p><p>Нежный и ритмичный танец быстро завершился, и Хуан Оро достал золотое кольцо причудливой формы, передав его будущему «Морскому Губернатору» Симону Гиаро.</p><p>В этот самый момент из трюма вышел человек — вышел открыто, ничуть не скрываясь и не таясь.</p><p>Это была женщина в черном монашеском одеянии и соответствующем уборе, в спокойном выражении лица которой сквозила легкая печаль.</p><p>Стоявшие вокруг моряки не стали останавливать женщину, словно ее вовсе не существовало.</p><p>При виде этого зрачки Лумиана мгновенно расширились, а затем резко сузились.</p><p>Это… это источник безумия!</p><p>Это же утерянный Церковью «Вечного Пылающего Солнца» человекоподобный запечатанный артефакт!</p><p>В одно мгновение Лумиан неожиданно осознал две вещи:</p><p>Что «лоцман смерти», в которого, как говорилось, превратился «Морской Губернатор», неслучайно оказался неподалеку от «Перелётной птицы» и поднял гигантские волны;</p><p>И что человекоподобный запечатанный артефакт бессознательно отправился на корабле в море, причем выбрал то же самое место назначения, что и он сам, — порт Санта.</p><p>У всего этого была причина!</p></section><section><title><p>Глава 576 «Бард»</p></title><p>Глава 576 «Бард»</p><p>Женщина в черном монашеском одеянии, казалось, почувствовала пристальный взгляд Лумиана и слегка повернула голову, устремив на него взор.</p><p>Стоило его глазам встретиться с этой парой глаз неописуемого цвета, как Лумиан почувствовал, что фигура в поле его зрения внезапно исчезла.</p><p>Почти одновременно у него возникла мысль, что это неважно и не требует никаких дальнейших действий.</p><p>А Хуан Оро, стоявший подле кандидата в «Морские Губернаторы» Симона, заметил, что на лазурной глади моря, прежде спокойной и безверенной, возникли явные волнения, а в сером высоком небе созвездия, неразличимые невооруженным глазом, словно бы подверглись некоему изменению, вызвав у него перемену в настроении и невольный трепет.</p><p>Аномалия? Хотя Хуан Оро не знал, к добру это или к худу, в текущих обстоятельствах любые перемены он расценивал как непредвиденную случайность, как козни затаившегося врага, требующие соответствующих мер.</p><p>Не теряя времени на раздумья, он силой впихнул «Кольцо Морской Королевы» в руку кандидата в «Морские Губернаторы» Симона и глухо зарычал:</p><p>«Быстрее женись на море!»</p><p>В спешке глава Рыболовной гильдии не стал нарочно подделывать голос Хорхе, но поскольку его голосовые связки тоже изменились, он не звучал по-старому дряхло.</p><p>Оглушенный окриком Хуана Оро, Симон даже не обратил внимания на изменившийся голос собеседника.</p><p>Он поднял ладонь, сжимающую «Кольцо Морской Королевы», и тарабарщиной произнес требуемые слова.</p><p>«О море, я женюсь на тебе в знак твоего покорения!» С этой мыслью Симон забросил золотое кольцо необычной формы подальше и увидел, как его поверхность подернулась сиянием, а само оно слегка затрепетало.</p><p>Когда «Кольцо Морской Королевы» погрузилось в воду, сияние внезапно вспыхнуло ярче и разрослось до размеров младенца.</p><p>Превратившись в нечто подобие светового конуса, оно окончательно скрылось в лазурных морских водах.</p><p>В следующую секунду уши Хуана Оро, Лумиана и остальных оглушил оглушительный грохот.</p><p>Всплеск!</p><p>Море закипело, один исполинский вал за другим вздымались ввысь, подбрасывая разукрашенный гирляндами праздничный корабль в воздух, и сокрушительное дыхание гибели разнеслось вокруг.</p><p>Это… это гневается море! Как такое возможно? Зрачки Хуана Оро расширились: он не мог поверить, почему они снова разгневали море, не мог поверить, что церемония Моления Морю в этом году, похоже, опять провалилась.</p><p>Ведь он лично следил за всем от начала и до конца, своими глазами видел, как «Кольцо Морской Королевы», прошедшее предварительный этап, поместили на разрушенный каменный алтарь, символизирующий предков, а затем сам же забрал его оттуда и хранил с наивысшей предосторожностью — ни на одном шаге не возникло ни единой накладки!</p><p>Как такое возможно?</p><p>Почувствовав, что разукрашенный гирляндами праздничный корабль вот-вот перевернется, Хуан Оро резко сжал кулаки, и на его коже проступили одна за другой чешуйки, сверкающие подобно звездному свету.</p><p>Его глаза сделались глубокими, словно в них замерцали яркие звезды.</p><p>Он слился воедино с этим «морем».</p><p>Шум воды мгновенно стих, и грозные, величественные лазурные волны застыли прямо в воздухе, словно их крепко сжала Незримая рука.</p><p>…………</p><p>Деревня Мило, здание «Морского Губернатора», напоминающее церковь.</p><p>Лежавший в комнате для слуг фальшивый «Морской Губернатор» Мигель неожиданно сел, неспешно поднялся с кровати, и на его лице проступила довольная улыбка.</p><p>Он подошел к стеклянному окну, откуда виднелись заросли сорняков на заднем дворе, и беззвучно прошептал себе под нос:</p><p>'Кажется, время пришло…</p><p>«Интересно, какое выражение лица будет у Хуана Оро, когда он поймет, что Морское жертвоприношение снова провалилось? Хе-хе, это тебе отплата за всю твою 'заботу» за прошедший год.</p><p>«И чем там занимается „Локи“? Вдруг взял и бросил первоначальный план, неужели совсем не боится непредвиденных накладок?»</p><p>Мигель был не кем иным, как ключевым членом «Дня дурака» по прозвищу «Бард» — тем самым «Бардом», который ранее преобразился в матроса Иру, поднялся на борт, а прыгнув в море, был унесен «Безумной».</p><p>Еще в прошлом году они распланировали, что и как делать в этом, а потому заранее присмотрели нескольких местных жителей порта Санта, похожих на того несчастного губернатора. Как только Морское жертвоприношение было сорвано, а они вернулись на берег, один из этих объектов тут же был убит, а «Бард» принялся выдавать себя за него.</p><p>Что же до того, почему они были так уверены, будто Мигель, в которого преобразился «Бард», сумеет стать фальшивым «Морским Губернатором», — так это потому, что за сие дело взялся лично «Ультрамен».</p><p>А дабы подстраховаться на случай, если кто-то из периферийных членов «Дня дурака» неожиданно предаст их, «Бард», бывший некогда «Аферистом», специально написал «Тайные хроники императора Рассела» и передал их «Локи», чтобы тот тайно издал книгу в Трире. Тем самым создавалась иллюзия, будто «Бард» всё еще весьма активен и действует в основном в Интисе, и никому бы и в голову не пришло связать покорно сидящего в резиденции «Морского Губернатора» Мигеля с «Бардом».</p><p>Разумеется, сочинять любовные похождения императора Рассела для «Барда» и впрямь было довольно забавным занятием. А с насмешливым притворством наблюдать, как Хуан Оро засылает ему угрозы, охаживает тростью, а потом спать с его внучкой и женами с дочерьми остальных причастных — всё это казалось «Барду» не менее упоительным, вполне потакая его страсти к злым розыгрышам.</p><p>Впрочем, розыгрыши были лишь приятным бонусом. Главная же цель его маскировки под «Морского Губернатора» заключалась в том, чтобы:</p><p>Иметь возможность свободно ходить в подвал этого здания — место, которое жители деревни Мило по наивности считали святилищем для жертвоприношений предкам!</p><p>Хотя он являлся лишь фальшивым «Морским Губернатором» и находился под присмотром обитавших в доме родичей моря, запрет налагался только на место проведения ритуала изготовления кольца и комнату, где «Морской Губернатор» правил ночное бдение. Во все остальные места он мог заходить и выходить когда заблагорассудится, если не устраивал ничего выходящего за рамки, и помех ему никто не чинил. К тому же, по сведениям от «Ультрамена», родичи моря отродясь не придавали значения подвалу резиденции губернатора: кроме парочки охранников, чисто символически стоявших у лестницы, внутри не имелось ни надзирателей, ни защитных механизмов.</p><p>Жители деревни Мило заглядывали туда лишь изредка ради поклонения, а большую часть времени из почтения к «Морскому Губернатору» не дерзали самовольно входить в это здание.</p><p>Что и давало «Барду», этому фальшивому «Морскому Губернатору», уйму возможностей.</p><p>Вообразив выражения лиц Хуана Оро и Лумиана Ли, когда те увидят, что церемония Моления Морю снова провалилась, «Бард» не удержался от тихого смешка и с насмешкой прошептал:</p><p>'Вы все знаете, что Морское жертвоприношение, изготовление кольца и ночное бдение проводятся раз в год, но неужели никому из вас не приходило в голову, что и этап жертвоприношения предкам тоже можно проводить лишь единожды за год?</p><p>«Этому разрушенному алтарю точно так же требуется по крупицам собирать духовность молящихся, потратив около двенадцати месяцев, чтобы накопить силу, достаточную для одного „зачарования“.»</p><p>И он за полмесяца с лишним до срока, пока к подвалу еще не проявляли внимания, положил на алтарь предмет, связанный с одним из этих трех Путей, и совершенно открыто забрал накопленную алтарем силу Кражи!</p><p>Исходя из этого, он верил: насколько бы успешным ни был вчерашний ритуал изготовления кольца и как бы строго Хуан Оро и Лумиан Ли ни охраняли его, не давая подменить «Кольцо Морской Королевы», «Кольцо Морской Королевы» всё равно не будет обладать способностью украсть силу со дна моря.</p><p>Поэтому церемония Моления Морю неизбежно провалится, и на этот раз печать раскроется ещё сильнее, а давно копившийся внутри «вулкан» окончательно вырвется наружу!</p><p>Все, кто попытается этому помешать, умрут!</p><p>В прошлом году «День дурака» пошел на риск, заставив «Безумную» стать заместителем помощника жреца и намеренно заменив «Кольцо Морской Королевы» другим предметом на каменном алтаре «жертвоприношения предкам», лишь потому, что ключевой момент — возможность использовать эту высокостатусную силу Кражи только один раз в год — еще не был окончательно проверен: «Ультрамен» хоть и мог входить и выходить из подвала для некоторого анализа и опытов, но не смел делать это слишком часто, дабы не вызвать подозрений.</p><p>После провала прошлогодней церемонии Моления Морю и ежемесячных экспериментов на протяжении последующих одиннадцати месяцев «Бард», «Ультрамен» и «Безумная» теперь твердо знали: им больше не нужно изощряться в замышлении планов по подмене настоящего «Кольца Морской Королевы» — достаточно заранее забрать силу Кражи. А потому они с холодной ухмылкой наблюдали за представлением Лумиана Ли, нисколько не заботясь о его действиях и не видя нужды устраивать какие-либо диверсии, дабы не быть разоблаченными Церковью «Матери-Земли».</p><p>Разумеется, следовало исполнить кое-какие сцены, подобающие его роли, — например, позвать Лумиана Ли на помощь.</p><p>«Бард» отвел взгляд и посмотрел на свою левую руку.</p><p>Там оставался след от ношения некоего кольца.</p><p>Именно этот предмет и выполнял ключевую роль «Кольца Морской Королевы»!</p><p>…………</p><p>Порт Санта, гостиница «Соло», у дверей номерной квартиры на пятом этаже.</p><p>У «обнимающего» госпожу Джоджию Лугано даже мысли стали прерывистыми и заторможенными, словно железные шестерни покрылись желтой ржавчиной или лишились смазочного масла:</p><p>'Что, происходит?</p><p>'На меня, напали?</p><p>«Нельзя, нужно скорее, вырваться, из этого состояния……»</p><p>Лугано попытался оттолкнуть красавицу из своих объятий, но обнаружил, что та сделалась необычайно тяжелой, и локтями, запястьями, коленями, носками ног мешает его попыткам поднять руки или шагнуть ногами; амплитуда этих движений была совсем крошечной и крайне незаметной, точь-и-точь любовное дурачество и флирт.</p><p>Это, вкупе с заторможенностью мыслей, не позволяло даже «Земледельцу» вырваться из объятий Джоджии.</p><p>Лугано впал в панику, раскрыл рот и уже собирался громко закричать о помощи.</p><p>И как раз в этот миг Джоджия подняла голову и заткнула его рот своими алыми губами.</p><p>Лугано на мгновение даже оторопел.</p><p>Соседняя комната.</p><p>Дженна, облаченная в наряд женщины-наемника, держала зеркало и через стекла и другие отражающие поверхности в номере Лумиана «показывала» происходящее в гостиной.</p><p>Увидев, как Лугано и Джоджия обнимаются, флиртуют и вскорости начинают страстно целоваться, Дженна не удержалась и тихо выругалась:</p><p>«Чёрт, неужели даже в такое время можно впадать в похоть? Да ещё и на глазах у ребёнка!»</p><p>Учитывая, что к Франке должны были присоединиться члены «Исследовательского общества кудрявых павианов», Лумиан поручил Дженне тайное наблюдение за Лугано — посмотреть, какие проблемы водятся за этим переводчиком.</p><p>Как бывшая «выпендрёжница», Дженна не то чтобы не видала подобных сцен — она заглядывала и в куда более откровенные зрелища, просто никак не могла взять в толк: неужели они настолько голодны, что приспичило устраивать представление прямо у дверей.</p><p>В этот момент стоявший подле нее Антони Рид поглядел в зеркало и нахмурился:</p><p>«Не похоже на любовные ласки: при ласках движения и выражение лица совсем иные.»</p></section><section><title><p>Глава 577 Тяжесть</p></title><p>Глава 577 Тяжесть</p><p>Во время ласк движения и выражение лица совсем другие?</p><p>Хотя Дженна и видела подобное, но никогда не изучала детально, как именно люди проявляют нежность, поэтому, услышав слова Энтони, тут же решила поверить «Зрителю».</p><p>Энтони продолжил:</p><p>«Язык тела Лугано выражает явное сопротивление, его текущее состояние крайне ненормально.»</p><p>Сопротивляется, но не может вырваться, и даже не делает более резких движений… А ведь Лугано — Потусторонний Последовательности 8, причем из тех, у кого укреплены физические качества. Текущее положение дел абсолютно анормально… Какая Потусторонняя способность может совершить нечто подобное? Дженна быстро прокрутила в голове сведения о врагах, с которыми они могли столкнуться в этот раз.</p><p>Большая часть этих сведений была собрана Франкой, а небольшая часть дополнена леди «Суд» и леди «Фокусник».</p><p>Мысли пронеслись молниеносно, и Дженна быстро пришла к одной возможности:</p><p>«Марионеточник»!</p><p>«Марионеточник» Последовательности 5 Пути «Провидца»!</p><p>Согласно описанию «Марионеточника», данному Франкой, Потусторонние этого типа могут прятаться в темноте и на некотором расстоянии беззвучно превращать цель в марионетку без собственного «я».</p><p>А среди дополнений леди «Фокусника» была такая строка:</p><p>«„Марионеточник“ управляет „нитями духовного тела“ живых существ. Опытный „Марионеточник“ способен за 5–10 секунд взять под первичный контроль „нити духовного тела“ цели, замедляя её мышление, сковывая движения и постепенно лишая тело подвижности.»</p><p>Текущее состояние Лугано в точности соответствовало всем признакам первичного контроля над «нитями духовного тела» со стороны «Марионеточника»!</p><p>Дженна тут же понизила голос и сказала Энтони:</p><p>«„Локи“…»</p><p>Тот самый враг с кодовым именем «Локи» и был «Марионеточником»!</p><p>Энтони мгновенно понял догадку Дженны и слегка кивнул:</p><p>«Не нужно спешить, „Марионеточнику“ требуется несколько минут, чтобы полностью превратить цель в марионетку. У нас есть шанс спасти Лугано.»</p><p>Согласно подсказкам из материалов, будь то насильственный увод Лугано или превышающие норму толчки и внешние раздражители, это позволит ему вырваться из «нитей духовного тела» либо усилит его способность противостоять данному контролю.</p><p>Разумеется, самый прямой способ — найти истинное тело «Локи» и сразу атаковать врага, чтобы тот больше не мог отвлекаться на управление «нитями духовного тела» Лугано.</p><p>Дженна уловила скрытый смысл слов Энтони.</p><p>А именно — не спешить спасать Лугано, а пока они вдвоем не обнаружены «Локи», отыскать его настоящее тело!</p><p>— Прошлым вечером они оба изменили внешность и фигуру, притворившись влюбленной парочкой, чтобы заселиться в этот номер гостиницы «Соло».</p><p>Когда «Локи» будет найден, они вдвоем, возможно, и не смогут справиться с этой жуткой, трудноубиваемой целью с ужасающими способностями, зато смогут поднять шум и «сообщить» Ордену Изобилия, отвечающему за дела Потусторонних в этой местности, — а Лумиан заранее обсудил этот вопрос с Ноэлией.</p><p>Дженна издала «хм», достала мерцающий люминесцентный порошок и приготовилась скрыть силуэт.</p><p>В следующую секунду она отказалась от этого замысла.</p><p>Она вспомнила предостережение из материалов:</p><p>«Марионеточник» может напрямую видеть «нити духовного тела» разных существ, поэтому подавляющее большинство эффектов невидимости перед ними бесполезны.</p><p>К тому же «Локи» прямо сейчас находился в состоянии управления «нитями духовного тела».</p><p>Как действовать, как обнаружить «Локи»? Дженна погрузилась в раздумья с чувством крайней нарастающей тревоги.</p><p>…………</p><p>Внутри запечатанной акватории, на украшенном гирляндами из цветов ритуальном судне.</p><p>Лумиан сначала увидел, как поднялись подобные горным пикам лазурные гигантские волны, а затем обнаружил, что они застыли в воздухе, словно мгновенно замерзнув, и повсюду разлилось жестокое, тираническое дыхание, готовое уничтожить здесь всё и вся.</p><p>Ярость моря? — Лумиан вздрогнул про себя.</p><p>Он тоже не понимал, где именно произошел сбой. Похоже, «Кольцо Морской Королевы» снова сработало лишь в первой своей части — открыв печать, но так и не проявило эффекта воровства из второй части.</p><p>Однако после завершения ритуала создания кольца тот перстень действительно был помещен на разрушенный каменный постамент, причем доставал его сам Лумиан вместе с Хуаном Оро.</p><p>На предыдущих этапах Лумиан не был уверен, подменили ли «Кольцо Морской Королевы», но теперь твердо знал, что подмены не было, поскольку «Кольцо Морской Королевы» еще сильнее приоткрыло здешнюю печать, а фальшивое кольцо, не прошедшее прошлые ритуалы, не способно оказать подобное действие.</p><p>Неужели за тот час в подвале кто-то сдвинул «Кольцо Морской Королевы», из-за чего оно не пробыло под разъедающей силой нужное время, или же кто-то заранее разрушил ключевую часть поврежденного каменного постамента в подвале, сделав этап «Почитания предков» совершенно невыполнимым? Всё это маловероятно. При первом раскладе как обмануть взгляд мой и Хуана Оро, а также слежку родичей моря? При втором раскладе шум поднялся бы немалый, его наверняка заметили бы родичи моря… Пока мысли Лумиана стремительно неслись, он вдруг почувствовал, как разлитая вокруг атмосфера разрушения слегка разъела его самого.</p><p>Его дух мгновенно связался с чем-то.</p><p>Смутно и нечетко Лумиан «увидел» темно-синее, почти черное морское дно и «увидел» странный объект, некоторой своей частью погруженный в камни и гравий.</p><p>Этот объект был невероятно огромен, превосходя размерами монастырь Ордена Изобилия и резиденцию «Морского Губернатора», вместе взятые. Он был целиком серебристо-серым, со сглаженными обтекаемыми линиями, словно гигантское веретено без передней части. В этот момент на его боку вспыхнул сияющий, подобный звездному свету блеск; лучи соединились, образуя круглые прозрачные врата.</p><p>Сквозь эти врата Лумиан «увидел» внутреннюю сцену:</p><p>На серебристо-серых металлических стенах находились густые особые отверстия, напоминающие ячейки пчелиных сот.</p><p>В одних ячейках бурлила черная пена и вылезали черные букашки Батинса, покрытые длинными тонкими щетинками; другие ячейки состояли из десятка-двух отделений, где лежали сморщенные «Маленькие дьяволы», которые, похоже, уже погибли и распадались на разные составляющие…</p><p>Когда эта странная и жуткая картина запечатлелась в разуме Лумиана, он внезапно очнулся. Не имея времени размышлять над тем, какую штуку выкинул «День дурака», он стал стремительно соображать, что сделать, чтобы помешать запечатанному объекту окончательно впасть в неистовство и вырваться из оков.</p><p>'Извлеченная сила пока не причинила вреда…</p><p>'Похоже, её сдерживает способность, примененная Хуаном Оро ценой изнурения собственной жизни…</p><p>«Если… если удастся воспользоваться этим окном возможностей, украсть изливающуюся наружу силу и 'распределить» её между всеми людьми, несущими кровь моря, то появится шанс завершить этап морского жертвоприношения и успешно провести церемонию Моления Морю…</p><p>«Кража…»</p><p>В мгновение ока в голове Лумиана возникли два решения:</p><p>Первое — немедленно вознести мольбу о помощи господину «Шуту», ведь Он специалист в подобных делах, и Термиборос — наглядный тому пример; второе — воспользоваться клипсой «Ложь», ведь этот волшебный предмет на каменном постаменте «Почитания предков» обрел способность красть чужую силу.</p><p>Лумиан быстро исключил первый способ, поскольку всё это устроил «День дурака», а за их спиной стоял тот самый «Небесный Достопочтенный Небес и Земли, дарующий благодать». Молитва господину «Шуту» не обязательно получит отклик, а лишь отнимет время.</p><p>Что же касается второго способа, Лумиан ощутил сильное чувство рок-судьбы и неспособность проигнорировать ощущение совпадения:</p><p>«Ложь» только-только обрела способность красть чужую силу, и вот уже в ключевой момент способна пригодиться!</p><p>Не имея времени на анализ и взвешивание всех «за» и «против», Лумиан действовал решительно и мгновенно принял решение.</p><p>Плевать сейчас на совпадения и судьбу, самое практичное — разрешить текущую трудную ситуацию!</p><p>Затем он достал из кармана серебристо-белую клипсу «Ложь».</p><p>В обычной обстановке подобные предметы невозможно пронести на украшенное гирляндами из цветов ритуальное судно — их гарантированно заметили бы родичи моря. Однако на этот раз Хуан Оро заранее обсудил с родичами моря, что он сам и его помощники преобразятся в заместителей помощников жреца и взойдут на корабль для предотвращения неожиданностей.</p><p>— Для этого главы Рыболовной гильдии в условиях, когда внутренний предатель не был разоблачен, родичи моря заслуживали куда большего доверия, чем кто-либо еще: разум у них был не слишком высок, и они с наибольшей ревностностью защищали церемонию Моления Морю.</p><p>Сжимая клипсу «Ложь», Лумиан направил к ней свою духовность.</p><p>Он тут же увидел разлившийся повсюду звездный свет и ощутил его присутствие.</p><p>Лумиан подсознательно протянул руку и слегка повернул запястье.</p><p>Огромный поток звездного света хлынул вниз, устремляясь к клипсе «Ложь», устремляясь к нему самому.</p><p>Как раз в этот миг перед ним внезапно возникла фигура — женщина в черном монашеском одеянии с печалью на лице.</p><p>Она словно гигантский кит без всякого предупреждения внезапно вынырнула из морской пучины.</p><p>Она? Источник безумия? Лумиан наконец вспомнил, о чем он только что забыл.</p><p>На корабле ведь оставался еще и такой персонаж!</p><p>В следующую секунду он почувствовал, что этот человекоподобный запечатанный артефакт стал невероятно тяжелым — настолько тяжелым, что даже окружающая пустота слегка прогнулась; настолько тяжелым, что весь звездный свет, точно устремляющийся к морю, хлынул перед ней; настолько тяжелым, что украшенное гирляндами из цветов ритуальное судно начало погружаться, а близлежащая морская вода расступилась.</p><p>Беззвучно и незримо Лумиан увидел, как окружающие морские воды превратились в полупрозрачные лазурные пики, свысока взирающие на устремляющихся к морскому дну его и остальных, словно стенки глубокого колодца, чей устьевый проем становился всё дальше и дальше.</p><p>…………</p><p>Четыре часа назад, на краю окутанного туманом моря.</p><p>Норфи сказала Чанему:</p><p>«Дальше придется полностью слушать меня, иначе будет очень опасно.»</p><p>«Идет,» — Чанем кивнул, — «но перед этим нам нужно откровенно пообщаться.»</p><p>На его лице постепенно проступила улыбка.</p><p>«Какое общение?» — любопытствуя, спросил стоящий рядом с Норфи Батнер.</p><p>Чанем достал небольшой металлический флакон и, глядя на Норфи, произнес:</p><p>'Это снадобье, заставляющее говорить правду. Я хочу знать, есть ли у тебя тайный сообщник, и если есть, кто именно.</p><p>«Не волнуйся, это не яд.»</p><p>Чанем открутил крышку и первым отпил глоток, демонстрируя искренность.</p><p>Норфи на мгновение умолкла.</p><p>«Не уяснив соответствующих деталей, я едва ли смогу следовать твоим указаниям,» — Чанем прибег к «Подстрекательству», — «мы уже добрались сюда и в любой момент можем войти в ту акваторию, чтобы успеть до церемонии Моления Морю разрушить подводный дворец. Неужели ты и вправду готова всё бросить?»</p><p>Норфи молчала еще некоторое время, затем взяла небольшой металлический флакон и с жадным звуком «буль-буль» сделала большой глоток.</p><p>Чанем с сожалением забрал флакон и стал терпеливо ждать, пока подействует снадобье.</p></section><section><title><p>Глава 578 «Передача»</p></title><p>Глава 578 «Передача»</p><p>Спустя некоторое время Чанем и сам не сдержался и, глядя на Норфи, спросил:</p><p>«Есть ли у тебя тайный сообщник?»</p><p>Норфи слегка кивнула:</p><p>«Есть.»</p><p>Такого ответа ожидали и Батнер, и Чанем, однако это не помешало последнему мысленно обрадоваться:</p><p>«Кто это?»</p><p>Норфи немного пересилила себя и ответила:</p><p>«Это… это Хуан Оро!»</p><p>Хуан Оро? Глава Рыболовной гильдии? Батнер вздрогнул от неожиданности.</p><p>Чанем тоже.</p><p>«Это что, засланный агент дослужился до главы?» — мысленно язвил он, параллельно допытываясь:</p><p>«Ты уверена, что это Хуан Оро?»</p><p>Попросив Хуана Оро провести первичную проверку верхушки Рыболовной гильдии на предмет подозрительных лиц, Лумиан, уже знавший истинную цель Церкви «Матери-Земли», также обратился к Ноэлии из Ордена Изобилия за аналогичными сведениями, включая информацию и о самом главе — Хуане Оро.</p><p>Согласно официальным данным, здоровье Хуана Оро всегда было весьма крепким: он не болел тяжело, не получал серьёзных ранений и не проявлял симптомов, близких к утрате укрощения с полным превращением в ящера.</p><p>Иными словами, его тело не должен был захватить преходец по кодовому имени «Ультрамен».</p><p>Разумеется, на одном этом нельзя было сделать однозначный вывод, ведь у многих членов «Исследовательского общества кудрявых павианов» в момент гибели прежних владельцев тел никого рядом не было.</p><p>Однако характер Хуана Оро за все эти годы ощутимо не менялся — разве что с возрастом он становился всё более упрямым и всё сильнее тяготел к тому, чтобы вернуться в море.</p><p>Что ещё важнее, будь Хуан Оро «Ультраменом», многие действия «Дня дурака» по срыву церемонии Моления Морю выглядели бы бессмысленными — всё можно было бы проделать намного проще и незаметнее.</p><p>Сопоставив эти факты, Чанем ещё ранее пришёл к предварительному выводу, что Хуан Оро не входит в ядро «Дня дурака».</p><p>Норфи поджала губы и произнесла:</p><p>«Это он. Полгода назад я встречалась с ним в порту Лаяк.»</p><p>Лаяк расположен к северу от горного хребта Дарьеж и представляет собой порт, принадлежащий провинции Лейстон Республики Интис.</p><p>«Встречалась?» — выпалил Чанем. — «Твои глаза могут обманывать тебя, увиденное далеко не всегда соответствует действительности.»</p><p>Не в силах сдержать порыв высказаться, он продолжил:</p><p>«Вот как сейчас: тот, кого ты видишь перед собой, совсем не совпадает с тем, кто я на самом деле, разница весьма ощутима.»</p><p>«Хочешь сказать, что Хуан Оро, которого я видела, был фальшивым?» — Норфи явно не верила своим ушам. — «Но… но он ведь тоже продемонстрировал силу управления морскими волнами!»</p><p>Чанем усмехнулся:</p><p>«Большинство членов комитета Рыболовной гильдии способны на подобное. Что, если кто-то из них выдал себя за Хуана Оро?»</p><p>«Но… но он же был так похож…» — Норфи погрузилась в сомнения.</p><p>Чанем неторопливо произнёс:</p><p>'Согласно собранным нами сведениям, Хуан Оро почти десять лет не покидал порт Санта.</p><p>«Он — глава Рыболовной гильдии и каждый день заходит посидеть в здании гильдии.»</p><p>Это объяснение годилось, чтобы убедить Норфи, но не служило неопровержимым доказательством: будь Хуан Оро «Ультраменом», он вполне мог бы попросить «Безумную» перенести его в порт Лаяк и обратно, потратив на всё не более двух часов.</p><p>В таком случае едва ли кто-то заметил бы его короткое отсутствие.</p><p>Норфи подсознательно умолкла, а затем не удержалась от тихого вопроса:</p><p>«Тогда… кто же это мог быть?»</p><p>«Ты меня спрашиваешь, а мне у кого спросить?» — озвучил Чанем то, о чём мысленно ворчал.</p><p>Слегка смутившись, он сменил тему:</p><p>«О каком сотрудничестве хотел договориться с тобой этот фальшивый Хуан Оро? Каким способом вы рассчитывали разрушить подводный дворец и навсегда положить конец церемонии Моления Морю?»</p><p>Тело Норфи задрожало, словно она пыталась сопротивляться подспудному порыву.</p><p>Спустя несколько секунд она с большим трудом ответила:</p><p>«Он… он обещался помочь мне, замести мои следы, закрывать на меня глаза, чтобы я… чтобы я смогла на корабле опередить судно 'Морского Губернатора», войти в место Морского жертвоприношения и затаиться там.</p><p>«А затем, когда 'Морской Губернатор» бросит «Кольцо Морской Королевы» и произнесёт свадебное заклятие, я должна буду воспеть одну фразу.</p><p>«Этой фразе меня научила мать, она родилась из её глубокого резонанса с тем дворцом, когда мать принимала дар моря. Её… её назначение — запустить в том дворце программу самоуничтожения.»</p><p>Норфи говорила всё более гладко, очевидно, окончательно сдавшись и перестав сопротивляться.</p><p>«Программу самоуничтожения? Ты уверена? Ты хоть понимаешь тот язык неизвестного происхождения?» — на лице Чанема написалась полная неверующая мина.</p><p>«Так мне сказала мать,» — Норфи дала понять, что и сама не знает языка, на котором звучит эта фраза.</p><p>Чанем продолжил допрос:</p><p>«А твоя мать знала этот язык?»</p><p>«Она тоже не знала, но понимала её смысл. Понимаешь, это было общение на уровне души,» — Норфи изо всех сил пыталась оправдать мать.</p><p>«Общение на уровне души тоже вполне может быть обманом, да и обдурить неграмотного всегда проще,» — Чанем снова не удержался от мысленной шпильки вслух.</p><p>Насупившись, он спросил:</p><p>«А фальшивый Хуан Оро говорил тебе, что прошлогодняя церемония Моления Морю провалилась?»</p><p>«Нет, иначе я бы не стала арендовать судно в порту Санта,» — Норфи и до этого весьма досадовала по этому поводу.</p><p>Знай она с самого начала, что прошлый ритуал потерпел крах, то наверняка догадалась бы, что в этом году порт Санта усилит меры предосторожности по всем фронтам и неизбежно обратит внимание на тех, кто пытается арендовать корабль для выхода в море.</p><p>На лице Чанема осело недоумение:</p><p>«Тогда получается, что фальшивый Хуан Оро просто ждал, пока тебя сцапает Лато Жиаро…»</p><p>Полгода назад ни «День дурака», ни другие злоумышленники в порту Санта не могли предугадать, что Лумиан явится сюда расследовать церемонию Моления Морю. Следовательно, изначальная роль Норфи точно не сводилась к тому, чтобы заманить Лумиана на крючок; вполне возможно, она действительно являлась частью первоначального плана «Дня дурака», пока те не передумали и не решили воспользоваться расследованием «Великого авантюриста».</p><p>При таком раскладе поимка Норфи Лато Жиаро явно не должна была стать глупой уязвимостью в замыслах «Дня дурака» — если только именно этого они и не добивались.</p><p>'Выбросить Норфи на произвол судьбы — чтобы сбить с толку людей из Рыболовной гильдии, заставить прочих членов комитета заподозрить Хуана Оро, посеять между ними рознь и помешать слаженной работе? Но уловка с провокацией выглядит как-то мелковато…</p><p>«Или чтобы отреагировать на внимание Церкви 'Матери-Земли» к нынешней церемонии Моления Морю и навести их на след Норфи?</p><p>«Или же… или же…»</p><p>У Франки, принявшей облик Чанема, дрогнуло сердце, и в голове мелькнула догадка:</p><p>«Или же Лато Жиаро — сам член 'Дня дурака»!</p><p>«Стоило Норфи прибыть в порт Санта и попытаться арендовать судно, как он тут же сцапал её — это был как абсолютный контроль Лато Жиаро над этой „сообщницей“, так и соответствующая защита… А когда приблизилась церемония Моления Морю, он притворился, что ослабил бдительность, позволив Норфи успешно сбежать и раздобыть корабль?»</p><p>С появлением этой догадки Франка, чем больше вспоминала Лато Жиаро, тем больше замечала за ним подозрительного:</p><p>И в сведениях, предоставленных «Рыцарем Мечей», и в официальных материалах содержалась вполне чёткая запись:</p><p>Лато Жиаро ещё много лет назад стал спать в отдельной от жены спальне!</p><p>Для преходца, завладевшего телом прежнего хозяина, самым большим страхом было то, что окружающие по всяким мелочам распознают в нём неладное, а среди окружения вероятнее всего разоблачить подмену могли двое: во-первых, глубоко любящие родители, а во-вторых, супруг, делящий одну постель. Особенно последняя категория, знающая множество незаметных для других привычек в повседневном общении. В подобном положении поиск предлога для раздельного сна выглядел очевидным способом самозащиты преходца.</p><p>Прежде, встретив эту деталь, Франка на мгновение усомнилась, но быстро отбросила свои подозрения: во-первых, раздельный сон зрелого мужчины с женой не был чем-то из ряда вон выходящим — среди членов комитета Рыболовной гильдии так поступал не один Лато Жиаро; а во-вторых, Лато Жиаро в своё время силою удерживали «Рыцарь Мечей» и Лумиан, напоив его Сывороткой правды, и в последующих расспросах не всплыло ни единого следа связи с «Днём дурака» — когда он упоминал слова свадебного заклятия к морю, на его лице даже не мелькнуло сдерживаемой ухмылки!</p><p>Но что, если Лато Жиаро, добровольно передавший сведения о Норфи, заранее готовился к визиту Великого авантюриста и посредством «гипноза» или иных способов сокрыл часть собственных воспоминаний?</p><p>Суть Сыворотки правды заключается в колоссальном усилении желания высказаться, однако то, чего сам принявший средство в своём сознании не помнит и не понимает, высказано не будет.</p><p>Теперь вопрос состоял в том, где Лато Жиаро нашёл Потустороннего или предмет с подобными способностями — через каналы «Дня дурака»?</p><p>Всё сильнее склоняясь к мысли, что Лато Жиаро и есть «Ультрамен», Франка вспомнила ещё кое-что:</p><p>Готовящийся вступить в должность «Морской Губернатор» Симон — член побочной ветви семьи Гиаро!</p><p>Ранее Хуан Оро по её предложению прошёл с проверкой крови всех взошедших на корабль, за исключением Лумиана, дабы подтвердить принадлежность каждого к соответствующему роду и убедиться, что под видом членов семей не затесались посторонние.</p><p>Если… если Симон Гиаро был ни кем иным, как переодетым Лато Жиаро?</p><p>В таком случае та проверка лишь подтвердила бы его личность!</p><p>…………</p><p>На украшенном гирляндами праздничном корабле, стремительно уходящем на дно под тяжестью огромного камня.</p><p>Стоявший на носу судна Симон Гиаро, казалось, оцепенел, на его лице застыли испуг и растерянность.</p><p>Однако уголки его губ слегка приподнялись.</p><p>В этот миг он вспомнил вчерашнюю церемонию передачи полномочий «Морского Губернатора»:</p><p>Одетый в сшитый точно по фигуре синий фрак Симон Гиаро вошёл в зал и увидел, как прежний «Морской Губернатор» Мигель, облачённый в старинное белое одеяние, обратил к нему взор и согласно заведённому порядку произнёс положенные слова:</p><p>«Вверяю море тебе.»</p><p>«Это честь для меня,» — торжественно ответил Симон Гиаро и неторопливо шагнул ему навстречу.</p><p>Мигель протянул правую руку, Симон Гиаро также протянул свою и пожал её, что символизировало уход прежнего «Морского Губернатора» и вступление в должность нового.</p><p>Завершив рукопожатие, они разошлись в разные стороны и, устремив взгляды в противоположные края, практически одновременно расплылись в едва заметной усмешке.</p><p>Под взорами бесчисленных изваяний вокруг один продолжил идти вперёд, а второй покинул зал.</p></section><section><title><p>Глава 579 «Дворец»</p></title><p>Глава 579 «Дворец»</p><p>Лато Жиаро, превратившийся в Симона с помощью запечатанного артефакта Пути «Провидца», увидел, как разлившийся вокруг иллюзорный звёздный свет, подобно морской воде, попавшей в водоворот, устремился в одну точку, образуя гигантскую воронку.</p><p>Источником же этого водоворота был тот самый человекоподобный запечатанный артефакт, который они с таким трудом «выкрали» у Церкви «Вечного Пылающего Солнца»!</p><p>После разоблачения внутри «Исследовательского общества кудрявых павианов», когда «Локи» и «У меня есть друг» один за другим были убиты — причём один израсходовал ценный шанс на воскрешение, а второй погиб окончательно, — они изменили первоначальный план Морского жертвоприношения и запустили запасной вариант, чтобы справиться с возможным вмешательством «Исследовательского общества кудрявых павианов».</p><p>Ведь, по подсказке воскресшего «Локи», вице-председатель «Исследовательского общества кудрявых павианов» «Хела», судя по всему, уже продвинулась до 4-й Последовательности, став полубогом, да ещё и перешла с Пути «Смерти» на Путь «Ночи»; так что полагаясь только на «Ультрамена», «Барда» и «Безумную», каким бы изысканным ни был план, их просто раздавила бы абсолютная сила.</p><p>Разумеется, будь это одна лишь «Хела», у них ещё хватило бы уверенности, но если прибудет и председатель «Гэндальф», чью глубину сил они не могли оценить, прибудут другие вице-председатели и прочие непростые члены Общества, проблема станет неразрешимой для них нынешних.</p><p>Звёздный свет бурлил, и все на ритуальном корабле увидели ту печальную женщину в чёрном монашеском одеянии; казалось, её тело превратилось в гигантский магнит, пытаясь притянуть к себе всё вокруг.</p><p>Это было похоже на то, как на натянутой рыбацкой сети лежало множество предметов, и вдруг в самом центре упал невероятно тяжёлый железный шар, заставляя всё в этой точке стремительно ухнуть вниз и увлекая за собой окружающую сеть — в такой ситуации неподвижные дотоле предметы естественно соскальзывали к центру.</p><p>Сильнее всего пострадали Потусторонние с густой морской кровью и мощной силой моря: Хуан Оро, изо всех сил противостоявший морской ярости, внезапно ощутил, как пространство перевернулось, перед и зад превратились в верх и низ, а сам он, точно оступившийся над бездной, невольно «повалился» ко дну, всё быстрее и быстрее.</p><p>И этим дном как раз и была женщина в чёрном монашеском одеянии.</p><p>Заместителей же помощника жреца, за исключением Лумиана, будто волокла Незримая рука; спотыкаясь и отчаянно сопротивляясь, они приближались к этому человекоподобному запечатанному артефакту, а сила моря внутри их тел под тем же воздействием выплеснулась на поверхность, покрывая их блестящей звёздной чешуёй и приводя на грань утраты укрощения.</p><p>«Морские Служанки» и моряки на корабле качались на месте, с трудом сдерживая эту жуткую силу всасывания: у одних кожа постепенно становилась скользкой, у других сквозь плоть проступала чешуя, у третьих невольно сдвигались ноги.</p><p>Лумиану было относительно лучше, но и ему приходилось прилагать немалые усилия, чтобы не быть сдвинутым с места.</p><p>В то же время, будучи «Аскетом», он смутно видел, как река судьбы каждого присутствующего тоже устремлялась к этому человекоподобному запечатанному артефакту, а рукава будущего постепенно сужались, непрерывно сливаясь, и вскоре должна была остаться лишь одна возможность — смерть.</p><p>В этот миг Лумиан примерно понял, почему этот человекоподобный запечатанный артефакт способен словами проклинать людей на смерть.</p><p>Лато Жиаро протянул руку и вцепился в борт корабля, чтобы противостоять незримому притяжению со стороны той женщины.</p><p>Его взгляд скользнул по невольно съезжающим людям на корабле и снова устремился на морское дно.</p><p>Ритуальный корабль уже опустился на некоторое расстояние; вокруг возвышались полупрозрачные стены из лазурной морской воды, в которых разная морская живность продолжала плавать, не замечая ничего странного, а на морском дне вдалеке виднелась исполинская веретенообразная серебристо-серая махина, чьё острие уходило в гравий и камни.</p><p>Лато Жиаро сдерживал эмоции, не позволяя улыбке проступить на лице.</p><p>Он был уже близок к цели.</p><p>Дураки из Рыболовной гильдии, неосведомлённые типы из Церкви «Матери-Земли» — они, вероятно, никогда в жизни не догадаются, что именно запечатано здесь на дне.</p><p>Это никакой не «дворец», это космический корабль!</p><p>Космический корабль, проникший сюда ещё в Четвёртую Эпоху!</p><p>У него есть как научно-фантастическая сторона, представляющая собой воплощение множества передовых технологий, так и мистическая, связанная с Потусторонним, и эта последняя даже служит ядром всего космического корабля.</p><p>Он и маяк-определитель координат, и чашка Петри, и инкубатор для выведения, и ключевой компонент «Звёздных врат», и место, где спит некое Потустороннее существо.</p><p>Созданное родичами моря «Кольцо Морской Королевы» и есть «ключ» к звездолёту, и лишь каждый год в момент наибольшего ослабления внешнего печатного барьера оно способно, пробудив внутреннюю силу корабля, при их совмещении приоткрыть щёлку в основном запечатывающем массиве!</p><p>Взгляд Лато Жиаро, устремлённый на смутно виднеющуюся серебристо-серую громадину, постепенно наполнился жадностью.</p><p>Его целью было стать настоящим «Морским Губернатором», то есть хозяином этого космического корабля, а не просто получить временные полномочия.</p><p>Тогда он не только обретёт могущественную силу, но и сможет с помощью звездолёта совершить множество невероятных вещей.</p><p>Лазурная с синевато-зеленоватым отливом морская вода окружила весь ритуальный корабль, точно выказывая почтение и провожая их во дворец моря.</p><p>Видя, что ярость моря прервана невесть откуда взявшейся женщиной, и именно она стала самым опасным существом на месте, Хуан Оро не колеблясь ещё сильнее слился с этой акваторией.</p><p>В этот миг он временно стал «Морским Губернатором».</p><p>Он сдюжил и устоял перед этой ужасающей силой всасывания.</p><p>Внезапно человекоподобный запечатанный артефакт «покинула» ритуальный корабль и оказалась в беспросветной тьме пустоты.</p><p>Сверху, снизу, слева и справа от неё сияли яркие звёзды, а перед ней стоял Хуан Оро, сплошь покрытый звёздной чешуёй, с глубоким, тёмным взглядом и полностью побелевшими волосами.</p><p>Хуан Оро поднял правую руку и сделал жест пальцем, словно прочерчивая линию.</p><p>Одно за другим «созвездия» и «звёзды», волоча за собой огненные хвосты, обрушились вниз, вздымая каскады волн.</p><p>На украшенном гирляндами ритуальном корабле люди внезапно перестали стремиться в единую точку, но уже выплеснутую силу было не вернуть, и они по инерции повалились в противоположную сторону.</p><p>Лато Жиаро тоже изобразил подобное состояние и тяжело врезался в нос корабля.</p><p>Увидев, что серебристо-серая громадина уже совсем близко, он обрадовался про себя и собрался произнести фразу, точного смысла которой не знал, но о действии которой прекрасно осведомлён.</p><p>Это была команда-пароль, позволяющая настежь открыть двери космического корабля, выстроить энергетический канал и войти внутрь под полной защитой!</p><p>«День дурака» существовал уже несколько лет, и причина, по которой они дожидались прошлого года, чтобы покуситься на церемонию Моления Морю, заключалась в том, что собранные Лато Жиаро от прежних «Морских Губернаторов», «Морских Служанок» и некоторых родичей моря посторонние звуки, слышимые во время Морского жертвоприношения, наконец-то удалось расшифровать, благодаря чему они узнали значение трёх важнейших фраз.</p><p>«О море, я обвенчаюсь с тобой…» — это одна из фраз, настоящий смысл которой заключается в том, чтобы наполнить энергией созданный ключ и ввести пароль; теперь Лато Жиаро должен произнести вторую фразу, а останется ещё одна — команда для запуска космического корабля.</p><p>Эту фразу они с «Бардом» изначально хотели обманом заставить произнести глупую женщину Норфи, чтобы максимально обезопасить себя от опасности; впрочем, они не так уж и обманывали её: как только звездолёт запустится и покинет эту акваторию, церемония Моления Морю естественно завершится, и никаких последующих событий быть не может, а что до того, не станет ли это саморазрушением — раз уж главная цель достигнута, какая разница?</p><p>Позже ситуация сильно изменилась, особенно когда «Исследовательское общество кудрявых павианов» узнало о церемонии Моления Морю от рядовых членов «Дня дурака»; «Ультрамен» и «Бард» были вынуждены неоднократно менять план: они не только привлекли «внешнюю помощь», но и снизили роль Норфи, в итоге решив использовать её как приманку, чтобы сбить с толку помехи в лице Лумиана Ли и «Потайного клинка».</p><p>Лато Жиаро открыл рот и тараторно произнёс какую-то фразу.</p><p>Едва смолкли звуки, как он тут же с надеждой устремил взгляд на космический корабль на морском дне.</p><p>Но ничего не произошло!</p><p>Как так? Сердце Лато Жиаро сжалось, и его охватило сильное предчувствие опасности.</p><p>Он резко очнулся и увидел, как всё вокруг лопнуло и исчезло, точно мыльный пузырь.</p><p>А Лумиан, превратившийся в Брайана, неизвестно когда уже оказался неподалёку от него.</p><p>Сон!</p><p>Только что он видел сон!</p><p>С тех самых пор, как Хуан Оро затащил человекоподобный запечатанный артефакт в «Звёздную пустоту», он находился во сне!</p><p>«Хела!» — в голове Лато Жиаро невольно проскочило это имя.</p><p>Он ведь точно следил за тем, не затаились ли поблизости другие корабли!</p><p>Пока мысли молниеносно проносились в его голове, вокруг Лато Жиаро словно возникли незримые руки, оттолкнувшие Лумиана подальше.</p><p>Затем рядом с украшенным гирляндами ритуальным кораблем, в объятой морской водой пустоте, стремительно проявились очертания парусника, явно отставшего от эпохи: на его парусах гнездились призрачные тени, на наблюдательной вышке стоял труп, а вся палуба была усеяна гниющими или уже превратившимися в кости неживыми существами.</p><p>А на носу корабля тихо стояла женщина в наряде чёрной вдовы.</p><p>«Хела»!</p><p>…………</p><p>Меньше четырёх часов назад Франка, изображавшая Чанема, жестом велела Норфи и Батнеру ждать на месте дальнейших указаний, а сама вернулась в каюту, вошла в капитанскую рубку и сказала стоявшей у окна «Хеле»:</p><p>«Я примерно догадалась, кто такой „Ультрамен“, но пока не уверена.»</p><p>«Я тоже догадалась.» «Хела» только что слышала разговор Франки и Норфи.</p><p>Франка стиснула зубы и сказала:</p><p>«Если это действительно Лато Жиаро, на корабле точно возникнут неожиданности. Мне нужно скорее призвать Посланника Лумиана и передать ему наши догадки.»</p><p>«Подожди немного, рассчитай время. Передай послание, когда заместители помощника жреца покинут резиденцию „Морского Губернатора“, но ещё не взойдут на ритуальный корабль,» — напомнила «Хела».</p><p>Франка хмыкнула:</p><p>«Я поняла.»</p><p>Увидев, как «Хела» с распущенными светло-золотистыми волосами и глубокими тёмными глазами, потягивая вино, вычерчивает узоры и расставляет предметы на письменном столе капитанской рубки, она полюбопытствовала:</p><p>«А это для чего?»</p><p>«Устраиваю ритуал, чтобы полностью скрыть весь корабль, дабы никто не смог его обнаружить, — коротко объяснила „Хела“. — Одной лишь собственной силой мне этого не добиться, остаётся просить помощи у Бога, а Он, пожалуй, будет очень рад.»</p><p>Договорив, Хела сняла со своего правого пальца серебряное кольцо с вкраплением, похожим на чёрный алмаз, и положила его в самый центр алтаря.</p><p>…………</p><p>На украшенном гирляндами ритуальном корабле Лумиан смотрел на Лато Жиаро, и его тело слегка трепетало от волнения.</p><p>Он не понимал, как противнику снова удалось сорвать церемонию Моления Морю — ведь он всё время следил за своим «старым другом» и так и не заметил, чтобы тот подменил кольцо.</p><p>Но это не имело значения: хороший план — это ни в коем случае не хрупкая вещь, где малейшая промашка рушит всё здание; у него должен быть достаточный запас прочности!</p><p>Лато Жиаро точно так же не понимал, как «Хела» и тот корабль смогли подобраться незамеченными для него.</p><p>Но это не имело значения: если бы они не были готовы встретиться лицом к лицу с вмешательством «Исследовательского общества кудрявых павианов» и самой «Хелой», они бы ни за что не стали действовать на этот раз.</p><p>Глаза Лато Жиаро внезапно стали глубокими, и в них вспыхнули крупицы звёздного света.</p><p>Окружавшая их лазурная морская вода снова застыла.</p><p>Здесь он будет могущественнее Хуана Оро, этого старого хрыча, — ведь он давно накопил силу, чтобы временно стать «Морским Губернатором»!</p><p>На ближайшее время он станет Богом этой акватории!</p></section><section><title><p>Глава 580 Тот же ход мыслей</p></title><p>Глава 580 Тот же ход мыслей</p><p>На украшенном гирляндными цветами праздничном корабле Лато Жиаро распростёр руки, и из его тела один за другим вырвались лучи солнечного света.</p><p>Повлечённое этим, небо потемнело, море почти обратилось в небытие, и среди них возникли крупицы нереальных звёзд, которые становились всё больше и больше, подобно дискам солнц в далёких краях.</p><p>В следующее мгновение Лато Жиаро с величественным выражением лица быстро произнёс несколько слов на языке Древнего Гермеса:</p><p>«Бог сказал: погружение в сон недействительно!»</p><p>Получив благословение силы этого моря, он стал практически полубогом Последовательности 4 и мог более целенаправленно использовать способность «Нотариуса» «Бог сказал, недействительно», чтобы ослабить особенность «Хелы», принудительно погружающую людей в сон и вводящую в мир грёз.</p><p>В противном случае, стоит только «Хеле» принудительно взять его под контроль этой способностью и не побуждать в сновидении к действиям, способным легко его разбудить ради получения сведений, как ему будет крайне трудно за короткое время вырваться из погружения в сон столь могущественного полубога, и он превратится в усыплённого дикого пса, отдавшись на милость Лумиана Ли.</p><p>Причина, по которой он выбрал «погружение в сон недействительно», а не «засыпание недействительно», заключалась в том, что последнее понятие слишком широко и может относиться к чересчур большим способностям; к тому же принудительное засыпание Пути «Бессонной» происходит из-за того, что человека насильно затягивают в сновидение, а не наоборот — суть заключается именно в сновидении, а не в самом сне.</p><p>Произнося эти слова «погружение в сон недействительно» на языке Древнего Гермеса, тело Лато Жиаро также стало тяжёлым, подобно тому человекоподобному запечатанному артефакту, пусть и не настолько утрированно.</p><p>Это привело к тому, что в окружающих морских водах поднялись огромные волны, бурно устремившиеся зарыть возникшую пустоту.</p><p>Парусник, управляемый нежитью, вслед за этим ощутимо заболтался и едва не перевернулся, что сильно помешало дальнейшим действиям «Хелы».</p><p>Сразу после этого тело Лато Жиаро откинулось назад ещё сильнее, а в обоих его глазах появилось по миниатюрному яркому солнцу.</p><p>В ответ на это от каждой крупицы звёзд, возникших в иллюзорном небе и море, устремился свет разной яркости; переплетаясь между собой, эти лучи сформировали величественный, чистый и пылающий столб света.</p><p>Столб света грандиозно обрушился вниз, накрыв переднюю часть парусника — то самое место, где стояла «Хела», отчего находившаяся там нежить стремительно растаяла, словно испарившись. Там не осталось ни единой капли тьмы.</p><p>«Хела» была поглощена этим столбом света.</p><p>Это был «Святой свет» — способность «Жреца света» Последовательности 5 Пути «Солнца». Став временным «Морским Губернатором», Лато Жиаро, хоть и не принимал зелье соответствующей Последовательности 4 и не обладал способностями уровня полубога, смог поднять ранее полученные умения почти до уровня Последовательности 4.</p><p>К тому же этот «Святой свет» подвергся мутации: он исходил уже не от единого солнца — все звёзды в Звёздной пустоте даровали ему определённую силу. В сочетании с особенностями этой акватории, хотя по мощности очищения и уничтожения осквернённых и падших сущностей он уступал заклинанию «Солнечного пламени» Последовательности 4 данного Пути, радиус атаки и область воздействия заметно увеличились.</p><p>С самого момента прехождения став «дитятей моря» и обладая немалой силой Благословения, Лато Жиаро лишь после многократных взвешиваний выбрал зелье Пути «Солнца»: он полагал, что это не только не принесёт рисков, но и позволит органично соединить зелье со своей родословной и изначальными способностями, породив чудные изменения.</p><p>Результат оправдал его ожидания.</p><p>Внезапно Лато Жиаро развернулся.</p><p>В области, находившейся у него за спиной, стремительно обрисовался силуэт Лумиана.</p><p>Он собирался воспользоваться тем, что Лато Жиаро расправляется с «Хелой», применить «Телепортацию», приблизиться и применить «Искусство Хэн-Ха».</p><p>В его глазах пылали нескрываемая жестокость и безумие, без наималейшего намёка на страх — казалось, он нисколько не беспокоился о том, что с ним станется, если внезапное нападение на «Морского Губернатора» с близкого расстояния потерпит неудачу.</p><p>В тёмных и глубоких глазах Лато Жиаро отразились сияющие звёзды. Прежде чем Лумиан успел издать хоть звук «хэн», он погрузился в небытие и оказался под бескрайней, далёкой звёздной бездной, совершенно потеряв из виду силуэт своей цели.</p><p>Лато Жиаро отвёл взгляд и снова посмотреть на парусник, где ещё теплились остатки света.</p><p>Он находил такого врага, как Лумиан Ли, крайне отвратительным. Дело было не в том, что он не мог убить его прямо сейчас мощными средствами, а в том, что убив его вот так, он лишь ухудшил бы положение — тогда, чего доброго, пришлось бы столкнуться с неразборчивым гневом высокопоставленного существа.</p><p>Его выбор состоял в том, чтобы, воспользовавшись полномочиями «Морского Губернатора», изгнать врага в созданную им «Звёздную пустоту», заставив его сбиться с пути и за короткое время не найти «дорогу» наружу.</p><p>А когда он подчинит тот летающий корабль и станет настоящим «Морским Губернатором», он вернётся и неспешно всё уладит.</p><p>В этот момент Хуан Оро, сражавшийся с человекоподобным запечатанным артефактом в собственной «Звёздной пустоте», внезапно почувствовал неладное.</p><p>Его сила стремительно угасала, а контроль над этим морем постепенно слабел!</p><p>Его временные полномочия «Морского Губернатора», похоже, кто-то захватывал.</p><p>Буквально в мгновение ока гигантские волны, способные крушить корабли, исчезли из «Звёздной пустоты», а вслед за ними испарилась и сама иллюзорно-призрачная звёздная высь.</p><p>Хуан Оро снова «появился» на корабле и увидел окружавшие его лазурные морские воды, возвышавшиеся подобно горным пикам, а также «увидел» Симона Гиаро, тесно связанного с этой акваторией.</p><p>«Это ты!» — только и успел рявкнуть он, как против воли согнулся в спине, будто невидимая исполинская рука надавила на него, прижимая к палубе.</p><p>Человекоподобный запечатанный артефакт тоже вернулся, вновь сотворив жуткую тяжесть.</p><p>Лато Жиаро посмотрел на неё, позволив своему лицу покрыться чешуёй, мерцающей звёздным светом, а затем указал на корабль, где находилась «Хела», и заговорил на тарабарском языке:</p><p>«￥%…&amp;*»</p><p>Он не знал точного значения этой фразы, а лишь понимал, что она заставит её атаковать указанную цель.</p><p>Хотя в этой акватории он и не боялся «Хелы», ему всё же приходилось остерегаться «Гэндальфа» и остальных, которые могли находиться на том корабле, а потому надлежало приложить все силы.</p><p>Печаль на лице человекоподобного запечатанного артефакта немного сгладилась, и она с безжизненным, затерянным взглядом кивнула.</p><p>Её тело вслед за этим повернулось к паруснику, покачивавшемуся на «подводных волнах».</p><p>Вслед за этим Лато Жиаро согнулся и сунул пальцы в горло.</p><p>Уа!</p><p>Он исторг из себя комок продолговатой липкой плоти.</p><p>Эта плоть скручивалась и извивалась, стремительно принимая человеческие очертания.</p><p>Лато Жиаро быстро выпрямился и, не теряя времени, произнёс:</p><p>«„Безумная“, иди и открой проход к космическому кораблю!»</p><p>Он не опасался, что «Безумная» посягнёт на место «Морского Губернатора» и станет владелицей того космического корабля, ведь в ней не было «крови моря».</p><p>Внутри «Звёздной пустоты», созданной Лато Жиаро, Лумиан не спешил искать путь наружу или ощущать координаты, чтобы напрямую «телепортироваться» отсюда.</p><p>Он сунул пальцы в собственное горло.</p><p>Уа!</p><p>Он исторг из себя комок продолговатой липкой плоти.</p><p>Эта плоть скручивалась и извивалась, стремительно принимая человеческие очертания.</p><p>…………</p><p>Гостиница «Соло», соседний номер с люксом Лумиана.</p><p>Вспомнив, что «невидимость» и «Укрытие в тенях» недействительны против «Марионеточника», Дженна размышляла над способом найти настоящее тело «Локи».</p><p>Согласно сведениям, предоставленным Старшими Арканами, она знала, что «Марионеточнику», дабы превратить цель в марионетку, необходимо приблизиться к ней на расстояние в пределах пяти метров; иными словами, «Локи» непременно находился внутри сферы радиусом в пять метров с центром в Лугано.</p><p>«Проклятье, кругом одни стены, весь обзор перекрыт, а иначе обнаружить 'Локи» было бы куда проще, ведь в это время большинства постояльцев нет в гостинице — все ушли на празднества церемонии Моления Морю…</p><p>«Стены… Если бы не было стен…»</p><p>Подумав об этом, у Дженны внезапно родилась идея.</p><p>Она посмотрела на Антони и сходу спросила:</p><p>«Ты взял с собой достаточно денег?»</p><p>«Каких денег?» — Антони в кои-то веки не смог разгадать истинные мысли Дженны.</p><p>Лишь тогда Дженна поняла, что её слова прозвучали чересчур скачкообразно:</p><p>'Денег, чтобы возместить ущерб владельцу гостиницы.</p><p>«Я хочу напрямую взорвать комнаты напротив, по диагонали и снизу. Мы до этого проверяли: там сейчас никого нет, а если кто и есть, то это либо 'Локи», либо его «марионетка»!</p><p>«Я планирую заложить детонаторы и взрывчатку вот здесь — взрыв заденет комнаты в радиусе семи-восьми метров. Хм, Лугано наверняка пострадает, но в качестве щита у него есть та синьора, да и сам он к тому же — 'Врач».</p><p>«Хм, а грохот взрыва к тому же прямо привлечёт сюда боевых монахинь из „Ордена Изобилия“!»</p><p>Чем больше Дженна говорила, тем стройнее становился её ход мыслей.</p><p>«Ты „Охотник“ или „Демонесса“, неужто заразилась от Лумиана…» — пробормотал про себя Антони, после чего сказал: — «Действуй, времени мало. За ущерб заплатит Лумиан, у него есть деньги.»</p><p>Дженна поспешно выудила из рюкзака детонаторы и прочую взрывчатку. В то же время она увидела, как Антони обустраивает простой алтарь.</p><p>Сердце её ёкнуло, и она спросила:</p><p>«Ты хочешь связаться с мисс „Справедливость“, мисс „Суд“ или мисс „Фокусник“?»</p><p>«Без разницы,» — серьёзно ответил Антони, подготавливая ритуал. — «Хотя мисс „Фокусник“, дабы не привлечь внимание той сущности за спиной „Локи“ и остальных, сможет прийти лишь под сам конец, она говорила, что по меньшей мере двое Старших Арканов прибудут заранее и окажут помощь в критический момент.»</p><p>«Хорошо.» — Дженна всё никак не могла уловить, когда следует обращаться за помощью и отчитываться перед Старшими Арканами, поэтому до этого думала попытаться справиться своими силами.</p><p>Раз уж Антони готов рискнуть и навлечь на себя недовольство Старших Арканов, то она с радостью предпочтёт самый безопасный вариант.</p><p>Пока Дженна складывала детонаторы и прочую взрывчатку у дверного угла возле соседней комнаты, Антони Рид возвёл «Духовную стену», призвал Посланника мисс «Фокусник» и передал той о появлении здесь «Локи».</p><p>Затем он стремительно укрылся в уборной при хозяйской спальне, находившейся в добрых шести-семи метрах от зоны взрыва.</p><p>Грохот!</p><p>На пятом этаже гостиницы «Соло» прогремел мощнейший взрыв: зазвенели разлетающиеся стёкла, во все стороны посыпались обломки кирпичей и дерева, и наружу вырвалось разрастающееся алое пламя.</p></section><section><title><p>Глава 581 Марионетка</p></title><p>Глава 581 Марионетка</p><p>В грохоте взрыва стена, разделявшая два номера, и стена, выходившая в коридор, рухнули одновременно, сокрушая ближайшую мебель, потолок над головой, пол под ногами и несколько комнат напротив, так что их быстро поглотило разрастающееся пламя.</p><p>Благо Дженна использовала не всю взрывчатку, иначе пятый и четвёртый этажи гостиницы «Соло» обрушились бы целиком, но даже при этом часть крыши провалилась, а пол превратился в сплошное месиво — из эпицентра взрыва можно было напрямую увидеть нижнюю комнату.</p><p>Когда стены нескольких комнат напротив коридора рухнули и несомые ударной волной кирпичи и балки обрушились на Джоджию, заставив спину этой дамы прогнуться, расколов ей голову и заставив хлынуть алую кровь, Лугано мигом вырвался из состояния заторможенности и оцепенения тела, вернув себе способность мыслить.</p><p>Следом он ощутил боль — неистовая ударная волна в перемешку с огнём, кирпичами и деревом подхватила и швырнула его прочь.</p><p>Если бы его не прикрывала стоящая впереди Джоджия и если бы тело «Земледельца» не отличалось крепостью, он, скорее всего, уже был бы при смерти — если не с оторванными конечностями, то с пробитыми жизненно важными органами. Впрочем, и сейчас он представлял собой кровавое месиво с несколькими сломанными костями и едва не потерял сознание прямо на месте.</p><p>Людвиг неизвестно когда успел залезть под обеденный стол вместе со своей едой и благодаря преимуществу в расстоянии и помощи «щита» лишь получил удар обрушившимся столом.</p><p>В то же время Дженна и Антони выбежали из ванных комнат хозяйских спален своих номеров и устремили взгляды на несколько комнат напротив, где обрушились стены и клубилась пыль.</p><p>Они смутно разглядели чей-то силуэт.</p><p>Тот походил на Рувио Пако и стоял возле опрокинутого кресла.</p><p>— «Локи»! — Дженна не колеблясь сгустила сгусток чёрного иллюзорного пламени и отправила его к цели.</p><p>Находившийся чуть позади неё по диагонали Антони Рид окрасил глаза в золотистый цвет, его зрачки сузились в вертикальные щели, и он уже собирался зафиксировать «Локи», чтобы применить к нему способность «Бешенство» и повергнуть его в состояние взорвавшихся эмоций и мыслей, лишив возможности здраво рассуждать и эффективно реагировать.</p><p>И как раз в этот момент перед глазами Антони и Дженны всё потемнело, и силуэт «Локи» исчез.</p><p>Вслед за этим они обнаружили себя посреди небытия: вверху не было ни синего неба, ни белых облаков, внизу — твёрдой земли, а со всех сторон простиралась мгла, усыпанная множеством сияющих звёзд.</p><p>«Звёздная пустота»!</p><p>Это полуреальная-полупризрачная иллюзия, которую «дети моря» способны создавать по достижении определённого уровня.</p><p>Вслед за этим перед Дженной и Антони предстала дама в чёрном чепце, с тонкими морщинками у уголков глаз, одетая по-вдовьи.</p><p>Марта!</p><p>Она была старой бабушкой семейства Пако, а ныне стала марионеткой «Локи» и только что пряталась в той самой комнате, откуда «Локи» управлял «Нитями духовного тела».</p><p>Имея достаточно времени на подготовку, как мог «Локи» выйти на сцену без «марионеток»? У него имелись две марионетки с Потусторонними способностями, и эта была одной из них, а ещё одна пряталась в тени; оставшееся же место предназначалось для иных ситуаций — с возможностью выбросить после использования или заменить после захвата врага.</p><p>Ранее, когда сыгранный им Рувио Пако повёл госпожу Марту к «Морскому Губернатору», эта старая бабушка семейства Пако уже была марионеткой, поэтому ему приходилось следовать за ней, не позволяя марионетке покидать радиус управления.</p><p>Причина, по которой Лугано решил, будто госпожа Марта получила тяжёлую травму, заключалась в том, что марионетка по своей сути подобна мертвецу. Лишь благодаря тому, что «Марионеточник» управляет «Нитями духовного тела», она может совершать различные движения и проявлять признаки жизни, что в глазах «Врача» всего лишь 8-й Последовательности очень напоминало тяжёлое ранение.</p><p>Если бы у Люмиана не было редкой привычки использовать способность наблюдения за чужой удачей, он ещё тогда мог бы заметить, что с судьбой госпожи Марты что-то не так — в ней царила мёртвая тишина.</p><p>Марта с лёгкой улыбкой на лице подняла правую руку, на кончиках пальцев которой давно сгустилось призрачно-зелёное сияние.</p><p>Сияние превратилось в луч и со свистом устремилось к Дженне.</p><p>Дженна слышала от Люмиана о способностях, присущих морской родословной, и едва увидев призрачно-зелёное сияние, совершила кувырок в «Звёздной пустоте». Антони поступил так же — он не стал применять к Марте «Бешенство», поскольку марионетка, будучи по сути мертвецом, не могла впасть в исступление.</p><p>В следующую секунду оба одновременно почувствовали тяжесть и стремительно повалились вниз сквозь звёздную пустоту, падая всё быстрее и быстрее и испытывая состояние невесомости, о котором порой упоминала Франка.</p><p>Всего за мгновение Дженна и Антони ступили на землю и удержали равновесие, но Марта уже исчезла, а звёздная пустота рушилась кусок за куском.</p><p>На самом деле они по-прежнему находились в гостинице «Соло», просто свалились с пятого этажа на четвёртый.</p><p>Это объяснялось тем, что «Звёздная пустота» низших и средних уровней ближе к иллюзии, а вокруг возникает барьер, подобный «Духовной стене». Когда двое оказались в ней, их тела на самом деле оставались в реальности, и во время уклонения кувырком Марта мощно толкнула их невидимой силой, отчего они естественным образом провалились в дыру в полу, только что проделанную взрывчаткой.</p><p>Дженна без колебаний разбежалась, взбежала по стене вверх, ухватилась за край разлома и перемахнула обратно на пятый этаж, к месту взрыва.</p><p>Она увидела, как Лугано лечит собственные раны, и заметила, что «Локи» и госпожи Марты в комнате наискосок напротив нигде нет.</p><p>Людвига, изначально прятавшегося под обеденным столом, тоже не было видно!</p><p>Улица Аквины, шумный народный праздник.</p><p>Превратившийся в ничем не примечательного прохожего «Локи» шёл сквозь толпу, держа на руках «уснувшего» Людвига.</p><p>Другой его марионеткой был «Анквистер» Пути «Бессонного», который всё это время прятался с другой стороны номера Люмиана, выжидая возможности повлиять на цель.</p><p>С самого начала «Локи» лишь отправил временную марионетку Джоджию разобраться с Лугано и сам начал управлять «Нитями духовного тела» этого «Врача». Он не стал сразу пускать в ход более сильную марионетку не из опасения вспугнуть Людвига, а потому, что беспокоился о возможных врагах, таящихся в тени. В конце концов, в гостинице оставалось несколько постояльцев, не ушедших на празднования церемонии Моления Морю; прямо по соседству с целью ещё до обеда вернулась парочка — они пришли почти одновременно с ней.</p><p>Кроме того, ритуал возвышения «Марионеточника» требовал грандиозного представления, пышной и глубокой драмы — бесслышное, не поднявшее шума и лишенное достаточного количества зрителей убийство не отвечало требованиям.</p><p>Вот почему «Локи» намеренно сперва нацелился на Лугано: если бы в тени не оказалось других врагов, это приравнялось бы к замене марионетки; а если бы они были, он выудил бы их всех, выманил на себя, пока скрывавшаяся по соседству другая марионетка тихо захватывала бы цель.</p><p>Он знал, что это запечатанный полубог, который, возможно, и не способен проявить достаточно могущественную силу, но его сущность остаётся неизменной, позволяя ему противостоять многим воздействиям. Впрочем, он также верил, что принудительный сон Пути «Бессонного» всё равно окажется эффективным — раз уж этот запечатанный полубог утомляется, испытывает голод, нуждается в отдыхе, пище и сне совсем как настоящий ребёнок, то это указывает на то, что запечатывание повлияло на соответствующие свойства, уподобив его в подобных аспектах обычному человеку, разве что просыпается он быстрее да на отдых ему требуется меньше времени.</p><p>А «Локи» хватит и нескольких секунд — достаточно, чтобы перебраться вместе с целью в другое место, скрыться и попытаться начать управлять «Нитями духовного тела» противника.</p><p>Две же его марионетки будут действовать по отдельности, вводя в заблуждение врагов и спешащих сюда священнослужителей Церкви Матери-Земли и водя их кругами в радиусе сотни с лишним метров, дабы исполнить принадлежащую им часть представления.</p><p>Когда же время подойдёт, враги по следам марионеток смогут вычислить его убежище и явиться туда, охваченные радостью и предвкушением, но встретит их марионетка полубожественного уровня, и финал окажется кошмарным и жестоким.</p><p>На глазах у всех окружающих горожан эта грандиозная драма подойдёт к концу, после чего «Локи» сможет принять зелье, продвинуться до Последовательности 4 и стать «Магом причуд»!</p><p>…………</p><p>На праздничном корабле, внутри «Звёздной пустоты» Лато Жиаро.</p><p>Это имело принципиальное отличие от аналогичных способностей низших и средних уровней, являясь одновременно и иллюзией, и невероятно хрупким иным измерением, в котором можно заблудиться — чем-то близким к сочетанию «Бутыли вымысла» и зрительных иллюзий.</p><p>Сгусток липкой плоти, исторгнутый Люмианом прямо перед собой, стремительно зашевелился, вытянулся и раздулся, превращаясь в человеческую фигуру.</p><p>Эта фигура была облачена в алый плащ и алый капюшон, лицо скрывала тень — то был не кто иной, как Господин K из ордена Авроры.</p><p>Чтобы противостоять козням «Дня дурака», Люмиан избрал подход подавления превосходящей силой, рассчитывая достичь цели с помощью открытой и сокрушительной мощи в сочетании с несколькими изящными приготовлениями.</p><p>У этого плана был высокий запас прочности: пока у «Дня дурака» не имелось помощников уровня Ангела и число Святых среди их боевых сил не превышало трёх, даже если он в чём-то и ошибся, то всё равно смог бы загнать в ловушку по меньшей мере одного-двух ключевых членов «Дня дурака».</p><p>Ради этого Франка пригласила «Хелу» и «Гэндальфа», а Орден Изобилия подал рапорт наверх, так что в этом году в порту Санта непременно должен присутствовать Святой, дабы предотвратить нештатные ситуации во время церемонии Моления Морю. Что же касается Клуба Таро, двое обладателей карт Старших Арканов уже прибыли поблизости, и как только ключевые члены «Дня дурака» все до единого выйдут на сцену, исключив вероятность того, что они почуют опасность и сбегут заранее, госпожа «Фокусник», являющаяся «Ангелом Звезд», преодолеет огромное расстояние и явится лично!</p><p>Для полной надёжности Люмиан даже задействовал тот самый палец Господина K, заставив того прибыть в порт Санта и при помощи способности «Епископа Роз» превратиться в сгусток плоти, чтобы сокрыться в его желудке и таким образом проникнуть на праздничный корабль.</p><p>Господин K поднял голову, и глубина его глаз внезапно стала призрачной, словно внутри таилась дверь за дверью.</p><p>Он быстро окинул взглядом «Звёздную пустоту» и вскоре нашёл путь наружу.</p><p>«Следуй за мной», — хриплым голосом сказал он Люмиану.</p><p>Люмиан кивнул, запустил руку в похожую на кошелёк для монет «Сумку путешественника», извлёк кастеты «Истязание» и приготовился надеть их.</p><p>Если дальше у вас найдётся ещё какой-то запасной план или же сильнейшие эксперты не успеют вовремя появиться, тогда я привлеку взор Злого Бога, замучу воду, и мы все вместе погрузимся в этот кризис — никто не уйдёт раньше времени!</p></section><section><title><p>Глава 582 Энергетический канал</p></title><p>Глава 582 Энергетический канал</p><p>На обрядовом корабле, украшенном цветами, тот человекоподобный запечатанный артефакт взмыл в воздух и, ступая по пустоте, шаг за шагом направился к паруснику.</p><p>Она была словно тяжелый каменный шар, под давлением которого окружающее пространство частично искривлялось, заставляя целевое судно само собой скользить навстречу, так что обе стороны сближались всё сильнее.</p><p>В то же время пустые и растерянные глаза этого человекоподобного запечатанного артефакта, облаченного в черное монашеское одеяние, внезапно окрасились безумием и хаосом, тонкие кровеносные сосуды проступили на белках и быстро слились в единую сетку.</p><p>Вслед за её «приступом» «Морские Служанки», заместители помощников жрецов и моряки на обрядовом корабле, украшенном цветами, не понимавшие, что происходит, одновременно замерли на месте с растерянными выражениями лиц и пустыми взглядами, перейдя в то же состояние, в котором этот человекоподобный запечатанный артефакт находился ранее.</p><p>Именно в этот момент на паруснике, перелетевшем через провал и приблизившимся к источнику безумия, внутри остатков Святого света внезапно исчез, пропал один из лучей, поглощенный самой глубокой тьмой.</p><p>Из тьмы донесся спокойный и умиротворенный голос, словно воспевающий прекрасную поэму.</p><p>Выражение лица человекоподобного запечатанного артефакта в черном монашеском одеянии заметно смягчилось, хаос и безумие в её глазах капля за каплей угасли, а шаги вперед замедлились.</p><p>Остальные люди на обрядовом корабле, украшенном цветами, также погрузились в состояние душевного покоя и сонливости, а Хуан Оро почувствовал, как сдерживавшая его тело «невидимая исполинская рука» мгновенно отступила.</p><p>Он резко выпрямился и уставился полным гнева взглядом на Симона Гиаро, стоявшего на носу корабля.</p><p>Этот глава Рыболовной гильдии уже примерно догадался, кто перед ним, ведь людей, знающих полный порядок церемонии Моления Морю и владеющих подробностями о «Кольце Морской Королевы», было немного, а с учетом условия принадлежности к одному роду с Симоном Гиаро оставался лишь один ответ:</p><p>Лато Жиаро!</p><p>«Ты, предатель!» Даже доносившееся из тьмы далекое песнопение не могло утихомирить ярость в сердце Хуана Оро. Хотя он больше и не был временным «Морским Губернатором», он по-прежнему обладал отличной силой, а на море и вовсе считался могущественным.</p><p>Всплеск!</p><p>Морская вода, подпиравшая дно обрядового корабля, украшенного цветами, резко устремилась вверх: одна её часть намеревалась вытолкнуть всех присутствующих обратно на поверхность моря, а другая выросла в подобие горного пика и с силой обрушилась вниз, меча в Лато Жиаро, принимавшего облик Симона Гиаро.</p><p>Лато вдруг вполоборота повернулся и взглянул на Хуана Оро.</p><p>Тяжело обрушивавшаяся на него лазурная «вершина» тут же застыла в воздухе, прекратив движение вниз, а течение, пытавшееся вытолкнуть обрядовый корабль, украшенный цветами, из этой зоны, также прекратило свои «попытки».</p><p>В глазах Лато Жиаро отразился силуэт Хуана Оро, уголки его губ слегка приподнялись, и он спокойным тоном констатировал факт:</p><p>«Теперь я — „Морской Губернатор“.»</p><p>Твои способности, особенно те, что влияют на эту акваторию, полностью подавлены мной и совершенно бесполезны!</p><p>— Песнопение, раздававшееся из тьмы, было направлено на человекоподобный запечатанный артефакт, а всё остальное было лишь косвенным воздействием. Лато Жиаро, будучи временным «Морским Губернатором», хоть и неизбежно подвергся влиянию, но благодаря обратному отклику и перераспределению со стороны «океана» пострадал не слишком сильно — он лишь стал более умиротворенным, у него ослабло желание вести ожесточенный бой и напрямую убивать.</p><p>По сравнению с Хуаном Оро, его куда больше волновало, есть ли на паруснике помимо «Хелы» еще и «Гэндальф», и еще сильнее беспокоило, успеет ли «Безумная» вовремя открыть проход к космическому кораблю.</p><p>Глядя на застывшую в воздухе лазурную исполинскую волну, так и не обрушившуюся вниз, и на Лато Жиаро, с презрением во взгляде совершенно не обращавшего на него внимания, сердце Хуана Оро медленно погружалось на дно.</p><p>В этот момент Лато перевел взгляд на «Безумную», снова принявшую человеческий облик, и обратился к соратнице в невероятно вызывающем алом платье:</p><p>«Быстрее.»</p><p>«Безумная» была не слишком высокого роста, чуть больше ста шестидесяти сантиметров. Её темно-золотистые волосы беспорядочно спадали на плечи, но под действием эффекта «тяжести» ни одна прядь не развевалась свободно — все они устремились к морскому дну.</p><p>На поверхности её лица проступало множество сплошной плоти и крови, из-за чего невозможно было разглядеть её первоначальный облик. На правой и левой руках у неё было надето по кольцу:</p><p>Кольцо на левой руке с основанием из розоватого золота было инкрустировано алой, словно кровь, драгоценностью; кольцо на правой руке представляло собой простое и скромное серебряное кольцо.</p><p>«Безумная» с улыбкой ответила Лато Жиаро:</p><p>«Оказывается, и ты умеешь спешить.»</p><p>Лишь тогда она направила свой взор на серебристо-серую громадину, вонзенную в морское дно на уже не столь далеком расстоянии.</p><p>Эта сумасшедшая… — мысленно выругался Лато Жиаро.</p><p>Если «У меня есть друг» обладал крайне скверным характером и лишь позже из-за иных обстоятельств заразился психическим расстройством и попал в лечебницу для душевнобольных, то «Безумная» с самого начала проявляла ненормальность своего психического состояния. Раньше она еле держалась благодаря регулярному лечению со стороны «У меня есть друг», а теперь сходила с ума всё сильнее и сильнее.</p><p>Лато Жиаро глубоко вздохнул и прислушался к странным звукам, доносившимся изнутри космического корабля, дабы противостоять далеким песнопениям, эхом разносившимся во тьме.</p><p>Он быстро вернул себе толику боевого задора, вновь устремил взгляд на парусник и поднял правую руку.</p><p>Хуан Оро, увидав эту сцену, впал в еще большее отчаяние.</p><p>Этот старец с совершенно белыми волосами и бородой резко сжал кулак и изо всех сил ударил себя в грудь.</p><p>Со звуком «хруст» его грудина переломилась, плоть и кожа разверзлись, и хлынувшие потоки крови окрасили его тело и палубу обрядового корабля, украшенного цветами.</p><p>Вместе с бурным угасанием жизни седые волосы Хуана Оро превозмогли воздействие эффекта «тяжести» и все до единого взмыли в воздух.</p><p>Его стопы стали наливаться тяжестью, и каждый шаг вперед походил на поступь величавой горы по земле.</p><p>Лато Жиаро, собравшийся было обрушить окружающие морские воды вниз, чтобы затопить тот парусник, внезапно обнаружил, что эта акватория перестал слушаться его «слов».</p><p>Его статус «Морского Губернатора» пошатнулся.</p><p>Лато Жиаро снова повернул голову, посмотрел на окровавленного Хуана Оро и слегка прищурился.</p><p>«Ты, предатель, океан покарает тебя!» — в глазах Хуана Оро сгустились темное зеленоватое и голубоватое свечения, выстрелившие двумя лучами.</p><p>Вдобавок к этой атаке он заставил Лато Жиаро стать тяжелым, лишив его возможности нормально двигаться.</p><p>Оба луча одновременно попали в Лато Жиаро, прошли насквозь и погрузились в морскую воду.</p><p>Аура Лато Жиаро лишь слегка ослабла, а вовсе не получила тяжелых повреждений, как полагал Хуан Оро.</p><p>Внутри этого ключевого члена группы «День дурака», носившего кодовое имя «Ультрамен», вырвались снаряды солнечного света, вычищавшие остаточные силы, разъедавшие и изменявшая структуру его тела.</p><p>Он слегка приподнял подбородок и произнес три слова с невероятно странным произношением:</p><p>«%%&amp;（»</p><p>Это тоже относилось к тому языку, которым открывали космический корабль, и имело примерно следующий смысл: даровать мне определенные полномочия, что было равносильно приоткрытию щели в печати, позволяя получить часть силы «Морского Губернатора» даже без «слияния» с этим морем; Лато Жиаро применил его сейчас, чтобы помочь себе полностью отнять авторитет у Хуана Оро.</p><p>Хм, глупец, глупая толпа, за столько лет так толком и не исследовавшая звуки, слышимые при каждом Морском жертвоприношении — сидели на сокровище и даже не додумались его раскопать!</p><p>Жертвовать жизнью, да? Жертвовать собой, да?</p><p>В этом нет никакого смысла!</p><p>Разум и сила — вот что действительно важно!</p><p>Хуан Оро, из груди которого все еще сочилась кровь, с ошеломлением обнаружил, что авторитет «Морского Губернатора» снова перешел к другому; он растерянно и со страхом смотрел на Лато Жиаро, словно перед ним был настоящий демон:</p><p>Почему? Почему океан благоволит ему больше?</p><p>Почему океан проявляет большую благосклонность к этому предателю?</p><p>В этот момент «Безумная», стоявшая на другой стороне носа корабля, тоже закончила зачитывать ту тарабарскую команду.</p><p>Серебристо-серая громадина на морском дне вдруг слегка затрепетала, и амплитуда становилась все больше и больше, заставляя содрогаться всё морское дно и всю толщу воды.</p><p>Внутри нее сгустились и слились воедино лучи чистейшего света, вырвавшиеся из открывшегося входа и опустившиеся на край обрядового корабля, украшенного цветами, сформировав прозрачный туннелеобразный энергетический канал.</p><p>«Безумная» не стала сразу прыгать внутрь этого чистого света.</p><p>Она знала, что по мере дальнейшего открытия и запуска космического корабля вырвется сила, копившаяся в глубинах печати неизвестно сколько лет, и все присутствующие здесь, за исключением «Морского Губернатора», будут разорваны в клочья.</p><p>Но это не имело значения, у нее имелся способ с этим справиться: скромное серебряное кольцо на её правой руке принадлежало «Барду», и на него было наложено Благословение, полученное после настоящего «Почитания предков»; оно могло украсть эту силу и рассеять ее, заставив присутствующих здесь и всех «детей океана» во всем порту Санта разделить ее между собой.</p><p>Разумеется, присутствующим на месте достанется куда больше, а уж сможешь ли ты выдержать и не превратиться в Монстра — зависит лишь от личной судьбы.</p><p>В тот момент люди из Рыболовной гильдии подумают, что церемония Моления Морю прошла успешно, будут ликовать и радоваться, но на самом же деле их «океан» окажется украден — поистине величайшая ирония, от мысли о которой становится очень радостно.</p><p>«Безумная» только собралась воспользоваться этим кольцом, как внезапно ощутила острое Предчувствие опасности.</p><p>Её силуэт с шумом исчез с прежнего места и возник в нескольких шагах оттуда.</p><p>Пятно тени взметнулось вверх с палубы, где она только что стояла, но не сумело накрыть её.</p><p>«Безумная» сразу же увидела Господина K в алом плаще и алом капюшоне, а также Лумиана Ли, надевшего клипсу «Ложь», но еще не вернувшего себе изначальный облик.</p><p>…………</p><p>Порт Санта, резиденция «Морского Губернатора».</p><p>«Бард» стоял у окна, любуясь сорняками снаружи и мысленно отсчитывая время в ожидании дальнейшего развития церемонии Моления Морю.</p><p>Если «Благословение» океана снизойдет после задержки на некоторое время, и жители деревни Мило начнут ликовать, он открыто выйдет отсюда, покинув эту группу одураченных людей.</p><p>К тому времени все, кто попытается помешать, скорее всего, уже будут разорваны в клочья силой океана.</p><p>Если же массового заздавшегося «Благословения» не последует, но небеса и океан изменятся, словно надвигается бедствие, он сможет дождаться, пока космический корабль или «Безумная» прибудут, чтобы забрать его.</p><p>Разумеется, он не станет ждать бесконечно: если в течение десяти минут в церемонии Моления Морю не произойдет никаких новых изменений, он воспользуется своими способностями, чтобы с боем вырваться отсюда, сменить позицию и укрыться.</p><p>— Способности Пути «Мародера» на ранних этапах не отличаются мощью, поэтому «Бард», шаг за шагом продвигаясь в последовательностях, давно выработал привычку к настороженности.</p><p>Глядя на сорняки, колышущиеся под ярким солнечным светом и легким ветерком, «Бард» внезапно услышал тихие шаги.</p><p>Шаги доносились из коридора снаружи и были столь тихими, будто чудились ему.</p></section><section><title><p>Глава 583 Кража</p></title><p>Глава 583 Кража</p><p>«Бард» резко повернулся, устремив взгляд на дверь.</p><p>Он подождал немного, но никто так и не постучал в дверь, и даже легкие шаги больше не отдавались эхом в коридоре.</p><p>Будучи Потусторонним, которого уже можно было назвать опытным, «Бард», разумеется, не считал, что у него только что возникли слуховые галлюцинации. Он вернулся к служебной кровати, поднял рюкзак с урожаем за этот год и принял вид, будто намеревается сбежать из резиденции «Морского Губернатора» еще до того, как определятся результаты церемонии Моления Морю.</p><p>Это было вполне естественное поведение для нормального человека, ведь далеко не каждый стал бы безоговорочно верить обещаниям Хуана Оро.</p><p>«Бард» взвалил рюкзак на спину, намеренно воровато открыл окно и попытался выпрыгнуть наружу, в заросли сорняков.</p><p>Как раз в этот момент из тени в углу стены вынырнула фигура ростом чуть больше метра, с несоразмерно большой головой и сморщенным лицом — один из «Маленьких дьяволов» среди родичей моря.</p><p>Этот «Маленький дьявол» замахал руками, показывая «Барду», чтобы тот закрыл стеклянное окно.</p><p>«Тоже вид с низким интеллектом, за столько поколений так и не научились языку Плато, способны лишь едва-едва общаться, точно собаки…» — саркастично подумал про себя «Бард», а внешне робко и сжавшись заново закрыл окно.</p><p>После только что проведенной проверки он примерно понял, где именно прячутся несколько родичей моря, отвечающих за слежку за ним.</p><p>И они, похоже, не имели никакого отношения к недавним легким шагам в коридоре и ничего не заметили.</p><p>…………</p><p>На украшенном гирляндами праздничном корабле «Безумная», одетая в платье кровавого цвета и с частью лица, состоящей из чистой плоти и крови, увидев Господина K и Лумиана, тут же снова исчезла с места, еще раз сменив позицию.</p><p>Почти одновременно там, где она стояла только что, сзади и сбоку проявились по одной фигуре — это были как раз Лумиан и Господин K.</p><p>Они тоже использовали свою способность «Телепортации», намереваясь зажать «Безумную».</p><p>Переместившись на другую сторону палубы, «Безумная» заметно приподняла уголки губ, состоящих исключительно из плоти и крови, а ее серо-зеленые глаза заполнились чувством ожидания и азарта:</p><p>Атакуйте меня, погоняйтесь за мной, тогда никто не сможет использовать предмет, прошедший Почитание предков, чтобы украсть готовую вырваться глубокую силу, и вот тогда посмотрим, у кого реакция окажется быстрее всех, кто в самую первую секунду «Телепортируется» прочь из этой акватории!</p><p>Что же до тех, кто не успеет сбежать, они определенно будут разорваны бушующей силой на куски, как и остальные на корабле!</p><p>В мгновение ока «Безумная» снова стремительно стала прозрачной и исчезла, избежав ало-почти-белых огненных шаров, выпущенных Лумианом, и бледно-голубых ветряных лезвий Господина K.</p><p>В грохоте взрывов «Ультрамен» Лато Жиаро тоже был весьма раздражен поведением «Безумной». Будь он по-прежнему временным, полноценным «Морским Губернатором», он, естественно, не боялся бы удара глубокой силы из Космического корабля — только что он даже не планировал изрыгать «Безумную» и использовать то серебряное кольцо, полученное от «Барда».</p><p>Но теперь ситуация изменилась: тот старый хрыч Хуан Оро за счет сжигания собственной жизни и жертвоприношения своей плоти и крови сражался с ним за авторитет и силу «Морского Губернатора».</p><p>В таком состоянии «Ультрамен» совершенно не был уверен, получит ли он полную защиту или же подвергнется некоторому удару, а он пока не являлся настоящим полубогом и не знал, сумеет ли выдержать подобный удар, отделавшись лишь ранением.</p><p>Он не удержался и взглядом попытался поторопить «Безумную», но эта напарница непрерывно перемещалась «Телепортацией», и у нее совершенно не было времени встретиться с ним взглядом, а тот человекоподобный запечатанный артефакт все еще была погружена в далекое песнопение, доносящееся из темноты, и не обращала никакого внимания на приближающуюся «ярость моря».</p><p>Лишь в мгновение ока внутри того серебристо-серого исполина на морском дне со всех сторон хлынул вещественный звездный свет. Вдоль сфокусированного Энергетического канала, со звуком, подобным цунами, он обрушился на украшенный гирляндами праздничный корабль, намереваясь поглотить все вокруг, поглотить всю эту акваторию.</p><p>«Идет!» — «Безумная» с азартом приготовилась совершить побег на грани возможного.</p><p>Перед лицом этой грандиозной гигантской волны звездного света первой реакцией Лумиана было:</p><p>«Почему снова „ярость моря“?»</p><p>Полагаясь на свой боевой инстинкт, он за мгновение распространил духовную силу на клипсу «Ложь» на левом ухе, активировав обладающую высоким Статусом силу Кражи, прикрепленную к этому волшебному предмету.</p><p>Звездный свет в его глазах «стал» еще гуще, словно обрел плоть.</p><p>Лумиан же давно поднял левую руку и слегка повернул запястье.</p><p>Весь тот звездный свет, что хлынул из серебристо-серого исполина, сменил направление и волна за волной, заслоняя небо и океан, хлынул на Лумиана.</p><p>Это было еще более ужасающе, чем предыдущая «ярость моря», и в этот миг у Лумиана возникло ощущение наступающего конца света.</p><p>Он очень четко понимал, что ни в коем случае нельзя оставлять всю эту «поток» украденной силы на себе, иначе он непременно не выдержит и на месте будет раздавлен в гнилое мясо и порошок, тем самым косвенно помогши Термиборосу вырваться из заточения. К счастью, сила Кражи, прикрепленная к «Почитанию предков», обладала функцией распределения полученного Благословения, позволяя разделить его между всеми присутствующими и всеми обладателями «крови моря» в пределах порта Санта, как это происходило при каждом успешном завершении церемонии Моления Морю.</p><p>Лумиану было немного жаль расставаться с этим из алчности, но он вполне мог сдержаться и без колебаний разжал левую руку, в которой, казалось, что-то сжимал, и повернул запястье в обратную сторону.</p><p>С грохотом тот звездный свет, заслонявший небо и океан, словно взорвавшись изнутри, разбрызгал высоко в небо и во все стороны один за другим ослепительные звездные лучи.</p><p>«Словно звездный дождь…» — на том паруснике Франка, скрывавшаяся в невидимости в каюте, глядя на эту сцену, невольно произнесла слова с глубоким чувством.</p><p>В руке она крепко сжимала карту Старших Арканов, принадлежащую «Суду».</p><p>Это было нужно вовсе не для того, чтобы призвать госпожу «Суд» снизойти напрямую — в конце концов, это была не ее юрисдикция, — а для того, чтобы обеспечить ориентир для карт Старших Арканов, уже прибывших поблизости.</p><p>Те струи звездного света, тяня за собой ослепительные следы, вонзались в тела каждого человека поблизости и летели к тем, кто был связан кровными узами дальше.</p><p>Этот процесс Лумиан контролировать не мог, поэтому ему оставалось лишь, чувствуя, как часть звездного света оседает на нем самом, вызывая чувство жжения в области левой груди и разъедая плоть и кровь, одновременно видеть, как огромное количество звездного света, притягиваемое густой кровью моря и авторитетом и силой «Морского Губернатора», устремляется к «Ультрамену» и Хуану Оро.</p><p>Разумеется, больше всего Благословения, без сомнения, получил тот человекоподобный запечатанный артефакт.</p><p>Она была словно ядро водоворота, непрерывно втягивая окружающий звездный свет, отчего даже к паруснику «Хелы» его полетело намного меньше обычного.</p><p>«Ультрамен» получил подкрепление и разом вырвался из слабости, вызванной прошлым попаданием двух лучей Хуана Оро, полностью отобрав себе авторитет и силу «Морского Губернатора».</p><p>Помимо радости, в глубине души «Ультрамена» Лато Жиаро возникли сильные удивление и недоумение:</p><p>'Почему Лумиан Ли тоже может красть силу Космического корабля?</p><p>'Для этого необходима способность Кражи высокого Статуса…</p><p>«Разве на алтарь 'Почитания предков» не было уже возложено то кольцо «Барда»? И мы же подтвердили, что будет соответствующий эффект.</p><p>«Разве чары можно накладывать не один раз в год?»</p><p>В эхе ошеломления Лато Жиаро не стал думать об ответах на вопросы — его инстинктивной реакцией было как можно скорее придушить старика Хуана Оро, иначе кто знает, дескать, что вытворит тот, тоже получив усиление!</p><p>В этот момент Хуан Оро почувствовал, как к нему вернулась немалая часть уходящей силы, и увидел, что растрескавшаяся грудь и развороченная плоть и кровь сплошь покрылись чешуей со звездным блеском, а вытекающая кровь окрасилась в ослепительные «цвета».</p><p>Он посмотрел на Лато Жиаро и вдруг улыбнулся — улыбкой с капелькой облегчения, капелькой стремления и с явным гневом.</p><p>Его тело стремительно менялось: зрачки стали вертикальными, чешуя разрасталась, конечности утолщались — и всего за один вдох он превратился в Человекоподобную ящерицу.</p><p>В этом процессе Лато Жиаро сгустил призрачно-зеленый свет, который в виде лучей один за другим обрушивался на Хуана Оро.</p><p>Хуан Оро не уклонялся и не уворачивался, стойко держался и принимал удары.</p><p>Его аура стремительно слабела, но именно этого он и хотел.</p><p>Его подобное Человекоподобной ящерице тело вслед за этим бледнело, становясь все более прозрачным, словно сгущенным из звездного света.</p><p>Затем Хуан Оро слился с пустотой, представляющей эту акваторию, и со сложным подтекстом сказал Лато Жиаро:</p><p>'Я вернулся в море.</p><p>«Ты тоже скорее приходи…»</p><p>Последние несколько слов Хуан Оро произнес сквозь зубы, не скрывая въевшуюся в кости ненависть.</p><p>Каждый из «детей моря» был готов к возвращению в море, и Хуан Оро не был исключением, но он не думал, что это произойдет при таких обстоятельствах.</p><p>Теперь он желал лишь одного — утянуть Лато Жиаро с собой!</p><p>Силуэт Хуана Оро рассеялся, окончательно став частью этой «акватории».</p><p>«Ультрамен» Лато Жиаро тут же почувствовал, что связь его, как «Морского Губернатора», с этой «акваторией» дала трещину и перестала быть столь гармоничной, словно в «силе моря» зарождалась и разрасталась воля к сопротивлению.</p><p>Это означало, что полученные им авторитет и сила «Морского Губернатора» в течение еще долгого времени не смогут стать полноценными.</p><p>Чёртов старик! — мысленно ругнулся Лато Жиаро, но панике не поддался.</p><p>Он уже заметил, что на том паруснике лишь «Хела» — единственный полубог, а человекоподобный запечатанный артефакт, получивший Благословение моря и первично избавившийся от влияния песнопения, вполне способен задержать ту на некоторое время.</p><p>Хотя и было непонятно, почему «Гэндальф» и остальные не пришли, «Ультрамен» Лато Жиаро был рад видеть подобное положение дел.</p><p>Он мог освободить руки, чтобы расправиться с Лумианом Ли и его помощником!</p><p>Даже с неполноценными авторитетом и силой «Морского Губернатора» у него имелось достаточно сил, чтобы за короткое время взять под контроль врагов, не достигших уровня полубога, и первым войти внутрь Космического корабля, не говоря уже о помощи «Безумной».</p><p>Приняв «Благословение моря», Лумиан же думал совершенно о другом:</p><p>Кажется, теперь у меня есть право побороться за авторитет и силу «Морского Губернатора»…</p><p>Хотя меня пока нельзя назвать имеющим «кровь моря», а лишь обладающим некоторой «силой моря», способной продержаться всего неделю и сильно уступающей «Ультрамену», однако мой фальшивый Статус достаточно высок — уровень Ангела!</p><p>И как раз в тот момент, когда «Ультрамен» Лато Жиаро и Лумиан практически одновременно среагировали, серое высокое небо вдруг значительно посветлело.</p><p>Толстые темно-зеленые плети лиан одна за другой свисали оттуда, подобно проливному дождю накрывая оба судна и прилегающую область, и быстро переплелись в лес, подобный гигантскому, — лес, растущий прямо на морской воде.</p></section><section><title><p>Глава 584 Разница</p></title><p>Глава 584 Разница</p><p>Глядя на свисающие толстые сине-зелёные лианы, казалось, что по ним могла бы проехать даже настоящая карета, и Люмиан словно вернулся на несколько лет назад, в те времена, когда по ночам слушал сказки сестры.</p><p>Те яркие, сказочные сюжеты, то безгранично парящее воображение в этот миг, казалось, воплотились в реальность.</p><p>«Ультрамен» Лато Жиаро же почувствовал дыхание опасности.</p><p>Человек, способный создать подобный эффект, не мог быть Потусторонним среднего или низкого Последовательности, это определённо был Святой, распахнувший врата божественности, и, возможно, даже выше Последовательности 4!</p><p>Прибыл ещё один сильный полубог!</p><p>Кто это? Откуда?</p><p>Это абсолютно точно не «Гэндальф» — другие не знали, но «Локи» разузнал подлинную подоплёку председателя «Исследовательского общества кудрявых павианов» и знал, что тот на самом деле был Потусторонним Пути «Воин», «Воином», любившим исследования и оккультизм.</p><p>В мгновение ока Лато Жиаро увидел, как по толстым сине-зелёным лианам устремилась вниз тёмная тень — это была огромная тыква, которую тащили многочисленные серые крысы.</p><p>В верхней части оранжевой тыквы имелись прорези, придавая ей форму кареты, а внутри восседала смутно различимая женщина в фиолетовой мантии, чья обувь на ногах казалась сделанной из хрусталя.</p><p>'Тыквенная карета, крысы в упряжке, хрустальные туфельки… Что это, б</p><subtitle>* * *</subtitle><p>ь, такое? Кто это?' — зрачки Лато Жиаро резко расширились, и он не удержался от ругательства, которое больше всего любил использовать до Прехождения.</p><p>Разве это не Золушка?</p><p>Рассел писал и такую сказку? Почему она не получила распространения и о ней никто не знает?</p><p>На какое-то время Лато Жиаро даже не мог определить, был ли прибывший полубогом из других сил или же скрытым экспертом из самого «Исследовательского общества кудрявых павианов».</p><p>Собравшись с духом, он мысленно выругался: «Не повезло», — и уже собрался, стиснув зубы, вступить в бой с новым полубогом.</p><p>К счастью, он всё ещё с натяжкой считался «Морским Губернатором», и в этих морских водах мог задержать противника на некоторое время.</p><p>Перед боем «Ультрамен» Лато Жиаро повернул голову и свирепо посмотрел на «Безумную».</p><p>У него не было времени говорить, но взгляд был полон слов, которые он хотел сказать:</p><p>«Поторапливайся! Хватит играть!»</p><p>«Безумная» наконец получила послание, которое хотел передать «Ультрамен», и с помощью «Вспышки» намеревалась направиться к входу в Энергетический канал, но в итоге не появилась там, а обрисовала свой силуэт чуть раньше.</p><p>Всё потому, что и Господин K, и Люмиан «Телепортировались» поблизости, сделав вход в Энергетический канал целью атаки.</p><p>Плеск!</p><p>Будь то вновь проявившаяся «тяжесть» человекоподобного запечатанного артефакта или же подобная горе лазурная гигантская волна, созданная Лато Жиаро поднятием правой руки, — всё это вызвало заметные колебания потоков воды вокруг этой подводной каверны, словно она вот-вот с грохотом обрушится.</p><p>Именно в этот момент «Золушка», сидевшая в тыквенной карете, толкнула дверцу и встала.</p><p>Она распростёрла руки, и за её спиной возник огромный железо-чёрный крест.</p><p>Этот крест был настолько тяжёл, что даже «Золушка» с трудом сдерживала его вес, словно вобравший в себя все грехи мира.</p><p>Крест… «Ультрамен» Лато Жиаро на мгновение опешил, а затем увидел перед собой пустую комнату.</p><p>В комнате зажглись огоньки свечей, осветив длинный стол, уставленный плотью и кровью.</p><p>По обе стороны длинного стола находились три крайне смутные фигуры; сгорбившись, они держали плоть и кровь, непрестанно грызя и пожирая их.</p><p>Внезапно эти три фигуры одновременно повернули головы и уставились на Лато Жиаро.</p><p>Лато Жиаро весь замер на месте, словно эти взгляды пронзили все его тайны, разобрав его на базовые составляющие духа и плоти.</p><p>Волна холода поднялась из глубины его сердца, и он тут же ощутил сильную, ужасающую злобу.</p><p>Эта злоба исходила не от прибывшего полубога, а от серебристо-серого гиганта, заточённого на морском дне!</p><p>Космический корабль, который Лато Жиаро хотел заполучить, проявил к нему злобу!</p><p>В мгновение ока серебристо-серый гигант отозвал полномочия.</p><p>Лато Жиаро мигом упал с позиции «Морского Губернатора», и, хотя он только что получил Благословение, больше не мог дотянуться до уровня полубога.</p><p>Он был предан этим космическим кораблем.</p><p>Это произошло потому, что магия, только что использованная «Золушкой», называлась «Пир Предательства», а её действие заключалось в том, чтобы ненадолго пробудить или даровать духовный разум предмету на цели, заставив его совершить акт «предательства».</p><p>После того как Лато Жиаро слился с этой морской акваторией и временно получил полномочия «Морского Губернатора», этот космический корабль стал равен предмету, который он ещё не полностью подчинил себе.</p><p>А предметы, ещё не полностью находящиеся под контролем, предают легче всего!</p><p>«Золушка» с самого начала применила «Пир Предательства» именно потому, что чутко подметила этот момент.</p><p>В то же время обстановка запечатывания создала условия для использования этого заклинания; в другом месте она, возможно, не осмелилась бы его применить.</p><p>В этот миг Лато Жиаро испытывал и изумление, и страх, и даже ощущение, будто на него вылили ушат ледяной воды — он весь похолодел.</p><p>С тех пор как он смог слиться с этой акваторией и временно получить полномочия «Морского Губернатора», он непрестанно верил, что полубоги Последовательности 4 или даже Последовательности 3 — то есть Святые в представлении обычных людей — не смогут быстро расправиться с ним здесь.</p><p>Это заставляло его чувствовать, что он находится с ними на одном уровне, просто для полного раскрытия сил ему необходимо находиться в этой морской акватории.</p><p>Но теперь эта «Золушка» всего лишь одним заклинанием лишила его полномочий «Морского Губернатора», отбросив от полубога обратно к Последовательности 5, не оставив ни божественности, ни возможности повелевать этим морем.</p><p>Даже будучи сейчас Последовательностью 5 двух Путей — зелья и Благословения — и обладая множеством уникальных способностей, Лато Жиаро не считал, что в таком состоянии способен противостоять настоящему полубогу.</p><p>«Полубог, временно ставший таковым за счёт предмета, перед лицом настоящего полубога оказывается настолько хрупким, что стоит стать мишенью, как не продержаться и единого вздоха…» — Лато Жиаро глубоко осознал, что такое настоящий полубог, ощутив жгучее сожаление и отчаяние.</p><p>Именно в этот момент серебристо-серый гигант сильно затрепетал, из-за чего Энергетический канал у входа сместился и разом «осветил» Лато Жиаро.</p><p>Со свистом Лато Жиаро неудержимо полетел внутри чистого Энергетического канала прямо вовнутрь этого космического корабля.</p><p>Это было частью «предательства» последнего — превратить недавнего «владельца» в питательную среду для чашки Петри!</p><p>Лато Жиаро сначала удивился, а затем пришёл в дикий восторг.</p><p>Это шанс!</p><p>Шанс войти внутрь космического корабля, захватить контроль и запустить его для побега!</p><p>Невезение и отчаяние, только что испытываемые им, в итоге обернулись таким шансом!</p><p>Люмиан, увидев эту сцену, без колебаний снова использовал «Переход сквозь мир духов», прибыл к входу в Энергетический канал, вошёл прямо внутрь и полетел во внутреннюю часть серебристо-серого гиганта.</p><p>«Безумная» последовала сразу за ним, а Господин K не стал препятствовать и тоже отправился вслед.</p><p>…………</p><p>Деревня Мило, усадьба «Морского Губернатора».</p><p>Искавший способ пораньше сбежать отсюда «Бард» внезапно услышал взрывы ликования.</p><p>Ликование… Сердце «Барда» дрогнуло, он выбежал из комнаты слуг, подошёл к ближайшему стеклянному окну со стороны причала и взглянул на собравшихся там деревенских жителей.</p><p>За всё это время никто из чад моря не попытался помешать бывшему «Морскому Губернатору».</p><p>«Бард» увидел, как многие жители деревни высоко подняли руки, словно встречая морские волны, услышал их непрестанные хвалы морю и почувствовал, как почти невидимые крупицы сияния опадают вниз, подобно брызгам воды, рассыпаясь по разным людям.</p><p>Находившиеся поблизости дети радостно закричали:</p><p>'Церемония Моления Морю увенчалась успехом!</p><p>«Церемония Моления Морю увенчалась успехом!»</p><p>Да, «увенчалась успехом»… «Бард» улыбнулся.</p><p>Похоже, «Ультрамен» и «Безумная» со своей стороны уже добились успеха.</p><p>Этот ключевой член «Дня дурака» поправил воротник белой рубашки, закинул на плечо коричневый рюкзак и открыто, с улыбкой на лице, вошёл в зал усадьбы «Морского Губернатора», а затем вышел за её ворота.</p><p>На этот раз никто не стал останавливать его: стражники у дверей стояли на коленях, благодаря за Благословение моря.</p><p>«Бард» специально прогулялся к причалу, и с каждой услышанной хвалой морю, с каждым увиденным искренним проявлением радости его настроение становилось всё более ликующим.</p><p>Экая кучка дураков!</p><p>Приняли бедствие за благо и ещё празднуют здесь!</p><p>Вот это настоящая розыгрышная шутка, вот это истинное Одурачивание всех жителей порта Санта… «Бард» с удовлетворением прикрыл глаза, пробрался сквозь толпу и направился вглубь деревни Мило, устремившись к отрогам гор Пираес, возвышавшимся позади.</p><p>Как бывший «Аферист», он выступал главным планировщиком действий, связанных с церемонией Моления Морю, и гладкий успех плана естественным образом вызвал у него необычайное горделивое торжество.</p><p>Но самое главное заключалось в том, что хотя во всём плане он взял на себя самый ключевой шаг, тот находился в звене с наименьшим риском и наименьшей вероятностью разоблачения, почти не требуя вступать в бой.</p><p>Пройдя некоторое время между зданиями деревни Мило, сочетавшими как древний, так и современный стиль, «Бард» слегка нахмурился.</p><p>Он почувствовал некоторую неправильность.</p><p>Согласно первоначальному плану, если бы не возникло слишком сильного сопротивления, «Ультрамен» напрямую использовал бы второй приказ для открытия Энергетического канала и, опираясь на полученные временные полномочия «Морского Губернатора», обеспечил бы безопасность себе и находящейся в его теле «Безумной», чтобы уничтожить всех остальных присутствующих и тяжело ранить возможных врагов-полубогов.</p><p>Если же появятся такие эксперты, как «Хела», и справиться с ними лишь с помощью человекоподобного запечатанного артефакта не удастся, то «Ультрамен», будучи временным «Морским Губернатором», вступит в бой, чтобы задержать врагов, дав «Безумной» возможность применить то зачарованное кольцо, преобразующее глубинные силы, вырвавшиеся из космического корабля, в Благословение, и распределяющее его между всеми присутствующими и всеми «детьми моря» в пределах порта Санта, тем самым избежав опасности, проникнув внутрь и запустив корабль.</p><p>Раз уж Благословение моря уже получено и прошло несколько минут, почему корабль до сих пор не запущен, а в небе так и не произошло соответствующих изменений?</p><p>Что за непредвиденное обстоятельство случилось в процессе?</p><p>Подумав об этом, «Бард» ускорил шаг.</p><p>Цок, цок, цок.</p><p>За его спиной снова раздались тихие шаги.</p></section><section><title><p>Глава 585 Эффективный способ поиска людей</p></title><p>Глава 585 Эффективный способ поиска людей</p><p>Порт Санта, в черте города.</p><p>«Локи», забрав «спящего» Людвига, укрылся в квартире, которую сменив облик арендовал за много дней до этого, и начал манипулировать «Нитями духовного тела» этого запечатанного полубога.</p><p>А две его марионетки в радиусе ста-двухсот метров вокруг него затерялись среди праздничных гуляний и прохожих, ожидая, пока их обнаружат товарищи Лумиана Ли и священнослужители Церкви «Матери-Земли».</p><p>Это было неизбежно, ведь «Марионеточник» ещё не мог заставить марионеток использовать свои способности «Безликого», а тот Волшебный предмет Пути «Провидца» находился у «Барда» или «Безумной».</p><p>В гостинице «Соло», в частично разрушенном взрывом люксе, Дженна и Энтони встретились с прибывшей Боевой монахиней Ноэлией и её отрядом.</p><p>Ранее Лумиан уже тайно приводил Дженну и Энтони под чужой личиной на встречу с Ноэлией, поэтому при встрече у них не возникло лишних подозрений и ненужных задержаний — они лишь строго подтвердили личности друг друга.</p><p>«Рувио Пако — фальшивка, под него маскируется „Марионеточник“. Он похитил крестника Луи Бери. У него две марионетки: одна — старая бабушка семейства Пако, госпожа Марта, а кто вторая и какими способностями обладает — неизвестно,» — Дженна кратко изложила суть произошедшего.</p><p>Она верила, что члены Ордена Изобилия понимают, что означает «Марионеточник», и лишние объяснения не требуются: одной из их главных обязанностей была защита от Республики Интис на севере, а среди официальных Потусторонних Восьмого бюро Республики Интис хватало представителей Пути «Провидца», так что обе стороны наверняка не раз сталкивались.</p><p>«„Марионеточник“…» — как и ожидалось, услышав название Последовательности, Ноэлия слегка нахмурилась: «Шпионы Интиса пытаются сорвать церемонию Моления Морю?»</p><p>«Это предатель из Восьмого бюро Интиса,» — чувствуя куда большую привязанность к Интису, чем Лумиан, Дженна не удержалась от пояснения.</p><p>Ноэлия понимала, что время поджимает и отвлекаться на посторонние темы нельзя, поэтому сразу перешла к самой сути:</p><p>«Зачем похищать крестника Луи Бери? В качестве заложника? Или в нём самом есть что-то особенное?»</p><p>Дженна на мгновение задумалась и поделилась скудной информацией, которую сама узнала совсем недавно:</p><p>'Это запечатанное существо уровня полубога… ну, биологическое существо.</p><p>«„Локи“ потребуется много времени, чтобы превратить его в марионетку, — далеко не пару минут.»</p><p>Полубог? Запечатанный полубог? Этот прожорливый ребёнок — запечатанный полубог? Ноэлия приоткрыла рот, застыв в изумлении и замешательстве; она едва не усомнилась в собственном слухе.</p><p>Номинальный крестник Великого авантюриста Луи Бери оказался запечатанным существом уровня полубога?</p><p>Кто он вообще такой и почему бродил повсюду с запечатанным существом уровня полубога?</p><p>К тому же совсем недавно в порт Санта прибыл гуманоидный запечатанный артефакт, по слухам, «1» уровня — что как раз соответствует запечатанному существо уровня полубога, — и все искали его долгое время, но так ничего и не нашли.</p><p>Если бы не разница во внешности, поле и возрасте, Ноэлия даже заподозрила бы, что Людвиг — тот самый «потерявшийся» гуманоидный запечатанный артефакт Церкви «Вечного Пылающего Солнца».</p><p>Сейчас же в её голове крутилась лишь одна абсурдная мысль:</p><p>В этом году в моде брать с собой на прогулку запечатанных существ уровня полубога?</p><p>Собравшись с духом, Ноэлия тут же обратилась к своим подчиненным:</p><p>'Симили, скорее возвращайся в монастырь и уведоми настоятеля, пусть направит всех доступных людей в город, чтобы как можно быстрее найти, хм, госпожу Марту или Людвига, крестника Луи Бери.</p><p>«Найдя их, если ситуация не станет критической, не предпринимайте слепых действий, сначала доложите и ждите подкрепления.»</p><p>Учитывая, что «Марионеточник», скорее всего, уже сменил облик и рост, а внешность и личность его второй марионетки неизвестны, Ноэлия сосредоточила поиски на ставшей марионеткой госпоже Марте и похищенном Людвиге.</p><p>«Есть, командир!» — брюнетка Симили, желая сэкономить время, выскочила прямо в разбитое оконное стекло и, цепляясь за выступающие камни и деревянные балки на наружной стене, спрыгнула с пятого этажа на улицу.</p><p>Настоятель, о котором говорила Ноэлия, возглавлял местный монастырь и руководил священнослужителями Ордена Изобилия в порту Санта; главная же обитель Ордена Изобилия находилась в Толере, столице провинции Гая.</p><p>Едва Симили пробежала несколько шагов, а Дженна, Энтони и Ноэлия собрались осмотреть близлежащие улицы, как в небе показалась гигантская птица.</p><p>Гигантская птица была серо-черной, её перья выглядели жесткими и не обладали нужной мягкостью, а глаза казались двумя вставленными рубинами.</p><p>Серо-черная гигантская птица лишь раз взмахнула крыльями и подлетела к обрушившейся внешней стене пятого этажа гостиницы «Соло».</p><p>Только тут Дженна и Энтони заметили, что серо-черная гигантская птица вытесана из камня — тяжелая, огромная, твердая, но при этом исполненная бурлящей жизненной силы.</p><p>На спине серо-черной гигантской птицы, каждое перо которой было проработано с невероятной точностью, стояла женщина в коричневом духовном одеянии. На ней был апостольник с узором из пшеничных колосьев; на вид ей было не больше тридцати с небольшим, но она излучала сияние материнства, словно выкормила не одного ребёнка.</p><p>Эта шатенка с карими глазами, зрелой грацией и яркой внешностью устремила взгляд на Ноэлию и сдержанно произнесла:</p><p>«Подробности.»</p><p>Ноэлия быстро повторила слова Дженны, после чего слегка расставила ноги, воздела руки и произнесла:</p><p>«Хвала Земле, хвала Матери всего сущего!»</p><p>Прибывшая служительница была не кем иным, как архиепископом епархии Гая Церкви «Матери-Земли», Агриппиной.</p><p>Агриппина слегка кивнула:</p><p>«Я знала Марту из семейства Пако. Не думала, что она погибнет так. Эх, пусть Матерь-Земля упокоит её душу, и пусть цветок, представляющий её, снова расцветёт следующей весной.»</p><p>Архиепископ слегка шевельнула правой стопой, подавая знак серо-черной каменной птице.</p><p>Каменная птица, полная жизненной силы, тут же взмахнула крыльями и взмыла на высоту десятков метров.</p><p>Затем Агриппина протянула правую руку и бросила вниз пригоршню темно-черных семян размером с рисовое зерно.</p><p>С хлопаньем крыльев белоголовые морские птицы порта налетели тучей, заслоняя небо, каждая подхватила по семечку и разлетелась в разные стороны.</p><p>Они начали кружить в пределах круга радиусом в триста метров.</p><p>Празднующие горожане порта Санта, увидев это, решили, что морские птицы тоже слетелись отпраздновать успех церемонии Моления Морю, и разразились радостными возгласами.</p><p>Спустя пару минут одна из рассредоточившихся Боевых монахинь заметила госпожу Марту: марионетка пряталась на другом конце улицы Аквины.</p><p>Получив известие, Агриппина повернула голову и посмотрела куда-то в небо.</p><p>Вскоре эти белоголовые морские птицы сбросили державшиеся в клювах семена размером с рисовое зерно.</p><p>Отведя взгляд, Агриппина скрестила руки на груди.</p><p>Каждое упавшее на землю семечко мгновенно проросло, быстро развиваясь и превращаясь в толстые темно-зелёные плети лоз.</p><p>В то же время Дженна, Энтони, Ноэлия и остальные, искавшие на улице следы Людвига и «Локи», увидели, как небо в вышине резко потемнело — словно ночь наступила намного раньше срока, или же какой-то исполинский объект заслонил здешний солнечный свет.</p><p>Смутно им показалось, что это были глубоко-чёрные, покрытые перепонкой и отдающие некоторой иллюзорностью гигантские крылья.</p><p>В следующую секунду среди этой «ночи» медленно взошла алая полная луна, зависнув высоко в небе; внутри неё, казалось, неторопливо шла высокая и худая фигура.</p><p>Алый лунный свет озарил всю эту область, окружённую темно-зелёными лозами, заставив всех горожан застыть подобно изваяниям.</p><p>Получив подпитку от лунного света, темно-зелёные лозы начали стремительно и буйно разрастаться, и вскоре несколько улиц с центром на улице Аквины оказались погребены под «лесом».</p><p>В этом «лесу» распустились темно-красные цветы, густо усыпавшие всё вокруг.</p><p>Каждый из цветов источал слабый сладковатый аромат; переплетаясь, они делали запах всё более насыщенным.</p><p>Почувствовав этот аромат, жители порта Санта, а также крысы и клопы в этой зоне погрузились в оцепенение и, покачиваясь, бессильно повалились на землю.</p><p>Чёрт! Дженна понимала, что архиепископ Церкви «Матери-Земли» Агриппина использует ковровое воздействие без разбора целей, чтобы выследить и пленить «Локи», но всё равно инстинктивно ругнулась про себя.</p><p>Этот усыпляющий газ пробудил в ней нехорошие воспоминания:</p><p>Тогда она едва не подверглась насилию со стороны извращенца из «Общества Высшего Блаженства», использовавшего подобный газ.</p><p>И теперь в этом рассеянном газе, отличавшемся по запаху, но схожем по воздействию, у неё закружилась голова и появились признаки недомогания.</p><p>С ней происходило то же, что с Энтони и Ноэлией: у одного на коже уже проступила чешуя, как у дракона, а вторая изо всех сил затаила дыхание.</p><p>Как раз в этот момент три белоголовые морские птицы, державшие в лапах по металлическому флакону с зельем, спустились с неба и закружились перед Дженной и остальными.</p><p>Ноэлия взглянула на находившуюся в небе архиепископа Агриппину и, получив в ответ кивок, без колебаний забрала флакон из когтей белоголовой морской птицы и залпом выпила его.</p><p>Она быстро вернула себе ясность ума и перестала поддаваться воздействию рассеянного усыпляющего газа.</p><p>Увидев это, Дженна и Энтони тоже приняли металлические флаконы и выпили находившееся внутри снадобье с кисловатым вкусом.</p><p>Они тоже избавились от головокружения и слабости в теле.</p><p>Те три белоголовые морские птицы были не в силах снова взлететь и одна за другой опустились у обочины, погрузившись в глубокий сон.</p><p>В это время в районе, окружённом «лесом» из темно-зелёных лоз, стоять на ногах могли лишь марионетки, не боявшиеся усыпляющего газа, что мгновенно выдало их присутствие.</p><p>А в заранее арендованной квартире «Локи» с немалым изумлением обнаружил, что манипулировать «Нитями духовного тела» этого запечатанного полубога оказалось куда сложнее, чем он предполагал.</p><p>Это была задача не на десять или пятнадцать минут: по его предварительным оценкам, требовался как минимум час!</p><p>За это время Церковь «Матери-Земли» успеет перевернуть все эти улицы вверх дном!</p><p>Когда усыпляющий газ, порождённый темно-зелёными лозами и темно-красными цветами, просочился в комнату, первой реакцией «Локи» было создать почти тридцатиметровую «воздушную соломинку», вытянув её в небо ради свежего воздуха, но он тут же отбросил эту мысль.</p><p>Возможно, полубог Церкви «Матери-Земли» только и ждал подобных следов, чтобы определить его местоположение!</p><p>К тому же «Локи» обнаружил, что в небе находится не один полубог!</p><p>Будь там лишь один, он мог бы, полагаясь на запечатанный артефакт, на дарования, на отвлечение внимания и прочие методы, прятаться в тени и лавировать, пытаясь продержаться до завершения создания марионетки; но сейчас за ним наблюдали как минимум два полубога.</p><p>Что ещё важнее, продержаться около десяти минут он ещё мог, но целый час — совершенно невозможно!</p><p>Слегка взвесив всё, «Локи» отказался от первоначального плана провести сегодня ритуал и продвинуться до Последовательности 4 «Мага причуд».</p><p>В любом случае, пока этот запечатанный полубог у него под контролем, он вполне сможет найти другой случай, и нет нужды устраивать представление именно сегодня!</p><p>Почему требуется час или даже больше? Неужели таковы «Нити духовного тела» полубога? В недоумении «Локи» решил не забирать тех двух марионеток и приготовился сразу использовать Волшебный предмет с «Телепортацией» для бегства.</p><p>Он достал из кармана браслет, сплетённый из драгоценных камней разных цветов.</p><p>Едва «Локи» собрался активировать один из бриллиантов, как услышал звук сглатывания слюны.</p><p>«Локи» инстинктивно опустил голову, посмотрел себе на руки и обнаружил, что Людвиг неизвестно когда уже проснулся.</p><p>Этот маленький мальчик с искренним и слегка умоляющим видом произнёс:</p><p>«Я хочу есть…»</p></section><section><title><p>Глава 586 Откровение Небесного Достопочтенного</p></title><p>Глава 586 Откровение Небесного Достопочтенного</p><p>Вокруг убранного цветами праздничного судна и парусника с высокой выси свисали толстые сине-зелёные плети лиан, которые переплетались между собой, образуя «дороги», ведущие в разные места.</p><p>«Золушка» вернулась в оранжево-жёлтую тыквенную карету, которую влекла за собой стая серых мышей, и быстро спускалась между лианами, приближаясь к энергетическому каналу, состоящему из чистого света, словно тоже намереваясь войти внутрь серебристо-серого исполина, водружённого на морском дне.</p><p>Внезапно стая серых мышей остановилась, взгляд «Золушки», облачённой в фиолетовую мантию, стал весьма озабоченным и суровым, а в её зрачках заплясали фиолетовые искорки.</p><p>Она «почувствовала», что в глубинах этого серебристо-серого исполина таится нечто необычайно опасное. Оно было неподвижно, словно спало или давным-давно умерло, но в любом случае интуиция «Золушки» твердила ей, что приближаться нельзя, иначе её ждёт тяжёлое осквернение или подобное ему воздействие.</p><p>Взглянув на энергетический канал, где уже исчезли спины Лумиана и остальных, она несколько секунд помедлила и перевела внимание на парусник.</p><p>На «Семёрке Жезлов» лежит печать господина «Шута», удерживающая запечатанного ангела Злого Бога, так что ему можно не беспокоиться о проблеме, которой вынуждена опасаться даже она сама, — пока он не увидит то нечто своими глазами, не услышит его голос и не войдёт в центральную зону.</p><p>Что касается второго, судя по проявлениям, он «Пастырь», и ему не привыкать становиться ещё безумнее.</p><p>Увидев, что мачта и борт парусника под ужасающим притяжением, вызванным особенностью «тяжести» человекоподобного запечатанного артефакта, покрылись отчётливыми трещинами и вот-вот устремятся к нему, «Золушка» достала из тёмно-фиолетового кошелька для монет одну из шахматных фигур Рассела и швырнула её в цель в чёрном монашеском одеянии.</p><p>В свисте ветра фигура «Ферзя» вместе с остальным мусором полетела к человекоподобному запечатанному артефакту.</p><p>По мере её падения шаги человекоподобного запечатанного артефакта, идущего к паруснику, внезапно замедлились, будто он еле двигался на месте.</p><p>Это была одна из магий «Золушки» — «Партия лет».</p><p>Она позволяла сделать цель медлительной, словно та попала в область с иным течением времени.</p><p>Вслед за этим, пользуясь тем, что цель находится в замедленном состоянии и не может вовремя среагировать, «Золушка» закрыла глаза и отделила человекоподобный фантом, который упал в возникший из ниоткуда невидимый гроб.</p><p>Веки человекоподобного запечатанного артефакта тут же неудержимо поползли вниз, придавая ему вид готовящегося вот-вот заснуть.</p><p>Магия «Спящая красавица»!</p><p>Увидев это, «Хела» на паруснике снова применила способность Пути «Ночи», насильно затягивающую людей в сновидение.</p><p>Хотя уже совершённое нотариальное заверение не утрачивает силу мгновенно из-за того, что «Ультрамен» Лато Жиаро лишился полномочий «Морского Губернатора», а так же сохраняется до самого конца, заверено недействительными способности не становились абсолютно неприменимыми — они лишь подверглись ослаблению, и их эффект сильно снизился. Теперь же сам человекоподобный запечатанный артефакт устал, зашатался и вот-вот готов был уснуть.</p><p>В таком состоянии погрузить его в сон явно было куда проще.</p><p>Человекоподобный запечатанный артефакт в чёрном одеянии монахини наконец закрыл глаза, окончательно погрузившись в сон, и ему стало сниться нечто слегка печальное, отчего его лицо малость исказилось, а брови нахмурились.</p><p>На паруснике вновь хлынула густая глубокая тьма, обняв человекоподобный запечатанный артефакт, и зазвучал убаюкивающий, дарующий покой и умиротворение далёкий голос.</p><p>Это походило на то, как мать напевает колыбельную поэму своему засыпающему дитяти, чтобы то спало более крепко.</p><p>Человекоподобный запечатанный артефакт в чёрном одеянии монахини с крепко зажмуренными глазами, стоя в воздухе, медленно опустился прямо на палубу парусника.</p><p>Её брови постепенно разгладились, лицо шаг за шагом становилось мягче, а в уголках глаз выступили прозрачные капельки слёз.</p><p>Получившие «Благословение» моря и покрывшиеся мерцающей чешуёй «Морские Служанки», заместители помощников жрецов и моряки на убранном цветами праздничном судне в этой тьме под такое пение тоже быстро успокоились и один за другим уснули.</p><p>Франка в каюте парусника, увидав только что развернувшуюся картину битвы, полностью опешила:</p><p>«Э… это ведь 'Золушка»?</p><p>'Э… это ведь Джек и бобовый стебель?</p><p>'А это ещё что за магия?</p><p>«Э… это ведь 'Спящая красавица»?</p><p>'Кто это вообще? Я что, попала в сказочный мир?</p><p>'И не говори, прямо-таки сказочно…</p><p>'Два полубога в связке — это невероятно мощно, так быстро утихомирили тот человекоподобный запечатанный артефакт…</p><p>'Я тоже хочу стать полубогом!</p><p>«Полубог-„Демонесса“ тоже сойдёт…»</p><p>Придя в себя, Франка скрыла силуэт, выбежала из парусника и благодаря разгону и «Падению пёрышком» «Ассасина» легко перепрыгнула на убранное цветами праздничное судно, намереваясь приблизиться к энергетическому каналу на носу корабля.</p><p>…………</p><p>Внутри серебристо-серого исполина.</p><p>Лумиан, пройдя сквозь энергетический канал, обнаружил, что очутился вовсе не в том металлическом улье, который видел прежде.</p><p>Он стоял на серебристо-белом металлическом полу, а перед ним простирался зал длиной в несколько десятков метров и шириной в двадцать-тридцать метров.</p><p>Посреди зала «Ультрамен» Лато Жиаро с ликом Симона Гиаро радостно выкрикнул некую фразу:</p><p>«*（（……￥#»</p><p>Это была первая половина команды для запуска космического корабля, означавшая ввод пароля и получение доступа.</p><p>Однако этот космический корабль никак не отреагировал и ни капли не изменился.</p><p>Скверно… он всё ещё испытывает ко мне враждебность и не хочет передавать права… Эта враждебность вызвана способностью того полубога и не должна продлиться долго. Пока я смогу тянуть время, мне удастся снова получить права управления… Сможет ли человекоподобный запечатанный артефакт задержать двух полубогов, или мне стоит сыграть в «прятки», используя внутреннюю планировку этого корабля? — в душе охваченного тревогой «Ультрамена» пронеслась вереница мыслей.</p><p>И тут сквозь полупрозрачную металлическую стену сбоку зала он увидел, что «Золушка», едущая в тыквенной карете, остановилась возле энергетического канала, словно опасаясь чего-то.</p><p>'И впрямь!</p><p>«Она не смеет войти!»</p><p>Восторг и ликование хлынули из самых глубин сердца «Ультрамена» Лато Жиаро.</p><p>Перед этой операцией «Локи» установил алтарь и совершил прорицание, обратясь к тому Небесному Достопочтенному за откровением, и получил ответ:</p><p>Существует высокий риск, исходящий от высокопоставленного лица, вхождение в космический корабль позволит его избежать.</p><p>«Локи» истолковал это так: «Хела» и «Гэндальф» из «Исследовательского общества кудрявых павианов», а также Святой Церкви «Матери-Земли», прибывший в порт Санта для контроля над ситуацией, — это и есть те самые высокопоставленные лица из откровения, и риск исходит в основном от них. Но стоит первым войти в космический корабль и взять под контроль эту вещь, сочетающую в себе мистику и научную фантастику, как эти высокопоставленные лица уже будут не страшны.</p><p>Теперь Лато Жиаро обнаружил, что даже пусть он сам ещё не установил полный контроль над «космическим кораблем», вновь прибывший полубог всё равно не смеет войти внутрь, словно чего-то боится.</p><p>Перед лицом того, что способно внушить страх полубогу, Лато Жиаро и сам не ощущал уверенности, однако в его руках находились команды и пароль для управления этим кораблем. Стоит еще немного обождать, и он сможет обратить скрытую опасность себе на пользу, так что причин для страха не было.</p><p>Как раз в тот момент, когда Лумиан собирался совершить «Телепортацию» за спину «Ультрамена» Лато Жиаро, они оба одновременно услышали оглушительный лязг.</p><p>У входа и выхода из этого зала одновременно обрушились серебристо-белые металлические двери, напрочь изолировав помещение.</p><p>Сразу вслед за этим на окружающих стенах, потолке и полу пластины металла со вращением утопли внутрь, обнажив множественные зияющие тьмой раструбы труб.</p><p>Из тех труб мгновенно вырвались обильные клубы светлого сине-зелёного газа.</p><p>Ядовитый газ! Сердце Лато Жиаро вздрогнуло, и он постиг причину:</p><p>Пока враждебность космического корабля не угасла полностью, он не только не позволит взять себя под контроль, но и будет создавать всевозможные смертельные ловушки, чтобы устранить его как своего врага.</p><p>Какая же зловещая магия у того полубога снаружи!</p><p>Лумиан же сочёл это инстинктивной атакой серебристо-серого исполина на вторгшихся, поэтому тут же пробудил в себе силу моря, пытаясь получить временные полномочия «Морского Губернатора», чтобы справиться с возникшей ситуацией.</p><p>— Он уже разглядел, что «Ультрамен» после атаки полубога «Золушки» лишился поста «Морского Губернатора» и в ближайшее время не имеет надежды вернуть его себе, иначе Лато Жиаро непременно попытался бы снова, а значит, сейчас никто не оспаривает у него полномочия «Морского Губернатора»!</p><p>Однако эта «акватория» отказалась временно даровать Лумиану пост «Морского Губернатора».</p><p>Её враждебность направлена на всех, кто пытается взять её под контроль!</p><p>Лумиан не придал этому значения и снова устремил взгляд на того ключевого члена «Дня дурака», «Ультрамена» Лато Жиаро.</p><p>Сердце Лато Жиаро вздрогнуло, и он упреждающе выкрикнул:</p><p>«Ты хочешь драться здесь? Если не вырвемся отсюда и будем тянуть время, мы оба погибнем!»</p><p>В такое время надо сначала найти способ сбежать из этого зала и переместиться в другое место! Эта враждебность не продлится слишком долго!</p><p>Отомстишь, когда обстановка станет безопасной, а если и ты, и я сдохнем здесь, кто за тебя убьёт остальных?</p><p>Лумиан размял запястья обеих рук, надел кастеты «Истязание» и с ухмылкой произнёс:</p><p>'Мне плевать, умру я или нет, сейчас меня волнует лишь одно:</p><p>Убить тебя!'</p><p>Едва сорвались эти слова, как по всему его телу с гулом вспыхнуло алое, почти белое пламя, словно на него накинули бушующий пылающий плащ.</p><p>…………</p><p>В месте, расположенном неподалёку от Лумиана и Лато Жиаро.</p><p>«Безумная» и господин K находились внутри похожего на пчелиный улей металлического помещения, не успев войти в расположенный впереди зал.</p><p>Господин K огляделся по сторонам, его взгляд скользнул по поверхности зарождающихся чёрных букашек Батинса, «Маленького дьявола» и прочих существ, и он удовлетворенно кивнул:</p><p>'И впрямь сила Злого Бога, благословенный род Злого Бога.</p><p>Лумиан отлично справился, просто отлично!</p><p>Всё это — предначертание Бога!'</p><p>Пока эхом отдавался хриплый голос, этот оракул «ордена Авроры» снова устремил взор на «Безумную».</p><p>«Безумная» не только не испугалась, но, напротив, зааплодировала, выражая согласие со словами господина K.</p><p>Находясь в состоянии, словно они с собеседником вещали на разных частотах, она вымолвила:</p><p>«Да-а, круто, правда? Это же космический корабль!»</p><p>В следующую секунду «Безумная» и господин K одновременно исчезли и так же одновременно возникли позади мест, где изначально стоял каждый из них, словно заранее сговорились обменяться позициями.</p></section><section><title><p>Глава 587 «Помощник»</p></title><p>Глава 587 «Помощник»</p><p>Внутри подводного космического корабля, в серебристо-белом зале.</p><p>Объятый ало-белым пламенем Лумиан превратился в огненный шар и стремительно полетел к «Ультрамену» Лато Жиаро.</p><p>Этот ключевой член «Дня дурака» нисколько не растерялся и, затаив дыхание, выставил вперед левую ладонь.</p><p>Лумиан тут же ощутил, как невидимая сила толкает его в противоположном направлении, из-за чего стремительный ало-белый огненный шар мгновенно замедлился, словно насекомое, барахтающееся в прозрачном янтаре.</p><p>Воспользовавшись этой возможностью, Лато Жиаро снова поднял правую руку и слегка сжал ладонь.</p><p>Сгусток ослепительно-белого чистого солнечного света сжался и спрессовался там, быстро превратившись в толстый ужасающий лазерный луч, который устремился к Лумиану, слившемуся с ало-белым огненным шаром.</p><p>Это была способность, рожденная комбинацией Пути «Солнца» и благословения «Океана», эквивалентная использованию силы Пути «Солнца» для активации «Луча слабости», даруемого благословением «Океана». В ней больше не было эффекта изменения структуры тела цели, заставляющего ее постепенно угасать до самой смерти с проявлением различных негативных симптомов, но как пробивная, так и плавящая способность существенно возросли, что позволяло более эффективно и напрямую наносить тяжелые ранения или даже убивать цель.</p><p>Для Лато Жиаро, находившегося в замкнутом пространстве, заполнявшемся ядовитым газом, где в любой момент могла возникнуть новая угроза, разумеется, следовало решить все быстро, а не тянуть время, ожидая, пока Лумиан Ли постепенно ослабеет, поэтому он выбрал «Солнечный луч», а не «Луч слабости».</p><p>«Солнечный луч» со скоростью лазера и с неотвратимостью обрушился на ало-белый огненный шар, пробив его насквозь и «проплавив» в нем огромную дыру.</p><p>Огненный шар больше не мог удерживать свою структуру, с грохотом взорвался и пролился вокруг подобно дождю.</p><p>Но Лумиана внутри не было: он словно испарился в воздухе.</p><p>В то же время за спиной «Ультрамена» Лато Жиаро быстро вырисовался силуэт Лумиана с клипсой «Ложь».</p><p>С самого начала его решение превратиться в огненный шар и устремиться к Лато Жиаро преследовало лишь одну цель: заставить противника применить Потустороннюю способность и контратаковать, тем самым «зафиксировавшись» на прежнем месте без возможности заранее сменить позицию, чтобы создать для себя в состоянии огненного шара шанс «телепортироваться» за спину цели и совершить внезапное нападение.</p><p>Ведь он уже сражался с обладателями благословений «Океана» и прекрасно знал, что Лато Жиаро с помощью силы земли и звезд способен делать предмет тяжелым или легким, замедлять его скорость или увеличивать ее.</p><p>А чтобы успешно использовать «Переход сквозь мир духов» прямо в состоянии огненного шара, Лумиан к тому же задействовал способность «Управление пламенем», даруемую «Ложью».</p><p>Едва его силуэт возник, как он тут же раскрыл рот и, нацелившись на «Ультрамена» Лато Жиаро, находившегося менее чем в двух метрах, издал короткий звук:</p><p>«Ха!»</p><p>Подобный газу бледный светло-желтый свет вырвался в сторону этого ключевого члена «Дня дурака».</p><p>Лато Жиаро даже не успел повернуться, а лишь благодаря крупице восприятия судьбы, полученной от Потусторонней способности истолкования «Языка звёзд», почувствовал приближение опасности.</p><p>В его глазах вспыхнули искорки звездного света, и в серебристо-белом зале, затягиваемом светло-голубоватым газом, он увидел несколько «проходов», невидимых для обычных людей, и поспешно выбрал один из них, бросившись туда.</p><p>Это была способность «Прокладывание пути», даруемая благословением Океана.</p><p>В то же время Лато Жиаро, не уверенный, сможет ли уклониться от удара со спины, заставил пространство вокруг окраситься золотом, расходящимся волна за волной.</p><p>Это был «Очищающий ореол» Последовательности 5 «Жрец света» Пути «Солнца».</p><p>Под звук «ха» светло-желтый свет задел спину Лато Жиаро, нырнувшего где-то в пустоту.</p><p>Этот ключевой член «Дня дурака» по кодовому имени «Ультрамен» мгновенно потерял сознание, но по инерции продолжил движение вперед и все равно вскочил в ту иллюзорную просеку-канал, недоступную взору обычного человека и затрагивавшую пространство и измерения.</p><p>А находившийся менее чем в двух метрах от него Лумиан не успел «телепортироваться» прочь и оказался накрыт «Очищающим ореолом».</p><p>В его сердце мгновенно вспыхнула дикая боль, словно что-то пыталось разорвать его тело и вырваться наружу.</p><p>В его ушах снова смутно зазвучали иллюзорные бредни — то ли исходившие от сущности по имени Судьба, то ли от господина «Шута», то ли от них обоих сразу.</p><p>Они не были отчетливыми, но все же заставляли мозг Лумиана ощущать, будто его тянет невидимая рука, пытаясь вырвать из черепа.</p><p>С его стойкостью «Аскета» Лумиан не сдержал болезненного стона, согнулся, упал на землю и свернулся калачиком.</p><p>У него уже был подобный опыт — такая реакция возникла, когда в сонном Корду его облили святой водой, созданной Валентином, а «Очищающий ореол», который сейчас использовал Лато Жиаро, являлся продвинутой версией «Солнечного венца»: из изначально безвредного он стал обладать свойствами Солнечной святой воды, способной изгонять злых духов и очищать тело цели от нечестивой силы или негармоничных, несовместимых энергий.</p><p>Из-за того что Лато Жиаро потерял сознание, «Очищающий ореол» лишь мельком блеснул и тут же исчез, лишь частично рассеяв ядовитый газ в этой зоне.</p><p>Точно так же потерявший сознание Лато Жиаро не мог продолжать путь по иллюзорному каналу, поэтому быстро вывалился из него и с грохотом шлепнулся в трех-четырех метрах перед Лумианом, очнувшись от вспышки боли при падении.</p><p>В это время и Лумиан постепенно приходил в себя после мучительной боли, вызванной «Очищающим ореолом».</p><p>Едва очнувшись и еще не зная деталей происходящего, Лато Жиаро инстинктивно попытался снова войти в иллюзорный канал, чтобы увеличить дистанцию между собой и Лумианом Ли и не подставиться еще раз под способность, смахивавшую на «Ментальный прокол», или под иную атаку.</p><p>К тому моменту, как он вылез из выхода иллюзорного канала обратно в зал, Лумиан уже поднял голову и в основном восстановил силы, только на его лбу выступали густые капли холодного пота.</p><p>Увидев это, Лато Жиаро не только не почувствовал сожаления, разочарования или досады, но, напротив, ощутил прилив радости:</p><p>Сработало!</p><p>«Очищающий ореол» действенен против Лумиана Ли!</p><p>Убедившись, что Великий авантюрист Луи Бери — это и есть Лумиан Ли, Лато Жиаро задавался вопросом, как ему действовать в случае схватки с этим парнем:</p><p>Обладая полномочиями «Морского Губернатора», сделать это несложно: достаточно непрерывно закидывать противника в «Звёздную пустоту», заставляя его снова и снова теряться там. Но без полномочий «Морского Губернатора» приходилось думать, как ударить по уязвимым местам Лумиана Ли.</p><p>Самая же особенная черта Лумиана Ли была предельно очевидной: в нем заключалась запечатывающая сила одного происхождения с Небесным Достопочтенным, а внутри его тела было запечатано существо с невероятно высоким статусом.</p><p>Потусторонние в подобном состоянии в обычное время обладают мнимым высоким статусом и пользуются множеством преимуществ, однако они чрезвычайно уязвимы перед способностями Пути «Солнца».</p><p>Не зная наверняка, относится ли запечатанное в теле Лумиана Ли существо с высоким статусом к сферам зла, развращения, тьмы и им подобным, Лато Жиаро не был уверен, сработают ли такие способности, как «Солнечный венец» и «Очищающий удар», и не мог сказать, насколько эффективным окажется «Очищающий ореол»; единственное, в чем он был убежден — созданная «Солнечная святая вода» точно даст результат.</p><p>Поэтому, если «Очищающий ореол» плохо подействует на Лумиана Ли, он спешно создаст «Солнечную святую воду» и станет непрерывно окроплять его.</p><p>Глядя на Лумиана, Лато Жиаро усмехнулся и вновь заставил пространство вокруг окраситься золотом, расходящимся волна за волной.</p><p>Такое герметичное помещение просто идеально подходило для использования «Очищающего ореола»: оно не давало Лумиану Ли ни возможности уклониться, увеличив дистанцию, ни шанса «телепортироваться» поближе — весь зал фактически находился в зоне поражения «Очищающего ореола»!</p><p>К тому же внутри космического корабля можно было не опасаться, что Лумиан Ли потеряет контроль и превратится в монстра, высвободив заключенное в его теле существо высокого статуса — «вторжение» чужака подобного уровня неизбежно активирует автоматическую защиту космического корабля, сделав того своей первоочередной целью, и тогда, возможно, удастся даже воспользоваться этим, чтобы захватить контроль над самим космическим кораблем!</p><p>Разве твоя сестра не говорила тебе, что император Рассел когда-то сказал:</p><p>«То, благодаря чему ты обретаешь уникальность и становишься сильным, неизбежно станет причиной твоего наказания!»</p><p>Заметив накатывающие волны золота, Лумиан поднял правую руку, и его силуэт мгновенно исчез.</p><p>Куда он «телепортировался» на этот раз? Пока он остается в зале, ему не укрыться от «Очищающего ореола»! Лато Жиаро со сплошной уверенностью и улыбкой на лице наблюдал за жалким барахтаньем противника.</p><p>Если только Лумиан Ли не решит покинуть этот зал, ему ни за что не избежать воздействия «Очищающего ореола», а в условиях, когда космический корабль уже опустил барьер, закрыл двери и запечатал это место, с учетом специфики сил, подобных морю, желающему «телепортироваться» наружу неизбежно придется сначала разрушить окружающие стены или металлические двери, самостоятельно пробив себе выход.</p><p>Для Лато Жиаро это тоже было к лучшему.</p><p>Никто не знал, что космический корабль выпустит в этот зал в следующий момент!</p><p>Волна за волной расходящийся «Очищающий ореол» быстро «затопил» место, где только что стоял Лумиан, однако ничего не произошло, и во всем серебристо-белом зале силуэт Лумиана так и не проявился.</p><p>Это… — зрачки Лато Жиаро слегка сузились.</p><p>Куда делся Лумиан Ли?</p><p>Неужели его способность к «телепортации» не зависит от герметичности внутри космического корабля?</p><p>Или же он спрятался?</p><p>В голове Лато Жиаро мелькнула догадка, он вытянул правую руку и резко потянул.</p><p>Пространство зала, подобно невидимой завесе, немного сместилось, обнажив аномальную область.</p><p>Эта область примыкала вплотную к углу двух стен, а рядом находилось темное отверстие, из которого вырывался светло-голубоватый газ.</p><p>Создал нестабильное пространство, чтобы спрятаться внутри и избежать «Очищающего ореола»? Впрочем, «Очищающий ореол» предназначен главным образом для изгнания зла, очищения, дарования тепла и мужества, у него нет реальной атакующей мощи, и он не может разрушить структуру того пространства… У Лумиана Ли, оказывается, есть и такая способность… Лато Жиаро быстро раскусил уловку Лумиана и неспешно поднял правую руку, сгущая обладающий огромной пробивной силой темно-зеленый луч.</p><p>В то же время он, воспользовавшись своим начальным контролем над гравитацией, потянул за то вымышленное пространство.</p><p>Темно-зеленый луч обрушился на потянутое место, мгновенно пробил его насквозь и разрушил структуру,</p><p>В бесшумном разрушении темно-зеленый луч продолжил движение вперед и угодил в серебристо-белый полный доспех, стоявший спиной к Лато Жиаро.</p><p>Ослабший до определенной степени темно-зеленый луч после этого рассеялся.</p><p>Серебристо-белый полный доспех резко обернулся, и из пустоты внутри шлема на Лато Жиаро устремился пристальный взгляд.</p><p>В следующее мгновение он с тяжелым топотом устремился к этому ключевому члену «Дня дурака», соткав в руке гигантский сияющий меч.</p><p>А когда серебристо-белый полный доспех рванул вперед, силуэт Лумиана проявился в том самом углу.</p><p>Только что, воспользовавшись местным рельефом, он на скорую руку обустроил «Бутыль вымысла», задействовав изрыгающее ядовитый газ отверстие в качестве символа «окна»; его цель заключалась, во-первых, в том, чтобы избежать воздействия «Очищающего ореола», а во-вторых, воспользовавшись моментом, достать «Доспех Гордыни» и установить его так, чтобы он стоял спиной к Лато Жиаро.</p><p>Да, этот проклятый доспех лишь с некоторой вероятностью нападает на тех, кто стоит за его спиной на определенной дистанции, но не со стопроцентной гарантией. Однако что, если этот человек не просто стоит за его спиной в пределах десятка метров, но еще и атакует его в спину?</p><p>Ответ был очевиден!</p><p>Теперь у Лумиана появился отличный помощник, которому не страшен «Очищающий ореол».</p></section><section><title><p>Глава 588 «Предательство» туда и обратно</p></title><p>Глава 588 «Предательство» туда и обратно</p><p>При расстоянии всего в десяток с небольшим метров «Доспеху Гордыни» потребовалось лишь два широких шага, чтобы оказаться перед «Ультраменом» Лато Жиаро и обрушить вниз гигантский меч, сотканный из света.</p><p>Изначально у Лато Жиаро была возможность использовать способность «Штурмана», чтобы сбежать через несколько скрытых проходов, спрятанных в пустоте и измерениях, уклониться от этого удара и увеличить дистанцию с нападающим, но, увидев этот серебристо-белый полный доспех, он абсолютно не ожидал, что тот станет атаковать его по собственной инициативе, когда Лумиан Ли даже не надел его!</p><p>Это заставило его опоздать ровно на шаг. И когда серебристо-белый полный доспех врезался в него подобно поезду с паровой тягой, уйти в скрытый «туннель» было уже поздно — в таком случае существовала огромная вероятность того, что, едва его верхняя половина тела войдёт внутрь, а нижняя всё ещё останется снаружи, враг рассечёт его одним ударом меча надвое.</p><p>Оказавшись в подобной ситуации, он, будучи далеко не дождевым червём и не обладая мощной способностью к самовосстановлению, был бы обречён на верную смерть.</p><p>Глядя на серебристо-белый полный доспех, заполнивший почти всё его поле зрения, и на занесённый гигантский меч из света, Лато Жиаро покрылся на большей части тела чешуёй, словно сотканной из звёздного света.</p><p>Воздух вокруг него задрожал, словно невидимый прилив зарычал во весь голос.</p><p>Согласно сведениям, собранным «Днём дурака», без получения полномочий «Морского Губернатора» сила, даруемая «Океаном», максимум соответствует Последовательности 5 и называется «Учёный Прилива» — каковой и являлась текущая форма Лато Жиаро.</p><p>Окружённый невидимым приливом, Лато Жиаро обрушил свой кулак, подобный тяжелейшему удару морской волны высотой в десяток с лишним метров.</p><p>Дон!</p><p>Его тяжёлый кулак врезался в боковую часть гигантского меча света, заставив тот отклониться в сторону.</p><p>Но почти одновременно с этим за его спиной снова прорисовался силуэт Лумиана, чья левая рука уже была поднята.</p><p>«Так и есть! Я так и знал, что ты воспользуешься этой возможностью, чтобы „телепортироваться“ мне за спину и напасть внезапно!» Лато Жиаро был готов заранее. Отклоняясь назад, чтобы избежать второго удара серебристо-белого полного доспеха, он вновь окрасил всё вокруг в тёплый золотистый цвет.</p><p>«Очищающий ореол»!</p><p>Глядя на надвигающиеся слой за слоем золотые волны, Лумиан, ждавший этого момента с поднятой левой рукой, слегка повернул запястье внутрь.</p><p>А ещё до этого серебристо-белая клипса «Ложь», надетая на мочку его левого уха, уже вспыхнула слабым светом, позволив ему увидеть на «Ультрамене» сгустки света разного цвета. Среди них сжавшийся в сферу золотой свет расходился наружу тёплым сиянием.</p><p>Это символизировало саму способность «Очищающий ореол».</p><p>Вместе с поворотом его запястья золотая сфера оторвалась от тела «Ультрамена» и перелетела на него.</p><p>«Кража»!</p><p>Лумиан «украл» «Очищающий ореол» «Ультрамена»!</p><p>Он не знал, сколько раз можно использовать «Кражу» с помощью «Кольца Морской Королевы», пройдя нормальный ритуал, но был твёрдо уверен, что эффект «Кражи» у «Лжи» может сохраняться полмесяца и не исчезнет из-за того, что чуть ранее он «украл» силу океана.</p><p>После того как «Ложь» претерпела изменения на алтаре «Почитания предков» в деревне Мило, Лумиан неоднократно испытывал, как применять эту силу «Кражи», дабы не оказаться беспомощным в ключевой момент, поэтому ранее, «украв» и рассеяв силу океана, он действовал достаточно умело.</p><p>В то же время Потусторонние способности Пути «Солнца», которыми обладал «Ультрамен» как один из его объектов охоты, были досконально раскрыты в материалах, предоставленных «Клубом Таро». Лумиан точно знал, что именно ему нужно «украсть» на этот раз, и располагал достаточными оккультными знаниями для этого.</p><p>Единственная проблема заключалась в том, что ранее он никогда по-настоящему не «крал» способности «Жреца Света» и опасался, что не сможет за короткое время найти символы, соответствующие «Очищающему ореолу» или «Созданию святой воды», из-за чего Лато Жиаро перехватит инициативу и атакует, погрузив его в опасное положение.</p><p>Дождавшись, пока «Доспех Гордыни» возьмёт на себя обязанность прямым лобовым ударом сковать врага, Лумиан намеренно «телепортировался» в четырёх-пяти метрах за спиной Лато Жиаро, спровоцировав того применить «Очищающий ореол».</p><p>Способность, используемая прямо сейчас, очевидно, отличается от неиспользуемых, и этой разницы ему было более чем достаточно, чтобы мгновенно всё распознать!</p><p>Поэтому ещё до «Телепортации» Лумиан активировал клипсу «Ложь» и поднял левую руку, стремясь не задержаться в опасной зоне ни единой лишней секунды.</p><p>Уже распространившийся «Очищающий ореол», естественно, не мог исчезнуть просто потому, что сама способность была «украдена», так что золотые волны продолжили хлынуть вперёд и затопили Лумиана.</p><p>Однако они так и не смогли по-настоящему коснуться цели, поскольку вокруг тела Лумиана хлынула наружу величественная невидимая сила, замедляя и блокируя их приближение.</p><p>Сила океана!</p><p>«У тебя есть сила океана, но она есть и у меня!»</p><p>— Во время предыдущей «Кражи» Лумиан оставил себе часть силы океана. Хотя она уступала мощи «Ультрамена», её вполне хватало, чтобы отталкивать «Очищающий ореол» на одну-две секунды.</p><p>Затем он спокойно активировал чёрную метку на правом плече, исчез из места, залитого тёплым золотом, и «телепортировался» в самый дальний от Лато Жиаро угол.</p><p>«Очищающий ореол» устремился вслед за ним, но уже достиг своего предела и заметно ослабел.</p><p>Среагировав с молниеносной быстротой, Лумиан вновь применил силу океана и наглядно увидел, как растекающееся сюда тёплое золото стремительно угасает за невидимым «барьером».</p><p>На другой стороне у Лато Жиаро ёкнуло сердце.</p><p>Он интуитивно ощутил, что его способность «Очищающий ореол» пропала — судя по всему, её «украли»!</p><p>«Предмет Лумиана Ли с эффектом „Кражи“ всё ещё можно использовать⁈» Лато Жиаро некогда было размышлять над этим. Повалившись на землю, он откатился в сторону, избежав тяжелейшего рубящего удара «Доспеха Гордыни», и, оказавшись лицом к небу, поднял правую руку, сжав ладонь в кулак.</p><p>Чистый, ослепительный солнечный свет стремительно сгустился в его ладони, превратившись в толстый луч, который мгновенно ударил в грудь серебристо-белого полного доспеха.</p><p>Луч лишь на секунду задержался, так и не сумев пробить его насквозь, а лишь оставил вогнутый внутрь и осыпающийся чёрный прогар.</p><p>Увидев это и помня о таком враге, как Лумиан Ли, «Ультрамен» Лато Жиаро замышлял побег, намереваясь прекратить стычку и найти способ вырваться отсюда.</p><p>Как раз в этот момент «Доспех Гордыни» не стал продолжать атаку, а развернулся всем корпусом в сторону Лумиана.</p><p>Многократно применив способность «Переход сквозь мир духов» на разукрашенном корабле и в этом зале, а также подвергшись воздействию «Очищающего ореола», Лумиан исчерпал свою духовность почти до дна, выглядя уставшим и слабым.</p><p>А подобный человек, оказавшись поблизости от «Доспеха Гордыни», подвергался неразборчивому уничтожению.</p><p>«Это…» Лато Жиаро чутко уловил перемену в обстановке.</p><p>Хотя он и не понимал, в чём дело, но посчитал это добрым знаком.</p><p>Он резко перевернулся и поднялся на ноги, устремив взор на Лумиана.</p><p>В следующую секунду он увидел, как «Доспех Гордыни», подняв гигантский меч из света, рванулся к нему.</p><p>«Ха-ха, твой запечатанный артефакт предал тебя!» — Лато Жиаро, мысленно насмехаясь, подходил ближе, рассчитывая с помощью атаки этого серебристо-белого полного доспеха создать «Солнечную святую воду» и плеснуть её в Лумиана Ли.</p><p>Лумиан с безразличным выражением лица сделал шаг вперёд.</p><p>Вся сила и духовность, что он долгое время накапливал в своём теле благодаря способности «Аскета», с грохотом вырвались наружу, наполнив его истощённый, усталый дух. Его тело мгновенно увеличилось в размерах, став выше на семь-восемь сантиметров и шире ровно на два обхвата, отчего свободная мантия заместителя помощника жреца натянулась до предела, готовая вот-вот лопнуть.</p><p>Бегущий «Доспех Гордыни» остановился.</p><p>Он резко повернулся и снова уставился на последовавшего за ним Лато Жиаро.</p><p>Зрачки Лато Жиаро резко сузились, его тело в то же мгновение стало тяжёлым, и он естественным образом остановился.</p><p>Почти одновременно с этим он увидел ставшего невероятно высоким Лумиана Ли.</p><p>Этот враг напрямую «телепортировался» прямо к нему, так что между ними оставалось меньше метра, и они даже могли видеть отражение себя в глазах друг друга.</p><p>Со свистом разрезая воздушный поток, Лумиан обрушил правую руку с надетым кастетом «Истязание».</p><p>Поскольку утяжеление Лато Жиаро естественным образом создавало притяжение к окружающему пространству, являясь пониженной версией свойства «Тяжесть» человекоподобного запечатанного артефакта, этот удар Лумиана не только не встретил отторжения, но, напротив, ускоренно устремился к цели.</p><p>Лато Жиаро не боялся его ближнего боя, опасаясь лишь способности, до боли похожей на «Ментальный прокол». Не имея времени ни уклониться, ни применить другие умения, он без малейших колебаний заставил пространство вокруг зашуметь бушующим приливом и ответил кулаком, нёсшим силу многотысячетонных морских вод.</p><p>Бум!</p><p>Заблокировав атаку Лумиана, Лато Жиаро сразу же по инерции покатился в сторону, чтобы избежать внезапного нападения «Доспеха Гордыни».</p><p>В этот самый момент в его душе внезапно вспыхнула мощная волна алчности, заставив забыть о только что обдуманном плане сперва сбежать отсюда.</p><p>Лумиан точно так же воспользовался инерцией и отступил назад, выхватив из «Вещмешка путешественника» чёрную костяную флейту с красными отверстиями.</p><p>«Опус Ненависти»!</p><p>Пока Лато Жиаро уворачивался и противостоял «Доспеху Гордыни», Лумиан поднёс флейту к губам и извлёк из неё пронзительную, неистовую мелодию.</p><p>В голове Лато Жиаро с грохотом будто что-то взорвалось, и он весь застыл на месте.</p><p>Из щелей между чешуйками звёздного света на поверхности его тела просочилась ярко-алая кровь.</p><p>Взрыв эмоций!</p><p>Пух! «Доспех Гордыни» вонзил меч в плечо Лато Жиаро, рассекая чешую, дробя кость и погружаясь глубоко в плоть.</p><p>Сделав два стремительных шага, Лумиан подскочил к почти падающему, искажённому от боли Лато Жиаро и занёс чёрную костяную флейту.</p><p>Едва Лато Жиаро с помощью боли от удара «Доспеха Гордыни» немного вырвался из взорвавшихся эмоций, как увидал Лумиана Ли, который со свирепым выражением лица вонзал в него костяную флейту.</p><p>Чвак!</p><p>Эта костяная флейта вонзилась в левый глаз Лато Жиаро, погрузившись внутрь, словно сквозь мягкое масло.</p><p>Глазное яблоко этого ключевого члена «Дня дурака» тут же лопнуло, и кровь вместе с прочими жидкостями потекли по желобкам чёрной костяной флейты.</p><p>«Опус Ненависти» даже при попадании в обычное место приравнивался к удару по жизненно важному органу, а если он попадал в настоящую уязвимую точку, то враг либо мгновенно погибал от одного удара, либо на некоторое время переживал социальную смерть. И прямо сейчас левый глаз и мозг Лато Жиаро, без сомнения, являлись его наиглавнейшими жизненно важными органами.</p><p>Его второй глаз резко широко раскрылся и вылез из орбиты, жизненная сила стремительно угасала, и он бессильно осел на землю.</p><p>Лумиан мёртвой хваткой вцепился в шею этого «Ультрамена», приподнял его и, разжав правую руку, державшую чёрную костяную флейту, с силой заехал ладонью по его лицу, со свирепым выражением прорычав на интисском языке:</p><p>«Ты ведь ходил в деревню Корду, чтобы проверить обстановку⁈»</p></section><section><title><p>Глава 589 Пожирание</p></title><p>Глава 589 Пожирание</p><p>Сознание «Ультрамена» Лато Жиаро, чья жизнь стремительно утекала, начало путаться, и даже мысли о самоспасении стали смутными.</p><p>Смутно, словно в тумане, ему показалось, что он видит Хуана Оро — сплошь покрытый глубокими морщинами старик стоял посреди моря и с выражением радости и насмешки на лице махал ему рукой.</p><p>В этот момент голос Лумиана донёсся будто с края небес — слабый, далёкий и иллюзорный:</p><p>«Ты ведь ездил в деревню Корду, чтобы проверить обстановку?»</p><p>Деревня Корду? Тот раз, когда я и «Безумная» ходили искать Норфи и зашли туда попутно? В теряющих фокус и уже закрывающихся глазах Лато Жиаро отразился силуэт Лумиана.</p><p>Желая подпортить тому настроение, он с перерывами произнёс на языке Плато последнюю в своей жизни фразу:</p><p>«Я и „Безумная“, ходил, просто, ради забавы, но „Локи“, кажется, имел другие……»</p><p>Ты ведь хочешь знать, что тогда произошло? Ладно, я скажу на языке Плато, а если не поймёшь — это твои проблемы, кто тебе виноват, что раньше не учил этот язык как следует!</p><p>Лато Жиаро на самом деле прекрасно понимал, что от этого поступка не будет никакого реального толку, ведь Лумиан Ли, вернувшись, сможет найти кого-нибудь для «гадания во сне», «гипноза» или устроить «реальный сон», чтобы полностью вспомнить произнесённые им слова на языке Плато и найти способ перевести их на интисский или древнефейсакский язык.</p><p>Но ему просто хотелось досадить противнику: всё равно он уже умирает, и ему плевать, как события будут развиваться в будущем.</p><p>«цели……» — вытолкнул Лато Жиаро последнее слово, и свеча его жизни вот-вот готова была угаснуть.</p><p>В этот самый последний миг ему показалось, будто Лумиан Ли говорит ему на языке Плато:</p><p>«Спасибо.»</p><p>Это «Спасибо» прозвучало гладко и естественно, с глубокой насмешкой.</p><p>Единственный уцелевший глаз «Ультрамена» Лато Жиаро выкатился ещё сильнее, выражение застыло на его лице, и дыхание полностью пресеклось.</p><p>Правая рука Лумиана снова сжала «Опус Ненависти», одновременно ослабив левую. Он смотрел, как голова «Ультрамена», этого ключевого члена «Дня дурака», стремительно соскальзывает с чёрной костяной флейты с алыми отверстиями, обнажая жуткую, глубокую кровавую дыру.</p><p>Бух!</p><p>«Ультрамен» рухнул на пол; налипшая на поверхность чёрной костяной флейты кровь капля за каплей сгущалась и стекала вниз, падая на его тело.</p><p>После того как предавший его человек получил смертельную рану, «Доспех Гордыни» прекратил движение и застыл неподалёку, подобно самому обычному, лишённому всяких особенностей серебристо-белому доспеху.</p><p>У «Локи» были другие цели? Цели помимо помощи организации «Грешников» и устраивания розыгрышей? Лумиан размышлял над предсмертными словами «Ультрамена», одновременно наклоняясь, чтобы проверить, какие предметы имеются при себе у этого ключевого члена «Дня дурака».</p><p>Разумеется, особых надежд он не питал, поскольку «Ультрамен» Лато Жиаро поднялся на украшенное гирляндами праздничное судно под видом наречённого «Морского Губернатора» Симона Гиаро и не мог нести при себе никаких вещей. Скорее всего, все его предметы были переданы «Безумной», чтобы та, применив магию плоти и крови, спрятала их в своём желудке, а только что у «Безумной» явно не было ни времени, ни возможности вернуть их «Ультрамену».</p><p>Это и был один из факторов, позволивших Лумиану за столь короткое время расправиться с «Ультраменом» — сильным Потусторонним двух Путей.</p><p>— Если бы Хуан Оро заранее не предупредил родичей моря на праздничном судне, Лумиану пришлось бы прибегнуть к решению временно оставить «Вещмешок путешественника» у Господина K.</p><p>Как раз в этот миг Лумиан увидел, как с трупом «Ультрамена» Лато Жиаро происходят странные изменения:</p><p>Он стал стремительно блекнуть, перейдя в полупрозрачное, полуплотское состояние, а затем, словно разлагаемый бесчисленными крошечными организмами, просочился в серебристо-белый металлический пол и постепенно исчез.</p><p>Вскоре оставшаяся от Лато Жиаро плоть, звёздный свет и подобные солнечным лучам осколки были поглощены серебристо-белым металлическим полом, и остался лишь праздничный наряд «Морского Губернатора», лежавший на том месте и окружённый полупрозрачным серовато-белым туманом.</p><p>В мгновение ока этот серовато-белый туман тоже был впитан серебристо-белым металлическим полом — впитан этим странным зданием.</p><p>Лумиан попытался «спасти» хоть что-то, но потерпел неудачу.</p><p>Это и есть так называемое «возвращение в море»? Но почему это странное сооружение поглотило даже Потустороннюю характеристику «Жреца света»? Едва у Лумиана возникли эти сомнения, как вокруг раздался скрежет трущегося металла.</p><p>Темнеющие отверстия на стенах, потолке и полу вновь перекрыли поворачивающиеся металлические крышки, и из них перестали вырываться клубы бледного сине-зелёного ядовитого газа, избавив Лумиана от необходимости тратить силы на поддержание слоя ало-белого пламени на поверхности тела.</p><p>Со скрипом и скрежетом передние и задние металлические ворота поднялись вверх, открыв два тоннеля, ведущих в разные места.</p><p>После смерти объекта предательства этот серебристо-серый исполин вернулся к «норме», к своему обычному состоянию.</p><p>Вглядываясь в глубь переднего тоннеля, Лумиан почувствовал, как его сердце невольно забилось быстрее.</p><p>Тук, тук, — его охватили необъяснимое напряжение и тревога.</p><p>…………</p><p>Порт Санта, квартира, где скрывался «Локи».</p><p>Как только маленький мальчик Людвиг произнёс слова «Я голоден», он резко наклонил голову и впился зубами в руку «Локи», державшую браслет с драгоценными камнями, принявшись грызть и обгладывать её так, словно высасывал мозг из куриных косточек.</p><p>Мучительная боль пронзила разум «Локи», и его первой реакцией было немедленно использовать «Бумажные марионетки», чтобы вырваться из текущего положения.</p><p>Но он опасался, что это уведёт его слишком далеко от этого запечатанного полубога, и он потеряет возможность снова взять его под контроль.</p><p>Под хруст раздавливаемых костей и треск разрываемой плоти «Локи» другой рукой подхватил падающий браслет с драгоценными камнями и, пересиливая себя, раскрыл рот:</p><p>«Бах!»</p><p>Сгусток воздуха, подобно пуле, выпущенной из новейшей паровой винтовки, ударил Людвига в макушку, содрав плоть вместе с волосами и обнажив жуткий белый череп.</p><p>Но Людвига это нисколько не остановило: он продолжал пожирать левую руку «Локи», уже откусив пять пальцев и сгрызя половину ладони.</p><p>«Бах!» «Бах!» «Бах!» — одна воздушная пуля за другой впивались в тело мальчишки, превращая его в кровавое месиво и лишая человеческого облика, но Людвиг упорно, сосредоточенно и ничуть не замедляясь продолжал грызть «Локи».</p><p>Хруст, хруст.</p><p>Он добрался уже до лучезапястной кости, и этот отчётливый хруст разносился среди переплетённой плоти и крови обеих сторон.</p><p>Теряя сознание от дикой боли, «Локи» смутно осознал, в чём дело.</p><p>У запечатанного полубога была чрезвычайно сильная жизненная энергия, и обычные атаки или некоторые Потусторонние способности не могли нанести ему существенный вред. Иными словами, его можно было усыпить, можно было управлять его «нитями духовного тела», можно было придумать способ лишить его чувств, но по-настоящему убить его обычными средствами было очень трудно, и даже тяжело ранить его было не под силу.</p><p>При таких условиях, даже если этот запечатанный полубог не мог использовать никакие способности и испытывал недостаток в силе и скорости, одного лишь отчаянного пожирания чужой плоти и костей — столь обыденного действия — хватало, чтобы причинить невероятную головную боль многим Потусторонним Средней Последовательности.</p><p>«Локи» отказался от намерения достать другие волшебные предметы и напрямую заменил себя бумажной марионеткой.</p><p>Хруст-хруст-хруст. Людвиг, чья голова сплошь покрылась следами от попаданий воздушных пуль и кто уже почти утратил человеческий облик, поднял голову. У края его всё ещё истекающего кровью рта белел обрывок бумаги, который вместе с окровавленным куском плоти затягивало внутрь.</p><p>В глазах Людвига отразился силуэт «Локи», прорисовывающийся в углу комнаты. Под разорванной кожей и плотью мальчишки словно что-то медленно извивалось, пытаясь вырваться наружу, но так и не смогло выбраться.</p><p>«Локи» взвесил текущее положение и имеющиеся при себе предметы. Понимая, что марионетка-«Анквистер» не успеет вернуться, он благоразумно решил больше не связываться с этим запечатанным полубожественным существом, а сначала сбежать, а уж потом думать об остальном.</p><p>Как раз в этот момент из окна полился алый лунный свет.</p><p>Этот лунный свет мигом заполнил квартиру, окутав «Локи».</p><p>У уха «Локи» тут же раздался доносящийся будто ниоткуда голос:</p><p>«Густой запах свежей крови……»</p><p>Лунный свет рассеялся, и на полу осталась бумажная марионетка, испятнанная серовато-белым и глубоким чёрным цветом.</p><p>А силуэт «Локи» возник в нескольких сотнях метров отсюда, за пределами леса из лиан.</p><p>То было Благословение, о ниспослании которого Небесным Достопочтенным он молил на одной из недель ради этой операции. Закреплённое на заранее приготовленной бумажной марионетке, оно образовало настолько мощного двойника, обладающего практически божественным эффектом.</p><p>Кап, кап, — с откушенного левого запястья «Локи» всё ещё капала кровь.</p><p>Он тут же активировал бриллиант на браслете, собираясь «Телепортироваться» и сбежать.</p><p>…………</p><p>Порт Санта, деревня Мило.</p><p>Цок, цок, цок.</p><p>Легкие шаги отзывались в ушах «Барда», заставляя его нервы предельно натянуться.</p><p>«Бард» огляделся по сторонам, но ничего не обнаружил.</p><p>Он прибавил шагу, побежал и обогнул одно за другим несколько зданий, но этот цокающий звук шагов по-прежнему раздавался у него за спиной.</p><p>«Бард» попытался толкнуть дверь одного из зданий и ворвался в дом одного из жителей деревни Мило.</p><p>Однако его взору предстали вовсе не очаг, столы со стульями, кувшины или деревянные сундуки, а погружённый в темноту полуразрушенный каменный постамент.</p><p>Каменный постамент! Зрачки «Барда» расширились, и у него возникло ощущение, будто он погрузился в галлюцинацию и происходящее нереально.</p><p>Он каким-то образом снова оказался в резиденции «Морского Губернатора», перед тем самым алтарём, где жители деревни Мило совершали Почитание предков.</p><p>Из щелей полуразрушенного каменного постамента неожиданно выползло нечто.</p><p>То был полупрозрачный червь с множеством кольцевых полос.</p><p>Червь стремительно раздулся и превратился в молодого мужчину в одеянии заместителя помощника жреца церемонии Моления Морю и с моноклем на глазу.</p><p>Мужчина сидел на полуразрушенном каменном постаменте и, улыбаясь, смотрел на «Барда»:</p><p>«Понял?»</p><p>«Бард» внезапно осознал, о чём тот спрашивает, и, с трудом сглотнув слюну, произнёс:</p><p>«Понял.»</p><p>Раз у этого алтаря есть хозяин и в нём обитает Потустороннее существо, то так называемое правило, будто зачаровать «Кольцо Морской Королевы» можно лишь раз в год, заведомо ложно!</p><p>Он мог зачаровывать его столько раз, сколько душе угодно!</p><p>Молодой мужчина в тёмно-синем одеянии заместителя помощника жреца поправил монокль на правом глазу и с улыбкой молвил:</p><p>«Я потратил более тысячи лет на то, чтобы сформировать правило, будто способность „Кража“ можно даровать лишь раз в год, и не думал, что в итоге на это попадутся такие, как вы.»</p></section><section><title><p>Глава 590 «Обман»</p></title><p>Глава 590 «Обман»</p><p>Услышав слова того молодого мужчины, «Бард» почувствовал, как кровь бросилась ему в голову.</p><p>Потратить больше тысячи лет только на то, чтобы создать внешне правдоподобный закон для обмана людей?</p><p>Что это за скучный древний Аферист!</p><p>«Бард» выпалил:</p><p>«Узоры на алтаре и окружающая обстановка тоже фальшивые?»</p><p>Молодой мужчина в темно-синей мантии заместителя помощника жреца слегка усмехнулся:</p><p>'Если бы они не были настоящими, вы бы разве попались на обман?</p><p>«К тому же, я иногда отлучаюсь наружу, и в такие моменты оно заменяет меня, даруя силу „Кражи“, конечно, судя по духовности, вырабатываемой окружающими почитателями, оно действительно может даровать её лишь раз в год.»</p><p>Под конец улыбка на лице молодого мужчины стала еще более явной.</p><p>У «Барда» от этих слов на лбу запульсировали вены, он почувствовал, что над ним откровенно насмехаются.</p><p>Согласно его словам о том, что он может даровать способность «Кражи», когда пожелает, «Кольцо Морской Королевы» должно быть цельным и обладать всеми функциями, так почему же успех церемонии Моления Морю отложился на столь долгое время?</p><p>«Бард» не мог понять, что за ситуация сложилась, он развернулся и во весь опор побежал к выходу.</p><p>Он не то чтобы не думал о том, чтобы напрямую молить о пощаде и сдаться на месте, но это можно сделать и потом, а сейчас он хотел рискнуть — поставить на то, что фраза противоположной стороны «иногда отлучаюсь наружу» была ложью, и на самом деле тот заперт в алтаре, никуда не может уйти и не способен повлиять на людей вокруг. В таком случае, если поддаться испугу и не осмелиться сбежать, он, напротив, попадет в чужую ловушку, что равносильно потере свободы и будущего из-за обмана.</p><p>Топ-топ-топ, «Бард» за несколько шагов добрался до лестничного пролета и взбежал наверх.</p><p>Чем дальше он бежал, тем больше радовался, потому что тот молодой человек в монокле не предпринял никаких попыток помешать ему.</p><p>'Я угадал!</p><p>«Он — ядро этого алтаря, и вообще не может его покинуть!»</p><p>Топ-топ-топ, перед глазами «Барда» предстала залитая солнечным светом сцена первого этажа.</p><p>Посреди этой ликующей радости его мысли sudden рассыпались: он лишь почувствовал, как в окружающий мрак ворвался свет, раскалывая всё на осколки.</p><p>«Бард» с шумом сел, с неотпустившим испугом обнаружив, что лежит в той самой комнате для слуг в резиденции «Морского Губернатора» и никуда не уходил.</p><p>Он огляделся по сторонам и услышал доносившиеся снаружи ликующие возгласы и звуки праздничного салюта.</p><p>«Я только что видел сон? Сон был предупреждением духовности, давшим мне понять, что в плане есть проблема?» — как только у «Барда» возникли эти две мысли, он тут же отбросил подобные выводы: «Нет, во время проведения церемонии Моления Морю как я мог уснуть? Я начал видеть сон после того, как услышал в комнате тихие шаги?»</p><p>«Бард» вскочил на ноги, закинул на спину рюкзак и, осторожно толкнув дверь комнаты, вышел в коридор.</p><p>Теперь он уже не так радовался тому, что во всем плане ему не пришлось подвергаться особому риску и вступать с кем-либо в бой, ведь это означало, что при распределении трофеев с ним не будут считаться, и он не может ни напрямую уйти с помощью «Телепортации», ни вернуть свой прежний облик или притвориться кем-то другим.</p><p>Выйдя в коридор, «Бард» увидел, как «Маленькие дьяволы» выбрались из теней и закружились в странном танце, празднуя успех.</p><p>Он не стал «общаться» с этими фаворитами моря, зная, что их уровень интеллекта примерно равен обычным собакам: их можно приучить и подгонять, но невозможно напрямую вести с ними диалог. Однако поразительно было то, что «Маленькие дьяволы» способны записывать и воспроизводить человеческую речь, пусть сами и не понимают её смысла, а также могут принимать сигналы от соратников, если обе стороны находятся в пределах ста метров.</p><p>«Маленькие дьяволы» точно так же не обратили внимания на «Барда», поскольку церемония Моления Морю увенчалась успехом, и, согласно предварительной договоренности, этот фальшивый «Морской Губернатор» мог спокойно уйти.</p><p>Выйдя из резиденции «Морского Губернатора», «Бард» обнаружил, что охранники у дверей вовсе не стояли на коленях, благодаря за Благословение, как «раньше», равно как и жители деревни Мило у пристани. За исключением единиц, от чистого сердца кричавших: «Церемония Моления Морю увенчалась успехом!», остальные лишь подхватывали пару возгласов за компанию, выражая радостное настроение, а куда больше им нравилось запускать праздничный салют.</p><p>И впрямь, то ранее был лишь сон, а реакция деревенских жителей во сне оказалась чересчур преувеличенной… Ведь, исходя из опыта прежних церемоний Моления Морю, только члены Рыболовной гильдии и немногие обладатели густой морской родословной могли ощутить сошествие морского Благословения, у прочих же обладателей морской крови не возникало никаких ощутимых физических чувств — лишь спустя некоторое время они постепенно замечали, что стали капельку сильнее, либо же изменения оказывались настолько ничтожными, что их и вовсе не удавалось распознать. Не будь это так, провал прошлогодней церемонии Моления Морю не получилось бы скрыть от горожан порта Санта, сохранив его в тайне лишь в узком кругу… «Бард», сопоставив окружающую обстановку, быстро установил истинную суть произошедшего с ним.</p><p>Он не осмелился расслабляться и не стал «снова» отправляться к пристани, чтобы полюбоваться тем, как одурачены деревенские жители, а сразу повернул на дорогу, ведущую к городской черте порта Санта.</p><p>Едва переступив границы древней деревни, «Бард» увидел вынырнувшего навстречу человека.</p><p>Рост этого человека превышал два с половиной метра; на нем была простая льняная мантия с капюшоном, а в руке он держал массивный магический посох.</p><p>«„Гэндальф“…» — сжавшись от испуга, выкрикнул «Бард».</p><p>Памятуя о недавнем сне и оказавшись теперь перехваченным, он решил, что разоблачен, а потому не стал разыгрывать никаких спектаклей.</p><p>Председатель «Исследовательского общества кудрявых павианов» «Гэндальф» на мгновение обомлел, а затем глухо расхохотался:</p><p>«Ты и впрямь фальшивый.»</p><p>Он… он не был уверен в моей личности? «Бард» вмиг застыл на месте, едва удерживаясь от желания дать себе пощечину.</p><p>…………</p><p>Внутри подводного корабля, в комнате, похожей на металлические пчелиные соты.</p><p>Господин K, дважды подряд упустив «Безумную», внезапно раздался в размерах, достигнув в высоту почти трех метров.</p><p>Благо сейчас на нем не было настоящей одежды, а алый плащ на поверхности тела состоял из его собственной плоти и крови, иначе даже самая просторная мантия из-за такого мгновенного роста разорвалась бы в клочья.</p><p>Вместе с тем кожа Господина K потемнела и потускнела, словно превратившись в тяжелый и твердый доспех, на его голове выросли изогнутые козлиные рога, покрытые зловещими узорами, а за спиной развернулась пара гигантских нетопыриных крыльев, объятых алым с синевой пламенем.</p><p>Вслед за этим вокруг распространился густой запах серы.</p><p>Будучи «Пастырем» 5-й Последовательности Пути «Молящего», Господин K обладал ключевой способностью под названием «Выпас»: она позволяла ему поглощать чужие души вместе с Потусторонними характеристиками или силами Благословения внутрь своего тела и заставлять их служить особым образом, точно пастырь, пасущий агнцев для Божества.</p><p>Каждый «Пастырь» может выгуливать не более семи душ одновременно, но повелевать в один момент способен лишь одной из них; находясь в этом состоянии, «Пастырь» может применять лишь собственные Потусторонние способности и три способности соответствующей души, выбранные им самим во время первого «Выпаса» и не подлежащие изменению после утверждения.</p><p>Самое жуткое в «Пастырях» — это возможность отправлять на «Выпас» духов полубожественного уровня: такой «Пастырь» вполне способен некоторое время сражаться со Святыми.</p><p>Господин K сейчас использует отправленного на «Выпас» «Дьявола»; в свое время он выбрал три способности: «Дьяволизацию», «Серные огненные шары» и «Магматический меч».</p><p>Причина, по которой он отказался от самого характерного для «Дьявола» «Предчувствия опасности», заключалась в том, что, по мнению Господина K, оно действовало лишь тогда, когда он повелевал духом «Дьявола», а постоянно держать «Выпас» активным в обычной жизни он не мог. К тому же, если случится действительно серьезная опасность, Бог дарует откровение, а если Бог его не даровал, значит, он сам сделал что-то не так и должен понести наказание.</p><p>Стоило паре гигантских нетопыриных крыльев за спиной Господина K расправиться, как вокруг соткались бледные голубые огненные шары — не менее десятка-двух.</p><p>Они без разбора устремились во все уголки этого металлического улья, создавая сплошную зону поражения, чтобы достать то и дело «Мерцающую» повсюду «Безумную».</p><p>Грохот!</p><p>Взрывы, смешанные с огнем и ядом, бушевали вокруг, раскалывая металлические соты и разрывая на части еще вынашиваемых черных букашек Батинса, «Маленьких дьяволов» и прочих существ.</p><p>«Безумная» остановилась еще тогда, когда «Серные огненные шары» только начали сгущаться.</p><p>На ней было алое платье, на лице мешались сгустки чистой плоти и крови, а в глазах проявилась иллюзорная, медленно перелистывающаяся книга, пока вокруг звучало смутное песнопение.</p><p>Она выхватила кинжал и резко опустилась на одно колено, вонзив клинок в металлический пол улья.</p><p>Поднялся свет, подобный утренней заре, сформировав вокруг нее почти невидимую стену.</p><p>Грохот!</p><p>Ударные волны от взрывов «Серных огненных шаров» и ядовитые бледные голубые огненные сферы волна за волной захлестывали невидимый барьер, заставляя его содрогаться, но тот продолжал стойко держаться.</p><p>Это была «Защита» 5-й Последовательности Пути «Воина».</p><p>— «Запись» — ключевая способность «Писца» 6-й Последовательности Пути «Ученика», позволяющая «Записывать» чужие способности для последующего применения, причем каждая запись используется лишь единожды; «Писцы» способны «Записать» даже Потусторонние способности с проявлением божественности, однако их число крайне мало, а вероятность успешной «Записи» чрезвычайно низка.</p><p>Когда взрывная волна улеглась, Господин K в алом плаще, подобный огромному дьяволу, в два шага приблизился к «Безумной», поднимая гигантский меч, сотворенный из алой магмы и бледного голубого пламени, и обрушил его вниз.</p><p>Почти невидимая стена вокруг «Безумной» больше не могла выдерживать напор и окончательно разлетелась вдребезги, а вместе с перелистыванием иллюзорной книги в ее глазах в руках этой не слишком высокой женщины появился тяжелый и острый «Клинок Рассвета».</p><p>С выражением полного азарта на лице она взмахнула вверх своим удерживаемым обеими руками световым мечом.</p><p>Дзинь!</p><p>Обладая лишь «Клинком Рассвета», но не имея телосложения и силы «Воина», «Безумная» от одного удара Господина K была отброшена назад.</p><p>Хотя Господин K и не ожидал, что противница, явно обделенная ближним боем, решит скрестить с ним оружие, темп сражения ничуть не сбился: сделав широкий шаг вперед, он снова обрушил магматический гигантский меч.</p><p>Пшик, и сраженная им «Безумная» внезапно истончилась, превратившись в бумажного человечка, охваченного серным огнем.</p><p>«Бумажные марионетки»!</p><p>«Безумная» возникла возле одной из разрушенных металлических сот, и иллюзорная книга в ее глазах снова перелистнула страницу.</p><p>Затем она распахнула руки, заставив чистый и величественный столб палящего света обрушиться с небес прямо на Господина K, только что разрубившего бумажного человечка.</p><p>«Святой свет» «Жреца света»!</p></section><section><title><p>Глава 591 Степень безумия</p></title><p>Глава 591 Степень безумия</p><p>Господин K мгновенно переключился на «выпасенную» душу «Мироходца», в его глазах сменялись иллюзорные слои, будто там скрывалась одна дверь за другой, ведущие в самые разные места.</p><p>Его силуэт едва успел поблекнуть, как его накрыл обвитый пламенем ослепительно-белый столб света.</p><p>В следующую секунду лишившийся состояния «Дьяволизации» Господин K появился в углу металлических сот, его тело оплавилось почти наполовину, и с него, подобно воску свечи, капала плоть и кровь.</p><p>Путь «Молящего» символизирует падение, и способности Пути «Солнца» сильно его сдерживают.</p><p>Эти сгустки полурасплавленной плоти и крови, упав на металлический пол, странным образом просочились внутрь и быстро поглотились тем самым «Космическим кораблем», о котором говорила «Безумная», да так, что Господин K, словно прижатый к месту невидимой гигантской рукой, никак не мог вытащить свое тело из’нутри' металлического пола, и сам весь постепенно погружался вниз.</p><p>Увидев это, «Безумная» блеснула серо-зелеными глазами и «Телепортировалась» поближе к Господину K.</p><p>Облик Господина K, с лица которого все еще стекали кроваво-восковые слезы, резко повернулся к «Безумной», в нем не было ни капли страха перед текущим положением, в его глазах читалась лишь цель, лишь эти металлические соты, сплошь пропитанные аурой Злого Бога.</p><p>Он сменил «выпасенную» душу на Потустороннего Пути «Судьи», и в глубине его мрачных глаз замерли готовые вырваться две молнии.</p><p>«Ментальный прокол!»</p><p>У «Безумной» не возникло и мысли «Телепортироваться» прочь, иллюзорная книга в ее глазах уже перелистывалась.</p><p>Она видела множество цветов и сияний на теле Господина K, а также заметила, какой именно луч и какой цвет изменялись, когда тот менял «выпасенную» душу.</p><p>С азартом на лице «Безумная» подняла правую руку, готовясь слегка повернуть ее по часовой стрелке, чтобы забрать намеченную цель.</p><p>«Кража»!</p><p>Это была способность, которую она «Записала» у «Барда».</p><p>Только что у нее возникла странная мысль: попробовать украсть у «Пастыря» способность «Выпас» и посмотреть, что тогда с ним произойдет.</p><p>Следует знать, что имеющаяся у нее сейчас «Кража» могла украсть лишь одну способность цели и не уносила с собой связанные с ней сущности, то есть, если она «Украдет» способность «Выпас», управляемые этим «Выпасом» души, черты и силы все равно останутся в теле Господина K.</p><p>Возникнет ли у «Пастыря» в таком состоянии внутренний конфликт, произойдет ли слияние черт, случится ли Утрата укрощения, подобная переходу на несмежные Пути?</p><p>При одной мысли о том, что может произойти, «Безумная» пришла в неописуемый восторг, и ради этого специально «Мгновенно переместилась» ближе к Господину K, вынуждая его сменить «выпасенную» душу, чтобы проследить, какой именно свет и какой цвет соответствуют «Выпасу».</p><p>Что же до ответных действий Господина K, а также того, увенчается ли «Кража» успехом и удастся ли украсть желаемую способность, ее это абсолютно не волновало.</p><p>Ты бей по-своему, я буду красть по-своему, а кто первым умрет — тот и проиграл!</p><p>Как раз в этот момент металлический пол, впитавший немало плоти и крови Господина K, внезапно задрожал, и одна из дверей, перекрывавших металлические соты, резко втянулась наверх, открыв проход, откуда смутно проглядывал серебристо-белый металлический зал.</p><p>Оттуда хлынула жуткая сила всасывания, и «Безумная», только собравшаяся опробовать «Кражу» способности «Выпас» у Господина K, не имея достаточного веса, взмыла в воздух и под пляску своих темно-золотистых волос со свистом устремилась к источнику аномалии.</p><p>Господин K по-прежнему оставался «заперт» на металлическом полу, и хотя его тело сильно накренилось и готово было в любой миг улететь, он, шатаясь, так и не сдвинулся с прежнего места.</p><p>На покрытом кровавыми восковыми слезами лице этого оракула «ордена Авроры» появилось выражение крайнего нетерпения.</p><p>Враг уходит!</p><p>Появился источник скверны Злого Бога!</p><p>Господин K снова переключился на духа, соответствующего «Дьяволу», создал огромный меч из алой магмы и бледных голубых языков пламени, и нанес удар прямо по собственному телу, прилипшему к металлическому полу.</p><p>Плоть ниже его голеней мгновенно отделилась от тела, и срез выглядел наполовину расплавленным, наполовину заново застывающим.</p><p>Пожертвовав той частью плоти, Господин K, заставляя обрубки извиваться и отращивать бледные, влажные, совершенно новые конечности, одновременно воспользовался жуткой силой всасывания, чтобы устремиться вслед за «Безумной» к источнику скверны.</p><p>Летя в воздухе, он увидел Люмиана в его замаскированном облике, который судорожно цеплялся руками за «дверной косяк», пытаясь противостоять жуткой тяге, а также увидел серебристо-белый полный доспех, стоявший неподвижно, словно сросшийся с полом.</p><p>«Безумная», стартовав позже, обогнала его и уже готова была «пролететь» мимо Люмиана.</p><p>Она взмахнула правой рукой в сторону этого врага и издала звук, похожий на «Привет».</p><p>На ее лице застыли азарт и предвкушение.</p><p>Зрачки Люмиана сузились, и, не обращая внимания на свое положение, он прямо-таки «хмыкнул».</p><p>Две белые струи света вырвались из его ноздрей; хотя он целил в «Безумную», рассчитывая упреждение, сам луч под воздействием этой одновременно реальной и мистической жуткой силы всасывания мгновенно изогнулся, сменил направление и «помчался» в глубину тоннеля.</p><p>В этот момент пальцы Люмиана, крепко впившиеся в серебристо-белый металлический «дверной косяк», сжались так сильно, что кожа вот-вот готова была лопнуть и закровоточить.</p><p>И смутно он ощутил, что далеко-далеко в глубине тоннеля находится огромное количество плоти, крови и перепонок, переплетенных вместе и образующих исполинскую сущность, похожую на птичье гнездо и грушу одновременно.</p><p>Она висела в воздухе, и от нее тянулись канаты из плоти и крови толщиной в две-три взрослые руки, покрытые прозрачной пленкой, соединяясь с далекими стенами, потолком над головой и металлическим полом.</p><p>Внутри этих канатов из плоти и крови струились крупицы звездного света и некая темная материя, вливаясь в огромную грушевидную сущность.</p><p>Похожая на гнездо грушевидная сущность сейчас сжималась внутрь, ее отдельные участки глубоко впадали, вырисовывая линии, способные образовать толстый диск.</p><p>Жуткая сила всасывания, способная одновременно влиять как на реальность, так и на мистическую сферу, исходила именно из этой грушевидной сущности, состоящей из перепонок, плоти и крови.</p><p>И как раз в это мгновение линии, вырисовывавшиеся на поверхности грушевидной сущности, резко содрогнулись, все впадины одновременно раздулись и стали выпячиваться наружу.</p><p>Вслед за этими изменениями из грушевидной сущности, сплетенной из плоти, крови и перепонок, выплеснулись крупицы звездного света, устремившись к каждому отсеку внутри космического корабля.</p><p>Это было похоже на две предыдущие вспышки силы моря, однако не настолько грандиозным и сокрушительным, способным снести любого, кто встанет на пути.</p><p>Люмиан уже мог себе представить, что именно из-за таких частых выбросов внутри этого серебристо-серого исполина скапливалась сила, способная угрожать печати, требуя год за годом «откачки и разрядки».</p><p>Стоило огромному количеству звездного света выплеснуться наружу, как жуткая сила всасывания исчезла.</p><p>Раздалось два глухих удара: «Безумная» и Господин K рухнули на пол — одна в тоннеле, ведущем к «птичьему гнезду» из плоти и крови, другой в серебристо-белом зале, где Люмиан сражался с «Ультраменом».</p><p>Люмиан разжал ладони, опустился на землю и быстро устремил взгляд на того самого ключевого члена «Дня дурака», на лице которого были сгустки чистейшей плоти и крови.</p><p>«Безумная» подпрыгнула и взволнованно сказала ему и Господину K:</p><p>«Видели, видели? Это зарождающееся божество, да, должно быть, божество!»</p><p>Хотя эмоциональный порыв «Безумной» был очень силен, Господин K не уловил в ее тоне ни капли благоговения.</p><p>Она говорила «божество» точно так же, как если бы сказала «очень могущественный и жуткий монстр», это был всего лишь способ описания.</p><p>В следующую секунду Люмиан появился за спиной «Безумной», а «Безумная» исчезла с места, «Мгновенно переместившись» еще ближе к тому месту, откуда выплескивался звездный свет.</p><p>Люмиан инстинктивно почувствовал опасность, и его сердце невольно забилось еще быстрее.</p><p>Ему не слишком хотелось идти вглубь этого тоннеля и приближаться к «птичьему гнезду» из плоти и крови, которое он только что смутно «видел»: там наверняка должно было произойти нечто невообразимо жуткое.</p><p>Но прямо сейчас «Безумная» бежала именно туда.</p><p>Позволить ей зайти глубже и таким образом покончить с жизнью? Мысли Люмиана стремительно пронеслись, и он на миг не смог принять решение.</p><p>Прошла еще секунда, и Господин K «Телепортировался» вперед него, устремившись вгонку за «Безумной».</p><p>В этот миг Люмиану, всегда считавшему себя отчасти безумным, невольно захотелось, чтобы двое впереди стали хоть немного нормальнее.</p><p>Выбор и поступки Господина K он на самом деле мог понять: пока человек фанатично верует в бога и доверяет ему, считая воплощение воли бога главной целью своей жизни, да еще и обладая долей фанатизма и крайности, он способен на подобные вещи, но поведение «Безумной» оказалось несколько за гранью его ожиданий.</p><p>Судя по показаниям «У меня есть друг» и прежнему поведению «Безумной», Люмиан не замечал у нее признаков фанатичной преданности тому Небесному Достопочтенному; к тому же из-за противостояния Небесного Достопочтенного и господина «Шута» она не могла постоянно рассчитывать на покровительство.</p><p>Из-за этого у Люмиана возник вопрос:</p><p>Если «Безумная» всегда ведет себя так — лезет туда, где опаснее, и ищет то, что поострее, — то как она дожила до сегодняшнего дня?</p><p>«День дурака» — это не «орден Авроры», у них нет строгой иерархии и взаимного сотрудничества, большую часть времени они находятся в разных местах и не поддерживают тесных связей, поэтому они никак не могли с самого начала опекать «Безумную», позволяя ей благополучно расти в таком психическом состоянии.</p><p>«Неужели раньше „У меня есть друг“ отвечал за лечение психического заболевания и психологических проблем „Безумной“, а когда я его убил, проблемы „Безумной“ постепенно обострились? Но разве они не могли найти еще одного „Психиатра“?» Люмиан быстро нашел вполне разумное объяснение, однако, помня, как «Безумная» вела себя только что на праздничном корабле с гирляндами, он снова почувствовал, что ее текущее состояние за гранью нормы:</p><p>На праздничном корабле с гирляндами, перед лицом силы моря, готовой вырваться из энергетического канала, «Безумная», хотя и была точно так же полна предвкушения, азарта и жажды острых ощущений, в тот момент имела путь к отступлению: пока она не тянула до последней секунды, она вполне могла «Телепортироваться» прочь, а значит, на самом деле не рисковала, ступая на верную смерть.</p><p>А сейчас сущность в глубине тоннеля заставляла даже Люмиана с его высоким фальшивым Статусом интуитивно испытывать тревогу и видеть в этом почти неизбежный смертельный исход, а «Безумная» все равно пыталась подобраться ближе!</p><p>«Неужели у нее есть причина, по которой она обязана соприкоснуться с той сущностью?» Сердце Люмиана екнуло: он заподозрил, что поступок «Безумной» мог быть устроен тем Небесным Достопочтенным, который внушил «Безумной» уверенность, будто она сможет столкнуться с острыми ощущениями и вовремя сбежать.</p><p>Нельзя позволить ей и тому Небесному Достопочтенному добиться своего… К тому же убрать ее своими руками привлекает меня куда больше, чем смотреть, как ее поглотит та опасная сущность… Глаза Люмиана слегка сузились, и он попытался «Телепортироваться» вперед, чтобы догнать «Безумную».</p><p>Однако рассчитывать помешать «Мироходцу» добраться куда-либо только таким способом было заведомо невозможно, да и сам Люмиан не желал по-настоящему приближаться к «птичьему гнезду» из плоти и крови в глубине тоннеля.</p><p>Внезапно его осенило:</p><p>Отторжение этого странного строения к чужакам, похоже, уже исчезло, а Лато Жиаро, обладавший чистой кровью моря, тоже мертв — не попробовать ли мне получить временный авторитет «Морского Губернатора», чтобы остановить «Безумную»?</p><p>Не откладывая дело в долгий ящик, Люмиан приступил к попытке.</p><p>Он пробудил заключенную в себе силу моря, заставляя свое астральное тело слиться с ней и стремительно распространиться наружу.</p></section><section><title><p>Глава 592 То, что внутри гнезда</p></title><p>Глава 592 То, что внутри гнезда</p><p>После того как астральное тело вслед за силой моря устремилось наружу, Люмиан тут же ощутил существование самой этой «акватории».</p><p>Это был океан не в буквальном смысле, а иллюзорное море, сотворенное из сияющего звездного света, в самом центре которого находилась проекция серебристо-серого исполина.</p><p>Люмиан направил свое астральное тело, скрепленное достаточным количеством силы моря, вперед, и оно слилось с этой призрачной тенью.</p><p>В его груди слева мгновенно вспыхнул жар, и он смутно почувствовал, будто получил некое признание.</p><p>Его разум начал безгранично расширяться, беря под контроль то иллюзорное, подобное сну море.</p><p>В процессе этого он увидел призрачную тень Хуана Оро, увидел призрачную тень «Ультрамена» Лато Жиаро, увидел множественные абсолютно незнакомые силуэты.</p><p>Те, кто вернулся в «море»? Кажется, все они превратились в капли воды в этом «море»… Люмиан отвел взгляд от Хуана Оро с радостным лицом и Лато Жиаро с гримасой боли, отвел его от иллюзорного моря и устремил в глубину туннеля впереди, прямо на неглубокое расстояние увидев «Безумную».</p><p>Внутри серебристо-серого исполина находились вынашиваемое в «птичьем гнезде» из плоти и крови существо, а также такие инопланетные создания, как черная букашка Батинса и «Маленький дьявол», а значит, здесь неизбежно существовал мир духов. Вот только здешний мир духов был совершенно отрезан от внешнего, поэтому находившиеся здесь Потусторонние, умевшие призывать существ мира духов на помощь, лишались своей главной опоры, тогда как «Телепортация», осуществляемая с помощью мира духов, могла использоваться относительно нормально. Разве что выбраться напрямую было нельзя — покинуть место удавалось лишь через Энергетический канал на выходе либо самостоятельно пробив внешнюю преграду и соединив внутренний и внешний миры духов.</p><p>В то же время, чем ближе к местонахождению «птичьего гнезда» из плоти и крови, тем более специфическим становился здешний мир духов — словно воздух постепенно густел, пока не превращался в твердь, препятствуя приближению «птиц».</p><p>Такая обстановка в сочетании с тем, что она пока воочию не увидела «птичье гнездо» из плоти и крови и не могла применить ориентирование по принципу «что вижу, то и получаю», не позволяла «Безумной» «Телепортироваться» напрямую. Ей оставалось лишь перемещаться отрезок за отрезком с помощью «Вспышки», нисколько не экономя собственную духовность.</p><p>Зафиксировав «Безумную» и область перед ней, Люмиан резко вытянул правую руку и сжал ее в кулак.</p><p>Воздух вокруг «Безумной» в мгновение ока стал тяжелым, будто обрел плоть, что вызвало изгиб иллюзорного занавеса, сжав соответствующую область внутри темного прозрачного «шара».</p><p>Силуэт «Безумной» снова исчез, но необоримая сила, искривившая эту область, тут же выдернула ее обратно и заставила рухнуть вниз.</p><p>Мир духов внутри «шара» и мир духов внутри серебристо-серого исполина под действием власти «Морского Губернатора» тоже оказались разделены!</p><p>Разумеется, этому способствовала и особая здешняя обстановка. Будь это во внешнем мире, с нынешним уровнем Люмиана и подвластной ему силой моря было бы трудно полностью изолировать область от бескрайнего и реального мира духов — пришлось бы задействовать «Звёздную пустоту», оставив путь для отступления и дверь-выход, а затем спрятав их, что легко сдерживалось бы способностями «Мироходца».</p><p>«Безумная» совершила еще одну «Вспышку», но так и не смогла вырваться из темного «шара».</p><p>Она замерла на месте и принялась всерьез размышлять, нет ли среди ее способности «Запись» и имеющихся при себе предметов чего-то, способного разрешить текущее затруднение.</p><p>Видя это, Люмиан проникся невольной тоской по уровню полубога.</p><p>Всего лишь временные полномочия «Морского Губернатора», всего лишь фальшивый полубог, не способный противостоять даже одному заклинанию полубога «Золушки», — а уже заставил столь активную прежде «Безумную», которую даже Господин K не мог быстро подчинить, угодить в ловушку, из которой трудно выпутаться.</p><p>«Безумная» смотрела вглубь металлического туннеля, ведущего к «птичьему гнезду» из плоти и крови, и на ее лице отражались нескрываемые нетерпение, ожидание и азарт.</p><p>Она была крайне недовольна тем, что оказалась заперта здесь и не могла добраться до цели, и жаждала вырваться наружу.</p><p>'Скорее туда, скорее туда!</p><p>«Я хочу туда!»</p><p>«Безумная» чувствовала, как голос вожделения в ее душе становится все громче, превращаясь в почти осязаемое желание.</p><p>И это желание билось в ее грудную клетку, стремясь разорвать путы, действовать самостоятельно и вырваться из плена.</p><p>Господин K, заранее переключившийся на душу «Мироходца», нагнал их и увидел «Безумную».</p><p>Не раздумывая о том, что происходит, он позволил иллюзорному фолианту возникнуть в своих темных глазах.</p><p>Фолиант спроецировался перед Господином K и, быстро перелистывая страницы, тихо запел:</p><p>«Я пришел, я увидел, я записал.»</p><p>В мгновение ока Господин K превратился в полугиганта высотой в два-три метра, облаченного в холодную черную броню и держащего в руках массивный, глубокого темного цвета прямой двуручный меч.</p><p>Завершив Выпас «Мироходца», он выбрал три Потусторонние способности: «Вспышку», «Запись» и «Врата Мироходца» — последние также называли «Телепортацией» или «Путешествием». А благодаря «Записи» он запечатлел у одного из Святых ордена Авроры эту способность, обладающую божественным влиянием. Пусть ее эффект составлял лишь половину от оригинала, для расправы над «Безумной», еще не шагнувшей за порог божественности, этого вполне хватало.</p><p>Господин K сделал широкий шаг и обрушил вниз тот глубокого темного цвета прямой двуручный меч.</p><p>И именно в этот миг ощущение того, как желание бьется в грудную клетку «Безумной», достигло своего предела.</p><p>Затем ее пронзила острая боль.</p><p>Ей даже не потребовалось опускать голову — одним лишь периферическим зрением она увидела, как плоть на ее груди разрывается дюйм за дюймом, а белоснежные кости переламываются одна за другой. Клочья серовато-белого тумана в перемешку с частью плоти вырвались наружу, приняв подобный ей человеческий облик, и в то же мгновение выскочили из созданного Люмианом темного «шара», устремившись вглубь металлического туннеля.</p><p>Да не спеши ты так уходить! Видя это, «Безумная» не только не испугалась, но, напротив, выглядела восторженной, с легкой примесью сожаления.</p><p>Пшик!</p><p>Темный двуручный меч Господина K рассек темный шар и по диагонали разрубил «Безумную» надвое.</p><p>Надев кольцо с магией плоти и крови, «Безумная» не погибла мгновенно. Плоть ее рассеченного надвое тела зашевелилась, пытаясь снова срастись воедино, однако все усилия уничтожались глубоким мраком, оставленным мечом, и плоть не могла заново установить связь.</p><p>«Давай, давай…» «Безумная» с относительно уцелевшей головой пыталась помочь своему телу, но вскоре почувствовала угасание души.</p><p>Поле ее зрения мгновенно померкло, и две неравные половины тела с глухим стуком рухнули на землю.</p><p>Ни Господин K, ни Люмиан больше не обращали внимания на эту ключевую участницу «Дня дурака», сосредоточив все внимание на серовато-белой фигуре, стремительно несшейся вглубь металлического туннеля.</p><p>Она состояла наполовину из тумана, наполовину из плоти, являясь одновременно реальной и иллюзорной.</p><p>Временный «Морской Губернатор» Люмиан снова зафиксировал цель и окружающую область, намереваясь задействовать всю силу моря, которую он только мог мобилизовать.</p><p>В этот момент серовато-белая фигура сама повалилась и рухнула на землю.</p><p>Плоть и кровь, изначально принадлежавшие «Безумной», мгновенно просочились сквозь металлический пол, и серовато-белый туман, судя по всему, тоже вот-вот должен был быть поглощен.</p><p>Внезапно весь туннель содрогнулся, и Люмиан снова «увидел» то грушеподобное нечто, состоящее из плоти, крови и кожных мембран.</p><p>Мембрана из плоти на его поверхности вновь вогнулась внутрь, очертив дискообразный контур.</p><p>Вслед за этим вырвалась жуткая сила всасывания, и как Люмиан, являвшийся временным «Морским Губернатором», так и Господин K невольно взмыли в воздух, полетев вглубь металлического туннеля, словно невидимая рука схватила их и потащила к самому центру серебристо-серого исполина.</p><p>Разрубленный надвое труп «Безумной» и находящиеся при ней предметы точно так же взмыли в воздух, устремившись к той цели, к которой она жаждала попасть при жизни, будто уносимые бурным потоком.</p><p>Человеческий силуэт, очерченный серовато-белым туманом, еще глубже просочился в металлический пол, и часть его была поглощена.</p><p>В этот момент Люмиан в качестве «Морского Губернатора» с помощью временно обретенной власти куда отчетливее, чем прежде, «увидел» обстановку у «птичьего гнезда» из плоти и крови в глубине металлического туннеля:</p><p>Плоть, кровь и мембрана этого грушеподобного объекта вогнулись еще сильнее, а точки звездного света и темная материя, передававшиеся по окружающим канатам из плоти, устремились вперед с еще большей скоростью.</p><p>Сквозь натянутые до предела мембрану, плоть и кровь Люмиан смутно «ощутил» то, что вынашивалось внутри грушеподобного объекта.</p><p>Это был непроглядно-черный водоворот, способный поглотить любые цвета и любой свет. Водоворот был невелик, а вокруг него сформировался дискообразный внешний край.</p><p>Это… Люмиан инстинктивно вспомнил кое-какие научные понятия и соответствующие упрощенные примеры, о которых ему когда-то рассказывала сестра Аврора, и подобрал термин, наиболее подходящий к увиденному им сейчас:</p><p>Черная дыра!</p><p>«Предок семьи Авраам и Амон запечатали черную дыру? Черную дыру, которая еще не сформировалась окончательно и все еще вынашивается в лоне оккультизма? И жители порта Санта приносили жертвы вот этой штуковине?» — в изумлении Люмиана мелькнуло множество мыслей, вызвав нелепое ощущение, будто происходящее не поддается законам ни науки, ни оккультизма.</p><p>В то же время он чувствовал, что эта штука в форме «черной дыры», похоже, связывала с совершенно иным местом, откуда глубокая, тяжелая, плотнейшая, жуткая и величественная аура взирала свысока на этот мир.</p><p>Раздался гул, и Люмиан едва не лишился чувств — не только его тело влекла к себе туша «птичьего гнезда» из плоти и крови, но даже мысли, духовное тело и судьба приближались к тому направлению.</p><p>Господин K переживал то же самое.</p><p>Они двигались один за другим, а между ними в воздухе парили обрубки тела «Безумной» и несколько предметов.</p><p>Снаружи серебристо-серого исполина Франка и остальные тоже ощутили исходящую со дна моря страшную силу всасывания, с чувством, будто то место превратилось в центр гигантского водоворота, способного затянуть в себя все вокруг.</p><p>Плеск!</p><p>Подобные горам лазурные исполинские волны и подобные стенкам колодца изумрудно-зеленые морские воды с грохотом обрушились, устремляясь ко дну моря.</p><p>Внезапно с высокой вышины устремились вниз капли сияющего звездного света.</p><p>Там возникла мисс «Фокусник», облаченная в глубокого черного цвета мантию Колдуна, на которой были вышиты одна за другой мерцающие серебром звезды.</p><p>Эта обладательница карты Старших Арканов направила правую руку на серебристо-серый исполин на дне моря, а ее силуэт находился в состоянии суперпозиции — словно она была одновременно и здесь, и не здесь, делаясь то четкой, то размытой.</p><p>Каждая из тех сияющих крупиц звездного света превратилась в иллюзорные врата и вслед за утягивающей силой «растворилась» внутри серебристо-серого исполина.</p></section><section><title><p>Глава 593 Правда о печати</p></title><p>Глава 593 Правда о печати</p><p>На поверхности серебристо-серого исполина разверзлись слои иллюзорных дверей, и каждая из них делала воздух над этой акваторией ещё более тёмным, добавляя ему крупицу звёздного сияния.</p><p>Это была изначально существовавшая печать, активированная госпожой «Фокусником», и она больше не находилась в упадке из-за изменений звёздного неба.</p><p>Хлопья звёздного света опадали вниз, латая временно повреждённые части печати.</p><p>Внутри серебристо-серого исполина серые туманные силуэты, составлявшие человеческий облик «Безумной», почти наполовину впитались в металлический пол и, казалось, вот-вот осядут ещё ниже.</p><p>В этот самый миг стены, пол и потолок вокруг засияли просачивающимся звёздным светом, формируя одну за другой сияющие двери самых разных форм. Они принесли с собой искривление пустоты, заблокировали воздействие жуткого притяжения и вытолкнули серовато-белый туман наружу.</p><p>Внезапно Лумиан почувствовал, что жуткое притяжение, исходившее из глубин металлического туннеля, исчезло.</p><p>Он «увидел», как вдавленное до предела «птичье гнездо» из плоти и крови вновь расширилось, извергая огромное количество сияющего звёздного света,</p><p>которое бурным потоком устремилось в самые разные уголки серебристо-серого исполина, точно прорвавшая дамбу вода.</p><p>Лумиан, Господин K, труп «Безумной» и остальные предметы словно закачались на морских волнах: их то выбрасывало вперёд, то толкало назад, и они подвергались разъеданию силой моря.</p><p>А тот серовато-белый призрак, лишённый плоти и материального тела, поколебался в бурном звёздном свете, становился всё более блёклым, пока окончательно не рассеялся и не исчез без следа.</p><p>На этот раз «сила моря» не хлынула с морского дна, поскольку Энергетический канал уже был перерезан госпожой «Фокусником», а печать снова сомкнулась и укрепилась.</p><p>Казавшаяся то иллюзорной, то реальной госпожа «Фокусник» подняла правую руку и указала на украшенное цветами праздничное судно и парусник, а в её глазах отразились соответствующие картины.</p><p>Оба судна, несшие «Хелу», Франку, полубога «Золушку», человекоподобный запечатанный артефакт, «Морских Служанок», оставшихся заместителей помощника жреца и моряков, внезапно исчезли из впадины на морском дне и мгновенно возникли на залитой солнцем, спокойной лазурной поверхности моря за пределами печати.</p><p>Плеск! Подобные горам лазурные исполинские волны и подобные стенкам колодца изумрудно-зелёные морские воды с грохотом обрушились, заполнив ту впадину на морском дне.</p><p>Вслед за этим в глазах госпожи «Фокусника» отразились Лумиан, Господин K, труп «Безумной», «Доспех Гордыни» и прочие предметы.</p><p>Едва она собралась переместить их из серебристо-серого исполина, как Лумиан, всё ещё носящий кастеты «Истязание», внезапно ощутил, как из того иного места, с которым было связано похожее на Чёрную дыру образование внутри «птичьего гнезда» из плоти и крови, на него «взглянула» тяжёлая, невероятно плотная, жуткая и ослепительная аура.</p><p>Хруст, хруст… Лумиан услышал, как ломаются его собственные кости.</p><p>Его череп втягивался внутрь, его рёбра ломались одно за другим, а его плоть и кровь сжимались слой за слоем.</p><p>Высвободив силу Накопления «Аскета» и став выше ростом, он мгновенно сжался, сделавшись низким, тонким и невероятно плотным.</p><p>Неземная боль лишь секунду спустя дошла до его сознания, и его мозг тоже начал пассивно сжиматься.</p><p>Прошла ещё секунда, и Лумиан освободился от того взгляда, повиснув в постепенно успокаивающемся воздухе.</p><p>Перед госпожой «Фокусником» стремительно листалась иллюзорная книга, и тусклый свет, переполненный густой аурой жизни, пролился на тело Лумиана, заставляя сломанные кости срастаться, а сжатую плоть и кровь — стремительно расти, спасая его от грани смерти.</p><p>Затем эта дама бросила Лумиану кольцо «Безумной» из розового золота с алым рубином, позволив ему самому провести Рекомбинацию плоти и крови и вернуть прежний облик, переставая быть низким, тощим и тяжёлым странным человеком.</p><p>В то же время, порт Санта.</p><p>Силуэт «Локи» поблёк, входя в мир духов, и он собирался «телепортироваться» прочь.</p><p>Однако перед ним возник мрачный, невидимый барьер, мгновенно преградивший ему путь.</p><p>Зрачки «Локи» расширились, когда он обнаружил, что незаметно для самого себя оказался заперт внутри тёмной прозрачной «сферы», словно сотворённой из искривлённой пустоты: отовсюду его окружали «стены», а где пряталась дверь — было неизвестно.</p><p>Высоко вверху, подле семи чистых свечений мира духов, парила госпожа «Фокусник», облачённая в мантия Колдуна с глубоким чёрным фоном, украшенным звёздами.</p><p>В её глазах отражался силуэт «Локи», а перед ней стремительно листалась иллюзорная книга.</p><p>Она выждала до самого последнего мгновения перед тем, как явиться сюда, именно для того, чтобы «Локи» не получил предупреждения от того Небесного Достопочтенного и у неё появился шанс захватить его живьём.</p><p>Едва «Локи» осознал своё положение, как уголки его губ искривились, и он заулыбался невероятно наигранно.</p><p>Грохот!</p><p>Его тело взорвалось изнутри наружу, словно в его плоти заранее была заложена подконтрольная ему бомба.</p><p>«Локи» странным образом успешно покончил с собой: плоть и кровь разлетелись во все стороны, а аура угасла.</p><p>Госпожа «Фокусник» тут же сняла блокаду той области, ощущая и улавливая сведения, оставленные «Локи» в мире духов.</p><p>— Мир духов — это место схождения всех сведений; во многих случаях суть «гадания» заключается именно в получении откровений из мира духов, а такое событие, как «воскрешение», неизбежно оставляет соответствующие сведения в мире духов.</p><p>Пока удаётся вовремя отыскать нужные сведения, госпожа «Фокусник» может проследить путь до места воскрешения «Локи» и вычислить тот древний замок из записей «Тайного ордена».</p><p>Вскоре госпожа «Фокусник» добилась успеха.</p><p>Её силуэт исчез в вышине «мира духов», проносясь сквозь бескрайний сумрак, наполненный символическими знаками.</p><p>В следующую секунду перед её глазами возникли огромные клубы серовато-белого тумана.</p><p>«Фокусник» остановилась, всматриваясь в этот серовато-белый туман, которому, казалось, не было конца и края.</p><p>…………</p><p>Под застывшим тёмным небом, на лазурном море без единой волны.</p><p>С помощью кольца «Безумной» с алым рубином Лумиан вернул свои внутренности, плоть, кровь и кости в прежнее состояние.</p><p>Ступая по почти осязаемому штормовому ветру, Лумиан, снимая то кольцо, позволявшее использовать магию плоти и крови, взволнованно спросил госпожу «Фокуснику»:</p><p>«Как дела на двух других сторонах?»</p><p>Говоря это, он почувствовал, что от госпожи «Фокусника» исходит странное, труднозаметное ощущение мерцания.</p><p>«Фокусник» слегка улыбнулась:</p><p>'«Локи» я только что убила, но не смогла помешать его воскрешению, как не смогла и воспользоваться случаем, чтобы найти его древний замок;</p><p>«„Барда“ схватил тот „Гэндальф“, которого ты намеренно отправил в деревню Мило, живым.»</p><p>Фу-ух… Лумиан инстинктивно перевёл дух.</p><p>Хотя «Локи» и не удалось схватить, но истощить одно его «воскрешение» — это тоже можно было считать достижением намеченной цели.</p><p>К тому же на этот раз «Ультрамен» и «Безумная» были окончательно убиты, а «Бард» схвачен живьём — таких результатов было более чем достаточно.</p><p>— Лумиан с самого начала не был уверен, кем именно является «Бард», и даже не знал, участвовал ли тот в этой операции во время церемонии Моления Морю; у него имелось лишь несколько подозреваемых, среди которых были фальшивый «Морской Губернатор» и внук Хуана Оро Фернандес, а поскольку большинство подозреваемых находились в деревне Мило, он попросил Гэндальфа затаиться там и вести пристальное наблюдение.</p><p>Госпожа «Фокусник» продолжила:</p><p>«Остальных присутствующих я переместила за пределы этой акватории, того Господина K из „Ордена Авроры“ я вернула в съёмную комнату в порту Санта, а труп и вещи „Безумной“ дрейфуют здесь.»</p><p>Обладательница этой карты Старших Арканов раскрыла ладонь: та потемнела, словно образуя небольшой коробок, внутри которого две половины трупа Безумной и прочие предметы «уменьшились» до размеров комаров и медленно плавали, будто находились в совсем ином мире.</p><p>Лумиан опешил, посмотрел на дно лазурного моря и спросил:</p><p>«Закончилось?»</p><p>Он-то думал, что в итоге удастся взять под контроль того серебристо-серого исполина.</p><p>«А как иначе? То, с чем в своё время не смогли до конца разобраться два Короля Ангелов, на чём наш „Клуб Таро“ мог бы унести? Разве что господин „Шут“ уже пробудился.» Госпожа «Фокусник» ответила забавным тоном.</p><p>Лумиан вспомнил то, что находилось внутри «птичьего гнезда» из плоти и крови, и согласно кивнул.</p><p>Он озадаченно спросил:</p><p>'На дне моря действительно запечатана Чёрная дыра?</p><p>«Э-э… а вы знаете, что такое Чёрная дыра?»</p><p>«Знаю.» Госпожа «Фокусник» слегка усмехнулась: «А ещё я знаю, что та серебристо-серая штука — это Космический корабль.»</p><p>Космический корабль… Лумиан был поражён.</p><p>Но, подумав ещё немного, он понял, что тот серебристо-серый исполин действительно очень похож на космические корабли из некоторых сказок на ночь, которые рассказывала его сестра!</p><p>И госпожа «Фокусник» не только знает, что такое космический корабль, но и понимает концепцию Чёрной дыры!</p><p>Нельзя недооценивать высоких сущностей, ведь знания, опережающие эпоху и принадлежащие преходцам, им вовсе не чужды… — от всего сердца вздохнул Лумиан.</p><p>В этот момент он заметил, что то странное ощущение мерцания у госпожи «Фокусника» исчезло.</p><p>Обладательница этой карты Старших Арканов посмотрела на морское дно и произнесла:</p><p>'Это формирующаяся Чёрная дыра, лично созданная неким Злым Богом; она будет непрерывно поглощать окружающую материю и энергию, разрастаясь и превращаясь в конце концов в настоящую Чёрную дыру.</p><p>'В Четвёртую Эпоху тот Злой Бог, должно быть, воспользовался случаем и через тот Космический корабль на дне моря переправил зародившуюся Чёрную дыру, надеясь, что она быстро вырастет и в итоге разорвёт и поглотит нашу планету, из-за чего барьер лишится опоры и разрушится раньше времени. В подобной ситуации истинные боги и ангелы смогли бы сбежать заранее, однако без защиты барьера никто не знает, с чем им пришлось бы столкнуться в дальнейшем.</p><p>«К счастью, мистер 'Дверь» и Амон вовремя всё обнаружили и приняли меры, но уничтожить ту уже начавшую развиваться Чёрную дыру не смогли. Любые попытки разрушить её или лишить стабильности лишь заставили бы её разрастаться ещё сильнее, поэтому единственный способ — запечатать её и ждать, пока она, раз за разом извергая звёздное сияние, сама не ослабнет и не угаснет окончательно.</p><p>«Разумеется, можно было бы переместить её вместе с тем Космическим кораблем в звездное пространство и выбросить в безлюдные земли, но это означало бы, что господину „Дверь“ тоже пришлось бы покинуть барьер и сопровождать процесс на всём пути, дабы избежать непредвиденных обстоятельств. К тому же она всё время находилась под пристальным взором той сущности, и та даже периодически восполняла её энергию через их взаимную связь, так что степень опасности можете представить сами.»</p><p>Вот оно что… Лумиан наконец понял, почему тогда избрали именно опечатывание, а не уничтожение.</p><p>С некоторой любознательностью он повторил одно из названий:</p><p>«мистер „Дверь“?»</p><p>Это звучит очень похоже на господина «Шута».</p></section><section><title><p>Глава 594 Разница в информации</p></title><p>Глава 594 Разница в информации</p><p>Услышав вопрос Лумиана, госпожа «Фокусник» заговорила с еще большей долей размышлений в голосе:</p><p>«„Мистер 'Дверь“ — предок семьи Авраам, герцог, занимавший первое место среди пяти великих дворян империи Тюдоров. В свое время именно Он запечатал этот космический корабль, а Амон отвечал за разработку ритуала, чтобы периодически красть силу, извергаемую черной дырой, снижая давление от естественного увядания печати и ускоряя гибель черной дыры.»</p><p>Ранг выше, чем у Амона… В империи Тюдоров мистер «Дверь» уступал лишь «Кровавому Императору»? Лумиан слушал чрезвычайно внимательно.</p><p>В этот момент госпожа «Фокусник» тихо вздохнула:</p><p>«В некотором смысле мистер „Дверь“ тоже может считаться моим наставником.»</p><p>Наставником? Ваш наставник — Король Ангелов Четвертой Эпохи, великий дворянин номер один в империи Тюдоров? Это же фигура давности в одну-две тысячи лет… Лумиан не ожидал, что у госпожи «Фокусника» окажется столь глубокое прошлое.</p><p>Неудивительно, что она смогла стать «Ангелом Звезд» подле престола господина «Шута», неудивительно, что она — обладательница карты Старших Арканов в «Клубе Таро»!</p><p>Госпожа «Фокусник» мельком взглянула на Лумиана и слегка насмешливым тоном произнесла:</p><p>«Действительно, именно мистер „Дверь“ направлял и „поторапливал“ меня шаг за шагом продвигаться по Божественному Пути, но только вовсе не так, как ты себе воображаешь, и ничего хорошего в том не было.»</p><p>Ничего хорошего… Лумиан сначала опешил, но затем кое-что понял.</p><p>Сопоставив это с собственным опытом, он сделал предположение:</p><p>Госпожа «Фокусник» когда-то подверглась осквернению, исходившему от мистера «Дверь», и получила помощь господина «Шута», из-за чего и вступила в Клуб Таро?</p><p>Но судя по словам госпожи «Фокусника», позже она примирилась с мистером «Дверь»? Иначе не стала бы говорить, что тот может считаться ее наставником… Как странно, неправдоподобно, совсем как если бы я в будущем сказал кому-то, что Ангел Неизбежности Термиборос тоже может считаться моим наставником… Лумиан побурчал про себя пару фраз и искушающе спросил:</p><p>«„Мистер 'Дверь“ все еще проявляет активность на земле?»</p><p>Так же полон жизни и энергии, как и Его соратник Амон?</p><p>Госпожа «Фокусник» качнула головой:</p><p>«Он уже пал.»</p><p>Вот как… Лумиан снова перевел взгляд на глубокую морскую гладь, чье дно было не разглядеть:</p><p>'«Цель 'Дня дурака» — заполучить тот космический корабль?</p><p>«Но они вовсе не выглядят так, будто знают, что внутри запечатана зреющая черная дыра…»</p><p>Это же жуткая вещь, с которой даже истинный бог не способен справиться окончательно. Стоит ей вырваться из печати и развиться некоторое время, как она сожмет и затянет в себя все вокруг. На каком основании ключевые члены «Дня дурака», даже не достигшие уровня полубога, считают, что способны с этим столкнуться и им нечего бояться?</p><p>Рассчитывают подавить ее с помощью того космического корабля? Вряд ли выйдет. Подобное под силу удержать под контролем лишь Злому богу, создавшему эту черную дыру, или сущности уровня господина «Шута»…</p><p>«Безумная» и вовсе считает, что там запечатан зреющий бог или монстр сопоставимого статуса…</p><p>Подумав об этом, Лумиан почувствовал, как ёкнуло сердце, и глухим голосом спросил:</p><p>'«Тех нескольких ключевых членов 'Дня дурака» ввели в заблуждение? Цель того Небесного Достопочтенного — высвободить черную дыру и заранее устроить катастрофу конца света?</p><p>«И пока Потусторонний, подвергшийся Его осквернению, входит внутрь космического корабля, у Него появляется шанс добиться своей цели?»</p><p>Это и впрямь ни во что не ставить жизни «Ультрамена», «Безумной», «Барда» и «Локи»…</p><p>Впрочем, таков уж стиль действий «Дня дурака» — они точно так же ни во что не ставят чужие жизни!</p><p>Лумиану вдруг захотелось рассмеяться, и его настроение, и без того удовлетворенное расправой над «Ультраменом» и «Безумной», стало еще более радостным.</p><p>Госпожа «Фокусник» слегка кивнула:</p><p>«Если бы ты не задействовал все ресурсы и не разрешил это дело сокрушительной, абсолютной силой, если бы я опоздала всего на какие-то десять-двадцать секунд, и серо-белая дымка, вырвавшаяся из тела „Безумной“, полностью просочилась в тот космический корабль, то результат мог бы оказаться совершенно иным, и мы бы не смогли вот так непринужденно беседовать об этом здесь.»</p><p>Лумиан мысленно восстановил ход событий и задумчиво, словно говоря сам с собой, произнес:</p><p>«„Если бы я не получил временный авторитет 'Морского Губернатора“ и не ограничил „телепортацию“ „Безумной“, она с высокой вероятностью до Вашего прихода успела бы по-настоящему приблизиться к плотскому „птичьему гнезду“, взращивающему черную дыру, а не выделять фигуру из серо-белой дымки в попытке проникнуть в космический корабль. В таком случае ситуация, пожалуй, стала бы еще сквернее и даже неуправляемой…»</p><p>А причиной, по которой он смог обрести временный авторитет «Морского Губернатора», было то, что с помощью «Лжи» он украл часть силы океана, сумев войти в резонанс с этой «акваторией», и сам при этом обладал крайне высоким фальшивым статусом.</p><p>А причиной, по которой он смог с помощью «Лжи» украсть часть силы океана, было то, что когда этот мистический артефакт Пути «Провидца» поместили на алтарь «Почитания предков» в деревне Мило, тот получил дарование силы «Кражи» высокого статуса.</p><p>А тот алтарь смог даровать предмету силу «Кражи» высокого статуса потому, что был возведен Амоном… Возведен Амоном…</p><p>Мысли Лумиана внезапно прояснились, и он примерно понял, что не только они с товарищами рушили замыслы «Дня дурака», но и в тени находилось высокопоставленное существо, не желавшее видеть, как тот Небесный Достопочтенный добивается своего!</p><p>Госпожа «Фокусник» рассмеялась:</p><p>'«Догадался? Увидев 'Ложь», обретшую силу «Кражи», я сразу поняла, в чем дело.</p><p>«Я некоторое время назад вглядывалась в тот алтарь в недрах деревни Мило и убедилась, что его назначение — собирать духовность почитателей, накапливая достаточно силы для дарования способности 'Кражи». Но с населением деревни Мило и количеством обладателей крови моря даровать «Кражу» можно лишь раз в год, каждый раз на срок не более полумесяца, да и воспользоваться ею можно от силы один-два раза.</p><p>«„Сила же, наложившаяся на 'Ложь“, куда как гуще этого.»</p><p>Лумиан слегка нахмурился:</p><p>«„Вы хотите сказать, что 'Кражу“ на „Ложь“ напрямую даровал Амон?»</p><p>Подобное предположение снова вызвало у него ощущение абсурдной комичности и нереальности.</p><p>Предыдущие несколько месяцев он от страха перед Амоном ходил с натянутыми как струна нервами и едва не погиб в «Источнике Самаритянки», после чего доносил «Клубу Таро», помогая «Ангелу Времени» зачистить подавляющее большинство Амонов в Трире, а сам заодно силой истребовал с паразитированного Амоном огромный долг.</p><p>Каковы же их отношения? Это отношения глубокой вражды и смертельной ненависти! И для обеих сторон все должно быть именно так.</p><p>И в итоге теперь ему говорят, что Амон тайком помог ему?</p><p>Хотя Лумиан понимал, что Амон помог ему не из-за душевного расстройства, а лишь ради того, чтобы сорвать цели того Небесного Достопочтенного, он все равно не мог не усомниться в нормальности этого мира.</p><p>Госпожа «Фокусник» усмехнулась:</p><p>''Возможно, в тот момент внутри того алтаря как раз и сжался один из Амонов.</p><p>«На самом деле я и сама не думала, что те сущности, разговор о которых прежде внушал нам страх, трепет и настороженность, теперь способны время от времени сотрудничать. Разумеется, не стоит отныне терять бдительность. Перед лицом злых богов из-за барьера мы, возможно, и союзники, но в иных делах — вовсе не обязательно. И даже противостоя последователям злых богов, нужно смотреть по обстоятельствам: вдруг они посчитают, что справятся сами, и воспользуются случаем, чтобы заманить тебя в ловушку?»</p><p>«Ладно…» Лумиан не хотел верить, но был вынужден принять это положение дел: факты стояли перед глазами.</p><p>Восполнив недостающую информацию, он заново сложил в голове историю с церемонией Моления Морю, сделав паутинообразную структуру своих мыслей куда более цельной, без ключевых пробелов.</p><p>Вслед за этим в сознании Лумиана всплыли соответствующие выводы и уроки:</p><p>'«День дурака» больше всего прогадал в том, что не знал: мы с Франкой, помимо членства в «Исследовательском обществе кудрявых павианов», состоим еще и в «Клубе Таро», а Клуб Таро придает огромноe значение вопросам, связанным с Небесным Достопочтенным…</p><p>'Между ними и Небесным Достопочтенным тоже существовала разница в информации, из-за чего их обманом шагом за шагом вели к гибели…</p><p>'Неужели они не задумывались, что их цели и цели Небесного Достопочтенного не обязательно совпадают?</p><p>'У меня тоже не хватало информации, но, к счастью, я не проявил беспечности и не недооценил явных и скрытых врагов: даже когда лев бросается на зайца, он использует всю свою силу…</p><p>«Разумеется, немаловажно и то, что те, кто владел ключевой информацией и скрывал ее, в этой операции оказались на моей стороне. А если в следующий раз они станут моими врагами? Как мне тогда поступить…»</p><p>Пока эти мысли проносились в его голове, благодаря относительно успешной охоте и обдумыванию этих вопросов, Лумиан почувствовал, что усвоение зелья «Заговорщика» значительно продвинулось вперед, и на этой основе сформулировал свое третье правило отыгрыша:</p><p>«Один из ключей к заговору — информация. Хороший заговорщик должен уметь использовать разницу в информации и даже активно ее создавать.»</p><p>Прикрыв глаза и ощутив состояние своего тела, Лумиан решил, что еще один крупный, успешный заговор вкупе с некоторой повседневной практикой позволит ему полностью усвоить зелье «Заговорщика».</p><p>И тот крупный заговор можно объединить с ритуалом продвижения к Последовательности 5 «Жнец», не устраивая дополнительных замыслов.</p><p>— Ритуал «Жнеца» требует спланировать заговор и захватить живьем цель, чья Последовательность выше твоей собственной.</p><p>Когда Лумиан открыл глаза, госпожа «Фокусник» передала ему тот сгусток мрака со своей ладони:</p><p>«Распределением этих вещей займешься ты. Это то, что „Охотник“ должен научиться делать хорошо, если хочет стать полубогом.»</p><p>«Хорошо.» Лумиан давно привык заниматься распределением трофеев.</p><p>Затем он добавил:</p><p>«Но перед этим я хочу сначала увидеться с „Бардом“.»</p><p>Это тоже был трофей.</p><p>…………</p><p>Страна Ночи, внутри древнего и полуразрушенного огромного дворца.</p><p>Силуэты Лумиана, Франки, «Хелы» и «Гэндальфа» один за другим появились здесь.</p><p>Все они были одеты так, как обычно на собраниях, а это означало, что Лумиан сейчас выглядел как «Маггл» Аврора.</p><p>«Гэндальф» бросил «Барда», которого держал в руке, на землю, не стал накладывать на него никаких ограничений.</p><p>«Бард» огляделся по сторонам в этом знакомом месте, и у него даже не возникло мысли о бегстве или сопротивлении.</p><p>Это была изолированная от внешнего мира Страна Ночи, сокрытая Страна Ночи. Куда ему бежать?</p><p>И как сопротивляться перед лицом двух полубогов?</p><p>«Бард» с трудом сглотнул слюну и первым выкрикнул:</p><p>«Меня тоже совратил „Локи“!»</p><p>Ему оставалось лишь надеяться, что закалка в Последовательности «Аферист» позволит ему успешно «убедить» двух полубогов.</p><p>Увидев, что «Хела» и «Гэндальф» хранят молчание, «Бард» добавил:</p><p>«Я могу привести вас к замку „Локи“, я знаю кое-какие зацепки, честное слово!»</p><p>Как раз в этот момент он услышал, как притворявшийся «Магглом» Лумиан Ли произнес низким голосом:</p><p>«Убить сразу и допросить дух.»</p></section><section><title><p>Глава 595 «Блеф»</p></title><p>Глава 595 «Блеф»</p><p>Убить, чтобы провести спиритический сеанс?</p><p>«Бард», глядя на маскирующегося под «Маггла» Лумиана Ли, ощутил, как по его спине пробежал мороз, а волоски встали дыбом.</p><p>Он чувствовал исходившую от того жажду убийства и понимал истоки этого чувства, отчего испытывал ещё больший страх.</p><p>Но в следующее мгновение «Бард» подумал, что тот лишь обманывает его, намеренно выставляя напоказ ярость и ненависть и угрожая смертью, чтобы окончательно пробить его психологическую защиту.</p><p>У него возникли подобные сомнения потому, что «спиритический сеанс» вовсе не являлся наилучшим решением на данный момент:</p><p>Статус того Достопочтенного превосходил статус многих Злых Богов, и если загрязнение даже от тех Злых Богов способно привести к провалу «спиритического сеанса», то что уж говорить о «даровании» Достопочтенного?</p><p>Осмыслив это, «Бард» обрёл уверенность и успокоился.</p><p>Будучи «Аферистом», он внешне всё так же с изображающим ужас лицом смотрел на Лумиана и отступил на два шага назад:</p><p>'Я скажу всю правду, вы сможете всё проверить!</p><p>«Только не убивайте меня!»</p><p>Лумиан шаг за шагом приближался к нему и со свистом выхватил кинжал.</p><p>«Бард» перевёл взгляд на «Хелу», «Гэндальфа» и Франку и «в панике» стал умолять:</p><p>'Он лишился рассудка, и вы вот так просто позволяете ему делать это?</p><p>«„Спиритический сеанс“ — это не панацея!»</p><p>«Бард» намеренно использовал местоимение «он», подчёркивая, что знает о том, что перед ним не «Маггл», словно спеша сказать: прекратите ломать комедию.</p><p>Лумиан в два шага оказался прямо перед «Бардом», устремил взгляд на этого ключевого члена «Дня дурака», который носил чужой облик и временно не мог вернуться к прежнему виду, и занёс кинжал.</p><p>«Бард» мысленно про себя хмыкнул, всё больше убеждаясь, что Лумиан Ли не станет по-настоящему убивать его ради «спиритического сеанса» — по крайней мере, не сейчас.</p><p>Если бы его нынешнее поведение не было притворством, «Гэндальф» и «Хела» хоть как-то вмешались бы и воспрепятствовали ему, они бы не стали просто стоять и смотреть во все глаза!</p><p>«Бард» писклявым голосом, будто до смерти перепуганный, закричал:</p><p>«Я действительно буду с вами сотрудничать! Помогу вам найти „Локи“ и отыскать тот его древний замок!»</p><p>«Смотрите сами, я в такой ситуации даже не применил способностей для сопротивления!»</p><p>«Бард» выкрикивал это, не сводя глаз с Лумиана и острия кинжала, пытаясь придать своему взгляду одновременно уклоняющееся и умоляющее выражение: первое выражало испуганный страх, второе — рождённую им просьбу о пощаде.</p><p>Во время этого процесса душа «Барда» была переполнена насмешкой, и в ней практически отсутствовал панический страх:</p><p>Обмануть «Афериста»?</p><p>Что за шутки!</p><p>Я досчитаю максимум до пяти, и ты остановишься!</p><p>Пять, четыре, три…</p><p>Хлюп!</p><p>Взор «Барда» внезапно застлала алая кровь: кинжал вонзился прямо в его левый глаз и, раздавив глазное яблоко, сквозь щель глазницы проник в головной мозг.</p><p>Невозможно!</p><p>Абсолютно невозможно!</p><p>Он и вправду собирался меня убить?</p><p>Мучительная боль бурным потоком затопила разум «Барда», заставив его инстинктивно поднять правую руку, прижать её к лицу и забиться в противоположную сторону, пытаясь удалиться от кинжала и уклониться от источника увечья.</p><p>Лумиан вытянул левую руку и разом прижал «Барда» к месту, сделав его попытки вырваться тщетными.</p><p>Затем Лумиан слегка наклонился вперёд и поднёс голову к самому уху этого ключевого члена «Дня дурака».</p><p>«Бард» увидел прекрасное лицо «Маггла», увидел «её» алые губы, раскрывающиеся и смыкающиеся, и услышал, как «она» шепчет, сполна исполненная удовлетворения и насмешки:</p><p>«Мой крестник отгрыз у „Локи“ полруки и узнал о нём немало, полагаю, это куда больше, чем известно тебе…»</p><p>Больше, чем известно мне… Знать бы заранее, я бы применил способности… Даже среди жуткой боли и метаний «Бард» на мгновение оцепенел, охваченный досадой, отчаянием и переходящим в ярость стыдом.</p><p>Вскоре эти чувства угасли: Лумиан сжал кинжал, вонзённый в щель глазницы «Барда», провернул его несколько раз и разрушил лобную долю мозга.</p><p>Глядя на успокоившегося «Барда», он удовлетворённо кивнул, извлёк кинжал и принялся заботливо останавливать тому кровь и накладывать повязку, впрочем, не проведя никакой дезинфекции.</p><p>Лишь теперь Франка подошла поближе и цокнула языком:</p><p>«А я-то думала, ты просто запугиваешь его.»</p><p>Потому-то она и не стала препятствовать, наблюдая, как Лумиан с занесённым кинжалом шаг за шагом приближается к «Барду», и как «Бард» непрестанно молит о пощаде.</p><p>Она верила, что «Хела» и «Гэндальф» только что думали точно так же.</p><p>И лишь когда кинжал воистину вонзился в глазницу «Барда», Франка обомлела, осмыслив, что этот парень Лумиан действовал всерьёз!</p><p>Нет, Лумиан вовсе не намеревался по-настоящему убить «Барда», а лишь воспользовался розыгрышем, придуманным самим «Днём дурака», чтобы применить его против него же и воссоздать тогдашнее состояние «У меня есть друг».</p><p>Не дожидаясь ответа Лумиана, Франка с любопытством спросила:</p><p>«Ты когда успел освоить операцию по удалению лобной доли мозга?»</p><p>Лумиан вытер кровь с кинжала белым бинтом и с лёгкой насмешкой усмехнулся:</p><p>«Научился, когда смотрел, как тот врач делал операцию 'У меня есть друг».</p><p>«Такая простая операция: если я, будучи привычным к рукоприкладству Потусторонним, не запомнил и не смог воссоздать её с первого же раза, это лишь докажет, что мои мозги осквернены зельем.»</p><p>Пребывая в состоянии отыгрыша «Маггла», Лумиан постоянно намеренно говорил голосом сестры, словно она всё ещё была жива.</p><p>Франка смотрела на лицо Авроры под капюшоном, слушала её голос и не стала сердиться на насмешку, лишь пробормотав:</p><p>«Операция — это ведь не просто всадил да повернул пару раз, там полно важных деталей до и после, да и во время самой процедуры: вонзи ты чуть глубже — и результат вышел бы совсем иным.»</p><p>«Вышел бы и вышел, а если и вправду помрёт, тогда и начнём спиритический сеанс.» — Лумиан без особого зазрения совести влил остатки сыворотки правды в рот опешившему и не оказывающему никакого сопротивления «Барду».</p><p>Покончив с этим, он добавил:</p><p>«Госпожа „Хела“ говорила, что здесь удастся в наибольшей степени исключить влияние Злого Бога.»</p><p>«Лишь в наибольшей степени, а не полностью, да и к тому же, а вдруг проблема крылась в самой его душе, и она прямо возьмёт и самоликвидируется?» — инстинктивно возразила Франка; именно поэтому «Хела» и не стала напрямую погружать «Барда» в сон, чтобы вытянуть правдивый ответ: в конце концов, сновидение способно явить картины, которые видеть не следует, а это куда опаснее обычного словесного описания.</p><p>Лишь в этот миг облачённый в льняную мантию с капюшоном «Гэндальф» тихо вздохнул.</p><p>Ему было немного жаль «Барда» из-за его недавней участи, но он не стал препятствовать, поскольку не он пострадал от «Дня дурака», и у него не было оснований упрекать родственника жертвы за чрезмерно жестокие действия.</p><p>— Перед этой операцией «Хела» рассказала «Гэндальфу» о смерти «Маггла» и отыгрыше Лумиана Ли; этот председатель «Исследовательского общества кудрявых павианов» и сочувствовал участи брата и сестры, и испытывал некоторую самоукоризну, считая, что прежняя вольница и отсутствие всяких ограничений в «Исследовательском обществе кудрявых павианов» — это во многом его вина как председателя.</p><p>Спустя некоторое время «Бард», получив «Умиротворение» и постепенно оправившись от боли, начал отвечать на вопросы присутствующих.</p><p>Первым задал вопрос «Гэндальф». Смотря свысока на этого «Похитителя снов», он спросил прямо по существу:</p><p>«Как ты уверовал в того Достопочтенного?»</p><p>«Гэндальф» и «Хела» уже узнали от Франки и Лумиана кое-что о Достопочтенном и придавали этому огромное значение.</p><p>«Бард» спокойно сказал:</p><p>'С самого начала.</p><p>«Раньше я был похитителем культурных ценностей и добыл партию древних предметов. Исследуя их историю, чтобы определить соответствующую ценность, я расшифровал значение части надписей…»</p><p>Внезапно «Хела» прервала рассказ «Барда» и прохладным голосом произнесла:</p><p>«Тебе не нужно произносить полный смысл, достаточно назвать несколько ключевых слов.»</p><p>У «Барда» не возникло мыслей возразить, он был покорным, точно овечка:</p><p>«Ключевые слова: Обман, Одурачивание, Врата Всех Врат, Повелитель Тайн…»</p><p>Стоило «Барду» произнести эти несколько наименований, как древний дворец, в котором они находились, вдруг сделался туманным и утратил чёткость.</p><p>В то же время в левой части груди Лумиана вновь возникло ощущение жжения.</p><p>В следующую секунду ночное небо за пределами дворца стало ещё темнее, и вся туманность вслед за этим рассеялась.</p><p>«Почему у меня только что возникло ощущение, будто на мне вот-вот вырастут черви?» — Франку обдал запоздалый страх.</p><p>Всего лишь несколько наименований, ещё даже не являющихся полноценным почетным именем, уже вызвали у неё неведомую тревогу: каждый дюйм плоти словно ожил и вознамерился превратиться в червей, вылезающих из-под кожи.</p><p>Одним из прежних планов «Барда» было предельно искренне и без всяких утаек отвечать на вопросы Лумиана и остальных, а затем в делах, связанных с Достопочтенным, проявить инициативу и подробно выложить все детали, чтобы проверить, удастся ли скрытно осквернить нескольких врагов и расшатать ли покров тайны «Страны Ночи», создав «врата» для бегства отсюда.</p><p>Если бы с помощью этого действительно удалось осквернить «Гэндальфа» и «Хелу», и все стали бы последователями Достопочтенного, то зачем им было бы убивать меня? Они бы наверняка сообща выступили против Лумиана Ли!</p><p>Разумеется, у «Барда» теперь уже не было мыслей на этот счёт: он обрёл умиротворение, подобное предопределенному судьбой.</p><p>«Описания, связанные с высокопоставленными существами, зачастую таят опасность; в этом мире неведение — не обязательно зло,» — со вздохом прокомментировал недавнее происшествие «Гэндальф».</p><p>Затем он спросил о дальнейшем.</p><p>«Бард» без всякого изменения в выражении лица сказал:</p><p>'Разгадав ту часть текста, я потерял сознание, а когда очнулся, уже совершил прехождение в этот мир.</p><p>«Освоившись в новом теле, я инстинктивно вспомнил о произошедшем ранее, вспомнил расшифрованную часть текста, и тогда увидел, как вокруг клубится тонкий серый туман, и получил откровение, дарованное тем Достопочтенным.»</p><p>«Иными словами, ты уверовал в того Достопочтенного сразу после прехождения, ещё до создания Исследовательского общества?» — уточняя, спросил «Гэндальф».</p><p>«Да.» — у «Барда» отсутствовали какие-либо перепады эмоций. — «Тогда я думал о том, что раз Он сам нашёл меня и явился таким образом, то если я не покорюсь, не уверую в Него и не последую за Ним, я, возможно, помру на месте, и тогда далеко не факт, что у меня ещё раз появится шанс воскреснуть через прехождение. Позже я постепенно ощутил Его величие: Он смог одурачить даже Страну Ночи, благодаря чему изъяны в нас так и не были обнаружены.»</p><p>«Гэндальф» ненадолго задумался и произнёс:</p><p>«А как в того Достопочтенного уверовал „Локи“?»</p></section><section><title><p>Глава 596 Одурачивание</p></title><p>Глава 596 Одурачивание</p><p>На вопрос Гэндальфа «Бард» обыденным тоном заговорил о прошлом:</p><p>'Не знаю, он мне не говорил.</p><p>«Спустя некоторое время после основания „Исследовательского общества кудрявых павианов“ я обнаружил, что в поведении и поступках того парня есть признаки влияния Небесного Достопочтенного. Точно так же и он заметил у меня нечто подобное. Мы сблизились, присмотрелись друг к другу, окончательно всё подтвердили и задумали создать группу „День дурака“.»</p><p>«Гэндальф» и «Хела» какое-то время расспрашивали его о Небесном Достопочтенном, а когда мысли иссякли, Лумиан, облачённый в наряд «Маггла», посмотрел на «Барда» и сказал:</p><p>«Какую цель вы преследовали, сорвав церемонию Моления Морю?»</p><p>«Захватить тот космический корабль на дне моря. Его было бы достаточно, чтобы мы могли путешествовать по звёздному пространству и в какой-то мере противостоять Ангелам…» — «Бард» откровенно изложил план этой операции «Дня дурака».</p><p>Уголки губ Лумиана медленно поползли вверх:</p><p>«Вы хоть знаете, что запечатано в глубинах этого космического корабля?»</p><p>Только сейчас Франка внезапно осознала ключевой момент:</p><p>Космический корабль?</p><p>Та штука на дне моря в порту Санта — космический корабль?</p><p>Не слишком ли это научно-фантастично и недостаточно оккультно?</p><p>В этом мире действительно есть абсолютно всё?</p><p>— Чтобы как можно скорее допросить «Барда», живого ключевого члена «Дня дурака», Лумиан и Франка толком даже не успели поговорить друг с другом перед тем, как войти в Страну Ночи.</p><p>«Космический корабль…» — «Гэндальф» тоже повторил это словосочетание с неотобразимым тоном тоски.</p><p>«Хела» же сохраняла тишину, подобную ночной тьме.</p><p>«Бард» ответил на вопрос Лумиана:</p><p>«Согласно нашей расшифровке языка и откровениям, данным Небесным Достопочтенным, тот космический корабль обладает функциями чашки Петри и инкубатора. В нём должно вынашиваться существо высокого Статуса. Подчинив себе корабль, можно было бы подчинить и это существо высокого Статуса, иначе с помощью одного лишь космического корабля не противостоять Ангелу.»</p><p>Изгиб губ «Авроры» сложился в ещё более красивую усмешку:</p><p>«Тогда вы не задумывались, почему древний Ангел, запечатавший в своё время этот космический корабль, не попытался взять его под контроль, не захотел подчинить себе то существо высокого Статуса или просто не уничтожил их?»</p><p>«Бард» ненадолго умолк и медленно произнёс:</p><p>«Возможно, для вынашивания существа высокого Статуса требуется долгое время, и попытка взять контроль над космическим кораблем в тот момент привела бы к срыву всего процесса. Нужно было дождаться последних лет, когда существо высокого Статуса вот-вот появится на свет, чтобы его подчинить.»</p><p>Улыбка под капюшоном Лумиана мгновенно стала ослепительной:</p><p>«Если всё действительно так, то древний Ангел, запечатавший существо высокого Статуса, обязательно вступил бы в игру. Вы уверены, что смогли бы противостоять Ангелу и заполучить космический корабль? Или вы полагали, что Ангел не расшифровал или не сумел понять истинный смысл тех приказов?»</p><p>«Спустя столько лет Они, возможно, уже пали…» — дойдя до этого места, «Бард» внезапно замялся.</p><p>В своём сне он видел существо на алтаре, которое, по всей видимости, являлось аватаром того древнего Ангела. И его поведение доказывало, что Ангел из прошлого с высокой вероятностью всё ещё жив и продолжает взирать на деревню Мило и эту акваторию.</p><p>«Почему мы даже не подумали это проверить перед тем, как запустить весь план…» — без каких-либо заметных эмоций проговорил «Бард» свой внутренний недоуменный вопрос.</p><p>Лумиан с усмешкой ответил ему:</p><p>'Могу открыть тебе ещё кое-что: внутри космического корабля запечатано вовсе не существо высокого Статуса, а формирующаяся, не до конца созревшая Чёрная дыра. Стоит вам снять печать и улететь на космическом корабле, как она поглотит оккультную матрицу, поглотит вас, окончательно сформируется, разорвёт и пожрёт весь этот мир.</p><p>«Древний Ангел тогда не попытался взять контроль исключительно потому, что это смертельно опасно, идиоты!»</p><p>«Бард» снова обомлел, словно никогда прежде даже не задумывался об этом.</p><p>Спустя мгновение он сомневающимся тоном произнёс:</p><p>«Нас, возможно, всех одурачили…»</p><p>Хотя «Бард» уже не мог испытывать эмоциональных всплесков, алая жидкость, просачивавшаяся сквозь грубую повязку и стекавшая вдоль переносицы, всё же придавала ему весьма жалкий и жуткий вид.</p><p>Лумиан расхохотался, от смеха даже слегка согнувшись в спине:</p><p>'Ты только сейчас понял, что вас всех одурачил Небесный Достопочтенный? Он даровал откровения лишь для того, чтобы ввести вас в заблуждение, ценой вашей гибели снять печать, уничтожить этот мир и добиться собственной цели!</p><p>«Ха-ха, действительно „День дурака“, организация, где сбилась в кучу стая идиотов!»</p><p>«Бард» в очередной раз умолк, а затем без малейшего сопротивления произнёс то, что было у него на душе:</p><p>«Мы идиоты, и впрямь идиоты…»</p><p>С другой стороны реакции «Гэндальфа» и остальных различались.</p><p>Чёрт возьми, Чёрная дыра? Уничтожить этот мир? Франка полагала, что сведений о космическом корабле уже более чем достаточно для шока, но никак не ожидала, что дальше откроется нечто ещё более жуткое.</p><p>И какая-то сущность способна даже создать Чёрную дыру?</p><p>Франка, ранее не имевшая наглядного представления и понимания того, насколько могущественны силы высшего уровня, теперь на собственном опыте прочувствовала, что такое великое существо.</p><p>До этого она считала, что достаточно хорошо знает этот мир, но теперь честно признала:</p><p>Да я, блин, всё ещё младшеклассница!</p><p>«Гэндальф» тихо вздохнул и сказал:</p><p>«Стань я Богом, насколько же удобнее было бы проводить исследования… Чёрная дыра…»</p><p>«Хела» извлекла из своего наряда чёрной вдовы фляжку, сделала глоток, размышляя о чём-то своём.</p><p>Посмеявшись какое-то время, Лумиан почувствовал, что ему стало гораздо легче, однако боль всё так же терзала его душу и отдавалась эхом в тёмных уголках сердца — несокрушимая и неизгладимая.</p><p>При виде ключевого члена «Дня дурака» он неизбежно вспоминал о том, что пришлось пережить его сестре Авроре, вспоминал о её гибели.</p><p>«Бард», стоявший перед ним, словно напоминал об этом намеренно игнорируемом факте.</p><p>Именно поэтому он не сдержался, прямо предложив «убить и допросить дух», и с полушутливой решимостью взялся за дело.</p><p>Лумиан поглядел на «Барда» и попутно спросил:</p><p>«Ты знаешь, что „Ультрамен“ и „Безумная“ бывали в деревне Корду?»</p><p>«Знаю,» — ответил «Бард». — «Один из пунктов нашего первоначального плана заключался в том, чтобы разыскать ребёнка Норфи, той „Морской Служанки“. Она тоже жила в провинции Лейстон в Интисе, так что можно было заодно заглянуть в деревню Корду, проверить состояние „Маггла“ и удостовериться в окончательном результате розыгрыша.»</p><p>Услышав слово «розыгрыш», Лумиан ощутил, как у него на виске дёрнулась синеватая жилка:</p><p>«Как вы убедились в том, что „Маггл“ уже… уже мертва?»</p><p>Слыша, как Лумиан, облачённый в наряд «Маггла», задаёт этот вопрос, «Гэндальф» снова еле слышно вздохнул, а Франка и вовсе про себя тяжело охнула.</p><p>«Бард» покачал головой:</p><p>«Я не знаю, туда ходили „Безумная“ и „Ультрамен“. Они сказали мне, что деревня полностью уничтожена и выживших быть не может. Возможно, они также проверяли это с помощью „прорицания“ и „спиритизма“.»</p><p>«Выживших быть не может?» — Лумиан усмехнулся. — «Я, по-твоему, не человек?»</p><p>«Бард» взглянул на него и высказал то, что было у него на уме:</p><p>«Ты, возможно, уже не совсем человек.»</p><p>И ведь не скажешь, что он ошибается: сейчас я представляю собой гуманоидный запечатанный артефакт с собственным самосознанием и судьбой… Лумиан сперва поиздевался над собой, а затем произнёс: «Выживших больше, чем ты думаешь. Некая мадам, её муж, дворецкий и служанка — все они сбежали.»</p><p>Не давая «Барду» возможности ответить, он продолжил допрос:</p><p>«Чего именно добивался „Локи“, используя историю с „Магглом“?»</p><p>«Я не принимал прямого участия в этом деле, лишь дал пару советов и знаю немногое,» — честно ответил «Бард». — «„Ультрамен“, возможно, знает кое-что. У него с „Локи“ было некоторое сотрудничество в иных сферах.»</p><p>«В каких сферах?» — допытывался Лумиан.</p><p>«Бард» медленно покачал головой:</p><p>«Подробностей не знаю, но, судя по всему, это связано с Церковью Вечного Пылающего Солнца.»</p><p>Связано с Церковью Вечного Пылающего Солнца? «Ультрамен» — Жрец света 5-й Последовательности Пути «Солнца»… А гуманоидный запечатанный артефакт, появившийся на церемониальном корабле, как раз утерян Церковью Вечного Пылающего Солнца… В голове Лумиана внезапно мелькнула догадка:</p><p>«В вашем „Дне дурака“ есть ключевые члены, не являющиеся Преходцами?»</p><p>Раньше у него и Франки было заблуждение, будто «День дурака» состоит исключительно из павших и деградировавших Преходцев. Однако любая организация естественным образом стремится к развитию и расширению вовне.</p><p>За столько-то лет в «Дне дурака» вполне могли появиться и другие ключевые участники!</p><p>«Бард» кивнул:</p><p>«Да.»</p><p>И впрямь… Лумиан взглянул на Франку, облачённую Ассасином, и уточняющим тоном спросил у «Барда»:</p><p>«Один из них — Очиститель из Церкви Вечного Пылающего Солнца, причём занимающий немалый пост?»</p><p>«Да,» — «Бард» снова дал утвердительный ответ. — «Именно благодаря ему, меняя план, мы узнали о существовании запечатанного артефакта 1-го уровня, который можно использовать, и отважились помочь ему вырваться из заточения.»</p><p>«Кто он?» — спросила Франка за отсутствующего «007».</p><p>«С ним поддерживал одностороннюю связь „Локи“,» — «Бард» дал понять, что и сам не знает истинную личность того члена.</p><p>Франка усмехнулась:</p><p>«Если Церковь Вечного Пылающего Солнца всерьёз возьмётся за проверку своих рядов, то, возможно, нападёт на след.»</p><p>Запечатанный артефакт 1-го уровня — это вам не пирожок с лотка, чтобы красть его когда вздумается!</p><p>Лумиан поочерёдно взглянул на «Гэндальфа» и «Хелу», и, убедившись, что у них нет других вопросов, снова повернулся к «Барду»:</p><p>«Что тебе известно о том древнем замке „Локи“?»</p><p>«Его зовут Дилан, весьма изящное имя,» — заговорил «Бард». — «„Локи“ когда-то рассказывал мне, что тот замок сокрыт, и обычным способом его не найти и не увидеть. Иными словами, определить его местоположение по внешнему виду или истории и таким образом отыскать его попросту невозможно.»</p><p>«Я всегда очень завидовал „Локи“: едва совершив переход, он сразу получил возможность унаследовать сокровище такого масштаба, целый замок, а позже благодаря откровениям Небесного Достопочтенного и соответствующим Благословениям добился успеха. Я пытался хитростью выманить у него замок Дилан, но потерпел неудачу.»</p></section><section><title><p>Глава 597 Казнь</p></title><p>Глава 597 Казнь</p><p>Услышав заявление «Барда», Франка даже рассмеялась от возмущения.</p><p>«Эти гады из „Дня дурака“ обманывают не только чужаков, но и своих же. Если бы все они не верили в того Небесного Достопочтенного, с ними вообще невозможно было бы сотрудничать.»</p><p>«Бард» продолжил рассказывать то, что ему было известно о старинном замке Дилан:</p><p>«Тот замок раньше принадлежал тайной организации под названием „Тайный орден“. „Локи“, едва трансмигрировав, сразу стал членом этой организации. Говорят, тот замок был лично возведён первым лидером „Тайного ордена“, а более ста лет назад предыдущий лидер его сокрыл.»</p><p>«„Кто текущий лидер «Тайного ордена»?“ — с немалым любопытством спросила Франка.»</p><p>«Бард» медленно качнул головой:</p><p>'«Локи» и сам не знает. Внутри «Тайного ордена» только те, кто стал «Магом причуд», то есть полубогом Последовательности 4, могут увидеть этого лидера и установить с ним связь. Остальные лишь подчиняются приказам своих непосредственных начальников.</p><p>'«Локи» однажды хотел убить своего наставника, то есть своего непосредственного начальника в «Тайном ордене», чтобы получить Потустороннюю характеристику «Мага причуд» и устроить грандиозное представление. Однако, зная возможности «Мага причуд» и испытывая перед ним страх, он так и не превратил эту задумку в конкретный план. Позже в замке Дилан он получил все материалы для зелья «Мага причуд» и окончательно отказался от прежнего намерения.</p><p>«Вам, наверное, кажется, что такое сокрытое место с древней историей, как замок Дилан, должно быть мёртвым, холодным и мрачным? На самом деле всё совсем не так. „Локи“ рассказывал мне, что там очень оживлённо и каждый день проходят грандиозные представления.»</p><p>Грандиозные представления… «Хела» вспомнила тот тёмный замок, который видела во сне «Локи», и застывших там гостей, подобных восковым фигурам.</p><p>Лумиан задумчиво спросил у «Барда»:</p><p>«Как, по-твоему, можно найти замок Дилан?»</p><p>«Всё ещё не хватает ключевых зацепок, — высказал свои мысли „Бард“. — Если бы замок Дилан было так легко найти, нынешний лидер „Тайного ордена“ давно бы захватил его и прогнал „Локи“. Нет, он бы превратил „Локи“ в свою марионетку.»</p><p>Лумиан решил позже расспросить Людвига и узнать, не выяснил ли тот чего-нибудь после того, как съел полруки «Локи».</p><p>«„А как же «Сисо»? Что тебе известно о «Сисо»?“ — сменив тему, спросил Лумиан.»</p><p>«Бард» сделал вид, что вспоминает:</p><p>«Тот парень не слишком общителен, предпочитает действовать в одиночку. Немногие случаи сотрудничества приходились в основном на 'Безумную».</p><p>«Мы все считали, что его настроение весьма переменчиво, он постоянно быстро переключается между радостью и гневом, а 'Безумная» отмечала, что он недостаточно чист.</p><p>«Он очень опасен, ничуть не уступает „Локи“. Его конкретный Путь неизвестен. Я видел, как он дважды использовал способности, но обе исходили от волшебного предмета — игральной карты, способной менять масть и достоинство, проявившей свойства „Мороза“ и „Разрезания“. Говорят, „Сисо“ заказал её у „Ремесленника“ вне нашего Общества после того, как выследил и убил одного Потустороннего.»</p><p>Жаль, «Безумная» уже мертва, и провести спиритический сеанс невозможно — она наверняка знала о «Сисо» куда больше… Недостаточно чист — это значит, что «Сисо» на самом деле не так уж безумен, а иногда лишь нарочно изображает безумие? — с сожалением подумал Лумиан.</p><p>Хотя тело «Безумной» теперь было у него, её дух оказался тяжело осквернён Небесным Достопочтенным, а часть и вовсе подверглась «омыванию» силой моря и полностью уничтожилась.</p><p>Лумиан бесшумно выдохнул и спросил о другом:</p><p>«Тебе что-нибудь известно о силе моря у „Ультрамена“?»</p><p>«Очень хорошо известно, — честно описал свой вклад 'Бард». — Те инопланетные языки в основном расшифровал я. Разумеется, в ключевых местах я получил откровение от Небесного Достопочтенного. К тому же сила моря присуща не только последователям в порту Санта. Я как-то сталкивался в Ленбурге с двумя сектантами Злого Бога, обладавшими похожими способностями, и путем обмана выудил у них соответствующие знания.</p><p>'Эти знания помогли моей расшифровке, позволив нам понять, что данный Путь вовсе не тождественен морю. Можно даже сказать, что лишь малая его часть имеет отношение к морю.</p><p>'Его сила исходит главным образом от звёзд, а также от земли у нас под ногами. Вы ведь прекрасно знаете, что мир, в котором мы живём, тоже является планетой.</p><p>«Сила, соответствующая Последовательности 9, называется 'Астроном-любитель». Она дарует понимание звёздного неба, познания в этой сфере, а также начальную способность воспринимать реальность и укрепляет тело;</p><p>«Последовательность 8 — 'Звездопоклонник». Он способен истолковывать «язык звёзд», то есть «Язык звёзд», благодаря чему получает откровения судьбы;</p><p>«Последовательность 7 — 'Звёздный жрец». Он может получать истинную силу через жертвоприношения и обращение к звёздам, включая «Нарушение гравитации», «Луч слабости», «Электромагнитное притяжение» и «Звёздную пустоту»;</p><p>«Последовательность 6 — 'Штурман». Его понимание пространства и измерений углубляется, он может находить тайные проходы, скрытые в пустоте, а также фиксировать и корректировать маршруты между звёздами. Для «Штурмана» навигация кораблей в море — простейшее дело;</p><p>«Последовательность 5 называется 'Учёный Прилива». Он ещё сильнее повелевает гравитацией и способен поднимать гигантские волны, крушащие корабли и разрушающие причалы;</p><p>«Последовательность 4, судя по всему, называется „Тяжёлый“, но его конкретные способности мне не особо известны.»</p><p>Лумиан больше ничего не говорил, отступил на два шага и жестом предложил Франке и остальным задавать вопросы.</p><p>Больше всего его волновало всё, что связано с «Локи» и «Сисо», а обо всём остальном ему было не так уж важно знать.</p><p>Франка посмотрела на «Барда», ненадолго задумалась и произнесла:</p><p>«Ты завербовал ещё кого-нибудь в члены „Дня дурака“?»</p><p>«Завербовал, — у „Барда“ не было ни малейшего намерения лгать.»</p><p>Выслушав его рассказ обо всех известных ему членах «Дня дурака», не состоявших в «Исследовательском обществе кудрявых павианов», Франка с любопытством спросила ещё кое-что:</p><p>«Почему ты вообще взял себе прозвище „Бард“? Учитывая твоё прошлое и нынешнее занятие, разве не лучше было назвать себя „Призрачным вором“ или „Кидом“?»</p><p>«Бард» равнодушным тоном ответил:</p><p>«Моё нынешнее тело изначально и принадлежало барду, бродячему артисту, который по совместительству подрабатывал вором и мошенником. А умер он от того, что его поймали при попытке выманить чужие деньги и жестоко избили на месте.»</p><p>Мошенничество, обман, грабёж, воровство — умеет абсолютно всё… А тебе ведь вполне подходит… — Франка повернула голову к «Хеле» и «Гэндальфу»:</p><p>«У меня больше нет вопросов.»</p><p>«У меня тоже», — «Гэндальф» понимал, что жизнь «Барда» подходит к концу.</p><p>Брат «Маггла» не отпустит его живым!</p><p>«У меня тоже нет», — вслед за ним проговорила «Хела».</p><p>Лумиан тут же поднял правую руку, позволяя кончикам пальцев сгустить глубокое темно-зелёное сияние.</p><p>Это сияние превратилось в странный луч, который опустился на грудь не уклонявшегося «Барда» и вошёл внутрь.</p><p>«„Луч слабости“»!</p><p>Лумиан мог пользоваться силой моря ещё неделю, находясь близко к уровню Последовательности 5.</p><p>Лицо «Барда» мгновенно исказилось — это была инстинктивная реакция мышц и нервов.</p><p>На его груди, ближе к шее, кожа начала быстро плавиться и отслаиваться, равно как и плоть, обнажившаяся под ней.</p><p>Увидев эту сцену, «Гэндальф» снова вздохнул.</p><p>Он сгустил крупицы утреннего света в прямой меч и с силой швырнул его в «Барда».</p><p>Световой меч напрямую пронзил голову «Барда», отчего тот с глухим стуком упал, пригвождённый к земле.</p><p>«Бард» подёргался ещё несколько раз, словно лишённый кожи червь, содрогнулся и лишился жизни.</p><p>Лумиан молча наблюдал, не мешая «Гэндальфу» даровать «Барду» избавление.</p><p>Лишь когда «Бард» перестал дышать и замер без движения, он посмотрел на «Гэндальфа» и «Хелу» и сказал:</p><p>«Спасибо за вашу помощь.»</p><p>«Это то, что мы должны были сделать. Мы все несём ответственность за то, что „День дурака“ навредил другим членам Общества,» — тяжёлым тоном ответил «Гэндальф».</p><p>Лумиан не стал возражать и вместо этого произнёс:</p><p>«Перед началом операции я говорил вам, что ещё до того, как выдавать себя за сестру, состоял в одной тайной организации. Ради мести на этот раз я пригласил членов той тайной организации помочь, и, думаю, вы все должны были это увидеть или почувствовать.»</p><p>Он связал появление «Клуба Таро» с собой, чтобы Франка тоже не раскрыла свой статус обладательницы карты Младших Арканов.</p><p>«„Что за организация?“ — с исследовательским любопытством спросил „Гэндальф“.»</p><p>Судя по рассказу «Хелы», эта тайная организация, похоже, обладала силой на уровне ангелов, а полубог «Золушка», появившаяся на море, тоже была очень сильна.</p><p>«„Клуб Таро“,» — честно ответил Лумиан.</p><p>«„Ты — одна из карт Младших Арканов?“ — осознал „Гэндальф“.»</p><p>Он слышал о «Клубе Таро».</p><p>Лумиан кивнул, не став отрицать.</p><p>Франка с любопытством спросила:</p><p>«„А та полубогиня «Золушка» — какая это карта? Почему её магия такая сказочная и так похожа на сказки из нашего мира до прехождения⁈“»</p><p>Она произнесла это и отыгрывая роль, и одновременно задавая вопрос от чистого сердца.</p><p>Лумиан вспомнил, что говорила госпожа «Фокусник», и с улыбкой произнёс:</p><p>'«Старшие Арканы, 'Отшельник»«.»</p><p>Он ненадолго запнулся и добавил:</p><p>«Я и сам не знаю, почему она может превращать ваши сказки в магию, знаю лишь, что она тесно связана с потомком императора Рассела.»</p><p>«„Потомок императора Рассела, старшая дочь Бернадетт?“ — Франка и остальные читали множество дневников Рассела, поэтому у них мгновенно возникла догадка.»</p><p>«„Возможно, но это не сама Бернадетт,“ — честно ответил Лумиан.»</p><p>Ему было известно лишь это.</p><p>«„Вот как…“ — и Франка, и „Гэндальф“, и „Хела“ в этот момент почувствовали облегчение.»</p><p>Так это ветвь императора Рассела!</p><p>Для того императора изобрести сказочную магию — дело вполне обычное.</p><p>Лумиан немного подумал и добавил:</p><p>«Вам лучше призвать к порядку членов Общества, чтобы они не распространяли эти сказки.»</p><p>«Хорошо,» — согласился «Гэндальф».</p><p>Лумиан помолчал несколько секунд и произнёс:</p><p>«Мои дела в Обществе завершены, к тому же я вступил в другую тайную организацию, так что мне не следует больше посещать сходки Общества. Вы можете при случае рассказать правду остальным членам.»</p><p>«Гэндальф» и «Хела» переглянулись, после чего первый произнёс:</p><p>«„Ты можешь продолжать отыгрывать роль «Маггла» и получать в Обществе ресурсы и помощь. Это наш долг перед твоей сестрой.“»</p></section><section><title><p>Глава 598 Трофеи</p></title><p>Глава 598 Трофеи</p><p>Лумиан не стал церемониться и принял «приглашение» «Гэндальфа».</p><p>Во-первых, потому что внутри «Исследовательского общества кудрявых павианов» переплетались самые разные Пути, и, за исключением довольно редких вроде «Дьявола», присутствовали почти все. Он мог получить доступ к разным знаниям и различным предметам. Они не обязательно были сильнее тех, чем он уже обладал, но в подходящей ситуации вполне могли сыграть неожиданную роль.</p><p>Во-вторых, это давало ему повод продолжать отыгрывать Аврору и отыгрывать «Маггла», что создавало у него прекрасную иллюзию, будто сестра всё ещё жива где-то в этом мире.</p><p>Когда четверо закончили обмениваться сведениями о произошедшем в той особой акватории, с трупом «Барда» произошли изменения: точки света проступили наружу, сконденсировались на его правой руке и заставили плоть и кости одновременно сжаться.</p><p>В конце концов кисть руки оторвалась по самое запястье, словно у младенца, — крошечная и бледная.</p><p>Бледность быстро сменилась темноватым оттенком, весьма гармонирующим с обстановкой этой древней залы.</p><p>Это была Потусторонняя характеристика «Похитителя снов».</p><p>Лумиан вгляделся внимательнее, и ему показалось, что внутри уменьшившейся ладони присутствует бледный серовато-белый туман.</p><p>Он подошёл, присел на корточки возле трупа «Барда» и стал искать другие предметы.</p><p>Закончив с этим, Лумиан достал все трофеи «Безумной» и «Локи» из «Вещмешка путешественника» и разложил их на полуразрушенных каменных плитах древней залы.</p><p>Это были: прозрачный до почти иллюзорности кристалл; браслет с тремя бриллиантами, зажатыми между четырьмя драгоценными камнями разных цветов; кольцо из розового золота с вкраплением кроваво-красного драгоценного камня; простое серебряное кольцо; тёмно-золотая маска, способная полностью закрыть лицо; маленькая кукла из белых тканевых полосок без нарисованных черт лица; сложная, но изящная механическая музыкальная шкатулка; серовато-белая брошь с металлическим блеском, напоминающая молнию.</p><p>Вместе с не слишком толстым альбомом с пустыми страницами и Потусторонней характеристикой «Похитителя снов» их набралось ровно десять предметов.</p><p>Лумиан поднял голову и сказал «Хеле» и «Гэндальфу»:</p><p>«Выбирайте, по одному предмету на каждого.»</p><p>«Это то, что мы должны сделать.» «Гэндальф» дал понять, что верхушка «Исследовательского общества кудрявых павианов» таким образом заглаживает прежнюю вину.</p><p>Лумиан в капюшоне произнёс тоном Авроры:</p><p>«„Должны“ и выбор трофеев не противоречат друг другу. То, что официальные Потусторонние должны защищать горожан, не означает, что они не могут принимать награду.»</p><p>«Гэндальф» помедлил пару секунд, взглянул в сторону «Хелы» и, видя, что та не возражает, со вздохом произнёс:</p><p>«Ладно.»</p><p>Уголки губ Лумиана приподнялись, на лице снова появилась улыбка, и он стал указывать на предметы, описывая их:</p><p>«Тот выглядящий довольно иллюзорным прозрачный камень — оставшаяся после 'Безумной» Потусторонняя характеристика «Мироходца», но она подверглась сильному загрязнению, и клубящийся внутри тонкий серый туман — тому доказательство;</p><p>«Потусторонняя характеристика 'Похитителя снов» тоже содержит загрязнение от того Небесного Достопочтенного, но не такое сильное — оно слабее, чем у большинства останков сектантов Злых Богов;</p><p>«Тот браслет принадлежал 'Локи», он называется «Браслет семи камней». Каждый бриллиант соответствует одной «Телепортации», а каждый цветной камень — одной «Вспышке», способной длиться десять секунд. Когда они израсходуются, их больше не будет. Негативный эффект заключается в том, что при ношении вы будете случайным образом слышать разные звуки: иногда это может быть просто мужская измена, а иногда — звуки неизвестных существ;</p><p>«Это золотое кольцо называется 'Кровавое золото», имя выгравировано на внутренней стороне ободка вместе с краткой фразой: «Овладевший плотью и кровью овладеет всем». Его эффект позволяет носителю, подобно «Епископу Роз», управлять собственной плотью и кровью, а также использовать три вида магии плоти и крови: Бомбу плоти и крови, Плащ плоти и крови и Слияние плоти и крови. Негативный эффект: при многократном использовании возникает зависимость от кольца, и стоит снять его, как тело распадётся в кучу плоти и крови, неспособное больше удерживать человеческую форму. Если же носить его постоянно, человек постепенно станет предвзятым, безумным и в итоге может утерять укрощение. Носить его с собой также чревато риском заразиться безумием;</p><p>«То серебряное кольцо — незавершённое 'Кольцо Морской Королевы», оно обладает лишь высокостатусной способностью «Кражи» и может быть использовано только один раз. Что до негативного эффекта — привлекает внимание некоего ангела, выжившего с древних времён;</p><p>«Та тёмно-золотая маска принадлежит 'Локи», она не уничтожилась при его самоподрыве. Точные свойства пока неизвестны. Не знаю, почувствовали ли вы, но при взгляде на неё возникает искреннее желание надеть её и вера в то, что благодаря этому можно стать невероятно сильным. Назовём её «Маской Демона»;</p><p>«Эта белая тряпичная кукла без черт лица принадлежала 'Безумной», она соответствует «Безликому» Пути «Провидца». Если прикрепить её к своему плечу, то придавать форму и менять её черты лица и фигуру — значит менять свои собственные. В то же время она позволяет носителю освоить способность создавать «Бумажных двойников», однако эффект даст только первый бумажный двойник. Помимо этих двух моментов, она позволяет использовать пламя для совершения прыжков и даёт некоторое предчувствие опасности. Негативный эффект: возможно, в один прекрасный день вы обнаружите, что её лицо стало таким же, как у вас, а вы сами больше не являетесь собой. Ношение с собой влечёт за собой несильное проклятие невезения;</p><p>«Эта механическая музыкальная шкатулка была найдена среди кусков трупа 'Локи». Неизвестно, какому Пути и какой Последовательности она соответствует. Говорят, воспроизводимая ею музыка заставляет любого услышавшего либо сразу умереть, либо сойти с ума, но при условии, что музыка прослушана хотя бы в течение десяти секунд;</p><p>«Этот пустой альбом я только что снял с 'Барда». Точные свойства и негативный эффект пока неизвестны, но, исходя из моего опыта, нарисованное в нём может оживать или проявлять особые эффекты. Хм, осталось всего девять страниц, видны следы вырванных листов;</p><p>«Эта брошь принадлежит „Безумной“, похоже, её приготовили на случай утраты власти „Морского Губернатора“ и буйства океана. Она позволяет носителю отрастить чешую, уменьшить получаемый урон, дышать и передвигаться под водой, словно рыба. Каждый удар наделяется эффектом электрического шока, а также может призывать природные удары молнии — в грозовую погоду вероятность почти стопроцентная. Это соответствует, вероятно, 6-й или 5-й Последовательности Пути „Моряка“. Негативный эффект: даже при простом ношении при себе выход на улицу в дождливый день чреват немалой вероятностью быть поражённым молнией, а после её надевания человек становится вспыльчивым и нетерпеливым.»</p><p>Лумиан на одном дыхании закончил описание всех десяти трофеев.</p><p>Все его знания об этих предметах исходили от госпожи «Фокусник».</p><p>Можно было заметить, что ради успеха операции во время церемонии Моления Морю «День дурака» отдал большинство волшебных предметов «Безумной», оставив «Барду» лишь выглядящий самым обычным пустой альбом. Однако «Локи», глава «Дня дурака», явно утаил кое-что для себя — неизвестно, из-за своей натуры или же специально взял эти вещи обратно для охоты на Людвига.</p><p>«Гэндальф» посмотрел на «Хелу»:</p><p>«Ты выбирай первой.»</p><p>«Хела» молча подошла к Лумиану, проведя взглядом по этим десяти предметам.</p><p>Вскоре она указала на Потустороннюю характеристику «Мироходца», оставшуюся после «Безумной»:</p><p>«Она подверглась очень сильному загрязнению. Оставите ли вы её себе или найдёте „Ремесленника“ для создания предмета — в обоих случаях риск немалый. Лучше отдайте её мне.»</p><p>Похоже, подтекст её слов заключался в том, что у неё есть способ провести определённую обработку и снизить соответствующий вред.</p><p>«Хорошо.» Лумиан не стал возражать.</p><p>Он уважал желание каждого выбирающего и позволял им брать всё, что угодно. Разумеется, в порядке выбора заключалась своя тонкость: своя команда выбирает последней, а он сам — последним из последних.</p><p>«Хела» протянула правую руку, и тьма за пределами древней залы, казалось, пришла в некоторое движение.</p><p>Иллюзорный кристалл, внутри которого клубился серовато-белый туман, мигом исчез, растворился без следа.</p><p>После того как «Хела» повернулась и вернулась на прежнее место, выбирать начал «Гэндальф».</p><p>Видя, как взгляд председателя скользит взад-вперёд по оставшимся девяти предметам, сердце Франки невольно сжалось, и она беззвучно зашептала:</p><p>Только не «Браслет семи камней», только не «Браслет семи камней»…</p><p>Это же «Телепортация», о которой она так долго мечтала!</p><p>— Потусторонняя характеристика «Мироходца» слишком опасна, о ней она и помыслить не смела. «Браслет семи камней» хоть и был одноразовым предметом, но отличался достаточным количеством применений, да и негативный эффект был вполне терпимым.</p><p>Взгляд «Гэндальфа» задержался на тёмно-золотой маске, и он пробормотал словно сам себе:</p><p>'Так хочется изучить, какими способностями она обладает и к чему может привести…</p><p>'Но она и впрямь слишком опасна, мне даже сейчас невероятно хочется её надеть…</p><p>«Хм, кольцо 'Кровавое золото» пригодилось бы мне для экспериментов над некоторыми опасными вещами, пустой альбом ещё только предстоит изучить…</p><p>«Высокостатусная способность „Кражи“ тоже заслуживает изучения… Однако внимание древнего ангела — дело далеко не шуточное…»</p><p>После долгих раздумий «Гэндальф» повернулся к «Хеле» и сказал:</p><p>«Могу я оставить то серебряное кольцо здесь? Каждую сходку я хотел бы приходить на полчаса раньше, чтобы изучать его.»</p><p>«Можно.» «Хела» согласилась на просьбу «Гэндальфа».</p><p>И таким образом председатель «Исследовательского общества кудрявых павианов» забрал незавершённое «Кольцо Морской Королевы».</p><p>Франка тут же вздохнула с облегчением и со смехом сказала «Гэндальфу»:</p><p>«Председатель, вам и впрямь следовало выбрать Путь „Читателя“. Вы невероятно подходите им по стилю.»</p><p>И зачем нужно было обязательно выбирать «Воина»? Неужели только ради того, чтобы титул «Гэндальф» звучал более оправданно?</p><p>Полугигант «Гэндальф» в льняном балахоне взглянул на Франку, усмехнулся и ничего не ответил.</p><p>Лумиан убрал оставшиеся предметы обратно в «Вещмешок путешественника», не дав Франке возможности выбирать первой.</p><p>…………</p><p>Порт Санта, неподалёку от гостиницы «Соло», в комнате, снятой «Локи».</p><p>Лумиан получил ответное письмо от госпожи «Фокусник»:</p><p>'В той тёмно-золотой маске даже я не могу разглядеть подробных способностей, что указывает на её достаточную необычность. Можешь спросить у Господина K, нужна ли она ему. Если не нужна, пока отдай её мне — я запечатаю её и буду ждать подходящего момента, а когда придёт время, она, быть может, и пригодится.</p><p>«Госпожа 'Отшельник» хочет ту механическую музыкальную шкатулку. Остальные предметы для неё не имеют ценности, а эта хотя бы весьма изящная.</p><p>«Господин 'Луна» просит ту куклу без лица, а причина… я и сама не знаю.</p><p>«Остальное продолжай распределять.»</p></section><section><title><p>Глава 599 Откровение Господа?</p></title><p>Глава 599 Откровение Господа?</p><p>В квартире, которую господин K временно снимал в порту Санта.</p><p>Люмиан достал оставшиеся трофеи из «Вещмешка путешественника» и один за другим разложил их на журнальном столике.</p><p>Он взглянул на господина K, который снова облачился в чёрную мантию и надвинул глубокий капюшон, и заговорил первым:</p><p>«Это добыча от этой операции, возможно, среди неё есть откровение Господа для тебя.»</p><p>Господин K слегка кивнул, перевёл взгляд на предметы и остановил его на темно-золотой маске.</p><p>Низким хриплым голосом он произнёс:</p><p>«Я чувствую её особенность, должно быть, это и есть откровение Господа для меня.»</p><p>Договорив, господин K протянул правую руку и сделал движение к себе, притянув странную темно-золотую маску, которая на порыве внезапно поднявшегося сильного ветра опустилась прямо ему в руку.</p><p>Однако этот оракул ордена Авроры не стал надевать маску на лицо, привлечённый ею, а лишь убрал её во внутренний карман чёрной мантии.</p><p>Увидев эту сцену, Люмиан на мгновение даже опешил.</p><p>Он только что размышлял о том, как бы незаметно выполнить поручение госпожи «Фокусника» и спросить господина K, нужна ли ему эта темно-золотая маска, а тот, стоит Люмиану лишь придумать предлог про «откровение Господа» и даже не указать на конкретный предмет, сам забрал темно-золотую маску.</p><p>Неужели это и вправду «откровение Господа»? Ссс… Люмиан мысленно вздохнул:</p><p>Госпожа «Фокусник» велела мне спросить господина K — она что-то предвидела или что-то подсмотрела?</p><p>Эти высокопоставленные сущности вечно любят общаться намёками и откровениями, неужели нельзя выражаться прямее?</p><p>Пока мысли кружились в голове, Люмиан убрал оставшиеся вещи и искренне сказал господину K:</p><p>«Я не ожидал, что всё в итоге примет такой размах. Думал, что тебя и друзей моей сестры при её жизни будет достаточно для этой мести, но в итоге это затронуло вещи высокого статуса. К счастью, друзья моей сестры не проявляли халатности и каждый задействовал свои связи.»</p><p>Первая половина этих слов отражала искренние чувства Люмиана, а вторая была объяснением, почему в этот раз появилось так много полубогов и даже вмешались силы уровня ангелов, списав всё на Франку и других друзей Авроры.</p><p>Разумеется, Люмиан понимал, что с высокой вероятностью это не убедит господина K. Не говоря уже о том, что этот оракул «ордена Авроры» совершает «выпас» «Зрителя» не самого низкого Последовательности, одного лишь факта, что почитаемая им сущность совершала тайные приготовления и намеренно оставляла следы, достаточно, чтобы доказать: тот действительно непрерывно наблюдал, слушал и всё прекрасно знал. К тому же Последовательность 8 Пути «Пастыря» называется «Слушатель», и они часто слышат откровения той сущности.</p><p>Но тем не менее предлоги и оправдания для прикрытия искать требовалось, не мог же он прямо сказать господину K: «Да, я не только член „ордена Авроры“, я ещё и состою в „Клубе Таро“, а также состою в организации под названием „Исследовательское общество кудрявых павианов“, мой Старший Аркан — ангел, а полубогов, которых я знаю и которые могут помочь, не сосчитать на пальцах одной руки. Помимо веры в вашего Господа, я ещё верю в господина „Шута“, изредка восхваляю Солнце и говорю „Слава Пару“…»</p><p>Разве это не равносильно прямой провокации в лицо?</p><p>О некоторых вещах всем достаточно понимать про себя, совершенно незачем озвучивать их вслух.</p><p>Господин K едва заметно кивнул:</p><p>«Отлично сработано. При решении дел, связанных со Злым Богом, и нужно выкладываться на полную.»</p><p>Затем он добавил:</p><p>«Узнав, что твой враг связан с неким древним Злым Богом, я на самом деле уже доложил наверх. В тот момент ангел нашего „ордена Авроры“, вероятно, тоже наблюдал, и если бы действительно произошла неожиданность, Он или Они непременно снизошли бы.»</p><p>«…» Выражение лица Люмиана слегка застыло.</p><p>Ангел «ордена Авроры» в тот момент тоже следил за тем космическим кораблем?</p><p>Не слишком ли это утрированный состав? «День дурака» — это ведь организация, где нет даже ни одного полубога!</p><p>Тот Небесный Достопочтенный настолько внушает опасения госпоже «Фокуснику» и «ордену Авроры»?</p><p>Ладно ещё «Клуб Таро» придаёт этому значение, в конце концов, это касается того, сможет ли проснуться господин «Шут», но почему и «орден Авроры» ведет себя так, словно перед ними могущественный враг…</p><p>Люмиан выкинул из головы то, что сам ради этой мести пригласил одного ангела и четырёх полубогов, и всем сердцем предался вздохам по поводу чрезмерной реакции «ордена Авроры».</p><p>Господин K посмотрел на этого подчинённого и с фанатизмом наставлял:</p><p>«Взор высокопоставленных сущностей вовсе не означает, что мы можем ослабить бдительность и делать всё спустя рукава. У высокопоставленных сущностей полно важных дел, они, возможно, лишь изредка бросают взгляд в нашу сторону. Если мы будем стараться недостаточно усердно и прилагать мало усилий, это легко может привести к общему провалу, и тогда даже смерть не искупит нашей вины.»</p><p>«Да, так и есть, всё верно.» Люмиан поддакнул господину K, совершенно не собираясь возражать.</p><p>…………</p><p>Вернувшись в квартиру, которую снимал «Локи», Люмиан достал оставшиеся пять трофеев и с улыбкой сказал Франке, Дженне и Антони:</p><p>«Наконец-то пришла наша очередь выбирать.»</p><p>Взглянув на рвущуюся в бой Франку, Люмиан больше не стал дразнить её и указал на обеденный стол с разложенными предметами:</p><p>«Выбирай первой.»</p><p>«Хе-хе.» Франка немного смущённо улыбнулась, но всё же бесстыдно взяла тот «Браслет семи камней» и взволнованно произнесла: «Я тоже теперь могу совершать „телепортацию“!»</p><p>«А ты не боишься услышать какие-нибудь звуки, которые слышать не следует?» — подразнивая, напомнил Люмиан.</p><p>Франка уже давно обдумала этот вопрос:</p><p>«Я же не буду носить его постоянно, а стану доставать только тогда, когда нужно использовать. К тому же одна 'телепортация» занимает совсем мало времени, так что, если я и услышу голос из неизвестности, влияние будет минимальным, а если вовремя снять его, всё должно быть в порядке.</p><p>«Не волнуйся, негативные эффекты у подобных потусторонних предметов, похожих на амулеты, совсем не сильные, можно сказать, даже слабые.»</p><p>Люмиан усмехнулся:</p><p>'Ты забыла, что у тебя при себе?</p><p>«Статуэтка „Изначальной Демонессы“! „Осколок зеркального мира“!»</p><p>Что ты будешь делать, когда услышишь бредни «Изначальной Демонессы»?</p><p>«Кхм.» Франка прочистила горло: «Я теперь член Секты Демонессы, верующая в „Изначальную Демонессу“, что плохого в том, чтобы послушать голос своего Бога? Это в худшем случае вызовет у меня похоть, а тогда, хм-хм…»</p><p>Она обвела взглядом Люмиана и Дженну, спрятав свои настоящие мысли за шуткой:</p><p>«Я просто обращусь за помощью к вам!»</p><p>Договорив, Франка тут же поправилась:</p><p>«К тому же моя статуэтка „Изначальной Демонессы“ и „осколок зеркального мира“ лежат в „Сумке путешественника“, без дела я их не достаю, так что они считаются запечатанными.»</p><p>Люмиан не стал больше ничего говорить и повернулся к Дженне и Антони:</p><p>«Кто из вас двоих следующий?»</p><p>«Пусть Антони, он в этот раз сыграл большую роль, чем я,» — вежливо сказала Дженна.</p><p>Антони улыбнулся:</p><p>«Ты что, не считаешь меня интисским мужчиной? Манеры пропускать дам вперёд у меня всё же имеются.»</p><p>Будь Дженна в своём образе «Выпендрёжницы», услышав такую фразу, она бы непременно сказала: «Эти интисские мужчины уступают дамам только потому, что хотят затащить их в постель. Неужто и ты хочешь переспать со мной?»</p><p>На деле сделать такое Дженна бы не решилась, но в пошлых шуточках на словах была весьма сильна.</p><p>Но сейчас, переведя взгляд с Люмиана на Франку, она искренне сказала Антони:</p><p>«Я очень сомневаюсь и хочу, чтобы ты помог мне исключить один вариант.»</p><p>Антони больше не стал отказываться и, глядя на оставшиеся четыре предмета, произнёс:</p><p>«Кольцо 'Кровавое золото» способно повысить мою выживаемость и обогатить арсенал прямых атак, но как зависимость, так и степень безумия — это то, чего «Психиатру» следует избегать. К тому же сейчас я уже «Гипнотизер», могу применять «Психологическую невидимость», да и «Драконья чешуя» обеспечивает мне защиту.</p><p>«Что касается этой броши, то, помимо подводной деятельности, все остальные её способности раскрываются лишь в ближнем бою. А зачем мне, 'Гипнотизеру», вступать с кем-то в ближний бой?</p><p>«Потусторонняя характеристика „Похитителя снов“ и альбом с пустыми листами — варианты хорошие. Первое, если сделать из него волшебный предмет с не слишком сильным негативным эффектом, должно быть крайне полезно, но сейчас в этом нельзя быть уверенным, если только не найти действительно отличного „Ремесленника“…»</p><p>Антони взял альбом с пустыми листами:</p><p>«Я — торговец информацией и сам по себе довольно хорошо рисую наброски. Подобный предмет, способный создавать различные эффекты, очень подходит „Гипнотизеру“, который сначала наблюдает, а уже затем действует.»</p><p>И без разъяснений госпожи «Фокусника» Франка с помощью «Гадания на волшебном зеркале» уже подтвердила свойства этого альбома с пустыми листами:</p><p>«Нарисованные на нём вещи могут оживать и существовать некоторое время, а также оказывать разный эффект. Лист бумаги после однократного использования теряет волшебные свойства. Негативный же эффект заключается в том, что никогда нельзя отвечать на стук в дверь, доносящийся изнутри бумажного листа.»</p><p>Люмиан и Дженна единодушно посчитали, что это очень похоже на способности «эльфов».</p><p>Когда Антони убрал альбом, Дженна без колебаний забрала Потустороннюю характеристику «Похитителя снов».</p><p>«Причина?» — с усмешкой спросил Люмиан.</p><p>Дженна мельком взглянула на него и в прекрасном расположении духа рассмеялась:</p><p>'Она самая ценная!</p><p>«Из оставшихся трёх предметов только она соответствует Последовательности 5. Даже если попытка создать волшебный предмет провалится, её можно будет продать за огромную сумму.»</p><p>Я ведь всё ещё должна Франке 45 000 велькинсов, а в будущем, возможно, придётся покупать у неё рецепт зелья «Демонессы Наслаждения».</p><p>«Превосходная причина.» Люмиан мельком окинул взглядом два оставшихся предмета и приколол серовато-белую брошь в форме молнии себе на грудь: «Я возьму это, впредь зовите её „Гнев моря“.»</p><p>Причина, по которой он предпочёл брошь вместо «Кровавого золота», заключалась в том, что эмоции вроде вспыльчивости и нетерпения для «Аскета» были ещё терпимы, а вот чистое безумие представляло слишком большую опасность для того, в чьей глубине души и без того таилась тьма.</p><p>Люмиан бросил кольцо «Кровавое золото» Франке:</p><p>«Убери в свою „Сумку путешественника“. Если потом кому понадобятся — воспользуется, но часто не применяйте.»</p><p>«А не отдашь госпоже „Фокуснику“?» — с недоумением спросила Франка.</p><p>«Думаешь, она позарится на такое?» Люмиан убрал «Гнев моря» в «Сумку путешественника» и усмехнулся: «Её трофей, разумеется, тот гуманоидный запечатанный артефакт, хотя, вполне возможно, она вернёт его Церкви „Вечного Пылающего Солнца“.»</p><p>Сказав это, Люмиан обратился к Франке, Дженне и Антони:</p><p>«Далее я собираюсь заняться кое-чем, не предназначенным для чужих глаз. Хотите поприсутствовать?»</p></section><section><title><p>Глава 600 Слишком грязно</p></title><p>Глава 600 Слишком грязно</p><p>Услышав слова Лумиана, Франка крайне удивилась:</p><p>«Что там такого, на что нам нельзя смотреть?»</p><p>«Ты уверена, что хочешь посмотреть? Опасаюсь, как бы твоя психика не получила тяжелую травму», — с легкой насмешкой переспросил Лумиан.</p><p>Франка ткнула в себя пальцем и с усмешкой сказала:</p><p>«Я? Я тебе не несовершеннолетняя, разум у меня более чем зрелый, чего мне бояться? Ха, да мой жизненный опыт куда богаче твоего, братишка!»</p><p>Дженна про себя кивнула, соглашаясь, что Франка права.</p><p>Лумиан не стал спорить. Выйдя из квартиры, он направился в ту комнату, которую ранее снял под фальшивым именем, чтобы вести наблюдение за самим собой.</p><p>Здесь как раз жили Лугано и Людвиг.</p><p>Франка, ведя за собой Дженну и Антони, шла сзади. Изогнув губы, она пробормотала:</p><p>«А я-то думала, что за важнейшее дело! Всего лишь найти твоего „крестника“? И с чего бы это нашей психике травмироваться…»</p><p>Лумиан сначала жестом попросил Лугано ненадолго выйти, после чего достал из «Вещмешка путешественника» два окровавленных куска.</p><p>Соединенные вместе, они как раз составляли человеческий силуэт.</p><p>С безразличным выражением лица Лумиан посмотрел на Людвига и, указав на два куска трупа «Безумной», спросил:</p><p>«Съедобно?»</p><p>Съесть… Франка обомлела.</p><p>Переведя взгляд с отвратительных, изуродованных кусков трупа на Людвига, выглядевшего как маленький мальчик, она почувствовала внезапный приступ тошноты, словно ее разум осквернился представившейся картиной.</p><p>Точно, когда «крестник» Лумиана съедает какое-либо существо, он получает его знания или способности!</p><p>Человек — это ведь тоже существо, а воспоминания — это тоже знания!</p><p>Угх, Франка не сдержала позыв к рвоте, горько пожалев о своем решении поглазеть на «людоедство».</p><p>К тому же того, кого собирались съесть, она даже знала и раньше с ней сталкивалась — это же «Безумная»!</p><p>Лицо Дженны скривилось, словно она изо всех сил подавляла подступившую к горлу тошноту; даже Антони, ветеран, видевший немало кровавых зрелищ, невольно нахмурился.</p><p>Людвиг пристально разглядывал два окровавленных куска трупа в руках Лумиана, а затем медленно качнул головой:</p><p>«Слишком грязно.»</p><p>Грязно? Он имеет в виду, что скверна этого Небесного Достопочтенного настолько сильна, что даже ты не смеешь проглотить ее из опасения последствий? Эх, больше сведений о «Сисо» получить не удастся… С досадой бросив два куска трупа «Безумной» на пол, Лумиан создал красновато-белый огненный шар и метнул его в них.</p><p>Огненный шар не взорвался — он лишь объял останки «Безумной», непрерывно пылая и сжимаясь, пока не обратил их в обугленный пепел.</p><p>В пляшущих отблесках огня и среди распространившегося паленого запаха Франка и Дженна тихо вздохнули с облегчением.</p><p>Подвинув стул и сев, Лумиан обратился к Людвигу, уплетавшему пирожное:</p><p>«А рука того человека не была грязной?»</p><p>Речь шла о «Локи».</p><p>«Совсем чуть-чуть, самое грязное место было не на руке», — ответил Людвиг с таким видом, словно рассуждал о том, какова на вкус ядовитая рыба и как ее следует готовить.</p><p>Только после этого Лумиан перешел к делу:</p><p>«Что ты узнал из его руки?»</p><p>«Часть знаний», — проговорил Людвиг, уплетая бисквит со взбитыми сливками и всем своим видом показывая: не мешайте мне, пока я ем.</p><p>Сделав вид, будто не заметил этого, Лумиан прямо спросил:</p><p>«Каких именно?»</p><p>Людвиг ответил, то с отчетливостью, то невнятно бубня:</p><p>«Знания о Последовательностях его Пути… А еще два наименования… Одно — Дилан… другое — Орвилл…»</p><p>Дилан — название того замка «Локи»? А что такое Орвилл? Лумиан оживился и перебил Людвига:</p><p>«Помимо самих названий, есть еще какие-нибудь сведения?»</p><p>Людвиг воспользовался случаем, чтобы откусить еще кусок пирожного, прожевал, проглотил и только потом ответил:</p><p>«Нет, но… эти два названия, кажется, связаны между собой. Орвилл, похоже, название местности, а Дилан — наименование замка.»</p><p>Связаны… название местности… Замок Дилан находится в Орвилле? И где же этот Орвилл? Лумиан повернул голову к Франке, Дженне и Антони, но те лишь медленно покачали головами, давая понять, что ничего об этом не знают и никогда не слышали.</p><p>Немного подумав, Лумиан произнес глубоким голосом:</p><p>«Наша самая важная задача на ближайшее время — через свои каналы собрать сведения об Орвилле и Дилане.»</p><p>Получив от Франки и остальных ответ «без проблем», Лумиан снова обратился к Людвигу:</p><p>«Что-то еще?»</p><p>«Духовность весьма богатая, качество неплохое. Не любит крепкий алкоголь и попойки, лишь пригубляет шампанское, изредка пьет кофе, преданный поклонник чая. Здоров, стул регулярный, мочеиспускание в норме, терпеть не может запах уборной…» — перечислил Людвиг информацию, полученную из той половины руки.</p><p>Едва Франка увлеклась слушанием, а Лумиан уже собрался перебить его, как Людвиг наконец поведал еще одну ценную деталь:</p><p>'У него есть замок Дилан, но он там не живет, а лишь изредка наведывается. Он еще не хозяин того места, многие помещения для него пока закрыты. Недавно он отпер одну из комнат и забрал оттуда темновато-золотую маску.</p><p>«Эта маска дарует невероятно могущественную силу, однако, надев ее, можно столкнуться с ужасающими последствиями.»</p><p>Эта темновато-золотая маска — коллекция прежнего владельца замка Дилан? Наследие одного из бывших лидеров «Тайного ордена»? Лумиан задумчиво кивнул.</p><p>Для него это были не самые важные сведения, ведь темновато-золотая маска уже передана Господину K, так что волноваться о ней не приходилось.</p><p>Пораспрашивав Людвига еще некоторое время и убедившись, что ничего нового вытянуть из него не удастся, Франка, Дженна и Антони собрались возвращаться в Трир.</p><p>Разумеется, переправлять их снова должен был Лумиан — Франке вовсе не хотелось тратить один из камней «Браслета семи камней».</p><p>«Кстати, — Лумиан посмотрел на нее и, подумав, добавил: — Пообщайся с людьми из Церкви Вечного Пылающего Солнца. Узнай, не захотят ли они обменять сведения и историю того гуманоидного запечатанного артефакта на сам артефакт. Мы постараемся со своей стороны содействовать этой сделке.»</p><p>Когда «Бард» произнес, что и сам не знает, можно ли его сейчас считать человеком, Лумиан осознал, насколько сам похож на этот гуманоидный запечатанный артефакт. Разница была лишь в том, что он сохранял разум и ясность мысли, а также обладал относительно самостоятельной судьбой, иначе его вполне можно было бы назвать ходячим гуманоидным запечатанным артефактом «0» уровня. Из-за этого он проникся определенным любопытством к той сущности, желая выяснить, что именно с ней случилось и почему она оказалась в таком состоянии.</p><p>Франка сначала кивнула, но тут же спохватилась:</p><p>'Но… э-э, та дама лишь сказала, что возврат возможен, а не гарантирован.</p><p>«Мы ведь тоже лишь постараемся содействовать сделке, а не гарантируем успех», — усмехнулся Лумиан.</p><p>Он быстро переправил Франку, Дженну и Антони обратно в район Пантеона в Трире, а сам ступил на улицу Аквины и, медленно шагая среди горожан, все еще погруженных в отголоски празднества, направился к гостинице «Соло».</p><p>Пятый этаж этой гостиницы ушел под завал почти наполовину, а четвертый был сильно поврежден. Владелец, Ота, смотря на подобное зрелище, испытывал такую скорбь и беспомощность, что хотел зарыдать, но слезы не шли.</p><p>Ноэлия из Ордена Изобилия незаметно подошла к Великому авантюристу Луи Бери, взиравшему на гостиницу «Соло», и произнесла весьма официальным тоном:</p><p>«Твои спутники сказали, что ты возьмешь на себя возмещение ущерба.»</p><p>Лумиан без лишних слов достал из «Вещмешка путешественника» 10 000 золотых рисо и протянул их Ноэлии.</p><p>Ноэлия взглянула на его черный кошель с монетами и от души заметила:</p><p>«Хорошая вещь.»</p><p>Сразу после этого боевая монахиня принялась пересчитывать компенсацию:</p><p>'10 000 рисо? На эти деньги можно построить две такие гостиницы!</p><p>«Какая щедрость, достоин звания Великого авантюриста, только что получившего награду в 300 000 золотых рисо.»</p><p>Лумиан не стал отвечать на насмешку Ноэлии и произнес сам по себе:</p><p>«Это плата за поручение семьи Пако.»</p><p>«Семья Пако…» — Ноэлия постепенно умолкла.</p><p>Старая бабушка семьи Пако, нынешний глава рода и его супруга — все они погибли в этой усобице.</p><p>Лумиан продолжил идти вперед, прогулочным шагом лавируя в толпе.</p><p>В лучах закатного солнца он слышал пение, слышал крики морских птиц, слышал, как окружающие горожане с увлечением обсуждают события последних дней:</p><p>«Вы видели, утречком морские птицы слетелись на поклон к 'Морскому Губернатору»!</p><p>'Неужели церемония Моления Морю в этом году прошла настолько успешно?</p><p>'Да, тогда еще куча лоз разрослась как ненормальная, многие даже от радости чувств лишились — это же знак признания Матери-Земли нашей церемонии Моления Морю!</p><p>'Не-ет, не-ет, это означает богатый урожай, значит, улов рыбы в этом году заполнит судно за судном!</p><p>'Хвала Земле, хвала Матери всего сущего!</p><p>«Хвала 'Морскому Губернатору»!</p><p>«…»</p><p>Хотя Лумиан и не знал, какую уловку применила Церковь Матери-Земли, чтобы заставить жителей принять ту грандиозную оккультную облаву за явление божественного чуда, он чувствовал радость и восторг в сердце каждого присутствующего.</p><p>Он вальяжно подумал:</p><p>«Интересно, определились ли оставшиеся члены Рыболовной гильдии с тем, кто станет фальшивым 'Морским Губернатором». Хм, настоящий Симон Гиаро — лучший кандидат, впрочем, в этом году неважно, кто им будет. Излившуюся силу Космического корабля я украл, так что в ближайший год или даже два в этих водах не будет частых бедствий, а морские обитатели благодаря «напитыванию» будут плодиться еще быстрее…</p><p>«Хе-хе, в каком-то смысле сейчас я настоящий „Морской Губернатор“, сроком на одну неделю…»</p><p>Среди ликующей процессии и множества уличных торговцев Лумиан наугад зашел в первый попавшийся бар, заказав бокал неразбавленного вина «Манзан» и большую кружку местного темно-золотистого пшеничного пива.</p><p>Поставив бокал с «Манзаном» на противоположную сторону круглого столика, он поднял пиво, потянулся с ним для чоканья и с улыбкой, будто разговаривая сам с собой, произнес:</p><p>'Ты видишь, слышишь их танцы, их песни и шум размножающихся рыбьих косяков?</p><p>«Разве не о таком будущем ты мечтал?»</p><p>Договорив, Лумиан сделал крупный глоток темно-золотистого пива.</p></section><section><title><p>Глава 601 Лицом к лицу и примирение</p></title><p>Глава 601 Лицом к лицу и примирение</p><p>Ночная тьма окутала землю, частые звёзды усыпали небо, а ликующие горожане порта Санта уже разошлись по домам, оставив после себя разбросанный повсюду мусор и витающий в воздухе запах алкоголя.</p><p>Праздник официально завершился, завтра снова начнётся суета.</p><p>Лумиан пил в том баре до самого закрытия и только потом ушёл; когда он вышел, на улице, казалось, оставался лишь он один да редкие горящие газовые фонари.</p><p>Воздух поздней ночи тронула прохлада приближающейся зимы, и с каждым вдохом Лумиан чувствовал прекрасное освежающее ощущение, проникающее в лёгкие, а в ушах непрестанно звучал плеск набегающих на берег волн, отчего ночь казалась ещё более тихой и глубокой.</p><p>Словно от опьянения, словно от улучшения настроения, Лумиан засунул руки в карманы брюк и лёгким шагом обошёл разный мусор, оставленный праздновавшими.</p><p>Никого не видно, вокруг тишина.</p><p>Вот так, словно гуляя, Лумиан вернулся в комнату, снятую по фальшивому удостоверению личности.</p><p>Едва он открыл дверь, как увидел Лугано, который стоял в гостиной и шагал взад-вперёд.</p><p>«Ещё не спишь?» — Лумиан приподнял бровь.</p><p>Лугано с видом человека, только что оправившегося от тяжёлой раны, со сложным выражением лица сказал:</p><p>«Час назад Ноэлия, командир тех боевых монахинь, приходила тебя искать. Была не в кожаном доспехе, а в очень ярком длинном платье, фигура у неё и вправду хороша…»</p><p>«И что потом?» — весело спросил Лумиан.</p><p>Лугано ответил с тоном, полным зависти:</p><p>«Я сказал, что тебя нет, и она с сожалением ушла.»</p><p>«Но какое это имеет отношение к тебе? Почему ты целое часовое время всё ещё не заснул?» — хмыкнул Лумиан.</p><p>Лугано неловко кашлянул дважды:</p><p>«Я просто внезапно задумался о своём будущем: стоит ли мне вернуться в Трир и продолжить путь врача, или выбрать другую жизнь?»</p><p>Лумиан усмехнулся, не дав ответа этому «Врачу», коротко умылся, вернулся в свою комнату и сразу же заснул.</p><p>Ему приснился сон, в котором события последнего времени беспорядочно переплелись, сложившись в ещё более странные и фантастические истории.</p><p>В шесть часов утра Лумиан проснулся точно по часам, перевернулся и сел.</p><p>Его разум уже прояснился, и, вспоминая недавний сон, он внезапно обнаружил, что упустил одну деталь:</p><p>Если не брать в расчёт то, что ангел из ордена Авроры мог тайно наблюдать за происходящим, то важнейшим звеном во всей церемонии Моления Морю было то, что Амон воспользовался алтарём в деревне Мило, чтобы дополнительно и скрытно наделить её «Ложь» способностью «Кража».</p><p>Иначе, когда открылся энергетический канал космического корабля, вспышка глубинной силы привела бы к перелому ситуации, а он сам, не имея силы моря, впоследствии не смог бы с помощью полномочий «Морского Губернатора» удержать «Безумную», дождавшись прибытия мадам «Фокусник».</p><p>Однако Небесный Достопочтенный, как существо, стоящее на вершине трёх Божественных Путей — «Провидца», «Ученика» и «Мародера», должен обладать весьма полным и глубоким пониманием всех способностей Пути «Мародера», и не мог не подумать о том, что в алтаре может скрываться сила «Кражи», дарованная Амоном.</p><p>Понять то, что Он не раскрыл эти знания «Дню дурака», ещё можно — в конце концов, они были лишь расходными инструментами, и избыток знаний мог бы снизить их решимость и волю во время действий, но то, что именно из-за этого провалился весь план, выглядит не совсем логичным.</p><p>Были ли намерения Небесного Достопочтенного шире, чем казалось на поверхности, и Он уже тайно достиг определённой цели, или же Амон и Тот, кто стоит за Ним, что-то предприняли заранее, из-за чего возникла подобная ситуация?</p><p>Если бы Амон действительно всё время следил за алтарём в деревне Мило, то прошлая церемония Моления Морю не окончилась бы провалом — хотя, конечно, нельзя исключать вероятности, что Он просто хотел посмотреть шутку с «Днём дурака».</p><p>Но если попустительство разрушительным действиям «Дня дурака» в прошлом году ещё поддавалось объяснению, то в этом году самым простым и наименее хлопотным способом было бы незаметно вернуть целостность «Кольцу Морской Королевы» на этапе «Почитания предков», а затем наблюдать, как «Ультрамен», притворяющийся кандидатом в «Морские Губернаторы», с изумлением и растерянностью обнаруживает, что ритуал Морского жертвоприношения всё же увенчался успехом!</p><p>Зачем было делать столь сложный крюк и совершать столько лишних действий?</p><p>В этом определённо кроется что-то ещё, чего я так и не понял…</p><p>Потирая голову, Лумиан поднялся с кровати.</p><p>Он не удивился и не изумился только что возникшему осознанию: в столь масштабном деле, затрагивающем существ высокого уровня и Статуса, было бы как раз ненормально, если бы он мог быстро постичь истинные цели каждого участника на каждом этапе.</p><p>Так или иначе, его собственная цель достигнута, опасная Черная дыра внутри космического корабля по-прежнему запечатана, а остальное его не слишком касается. Понять всё самому — хорошо, не понять — можно написать мадам «Фокусник», хотя бы ради того, чтобы дать ей зацепку.</p><p>Пробежав круг по ещё не совсем проснувшемуся порту Санта, Лумиан написал письмо мадам «Фокусник», изложив мысли, о которых только что размышлял.</p><p>В это время в комнату вернулся и Лугано, ходивший добывать завтрак для Людвига.</p><p>Лумиан немного подумал, достал тысячу рисо и передал ему, спокойным голосом произнеся:</p><p>«У меня есть дела, я уеду на несколько дней. Ты отвечаешь за Людвига, а когда я вернусь, поручение окончательно завершится.»</p><p>К тому времени Лумиан планировал отправиться на корабле на Южный континент, попутно плетя небольшие заговоры и коротая время, чтобы по прибытии на место назначения на Южном континенте быть готовым встретить последний заговор для продвижения на 5-ю Последовательность.</p><p>Лугано не стал спрашивать, куда направляется наниматель, лишь слегка неуверенно спросил:</p><p>«Э-это… в эти дни будет опасно?»</p><p>«Всё уже закончилось,» — с улыбкой ответил Лумиан. — «Если же возникнет иная опасность, беги в Орден Изобилия и проси защиты. Разве не этого ты так ждал?»</p><p>Лугано смущённо усмехнулся и успокоился, считав настрой нанимателя.</p><p>В порту Санта сияет солнце, еда вкусная, а женщины страстные — задержаться на пару дней тоже неплохо!</p><p>…………</p><p>Двухэтажный почтовый экипаж мчался между сельскими городками, раскинувшимися среди зелёных пастбищ, направляясь к подножию гор Пираес.</p><p>Лумиан сохранял облик Великого авантюриста Луи Бери и, сидя у окна почтового экипажа, молча наблюдал за уплывающими назад пейзажами:</p><p>На каждом зелёном пастбище паслись отары овец, рассыпавшиеся, точно облака, а пастухи в подрезанных для удобства движения балахонах прохаживались повсюду;</p><p>Они жили то в сооружённых своими руками шалашах, то в маленьких пастушьих домиках на колёсах, которые можно было перемещать по равнине;</p><p>Время от времени местные деревенские жители пытались прогнать пригнавших скот Чужестранцев, но те либо отшучивались с беспечной ухмылкой, либо откупались деньгами и припасами;</p><p>Сталкиваясь же с непоколебимыми местными, пришедшие из горного ущелья пастухи вынуждены были уходить в ещё более дикие места, подставляя себя под взгляды диких волков и прочих хищников…</p><p>Сцены и события, о которых когда-то рассказывали пастухи из деревни Корду, теперь самым наглядным образом предстали перед глазами Лумиана и запечатлелись в его разуме.</p><p>Спустя два дня почтовый экипаж прибыл к подножию гор Пираес и остановился в городке за горным ущельем.</p><p>Лумиан переоделся в чёрное суконное пальто и в одиночку вошёл в горы.</p><p>На горном хребте пронизывающий ветер становился всё сильнее, а в округе почти никто не ходил.</p><p>Лумиан шёл среди гор, где зелень уже поредела, шёл по тропам, протоптанным пастухами и торговцами, шёл под серым небом, где не летали птицы; вокруг не было ни людей, ни животных, лишь увядающие деревья да обмелевшие ручьи — повсюду царило зимнее запустение.</p><p>В таком одиночестве и таком холоде он потратил почти три дня, чтобы шаг за шагом преодолеть горный хребет Дарьеж и подойти к речке возле деревни Корду.</p><p>Обойдя рощу с высокими деревьями, Лумиан с первого взгляда увидел тот кроваво-красный гигантский столб, который, хоть и был невысоким, производил впечатление целой горной вершины.</p><p>Пока он пристально всматривался, спереди донёсся звук шагов.</p><p>Это был мужчина средних лет в кожаной куртке, спрятавший руки в рукава.</p><p>Мужчина средних лет, лесничий, немного дрожа на холодном ветру, крикнул:</p><p>«Не иди дальше, этой деревни больше нет!»</p><p>Взгляд Лумиана прошёл мимо лесничего и упал на расположенные вдали обломки зданий — то полностью обрушившихся, то сожжённых.</p><p>Посмотрев несколько секунд, он лишь тогда глухо спросил:</p><p>«Что случилось с этой деревней?»</p><p>Лесничий огляделся по сторонам и понизил голос:</p><p>'Говорят, уверовали в Демона, все люди в деревне сошли с ума, сами сожгли свои дома и шагнули в бездну.</p><p>«Сам посмотри, разве нормальная деревня бывает такой?»</p><p>Лумиан умолк и долго ничего не говорил.</p><p>Лесничий, видя это, искренне сказал:</p><p>«В любом случае те господа велели мне никого не пускать в эту деревню, мол, навлечёшь дурную удачу и подцепишь Демона.»</p><p>Лумиан молчал и больше ни о чём не спрашивал.</p><p>Ещё некоторое время поглядев на эти руины, казавшиеся то чужими, то знакомыми, он развернулся, покинул въезд в деревню и под завывание холодного ветра шаг за шагом дошёл до ближайшего высокогорного пастбища.</p><p>Пастбищная трава здесь полностью высохла, унесённая ветром, оставив лишь огромные пространства бурой земли.</p><p>Лумиан долго вглядывался отсюда в руины деревни Корду, а затем нашёл оставленный пастухами шалаш и лёг внутрь.</p><p>Он закрыл глаза и замер.</p><p>Если бы только всё произошедшее прежде оказалось сном.</p><p>Когда сон рассеется, высокогорное пастбище всё ещё утопает в зелени, в небесах возвращаются птицы, Старая таверна полна крестьян и пастухов, сестра всё так же заставляет учиться, а Раймон, Ава и остальные всё так же беспокоятся о своём будущем, не ведая, какая их ждёт жизнь…</p><p>…………</p><p>В порту Санта, где солнце светило всё так же ярко, но погода уже начинала холоднеть.</p><p>Лумиан внезапно появился перед Лугано и Людвигом.</p><p>«Ты наконец-то вернулся!» — вырвалось у Лугано, будто он увидел спасителя.</p><p>Аппетит этого мальчишки Людвига снова вырос, и та тысяча рисо израсходовалась быстрее, чем предполагалось!</p><p>Если бы Лумиан не вернулся ещё через неделю, Лугано пришлось бы задуматься, не потратить ли собственные деньги.</p><p>Нельзя ведь оставить ребёнка голодным — тот, чего доброго, людей начнёт есть!</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Поручение завершено, сейчас я выплачу тебе остаток. Как ты хочешь вернуться в Трир: с моей помощью — прямой „Телепортацией“, или сам, на корабле либо перевалив через горный хребет Дарьеж?»</p><p>Лугано вмиг умолк, словно пребывая в некотором замешательстве.</p></section><section><title><p>Глава 602 Есть «власть» — используй</p></title><p>Глава 602 Есть «власть» — используй</p><p>Лумиан не стал торопить Лугано, желая посмотреть, какое решение примет этот «Врач».</p><p>Спустя некоторое время Лугано набрался храбрости и спросил:</p><p>«Вы и дальше будете брать с собой Людвига?»</p><p>«Разумеется.» Лумиан косо взглянул на Людвига, который в этот момент уплетал жареных осьминожек.</p><p>Если бы не полученные от Церкви Познания материалы о «0—01», он и сам бы не хотел постоянно таскать с собой такого ребёнка, однако Людвиг к настоящему моменту уже продемонстрировал определённую пользу.</p><p>В будущем, возможно, удастся ещё разок использовать его как ловушку для «Локи».</p><p>Лугано сглотнул слюну и произнёс:</p><p>«Я могу помогать вам приглядывать за Людвигом, чтобы вам не приходилось постоянно о нём думать во время дел и вы могли, как и раньше, свободно передвигаться.»</p><p>И впрямь…… Лумиан ничуть не удивился решению, принятому Лугано.</p><p>Он слегка приподнял подбородок и спросил:</p><p>«Причина?»</p><p>Лугано смущённо ухмыльнулся:</p><p>«Выбравшись в этот раз наружу, повидав столько всего и пережив нападение, я осознал, что Последовательность 8 в мире мистики всё ещё невероятно ничтожна и неспособна противостоять рискам. Да, если я вернусь в Трир, открою клинику и буду тайком использовать способности 'Врача», то наверняка смогу стать частью среднего класса, хе-хе, да и в высшее общество пробиться неплохо, но я опасаюсь, что излишняя известность привлечёт внимание официальных Потусторонних. К тому же Трир — это не порт Санта, здесь к «диким» Потусторонним не относятся с такой терпимостью.</p><p>«К тому же эти опасные Потусторонние постоянно крутятся вокруг нас, и я не хочу в следующий раз при нападении оказаться полностью беззащитным.»</p><p>«Если ты не будешь посещать мистические собрания, а станешь просто содержать клинику и работать врачом, то вряд ли окажешься втянут в опасные происшествия, а с обычными ворами и грабителями ты вполне способен справиться.» — возразил Лумиан мимоходом.</p><p>Лугано качнул головой:</p><p>«Тот Потусторонний, что оставил мне наследство и помог стать 'Земледельцем», когда-то говорил мне: стоит лишь шагнуть в мистический мир, и покинуть его уже никогда не удастся, вокруг нас неизбежно будут происходить сверхъестественные события. Если повезёт, доживёшь до естественной смерти, а если не повезёт — кончишь так же, как и он.</p><p>«Сперва я не слишком верил этим словам, но события последнего полугода заставляют меня всё глубже ощущать их правдивость. Я ничего не делал, а на Беспорядочной улице произошёл обвал и выросло странное дерево. Перед тем как вы наняли меня, мне приснился сон, будто я стал человеком на картине и никак не мог вернуться в реальность, а когда проснулся, оказался в розыске. В этот раз я всего лишь приглядывал за Людвигом, ни во что не вмешивался, и меня всё равно непостижимым образом атаковали……»</p><p>Хм…… Чем дольше Лумиан слушал, тем страннее становилось выражение его лица:</p><p>Всё то, о чём ты рассказываешь, кажется, произошло из-за меня……</p><p>И после всего этого ты всё ещё хочешь идти за мной……</p><p>Можно ли считать это иным проявлением того, что Потусторонние вечно сталкиваются с мистическими событиями? На самом деле ты сталкиваешься не с теми событиями, а со мной……</p><p>Лугано продолжил:</p><p>«Я также увидел такие Потусторонние способности, как „Телепортация“ и гигантские волны, и больше не хочу ограничиваться лишь Последовательностью 8. Полагаю, рядом с вами меня ждёт куда больше возможностей и удачных шансов.»</p><p>Лумиан пристально вглядывался в Лугано, не понимая, внушил ли этому парню кто-то мысль непременно следовать за ним, или же тот подвергся «приручению» со стороны Людвига и теперь жаждет быть его «нянькой».</p><p>Изначально Лумиан полагал, что Лугано, будучи Потусторонним Пути «Земледельца», должен иметь определённые связи с Церковью «Матери-Земли», однако всё это время он внимательно наблюдал за ним и не заметил, чтобы этот гид вступал в какие-либо контакты с Орденом Изобилия или священнослужителями Церкви «Матери-Земли», да и держался он с ними как чужой.</p><p>Увидев, что Лумиан больше не возражает, Лугано угодливо улыбнулся:</p><p>«У меня отличные способности к языкам, я могу самостоятельно выучить дутанский язык Южного континента. Вам нужно лишь платить мне 300 велькинсов в месяц и пообещать определённое право на долю в трофеях, и я смогу и дальше служить вам гидом, личным врачом, сиделкой для ребёнка и вполовину головорезом.»</p><p>«Идёт.» Лумиан достал целую россыпь на десять тысяч велькинсов: «Это остаток предыдущего расчёта на 5000 велькинсов, к тому же ты подвергся нападению, так что по нашему договору я выплачу тебе дополнительно ещё 5000 велькинсов, итого десять тысяч.»</p><p>Лугано с превеликой радостью принял причитающееся вознаграждение и принялся собирать вещи.</p><p>Лумиан тем временем пересчитал имеющуюся у него наличность и убедился, что у него остаётся золото на сумму 1000 велькинсов, 76 000 велькинсов в виде золотых и серебряных монет, а также банкнот, и ещё не израсходованные 2000 рисо.</p><p>Пока он не покупает Потусторонние характеристики, рецепты зелий, Волшебные предметы и высокоуровневые мистические знания, этих денег ему хватит на весьма долгое время.</p><p>На следующее утро, поднявшись на борт направляющегося к югу Фейнапота корабля под личиной Великого авантюриста Луи Бери, Лумиан, направляясь к люксовому каютному номеру, повернул голову к послушному и тихому Людвигу и задумчиво спросил:</p><p>«В твоих воспоминаниях, или, скорее, в той части воспоминаний, что досталась от „Локи“, встречалось ли странное существо, похожее на маленькую ящерицу, способную заползать людям в рот, весьма прозрачную и размытую, смахивающую на духовное тело, с коричневато-зелёной чешуёй и тёмно-зелёными глазами?»</p><p>Это совсем не было похоже на сияющих звёздных ящериц, в которых превращались «дети моря».</p><p>Людвиг качнул головой:</p><p>«Нет, и в воспоминаниях чёрной букашки Батинса такого тоже нет.»</p><p>Лумиан умолк, наблюдая, как Лугано со всей услужливостью слуги отворил перед ним дверь каюты.</p><p>Спустя ещё час под оглушительный гудок парохода судно снялось с якоря и покинуло порт Санта.</p><p>Спустя почти два часа плавания погода начала портиться, волны зашумели и запенились, а поднявшийся сильный ветер загнал всех пассажиров с палубы в каюты.</p><p>Глядя на потемневшее небо, взбаламученные ветром тучи и всё более высокие волны, ощущая качку корабля, многие из тех, кто вышел в море впервые, затревожились.</p><p>Заметив, что стоящие рядом Моряки держатся уверенно и ничуть не беспокоятся, они решили уточнить:</p><p>«В море это обычное дело, ничего опасного?»</p><p>Местные жители из порта Санта, работающие здесь Моряками, со смехом ответили:</p><p>'Дело-то обычное, но всё-таки немного опасное.</p><p>'Ежели шторм разыграется ещё сильнее, нам придётся искать ближайший порт, чтобы переждать.</p><p>«Впрочем, не тревожьтесь: здешняя церемония Моления Морю в этом году прошла на ура, текущий „Морской Губернатор“ дарует нам свою защиту, так что кораблекрушения не случится!»</p><p>«Морской Губернатор»…… Услышав такой ответ моряка, пассажиры занервничали ещё сильнее.</p><p>Каждый из них бывал на празднествах во время церемонии Моления Морю в порту Санта: веселья-то там хватало, но вот верить в то, что какой-то там «Морской Губернатор» способен как-то повлиять на морскую стихию, никто из них не собирался.</p><p>И среди этого беспокойства они с изумлением обнаружили, что росшие с каждой минутой волны внезапно улеглись.</p><p>Пока в небе по-прежнему висели тучи, а вокруг бушевал шквалистый ветер, морские воды словно опустились под прижимом невидимой ладони, потеряв всякое заметное волнение.</p><p>Местные жители из порта Санта среди моряков тут же разразились бурными восторженными криками:</p><p>'Да здравствует Губернатор!</p><p>«Слава „Морскому Губернатору“!»</p><p>Пассажиры, видя эту картину, переглядывались друг с другом, от изумления не в силах вымолвить ни слова.</p><p>В каютном номере первого класса Лумиан сидел в кресле-качалке, попивая неразбавленное вино «Манзан», а на его коленях лежал вводный учебник дутанского языка Южного континента.</p><p>Сжав правую руку в кулак, он резким движением потянул её вниз.</p><p>Часть туч в небесах внезапно провалилась вниз, образовав жуткую воронку.</p><p>Солнечный свет пробился сквозь возникшую из-за этого огромную брешь, проник в каюту и упал на книгу Лумиана, улучшив освещение в помещении.</p><p>Лумиан отвёл правую руку назад и перевернул страницу книги, подумав, что способности «Морского Губернатора» чертовски удобны в море.</p><p>Жаль только, что он сможет использовать их всего лишь ещё один день.</p><p>…………</p><p>Глубокой ночью в Трире Ангулем вернулся к себе в жилище и по привычке включил приёмопередающую радиостанцию.</p><p>Вскоре с полным стрекотом посыпались сигналы принимаемого телеграфного сообщения.</p><p>Едва увидев в заголовке «Потайной клинок», Ангулем тут же насупился:</p><p>'Две хорошие новости и одна плохая. С какой хочешь начать?</p><p>'Знаю, ты наверняка захочешь сперва услышать хорошие новости, так что скажу сразу.</p><p>«Первая хорошая новость: тот гуманоидный запечатанный артефакт найден и взят под контроль, тебе больше не нужно беспокоиться о командировке в Фейнапот, и ты можешь спокойно и со всей душой расследовать дело 'Человека из зеркала».</p><p>«Вторая хорошая новость: после переговоров мы выяснили, что фракция, взявшая под контроль этот гуманоидный запечатанный артефакт, вполне может вернуть его вам. Мы готовы выступить посредниками, но в обмен от вас потребуются абсолютно все материалы по этому гуманоидному запечатанному артефакту. Разумеется, 'возможно» не означает «гарантированно», и пока ничего не улажено, с вас никаких реальных выплат не требуется.</p><p>«Что до плохой новости, хе-хе, в вашей Церкви завёлся предатель! Этот гуманоидный запечатанный артефакт был утерян именно из-за того, что у вас есть 'крот»! В этом мы уверены на все сто.</p><p>«Вперед, „007“, настал твой шанс отличиться!»</p><p>Прочитав всё на одном дыхании, Ангулем внезапно ощутил нечто вроде облегчения, ведь после пропажи запечатанного артефакта высшее руководство Церкви и так подозревало наличие предателя и проводило проверку, не давшую, впрочем, никаких результатов: в деле, приведшем к утере этого запечатанного артефакта, действительно имелись странности, однако все пятеро «Очистителей», отвечавших за то дело, успешно прошли проверку, а их тогдашняя оплошность объяснялась лишь неблагоприятной случайностью.</p><p>«Похоже, этот „крот“ затаился очень глубоко……» — пробормотал Ангулем себе под нос.</p><p>…………</p><p>Район Пантеона, улица Оросе, дом 9, квартира 702.</p><p>Франка прислонилась к изголовью кровати, переписываясь в телеграфном чате и одновременно дожидаясь возвращения Дженны.</p><p>Эта её подруга раз в неделю отправлялась в Район Оперного Театра посмотреть театральную постановку и возвращалась лишь к полуночи, однако точный день недели каждый раз менялся, да и ходила она в маскировке, чтобы никто не смог проследить за ней и вычислить её распорядок.</p><p>Живший неподалёку Энтони тем временем изо всех сил пытался внедриться в круг любителей психологии, рассчитывая выйти на настоящего «Психиатра».</p><p>«Похоже, одна я тут без дела сижу, да и по поводу „Человека из зеркала“ пока никаких вестей……» — Франка, впрочем, не относилась к людям, которым непременно нужно чем-то себя занять, она прекрасно умела находить радости в жизни.</p><p>Пока Франка думала о Дженне, та как раз досмотрела последнюю театральную постановку, надела шляпку с опущенной чёрной вуалью и поднялась, покидая зрительный зал, где всё ещё оставалось немало публики.</p><p>У самого выхода она терпеливо стояла в очереди, медленно продвигаясь наружу.</p><p>Внезапно Дженна ощутила, как какой-то предмет у неё на теле слегка затрепетал.</p><p>Она инстинктивно протянула руку и нащупала его: это оказался «осколок зеркального мира», взятый из склепа рода Тамара.</p></section><section><title><p>Глава 603 Правильная реакция</p></title><p>Глава 603 Правильная реакция</p><p>«Осколок зеркального мира» подвергся определенной аномалии? Дженна сначала обомлела, а затем мгновенно напряглась.</p><p>С этим предметом раньше не случалось ничего подобного, и она не могла точно определить, чем это вызвано и что означает, а потому ей оставалось лишь бессознательно строить догадки:</p><p>В самом том особом «зеркальном мире» возникла проблема?</p><p>Или же прямо сейчас вокруг меня находится человек, тесно связанный с тем особым «зеркальным миром»?</p><p>Если верна последняя догадка, не означает ли это, что появилась зацепка по «Человеку из зеркала», которого выслеживает Франка?</p><p>В этот миг в душе Дженны вспыхнуло непреодолимое желание оглядеться по сторонам и отыскать того возможного человека, заставившего «осколок зеркального мира» слегка задрожать.</p><p>Она вовремя подавила этот порыв, поскольку следом ей пришла в голову одна мысль:</p><p>Если это явление действительно вызвал человек, тесно связанный с особым «зеркальным миром», то «отклик» с высокой вероятностью обоюдный. Иными словами, в тот самый момент, когда осколок слегка задрожал, у того человека тоже должна была проявиться аномалия, ощутимая лишь им самим, и сейчас он ищет источник проблемы.</p><p>В такой ситуации, если она станет поспешно оглядываться вокруг, ее с высокой вероятностью обнаружат, и тогда, возможно, последует сокрушительный удар.</p><p>Дженна сохраняла прежнее состояние, глядя прямо перед собой, и медленно продвигалась к выходу.</p><p>Во время этого она, лишь подражая многим зрителям, слегка повернула голову и бросила взгляд на настенные часы в вестибюле театра, чтобы зафиксировать текущее время:</p><p>11:05.</p><p>Запомнив это время, Дженна прошла через выход и вернулась в вестибюль.</p><p>Зрители вокруг нее рассеивались, и здесь постепенно становилось не так тесно.</p><p>Находящийся при Дженне «осколок зеркального мира» вслед за этим затих, и аномальная вибрация прекратилась.</p><p>«Только что в вестибюле никого не было, да и во время просмотра спектакля „осколок зеркального мира“ тоже не дрожал… Это означает, что для возникновения аномалии требуется сблизиться на определенное расстояние — нужно, чтобы все сгрудились у выхода в вестибюль, на расстоянии не более пяти метров друг от друга? А теперь, поскольку наше расстояние снова увеличилось, все вернулось в норму?» — пока в голове Дженны кружились эти мысли, она вовсю демонстрировала свои навыки актерской игры. Подобно обычному зрителю, она вышла из вестибюля, ступила на край улицы, села в наемный экипаж Имперской экипажной компании и с немалой скупостью в душе заранее заплатила 2,5 фера.</p><p>Если бы не это время, когда метро и омнибусы уже прекратили ходить, она ни за что не стала бы раскошеливаться на наемный экипаж, чтобы добраться из Района Оперного Театра в Район Пантеона.</p><p>…………</p><p>Район Пантеона, улица Оросе, дом 9, квартира 702.</p><p>Дженна рассказала о произошедшем Франке и, словно пытаясь удостовериться, спросила:</p><p>«Около 11:05 тот „осколок зеркального мира“, что при тебе, слегка задрожал?»</p><p>«Нет», — чрезвычайно уверенно ответила Франка.</p><p>Не успела Дженна сделать из этого вывод, как та смущенно ухмыльнулась и поспешно добавила:</p><p>«Точнее, вряд ли, ты ведь знаешь, мои „осколки зеркального мира“ лежат в „Вещмешке путешественника“, и даже если вибрация действительно была, я бы ее не почувствовала.»</p><p>Когда Дженна не удержалась и закатила глаза, Франка издала «хм» и произнесла:</p><p>«Ты подозреваешь, что это общее изменение, вызванное аномалией в том особом „зеркальном мире“? Если так, то даже если предмет находится в „Вещмешке путешественника“, у меня все равно возникло бы духовное ощущение, и я не смогла бы полностью его проигнорировать.»</p><p>«К тому же, когда наши два осколка лежат вместе, они никогда не дрожали. С высокой долей вероятности я столкнулась с „Человеком из зеркала“ или же с членом определенной ветви рода Тамара?» — говоря это, Дженна подошла к ростовому зеркалу в гостиной, протянула руку, погладила его поверхность и тихо зачитала сокрытый объект, к которому хотела обратиться.</p><p>Поверхность ростового зеркала быстро потемнела, и по ней побежала иллюзорная водная рябь.</p><p>Дженна начала «Гадание на волшебном зеркале»:</p><p>'Изменения сцены в пределах десяти метров вокруг меня около 23:05 вчера вечером…</p><p>'Изменения сцены в пределах десяти метров вокруг меня около 23:05 вчера вечером…</p><p>«…»</p><p>Повторив это трижды, она увидела, как темная глубина зеркала засияла светом.</p><p>В этом свете Дженна увидела себя в мягкой шляпке, увидела выход из зрительного зала, соединяющийся с вестибюлем театра, и увидела зрителей и слуг, стоявших в тот момент в пределах десяти метров от нее.</p><p>Мир духов верно запечатлел всю эту информацию.</p><p>Сцена в зеркале была не застывшей или неподвижной, а текучей и живой. Вскоре Дженна увидела, как дама, стоявшая в нескольких метрах наискосок перед ней, крайне неожиданно повернулась и принялась оглядывать окружающих людей.</p><p>На ней была черная шляпка с вуалью, выглядела она лет на тридцать с лишним, с довольно светлыми бровями, яркими и живыми желтоватыми глазами и накрашенной белой кожей. В целом ее нельзя было назвать красавицей, однако одета она была вкусно, а держалась изящно.</p><p>И вот такая элегантная дама с некоторым изъяном в манерах озиралась по сторонам, словно случайно встретила когда-то любимого кавалера, но снова потеряла его из виду.</p><p>«У этой женщины явно есть проблемы, она среагировала на 'осколок зеркального мира»«, — Франка пододвинулась к Дженне и принялась комментировать изображение, проявившееся в ростовом зеркале. — 'Впрочем, прошло уже больше часа, а она не провела никакого контргадания. Это халатность или она вообще не умеет?»</p><p>Дженна кивнула:</p><p>«Удалось разглядеть что-то еще?»</p><p>«Больше ничего», — Франка внезапно хлопнула себя по лбу. — «Ох, нам следовало позвать Антони понаблюдать, „Зритель“ определенно разглядел бы куда больше.»</p><p>«И то верно…» — Дженна следом застыла от этой мысли.</p><p>Они обе еще не привыкли обращаться за помощью к Антони.</p><p>Дженна следом произнесла:</p><p>«Позовем Антони завтра утром. Если позвать его так поздно, он может сделать неправильные выводы, да и дело не из категории экстренных.»</p><p>«И впрямь, может неправильно понять», — Франка тут же опомнилась.</p><p>На следующее утро.</p><p>Антони досмотрел видеоряд, воспроизведенный «Гаданием на волшебном зеркале», и задумчиво произнес:</p><p>«Ее одежда сшита на заказ, доход семьи должен быть весьма достойным… Оглядевшись дважды, она проявила растерянность на лице. Возможно, ее познания о „зеркальном мире“ и соответствующих осколках не так глубоки, что вступает в противоречие с тем фактом, что она смогла вызвать вибрацию „осколка зеркального мира“. А в противоречиях нередко скрывается ответ… Ее походка показывает, что она прошла хорошее обучение этикету, но вот положение в семье у нее не слишком высокое…»</p><p>Слушая, как новоиспеченный «Гипнотизер» слой за слоем разбирает цель, Франка слегка шевельнула уголками губ, ощутив, будто у нее самой перед ним больше не осталось тайн.</p><p>«Зритель» и впрямь пугает!</p><p>Дженна же слушала очень внимательно: это было похоже на разбор персонажей на занятиях по актерскому мастерству, но куда фундаментальнее и детальнее.</p><p>На мгновение ей показалось, будто она вернулась в театр «Старая Голубятня» и слушает лекцию преподавателя.</p><p>«Всех этих черт все еще недостаточно, чтобы помочь нам найти человека, они могут лишь предоставить определенные зацепки», — в конце концов подытожил Антони.</p><p>«Поняла, профилирование личности», — произнесла Франка весьма профессиональным тоном.</p><p>Антони достал бумагу, взял карандаш и принялся делать набросок по свежим впечатлениям, намереваясь искать человека по разным каналам.</p><p>Франка между делом спросила:</p><p>«Как ты понял, что одежда той дамы сшита на заказ?»</p><p>Будучи изначально мужчиной и превратившись в женщину под действием зелья, она по-прежнему обращала внимание лишь на то, красива ли одежда или платье, а не на то, какому магазину готовой одежды они принадлежат и из-под руки какого портного-индпошивщика вышли.</p><p>Дженна точно так же ничего не заметила: до того как стать «Ведьмой», она еще не поднялась до того слоя общества, который мог позволить себе одежду на заказ.</p><p>Антони поднял голову и бросил взгляд на двух «Демонесс»:</p><p>«Став „Зрителем“, а особенно после того, как стал Торговцем информацией, я специально тренировал способность наблюдать за людьми. Я знаю материалы и особенности товаров подавляющего большинства магазинов готовой одежды в Трире, знаю стиль многих известных портных. Платье той дамы явно не принадлежало ни одному из магазинов готовой одежды.»</p><p>Франка и Дженна, эти две «Демонессы», с более или менее смущенным видом были рады, что Антони снова уткнулся в бумагу, доделывая набросок, и не заметил изменений в их состоянии.</p><p>…………</p><p>Порт Санта.</p><p>Норфи в женской сорочке и светлом жакете проводила Батнера до пристани.</p><p>Батнер, надевший шелковый полуцилиндр, придерживая свою рапиру, с колебанием спросил:</p><p>«Ты правда хочешь остаться здесь?»</p><p>Норфи спокойно ответила:</p><p>'Я уже Боевая монахиня Ордена Изобилия.</p><p>'Только сейчас я узнала, что церемония Моления Морю — это не падение ради власти и заключения договора со Злым Богом, а защита, защита через самопожертвование.</p><p>«Раньше люди из Рыболовной гильдии любили привлекать других властью и богатством, чтобы те становились „Морским Губернатором“ и „Морскими Служанками“. Теперь они пообещали Церкви Матери, пообещали Ордену Изобилия, что впредь будут заранее сообщать отобранным кандидатам о возможных проблемах и последствиях, чтобы те сами делали выбор. Я хочу остаться здесь и надзирать за этим.»</p><p>«Так тоже хорошо», — вздохнул Батнер. — «Жаль только, что мне суждено авантюрничать в море, и я не могу задержаться на одном месте.»</p><p>Прелестная и миловидная Норфи кивнула:</p><p>«Я знаю.»</p><p>Она весьма искренне спросила:</p><p>«Тогда не хочешь оставить здесь ребенка?»</p><p>«Н-нет, л-лучше не надо», — Батнер тут же немного заплелся языком. — «Я еще психологически не готов становиться чьим-то отцом.»</p><p>Ему совсем не хотелось, чтобы его ребенок в будущем превратился в человекоподобную ящерицу.</p><p>Норфи с легким сожалением и сочувствием произнесла:</p><p>«Ну ладно.»</p><p>Она помахала рукой, повернулась и пошла прочь с пристани.</p><p>Сделав несколько шагов, она внезапно обернулась и явила светлую, прекрасную улыбку:</p><p>«Как бы там ни было, я очень рада, что ты тогда смог выйти со мной в море.»</p><p>Не дожидаясь ответа Батнера, Норфи отвела взгляд и, ускорив шаг, покинула пристань.</p><p>Батнер стоял там. В его памяти оставалась та последняя улыбка Норфи, а в ушах эхом отзывались ее слова о том, что она очень рада, и вдруг его охватила тоска, словно он что-то потерял.</p><p>Лишь когда силуэт Норфи скрылся за пределами пристани, этот авантюрист по трапу медленно поднялся на борт корабля, возвращавшегося в порт Фалин.</p><p>…………</p><p>Вечер, бар на морском судне.</p><p>Лумиан с бокалом янтарного рома в руке обратился к посетителям у барной стойки:</p><p>'Дамы и господа, на самом деле я — Фокусник.</p><p>«Прямо сейчас я могу показать вам фокус с иллюзией.»</p><p>Затем он указал на окно:</p><p>«Посмотрите наружу.»</p><p>Посетители бара инстинктивно посмотрели в окно и обнаружили, что окружающие волны неизвестно когда вздыбились на добрый десяток метров в высоту, подобно горным пикам.</p><p>Стоило им моргнуть, как это жуткое зрелище снова исчезло.</p><p>Хлоп-хлоп-хлоп, посетители аплодировали блестящему фокусу Лумиана.</p></section><section><title><p>Глава 604 Странный пациент</p></title><p>Глава 604 Странный пациент</p><p>Среди ночи, под очередные возгласы одобрения в адрес фокусов, Лумиан допил свой сладкий алкоголь и со смехом покинул бар.</p><p>Он уже мог представить, что, будь здесь Аврора, она обязательно сказала бы:</p><p>«Ты такой зануда, раз уж решил использовать авторитет и силу „Морского Губернатора“ для показа „фокусов“, обманывая этих пьяниц настоящими вещами, выдавая их за фальшивку. Это и есть твоя шалость? Ты отлично развлекся.»</p><p>Лумиан молча ответил:</p><p>«Использовать потусторонние силы, авторитет 'Морского Губернатора» для подобных вещей, а не в бою — разве не этого ты от меня ждала?</p><p>«Разве не о такой радости и о таком будущем ты мечтала?»</p><p>В коридоре, освещенном керосиновыми настенными лампами, Лумиан шагал по скрипящему полу, шаг за шагом возвращаясь в каюту первого класса среди тишины и безлюдья.</p><p>По обе стороны сквозь стены время от времени доносились храп и стоны, а у самой лестницы дверь одной из комнат была открыта, оттуда пробивался тусклый желтый свет огня.</p><p>Проходя мимо, Лумиан повернул голову и заглянул внутрь: на стене в глубине комнаты был высечен Священный Символ Жизни, представляющий «Матерь-Землю» — схематичный младенец, окруженный символами пшеничных колосьев, цветов и родниковой воды.</p><p>Перед Священным Символом Жизни стоял мужчина в коричневом священническом одеянии. Ему не было и тридцати, опрятные черты лица выглядели довольно молодо, коричневая бородка едва наметилась, а в руках он держал толстый том, произнося проповедь для мужчин и женщин, сидевших в разных частях комнаты.</p><p>Лумиан знал, что это «молитвенная комната», своего рода маленькая передвижная церковь с назначенным священнослужителем — подобное часто встречалось в странах, где верили только в одного Бога, и будь то дальние морские суда или поезда с паровой тягой, везде учитывались потребности верующих в тихой молитве и наставлениях.</p><p>Лумиан, уже в целом понимавший язык Плато, запомнил фразы вроде «жизнь ценна, а урожай отраден», отвел взгляд, вышел на лестничную площадку и стал шаг за шагом подниматься по ступеням.</p><p>В это же время Лугано, только что позаботившийся о ночном перекусе Людвига, услышал стук в дверь: тук-тук-тук.</p><p>«Кто?» — Лугано был весьма удивлен и в то же время отчасти заинтригован.</p><p>Это точно был не наниматель, у того есть ключ, и он открыл бы дверь сам.</p><p>Но сейчас уже около 11 часов вечера, кто станет наносить визит в такое время?</p><p>Неужели какая-нибудь дама услышала мое хвастовство на палубе, поверила ему и пришла провести со мной прекрасный вечер?</p><p>Едва у него возникла эта фривольная мысль, как Лугано услышал весьма слабый мужской голос:</p><p>«Я ищу доктора Лугано.»</p><p>Ищет доктора… Лугано невольно нахмурился, но все же открыл дверь.</p><p>Снаружи стоял мужчина, закутанный в толстое суконное пальто, что составляло разительный контраст с Лугано, одетым в льняную рубашку и тонкие брюки.</p><p>Лугано оглядел визитера с ног до головы:</p><p>«Я и есть Лугано, у вас что-то случилось?»</p><p>Мужчина был бледным, с темными кругами под глазами, в его карих глазах едва теплился огонек жизни. На вид ему было немного, едва за двадцать, но выглядел он совершенно безжизненным.</p><p>Мужчина перевел дыхание и необычайно слабо произнес:</p><p>'Можете звать меня Эннио. Я слышал, что вы на палубе помогли нескольким людям найти истинные причины их болезней, благодаря чему их состояние быстро улучшилось, поэтому я хотел попросить вас осмотреть меня.</p><p>«У меня есть деньги, чтобы оплатить прием.»</p><p>Видя, что этот парень выглядит так, будто вот-вот умрет от болезни, Лугано вздохнул и сказал:</p><p>«Заходи, только потише. Знаешь ли, я личный врач одного известного человека, и он не любит, когда его беспокоят незнакомцы.»</p><p>Когда Эннио сел на диван, Лугано по привычке стал расспрашивать его о симптомах, чтобы прикрыть последующую оккультную диагностику:</p><p>«Что у тебя со здоровьем?»</p><p>Эннио подождал несколько секунд и только потом сказал:</p><p>«Полмесяца назад я стал зябнуть, почувствовал слабость, потерял аппетит, начались постоянный насморк и кашель, причем состояние становится все хуже и хуже.»</p><p>«Хм…» — Лугано кивал, одновременно подняв правую руку и слегка постучав по лбу, словно раздумывая над тем, о чем свидетельствует рассказ пациента.</p><p>На самом же деле он воспользовался случаем, чтобы открыть «Духовное зрение», намереваясь по цвету, яркости и толщине эфирного тела напрямую определить, где кроется болезнь.</p><p>Но едва взглянув, Лугано от испуга едва не подпрыгнул:</p><p>Разве пациент, сидящий предо мной, еще живой человек?</p><p>В глазах Лугано белый цвет внутри эфирного тела Эннио, окутывающий все тело и символизирующий общий баланс, стал серо-черным — это было признаком тяжелого заболевания, близкого к смерти.</p><p>И это было еще не самое шокирующее и удивительное для Лугано; больше всего его напугало то, что:</p><p>Оранжевый цвет на теле собеседника, отвечающий за здоровье органов выделения и детоксикации, стал совершенно иссиня-черным, не сохранив ни капли яркости, что указывало на то, что соответствующие органы давно утратили свои функции и больше не работают!</p><p>Точно так же желтый цвет, представляющий пищеварительную систему, зеленый, отвечающий за сердце и регуляторную систему, и синий, символизирующий горло и часть нервной системы, уже стали темными и черными, лишившись всякого блеска.</p><p>Единственными оставшимися цветами на Эннио были красный в области рук и ног и фиолетовый на поверхности головы.</p><p>Что… что означал такой «результат осмотра»?</p><p>Это означало, что Эннио был человеком, чье сердце больше не билось, желудок и кишечник не сокращались, а внутренние органы утратили функции, но при этом он все еще мог мыслить, двигаться и говорить!</p><p>«Сукин сын, откуда взялся этот монстр!» — Лугано, впервые столкнувшись с подобным «пациентом», мысленно выругался, слегка дрожа от страха.</p><p>Он очень боялся, что тот вдруг скажет:</p><p>«Доктор, мне очень холодно, одолжи мне свою кожу укутаться. Доктор, я хочу есть, одолжи мне свой желудок и кишечник…»</p><p>Видя, что Лугано молчит, Эннио обеспокоенно спросил:</p><p>«Доктор, чем же я на самом деле болен?»</p><p>Болен? — Лугано безумно и беззвучно заговорил сам с собой:</p><p>Очнись же! Человек с остановившимся сердцем и без циркуляции крови, естественно, будет зябнуть!</p><p>А человек с неработающим желудочно-кишечным трактом уж точно не будет испытывать аппетита!</p><p>Пока мысли стремительно проносились в его голове, Лугано «поразмыслил» немного и сказал:</p><p>'Твоя проблема весьма серьезна, мне нужен более глубокий анализ и наблюдения, чтобы прийти к заключению. Не мог бы ты прийти ко мне завтра утром?</p><p>«Разумеется, перед этим мне нужно взять у тебя немного крови для исследования.»</p><p>«Без проблем.» — Хотя Эннио и не питал особых надежд на Лугано, он вытянул правую руку с мыслью, что попытаться все же лучше, чем ничего не делать.</p><p>Обладая довольно полным набором инструментов, Лугано с помощью иглы, резинового шланга и стеклянного флакона для забора крови взял у Эннио немного крови и обнаружил, что, хотя она и была темного цвета, в ней все еще сохранялась базовая жизнеспособность. Затем он послушал сердцебиение собеседника, и в его ушах раздались звуки: тук, тук, — слабые и вялые, но реально существующие.</p><p>Странно… Воспользовавшись возможностью прослушивания и выписывания лекарств, Лугано заставил свою ладонь тихо замерцать слабым светом и провел для Эннио простое лечение.</p><p>Эннио сразу немного приободрился, и сил у него словно бы прибавилось.</p><p>«Спасибо вам, доктор, ваш массаж и снадобье подействовали, огромное спасибо!» — Эннио с радостным лицом покинул этот сьют.</p><p>Ни один из множества врачей, к которым он обращался прежде, не смог помочь ему хотя бы на малую малость, поэтому в этот раз он намеревался отправиться на корабле на юг, а затем поездом с паровой тягой доехать до места, где располагалась штаб-квартира Церкви «Матери-Земли», чтобы показаться там лекарям.</p><p>Полон смутных сомнений и тревоги, Лугано провел взглядом уходящего Эннио и наконец дождался возвращения своего нанимателя.</p><p>Он поспешил рассказать Лумиану о случившемся и в конце добавил:</p><p>«Я взял немного его крови, вы не могли бы попросить кого-нибудь провести прорицание, чтобы узнать истинное положение дел?»</p><p>«Прорицание?» — Лумиан усмехнулся, взял пробирку с небольшим количеством крови и постучал в детскую комнатку Людвига.</p><p>«Сделай глоток и посмотри, какие знания сможешь получить?» — руководствуясь принципом «использовать все, что только можно», Лумиан протянул пробирку Людвигу.</p><p>Выражение лица Людвига ничуть не изменилось: точно так же, как если бы он пил молоко перед сном, он со звуком «глу-глу» сделал глоток жидкости из пробирки.</p><p>От этой картины Лугано совершенно опешил, его глаза были полны изумления и недоумения.</p><p>Смакуя этот глоток крови несколько мгновений, Людвиг неспешным тоном произнес:</p><p>'Отсутствует желудок, отсутствуют тонкий и толстый кишечник, отсутствуют легкие, отсутствуют печень и поджелудочная железа…</p><p>'Равносилен мертвецу, живет за счет оккультной силы…</p><p>«Умрет окончательно не позже чем через неделю…»</p><p>Это… Лугано был одинаково потрясен и тем, что Людвиг не только пьет человеческую кровь, но и с совершенно серьезным видом выдает такие суждения, и ошеломлен тем, что у Эннио и вправду больше нет этих органов.</p><p>Раньше он думал, что тот лишь утратил соответствующие функции.</p><p>Судя по словам Людвига, разве Эннио не являлся самым настоящим мертвецом?</p><p>С чем же он, в конце концов, столкнулся?</p><p>«Что делать?» — Лугано посмотрел на Лумиана.</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«А что тут сделаешь? Пойди к капитану, к начальнику службы безопасности этого судна или к священнику в молитвенной комнате и сообщи об этом, они сами со всем разберутся.»</p><p>Лугано сначала кивнул, а затем сомневающеся произнес:</p><p>«Но не раскроет ли это тот факт, что я Потусторонний?»</p><p>«Ты прямо скажи им, что ты слуга Луи Бери,» — спокойно ответил Лумиан.</p><p>«Ладно.» — Лугано не стал возражать против слова «слуга», немного подумал и с недоумением спросил: — «А ты не слышал ночью никаких странных звуков? Я временами слышу плач младенца.»</p><p>«Младенца?» — переспросил Лумиан и покачал головой: — «Не слышал.»</p><p>Лугано забормотал про себя:</p><p>«Неужели на этой палубе плачет младенец?»</p><p>Затем он посмотрел на Лумиана:</p><p>«Мне прямо сейчас пойти к капитану?»</p><p>Взгляд Лумиана слегка блеснул, он усмехнулся и сказал:</p><p>«Завтра утром.»</p><p>«Хорошо,» — без колебаний согласился Лугано.</p><p>Он и сам хотел дождаться рассвета и восхода солнца, чтобы заняться этим делом, ведь докладывать о столь жуткой проблеме глубокой ночью всегда казалось ему чреватым какой-нибудь неприятностью.</p><p>Солнце дарило ему чувство безопасности!</p><p>Лумиан больше ни о чем не расспрашивал и ничего не наказывал, вошел в комнату, умылся и лег в постель.</p><p>Но он не спал, а лежал, полуприкрыв глаза и чего-то ожидая.</p><p>Прошло неизвестно сколько времени, и Лумиан услышал легкий скрип.</p><p>Дверь какой-то комнаты тихонько открылась.</p><p>Лумиан стремительно сел, бесшумно метнулся к двери и тихо приоткрыл щелку в двери, которая и так не была закрыта до конца.</p><p>Он увидел, как от комнаты слуги, занимаемой Лугано, неторопливо вышла человеческая фигура.</p><p>Это был Лугано, одетый в льняную рубашку; его глаза были открыты, но выглядели необычайно пустыми и лишенными фокуса, а на лице не отражалось ровным счетом никаких эмоций.</p><p>Лугано, словно лунатик, шагал к выходу из сьюта.</p></section><section><title><p>Глава 605 «Операция»</p></title><p>Глава 605 «Операция»</p><p>Лугано с открытыми глазами и пустым взглядом распахнул дверь сюита и вышел в пустой коридор, где эхом отзывался лишь шум морских волн.</p><p>В этот час, кроме дежурных Моряков, все погрузились в сны.</p><p>Лугано волочил ноги, со стуком шагая вперёд, а керосиновые настенные лампы вокруг загорались через промежутки, сосуществуя с полумраком.</p><p>Он дошёл до конца этого этажа и остановился перед алой деревянной дверью.</p><p>С скрипом деревянная дверь медленно отворилась вовнутрь, где густая тьма словно способна была поглотить весь свет.</p><p>Лугано с безучастным выражением лица прошёл сквозь эту тьму и вошёл в комнату; за его спиной алая деревянная дверь, тянутая Незримой рукой, мало-помалу закрылась.</p><p>Это был сюит; в гостиной, совмещённой со столовой, не горел свет и не были зажжены свечи, лишь бледный алый лунный свет, проникавший сквозь шторы, давал ничтожно малую видимость.</p><p>У обеденного стола стояли две тёмные фигуры, одна из которых явно была в годах: золотистые волосы во многом поседели, а синие глаза казались тёмными и глубокими, словно окрашенными ночной тьмой.</p><p>Помимо множества довольно глубоких морщин в уголках глаз, состояние его кожи было весьма неплохим, а одет он был в просторную тёмно-чёрную мантию.</p><p>Фигура сбоку от этого старика оказалась бледным, каштановолосым и кареглазым Эннио — тем самым странным пациентом, что только вечером навещал Лугано.</p><p>Он по-прежнему выглядел мертвенно-безжизненным, а та ничтожная искорка света в его глазах окончательно угасла; его расфокусированный взгляд был устремлён на длинный стол, на котором не стояло никакой посуды.</p><p>Подобный лунатику Лугано встал рядом с Эннио, необычайно тихий.</p><p>Старик в просторной чёрной мантии повернул голову и посмотрел на Эннио.</p><p>Этот пациент тотчас подошёл к обеденному столу, залез на него и лёг, замерев без движения.</p><p>Старик с седеющими золотистыми волосами достал острый скальпель, расстёгнул на Эннио суконное пальто, кашемировый свитер и хлопчатобумажную рубашку, после чего приставил это острое оружие к его груди и животу.</p><p>Со звуком «распарываемой плоти» он рассек несколько слоёв плоти и крови, проделав длинную рану.</p><p>Когда грудная и брюшная полости раскрылись, внутренности Эннио обнажились под алым лунным светом.</p><p>Там было пусто-пусто: ни желудка, ни лёгких, ни тонкого и толстого кишечника, ни печени, ни почек — оставалось лишь алое сердце, всё ещё бессильно бившееся, от которого в стороны отходило несколько кровеносных сосудов.</p><p>Старик в тёмно-чёрной мантии погрузил внутрь острый скальпель, а другой рукой, мерцающей слабым светом, надавил.</p><p>Сделав несколько движений, за которыми взгляд едва успевал следить, он отвёл левую руку, держа в ней то алое, всё ещё слегка бившееся сердце.</p><p>Внутри груди и живота Эннио образовалась полная пустота, остались лишь свисать несколько кровеносных сосудов, из которых не брызгала жидкость.</p><p>Затем старик сомкнул разрезанные края, сжал их и с помощью мерцающего слабого света полностью затянул рану.</p><p>Живот Эннио вмиг стал цел и невредим, не осталось ни малейшего шрама.</p><p>Этот особый пациент всё это время лежал с открытыми глазами, словно резали вовсе не его.</p><p>В этот момент он перевернулся, слез с обеденного стола и медленным шагом с пустым взглядом пошёл к двери, покидая эту комнату.</p><p>Старик открыл чемодан, стоявший у его ног, и достал стеклянные банки одну за другой.</p><p>В каждой стеклянной банке содержалась светлая янтарная жидкость, в которой плавали различные органы: селезёнка, лёгкие, печень, почки, желудок, кишечник…</p><p>Старик в просторной чёрной мантии расставил эти предметы на обеденном столе в определённом особом порядке, окружив ими то всё ещё слегка бившееся алое сердце.</p><p>Сразу вслед за этим старик с седеющими золотистыми волосами отступил на шаг и стал читать заклинания на каком-то древнем, зловещем, но в то же время невероятно родном языке.</p><p>Пока эхом отзывался этот неизвестный, похожий на шёпот голос, эти внутренние органы, поддерживаемые незримой силой, медленно поднялись вверх.</p><p>Места, где они в итоге остановились, были выше и ниже, словно воссоздавая расположение внутренних органов стоящего человека.</p><p>Сердце, печень, селезёнка, лёгкие, почки и прочие органы одновременно засияли слабым светом, смутно очерчивая тело — тело без головы, без конечностей, ещё не обросшее скелетом и плотью.</p><p>Это тело становилось всё более реальным, всё более оформленным.</p><p>Раздался детский плач «уа», слабый, но настоящий.</p><p>Но в конце концов это тело всё же скрутилось, зашевелилось, распалось и рухнуло на обеденный стол.</p><p>Увидев это, старик в просторной чёрной мантии с сожалением вздохнул.</p><p>Однако по какой-то причине морщин в уголках его глаз стало куда меньше, чем прежде, и они были уже не столь глубокими, а большая часть седеющих волос на его голове вновь стала светло-золотистой.</p><p>Он разом помолодел лет на семь-восемь.</p><p>Ощутив своё прекрасное состояние, старик устремил взгляд на Лугано.</p><p>Лугано словно повиновался некоему зову: шаг за шагом подполз к обеденному столу, лёг на него и с открытыми глазами стал тихо ждать.</p><p>Старик расстёгнул на Лугано льняную рубашку, взял лежавший рядом скальпель и примерился пару раз к груди и животу этого «Врача», словно определяя, откуда лучше сделать надрез.</p><p>Именно в этот момент старик услышал оглушительный грохот.</p><p>Та алая деревянная дверь распахнулась вовнутрь и тяжело ударилась о стену.</p><p>Огромный поток алого пламени хлынул в комнату, озарив тьму, взобравшись по стенам и заполнив потолок.</p><p>Всего в мгновение ока это место превратилось в огненный ад.</p><p>Черноволосый и зеленоглазый Лумиан, в золотисто-жёлтой соломенной шляпе, хлопчатобумажной рубашке, чёрном жилете и тёмных брюках, появился в дверях и шаг за шагом вошёл в сюит.</p><p>Он посмотрел на старика в просторной чёрной мантии и ровным тоном спросил:</p><p>«Ты не знаешь, что он мой слуга?»</p><p>Взгляд старика сузился, и он уже собирался опустить скальпель, чтобы приставить его к шее Лугано.</p><p>Но его правая рука никак не могла опуститься ни на полдюйма, будто удерживаемая и отталкиваемая вверх незримой силой.</p><p>Лумиан остановился посреди вздымавшегося алого пламени, не спеша нападать, и с большим интересом произнёс:</p><p>'Только что проведённая операция довольно любопытна: извлечь чужие внутренности, но оставить человека в живых, обрекая лишь на постепенное угасание.</p><p>«А ты с помощью этих внутренностей совершил ритуал, существенно помолодев, да ещё и едва не создал странную жизнь.»</p><p>В подёрнутых тёмной синевой глазах старика промелькнуло изумление:</p><p>«Откуда ты знаешь?»</p><p>Разве ты не только что пришёл сюда в поисках слуги?</p><p>К тому же до этого сюда точно никто не входил!</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Тебе незачем знать.»</p><p>«У меня всё ещё есть полномочия „Морского Губернатора“ на несколько часов, разве в этих водах трудно „увидеть“ то, что хочется?»</p><p>Старик почувствовал уверенность, непреклонность и расслабленность Лумиана, не проявлявшего прямой агрессии, и после нескольких секунд молчания произнёс:</p><p>«Жизнь — это самое драгоценное, а потому жизнь — это ещё и лучшее жертвоприношение, лучший материал.»</p><p>Он не стал подробно объяснять суть операции и ритуала, лишь изложил свои воззрения и истину, к которой стремился.</p><p>И восхваляет жизнь, и оскверняет её? Лумиан приподнял бровь, ощутив нечто смутно знакомое.</p><p>Это напомнило ему о той шайке Дарителей «Великой Матери» вроде «Госпожи Луны» и «Мадам Ночь».</p><p>Лумиан внимательно оглядел старика в чёрной мантии за обеденным столом и, убедившись, что тот не женщина, временно отложил внезапно охватившее его напряжение.</p><p>Он опустил голову, взглянув на лежавшего на обеденном столе Лугано с пустым взглядом, и непринуждённо спросил:</p><p>«Как ты подчинил моего слугу?»</p><p>Старик посмотрел на Лумиана глубоким взглядом, словно пытаясь разгадать истинные намерения собеседника и взвешивая, стоит ли воспользоваться случаем и проповедовать истину или же сперва испробовать силу в бою, чтобы проверить, нельзя ли уничтожить проблему напрямую.</p><p>Спустя несколько секунд он произнёс глухим голосом:</p><p>«Он — сородич „Великой Матери“, он услышал плач Дитя божества.»</p><p>«Великая Матерь»? Едва Лумиан услышал это обращение, как у него кожа на голове занемела от ужаса.</p><p>Не будь у него ещё полномочий «Морского Губернатора», он бы уже атаковал изо всех сил, не давая противнику возможности говорить и готовиться.</p><p>Всё равно, прикончив его, можно будет провести «Спиритический сеанс», да ещё и скормить Людвигу!</p><p>Что до того, как этот старик назвал Лугано сородичем Великой Матери, Лумиан поначалу удивился, но тут же отбросил буквальный смысл.</p><p>Он был твёрдо уверен, что Лугано — человек, и никакой инородной крови в нём нет.</p><p>— После того как Лугано ранили в гостинице «Соло», Дженна собрала пролитую кровь и по последующему указанию Лумиана провела «Гадание на волшебном зеркале».</p><p>Лумиан быстро догадался об истинном смысле слов старика:</p><p>'«Потусторонние Пути 'Земледельца» — сородичи «Великой Матери»?</p><p>«Куда же тогда девать 'Матерь-Землю»? Ведь «Земледелец» — это основной Путь Церкви «Матери-Земли»…</p><p>«Неужели… эта „Великая Матерь“, подобно Небесному Достопочтенному или господину „Шуту“, стоит во главе нескольких Путей? „Земледелец“ и „Сеятель“? Названия действительно тесно связаны…»</p><p>Пока мысли Лумиана стремительно проносились, ещё больше его беспокоило существование «Дитя божества», что напомнило ему о пустой детской колыбели в деревне Корду и о почётном имени «Госпожи Луны», вынашивающей божество…</p><p>Чёрт возьми, почему стоит столкнуться с делами «Великой Матери», как тут же не обойтись без детей, Дитя божества и младенцев? Неужели той так нравится рожать детей? Лумиан внешне спокойно улыбнулся:</p><p>«Ваше Дитя божества, похоже, ещё не родилось по-настоящему.»</p><p>Старик в просторной чёрной мантии мгновенно сделался фанатичным:</p><p>'Он уже родился в мире духов, просто пока не может войти в реальный мир.</p><p>«Разве ты не заметил: одно лишь явление Его облика омолодило меня на несколько лет, а если Он родится по-настоящему, я мгновенно верну себе молодость!»</p><p>«Кто знает, какую жуткую тварь ты сотворил…» — мысленно язвил Лумиан, после чего произнёс:</p><p>«С помощью ритуала, содержащего столь ничтожно мало жизни, ты ещё рассчитываешь сотворить тело для Дитя божества?»</p><p>Старик опешил на мгновение и вымолвил:</p><p>«Это ритуал, полученный из откровения „Великой Матери“, он совершенно точно сработает!»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Тот Эннио — явно обычный человек, и эффект от ритуала ни за что не будет хорошим. Если же заменить его Потусторонним с густым сиянием жизни, результат, возможно, окажется совершенно иным.»</p><p>Старик инстинктивно согласился:</p><p>«И то правда, потому я и хотел опробовать внутренности твоего слуги…»</p><p>Договорив до этого места, старик осёкся и с настороженностью уставился на Лумиана.</p><p>Лумиан с сияющей улыбкой предложил:</p><p>'Не думал о том, чтобы принести в жертву собственные внутренности?</p><p>«Как, не сделав жертвой самого себя, можно проявить благоговение перед 'Великой Матерью» и поклонение тому Дитя божества?</p><p>«Будь спокоен, Дитя божества воскресит тебя и дарует тебе молодость!»</p><p>Едва отзвучали эти слова, как в правой руке Лумиана сгустился сгусток тёмно-зелёного сияния.</p></section><section><title><p>Глава 606 Все еще внутренности</p></title><p>Глава 606 Все еще внутренности</p><p>Тёмно-зелёное сияние превратилось в луч и, едва вырвавшись, пало на грудь старика, погрузившись в свободную чёрную мантию, словно солнечный свет, от которого никому не укрыться.</p><p>Выглядевший моложе на семь-восемь лет старик тут же исказился в лице, и каждый открытый дюйм его кожи проявил признаки плавления.</p><p>Его аура стремительно слабела.</p><p>Почти одновременно с этим из его тела вырвалась бурлящая, словно ощутимая жизненная сила: под плавающей и отслаивающейся кожей шевелилась плоть, противостоя мутации.</p><p>Взгляд старика в чёрной мантии мгновенно помрачнел, и сам он резко побледнел, растворившись в воздухе.</p><p>Сразу после этого на стуле с высокой спинкой возле обеденного стола проступило смутное лицо, сливаясь с коричневым деревом и готовое стать отчётливым.</p><p>Как раз в этот момент с потолка, охваченного ало-красными потоками пламени, осыпался дождь из огненных капель, пролившись на стул и быстро зажгя его.</p><p>Коричневое лицо ещё не сформировалось до конца, как уже столкнулось с бушующим пламенем, и ему ничего не оставалось, кроме как втянуться обратно.</p><p>После этого Лумиан больше не видел и не ощущал присутствия того старика в чёрной мантии.</p><p>Едва он огляделся по сторонам, как лежавший на обеденном столе Лугано резким движением сел, спрыгнул вниз и уставился на него пустым взглядом, точь-в-точь бродячий Живой мертвец.</p><p>Лумиан тихо ухмыльнулся, поднял правую руку и указал на Лугано.</p><p>Вместе с этим жестом в его глазах вспыхнули сияющие искры, словно сошло звёздное небо.</p><p>Лугано мгновенно оказался в небытии ночного неба, где со всех сторон — сверху, снизу, слева, справа, спереди и сзади — мерцали созвездия.</p><p>Он ошеломлённо застыл на месте, прекратив любые действия, будто машина, лишившаяся энергии и кукловода.</p><p>Разобравшись со своим слугой, Лумиан снова окинул взглядом всё вокруг.</p><p>Однако в его глазах отражалось лишь струящееся, пылающее ало-красное пламя — фигуры старика в чёрной мантии нигде не было.</p><p>Выражение лица Лумиана ничуть не изменилось; он растопырил пять пальцев правой руки и резко сжал их в кулак.</p><p>Его тело внезапно стало тяжёлым, а окружающий огонь, словно притягиваемый магнитом, устремился к нему, подобно рекам, текущим к морю.</p><p>Бутыли и банки в комнате, органы из разных частей тела и все относительно лёгкие предметы взмыли в воздух и устремились к Лумиану.</p><p>На поверхности деревянной вешалки возле двери выпятился прозрачный силуэт старика в чёрной мантии, и невидимая сила вытащила его из укрытия.</p><p>Он изо всех сил сопротивлялся, но никак не мог воспротивиться притяжению к Лумиану, точь-в-точь как древесина, уносимая бушующим потоком, или тонкий лист, кружащийся на ураганном ветру.</p><p>Левая рука Лумиана уже была поднята, и ало-красный, почти белый огонь на его ладони под воздействием мощного всасывания быстро превратился в ослепительно-белый, компактный сгусток.</p><p>Многократно сжатый ослепительно-белый огненный шар вылетел вперёд, и тяжёлое, ужасающее всасывание тут же исчезло.</p><p>Хлоп — старик в чёрной мантии наконец ступил на пол, но его поле зрения уже целиком заполнил ослепительно-белый огненный шар.</p><p>Бум!</p><p>Ослепительно-белый огненный шар взорвался на Потустороннем, проводившем зловещую операцию и странный ритуал; грохот взрыва разошёлся вдаль, но был перехвачен и заблокирован изогнувшейся по периметру комнаты тьмой, не сумев вырваться наружу.</p><p>При таком оглушительном взрыве ни один человек на всём корабле не услышал звука и не почувствовал ничего необычного.</p><p>Грохот!</p><p>Тело старика в чёрной мантии было разорвано ужасающим взрывом на части; множество обрубков плоти то мгновенно обугливалось, то охватывалось открытым огнём и разлеталось по всем углам гостиной, совмещённой со столовой.</p><p>Имея в качестве запасного плана «спиритизм» и Людвига, Лумиан вовсю наслаждался полномочиями «Морского Губернатора» и практически полубожественным могуществом, которое они давали, абсолютно не заботясь о том, во что превратится противник.</p><p>«До чего же приятно, так вот каково быть полубогом? Пусть и фальшивым… Жаль, что в шесть часов, когда рассветёт, всё это исчезнет…» — с такими размышлениями Лумиан перевёл взгляд на всё ещё пылающие обломки плоти.</p><p>Окинув их взглядом, он обнаружил, что плоть старика в чёрной мантии сгорает до углей и пепла с невообразимой скоростью, точно замёрзший иней под ударом магмы при извержении вулкана.</p><p>Всего через несколько секунд в комнате остались лишь внутренние органы — сердце, печень, селезёнка, лёгкие, почки, кишечник, желудок — и комковатый серо-белый, полуобугленный мозг.</p><p>Это… Лумиан, даже думая пяткой, мог понять, что ситуация складывается весьма необычная:</p><p>За исключением мозга, все оставшиеся останки врага оказались внутренними органами.</p><p>А ведь зловещая операция, которую тот только что завершил, заключалась именно в извлечении чужих внутренних органов с сохранением видимости, будто жертва живёт как обычный человек!</p><p>В то же время его странный ритуал состоял в попытке собрать тело так называемого Дитя божества с использованием полного комплекта внутренних органов!</p><p>Всё это — внутренние органы, и Лумиану было трудно не провести определённые параллели.</p><p>«Неужели этому парню и самому когда-то вырезали внутренности, а потом он поддерживал жизнь за счёт сшитых чужих органов, да ещё и стал Потусторонним? Как это назвать, алхимия человеческого тела? Если так, то кто же вырезал его органы?» — бесшумно пробормотал Лумиан.</p><p>Звёзды в его глазах быстро угасли, и Лугано вернулся в реальный мир.</p><p>Лумиан с расстояния в четыре-пять метров поднял правую руку и слегка взмахнул ею.</p><p>Хлоп!</p><p>Лугано получил звонкую оплеуху от невидимой руки из воздуха.</p><p>Он вздрогнул, и пустота в его глазах постепенно рассеялась.</p><p>Первым, что увидел Лугано, был непрерывно падающий ало-красный огонь, который быстро гас, ничего не поджигая.</p><p>Затем в его поле зрения появились обугленные куски трупа, разбросанные внутренние органы, стеклянные банки с светло-янтарной жидкостью и погружённые в неё органы.</p><p>«Я что, ещё не проснулся… Это кошмарный сон?» — только успела промелькнуть эта мысль у Лугано, как в его глазах отразился облик его нанимателя, черноволосого и зеленоглазого Луи Бери.</p><p>«Сукин сын, сон стал ещё страшнее!» — Лугано вздрогнул и подсознательно спросил с лёгким угодничеством:</p><p>«Что произошло?»</p><p>Лумиан задумчиво переспросил:</p><p>«Что тебе только что снилось?»</p><p>«Снилось?» — убедившись, что сейчас он действительно бодрствует, Лугано припомнил и сказал:</p><p>'Мне снилось детство. Моя мать стояла у дверей, звала меня скорее домой ужинать и пела детскую песенку нашего края…</p><p>«Она умерла почти десять лет назад, я очень по ней скучал. Я всё шёл и шёл к двери, но никак не мог дойти…»</p><p>Дойдя до этого места, Лугано вдруг осознал, что это вовсе не тот апартамент, где они остановились, и содрогнулся от испуга:</p><p>«Что всё-таки произошло?»</p><p>Лумиан усмехнулся и ответил:</p><p>«Ты спал среди ночи, вдруг начал лунатить и пришёл сюда. Один старик собирался сделать тебе операцию и вырезать почки, чтобы ты постепенно превратился в такого же больного, как Эннио.»</p><p>Чем больше Лугано слушал, тем сильнее пугался: раньше он ещё удивлялся, почему Эннио, лишившись большей части внутренних органов, всё ещё жив и лишь ослаб, а только что сам чуть не превратился в нечто подобное!</p><p>«С-с…» — он втянул полный рот холодного воздуха и испуганно спросил: — «А где тот старик?»</p><p>«Осталось только это», — Лумиан указал на внутренности и серо-белый полуобугленный мозг на полу.</p><p>Не давая Лугано возможности поддаться чувствам, он перешёл к приказам:</p><p>«Поди приведи Людвига.»</p><p>Посчитав время, пора бы уже было съесть ту полуночную порцию.</p><p>Лугано поспешно вышел из апартамента, несказанно радуясь, что в своё время решил поехать за Лумианом на Южный континент.</p><p>Иначе, случись нечто подобное в другом месте, никто бы не смог его спасти!</p><p>— Лугано казалось, что это происшествие не имеет к Лумиану никакого отношения и было навлечено исключительно им самим; окажись он в Трире, он, возможно, точно так же встретил бы странного пациента без внутренних органов.</p><p>Лумиан смотрел ему вослед, подняв правую руку и потирая подбородок:</p><p>«Стоит лишь услышать плач младенца, порождённый неудавшимся ритуалом, как Потусторонние Пути 'Земледельца», заснув, оказываются под воздействием и начинают действовать в состоянии лунатизма, подчиняясь соответствующим приказам?</p><p>«Не слишком ли это чересчур? Это ведь абсолютное подавление Пути 'Земледельца»…</p><p>'Если бы ритуал увенчался успехом и Дитя божества действительно родилось, я ещё мог бы понять подобные явления, но сейчас это всего лишь продукт брака, и он уже настолько силён?</p><p>'Даже с учётом ограничения по радиусу действия, это всё равно жутко… Могут ли за этим кроться ключевые причины, о которых я не знаю?</p><p>«Кроме того, неужели только Потусторонние Пути „Земледельца“ или обладатели дарованной силы „Сеятеля“ способны слышать плач этого Дитя божества? Хм, а может ли слышать его Путь „Аптекаря“, взаимозаменяемый с Путём „Земледельца“?»</p><p>Пока мысли Лумиана витали вокруг этих вопросов, Лугано ввёл Людвига в апартамент.</p><p>Представ перед довольно кровавой картиной, Людвиг прикрыл рот рукой и с зевотой спросил:</p><p>«А где еда?»</p><p>Лумиан не стал сразу предъявлять требования, а повернулся к Лугано:</p><p>«Ты постой у двери.»</p><p>После того случая с питьём крови Лугано смутно догадывался, что сейчас произойдёт, и вовсе не смел смотреть на это вживую; услышав приказ Лумиана, он с облегчением перевёл дух, семенящим шагом выбежал в коридор и за собой прикрыл киноварно-красную дверь.</p><p>Только тогда Лумиан указал на внутренности на полу и спросил:</p><p>«Нужно, чтобы я поджарил их для тебя?»</p><p>Людвиг покосился на Лумиана:</p><p>'Разве ты не чувствуешь отвращения?</p><p>«Это ведь человеческие внутренности.»</p><p>Лумиан ухмыльнулся:</p><p>«В моих глазах они уже ничем не отличаются от внутренностей Монстра.»</p><p>Затем на его лице появилось самоироничное выражение:</p><p>«К тому же, разве продвижение Потусторонних с использованием Потусторонних характеристик напрямую не равносильно поеданию людей?»</p><p>Людвиг больше ничего не сказал, сделал пару шагов в сторону, присел, поднял сердце того старика, засунул в рот и принялся зажёвывать.</p><p>Всё ещё свежая алая кровь медленно стекала по уголкам его рта.</p><p>Лумиан пододвинул стул, сел и стал терпеливо ждать, пока Людвиг закончит трапезу и завершит усвоение.</p><p>Спустя семь-восемь минут Людвиг достал из карманчика куртки белый носовой платок, вытер рот и сказал:</p><p>'Эти внутренности принадлежали разным людям: некоторые были Потусторонними, некоторые — обычными людьми, некоторые — стариками, некоторые — юношами…</p><p>'Есть следы алхимии человеческого тела, аура жизни довольно смешанная, недостаточно чистая…</p><p>'Они находятся под контролем и влиянием создателя…</p><p>'Человек, подвергшийся этой алхимии, сам не знал о том, что с ним произошло.</p><p>'У него есть полная память, есть воспоминания о прошлом, чего обычная алхимия человеческого тела добиться не способна.</p><p>«Он поднялся на корабль вслед за Эннио, намереваясь извлечь оставшиеся органы и завершить ритуалы до того, как тот прибудет к месту назначения…»</p><p>Людвиг будничным, бесстрастным тоном излагал усвоенные им знания и воспоминания.</p></section><section><title><p>Глава 607 Школа Сошествия Божества</p></title><p>Глава 607 Школа Сошествия Божества</p><p>Под проникавшим сквозь шторы алым лунным светом Людвиг, одетый в пижаму-двойку и маленькую куртку, словно лишенный эмоций хронометр, высказал все воспоминания и знания, впитанные им из полуобугленного мозга и внутренних органов старика в черном балдахоне:</p><p>'Только мозг принадлежал ему самому, его зовут Пуринпино.</p><p>«Из-за старости и немощи тела он начал соприкасаться с оккультизмом и незаметно для себя удостоился взора „Великой Матери“, овладел множеством сокрытых знаний и стал Потусторонним……»</p><p>Услышав это, Лумиан наполовину с насмешкой, наполовину с опаской беззвучно пробормотал пару фраз:</p><p>Удостоиться взора «Великой Матери» и не забеременеть?</p><p>Действительно ли то, чему ты следуешь — это «Великая Матерь»?</p><p>Людвиг продолжил:</p><p>'Неизвестно, когда Пуринпино начал терять внутренности, соответствующие знания и воспоминания не были впитаны.</p><p>'Точно так же неизвестно время, когда он стал продуктом Алхимии человеческого тела.</p><p>'Его идея заключается в следующем:</p><p>«Человечество когда-то было самым любимым и самым предметом гордости дитяти 'Великой Матери», а вся глупость, вся старость и вся слабость появились из-за отдаления от Матери и осквернения реальностью.</p><p>«Только если Дитя божества 'Великой Матери» сойдет в текущий мир, человечество сможет обрести спасение, войти в Иной мир и вернуться к своему первозданному облику.</p><p>«К тому времени „Великая Матерь“ также вернется в реальный мир, которым она повелевает.»</p><p>Использование «она» — местоимения с более четким указанием на женский пол — для обозначения «Великой Матери» вместо «Она»… Это означает, что в глазах людей вроде Пуринпино беременность и роды — все еще женское дело, поэтому Матерь непременно должна быть «ею»… Это отличается от состояния «Ночного собрания»… Лумиан посмотрел на Людвига и одобрительно кивнул.</p><p>Людвиг неспешным, ровным тоном без особых колебаний пересказал попытки и часть способностей Пуринпино:</p><p>'Для рождения Дитяти божества требуется особое тело, состоящее из внутренних органов разных людей……</p><p>'Это не вся полнота ритуала сошествия, ключевая часть отсутствует……</p><p>'Пуринпино обладает чрезвычайно сильной способностью к самоисцелению; будучи продуктом Алхимии человеческого тела, он иммунен к воздействию многих Потусторонних способностей.</p><p>«Он может контролировать людей, косвенно оскверненных Дитятью божества, или Потусторонних определенных Путей, непосредственно контактировавших с особыми пациентами; радиус действия — сто метров, требуется пребывание в нездоровом состоянии……»</p><p>Услышав это, Лумиан внезапно подумал о Последовательности 7 «Вампир» Пути «Аптекаря»:</p><p>Потусторонние этого типа обладают мощной способностью к самоисцелению, а также могут создавать «кровавых слуг», похожих на собственных марионеток!</p><p>Лумиан не стал перебивать Людвига и терпеливо ждал продолжения его рассказа:</p><p>'Он и хорош в хирургических операциях, и может напрямую исцелять других, а также владеет ритуалом, позволяющим человеку жить какое-то время даже без внутренних органов.</p><p>'Он может сливаться с деревьями и деревянными изделиями, прячась внутри, получать твердую оболочку и избегать обнаружения.</p><p>'Он может стимулировать рост и размножение живых существ, включая, но не ограничиваясь: крыс, блох, клопов, грибки и различные растения, но для этого требуется расходовать собственную жизненную силу; его жизненная сила может восполняться за счет неудавшихся ритуалов сошествия Дитяти божества, причем каждые девять ритуалов необходимо заменять комплект внутренних органов……</p><p>«Еще он может проклинать других, способен призывать злобных существ и может, совершая Сжигание жизни, применять некоторое количество Еретических искусств……»</p><p>Когда Людвиг закончил говорить, Лумиан обнаружил, что Потусторонние способности Пуринпино весьма смешанные: в них есть как элементы состояния «Вампира», так и проявление определенных черт Последовательностей «Земледелец» и «Врач» Пути «Земли», и при этом он овладел небольшим количеством «Еретических искусств», причем тоже сотворял их через жизненную силу.</p><p>«Похоже на комбинацию трех Путей — „Аптекаря“, „Земледельца“ и „Еретического мага“, — но все же не в полной мере… Силу Благословения можно даровать даже так? „Великая Матерь“ и вправду существо на вершине этих трех Путей……» — Лумиан некоторое время поразмыслил, взял Людвига за руку и вышел из номера.</p><p>Он сказал Лугано, стоявшему у дверей:</p><p>«Пойди и позови сюда священника из молитвенной комнаты, расскажи ему все известные тебе детали.»</p><p>Отдав распоряжение, Лумиан немного помолчал и добавил:</p><p>«Сначала найди капитана, а потом священника.»</p><p>«Хорошо,» — Лугано сначала инстинктивно согласился, а затем испытывающе спросил: — «А Вы?»</p><p>«Я, разумеется, возвращаюсь спать. Если они захотят нанести мне визит, могут подождать до завтрашнего утра.» — Лумиан взмахнул рукой и вместе с Людвигом пошел по тускло освещенному коридору к своему номеру.</p><p>«Я один за все отвечаю?» — Лугано не удержался от тихой реплики.</p><p>Он внезапно обнаружил, что у дверей номера, где все еще валялись разбросанные внутренние органы, остался только он один. Сильно вздрогнув, он быстрыми шагами направился к каюте капитана.</p><p>…………</p><p>Спустя десять минут, внутри номера старика в черном балдахоне.</p><p>Священник по имени Монсеррат и капитан Педро, разглядывая обстановку на месте происшествия, слушали подробный рассказ Лугано о его приключении.</p><p>Лугано довольно тревожно сообщил этим двоим, что он Потусторонний — «Врач» Пути «Земледельца». Проявив выдающиеся способности в лечении людей, он удостоился Визита Эннио, а позже, глубокой ночью, находясь во сне, внезапно стал лунатить, пришел сюда и едва не лишился внутренних органов, но, к счастью, был спасен своим нанимателем.</p><p>На протяжении всего рассказа Лугано утаил только эпизод с питьем крови Людвигом, а обо всем остальном, что ему было известно, поведал без тайн.</p><p>Капитан Педро с красивой каштановой бородой полушутя пробормотал:</p><p>«А не может ли быть так, что твой наниматель убил жильца этого номера, намеренно разбросал повсюду его внутренности, а затем сочинил эту историю про злого Колдуна, чтобы нас обмануть?»</p><p>Э-э… Лугано на мгновение лишился дара речи.</p><p>Действительно, исключать такую возможность было нельзя!</p><p>Священник Монсеррат с чистыми чертами лица, облаченный в коричневую сутану, покрутил головой:</p><p>«Стоит проверить физическое состояние Эннио, и станет ясно, правдива эта история или ложна.»</p><p>«Я знаю.» — капитан Педро погладил бороду на подбородке и, посмотрев на Лугано, спросил: — «Как зовут твоего нанимателя?»</p><p>«Луи Бери,» — честно ответил Лугано.</p><p>«Луи Бери……» — взгляд Педро застыл: — «Великий авантюрист Луи Бери, выследивший „Колдуна-Демона“?»</p><p>Монсеррат тоже слегка расширил глаза:</p><p>«Великий авантюрист Луи Бери, который в порту Санта сотрудничал с Церковью и тайно помешал темным силам сорвать церемонию Моления Морю?»</p><p>Это… репутация Босса настолько громкая? Церковь «Матери-Земли» сообщила всем священнослужителям о том, что Луи Бери — дружественное лицо и партнер? Ну да, этот корабль отплыл из порта Санта, священник на борту наверняка был среди первых уведомленных… Лугано предполагал, но никак не думал, что имя его нанимателя окажется настолько действенным.</p><p>Он без колебаний ответил:</p><p>«Это он, Великий авантюрист Луи Бери.»</p><p>Едва Лугано договорил, как весь корабль внезапно подбросило вверх, вынеся на вершину гигантской волны высотой в несколько десятков метров.</p><p>При этом вокруг не было ни темных туч, ни проливного дождя, ни бушующего ветра, ни молний.</p><p>Несколько раз подпрыгнув среди мрачных темных волн, пароход легко опустился обратно на морскую гладь, и все вокруг снова погрузилось в покой.</p><p>Капитан Педро взглянул на разгромленный номер и окна, по которым все еще стекали струи воды, после чего глухим голосом спросил Лугано:</p><p>'Это сила твоего нанимателя?</p><p>«Я слышал, сегодня вечером кто-то показывал магию с волнами в баре. Это были настоящие волны?»</p><p>«Да.» Хотя Лугано и сам толком не понимал, что произошло, он все же приписал эту сцену, подобную величественной силе природы, своему нанимателю.</p><p>Затем он добавил:</p><p>«Он с вами поздоровался.»</p><p>Капитан Педро и священник Монсеррат мгновенно погрузились в молчание.</p><p>Спустя десяток с лишним секунд Педро спросил священника Монсеррата, выглядевшего моложе тридцати лет:</p><p>«У Церкви есть сведения о подобного рода операциях и ритуалах?»</p><p>Монсеррат бросил взгляд на Лугано и не стал просить его выйти.</p><p>Священник на мгновение задумался и произнес низким голосом:</p><p>'Существует группа сбившихся с пути верующих в Матерь. Они убеждены, что упадок нынешнего мира и деградация человечества — это печальные последствия отдаления от Матери.</p><p>'Они пытаются любыми способами заставить так называемое Дитя божества сойти в реальный мир и через возвращение Дитяти божества призвать повторное пришествие Матери.</p><p>«Мы называем их „Школой Сошествия Божества“.»</p><p>Лугано задал вопрос без особой уверенности:</p><p>«Используя лишь внутренности обычных людей, можно заставить Дитя божества сойти в наш мир?»</p><p>Он не знал деталей операции и ритуала, но примерно догадывался, что ключевым материалом должны выступать именно внутренние органы.</p><p>Монсеррат пристально вглядывался в оставшиеся в номере человеческие органы и тяжелым тоном произнес:</p><p>«Дитя божества — дитя Матери, и человечество — тоже дети Матери.»</p><p>Это означает, что по своей сути никто из них не выше и не ниже, поэтому они могут служить материалом, и за счет количества можно восполнить недостаток? Лугано примерно понял истинный смысл слов священника.</p><p>Многие ритуалы, связанные с кровавыми жертвоприношениями, на самом деле можно объяснить этой теорией.</p><p>Священник Монсеррат не стал распространяться дальше и обратился к Лугано:</p><p>«Передай своему нанимателю, что с последующими делами мы разберемся сами, пусть он не беспокоится.»</p><p>«Хорошо.» — Лугано сразу почувствовал облегчение.</p><p>…………</p><p>На следующее утро Лумиан проснулся точно по часам и обнаружил, что больше не обладает «силой моря», а значит, не может получить полномочия «Морского Губернатора».</p><p>С сожалением отпив светлого пива, он начал писать письмо мадам «Фокусник», рассказывая о проблеме Школы Сошествия Божества и так называемом рождении Дитяти божества в мире духов.</p><p>Вскоре Посланница-«кукла» доставила ответное письмо:</p><p>«Столкнувшись со 'Школой Сошествия Божества», я даже не могу понять, в тебе ли дело или в Лугано.</p><p>«Слова о том, что так называемое Дитя божества уже родилось в мире духов — это просто пропагандистская риторика, понятно? Как и священное писание Церкви 'Шута»: достаточно просто выслушать, не принимая близко к сердцу.</p><p>«Разумеется, подобные вещи действительно происходят, зреют и развиваются, и к тебе это тоже имеет некоторое отношение, поскольку первоначальным истоком служит та самая пустая колыбель в деревне Корду — ребёнок, которого 'потеряла» мадам Пуалис.</p><p>«Кроме того, на основе отзывов из разных источников сейчас можно сделать вывод: та 'Мадам Ночь» не погибла в Трире Четвертой Эпохи, и даже встретила или получила нечто такое, что придало делу Дитяти божества дальнейшее развитие.</p><p>«Помимо неё, Вазан Сансон из организации „Грешники“ также бежал из Трира Четвертой Эпохи, причины и его обстоятельства неизвестны……»</p><p>Вазан Сансон все еще жив? Увидев середину письма, Лумиан сначала обомлел, а затем на его лице расплылась улыбка.</p><p>В этот самый момент в дверь его спальни громко постучали.</p><p>«Кто?» — Лумиан знал, что снаружи Лугано, но все равно переспросил.</p><p>Лугано из-за деревянной двери ответил испуганным тоном:</p><p>'Я.</p><p>«Я снова услышал плач младенца!»</p></section><section><title><p>Глава 608 Последствия</p></title><p>Глава 608 Последствия</p><p>Снова услышал плач младенца? Его преследует так называемое Дитя божества? Люмиан, держа в руках недочитанное ответное письмо госпожи «Фокусник», с ухмылкой переменил позу и, глядя на дверь, произнёс:</p><p>«Войди.»</p><p>Лугано повернул ручку, осторожно толкнул дверь и, робостно ссутулившись, подошёл к Люмиан.</p><p>Подобные движения и состояние в сочетании с его густыми бровями, большими глазами и квадратным лицом выглядели довольно комично.</p><p>«Тот злой колдун, старикан по, по имени Пуринпино, разве он уже не умер? Почему я всё ещё слышу плач младенца?» Лугано, тщательно подбирая тон, обеспокоенно спросил.</p><p>Он уже проконсультировался с только что вставшим Людвигом и получил ответ, что тот никакого плача младенца не слышал.</p><p>Люмиан слегка покачал листок бумаги в руке и с усмешкой сказал:</p><p>«Есть две возможности: первая — на корабле остался сообщник Пуринпино, также владеющий ритуалом сошествия Дитяти божества, а вторая…»</p><p>Лугано нетерпеливо перебил:</p><p>«Что за вторая?»</p><p>Люмиан взглянул на этого «Врача» и со смешком произнёс:</p><p>«Возможно, ты приглянулся ещё не рождённому Дитяти божества и оно захотело выбрать тебя в качестве своей суррогатной матери. Поэтому, пусть Пуринпино и мёртв, Дитя не желает уходить от тебя и всё ещё бродит рядом, хотя обычным образом его не увидеть и не ощутить.»</p><p>От этих слов у Лугано зачесалась макушка и побежали мурашки; не успев даже задуматься, почему он должен быть матерью, а не отцом, он дрожащим голосом спросил:</p><p>«Что, что же делать?»</p><p>«Не торопись.» Люмиан улыбнулся.</p><p>«Это, это ещё не торопиться⁈» Лугано казалось, что его внутренности в любой момент могут быть сожраны этим так называемым Дитятей божества, оставив лишь пустую брюшную полость.</p><p>«Конечно.» Люмиан расслабленно ответил: «Ты ведь ещё не умер? А раз не умер, значит, ситуация ещё не зашла слишком далеко. Можно всё сделать не торопясь, без спешки.»</p><p>Вроде бы и правда… Попавшись на уловку уговоров, Лугано сначала кивнул, но тут же недоумённо спросил:</p><p>«Неужели нужно обязательно дождаться моей смерти, чтобы проблема стала достаточно серьёзной и потребовала спешки?»</p><p>Люмиан хмыкнул и усмехнулся:</p><p>'Нет, тогда тем более некуда спешить.</p><p>«Человек мёртв — к чему спешить? Разве тебя кто-то воскресит?»</p><p>Короче говоря, всё равно не нужно спешить? Лугано опешил.</p><p>Хотя убедить его не удалось, но сам факт того, что наниматель всё ещё способен шутить и устраивать подобные словесные розыгрыши, придавал уверенности и заметно успокаивал:</p><p>Очевидно, он не считал плач младенца чересчур серьёзной проблемой!</p><p>Лишь после этого Люмиан озвучил свою настоящую догадку:</p><p>«Есть и третья возможность: осквернение, полученное тобой при контакте с Эннио, рассеивается не так быстро, а возможно, и вовсе не способно рассеяться естественным путём, из-за чего ты всё ещё сохраняешь связь с нерождённым Дитятей божества.»</p><p>«Тогда как избавиться от осквернения?» Лугано такое объяснение показалось куда более приемлемым, и он поверил, что способ существует.</p><p>Люмиан не стал отвечать сразу; позволив ему стоять перед собой, он вернулся к чтению недочитанного ответного письма госпожи «Фокусник»:</p><p>«Учитывая твою связь с Дитятей божества и запечатанного в тебе ангела Злого Бога, твоя встреча с членами 'Школы Сошествия Божества» не является случайностью.</p><p>«Однако твой переводчик и гид мало того что Потусторонний Пути 'Земледельца», так ещё и имеет кое-какие иные проблемы, так что его столкновение с делами, связанными с «Великой Матерью», вполне закономерно.</p><p>«Что касается того, какие именно это проблемы — подумай и расспроси сам, я не стану давать тебе готовый ответ. „Заговорщику“ следует чаще пользоваться собственными мозгами…»</p><p>Дочитав до этого места, Люмиан поднял голову и молча уставился на Лугано, отчего тело этого «Врача» мгновенно натянулось, а спина покрылась слоем пота.</p><p>«Е… есть ещё какие-то проблемы?» заикаясь, спросил Лугано.</p><p>Люмиан слегка откинулся на спинку стула и задумчиво произнёс:</p><p>«Устранение осквернения в оккультизме вполне может потянуть на отдельный предмет. Мне нужно знать конкретные подробности, чтобы дать тебе ответ.»</p><p>Подчеркнув важность этого, он спросил:</p><p>«Ты сталкивался раньше с чем-то подобным? Например, странный плач младенца, оккультные происшествия, связанные с деторождением, еретические искусства, имеющие отношение к матери, и так далее, и тому подобное.»</p><p>Лугано не смел медлить, опасаясь, что не устранённое вовремя осквернение сделает его человеком без внутренних органов.</p><p>Он тщательнейшим образом перебрал в памяти свой опыт за эти годы и вскоре с некоторой неуверенностью произнёс:</p><p>«Есть одна вещь, но я не знаю, считается ли это…»</p><p>Было видно, что ему не очень хочется о ней говорить.</p><p>«Если ты не расскажешь, откуда мне знать, считается или нет?» Люмиану было всё равно, личные это тайны или нет.</p><p>Спустя несколько секунд Лугано прокашлялся и сказал:</p><p>«Я ведь рассказывал вам, что стал Потусторонним благодаря тому, что получил наследие друга?»</p><p>«Да. Ты убил этого друга?» Люмиан намеренно так спросил.</p><p>Лугано поспешно замахал головой:</p><p>«Нет, он покончил с собой.»</p><p>«Покончил с собой?» Люмиан приподнял бровь, найдя это дело довольно любопытным.</p><p>Лугано наконец решился и выпалил на одном дыхании:</p><p>'Когда я работал охотником за головами, то зарабатывал тем, что контрабандой таскал товары через тайные перевалы горного хребта Дарьеж и даже помогал разыскиваемым преступникам бежать из страны. Танко был одним из них, но он бежал не из Интиса в Фейнапот, а из Фейнапота в Интис.</p><p>'Позже он нашёл долину в глубине гор, завёл себе участок, стал выращивать зерно и овощи, развёл скотину и почти ни с кем не общался. Я регулярно навещал его, привозил соль, сахар, ткань и другие товары, а в качестве платы он обучал меня кое-каким оккультным знаниям.</p><p>'Я подался в приключения и стал охотником за головами явно не для того, чтобы прожить серую жизнь. Оккультизм был для меня крайне притягателен, а знания, которым учил Танко, время от времени и впрямь оказывались полезными.</p><p>'Танко порой бывал молчалив, а характер имел скверный и упрямый, словно камень — будто раскаивался в чём-то, — а порой становился общительным и разговорчивым, проявляя интерес ко всему на свете.</p><p>«Изредка он говаривал, что отступил от учения матери и пал в бездну зла, из-за чего становится всё менее похож на самого себя и терпит всё большие мучения. А порой считал, что Церковь лжёт, и настоящая мать давно покинула этот мир…»</p><p>Дойдя до этого места, Лугано лишь сейчас осознал, что безумные речи Танко отчасти перекликаются с учением Школы Сошествия Божества, описанным священником Монсерратом.</p><p>Неужели нынешнее происшествие зародилось ещё тогда? Он мысленно ахнул, почувствовав, как всё его тело обдало холодом.</p><p>Он заговорил быстрее:</p><p>'Поздней осенью прошлого года я снова отправился навестить Танко, пил его домашнее вино и болтал о всяких делах за пределами гор.</p><p>«Внезапно он сказал мне, что больше не может выносить самого себя, пропитанного скверной и грехом, и что вскоре уже не сможет сопротивляться Демону, таящемуся в глубине его души. Он хотел закончить свою жизнь до того, как этот Демон полностью овладеет его телом, и просил меня доставить его наследие в Толер, столицу провинции Гая, и передать священнослужителям Церкви 'Матери-Земли», а лучше всего — благословенному.</p><p>'Я притворно согласился и долго его отговаривал, и он, казалось, отказался от этого замысла, но на следующее утро я обнаружил его мёртвым на поле, где только что убрали зерно. На его теле выросли многочисленные золотистые колосья пшеницы, а ещё… ещё у него выросло несколько женских половых органов.</p><p>'В тот миг я страшно перепугался и решил, что это настоящий монстр.</p><p>'Впрочем, вы и сами знаете, для охотника за головами монстр хорош уже тем, что мёртв — ведь это источник материалов, которые можно обменять на деньги.</p><p>'Я набрался храбрости и обшарил тело Танко, обнаружив подле него золотистый комок, похожий на семена зерновых, но размером с полкулака.</p><p>'Опираясь на оккультные знания, которым учил Танко, я заподозрил, что это и есть источник его Потусторонней силы.</p><p>«Я долго колебался, думая, стоит ли сдержать вчерашнее обещание и отнести это наследие в Церковь 'Матери-Земли», но в конце концов так и не смог одолеть собственную алчность и сглотал тот комок.</p><p>«Я грешный человек, я нарушил своё обещание, и надеюсь, что солнечный свет принесёт мне искупление.»</p><p>Люмиан молча выслушал и усмехнулся:</p><p>«И вот так просто съел?»</p><p>Лугано смущённо улыбнулся:</p><p>«Да, я ведь лишь после того, как стал Потусторонним и вошёл в оккультные круги, узнал о существовании рецептов зелий. Тогда мне поистине невероятно повезло уцелеть и не сойти с ума, поэтому потом я и вознамерился во что бы то ни стало купить рецепт, не желая снова проходить через подобное.»</p><p>«И впрямь повезло. Будь это на несколько лет раньше, ты вряд ли бы сдюжил, и тогда мы, возможно, познакомились бы в хребте Дарьеж — в роли охотника на монстров и самого монстра.» Люмиан вспомнил результаты исследований председателя «Гэндальфа» и посмеялся над Лугано.</p><p>В то же время он пробормотал про себя:</p><p>'И правда, как говорил император Рассел, невежественные не ведают страха… Тот Танко явно был с изъяном и, вполне вероятно, соприкасался с верой в Злых Богов. Потусторонняя характеристика, оставшаяся после него, с высокой долей вероятности несла в себе осквернение, а этот выскочка осмелился сожрать её напрямую…</p><p>«Неудивительно, что он столкнулся с людьми из Школы Сошествия Божества, слышит плач младенца и так легко поддаётся осквернению и воздействию, стоит лишь вступить в контакт с таким пациентом, как Эннио…»</p><p>Лугано с тревогой и беспокойством спросил:</p><p>«Корень проблемы в том материале „Земледельца“, который я съел тогда?»</p><p>Прошёл целый год с тех пор, как он его съел, да и зелье он уже продвинул — неужели теперь проблему не решить?</p><p>Люмиан проигнорировал умоляющий взгляд Лугано и, делая вид, будто глубоко задумался, стал дочитывать заключительную часть ответного письма госпожи «Фокусник»:</p><p>'О твоём прошлом предостережении я думала и сделала определённые догадки, однако пока не могу обсудить это с тобой. Могу лишь сказать: судя по всему, Амон и тот, кто стоит за Ним, заранее предприняли некие шаги, из-за чего тот Небесный Достопочтенный упустил из виду соответствующие вопросы.</p><p>'Словом, это, похоже, на руку и тебе, и нам, так что пока мы можем делать вид, будто ничего не заметили и ни о чём не догадались, и не вдаваться в расследования.</p><p>«А проблему с преследующим плачем младенца можно решить с помощью священнослужителей Церкви „Матери-Земли“.»</p><p>Это… госпожа «Фокусник» заранее предвидела последствия у Лугано? Впрочем, она ведь узрела корень проблемы Лугано… Люмиан поднял голову и с улыбкой произнёс Лугано:</p><p>«Способ очиститься от осквернения — обратиться за помощью к священнику Монсеррату.»</p><p>Э-э, я столько наговорил, и ради всего одного этого совета? Если бы вы сказали, что способа нет, я бы и сам пошёл к этому священнику испытывать удачу… Губы Лугано слегка дёрнулись, и он, натянув улыбку, проговорил:</p><p>«Хорошо, спасибо вам.»</p></section><section><title><p>Глава 609 Смена веры</p></title><p>Глава 609 Смена веры</p><p>Восемь часов утра, молитвенная комната на третьем палубном уровне.</p><p>Едва Лугано вошел, как увидел отца Монсеррата в коричневой сутане, произносящего проповедь, а на нескольких рядах стульев перед Священным Символом Жизни сидели разрозненно человек пять-шесть.</p><p>Он не стал нарушать эту священную атмосферу, выбрал место в самом первом ряду и сел неподалеку от одного из молящихся.</p><p>Время утекало минута за минутой, и отец Монсеррат наконец завершил проповедь, зарыв Священное Писание в своих руках.</p><p>Все молящиеся поднялись, слегка расставив ноги и высоко подняв обе ладони, и хором произнесли:</p><p>«Хвала Земле, хвала Матери всего сущего!»</p><p>Лугано подсознательно повернул голову в сторону и посмотрел на молящегося в том же ряду: у того были кареватые глаза, нездоровый цвет лица, суконное пальто, застегнутое, впрочем, не слишком плотно.</p><p>Это явно был тот самый особый пациент Эннио, лишившийся внутренних органов.</p><p>Он, он еще не умер? Разве тот злой Колдун Пуринпино уже не мертв, почему же этот особый пациент до сих пор жив? Лугано вздрогнул, подумав, что встретил призрака.</p><p>Будучи Последовательностью 8 Пути «Земледельца», он совершенно не обладал способностями для борьбы с призраками!</p><p>В следующее мгновение Лугано заметил, что лицо Эннио уже не столь бледно, как прошлой ночью, блеск в его глазах отчасти восстановился, а жизненная аура всего тела стала заметно более насыщенной.</p><p>Это… Лугано инстинктивно поднял руку, слегка постучал по межбровью и активировал «Духовное зрение».</p><p>Вслед за этим он увидел, что эфирное тело Эннио уже не такое тускло-серое, и будь то желтый цвет, представляющий пищеварительную систему, или оранжевый, отвечающий за органы выведения токсинов и выделения, а также прочие цвета, — все они вернулись к относительно нормальному состоянию, лишь слегка поблекли и истончились.</p><p>Разве так можно? Разве у него не отсутствуют сердце, печень, селезенка, легкие, кишечник, желудок и почки? Лугано смотрел на него словно на Монстра, когда Эннио повернулся и с радостным изумлением заметил его.</p><p>«Доктор, ваше лечение оказало отличный эффект, я чувствую, что восстанавливаюсь!» — необычайно радостно произнес Эннио.</p><p>И это была лишь первичная помощь без выяснения конкретной причины болезни!</p><p>Уголок рта Лугано застыл в напряженной ухмылке:</p><p>«Вот и хорошо, вот и хорошо.»</p><p>«Вы тоже верующий в Матерь-Землю?» — Эннио пребывал в весьма приподнятом настроении, на его лице застыло удивление.</p><p>Я нет, не упоминай при мне Матерь-Землю, Мать… Каким образом я, интисец, мог бы веровать в «Матерь-Землю»? Лугано указал на Монсеррата, не давая прямого ответа:</p><p>«У меня есть дело к священнику.»</p><p>Эннио кивнул:</p><p>«В какое время до полудня я могу прийти к вам для дальнейшего лечения?»</p><p>Тебе больше не нужно лечение, дальше идут отдых и восстановление… — мысленно язвил Лугано, выдавливая улыбку:</p><p>«Зайдите через час.»</p><p>«Спасибо вам, доктор!» — Эннио помахал рукой и вышел из молитвенной комнаты.</p><p>Дождавшись, пока здесь не останется никого, кроме него самого и отца Монсеррата, Лугано понизил голос и указал на дверь:</p><p>«Как… как он вылечился?»</p><p>Довольно молодой, с чистыми чертами лица отец Монсеррат с улыбкой ответил:</p><p>'Благодарение Матери-Земле, его удача оказалась достаточной.</p><p>«Ты и сам 'Врач», тебе следует знать, что внутренние органы подлежат трансплантации, пока сохраняют определенную жизнеспособность. А Пуринпино ради успеха ритуала непрерывно использовал свои Потусторонние способности для поддержания жизнеспособности тех внутренних органов, к тому же весь комплект, который он использует сейчас, был извлечен из самого Эннио, так что не приходится думать об отторжении при трансплантации.</p><p>«Кроме того, сам Эннио оставался жив и поддерживал некоторую жизненную силу за счет мистических сил, что также стало ключевым фактором.»</p><p>«Прошлой ночью ты прооперировал его и вернул все внутренние органы на место?» — озарило Лугано.</p><p>Отец Монсеррат кивнул:</p><p>«Для обычного хирурга подобная операция была бы практически невыполнимой, а если бы и удалась, в дальнейшем было бы крайне трудно поддерживать продолжение жизни и провести пациента через самый опасный этап. Но для нас это находится в пределах наших возможностей.»</p><p>И то правда… По сравнению с обычными хирургами мы, Потусторонние «Врачи», невероятны, словно творцы чудес… — про себя предался Размышлениям Лугано, а затем, более не беспокоясь о вопросе Эннио, с немалой тревогой обратился к Монсеррату:</p><p>'Отче, я снова слышал плач младенца.</p><p>«Неужели это так называемое Дитя божества нацелилось на меня?»</p><p>Отец Монсеррат доброжелательно ответил:</p><p>«Не стоит беспокоиться, это неизбежное последствие после перенесенного загрязнения, со временем оно постепенно утихнет. Если же ты опасаешься непредвиденных осложнений и случайностей на полпути, я могу очистить тебя прямо сейчас.»</p><p>Неужели? Ты ведь тоже всего лишь «Врач» Последовательности 8, разве у тебя есть способность очистить меня от остаточного загрязнения? Устроить алтарь и испросить помощи у силы «Матери-Земли»? — не слишком убежденно произнес Лугано:</p><p>«Спасибо тебе, отче!»</p><p>Монсеррат указал на место, где только что сидел Лугано:</p><p>«Сделай так же, как те верующие только что: закрой глаза, слушай мою проповедь и одновременно возноси молитвы Матери-Земле. Помни — именно Матери-Земле, а не каким-либо иным божествам.»</p><p>«Хорошо.» — Лугано снова сел, скрестил руки на груди и закрыл глаза.</p><p>Вслед за проповедью отца Монсеррата он мысленно повторял строки из Писания, его мысли постепенно расплывались, становясь все более туманными.</p><p>Смутно и неясно Лугано слышал шепот матери и ощущал тепло ее объятий.</p><p>Это заставило внутреннее напряжение мгновенно спасть; у него возникло чувство, будто в детстве, подвергнувшись обиде, он бросился в объятия матери в поисках утешения.</p><p>То была привязанность, то была опора, то был родной дом его души.</p><p>Незаметно для него самого из уголков глаз Лугано покатились капли слез, а тело и дух словно подверглись очищению.</p><p>Его эмоции постепенно улеглись, он больше не испытывал прежнего страха и тревоги.</p><p>«Готово.» — голос отца Монсеррата донесся до ушей Лугано будто с края небес.</p><p>Лугано открыл глаза, поднял правую руку и вытер влагу с лица.</p><p>Вслед за этим он поднялся и, высоко вздев руки, произнес:</p><p>«Хвала Земле, хвала Матери всего сущего!»</p><p>То была реакция, граничащая с инстинктом.</p><p>В этот миг солнечный свет из окна заглянул внутрь, окрасив молитвенную комнату в нежно-золотистый цвет, словно предвещая будущий богатый урожай.</p><p>Отец Монсеррат удовлетворенно кивнул:</p><p>«Матерь-Земля уже очистила загрязнение с твоего тела. Сегодня вечером можешь прислушаться и проверить, услышишь ли ты снова плач младенца.»</p><p>«Хорошо, отче!» — с абсолютно расслабленными телом и духом ответил Лугано.</p><p>На следующее утро он поднялся с постели в отличном расположении духа.</p><p>Всю эту ночь он больше не видел снов о призыве матери и не слышал плача так называемого Дитя божества.</p><p>Это несказанно обрадовало Лугано, и, как только он подал завтрак Людвигу, сразу устремился в молитвенную комнату, чтобы сообщить добрую весть отцу Монсеррату.</p><p>Отец Монсеррат смотрел на него несколько секунд и с улыбкой спросил:</p><p>«Не хочешь ли ты последовать за Матерью-Землей?»</p><p>«Я?» — Лугано помедлил мгновение и сказал: — «Вы готовы принять обращение иноверца?»</p><p>Отец Монсеррат с улыбкой ответил:</p><p>«В глазах Матери нет иноверцев, есть лишь дети, желающие или не желающие вернуться домой.»</p><p>Подумав о том, что с самого детства он лишь следовал за окружающими в церковь, молился, слушал проповеди и посещал мессы, не веруя в божество всем сердцем, и от начала и до конца не получил от церкви никакой существенной помощи, Лугано пошатнулся в своих убеждениях.</p><p>К тому же, стань он действительно верующим в «Матерь-Землю», быть может, смог бы приобрести у церкви и Трех Великих Орденов последующие рецепты зелий и Потусторонние материалы для «Врача»… Даже если это не выйдет, соответствующее мистическое руководство наверняка будет обеспечено… Лугано долго колебался, непрерывно находя причины убедить самого себя.</p><p>Отец Монсеррат не торопил его, а лишь с улыбкой смотрел на него, терпеливо ожидая ответа.</p><p>Наконец Лугано высоко поднял обе руки:</p><p>«Хвала Земле, хвала Матери всего сущего!»</p><p>Таким способом он ответил на проповедь отца Монсеррата.</p><p>Отец Монсеррат с явно потеплевшей улыбкой раскрыл объятия:</p><p>«Добро пожаловать домой.»</p><p>Эти слова отозвались в душе Лугано непередаваемым теплом, вызвав истинное ощущение, будто после долгих лет скитаний и приключений на чужбине он наконец вернулся на родину, вернулся в родной дом.</p><p>Усталость оттого сгладилась, а ноги вновь встали на твердую землю.</p><p>«Хвала Матери-Земле.» — Лугано скрестил руки на груди.</p><p>Отец Монсеррат кивнул и начал настоящую проповедь:</p><p>«Ты веруешь в Источник Жизни, Матерь всего сущего, покоящую изобилие Землю, символ Алой Луны и продолжения рода, а также Пристанище всего и Исток всего…»</p><p>Лугано внимательно слушал, прилежно запоминая.</p><p>Хотя о благочестии говорить пока не приходилось, это могло стать его будущим убежищем, так что требовалось постоянно показывать себя с лучшей стороны.</p><p>…………</p><p>Вернувшись в каюту первого класса, Лугано бросил взгляд на Лумиана, усердно изучающего дутанский язык Южного континента, и с некоторой тревогой произнес:</p><p>«Я… я сменил веру на „Матерь-Землю“.»</p><p>Будучи таким же интисцем, не станет ли он презирать меня и гнушаться?</p><p>Лумиан поднял голову, усмехнулся и сказал:</p><p>«Тогда уж яви во всей красе сияние материнства. Людвиг как раз ждет, когда ты сходишь с ним за свежей морской рыбой.»</p><p>Совсем не против, значит… — бубня себе под нос, Лугано, не смея морить Людвига голодом, приступил к дневной кутерьме.</p><p>Поздно ночью, уложив Людвига спать, Лугано немного подумал и решил сходить посмотреть на молитвенную комнату.</p><p>Если дверь туда все еще открыта, он планировал вознести молитву и только потом вернуться спать.</p><p>На первых порах всегда нужно показывать себя получше!</p><p>Вдоль тускло освещенной лестницы, ступая по скрипучему полу, Лугано приблизился к той молитвенной комнате.</p><p>Его шаги становились все тише: он боялся помешать чьей-то молитве или помешать отцу Монсеррату, воплощающему учение Матери-Земли и предающемуся с кем-то из прихожанок действу по продолжению жизни.</p><p>Бесшумно подобравшись к двери, Лугано протянул правую руку и попытался слегка толкнуть деревянную дверь.</p><p>Деревянная дверь плавно отворилась назад, беззвучно явив небольшую щель.</p><p>«Не заперто… Неужто и впрямь занимаются продолжением жизни?» — Лугано тихонько заглянул в щель.</p><p>Он увидел, как алый лунный свет набросил на молитвенную комнату легкую вуаль; увидел отца Монсеррата в коричневой сутане, стоящего перед Священным Символом Жизни, который, согнув руки, слегка качал ими, словно баюкая новорожденное дитя.</p><p>Вот только между его рук ничего не было.</p></section><section><title><p>Глава 610 Запах еды</p></title><p>Глава 610 Запах еды</p><p>Увидев, как отец Монсеррат в залитой алым лунным светом пустой комнате принял позу человека, качающего младенца, и слегка покачивается, при том что между его рук ничего не было, Лугано мгновенно почувствовал, как у него зачесалась кожа на голове, а от копчика к макушке побежал холодок.</p><p>Это он качает ребёнка?</p><p>Невидимого ребёнка?</p><p>Того самого так называемого Дитя божества?</p><p>Испугавшись подобной ассоциации до ломоты в зубах, Лугано, словно ошибшись комнатой, попытался снова прикрыть дверь, пока хозяин его не заметил, и тихо уйти.</p><p>И как раз в этот момент возле его уха раздался голос отца Монсеррата:</p><p>«Ты пришёл помолиться?»</p><p>Зрачки Лугано сузились, и он, точно взъерошенный дикий кот, развернулся и рванул к лестничной площадке.</p><p>В этот момент единственное, о чём он мог подумать, — это о своём могущественном нанимателе!</p><p>Однако его взору предстала лишь непроглядная тьма, а той лестницы с деревянным полом и в помине не было.</p><p>Во тьме тихо покачивались заросли темноватых сорняков с налитыми колосьями.</p><p>Тело Лугано мгновенно замерло, он не знал, что произойдёт, если он забежит в эту тьму.</p><p>«Почему ты убегаешь?» — сорняки расступились, и перед взором Лугано предстал отец Монсеррат, качающий невидимого младенца, а за его спиной возвышался почти иллюзорный, необычайно огромный дуб.</p><p>На той части дуба, что находилась ближе к сорнякам, густо росли наросты, образуя крайне примитивный и довольно зловещий Священный Символ Жизни.</p><p>Увидев, что отец Монсеррат в коричневой рясе священника находится менее чем в трёх метрах от него, Лугано сглотнул слюну и инстинктивно высказал абсолютно неубедительную причину:</p><p>«Уже слишком поздно, я не хотел вас беспокоить.»</p><p>Отец Монсеррат по-прежнему держал руки согнутыми и с лёгкой улыбкой спросил:</p><p>«Что ты увидел?»</p><p>Каждый волосок на шее Лугано встал дыбом, а спина покрылась густым холодным потом.</p><p>Он с трудом указал на пустые руки отца Монсеррата и спросил:</p><p>«Зачем вы так делаете?»</p><p>Отец Монсеррат многозначительно ответил:</p><p>«Мы все — дети Матери.»</p><p>Где уж Лугано было сметь расспрашивать дальше, он лишь часто-часто закивал:</p><p>«Да-да-да, мы все — дети Матери.»</p><p>Отец Монсеррат не дал ему возможности сбежать от ответа и специально добавил:</p><p>«Дети „Великой Матери“.»</p><p>«Великая Матерь»… Хотя Лугано и догадывался, что ответ будет именно таким, услышав его наяву, он едва не ощутил, как остановилось сердце, а в голове на мгновение образовалась пустота.</p><p>Видя, что отец Монсеррат сам всё раскрыл, Лугано не мог не спросить:</p><p>«Вы, вы разве не верующий в Матерь-Землю?»</p><p>Отец Монсеррат ничуть не испытывал чувства вины за предательство Церкви «Матери-Земли» и с тёплой улыбкой произнёс:</p><p>«Матерь-Земля — это лишь один из аспектов, одна из проекций „Великой Матери“, и в этом качестве она взирает на Землю Предательства, взирает на нас, детей, покинувших лоно Матери.»</p><p>Глоть… Лугано инстинктивно сглотнул слюну, не зная, как возразить отцу Монсеррату.</p><p>Он вступил в Церковь «Матери-Земли» всего день назад и слышал проповедь лишь дважды, откуда у него глубокие богословские познания, чтобы опровергнуть подобную ересь.</p><p>Разумеется, он мог бы и прямо отвергнуть эти слова, ведь объяснение Монсеррата звучало крайне зловеще — будь всё так, как утверждал этот священник, с ресурсами и влиянием Церкви «Матери-Земли» то так называемое Дитя божества давно родилось бы в реальном мире, а «Великая Матерь» давно бы вернулась, однако на деле всё было иначе.</p><p>Текущая обстановка и невидимое давление заставили Лугано закрыть рот, он попросту не смел возражать.</p><p>А что, если он окончательно разозлит отца Монсеррата?</p><p>Отец Монсеррат продолжил:</p><p>«Все живые существа в этом мире — дети „Великой Матери“. Одних она выносила и родила сама, другие — потомки, произведённые на свет этими божественными отпрысками, а третьи — те, кто напрямую произошёл из плоти и крови „Великой Матери“. Я и ты относимся как раз к последним, и наша связь с „Великой Матерью“ — самая тесная!»</p><p>«Меня родила моя мама, а не плоть и кровь „Великой Матери“…» — инстинктивно возразил в душе Лугано, но внешне с ухмылкой, которая выглядела хуже плача, проговорил:</p><p>«Разве вам не кажется, что последователи „Великой Матери“ весьма зловещие и ужасные?»</p><p>Отец Монсеррат с улыбкой ответил:</p><p>«Не стоит беспокоиться о возвращении 'Великой Матери», разве бывает мать, которая ненавидит своих детей?</p><p>«Ты, возможно, не знаешь, но за пределами нашего мира есть множество других миров, и существа там благополучно растут под взором 'Великой Матери», непрестанно плодя потомство. Не слыхано, чтобы хоть один вид из-за этого погиб, наоборот, их численность лишь растёт.</p><p>«К тому же, это „Великая Матерь“, даровавшая нам жизнь. Если она по-настоящему захочет забрать назад дарованную нам жизнь, это её право, и мы должны всеми силами содействовать этому.»</p><p>Содействовать тебе, свинячье отродие! Лугано не поддался дурману и внезапно выхватил скрытый пистолет, дважды выстрелив в отца Монсеррата.</p><p>Он не стал проверять, возымели ли выстрелы действие, быстро развернулся и во весь дух помчался к краю тьмы, поросшей чёрными сорняками.</p><p>Хотя было неизвестно, куда ведёт глубина этой тьмы, и там, возможно, таилась огромная опасность, но оставаться здесь было ещё опаснее!</p><p>«Уа-а!»</p><p>Внезапно в ушах Лугано раздался почти иллюзорный плач младенца.</p><p>Он был точно таким же, какой он слышал до этого несколько раз.</p><p>Выражение лица Лугано мгновенно застыло, а бег быстро замедлился.</p><p>Его взгляд постепенно подёрнулся пустотой, тело снова развернулось, и он шаг за шагом пошёл к отцу Монсеррату, качающему невидимого младенца, к тому иллюзорному огромному дубу.</p><p>'Это наша Мать…</p><p>'Мать, даровавшая нам жизнь…</p><p>'Она готова принять каждого кающегося человека, каждого ребёнка, возвращающегося домой…</p><p>«Если она хочет забрать назад дарованную нам жизнь, так пусть заберёт, то, что она дала, она имеет право потребовать обратно…»</p><p>Слушая необычайно призрачный, но, казалось, раздающийся совсем рядом голос отца Монсеррата, Лугано постепенно ощутил глубокое, искреннее согласие:</p><p>Да, это моя мать…</p><p>Как она может мне навредить?</p><p>То, что она дала, она может забрать обратно…</p><p>Лугано зашагал всё быстрее и быстрее и встал вровень с отцом Монсерратом.</p><p>Вслед за этим он ощутил тепло и умиротворение — это был запах материнских объятий.</p><p>Постепенно возникло непередаваемое ощущение влажности, будто котёнка вылизывает кошка-мать.</p><p>Как же хорошо… Лугано приполузакрыл глаза.</p><p>И как раз в этот момент он услышал детскую песенку, которую больше всего любила петь его мать.</p><p>Звук доносился у него из-за спины.</p><p>«Почему мама сзади, разве она не должна быть впереди?» — смутно подумал Лугано.</p><p>Вслед за этим он услышал, как его мать за спиной раз за разом кричит:</p><p>'Не ходи туда!</p><p>'Не иди вперёд!</p><p>«Опасно!»</p><p>Не ходи туда… Не иди вперёд… Опасно… Лугано внезапно вздрогнул, и его пустой, растерянный взгляд вновь обрёл некоторую осмысленность.</p><p>Он увидел, где находится, увидел тот почти иллюзорный исполинский дуб, увидел, как на дубе выросли влажные, тёплые, извивающиеся плотские лепестки, а его собственное тело уже почти на треть было окутано ими и сантиметр за сантиметром втягивалось внутрь.</p><p>Вот какими были материнские объятия, которые он только что ощущал.</p><p>Зрачки Лугано мгновенно расширились, холодок устремился к самой макушке, а волосы по всему телу встали дыбом.</p><p>Изо всех сил упёршись руками изнутри плотских лепестков, покрытых липкой слизью, он стремительно подался назад.</p><p>Отец Монсеррат, качая невидимого младенца, появился подле Лугано и мягко улыбнулся:</p><p>«Возвращайся, возвращайся в объятия Матери, вернись к нашему первозданному облику.»</p><p>Лугано охватило отчаяние.</p><p>Он хотел сразиться с этим священником, но с горечью осознал, что, приняв два зелья — «Земледелец» и «Врач», — помимо обладания огромной силой и умения обращаться с сельхозинвентарём и скальпелем, не имеет потусторонних способностей, применимых непосредственно в бою; будь то предсказание погоды, распознавание и выращивание семян, или же «лечение тяжелых болезней», «лечение травм», «сшивание душ», «дарование жизни» и выдающиеся хирургические навыки — ничто из этого не подходило для сражения.</p><p>— Раньше Лугано в основном полагался на навыки рукопашного боя и стрельбы, освоенные за время работы охотником за головами, сочетая их с силой «Земледельца» и огнестрельным оружием.</p><p>Но так или иначе, не сопротивляться сейчас означало смерть. Лугано и сам был авантюристом, которому приходилось убивать, поэтому сквозь огромный страх он открыл огонь по отцу Монсеррату и выхватил острый скальпель.</p><p>…………</p><p>В каюте первого класса, принадлежащей Лумиану.</p><p>Лумиан, всё ещё читавший учебник дутанского языка при свете керосиновой настенной лампы, услышал стук «тук-тук-тук» в дверь.</p><p>Он в недоумении поднялся, открыл дверь и увидел Людвига.</p><p>Людвиг, одетый в серо-белую клетчатую пижаму и ничем не отличавшийся от обычного ребёнка, серьёзно произнёс:</p><p>«С Лугано произошёл несчастный случай, скорее иди спаси его.»</p><p>Несчастный случай? Лумиан приподнял бровь.</p><p>Зная, что Лугано всё ещё слышит плач младенца, он тайком усилил наблюдение за этим слугой, в том числе и только что.</p><p>Но разве Лугано не вошёл в молитвенную комнату Церкви «Матери-Земли»?</p><p>И там тоже мог произойти несчастный случай?</p><p>Людвиг продолжил:</p><p>«После того как он вошёл в молитвенную комнату, я больше не могу чувствовать его запах.»</p><p>«Какой ещё запах?» — смутно о чём-то догадавшись, мимоходом спросил Лумиан.</p><p>Людвиг, не видя в этом ничего странного, ответил:</p><p>«Запах еды.»</p><p>Разминая шею и запястья, Лумиан взглянул на Людвига и задумчиво спросил:</p><p>«Ты, надо же, специально выслеживал его запах.»</p><p>На щеках Людвига с детской пухлостью отобразилось выражение «а что тут такого»:</p><p>«Если он умрёт, а ты уйдёшь заниматься другими делами, кто будет добывать мне еду?»</p><p>«И то правда,» — усмехнулся Лумиан.</p><p>…………</p><p>Во тьме, поросшей чёрными сорняками, скальпель Лугано полоснул по отцу Монсеррату, но рассек лишь воздух.</p><p>«Уа-а!»</p><p>Этот плач младенца раздался снова, и Лугано на миг затуманился, едва вновь не утратив контроль над собой.</p><p>Монсеррат, качая невидимого младенца, возник на том огромном иллюзорном дубе и с улыбкой сказал Лугано:</p><p>«Не сопротивляйся, мы пришли от Матери и к Матери вернёмся.»</p><p>Стоило священнику с чистым взором и тёплой улыбкой договорить, как неожиданно раздался стук «тук-тук-тук», отдавшийся эхом в этой, казалось, безбрежной тьме, среди зарослей сорняков со множеством колосьев.</p><p>Услышав стук в дверь, Лугано поневоле поймал себя на странной мысли:</p><p>«А он довольно вежливый, в такое-то время ещё и стучит…»</p></section><section><title><p>Глава 611 Способ поиска добычи</p></title><p>Глава 611 Способ поиска добычи</p><p>Звук «тук-тук-тук» раздался всего трижды, прежде чем сменился оглушительным «бах».</p><p>Вслед за полетевшей назад деревянной дверью свет керосиновых настенных ламп из коридора осветил эту заросшую сорняками тьму, и вслед за ним хлынуло алое пламя.</p><p>В глазах Лугано то иллюзорное гигантское дубовое дерево внезапно исчезло, и священник Монсеррат, баюкавший невидимого младенца, точно так же пропал из виду.</p><p>Под напором огня и света сорняки побледнели, тьма отступила, и Лугано снова «вернулся» в ту простую молитвенную комнату, залитую багровым лунным светом.</p><p>Лумиан в золотисто-жёлтой соломенной шляпе появился в дверном проёме, где больше не было двери, и провёл взглядом по каждому уголку внутри, но так и не увидел никаких следов священника Монсеррата.</p><p>«Потусторонняя способность, похожая на „Иной мир“, в условиях недостаточной изолированности от реальности скомбинировала некоторые другие черты… чем-то напоминает ту особую способность, которую „Колдун-Демон“ Бурман получил после принудительной смены Пути… Куда он сейчас спрятался? Согласно знаниям, полученным Людвигом из еды, Потусторонние Школы Сошествия Божества могут прятаться внутри деревянных изделий, скрывая таким образом себя. Хотя и неизвестно, пал ли и деградировал священник Монсеррат из-за того, что поддался соблазну Школы Сошествия Божества, но на него явно повлияла „Великая Матерь“…» — Лумиан быстро оценил текущую ситуацию.</p><p>В том, что священник Монсеррат не оказал никакого сопротивления, не вступил в бой и сразу же сбежал, предпочтя скрыться, Лумиан не увидел ничего удивительного:</p><p>То, что он демонстрировал магию волн в судовом баре, действительно было лишь забавы ради и из желания не разбазаривать ограниченную по времени власть «Морского Губернатора», однако его последующее «приветствие» капитану Педро и священнику Монсеррату гигантской волной делалось вовсе не только ради бахвальства и наслаждения чужим шоком и изумлением.</p><p>В условиях, когда было неизвестно, закончился ли на этом инцидент со Школой Сошествия Божества, и оставались ли на корабле скрытые последователи «Великой Матери», он намеренно продемонстрировал силу «Морского Губернатора» уровня полубога именно для устрашения!</p><p>Если других верующих «Великой Матери» нет и никакая иная опасность не таится, то поступок с «приветствием» сочтут бахвальством; а если есть, то заставит опасных элементов считаться с присутствием полубога, спрятаться поглубже и не предпринимать никаких попыток — до тех пор, пока корабль не прибудет в следующий порт, где за дело возьмётся официальная сила Церкви «Матери-Земли».</p><p>И теперь священник Монсеррат очевидно не осмелился сразиться лицом к лицу с Великим авантюристом Луи Бери, владеющим силой полубога, и предпочёл сразу спрятаться, дожидаясь причала судна!</p><p>— Если бы Лугано не повезло — или, напротив, не повезло слишком сильно, — и он прямо на месте не застал этого священника баюкающим невидимого младенца, Монсеррат, скорее всего, продолжил бы исполнять роль исправного священнослужителя Церкви «Матери-Земли», не провоцируя большую проблему в лице Луи Бери.</p><p>«Священник, священник Монсеррат — последователь „Великой Матери“! Он только что держал на руках невидимого младенца!» — убедившись, что вернулся в реальность, в молитвенную комнату, а наниматель прямо перед ним, Лугано поспешно выложил все подробности.</p><p>Держит на руках невидимого младенца… возможно, прячется внутри какого-то деревянного изделия… — Лумиан провёл взглядом по стульям в молитвенной комнате, полу и Священному Символу Жизни, высеченному на деревянной поверхности стены.</p><p>Внезапно его сердце ёкнуло, и он направился к тому священному символу, представлявшему «Матерь-Землю».</p><p>Край этого священного символа состоял из знаков пшеничных колосьев, цветов, родниковой воды и тому подобного, а в самом центре находился нарисованный простыми штрихами младенец.</p><p>Младенец!</p><p>Алое пламя по мере продвижения Лумиана непрерывно расползалось внутрь, поджигая деревянный пол и стулья один за другим.</p><p>Лумиан остановился перед Священным Символом Жизни, протянул правую руку и слегка коснулся лица нарисованного младенца.</p><p>Дерево в том месте внезапно сгнило, и из него потекла желтоватая гнойная жидкость.</p><p>Это выглядело так, словно младенец, окружённый колосьями и цветами, давно сгнил и проливал кровавые слёзы.</p><p>«А у Церкви „Матери-Земли“ огромные проблемы…» — Лумиан слегка прищурился.</p><p>Хотя он и не нашёл спрятавшегося священника Монсеррата, но обнаружил гниль и тьму, таившиеся под внешним лоском Церкви «Матери-Земли».</p><p>Увидев, что деревянные изделия здесь догорают дотла, а священника Монсеррата нигде не видно, и что на этом стальном паровом морском судне есть ещё множество деревянных предметов, Лумиан повернулся и сказал Лугано:</p><p>«Веди меня в каюту капитана.»</p><p>«Хорошо.» — Лугано явно почувствовал облегчение.</p><p>Как только они вдвоём покинули молитвенную комнату, алое пламя внутри быстро погасло, больше не распространяясь.</p><p>В каюте капитана Педро с красивой коричневой бородой, увидев, что Великий авантюрист Луи Бери лично явился к нему, тут же почувствовал головную боль.</p><p>Довольно опытный, он чётко догадался, что на корабле, скорее всего, случилась большая беда:</p><p>В том деле со Школой Сошествия Божества Великий авантюрист Луи Бери даже не остался на месте, лишь отправил слугу изложить обстановку, а теперь он лично нанёс визит!</p><p>О чём это говорило?</p><p>О том, что возникла куда более серьёзная проблема!</p><p>«Священник Монсеррат пал и уверовал в Злого Бога,» — не дожидаясь вопросов капитана, спокойным голосом произнёс Лумиан, — «он, весьма вероятно, сообщник того злого колдуна из „Школы Сошествия Божества“.»</p><p>В голове капитана Педро будто грохнули дубиной: раздался гул, и наступила краткая пустота.</p><p>Переведя дух несколько секунд, он осторожно спросил:</p><p>«Вы уже убили его?»</p><p>«Ещё нет,» — честно ответил Лумиан, — «он сбежал из молитвенной комнаты и скрылся. Немедленно отправь телеграмму и доложи об этом Церкви „Матери-Земли“ и правительству Фейнапота. Мой слуга расскажет тебе больше подробностей.»</p><p>Столкнувшись с приказанием, сформулированным в виде просьбы Луи Бери, капитан Педро не оказал никакого сопротивления. Он перевёл взгляд на Лугано и выслушал всё, начиная от смены веры и заканчивая собственными признаниями священника Монсеррата и невидимым младенцем на его руках.</p><p>Выслушав, Педро с сокрушённой миной произнёс:</p><p>«Я чувствовал, что со священником Монсерратом что-то не так, но не думал, что проблема окажется настолько серьёзной.»</p><p>«Что за проблема?» — спросил Лумиан.</p><p>Педро вздохнул и сказал:</p><p>«Он — Облагодетельствованный, то есть Потусторонний Пути 'Земли», самый ортодоксальный священнослужитель. В нормальных условиях требуется содействие благословенного, чтобы он мог проводить мессу, проповедовать верующим и наставлять других на вступление в Церковь — в обратную же сторону это не требуется. Но в этот раз на судно взошёл лишь он один, Облагодетельствованный, без сопровождавшего его благословенного.</p><p>«Я думал, что из-за церемонии Моления Морю у Церкви в порту Санта не хватает людей, и не придал этому значения. Кто же знал, что священник Монсеррат на самом деле пал…»</p><p>«…Обязательно требуется содействие благословенного, чтобы проводить мессу, проповедовать верующим… в этот раз благословенный за ним не последовал… Ранее я слышал, будто в Церкви „Матери-Земли“ приказания и решения, отдаваемые Облагодетельствованным, обязаны содержать подпись хотя бы одного благословенного, чтобы считаться действительными, иначе они будут расцениваться как продукт совращения Злым Богом или демонами… Злым Богом… той „Великой Матерью“? Это…» — сопоставив события этих дней с ранее полученными знаниями, Лумиан внезапно понял, почему у Церкви «Матери-Земли» существуют две системы — Облагодетельствованные и благословенные, а не слиты воедино:</p><p>«Леди 'Фокусник» Пути «Ученика» говорила, что порой подвергается влиянию того Достопочтенного и не уверена, исходит ли полученное ею откровение от господина «Шута».</p><p>Подобно «Небесному Достопочтенному Небес и Земли, дарующему благодать», стоящему на вершине трёх Путей — «Ученика», «Провидца» и «Мародёра», «Великая Матерь» тоже должна быть сущностью, взирающей свысока на такие Пути, как «Земледелец», «Аптекарь» и «Негодяй».</p><p>Стало быть, Потусторонние двух Путей — «Земледельца» и «Аптекаря», — будучи Облагодетельствованными, тоже попадают под влияние «Великой Матери» и не способны различить, исходит ли полученное откровение от «Матери-Земли» или от «Великой Матери», из-за чего обязаны получать подтверждение у благословенных, не принадлежащих к этим двум Путям, и в то же время благословенные надзирают за состоянием Облагодетельствованных!</p><p>Вот оно что… И впрямь, за этой, казалось бы, абсурдной, расточительной и нелепой системой крылась крайне глубокая и серьёзная причина…' — Лумиан больше ничего не стал объяснять и сказал капитану Педро:</p><p>«Отправляй телеграмму.»</p><p>Дождавшись, пока капитан доложит о ситуации со священником Монсерратом правительству Фейнапота и Церкви «Матери-Земли», Лумиан задумался над тем, как отыскать священника Монсеррата.</p><p>Если тот не владеет способностями в сфере «Телепортации» и не силён в подводных действиях, то в этом бескрайнем море он заведомо не сможет покинуть корабль и может лишь прятаться в каком-то уголке.</p><p>Лумиан не намеревался обращаться к Старшим Арканам за помощью по пустякам и приготовился найти способ самостоятельно:</p><p>«Воспользоваться судовым громкоговорителем, обругать 'Великую Матерь», спровоцировать священника Монсеррата, чтобы он сам выскочил?</p><p>«В условиях, когда невозможно зафиксировать цель, трудно применить способность 'Провокация» точечно, результат вряд ли окажется хорошим…</p><p>'Сжечь все деревянные изделия на корабле? Это крайний выбор, в конце концов, многие грузовые ящики сделаны из дерева…</p><p>«Одолжить у Франки флакон 'зелья прорицания»? Для этого требуется свежий труп, к тому же если уж обращаться к Франке, то проще сразу попросить её о «гадании на волшебном зеркале»…</p><p>«Заиграть на костяной флейте 'Опус Ненависти», заранее велев пассажирам заткнуть уши? Но это лишь снизит урон, а не избавит от воздействия…</p><p>'Хм, спросить у Людвига, не запомнил ли он запах священника Монсеррата…</p><p>«А ещё… Точно, это тоже стоит попробовать!»</p><p>У Лумиана быстро появилось несколько вариантов, и он решил перепробовать их один за другим, и лишь в самом конце просить о помощи.</p><p>Попрощавшись с капитаном, он вместе с Лугано под покровом непроглядной ночи вернулся в ту каюту-люкс первого класса.</p><p>«Ты помнишь запах священника Монсеррата?» — спросил Лумиан у Людвига.</p><p>Людвиг покачал головой:</p><p>«Прямого контакта не было.»</p><p>«Ладно.» — Лумиан повернулся и с улыбкой сказал Лугано: — «Я хочу провести эксперимент, посодействуй мне.»</p><p>«Какой эксперимент?» — Лугано внезапно сжался от страха.</p><p>Лумиан указал за окно:</p><p>«Пойдём на палубу, там просторнее.»</p><p>Лугано в тревоге спустился на палубу, окутанную багровым лунным светом, и увидел, как его работодатель извлёк из «Вещмешка путешественника» серебристо-белый полный доспех, а затем адресовал ему улыбку с двусмысленным подтекстом.</p><p>Лумиан помнил, что в описании «Доспеха Гордыни» особо упоминалась ненависть к предметам Путей «Земли» и «Ночи».</p><p>А если это не предмет, а соответствующий Потусторонний?</p><p>Как он отреагирует?</p><p>Сможет ли он, опираясь на эту ненависть, на определённом расстоянии напрямую зафиксировать священника Монсеррата, являющегося как минимум «Врачом»?</p><p>Лумиан не был уверен в этом и намеревался сначала поэкспериментировать на Лугано, который также являлся Потусторонним Пути «Земли».</p></section><section><title><p>Глава 612 Полезный доспех</p></title><p>Глава 612 Полезный доспех</p><p>Лумиан с улыбкой взглянул на Лугано, после чего сосредоточил внимание на «Доспехе Гордыни», наблюдая за его дальнейшей реакцией.</p><p>«Что за эксперимент? Проверить действие этого доспеха?» — с тревогой и недоумением спросил Лугано.</p><p>Едва он произнёс эти слова, как на тёмной палубе, где лишь алый лунный свет обеспечивал хоть какую-то видимость, воздух внезапно застыл.</p><p>В следующую секунду Лугано увидел, как абсолютно пустой полный доспех сам по себе сформировал гигантский меч из света, а его невидимый взор зафиксировался на нём.</p><p>Это… Прежде чем Лугано успел опомниться, этот серебристо-белый полный доспех зашагал широкими шагами, со стуком устремившись к нему, а сияющий гигантский меч в его руке готов был обрушить рубящий удар.</p><p>Лумиан уклонился и встал перед Лугано, его тело резко раздулось, растягивая льняную рубашку и чёрные брюки так, что они едва не треснули.</p><p>Бам!</p><p>Заметно увеличившийся в размерах Лумиан нанёс удар кулаком, попав по боковой стороне «Клинка Рассвета», отчего раздался звон, похожий на столкновение металла.</p><p>Только тогда Лугано пришёл в себя, и хотя он не понимал, почему такой пустой полный доспех вдруг напал на него, всё же инстинктивно развернулся и бросился бежать со всех ног.</p><p>Отбежав на некоторое расстояние, он заметил, что «Доспех Гордыни» остановился и замер.</p><p>Сформированный из света «Клинок Рассвета» тут же распался, превратившись в осколки сияния, которые развеяли алый лунный свет и принесли на тёмную палубу ощущение приближающегося утра.</p><p>Это ощущение мгновенно исчезло.</p><p>Лумиан не смел поворачиваться спиной к «Доспеху Гордыни», а потому, встав полубоком, оценил расстояние между «Доспехом Гордыни» и Лугано.</p><p>«Почти двадцать метров… Учитывая скорость бега Лугано, радиус восприятия составляет около пятнадцати метров…» — Лумиан быстро сделал вывод, его тело вернулось в прежнее состояние, а на лице снова появилась улыбка.</p><p>Достаточно, радиуса восприятия в пятнадцать метров на корабле более чем достаточно!</p><p>Убрав «Доспех Гордыни», он сказал Лугано, всё ещё бежавшему к носу корабля:</p><p>«Эксперимент окончен.»</p><p>А? Лугано остановился, обернулся и увидел, что наниматель уже убрал странный серебристо-белый полный доспех обратно в Волшебный предмет, замаскированный под мешочек для монет.</p><p>Он вздохнул с облегчением, подбежал обратно и с любопытством спросил:</p><p>«Эксперимент прошёл успешно?»</p><p>«Очень успешно,» — с яркой улыбка ответил Лумиан.</p><p>Лугано не понимал смысла этого эксперимента, но смутно догадывался, что наниматель, возможно, ищет способ обнаружить священника Монсеррата.</p><p>Вернувшись в каюту первого класса, Лумиан тут же распорядился Лугано:</p><p>«Ты иди к капитану, пусть он соберёт здесь Потусторонних пути „Земли“, хм, а также Потусторонних пути „Аптекаря“. Пусть остаются тут, пока я не поймаю священника Монсеррата. Если кто не придёт — неважно, пусть сами берут на себя риск.»</p><p>Лумиан не был уверен, контролирует ли капитан Педро каждый нестабильный фактор на корабле и знает ли каждого Потустороннего, потому планировал сам внимательнее присматривать за обстановкой, чтобы «Доспех Гордыни» не прикончил затаившегося «дикого» Потустороннего — а просьба к Педро провести такую процедуру могла существенно облегчить ему задачу.</p><p>Проводив взглядом Лугано, выходившего из каюты, Лумиан обратился к Людвигу, который снова принимался за поздний ужин:</p><p>«Чуть позже поглядывай повнимательнее, не закралась ли к нам тайно какая-нибудь „еда“.»</p><p>Людвиг с набитым тортом ртом сделал жест «без проблем».</p><p>Ожидая прибытия капитана, Лумиан с «Доспехом Гордыни» в руках обошёл весь верхний ярус палубы, но так и не обнаружил следов священника Монсеррата.</p><p>Вскоре Педро привёл в каюту Лумиана мужчину, похожего на начальника охраны, и пассажира с низкой надвинутой шляпой.</p><p>Лумиан ничего не стал объяснять и лишь указал на диванную зону:</p><p>«Вы ждите меня здесь.»</p><p>Сказав это, он не стал ждать ответа троицы, поправил золотисто-жёлтую соломенную шляпу на голове, развернулся и вышел за дверь.</p><p>Войдя на лестницу, Лумиан «вытащил» серебристо-белый полный доспех, взял этот запечатанный артефакт обеими руками под мышки и начал медленно «патрулировать» каждый ярус палубы.</p><p>Каждый раз, когда расстояние по прямой до его собственной каюты составляло менее пятнадцати метров, он проявлял особую осторожность, однако «Доспех Гордыни» ни на кого не нападал.</p><p>«Если расстояние превышает пять метров и присутствует несколько перегородок, этот доспех тоже не проявляет никакой реакций?» — размышлял Лумиан о причинах, спускаясь ярус за ярус.</p><p>Прошло почти полчаса, и он вошёл в самый нижний грузовой трюм.</p><p>Не успел он обойти несколько штабелей деревянных сундуков, как «Доспех Гордыни» в его руках внезапно слегка задрожал и резко вырвался из-под его контроля.</p><p>Этот серебристо-белый полный доспех сформировал сияющий гигантский меч и за два широких шага рванул к деревянному сундуку в углу, нанеся рубящий удар.</p><p>Со звонким гулом деревянный сундук раскололся пополам, и из него выпало несколько стальных слитков.</p><p>В то же время на поверхности деревянного сундука вырисовалось чистое и молодое лицо Монсеррата, а вслед за ним проявилось и тело.</p><p>Столкнувшись с вновь занесённым сияющим гигантским мечом серебристо-белого доспеха, и без того крепкое тело священника стало ещё более массивным и огромным, словно он превратился в бурого медведя.</p><p>Бам! Он с силой ударил ладонью, отбив «Клинок Рассвета» в сторону, отчего тот обрушился на ящики с грузом позади.</p><p>Эта сила ничуть не уступала настоящему медведю!</p><p>Едва священник Монсеррат принял на себя удар «Доспеха Гордыни», как сбоку позади него, возле штабеля деревянных сундуков, быстро вырисовался силуэт Лумиана в льняной рубашке, чёрном жилете и золотисто-жёлтой соломенной шляпе.</p><p>«Хэн!»</p><p>Две белые струи света вырвались из носа Лумиана и мгновенно поразили священника Монсеррата, который даже не успел повернуться.</p><p>Взгляд священника Монсеррата тут же потерял фокус, он потерял сознание и бессильно рухнул на пол.</p><p>Вместе с этим изменением жизненная сила внутри его тела мгновенно забурлила, словно паровой двигатель, запущенный на полную мощность.</p><p>Эта бурлящая жизненная сила трансформировалась в мощнейшую способность к самоисцелению, стремительно восстанавливая дух священника Монсеррата.</p><p>Суть «Искусства Хэн-Ха» весьма схожа с «Ментальным проколом»: обе способности направлены на духовное тело и от них трудно защититься, с той лишь разницей, что последняя приносит неукротимую боль, погружая цель в мучения, из которых невозможно выбраться, а «Искусство Хэн-Ха» накладывает на духовное тело состояние сна или бессознательности, что также является своего рода повреждением духовного тела.</p><p>А коль скоро это повреждение, его можно исцелить.</p><p>Благодаря способности к самоисцелению, сформированной из забурлившей жизненной силы, под сомкнутыми веками священника Монсеррата задвигались глазные яблоки.</p><p>Ещё даже не успев окончательно рухнуть на пол, он уже приходил в себя!</p><p>Однако Лумиану вполне хватало и той единственной секунды контроля, которую давало «Искусство Хэн-Ха».</p><p>Учитывая, что священник Монсеррат мог быть результатом «Алхимии человеческого тела» и некоторые способности могли оказаться бесполезными, Лумиан бросился к нему, протянув правую руку.</p><p>В его слегка сжатой ладони слоями переплеталось ало-белое пламя, непрерывно сжимаясь и превращаясь в выглядящий весьма плотным шар.</p><p>С другой стороны «Доспех Гордыни» также вновь поднял «Клинок Рассвета».</p><p>Едва священник Монсеррат открыл глаза и инстинктивно попытался удержать равновесие, как краем глаза увидел изумрудно-зелёные глаза Луи Бери, увидел опасный ало-белый огненный шар и увидел сияющий гигантский меч, занесённый над его головой.</p><p>Он успел лишь поддаться импульсу и повалиться в сторону, уклоняясь от «Клинка Рассвета», как Лумиан напрямую прижал к его телу плотный ало-белый огненный шар.</p><p>Бум!</p><p>В грохоте мощного взрыва священника Монсеррата отбросило прочь.</p><p>От правого плеча до самого живота плоть и кровь разлетелись вшмётки, кости переломились, обнажив всё ещё шевелящиеся внутренности.</p><p>Его правая рука покачивалась, вот-вот готовая оторваться от тела.</p><p>Бурлящая жизненная сила внутри тела священника Монсеррата никуда не исчезла: на месте огромной раны плоть и кровь зашевелились, начав затягиваться сами по себе.</p><p>Грох!</p><p>Священник Монсеррат рухнул на пол, встретив тяжёлый топот бегущего «Доспеха Гордыни» и опускающийся на него сияющий гигантский меч.</p><p>Он указал пальцем, и те кровь и куски плоти, что оторвались от его тела из-за взрыва, мигом словно ожили, стремительно сливаясь воедино и вытягиваясь в туманный, тонкий кроваво-красный силуэт.</p><p>Кроваво-красный силуэт бросился на поверхность серебристо-белого полного доспеха, окутал его и начал непрерывно просачиваться внутрь.</p><p>Вспышки рассветного света внезапно засияли, заполнив весь грузовой трюм, и кроваво-красный силуэт под их воздействием начал растворяться и блекнуть.</p><p>Свет, принесённый рассветом, был очень мягким и не заставил священника Монсеррата инстинктивно зажмуриться, а потому в его глазах отразилась стая ало-белых огненных воронов.</p><p>Эти полтора-два десятка огненных воронов, кружа вокруг Лумиана, держащего одну руку в кармане, словно впились взглядом в священника Монсеррата и, описывая разные траектории, устремились к нему.</p><p>Они намеревались до основания разорвать тело цели, поджечь каждый кусочек плоти и крови, чтобы даже с его мощной способностью к самоисцелению он не смог восстановиться.</p><p>Когда каждый кусочек твоей плоти и крови находится на расстоянии двадцати-тридцати сантиметров друг от друга, им крайне трудно за счёт самоисцеления «сползтись» вместе и собраться заново!</p><p>Это ведь не магия плоти и крови!</p><p>Зрачки священника Монсеррата расширились, рот инстинктивно открылся, и он издал зловещий, но вызывающий невольное расположение звук.</p><p>Вслед за этим звуком опустилась густая тьма, пышно разрослись сорняки с колосьями, и весь рассветный свет, заполнявший грузовой трюм, был поглощён.</p><p>Часть из полутора-двух десятков ало-белых огненных воронов потеряла ориентацию в темноте и, не сумев преодолеть слишком «далёкое» расстояние, постепенно рассеялась, но часть благополучно обрушилась на священника Монсеррата.</p><p>В непрерывном грохоте взрывов силуэт священника Монсеррата мгновенно стал прозрачным, а на его месте вырос гигантский призрачный дуб.</p><p>Этот дуб не пострадал от взрывов и пламени, а всё ещё окровавленный священник Монсеррат появился на ветви, покрытой омелой, согнув руки так, словно держал невидимого младенца.</p><p>Он посмотрел на Лумиана и улыбнулся от всего сердца.</p><p>Так ты, оказывается, не полубог…</p><p>«Уа!»</p><p>Лумиан впервые услышал этот призрачный, пустой младенческий плач.</p><p>«Уа-уа-уа!»</p><p>В непрерывном плаче Лумиан почувствовал, как его жизненная сила утекает, сам он постепенно слабеет, и даже разум начинает слегка туманиться.</p><p>Утекающая же жизненная сила, казалось, устремлялась к невидимому младенцу на руках священника Монсеррата, превращаясь в его питательные вещества.</p></section><section><title><p>Глава 613 «Новорождение»</p></title><p>Глава 613 «Новорождение»</p><p>Столкнувшись с плачем младенца, заставлявшим его постепенно слабеть, Люмиан тут же собрался «телепортироваться» к священнику Монсеррату, чтобы атаковать изо всех сил и прервать воздействие.</p><p>Но как раз в этот момент он увидел, что «Доспех Гордыни», услышав плач младенца, сначала замер на месте, а затем резко присел и вонзил зажатый в руке «Клинок Рассвета» в землю, поросшую темными сорняками.</p><p>Черт! Прямо «Шквал Света»? У Люмиана зачесалась макушка от ужаса, и, не тратя времени на проверку, он прямо на ходу изменил пункт назначения «телепортации», мгновенно исчезнув из этой тьмы, где возвышался иллюзорный дуб, и появившись на палубе корабля.</p><p>— Он уже давно заметил, что сорняковая пустошь, созданная священником Монсерратом, заметно уступает Иному миру «мадам», не способна перерезать глубокую связь между внутренним и внешним пространством и, соответственно, не может помешать напрямую «телепортироваться» прочь, а лишь не дает вырываться наружу всевозможным звукам и отголоскам битвы, будучи похожей на «Бутыль вымысла» или даже уступая ей, хотя, разумеется, у этой пустоши, поросшей темными сорняками и хранящей иллюзорный дуб, имелись и другие особенности, обладающие иными способностями.</p><p>Силуэт Люмиана только-только растворился в темной пустоши, как «Клинок Рассвета», вонзенный «Доспехом Гордыни» в землю, растрескался.</p><p>Он распался на бесчисленные осколки света, превратившиеся в жуткий шквал, накрывший эту область.</p><p>Сорняки с налитыми колосьями оказались измельчены в мелкую крошку, и земля вмиг опустела.</p><p>Священник Монсеррат, стоявший на ветвях дуба, совершенно не успевал уклониться; он лишь придал своему телу деревянную текстуру, как его тут же поглотил «Шквал Света».</p><p>Иллюзорный, пустой плач младенца внезапно оборвался.</p><p>Когда «Шквал Света» утих, священник Монсеррат так и остался застывшим на месте, не шевелясь.</p><p>В следующее мгновение его тело, покрытое коричневой корой и словно отлитое из дерева, внезапно растрескалось, обнажая одну глубокую трещину за другой.</p><p>Хлоп, хлоп, хлоп — кусок за куском тело священника Монсеррата сваливалось к подножию дуба, срезы были ровными, и из них сочилась кровь.</p><p>Вся эта плоть и кровь мгновенно впиталась корнями иллюзорного дуба, не оставив ни единого обрезка.</p><p>В средней части ствола дуба кора лопнула, наружу проросли шевелящиеся, влажные и огромные плотские лепестки, распахнувшиеся в дупло-отверстие.</p><p>Там показалась человеческая голова, которую с натугой выталкивало наружу.</p><p>В мгновение ока этот абсолютно голый человек был «рожден» иллюзорным дубом, и им оказался не кто иной, как священник Монсеррат.</p><p>Он по-прежнему пребывал в облике взрослого мужчины, его тело было мокрым, а кое-где покрыто довольно грязной полупрозрачной белой пленкой.</p><p>Новорождение!</p><p>Священник Монсеррат благодаря этой поросшей сорняками тьме, благодаря этому иллюзорному дубу и благодаря невидимому младенцу обрел новорождение!</p><p>Черты его лица стали еще моложе, за спиной мгновенно выросли гипертрофированные крылья, подобные крыльям летучей мыши, обтянутые темной перепонкой, и он со средней части исполинского дуба устремился к серебристо-белому доспеху.</p><p>«Доспех Гордыни» поднялся, свет в его руке сгустился, сформировав острое копье.</p><p>Он со всей силы метнул это длинное рыцарское копье, заставив его рассечь воздух и вонзиться священнику Монсеррату в область груди и живота.</p><p>Крылья священника Монсеррата, подобные крыльям летучей мыши, мгновенно схлопнулись, и весь он внезапно распался на множество черных летучих мышей размером с ладонь.</p><p>Эти летучие мыши закружились в воздухе, часть из них обогнула «Доспех Гордыни» сзади и вновь собралась в священника Монсеррата, покрытого грязной пленкой.</p><p>Тело священника Монсеррата раздалось, сделавшись подобным огромному медведю, а на ладонях выросли острые когти с таинственными узорами и символами.</p><p>Он с силой полоснул, оставив на спине «Доспеха Гордыни» пять глубоких царапин, сквозь которые виднелась пустота внутри.</p><p>«Доспех Гордыни» снова замер, да так, что даже воздух вокруг него, казалось, застыл.</p><p>Священник Монсеррат только собрался продолжить атаку, как вдруг обнаружил, что серебристо-белый доспех безо всякого предупреждения и моментально развернулся на месте.</p><p>Он одну за другой материализовал из света огромные молоты, топоры, цепы и прочее оружие, безудержно обрушивая их на священника Монсеррата, словно обезумев.</p><p>Священник Монсеррат пригнулся, ушел в очищенную от сорняков землю и переместился ближе к иллюзорному дубу.</p><p>А на том месте, где он стоял прежде, земля оказалась искорежена вмятинами и рассечена трещинами.</p><p>В этот момент Люмиан, рассудивший, что «Шквал Света» уже иссяк, «телепортировался» обратно в эту тьму.</p><p>Он с легким удивлением увидел, что священник Монсеррат цел и невредим, разве что на нем больше не было коричневого сутанообразного одеяния.</p><p>Не теряя времени, Люмиан извлек из «Вещмешка путешественника» костяную флейту «Опус Ненависти».</p><p>Он собирался, пока «Доспех Гордыни» связывает священника Монсеррата и пока звуки отсюда не вырываются во внешний мир, сыграть священнику Монсеррату мелодию, которую совсем недавно разучил на разных празднествах в порту Санта — наигрыш, сочиненный одним из Святых Церкви Матери-Земли в честь богатого урожая.</p><p>По привычке Люмиану следовало бы сначала надеть кастеты «Истязание», «телепортироваться» поближе, нанести священнику Монсеррату удар, чтобы пробудить у того определенное желание или эмоцию, и лишь затем развязать дистанцию, заиграть на «Опусе Ненависти» и спровоцировать побочный эффект «Истязания», однако на этот раз Люмиан отказался от этой отработанной боевой схемы.</p><p>А все потому, что на поле боя высился странный, иллюзорный гигантский дуб, да и священник Монсеррат ранее держал на руках невидимого младенца, предположительно являвшегося Дитятей божества — надев кастеты «Истязание», Люмиан даже боялся представить, какой взор и какую опасность он на себя накличит.</p><p>Если «Великая Матерь» углядит это и напрямую заставит Дитя божества ненадолго пересечь барьер между иллюзией и реальностью, чтобы врезать ему, дело обернется катастрофой!</p><p>К тому же Люмиан всегда считал, что у последователей Злых Богов вроде Монсеррата непременно имеются явные психологические изъяны и расшатанное ментальное состояние, так что прямое исполнение «Опуса Ненависти» вполне способно подорвать уязвимые места противника — точь-в-точь как ни он сам, ни Господин K наверняка не обрадовались бы, если бы кто-то заиграл «Опус Ненависти» перед ними.</p><p>Вот только Люмиан пока не знал наверняка, какая именно уязвимость сработает и к каким изменениям это приведет, так что оставалось лишь действовать по обстановке.</p><p>Стоило ему поднести «Опус Ненависти» к губам, как Люмиан внезапно ощутил леденящий холод на затылке.</p><p>«Уа!»</p><p>Иллюзорный плач младенца вновь отозвался у него в ушах, прямо под боком.</p><p>«Хи-хи, хи-хи.»</p><p>Плач младенца быстро перешел в смех, будто тот затеял с Люмианом забавную игру.</p><p>Люмиан необъяснимо оцепенел, на мгновение потеряв способность двигаться.</p><p>Леденящая морозная аура просочилась в его тело, медленно расползаясь к животу.</p><p>Люмиана одолевал все больший хлад, жизненная сила утекала наружу и вместе с леденящей аурой стекалась к определенному месту внутри тела.</p><p>Младенец у него над ухом то жалобно заходил в плаче, то радостно хохотал.</p><p>Не колеблясь, Люмиан погрузил сознание в правую руку и слегка активировал остаточное клеймо «Кровавого Императора» Алисты Тюдора.</p><p>Аура жестокого, безумного ужаса мгновенно хлынула из тела Люмиана, отчего он, даже не задействовав силу «Накопления», словно бы изрядно увеличился в размерах, а жажда крови ощущалась почти материально.</p><p>Плач и смех невидимого младенца снова исчезли, леденящая стужа, просочившаяся в тело Люмиана, растаяла под напором бурлящего жжения, а вся темная пустошь зашаталась, и в нее проник один лучик слабого света за другим.</p><p>Люмиан прекратил сдерживаемую им самим активацию и заиграл на черной костяной флейте с алыми отверстиями.</p><p>Мелодия с явным праздничным мотивом разнеслась вокруг, и священник Монсеррат, сражавшийся с «Доспехом Гордыни», мгновенно замер.</p><p>Выражение его лица тут же исказилось, являя некую неописуемую муку.</p><p>Увидев, как серебристо-белый доспех обрушивает на него заматеревшую из света палицу, священник Монсеррат инстинктивно протянул руку и указал тому под ноги.</p><p>Множество плетей лиан, густая сорная трава и изобилие древесных ветвей мгновенно проросли наружу, быстро окружив «Доспех Гордыни» со всех сторон и сковав его движения.</p><p>Среди треска ломаемых ветвей и шума разрываемых лиан «Доспех Гордыни» с трудом и медленно пробивался вперед.</p><p>Священник же Монсеррат устремил взор на Люмиана и с лицом, полным страдания, закричал:</p><p>'Беги!</p><p>«Дитя божества не убьешь!»</p><p>Бежать? Это… Люмиан заметил, что священник Монсеррат стал куда нормальнее, чем прежде, и та мягкость в чертах лица, то тепло, создававшее ощущение возвращения домой, полностью сменились болью и борьбой.</p><p>'Беги!</p><p>«Покайся за меня перед Матерью-Землей!»</p><p>Священник Монсеррат исступленно закричал.</p><p>Его нагое тело подверглось аномальным изменениям: под полупрозрачной грязной белой пленкой проросли органы, символизирующие деторождение и вынашивание, переплетаясь друг с другом чрезвычайно жутком образом.</p><p>Покается перед Матерью-Землей? Люмиан смутно уловил текущее состояние священника Монсеррата:</p><p>Его падение, похоже, не было окончательным, в нем все еще сохранялась та сторона, что веровала в «Матерь-Землю», из-за чего возникло расщепление личности, и в обычное время нормальная личность подавлялась павшей.</p><p>«Опус Ненависти» подтолкнул наружу именно эту проблему, позволив нормальной личности священника Монсеррата на миг взять верх и вновь завладеть телом? Люмиан почувствовал некие размышления на этот счет, но это не помешало ему сотворить один за другим огненные шары — алые, почти белые — и направить их в мутирующего священника Монсеррата.</p><p>Выражение лица Монсеррата становилось то мрачно-холодным, то мучительным, а тело то порывалось уклониться, то вновь затягивалось назад.</p><p>Он закричал словно из последних сил:</p><p>«Дитя божества невозможно убить, его можно лишь изгнать!»</p><p>Едва слова священника Монсеррата слетели с губ, как те алые, почти белые огненные шары долетели и обрушились на него, а серебристо-белый «Доспех Гордыни» пробился сквозь заслон лиан и ветвей, подскочил к нему и опустил скованную из света палицу.</p><p>Бум!</p><p>В мгновение взрыва огненных шаров падший священник Монсеррат вырвал назад контроль над телом и собрался юркнуть под землю.</p><p>И именно в этот момент у него за спиной возник силуэт Люмиана — силуэт с поднятой черной костяной флейтой.</p><p>Люмиан напрямую «телепортировался» в самый эпицентр взрыва, ничуть не заботясь о том, что жуткая ударная волна может тяжело его ранить!</p><p>Огненные шары были лишь отвлекающим маневром, настоящим же смертоносным ударом, который он заготовил, являлся «Опус Ненависти»!</p><p>Пф-ф!</p><p>Люмиан всадил черную костяную флейту с алыми отверстиями в втягивающуюся шею священника Монсеррата.</p><p>Бум!</p><p>Разразившийся огненный вал поглотил обоих.</p></section><section><title><p>Глава 614 Истинное имя</p></title><p>Глава 614 Истинное имя</p><p>Грохот!</p><p>Когда взрыв разрывал его тело, Люмиан, полагаясь на выносливость к боли «Аскета» и устойчивость к ожогам «Пиромана», снова активировал чёрную метку на правом плече.</p><p>Вместе со священником Монсерратом, в шею которого был вонзён «Опус Ненависти», он исчез в клубящихся волнах пламени и появился на краю тёмной пустоши.</p><p>Его льняная рубашка, чёрный жилет и тёмные брюки превратились в рваные тряпки, все обнажённые участки тела были превращены в кровавое месиво вперемешку с обугленной кожей, а кое-где даже виднелись белеющие кости.</p><p>Священник же Монсеррат был на грани смерти: грязная полупрозрачная белая плёнка на его теле порвалась и сгорела при взрыве, давным-давно перестала существовать, а находящееся под ней мутировавшее обнажённое тело, обросшее множеством органов, повсюду покрылось вмятинами и следами ожогов, с него непрерывно отваливались куски плоти.</p><p>Хлоп.</p><p>Когда первый кусок плоти упал на тёмный край, всё ещё покрытый сорной травой, он неожиданно просочился вниз, словно его впитала земля.</p><p>Увидев это, Люмиан встрепенулся и, схватив тело священника Монсеррата, снова активировал «Телепортацию».</p><p>Он напрямую покинул эту тёмную пустошь, и его силуэт обрисовался на палубе, купавшейся в алом лунном свете.</p><p>В то же время кора призрачного дуба в глубине трюма отслоилась, и на нём выросли влажные, скользкие огромные плотские лепестки.</p><p>Налитые кровью плотские лепестки начали шевелиться, но выплюнули лишь силуэт размером меньше ладони.</p><p>Этот силуэт по размеру практически совпадал с тем комком плоти, что только что упал на землю и был поглощён пустошью.</p><p>У него были чистые черты лица и молодой вид — словно уменьшенный во много раз священник Монсеррат.</p><p>Глаза этого священника Монсеррата были остекленевшими, а выражение лица — застывшим, не выражавшим ни малейших признаков разума.</p><p>Серебристо-белый «Доспех Гордыни» подбежал ближе и с силой обрушил вновь сгустившийся гигантский молот света, размозжив священника Монсеррата, похожего на малого эльфа, и превратив его в месиво кровавой плоти.</p><p>Вслед за этим вспыхнули крупицы рассветного света, быстро растворив это месиво плоти.</p><p>Призрачный гигантский дуб мгновенно стал ещё более прозрачным, а чёрная пустошь, поросшая сорной травой, стремительно распалась на части.</p><p>Буквально в мгновение ока аномальная сцена исчезла, и трюм вернулся в своё первоначальное состояние, разница была лишь в том, что несколько деревянных сундуков разбились, а на стальных стенах и полу остались явные вмятины и глубокие царапины.</p><p>С другой стороны Люмиан вытащил чёрную костяную флейту «Опус Ненависти» и смотрел, как кровь священника Монсеррата капля за каплей падала на отлитую из стали палубу, нисколько не впитываясь.</p><p>Только он перевёл дух, как услышал, как лежащий на земле и находящийся при смерти священник Монсеррат слабо, но упорно выкрикнул:</p><p>'Чтобы изгнать, Дитя божества, нужно узнать, Его истинное имя!</p><p>«Его истинное имя…»</p><p>Внезапно голос священника Монсеррата пропал, хотя его рот всё ещё открывался и закрывался.</p><p>А у ушей Люмиана снова раздался этот призрачный, пустой плач младенца.</p><p>В отличие от прежнего раза, плач раздавался издалека, словно из другого мира, и тело Люмиана не застыло и не похолодело, не потеряв способности двигаться.</p><p>Невидимое Дитя божества всё ещё опасается ауры «Кровавого Императора»? Это инстинктивный страх? Люмиан быстро огляделся по сторонам и обнаружил, что алый лунный свет на палубе — а точнее, вокруг него — исчез.</p><p>Эта область стала аномально тёмной, сюда не доносился даже плеск морской воды.</p><p>«Уа! Уа! Уа!»</p><p>Плач младенца продолжал звучасть, и место, откуда он доносился, постепенно становилось всё более чётким.</p><p>Люмиан резко опустил голову и уставился на уже переставшего дышать священника Монсеррата, на этот окровавленный труп, на его живот.</p><p>Тот неизвестно когда вздулся, словно внутри что-то шевелилось, распирая и без того изувеченный живот до зловещего жутко-алого цвета.</p><p>Люмиан слегка прищурился, опустился на одно колено и протянул правую руку, сжимавшую «Опус Ненависти», к высоко вздувшемуся животу священника Монсеррата.</p><p>Чирк!</p><p>От лёгкого взмаха чёрной костяной флейты кроваво-красный живот священника Монсеррата распоролся посередине; внутри оказались окрашенные кровью тонкие кишки и другие внутренности, но там не было ни так называемого Дитя божества, ни мокрого грязного младенца.</p><p>Пф-ф! Из распоротого кровавого живота брызнуло огромное количество бледно-жёлтой прозрачной жидкости, заляпав окружающую палубу.</p><p>«Уа! Уа! Уа!»</p><p>Плач младенца становился всё громче и всё жалобнее, и раздавался всё ближе к Люмиану.</p><p>Он, казалось, из-за гнева и ненависти постепенно подавлял страх перед аурой «Кровавого Императора».</p><p>Нужно найти кого-то знающего, чтобы изгнать это невидимое Дитя божества… Люмиан, чьей духовности сейчас хватало ещё на два «Перехода сквозь мир духов», собрался отправиться за помощью.</p><p>«Охотники» вовсе не специалисты в подобных делах!</p><p>Однако, активировав чёрную метку на правом плече, Люмиан обнаружил, что не может почувствовать мир духов и известные ему координаты.</p><p>Аномальная тьма, принесённая жалобным плачем Дитя божества, казалось, заблокировала эту область.</p><p>Это ближе к «Иному миру»!</p><p>Нельзя позвать помощь, нельзя призвать Посланника или вознести молитву высоким сущностям… Взгляд Люмиана застыл, а сердце ёкнуло.</p><p>В это время плач невидимого Дитя божества раздавался всё ближе и ближе, и Люмиан почувствовал, как его тело снова сковывает лёгкий холод.</p><p>В мгновение ока Люмиан, как «Заговорщик», быстро нашёл новое решение:</p><p>«Искусство изгнания духов»!</p><p>Это одна из пяти магий ритуалов «Нищенствующего монаха», способная изгонять мстительных духов и даже злых духов.</p><p>А по своей сути ещё не родившееся в реальном мире и находящееся в невидимом состоянии Дитя божества очень похоже на мстительного или злого духа!</p><p>Что же касается того, что «Искусство изгнания духов» точно так же требует адресата молитвы, Люмиан ничуть не беспокоился.</p><p>Во-первых, это можно сделать от имени «Себя», а во-вторых, если хочется добиться лучшего эффекта, он вполне может вознести молитву господину «Шуту» — при отсутствии связи с внешним миром печать «Шута» у него на груди откликнется прямо на месте, предоставив Статус и силу!</p><p>Кроме того, став «Аскетом», Люмиан мог упростить некоторые шаги «Искусства изгнания духов», позволив выполнить его в кратчайшие сроки.</p><p>Теперь проблема заключалась в том, что для «Искусства изгнания духов» требовались истинное имя цели и предмет, который та долго носила с собой, а у Люмиана не было ни того, ни другого.</p><p>Он снова уставился на распоротый, опавший живот священника Монсеррата, собираясь найти вещи, которые могли бы иметь к этому отношение.</p><p>И если по прошествии минуты он ничего не найдёт, он из последних сил активирует ауру «Кровавого Императора» Алисты Тюдора, чтобы проверить, сможет ли напугать невидимое Дитя божества, прорвать эту аномальную тьму и косвенно добиться эффекта изгнания.</p><p>Быстро осмотрев всё несколько раз, Люмиан остановил взгляд на этом спутанном комке окровавленных тонких кишок.</p><p>Среди них затесался короткий, телесного цвета, испачканный кровью, явно ещё не полностью сформировавшийся продолговатый отросток.</p><p>Это… не сформировавшаяся пуповина Дитя божества? Если это действительно пуповина, то она тесно связана с Дитя божества, соединена с Ним плотью и кровью, так что мне даже не нужно знать Его истинное имя, чтобы «Искусство изгнания духов» могло увенчаться успехом… Люмиан убрал «Опус Ненависти» и разом оторвал штуку, похожую на неразвившуюся пуповину.</p><p>Призрачный плач младенца стал ещё более неистовым и жалобным.</p><p>Люмиан вздрогнул и тихо усмехнулся:</p><p>«Спасибо, что помог мне убедиться.»</p><p>Держа эту несформировавшуюся пуповину, он закружился в ритмичном, чрезвычайно изогнутом и исполненном первобытной силы танце.</p><p>Во время танца Люмиан непрерывно сгибался, вырисовывая этой пуповиной, испачканной в крови священника Монсеррата, соответствующие символы на поверхности палубы.</p><p>Он упростил узоры, которые требовалось вычертить, выпрямился, опустил левую ладонь и создал над символами костёр из алого, почти белого пламени.</p><p>Затем он бросил пуповину в пламя.</p><p>Это имело сильное символическое значение, олицетворяя изгнание, сожжение и очищение!</p><p>«Уа!»</p><p>Плач младенца мгновенно подступил вплотную, Люмиана обдало холодом, и его тело слегка задрожало.</p><p>Он поспешно поставил зажжённую свечу над этим пламенем и пуповиной, затем отступил на шаг и произнёс на языке Гермеса:</p><p>«Не принадлежащий к этой эпохе Шут, Таинственный Владыка над серой мглой, Король Жёлтого и Чёрного, повелевающий удачей…»</p><p>Едва прозвучало Почетное имя господина «Шута», как из ниоткуда рассеялась тонкая серая мгла, а плач невидимого младенца сразу удалился, сделавшись ещё более пустым.</p><p>Ощутив жжение в левой груди, Люмиан с серьёзным выражением лица сделал два шага вперёд, поднял горящую пуповину, трижды встряхнул её и вернул на место.</p><p>Он продолжил читать:</p><p>'Я молю о Вашей помощи;</p><p>«Молю Вас изгнать то, что связано с этой пуповиной…»</p><p>Внезапно алое, почти белое пламя окрасилось в цвет серой мглы и запылало с новой силой; пуповина стремительно обуглилась, а рядом с ней проступило прозрачное лицо священника Монсеррата, всё в следах взрыва и подтёках крови, пока пустой плач младенца затихал всё дальше и дальше.</p><p>Дух священника Монсеррата невольно взмыл назад, и на его измученном лице промелькнуло лёгкое облегчение.</p><p>Он ведь тоже был одним из тех, кто связывался пуповиной, и теперь тоже стал призраком!</p><p>Священник Монсеррат с трудом воздел руки и сорванным голосом закричал:</p><p>'Жизнь драгоценна, урожай отраден!</p><p>«Восхвалим Землю, восхвалим Мать всего сущего!»</p><p>Его прозрачный дух быстро растворился в глубине тьмы, а невидимое Дитя божества издало пронзительный вопль, исполненный ненависти и проклятий.</p><p>Этот крик эхом отдался в голове Люмиана, заставив его почувствовать себя так, словно он перенёс серию «Ментальных проколов»; он не только крайне ослаб, но и боль в душе полностью завладела его мыслями, лишив восприятия внешнего мира.</p><p>Когда он пришёл в себя, аномальная тьма на палубе уже исчезла, и алый лунный свет снова пролился здесь.</p><p>Изображённые на полу символы и пламя цвета серой мглы были стёрты без следа, осталась лишь тихо горящая свеча и обугленный, высохший остаток пуповины.</p><p>Люмиан перевёл дыхание несколько секунд, нагнулся, погасил свечу и, приложив руку к груди, тихо прошептал:</p><p>«Благодарю, господин „Шут“.»</p><p>Убрав остатки пуповины и ритуальную свечу, он взглянул на труп священника Монсеррата, из которого ещё не выделилась Потусторонняя характеристика, и высвободил силу «Накопления».</p><p>Его духовность восстановилась, а слабость отступила.</p><p>Только теперь Люмиан обрёл уверенность, чтобы вернуться в трюм и убрать спокойно стоявший «Доспех Гордыни» в «Вещмешок путешественника».</p><p>Сделав это, он сменил рваную одежду и обработал обнажённые раны.</p><p>Затем, превозмогая боль, он с невозмутимым видом вернулся в свой кают-люкс и сказал капитану Педро и остальным:</p><p>«Проблема решена, труп священника Монсеррата на палубе, его вещи передайте… хм, благословенному Церкви Матери-Земли.»</p><p>Люмиан и не думал присваивать вещи Церкви Матери-Земли.</p><p>Капитан Педро и остальные в полном замешательстве ушли, чтобы проверить обстановку на палубе, а Лугано подошёл к Люмиану и тихо спросил:</p><p>«Священник Монсеррат действительно мёртв?»</p><p>«Можешь пойти посмотреть на его труп», — «улыбнувшись», ответил Люмиан, собираясь поручить слуге заняться его лечением.</p><p>Лугано нахмурился и произнёс:</p><p>«Но ранее я смутно слышал его голос, казалось, он выкрикивал имя того так называемого Дитя божества.»</p><p>Выкрикивал имя так называемого Дитя божества? Тогда священник Монсеррат действительно выкрикнул истинное имя Дитя божества, но по каким-то особым причинам Оно не явилось в реальный мир, и услышать его могли только находящиеся поблизости Потусторонние, осквернённые Дитя божества? Люмиан задумчиво сказал Лугано:</p><p>'Это было ещё до смерти священника Монсеррата.</p><p>«Какое имя он выкрикнул?»</p><p>Лугано с облегчением вздохнул и, вспоминая, проговорил:</p><p>«Кажется, кажется…»</p><p>Наконец он вспомнил и воспроизвёл произношение:</p><p>«Да, Омибелла.»</p></section><section><title><p>Глава 615 Рассвет</p></title><p>Глава 615 Рассвет</p><p>«Омибелла.»</p><p>В ушах Лумиана раздался величественный, многослойный голос Термибороса — Он повторял слова Лугано.</p><p>«Ты слышал о ней?» Лумиан не ожидал, что такое имя, не вызвавшее у него самого никаких чувств, заставит заговорить Термибороса, молчавшего так долго.</p><p>«Нет, до сегодняшнего дня никогда не слышал.» Лугано подумал, что спрашивают его.</p><p>Термиборос же снова погрузился в молчание, так и не ответив.</p><p>Похоже, с истинным именем Дитя божества есть немалые проблемы… Да и звучит оно как женское. Впрочем, всё сходится: Путь «Негодяя» на уровне, соответствующем Последовательности 5, «Банши», превращает в женщину, Последовательность 0 Пути «Земли» — это «Матерь-Земля», что тоже имеет ярко выраженную женскую направленность, а тут ещё и сама «Великая Матерь». То, что Дитя божества — женщина, напротив, весьма вероятно и абсолютно логично… Лумиан бросил взгляд на Лугано и с улыбкой произнёс:</p><p>«То, что не слышал раньше, — к лучшему, иначе в один прекрасный день ты мог бы стать матерью так называемого Дитя божества.»</p><p>С этими словами Лумиан взглянул на Людвига, неизвестно когда выбежавшего на балкон гостиной, и ровным, но неспешным шагом подошёл к нему.</p><p>Проследив за взглядом Людвига, он посмотрел на палубу и как раз увидел, как капитан Педро и остальные осматривают труп священника Монсеррата.</p><p>Лумиан задумчиво спросил:</p><p>«Съедобно?»</p><p>Он имел в виду, съедобен ли труп священника Монсеррата.</p><p>Он всего лишь не присваивал вещи Церкви Матери-Земли, включая Потустороннюю характеристику, выделившуюся из священника Монсеррата, но вовсе не обещал сохранять его труп в целости и сохранности.</p><p>Частичное повреждение тела в ходе ожесточённого боя — дело совершенно обычное!</p><p>Людвиг покачал головой:</p><p>«Пока ещё нет.»</p><p>«Ну ладно.» Лумиан с явным сожалением отвёл взгляд.</p><p>Теперь он не сможет узнать, почему священник Монсеррат имел столь тесную связь с невидимым Дитя божества, из-за чего в его животе даже выросла часть пуповины, и не сможет подтвердить, являлся ли прежний Пуринпино результатом Алхимии человеческого тела священника Монсеррата.</p><p>На самом деле он и так видел, что священник Монсеррат осквернён крайне сильно, но не думал, что степень загрязнения дойдёт почти до уровня «Безумной».</p><p>Разумеется, до трупа «Безумной» ему всё же было далеко — в конце концов, то было нечто, что даже Людвиг счёл слишком грязным.</p><p>Что же до «Спиритизма», то, согласно познаниям Лумиана, дух, изгнанный «Искусством изгнания духов», в течение определённого времени невозможно призвать, а значит, и вступить с ним в контакт, а когда это время пройдёт, «Спиритизм» уже утратит всякую ценность.</p><p>Вернувшись в гостиную, Лумиан сел в кресло, расстегнул пуговицы чёрного жилета и льняной рубашки и сказал Лугано:</p><p>«Помоги мне подлечиться.»</p><p>Лугано взглянул на раны, перевязанные лишь на скорую руку, из которых кое-где всё ещё сочилась кровь, и ошеломлённо произнёс:</p><p>«Так серьёзно?»</p><p>«Ты думал, со священником Монсерратом легко расправиться? Не рискни я получить ранения, умер бы, чего доброго, я сам.» Лумиан с усмешкой ответил.</p><p>Лугано подсознательно возразил:</p><p>«Я не это имел в виду. Я о том, что ты получил такие тяжёлые раны, а на одежде и брюках ни царапины?»</p><p>«Разумеется, я переоделся, прежде чем вернуться.» Лумиан, перенося боль, неспешно ответил.</p><p>В его «Сумке путешественника» имелось почти с дюжину одинаковых рубашек, жилетов и брюк — разнились лишь цвета жилетов, но и чёрных среди них было несколько.</p><p>Единственная проблема заключалась в том, что золотисто-жёлтая соломенная шляпа вспыхнула во время взрыва и сгорела дотла.</p><p>Впрочем, для Великого авантюриста Луи Бери это не составляло большой беды: покидая порт Фалин, он специально припас несколько точно таких же.</p><p>Вот в чём преимущество владения «Сумкой путешествиника», а иначе где бы он взял место в одном лишь чемодане для кучи подобных бесполезных вещей?</p><p>Лугано не осмелился расспрашивать дальше и усердно занялся лечением нанимателя.</p><p>Часть обуглившейся кожи он поначалу хотел срезать скальпелем, а уж затем провести лечение ради наилучшего результата, однако Лумиан остановил его, велев подлечить на скорую руку — мол, сойдёт и так.</p><p>Учитывая, что в шесть часов утра всё равно всё вернётся в исходное состояние, Лумиан совершенно не хотел терпеть мучения от операции без анестезии.</p><p>Когда боль и раны удалось взять под контроль и наступило значительное улучшение, Лумиан вернулся в комнату, разложил почтовую бумагу и стал составлять отчёт для мадам «Фокусник» о деле священника Монсеррата и об истинном имени Дитя божества.</p><p>К подобным делам, затрагивающим Злых Богов и так называемое Дитя божества, он всегда относился со всей серьёзностью, считая, что решать эти проблемы — забота начальства.</p><p>Не будь у Господина K отсутствия Посланника, он бы заодно отправил копию и ему, слегка перефразировав некоторые предложения, чтобы и оракул ордена Авроры узнал об этом происшествии, а уж что делать дальше и как поступать — о том не надлежало беспокоиться рядовому члену организации и обладателю Младших Арканов.</p><p>К тому же он уже понял: в борьбе со Злыми Богами, особенно с проникновением тех, что находятся за пределами барьера, позиции «Клуба Таро» и ордена Авроры довольно схожи, и выступает ли он как Младший Аркан «Клуба Таро» или как официальный член ордена Авроры, у него есть обязанности на этом поприще.</p><p>Минут через десять Лумиан без малейших изъятий изложил на бумаге всё произошедшее от начала и до конца, включая реакцию Термибороса.</p><p>Затем он призвал Посланницу-«куклу».</p><p>После ссоры с Людвигом, пока тот обретался поблизости, Посланница-«кукла» всегда прилетала и улетала в спешке, редко задерживаясь, чтобы переброситься парой слов.</p><p>…………</p><p>Королевство Лоэн, Баклунд, чистая и свежая спальня.</p><p>Мадам «Фокусник», сладко спавшая в своей постели, внезапно села.</p><p>Она с недоумением пробормотала себе под нос:</p><p>'Духовное предостережение?</p><p>«Неужели должно произойти что-то важное?»</p><p>Мадам «Фокусник» только налила себе бокал сунийского кровавого вина и ещё даже не приступила к прорицанию, как увидела Посланницу-«куклу», появившуюся на письменном столе и положившую сложенное квадратом письмо рядом с темно-красной авторучкой.</p><p>Письмо от Лумиана… Проблема со священником Церкви Матери-Земли раскрыта? Не зря я дала ему подсказку… Мадам «Фокусник» позволила бокалу остаться парить в воздухе, взяла письмо и развернула его.</p><p>Дочитав до самого конца, она резко изменилась в лице и тихо повторила то имя:</p><p>«Омибелла?»</p><p>Неужели истинное имя невидимого Дитя божества именно таково?</p><p>Так вот отчего сработало моё духовное предостережение?</p><p>А ведь это вполне заслуживает того, чтобы обсудить на регулярной сходке «Клуба Таро»…</p><p>Спустя некоторое время, косвенно подтвердив догадку с помощью «Астрологии», мадам «Фокусник» села и стала наблюдать, как темно-красная авторучка сама собой подскочила, сбросила колпачок и начала выводить слова на пергаментной бумаге, выражая её мысли:</p><p>«Омибелла — это имя, сокрытое в историческом тумане, и оно несёт в себе мощный оккультный символизм…»</p><p>…………</p><p>«Использование имени Омибелла в качестве истинного имени Дитя божества — я не знаю, связано ли это с тайнами Второй Эпохи, то есть периода, когда древние боги правили землёй до 'Древнего бога Солнца», или же эта «Великая Матерь» использует мощный оккультный символизм, чтобы постепенно сокрушать авторитет «Матери-Земли» и даже Её саму.</p><p>'Если удастся разгадать ту тайну древней эпохи, возможно, получится найти ответ.</p><p>«Тот, в кого верит „орден Авроры“, возможно, кое-что знает.»</p><p>Лумиан смотрел на ответное письмо, написанное на пергаментной бумаге, и ему непрестанно казалось, что мадам «Фокусник» намекает ему разузнать всё у «ордена Авроры», то есть у Господина K.</p><p>Он продолжал читать то, что было написано дальше:</p><p>«Если вкратце, Омибелла принадлежит к древней расе гигантов и во времена расцвета древних богов именовалась „Богиней Урожая“. Остальное я пока не могу тебе открыть, да и тебе не нужно нарочно расследовать это дело. Просто обращай внимание, когда встретишь Облагодетельствованных из Церкви „Матери-Земли“, членов „Ночного собрания“ и „Школы Сошествия Божества“. Мы сами займёмся дальнейшим отслеживанием, хотя, разумеется, со временем можем поручить тебе одно-два небольших задания.»</p><p>«Богиня Урожая»… И вправду связано с Путём «Земли»… Лумиан сжёг почтовую бумагу алым пламенем, поднялся, вернулся на кровать и в позе человека, притворяющегося спящим, стал прислушиваться к происходящему на всём корабле.</p><p>Вплоть до самого восхода солнца, когда его тело мгновенно исцелилось, ничего неожиданного так и не произошло.</p><p>Лумиан вернулся в гостиную и сказал Лугано, который встал на час раньше обычного и явно не выспался:</p><p>«Всё ещё слышишь плач младенца?»</p><p>«Нет.» — ответил Лугано, с трудом скрывая радость и некоторую трепетную тревогу.</p><p>Он полагал, что нужно понаблюдать ещё несколько дней, прежде чем делать окончательный вывод.</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«И вправду, обратиться за помощью к священнику Монсеррату — единственный способ полностью избавиться от твоих последствий.»</p><p>От этих слов у Лугано застряла фраза в горле, он едва не поперхнулся.</p><p>Так вот что ты имел в виду, когда велел мне попросить помощи у священника Монсеррата?</p><p>Убить священника Монсеррата — это и есть окончательное решение проблемы с моими последствиями?</p><p>Лумиан сделал несколько шагов в сторону балкона и перевёл тему:</p><p>«Чуть позже сходи к Эннио и под предлогом повторного осмотра проверь его состояние.»</p><p>Хм, Эннио был спасён благодаря операции, проведённой священником Монсерратом. Раз уж у священника Монсеррата были проблемы, то и у него могут быть… Лугано немного опасался идти к этому пациенту, боясь снова столкнуться с опасностью, но, видя, как за окном светлеет солнце и небосвод постепенно окрашивается в алые тона, почему-то ощутил душевный покой.</p><p>В девять часов утра Лугано вернулся и сообщил Лумиану, что тот особый пациент поправляется очень хорошо. На данный момент не видно никаких признаков неудачи операции или скрытых угроз, а также нет симптомов осквернения.</p><p>Почти одновременно с этим капитан Педро пришёл к Лумиану и сказал, что корабль ненадолго зайдёт в ближайший порт, чтобы священнослужители Церкви «Матери-Земли» поднялись на борт, забрали тело и личные вещи священника Монсеррата, а также забрали причастных лиц.</p><p>Он отдельно подчеркнул, что Церковь «Матери-Земли» чётко заявила: причастные лица не включают Великого авантюриста и его слугу.</p><p>Лумиан лишь улыбнулся и ничего не ответил капитану, всем своим видом демонстрируя полную уверенность и невозмутимость.</p><p>В полдень несколько Боевых монахинь и священников в коричневых рясах поднялись на борт и забрали Эннио и остальных.</p><p>Глядя с балкона, как растерянного и объятого страхом, но не способного оказать сопротивление Эннио «приглашают» сойти с корабля, Лугано тяжело вздохнул:</p><p>«У него же всё в порядке, почему его тоже забирают?»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>'Раз ты сказал, что нет, значит, и вправду нет?</p><p>«Посмотри на это с лучшей стороны: когда Церковь „Матери-Земли“ убедится, что проблем нет, он, возможно, получит писарскую должность внутри Церкви и сможет каждый день общаться с Боевыми монахинями.»</p><p>Лугано на мгновение замолк и спустя несколько секунд произнёс:</p><p>'Но ведь он всё равно лишится свободы.</p><p>«Он же жертва…»</p><p>«Свобода?» Лумиан усмехнулся: «Предпосылка свободы — не представлять угрозы для окружающих.»</p><p>Хоть слова и были правильными, глядя на перепуганного Эннио и вспоминая священника Монсеррата, умершего в своём нормальном разуме, он всё же вспомнил странную фразочку, которую изредка говаривала его сестра:</p><p>«Все живые существа страдают.»</p><p>У-у-у!</p><p>Раздался гудок парусника, и корабль снова отправился в путь.</p></section><section><title><p>Глава 616 Новое поручение</p></title><p>Глава 616 Новое поручение</p><p>Спустя несколько дней, сидя в шезлонге, стоявшем на балконе люкса, Лумиан обдувался морским бризом, грелся на солнце, пил неразбавленное вино «Манзан» и достал из «Вещмешка путешественника» повреждённую пуповину отца Монсеррата.</p><p>Она полностью обуглилась и лишилась духовности; после неоднократных проверок Лумиана, а также вспомогательного гадания Франки и Дженны, был сделан вывод:</p><p>После «Искусства изгнания духов» эта пуповина окончательно потеряла активность, к тому же сама по себе она не обладала Потусторонней характеристикой, поэтому её нельзя было использовать как Волшебный предмет или в качестве основного материала для изготовления амулетов, зелий, оружия и прочего.</p><p>Всё, чем она сейчас обладала, — это лишь собственная уникальность.</p><p>Иными словами, она была немного похожа на клеймо, оставленное «Кровавым Императором» Алистой Тюдором на теле Лумиана: обладала лишь Статусом, но не имела силы, и к тому же не могла проявить то жуткое дыхание Дитя божества «Великой Матери», чтобы Лумиан мог использовать его для устрашения и краткого подавления определённых целей.</p><p>Лумиан считал, что она может пригодиться только в двух вещах:</p><p>Во-первых, служить заклинательным материалом, позволяя определённой магии проявлять силу, значительно превосходящую обычный уровень, или помогая «Колдунм» использовать особую магию, которую они иначе не смогли бы применить;</p><p>Во-вторых, в качестве вспомогательного материала при изготовлении Волшебных предметов, амулетов, зелий и Потустороннего оружия, придавая конечному изделию некоторые особые эффекты.</p><p>Разумеется, Лумиан также верил, что подобный остаток пуповины перед Дарителями «Великой Матери» определённо сможет сыграть и другую роль — например, даже без использования «Провокации» заставит тех людей устремить на него исполненные ненависти взгляды.</p><p>«Какая жалость, 'Ведьма» и «Пироман» довольно похожи: могут использовать только различные заклятия тёмной магии, встроенные в зелье, и не способны, подобно «Колдунм», исследовать заклинания и осваивать новые. А из тех заклятий тёмной магии лишь для одного можно использовать пуповину как заклинательный материал — «Проклятия крови». Но бестелесное Дитя божества сейчас не родилось в реальном мире, и проклятие против Него совершенно бесполезно. Не использовать же его для проклятия «Великой Матери»? Если реально так поступить, Франка и Дженна прямо на месте родят по нескольку детей…</p><p>«Хм, во время следующего собрания Исследовательского общества кудрявых павианов или на другой оккультной сходке надо посмотреть, получится ли достать Волшебный предмет, связанный с Последовательностью 'Колдуна», а затем собрать могущественные заклинания, использующие пуповину или предметы высокого Статуса в качестве заклинательных материалов… Э-э… не слишком ли это хлопотно? Как говорила Аврора, это всё равно что ради блюдечка крупной соли специально вырастить овцу, выкормить её, забить и приготовить из неё запечённое мясо…</p><p>«В последнее время нет и нужды искать 'Ремесленника» для изготовления Волшебных предметов, да и основных материалов не хватает. Или сделать Потустороннее оружие с ограниченным сроком службы?</p><p>«Не пойдёт. 'Ремесленник» с недостаточным Статусом, используя эту штуку как вспомогательный материал, рискует подвергнуться загрязнению, а просить помощи у «Ремесленника» высокого Статуса ради вещи без реальной силы просто не стоит…</p><p>«Сделать самому амулеты или зелья?»</p><p>Лумиан долго разглядывал обугленный обрубок пуповины и, так и не решившись, снова убрал его в «Вещмешок путешественника».</p><p>Затем он пощупал свой карман, где добавился палец от Господина K.</p><p>За эти два дня он специально «вернулся» в Трир, чтобы доложить Господину K об отце Монсеррате и бестелесном Дитя божества, и получил от Господина K нескрываемое одобрение и похвалу.</p><p>Эмоциональный подъём и фанатичная атмосфера заставили Лумиана заподозрить, что Господин K в следующую секунду отрубит себе руку и подарит её ему.</p><p>Пальца уже было недостаточно, чтобы выразить его чувства!</p><p>Господин K был чрезвычайно доволен тем, что согласился отпустить Лумиана из Трира на поиски врага, считая это откровением Господа, и похвалил Лумиана за то, что тот обладает необычайной притягивающей силой для сектантов Злых Богов и инцидентов со Злыми Богами, являясь для этих падших «ходячим бедствием».</p><p>Как такой Потусторонний может постоянно оставаться в Трире? Он просто обязан прогуляться по разным местам Южного и Северного континентов!</p><p>Что касается Омибеллы — имени «Богини Урожая» из древней эпохи, — Господин K никак особо не отреагировал и не стал испрашивать откровения у своего Господа на месте. Не получив ответа, Лумиан был вынужден откланяться и уйти, после чего отправился к Франке, Дженне и Энтони, чтобы поделиться с ними подробностями операции по извлечению, Алхимии человеческого тела и тем, как отец Монсеррат, будучи мужчиной, едва не выносил Дитя божества «Великой Матери».</p><p>Хотя они и раньше имели некоторое представление о «Сеятелях» Пути «Негодяя», история отца Монсеррата всё равно заставила Франку и Дженну почувствовать, будто они слушают ужастик, и оставила психологическую травму относительно Дарителей «Великой Матери».</p><p>Энтони внешне никак не отреагировал, но совершил редкое для себя лишнее движение тела:</p><p>Непроизвольно и слегка погладил свой живот.</p><p>Поделившись своими переживаниями, Лумиан с чувством удовлетворения вернулся на корабль и продолжил путь на самый юг Королевства Фейнапот.</p><p>Тук-тук-тук.</p><p>Лумиан полистал учебник дутанского языка всего несколько минут, как услышал, что кто-то стучит в деревянную дверь люкса.</p><p>Лугано был весьма исполнительным и с полным осознанием своего служебного долга подошёл к двери, высмотрев через дверной глазок наружу.</p><p>За эти несколько дней он больше не слышал плача младенца, и его замершее сердце окончательно вернулось на место, придя в покой.</p><p>Этот случай заставил его ещё больше радоваться тому, что в то время он решил остаться подле работодателя, а не возвращаться в Трир.</p><p>Он чувствовал, что если корнем проблемы являлись Потусторонние материалы, оставленные Танко, то даже не взойди он на этот корабль, в будущем непременно настал бы день, когда он столкнулся бы с чем-то подобным, причём долго ждать не пришлось бы — год или даже полгода, — и тогда без помощи столь могущественного Потустороннего, как Лумиан Ли, его участь была бы вполне предсказуемой.</p><p>Увидев, что снаружи стоит капитан Педро, Лугано повернулся и сказал Лумиану на балконе:</p><p>«Босс, вас ищет капитан!»</p><p>Зачем капитану искать меня? Разве мы не должны молчаливо делать вид, будто прошлых событий не было? Лумиан захлопнул учебник дутанского языка и под ярким солнечным светом вернулся в гостиную.</p><p>Педро с красивой коричневой бородой вошёл в люкс, обменялся несколькими вежливыми фразами и, прочистив горло, сказал:</p><p>«Господин Бери, вам было бы интересно принять одно поручение? Очень простое поручение, оно не отнимет у вас много времени».</p><p>Простое? Если поручить его мне, боюсь, оно перестанет быть простым… Пройдя через столь многое, Лумиан сложил весьма чёткое представление о своей особой «конституции»:</p><p>Являясь Потусторонним Пути «Охотника», с запечатанным в теле ангелом Злого Бога и сохранившимися аурами «Кровавого Императора», он от природы обладал мощной притягивающей силой для бедствий, заставляя многие проблемы, которые изначально не должны были всплыть, разразиться раньше времени.</p><p>Во что в конечном счёте выльется простое поручение, даже сам Лумиан не мог предугадать.</p><p>Сидящий в одноместном кресле Лумиан с улыбкой произнёс:</p><p>«Что за поручение? Я сначала выслушаю подробности, а потом решу, браться за него или нет».</p><p>Педро вздохнул и сказал:</p><p>'Пункт назначения этого плавания, порт Колиа, — мой родной город, там живут мои жена и дети.</p><p>'В начале года моя самая любимая старшая дочь Сара увлеклась одним молодым человеком, крайне фанатично, и захотела выйти за него замуж.</p><p>«Как вы знаете, в Фейнапоте брак и семья священны, мы должны осмотрительно вступать в брак и с ответственностью поддерживать его, а не с закрытыми глазами идти в церковь с первым встречным».</p><p>«Этот молодой человек не устраивает вас и вашу старую бабушку? Вы хотите нанять меня, чтобы я тихо убил его?» — пошутил Лумиан. — «На самом деле не нужно так усложнять, у такого капитана, как вы, предостаточно способов справиться с молодыми людьми без жизненного опыта. Например, дать ему шанс, соблазнить возможностью, отправить заниматься торговлей в море, а потом он уже никогда не вернётся».</p><p>Педро сухо усмехнулся:</p><p>«Я законопослушный гражданин и не стану делать подобного».</p><p>Капитан, круглый год плавающий по морям да ещё и обладающий Потусторонними способностями, — законопослушный гражданин? Не надо рассказывать такие несмешные шутки… — про себя поглумился Лумиан и с улыбкой уставился на Педро, ожидая продолжения.</p><p>«Я испытывал этого молодого человека и обнаружил, что с ним что-то не так, кое-какие вещи кажутся странными. Я нанял авантюристов, чтобы расследовать его прошлые дела, но в итоге те двое авантюристов так больше и не появились», — искренне произнёс Педро. — «Это заставило меня инстинктивно почувствовать опасность. Я не хочу, чтобы мой ребёнок был с таким человеком, это слишком небезопасно».</p><p>Лумиан слегка кивнул:</p><p>«И потому вы пришли ко мне?»</p><p>«Да», — натянул улыбку Педро. — «Для вас это мелочь, но для меня очень важно. Я готов заплатить двадцать тысяч рисо в качестве вознаграждения, и все трофеи достанутся вам».</p><p>Двадцать тысяч рисо… А бывать капитаном корабля довольно прибыльно… — подумав немного, произнёс Лумиан:</p><p>«Вы Потусторонний Пути 'Земледельца» или «Аптекаря»?</p><p>«Есть ли у вас в семье Потусторонние этих двух Путей?»</p><p>Что это за вопрос… — опешил Педро и ответил:</p><p>«Нет».</p><p>«Почему вы не обратитесь за помощью к Церкви?» — задал второй вопрос Лумиан.</p><p>Лицо Педро омрачилось, и лишь спустя несколько секунд он со вздохом произнёс:</p><p>'И вправду опытный Великий авантюрист.</p><p>«Я не обращаюсь в Церковь потому, что с моей дочерью Сарой тоже происходит что-то странное. Её любовь к этому молодому человеку чересчур пылкая и отвергает всё остальное, словно в неё вселился Демон. Обращение в Церковь может решить проблему, но также может привести к тому, что с Сарой случится беда».</p><p>Лумиан задумчиво кивнул:</p><p>«Вы подозреваете, что в Сару вселилось какое-то неизвестное существо или она подверглась соответствующему воздействию?»</p><p>«Да», — с лицом, полным тревоги, ответил Педро.</p><p>Лумиан задал ещё несколько вопросов и, немного подумав, сказал:</p><p>«Хорошо, я принимаю это поручение».</p><p>Ему нужно было постоянно искать происшествия, чтобы к моменту прибытия в Западный Балам на Южном континенте усвоение зелья «Заговорщика» дошло до уровня, позволяющего провести ритуал продвижения.</p><p>Разумеется, скопить побольше денег на пропитание Людвига тоже было одной из причин.</p><p>........</p><p>Спустя несколько дней, в десять вечера, Трир, Район Пантеона, улица Оросе, дом 9, квартира 702.</p><p>Франка и Дженна с недоумением спросили Энтони, который постучал и вошёл:</p><p>«Что стряслось так поздно?»</p><p>Энтони кивнул:</p><p>«Нашёл ту женщину».</p><p>А? Дженна сначала опешила, а затем спросила:</p><p>«Ту женщину, что появилась во время „Гадания на волшебном зеркале“?»</p><p>Женщину, из-за которой «осколок зеркального мира» во мне слегка задрожал?</p><p>Энтони крайне уверенно ответил:</p><p>«Да».</p></section><section><title><p>Глава 617 «Теневые операции»</p></title><p>Глава 617 «Теневые операции»</p><p>«Делила Леруа — дочь торговца драгоценностями, замужем, воспитывает сына и дочь, любит оперу, театр и литературу. После прошлого случая она всё так же активна в Районе Оперного Театра, поэтому меньше чем за неделю её обнаружил мой осведомитель… У неё нет привычки ходить с телохранителями, при выходе из дома её сопровождают только личная служанка и слуга-мальчик для мелких поручений…»</p><p>Сидя в кабинке у окна уличного кафе, Дженна вспоминала собранные сведения, наблюдая за тем, как та дама с безупречным макияжем и изысканными манерами сходит с собственной кареты и входит в знаменитый трирский универмаг «Бонни» на улице Бульвар.</p><p>Дженна отвела взгляд и кивнула сидящему наискосок от неё Антони Риду:</p><p>«Это она.»</p><p>«Теперь вопрос в том…» — размышляя, произнесла Франка, сидевшая на той же стороне, что и Дженна, — «она занимается ловлей на живца или всё-таки ловлей на живца? Если она просто удивилась своему чутью и на самом деле ничего не понимает, то мы, возможно, не получим от неё никаких ценных зацепок. Но если она прекрасно знает, что вошла в резонанс с „осколком зеркального мира“, и всё равно демонстративно ходит в оперу и театр, то вполне логично предположить, что она или стоящий за ней человек хотят выманить владельца „осколка зеркального мира“.»</p><p>Разобрав всё это, Франка подвела итог:</p><p>«Опрометчиво действовать против Делилы или вступать с ней в контакт — очень опасное дело.»</p><p>«Но „Гадание на волшебном зеркале“ показало, что наши сегодняшние действия безопасны,» — возразила Дженна.</p><p>Франка слегка улыбнулась:</p><p>«Не стоит слепо верить прорицаниям. К тому же, необязательно речь идёт об опасности — возможно, опрометчивый контакт с Делилой просто приведёт к обрыву дальнейших зацепок.»</p><p>«И что, мы будем просто смотреть? Ждать месяц-другой, пока они ослабят бдительность, и только потом действовать?» — Дженна быстро пораскинула мозгами и, немного выпрямив спину, сказала: — «У меня есть идея!»</p><p>«Какая идея?» — с любопытством спросила Франка.</p><p>Дженна с улыбкой поджала губы:</p><p>«Использовать волшебный предмет, использовать тот 'Теневой ящик властелина», попросив его дать нам незаметную, никем не видимую возможность ненадолго вступить в контакт с Делилой.</p><p>«В таком случае, если проблема исходит от стоящего за Делилой человека, он никак не узнает о произошедшем контакте, и зацепка не оборвётся. А если проблема в самой Делиле, мы сможем мгновенно перейти от контакта к контролю.»</p><p>Франка на несколько секунд задумалась:</p><p>'В принципе, можно…</p><p>«На самом деле мне очень хочется попробовать, как именно работает „Теневой ящик властелина“. Смотри не отбирай у меня эту возможность! Моя Последовательность выше твоей, да и способности к выживанию получше. И если уж какой-нибудь демон или другое злое существо захочет заключить сделку, я всегда смогу попросить мисс „Суд“, эту могущественную „Судью“, выступить свидетелем!»</p><p>Эта «Демонесса Наслаждения» выглядела так, словно сгорала от желания попробовать.</p><p>Дженна несколько секунд молчала, а затем произнесла:</p><p>«Ладно.»</p><p>Антони тут же добавил:</p><p>«Возможность краткого контакта предоставьте мне. Чтобы не оставить следов и зацепок для стоящего за Делилой человека, „Гипнотизер“ — лучший выбор.»</p><p>«Без проблем,» — не стала церемониться Франка и посмотрела на Дженну, ожидая, пока та достанет «Теневой ящик властелина».</p><p>Дженна, как и многие женщины-наёмницы, была одета в серовато-белую одежду с коричневыми кожаными накладками на ключевых местах, а за спиной у неё висел коричневый кожаный рюкзак.</p><p>Она достала из рюкзака небольшой деревянный сундук, покрытый тёмной краской, по обеим сторонам которого имелись занавески из пленчатой кожи, и поставила его на стол в кабинке кафе.</p><p>Франка обдумала формулировку просьбы и размер взятки для «властелина», закатала рукав женской блузки и правой рукой, держащей небольшой холщовый мешочек со ста золотыми луидорами, просунула её внутрь через пленчатую занавеску на боковой стороне деревянного сундука — хотя в «инструкции по эксплуатации» не говорилось, что нельзя использовать банкноты, Франка, опираясь на богатый мистический опыт, всё же выбрала золотые монеты как более универсальный предмет.</p><p>В следующую секунду она коснулась сморщенной и влажной кожи и почувствовала, как пять пальцев сомкнулись, обхватив мешочек с золотыми монетами.</p><p>Подавив внезапно подступившую тошноту, Франка намеренно произнесла свою просьбу на языке Гермеса:</p><p>«Я хочу, чтобы сидящий сейчас напротив меня мой друг Антони Рид и дама Делила из семьи торговца драгоценностями Леруа, находящаяся в расположенном неподалёку универмаге „Бонни“, получили возможность встретиться лицом к лицу без посторонних помех, никем не видимую, крайне скрытную и длящуюся более трёх минут.»</p><p>Франка добавила множество уточняющих условий, чтобы обе встречающиеся стороны и сам способ встречи были предельно точными и не исказились.</p><p>Это сморщенное и влажное подобие ладони подняло мешочек с золотом и втянулось обратно.</p><p>Это означало, что «Теневой ящик властелина» согласился.</p><p>Франка вытащила правую руку, достала белый платок и принялась тщательно вытирать место, к которому прикоснулась тварь, непрестанно сплёвывая.</p><p>«Где ждать этой встречи?» — задал вопрос Антони.</p><p>Франка убрала платок и с улыбкой ответила:</p><p>'В просьбе упоминались только два человека: ты и эта Делила Леруа. Поэтому тебе остаётся только следовать за ней, чтобы дождаться нужного момента.</p><p>«Хм…»</p><p>С этими словами Франка достала из «Вещмешка путешественника» ослепительно сияющий «Браслет семи камней» и протянула его Антони:</p><p>«Если что-то пойдёт не так, немедленно совершай „телепортацию“ и сбегай.»</p><p>Увидев, насколько серьёзна и собранна эта «Демонесса Наслаждения», Антони сглотнул готовые сорваться вежливые слова и протянул руку, забрав «Браслет семи камней».</p><p>Подумав, Франка добавила:</p><p>«Если ты мне доверяешь, я могу с помощью твоей крови и волос сделать для тебя „зеркального двойника“.»</p><p>Антони на несколько секунд замолчал, после чего сказал:</p><p>«Хорошо.»</p><p>…………</p><p>Внутри универмага «Бонни».</p><p>Будучи искусным в наблюдении «Гипнотизером», Антони довольно быстро отыскал Делилу Леруа.</p><p>Эта дама вместе со служанкой и слугой стояла в центре первого этажа, наблюдая за выступлением фокусника, нанятого универмагом для создания оживлённой атмосферы.</p><p>В этот момент ассистент фокусника выкатил ящик цвета натурального дерева, в котором свободно могли поместиться три-четыре человека. Фокусник снял цилиндр, высоко поднял его и произнёс:</p><p>'А теперь я прошу двух счастливых зрителей помочь мне в выступлении.</p><p>«Сударыня, не согласитесь ли вы подняться на сцену и помочь?»</p><p>Он указывал именно на Делилу Леруа.</p><p>Делила была не слишком в восторге и явно колебалась, но не смогла найти слов для отказа и в итоге всё же поднялась на деревянный помост, сооружённый для показа фокусов.</p><p>Характер довольно мягкий, не слишком умеет отказывать людям… Или же это влияние «Теневого ящика властелина»… Антони смутно догадался, в чём заключается возможность для встречи, и, оценивая характер Делилы, сделал шаг вперёд.</p><p>Фокусник и вправду заметил его:</p><p>«Сударь, прошу вас тоже подняться.»</p><p>Антони намеренно изобразил нежелание и, мнясь, поднялся на сцену.</p><p>Фокусник указал на тот деревянный ящик и сказал:</p><p>«Забирайтесь внутрь.»</p><p>Делила поджала губы, выдохнула и под торопившими её выкриками зрителей забралась в деревянный ящик.</p><p>Антони сел на самое дальнее от неё место и, пока ещё оставался свет, с улыбкой произнёс:</p><p>«На самом деле мне тоже довольно неловко.»</p><p>Эти слова прозвучали так просто и доброжелательно, что напряжение Делилы мгновенно спало.</p><p>Антони тут же добавил:</p><p>«Не верите? Можете посмотреть мне в глаза.»</p><p>Он указал пальцем на свои глаза.</p><p>Делила подсознательно посмотрела туда и увидела эти тёмно-карие глаза, отражавшие её силуэт.</p><p>Мой силуэт… — Делила вдруг замерла, а её взгляд словно погрузился в затягивающий вниз водоворот.</p><p>В этот момент фокусник захлопнул деревянный ящик, и внутри воцарилась полная тьма.</p><p>Антони немедленно воспользовался возможностью и спросил:</p><p>«Неделю назад у вас не возникло ли особого чувства в Районе Оперного Театра?»</p><p>«Да,» — ответила Делила, чувствовавшая, что собеседнику можно полностью доверять.</p><p>«Что это было за чувство?» — продолжал расспрашивать Антони, параллельно слушая заготовленные речи фокусника снаружи.</p><p>«Моё сердце забилось чаще, моя кровь забурлила,» — описала Делила свои тогдашние ощущения.</p><p>«Вы знаете, что это значит?» — уточняюще спросил Антони.</p><p>Делила покачала головой в темноте:</p><p>«Я не знаю, но мой настоящий отец велел мне как можно скорее сообщать ему, если возникнет подобное чувство.»</p><p>«Настоящий отец?» — у Антони появились определённые догадки.</p><p>Делила с самоиронией усмехнулась:</p><p>«Биологический отец. Он любовник моей матери и министр промышленности нынешнего правительства, Моран Авиньи.»</p><p>Моран Авиньи… — Антони почувствовал, что фокусник снаружи начал свои манипуляции с деревянным ящиком, и поспешно задал последний вопрос:</p><p>«Когда он узнал, что у вас возникло подобное чувство, что он сказал?»</p><p>«Сказал не волноваться и жить как обычно.» — Делила на самом деле всё ещё немного тревожилась.</p><p>Антони издал тихое «угу»:</p><p>'Прекрасная дама, я очень рад показать этот фокус вместе с вами. Не могли бы вы дать мне какую-нибудь вещь на память?</p><p>«Например, несколько волосков.»</p><p>Его голос был низким и обволакивающим, отчего Делиле это показалось совершенно обычной просьбой.</p><p>Поэтому она вырвала несколько волосков и протянула их Антони.</p><p>Нащупав волосяные луковицы этих нескольких волосков, Антони перевёл дух и всё тем же низким голосом произнёс:</p><p>«Я не хочу, чтобы это разрушило вашу семью. Выйдя из этого деревянного ящика и услышав мой щелчок пальцами, вы забудете о нашем общении здесь…»</p><p>Пока в воздухе отдавался бархатистый голос, мысли Делилы снова слегка помутились.</p><p>Хлоп!</p><p>Деревянный ящик распахнулся — внутри остался только Антони, а Делилу фокусник вывел из-за занавеса в задней части сцены.</p><p>Зрители восторженно зааплодировали.</p><p>Когда аплодисменты слегка утихли и фокусник, приложив руку к груди, наклонился в поклоне, Антони, не глядя на Делилу, тихо щёлкнул пальцами.</p><p>Делила изначально хотела подойти и перекинуться парой слов с этим мужчиной, вызвавшим у неё чувство близости, но, услышав щелчок, слегка вздрогнула; в её глазах сначала мелькнуло замешательство, но тут же вернулась ясность.</p><p>Она повернулась, сошла с деревянного помоста и вернулась к своей служанке и слуге.</p><p>Антони неспешно удалился, растворившись в толпе.</p><p>…………</p><p>Район Пантеона, улица Оросе, дом 9, квартира 702.</p><p>Франка нанесла пепел волос Делилы, сожжённых чёрным пламенем, на поверхность зеркала для макияжа и зачитала самое часто используемое описание объекта для «Гадания на волшебном зеркале».</p><p>Под плеск воды, в мрачном сиянии, Франка задала вопрос:</p><p>«Является ли владелец этих волос „Человеком из зеркала“?»</p><p>Старческий голос дал ответ:</p><p>«Нет.»</p></section><section><title><p>Глава 618 Потомки</p></title><p>Глава 618 Потомки</p><p>Судя по отклику Энтони, Франка уже давно догадывалась, что Делила — не «Человек из зеркала», но имеет к «Людям из зеркала» определённое отношение, иначе она не могла быть в полном неведении и при этом проявлять аномальную реакцию.</p><p>Причина, по которой она всё же задала этот вопрос во время «Гадания на волшебном зеркале», заключалась в том, чтобы удостовериться в этом и подстраховаться на случай, если Делила подготовилась заранее и на самом деле не была гипнотизирована.</p><p>Поразмыслив мгновение, Франка задала второй вопрос:</p><p>«Является ли владелец этих волос потомком рода Тамара?»</p><p>Из глубины тёмного зеркала, под плеск воды, старый голос ответил:</p><p>«Нет.»</p><p>Не потомок рода Тамара, значит… Воспользовавшись методом исключения, Франка выбрала один из вопросов, которые продумала заранее, и спросила:</p><p>«Является ли владелец этих волос потомком „Человека из зеркала“?»</p><p>Старый голос размеренно и глухо ответил:</p><p>«Да.»</p><p>Да… Франка и Дженна испытали одновременно и шок, и радость.</p><p>Хотя у них только что и возникли подобные догадки, теперь, получив настоящее подтверждение, они всё равно ощутили ошеломление и страх:</p><p>Как долго «Люди из зеркала» проникали в Трир, если у них уже есть потомки старше тридцати лет?</p><p>И ведь они действительно могут, как обычные люди, вступать в брак, рожать детей и иметь потомство…</p><p>Помимо веры в «Изначальную Демонессу» из зеркала, более крайнего характера и естественной ненависти к себе внешним, чем они по сути отличаются от обычных людей?</p><p>— Франка и её спутники пока не знали наверняка, растворяется ли плоть у большинства «Людей из зеркала» после смерти, оставляя «осколок зеркального мира», или же это свойственно лишь некоторым особым «Людям из зеркала», вроде Гарднера в зеркале.</p><p>Сопоставив это с тем, как биологический отец Делилы, действующий министр промышленности Моран Авиньи, наказывал ей следить за ненормальными реакциями, Франка могла с уверенностью сделать вывод: этого высокопоставленного чиновника много лет назад заменил «Человек из зеркала».</p><p>«Согласно собранным сведениям, переустройство Подземного Трира городскими властями несколько десятилетий назад, включая создание катакомб, проводилось ради того, чтобы справиться с проблемой утечки печати Трира Четвёртой Эпохи. Совершенно объяснимо, что ещё до этого „Человек из зеркала“ мог заменить оригинала и жить в Трире,» — взвешивая слова, произнёс Энтони, — «проблема в том, что „Люди из зеркала“ способны нормально иметь потомство.»</p><p>Глаза Дженны слегка блеснули, и она добавила:</p><p>«И ещё кое-что: 'осколок зеркального мира» в склепе рода Тамара принёс туда за последние несколько десятилетий кто-то из потомков, или же какой-то особый «Человек из зеркала» отправился на поиски чего-то и в итоге погиб внутри?</p><p>«Или же на этой земле „Люди из зеркала“ действовали ещё до того, как Трир Четвёртой Эпохи погрузился под землю и был запечатан?»</p><p>Франка издала звук «ссс» и сказала:</p><p>'Твоё второе предположение звучит довольно жутко.</p><p>«Изначально мы предполагали, что „особый зеркальный мир“ возник в результате „Войны Четырех Императоров“, приведшей к погружению Трира Четвёртой Эпохи, и тесно связан с сошествием „Изначальной Демонессы“, предсмертным нанесением ответного удара „Кровавого Императора“ Алисты Тюдор и гибелью „Демонессы Бедствия“ Крисманны, но если „Люди из зеркала“ появлялись в Трире Четвёртой Эпохи ещё до этого, то истоки проблемы оказываются куда более таинственными и пугающими.»</p><p>Страх перед неизвестным.</p><p>Сказав это, Франка не удержалась и взглянула на зеркальце в своей руке, обратившись к мрачной и глубокой поверхности зеркала:</p><p>«А я случайно не потомок „Человека из зеркала“?»</p><p>Она не рассчитывала получить ответ, поскольку обычно при «Гадании на волшебном зеркале» задают максимум три вопроса; она лишь поддалась чувствам и заодно хотела завершить это гадание.</p><p>Зеркало молчало несколько секунд, но неожиданно снова издало звук:</p><p>«Твои предки не имеют к Триру ни малейшего отношения.»</p><p>О, то есть я ни в коем случае не могу быть связана с «Людьми из зеркала»? Погоди-ка… — Франка вдруг с радостным изумлением произнесла:</p><p>«Оказывается, ты… то есть Вы — не бесчувственная машина для ответов на вопросы и не обязаны строго следовать соответствующим правилам.»</p><p>Густая тьма на поверхности зеркала быстро рассеялась, и старый голос больше не раздавался.</p><p>Франка лишилась слов.</p><p>Дженна же подошла поближе к Энтони и понизила голос:</p><p>«Ты услышал беспомощность в том ответе?»</p><p>Энтони бросил взгляд на Франку и едва заметно кивнул.</p><p>«Эй! Не шепчитесь у меня на глазах, я всё слышу!» — пожаловалась Франка. Слух «Ассасинов» тоже был весьма достойным.</p><p>Затем она сменила тему:</p><p>«Хорошо хоть ответ был 'нет», а вот если бы «да» — вот это было бы действительно жутко.</p><p>«Хм… Ваши дедушки или прадедушки ведь тоже не были трирцами?»</p><p>«Я и сейчас не трирец,» — ответил Энтони.</p><p>Дженна издала неопределённый звук «хм»:</p><p>«Мои отец и мать пришли в Трир ещё во времена поколения их дедушек.»</p><p>Франка со вздохом облегчения сказала:</p><p>«Теперь направление расследования предельно ясно: действующий министр промышленности Моран Авиньи!»</p><p>Она колебалась: провести ли сначала тайное расследование своими силами и раздобыть важные сведения, или же поскорее известить «007», переложив дело на церковь «Вечного Пылающего Солнца» — выбор второго варианта означал, что с высокой вероятностью она окажется связанной правилами секретности и не сможет получить от «007» интересующие её подробности.</p><p>…………</p><p>Гу-у-у!</p><p>Под гул пароходного гудка морское судно вошло в порт Колиа, расположенный на самой южной береговой линии королевства Фейнапот.</p><p>Время перевалило за середину ноября. В Трире наступила холодная зима, в порту Санта температура опустилась настолько, что приходилось надевать тёплую одежду, а здесь погода всё ещё оставалась жарковатой — прохожие в основном носили пёстрые рубашки с коротким рукавом и свободные брюки, открывающие щиколотки.</p><p>Порт Колиа отличался от порта Санта: здесь не было обычая носить сабли и мечи, однако, насколько знал Лумиан, местные нравы всё равно оставались суровыми и задиристыми, и здесь то и дело вспыхивали массовые драки.</p><p>Это объяснялось тем, что порт Колиа, в отличие от порта Санта, опиравшегося на пастбища, равнины и горные рудники, имел мало пахотных земель, а пастбищ и подавно не хватало, поэтому изначальное население полностью кормилось морем.</p><p>С тем как церковь «Матери-Земли» из поколения в поколение улучшала почвы, семена и скот, нынешний порт Колиа стал куда лучше, чем в древности: зерна в основном хватало для самообеспечения, однако суровые и драчливые обычаи сохранились.</p><p>Разумеется, порт Колиа всё равно ввозил много зерна, ведь он являлся одним из главных торговых портов королевства Фейнапот с Южным континентом; здесь было слишком много чужестранцев, к тому же он служил одной из основных баз «Урожайного флота».</p><p>Капитан Педро стоял рядом с Лумианом и, глядя на суетливый порт с непрерывным потоком судов, произнёс:</p><p>«Сейчас сухой сезон, погода не такая жаркая, да и дождей немного — это самое приятное время в порту Колиа. Добро пожаловать.»</p><p>Это были лишь слова вежливости.</p><p>Прислонившись к фальшборту, Лумиан уставился на далёкий океан, словно окутанный тёмными тучами:</p><p>«Это и есть Бушующее море?»</p><p>Бушующее море разделяет Северный и Южный континенты, и лишь когда император Рассел нашёл безопасный судоходный маршрут, государства Северного континента смогли пересекать этот океан, добираясь до Южного континента.</p><p>«Да,» — вздохнул Педро, — «без капитана и моряков, знающих тот океан, корабль непременно поглотит изменчивая и буйная непогода. В порту Колиа каждый год кто-то погибает в кораблекрушениях.»</p><p>Лишь когда пассажиры на корабле практически разошлись, Лумиан вместе с Людвигом и Лугано последовал за капитаном Педро к нему домой.</p><p>Он хотел сначала взглянуть на старшую дочь капитана, Сару, и её возлюбленного, а уже потом решать, какой метод использовать дальше.</p><p>Лугано нёс чемодан и держал Людвига за руку, шаг в шаг следуя за своим нанимателем.</p><p>Лишь выйдя за пределы причала, он внезапно осознал одну вещь:</p><p>Наниматель и капитан общались на языке Плато!</p><p>С самого отбытия из порта Санта наниматель общался с большинством людей на корабле на языке Плато!</p><p>Когда он выучил язык Плато? Когда успел научиться свободно изъясняться на нём?</p><p>Лугано погрузился в долгое молчание, глядя на спину нанимателя и слушая его весьма беглую речь на языке Плато.</p><p>Порт Колиа, улица Белой Акулы, 7, дом Педро.</p><p>Это было отдельно стоящее пятиэтажное здание с ярко-зелёным газоном спереди и красивым садом сзади, где проживала большая семья численностью под тридцать человек во главе с матерью Педро.</p><p>Едва Лумиан прошёл через решётчатые железные ворота, как увидел мужчину и женщину, прогуливавшихся под руку по газону.</p><p>Оба они были весьма молоды: девушке на вид около двадцати с небольшим лет, шатенка с карими глазами, смугловатым оттенком кожи и естественной чувственной привлекательностью черт лица. Её внешность можно было назвать выдающейся, но для Лумиана, часто общавшегося с «Демонессами» и имевшего очень красивую сестру, это заслуживало лишь оценки «неплохо».</p><p>Мужчине на вид было около двадцати четырёх–двадцати пяти лет, с одинарными веками, небольшими глазами, обычными чертами лица и слегка вьющимися каштановыми волосами. Одетый в белую рубашку и тонкие тёмно-серые брюки, как внешностью, так и манерами он относился к той категории людей, которых невозможно быстро разглядеть в толпе.</p><p>«Сара, я хочу познакомить тебя, это знаменитый на все Пять морей Великий авантюрист Луи Бери, его легендарный опыт скоро докатится и до Колиа,» — с радостным видом представил гостя Педро, по которому совсем не было видно никакой мрачности.</p><p>Сара, держа в руках тонкую шляпку от солнца из флёра, подошла ближе и с любопытством спросила:</p><p>«Что за легендарный опыт?»</p><p>«Заработок в 300 тысяч золотых рисо за одно поручение считается?» — с улыбкой ответил за Лумиана Педро.</p><p>«300 тысяч золотых рисо?» — вырвался у Сары изумлённый возглас.</p><p>Для подавляющего большинства фейнапотцев это было колоссальным состоянием.</p><p>Лумиан с улыбкой наблюдал за разговором отца и дочери, краем глаза заметив, что взгляд возлюбленного Сары слегка потемнел, выказывая недовольство.</p><p>Зависть, настороженность и беспокойство? Если у него действительно крупные проблемы, он должен был бы держаться куда более уверенно… — внешне совершенно невозмутимо размышлял Лумиан.</p><p>Педро тем временем представил и возлюбленного Сары:</p><p>«Флорес, жених Сары, они познакомились в городе Фейнапот.»</p><p>Город Фейнапот — столица королевства Фейнапот, расположенная на высокогорье. Сара познакомилась с Флоресом, когда училась там в университете, однако семья Флореса была самой обычной, да и образованием он не отличался, окончив лишь начальную грамматическую школу, после чего открыл лавку бакалейных товаров неподалёку от Университета Плато.</p><p>«Приветствую вас,» — Лумиан слегка кивнул, сохраняя надменность Великого авантюриста.</p><p>После приветственного ужина Флорес покинул дом Педро.</p><p>Он зашёл в свой любимый атмосферный бар и с весьма недовольным видом опустился у барной стойки.</p><p>Небрежно оглядевшись, он заметил через два-три места от себя молодую женщину.</p><p>У неё были просто собранные льняные волосы, а глаза цвета озёрной воды словно таили в себе искрящееся мерцание; прямой нос и алые губы придавали её профилю захватывающую дух красоту.</p></section><section><title><p>Глава 619 «Любовь»</p></title><p>Глава 619 «Любовь»</p><p>Флорес на некоторое время даже не мог отвести глаз, не удержался и подошёл ближе, открыто выразив восхищение в традициях большинства фейнапотцев:</p><p>«Сегодня мой счастливый день — посчастливилось встретить столь прекрасную даму. Дозволено ли мне рассчитывать на ещё большую удачу и угостить вас бокалом вина?»</p><p>В глазах девушки мелькнул живой блеск, уголки её губ тронула улыбка, и она слегка качнула головой, давая понять, что нет.</p><p>Нежелающий сдаваться Флорес хотел было промолвить ещё пару слов, но заметил, что лицо девушки постепенно холоднеет, и ему ничего не оставалось, кроме как удручённо вернуться на своё место.</p><p>В последующие минуты он то бросал взгляды на её силуэт — даже в простой рубашке и длинных чёрных брюках пробуждавший бесконечные прекрасные фантазии, — то пристально смотрел на край её бокала, следя за тем, как к нему притрагиваются влажные алые губы.</p><p>От этого Флореса бросало в жар, во рту пересохло, а пиво в руке, сколько бы он ни пил, всё меньше утоляло жажду.</p><p>Наконец девушка допила бледно-золотистое вино «Манзан», поставила стеклянный бокал на тонкой ножке на барную стойку и под звуки плавного, элегантного мотива покинула заведение.</p><p>Флорес мгновенно рванулся туда, достал мягкую бумажную салфетку из тех, что вошли в моду в последние годы, и принялся протирать край бокала — то самое место, которого только что касались губы девушки.</p><p>Вслед за этим он аккуратно сложил салфетку, внимательно осмотрел пространство вокруг соответствующего высокого табурета, поднял несколько длинных льняных волос и вложил их внутрь салфетки.</p><p>Закончив с этим, Флорес обнаружил, что бармен и с десятка два мужчин вокруг смотрят на него с почти одинаковым выражением глаз, в каждом из которых «читалось» одно-единственное слово:</p><p>«Извращенец!»</p><p>Ведь невероятной привлекательностью той девушки пленился не один лишь Флорес, а все мужчины и немногие женщины в баре, и каждый из них стал свидетелем этого извращённого поступка.</p><p>Кровь мгновенно ударила Флоресу в голову; из последних сил изображая хладнокровие, он с невозмутимым видом покинул заведение.</p><p>Ноги его больше не будет в этом баре!</p><p>Однако о своём предпринятом поступке он нисколько не жалел.</p><p>По пути в квартиру, размышляя о возможных результатах, Флорес ощутил, как его сердце вспыхнуло пламенем; шаг становился всё стремительнее, так что ему приходилось сознательно сдерживать себя.</p><p>Наконец он вернулся в своё жилище, задернул шторы и из потайного отделения чемодана извлёк тетрадь с пожелтевшей обложкой и ветхими страницами.</p><p>В тетради лежал полинявший клочок бумаги, на котором было выписано довольно сложное по структуре слово, не принадлежавшее ни к одному из языков Северного континента, с многочисленными пояснениями на языке Плато.</p><p>Флорес нетерпеливо положил на тетрадь салфетку с зажатыми в ней волосками той девушки и следами её слюны, после чего взял полинявшую бумажку и по указанной транскрипции произнёс это сложное и странное слово:</p><p>«Наборедесли…»[3]</p><p>Это было «заклинание любви», случайно доставшееся Флоресу.</p><p>Пока удаётся раздобыть настоящее имя, дату рождения, тесно связанную вещь объекта вожделения или же напрямую достать её плоть, кровь и телесные жидкости, можно, положив посредник на тетрадь и повторив заклинание семь раз, заставить цель беззаветно влюбиться в себя.</p><p>В своё время Флорес долго ждал, прежде чем устроить случай, в котором дочь Педро, Сара, упала и получила травму; тогда он, с одной стороны, своевременной помощью снискал её хорошее расположение и искреннюю благодарность, а с другой — воспользовался возможностью собрать её кровь, выполнив предварительное условие «заклинания любви».</p><p>Факты доказали, что это «заклинание любви» невероятно чудесно!</p><p>После этого Флорес больше не прибегал к «заклинанию любви», поскольку не знал, как его снять — если бы до женитьбы на Саре за ним безудержно гнались и сражались между собой несколько девушек, устроив балаган, он не смог бы стать членом этой большой семьи и получить соответствующие ресурсы и помощь.</p><p>Но сегодня он действительно не мог сдержаться.</p><p>То была самая пленительная девушка из всех, кого он видел, и он был готов заплатить любую цену, лишь бы завладеть ею!</p><p>Разумеется, Флорес не был уверен, могут ли салфетка с капелькой слюны и несколько случайно выпавших волосков послужить посредником для «заклинания любви», но попробовать всё же стоило.</p><p>При мысли о возможных прекрасных картинах его охватили искреннее возбуждение и предвкушение, а на лице проступила неудержимая улыбка.</p><p>«Наборедесли…»</p><p>Флорес с необычайным благоговением и страстью продолжал зачитывать «заклинание любви», пока его душа наполнялась вожделением, радостью и наслаждением.</p><p>«Наборедесли!»</p><p>Произнёсши его семь раз подряд, Флорес увидел, как салфетка и волосы вспыхнули пламенем, словно отбрасывающим радужный отблеск, и быстро обратились в пепел.</p><p>Сработало… Сработало! Флорес сперва не мог поверить, а затем его душу поразила огромная радость.</p><p>Хотя он и был немного поражён тем, что сработало даже так, думать об этом ему было уже некогда.</p><p>Главное — получилось!</p><p>Эта красавица теперь полюбила меня!</p><p>При мысли о том, что должно произойти дальше, кровь в жилах Флореса закипела; он поспешно захлопнул тетрадь, вложил бумажку и, не заботясь о том, чтобы вернуть всё на место, прямо устремился к двери.</p><p>Он собирался прошвырнуться по улице — эта милашка наверняка уже ищет его!</p><p>Едва Флорес распахнул дверь, как увидел стоящую снаружи ту самую девушку из бара.</p><p>Едва по нему скользнул взгляд её прозрачных глаз цвета озёрной глади, как всё тело Флореса обмякло; он едва удержался на ногах, готовый хоть сейчас свалиться наземь.</p><p>Едва девушка сама бросилась в объятия Флореса, как он нетерпеливо сомкнул руки и прильнул к ней с поцелуем.</p><p>Однако ощущение в его руках оказалось вовсе не ожидаемым тёплым и мягким, а холодным и твёрдым.</p><p>Это… Флорес с изумлением обнаружил, что обнимает всего лишь зеркало высотой в полчеловека, причём это зеркало всё продолжало ластиться к нему в грудь, труясь и виляя из стороны в сторону, так что его никак не удавалось оторвать.</p><p>Флорес в охватившем его ужасе отступал назад, однако реакция его тела, вызванная прежними фантазиями, ни за что не угасала: сердце блуждало во льду, а плоть пребывала в огне.</p><p>Он с глухими ударами стал колотить по зеркалу, всё сильнее и сильнее.</p><p>Наконец, когда он попятился к чемодану, зеркало с треском разлетелось.</p><p>Оно раскололось на бесчисленные осколки, вонзившиеся в одежду Флореса, в его грудь, живот и руки.</p><p>Боль хлынула в голову Флореса, заставив натянутую до предела струну его сознания мгновенно лопнуть.</p><p>Он изведал наслаждение, превосходящее всё бывшее прежде.</p><p>Он рухнул на пол и остался лежать там без движения, испытывая одновременно страх и ностальгию, муку и блаженство.</p><p>…………</p><p>«А ведь и впрямь помогает усваивать зелье „Наслаждения“…» — промолвила Франка, созерцая сцену в зеркале из квартиры по диагонали напротив комнаты Флореса, и хмыкнула.</p><p>С её-то познаниями — и то увиденное только что зрелище вполне можно было назвать диковиной.</p><p>«Я же говорил, что не обману тебя», — с улыбкой отозвался Лумиан в золотисто-жёлтой соломенной шляпе.</p><p>Приняв поручение и выяснив, что главная проблема Флореса заключается в необъяснимой пылкой любви со стороны красивой девушки, его первой мыслью было подстроить этому парню встречу с «Демонессой», дабы проведать обстановку.</p><p>Оставленные Франкой слюна и волосы выступали частью проверки — в конце концов, требовалось нечто, связанное с оккультизмом.</p><p>Разумеется, ради безопасности слюна и волосы заранее прошли специальную обработку, и Франка специально изготовила связанного с ними «зеркального двойника» — одну из разновидностей тёмной магии «Ведьмы».</p><p>И вот результат налицо, великолепно: Франка заставила Флореса подпасть под пытку наслаждением, дав ему познать муку гонения за наслаждением.</p><p>«Странно: опираясь лишь на капельку слюны и волоски, используя заклинание всего из одного слова, Флорес действительно ухитрился заставить моё зеркало влюбиться в него, причём даже не проводя ритуала и не вознося молитв ни к какому существу», — со вздохом произнесла Франка. — «Даже у меня бы так не вышло.»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«У тебя бы вышло. Тебе не нужны ни заклинания, ни посредники — достаточно лишь явить своё обаяние.»</p><p>«…» Франка на мгновение опешила. — «Ты наконец-то стал похож на интисца. Или это плоды твоих „стажировок“ в Фейнапоте?»</p><p>Она поджала губы, и в её глазах внезапно мелькнул огонёк.</p><p>Лумиан сменил тему:</p><p>«Есть ещё один вопрос. Прежде Педро уже нанимал двоих авантюристов для расследования в отношении Флореса, но оба они пропали. Однако, судя по его нынешнему поведению, этот парень не обладает Потусторонними силами.»</p><p>«Дело действительно странное…» — Франка вдруг ухмыльнулась: — «А если бы особый „зеркальный двойник“ не сработал, и я под действием того заклинания влюбилась в Флореса, как бы ты поступил?»</p><p>Лумиан издал смешок:</p><p>«Сделать так, чтобы человек бесследно исчез, проще простого, мне даже самому не придётся пачкать руки.»</p><p>Людвиг гарантированно сожрёт этого парня без остатка, обеспечив к тому же контргадание.</p><p>Не дожидаясь, пока Франка продолжит, Лумиан направился к двери:</p><p>«Я пойду расспрошу этого типа, а ты следи за обстановкой и будь наготове на случай неожиданностей.»</p><p>«Хорошо», — вполне серьёзно ответила Франка.</p><p>Поскольку Флорес вовсе не успел запереть дверь, Лумиану даже не потребовалось взламывать замок — он вошёл прямо так.</p><p>Почуяв, что кто-то вошёл, Флорес опомнился и поспешно поднялся.</p><p>К этому моменту Лумиан уже взял ту самую тетрадь, раскрытую на двух страницах с вложенной между ними полинявшей бумажкой.</p><p>«Ты… что ты делаешь?» — испуганно спросил Флорес.</p><p>Он тут же узнал Лумиана:</p><p>'Луи Бери? Великий авантюрист Луи Бери?</p><p>«Тебя позвал Педро, чтобы расследовать меня?»</p><p>Лумиан не обратил на него внимания, подошёл к окну, распахнул стеклянную створку и впустил внутрь свежий воздух.</p><p>«„Заклинание любви“ позволяет женщине влюбиться в тебя, требуется лишь раздобыть её настоящее имя…» — Лумиан прямо на глазах у Флореса зачитал пояснения на языке Плато с полинявшей бумажки. — «А произносится заклинание так…»</p><p>Он умолк и не стал читать дальше.</p><p>Лицо Флореса давным-давно стало мертвенно-бледным, словно он уже узрел свой трагический конец: как его репутация окончательно рухнула, а сам он схвачен Церковью.</p><p>«Откуда это?» — Лумиан указал на полинявшую бумажку и ветхую тетрадь.</p><p>На лбу Флореса выступили густые капли холодного пота, а взгляд постепенно становился свирепым.</p><p>Он внезапно громко закричал и снова произнёс то слово с труднопроизносимым, косноязычным произношением:</p><p>«Наборедесли!»</p><p>На сей раз не было ни целевого объекта, ни соответствующего посредника.</p><p>Практически в тот же миг Лумиан почувствовал, как вокруг всё затихло, а нечто зловещее принялось стремительно разрастаться в комнате.</p></section><section><title><p>Глава 620 Сделка</p></title><p>Глава 620 Сделка</p><p>Внезапно выражение лица Флореса стало мрачным и холодным, на губах появилась зловещая ухмылка, а весь его облик изменился кардинальным образом.</p><p>Он поднял голову, и в его потемневших глазах отразилась фигура Люмиэна с черными волосами и зелеными глазами.</p><p>Эмоции, желания и мрак, которые Люмиэн долгое время подавлял в глубине своей души, внезапно вырвались наружу, подобно извергающемуся вулкану.</p><p>С этим не могла совладать даже способность к терпению «Аскета».</p><p>Треск!</p><p>Тело Люмиэна покрылось сетью перекрещивающихся трещин, истончилось и уменьшилось до размера зеркальца величиной с ладонь.</p><p>Зеркало полностью разрушилось, и его осколки рассыпались по полу.</p><p>В комнате по диагонали напротив фигура Люмиэна возникла рядом с Франкой, выражение его лица было весьма серьезным.</p><p>Если бы он заранее не приготовил «Зеркальный двойник», то только что, вероятнее всего, столкнулся бы с двойным взрывом эмоций и желаний — точь-в-точь как дарители Злого Бога, слышащие различные мелодии, наигрываемые на «Опусе Ненависти».</p><p>Разумеется, если бы Франка не таилась поблизости и если бы не был подготовлен «Зеркальный двойник», он не стал бы использовать себя в качестве наживки и напрямую идти «беседовать» с Флоресом.</p><p>Люмиэн схватил Франку за плечо и пониженным голосом произнес:</p><p>«Сначала уйдем отсюда.»</p><p>Он тут же собрался активировать метку на правом плече, чтобы уйти «Телепортацией».</p><p>Столкнувшись с врагом, способным использовать его собственные слабости и скрытые угрозы, его первой реакцией было переключиться на роль поддержки и использовать соответствующие способности на расстоянии, предоставив Франке вести главную атаку. Однако, учитывая, что Франка, будучи «Демонессой Наслаждения», долгое время не давала себе воли, он подумал, что она тоже может не сдержать взрыва желаний, поэтому решил просто отступить и вернуться, собрав достаточно людей.</p><p>Как раз в этот момент возле ушей его и Франки одновременно раздался голос, звучащий то мужественно, то женственно:</p><p>«Не нужно спешить с бегством, я изменил свое решение и хочу заключить с вами сделку.»</p><p>Сделка? И Люмиэн, и Франка вспомнили об одном деле и, быстро взвесив всё в мыслях, решили остаться на месте.</p><p>В то же время Люмиэн погрузил сознание в правую руку, готовясь в любой момент высвободить остаточную ауру «Кровавого Императора» Алисты Тюдор.</p><p>Это делалось не для того, чтобы застращать Флореса, а чтобы в случае повторного взрыва эмоций и желаний своевременно «подать сигнал тревоги»!</p><p>— Как один из главных портов королевства Фейнапот для торговли с Южным континентом и одна из основных баз «Урожайного флота», порт Колиа, даже если там и нет полубога, наверняка хранит как минимум один запечатанный артефакт «1» класса.</p><p>«Какая сделка?» — задала вопрос Франка, глядя на стену и воздух перед собой.</p><p>Флорес в пестрой рубашке толкнул приоткрытую дверь квартиры и произнес мрачным, холодным, но исполненным манер голосом:</p><p>«Сначала представлюсь: Наборедесли, Демон.»</p><p>Демон? И вправду Демон… Цена за использование «Теневого ящика властелина» отозвалась именно здесь — в сделке с Демоном… Но ведь поручение Люмиэна от капитана и наше расследование в отношении Делайлы — это совершенно разные вещи. Если бы тогда мы предпочли терпеливо подождать месяц-другой, прежде чем выходить на Делайлу, а не применять «Теневой ящик властелина», то что произошло бы сегодня? Была бы вообще эта так называемая сделка? Франка с полным удивления, сомнения и замешательства видом усмехнулась:</p><p>'Ты неожиданно прямо заявляешь нам, что ты Демон, и как после этого нам вести с тобой сделку?</p><p>«Разве настоящий Демон не должен сначала скрыть свою личность, чтобы усыпить нашу бдительность?»</p><p>Демон, назвавшийся Наборедесли, сжал правую руку в кулак, слегка приложил его к губам и с улыбкой ответил:</p><p>'Настоящий Демон — это Демон как тела, так и разума. Я сделаю так, что вы, прекрасно зная, что заключаете сделку с Демоном, всё равно не сможете отказаться, а не буду подобно тем недомыслящим глупцам скрывать свою личность ради достижения цели.</p><p>«Например, этот человек по имени Флорес прекрасно знал из той заметки о последствиях многократного повторения моего истинного имени, ха-ха, в свое время тот глупый Колдун назвал это „заклинанием любви“, но он всё равно не смог устоять перед искушением и не сдержал себя, ха-ха, для Демона подобная постепенно гниющая, медленно падающая в бездну душа — самая изысканная пища, а это ощущение сопротивления и барахтанья на фоне непрерывного гниения незабываемо для меня, словно лучшее вино.»</p><p>Слушая, как Наборедесли ничуть не таясь рассказывает о вкусе совращения к падению, ни Люмиэн, ни Франка не проявили ни капли пренебрежения или насмешки.</p><p>Раз Демон говорит такое, значит, за этим непременно кроется куда более глубокая цель!</p><p>К тому же Люмиэн даже не мог быть уверен, является ли Наборедесли настоящим Демоном или только так себя называет, равно как не мог определить, действительно ли Наборедесли — его истинное имя или же оно происходит из иного источника.</p><p>— Хотя провоцирование взрыва желаний вполне соответствует особенностям Пути Последовательности 5 «Апостол Желаний» Пути «Дьявола», делать подобные вещи способны не только Демоны: тот же «Опус Ненависти» Люмиэна может производить аналогичный эффект.</p><p>В ответ на пространные заявления Демона Франка чарующе улыбнулась:</p><p>«Тот глупый Колдун, должно быть, под твоим чутким руководством принял твое истинное имя за „заклинание любви“, но действительно ли это твое истинное имя?»</p><p>«Потому он и глуп,» — с легкой улыбкой ответил Наборедесли.</p><p>Люмиэн не хотел слишком быстро переходить к сделке и вместо этого спросил:</p><p>«Как тебе удалось заставить Флореса поверить в эффективность „заклинания любви“?»</p><p>Наборедесли оглянулся на квартиру, которую снимал Флорес, и с совершенно беззащитным видом произнес:</p><p>«Он опробовал и другие заклинания из рукописи, и некоторые из них увенчались успехом.»</p><p>«Он ведь просто обычный человек, как он мог сотворять заклинания подобно „Колдуну“?» — выразила недоверие Франка.</p><p>Наборедесли расплылся в улыбке:</p><p>'Прежде я слышал одну весьма разумную мысль:</p><p>'«Всё сущее обладает божественностью.»</p><p>«Даже самый обычный человек, пока он готов заплатить соответствующую цену, способен вызывать потусторонние эффекты.»</p><p>«Всё сущее обладает божественностью»… Господин K часто произносит эту фразу во время проповеденй… Люмиэн принимался разглядывать Наборедесли, называвшего себя Демоном.</p><p>Франка воспользовалась случаем и спросила:</p><p>«Какую цену заплатил Флорес?»</p><p>Наборедесли сначала лишь улыбнулся, ничего не ответив, а затем произнес с многозначительным тоном:</p><p>«Я вам уже говорил.»</p><p>Ту часть про постепенно гниющую душу и падение в бездну? Франка задумчиво кивнула.</p><p>Люмиэн вдруг рассмеялся:</p><p>«Если бы он не заплатил цену, то как бы ты смог так легко использовать его тело для общения с нами.»</p><p>Наборедесли улыбнулся и ничего не ответил.</p><p>Люмиэн сменил тему вопроса:</p><p>«Двоих искателей приключений, расследовавших дело Флореса ранее, прикончил ты?»</p><p>«Считайте это небольшими процентами.» Наборедесли огляделся по сторонам, с улыбкой придвинул стул, сел и мимоходом заметил: «Вам не хватает элементарной вежливости.»</p><p>«Потому что мы и не думали заключать с тобой сделку.» Франка намеренно высказалась в таком тоне: «Я не стану заключать сделок с Демоном.»</p><p>Наборедесли расхохотался:</p><p>«Хотя слышать от 'Демонессы», что она не станет заключать сделку с Демоном, весьма забавно, я могу четко сказать вам: я не буду принуждать вас к сделке и даже не стану мешать вам рассказать о делах Флореса церкви «Матери-Земли».</p><p>«В отличие от тех недомыслящих собратьев по ремеслу, я предпочитаю вести сделки честно и открыто, не люблю играться со словами в контракте или извращать его условия. Я сделаю так, что вы, четко зная суть сделки и цену, которую придется заплатить, все равно предпочтете заключить ее со мной.»</p><p>«Я отказываюсь.» Франка ответила с улыбкой: «Я отказываюсь даже слушать о твоей сделке.»</p><p>Наборедесли опасно прищурился, сохраняя свой неизменно любезный тон:</p><p>'Ты можешь сначала выслушать, а уже потом решить, принимать эту сделку или нет.</p><p>«Я не стану хвастать, будто способен исполнить любое твое желание, но претворить в жизнь большинство вещей я вполне могу. Такое обещание готов дать я, древний Демон.»</p><p>«Древний?» Люмиэн с видом «любопытства» спросил: «Ты слышал о „Древнем боге Солнца“?»</p><p>Наборедесли едва заметно заколебался:</p><p>«Знаю.»</p><p>«Тогда не мог бы ты рассказать о Нем? Божество, в которое я сейчас верую, кажется, и есть возродившийся Он.» Губы Люмиэна расплылись в улыбке, обнажив два ряда белоснежных зубов: «Это может послужить оплатой за сделку, но заплатить нужно заранее, и только после этого мы исполним договор. Даже не думай выдумывать, это было бы кощунством по отношению к моему Господу.»</p><p>Наборедесли на мгновение умолк и лишь спустя несколько секунд с улыбкой произнес:</p><p>«Я только что говорил, что не могу совершить некоторые вещи и исполнить некоторые желания, и это — одно из них.»</p><p>Когда оппонент держится настолько гибко, загнать его в словесную ловушку действительно непросто… Люмиэн мысленно вздохнул, повернул голову к Франке и взглядом спросил, не стоит ли ей воспользоваться этим случаем, чтобы уплатить цену за использование «Теневого ящика властелина».</p><p>Франка помедлила в колебаниях, посмотрела на чинно сидевшего Наборедесли и сказала:</p><p>«Ты сначала изложи суть сделки, а я потом решу.»</p><p>Наборедесли рассмеялся:</p><p>'Разумное решение.</p><p>«Я хочу, чтобы вы помогли мне убить потомка другого Демона, обосновавшегося где-то в Бушующем море. Не беспокойтесь, потомки Демонов все до единого холодны, жестоки и кровожадны, он полностью соответствует вашим внутренним критериям для смертного приговора.»</p><p>«А почему бы тебе самому не пойти?» Франка поцокала языком: «Ты вроде бы выглядишь довольно сильным.»</p><p>Потому что находится под печатью?</p><p>Или же не способен покинуть Бездну и может лишь, как сейчас, проецировать себя на человека, причем ненадолго?</p><p>Наборедесли со спокойным выражением лица ответил:</p><p>'Любое мое подозрительное движение привлечет внимание того, другого Демона.</p><p>«Наградой за эту сделку станет исполнение одного вашего желания — из тех, что оговариваются заранее и находятся в пределах моих возможностей.»</p><p>«Можешь помочь мне и ей усвоить зелье внутри наших тел?» — пробным тоном спросил Люмиэн.</p><p>Наборедесли покрутил головой:</p><p>'Я не стану вас обманывать: мне это не под силу. Усвоение зелья — дело личное для каждого.</p><p>«Разумеется, я могу создать некоторые условия и возможности, чтобы косвенно помочь вам поскорее усвоить зелье, но сумеете ли вы воспользоваться этими шансами — зависит исключительно от вас.»</p><p>А он довольно честен… Франка беззвучно пробурчала про себя.</p><p>Внезапно на ее лице просияла яркая улыбка:</p><p>«Эта сделка заманчива для меня, но мне нужен надежный и могущественный свидетель.»</p></section><section><title><p>Глава 621 «Ритуал гадания»</p></title><p>Глава 621 «Ритуал гадания»</p><p>На просьбу Франки Наборедесли слегка покачал головой:</p><p>«Ты можешь при подписании контракта попросить божество, в которое веришь, стать свидетелем, но я не хочу, чтобы присутствовал кто-то ещё.»</p><p>Сказав это, Наборедесли усмехнулся:</p><p>«Я — Демон, мне нужно быть осторожным, чтобы не стать чьей-то добычей.»</p><p>При подписании контракта можно зачитать Почетное имя божества в качестве свидетельства? Будь то Франка или Лумиан, в этот миг оба воспылали неким соблазном.</p><p>Будь они обычными Потусторонними, верующими в «Вечное Пылающее Солнце» или «Бога Пара и Машин», простое чтение Почетного имени для свидетельствования контракта не возымело бы реального эффекта, служа скорее психологическим утешением — ведь в отсутствие ритуала истинный бог редко обращает взор на реальный мир, на обычных Потусторонних и на подобные мелочи.</p><p>Но Лумиан и Франка, будучи Младшими Арканами «Клуба Таро», следовали за великим существованием — господином «Шутом», так что даже простое произнесение его имени даровало бы определённое внимание.</p><p>Франка затрепетала от искушения, раздумывая, не совершить ли ей под взором господина «Шута» такую сделку с Демоном, чтобы получить выгоду, недоступную в обычных условиях.</p><p>Наборедесли снова подчеркнул:</p><p>«Это справедливая сделка, здесь нет принуждения — ни для тебя, ни для меня. Если вы настаиваете, что на месте обязан присутствовать сильный свидетель, то я предпочту отказаться.»</p><p>Лумиан только собрался сказать, что, возможно, стоит попробовать, как у него возле уха неожиданно раздался величественный, многослойный голос Термибороса:</p><p>'Тебе лучше не соглашаться.</p><p>«Даже на словах не давай ложного согласия.»</p><p>Лумиан мгновенно остолбенел, не ожидая, что Термиборос, этот Ангел Неизбежности, подаст голос и предостережёт его в таком деле.</p><p>Вздрогнув от ужаса, он, не утруждая себя размышлениями о том, с какими намерениями выступает Термиборос, первым делом мысленно прокрутил каждое действие Наборедесли с момента его появления и изменения в собственном настрое.</p><p>Чем больше Лумиан думал, тем сильнее пугался: ведь изначально они с Франкой намеревались немедленно «телепортироваться» и сбежать, чтобы найти помощь, затем это превратилось в желание послушать, что именно хочет сказать Наборедесли и нет ли тут чего-то полезного, затем плавно переросло в мысль, что, возможно, стоит рассмотреть сделку, но обязательно при свидетельстве госпожи «Суд», сильного «Судью», а теперь, ради заключения сделки, они уже готовы отказаться даже от свидетеля, надеясь лишь зачитать Почетное имя для собственной безопасности.</p><p>Шаг за шагом уступать, понемногу меняться… Это ведь так похоже на то, о чём ранее говорил Наборедесли — о постепенном падении, когда душа медленно гниёт и в итоге рушится в бездну… Он ещё говорил, что Демон — это Демон не только тела, но и разума… Лумиан мгновенно пришёл в себя, почувствовав, что они с Франкой, возможно, неосознанно подверглись влиянию Наборедесли, что было весьма похоже на направление «Зрителя», и точно так же благодаря методу самоанализа, которому научил Энтони, можно было обнаружить кое-какие зацепки.</p><p>Видя, что Франка в таком состоянии ещё способна кое-как сдерживать соблазн и, повернув голову, смотрит на него в поисках единого решения, Лумиан молниеносно взвесил мысли, слегка приподнял уголки губ и сказал Наборедесли:</p><p>«Можно обойтись без свидетеля, но сначала я должен подтвердить одно дело.»</p><p>«Какое дело?» — аура Наборедесли была мрачной и холодной, но отношение оставалось довольно спокойным.</p><p>Лумиан кивнул Франке, давая понять, что дальнейшее берёт на себя.</p><p>Франка беззвучно «угукнула», показывая, что всё в порядке.</p><p>Затем Лумиан сказал Наборедесли:</p><p>«Я должен убедиться, что имя, которое ты используешь сейчас, то есть имя, которое позже будет вписано в контракт, — это твоё истинное имя.»</p><p>Он намеренно не стал произносить имя «Наборедесли», чтобы избежать возможных рисков.</p><p>Наборедесли задумался и лишь спустя несколько секунд произнёс:</p><p>'Идёт.</p><p>«Как Демон, я не люблю подобную осторожность, но весьма её ценю.»</p><p>Лумиан продолжал удерживать лёгкую ухмылку на губах:</p><p>«Способ проверки — 'гадание на волшебном зеркале», полноценное «гадание на волшебном зеркале». Мы обустроим ритуал и запросим ответ у одной тайной сущности.</p><p>«Ты ведь знаешь, моя подруга — „Ведьма“, она в этом весьма хороша.»</p><p>Пока он говорил, Лумиан указал на Франку.</p><p>И впрямь… Действительно стоит проверить, является ли «Наборедесли» истинным именем этого Демона, иначе сделка превратится в шутку… Франка внезапно опомнилась, почувствовав, что только что слишком спешила заключить сделку и упустила немало деталей, в которых могли кроться проблемы.</p><p>Наборедесли немного подумал и сказал:</p><p>«Хорошо, но я должен наблюдать изнутри 'духовной стены», где проводится ритуал.</p><p>«Это осторожность Демона — мы опасаемся, что вы воспользуетесь возможностью „гадания на волшебном зеркале“, чтобы сообщить о ситуации каким-нибудь заклятым врагам Демонов.»</p><p>«Без проблем,» — лучезарно улыбаясь, сказал Лумиан. — «Чтобы выполнить „гадание на волшебном зеркале“, я хочу, чтобы ты написал своё истинное имя на этой бумажке для заметок, а затем принёс древние записи из комнаты напротив, чтобы они вместе послужили медиумом для гадания.»</p><p>Наборедесли достаточно хорошо разбирался в полноценном «гадании на волшебном зеркале» и с улыбкой ответил:</p><p>«Без проблем.»</p><p>Он поднялся, встал со своего места, взял из рук Лумиана бумажку для заметок и чернильной ручкой, которую носил с собой Флорес, вывел сложное слово, звучавшее как «Наборедесли», но неизвестно к какому языку принадлежавшее.</p><p>Затем это жуткое существо, именовавшее себя Демоном, вернулось в квартиру, которую снимал Флорес, и принесло сюда ту древнюю записную книжку вместе с бумажкой.</p><p>Лумиан уже давно на скорую руку обустроил ритуал, поставив три свечи и зеркало на пустой стол.</p><p>А пока Наборедесли не вернулся, Франка подобралась ближе к нему и шёпотом спросила:</p><p>«Один из привычных объектов для „гадания на волшебном зеркале“?»</p><p>Лумиан качнул головой, показывая, что нет, а затем тихо выдохнул одно слово:</p><p>«Он.»</p><p>Простое личное местоимение мужского рода.</p><p>Зрачки Франки мгновенно расширились, и она с полуслова поняла, кого имел в виду Лумиан.</p><p>Что это означало — было понятно без слов!</p><p>Дождавшись, пока Наборедесли передаст ей ту древнюю записную книжку, Франка с якобы радостным видом улыбнулась:</p><p>«Демон должен быть божественным существом довольно высокого уровня, я уж точно не посмею проявлять халатность. Я намерена запросить ответ у одного довольно особенного существования, и в процессе ритуала моему спутнику неизбежно придётся оказать мне помощь. Надеюсь, ты поймёшь кое-что из того, что увидишь дальше, а если ты не согласен, то мы просто откажемся от этой сделки.»</p><p>Она произнесла это не слишком твёрдо, чтобы вариант «отказаться от сделки» выглядел скорее переговорной стратегией.</p><p>Наборедесли усмехнулся:</p><p>«Без проблем, я видел слишком много особых ритуалов.»</p><p>Он скрыто имел в виду: если с вашим ритуалом и впрямь возникнут проблемы, я тут же это увижу.</p><p>Франка освятила ритуальный серебряный кинжал и сотворила «духовную стену», а Лумиан положил древнюю записную книжку и бумажку для заметок с подписанным истинным именем перед зажжёнными свечами и зеркалом, после чего небольшим количеством наполненной духовностью крови Гарднера Мартина начертал несколько сложных, странных символов.</p><p>Наборедесли, стоя в нескольких метрах, смотрел на эти символы и тихо шептал:</p><p>«Искать указания судьбы… задавать вопросы существованию из этой сферы?»</p><p>Лумиан воспользовался случаем, повернулся и спросил:</p><p>«Каким способом можно снять очарованность Сары Флоресом?»</p><p>Наборедесли многозначительно усмехнулся:</p><p>«Либо они оба умрут, либо нужно получить моё согласие.»</p><p>Завершив предварительную подготовку к ритуалу, Франка отступила на два шага и, глядя на три горящие свечи и зеркальце размером с ладонь, зачитала на древнем гермесе Почетное имя:</p><p>«Шут, не принадлежащий этой эпохе…»</p><p>Услышав это описание, Наборедесли мгновенно изменился в лице.</p><p>Его лицо мгновенно приняло мертвенно-холодное выражение, а в глазах проступила нескрываемая стужа и жестокость.</p><p>В его зрачках вот-вот должны были отразиться силуэты Лумиана и Франки, чтобы воспламенить их желания и эмоции, как вдруг он обнаружил, что вокруг клубится тонкая серая мгла, отчего обе цели размылись и их стало невозможно захватить.</p><p>Лумиан сжал предплечье Франки.</p><p>В оккультизме это означало, что оба человека в ритуале представляют собой единое целое.</p><p>Разумеется, при условии, что первоначальный ведущий ритуала не сопротивляется.</p><p>Лумиан перенял роль ведущего ритуала и зачитал две последующие строки:</p><p>«Таинственный Владыка над серой мглой, Король Желтого и Черного, повелевающий удачей…»</p><p>Серая мгла забурлила ещё заметнее, а Наборедесли, контролировавший тело Флореса, сделался ещё более зловещим.</p><p>Он попытался вырваться из алтаря и пробить «духовную стену», но серая мгла отбросила его назад.</p><p>Лумиан сделал два шага вперёд, поднёс бумажку с написанным истинным именем к свече, представлявшей ведущего ритуала, поджёг её, трижды встряхнул и рассыпал пепел по древней записной книжке.</p><p>Завершив эти приготовления, Лумиан глубоким голосом произнёс:</p><p>'Я молю Вас о помощи;</p><p>«Молю Вас изгнать существо по имени Наборедесли…»</p><p>Наборедесли, контролировавший тело Флореса, разинул рот и издал пронзительный визг.</p><p>В то же время в ушах Лумиана и Франки эхом отозвался бред, исполненный скверны, грехопадения и жуткой ереси — казалось, каждое слово способно ранить их разум, извратить тела и сгноить души.</p><p>Однако под защитой ритуала, дарованной ведущему, и за слоями преграды из серой мглы эти слова звучали словно с самого края небес, так что, даже вслушиваясь изо всех сил, Лумиан и Франка не могли разобрать их суть.</p><p>Сквозь смутный визг из тела Флореса вырвался иссиня-чёрный газ, стремительно бледнея.</p><p>На поверхности иссиня-чёрного газа проступили человеческие лица; они непрестанно разевали рты, безумно проклиная Лумиана и Франку, но в итоге неудержимо растворились в серой мгле.</p><p>Всего за пару секунд иссиня-чёрный газ полностью исчез, а цвет лица и аура Флореса вернулись в норму.</p><p>«Искусство изгнания духов»!</p><p>Спустя всего лишь несколько дней Лумиан вновь применил «Искусство изгнания духов»!</p><p>По его мнению, Наборедесли, чей настоящий образ скрывался неизвестно где и чья аура незаметно просочилась, чтобы контролировать Флореса, ничем принципиально не отличался от одерживающих людей мстительных духов и злых духов.</p><p>Больше всего его удивило то, что имя Наборедесли действительно сработало!</p><p>Разумеется, даже если бы это оказалось не истинным именем и если бы «Искусство изгнания духов» не подействовало на Наборедесли, произнеся полное Почетное имя господина «Шута», Лумиан всё равно смог бы за счёт клубящейся серой мглы и взора великого существования застращать этого Демона и прогнать его.</p><p>На этот раз ему откликнулась вовсе не печать господина «Шута» у него на груди, а непосредственно само то великое существование!</p><p>Лумиан через силу выдавил улыбку и сказал Франке:</p><p>«Этот парень уступает тому невидимому Дитя божества „Великой Матери“.»</p><p>Хотя безумные проклятия Наборедесли перед «уходом» всё же повлияли на его желания и эмоции, заставив с трудом терпеть благодаря способности «Аскета», это всё равно не шло ни в какое сравнение с тем, как невидимое Дитя божества могло частично пробивать защиту ритуала, дарованную ведущему серой мглой, и напрямую создавать эффект за эффектом, подобный «ментальному проколу».</p><p>Франка не ответила, уставившись остекленевшим взглядом на косметическое зеркальце, служившее атрибутом ритуала.</p><p>Внутри зеркала клубилась тонкая дымка, и из дали смутно приближалась чья-то фигура.</p></section><section><title><p>Глава 622 Заметки о виденном</p></title><p>Глава 622 Заметки о виденном</p><p>Франка не могла разглядеть конкретный облик той фигуры, но смутно различала возвышающиеся вокруг него невероятно высокие здания с редкими огоньками, словно ночные звезды отражались в тонком тумане.</p><p>Еще дальше доносился свет от лучей фар, и едва слышно, будто из ниоткуда, раздавались звуки «бип-бип-бип».</p><p>Это… Франка смотрела с расширившимися зрачками и остекленевшим взглядом.</p><p>Ее сердце заполнил огромный шок, не оставив ни единого места для негативных эффектов, вызванных безумным проклятием Наборедесли.</p><p>Она почти инстинктивно, изо всех сил всматривалась в ту фигуру, пытаясь пробиться сквозь слои серого тумана и разглядеть лицо и одежду, но тонкий туман становился все более размытым и исчез вместе с принесенными им картинами.</p><p>Прошло всего три-четыре секунды, и стоящее на алтаре зеркало вернулось в норму.</p><p>«Что случилось?» — Лумиан повернул голову, взглянул на Флореса, все еще блуждавшего в остатках серого тумана, и спросил Франку о ее состоянии.</p><p>Франка пристально смотрела на зеркало и, помолчав несколько секунд, произнесла:</p><p>«Ты видел сцену, которую только что отразило зеркало?»</p><p>«Видел, — Лумиан немного подумал и сказал: — Возможно, это символизирует божественное царство господина „Шута“.»</p><p>Только что они молились господину «Шуту» и проводили «Искусство изгнания духов», так что зеркало, использованное для обмана Наборедесли и на самом деле не выполнявшее никакой роли, под влиянием ритуала показало картину, которая с высокой вероятностью имела отношение к господину «Шуту».</p><p>Губы Франки задрожали, когда она сказала:</p><p>«Но… но задний план очень похож на город, каким он был до нашего с твоей сестрой прехождения. Несколько раз, когда случался сильный туман, все выглядело именно так: каждое здание превращалось в спящего в тумане огромного монстра с бесчисленными глазами, светящимися глазами.»</p><p>Лумиан мог понять чувства Франки, но уличный пейзаж не показался ему странным.</p><p>Он напомнил спутнице:</p><p>'Ты забыла о том Небесном Достопочтенном?</p><p>«Он тесно связан с вашей родиной, к тому же Он сражается с господином „Шутом“ в сновидении. По-моему, вполне понятно, что подобные сцены проникают в реальность через ритуал.»</p><p>Франка долго молчала и лишь потом вздохнула:</p><p>«И то правда…»</p><p>Затем она самокритично усмехнулась:</p><p>«Зря разволновалась.»</p><p>Лумиан сгладил негативное влияние, вызванное Наборедесли, по порядку погасил свечи и завершил ритуал.</p><p>Лишь когда Франка сняла «духовную стену» и порыв ветра со свистом унес последние остатки тонкого серого тумана, Флорес словно вернулся в реальность и перестал блуждать как в тумане в поисках выхода.</p><p>Увидев Лумиана и Франку, он побледнел еще сильнее.</p><p>Едва он собрался молить о пощаде, как его тело пронзила острая боль.</p><p>Флорес инстинктивно опустил голову и обнаружил, что из его тела сочится черная, почти иллюзорная грязная вода. Похоже, она обладала сильнейшим разъедающим свойством и стремительно растворяла его кровь, плоть и белые кости.</p><p>«Нет!»</p><p>«Спасите меня!»</p><p>«Спасите!»</p><p>Флорес издал пронзительный вопль.</p><p>Он кричал раз за разом, пытаясь позвать на помощь, но Лумиан с интересом наблюдал со стороны, словно изучая, какую именно цену платят те, кто совершает сделку с Демоном.</p><p>Меньше чем за десять секунд тело Флореса разрушилось настолько, что больше не могло удерживать себя, и сокрушительно обвалилось, погрузившись в пласт почти иллюзорной черной грязной воды.</p><p>Голова Флореса непрерывно стенала и вопила, и ее звук становился все тише и тише.</p><p>Спустя еще некоторое время он с открытыми глазами испустил последний дух.</p><p>Все еще относительно целая голова вскоре тоже растворилась в той грязной воде.</p><p>Грязная вода утратила иллюзорность и перестала казаться зловещей и таинственной; остатки трупа превратились в зловонную грязную жижу.</p><p>«Никто из заключивших сделку с Демоном не кончает добром…» — только Франка успела вздохнуть, как вспомнила о собственном недавнем соблазне.</p><p>Она сухо рассмеялась пару раз и перевела тему:</p><p>«К счастью, я не стала совершать сделку с тем так называемым древним Демоном, но в то же время упустила шанс устранить скрытую опасность от использования „Теневого ящика властелина“.»</p><p>Лумиан усмехнулся и сказал:</p><p>'Подумай-ка еще раз хорошенько.</p><p>«Я помню, в 'инструкции по эксплуатации», данной госпожой «Фокусником», подчеркивалось, что можно столкнуться с предложением сделки от Демона или иного зловещего существа.</p><p>'Вспомнила? Именно столкнуться со сделкой, а не завершить сделку.</p><p>«Ты уже столкнулась, просто не приняла ее, да и тот парень не стал тебя принуждать.»</p><p>Франка серьезно обдумала это и ответила:</p><p>«А ведь и правда…»</p><p>Она цыкнула языком и, посмотрев на Лумиана, произнесла:</p><p>«Выбери ты Путь 'Адвоката», тоже добился бы больших успехов…</p><p>«На самом деле, я думаю, что именно это логично. 'Теневой ящик властелина» от силы соответствует Последовательности 5, да и количество его использований ограничено. С какой стати его негативным эффектом должна быть сделка с Демоном? Насколько мне известно, «Демон» — это наименование высокой Последовательности Пути «Преступника». И что это означает? Это означает полубога!</p><p>«Хм, просто столкнуться со сделкой, а не завершить ее — значит, есть пространство для маневра. Впрочем, это все равно весьма опасно. Демоны и прочие зловещие существа — не благотворители. Если не совершать с ними сделку, с чего бы им временно отпускать тебя? К тому же невозможно предугадать, когда случится эта встреча, а значит, трудно подготовиться заранее.»</p><p>Лумиан улыбнулся:</p><p>«Если нельзя предугадать, то можно зайти с другой стороны. После использования „Теневого ящика властелина“ сразу подготовиться и инициативно создать возможность для сделки с Демоном или иным зловещим существом, чтобы темп и риски всегда оставались под собственным контролем. К примеру, „пригласить“ Демона в церковь Святой Вьев обсудить сделку.»</p><p>Главный кафедральный собор Церкви «Вечного Пылающего Солнца» в Трире — церковь Святой Вьев!</p><p>Франка невольно рассмеялась:</p><p>«Демон — это же не живой мертвец с выеденными мозгами, с какой стати ему идти на верную смерть в церковь Святой Вьев…»</p><p>Дойдя до этого места, Франка внезапно осеклась:</p><p>Церковь Святой Вьев, конечно, не подойдет, но у них есть на примете еще несколько похожих скрытных мест, и там это вполне может сработать.</p><p>К примеру, Площадь жертвоприношений на третьем ярусе Подземных Катакомб, к примеру, Ночной столп Крисмоны…</p><p>«Отлично, — похвалила Лумиана Франка. — Раньше, сталкиваясь с негативными эффектами волшебных предметов, мы всегда пассивно терпели и ждали, ни разу не подумав о том, чтобы спровоцировать их самому. Стиль „Охотника“ и впрямь очень ярок.»</p><p>«Инициативность» означает возможность подготовиться заранее и свести уровень опасности к минимуму.</p><p>Разумеется, «инициативность» не обязательно приведет к срабатыванию, но подобный ход мыслей необходим.</p><p>Лумиан поднял голову и взглянул в окно:</p><p>«Похоже, вопли Флореса привлекли внимание жильцов по соседству, кто-то вызвал полицию. Сначала уйдем отсюда, а потом посмотрим эту рукопись.»</p><p>Разговаривая, он убрал лежавшую на обеденном столе древнюю рукопись, свечи и прочие предметы.</p><p>«Хорошо,» — Франка огляделась по сторонам, заставив в разных уголках комнаты взвиться черные языки пламени.</p><p>Пока пламя тихо пылало, Лумиан вместе с Франкой «телепортировался» прочь, вернувшись в гостевую комнату пятиэтажного дома капитана Педро.</p><p>«Ты пока пролистай рукопись, посмотри, нет ли там способа снять „заклинание любви“, а я пойду проверю состояние Сары и сообщу Педро о проблемах и конце Флореса, чтобы он сам разбирался с Церковью „Матери-Земли“ и местной полицией.» — Лумиан бросил древнюю рукопись Франке, а сам открыл дверь и вышел в коридор.</p><p>Франка с комфортом устроилась в кресле и разложила рукопись.</p><p>Вдруг она пробормотала себе под нос:</p><p>«Что-то не так. В стиле Лумиана было бы сразу по окончании ритуала пролистать рукопись и искать способ снять 'заклинание любви». Почему же он торчал там, болтал со мной о всяких посторонних вещах и спешно ушел только тогда, когда подоспела полиция?</p><p>«Не мог же он не понимать, что сейчас главное…»</p><p>Пока мысли стремительно проносились в ее голове, Франку вдруг озарило:</p><p>Ужасный бред и безумное проклятие Наборедесли все же оказали на Лумиана некоторое влияние, вызвав сильные колебания его желаний и эмоций. Хотя он и сдержался благодаря способностям «Аскета», у него неизбежно проявились кое-какие внешние признаки.</p><p>Подумав об этом, Франка сощурила глаза, уголки ее губ поползли вверх, и она «хе-хе» тихо хмыкнула.</p><p>…………</p><p>Лумиан встретил Педро в небольшой гостиной на первом этаже.</p><p>Не успел он объяснить ситуацию с Флоресом, как капитан с ликующим видом заговорил первым:</p><p>'Господин Бери, Сара прибежала ко мне несколько минут назад! Вся в слезах, с ужасом и болью она рассказала, что ей снился сон, будто она влюбилась во Флореса, и она никак не могла проснуться, но сегодня ночью внезапно очнулась. Она поняла, что это был кошмар, и просит расторгнуть помолвку!</p><p>«Как вам это удалось?»</p><p>Педро неосознанно перешел на уважительное обращение.</p><p>Пришла в себя? Потому что Флорес умер? Нет, скорее потому, что Наборедесли был изгнан «Искусством изгнания духов», поэтому люди, находившиеся под влиянием «злого духа» в этом инциденте, естественным образом вернулись в норму… — Лумиан, имея свои догадки, с улыбкой произнес:</p><p>«Флорес мертв.»</p><p>«Вы убили его?» — Педро, очевидно, не имел ничего против убийства, но его куда больше удивляло, что смерть Флореса и впрямь заставила его дочь прийти в себя.</p><p>«Его убил Демон.» — Лумиан вкратце изложил произошедшее, не называя напрямую имени Наборедесли, а лишь дал Педро взглянуть на записку с «заклинанием любви», лежавшую в древней рукописи.</p><p>В заключение он добавил:</p><p>'Дальше разбирайся сам.</p><p>«В ближайшие месяц-два Саре лучше поживать в церкви или монастыре. Я не знаю, не захочет ли тот Демон, оправившись, снова навестить свою прежнюю жертву.»</p><p>«Хорошо,» — Педро то скрежетал зубами, то становился мрачнее тучи.</p><p>Получив награду в двадцать тысяч рисо, Лумиан вернулся в свою гостевую комнату.</p><p>Франка, держа древнюю рукопись, нахмурилась и сказала:</p><p>'Это не рукопись злого колдуна, а скорее заметки искателя курьезов. В ней собраны различные легенды о демонах и Демонах Северного и Южного континентов за последние тысячи лет. Последняя запись относится примерно к веку назад.</p><p>'Хм… внутри встречаются какие-то странные заклинания, похожие на вымышленные.</p><p>«В одной из записей упоминается, что на острове Гант в Бушующем море существовали легенды о Демонах.»</p><p>Услышав это, Лумиан сразу понял, что именно привлекло внимание Франки:</p><p>Наборедесли упоминал, что потомок Демона, которого он хочет убить, живет где-то в Бушующем море!</p></section><section><title><p>Глава 623 Аномалия Бездны</p></title><p>Глава 623 Аномалия Бездны</p><p>«Неужели легенды о Демонах в этой записной книжке частично правдивы?» — Лумиан взял пожелтевшую книжку со старыми страницами и бегло пролистал несколько страниц.</p><p>Франка издала короткое «угу» и сказала:</p><p>«В мире, где существуют Потусторонние силы, где обитают настоящие „Дьяволы“ и „Демоны“, многие из подобных легенд определенно правдивы или восходят к реальным прототипам. Как думаешь, Набо… э-э, тот древний Демон, которым заявлял о себе предыдущий, не мог быть главным героем одной из таких легенд, а Демон с острова Гант — его заклятым врагом, притворяющимся человеком и живущим в реальном мире? Он солгал, что тот — потомок Демона, и заманил нас на риск, чтобы достичь какой-то своей цели?»</p><p>«Возможно, — усмехнулся Лумиан. — В таких делах, затрагивающих существ высокого Статуса, нам не стоит гадать самим. Напишем напрямую мадам „Фокусник“ и обо всем доложим.»</p><p>Франка посмотрела на Лумиана и с усмешкой сказала:</p><p>'А ты действительно поднаторел в управлении начальством.</p><p>«Впрочем, в этом есть смысл, мы знаем слишком мало о настоящих „Демонах“, и строить догадки на пустом месте — лишь трата времени.»</p><p>Затем она указала на записную книжку:</p><p>«Почерк здесь отличается от того, что на записке с „заклинанием любви“, автор не один и тот же.»</p><p>Лумиан уже сел за письменный стол, разложил бумагу и начал писать письмо мадам «Фокусник». Взвешивая слова, он ответил на замечание Франки:</p><p>«Появляется ли в записной книжке то слово, которое означает „заклинание любви“?»</p><p>«Я бегло пролистала, ничего нет», — дала утвердительный ответ Франка.</p><p>Лумиан задумчиво произнес:</p><p>«Есть две возможности. Первая: тот Демон с помощью подконтрольного ему человека вложил „заклинание любви“ в эту записную книжку с легендами о Дьяволах и Демонах, надеясь, что оно незаметно распространится и повлияет на большее число людей. Вторая: кто-то, читавший раньше эту книжку, неосознанно попал под влияние того Демона, получил так называемое „откровение“, записал это „заклинание любви“ и сделал пометку.»</p><p>«Мистицизм воистину опасен…» — с искренними тяжкими думами произнесла Франка.</p><p>Лумиан быстро закончил письмо и отправил древнюю записную книжку вместе с запиской, на которой было написано «заклинание любви», мадам «Фокусник».</p><p>Ожидая ответа, Франка и Лумиан бегло обсудили легенду о Демоне с острова Гант в Бушующем море:</p><p>Спустя тридцать лет после того, как император Рассел нашел безопасный морской путь к Южному континенту, на превратившемся в колонию острове Гант произошло множество случаев загадочных смертей среди колонизаторов и туземцев, а очевидцы утверждали, что видели в островных лесах долину, объятую серным пламенем, где ночами, предположительно, кружили черные Демоны с козлиными рогами,</p><p>Позже, благодаря вмешательству властей, загадочные смерти прекратились. Владелец книжки, записавший эту легенду, даже специально несколько раз ходил в лес на поиски, но так и не смог найти ту самую долину, объятую серным пламенем.</p><p>За непринужденной беседой время летело минута за минутой, пока Посланница-«кукла» не принесла ответное письмо от мадам «Фокусник», а также возвращенные древнюю книжку и записку с «заклинанием любви».</p><p>При свете зажженного газового рожка Лумиан сразу принялся за чтение, а Франка, ничуть не смущаясь, подобралась ближе и уставилась в письмо:</p><p>«Исходя лишь из того, что с помощью имени 'Наборедесли» удалось изгнать этого парня, нельзя судить, будто это его истинное имя.</p><p>«Все потому, что он на короткое время признал это имя своим истинным именем. Даже если он лгал, иногда и в определенных обстоятельствах, признание чего-то истинным делает это истинным и создает соответствующую мистическую связь. Это одна из полномочий господина 'Шута», и в свое время Амон тоже мог так делать.</p><p>«Поскольку вы молились напрямую господину 'Шуту» и изгнали «Наборедесли» с помощью его силы, то, является ли это имя истинным, уже не имеет значения и не повлияет на конечный результат.</p><p>'Понятно? Термиборос предупреждал абсолютно верно: даже к ложным обещаниям нужно относиться с осторожностью.</p><p>«Если это действительно Демон и его истинное имя действительно „Наборедесли“, дело обстоит куда сложнее. Начиная с Пятой Эпохи Демоны, проявляющие активность в человеческом мире, либо существуют в виде запечатанных артефактов, либо носят одну из трех фамилий: Андрералад, Белиал или Нос. Демоны, чьи истинные имена не содержат фамилий, как правило, либо невероятно древние, либо происходят из Бездны, где обитают Дьяволы и Демоны. А вот в каком состоянии Бездна находится сейчас, кое-что упоминалось в дневниках императора Рассела.»</p><p>Дочитав до этого места, Лумиан повернул голову и посмотрел на Франку.</p><p>В «Исследовательском обществе кудрявых павианов» он часто видел, как другие торгуют дневниками императора Рассела, а когда члены «Дня дурака» еще были активны, они даже зачитывали перед всеми наиболее комичные записи. Однако он вступил в эту организацию Преходцев всего пару месяцев назад и не имел доступа к ранее переведенным материалам, а потому не мог знать, что именно император записывал о Бездне.</p><p>Франка с серьезным выражением лица произнесла:</p><p>«Император Рассел находил вход в Бездну и провел там весьма глубокие изыскания.»</p><p>«Как и ожидалось от императора Рассела», — инстинктивно и от всего сердца похвалил Лумиан.</p><p>Людей, которыми он восхищался, было немного, можно даже сказать, совсем мало, и император Рассел являлся одним из них.</p><p>Узнав, что великий император, как и его сестра, был Преходцем, он проникся к нему еще большей симпатией.</p><p>Франка продолжила:</p><p>'В той части Бездны, которую исследовал император Рассел, Дьяволы и Демоны давно погибли, не осталось ни единого.</p><p>'Все, что предстало перед его взором — лишь трупы и мертвая тишина.</p><p>«Это состояние внушило страх даже ему самому, поэтому он спешно удалился, так и не завершив изысканий.»</p><p>«Все мертвы?» — Лумиан слегка нахмурился. — «Тот паршивец с „заклинанием любви“ либо не Демон, либо очень древний Демон, пришедший из самого сердца Бездны?»</p><p>Он ненадолго запнулся и добавил:</p><p>«Если это действительно древний Демон, то он, вполне вероятно, знает, почему в Бездне произошла такая аномалия.»</p><p>Франка серьезно кивнула.</p><p>Оба одновременно перевели взгляд на заключительную часть ответного письма мадам «Фокусник»:</p><p>«Полагаю, ты уже узнал о ситуации в Бездне от 'Двойки Кубков», так что не стану повторяться. Словом, Наборедесли — это либо могущественный Демон, избежавший аномалии Бездны, либо древний Демон, который еще до того, как три великих Дьявольских семейства — Нос, Белиал и Андрералад — начали проявлять активность на Северном континенте, по какой-то причине задержался на земле и не последовал за одним из древних богов, тем повелителем Дьяволов, сбежавшим обратно в Бездну. Какова бы ни была причина, это не то, с чем вы способны справиться в данный момент, и уж тем более не думайте вступать с ним в сделки.</p><p>'Легенду о Демоне с острова Гант можете расследовать попутно, но будьте предельно осторожны.</p><p>«Помни, растление Бездны чрезвычайно велико и способно сделать человека падшим совершенно неосознанно. В ближайшее время вам обоим следует особое внимание обратить на изменения в собственных мыслях, взглядах, эмоциях и желаниях. Если почувствуете какие-либо проблемы, можете обратиться за подтверждением к 'Психиатру». Если же на вас действительно повлияет аура Бездны, исходившая от Наборедесли, напишите мне или «Суду» — помощь окажут специалисты, умеющие очищать от подобного воздействия, не стоит без конца беспокоить господина «Шута».</p><p>«И еще: думать об имени „Наборедесли“ вполне безопасно, но не пишите его и не произносите вслух.»</p><p>Дочитав письмо, Лумиан тихо пробормотал себе под нос:</p><p>«Похоже, мадам „Фокусник“ больше склоняется к тому, что это Демон, а не какая-то иная сокрытая сущность.»</p><p>«Да уж, — озадаченно поддакнула Франка. — Скажи, что тот парень — Демон, так у него даже не было Предчувствия опасности, он фактически позволил нам закончить предварительные приготовления к „Искусству изгнания духов“. А скажи, что он не Демон, так он способен создавать колебания, распаляющие наши желания и эмоции. Я только что гадала, не была ли это какая-то сокрытая сущность, владеющая запечатанным артефактом 1-го уровня Пути „Дьявола“.»</p><p>Лумиан подумал несколько секунд и сказал:</p><p>«Возможно, мадам 'Фокусник» увидела нечто большее.</p><p>«У того парня не сработало Предчувствие опасности, вероятно, потому, что его настоящего тела здесь не было — спустилась лишь капля ауры и силы. Или же… или же опасность исходила от господина „Шута“, а потому предчувствовать ее было невозможно!»</p><p>«Логично, — сначала согласилась Франка, а затем со странным выражением лица добавила: — Тебе не кажется, что после того, как мы стали Младшими Арканами, мы все глубже соприкасаемся с сокровенными тайнами мистического мира? Секта Демонессы, Зеркальный мир, „Война Четырех Императоров“, „Великая Матерь“, а теперь еще и Демон Бездны… Раньше, читая дневники императора Рассела, у меня часто возникало ощущение: „Неужели этот мир устроен именно так?“, а теперь содержание его дневников воочию оказывается прямо под боком.»</p><p>Сказав это, не дожидаясь ответа Лумиана, Франка с долей самоиронии добавила:</p><p>«Например, вкус Демонессы весьма неплох.»</p><p>Лумиан усмехнулся и произнес:</p><p>«А ты подумай получше: ты столкнулась со всем этим после того, как стала Младшим Арканом, или после того, как познакомилась со мной?»</p><p>«Э-э… — уголок рта Франки дернулся, и она вымолвила: — А у тебя действительно есть самокритичность.»</p><p>…………</p><p>Спустя два дня Лумиан вместе с Людвигом и Лугано поднялся на борт океанского судна, которое должно было пройти мимо острова Гант, следуя к конечному пункту назначения — Западному Баламу на Южном континенте.</p><p>Он хотел расследовать легенду о том Демоне, дав себе шанс полностью усвоить зелье «Заговорщика».</p><p>Одурачив Наборедесли и прогнав его с помощью «Искусства изгнания духов», Лумиан обнаружил, что прогресс усвоения его зелья сделал еще один заметный шаг вперед.</p><p>Еще один удачный отыгрыш — и он сможет усвоить зелье досрочно, не нуждаясь в помощи финального ритуала продвижения, что позволит гораздо спокойнее планировать дальнейшие дела.</p><p>Капитан Педро вместе со своей старшей дочерью Сарой и несколькими «Облагодетельствованными» и «благословенными» искренне поблагодарил Лумиана, провожая взглядом его, поднимающегося по трапу вместе с крестником и слугой.</p><p>Когда судно под названием «Ягода» снялось с якоря, один из «благословенных», казалось, с облегчением выдохнул и произнес:</p><p>«Он наконец-то покинул порт Колиа…»</p><p>Не успела Сара спросить, с чего вдруг у него такие чувства, как этот «благословенный», одетый в коричневое сутаноподобное одеяние священника, повернулся и обратился к ней и Педро:</p><p>«Обстановка на месте гибели Флореса указывает на то, что в это дело замешан настоящий Демон высокого уровня. Мисс Сара, вам лучше пожить в монастыре в течение года, чтобы избежать возможных последствий.»</p><p>Сара еще от отца узнала, что смогла прийти в себя исключительно благодаря помощи Великого авантюриста Луи Бери, однако, поскольку сама ничего не видела и не ощущала, ей не хватало реального понимания происходившего. Лишь в этот момент она с нескрываемым испугом переспросила:</p><p>'Год?</p><p>«Настоящий Демон… Что это за Демон?»</p><p>«Благословенный» в коричневом одеянии священника с серьезным выражением лица ответил:</p><p>«Тот самый Демон из легенд, которые вы слышали, или даже куда более ужасный.»</p><p>«Это…» — Сара повернула голову к отцу, на ее лице читались страх, растерянность и невероятность происходящего.</p><p>Вы спасли меня из рук такого Демона?</p><p>Педро был поражен не меньше.</p><p>Он и помыслить не мог, что дело его дочери связано с настолько жуткой сущностью.</p><p>А Луи Бери взял всего двадцать тысяч рисо!</p><p>Нет, он действительно справился!</p><p>Педро видел гигантские волны, поднятые Великим авантюристом Луи Бери, и в общих чертах догадывался об уровне его сил, но это не шло ни в какое сравнение с живым примером и сопоставлением.</p><p>…………</p><p>На борту «Ягоды», в каюте первого класса.</p><p>Лумиан протянул старую записную книжку и листок с «заклинанием любви» Людвигу и с улыбкой спросил:</p><p>«Это можно съесть?»</p></section><section><title><p>Глава 624 Остров Гант</p></title><p>Глава 624 Остров Гант</p><p>Уплетающий жареные отбивные из ягненка Людвиг бросил взгляд на древнюю записную книжку и бумажку с «заклинанием любви» и сказал:</p><p>«Я могу сказать тебе только возраст бумаги, исходные материалы и технологию производства.»</p><p>Он не мог извлечь из неё записанные знания и скрытое содержимое.</p><p>«Ладно.» — Лумиан без особого разочарования отвёл руку.</p><p>Он «консультировался» с Людвигом чисто из принципа: почему бы и не спросить, ведь от него не убыль.</p><p>Не получив никаких дополнительных сведений, он уселся в кресло-качалку и под ещё довольно яркими лучами солнца принялся листать древнюю записную книжку, в которой описывалось множество легенд о Демонах.</p><p>Записная книжка была целиком написана на языке Плато, иначе Флорес, окончивший лишь начальную грамматическую школу, даже получив её, не смог бы ничего прочесть.</p><p>Лумиан читал её с замиранием сердца, словно роман, и находил, что некоторые легенды куда увлекательнее ходивших на рынке ужастиков и от них по спине пробегал холодок.</p><p>Встречавшиеся там время от времени заклинания частью явно были состряпаны дилетантами да ещё и переписывались по нескольку раз, а частью отдавали чем-то жутковатым и имели определённое сходство с «Наборедесли» — Лумиан даже не смел произносить их вслух, а только проговаривал про себя.</p><p>Первый день плавания «Ягоды» прошёл в подобном спокойствии.</p><p>Поздно ночью Лумиану снилось множество фривольных сцен, переплетавшихся в истории, от которых бросало в жар и смущение, и накалявших эмоции до предела.</p><p>И именно в этот момент Лумиан проснулся; за окном сквозь штору пробивался солнечный свет, принося с собой немного света.</p><p>Было шесть утра.</p><p>Лумиан лежал на кровати, чувствуя некоторую опустошённость.</p><p>Во сне у него отсутствовала стойкость «Аскета», отчего некоторые сцены казались необычайно волнующими.</p><p>«Уф…» — выдохнул Лумиан и с самоиронией ухмыльнулся: «Я уже почти забыл, что это не благословение, а проклятие.»</p><p>То обстоятельство, что каждое утро в шесть часов его физическое состояние возвращалось к моменту запечатывания Термибороса, в большинстве случаев ассоциировалось для него с отсутствием страха перед тяжёлыми ранениями, истощением и наличием врождённой способности к исцелению — и всё это было хорошо.</p><p>Хотя при каждом сбросе состояния тела он неизбежно вспоминал катастрофу в деревне Корду и свою старшую сестру Аврору, резкая боль и мучения были невыносимы лишь до завершения курса психотерапии, а затем он постепенно онемел и привык, перестав реагировать слишком остро, и лишь изредка ощущал тупую боль и пустоту.</p><p>Лумиан поднялся с кровати, отдёрнул шторы и увидел, что тёмно-синее море находилось в двух совершенно разных состояниях:</p><p>Справа простиралась безбрежная гладь, где на горизонте только-только показывался край алого солнца, а слева клубился туман и бушевали волны, из-за чего в сотне метров ничего нельзя было разглядеть.</p><p>Выйдя из хозяйской спальни, Лумиан обнаружил, что Лугано встал гораздо раньше обычного и тоже любовался морским пейзажем.</p><p>«Настроение хорошее, а?» — с лёгкой насмешкой произнёс Лумиан.</p><p>Лугано смущённо улыбнулся:</p><p>«Впервые в Бушующем море, немного взволнован, вот и встал пораньше.»</p><p>И тут же добавил:</p><p>«К тому же, чтобы стать для Вас хорошим переводчиком, мне нужно как можно скорее освоить дутанский язык.»</p><p>На журнальном столике в комнате лежала куча книг по дутанскому языку, свежекупленных Лумианом в порту Колиа — как у одного из главных торговых портов, ориентированных на Южный континент, у жителей порта Колиа имелась практическая потребность в изучении дутанского языка, что переросло в настоящую моду: имелось множество учебников для быстрого старта начинающих и преподавателей дутанского, оказывавших услуги с выездом на дом. Лумиан без труда раздобыл два комплекта учебных материалов с упражнениями, охватывающих начальный, средний и продвинутый уровни — не то что в порту Санта, где ему пришлось потратить массу сил, чтобы раздобыть лишь несколько с трудом подходивших книг.</p><p>Лумиан слегка хлопнул два раза в ладоши:</p><p>«Неплохо.»</p><p>Лугано повернулся и указал на ту половину океана, что была окутана туманом и покрыта волнами:</p><p>'Вчера вечером я слышал от моряков на корабле, что когда-то множество судов пыталось исследовать океан в том направлении, но ни одно так и не вернулось. Позже время от времени люди видели по ночам, как одно из тех судов бесшумно проплывает мимо: на нём не горело огней, и у бортов никого не было.</p><p>'Они говорят, что таково Бушующее море: ходить можно только по безопасным судоходным путям, и не стоит даже думать о том, чтобы следовать неизвестными маршрутами, ведь в большинстве случаев это означает неизвестную и непреодолимую опасность.</p><p>«Смотрите, там вроде бы встаёт солнце и море очень спокойное, но стоит лишь сойти с безопасного пути и войти в те воды, как в следующую же секунду можно столкнуться с ураганом, попасть под шторм с молниями или вовсе сгореть и испариться под солнцем… Хе-хе, всё это рассказывали моряки, я не уверен, правда это или вымысел.»</p><p>Лумиан кивнул и сказал:</p><p>«Расспрашивай побольше о подобных слухах.»</p><p>Получив одобрение нанимателя, Лугано обрадовался, почувствовав, что нашёл направление для своих стараний.</p><p>Плавание по Бушующему морю проходило довольно гладко, и ни Лумиан, ни Людвиг с Лугано не нажили никаких неприятностей.</p><p>Время от времени они видели штормы, способные уничтожить целый город, наблюдали удивительные зрелища молний, напоминавших густые леса, а иногда замечали, что во всём морском районе нет ни единой рыбы — там царила мёртвая тишина, подобная легендарному Подземному царству.</p><p>Благодаря опытному капитану, старшему помощнику и морякам «Ягода» преодолела эти зоны, следуя по безопасным судоходным путям.</p><p>Спустя несколько дней этот океанский пароход прибыл в транзитный порт на острове Гант, где в течение двух дней заправлялся углём и водой, чистил машины, а также пополнял запасы светлого пива и различной провизии.</p><p>«На этом острове, похоже, нет никаких особо редких товаров,» — Лугано держал в руках путеводитель из порта Колиа и вспоминал рассказы пассажиров и моряков, — «но его географическое положение превосходно, к тому же тут имеется естественный глубоководный порт, так что это один из главных транзитных портов, подконтрольных королевству Фейнапот.»</p><p>«Особые товары? Демоны считаются?» — мысленно усмехнулся Лумиан, доставая две монеты рисо и слегка вращая их в руке:</p><p>«Пойду попробую, каково на вкус местное домашнее вино.»</p><p>Он направился прямо в самый большой бар в порту и заказал стакан густого, насыщенного местного красного вина «Паха» гранатового цвета.</p><p>Вскоре Лумиан завязал разговор с несколькими посетителями возле стойки и, намеренно обратившись к тому, кто говорил с местным акцентом, произнёс:</p><p>«Я познакомился с одной славной девчонкой.»</p><p>Пока он говорил, он подмигнул и двусмысленно улыбнулся:</p><p>«Скоро я пойду с ней на свидание. Не мог бы ты рассказать мне пару популярных местных историй ужасов для тихого вечера? Хм, необязательно популярных, главное — достаточно жутких и с чётким указанием места. Например, какая-нибудь чертовщина, случившаяся в пустом доме на такой-то улице… Хе-хе, я поведу её на свидание именно туда.»</p><p>Местный житель с мокрыми от пива усами поставил дубовый пивной бокал и хохотнул:</p><p>'Вот же подлец, но ты мне нравишься!</p><p>«Отношения мужчины и женщины — это настоящая война, а ради победы все средства хороши!»</p><p>Немного подумав, местный житель продолжил:</p><p>'Ты можешь повезти её на свидание на опушку леса за городом. Знаешь ли, ночной лес всегда пугает, к тому же в лесу острова Гант кроется Демон, а может, и не один.</p><p>'Сколько я себя помню, священники твердят всем: не уходите глубоко в этот лес, даже не думайте рубить дрова в центре острова, там таится множество опасностей.</p><p>'Каких именно опасностей? Священники не говорили, но кто-нибудь да расскажет мне, как тот или иной человек видел в лесу Демона с козлиными рогами и тошнотворным запахом серы.</p><p>'А те, кто своими глазами видел Демона, по слухам, в конце концов умерли, и неизвестно почему.</p><p>«Ну как? Нет такой женщины, которая не боялась бы Демона… хотя нет, моя баба не боится, она поопаснее любого Демона будет!»</p><p>История о Демоне острова Гант разрослась до такой степени? Это немного смахивает на легенду о призраке Монсури, однако встреча с призраком Монсури может погубить всю семью, а у местного Демона с острова Гант нет этого яркого признака… Лумиан поднял бокал с красным вином, салютовал местному жителю и перевёл тему:</p><p>«Хоть я и неплох собой, но вряд ли какая деваха согласится на первом же свидании пойти со мной на опушку леса за городом, да ещё и ночью. Даже если она не испугается, что я сделаю с ней нечто эдакое, то всё равно запереживает, не окажусь ли я Преступником, любителем убивать юных девушек. Ну как, есть ли у вас легенды о Серийном убийце? Желательно о тех, что происходили в городе.»</p><p>Судя по колдовским записям Авроры и сведениям, собранным за эти месяцы, Лумиан знал, что Последовательностью 9 Пути «Дьявола» является «Преступник», Последовательностью 8 — «Хладнокровный», а Последовательностью 7 — «Серийный убийца».</p><p>А судя по самому названию Последовательности «Серийный убийца», соответствующий Потусторонний, независимо от того, освоил он «метод отыгрыша» или нет, будет либо активно, либо пассивно совершать серии убийств.</p><p>Хотя Демон острова Гант явно был выше Последовательности 7 и давно миновал стадию «Серийного убийцы», однако, если он не являлся высокоуровневым существом от рождения, а продвигался шаг за шагом, отыгрывая в прошлом — осознанно или смутно — «Серийного убийцу», не могли ли у него сохраниться соответствующие пристрастия?</p><p>Будь то человек или разумное существо, стоило ему хоть раз потакать определенному желанию и впоследствии сознательно не обуздать и не взять его под контроль, как у него неизбежно сохранялись подобные наклонности.</p><p>Раз уж люди могут время от времени пропустить по рюмочке, то и Демон мог изредка убить пару-тройку человек, проведя очередное серийное убийство.</p><p>Кроме того, если поручение Наборедесли не было состряпано от фонаря ради заключения устного соглашения, то Демон острова Гант или его потомок должен скрываться среди людей.</p><p>Местный житель с пивной пеной на усах некоторое время размышлял, а затем произнёс:</p><p>«Да нет у нас никаких серийных убийц. Городок у нас маленький, произойди тут серия убийств, весь город стоял бы на ушах.»</p><p>Сказав это, он сделал паузу и добавил:</p><p>«Считается ли то, что каждый год в лесу за городом кто-то пропадает без вести?»</p><p>…………</p><p>Трир. Франка, Дженна и Энтони собрали уже достаточно сведений о министре промышленности текущего правительства, Моране Авиньи.</p><p>Включая одну цветную фотографию.</p><p>На фотографии Моран Авиньи производил впечатление типичного красивого и элегантного интисца — пусть и в преклонном возрасте, но статность лишь прибавила ему шарма.</p><p>Ему было около шестидесяти лет, тёмные волосы уже тронула седина, черты лица правильные, глаза тёмно-серые, а носогубные складки довольно отчетливые.</p><p>«Тёмно-серый цвет глаз — редкая штука в Интисе…» — вздохнула Франка.</p><p>Запнувшись на полуслове, она резко умолкла.</p><p>Ей вспомнился ещё один человек с тёмно-серыми глазами, находившийся к тому же в Интисе:</p><p>«Черная Демонесса» Кларисса.</p></section><section><title><p>Глава 625 Дыхание смерти</p></title><p>Глава 625 Дыхание смерти</p><p>В обычных обстоятельствах темно-серые глаза не были той деталью, на которую стоит обращать внимание, такой цвет глаз был редким в Интисе, но в Королевстве Руэн и других местах не являлся редкостью, однако Франка чутко ощутила, что в этом скрывается какая-то ключевая информация:</p><p>Моран Авиньи подозревается в том, что он «Человек из зеркала», «Черная Демонесса» Кларисса расследует дело «Человека из зеркала», к тому же она полубог Пути «Демонессы», тесно связанного с «зеркальным миром», и в итоге они оба имеют далеко не распространенный темно-серый цвет глаз.</p><p>Не слишком ли это совпадение?</p><p>«Что произошло?» — сочувственно спросила Дженна, увидев, что Франка внезапно замерла.</p><p>Франка раздумывала несколько секунд, после чего рассказала о том, что у «Черной Демонессы» тот же цвет глаз, что и у Морана Авиньи, а в конце произнесла:</p><p>«У „Людей из зеркала“, с которыми мы сталкивались ранее, не было этой черты.»</p><p>«Она есть только у более особых „Людей из зеркала“? „Черная Демонесса“ — тоже „Человек из зеркала“?» — предположила Дженна, устремив мысли в раздумья.</p><p>«Не может быть,» — подсознательно возразила Франка. — «Она ведь сама поручила мне расследовать дело „Человека из зеркала“… Впрочем, не то чтобы это совсем невозможно. Разве мало мы встречали историй, где вор вызывает полицию, чтобы поймать воришку?»</p><p>Энтони немного подумал и сказал:</p><p>«Не может ли это быть символом осквернения Изначальной Демонессой из зеркала? Особые „Люди из зеркала“, достигшие определенного Статуса, имеют такой цвет глаз, и то же самое касается „Демонесс“, ставших полубогами и подвергшихся осквернению?»</p><p>«Нет, у Морана Авиньи изначально должны были быть темно-серые глаза, подменивший его „Человек из зеркала“ не мог изменить цвет глаз и не вызвать подозрений,» — размышляла Франка, строя умозаключения. — «То есть „Черная Демонесса“ и первоначальный Моран Авиньи принадлежат к одной и той же семье? Раньше я думала, что она из семьи Сорен, старшая родственница Бранш Сорен, иначе бы не вырастила такую глупую и наивную Демонессу, а теперь похоже, что нет…»</p><p>«Не обязательно,» — в один голос произнесли Франка и Дженна.</p><p>У каждого есть отцовская и материнская линии, и принадлежность к семье Сорен не означает, что она не из семьи с темно-серыми глазами!</p><p>Франка колебалась несколько секунд, а затем произнесла:</p><p>«Я тоже давно не докладывала „Черной Демонессе“ о ходе расследования вопроса „Человека из зеркала“, как раз на этой неделе нанесу ей визит и расскажу о Моране Авиньи.»</p><p>«Будь осторожна,» — напомнила Дженна.</p><p>Франка приподняла уголки губ и с яркой улыбкой сказала:</p><p>«Не волнуйся, она сама поручила мне расследовать дело „Человека из зеркала“ и должна была предугадать возможное развитие событий. Если у нее действительно есть глубокая связь с Мораном Авиньи, то, возможно, вскоре мы увидим, что с господином министром промышленности произойдет несчастный случай, а если нет — как раз попросим ее о помощи!»</p><p>…………</p><p>Остров Гант. Лумиан шел по окутанной густой ночной тьмой улице, под обдувавшим его морским бризом, утерявшим дневной зной, и неспешно возвращался на «Ягоду».</p><p>Засунув руки в карманы, он непрерывно размышлял, приводя в порядок различные легенды и истории, которые только что собрал, пытаясь найти в них хоть какие-то следы того Демона.</p><p>Если бы госпожа «Фокусник» не предупредила его быть осторожным, и если бы Наборедесли не рассказал полностью имя и личность так называемого потомка Демона, Лумиан непременно выбросил бы себя в качестве наживки — в таком случае он открыто продемонстрировал бы свою злобу, разработал бы план с шансом на успех, задел бы опасное предчувствие этого Демона, заставив его самого прийти к нему, чтобы устранить угрозу, а ожидала бы его ловушка, находящаяся в состоянии Сокрытия.</p><p>'Прошло уже сто или двести лет, искателей приключений, приходивших расследовать легенды о Демоне, было немало, и Церковь Матери-Земли, должно быть, изо всех сил пыталась устранить оставшиеся проблемы, но результатов так и нет. Похоже, найти этого Демона обычными методами не слишком реалистично…</p><p>'С другой стороны, почему этот Демон обязательно должен скрываться на острове Гант?</p><p>'Его уже однажды зачищала Церковь Матери-Земли, почему же он все еще рискует оставаться?</p><p>'Будь я на его месте, я бы давно поселился в другом месте. Где Демон не сможет выжить?</p><p>«Даже если он считает себя высокоинтеллектуальным преступником, настоящим 'Преступником», и жаждет именно таким способом насмехаться над духовенством Церкви Матери-Земли, за столько лет это должно было надоесть…</p><p>'Есть какая-то причина, заставляющая его задерживаться на острове Гант?</p><p>'Он в какой-то степени запечатан? Или на острове зарыто что-то крайне важное, что невозможно унести?</p><p>'Та долина, где горят серные пламена?</p><p>'И еще, Демон может жить несколько сотен лет, а обычные люди — нет. Если этот Демон действительно прячется в человеческом городке, каждые несколько десятилетий ему приходится менять личность, а это может оставить зацепки.</p><p>'Остров Гант — один из транзитных портов на торговом маршруте между Северным и Южным континентами, приезжих поселенцев здесь немало, и Демон может с легкостью сфабриковать новую личность, но как оригинальная личность должна естественно сойти со сцены?</p><p>'Здешние жители — все верующие Матери-Земли, после смерти их непременно отправляют в церковь за утешением. Хватит ли у Демона смелости притворяться мертвецом вплоть до того, чтобы принять взор Матери-Земли и омовение святой водой?</p><p>'Хм, исчезновение. Исчезновение — лучший способ решения, будь то отправка в морское приключение или исчезновение в лесу, это может эффективно избежать соответствующих проблем.</p><p>«Каждый год люди исчезают в лесу за городом… Демон намеренно устраивает некоторые происшествия, скрывая среди них собственную „смерть“?» — мысли Лумиана стремительно проносились, и у него постепенно формировались кое-какие умозаключения и догадки.</p><p>Это также было закалкой способностей «Заговорщика» и способом усвоения зелья.</p><p>У него сложилось весьма туманное представление о происходящем:</p><p>«Чтобы найти Демона, скрывающегося среди людей, необходимо найти таинственную долину в глубине леса, где горят серные пламена. А чтобы выяснить секрет долины, снова нужно прибегнуть к помощи этого Демона. Эти две вещи, скорее всего, взаимосвязаны и не могут рассматриваться по отдельности.»</p><p>Относительно завтрашнего расследования у Лумиана появился набросок плана:</p><p>«Сначала прогуляюсь по лесу, используя способности 'Охотника», чтобы найти останки тех, кто ранее пропал без вести. Если удастся обнаружить один-два трупа, и на них все еще останется немного съедобных тканей, принесу их обратно Людвигу, чтобы посмотреть, кого умерший видел перед смертью.</p><p>«В этом процессе, не тревожа священнослужителей Церкви Матери-Земли, надо поближе продвинуться вглубь острова и посмотреть, есть ли там аномалии, и если есть, то какого рода…»</p><p>Медленно прогуливаясь, Лумиан внезапно поднял голову и увидел, что звездное небо затянули тучи.</p><p>В мгновение ока хлынул проливной дождь.</p><p>Капли дождя брызгали перед Лумианом водяной моросью. У него не было с собой зонта, поэтому ему пришлось отступить под карниз трехэтажного здания на обочине улицы, укрывшись снаружи давным-давно погасившей свет кофейни, и без лишних эмоций дожидаться окончания ливня.</p><p>Немногочисленные прохожие на улице раскрыли зонты, которые несли с собой.</p><p>Лумиан не удержался от смешка, вспомнив общее описание островов Бушующего моря из путеводителя:</p><p>«Погода резко меняется, не забудьте взять с собой зонт или шляпу».</p><p>Очевидно, Лумиан не придал значения этому предупреждению.</p><p>Он не спешил, просто стоял, прислонившись спиной к стене между двумя стеклянными окнами кофейни, и тихо смотрел, как дождь стекает нитями, и как поздно возвращающиеся люди, спотыкаясь, расходятся по разным улицам.</p><p>Шум дождя заглушал все звуки, а белая водяная морось застилала большую часть обзора, отчего Лумиану казалось, будто он находится в совсем другом мире.</p><p>Глядя на эту картину, Лумиан вспомнил времена, когда бродяжничал:</p><p>Бродяги в большинстве случаев не могут предугадать, какой будет погода, и потому им трудно заранее укрыться в церкви или подобном месте. Поэтому он время от времени, как и сейчас, ютился в каком-нибудь уголке на улице, где можно было спрятаться от дождя, и со страхом, тревогой, беспокойством и мрачностью смотрел на пелену дождя, молясь, чтобы другие бродяги не пришли отбирать временное укрытие.</p><p>А теперь его настроение было совершенно иным.</p><p>Проливной дождь в Бушующем море приходил быстро и так же быстро утихал — не прошло и получаса, как на улице остались лишь еще не сбежавшие лужи.</p><p>Лумиан тихо усмехнулся, снова засунул руки в карманы брюк и побрел вдоль влажной обочины к порту, где поднялся на борт «Ягоды».</p><p>Едва толкнув дверь и войдя, Лумиан увидел, как Лугано сухим и мягким полотенцем вытирает все еще капающие волосы Людвига, причем сам выглядел так, будто упал в воду.</p><p>«Не взяли зонт?» — с улыбкой спросил Лумиан.</p><p>Лугано смущенно ответил:</p><p>«Я думал, что раз я „Земледелец“, то смогу заранее предсказать изменение погоды, поэтому и не взял зонт, поведя Людвига на улицу за ночной едой. Он сказал, что сегодня вечером больше не хочет есть пирожные и печенье… Эх, кто ж знал, я-то предсказал проливной дождь, но он начался буквально за пару десятков секунд. Я тогда еще хотел схватить Людвига на руки и успеть добежать до корабля до дождя…»</p><p>Увидев, что этот «Врач» не стал искать объективных причин, а лишь сетовал на недостаток собственных сил, Лумиан из доброты душевной помог ему, добавив:</p><p>«Такова погода в Бушующем море, ее даже „Земледелец“ не в силах предвидеть.»</p><p>Это также было одной из причин, почему эти острова Бушующего моря, хоть и находились под властью Церкви Матери-Земли, вовсе не всегда приносили богатый урожай, в отличие от самого Королевства Фейнапот.</p><p>«Да-да-да,» — с облегчением произнес Лугано.</p><p>Лумиан повернулся к Людвигу, с волос которого больше не капала вода, и между делом спросил:</p><p>«Ты почуял какой-нибудь запах?»</p><p>Не прячется ли поблизости особенно заманчивая «еда»?</p><p>Людвиг, жуя кукурузную лепешку, ответил:</p><p>«Есть запах смерти.»</p><p>Запах смерти? Лумиан слегка нахмурился:</p><p>«Возле ночного рынка кто-то умер?»</p><p>Людвиг покрутил головой:</p><p>«Во время дождя повсюду витал запах смерти.»</p><p>Это… что это значит? Лумиан, не стесняясь спрашивать о том, чего не понимал, озвучил возникшие сомнения.</p><p>Людвиг искренне ответил:</p><p>«Не знаю, потом он исчез.»</p><p>Во время дождя есть, а после дождя нет… Это присуще самому Бушующему морю, или аномалия острова, вызванная резким изменением погоды в Бушующем море? Лумиан поразмыслил некоторое время и не стал спешить писать письмо госпоже «Фокусник».</p><p>Это была его возможность для усвоения зелья. Он считал, что до наступления решающего момента следует по возможности избегать помощи вышестоящих существ, чтобы лучше усвоить зелье.</p><p>Ночью Лумиан опустился в сон с тяжелыми мыслями.</p><p>В смутном, туманном сновидении он увидел немало как знакомых, так и незнакомых вещей:</p><p>Там был бледный «Источник Самаритянки», был огромный, словно гора, силуэт «Кровавого Императора», с которого капала желтоватая «магма», было неизвестное существо, высовывавшееся из жерла источника…</p><p>Картина внезапно сменилась, и Лумиан оказался один, блуждая в глубокой подземной тьме.</p><p>Он словно превратился в призрака Монсури.</p></section><section><title><p>Глава 626 Раскапывание могил</p></title><p>Глава 626 Раскапывание могил</p><p>Бесконечная тьма, тесная обстановка, смутные мысли заставляли Лумиана даже во сне испытывать крайнее раздражение, вызывая желание разорвать эту клетку и разбить вдребезги всё, что находилось перед глазами.</p><p>Он постепенно осознавал, что находится во сне, и изо всех сил пытался открыть глаза, желая очнуться, но у него никак не получалось: каждый раз, приложив огромные усилия, он чувствовал, что наконец-то проснулся, но в следующее мгновение вновь погружался в еще более глубокую тьму, в еще более тяжелый сон.</p><p>Неизвестно, сколько прошло времени, когда Лумиан проснулся естественным образом и увидел, как сквозь задернутые шторы на окне проникает немного света.</p><p>Шесть часов утра.</p><p>Лумиан поднял правую руку, вытер лоб и обнаружил на нем слой почти высохшего холодного пота.</p><p>«Это предупреждение духовности или же я вчера, размышляя об ауре смерти острова Гант, вспомнил „Источник Самаритянки“ и тень „Кровавого Императора“, а ранее еще рассматривал сходство между таинственной смертью от взгляда на Демона и призраком Монсури, из-за чего снова вступил с ними в связь и подвергся поверхностному осквернению?» Лумиан не мог точно истолковать полный смысл этого сновидения и мог лишь напомнить себе быть достаточно осторожным в дальнейшем, а также твердо помнить свою первоначальную цель прибытия на остров Гант:</p><p>Лишь расследовать легенду о Демоне, а не устранять этого Демона.</p><p>Не говоря уже о том, есть ли у него силы противостоять этому Демону и нужно ли просить о помощи, один лишь тот факт, что Церковь «Матери-Земли» действует здесь более ста лет и так и не искоренила эту цель полностью, говорит о том, что даже если все Старшие Арканы «Клуба Таро» соберутся вместе, они не обязательно смогут до конца решить это дело.</p><p>Лумиан перевернулся и встал с кровати, достал карманные часы в золотом корпусе, полученные в танцевальном зале «Бриз», и щелкнул крышкой, чтобы взглянуть:</p><p>Шесть часов пятнадцать минут.</p><p>Хотя было еще рано, Лумиан ощутил утреннюю спешку: «Ягода» покинет остров Гант послезавтра утром, и у него есть всего два дня, чтобы расследовать легенду о Демоне, примерно выяснить правду и определить соответствующих подозреваемых.</p><p>Если он сможет добиться такого результата, то его зелье «Заговорщика», весьма вероятно, усвоится полностью.</p><p>Сбор, отбор и использование информации — также важнейшее звено заговора!</p><p>А будь Лумиан «Детективом» 7-й Последовательности Пути «Читателя», успешного расследования за два дня столетнего нераскрытого дела, затрагивающего силы высокого уровня, хватило бы, чтобы совершить скачок от начального усвоения к полному.</p><p>…………</p><p>Девять часов утра, пригород порта Гант, «Кладбище Возвращения».</p><p>С букетом маленьких желтых цветов в руках Лумиан шел по тенистому кладбищу, окруженному деревьями.</p><p>Благодаря сведениям от Людвига и вчерашнему сну он скорректировал свой прежний план и не стал спешить в лес на поиски останков пропавших, а пришел сюда, намереваясь раскопать могилу!</p><p>Он хотел проверить, от чего именно погибли жертвы, таинственно скончавшиеся после того, как увидели силуэт Демона в глубине леса, и проявлялись ли у них такие признаки, как повешение или самоистязание, подобно людям, убитым призраком Монсури.</p><p>Согласно собранным сведениям, последний человек, сообщивший Церкви «Матери-Земли» о появлении Демона, тихо покоился в уголке «Кладбища Возвращения».</p><p>Его звали Антонио Элиас.</p><p>Вскорости Лумиан с букетом желтых цветов нашел ту самую могилу и увидел, что на каменном надгробии, помимо имени умершего, дат его рождения и смерти, высечена короткая эпитафия:</p><p>«У этого бедняги Демон отнял жизнь.»</p><p>Лумиан наклонился, положил букет перед надгробием, затем выпрямился и молча уставился на накрытую каменной плитой могилу.</p><p>В его голове быстро пронеслись сведения об Антонио Элиасе:</p><p>Местный житель, не чужестранец, имел родителей, жену и детей. Девять месяцев назад во время охоты в лесу он увидел блуждающего Демона и, испытывая огромный страх перед своей грядущей гибелью, пробыл в церкви и монастыре «Матери-Земли» целых пять месяцев. После этого он вознамерился три года прослужить моряком, чтобы держаться подальше от острова Гант и избежать затаившейся опасности, но кто же знал, что во время своего второго плавания он будет найден мертвым на самом дне трюма…</p><p>Лумиан огляделся по сторонам, подобрал под близлежащими деревьями полтора-два десятка сухих веток и воткнул их по кругу вокруг могилы Антонио Элиаса, образовав низкую, примитивную и не имеющую никакого эффекта ограду.</p><p>В завершение он положил сухую ветку плашмя на две соседние ветви, составив из них шаткую, совершенно непроходимую дверь.</p><p>Сделав это, Лумиан перешагнул через «ограду» и оказался внутри могильного участка.</p><p>Сразу после этого он наклонился, протянул правую руку и коснулся примитивной двери из сухих веток.</p><p>В то же время на его теле активировалась черная метка.</p><p>В мгновение ока при взгляде снаружи силуэт Лумиана исчез, а на могиле Антонио не происходило никакого движения — лишь добавился круг сухих веток.</p><p>На самом же деле Лумиан извлек из «Вещмешка путешественника» только что купленные лом, лопату и прочие инструменты и принялся приподнимать каменную плиту и разгребать землю.</p><p>«Бутыль вымысла»!</p><p>Лумиан применил сооруженные им «стену» и «дверь», чтобы реализовать договорную способность «Бутыль вымысла».</p><p>Менее чем за две минуты, опираясь на наблюдения за устройством могилы и два точечных взрыва, Лумиан расчистил землю над гробом и поддел покрытые черным лаком доски.</p><p>Густой запах гниения тут же вырвался наружу, и Лумиан мимоходом сжег его.</p><p>Подождав немного, он опустился на корточки, надел перчатки и стал осматривать белеющие кости, на которых почти не осталось плоти.</p><p>Первым делом он поднял череп Антонио Элиаса и, бегло окинув его взглядом, обнаружил, что с внутренней стороны черепа тянется одна трещина за другой, тогда как снаружи он оставался совершенно целым.</p><p>«Причина смерти — взрыв мозга?» Лумиан представил повреждения, способные вызвать подобное явление, и решил, что, какой бы способностью это ни было вызвано, большой мозг, мозжечок и ствол мозга Антонио в момент смерти должны были разлететься в кашу — не могло же быть так, чтобы твердая внутренняя часть черепа потрескалась, а мягкий мозг остался невредим.</p><p>Лумиан еще раз осмотрел остальные кости Антонио Элиаса и не нашел других следов повреждений, а оставшиеся в гробу пятна также не дали никаких дополнительных сведений.</p><p>Только теперь Лумиан сделал предварительный вывод, что причиной смерти Антонио стал взрыв головы изнутри наружу: физическая разрушительная сила этого взрыва была невысокой, он даже не разорвал череп полностью, однако этого оказалось вполне достаточно для уничтожения мозга.</p><p>«Если я применю „Вливание огня“ и точно проконтролирую количество и качество пламени, то смогу добиться подобного эффекта, но как именно это сделал Демон?» Знания Лумиана о Пути «Демона» в основном происходили из записей сестры, материалов «Клуба Таро» и рассказов Франки, а напрямую сталкиваться с Демоном выше 6-й Последовательности ему приходилось лишь единожды — с Наборедесли.</p><p>Он тут же вспомнил свои ощущения, когда Наборедесли взорвал его желания и эмоции, вспомнил бред, доносившийся сквозь серый туман, когда того изгоняли, и вызванные этим колебания желаний.</p><p>«Для обычных людей, если сначала спровоцировать колебания желаний, а затем напрямую взорвать их, мозг вполне может напрямую взорваться, стоит лишь повысить интенсивность… Для такого полубожественного существа, как „Демон“, это не должно быть сложно сделать… К тому же, он может использовать тот бред, чтобы совершить подобное на довольно большом расстоянии?» Завершив рассуждения, Лумиан в основном удостоверился, что на острове Гант действительно скрывается Демон — Демон Пути «Преступника», Демон, находящийся выше таких Последовательностей, как «Дьявол» и «Апостол Желаний».</p><p>Убедившись в этом, Лумиан поверил, что, если он действительно захочет отыскать этого Демона, сделать это будет довольно просто.</p><p>Разумеется, при условии, что отыскать, а не устранить, и при этом еще придется рисковать жизнью.</p><p>Сняв перчатку, он сунул правую руку в «Вещмешок путешественника» и нащупал твердые на ощупь кастеты «Истязание».</p><p>После того, как произошли истории с «Небесным Достопочтенным Небес и Земли, дарующим благодать» и «Великой Матерью», Лумиан уже догадывался, что «Матерь Древа Желаний» — это Злой Бог, стоящий во главе трех Путей: «Пленника», «Преступника» и «Скупца», и именно поэтому «Фракция Потакания» «Школы Розы» и часть членов Дьявольских семейств веруют в Него и следуют за Ним.</p><p>Раз так, кастеты «Истязание», изготовленные из ветви «Древа Теней», тесно связанного с «Матерью Древа Желаний», с немалой вероятностью способны в определенном радиусе привлечь к себе взор Демона — точь-в-точь так же, как их негативный эффект заключается в том, чтобы подвергаться взору некоторых сокрытых сущностей, попадать под влияние и атаки некоторых опасных существ!</p><p>«Хух, нет бесполезных предметов, есть только Потусторонние, которые не умеют ими пользоваться.» Лумиан самокритично усмехнулся и убрал правую руку, касавшуюся кастетов «Истязание».</p><p>Он отказался от замысла напрямую выманить этого Демона.</p><p>Это объяснялось тем, что Демон всё еще проявлял активность на острове, всё еще убивал людей, а Церковь «Матери-Земли», как ни странно, так и не уничтожила его окончательно!</p><p>Пройдя через столь многое, Лумиан уже достаточно хорошо осознавал могущество Церквей Праведных Богов и понимал: если Церковь «Матери-Земли» действительно вознамерится довести дело до конца, она вполне сможет перебить всех жителей, подозреваемых в том, что они Демоны, и уничтожить этот остров — подобно тому, как «Церковь Повелителя Бурь» поступила с Портом Банси.</p><p>Церковь «Матери-Земли» не сделала этого наверняка не из нежелания, а из-за того, что им помешала какая-то причина.</p><p>Это навело Лумиана на мысль о долине в глубине леса, где пылал серный огонь, и он решил, что этого Демона при обычных обстоятельствах невозможно убить — только запечатать и ограничить.</p><p>Раз уж даже Церкви «Матери-Земли» это было не под силу, Лумиан тем более не считал, что справится сам, а потому выманивать Демона теряло всякий смысл и лишь подвергало его смертельной опасности.</p><p>Сейчас мысль Лумиана заключалась в том, чтобы, полагаясь на свой ложный Статус и притягательность для всего, что связано со Злыми Богами, побродить по лесу, а в ключевой момент достать кастеты «Истязание» и посмотреть, удастся ли сблизиться с той загадочной долиной, пылающей серным огнем, и досконально расследовать истоки легенды о Демоне.</p><p>…………</p><p>В глубине леса, где росло множество исполинских деревьев, Лумиан неспешным шагом продвигался по тропе, по которой, казалось, уже много лет не ступала нога человека.</p><p>Время от времени он доставал кастеты «Истязание», целиком полагаясь на интуицию при выборе направления, а спустя десяток-другой секунд убирал их.</p><p>Прошел почти час, когда густой лес из гигантских деревьев внезапно поредел.</p><p>Бурый, жуть наводящий огромный медведь вышел из-за какого-то дерева и тяжелой поступью направился к Лумиану.</p><p>«Остановись, чужестранец!»</p><p>Огромный медведь издал гулкий человеческий голос.</p></section><section><title><p>Глава 627 Больше одного?</p></title><p>Глава 627 Больше одного?</p><p>Увидев, что бурый гигантский медведь способен издавать человеческие звуки, да ещё и говорить на весьма стандартном языке Плато, Люмиан ничуть не удивился и не испугался — напротив, его сердце наполнилось радостью.</p><p>Это означало, что он нашёл правильное место!</p><p>Насколько он знал, Последовательность 5 Пути «Земледельца», являющегося основным Путем Церкви «Матери-Земли», называется «Друид», и Потусторонний этой Последовательности может превращаться в ужасного гигантского медведя высотой почти три метра.</p><p>А встреча с таким говорящим по-человечески бурым медведем в безлюдных дебрях леса острова Гант указывала на то, что Люмиан, вероятно, уже очень близко подобрался к месту, строго охраняемому Церковью «Матери-Земли» — весьма возможно, той самой таинственной долине, где, согласно легендам о Демонах, пылал серный огонь.</p><p>Люмиан, не надевший золотисто-жёлтую соломенную шляпу, с большим интересом оглядел мохнатую морду бурого медведя, не пытаясь скрыть, что сам он не обычный человек.</p><p>«Что ж, ладно,» — с сожалением произнёс он, развернулся и пошёл обратно по дороге, по которой пришёл.</p><p>Отойдя на двадцать-тридцать метров и укрывшись за вековыми исполинскими деревьями, росшими вокруг, Люмиан полностью скрылся из поля зрения того бурого гигантского медведя.</p><p>Затем он остановился, прислонился спиной к стволу дерева и не спеша извлёк из «Вещмешка путешественника» один предмет.</p><p>Это были очки в золотой оправе с чайного цвета стёклами.</p><p>«Очки Тайнозрения»!</p><p>Люмиан с самого начала и не помышлял о том, чтобы силой прорываться через защитную зону Церкви «Матери-Земли» и вглубь исследовать область, которую они заблокировали.</p><p>Это едва ли было безопаснее, чем напрямую столкнуться с Демоном, скрывающимся на острове Гант!</p><p>Пока он не соберёт достаточное количество действительно ценных сведений, Люмиан не станет очертя голову предпринимать подобные шаги.</p><p>А что, если это место подобно Триру Четвёртой Эпохи?</p><p>Замысел Люмиана заключался в том, чтобы подобраться к самой границе аномальной зоны и с помощью «Очков Тайнозрения» сменить угол зрения, проникнуть в истину мира и узреть то, что узреть не положено.</p><p>Разумеется, судя по опыту использования «Очков Тайнозрения», уровень этого предмета был не слишком высок, и он не позволял владельцу напрямую видеть происходящее внутри всевозможных печатей — в Трире Люмиан применял их несколько раз, но так ни разу и не увидел напрямую сцены Трира Четвёртой Эпохи, а лишь под разными искажёнными углами, словно сверху или украдкой, замечал кое-что, скрытое под землёй, во мраке и за разнообразными покровами.</p><p>Подобный изъян в нынешней ситуации давал гарантию, что Люмиан не увидит напрямую то, что было запечатано Церковью «Матери-Земли», и не дойдёт до утраты укрощения или мучительной гибели прямо на месте, но при этом сможет подглядеть хоть какие-то необычные следы.</p><p>Этого было вполне достаточно!</p><p>Больше следов означает больше информации, а больше информации означает близость к истине!</p><p>Приготовившись в любой момент совершить «Телепортацию» и сбежать, Люмиан водрузил очки в золотой оправе с чайного цвета стёклами себе на переносицу.</p><p>Знакомое головокружение тут же отозвалось у него в голове: ему казалось, будто его зарыли глубоко под землю и он смотрит снизу вверх на грунт, деревья и небо, но в то же время в этом ощущался и явный оттенок взгляда сверху вниз.</p><p>Дряхлая кора деревьев, гниющая опавшая листва, ползающие букашки, животные, огибающие эту местность по пути к водопою, всевозможные кости, зарытые под землёй, — всё это предстало перед глазами Люмиана в наложенном друг на друга виде, отчего у него опустело в голове и всё пошло кругом.</p><p>Сквозь тошноту, исходившую из самых глубин души, взору Люмиана открылась картина:</p><p>Объятая синеватым пламенем земля простиралась вокруг, и огонь бесшумно пылал;</p><p>Деревья — то ли росшие вокруг пламени, то ли находившиеся над ним, то ли под ним — стремительно чернели и превращались в скверную, грязную жижу, тогда как на погосте сгнивших деревьев непрестанно поднимались новые, буйно разрастаясь и наливаясь зеленью.</p><p>Люмиан смутно разглядел, что в самом сердце этого синего пламени ничком лежала алая исполинская фигура: казалось, она погружена в чёрную вязкую жижу и постепенно опускается всё ниже, но какая-то невидимая сила утягивала её обратно, время от времени поддёргивая наверх.</p><p>Эта невидимая сила исходила извне рощи, что беспрестанно гибла и снова росла, исходила от……</p><p>Внезапно перед глазами Люмиана возникла пара глаз.</p><p>Это были налитые кровью ледяно-голубые глаза, в холоде которых сквозила боль.</p><p>Люмиан без нималейших колебаний сдёрнул «Очки Тайнозрения» и активировал чёрный символ, отвечающий за «Переход сквозь мир духов».</p><p>Его силуэт стремительно истаял и исчез в лесу, после чего проявился снаружи кафедрального собора Церкви «Матери-Земли» в порту Гант — прямо за каменной колонной, которую он присмотрел ещё утром.</p><p>Вслед за этим Люмиан убрал «Очки Тайнозрения» обратно в «Вещмешок путешественника», вышел из укромного места и вслед за несколькими верующими вошёл в собор, где витал аромат пшеницы и молока. Он уселся на скамью в ряду, ближайшем к «Священному Символу Жизни», и, скрестив руки на груди точно так же, как и пожилой мужчина в чёрном костюме рядом с ним, принял молитвенную позу.</p><p>Только теперь он облегчённо перевёл дух, понимая, что ледяно-голубые глаза больше не смогут на него смотреть и захватить в качестве цели.</p><p>«„Очки Тайнозрения“ если бы находились не у меня, а попали к кому-то другому, у них бы уже не один хозяин сменился. Их негативный эффект действительно необычен и полезен, но смертельно опасен…» — не удержался от размышлений Люмиан.</p><p>Затем он принялся анализировать картины, увиденные с помощью «Очков Тайнозрения»:</p><p>«Там и впрямь есть область, где пылает серный огонь, однако она запечатана деревьями Церкви 'Матери-Земли», пребывающими в цикле гибели и новорождения. Извне её разглядеть невозможно, да и я благодаря «Очкам Тайнозрения» смог увидеть лишь смутный очерк.</p><p>«Это всё равно что подкрасться к клетке снаружи и разглядывать внутренности сквозь прутья решётки, ведь иначе силуэта не увидеть — способности 'Очков Тайнозрения» вряд ли позволили бы пробить печать напрямую.</p><p>'Та алая огромная фигура подобна холму, да и деталей толком не разобрать… Неужели это истинное тело Демона острова Гант? Но если оно запечатано внутри, как ему удаётся показываться людям на глаза и заставлять тех, кто его увидел, бесследно исчезать?</p><p>'Может, на острове Гант Демон не один? Те ледяно-голубые глаза, устремившиеся на меня, принадлежат другому Демону, и он с помощью невидимой связи между собой и алым Демоном тянет его наверх, не давая кануть в чёрную вязкую жижу?</p><p>«Если дело действительно в этом, то Церкви 'Матери-Земли» тем более следовало бы дочиста уничтожить того Демона, что орудует снаружи, на острове. Тогда алый Демон лишился бы помощи.</p><p>«Или же Церковь 'Матери-Земли» тоже не хочет, чтобы алый Демон окончательно увяз в чёрной жиже, и оттого сквозь пальцы смотрит на существование Демона с ледяно-голубыми глазами, ограничивая лишь его область передвижения и частоту вылазок?</p><p>«Не запечатывают его насовсем оттого, что это обрушит невидимую связь между ними? А держат их порознь потому, что Демон с ледяно-голубыми глазами тоже подвергнется воздействию чёрной жижи?»</p><p>Люмиан глубже понял легенду о Демоне острова Гант и выдвинул новые догадки. Он почувствовал, как зелье «Заговорщика» в нём оживилось, проявив признаки усвоения, но до полного уяснения оставалось ещё немного.</p><p>Не стараясь торопить события, он переключил мысли на поручение, которое Наборедесли так и не успел вверить ему и Франке:</p><p>'Убить потомка Демона на одном из островов Бушующего моря……</p><p>'Точно, потомка! Демон с ледяно-голубыми глазами — потомок того алого Демона, оттого между ними и существует невидимая связь?</p><p>'Наборедесли надеется, что тот алый Демон окончательно канет в чёрную жижу?</p><p>'Для алого Демона это благо или беда?</p><p>«Если благо, то противодействие Церкви 'Матери-Земли» вполне объяснимо, но отчего тогда потомок алого Демона упорно тянет его наверх, не позволяя опуститься?</p><p>«Сказать, что Демона с ледяно-голубыми глазами удерживает Церковь 'Матери-Земли» — так он способен убивать и заставлять людей бесследно исчезать; сказать, что не удерживает — так отчего он не сбежит с острова Гант? Это доказывает, что для Демона с ледяно-голубыми глазами полное погружение алого Демона в чёрную жижу — вовсе не благо, и ради того, чтобы предотвратить это, он готов даже пожертвовать свободой.</p><p>«Если же это не благо, то Наборедесли, возможно, и впрямь не солгал: они с алым Демоном — враги, и он желает тому окончательно сгинуть, уподобившись чёрной жиже. А это, в свою очередь, может затронуть остров Гант, Бушующее море и даже весь мир, потому Церковь 'Матери-Земли» одновременно и запечатывает его, и защищает……</p><p>'Разве нельзя просто покончить с ним? Не станет алого Демона — не станет и проблемы с его полным погружением в чёрную жижу……</p><p>'Не под силу прикончить?</p><p>«Наборедесли опасается вовсе не того, что алый Демон чует опасность, а того, что это встревожит Церковь „Матери-Земли“?»</p><p>Люмиан постепенно уловил помыслы и позиции трёх сторон в легенде о Демоне острова Гант — Церкви «Матери-Земли», местного Демона и Наборедесли, но ему всё ещё не хватало неопровержимых улик.</p><p>Сейчас он был твёрдо уверен лишь в одном:</p><p>Эта чёрная вязкая жижа — непростая вещь!</p><p>Возможно, она подобна «Источнику Самаритянки».</p><p>К тому же в ней ощущалось некоторое сходство с той тьмой, из которой состоял призрак Монсури.</p><p>«Подземелья Трира столь запутанны, полны всевозможной скверны и трудноискоренимых тварей оттого, что 'Кровавый Император» Алиста Тюдор совершил нечто грандиозное, едва не утянув богов за собой в могилу, и в итоге пал сам. Но из-за чего всё развернулось здесь, на острове Гант? Неужто и тут гремела битва богов и погибло божество?</p><p>«А ведь это вполне возможно…… Пусть я и не слишком искушён в истории Четвёртой Эпохи, но по крайней мере знаю, что тогда Бушующее море вовсе не было бушующим, и между Северным и Южным континентами сохранялось сообщение. Неужели в 'Войне Четырех Императоров» ещё один — а то и двое императоров — пали в этих местах, навсегда изменив местный рельеф и погоду и породив Бушующее море?</p><p>«Такова ли могучая сила божеств? „Кровавый Император“ обрушил целое исполинское поселение под землю, и потребовались жизни миллионов людей, дабы запечатать последствия, а погибшее здесь божество заставляет океан бушевать уже больше тысячи лет — с этим не сравниться той мелкой акватории у порта Санта……» Предаваясь размышлениям, Люмиан собрался подняться, вернуться на «Ягоду» и спланировать дальнейшие шаги, дабы раздобыть ещё больше сведений.</p><p>Ощущая царившую вокруг тишину, он двигался очень тихо, опасаясь потревожить молитву верующих «Матери-Земли».</p><p>Люмиан подсознательно огляделся по сторонам и заметил, что прихожанин подле него тоже окончил молитву и опустил руки.</p><p>То был седовласый старик в чёрном костюме с бабочкой, с чеканными чертами лица и гладко выбритой бородой.</p><p>В следующее мгновение Люмиан увидел, как старик повернул голову, и встретил взгляд налитых кровью ледяно-голубых глаз.</p></section><section><title><p>Глава 628 Покаяние</p></title><p>Глава 628 Покаяние</p><p>Ледяно-голубые глаза!</p><p>Этот Демон!</p><p>Он действительно в церкви!</p><p>Разум Лумиана напрягся, и, не тратя времени на размышления, он сразу же собрался «телепортироваться» прочь.</p><p>На этот раз он собирался выбрать Трир, выбрать вход в церковь Святой Вьев!</p><p>И как раз в этот миг он увидел, что в этих ледяно-голубых глазах отразился он сам:</p><p>Сам с искажённым лицом, мрачным и жестоким выражением, с ледяным взглядом.</p><p>Следом один за другим появились другие Лумианы, возникнув вокруг Лумиана.</p><p>Среди них был Лумиан с опьянённым взглядом, тяжёлым дыханием и зардевшимся лицом; Лумиан с полным ужаса лицом, дрожащий всем телом; Лумиан с бесстрастным лицом и непреклонным взглядом; Лумиан с растерянным, опечаленным лицом и павшим духом; Лумиан, не имеющий ни малейшей воли к жизни; Лумиан, чьи глаза были поглощены гневом и ненавистью, с покрасневшими белками…</p><p>На мгновение Лумиану показалось, будто он расщепился на бесчисленное множество самого себя, и каждый из них выглядел настоящим.</p><p>Это серьёзно помешало его мыслям и действиям, не дав возможности активировать Печатный знак договора, отвечающий за «Переход сквозь мир духов».</p><p>Следуя последнему инстинкту, он погрузил остатки сознания в правую руку, к клейму, оставленному «Кровавым Императором» Алистой Тюдором.</p><p>Только испугав Демона с ледяно-голубыми глазами, он сможет воспользоваться шансом вырваться из текущего состояния и найти силы «телепортироваться» и сбежать!</p><p>Внезапно возле ушей Лумиана раздался бред, пропитанный ощущением сильного безумия и развращения.</p><p>Его разум мгновенно превратился в кашу, раздуваясь так, будто вот-вот взорвётся.</p><p>Аура «Кровавого Императора» не успела вовремя активироваться.</p><p>Разнообразные осколочные, эмоциональные, полные боли обрывки мыслей взрывались в голове Лумиана, подобно фейерверкам, а затем медленно оседали.</p><p>Вслед за этим в его груди возникло сильное ощущение жжения, которое помогло ему отыскать самого себя и не затеряться окончательно.</p><p>Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Лумиан наконец вернул себе способность контролировать свои мысли.</p><p>Первой возникшей у него мыслью было:</p><p>«Я действительно всё ещё жив?»</p><p>С момента атаки бредом до возвращения к ясности ума должно было пройти некоторое время, а с силой Демона того хватило бы, чтобы убить его несколько десятков раз!</p><p>Снова погружая сознание в правую руку, Лумиан одновременно посмотрел на Демона с ледяно-голубыми глазами.</p><p>Этот седеющий Демон в чёрном костюме и с галстуком-бабочкой уже снова выпрямился, повернувшись к «Священному Символу Жизни», слегка сгорбил спину и скрестил руки на груди.</p><p>Закрыв глаза, он прошептал с глубокой болью на лице:</p><p>«Милосердная Мать, прости мои грехи…»</p><p>«Милосердная Мать, прости мои грехи…» — Лумиан внезапно вздрогнул душой и отказался от намерения высвободить ауру «Кровавого Императора».</p><p>Он снова сел, прямо подле этого Демона.</p><p>Глядя на «Священный Символ Жизни» на алтаре, он спокойно ждал, не перебивая покаяние Демона, и тихо размышлял о произошедшем:</p><p>Разные версии меня самого, которых я видел, должны относиться к реальным галлюцинациям. Они не в реальном мире, а в моём сердце, в моей голове…</p><p>Это проявление высокого уровня колебаний эмоций и желаний, оживляющее отдельные эмоции и желания и заставляющее их бороться за контроль над телом, но не доходящее до расщепления личности?</p><p>Последовавший бред немного похож на безумное проклятие, когда изгоняли Наборедесли, но на этот раз не было защиты серого тумана господина «Шута»… Нет, некоторая защита всё же оставалась, иначе моё «я» уже затонуло бы в реке безумия, принесённой бредом, и даже если бы я не утратил укрощения, то полностью пал и никак не дождался бы, пока у Демона проснется «совесть» и он начнёт каяться…</p><p>Я думал, что самое безопасное место на всём Острове Гант — это эта церковь Церкви «Матери-Земли», и специально выбрал её, чтобы спрятаться от Демона, а кто же знал, что он молится прямо здесь… Похоже, впредь нельзя так «слепо» доверять церквям ортодоксальных богов; когда информации недостаточно, ничто не абсолютно…</p><p>Впрочем, я выжил именно потому, что находился в церкви. Будь это в другом месте, сейчас бы уже разворачивалась битва Термибороса с Демоном с ледяно-голубыми глазами, а затем спустился бы Ангел Церкви ортодоксального бога и Ангел Клуба Таро…</p><p>У Лумиана появились кое-какие догадки, и он вполне уверенно ждал, обобщая опыт и извлекая уроки.</p><p>Спустя несколько минут седеющий Демон с ледяно-голубыми глазами в чёрном костюме окончил покаяние, его лицо в основном вернуло спокойствие, но в глазах прибавилось кровавых прожилок.</p><p>Только сейчас Лумиан заметил, что на обеих ладонях у него были чёрные кожаные перчатки, которые тот не снял даже во время покаяния и молитвы. Это не соответствовало проявлению благочестивого верующего: в широких представлениях человеческого мира молиться в перчатках считалось проявлением неуважения к божеству, за исключением чрезвычайных и особых случаев; то же касалось и шляп.</p><p>Демон повернул голову, взглянул на Лумиана и произнёс низким, но ровным голосом:</p><p>«Ты всё ещё не сбежал, не боишься снова меня разозлить?»</p><p>Глядя на «Священный Символ Жизни» перед собой, Лумиан с улыбкой ответил:</p><p>«Не боюсь, здесь церковь „Матери-Земли“.»</p><p>«Разве только что мы были не в церкви?» — Демон сдерживал громкость, чтобы не тревожить других молящихся.</p><p>«Случайную оплошность можно понять», — неторопливо произнёс Лумиан. — «К тому же я верю, что на короткое время ты точно сможешь контролировать себя, хотя дольше полугода это будет сделать затруднительно.»</p><p>Демон тоже посмотрел на алтарь, и в его ледяно-голубых глазах отразился «Священный Символ Жизни»:</p><p>«Почему ты так думаешь?»</p><p>«Я опытный искатель приключений», — улыбнулся Лумиан. — 'Я знаю, что у всех церквей ортодоксальных богов есть общее правило: если Выжившие после мистического инцидента всё ещё таят скрытую опасность, их часто принимают в церковь в качестве гражданских служащих, где они получают долгосрочную защиту во избежание внезапной смерти. Однако никто из тех, кто видел силуэт Демона на Острове Гант, не прошёл такой процесс; все они покинули его, пробыв под защитой всего лишь несколько месяцев.</p><p>'Это из опасения, что если останутся дольше, то даже в церкви или монастыре погибнут люди?</p><p>«К тому времени это определённо сильно скажется на репутации церкви, а силы более высокого уровня не могут присматривать постоянно.»</p><p>Седеющий Демон помолчал несколько секунд и сказал:</p><p>«Я не хотел убивать их, но я…»</p><p>На этих словах его лицо снова исказилось, а ледяно-голубые глаза наполнились болью.</p><p>Он вновь скрестил руки на груди и тихо начал молиться.</p><p>На этот раз он быстро вернулся в норму.</p><p>Лумиан продолжил прежнюю тему и с ухмылкой перевёл разговор:</p><p>«Эпитафии этих людей написаны ведь не тобой?»</p><p>«Да», — Демон в чёрном костюме сохранял положение с телом, слегка наклонённым вперёд.</p><p>Судя по всему, у этого Демона весьма хорошие отношения с Церковью «Матери-Земли»… Возможно, он не так уж благочестив, но назвать его верующим можно безо всяких сомнений… Лумиан понимал, что о многих ключевых обстоятельствах Демон с ледяно-голубыми глазами не ответит, даже если спросить напрямую, а то и вовсе это может спровоцировать его и привести к крайне тяжёлым последствиям. Оставалось лишь воспользоваться моментом, пока его эмоциональное состояние стабильно и не проявляет злобы, чтобы попытаться обиняками разузнать некоторые подробности.</p><p>Но не успел он открыть рот, как Демон сам задал вопрос:</p><p>«Чужестранец, зачем ты прибыл на Остров Гант?»</p><p>Лумиан намеренно улыбнулся:</p><p>«Я ранее столкнулся с одним инцидентом с Демоном…»</p><p>Он вкратце рассказал о том, как Сара из порта Колиа столкнулась с «заклинанием любви», и как во время его расследования тело подозреваемого неожиданно захватил Демон, пожелавший заключить сделку, но получивший отказ, после чего с помощью скрытых официальных сил его удалось изгнать.</p><p>Лумиан не стал вдаваться в подробности содержания «заклинания любви» и пока не упоминал имя Наборедесли — опасаясь, что между ними может быть глубокая вражда, и одно лишь имя вызовет сильнейшую провокацию.</p><p>В заключение он произнёс:</p><p>«Я прочёл в том дневнике, что на Острове Гант ходят легенды о Демонах, и это перекликалось со сделкой, которую хотел заключить тот Демон. Почувствовав любопытство, я решил приехать сюда, чтобы осмотреться и провести расследование, не планируя ни с кем враждовать.»</p><p>«Ты бы ни с кем и не справился», — честно оценил Демон с ледяно-голубыми глазами.</p><p>Всё так же глядя на «Священный Символ Жизни» перед собой, он добавил ровным и низким голосом:</p><p>«Любопытство сгубило кошку.»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Это действительно опасно, но то, что я всего за один день разыскал тебя и обнаружил ту запечатанную долину, доказывает, что я достаточно способен.»</p><p>В следующий раз я выберу более безопасное «убежище».</p><p>У Демона с ледяно-голубыми глазами было немного морщин, и он впервые скупо улыбнулся:</p><p>'Способы, которые ты использовал, нетрадиционны, однако соответствуют фундаментальным законам мистического мира.</p><p>«Но если бы я не сдерживал себя, не каялся в прошлых убийствах и причинённом вреде, ты был бы уже мёртв, и такое расследование не имело бы никакой ценности.»</p><p>Лумиан не стал спорить о том, что, судя по собранным ранее сведениям, в церкви Церкви «Матери-Земли» на короткое время не грозит никакая опасность — произошедшее только что в конечном счёте тоже оказалось лишь ложной тревогой.</p><p>Он сменил тему:</p><p>'Почему тот нелепый Демон хотел ополчиться против тебя?</p><p>«К тому же с силами меня и моих спутников уничтожить тебя, так называемого потомка Демона, пожалуй, невозможно. На самом деле он хотел, чтобы мы пришли сюда на верную смерть?»</p><p>Демон в чёрном костюме, пристально вглядываясь в «Священный Символ Жизни», произнёс:</p><p>«Я не знаю, с кем именно вы столкнулись.»</p><p>Он отказался раскрывать что-либо ещё.</p><p>Лумиан не смел надавить и тем более спровоцировать его, поэтому его мысли стремительно закружились в поиске иной точки входа:</p><p>'Ты выглядишь свободным, почему же не покинешь Остров Гант?</p><p>«Кажется, здесь тебя сдерживает некая сила.»</p><p>Мышцы на лице Демона слегка дёрнулись, и он ответил:</p><p>'Это мой долг и моё искупление.</p><p>«Обратившись к Матери, я всё ещё временами не могу удержаться от убийств и продолжаю накоплять тяжкие грехи.»</p><p>«Тогда почему бы полностью не заточить себя?» — спросил Лумиан с непринуждённым видом, вспомнив свои прежние рассуждения.</p><p>«Не заточить, я не могу этого сделать и не должен этого делать», — на лице Демона с ледяно-голубыми глазами вновь отобразилась боль.</p><p>И впрямь, твоё состояние тесно связано с алым Демоном в той долине… Впрочем, ты ведь уже «Хладнокровный», отчего же всё ещё страдаешь из-за убийств, неужто тебя «исцелила» идея Церкви «Матери-Земли» о драгоценности жизни? — Лумиан решил сгладить тему, давая собеседнику успокоиться.</p><p>Он произнёс словно между прочим:</p><p>«Прошу прощения, только что я проявил невежливость и так и не спросил, как к тебе обращаться.»</p><p>Взгляд Демона с ледяно-голубыми глазами остекленел на две-три секунды, и он произнёс:</p><p>«Наборедесли.»</p></section><section><title><p>Глава 629 Откровенная злоба</p></title><p>Глава 629 Откровенная злоба</p><p>Наборедесли? Лумиан чуть не подумал, что Демон с ледяно-синими глазами над ним шутит.</p><p>Но он быстро удостоверился в одной детали:</p><p>Упоминая вещи, связанные с «заклинанием любви», он ни разу не произносил имя Наборедесли!</p><p>Это происходило не только из опасения, что Наборедесли и Демон с ледяно-синими глазами — враги, и произнесение его имени встревожит собеседника и принесет ненужные неприятности, но и из следования наставлению госпожи «Фокусник»: только думать, но не произносить и не писать это имя.</p><p>Раз так, почему Демон с ледяно-синими глазами назвал себя Наборедесли?</p><p>Неужели он и есть настоящий Наборедесли?</p><p>Тогда почему при многократном повторении имени «Наборедесли» приходил тот, другой Демон, а не Демон с ледяно-синими глазами?</p><p>Или же между ними стоит знак равенства? Наборедесли хочет убить себя чужими руками?</p><p>Помимо изумления и недоумения, на лице Лумиана появилась улыбка:</p><p>«Я не смею произносить это имя.»</p><p>Это была с его стороны проверка Демона с ледяно-синими глазами.</p><p>Демон с ледяно-синими глазами склонил голову набок и посмотрел на Лумиана:</p><p>«Ты слышал о Наборедесли и знаешь о скрытой опасности, которую может таить произнесение этого имени?»</p><p>«Да.» — ответил Лумиан с улыбкой.</p><p>Судя по реакции этого Демона, он не тот, кто распространял «заклинание любви»… Это становится довольно интересным… — невольно подумал Лумиан.</p><p>Хотя это, возможно, и означало еще больший ужас и еще более глубокие тайны, но для «Охотника» испытывать страх и находить происходящее интересным ничуть не противоречило одно другому — совсем как в армии, где каждый опасается смерти, но это не мешает им собираться вместе и сражаться.</p><p>Демон с ледяно-синими глазами медленно кивнул и сказал:</p><p>«Здесь, в соборе Матери, тебе не нужно беспокоиться о том, что произойдет, если ты произнесешь имя Наборедесли.»</p><p>«Это явно не то имя, которое ты обычно используешь, почему бы не назвать мне его?» — Лумиан не стал отвечать, а вместо этого задал вопрос.</p><p>Его не покидало ощущение, будто собеседник хочет ему навредить.</p><p>Если бы он до этого не сталкивался с «заклинанием любви» и не получил предостережение госпожи «Фокусник», то, покинув сегодня собор «Матери-Земли», вполне мог бы в каких-нибудь обстоятельствах упомянуть, что скрывающийся на острове Гант Демон зовется Наборедесли — и вот тогда начались бы неприятности!</p><p>Демон с ледяно-синими глазами помолчал несколько секунд и произнес:</p><p>'Имя, которым я пользуюсь в человеческом обществе, не имеет для тебя никакого значения.</p><p>«К тому же, узнав имя „Наборедесли“ и произнеся его за пределами собора как минимум трижды…»</p><p>На этих словах у Демона в черном сюртуке с седеющими волосами дернулись мышцы лица, и в его выражении вновь проскользнула боль:</p><p>«…я смогу установить с тобой связь. И когда в очередной раз не смогу сдержаться, то смогу выбрать тебя своей жертвой. Убить такого невежественного авантюриста, возомнившего, будто он может расследовать правду о легендах острова Гант, моему сердцу будет куда легче, чем убить обычного человека — меньше чувства вины, меньше тяжкого греха.»</p><p>Этот Демон с ледяно-синими глазами вновь посмотрел на «Священный Символ Жизни», опустил голову и принялся раскаиваться:</p><p>«Милосердная Мать, прости мой грех, мне не следовало вновь потакать злым помыслам…»</p><p>Уголки губ Лумиана слегка дернулись, выражение лица сделалось немного угрюмее.</p><p>И правда ведь хотел мне навредить?</p><p>Имея дело с Демоном, нельзя расслабляться ни на секунду, нужно постоянно сохранять бдительность — даже если этот Демон уверовал в «Матерь-Землю»!</p><p>К тому же, в один лишь простой светский разговор он умудрился незаметно заложить бомбу с часовым механизмом. Будь на моем месте любой другой авантюрист, он с высокой вероятностью уже попался бы на уловку. Недаром путь «Преступника» славится высокоинтеллектуальной преступностью…</p><p>Хладнокровный, умный и откровенно злобный…</p><p>Дождавшись, пока Демон с ледяно-синими глазами, называющий себя Наборедесли, закончит очередной круг покаяния, Лумиан только тогда как ни в чем не бывало улыбнулся:</p><p>«Когда действительно не сможешь сдержать желание убивать, ищи пиратов — это будет праведным исполнением закона.»</p><p>Демон с ледяно-синими глазами с мрачным лицом произнес:</p><p>'Это моя тюрьма, и я не могу покинуть ее, пока не искуплю грехи.</p><p>«Если пираты и правда войдут в порт Гант, я сделаю так, чтобы они исчезли в лесу за чертой города.»</p><p>Лумиан кивнул и вернул разговор в прежнее русло:</p><p>«„Заклинание любви“, о котором я рассказывал ранее, задействует именно то имя, что ты назвал, и тот Демон, искавший со мной сделки, тоже именовал себя этим именем.»</p><p>Седеющий Демон с ледяно-синими глазами пристально вглядывался в «Священный Символ Жизни» перед собой и долго молчал.</p><p>Лумиан ощутил исходящие от него не гнев и ненависть, а изумление и недоумение.</p><p>Это… он тоже не может установить истинную личность того Демона? Между ними нет вражды, которая могла бы навести на прямые ассоциации? — мысленно пробормотал Лумиан.</p><p>Спустя долгое время Демон с ледяно-синими глазами, называющий себя Наборедесли, промолвил:</p><p>«Судя по твоим словам, „заклинание любви“ тайно распространяется уже много лет, однако я ни разу не устанавливал связь ни с одним человеком за пределами острова Гант.»</p><p>«Меня это тоже сбивает с толку. Неужели можно перехватить адресацию имени? А не узурпирует ли он потом твою личность?» — Лумиан изобразил из себя любопытствующего авантюриста.</p><p>Ему казалось, что, судя по обрывкам фраз госпожи «Фокусник», господин «Шут» был способен на подобное, да и прежний Амон мог бы это провернуть; что же касается того, способен ли на такое какой-нибудь Демон, оставалось неизвестным.</p><p>Демон с ледяно-синими глазами снова погрузился в молчание и лишь спустя несколько секунд глухо проговорил:</p><p>«Чужестранец, ты разузнал уже более чем достаточно, на этом и закончим, иначе ты умрешь сам того не заметив.»</p><p>Демон в черном сюртуке, называющий себя Наборедесли, медленно поднялся, слегка расставив ноги, высоко воздел обе ладони в черных кожаных перчатках и тихо произнес:</p><p>«Восславим Землю, восславим Матерь всего сущего!»</p><p>Затем он повернулся, взял трость и слегка хромающей походкой направился к выходу из собора, навстречу полуденному солнечному свету.</p><p>Лумиан оглядел этого Демона с ледяно-синими глазами и обнаружил, что тот невысок ростом, довольно худощав и производит впечатление высохшего, слабого старика. Он выглядел со всех сторон самым обычным пожилым человеком и ничем не напоминал жуткого, могущественного Демона.</p><p>Всматриваясь, Лумиан смутно ощущал, что под этой тонкой человеческой кожей и дряхлой плотью раздувается и сжимается мрачная, откровенная злоба, изо всех сил сдерживающая себя, чтобы не сорвать хрупкую маскировку.</p><p>Ужасающая суть разительно контрастировала с внешней худобой и слабостью, но общее дыхание действительно казалось старым, слабым и ничем не примечательным.</p><p>Это чем-то похоже на Людвига… У одного под детской оболочкой запечатан монстр неизвестного обличья, у другого в стариковском теле укрылся мрачный Демон… — Лумиан с трудом удержался от того, чтобы сосредоточить внимание и начать разглядывать удачу Демона с ледяно-синими глазами.</p><p>Седеющий старик в черных кожаных перчатках, опираясь на трость, медленно покинул собор.</p><p>Лумиан не спешил возвращаться на «Ягоду» и все так же сидел на первом ряду, размышляя о местном предании о Демонах, которое, казалось, только что прояснилось, но в то же мгновение обросло множеством новых загадок.</p><p>Внезапно краем глаза он заметил коричневое одеяние священника.</p><p>Это было облачение, принадлежавшее духовенству Церкви «Матери-Земли».</p><p>Лумиан поднял голову и посмотрел вверх, увидев лик мужчины среднего возраста с четко очерченными чертами, правильным лицом и густыми бровями, а также пару налитых кровью, хранящих оттенок боли ледяно-синих глаз.</p><p>Ледяно-синие глаза?</p><p>Черт! У Лумиана волосы встали дыбом по всему телу, и он мысленно выругался.</p><p>Священнослужитель с ледяно-синими глазами присел рядом с Лумианом — на то самое место, где только что сидел тот Демон.</p><p>Он с мягкой улыбкой произнес:</p><p>«Не провоцируй Боссели и не пытайся следовать его советам. Его способность к самоконтролю с возрастом постепенно снижается.»</p><p>«Боссели? Ты имеешь в виду того пожилого господина с ледяно-синими глазами?» — притворяясь неведением, спросил Лумиан.</p><p>«Да.» — священнослужитель с ледяно-синими глазами слегка кивнул.</p><p>Лумиан немного взвесил мысли и улыбнулся:</p><p>«А ты? Как у тебя с самоконтролем?»</p><p>«У меня куда лучше, чем у него. Я теряю контроль лишь раз в несколько лет.» — откровенно ответил священнослужитель с ледяно-синими глазами.</p><p>Это он напрямую признает, что тоже Демон? Я вошел не в собор «Матери-Земли», а в ресторан Дьявольских семейств… — Лумиан ощутил прохладу в груди и не удержался от мысленного сарказма.</p><p>Внешне не подавая виду, он с улыбкой спросил:</p><p>«Ты с ним хорошо знаком? Вы из одного семейства?»</p><p>Священнослужитель с ледяно-синими глазами ненадолго задумался и сказал:</p><p>«Мы оба — дети, родившиеся в монастыре порта Гант.»</p><p>Дети, родившиеся в монастыре? Едва услышав это описание, Лумиан почувствовал глубокое ощущение неправильности.</p><p>В других Церквях появление детей в подобном месте, как монастырь, считалось бы тяжелейшим проступком — отступлением от божественных заповедей, падением в плотский грех и осквернением веры.</p><p>Но затем Лумиан переменил ход мыслей и ощутил облегчение.</p><p>Это же Церковь «Матери-Земли»! Чем больше детей рожают монахини и монахи в монастыре, тем глубже это соответствует догматам веры!</p><p>Следом он понял, почему священнослужитель с ледяно-синими глазами и Боссели родились в монастыре.</p><p>Это позволяло отлично скрыть их происхождение и личность, не втягивая обычные семьи.</p><p>От этого прежние умозаключения Лумиана относительно местных Демонов потерпели полный крах:</p><p>Демонам не нужно было прибегать к исчезновениям, чтобы спрятать оставленные после себя «трупы» — Церковь «Матери-Земли» сама помогала всё утаить. Например, во время ритуала утешения заменяла действенную святую воду обычной чистой водой, а в дальнейшем даже предоставляла новые личности и легальное происхождение.</p><p>Мои прежние рассуждения строились на предпосылке, будто Церковь «Матери-Земли» и местные Демоны не союзники, недоумения вполне естественны… Вот о чем следует помнить при обустройстве заговоров в будущем: если предпосылка ошибочна, даже самые искусные последующие приготовления теряют всякий смысл… Теперь же выходит, что Церковь «Матери-Земли» напрямую дарует покровительство этим Демонам с ледяно-синими глазами — одновременно сдерживая их и сотрудничая ради их защиты? — Лумиан подверг критическому разбору расследование последних двух дней.</p><p>Этот разбор не помогал ему усвоить зелье, но он находил, что подобное осознание приносит ему куда большую пользу, чем полное усвоение зелья.</p><p>Лумиан посмотрел на священнослужителя с ледяно-синими глазами и с улыбкой спросил:</p><p>«Неужели тебя тоже зовут тем именем, что только что произнес Боссели?»</p><p>Священнослужитель с ледяно-синими глазами ответил теплой улыбкой:</p><p>«Да, мое имя тоже Наборедесли.»</p><p>Не дожидаясь новых вопросов Лумиана, он взвесил слова и произнес:</p><p>'Я не знаю твоего происхождения, но ты можешь отправиться в Церкви других Праведных Богов и доложить о происходящем на острове Гант. Полагаю, все они предостерегут тебя от того, чтобы касаться правды о легендах о Демонах.</p><p>«Как и сказал Боссели, Чужестранец, на этом и закончим. Покинь остров Гант.»</p><p>Лумиан кивнул, поднялся и, повернувшись, вышел из собора.</p><p>Под яркими лучами солнца он медленно шел по улице, а его голова была переполнена парами ледяно-синих глаз и именем Наборедесли, отчего мысли приходили в полное замешательство.</p></section><section><title><p>Глава 630 План лечения?</p></title><p>Глава 630 План лечения?</p><p>Хотя Лумиан и раньше догадывался, что на острове Гант больше одного Демона, он думал о двух: запечатанном алом Демоне плюс Демоне с ледяно-синими глазами, но кто же знал, что только что он встретит разных Демонов с ледяно-синими глазами, да еще и в церкви!</p><p>'Сколько же Демонов на этом острове?</p><p>'И у всех ледяно-синие глаза, они из одной семьи?</p><p>'Недаром Её зовут Матерью Всего Сущего, раз даже Демоны могут быть Её детьми, целым выводом!</p><p>«…»</p><p>Разнообразные хаотичные мысли вместе с теми парами ледяно-синих глаз и именем Наборедесли отзывались эхом в голове Лумиана, вызывая у него ощущение, что предыдущие расследования и предположения двигались совершенно не в том направлении.</p><p>Легенды о Демонах острова Гант оказались куда сложнее и таинственнее, чем он себе представлял.</p><p>'Нет, польза и результаты всё же есть…</p><p>'Предположение само по себе — это смелая гипотеза и тщательная проверка, и её опровержение — вполне нормальный результат, а метод исключения — также важный инструмент рассуждения…</p><p>'Разве бывают запутанные дела, где с самого начала угадываешь абсолютно всё? Главное — путем опровержения и с помощью новой информации, полученной в ходе расследования, непрерывно отсекать ошибочные пути и находить верный…</p><p>«Хе-хе, если бы я пошел по Пути „Читателя“, отыгрывать „Детектива“ мне было бы достаточно легко, ведь раскрытие заговоров — одна из главных обязанностей „Детектива“…»</p><p>Лумиан утешил себя, вырвался из шока, вызванного двумя Демонами с ледяно-синими глазами, и вернул себе ясность и рассудительность, больше не чувствуя сумбура и смятения.</p><p>Греясь под палящими лучами солнца, он быстро обнаружил один вопрос:</p><p>«В картине, которую я увидел, надев 'Очки Тайнозрения», алый Демон притягивался невидимой силой, но эта невидимая сила была лишь одной струей, и ледяно-синих глаз, смотревших на меня, тоже была всего одна пара…</p><p>«Действительно имеющий тесную связь с алым Демоном Демон с ледяно-синими глазами только один — тот старик Боссели, кающийся перед 'Священным Символом Жизни»? А остальные, включая того священнослужителя с ледяно-синими глазами, являются его потомками, детьми, оставленными им через монахинь, когда он с помощью монастыря острова Гант «возвращал молодость» и обретал новую личность?</p><p>'Но когда священнослужитель с ледяно-синими глазами упоминал Боссели, в нем совершенно не чувствовалось, будто он говорит о своем отце, деде или предке, как будто он рассуждал о друге, отношения с которым не слишком ладятся…</p><p>'К тому же, он тоже назвал себя Наборедесли…</p><p>«Это фамилия? Важная фамилия среди Демонов Бездны?»</p><p>Полный сомнений, Лумиан поднялся на борт «Ягоды» и вернулся в свою каюту-люкс первого класса.</p><p>В это время Лугано вместе с Людвигом наслаждался сытным обедом.</p><p>Увидев Лумиана, этот «Врач» смущенно улыбнулся:</p><p>«Я думал, вы будете пробовать местную еду на острове, поэтому не стал вас ждать.»</p><p>Лумиан сел, взял кусочек хлеба с богатым ароматом пшеницы и, пережевывая, задумчиво спросил:</p><p>«Что тебе известно о способностях Пути „Земледельца“?»</p><p>Лугано немного помялся, но все же честно ответил:</p><p>«Последовательность 9 'Земледелец» дала мне большую силу, способность по наблюдениям за облаками, ветром и прочими природными явлениями предсказывать погоду на ближайшее время, умение распознавать семена и выращивать их, а работать сельхозинструментами мне подходит больше, чем обращаться с ножами и огнестрелом;</p><p>«Главная способность Последовательности 8 'Врач» — лечение. Я могу с помощью «Духовного зрения» определять точное состояние больного, обладаю превосходными навыками хирургии, такими как сшивание оторванных конечностей, трансплантация внутренних органов, кроме того, прямо получил такие потусторонние способности, как «Лечение недугов», «Лечение травм», «Сшивание души» и «Дарование жизни»;</p><p>«Насколько мне известно, следующая Последовательность называется „Жрец Урожая“, она в основном способствует размножению и росту живых существ, принося обильный урожай потусторонней силой…»</p><p>Услышав это, Лумиан внезапно прервал Лугано:</p><p>'«Сшивание души»?</p><p>«Как это осуществляется?»</p><p>Лугано слегка смущенно усмехнулся:</p><p>«Я еще толком не применял эту способность на практике, она нужна для лечения травм души. Знаете, некоторые потусторонние способности могут атаковать душу и не давать ей исцеляться самостоятельно. В таких случаях, если раненый полностью расслабит тело и разум и не станет сопротивляться, я могу провести операцию на уровне души и сшить соответствующие раны.»</p><p>Лумиана волновало не то, как сшивать душу, а другой вопрос, который натолкнул его на новое предположение относительно легенд о Демонах острова Гант.</p><p>Он проглотил кусок хлеба, отпил золотистого ликера и, немного подумав, произнес:</p><p>«Раз уж можно сшивать душу, то если рассуждать в обратную сторону, можешь ли ты также и разрезать душу?»</p><p>Лугано от этого вопроса лишился дара речи и ответил только секунд через десять-двадцать:</p><p>«Теоретически да, но для этого нужно, чтобы человек полностью расслабил тело и разум, оставив душу без защиты. А если бы даже тела не было, было бы еще лучше.»</p><p>Этот «Врач» немного помялся и добавил:</p><p>«Это может быть атакой на душу, но также должно служить и методом лечения: если пациент пострадал от проклятия и часть его души оказалась осквернена, можно отрезать разложившийся участок, позволив душе медленно исцелиться самой.»</p><p>Услышав это, Лумиан расплылся в улыбке и тихо похлопал в ладоши:</p><p>«Отлично сказано, отлично сказано.»</p><p>От такой похвалы даже довольно толстокожему Лугано стало неловко, и он выпалил:</p><p>«Это всего лишь мое предположение, я еще не проводил экспериментов.»</p><p>Лумиан не обратил на него внимания и, подражая Людвигу, наколол отбивную из ягненка в тарелку и принялся аккуратно ее резать.</p><p>В то же время в его голове всплыло первое ощущение при атаке Демона с ледяно-синими глазами:</p><p>Он увидел разных себя: себя, полного ненависти; себя, погрязшего в боли; себя, охваченного похотью; себя, пребывающего в самых разных желаниях и эмоциях…</p><p>Мысль, возникшая, когда он слушал рассказ Лугано о сшивании и разрезании души, становилась все отчетливее:</p><p>Что если с помощью высокопоследовательностных способностей Пути «Земледельца» отрезать разные грани души, соответствующие различным желаниям?</p><p>Может ли быть так, что Демон с ледяно-синими глазами на острове Гант действительно только один, но Святые или даже Ангелы Церкви «Матери-Земли» разделили его душу, превратив каждую часть в отдельного человека, хотя на мистическом уровне они все еще представляют собой единое целое, и потому невидимая сила, тесно связанная с алым Демоном, существует лишь в единственном числе?</p><p>Теперь вопрос в том, зачем Церкви «Матери-Земли» делать это?</p><p>Ограничение или защита? Или и то, и другое вместе?</p><p>Лумиан быстро вспомнил и состояние алого Демона: тот непрерывно погружался в иссиня-черную грязную воду и вновь вытягивался наверх невидимой силой.</p><p>'Разделение души — это форма защиты Демона с ледяно-синими глазами, предотвращающая его осквернение силой иссиня-черной грязной воды?</p><p>«Погоди, а не может ли Демон с ледяно-синими глазами быть той самой неоскверненной частью души алого Демона? План лечения Церкви 'Матери-Земли» состоит в том, что в целом всё уже не спасти, но часть еще относительно здорова, поэтому потребовалось отрезать здоровую душу в форме различных желаний?</p><p>'Лес, запечатывающий ту таинственную долину, иссиня-черную грязную воду и алого Демона, демонстрировал черты нового рождения, роста, падения, смерти и снова нового рождения… Множеству обломков душ, отделенных от алого Демона, также даровали новое рождение, чтобы с помощью цикла нового рождения, роста, увядания, смерти и снова нового рождения они противостояли распространяющейся от тела-источника скверне?</p><p>'И одновременно с этим, опираясь на существование здоровой части, удерживать алого Демона от окончательного погружения на дно?</p><p>'Увядающие обломки душ естественным образом легче поддаются влиянию скверны тела-источника, тогда как новорожденные — самые здоровые, и именно в этом кроется причина разницы в состоянии между стариком Боссели и священнослужителем с ледяно-синими глазами…</p><p>'При таком новом рождении душа принадлежит Демону, она могущественна, а вот тело принадлежит человеку и весьма слабо. Хм, это совпадает с моими наблюдениями за Боссели: слабое и дряхлое тело скрывает в себе могущественную душу, источающую густую злобу…</p><p>«Это… это способ запечатывания и спасения, весьма соответствующий особенностям способностей Церкви „Матери-Земли“…»</p><p>Примыслив это, Лумиан почувствовал, как всё прояснилось, и только тут обнаружил, что непрерывно пилит кость отбивной из ягненка, издавая заставляющий зубы скрежетать звук.</p><p>Лугано притворился, что ничего не видит и не слышит, сосредоточенно наслаждаясь едой, а Людвига подобные мелочи вообще не волновали — в его глазах были только деликатесы.</p><p>Лумиан отвел взгляд и в хорошем расположении духа налил себе бокал красного вина «Паха», отчего ранее возникшие замешательство, смятение, растерянность и разочарование во многом рассеялись.</p><p>Потягивая вино, он вальяжно размышлял:</p><p>'Это предположение лучше всего соответствует текущим деталям. Жаль только, что подтвердить его не получается, да и не смею я проверять, а в отсутствие проверки и результатов усвоение зелья не получает обратной связи…</p><p>'Ну да ладно, полученные на этот раз опыт и уроки гораздо важнее усвоения, которое еще можно будет попробовать позже.</p><p>«Зачем Церкви 'Матери-Земли» защищать алого Демона, и к тому же, раз уж они отделили здоровую душу и даровали ей новое рождение, почему не уничтожили и не очистили до конца оскверненное тело-источник, перерубив угрозу под корень?</p><p>'Это с высокой вероятностью затрагивает глубокие тайны мира…</p><p>'Тот алый Демон и есть настоящий, главный Наборедесли?</p><p>«И именно он хочет заключить сделку и убить „потомков Демона“ на острове Гант? Он может в обратную сторону влиять на несколько здоровых обломков душ, позволяя Потусторонним средних Последовательностей вроде меня и Франки убить настоящего Демона?»</p><p>Чем больше Лумиан размышлял, тем сильнее его одолевало любопытство к правде о происходящем, но в конце концов он все же сдержал себя.</p><p>Для Потустороннего его уровня эта история на данном этапе подошла к концу, а дальше остается лишь дождаться отплытия с острова Гант, привести в порядок собранные сведения вместе с выдвинутыми предположениями, доложить госпоже «Фокусник» и посмотреть, что думают Старшие Арканы «Клуба Таро».</p><p>Отбросив мысли о расследовании, Лумиан мгновенно почувствовал легкость и в оставшееся время неторопливо прогуливался по порту Гант.</p><p>К своему удивлению, он обнаружил, что в этом островном городе в Бушующем море, далеком от материковой части Королевства Фейнапот, нет ни игорных домов в настоящем смысле этого слова, ни таких преступных промыслов, как работорговля, — город был чист настолько, будто прошёл через очищение Церкви «Вечного Пылающего Солнца».</p><p>Сыграв во второй половине дня в «Борьбу со злом» и другие карточные игры, где выигрыши и проигрыши не превышали 1 рисо, Лумиан под конец наконец осознал причину:</p><p>Демоны с ледяно-синими глазами, не способные контролировать себя, первоочередно выбирали заядлых преступников, заставляя их бесследно исчезать в лесах за городом.</p><p>Со временем, за сотню-другую лет, порт Гант стал поистине городом солнца.</p><p>Разумеется, среди жертв были и невинно убиенные, например, тот Антонио Элиас.</p><p>Поздней ночью, в каюте-люксе первого класса «Ягоды».</p><p>Спящий Лумиан смутно снова увидал ту землю, объятую серным пламенем, и алого Демона, распростертого в иссиня-черной жидкости.</p></section><section><title><p>Глава 631 Ужасный сон</p></title><p>Глава 631 Ужасный сон</p><p>Смутно Лумиан видел, как в смолисто-чёрной жидкости, в которую было погружено почти всё тело алого Демона, с булькотом поднимались пузыри с коричневато-зелёным отливом, похожие на древесные наросты.</p><p>В мгновение ока пузыри лопались, отражая яркие цвета и растворяясь в смолисто-чёрной жидкости.</p><p>Лумиан без всякой причины почувствовал неладное и захотел закрыть глаза, чтобы не видеть этих деталей, но, находясь во сне, не мог свободно управлять собой.</p><p>В глубине смолисто-чёрной жидкости, казалось, скрывалась фигура, которая слегка приподняла голову и смотрела на алого Демона.</p><p>На поверхности тела этой фигуры выступали мокрые наросты, то коричневато-зелёные, то светло-коричневые, напомнившие Лумиану Сюзанну Матисс — Сюзанну Матисс в состоянии «Падшей Дриады».</p><p>Но разница между ними заключалась в том, что наросты, ветви и бутоны Сюзанны Матисс прорастали из её тела, сливаясь с ним в единое целое, тогда как наросты текущей фигуры словно вырывались прямо из плоти и внутренних органов, окровавленные и хаотично разросшиеся.</p><p>Во сне Лумиан подсознательно поднял правую руку и вытер уголок глаза, обнаружив, что тыльная сторона ладони покрыта ярко-красной кровью.</p><p>Из его глаз невольно потекла кровь, и всё взору застлала размытая пелена алого цвета.</p><p>Сквозь эту размытость проступили общие очертания той фигуры.</p><p>Она будто росла на коричневато-зелёном исполинском дереве, пронзённая ветвями, изъеденная наростами, сплошь покрытая распустившимися бутонами, с которых стекала вязкая жидкость.</p><p>В груди Лумиана внезапно возникло сильное ощущение жжения, заставившее его даже во сне инстинктивно закрыть глаза.</p><p>Но это всё равно было на шаг позже, чем нужно.</p><p>Бум!</p><p>Глаза Лумиана разом взорвались, и мучительная боль хлынула в его разум.</p><p>Он наконец очнулся, мучительно съёжился и поднял обе руки, прикрывая глаза.</p><p>Там, где касались пальцы, всё было плоским, вязким и влажным, а вокруг витал запах крови.</p><p>Будучи «Аскетом» и человеком с богатым опытом тяжёлых ранений, даже Лумиану потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя от боли, от которой он в любой момент мог потерять сознание.</p><p>Нащупав опору, он сел и естественным образом раскрыл глаза.</p><p>Сплошная тьма.</p><p>Ни алого лунного света, ни очертаний мебели в спальне.</p><p>Он ничего не видел.</p><p>Лумиан снова поднял руку и очень осторожно дотронулся до глазниц, обнаружив, что оба глазных яблока «сдулись», явно раздавленные и разрушенные.</p><p>«Увидел то, чего не следовало, и глаза взорвались?» — Лумиан самоиронично усмехнулся.</p><p>К тому же во сне, да ещё и не по своей воле!</p><p>Немного порассуждав, он почувствовал, что если бы не печать господина «Шута» на его теле, сработавшая в ответ на угрозу или подстёгнутая Термиборосом, и то, что он всё же относительно вовремя закрыл глаза, взорвались бы далеко не только глаза.</p><p>Лумиан вытер кончик носа и, как и следовало ожидать, почувствовал влагу, а также ощутил металлический, ржавый запах крови.</p><p>Он тихо усмехнулся, сохраняя весьма неплохое расположение духа:</p><p>«К счастью, вытекает, похоже, только кровь, а не мозги.»</p><p>Это была радость — радость от того, что он остался жив после столь ужасного бедствия.</p><p>По сравнению с плачевным состоянием головы, тело Лумиана практически не пострадало, если не считать легкого упадка сил.</p><p>Опираясь на край кровати, он поднялся и в состоянии, когда не мог видеть, а обоняние почти отказало, полагаясь на чутье «Охотника» к каждой детали привычной обстановки и ментальную карту в голове, легко обошёл стул, открыл дверь спальни, вышел в гостиную и постучал в комнату слуги.</p><p>«Ч-что случилось?» — испугавшийся Лугано, одетый в хлопковую рубашку и исподние штаны, служившие ему пижамой, поспешно отворил деревянную дверь.</p><p>Он боялся снова столкнуться с чем-то столь же ужасным, как отец Монсеррат.</p><p>В следующее мгновение при свете алой луны он увидел залитое кровью лицо Лумиана и его довольно пустые, окровавленные глазницы, заполненные обломками.</p><p>«Это… ч-что произошло?» — заикаясь, спросил Лугано.</p><p>Кто так избил нанимателя?</p><p>Кто вообще мог довести его до такого состояния?</p><p>Может, сначала «Телепортироваться» отсюда, а потом разбираться?</p><p>Лумиан спокойно указал на свои глаза:</p><p>«Подлечи.»</p><p>«Хорошо,» — сначала на автомате ответил Лугано, а затем с затруднением произнёс: «Глазные яблоки в таком состоянии уже не исцелить, остаётся только найти подходящую пару и пересадить.»</p><p>Сдерживая боль, Лумиан невозмутимо ответил:</p><p>«Не нужно, достаточно остановить кровь и снять боль.»</p><p>«Ладно,» — Лугано не посмел спорить и, строго следуя приказанию нанимателя, протянул мерцающую слабым светом левую ладонь.</p><p>От прикосновения его ладони и простой обработки скальпелем в области глаз Лумиана разлилась прохлада, и боль перестала быть столь невыносимой, как только что.</p><p>Разумеется, видеть он по-прежнему не мог.</p><p>«Можешь спать дальше,» — Лумиан взмахнул рукой и, словно вовсе не лишался зрения, сунул одну руку в карман, перешагнул через учебник дутанского языка, который Людвиг свалил на ковёр, неторопливо подошёл к креслу-качалке, улёгся в него и стал тихонько покачиваться.</p><p>Лугано в недоумении и напряжении некоторое время наблюдал за ним, затем вернулся в кровать, но так и не смог уснуть.</p><p>Когда утреннее солнце осветило край моря, этот «Врач» резко спрыгнул с кровати и решил сделать чашку кофе, чтобы взбодриться.</p><p>Едва выйдя из комнаты, он увидел, как наниматель разминает тело; его зелёные глаза сияли ясностью, и не было видно ни малейшего следа ранений.</p><p>«Ты… ты в порядке?» — опешил Лугано.</p><p>Лумиан с сияющей улыбкой ответил:</p><p>«Да.»</p><p>«…» — Лугано на мгновение лишился дара речи.</p><p>Благодаря чему наниматель смог заново отрастить и исцелить глазные яблоки?</p><p>Что это за монстр такой…</p><p>Моя роль как его врача — всего лишь останавливать кровь и снимать боль?</p><p>Не обращая внимания на душевные метания слуги, Лумиан вернулся в главную спальню, раздвинул шторы, разложил бумагу и взял тёмно-чёрную перьевую ручку.</p><p>«Всё же я был недостаточно осторожен…» — вдруг вздохнул он.</p><p>Приняв предупреждение двух Демонов с ледяно-голубыми глазами и приготовившись покинуть остров Гант на «Ягоде», он посчитал, что опасность миновала, и потому не спешил писать мадам «Фокусник», намереваясь проследить за дальнейшим развитием событий и отправить письмо лишь после того, как полностью покинет этот порт.</p><p>Кто же знал, что прошлой ночью ему приснится настолько ужасный и опасный сон!</p><p>Сначала Лумиан заподозрил, что какой-то Демон с ледяно-голубыми глазами внезапно потерял над собой контроль и тайком повлиял на него, но затем склонился к мысли, что скрыто подвергся загрязнению ещё тогда, когда через «Очки Тайнозрения» смотрел на алого Демона и смолисто-чёрную жидкость, и лишь во сне это загрязнение вспыхнуло в полную силу.</p><p>Собравшись с мыслями, он изложил всё увиденное и услышанное на острове Гант слова за словом, лишь заменив имя «Наборедесли» фразой «заклинание любви».</p><p>В конце письма Лумиан искренне написал:</p><p>«Возможно, в последнее время я встречал слишком много Демонов, и накопленного загрязнения стало многовато. Я хотел бы пройти сеанс лечения.»</p><p>Сразу же после этого Лумиан устроил ритуал, призвал Посланницу-«куклу» и протянул ей сложенный квадратом листок письма.</p><p>Посланница-«кукла», протягивая правую руку за письмом, одновременно прикрыла нос левой ладонью и произнесла:</p><p>'Ты наступил на самую вонючую вещь в мире!</p><p>'Ужасно воняет, ужасно воняет!</p><p>«Ужасно грязно, ужасно грязно!»</p><p>Зажав листок двумя пальцами, эта Посланница-«кукла» стремительно исчезла из комнаты.</p><p>Лумиан подождал некоторое время и, видя, что мадам «Фокусник» не ответила сразу, решил отправиться в другое место — проверить, получится ли получить хоть немного «лечения».</p><p>Это был собор Церкви «Матери-Земли» в порту Гант, где он побывал вчера.</p><p>Ранним утром, перед началом трудов, здесь собралось немало верующих, слушавших проповедь.</p><p>Проповедовал как раз тот священнослужитель зрелых лет с ледяно-голубыми глазами, которого он видел вчера.</p><p>Он истолковывал некую догму из священного писания, развёрнуто вещая о том, что добро и зло происходят из одного источника, неделимы, а также о возвышении добра и подавлении зла.</p><p>Ты, Демон, говоришь о подобном — не странновато ли это? — про себя поглумился Лумиан и, сев в первом ряду, стал небрежно слушать.</p><p>Он быстро почувствовал, что этот храм обладает бурлящей жизненной силой: вокруг буйствовали травы и деревья, тайно прорастали грибы, а ароматы пшеницы и молока умиротворяли дух.</p><p>Сам того не заметив, Лумиан ощутил, что его собственная жизненная сила слегка окрепла.</p><p>У каждой церкви Великих Православных Богов свои преимущества… — беззвучно вздохнул он.</p><p>Спустя пять-шесть минут священнослужитель с ледяно-голубыми глазами окончил проповедь, подошёл к нему и мягко улыбнулся:</p><p>'У молодых людей, готовых прислушиваться к советам, всегда будет прекрасное будущее.</p><p>«Хвала Земле, хвала Матери всего сущего!»</p><p>Это намёк на то, что он «очень доволен тем, что я со вчерашнего полудня перестал расспрашивать обо всём вокруг, перестал исследовать лес и искать людей с ледяно-голубыми глазами»? Лумиан посмотрел на то, как священнослужитель с ледяно-голубыми глазами опускает высоко поднятые руки, ненадолго задумался и произнёс:</p><p>«Но прошлым вечером мне приснился ужасный сон, из-за которого я едва не погиб.»</p><p>«Какой сон?» — тепло спросил священнослужитель с ледяно-голубыми глазами.</p><p>«Епископ, как к вам обращаться?» — ответил вопросом на вопрос Лумиан.</p><p>«Ньюман,» — священнослужитель с ледяно-голубыми глазами назвал своё имя в человеческом обществе.</p><p>Лумиан вкратце рассказал об алом Демоне из сна, смолисто-чёрной жидкости, размытой фигуре, ветвях и наростах, не упомянув о том, какие повреждения получил в конце.</p><p>Епископ Ньюман спокойно дослушал до конца, вглядывался в Лумиана несколько секунд и сказал:</p><p>«Не хочешь ли послушать мою проповедь?»</p><p>«Хорошо,» — Лумиан тоже хотел послушать, что скажет этот Демон с ледяно-голубыми глазами.</p><p>Ньюман раскрыл священное писание у себя на груди и довольно магнетическим голосом произнёс:</p><p>'Существует две Бездны: одна материальная, вход в которую находится где-то в реальном мире, а другая — духовная, вход в которую скрыт в глубине души каждого из нас.</p><p>'Эти две Бездны иногда существуют отдельно, но во многих случаях образуют единое целое.</p><p>'Добрые помыслы и злые помыслы рождаются из одного источника, и мы неизбежно порождаем такие злые помыслы, как зависть, ненависть, разрушение, алчность, причинение вреда, гордыня и прочее. Это вполне естественно и не является грехом.</p><p>'Но если из зависти убивать, из ненависти убивать, из алчности убивать и из гордыни совершать разного рода грехи, то наша душа постепенно погрузится в Бездну на дне сердца.</p><p>'Тогда останется только раскаяться перед Матерью, прямо как сейчас.</p><p>«Милосердная Матерь, я пал в Бездну зла…»</p><p>Лумиан молча выслушал всё и понял, о чём говорил епископ Ньюман:</p><p>Он совершил ошибку из-за гордыни.</p><p>То, что предыдущие неоднократные добровольные риски не приводили к крупным неприятностям, заставило его пренебречь опасностью, таящейся в сущностях высокого уровня.</p><p>Он поднялся и высоко воздел руки:</p><p>'Я понял.</p><p>«Хвала Земле, хвала Матери всего сущего!»</p><p>Ньюман с удовлетворением кивнул.</p><p>Вернувшись на «Ягоду», Лумиан увидел ответное письмо, сложенное квадратом.</p><p>В письме содержались координаты мира духов и одна фраза:</p><p>«Дела на острове Гант на этом окончены, найди время отправиться сюда и пройти лечение.»</p></section><section><title><p>Глава 632 Очищение от скверны</p></title><p>Глава 632 Очищение от скверны</p><p>Видя, что госпожа «Фокусник» не подтвердила его догадку и не стала анализировать глубинную правду, стоящую за легендами о Демонах острова Гант, Люмиан понял: вероятно, это касалось вещей, в которые ему пока рановато проникать, или же того, о чём до очищения от накопившейся скверны лучше не знать.</p><p>«Выбрать время… значит, я могу отправиться туда в любой момент, и подстраиваться под график целителя не нужно? Госпожа „Фокусник“ уже предвидела, что никаких проблем не возникнет?» — Люмиан, держа в руках бумагу с записанными координатами мира духов, активировал чёрную метку на правом плече.</p><p>Его силуэт исчез с бортов «Ягоды», устремившись сквозь хаотичные и накладывающиеся друг на друга цветовые пятна; время от времени он ощущал на себе взгляды с непонятным смыслом и видел неописуемые сущности.</p><p>Неизвестно, сколько прошло времени, когда Люмиан наконец добрался до области, соответствующей этим координатам мира духов, и сделал шаг наружу.</p><p>Первым, что бросилось ему в глаза, были высокий купол, светлые стеклянные окна и настенные росписи, изображающие эпические сказания.</p><p>Следом Люмиан увидел в глубине зала сгусток солнечного света.</p><p>Почувствовав некое озарение, он шагнул в том направлении.</p><p>По мере того как он шёл, он увидел, как солнечный свет «расползается» навстречу; повсюду, где он проходил, не оставалось ни единой тени, ни проблеска тьмы.</p><p>В следующую секунду Люмиана окутал солнечный свет.</p><p>У него тут же возникло ощущение, будто его кожу, плоть, кости и внутренности пронзил чистый солнечный свет, выставив душу напоказ.</p><p>Клочья иллюзорного чёрного тумана извлекались солнечным светом из его души и тела; они оскаливали когти и растопыривали лапы, и на каждом проступали черты лица Люмиана — свирепые, страдальческие, умоляющие или угрожающие.</p><p>Всего за несколько секунд этот чёрный туман, не в силах сопротивляться, был полностью растворён солнечным светом.</p><p>В то же время сердце Люмиана заныло от боли, а в левой части груди вспыхнул жар.</p><p>Ослепительный и пылающий солнечный свет, казалось, вознамерился изгнать и очистить дочиста и то, что таилось там.</p><p>Сквозь резкую боль в сердце Люмиан смутно чувствовал, как печать в левой части груди меняется, скрывается, подстраивая себя под солнечный свет.</p><p>Прежде чем эта попытка увенчалась успехом, солнечный свет сам собой померк и прекратил воздействие.</p><p>Он отступил, подобно приливу, сжавшись обратно в глубины зала.</p><p>Люмиан мгновенно вернулся в норму; если не считать остаточного дискомфорта в сердце, всё его тело ощутимо расслабилось, а на душе стало легко и просторно — словно после долгой, давящей и мрачной жизни на него вдруг повеял утренний ветерок и показалось восходящее солнце.</p><p>Вслед за этим он обнаружил, что в глубине зала стоит мужчина в простой белой мантии, необычайно высокого роста.</p><p>Люмиану показалось, что тот очень молод, на вид ему было лет двадцать два-двадцать три, ростом под два метра с лишним, от него веяло мощным давлением, но вместе с тем и глубоким спокойствием, а коричневато-жёлтые волосы были аккуратно уложены.</p><p>«Остаточная скверна на твоём теле полностью очищена,» — произнёс высокий мужчина на древнефейсакском языке.</p><p>Люмиан, имея определённые догадки, спросил:</p><p>«Вы — господин „Солнце“?»</p><p>«Да,» — молодой высокий мужчина был весьма вежлив и не проявил ни малейшей надменности или нетерпения.</p><p>Надо же, такой молодой, впрочем, по внешнему возрасту судить нельзя… Люмиан произнёс пару слов благодарности, не имея ничего, о чём хотел бы спросить или проконсультироваться.</p><p>Он указал рукой за пределы зала:</p><p>«Могу я пройтись снаружи?»</p><p>Он всё ещё не знал, что это за место, а лишь по фрескам на стенах судил, что это должна быть весьма важная церковь Церкви «Шута».</p><p>Из этого он заключил, что стоящий перед ним Старший Аркан «Солнце» — высокопоставленное лицо Церкви «Шута», а возможно, один из тех, кто находится на самой вершине.</p><p>«Можно,» — Старший Аркан «Солнце» кивнул.</p><p>Люмиан приложил руку к груди, отвесив поклон по этикету Церкви «Шута», после чего развернулся и пошёл к выходу из зала.</p><p>Переступив порог дверей, мир вокруг внезапно ожил, и разнообразные звуки вместе с разнящимися силуэтами одновременно хлынули в его чувства.</p><p>В этот миг первой мыслью, возникшей у Люмиана, была:</p><p>Я что, случайно забрёл в страну гигантов?</p><p>Он видел, что рост людей, гулявших по улице, составлял минимум метр восемьдесят-девяносто, изредка попадались и те, чей рост достигал трёх-четырёх метров; и независимо от того, были ли они «полугигантами» или «гигантами», все мужчины носили белые рубашки, чёрные сюртуки, полуцилиндры и держали трости, способные соперничать с копьями, что создавало непередаваемое ощущение абсурда.</p><p>Дамы тоже были весьма высокими; юбки носили лишь немногие, большинство же предпочитало удобные для движений брюки.</p><p>Люмиан вновь огляделся по сторонам, и его взгляд скользнул по дверям высотой более четырёх метров.</p><p>Он на мгновение умолк, почувствовав себя здесь словно новорождённый младенец.</p><p>Подобное осознание ненадолго лишило его желания прогуливаться по этому месту.</p><p>Разумеется, лишь ненадолго.</p><p>…………</p><p>Трир, городок Шайо, ворота одной из виноградных усадеб.</p><p>Объяснив отворившему дверь слуге, что пришла навестить госпожу Кларисс, Франка увидела, что тот уступил дорогу, однако вести её не стал, оставшись на месте с таким видом, будто она и сама должна знать, где находится госпожа Кларисса, и дойдёт самостоятельно.</p><p>Франка не придала этому значения и, следуя по памяти, отыскала среди виноградных лоз круглую беседку.</p><p>Облачённая в чёрное придворное платье «Черная Демонесса» Кларисса действительно сидела здесь.</p><p>«Доброе утро, ваше превосходительство Кларисса,» — Франка с душевной теплотой поприветствовала её, ничуть не скрывая восхищения её невероятно прекрасным лицом и оттенённым лёгкой грустью флёром.</p><p>«Черная Демонесса» Кларисса слегка кивнула:</p><p>«Расследование по поводу „Человека из зеркала“ продвинулось?»</p><p>Франка не спешила с ответом и, глядя в чарующие темно-серые глаза напротив, спросила:</p><p>«Бранш нет?»</p><p>«Она мне не служанка, у неё свои дела,» — лаконично ответила «Черная Демонесса» Кларисса.</p><p>«В кафе „Красный дом“ и на охотничьих угодьях возле леса её тоже нет,» — Франка, вдыхая разлитый в воздухе аромат, решила завести с «Черной Демонессой» непринуждённую беседу.</p><p>«У неё другие дела,» — Кларисса явно не желала распространяться на эту тему.</p><p>Франке ничего не оставалось, как пересказать от начала и до конца историю с министром промышленности Мораном Авиньи, заменив лишь человека, ощутившего во время спектакля дрожь «осколка зеркального мира», на саму себя.</p><p>Кларисса не перебивала её рассказ и не спешила давать отклик, лишь опустила веки, словно погрузившись в глубокие раздумья.</p><p>Франка не торопила «Черную Демонессу», скользя взглядом по её тёмно-серым глазам, словно таящим в себе туман, белоснежной нежной коже, захватывающим дух изгибам и необычайно соблазнительным алым губам.</p><p>Она знала, что это плохо, но была не в силах совладать с собой: внутри разгорался жар, в голове мутилось, а во рту пересыхало, так что время от времени приходилось облизывать губы.</p><p>Чёрт! С чего это я возбудилась в такой момент… Пусть люди и являются животными, способными впадать в состояние течки в любое время и в любом месте, но во время обсуждения важных дел, перед лицом высокопоставленного лица, я всегда вела себя очень прилично, максимум полюбоваться… Неужели «Черная Демонесса» специально источает свое очарование, соблазняя меня, или есть иная причина? Точно, влияние остаточной скверны от дела Демона! Хотя она уже совсем незначительна и в повседневной жизни никак себя не проявляет, перед Высокопоследовательной Демонессой, славящейся женским обаянием, это заставляет меня еще хуже контролировать собственные желания, из-за чего я постепенно и впала в состояние течки… Франка стиснула зубы, не позволяя себе стать рабыней вожделения.</p><p>Кларисса подняла голову и взглянула на неё:</p><p>«Ты слишком давно не испытывала удовольствия?»</p><p>«С тех пор как умер мой прошлый любовник, ни разу.» Франка понимала, что «Черная Демонесса» имеет в виду удовольствие в узком смысле слова, поэтому ответила честно, а заодно попутно объяснила: «Я ведь только что рассказывала? Чтобы сблизиться с внебрачной дочерью Морана Авиньи, я использовала волшебный предмет, негативный эффект которого заключается в столкновении со сделками демонов и прочих злых сущностей. Позже я действительно столкнулась с этим и подверглась некоторому влиянию.»</p><p>Голос Клариссы стал прохладным:</p><p>«Сдержанность — не выход на долгий срок, предавайся удовольствиям почаще, иначе Путь „Демона“ станет твоим злейшим врагом.»</p><p>Аура этой «Черной Демонессы» в миг стала святой, чистой и неприкосновенной.</p><p>Франка тоже начала чувствовать, что к такой красавице нельзя питать пошлых мыслей; вожделение постепенно улеглось, разум медленно прояснился, и она вырвалась из состояния возбуждения.</p><p>Кларисса вернула разговор в прежнее русло:</p><p>«Ты хочешь расправиться с Мораном Авиньи?»</p><p>«Он должен быть весьма важным „Человеком из зеркала“. Если удастся схватить его или допросить его дух, мы, вероятно, сможем узнать о большинстве „Людей из зеркала“, скрывающихся в Трире. Госпожа, я хотела бы попросить вашей помощи,» — произнесла Франка, испытывая некоторое желание проявить себя.</p><p>Она не стала намеренно упоминать, что у Морана Авиньи такие же тёмно-серые глаза, как и у Клариссы, а лишь продемонстрировала цветную фотографию.</p><p>Кларисса слегка кивнула:</p><p>«Ты можешь начать планировать операцию. В решающий момент я окажу помощь, но в большинстве ситуаций тебе придётся полагаться на себя и подконтрольные тебе силы.»</p><p>«Без проблем,» — Франка не стала скрывать своей радости.</p><p>Когда она покинула эту окружённую виноградными лозами круглую беседку, тёмно-серые глаза «Черной Демонессы» Клариссы похолодели, и она медленно поднялась на ноги.</p><p>…………</p><p>В залитом солнцем баре.</p><p>Люмиан держал в руках пивную кружку размером больше собственной головы и, чокнувшись с сидевшим напротив почти трёхметровым «гигантом», заглотил золотистую жидкость.</p><p>Утерев уголки рта, он со смехом произнёс:</p><p>«Так вот оно какое, Новый Город Серебра из священных текстов.»</p><p>Во время проповедей он узнал, что Новый Город Серебра — это штаб-квартира Церкви «Шута», расположенная в море Соня. Она была основана выжившими людьми, которых Герман Воробей спас с того проклятого континента — «Земли, покинутой богами».</p><p>Чего он не ожидал, так это того, что эти выжившие люди окажутся настолько высокими, почти самыми настоящими гигантами!</p><p>«Верно, все воины здесь в любой момент готовы сражаться за Церковь господина „Шута“!» — с удовлетворением произнёс этот почти трёхметровый «гигант». — «А ты хорош, мало того что почитаешь „Ангела Искупления“, так ещё и веришь в господина „Шута“. Имея эти две черты, мы с тобой братья!»</p><p>Он протянул правую ладонь и хлопнул Люмиана по плечу, едва не вбив того в землю, словно ребёнок, столкнувшийся с лапой бурого медведя.</p><p>Люмиан с трудом удерживал улыбку:</p><p>«Не могли бы вы подробнее рассказать мне о деяниях „Ангела Искупления“ на „Земле, покинутой богами“?»</p></section><section><title><p>Глава 633 Однодневная поездка</p></title><p>Глава 633 Однодневная поездка</p><p>«Гигант» высотой почти в три метра сожалеюще сказал:</p><p>«„Совет Шести“ предписывает не говорить о том, о чём не сказано в священных текстах. Ты ведь верующий господина „Шута“, наверняка слышал проповеди и знаешь официальную версию, а большего я сказать не могу — точно так же, как не могу рассказывать о том, что своими глазами видел „Ангела Искупления“ и даже получал от него помощь.»</p><p>Сказав это, этот «гигант» снова хотел похлопать Лумиана по плечу, но Лумиан ловко и незаметно уклонился.</p><p>«Как к вам обращаться?» — в душе Лумиан не особо верил, но на лице изобразил глубокое почтение.</p><p>Тот «гигант» ответил:</p><p>'Ливалье.</p><p>«За Новорождение Города Серебра!»</p><p>Лумиан поднял огромную пивную кружку, чокнулся с ним и залпом допил остатки золотисто-жёлтой жидкости.</p><p>Он погладил раздувшийся живот и указал в сторону уборной, давая понять, что ему нужно отлучиться.</p><p>Пиво в Новом Городе Серебра само по себе не было чем-то особым, но кружки, в которые его наливали, были слишком уж огромными, так что даже с комплекцией и выдержкой Лумиана после двух кружек подряд стало тяжело.</p><p>Это было не от опьянения, он просто переполнил желудок!</p><p>Лумиан вошёл в уборную, встал перед одним из писсуаров, расстегнул ремень и полуприкрыл глаза.</p><p>Под звук журчащей воды вошёл «гигант» ростом более трёх метров и выбрал писсуар рядом с ним.</p><p>Лумиан подсознательно косился на него, а затем медленно отвёл взгляд.</p><p>С растерянным видом он уставился на стену перед собой и, только когда давление внизу живота полностью спало, вышел из уборной и вернулся на своё прежнее место у барной стойки.</p><p>Ливалье уже заказал ему новую кружку пива — напиток тёмно-чёрного, но не грязного цвета, в котором при покачивании проглядывали коричневатые оттенки.</p><p>«Попробуй, фирменный напиток Нового Города Серебра — пиво из чернолистки!» — восторженно представил напиток этот «гигант», искренне считавший себя человеком.</p><p>«Пиво из чернолистки?» — Лумиан поднял кружку, которая была больше его собственной головы, и недоуменно переспросил.</p><p>Ливалье вдруг немного опечалился:</p><p>«На 'Земле, покинутой богами» не было солнца, не было плодородной земли, расти могла только «чернолистка». Она была нашей основной пищей и кормила поколение за поколением жителей Города Серебра. Хотя её всегда не хватало, это было лучше, чем ничего.</p><p>«В то время варить из 'чернолистки» пиво было немыслимо — слишком роскошно, слишком роскошно.</p><p>«Хе-хе, теперь, когда зерна, мяса и молока вдоволь, я даже снова вырос — стал ровно на тридцать сантиметров выше, чем раньше.»</p><p>«Оказавшись в Новом Городе Серебра, вы всё ещё можете выращивать „чернолистку“? Выращиваете под землёй?» — Хотя Лумиан и не был «Земледельцем», он вырос в деревне и знал, что растения из экстремальных условий, попав в нормальную среду, с высокой вероятностью погибают.</p><p>Ливалье улыбнулся:</p><p>«Можем! Она способна расти в любых условиях. Конечно, мы попросили кое-кого улучшить семена „чернолистки“, чтобы она лучше приспособилась к нынешней среде. Её вкус на самом деле сильно изменился по сравнению с прежним — она стала ещё, ещё вкуснее! Попробуй, снаружи такого пива не сыскать, да и мы сами выращиваем её не так много — в основном ради памяти о прошлом.»</p><p>Лумиан с большим интересом поднёс пивную кружку к губам и сделал глубокий глоток.</p><p>Сначала он ощутил обычный, слегка легковатый солодовый аромат, затем в мягкой сладости проявилась травяная свежесть с лёгкой пикантностью, и, наконец, во рту разлился едва уловимый молочный привкус.</p><p>«Неплохо, очень необычные и отличные впечатления.» — Лумиан не поскупился на похвалу.</p><p>С любопытством он спросил:</p><p>«А есть крепкий алкоголь из „чернолистки“?»</p><p>Ливалье слегка помрачнел и покачал головой:</p><p>«Мы, жители Нового Города Серебра, считаем, что пьянство — это падение, распущенность и расточительство пищи, поэтому отказываемся от крепкого алкоголя.»</p><p>Сказав это, он сделал паузу:</p><p>«К тому же „чернолистка“, похоже, не очень подходит для варки алкоголя: даже если делать из неё пиво, от избытка возникают галлюцинации. Я за раз выпиваю максимум три кружки.»</p><p>Обладает слабой токсичностью? А ведь жители Нового Города Серебра на «Земле, покинутой богами» выживали поколение за поколением именно благодаря этому растению, как же нелегко им приходилось… Лумиан вспомнил редкие шутки сестры, приподнял уголки губ и сказал:</p><p>«Если перепить, увидишь пляшущих человечков?»</p><p>Ливалье немного подумал и сказал:</p><p>«Нет, галлюцинации в большинстве случаев разные: кто-то видит, как жена даёт ему пощёчины, кто-то слышит крики умерших родственников, а кто-то находит лежащего на обочине младенца, который громко плачет…»</p><p>Лумиан сейчас не мог слышать ничего о плаче младенцев, поэтому мигом утратил интерес и перевёл разговор на вкус пива из чернолистки.</p><p>Допив эту кружку, он ещё раз сходил в уборную, а затем покинул бар, намереваясь воспользоваться хорошим дневным солнцем и прогуляться по Новому Городу Серебра, а ближе к вечеру «Телепортироваться» обратно на «Ягоду», стоявшую на якоре в порту Гант.</p><p>Между домами с небольшим количеством этажей, но необычайно высокими, ходили в основном «полугиганты»; изредка попадались один-два «гиганта» ростом более трёх метров, а тех, кто был ниже одного метра восьмидесяти сантиметров, практически не встречалось, за исключением совсем юных с детскими лицами.</p><p>Рост Лумиана едва подходил под норму, и он оглядывался по сторонам.</p><p>Он заметил, что по внешним стенам некоторых домов вьются светло-зелёные лианы, на которых растёт множество мягких, огромных, белоснежных и налитых грибов.</p><p>Грибы? С каких пор на лианах растут грибы? Лумиан нахмурился, усомнившись в своих познаниях в ботанике.</p><p>Подумав, что это, возможно, особое растение, принесённое Новым Городом Серебра с «Земли, покинутой богами», он успокоился.</p><p>Он подошёл к уличной лавке и, запрокинув голову, спросил:</p><p>«Вы продаёте молоко, но почему я не вижу ведер для него?»</p><p>Торговец ростом в два с половиной метра и с серовато-голубоватым оттенком кожи добродушно улыбнулся:</p><p>«Дом сзади принадлежит мне. Тебе нужно молоко?»</p><p>«Налейте кружку.» — Раз уж Лумиан спросил, то и денег на кружку молока у него найдётся.</p><p>Хотя среди ходячих монет Нового Города Серебра не было феров и рисо, золото везде оставалось ходовой валютой.</p><p>Торговец очень обрадовался, взял кружку, повернулся, подошёл к своему двухэтажному дому и протянул руку, сорвав мягкий белоснежный гриб.</p><p>Он направил гриб на горлышко кружки и сильно сжал его.</p><p>Молочно-белая жидкость брызнула струей и быстро заполнила кружку.</p><p>Лумиан смотрел на это, слегка приоткрыв рот, а его взгляд снова затуманился растерянностью.</p><p>Вы называете это молоком?</p><p>«Готово.» — Торговец-«полугигант» протянул молоко Лумиану.</p><p>Лумиан рефлекторно взял кружку и растерянно спросил:</p><p>«Это гриб?»</p><p>«Да, молочный гриб.» — с искренним видом ответил торговец-«полугигант».</p><p>Вы называете это грибом? Лумиан, смущённый и озадаченный, расплатился и с кружкой в руках отошёл от уличной лавки.</p><p>Он не помнил, сколько именно заплатил, и даже забыл о своём первоначальном намерении воспользоваться покупкой молока, чтобы завязать разговор.</p><p>Пройдя метров десять, он поднёс кружку к губам и сделал глоток.</p><p>Привкус молока!</p><p>Нахмурившись, Лумиан допил эту кружку молока, не почувствовав в нём ничего подозрительного.</p><p>Но ведь эта жидкость была выжата из гриба!</p><p>«Будем считать это особым растением… Будем считать это особым растением…» — пробормотал себе под нос Лумиан, не имея ни малейшего желания пробовать снова.</p><p>Он опасался, что если выпьет слишком много, то и сам начнёт давать молоко!</p><p>Он продолжил прогулку, бесцельно шагая по улице, которая была вдвое шире улиц порта Гант.</p><p>Вдруг к нему приблизился ещё один «полугигант» с серовато-голубоватым оттенком кожи. Держа в руках толстую книгу, он с необычайным воодушевлением произнёс:</p><p>«Друг мой, не хочешь ли узнать о нашем Путеводном Маяке и Спасителе…»</p><p>Лумиан улыбнулся, приложил руку к груди и отдал поклон:</p><p>«Хвала Шуту!»</p><p>«Так ты брат по вере.» — «полугигант» был немного разочарован, но в то же время весьма обрадован.</p><p>Разговор шёл на древнефейсакском языке, но Лумиан, пока шёл сюда, заметил, что жители Нового Города Серебра, общаясь между собой, время от времени обменивались словами на языке гигантов, способными приводить в движение сверхъестественные силы.</p><p>«Здесь обычно бывают чужестранцы?» — между делом спросил Лумиан.</p><p>Тот «полугигант» улыбнулся и сказал:</p><p>«Чужестранцы часто приходят сюда с визитом, ради опыта или просто прогуляться. В первые годы некоторые даже решали обосноваться здесь, но позже большинство съехало, посчитав, что жить с нами слишком тяжело. Хе-хе, мы слишком высокие, да и не особо умеем наслаждаться жизнью.»</p><p>С этими словами «полугигант» выудил из кармана какую-то вещь и протянул её Лумиану:</p><p>«Очень рад, что ты пришёл в гости в Новый Город Серебра, попробуй конфету нашего собственного производства.»</p><p>Это была конфета, завёрнутая в тонкую сине-белую обёртку.</p><p>Лумиан не стал церемониться, взял её, сорвал обёртку и отправил белую конфету в рот.</p><p>Яркий молочный аромат и насыщенная сладость быстро раскрылись на кончике его языка — шелковистые и вкусные.</p><p>Молочный аромат… — Лумиан вздрогнул про себя и со странным выражением лица спросил:</p><p>«Это молочная конфета?»</p><p>«Да.» — расплывшись в улыбке, ответил проповедовавший «полугигант».</p><p>«Какое молоко использовалось?» — Лумиан не ожидал, что настанет день, когда он задаст подобный вопрос.</p><p>Тот «полугигант» совершенно естественно и обыденно ответил:</p><p>«Молоко из молочных грибов, конечно.»</p><p>«…» — Лумиан замер с молочной конфетой во рту, не зная, выплюнуть её или проглотить.</p><p>Он чувствовал искренность и теплоту, с которыми тот только что угостил его конфетой.</p><p>В последующие часы он видел грибы, при обжарке издававшие аромат мяса, видел грибы, при запекании приобретавшие рыбный вкус, видел самые разнообразные и странные грибы.</p><p>Лумиан на протяжении всего пути смотрел растерянным взглядом, наблюдая, как «полугиганты» и «гиганты» радостно делятся друг с другом всем этим.</p><p>Сам того не замечая, он дошёл до одного из уголков Нового Города Серебра.</p><p>Здесь возвышалось чрезвычайно высокое здание.</p><p>Оно состояло из двух частей: слева возвышалась башня со шпилем, справа — башня с куполом; серовато-белые внешние стены достигали высоты тридцати-сорока метров.</p><p>«Это и есть Двойные Башни? Если верить Ливалье, в башне со шпилем расположены библиотека и прочие общественные учреждения, а в башне с куполом находится резиденция „Совета Шести“, правящего Новым Городом Серебра… В таком месте наверняка есть запечатанные артефакты и мощные Потусторонние…» — Лумиан стоял неподалёку, разглядывая перед собой здание.</p><p>Его взгляд скользнул по башне с куполом и заметил, что у самого основания, в щелях между кирпичами, проросли пучки чёрных растений, похожих на волосы; они свисали оттуда, время от времени слегка покачиваясь на ветру.</p><p>Лумиан отвёл взгляд и направился к башне со шпилем, желая посмотреть, какие книги сохранились в таком человеческом поселении, как Новый Город Серебра, просуществовавшем на «Земле, покинутой богами» несколько тысячелетий.</p></section><section><title><p>Глава 634 Демонология</p></title><p>Глава 634 Демонология</p><p>Нижний ярус башни со шпилем вымощен чёрным каменным кирпичом, здесь возвышаются огромные колонны. Шагая по этому просторному и глубокому пространству, Люмиан словно попал в царство гигантов, а проходившие мимо время от времени жители, чей рост позволял смотреть на него свысока, делали это сходство ещё сильнее.</p><p>Следуя указаниям на настенных табличках, он поднялся на третий этаж и увидел ряды книжных стеллажей, внушавших сильное чувство давления.</p><p>За библиотекой присматривал старик в льняном балахоне.</p><p>Даже сидя, он был не ниже Люмиана, а на его слегка сероватой коже виднелись пятна, свидетельствующие о старости.</p><p>В этот момент хранитель библиотеки пролистывал книгу в переплёте из пергамента, никак не реагируя на приход Люмиана и даже не подняв головы.</p><p>Люмиан тоже не стал спешить расспрашивать его о том, можно ли ему просматривать здешние книги, и прошёл прямо в библиотеку, где согласно табличкам на каждом ряду стеллажей вышел к секции мифологических книг.</p><p>Его пальцы скользнули по томам в кожаных переплётах, веявшим древностью, и по бумажным книгам, словно только что переписанным, после чего он вытащил одну, содержавшую миф о сотворении мира.</p><p>Люмиан стоял перед стеллажом, наугад пролистал эту книгу и молча засунул её обратно.</p><p>Непонятно!</p><p>Написанные там символы были на языке гигантов!</p><p>Это очень древний язык, по слухам, происходящий от Потусторонней расы гигантов, способный напрямую приводить в действие силы природы. Он стоит в одном ряду с драконьим языком, эльфийским языком и древним гермесом, являясь крайне важным знанием в мистицизме.</p><p>Потусторонние языки, которыми Люмиан действительно овладел на данный момент, ограничивались древним гермесом и языком Гермеса; язык гигантов относился к тем, где он узнавал лишь некоторые слова, но ещё не освоил толком, поэтому мог лишь с трудом разобрать название этой древней книги, но читать её содержимое не мог.</p><p>Он окинул всё взглядом и обнаружил, что у этого древнего фолианта есть соответствующий список, причём на древнефейсакском языке — человеческом языке, не содержащем сверхъестественной силы.</p><p>Люмиан обрадовался в душе, вытащил эту книгу в мягкой обложке и пошёл с ней к читальной зоне у окна.</p><p>На протяжении всего этого никто его не останавливал и не предупреждал.</p><p>«Это полностью открытая библиотека, которую могут читать даже не жители Нового Города Серебра, но книги нельзя уносить? Или же на этом этаже библиотеки нет особенно важных знаний, требующих сохранения тайны?» — с этими мыслями Люмиан шёл ни быстро, ни медленно.</p><p>Он проходил мимо секции с книгами о Потусторонних существах и своим зорким взглядом заметил книгу под названием 《Демонология》.</p><p>Демонология… Вспомнив о своих недавних происшествиях, Люмиан заодно достал соответствующий список.</p><p>Войдя в читальную зону, он выбрал место, защищённое от прямых солнечных лучей, но с отличным освещением, сел и первым делом пролистал 《Демонологию》.</p><p>По мере чтения глаза Люмиана постепенно расширялись, а рот слегка приоткрылся.</p><p>Он бесшумно пробормотал себе под нос:</p><p>«Эти знания действительно можно выставлять в библиотеке на усмотрение любых посетителей?»</p><p>Каждое из этих сведений представляет огромную ценность!</p><p>Находившаяся в его руках 《Демонология》 подробно описывала особенности и повадки, приобретаемые существами различных рас после превращения в Демонов, а также тщательно анализировала черты, присущие Демонам с разным характером в рамках одной и той же расы.</p><p>Для тех, у кого есть вероятность вступить в бой с Потусторонними Пути «Дьявола», ценность этой книги была не ниже, чем у могущественного запечатанного артефакта «2» уровня или соответствующего волшебного предмета.</p><p>«К тому же, как Новый Город Серебра раздобыл эти знания? Без убийства пары сотен Демонов вряд ли удалось бы составить подобную энциклопедию существ… Неужели все „полугиганты“ и „гиганты“ в этом городе — Охотники на демонов? Хм, в древние времена, когда Демоны были наиболее активны, они обменялись частью информации с другими силами?» — чем больше Люмиан читал, тем больше поражался и тем сильнее погружался в чтение.</p><p>Дочитав до середины, он потёр занывшие виски, почувствовав, что за короткий промежуток времени его духовность истощилась слишком сильно.</p><p>Люмиан временно прикрыл 《Демонологию》, намереваясь пролистать миф о сотворении мира Нового Города Серебра, чтобы немного отдохнуть.</p><p>Тот миф о сотворении мира с самого начала гласил:</p><p>'Всезнающий и Всемогущий Бог сотворил всё это, после чего погрузился в сон.</p><p>«Среди мифических рас, сотворённых Им, Король Гигантов Олмир, „Дракон Воображения“ Ангелвед, Король Эльфов Сонясолем, Прародительница Вампиров Лилит, Король Демонов Фабути, Прародительница Бессмертных Фениксов Грегари, Король Мутантов Кваситун и Король Демонических Волков Флегрея были могущественны и безумны. Они поделили оставленные Господом полномочия, став божествами, повелевавшими небесами, землёй и океанами, повелевавшими реальным миром, миром духов и астральным миром, древними божествами…»</p><p>Внезапно палец с лишённой глянца, слегка сероватой кожей указал на определённое место на этой странице книги.</p><p>Вслед за этим раздался старый хриплый голос:</p><p>«Не произноси это имя ни на каком Потустороннем языке.»</p><p>Люмиан ошеломлённо поднял голову и обнаружил, что хранитель библиотеки, который до этого внимательно читал книгу, неизвестно когда уже подошёл к нему.</p><p>И он, будучи «Охотником», ничего не почувствовал!</p><p>Хотя отчасти причина кроется в том, что у него головокружение от чтения 《Демонологии》, это также доказывало, что хранитель библиотеки ростом более трёх метров отлично умеет скрывать своё дыхание и движения.</p><p>Люмиан отвёл взгляд и посмотрел на имя, указанное хранителем библиотеки:</p><p>«Король Демонов Фабути».</p><p>Не успел Люмиан спросить, почему, как хранитель библиотеки с ярко выраженными чертами гиганта сдвинул палец на несколько сантиметров вперёд и сказал:</p><p>«Это имя тоже лучше не произносить на Потустороннем языке.»</p><p>Люмиан проследил за движением пальца и мысленно прочёл соответствующее имя:</p><p>«Прародительница Вампиров Лилит».</p><p>«Почему нельзя произносить?» — Люмиан не стал скрывать своего незнания.</p><p>Хранитель библиотеки произнёс низким голосом:</p><p>'Король Демонов всё ещё жив, этот могущественный древний бог всё ещё жив.</p><p>«А Прародительница Вампиров, предположительно, жива. В последние годы в городе кое-кто произнёс имя Лилит на языке гигантов, после чего столкнулся с некими аномалиями. Хотя угрозы для жизни не было, он долго чувствовал себя плохо.»</p><p>Древние боги? «Древний бог Солнца» до того, как стал править миром? Это мифология, соответствующая Второй Эпохе? — Люмиан вспомнил крупицы знаний, полученных ранее, и с задумчивым видом спросил у стоявшего рядом хранителя библиотеки:</p><p>«„Древний бог Солнца“ — это тот, кто спас человечество из-под власти этих древних богов?»</p><p>Хранитель библиотеки ростом более трёх метров перевернул миф о сотворении мира на одну из последующих страниц и ткнул пальцем.</p><p>Люмиан скользнул взглядом и увидел следующее описание:</p><p>'Всезнающий и Всемогущий Бог пробудился, вышел из подземелья, победил древних богов и вернул Себе полномочия.</p><p>«Примечание: В текущую эпоху Всезнающего и Всемогущего Бога также называют Древним богом Солнца…»</p><p>И вправду… Иными словами, из восьми древних богов Король Демонов Фабути всё ещё жив, Прародительница Вампиров Лилит, предположительно, жива, а остальные пали? Король Гигантов Олмир… Почему это имя кажется знакомым? Ах да, лучшее красное вино и столица провинции Шампань — какое отношение они имеют к Королю Гигантов?.. Люмиан осторожно спросил:</p><p>«Можно ли произносить эти два имени на обычных человеческих языках?»</p><p>«Имя Прародительницы Вампиров можно, а вот с Королём Демонов лучше не пытаться, даже при написании следует проявлять осторожность, — ответил огромный хранитель библиотеки. — Никто из нас не знает наверняка, обладает ли Король Демонов какими-то особыми способностями.»</p><p>Проявлять осторожность даже при написании… Вы, Демоны, все такие? Хм, божество Пути «Дьявола» всё ещё живо, а ведь это древний бог, существующий ещё со Второй Эпохи… — пробурчал про себя Люмиан и, повинуясь внезапному порыву, достал из «Вещмешка путешественника» записку с «заклинанием любви»:</p><p>«Вы когда-нибудь встречали это имя? Ранее я столкнулся с Демоном, который называл себя так, и это имя точно так же нельзя произносить, нельзя писать, а можно только мысленно представлять.»</p><p>Хранитель библиотеки принял бумажку своей гигантской ладонью, способной целиком обхватить голову Люмиана, и его взгляд скользнул по имени «Наборедесли».</p><p>Он погрузился в воспоминания и спустя минуту-другую молча ушёл в секцию со стеллажами, откуда принёс какой-то список.</p><p>Название этой книги гласило:</p><p>《Сборник слухов и сплетен до Великого Бедствия (1)》</p><p>Простое и незамысловатое название… Люмиан смотрел, как хранитель библиотеки открыл только что принесённую книгу и указал на фрагмент текста:</p><p>«И вправду здесь.»</p><p>Люмиан сосредоточил взгляд и мысленно прочёл:</p><p>'После того как Король Демонов Фабути увёл Демонов обратно в Бездну, всё ещё время от времени появлялись слухи о Демонах, искушавших людей.</p><p>'Среди имён, использовавшихся теми Демонами, были следующие:</p><p>'Вельзевул, Алмос, Самаэль, Левиафан, Наборедесли.</p><p>«Высокопоставленные „Охотники на демонов“ полагают, что среди этих имён кроются псевдонимы Короля Демонов Фабути…»</p><p>Псевдонимы Короля Демонов Фабути? Люмиан ужаснулся от прочитанного, его спину покрыл лёгкий холодный пот.</p><p>Неужели Наборедесли и есть тот самый Король Демонов?</p><p>Неужели запечатанный алый Демон — это тот самый Король Демонов?</p><p>Нет, не похоже. Будь это действительно древний бог, то, мельком увидав хотя бы его силуэт, я бы не отделался во сне лишь «последствием» в виде взорвавшихся глаз, а на месте утратил бы укрощение и развалился… Хм, среди этих имён действительно может присутствовать псевдоним Фабути, но это не означает, что Наборедесли — это именно он… Люмиан поднял правую руку, смахнул пот и с натянутой улыбкой сказал хранителю библиотеки:</p><p>«Могу ли я, будучи чужестранцем, действительно читать эти книги? Знания в них крайне драгоценны.»</p><p>Хранитель библиотеки спокойно ответил:</p><p>«Вождь уже сказал нам, что ты — Благословенный господина „Шута“.»</p><p>«Понятно.» — Люмиану стало немного смешно.</p><p>Оказывается, далеко не каждый иноземец может прийти сюда и читать книги.</p><p>Хранитель библиотеки больше ничего не стал напоминать и, держа в руках книгу с записью различных слухов времён до Великого Бедствия, неспешно отошёл от места Люмиана.</p><p>Люмиан продолжил читать 《Демонологию》 и 《Миф о сотворении мира》, чередуя их и время от времени отдыхая.</p><p>Ближе к вечеру он с трудом дочитал обе книги и покинул Двойные башни.</p><p>Затем он высвободил накопившуюся духовность и посредством «Телепортации» вернулся на «Ягоду» в порту Гант.</p><p>Глядя на всё ещё светлое небо над этим местом, Люмиан окончательно убедился, что расследование легенд о Демоне на острове Гант подошло к концу.</p><p>Омут здесь слишком глубок и мутен, ему не стоит в это вмешиваться.</p><p>В его дальнейших планах и маршруте больше не оставалось никаких сомнений.</p><p>Раз уж на этот раз не удалось полностью усвоить зелье «Заговорщика», значит, нужно отправиться в Западный Балам, найти «Сисо» и, выследив его, усвоить зелье и завершить ритуал продвижения!</p></section><section><title><p>Глава 635 «Заговор»</p></title><p>Глава 635 «Заговор»</p><p>Поздно ночью, Трир.</p><p>Сидя перед небольшой Аналитической машиной и приёмо-передающей радиостанцией, Ангулем де Франсуа под стук клавиш наблюдал, как механическая печатная машинка выдавала «расшифрованную» телеграмму.</p><p>В заголовке стоявшая подпись гласила: «Потайной клинок».</p><p>Поскольку они общались уже какое-то время, Ангулем сохранял полное спокойствие; он взял телеграмму и быстро пробежал её глазами:</p><p>«Слушай, когда вы ежедневно охраняете высокопоставленных чиновников или членов парламента, и они отправляются на любовное свидание или в уборную, вы заходите за ними следом, чтобы наблюдать?»</p><p>Ангулем сперва не удержался от смеха и оскалился в улыбке, собираясь ответить «Потайному клинку»: «О чём ты вообще думаешь целыми днями?», но едва эта мысль промелькнула, как его глаза слегка сузились, а пальцы застучали по клавишам печатной машинки:</p><p>«Признавайся, какое преступление ты замышляешь? Кого из высокопоставленных чиновников или членов парламента ты собралась убить?»</p><p>Чёрт! Сидевшая в хозяйской спальне своей квартиры Франка неуютно заёрзала всем телом.</p><p>Отчего возникло такое чувство, будто её допрашивает полицейский лицом к лицу?</p><p>Она мысленно издала пару сухих смешков и с треском застучала по печатной машинке:</p><p>«Мне просто стало любопытно. Пойдёшь за ними — выйдет слишком неловко, не пойдёшь — легко воспользоваться уязвимостью в системе безопасности».</p><p>Она ни за что на свете не призналась бы, что замышляет действовать против действующего министра промышленности.</p><p>Спустя довольно долгое время «007» прислал новую телеграмму:</p><p>'Я редко выполняю подобного рода задачи. Поначалу я в основном разбирался с потусторонними происшествиями и сражался с культистами, а затем получил повышение и больше не участвую в повседневных операциях по охране.</p><p>'Насколько мне известны инструкции и мой недолгий опыт, где бы ни находился охраняемый объект, мы обязаны следовать за ним. Если он отправляется на любовную встречу, мы выделяем как минимум одного человека, который тихо стоит у вешалки и наблюдает, а если позволяет время, заранее проверяем и подтверждаем личность и прошлое его любовницы; если же охраняемый заходит в уборную, ждём сбоку от него, остерегаясь атак из канализации, вентиляционных шахт и теней.</p><p>'Однако есть одно исключение: если охраняемый объект настойчиво требует уединения и подписывает отказ от претензий, мы можем уважить его право на личную жизнь. В конце концов, мы ему не отцы, чтобы беречь его пуще глаза; если он и впрямь погибнет, его просто заменят — трёхногую жабу найти непросто, а вот людей, желающих стать высокопоставленными чиновниками и членами парламента, хватит на целый бульвар. К тому же в большинстве случаев подобные чиновники и депутаты сами по себе не представляют большой ценности и не обладают выдающейся дальновидностью или умом: важно занимаемое ими место, а не их личность.</p><p>«Мало кто из высокопоставленных чиновников и депутатов решает подписывать отказ от претензий ради приватности, однако, обсуждая секретные дела со своей командой, они зачастую поступают именно так».</p><p>«007», ты переработал на сверхурочных до такой степени, что копишь обиду на весь свет? — про себя посмеивалась Франка, читая телеграмму.</p><p>Ей казалось, что «007» всё ещё держится слишком скованно. Будь на его месте те двое «соратников по группе» из Руэна, они обязательно заявили бы: «Большинство высокопоставленных чиновников, не касающихся реальных дел, и способных лишь толкать речи депутатов — умерли да и умерли. Посади на их места кучерявых павианов, те и то справились бы лучше. По крайней мере, кучерявые павианы не стали бы принимать решения с потолка, не искали бы личной выгоды и не воображали бы себя великими мудрецами, желая выслужиться; они лишь спокойно уплетали бы бананы да весело резвились, что причиняло бы государству наименьший вред».</p><p>Франка ещё раз перечитала телеграмму от «007», повернулась и обратилась к Дженне, сидевшей на краю кровати:</p><p>'Меры безопасности крайне строгие, у нас нет уязвимостей, которыми можно было бы воспользоваться.</p><p>«Ну, у „Очистителей“ дела стоят так, да и у „Сердца Механизмов“ с Восьмым бюро наверняка всё примерно так же».</p><p>Франка, Дженна и Антони уже некоторое время собирали сведения и разработали несколько планов, однако всё равно считали их недостаточно надежными и не испытывали особой уверенности. По этой причине они решили проконсультироваться с «007», надеясь выяснить обстановку вокруг охраны Морана Авиньи.</p><p>Как-никак речь шла о министре кабинета целого государства — разве можно устроить покушение на такого человека по первому щелчку пальцев!</p><p>К тому же целью Франки и её спутников вовсе не являлось убийство, а даже если бы они и пошли на убийство, пришлось бы выкроить время для спиритического допроса, что создало бы ещё больше сложностей.</p><p>Выслушав краткий пересказ ответа «007» от Франки, Дженна ненадолго задумалась и произнесла:</p><p>«Будь на нашем месте другая Демонесса, она, возможно, решила бы пожертвовать своей законной личностью, выстраиваемой годами, чтобы соблазнить Морана Авиньи и, притворившись смущённой, заставить министра подписать с охраной отказ от претензий. Но я считаю, что такой способ не сработает: Моран Авиньи с высокой долей вероятности является „Человеком из зеркала“, а „Люди из зеркала“ тесно связаны с Путём „Демонессы“, так что больше всего он должен остерегаться именно приближения Демонесс».</p><p>В этой операции против Морана Авиньи Франка изначально не хотела задействовать Дженну, поскольку «Черная Демонесса» Кларисса собиралась скрытно наблюдать и оказать помощь в ключевой момент. Если бы та засекла использование Дженной способностей Пути «Демонессы», это было бы крайне опасно.</p><p>Однако Дженна настояла на своём участии, и её доводом было следующее:</p><p>После того как Франка призналась Клариссе, что слишком долго обходилась без услад, эта «Черная Демонесса» непременно заподозрила бы характер отношений между Франкой и ею — в конце концов, Франка в своё время сблизилась с Бранш Сорен под предлогом посещения женских веселых вечеринок.</p><p>Поэтому Дженна хотела продемонстрировать перед «Черной Демонессой» способности и боевой стиль «Вампира», а имеющийся у неё волшебный предмет позволял ей создать отличную маскировку и сохранить достаточную боеспособность — при условии, что «Стрела кровопийцы» будет заранее вонзена в тело и скрыта под одеждой. Что же до «зеркального двойника», его можно было свалить на Франку, ведь он имелся и у Антони.</p><p>Франка тогда пробормотала, мол, «Демонессы тоже способны на чистую любовь», но едва эти слова сорвались с губ, как сама же смущенно сменила тему, тем самым давая молчаливое согласие на участие Дженны.</p><p>«Угу», — сидя со скрещенными ногами, Франка слегка кивнула: «Сила Морана Авиньи неизвестна, он вполне может оказаться очень силён. Если попытаться соблазнить его, когда он настороже, можно лишь превратиться в его добычу и лишиться жизни. Эх, напишу-ка я лучше письмо Лумиану, посмотрим, что этот парень предложит».</p><p>Сказав это, Франка самоиронично усмехнулась:</p><p>«С тех пор как он покинул Трир, мои мозги сбежали из дома».</p><p>Она подшучивала над собственной прежней ленью: в большинстве случаев она перекладывала основную обязанность думать на Лумиана, отводя себе лишь вспомогательную роль.</p><p>Дженна не удержалась от смешка:</p><p>«Ты действительно умеешь посмеяться над собой, и это то, что мне нравится в тебе больше всего — душевность и жизнерадостность».</p><p>Франка «хе-хе» усмехнулась:</p><p>«Шутки помогают разрядить обстановку и сблизиться, но иногда, если не угадаешь с чуждой чувствительностью, подшучивание легко превращается в насмешку, так что подшучивать над собой куда безопаснее».</p><p>Пока две Демонессы болтали, с треском поступала новая телеграмма, и в заголовке снова значилось «007».</p><p>Франка сдёрнула ленту, взглянула на текст, и её глаза мгновенно вспыхнули.</p><p>Содержание той телеграммы гласило:</p><p>«„Потайной клинок“, если ты откроешь мне свою цель и приведёшь достаточные основания, я, возможно, смогу помочь тебе и тайком посодействовать твоим действиям».</p><p>Ого, вот это по-братски! Втайне восхитившись, Франка с летающими пальцами застучала по механической печатной машинке:</p><p>«Дело вот в чём: на данный момент у меня достаточно улик, чтобы полагать, будто министр промышленности Моран Авиньи — „Человек из зеркала“, который проник в Трир и заменяет оригинал вот уже несколько десятилетий. Ха-ха, раньше я не говорила тебе, потому что мне нужно добыть кое-какие важные сведения у Морана Авиньи, а если вы его сцапаете, я не могу быть уверена, что ты получишь доступ к соответствующим материалам, вот и решила сперва действовать сама».</p><p>«Уф… Есть надежда!» — Франка повернулась всем телом и радостно подняла перед Дженной указательный и средний пальцы правой руки.</p><p>Вскорости «007» прислал ответ:</p><p>«Как можно скорее собери результаты прежнего расследования и материалы по Морану Авиньи и оставь в пункте связи. Я сперва всё проверю и присмотрю возможность, а ты терпеливо жди моего извещения».</p><p>Франка сначала расцвела от радости, а затем сжала губы и отправила короткую телеграмму:</p><p>«В этой операции с высокой вероятностью будет участвовать полубог Секты Демонессы, так что будь осторожнее».</p><p>Дженна молча дочитала и задумчиво спросила:</p><p>«Всё ещё будешь спрашивать мнения Лумиана?»</p><p>«Спрошу», — без колебаний ответила Франка. — «Как говорится в поговорке: три простых сапожника заменят одного Роселя. Чем больше людей думает, тем больше идей, авось найдётся способ получше».</p><p>«Что ещё за поговорка, почему я о такой не слышала…» — Дженна заподозрила, что Франка выдумала её на ходу.</p><p>…………</p><p>Ночь, когда не видать Алой Луны, и лишь россыпи звёзд дарят скупой свет.</p><p>Сидя в люксе первого класса на судне «Ягода», Лумиан пролистывал учебник дутанского языка, как вдруг перед его взором появился его Посланник — «Кающийся» Баинфер.</p><p>Облачённый в чёрную рясу священника, подобный обугленному трупу Баинфер протянул ему письмо.</p><p>Лумиан протянул руку, забрал письмо и уловил витающий над бумагой едва заметный аромат.</p><p>Письмо от Франки… Дженна даже подержала его в руках и почитала… — мысленно прикидывая на ходу, Лумиан с любопытством взглянул на своего Посланника.</p><p>Ему всегда казалось, что у «Кающегося» Баинфера за плечами немало историй, однако всякий раз, стоит завести разговор, тот предпочитает отмалчиваться.</p><p>Дождавшись, пока Баинфер уйдёт в мир духов, Лумиан развернул письмо, откинулся на спинку стула и неспешно принялся читать.</p><p>«Раз помогает „007“, дело не должно оказаться сложным», — вдруг усмехнулся Лумиан и беззвучно прошептал: — «На крайний случай можно ловить на живца, взяв на прицел то, что он „Человек из зеркала“, остерегается Демонесс и, возможно, обладает недюжинной силой. Когда Моран Авиньи подумает, будто перед ним наживка Секты Демонессы, за которой кроется некий полубог, и решит сожрать сладкую оболочку, заглотив наживку, он с ужасом обнаружит, что ему и стоящим за ним силам противостоят от одного до двух Ангелов и от трёх до пяти полубогов… Однако в таком случае заданию Франки от Секты Демонессы придёт конец…»</p><p>Мысли Лумиана мелькали с молниеносной быстротой: он набрасывал один план за другим и тут же один за другим их отбрасывал.</p><p>К завтрашнему дню «Ягода» покинет Бушующее море и войдёт в прибрежные воды Южного континента.</p><p>Тогда судну больше не придётся закладывать галсы, петляя туда-сюда, чтобы огибать блуждающие штормы, водовороты и мистические явления, и оно сможет устремиться прямиком к порту назначения в Западном Баламе.</p><p>Внезапно Лумиан ощутил нечто странное и поднялся на ноги.</p><p>Он подошёл к окну, посмотрел наружу и увидел, как неподалёку во тьме бесшумно скользит трёхмачтовый парусник старинной постройки.</p><p>На корабле не горели огни, и по палубе никто не ходил.</p></section><section><title><p>Глава 636 Западный Балам</p></title><p>Глава 636 Западный Балам</p><p>Лумиан слышал от Лугано, что корабли, сбившиеся с безопасного фарватера, могут таинственным образом исчезать, а через несколько лет иногда появляться по ночам — без огней и без людей.</p><p>Похоже, сейчас был как раз такой случай.</p><p>Будь это в прошлом, Лумиан, возможно, из любопытства перенёсся бы «Телепортацией» туда, пока трёхмачтовый парусник снова не вошёл в безопасный фарватер, чтобы проверить его внутреннее состояние. Но после истории с легендой о Демоне на острове Гант он посчитал, что лучше не искать лишних хлопот. Пока движущийся в темноте беспилотный корабль не проявляет агрессии и не возникает чувства, что в любой момент может разразиться опасность, он может просто смотреть на это как на уникальный пейзаж Бушующего моря.</p><p>Судно, имевшее в целом коричнево-бурый цвет, постепенно удалялось, лишь паруса раздувались от ветра, и больше не было никакого движения.</p><p>Внезапно обладающий отличным зрением Лумиан увидел, как в открытом проёме одного из окон на самом верхнем ярусе каюты некое лицо тихо смотрит наружу, смотрит в эту сторону.</p><p>Кожа на том лице была иссохшей и бледной, плотно обтягивавшей кости и лишённой всякой плоти, длинные светло-русые волосы свисали по обеим сторонам, словно пучки засохшей бурьян-травы, а оба глазных яблока давно отсутствовали — оставшиеся глазницы были заполнены беспросветной тьмой.</p><p>Это было похоже на голову мумии, однако губы имела яркие и невероятно сочные, словно она только что накрасила их помадой.</p><p>Лумиан интуитивно решил, что это иссохшее бледное лицо принадлежало женщине — по крайней мере, при жизни.</p><p>Он не стал поднимать правую руку и восторженно приветствовать её, а лишь молча смотрел, как трёхмачтовый парусник старинного фасона выходит из безопасного фарватера и уходит в глубокую ночную тьму, смотрел, как иссохшее лицо с ало-красными губами и чёрными глазницами растворяется в темноте.</p><p>Только тогда он помахал рукой и со смешком произнёс:</p><p>'До свидания!</p><p>«И больше не свидимся!»</p><p>Затем он ещё какое-то время размышлял над планом борьбы с Мораном Авиньи для Франки и остальных, в итоге решив дождаться от «007» дополнительных сведений, прежде чем строить более глубокие замыслы.</p><p>«Заговорщик» — не Фантазер, он не может конструировать заговоры из воздуха, ему необходима достаточная информация для опоры.</p><p>К рассвету, когда Лумиан проснулся, «Ягода» выплыла из Бушующего моря сквозь клубящийся, пропитанный дыханием смерти густой туман.</p><p>Впереди простирался лазурно-чистый океан, а высоко в небе палило солнце.</p><p>Весь следующий день «Ягода» не заходила в порт Беленс, расположенный на самом севере Западного Балама, и продолжала плыть на юго-запад, пока наконец в четыре часа дня не прибыла в порт Пайлос.</p><p>Этот порт находился в штате Матани и управлялся генералом по имени Куэрариль.</p><p>Изначально это место было колонией Республики Интис, но после войны несколько лет назад интисские колонизаторы покинули этот город и прилегающие территории, а сменявшие друг друга силы Королевства Фейнапот, имевшие хорошие отношения с самим генералом Куэрарилем, постепенно вошли сюда.</p><p>Цель поездки Лумиана, «Сисо», не появлялся в порту Пайлос, однако обе его выходки произошли в штате Матани: одна — в городке Тизамо, находящемся на самом краю порта Пайлос возле джунглей, а другая — в золотодобывающем городе Девис на самом юге штата Матани.</p><p>Расстёгивая вторую пуговицу сверху на льняной рубашке, Лумиан сказал Лугано с самоиронией:</p><p>«Такое ощущение, будто зима меня отвергает — я всё время нахожусь в жаре.»</p><p>До наступления глубокой осени в Трире он отправился в порт Санта, где осенью тоже было весьма жарко и много солнца; когда в порту Санта стало прохладнее, он прибыл в порт Колиа, находившийся, как говорила сестра, в тропиках, где есть лишь сезон дождей и сухой сезон, нет зимы, а минимальная температура составляет около двадцати градусов Цельсия.</p><p>Сейчас в Трире и других местах уже наступила глухая зима, а на Южном континенте всё как раз наоборот — в самом разгаре жаркое лето.</p><p>Из-за этого чёрное суконное пальто и тёплый плащ в стиле Германа, специально подготовленные Лумианом, никак не могли пригодиться.</p><p>«Потому что осенью мы всё время двигались на юг,» — у Лугано всё же было право голоса в вопросах погоды и сезонов.</p><p>Лумиан надел золотисто-жёлтую соломенную шляпу и, взяв Людвига за руку, сошёл по трапу в порт.</p><p>Он ничуть не скрывал характерных черт Великого авантюриста Луи Бери.</p><p>На самом деле изначально Лумиан планировал сменить стратегию и под другим именем тайно проникнуть в штат Матани, чтобы незаметно расследовать те две выходки и выследить «Сисо». Однако после того как Франка во всех подробностях описала повседневное поведение «Сисо» Антони Риду, в психологическом портрете, составленном этим «Гипнотизером», среди первых пунктов значилось суждение о «высокой агрессивности».</p><p>Поэтому Лумиан изменил решение и вернулся к «ловле на живца».</p><p>Впрочем, он полагал, что шанс на успех невелик: извлёкши урок из ритуала Морского жертвоприношения, да ещё и с выжившим «Локи», способным передавать информацию, «Сисо» должен иметь чёткое представление о стоящих за ним силах, а судя по ресурсам и возможностям, проявленным «Днём дурака» ранее, они явно не обладали мощью для противостояния «Клубу Таро», да и за спиной Лумиана стоял далеко не только «Клуб Таро».</p><p>Будь он сам «Сисо» в такой ситуации, Лумиан непременно предпочёл бы терпеливо подождать — месяц-другой, пока пришедший мстить враг не потеряет терпение и не начнет совершать ошибки, пока сильные мира сего за его спиной не смогут больше непрерывно защищать его, — и лишь тогда нанёс бы внезапный удар.</p><p>«Сначала не буду заготавливать план, найду зацепки и тогда подумаю,» — мысленно произнёс Лумиан и вместе с толпой пассажиров вышел из порта к остановке омнибусов.</p><p>Поблизости также стояло немало наёмных экипажей и гробов — то угольно-чёрных, то ярко-алых.</p><p>Гробы? Хотя Лумиан и прочёл немало путевых заметок и книг, описывающих нравы и обычаи Западного Балама, однако при виде настоящих гробов, стоящих у края дороги, он всё равно ощутил невольную абсурдность происходящего.</p><p>До вторжения государств Северного континента, до того как Восточный и Западный Балам были искусственно разделены, империя Балам поклонялась «богу Смерти» — им был тот самый «Император Преисподней» из «Войны Четырех Императоров». Поэтому здешние люди ценили и любили гробы, считая их предметами, приносящими покой и умиротворение, привлекающими покровительство бога Смерти, и при повседневных поездках ложились внутрь, а гроб несли люди или тянули лошади либо однорогие бараны.</p><p>Разумеется, такое средство передвижения было рассчитано на людей с определённым достатком, обычные же жители не могли позволить себе роскошь полежать в гробу.</p><p>После короткого замешательства Лумиан с большим интересом обратился к Лугано и Людвигу:</p><p>«Поедем в гробу? Я хочу попробовать.»</p><p>«Я… пожалуй, воздержусь,» — Лугано считал, что лежать в гробу — плохая примета, и не мог этого принять.</p><p>Людвиг же уставился на уличных торговцев поблизости.</p><p>Ароматы кукурузы и картофеля переплетались в воздухе, заставляя слюнки течь у каждого прохожего.</p><p>«Какие же вы скучные,» — со смешком отругал их Лумиан и подошёл к четырём местным жителям с растрёпанными чёрными волосами и тёмно-коричневой кожей, после чего поднял правую руку и указал на угольно-чёрный гроб, стоящий в тени деревьев.</p><p>«Сколько стоит?» — Лугано опередил Лумиана, спросив на довольно ломаном дутанском.</p><p>У него действительно был определённый талант к языкам: с момента отплытия из порта Санта и до прибытия в порт Пайлос прошло меньше месяца, а он уже мог кое-как изъясняться с местными на дутанском — разумеется, лишь самыми обыденными и короткими словами да фразами.</p><p>Один из местных с обнажённым торсом и в льняных штанах ответил по-дутански:</p><p>«В близкие места — 40 копе, в дальние — 1 фер.»</p><p>Увидев, что спрашивающие — иностранцы, он не стал переводить цену в местную валюту «дериси» — так интисцы называли местную монету, что означало «медяк».</p><p>«А ведь довольно дёшево, это же гроб, который несут четверо, тот, что несут восьмеро, наверняка стоит куда дороже… Ха-ха, оказывается, можно платить напрямую в ферах и копе, недурно для бывшей интисской колонии, утерянной всего несколько лет назад…» — на самом деле Лумиан владел дутанским даже лучше Лугано, поскольку на корабле потратил свой единственный амулет Потустороннего средней Последовательности «Понимание языков».</p><p>Изучать язык, уже находясь в состоянии понимания дутанского, было, естественным образом, куда проще и эффективнее.</p><p>Что же до израсходованного амулета, Лумиан ничуть не переживал: по его мнению, вещи и существовали для того, чтобы ими пользоваться, и жалеть тут было не о чем — главное, чтобы они приносили пользу. Не стоит уподобляться некоторым скупцам, которые всю жизнь тяжко трудятся, жалея потратить лишнюю монету то на одно, то на другое, а в конце умирают, и все накопленные деньги достаются другим. К тому же, если амулет «Понимание языков» срочно понадобится снова, всегда можно купить его в «Исследовательском обществе кудрявых павианов», а если сходка будет ещё нескоро, то можно перенестись «Телепортацией» в любой город Ленбурга и купить его у Церкви Познания.</p><p>«Идёт,» — Лумиан кивнул Лугано и сказал: «Нам в отель „Орелла“.»</p><p>Едва Лугано заплатил 1 фер, называвший цену местный житель приподнял довольно тонкую крышку гроба, обнажая внутренность, выстланную сукном тёмно-красного цвета с довольно жёстким валиком для шеи.</p><p>Сняв золотисто-жёлтую соломенную шляпу, Лумиан с большим воодушевлением лёг внутрь, и по его телу тут же пробежал холодок.</p><p>В столь жаркую пору это отлично разогнало душную сырость.</p><p>«То ли дело в древесине гроба или защищающей от солнца чёрной краске, то ли в том, что он стоял в тени деревьев? Будто летом зашёл в морг, весьма приятно…» — Лумиан смотрел, как тонкая крышка гроба надвигается сверху, и чувствовал, как тьма стремительно разрастается, в конце концов возобладав над всем вокруг.</p><p>Звуки снаружи, доносившиеся до его ушей, тоже сделались смутными.</p><p>Затем гроб подняли, и он, слегка покачиваясь, двинулся вперёд.</p><p>Перед глазами Лумиана стояла непроглядная тьма, вокруг веяло мрачным холодком, и у него ни с того ни с сего возникла иллюзия, будто он шагает навстречу смерти и прикасается к ней.</p><p>«Если отбросить психологический дискомфорт, то здесь довольно-таки неплохо, разве что легко уснуть…» — он в хорошем расположении духа принялся оценивать подобное средство передвижения. — «К тому же оно не подходит для совместных поездок мужчин и женщин — выйдет неловко. Ха-ха, интересно, заводили ли „романтичные“ интисцы интрижки в подобной обстановке?»</p><p>Спустя почти полчаса гроб остановился перед отелем «Орелла».</p><p>Выбравшись из гроба, Лумиан увидел небольшое искусственное ущелье.</p><p>Ряды комнат, сложенных из серо-чёрных каменных глыб, огибали внутренние стены «ущелья» и уходили всё глубже и глубже к самому дну.</p><p>Это и был самый известный в порту Пайлос отель «Орелла».</p><p>Когда-то он принадлежал одному из потомков императорского рода Балам, Орелле Эггерсу, и был построен с целью приблизиться к смерти, а позже его захватили интисские колонизаторы.</p><p>Прибывшие сюда фейнапотцы посчитали, что это здание несёт в себе символический смысл погружения в недра земли и возвращения к ней, поэтому перестроили его в крупный отель.</p></section><section><title><p>Глава 637 Только прибыли</p></title><p>Глава 637 Только прибыли</p><p>В расположенном на поверхности вестибюле отеля «Орелла».</p><p>Лугано одной рукой держал Людвига, уплетавшего кукурузную лепёшку, а другой сжимал чемодан, с лёгким смущением оглядываясь по сторонам. С самого рождения, от первых шагов в качестве авантюриста и до путешествия на юг вслед за Лумианом, ему ещё ни разу не приходилось останавливаться в заведениях, носивших название «отель», а не «гостиница».</p><p>Он лишь читал в газетах и журналах, что знаменитейший трирский отель «Шанз-Элизе» обошёлся в строительстве в 21 миллион феров, насчитывал 800 номеров и 65 банкетных залов, а самый обычный номер даже в несезон стоил 12 феров в сутки — что стало огромным потрясением для Лугано, который тогда тратил на гостиницу всего по 3,5 фера в неделю.</p><p>Именно под впечатлением от подобных баснословных историй из процветающего мегаполиса Трира Лугано в конце концов набрался смелости и, перешагнув через стыд, отправился к Лумиану с самовыдвижением.</p><p>Ему нужно было как можно скорее скопить богатство, купить ингредиенты для зелья и продвинуться до «Врача»!</p><p>Он хотел стать частью высшего общества!</p><p>И лишь став «Врачом», он осознал, насколько обширен потусторонний мир и что сам он едва ступил на этот путь.</p><p>Мужчина-администратор с темновато-коричневой кожей, слегка вьющимися чёрными волосами и хитроватыми чертами лица на беглом интисском языке произнёс, обращаясь к Лугано:</p><p>«Вы хотите люкс или обычный номер? Кровать вам в виде гроба или традиционную?»</p><p>Лугано повернул голову, глянув на своего нанимателя.</p><p>Лумиан крутил в пальцах сигару цвета жжёного сахара из Восточного Балама, скрученную из обжаренных табачных листьев, поднёс её к носу и слегка понюхал, уловив смесь ароматов самого табака, внутренних пряностей и разнообразных трав.</p><p>Запах был немного терпким, весьма насыщенным и манящим вдохнуть его снова.</p><p>«Люкс, обычную, поближе к поверхности,» — у Лумиана, успевшего испробовать арендный гроб в качестве средства передвижения, не возникло ни малейшего желания спать в гробу.</p><p>Дело было не в психологической травме, а в том, что эта штука заглушала восприятие окружающей обстановки, и в случае внезапного нападения помешала бы своевременно среагировать.</p><p>Услышав его ответ, Лугано тихонько вздохнул с облегчением и передал пожелания нанимателя администратору.</p><p>«Восемь феров в день, предоплата за три дня,» — назвал цену администратор, очевидно бывший местным туземцем.</p><p>Когда Лугано расплатился, администратор переглянулся с коллегами и с угодливой улыбкой произнёс:</p><p>«Я провожу вас вниз.»</p><p>В глубине вестибюля располагались три механических подъёмника. Лумиан со спутниками вошли в среднюю кабину и передвинули латунную рукоятку на отметку третьего подземного этажа.</p><p>Затянулись цепи, сцепились шестерни, раздался гул работающих металлических деталей, а откуда-то издалека донеслось гудение котлов и вырывающийся белый пар.</p><p>Механический подъёмник устремился вниз. Туземец-администратор взглянул на Людвига и, расплывшись в улыбке, обратился к Лумиану:</p><p>'Вы планируете обосноваться в порту Пайлос?</p><p>«Если вам нужно узнать о местных грамматических школах или об аренде жилья в разных районах, вы всегда можете обратиться ко мне.»</p><p>На его взгляд, человек, прибывший на Южный континент с ребёнком семи-восьми лет, явно намеревался переехать сюда, а не просто путешествовать — всё-таки мальчик слишком мал для опасных дальних странствий.</p><p>А раз переезд, значит, понадобится аренда или покупка жилья, выбор хорошей школы — всё это отличные возможности подзаработать!</p><p>Услышав слово «школа», Людвиг, грызший жареный кукурузный початок, мгновенно перестал жевать, словно еда в его руках внезапно потеряла всякий вкус.</p><p>Лумиан без труда разгадал замысел туземца, но возражать не стал — напротив, даже оценил его хваткость.</p><p>Он улыбнулся и ответил:</p><p>«Пока просто осмотримся, мы ещё не решили, останемся ли в порту Пайлос.»</p><p>В этот момент механический подъёмник остановился на третьем подземном этаже.</p><p>Лумиан вышел в коридор, где справа располагались номера, а слева тянулась каменная балюстрада, за которой зияла мрачная, прохладная бездна, и спросил у туземца-администратора:</p><p>«Вы знаете городок Тизамо?»</p><p>Туземец, помогавший Лугано нести чемодан, слегка пригнулся и пошёл чуть впереди, указывая дорогу:</p><p>'Знаю, многие джентльмены любят ездить в Тизамо по выходным на охоту в джунглях.</p><p>«В тамошних джунглях сохранилось немало тайных храмов и усыпальниц, оставшихся от старинной знати. Если решите прогуляться, ни в коем случае не заходите вглубь — здешние первобытные племена дики и жестоки.»</p><p>Лумиан слегка кивнул, не став расспрашивать дальше. Добравшись до люкса №7 и войдя в гостиную, он непринуждённо достал серебряную монету в 1 велькинс и бросил её администратору:</p><p>«Как тебя зовут?»</p><p>Администратор расплылся в обрадованной улыбке:</p><p>«Можете звать меня Рон.»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«В будущем я, возможно, буду часто к тебе обращаться. Например, как называется ближайший хороший бар и где он находится?»</p><p>Рон погладил серебряную монету в руке и с сияющей улыбкой произнёс:</p><p>'Служить вам — большая честь для меня.</p><p>«Можете сходить в бар „Раффлезия“, там говорят по-интисски. Это прямо на улице за нашим отелем.»</p><p>Лумиан отдал несколько распоряжений Лугано, после чего вместе с Роном вышел из номера и стал ждать, пока поднимется один из механических подъёмников.</p><p>Когда они вошли в кабину, там уже стоял мужчина.</p><p>У него было мертвенно-бледное лицо, пустой взгляд, а одет он был в мятую рубашку и брюки.</p><p>Лумиан мазнул по нему взглядом и ничего не сказал.</p><p>Под лязг натягивающихся цепей и довольно плавный подъём механическая кабина вернулась на поверхность.</p><p>Едва мужчина с пустыми глазами вышел из дверей и отошёл на некоторое расстояние, Рон приблизился к Лумиану и тихо шепнул:</p><p>«Я только что хотел предостеречь вас, чтобы вы сделали вид, будто не замечаете этого гостя.»</p><p>«Кто он?» — вскользь поинтересовался Лумиан.</p><p>Рон огляделся по сторонам и понизил голос:</p><p>'Он живёт в люксе на восемнадцатом подземном этаже и служит господину Ивелисте.</p><p>«Слуги этого господина все выглядят как-то странно.»</p><p>«Ещё бы не странно, это ведь ходячие трупы…» — мысленно усмехнулся Лумиан.</p><p>Он ещё в кабине вгляделся в этого слугу и обнаружил, что его судьба погружена во мрак и принадлежит Усопшему.</p><p>Наткнуться на такое в стране, где прежде поклонялись «богу Смерти», Лумиана ничуть не удивило.</p><p>Он видел даже тень «Кровавого Императора», что ему какой-то живой мертвец?</p><p>…………</p><p>Душным, знойным вечером Лумиан обогнул рукотворную бездну, где располагался отель «Орелла», и вышел на улицу, название которой не мог даже прочесть, найдя бар с вывеской в виде гиперболизированной раффлезии.</p><p>Он надел золотисто-жёлтую соломенную шляпу, зажёг восточно-баламскую сигару, купленную ранее в вестибюле отеля, и взял её в зубы.</p><p>Кхем-кхем-кхем!</p><p>Лумиан тут же закашлялся, выдув из ноздрей две струйки белого дыма.</p><p>Изначально он рассчитывал, что курение восточно-баламской сигары заставит его выглядеть многоопытным авантюристом, но никак не ожидал, что она окажется настолько терпкой и крепостью своей окажется почти не по силам тому, кто прежде практически не курил.</p><p>— В деревне Корду продавалось всякое дешёвое пойло, но табака в продаже не было, и Лумиан видел курящими лишь нескольких человек, вроде Понса Бене и Луиса Лунда.</p><p>Потушив восточно-баламскую сигару и бросив её в урну, Лумиан вошёл в бар, привычно приблизился к стойке и уселся на высокий табурет.</p><p>Ощутив во рту остаточный привкус дыма, он решил для начала выпить чего-нибудь помягче, а потому постучал по столешнице и произнёс на интисском:</p><p>«Стакан ромового ликёра, обычного.»</p><p>«10 риков.» Бармен был местным мужчиной в белой рубашке и чёрном жилете, его интисский звучал с заметным акцентом.</p><p>Лумиан расплатился и, пока бармен наливал выпивку, непринуждённо огляделся вокруг, обнаружив, что никто на него не смотрит, а на стене бара висит от силы десяток листовок с разыскиваемыми.</p><p>Задумчиво приняв бокал с янтарным ромовым ликёром, он поправил на голове золотисто-жёлтую соломенную шляпу и с улыбкой спросил бармена:</p><p>«Знаешь, кто я такой?»</p><p>Бармен окинул его взглядом и со смешком ответил:</p><p>«Время от времени какой-нибудь авантюрист, возомнивший себя знаменитостью, задаёт мне этот вопрос, но уж извините, я вас не знаю.»</p><p>Похоже, подвиги великого авантюриста Луи Бери, поохотившегося на «Колдуна-Демона», разнеслись в основном по Туманному морю, а дальнейшая слава возникла из-за того, что я непрерывно действовал в сфере влияния церкви «Матери-Земли». Хм, в Бушующем море имя Луи Бери уже не звучит так громко, а в Западном Баламе о нём и подавно почти никто не слыхал… Стало быть, «Сисо» не должен знать о моём прибытии в порт Пайлос, если только он не караулит на пристани изо дня в день… Лумиан вовсе не разозлился от слов бармена и, попивая ромовый ликёр, размышлял над деталями.</p><p>Бармен, видя, что тот молчит, завязал разговор:</p><p>«Вы ведь только прибыли на Южный континент?»</p><p>«Верно, только утром вышел из Бушующего моря.» Лумиан мгновенно вошёл в образ завсегдатая Старой таверны и с улыбкой затянул байку: «В Бушующем море я встретил корабль-призрак, видел усохшие трупы на палубе, вальсировал с ними под луной и отбил нападение Демонов. Слава Матери Всего Сущего, ты и представить себе не можешь, насколько чудесно и опасно Бушующее море…»</p><p>Бармен, протиравший внутреннюю стенку стеклянного бокала, перебил Лумиана:</p><p>«Я знаю, это всё-таки место, где сгинул „бог Смерти“.»</p><p>«„Место, где сгинул бог Смерти“?» — с изумлением переспросил Лумиан.</p><p>Хотя он и догадывался, что опасность Бушующего моря и аномальная погода обусловлены падением божества, он не ожидал, что получит ответ так легко и просто.</p><p>Бармен взглянул на Лумиана с выражением «да ты на самом деле сопляк зелёный» и произнёс:</p><p>'Ты не слышал о морских легендах о сокровищах?</p><p>«Первое место среди них занимает „Ключ бога Смерти“. Говорят, в конце Четвёртой Эпохи потерпевший поражение в Бледной войне „бог Смерти“ по пути бегства обратно в Балам поднял неистовствующие волны и воздвиг непреодолимую преграду, дабы задержать врагов, тем самым напрочь отрезав Северный континент от Южного. Однако до своего божественного престола Он так и не добрался и с тех пор сгинул без вести, и лишь тот, кто владеет особым ключом, сможет отыскать Его, найти оставленные Им сокровища и обрести Его Благословение.»</p><p>В голосе бармена прозвучали сложные интонации.</p><p>Лумиан же погрузился в молчание.</p><p>Он отправился в море ради мести и не испытывал интереса к легендам о сокровищах, не думая, что упустит столь важные сведения.</p><p>И ровно в этот момент он услышал, как кто-то толкнул тяжёлую деревянную дверь бара.</p><p>Шумный и оживлённый доселе бар мгновенно затих, погрузившись в абсолютную тишину.</p><p>Повинуясь этой жуткой атмосфере, Лумиан повернулся и устремил взгляд к дверям.</p></section><section><title><p>Глава 638 «Цветок-людоед»</p></title><p>Глава 638 «Цветок-людоед»</p><p>В двери бара «Цветок-людоед» вошла фигура.</p><p>Это была женщина среднего роста, в тёмно-чёрном, относительно скромном длинном платье. Её брови были изысканно подведены, на кожу нанесён густой слой пудры, на щеках красовался весьма заметный румянец, губы ярко блестели, а вокруг глаз пестрели сочные цвета.</p><p>Хотя у этой женщины наблюдался явный перебор с косметикой, макияж был слишком плотным, а общий стиль выглядел негармонично, её карие глаза, сияющие подобно драгоценным камням, высокий изящный носик, восхитительные очертания губ и соблазнительные изгибы фигуры всё равно придавали ей мощную привлекательность.</p><p>Подавляющее большинство посетителей-мужчин в баре уставились на дверь, и на некоторое время никто даже не проронил ни слова. Лишь когда женщина с лёгким высокомерием кивнула нескольким гостям, они словно ожили: одни попытались завязать разговор, другие стали громко беседовать с товарищами, выставляя себя напоказ.</p><p>Женщина не стала задерживаться, прошла сквозь толпу и села по другую сторону барной стойки.</p><p>«Своеобразный стиль… Будь здесь Франка, она бы точно подошла познакомиться…» — подумал Люмиан, испытывая лёгкое сожаление за спутницу, отвёл взгляд и с улыбкой сказал бармену:</p><p>«Эта дама пользуется большим успехом.»</p><p>Бармен сбросил выражение лица, с которым обычно смотрел на новичков-авантюристов, и с абсолютно серьёзным видом произнёс:</p><p>«Она мой босс.»</p><p>Босс… Люмиан внезапно вспомнил название этого бара и задумчиво спросил:</p><p>«„Цветок-людоед“?»</p><p>«Именно.» Бармен понизил голос, а затем подошёл к красивой женщине с ярким макияжем, чей реальный возраст трудно было определить, и налил ей бокал «блэкленда» неизвестной марки.</p><p>Дождавшись, пока бармен вернётся на эту сторону, Люмиан любопытства ради заговорил:</p><p>«Почему у неё прозвище 'Цветок-людоед»?</p><p>«По-моему, она пользуется огромной популярностью.»</p><p>Бармен подсознательно повернул голову, бросил взгляд на босса и, убедившись, что она увлечённо пьёт алкоголь и бесцельно разглядывает окрестных посетителей, тихо сказал:</p><p>«В порту Пайлос красивые женщины её уровня чаще всего лишь наслаждаются ухаживаниями и похвалами мужчин, не давая им шанса действительно сблизиться. Но наш босс иная — если ей кто-то приглянется, она и вправду пригласит его провести вместе прекрасную ночь. И порой прямо в комнате на втором этаже, так что мы в зале слышим её стоны…»</p><p>Дойдя до этого места, бармен умолк с выражением смакования и вожделения на лице.</p><p>«Наслаждение?» — Люмиан едва заметно нахмурился и с улыбкой спросил:</p><p>«А на тебя она западала?»</p><p>Бармен мгновенно замолчал.</p><p>На мгновение Люмиан заподозрил, что тот сейчас швырнёт стоящий в руке стакан ему в голову.</p><p>Он сменил тему:</p><p>«Неужели не было грубых и диких мужчин, пытавшихся принудить вашего босса?»</p><p>Бармен выдохнул и сказал:</p><p>«А ты снова вспомни название нашего бара.»</p><p>«Цветок-людоед… Вот оно что?» — Люмиан кое-что понял.</p><p>Бармен продолжил:</p><p>'Каждый мужчина, пытавшийся принудить нашего босса, был либо тяжело избит, либо сброшен со второго этажа, а некоторые и вовсе загадочно исчезли.</p><p>'Даже те, кто пришёл с её согласия, наутро ходят с бледными лицами, без сил в ногах и едва держась на ногах.</p><p>«Потому за ней и закрепилось прозвище „Цветок-людоед“. Она нисколько не возражала, а позже сделала это названием бара.»</p><p>«Это немного отличается от стиля „Демонесс Наслаждения“… Впрочем, у всех Ведьм свой стиль, да и Франка как „Демонесса Наслаждения“ отличается от прочих „Демонесс Наслаждения“…» — Люмиан удовлетворил своё любопытство, больше не стал расспрашивать о хозяйке бара и извлёк из «Вещмешка путешественника» обычную колоду игральных карт, произнеся:</p><p>«За последние годы ты видел или слышал о ком-то, кто использует игральные карты в качестве оружия?»</p><p>Согласно анализу Антони Рида касательно «Сисо», у этого ключевого члена «Дня дурака» проявлялась сильная склонность к самовыражению. Успешно создав ту карту, способную менять масть и обладающую свойствами «мороза» и «разрезания», он не мог использовать её исключительно в розыгрышах «Дня дурака». В обычных стычках или при убийствах кого-либо он, скорее всего, с превеликой радостью применял этот Волшебный предмет, чтобы лишить цель жизни.</p><p>Это и служило зацепкой, подлежащей расследованию.</p><p>А оба розыгрыша, устроенных «Сисо», были связаны со штатом Матани и затрагивали весьма скрытные или важные местные дела. Человек, не являющийся местным или не проживший здесь долгое время, не мог бы внезапно выбрать этот регион, имея на руках достаточный объём разведданных.</p><p>Люмиан обоснованно подозревал, что изначальная сфера деятельности «Сисо» как раз и располагалась в штате Матани и окрестных районах.</p><p>Именно поэтому, даже считая, что «Сисо», получив предупреждение от «Локи», уже заранее покинул эти места и затаился, Люмиан всё равно решил сделать крюк и наведаться в штат Матани.</p><p>Лишь познав прошлое «Сисо», можно ухватить его настоящее и положить конец его будущему!</p><p>Туземец-бармен насмешливо ответил Люмиану:</p><p>'Думаешь, я знаю?</p><p>«О таком тебе стоит спросить у Патрульной команды, а уж ответят ли они тебе — разговор отдельный.»</p><p>«Патрульная команда…» — Люмиан не обиделся и лишь слегка кивнул.</p><p>Патрульная команда являлась отрядом Потусторонних, созданным генералом Куэрарилем, правившим штатом Матани, и занималась в основном оккультными инцидентами и сражениями между Потусторонними.</p><p>В этом штате после ухода большей части сил интисских колонизаторов ни сохранившиеся храмы Церкви Вечного Пылающего Солнца и Церкви Бога Пара и Машин, ни вновь построенные храмы Церкви Матери-Земли не обладали официально признанными правоохранительными полномочиями.</p><p>Хотя у всех трёх Церквей наверняка имелись отряды Потусторонних, размещённые в храмах разных городов, они могли лишь защищать себя и укрывающихся в церквях верующих, но не имели права, как в своих исконных сферах влияния, браться за дела, с которыми не справлялась полиция, или устранять аномалии, таящие потенциальную угрозу.</p><p>Соответствующие полномочия генерал Куэрариль забрал себе и передал новосозданной Патрульной команде.</p><p>Потусторонние в Патрульной команде частью вышли из армии генерала Куэрариля, частью являлись пережитками бывшей империи Балам, а частью — бывшими авантюристами и охотниками за головами.</p><p>«Какое простое и непримысловатое название…» — Люмиан покосился на немногие ориентировки на розыск, висевшие на стене, немного подумал и сказал:</p><p>«Генерал Куэрариль не хочет, чтобы авантюристы превращали штат Матани в охотничий рай, и не желает, чтобы они устраивали уличные бои под предлогом поимки кого-то из разыскиваемых?»</p><p>Бармен с лёгким удивлением взглянул на Люмиана:</p><p>'Среди авантюристов у тебя весьма сообразительная голова.</p><p>«В штате Матани мы разыскиваем только тех, кто совершил преступления здесь, а на то, что ты делал в других местах, всем плевать.»</p><p>«Недаром это один из раев для авантюристов…» — Люмиан поднял ром и залпом допил остатки.</p><p>Он как раз собирался сменить напиток на крепкий алкоголь с особенностями Западного Балама, чтобы оценить иной вкус, как вдруг почувствовал, что кто-то пристально смотрит на него.</p><p>Это была хозяйка бара «Цветок-людоед» — та самая женщина в чёрном платье и с ярким макияжем.</p><p>Люмиан с совершенно спокойным лицом кивнул, отвёл взгляд и посмотрел на бармена.</p><p>Хотя эта «Цветок-людоед» и вправду была очень красива, ей всё же не снилось сравниться с «Демонессами», славящимися своим женским очарованием. К тому же Люмиан не любил столь плотный макияж.</p><p>В этот момент женщина поднялась со своего места, подошла к Люмиану и, изогнув ярко накрашенные губы, произнесла:</p><p>'Я чувствую, что ты, как и я, — живой вулкан. Просто ты ещё не извергся, всё ещё с трудом сдерживаешься и мучительно ждёшь.</p><p>«Не хочешь ли сегодня вечером ощутить мою страсть?»</p><p>Люмиан поднял правую руку и погладил своё лицо.</p><p>И вот так сразу я ей приглянулся?</p><p>Если подумать, я с самого детства пользовался популярностью у девушек, а уж когда стал «Охотником», вокруг меня и вовсе стали постоянно появляться всякие красавицы… Неужели это скрытое влияние Пути настоящего мужчины? Хотя нет, судя по описанию в серии романов 《Великий авантюрист》 и недавним слухам, слышанным на море, оракул господина «Шута» Даниц тоже шёл по Пути «Охотника», однако потерпел неудачу в безответной любви и так и не завёл никакой приличной спутницы…</p><p>Люмиан беззвучно пробормотал пару фраз, поднялся на ноги и с улыбкой спросил:</p><p>«Как к вам обращаться?»</p><p>«Белоттия.» — Улыбка женщины расцвела шире, отчего Люмиан подумал, что смой она свой плотный макияж, то, вероятно, выглядела бы ещё лучше.</p><p>Люмиан снял с головы золотисто-жёлтую соломенную шляпу, прижал её к груди, слегка наклонился и отвесил поклон:</p><p>«Госпожа Белоттия, благодарю за приглашение, но у меня уже есть та, кто мне нравится.»</p><p>Говоря это, он проигнорировал слегка застывшее лицо Белоттии, обошёл эту «Цветок-людоед» и со спокойным выражением лица направился к выходу из бара.</p><p>Белоттия не стала его окликать, лишь проводила взглядом, как и многие другие посетители бара, пока он отворял тяжёлую деревянную дверь и выходил наружу.</p><p>Под грохот автоматически захлопнувшейся деревянной двери Люмиан усмехнулся и пробормотал про себя:</p><p>«Я даже перед очарованием 'Демонессы Наслаждения» способен устоять, с чего бы мне рисковать и связываться с женщиной с неизвестным происхождением и неясными целями?</p><p>«Использовать в качестве предлога наличие той, кто мне нравится, — это ещё весьма уважительно к твоей „Благопристойности“. Но если ты даже после этого задумаешь отомстить, то и я церемониться не стану…»</p><p>Досрочно покинувший бар Люмиан бродил по близлежащим кварталам, разыскивая именно глухие переулки, чтобы проверить, не подвернётся ли какое-нибудь происшествие или преступник, благодаря которому можно было бы раздобыть источник сведений.</p><p>Пройдя несколько улиц, он внезапно услышал, как из некоего тёмного безлюдного переулка доносится глухой гул ударов.</p><p>Люмиан бесшумно приблизился, продвинулся вглубь переулка и увидел двух мужчин, ведущих жестокий бой.</p><p>У одного из них прослеживались весьма явные черты туземца, лет ему было не так уж много, около двадцати с небольшим, лицо выглядело довольно бледным, в правой руке он держал острый, но тяжёлый короткий клинок, а его левая ладонь была слегка приоткрыта — в центре ладони колыхались тёмные тени, нагоняя вокруг мрачную стужу.</p><p>Другому было за тридцать, с обычными чертами лица и безликим выражением, его чёрные волосы лежали коротким ёжиком, а в тёмно-зелёных глазах белки занимали больше места, чем обычно.</p><p>Он был одет в обычную белую сорочку и чёрные брюки, а в обеих руках держал по оружию, похожему на скальпель, но более длинному и острому.</p><p>В этот момент оба вели ожесточённую схватку, их оружие стремительно сталкивалось, издавая звонкое звяканье.</p><p>Едва увидав подобное представление, Люмиан сразу понял, что они не обычные люди и оба обладают Потусторонними характеристиками.</p><p>Люмиан остановил шаг, засунул руки в карманы, упёрся правой ногой сзади и вальяжно прислонился к соседней стене, ничуть не скрывая своего присутствия и наблюдая за этим ближним боем между Потусторонними.</p></section><section><title><p>Глава 639 Выплеск</p></title><p>Глава 639 Выплеск</p><p>Прошло всего около десяти секунд, как оба сражающихся Потусторонних почувствовали, что за ними наблюдают, и инстинктивно увеличили дистанцию между собой, уставившись на Люмиана.</p><p>Опиравшийся на стену переулка Люмиан усмехнулся и произнес:</p><p>«Деритесь, продолжайте драться, не обращайте на меня внимания.»</p><p>Молодой туземец с тяжелым коротким ножом в руке и слегка приоткрытой левой ладонью пристально смотрел на выдавшегося внешностью, черноволосого и зеленоглазого Люмиана в золотисто-желтой соломенной шляпе; его глаза были полны настороженности.</p><p>Кто это?</p><p>Что он хочет сделать?</p><p>Мужчина с короткой стрижкой, державший два скальпеля необычной формы, был не менее настороже.</p><p>Он бросил взгляд на Люмиана, затем посмотрел на молодого туземца, внезапно пригнулся и опустил руки.</p><p>Вокруг него мгновенно заклубился густой черный дым с едким запахом серы, полностью скрыв его силуэт.</p><p>Улыбка не сходила с лица Люмиана, а правая бровь слегка приподнялась.</p><p>Увидев это, молодой туземец, не обращая внимания на реакцию Люмиана, толкнул вперед слегка приоткрытую левую руку; кружившая на его ладони тень внезапно разрослась, превратившись в искаженную «черную тучу».</p><p>Эта «черная туча» влилась в область, наполненную едким запахом серы, и за доли секунды впитала в себя черный дым, благодаря чему переулок снова стал отчетливо виден, а алая луна высоко в небе опять смогла озарить это место.</p><p>Однако того мужчины с короткими черными волосами, темно-зелеными глазами и бесстрастным лицом уже и след простыл.</p><p>Сбежал? Молодой туземец был одновременно потрясен, разгневан и досадован.</p><p>Разыскивая хоть какие-то зацепки, он подсознательно повернул голову и посмотрел на место, где только что стоял Люмиан.</p><p>Перед стеной было пусто, никакой фигуры там и в помине не было.</p><p>Когда он ушел? Почему я совершенно этого не заметил? Молодой туземец с тяжелым коротким ножом сменил изумление на сомнение, не зная, стоит ли продолжать преследование цели.</p><p>…………</p><p>Брам, успешно сбежавший из переулка благодаря заклинаноподобной способности, убрал оба скальпеля необычной формы и пошел по темным, неосвещенным улицам, непрерывно меняя направление, чтобы оторвать от себя гипотетического преследователя.</p><p>В процессе он даже вскрыл сапожную лавку у дороги, переобулся в не слишком подходящую по размеру кожаную обувь и тщательно убрал следы взлома с проникновением.</p><p>Сделав три больших круга подряд, Брам вернулся к переулку, где недавно сражался, и вошел в одно из зданий поблизости.</p><p>Это были скромные апартаменты, построенные из темноватого камня и коричневато-бурой древесины.</p><p>Брам открыл свою комнату, вошел внутрь и за собой прикрыл деревянную дверь.</p><p>Только тогда он с облегчением вздохнул.</p><p>Затем из висевшего у него на поясе серовато-белого холщового мешочка он достал прозрачный стеклянный флакон, внутри которого находилась практически бесцветная жидкость, слегка окрашенная в темно-красный цвет; в ней плавали пухлые губы с остатками крови, слегка приоткрытые, словно на них застыла глубокая боль и ужас.</p><p>Брам, словно любуясь произведением искусства, упоенно вглядывался в стеклянный флакон в своей руке.</p><p>Спустя довольно долгое время он отвел взгляд, подошел к стене комнаты и открыл стоявший там шкаф.</p><p>В шкафу стояло семь-восемь похожих стеклянных флаконов, и в каждом из них находилась пара губ: их цвет поблек, линии отличались — одни были слегка приподняты, другие надуты.</p><p>Брам поставил новый трофей на пустое место и вязкой кроваво-красной краской нарисовал на нем зловещий символ.</p><p>Закончив с этим, он через стекло флаконов стал поочередно поглаживать разные губы, будто ценитель, оценивающий каждое выдающееся полотно на художественной выставке.</p><p>«Какой извращенец.»</p><p>Внезапно возле уха Брама раздался исполненный насмешки возглас.</p><p>Он резко повернулся в сторону звука и обнаружил, что на стуле со спинкой возле стола неисповедимым образом уже сидел молодой человек в белой рубашке с расстегнутыми верхними пуговицами, в золотисто-желтой соломенной шляпе, с черными волосами и зелеными глазами.</p><p>Он?</p><p>Зрачки Брама стремительно расширились: он узнал мужчину, так внезапно появившегося в его комнате:</p><p>Того самого человека, который только что наблюдал за его схваткой с членом «Спиритического культа»!</p><p>Когда он увязался за ним?</p><p>Как он отследил мои перемещения, да так, что я совершенно ничего не заметил…</p><p>Люмиан улыбнулся и любезно ответил на вопрос, возникший в голове собеседника:</p><p>'Никто не говорил тебе, что запах консерванта в том стеклянном флаконе действительно слишком очевиден?</p><p>«К тому же, когда ты убивал человека, на тебя попал запашок крови.»</p><p>Сердце Брама сжалось:</p><p>«Ты „Охотник“?»</p><p>Разговаривая, он медленно и бесшушно смещал стопы.</p><p>«А ты немало знаешь,» — Люмиан сохранял прежнюю позу. — «Тогда почему ты срезаешь губы, вымачиваешь их в консерванте и таскаешь с собой? Так поступает далеко не квалифицированный „Серийный убийца“. Ах, я понял: у тебя есть желание и потребность собирать трофеи, чтобы утешить себя, да и к тому же это материал для какого-то ритуала? Ха-ха, желания губят людей. „Хладнокровный“ просто хладнокровен и жесток, но он всё так же холодно совершает ошибки, рассчитывая, что детали, проработанные недостаточно строго, никто не заметит.»</p><p>Увидев, как этот извращенный убийца создает черный дым с запахом серы, Люмиан уже примерно понял, что тот относится к Последовательности 7 Пути «Преступника» — «Серийный убийца».</p><p>В книге 《Демонология》 из Нового Города Серебра упоминалось, что на Последовательности 8 Пути «Преступника» — «Хладнокровный», также называемой «Падший ангел», у человека проявляются нечеловеческие черты тела, и он получает две-три заклинаноподобные способности из сферы Демонов; это различается от человека к человеку: у одних это ядовитый огонь, у других — «злословие», а «создание черного дыма» как раз одна из них.</p><p>Сопоставив это с поведением цели во время боя, Люмиан пришел к выводу, что тот находится всего лишь на Последовательности 7 и является обычным «Серийным убийцей».</p><p>Слыша насмешки и сарказм Люмиана, Брам ощутил, как у него дернулся висок.</p><p>Сохраняя хладнокровие, он сантиметр за сантиметром смещался в сторону и тихо произнес:</p><p>'Ты разыскал меня только ради разговора?</p><p>«Что тебе вообще от меня нужно?»</p><p>Едва прозвучали эти слова, как вокруг этого «Серийного убийцы» снова заклубился черный дым с едким запахом серы.</p><p>Пользуясь прикрытием черного дыма, Брам темнеющим взглядом применил еще одну заклинаноподобную способность из сферы Демонов.</p><p>Его тело, подобно хамелеону, изменило цвет, слившись с рассеивающимся дымом.</p><p>Затем он быстро и бесшумно добрался до двери, распахнул ее и выскочил наружу.</p><p>Перед глазами Брама все мелькнуло, и он снова увидел все еще клубившийся черный дым, увидел зеленоглазого мужчину, который сидел на стуле со спинкой и с улыбкой смотрел на него.</p><p>Он снова оказался в комнате.</p><p>По сравнению с предыдущим положением изменилось лишь одно: он стоял теперь спиной к двери, а не лицом.</p><p>«Бутыль вымысла»!</p><p>Проникнув в комнату, первое, что сделал Люмиан, — это не принятие эффектных поз, а создание «Бутыли вымысла», через выход из которой Потусторонний не способен пробраться!</p><p>Брам не поддался внезапно нахлынувшим унынию и досаде; в крайне мешавшем обзору черном дыму он рванулся в сторону, подкатился к кровати и достал из-под нее шестиствольный пулемет.</p><p>Он поднял пулемет, прицелился в Люмиана и спустил курок.</p><p>Под треск «да-да-да» силуэт Люмиана исчез со стула со спинкой, а находившуюся там мебель разорвал шторм из металлических пуль.</p><p>Исчез? Едва в голове Брама промелькнула эта мысль, как он инстинктивно поднял голову и увидел, что мужчина в золотисто-желтой соломенной шляпе в окружении множества алых, почти белых огненных ворон опускается с потолка прямо ему на голову.</p><p>Со свистом «соу-соу-соу» эти огненные вороны, опережая Люмиана, одна за другой устремились к Браму.</p><p>Брам не успевал вырваться из окружения, поэтому ему оставалось лишь бросить шестиствольный пулемет, сжаться в комок и попытаться закатиться под кровать, чтобы укрыться от взрыва.</p><p>Однако эти алые, почти белые огненные вороны рассеялись сами по себе; Люмиан коснулся ногами земли, опустившись прямо перед ним, и, надевая серовато-белую брошь в форме молнии, с улыбкой произнес:</p><p>'Ты только что спросил, что я хочу сделать?</p><p>'То, что я хочу сделать, очень просто:</p><p>«Давно не выплескивал эмоции, крайне не хватает человекоподобного боксерского мешка.»</p><p>Едва прозвучали эти слова, Люмиан выбросил кулак, обрушив его на сжавшегося Брама.</p><p>Брам подсознательно поднял правую руку, блокируя удар.</p><p>Со звуком «бах» серебристо-белая вспышка молнии с кулака Люмиана устремилась в руку Брама, расползаясь по всему его телу.</p><p>Брам вздрогнул; хотя его тело уже подверглось нечеловеческим изменениям, у него все равно возник кратковременный паралич.</p><p>Вслед за этим последовал второй кулак Люмиана, врезавшийся прямо в скулу Брама.</p><p>Бабах!</p><p>Голова этого «Серийного убийцы» перекосилась, вместе с кровью вылетело несколько зубов.</p><p>Серебристо-белая вспышка молнии вспыхнула вновь, пробежав по голове Брама.</p><p>Бам-бам-бам, Люмиан молотил с обеих рук, нанося один кулачный удар за другим, отчего Брам будто попал под ураганный ливень в грозу; не то что контратаковать, даже поставить блок не удавалось из-за ударов током.</p><p>Бам-бам-бам!</p><p>С ледяным выражением лица Люмиан кулак за кулаком вколачивал в лицо, грудь, руки и темя Брама, пока у этого Потустороннего Пути «Преступника» не вдавилась грудная клетка, не сломались ребра, не распухло лицо, не вогнулся череп, а весь верх корпуса не покрылся обугленными следами.</p><p>После жестокой трепки Люмиан сцепил кулаки в замок и поднял руки.</p><p>Он с силой обрушил их на левое плечо Брама.</p><p>Бабах!</p><p>Левое плечо Брама полностью просело.</p><p>Он с глухим шумом рухнул на пол, утратив человеческий облик, и его дыхание стало чрезвычайно слабым.</p><p>«Уже всё? Ничего страшного, я могу попросить своего слугу немного подлечить тебя, а потом продолжить.» Люмиан улыбнулся и остановился.</p><p>В глазах Брама это была эталонная дьявольская улыбка.</p><p>Не дожидаясь, пока Брам с ужасом ответит, Люмиан снял брошь «Гнев моря», убрал ее обратно в «Вещмешок путешественника» и очень мягким тоном спросил:</p><p>«Говори, из какого ты семейства?»</p><p>Тело Брама уже прошло начальную нечеловеческую трансформацию и обладало высокой прочностью, к тому же Люмиан не бил по жизненно важным органам и даже намеренно избегал их, поэтому сейчас тот еще не потерял сознание и сохранял способность немного мыслить.</p><p>В его голове пронеслось множество мыслей, и образы в его сознании в итоге замерли на той самой недавней улыбке Люмиана.</p><p>После короткого молчания Брам слабо ответил:</p><p>«Я член семейства Андрералад.»</p></section><section><title><p>Глава 640 Неожиданные сведения</p></title><p>Глава 640 Неожиданные сведения</p><p>Андрералад, одно из трех Дьявольских семейств… Люмиан слышал эту фамилию от госпожи «Фокусник» и с теплой улыбкой спросил:</p><p>«Что ты делаешь в порту Пайлос?»</p><p>Если бы Дьявольские семейства не передавались из поколения в поколение, а их потомки от природы не подходили бы лучше всего для Пути «Преступник», при этом единственным другим альтернативным выбором без особых проблем не являлся бы Путь «Пленник», Брам.Андрералад усомнился бы, не носит ли мужчина перед ним фамилию Нос или Белиал — уж больно он был больше похож на Демона, чем он сам.</p><p>Он с трудом поднял правую руку, провел несколько раз по разбухшему и потрескавшемуся лицу, слегка очистив его от грязи и крови, и стряхнул попавшую на руку кровь на землю.</p><p>Закончив с этим, Брам ответил:</p><p>«Во-первых, собирать для семейства разную информацию о штате Матани, во-вторых, искать возможность для отыгрыша „Серийного убийцы“. Ты ведь знаешь, что такое отыгрыш?»</p><p>Он подстраивался под Люмиана, используя интисский язык.</p><p>Люмиан непринужденно стоял перед свернувшимся на земле Брамом и со смешком произнес:</p><p>'Твой отыгрыш так себе, совершенно нет чувства преступления с высоким интеллектом.</p><p>«Зачем семейству Андрералад собирать информацию о штате Матани?»</p><p>Брам не собирался ничего скрывать ради своего семейства:</p><p>«Мы сотрудничаем с „Школой Розы“, им нужны сведения такого рода.»</p><p>«Школа Розы» вознамерилась прибрать к рукам штат Матани? Впрочем, штат Матани явно не принадлежит ни одному государству Северного континента. Хотя он и связан с королевством Фейнапот, у королевства Фейнапот здесь не так много сил. Если рассчитывать только на собственные силы генерала Куэрариля, то даже если «Школа Розы» и семейство Андрералад не придают этому делу особого значения и выделят лишь небольшое количество людей, он не обязательно сможет им противостоять… Люмиан внезапно ощутил разницу между Южным континентом и Северным континентом.</p><p>Будь то в Трире, в королевстве Фейнапот или даже в колониях на море, он сталкивался главным образом с преступлениями и оккультными катастрофами, вызванными стремлением к силе и вере. Подобных вещей, когда целятся в определенную силу и несколько городов с намерением захватить их, практически не бывало, а вот в первый же день прибытия в Западный Балам он наткнулся на такое.</p><p>Если море — это хаос, порожденный отсутствием эффективного управления, то Южный континент — это хаос, принесенный столкновением различных сил, открыто или тайно направленных друг против друга.</p><p>«Какую именно информацию хочет собрать „Школа Розы“?» — спросил Люмиан, глядя на то, как у Брама постепенно останавливается кровотечение из ран.</p><p>Брам задумчиво ответил:</p><p>«Им нужна вся информация: от расположения каждого храма, дислокации военных лагерей, состава Патрульных команд до грузооборота порта, повседневных цен и условий жизни местных жителей — абсолютно всё.»</p><p>Готовятся к будущему правлению здесь? — Люмиан с легким недоумением переспросил:</p><p>«Кому и куда ты передаешь собранные сведения?»</p><p>«Записываю в виде материалов и оставляю в кабинете пустующего дома 17 по улице Арег. Мой дядя, Девахо.Андрералад, забирает их. Обычно мы не связываемся, и я не знаю, где он живет и под какой личностью, — весьма подробно ответил Брам. — Став „Демоном“, он получил особую способность полностью сдирать человеческую кожу, подвергать ее сложной обработке и изготавливать Потусторонние предметы с ограниченным количеством использования или ограничением по времени. Кто бы ни надел эту одежду из человеческой кожи, он может превратиться в другого человека и выполнить соответствующую маскировку.»</p><p>Говоря это, Брам стирал грязь и кровь со своего тела и сбрасывал ее на землю, словно страдая мизофобией.</p><p>Об этом упоминалось в «Демонологии»… — Люмиан задумчиво кивнул.</p><p>Подумав немного, он сказал:</p><p>«Есть ли в штате Матани следы появления других Демонов?»</p><p>Возможно, Брам и его дядя были не единственными, кого «Школа Розы» подослала для сбора информации.</p><p>Брам покачал головой:</p><p>'В последнее время нет.</p><p>'Но во время сбора сведений я обнаружил, что четыре года назад вокруг порта Пайлос произошла серия серийных убийств.</p><p>«Все убитые были анатомированы, место преступления было крайне кровавым, со следами жестокого боя. К тому же, все семеро убитых являлись Потусторонними: наивысшая — Последовательность 7, наинизшая — Последовательность 8, среди них не было ни одного обычного человека.»</p><p>Слушая это, Люмиан вдруг встрепенулся.</p><p>Согласно объяснениям Франки, имя «Сисо» происходит из некоторого литературного произведения с родины их, Преходцев. Одной из его основных черт является жажда битвы, жажда убивать сильных врагов, любовь к радости жнитва жизней и кровавым ощущениям. Если цель всё еще относительно слаба, он даже готов ждать, пока та вырастет, и даже оказать определенную помощь.</p><p>А ключевой член «Дня дурака» «Сисо», выбравший это имя в качестве своего позывного и обладающий явной «жаждой самовыражения», с высокой вероятностью тоже будет иметь подобные склонности.</p><p>«„Сисо“ — Потусторонний Пути „Демон“, и уже на стадии „Серийного убийцы“ сделал своей целью Потусторонних, а не любил издеваться над слабыми и простыми людьми, как другие „Серийные убийцы“? Если четыре года назад он уже был „Серийным убийцей“, то сейчас он как минимум шестой Последовательности, а с высокой вероятностью — пятой Последовательности… Хм, он отлично маскируется, во всем „Исследовательском обществе кудрявых павианов“ никто не знает его истинный Путь…» — Люмиан не стал перебивать рассказ Брама, с радостью анализируя в уме вероятность того, что «Сисо» является «Демоном» или даже «Апостолом Желаний».</p><p>Свернувшийся Брам поднял на него взгляд, уперся окровавленной ладонью в землю и слегка выпрямился:</p><p>«Это похоже на отыгрыш „Серийного убийцы“, причем из тех, кто весьма уверен в своих силах и уме и осмеливается делать своей целью Потусторонних. Но я обнаружил, что некоторые детали не сходятся.»</p><p>«Какие детали?» — Люмиан не позволил радостным эмоциям проступить на лице, сохраняя всё ту же мягкую улыбку.</p><p>Брам сменил упор ладони:</p><p>«Целями 'Серийного убийцы» зачастую становятся те, кто пережил падение. Как и те, кого выбрал я: их общая черта в том, что они любят ругаться и долгое время причиняют вред другим своими словами, поэтому я отрезаю им губы и вымачиваю в консерванте. А у тех семерых убитых Потусторонних личности, происхождение и жизненный путь отличались, и у них не было похожих павших поступков.</p><p>«Возможно, это был просто Потусторонний с манией серийных убийств, а не отыгрыш Пути „Демон“.»</p><p>Люмиан усмехнулся, намеренно не демонстрируя своего внимания к этому делу, и насмешливым тоном произнес:</p><p>«Тебя что, в детстве долгое время подвергали вербальному насилию?»</p><p>А зелья «Хладнокровный» и «Серийный убийца» Раздули соответствующую обиду и психологическую травму?</p><p>Брам мгновенно умолк, его тело постепенно распрямилось, и он больше не сворачивался.</p><p>Лишь тогда Люмиан вернул тему к серии убийств четырехлетней давности:</p><p>'Знаешь ли ты подробности о тех семерых убитых Потусторонних?</p><p>«Когда проводилось расследование, удалось зафиксировать нескольких подозреваемых?»</p><p>Брам медленно качнул головой:</p><p>'Я лишь видел итоговое описание дела от Патрульной команды и на самом деле не листал материалы расследования.</p><p>«В Патрульной команде немало опытных Потусторонних, имевших дело с „Мутантами“ и „Демонами“, так что сделанные ими выводы, скорее всего, верны.»</p><p>Патрульная команда, значит… — Люмиан с улыбкой посмотрел на Брама и сказал:</p><p>'Есть еще какие-нибудь сведения, которые ты считаешь важными, чтобы рассказать мне?</p><p>«Если нет, то перейдем к следующему шагу.»</p><p>«Есть, есть,» — Брам резко выпрямил спину.</p><p>В следующую секунду он на языке, которого Люмиан никогда раньше не слышал, выплюнул слова, полные скверны.</p><p>Язык Демонов!</p><p>Вслед за эхом слов на языке Демонов кровь, кровавые следы и отпечатки кровавых ладоней, ранее оставленные Брамом на полу, одновременно покрылись слабым свечением.</p><p>Между ними, казалось, возникла некая мистическая связь: согласно своему расположению, они сцеплялись друг с другом, образуя один за другим зловещие символы и узоры.</p><p>В шкафу на другой стороне комнаты стеклянные бутылки с губами и бесцветной жидкостью словно попали под землетрясение и без всякого предупреждения зашатались, зазвенев и загремев.</p><p>Это был ритуал, ритуал призыва проекции Демона Бездны!</p><p>«Серийный убийца» совершает серию убийств не только ради отыгрыша, но и ради ублажения Демонов Бездны. Когда серия завершается, «Серийный убийца» может провести последний шаг ритуала: призвать соответствующую проекцию Демона Бездны, получить необходимую помощь и обрести желаемое.</p><p>Хотя серия убийств Брама еще не была завершена до конца и недоставало нескольких целей, она всё же достигла минимального предела, удовлетворив самое базовое требование по количеству, и её можно было прекратить досрочно, чтобы провести ритуал.</p><p>При таком раскладе эффект, безусловно, будет уступать нормальному ходу вещей, но в столь экстренной и опасной ситуации Брам уже не мог себе позволить раздумывать об этом.</p><p>Он только что так охотно сотрудничал, отвечая на любой вопрос, именно для того, чтобы враг сосредоточил внимание на предоставленных сведениях и упустил из виду его собственные мелкие движения — например, то, как кровь по определенной схеме капала на пол, или то, как он прижимал окровавленную ладонь к определенным местам, заменяя подобными следами куда более заметные зловещие символы и порочные узоры.</p><p>Стоило завершить эти предварительные приготовления, и Брам смог бы использовать слово «Открыть» на языке Демонов, чтобы активировать ритуал, ублажить какого-нибудь высокоуровневого Демона и призвать его проекцию для расправы с врагом!</p><p>Люмиан спокойно наблюдал за «суетой» Брама.Андрералада, чувствуя, как вся комната становится зловещей и пропитывается скверной.</p><p>Он поднял правую руку и с треском щелкнул пальцами.</p><p>Холодно смотревший на него Брам, ожидавший защиты от ритуала, внезапно услышал, как внутри его собственного тела раздается грохот.</p><p>Он растерянно опустил голову, взглянул на свое тело и увидел, как изнутри вырываются потоки алого пламени, испытав муку от бушующего порыва, разрывающего внутренности, кости и плоть на куски.</p><p>Тьма, объятая жгучей болью, мгновенно окутала разум Брама.</p><p>Последней картиной, которую он увидел перед потерей сознания, было:</p><p>Черноволосый зеленоглазый молодой человек в золотисто-желтой соломенной шляпе чуть приподнял уголки губ, сохраняя теплую улыбку — словно смотрел на клоуна, который сам прыгнул в ловушку и старательно разыгрывает представление.</p><p>Грохот!</p><p>Ритуал завершился, толком и не начавшись: Брама разорвало на множество частей взрывом, раздавшимся изнутри его тела.</p><p>«Вливание огня» плюс «Замедленный взрыв»!</p><p>Надевая брошь «Гнев моря» и бешено избивая Брама, Люмиан не только давал выход накопившимся внутри эмоциям, но и незаметно вливал струю за струей пламени в тело противника, переводя их в состояние замедленного взрыва.</p><p>Это делалось на случай непредвиденных обстоятельств.</p><p>К тому же он никогда не думал прощать Брама или заключать с ним какую-либо сделку, чтобы оставить в живых, а раз так, то установка в чужом теле управляемой бомбы с часовым механизмом, которую можно взорвать досрочно, не вызывала у него ни малейших психологических барьеров.</p><p>Грохот!</p><p>Куски трупа разлетелись по всей комнате, частично размазавшись по стенам, однако подобный шум так и не вырвался за пределы «Бутыли вымысла».</p></section><section><title><p>Глава 641 Возможные враги</p></title><p>Глава 641 Возможные враги</p><p>'Мой отец носил фамилию Андрералад, он погиб в ходе неудачного ритуала под проклятием проекции Демона.</p><p>«Я унаследовал его наследие, став Потусторонним, я не знаю, кто моя мать, возможно, она уже стала частью того длинного списка убийств моего отца…»</p><p>На темной, глубокой поверхности зеркала бледное, измазанное кровью лицо Брама Андрералада с безучастным выражением рассказывало о своем происхождении.</p><p>Пришедшая по «приглашению» Люмиана Франка стояла перед ростовым зеркалом и, используя особый «метод медиумизма через волшебное зеркало», расспрашивала о семье Андрералад и «Школе Розы».</p><p>К сожалению, Брам очевидно находился на самых задворках этой тайной организации и собственного дьявольского семейства, так что его сведения были ограничены. К тому же, ранее, пытаясь отвлечь внимание Люмиана и незаметно завершить предварительную подготовку к ритуалу, он говорил чистую правду и не лгал.</p><p>Видя, что «спиритический сеанс» уже близок к пределу, Франка задала последний вопрос:</p><p>«Кто нынешний глава семьи Андрералад?»</p><p>Вдруг еще более прозрачное и зловещее лицо Брама исказилось:</p><p>'Он, он умер.</p><p>«Он стал жертвоприношением!»</p><p>Жертвоприношением… Ничего себе новости? Не успела Франка расспросить подробнее, как силуэт Брама в зеркале стремительно поблек и исчез.</p><p>Эта «Демонесса Наслаждения», завершая ритуал, цокала языком и говорила Люмиану:</p><p>«В семье Андрералад творится что-то неладное, раз уж самого главу смогли 'преподнести» в качестве жертвы.</p><p>«Они что, полностью под контролем „Школы Розы“?»</p><p>Поскольку «Фракция Воздержания» «Школы Розы» в настоящее время в основном примкнула к Церкви «Шута», Франка, упоминая «Фракцию Потакания», не стала делать особых уточнений — так или иначе, сейчас внутри «Школы Розы» должны оставаться только члены «Фракции Потакания».</p><p>Люмиан задумчиво ответил:</p><p>«В Бездне сейчас тоже творится что-то неладное…»</p><p>Независимо от того, было ли имя Наборедесли псевдонимом Короля Демонов Фабути или нет, состояние того алого Демона в глубинах острова Гант в какой-то мере отражало проблемы Бездны.</p><p>Сказав это, Люмиан насмешливо усмехнулся:</p><p>«Мы привыкли проклинать людей, посылая их в ад, отправляя в Бездну, полагая, что это самое худшее место. Кто же знал, что Бездна может деградировать еще сильнее, и сама Бездна тоже падает в Бездну.»</p><p>«Вот уж поистине адская шутка.» Франка взглянула на довольно чистое и ясное ночное небо, мало пострадавшее от индустриального загрязнения, и подумала, что Алая Луна на Южном континенте выглядит куда четче и намного ярче.</p><p>Она вернула разговор в прежнее русло:</p><p>«Если 'Сисо» действительно Потусторонний Пути «Дьявола», то некоторые его поступки получают вполне логичное объяснение.</p><p>«Эх, раньше в Обществе правила были действительно слишком попустительскими, к членам почти не применялось никакой фильтрации и ограничений…»</p><p>До этого Франка и Люмиан знали, что в «Исследовательском обществе кудрявых павианов» на бумаге не было Потусторонних Пути «Дьявола», однако каково положение дел на самом деле, никто не ведал. Ведь «Исследовательское общество кудрявых павианов» не принуждало участников раскрывать свой Путь и доказывать его: все судили о Последовательностях друг друга по общению и сделкам на сходках, а «Сисо» до сих пор напускал на себя таинственность, и даже многие ключевые члены группы «День дурака» не знали его Пути и Последовательности.</p><p>«„Сисо“ всегда держится особняком и редко участвует в других розыгрышах „Дня дурака“ — тоже из опасения, что его разоблачат как Демона?» — проговорил Люмиан, размышляя. — «Единственная, с кем он охотнее всего сотрудничает, — это „Безумная“, но она чистой воды сумасшедшая, её подобные вещи нисколько не волнуют, она даже испытает азарт и захочет попробовать, холодна ли кровь у Демона…»</p><p>Я подозреваю, что ты подшучиваешь надо мной за то, что мне хочется попробовать абсолютно всё… Впрочем, хоть и зовутся «Хладнокровными», но у оставшейся крови этого «Серийного убийцы» по имени Брам еще сохранялось остаточное тепло… «Хладнокровный» означает главным образом хладнокровие, сдержанность, отсутствие чувств, а не то, что кровь ледяная в физическом смысле? Или, возможно, дело в том, что на Южном континенте сейчас лето, погода жаркая, и кровь холоднокровных животных просто нагрелась на солнце… Мысли Франки постепенно утекали в сторону.</p><p>Вслед за этим она напомнила Люмиану:</p><p>«Если 'Сисо» действительно «Демон», то как только ты найдешь ключевую зацепку, он одновременно с этим должен будет почувствовать твою злобу и, исходя из силы этой злобы, решить: предпринять внезапное нападение или же поскорее убраться подальше, сменить страну и затаиться.</p><p>«Черт! Преследовать „Демона“ и правда сплошная головная боль. Когда ты слабее, он сам придет тебя убить, а когда сильнее — не поймешь, куда он сбежал.»</p><p>«В такое время нам пригодился бы „Охотник на демонов“,» — полушутя заметил Люмиан.</p><p>Из «Демонологии» он знал, что Последовательность 4 Пути «Воин» называется «Охотник на демонов», это эксперты по охоте на Демонов, заклятые враги «Демонов», «Апостолов Желаний» и даже «Дьяволов».</p><p>Важнейшая способность «Охотника на демонов» заключается в умении скрывать собственные действия и намерения, делая так, чтобы цель, способная предчувствовать опасность, ничего не заметила!</p><p>Франка издала короткое «хм»:</p><p>«Теперь я немного понимаю, почему мисс 'Фокусник» сразу дала тебе координаты в мире духов и отправила в Новый Город Серебра к мистеру «Солнце» для очищения от остатков скверны. Там преобладает Путь «Воин» и есть несколько «Охотников на демонов».</p><p>«Но едва ли нам по карману цена за то, чтобы просить „Охотника на демонов“ о помощи на протяжении всего пути.»</p><p>Это ведь настоящий полубог!</p><p>Разумеется, хотя расправа над «Сисо» была личной местью Люмиана, из-за вероятности того, что «Сисо» также является верующим того Небесного Достопочтенного, Старшие Арканы тоже обратят на это внимание и придадут этому значение.</p><p>Люмиан улыбнулся:</p><p>«Нет необходимости заставлять „Охотника на демонов“ действовать лично. Не знаю только, могут ли они создавать обереги, зелья и прочие предметы, скрывающие собственную злобу. Если да, мы могли бы через связи в „Клубе Таро“ выложить кругленькую сумму за покупку парочки таких или обменять их на предметы.»</p><p>«Можно будет разузнать в ближайшее время,» — перешла к наставлениям Франка. — «Если „Сисо“ окажется „Апостолом Желаний“, тебе придется быть осторожным. На тебе слишком много всякой всячины, а негативные эффекты многих Волшебных предметов как раз влияют на эмоции и желания. Ему не составит труда вызвать „Взрыв желания“ и мигом нанести тебе тяжелые раны…»</p><p>Говоря это, Франка несколько раз шевельнула губами и снова смолкла.</p><p>Люмиан серьезно кивнул и не стал упрямиться, уверяя, будто он «Аскет».</p><p>Он, с грехом пополам, уже испытал подобный взрыв эмоций и желаний и понимал, что такое не под силу снести «Аскету»: такой взрыв сопровождается определенным физическим повреждением мозга.</p><p>Франка сменила тему:</p><p>«Того „Серийного убийцы“ схватили люди из „Спиритического культа“, а не из Патрульной команды. В штате Матани дело нечисто.»</p><p>«Спиритический культ» — это тайная организация Южного континента, как говорят, берущая свое начало от потомков императорской семьи бывшей империи Балам и тех Потусторонних, кто не пожелал сменить веру в «бога Смерти». Их конечная цель — вернуть «бога Смерти» на Его божественный престол и вновь править Восточным и Западным Баламом.</p><p>Люмиан подошел к окну, посмотрел на улицу снаружи и с усмешкой сказал:</p><p>'Вот он какой, хаотичный Южный континент.</p><p>«На самом деле, мне куда любопытнее, зачем 'Школе Розы» собирать сведения о повседневной жизни жителей порта Пайлос, будто они собираются править этим местом.</p><p>«Это ведь совсем не в их стиле.»</p><p>Какова была «Школа Розы» прежде, Люмиан толком не знал. Ему было известно лишь то, что за последние годы они провели немало жертвоприношений, и где бы они ни захватывали власть, все заливалось реками крови, что совсем не походило на желание долгосрочно управлять каким-то городом или портом.</p><p>«Кто знает?» — Франка в последнее время много размышляла, поэтому, немного порассуждав, произнесла: — «Какими бы ни были цели „Школы Розы“, судя по числу проведенных ими за эти годы жертвоприношений, они наверняка получили множество Благословений от той самой „Матери Древа Желаний“. А теперь к ним еще примкнули люди из дьявольских семейств. Если тебе и впрямь встретится кто-то из достаточно важных членов „Школы Розы“, стоит остерегаться того, что он окажется двойным Потусторонним — и от зелья, и от Благословения. Всякие там „Живой мертвец — Кавалер ордена“, „Призрак — Дриада“, „Сексуально зависимый Апостол“ — прямо как твой „Монах-охотник“.»</p><p>В придумывании прозвищ и полете фантазии Франка всегда превосходила Люмиана, так что Потустороннего, одновременно являвшегося и «Живым мертвецом», и «Кавалером ордена», она шутливо окрестила «Живым мертвецом — Кавалером ордена».</p><p>Разумеется, ее главной целью было предостеречь Люмиана: она полагала, что некоторые члены «Школы Розы», возможно, способны сначала применить способности Последовательности вроде «Сексуально зависимого», чтобы разжечь желания Люмиана, а затем в состоянии «Апостола Желаний» вызвать их взрыв, обеспечив полный цикл «услуг» от начала до конца.</p><p>С подобным соперником справиться было бы крайне непросто, и в текущем состоянии Люмиана столкновение с таким Потусторонним представляло бы смертельную опасность.</p><p>Люмиан самоиронично усмехнулся:</p><p>'Почему у меня такое ощущение, будто я бочка с порохом, готовая взорваться от одной искры?</p><p>«Впрочем, вмешиваться в дела 'Школы Розы» я не планирую. Сейчас напишу письмо мисс «Фокусник», доложу, что в порту Пайлос обнаружены следы «Школы Розы», и хватит. Разумеется, найдутся те, кто прибудет для расследования и решения этого вопроса — разве господин «Звезда» и господин «Луна» из Старших Арканов не отвечают за все, что связано со «Школой Розы»?</p><p>«Моя единственная цель — „Сисо“. Сейчас можно предварительно утвердительно сказать: даже если он относится к Пути „Демон“, он, скорей всего, никак не связан с семьей Андрералад. Иначе „Школа Розы“ не стала бы отдельно посылать Брама и остальных для сбора сведений, да и Брам не мог бы не знать о том, что здесь прежде действовали члены его семейства.»</p><p>«Угу, в общем, будь осторожен,» — Франка приоткрыла рот, но, поколебавшись мгновение, произнесла лишь эту фразу.</p><p>…………</p><p>Отослав Франку обратно в Трир, Люмиан припрятал Потустороннюю характеристику «Серийного убийцы», выделившуюся из Брама.</p><p>Она походила на ромбовидный кусок льда с острыми гранями, внутри которого замерзли струйки тонкого черного тумана.</p><p>Вернувшись в отель «Орелла», Люмиан подошел к трем механическим лифтам, потянул за рычаг и стал терпеливо ждать, пока один из них поднимется.</p><p>Со скрипом одновременно открылись двери холла и кабины.</p><p>Силуэт Люмиана под светом хрустальной люстры, падавшим сзади и сбоку, отбросил в кабину лифта длинную тень.</p><p>А рядом с его тенью вырисовывалась еще одна высокая и худая человеческая тень.</p></section><section><title><p>Глава 642 Взятка</p></title><p>Глава 642 Взятка</p><p>Глядя на распахнутую дверь механического лифта и на отражавшуюся подле него длинную тощую тень, Люмиан приподнял бровь и неторопливо повернул голову.</p><p>Он обнаружил, что наискосок позади него не пойми когда появился человек.</p><p>Это был высокий тощий мужчина в крайне пышном, словно многослойном чёрном балахоне. Его лицо отличалось бледностью человека, долго не видевшего солнца, а на чёрных волосах сидела пушистая чёрная шляпа, по краю которой было вставлено белое, слегка покачивающееся перо.</p><p>Люмиан отвёл взгляд и вошёл в механический лифт. Высокий тощий мужчина с тёмно-карими глазами без единого звука последовал за ним.</p><p>Люмиан протянул правую ладонь, взялся за латунный рычаг внутри и опустил его к цифре, обозначающей третий подземный этаж, услышав щелчок.</p><p>Стоило Люмиану выбрать нужный этаж, как высокий тощий мужчина в чёрной шляпе с белым пером сделал то же самое — он потянул латунный рычаг к восемнадцатому подземному этажу.</p><p>Выждав мгновение, неподалёку раздался шум вырывающегося пара, шестерёнки пришли в движение, цепи быстро натянулись, и весьма роскошно оформленный изнутри механический лифт медленно пошёл вниз.</p><p>Оба человека в кабине молчали, царила тишина.</p><p>Вскоре механический лифт остановился на третьем подземном этаже. Люмиан не спеша вышел и, не оглядываясь, направился к номеру 7.</p><p>Лишь когда за спиной снова раздался звук натягивающихся и удаляющихся металлических цепей, он задумчиво прошептал про себя:</p><p>«Тот господин Ивелиста?»</p><p>Ивелиста, живущий на восемнадцатом подземном этаже, чьи слуги — сплошь мертвецы.</p><p>Манера появления Ивелисты и состояние его слуг заставили Люмиана заподозрить, что тот — «Злой Дух», Последовательность 5 Пути «Пленника».</p><p>А Путь «Пленника» находится под контролем «Школы Розы». Будь то «Фракция Воздержания» или «Фракция Потакания», ни одна из них не может быть отделена от этой тайной организации, так что «Злых Духов», не принадлежащих к «Школе Розы», должно быть немного.</p><p>Редкий дикий «Злой Дух» или передовой отряд «Школы Розы», вознамерившейся прибрать к рукам порт Пайлос? Хм, нельзя исключать и того, что он член «Фракции Воздержания» — по крайней мере за эти короткие минуту-две я не заметил у Ивелисты следов, оставляемых длительным потаканием желаниям… Люмиан решил внести только что сделанные наблюдения в письмо госпоже «Фокуснику».</p><p>А хорошо это или плохо, пусть определяют специалисты!</p><p>Вернувшись в номер 7, Люмиан увидел Людвига, сидевшего за обеденным столом с маленькой серебряной ложкой и выковыривавшего еду из керамической супницы.</p><p>Сверху это блюдо покрывал слой сыра, смешанного с яичной смесью, подрумяненного до лёгкой корочки во многих местах. Сквозь большую дыру, проделанную Людвигом, Люмиан разглядел тушённые вместе свинину, говядину, рыбу, креветки, ракушки, картофель, томаты и прочие ингредиенты. Насыщенный аромат пряностей, переплетавшийся с запахом самого мяса, наполнял всю гостиную-столовую магической силой, заставлявшей невольно сглатывать слюну.</p><p>Людвиг молча ел, а Лугано поднялся и угодливо спросил:</p><p>«Не желаете немного? Это очень характерное для этих мест „Исао“. Разные повара выбирают разные ингредиенты, так что и вкус отличается.»</p><p>Людвиг повернул голову, взглянул на Лугано, ничего не сказал и продолжил есть, только ускорил темп.</p><p>Люмиан сел подле Людвига и со смешком сказал мальчугану, у которого весь рот был в сыре и соусе:</p><p>«Изначально я планировал принести тебе ночной перекус получше, но потом подумал и передумал.»</p><p>«Какой ещё перекус?» — весьма охотно и не без любопытства спросил Лугано.</p><p>«Тебе лучше этого не знать,» — ухмыльнулся Люмиан, точь-в-точь дьявол.</p><p>Под ночным перекусом он подразумевал труп «Серийного убийцы» Брама.</p><p>Изначально он хотел принести пару кусков, чтобы скормить Людвигу и посмотреть, какую «питательность» извлечёт этот мальчик и какие сведения перескажет. Однако, сочтя, что расспросы уже проведены и «медиумизм» тоже состоялся, а судя по положению Брама, тот едва ли глубоко осведомлён об аномалиях семейства Андрералад, Люмиан из осторожности отказался от намерений покормить Людвига.</p><p>— По его наблюдениям, стоит Людвигу поесть до определённой степени, как он возвращает себе некоторую силу и перестаёт сковываться печатью так наглухо. Если скормить ему труп Потустороннего 7-й Последовательности, это может вызвать у него качественный перелом. И тогда Люмиан опасался, что его собственной мощи не хватит для борьбы с возможной неожиданностью, и Людвиг попросту приготовит его как деликатес и засунет себе в брюхо.</p><p>Маленькая серебряная ложка в руке Людвига замерла на пару секунд, и он произнёс:</p><p>«Раз не принёс, зачем говорить?»</p><p>Ого, разозлился слегка? Люмиан про себя усмехнулся и ответил:</p><p>«Затем, чтобы сказать тебе: мы прибыли в рай для авантюристов, в царство хаоса, и впредь у тебя будет полно возможностей полакомиться вкусненьким.»</p><p>Этим он намекал Людвигу: проявляй себя хорошо, и я не забуду поискать для тебя «деликатесов»!</p><p>Людвиг отправил в рот разварившийся картофель из ложки и смутно пробубнил:</p><p>«Я не хочу идти в школу.»</p><p>То есть пока не заставляют идти в школу, обо всём остальном можно договориться? Конечно, при условии предоставления достаточного количества деликатесов… Люмиан удовлетворённо поднялся, вернулся в ванную комнату при хозяйской спальне, повернул кран и принялся умываться.</p><p>Хлынувшая из латунного крана вода оказалась приятной умеренной температуры.</p><p>Люмиан смочил и отжал полотенце, и, приложив обжигающий пар к лицу, ощутил, как всё тело расслабляется от удовольствия.</p><p>— Отель «Орелла» использует паровой двигатель для работы механического лифта и прочих машин, что требует непрерывной работы котла и постоянного нагрева воды, поэтому круглосуточная горячая вода выступает одним из его главных преимуществ.</p><p>…………</p><p>Утром следующего дня Люмиан в соломенной шляпе золотисто-жёлтого цвета появился на улице Кания, расположенной возле площади Воскресения в порту Пайлос.</p><p>Когда-то здесь располагался центр управления интисских колонизаторов в штате Матани, отчего повсюду виднелись указатели и вывески на интисском языке. Люмиан без труда прошёл вдоль интисских платанов и остановился перед четырёхэтажным кремово-белым зданием в роскошном интисском стиле.</p><p>Таблички здесь были написаны на дутанском, интисском, языке Плато, руэнском и фейсакском языках:</p><p>«Патрульная команда порта Пайлос»</p><p>Внизу таблички имелось ещё пять строк с аналогичным пояснением:</p><p>«Занимаемся только сверхъестественными происшествиями.»</p><p>«Вполне учли потребности в подаче заявлений от авантюристов из разных стран…» — подшутил про себя Люмиан и вошёл внутрь кремово-белого здания.</p><p>В холле почти никого не было, лишь один администратор бездельно откинулся на стуле, пролистывая сегодняшний номер местной газетёнки.</p><p>То был тридцатилетний туземец с тёмно-коричневой кожей и чёрными волосами. У него было худощавое лицо и тёмно-карие глаза.</p><p>«Я хочу сделать заявление,» — произнёс подошедший Люмиан на интисском языке.</p><p>Туземец поднял на него взгляд, покачиваясь поднялся, отодвинул заслонку сзади и крикнул что-то внутрь.</p><p>Люмиан едва смог разобрать, что тот говорит на дутанском:</p><p>«Подойдите кто-нибудь, кто знает интисский или язык Плато…»</p><p>Так дело не пойдёт. Раз не знаешь иностранных языков, нечего тратить время на газеты, учился бы лучше… — мысленно пожурил администратора Люмиан и, сохраняя мягкую улыбку, стал терпеливо ждать, пока выйдет другой член патрульной команды.</p><p>Прошла буквально одна-две минуты, и из глубины холла, отворив дверь, вышел молодой человек с каштановыми волосами, настолько пышными, словно вчера вечером он лёг спать, не до конца высушив голову после мытья.</p><p>На нём была белая рубашка и расстёгнутый жёлтый жилет. Держа одну руку в кармане, он подошёл к Люмиану и на беглом интисском произнёс:</p><p>«О каком происшествии вы хотите заявить?»</p><p>Люмиан несколько секунд разглядывал этого явно северянина с самокруткой в пальцах и каре-жёлтыми глазами, после чего с весьма сдержанной улыбкой ответил:</p><p>«Я обнаружил убийцу.»</p><p>Молодой человек с чёткими чертами лица и весьма недурственной внешностью с усмешкой указал на дверь:</p><p>«С убийцами идите к полицейским напротив.»</p><p>Наискосок от патрульной команды как раз располагалось Главное управление полиции порта Пайлос.</p><p>Люмиан сохранял всё ту же сдержанную улыбку:</p><p>«Это серийный убийца.»</p><p>«Серийный убийца…» — беззвучно пробормотал молодой человек с самокруткой в пальцах, и выражение его лица мгновенно стало серьёзным:</p><p>«Откуда вы знаете?»</p><p>«Я нашёл у него дома множество отрезанных губ. Человеческих губ,» — всё так же сдержанно улыбаясь, сказал Люмиан.</p><p>«Отрезанных губ?» — нерасстёгивавший жёлтый жилет молодой человек одновременно серьёзно и спешно переспросил: — «Где его дом?»</p><p>Люмиан немного припомнил и сказал:</p><p>«Название улицы я по буквам выговорить не смогу, но могу проводить вас на место. Я сумею найти — на одной из улиц неподалёку от бара „Цветок-людоед“.»</p><p>Молодой человек заставил себя успокоиться, затянулся самокруткой и спросил:</p><p>«А сам убийца? Вы видели, как он выглядит?»</p><p>«Он мёртв,» — честно ответил Люмиан.</p><p>Молодой человек обомлел на пару секунд:</p><p>«Как умер?»</p><p>Уголки губ Люмиана мало-помалу поползли вверх, явив улыбку — улыбку, в которой больше не было сдержанности:</p><p>«Я убил.»</p><p>Выражение лица пышноволосого шатена мгновенно застыло.</p><p>Он пристально всматривался в Люмиана и лишь спустя несколько секунд произнёс:</p><p>«Вы авантюрист и пришли получить награду?»</p><p>Дела о серийных убийствах, совершённых Брамом, происходили здесь же, на месте, поэтому имелся ордер на розыск, подписанный генералом Куэрарилем. Но в ордере не было соответствующих имени и внешности — только описание обстоятельств дела, поскольку подозреваемого ещё не вычислили.</p><p>Люмиан усмехнулся и сказал:</p><p>«В каком-то смысле да, но забрать её можете и вы.»</p><p>Молодой человек нахмурился:</p><p>«Что вы имеете в виду?»</p><p>«Я имею в виду, что награда достанется вам,» — Люмиан ничуть не скрывал своего намерения подкупить собеседника.</p><p>Молодой человек смерил Люмиана взглядом и спросил:</p><p>«Чего вы хотите?»</p><p>«Я хочу получить материалы дела о том серийном убийстве четырёхлетней давности и собранные вами соответствующие предметы,» — откровенно ответил Люмиан.</p><p>Возможно, среди них найдётся что-то, что сможет съесть Людвиг.</p><p>Молодой человек умолк, словно взвешивая все за и против.</p><p>Наконец он взъерошил свои каштановые волосы и произнёс:</p><p>'Я могу показать вам материалы дела и соответствующие предметы, но забрать их вы не сможете — только переписать.</p><p>«И ещё: сначала я должен отправиться на место и проверить, действительно ли это тот серийный убийца.»</p><p>«Идёт,» — Люмиан протянул правую руку и с улыбкой сказал: — «Приятно иметь дело.»</p><p>Молодой человек протянул руку и пожал её:</p><p>«Приятно иметь дело. Можете звать меня Камю. А вас?»</p><p>Люмиан снова улыбнулся:</p><p>«Луи Бери.»</p><p>«Луи Бери… Отчего это имя кажется мне знакомым?..» — обдумывая это на ходу, Камю прошёл к двери в глубине холла, собираясь позвать с собой двух напарников.</p></section><section><title><p>Глава 643 Общие черты</p></title><p>Глава 643 Общие черты</p><p>На улице, название которой на дутанском наречии гласило «Циликаско», Лумиан вёл Камю и других членов патрульной команды внутрь здания, построенного из тёмно-чёрного камня и буровато-коричневого дерева.</p><p>Стоило ему открыть дверь в комнату Брама, как Камю и остальные ощутили тихо витавшие в воздухе гарь и запах крови.</p><p>Вслед за этим они увидели разбросанные по полу обрубки трупа, испачканные кровью и обрывками плоти стены, а также оставшиеся повсюду кровавые отпечатки рук и следы опаления.</p><p>Взгляд Камю замер, словно он снова оказался на месте серийных убийств.</p><p>Но здесь разрушений было ещё больше.</p><p>Камю повернул голову и две секунды пристально смотрел на Лумиана, после чего, хотя уже и мог догадаться об ответе, всё же привычно спросил:</p><p>«А где труп того человека?»</p><p>Лумиан указал на обрубки и куски плоти и с улыбкой ответил:</p><p>«Всё это — он.»</p><p>Камю ненадолго умолк, после чего жестом поручил двум ошеломлённым соратникам осмотреть место происшествия.</p><p>Он уже пообещал поделиться с ними частью награды, сделав их свидетелями своих «заслуг».</p><p>— Камю пришёл не один, опасаясь, что это может быть ловушкой Луи Бери или покушением тайных организаций вроде «Школы Розы» на членов патрульной команды.</p><p>Находясь на Южном континенте, необходимо сохранять должную настороженность!</p><p>Затем Камю подошёл к шкафу и уставился на погружённые в консервант губы, а в его памяти снова всплыли жуткие образы жертв.</p><p>После короткого молчания он услышал, как Луи Бери ровным тоном произнёс:</p><p>«Брам — член Дьявольского семейства Андрералад, действующий по указке „Школы Розы“. Он прибыл в порт Пайлос ради сбора сведений, а заодно чтобы совершить „серийные убийства“. За связь с ним отвечал его дядя Девахо, но лично они не встречались — полученные сведения просто оставлялись в виде материалов в кабинете пустовавшего дома номер 17 по улице Арег……»</p><p>Это…… Камю и остальные сначала опешили, а затем прониклись глубоким сомнением.</p><p>Откуда Луи Бери знает так много?</p><p>Камю невольно снова взглянул на разбросанные обрубки трупа, пятна крови на стенах, кровавые отпечатки ладоней на полу и разнообразные следы обугливания.</p><p>В конце концов его взгляд остановился на лице Лумиана.</p><p>Уголки губ Лумиана медленно приподнялись, и он ответил тёплой улыбкой.</p><p>Камю переглянулся со своими двумя спутниками, не став спрашивать, получил ли Луи Бери эти сведения с помощью «спиритизма» или Истязания, или же с самого начала знал о целях Брама и выследил этого серийного убийцу вовсе не из-за совершаемых им преступлений.</p><p>«Эти сведения крайне важны, — Камю слегка кивнул и указал на заметно повреждённый шестиствольный пулемёт в комнате. — Оружие Брама придётся оставить нам.»</p><p>«Без проблем,» — совершенно равнодушно ответил Лумиан.</p><p>Будучи «Пироманом», он не испытывал особой нужды в огнестрельном оружии: серия фаерболов по силе значительно превосходила шквальный огонь шестиствольного пулемёта, уступая разве что в скорости стрельбы.</p><p>…………</p><p>Рядом с площадью Воскресения, улица Кания, второй этаж четырёхэтажного здания патрульной команды.</p><p>Камю положил перед Лумианом на стол дело и сопутствующие предметы, разложенные по нескольким конвертам из крафтовой бумаги, и еще раз предупредил:</p><p>«Можно только смотреть и делать записи, нельзя уносить с собой и нельзя повреждать.»</p><p>Лумиан слегка кивнул, взял один из конвертов, размотал в несколько оборотов нить и открыл его.</p><p>Он не стал спешить с осмотром вещей, а извлёк материалы дела и принялся внимательно читать.</p><p>Это пухлое дело подробно фиксировало личности семи жертв, их происхождение, возможные Пути и Последовательности, места гибели, обстановку на месте происшествия, а также различные предположения и проверки, проведённые патрульной командой.</p><p>Отчётливо прослеживалось, что пока жертвы продолжали появляться, патрульная команда вела расследование крайне серьёзно, каждый день предпринимая новые действия. Но на позднем этапе, когда серийные убийства, казалось, прекратились, а новых зацепок не появилось, они начали проявлять халатность: перестали часто разбирать дело, прекратили масштабные опросы, а спустя полгода разыскные мероприятия и вовсе остановились, на чём материалы и заканчивались.</p><p>В финальном отчёте замкомандира патрульной команды, отвечавший в то время за это дело, подытоживал:</p><p>«Это типичное серийное убийство, совершённое Путём 'Дьявола». Хотя «Серийный убийца» редко ограничивается всего семью жертвами, поскольку большее число смертей способно лучше умилостивить соответствующего дьявола и удовлетворить требования ритуала, однако на этот раз все жертвы были Потусторонними, причем среди них хватало представителей средних Последовательностей. Даже если погибли лишь семеро, это вызывает куда большую благосклонность дьяволов и куда сильнее умилостивит их, чем четырнадцать или даже двадцать один обычный человек.</p><p>'Главная проблема этого мистического дела заключается в том, что, помимо принадлежности к Потусторонним, между семью жертвами не прослеживается никаких общих черт, что заметно отличается от прежних серийных убийств.</p><p>«Наше предположение на этот счёт таково: все семь жертв являлись Потусторонними, действовавшими в Западном Баламе, и в прошлом, вероятнее всего, в той или иной степени совершали убийства, что тоже можно считать своего рода падением……»</p><p>Лумиан досконально всё прочитал и согласился с предположением о том, что в ритуале умилостивления дьявола семь Потусторонних превосходят четырнадцать обычных людей.</p><p>Об этом он знал давно: в конце концов, обычные люди выступали лишь третьими по ценности жертвоприношениями, а существа с Потусторонними характеристиками — вторыми.</p><p>Подобное проявлялось и в некотором «отыгрыше», особенно требующем обратного отклика, — точно так же, как раскрытие заговора Ангела очевидно помогало Лумиану усвоить зелье намного лучше, чем раскрытие заговора обычного человека.</p><p>Составив общее представление о серийных убийствах, Лумиан принялся сопоставлять данные о семи Потусторонних. Объединив психологический портрет «Сисо», составленный Антони, с выводами Франки о прототипе персонажа и её догадками относительно отыгрывающего, он начал искать возможные скрытые общие черты.</p><p>Среди этих семи Потусторонних были и мужчины, и женщины: кто-то состоял в подчинении у генерала Куэрариля, кто-то был верующим в «бога Смерти», скрывавшимся в порту Пайлос, кто-то — прибывшим извне авантюристом, кто-то — шпионом Республики Интис в штате Матани, кто-то — периферийным членом «Школы Розы», а кто-то — местным священнослужителем Церкви «Бога Пара и Машин».</p><p>Судя по их положению и происхождению, у них действительно не было ничего общего.</p><p>Однако для Лумиана, читавшего со своими субъективными догадками, некоторые детали раскрывались с иной стороны:</p><p>Все семь жертв были молоды; самому старшему едва исполнилось тридцать, но окружающие единодушно хвалили его за отличный боевой талант и выдающийся ум, пророча ему славу известного авантюриста.</p><p>«Цели — молодые, перспективные Потусторонние, успевшие вырасти до определённого уровня? И даже те двое, что постарше, обладали немалой известностью, внушительной силой и ярлыком небывалых перспектив……» — пробормотал про себя Лумиан, составив общее представление о критериях отбора «Сисо».</p><p>Будь здесь Франка, она бы наверняка сказала, что это полностью соответствует поведению прототипа, и этот парень — поистине ответственный отыгрывающий, фанатичный любитель своего дела.</p><p>Впрочем, Лумиан верил, что «Сисо» лишь при наличии выбора старается максимально приблизиться к прототипу персонажа и не станет ради отыгрыша вредить своей истинной цели. Порой он даже может использовать этот отыгрыш, чтобы ввести других в заблуждение, — Лумиан так думал потому, что «Безумная» отзывалась о «Сисо» как о недостаточно чистом.</p><p>«Судя по критериям отбора, Луи Бери отлично подходит под манию убийств „Сисо“……» Лумиан про себя «поцокал» и извлёк предметы, связанные с делом, из остальных бумажных конвертов.</p><p>Подавляющее большинство этих предметов были личными вещами жертв, и исключением являлись лишь семь тонких листов фольги с пятнами тёмно-коричневого вещества.</p><p>Согласно описанию в материалах дела, они служат упаковкой для шоколада местного производства. Их находили на каждом месте преступления: предполагалось, что убийца, завершив дело и перед тем как приступить к вскрытию трупа, разворачивал фольгу и съедал кусочек шоколада.</p><p>Поскольку серийный убийца доставал шоколад и отправлял его в рот руками в перчатках, на фольге не осталось никаких следов, а сам этот шоколад в простенькой упаковке — весьма распространённый товар в штате Матани с его многочисленными плантациями какао, продающийся во многих лавках, так что выследить цель по нему было невозможно.</p><p>Лумиан некоторое время разглядывал эти листки фольги, затем поднял голову и улыбнулся присматривающему за ним Камю:</p><p>«Могу я забрать с собой два-три листка?»</p><p>Камю с пышными каштановыми волосами насупился:</p><p>«Если ты хочешь провести „гадание“ или применить иные Потусторонние методы, можешь сделать это прямо здесь.»</p><p>«Я возьму только два, это не помешает вашему дальнейшему расследованию, — произнёс Лумиан искушающим тоном. — Если согласишься помочь, я выплачу тебе дополнительное вознаграждение. Например, заклинание призыва одного крайне полезного существа мира духов.»</p><p>Камю довольно долго молчал, после чего сказал:</p><p>«По рукам.»</p><p>……</p><p>Спустя четверть часа с лишним Камю, специально сходивший с Лумианом на улицу и купивший похожий шоколад, с безучастным выражением лица наблюдал, как кроликоподобное существо мира духов, сжимая перьевую ручку, стремительно переписывает материалы дела.</p><p>Спустя почти минуту Камю посмотрел на безмятежно сидящего рядом Лумиана, который как раз разворачивал фольгу и отправлял в рот кусочек тёмно-коричневого шоколада, и спросил глубоким голосом:</p><p>«И это то самое крайне полезное существо мира духов, о котором ты говорил?»</p><p>«Именно. Это один из представителей вида „Заяц знаний“, он может освободить тебя от изнурительной переписной работы,» — жуя ароматный шоколад, с улыбкой ответил Лумиан.</p><p>Зачем мне подобный инструмент для переписывания⁈ — мысленно взревел Камю, но, вспомнив о награде за серийного убийцу и окровавленном месте гибели Брама, всё же сдержал себя.</p><p>Лумиан с улыбкой добавил:</p><p>«Когда не захочешь, чтобы другие узнали, чьей рукой написаны те или иные строки, сможешь призвать на помощь 'Зайца знаний».</p><p>«К тому же это развивающееся существо мира духов: какие знания ты ему дашь, в том направлении оно и будет развиваться. Разумеется, тебе лучше раздобыть способ заключения договора с существами мира духов, иначе каждый раз призываемый „Заяц знаний“ с высокой вероятностью окажется другим, и взрастить его не удастся.»</p><p>«Развивающееся……» — повторил Камю это слово, и выражение его лица постепенно смягчилось.</p><p>…………</p><p>Вернувшись в отель «Орелла», Лумиан достал из кармана два старых листка фольги и протянул один Людвигу.</p><p>«Попробуй поешь,» — сказал он с улыбкой.</p></section><section><title><p>Глава 644 Информация, полученная через еду</p></title><p>Глава 644 Информация, полученная через еду</p><p>Есть, есть фольгу? Сидевший рядом Лугано, увидев, как Лумиан протягивает тонкую фольгу Людвигу и спрашивает, будет ли тот есть, сильно испугался.</p><p>Хотя Людвиг уже проявил очевидные отклонения от нормы в том, что касалось еды, и однажды на глазах у Лугано выпил пробирку человеческой крови, подробно выдав соответствующую информацию, Лугано все же считал, что нельзя кормить Людвига чем попало, особенно такими вещами, которые вообще непригодны в пищу.</p><p>Он же еще совсем ребенок!</p><p>В следующий миг Лугано увидел, как Людвиг молча взял старую тонкую фольгу, засунул ее в рот, разжевал и проглотил.</p><p>«……» Лугано впал в оцепенение.</p><p>Полностью съев тонкую фольгу, Людвиг спокойно спросил Лумиана:</p><p>«Нужно узнать, какие какао-бобы использовались, точное содержание, добавленные вспомогательные ингредиенты, происхождение сырья для фольги, фабрику-производителя и человека, который контактировал с ней больше всего?»</p><p>Лумиан медленно качнул головой:</p><p>«Не нужно.»</p><p>Все это была информация, которая никак не могла помочь в поисках «Сисо» — «Сисо» касался этой тонкой фольги в перчатках, не оставляя сведений о своей личности, а Патрульная команда уже подтвердила, что шоколад в подобной упаковке весьма распространен в порту Пайлос и не имеет уникального вкуса.</p><p>Отвечая, Лумиан почувствовал в душе смесь смеха и изумления:</p><p>И такую информацию можно извлечь через еду?</p><p>Немудрено, ведь он Монстр, способный частично восстановиться и шаг за шагом избавиться от ограничений печати лишь благодаря еде!</p><p>Людвиг принял вид дегустатора изысканного блюда и лишь спустя несколько секунд произнес:</p><p>«В остатках шоколада есть немного ауры развращения.»</p><p>Аура развращения? «Сисо» долго носил его при себе, и тот подвергся загрязнению его аурой? Нет, не так. Если только не достигнуть уровня полубога, ауре Потустороннего трудно оказать такое воздействие. Единственная возможность — он близко к потере контроля и находится в состоянии глубокого развращения, но тело такого Потустороннего обязательно проявляло бы всевозможные аномальные детали, и он никак не мог выходить на улицу, ведь стоит выйти, как люди заметят неладное, и его заблокируют вершители закона… В обычное время он полагался на маскировку из той человеческой кожи, о которой говорил Брам? Сначала Лумиан испытал недоумение, а затем с надеждой спросил:</p><p>«Аура развращения Пути „Дьявола“?»</p><p>Людвиг облизнул губы, словно смакуя вкус остатков шоколада:</p><p>«Да, как минимум „Демона“.»</p><p>«Демона»? Лумиан удивился и невольно нахмурился.</p><p>Усердно изучив «Демонологию», он уже знал, что Последовательность 4 Пути «Дьявола» называется «Демон», а это означает полубога.</p><p>И если пропитавшая шоколад аура развращения исходила от «Демона», то она явно принадлежала не «Сисо».</p><p>Дело было не в высокомерии Лумиана, презиравшего «Сисо» и считавшего, что тот не мог продвинуться до 4-й Последовательности и стать «Демоном», а в том, что тонкая фольга и следы шоколада на ней отражали состояние четырехлетней давности, а четыре года назад «Сисо» ни за что не мог быть «Демоном» — разве что сразу после Прехождения он уже являлся «Апостолом Желаний». Будь это действительно так, объектами его серийных убийств должны были стать Потусторонние 6-й или 5-й Последовательности.</p><p>Хотя Потусторонних такого уровня в штате Матани было немного, даже можно сказать, крайне мало, «Демонология» не упоминала, что серийные убийства должны быть сосредоточены лишь в одном месте.</p><p>«Уверен?» Лумиан посмотрел на Людвига, добиваясь подтверждения.</p><p>Людвиг очень серьезно ответил:</p><p>«Аура развращения „Демона“ и аура развращения дьяволов средних и низких Последовательностей по вкусу совершенно разные.»</p><p>Выслушав ответ крестника, Лумиан внезапно представил себе картину:</p><p>«Сисо» стоит внутри «Духовной стены», проводя особый ритуал и устанавливая связь с неким «Демоном». В процессе этого в его брючном или нагрудном кармане все время лежало несколько плиток шоколада, завернутых в тонкую фольгу. Они подверглись небольшому загрязнению аурой развращения, пропитавшей каждый уголок алтаря, незаметно и беззвучно слегка изменившись…</p><p>Хм, когда я провожу ритуал, я тоже не вынимаю заранее все вещи из карманов и не оставляю их за пределами алтаря, за исключением тех случаев, когда в требованиях ритуала отдельно указано избегать подобного… Как «Заговорщик», Лумиан быстро выдвинул предположение и принялся дальше расспрашивать Людвига:</p><p>«Ты можешь распознать на вкус, какому именно „Демону“ принадлежит эта аура развращения?»</p><p>Сейчас Лумиан думал о том, что если потом действительно не удастся найти «Сисо», то он потратит все до последнего гроша, чтобы попросить экспертов по охоте на демонов из Нового Города Серебра об услуге — устроить ритуал, призвать «Демона», устанавливавшего связь с «Сисо», жестоко его избить и выбить из него сведения о «Сисо».</p><p>Людвиг качнул головой:</p><p>«Я сейчас не могу поглощать столь тонкие сведения. Знаю только, что эта аура развращения принадлежит семейству по имени Нос.»</p><p>Нос, одно из трех древних дьявольских семейств… «Демон» из семейства Нос откликнулся на тот особый ритуал «Сисо»? Нет, постойте, как «Демон» мог откликнуться на ритуал издалека? Для этого требуется как минимум 3-я Последовательность, а возможно, даже Статус Ангела… Согласно описанию в «Демонологии», «Серийные убийцы» способны призывать проекции дьяволов Бездны потому, что те дьяволы пользуются особенностями Бездны для отклика, а не потому, что сами достигли соответствующего Статуса. Однако семейство Нос — это дьявольское семейство, действующее в реальном мире и не ушедшее в Бездну… Фамилия Нос навела Лумиана на множество мыслей.</p><p>В конце концов он выделил три возможных варианта:</p><p>Первый: Демон, откликнувшийся на ритуал «Сисо», был Ангелом семейства Нос;</p><p>Второй: он достиг 3-й Последовательности и находился в порту Пайлос, прямо неподалеку от «Сисо»;</p><p>Третий: семейство Нос имеет чрезвычайно тесную связь с Бездной и может в некоторой степени использовать ее особенности, так что даже просто «Демон» способен отвечать на молитвы из далеких мест.</p><p>Лумиан поразмыслил немного и спросил Людвига:</p><p>«Есть еще какая-нибудь информация?»</p><p>«Больше нет,» — Людвиг дал ответ, разочаровавший Лумиана.</p><p>Лумиан протянул оставшийся кусок тонкой фольги:</p><p>«Попробуй и этот.»</p><p>Людвиг не стал отказываться и, словно ребенок, любивший облизывать крошки сахара с конфетного фантика, положил в рот тонкую фольгу с легкими следами шоколада и принялся жевать.</p><p>Спустя довольно долгое время, когда Лугано очнулся от оцепенения, Людвиг посмотрел на Лумиана и сказал:</p><p>«Здесь немного больше информации, чем в предыдущем.»</p><p>«Какая информация?» — Лумиан знал, что раз Людвиг специально об этом упомянул, это наверняка представляет определенную ценность.</p><p>Людвиг ответил тоном гурмана:</p><p>«Эта тонкая фольга какое-то время лежала на столе, испачканном старыми следами крови и небольшим количеством кофейной жидкости. Старые следы крови принадлежали погибшему мужчине, изначально обладавшему достаточно сильной духовностью, а кофейная жидкость относится к кофе „Фермер“, без сахара, очень горькому, невероятно ароматному.»</p><p>Выслушав описание Людвига, Лумиан снова нарисовал в своем воображении картину:</p><p>Несколько плиток шоколада, завернутых в тонкую фольгу, как попало лежат на столе, пропитавшемся старыми следами крови и забрызганном кофе, долгое время находясь с ними в тесном контакте, а затем протягивается рука, сгребает их, сует в карман одежды и выходит из комнаты.</p><p>Учитывая деталь, что все семь кусков тонкой фольги были найдены на полу на месте преступления, Лумиан сильно подозревал, что тем столом пользовался «Сисо» в каком-то доме, где когда-то жил.</p><p>«Есть подробная информация о том погибшем мужчине?» — снова спросил Лумиан у Людвига.</p><p>Людвиг снова качнул головой:</p><p>«Нет, если только не съесть напрямую ту кровь.»</p><p>Та кровь должна принадлежала какому-то из жертв, возможно, внесенному в материалы дела, а возможно, и кому-то другому… Они остались потому, что «Сисо» использовал стол как прозекторский или как алтарь? Испытав разочарование, Лумиан мысленно проанализировал несколько вариантов, а затем сосредоточил внимание на кофе «Фермер».</p><p>Он произнес словно про себя:</p><p>«Не указывает ли это на то, что у „Сисо“ есть привычка пить кофе, причем он любит кофе „Фермер“ из долины Пас?..»</p><p>Долина Пас находится на Южном континенте, тамошний кофе «Фермер» пользуется большой славой и наряду с Высокогорным кофе Фейнапота и Высокогорным кофе Южного континента относится к сортам, которые только средний класс может позволить себе пить на постоянной основе.</p><p>В штате Матани это встречалось редко, поскольку в Восточном и Западном Баламе тоже имелось множество мест производства высококачественных кофейных зерен, и данный штат был одним из них. Множество отбракованных зерен, непригодных для экспорта, продавалось очень дешево, и как колонизаторы, так и туземцы предпочитали именно такой вариант.</p><p>Наконец пришедший в себя Лугано осторожно вставил слово:</p><p>«Я слышал, что те, кто часто пьет кофе „Фермер“, любят эту горечь и аромат, но тех, кто не любит добавлять туда сахар, очень и очень мало.»</p><p>Иными словами, подобное пристрастие «Сисо» к кофе крайне редко встречается в этих краях… Лумиан улыбнулся и сказал Людвигу:</p><p>«Отлично сработано. Если потом я поймаю цель, могу отдать его тебе.»</p><p>К тому времени Лумиан, вероятно, уже станет 5-й Последовательностью и при этом не даст Людвигу Потустороннюю характеристику, так что можно будет немного ослабить контроль над этим мальчиком.</p><p>Отдать… Лугано ощутил леденящий страх, подумав, что у него, возможно, слишком богатое воображение.</p><p>Для других отдать Потустороннего Пути «Дьявола» означало бы сделать его рабом или использовать в качестве ингредиента, но что касается Людвига…</p><p>Лугано инстинктивно вздрогнул.</p><p>Нельзя об этом думать, нельзя!</p><p>Людвиг кивнул, его глаза ярко заблестели, а на лице выразилось предвкушение.</p><p>Лумиан повернулся к Лугано и сказал:</p><p>«Разве ты неплохо не владеешь дутанским языком? Пройдись сегодня днем по порту Пайлос и разузнай, какие магазины торгуют кофе „Фермер“, лучше всего те, что продают его уже четыре-пять лет или даже дольше.»</p><p>«Хорошо,» — у Лугано внезапно возникли чувства, что он наконец-то сможет принести пользу.</p><p>Ближе к вечеру он вернулся в номер 7 на третьем подземном этаже и сказал Лумиану:</p><p>«Торгуют кофе „Фермер“ всего три заведения, одно из них на улице Кания у площади Воскресения…»</p><p>«Ты сказал, на улице Кания у площади Воскресения?» — прервал отчет Лугано Лумиан.</p><p>«Да, в доме 21 по этой улице, называется Импортно-экспортный магазин Матани,» — дал утвердительный ответ Лугано.</p><p>Лумиан умолк.</p><p>Разве это не совсем рядом с Патрульной командой порта Пайлос?</p><p>………</p><p>Порт Пайлос, третий этаж здания, где располагалась Патрульная команда.</p><p>Камю получил награду и отдал одну пятую часть двум своим компаньонам.</p><p>Затем он сразу направился в телеграфную комнату и спросил у телеграфистки:</p><p>«Есть для меня телеграмма?»</p><p>Ранее он отправлял телеграммы некоторым друзьям, чтобы узнать, знают ли они авантюриста по имени Луи Бери.</p><p>Раз уж предстоит сотрудничать, необходимо хотя бы первично выяснить обстановку вокруг другого человека!</p><p>Женщина-телеграфистка со сладкой улыбкой выпрямилась и сказала:</p><p>'Есть!</p><p>«Из Фалина.»</p></section><section><title><p>Глава 645 Визит</p></title><p>Глава 645 Визит</p><p>Камю поблагодарил телеграфистку, взял предназначенную ему телеграмму и развернул её для чтения:</p><p>«Луи Бери, интисец, самый известный авантюрист Туманного моря за последние полгода, любит носить золотисто-жёлтую соломенную шляпу, выследил и убил „Колдуна-Демона“ Бурмана, получив награду в 600 тысяч феров, а также сотрудничал с Церковью „Матери-Земли“ в порту Санта, разрешив там кризис с церемонией Моления Морю, подробности неизвестны…»</p><p>Дочитав телеграмму, Камю беззвучно вздохнул:</p><p>«А он и вправду великий авантюрист, неудивительно, что так легко расправился с тем „Серийным убийцей“…»</p><p>Камю на самом деле толком не знал, насколько силён «Колдун-Демон», но награда за его голову говорила сама за себя: 600 тысяч феров с лихвой доказывали могущество «Колдуна-Демона», а Луи Бери, сумевший выследить и одолеть столь сильного Потустороннего, пусть даже обладая лишь этим единственным громким подвигом, без сомнения, являлся великим авантюристом.</p><p>К слову, за Брама, совершившего множество убийств и заставившего Патрульную команду задействовать все силы почти на две недели, давали всего 50 тысяч феров, и уже эта сумма заставила Камю соблазниться и согласиться на сотрудничество с Луи Бери.</p><p>Поразмыслив о награде в 600 тысяч феров и поняв, отчего Луи Бери проявил такую щедрость, Камю убрал телеграмму и с наигранным изяществом послал воздушный поцелуй, благодаря девушку-телеграфистку за помощь.</p><p>Он взъерошил свои пышные каштановые волосы и спустился в холл.</p><p>Уже наступал вечер, ночного дежурства сегодня у него не намечалось, так что он мог отправиться домой отдыхать.</p><p>Внезапно взгляд Камю замер: в зоне ожидания холла, расслабленно откинувшись на спинку дивана, сидел красивый черноволосый и зеленоглазый Луи Бери, крутя в руках золотисто-жёлтую соломенную шляпу.</p><p>«У тебя ещё есть какие-то дела?» — подошёл Камю, настороженно спросив.</p><p>Лумиан перестал вращать шляпу, выпрямился и с улыбкой произнёс:</p><p>«Есть ещё кое-какие вопросы, о которых я хотел бы с тобой поговорить.»</p><p>Обнаружив, что один из трёх магазинов, где продаётся кофе «Фермер», расположен прямо на улице Кания, неподалёку от здания Патрульной команды, первой реакцией Лумиана было:</p><p>«Сисо» не может же прятаться прямо в Патрульной команде и являться одним из её членов?</p><p>Самое опасное место — самое безопасное?</p><p>Тщательно всё взвесив, Лумиан посчитал, что подобное возможно, хотя и маловероятно:</p><p>С одной стороны, среди семерых убитых Потусторонних скрывавшиеся в порту Пайлос верующий в «бога Смерти», периферийный член «Школы Розы» и шпион Республики Интис в штате Матани обычно соблюдали строжайшую конспирацию, живя как простые люди. Если бы у «Сисо» не имелось солидного источника сведений и он полагался только на собственные поиски, ему было бы крайне трудно распознать в этих троих Потусторонних и сделать их своими целями.</p><p>Это означало, что либо «Сисо» способен отличать Потусторонних от обычных людей — благодаря ли своей особой способности или же определённому волшебному предмету, — либо он держит под контролем или имеет доступ к разветвлённой информационной сети. А Патрульная команда как раз выступала организацией, лучше всех осведомлённой о происходящем во всём штате Матани и всём порту Пайлос: они вполне могли заранее заподозрить верующего в «бога Смерти», периферийного члена «Школы Розы» и интисского шпиона и вести за ними наблюдение.</p><p>«Сисо» является членом Патрульной команды — это прекрасно объясняло бы, как ему удалось точно вычислить скрывавшихся Потусторонних и совершить убийства.</p><p>Но с другой стороны, если «Сисо» действительно являлся Потусторонним Пути «Дьявола» и при этом состоял в Патрульной команде, то сразу после серии убийств здешние люди неизбежно заподозрили бы его. Разве что он с самого начала скрывал свой настоящий Путь, однако в Патрульной команде, в отличие от «Исследовательского общества кудрявых павианов», при повседневном выполнении заданий возникает слишком много ситуаций, требующих применения своих способностей: «Сисо» мог бы таиться несколько дней или недель, но явно не утаил бы этого на протяжении месяцев или лет.</p><p>Он же не мог ни разу не столкнуться с неожиданностью и не мог перед каждым заданием загодя готовиться, надевая нужные волшебные предметы, чтобы демонстрировать исключительно их возможности?</p><p>Даже будь он «Дьяволом», сие невозможно!</p><p>Поскольку многие неожиданности на заданиях не направлены на кого-то конкретного, «Дьявол» не способен заранее почувствовать такую опасность.</p><p>Охваченный сомнениями и неопределённостью, Лумиан специально вновь наведался в Патрульную команду, дабы нанести визит Камю и проверить, не удастся ли получить новые зацепки или свежие мысли, чтобы подтвердить либо исключить данную вероятность.</p><p>«О чём ты хочешь поговорить?» — нахмурился Камю.</p><p>Этот парень не собирается шантажировать меня утренней взяткой?</p><p>Та материальная подшивка не представляет никакой особой ценности, и даже если бы я её утерял, мне грозило бы всего лишь дисциплинарное взыскание!</p><p>Лумиан надел золотисто-жёлтую соломенную шляпу, с улыбкой поднялся и, указав на дверь, произнёс:</p><p>«Как насчёт выпить по чашечке кофе?»</p><p>Камю немного помедлил и глухим голосом ответил:</p><p>«Идёт.»</p><p>Лумиан вышел за ворота Патрульной команды и направился к Импортно-экспортному магазину Матани.</p><p>В лучах заходящего солнца он сразу заметил расположенное наискосок от Патрульной команды Главное управление полиции порта Пайлос.</p><p>Туда-сюда сновало немало людей в тёмно-синей полицейской форме, а некоторые держали в руках чашки с кофе.</p><p>Это… — у Лумиана ёкнуло сердце.</p><p>«Сисо» на самом деле не член Патрульной команды, а высокопоставленный полицейский из Главного управления полиции?</p><p>Достигнув определённой должности, полицейские вынуждены оказывать содействие официальным Потусторонним и получают доступ к немалому объёму сведений, да и многие расследования официальные Потусторонние проводят руками полиции — в конце концов, людей им не хватает.</p><p>Будь «Сисо» и вправду высокопоставленным офицером полиции Главного управления полиции порта Пайлос, он вполне мог знать, что те трое скрывают свои личности и являются Потусторонними, а при повседневном исполнении обязанностей не рисковал бы раскрыть свой Путь, к тому же ему было бы чрезвычайно удобно покупать любимые кофейные зёрна «Фермер».</p><p>Если взглянуть с противоположной стороны, ровно из-за того, что Импортно-экспортный магазин Матани находится именно здесь и даёт возможность выбирать среди разного рода зёрен, «Сисо» и полюбил крепкий, чистый и горький кофе «Фермер» без сахара.</p><p>Разумеется, это являлось лишь одним из вариантов, у Лумиана имелись и иные предположения: например, «Сисо» просто обожает острые ощущения и уверен в себе до полного безумия, поэтому заходит за кофе «Фермер» именно на улицу Кания, а не куда-либо ещё, дабы наслаждаться беспомощностью и гневом Патрульной команды, а сведения о Потусторонних получает из другого источника; или «Сисо» вовсе не Потусторонний Пути «Дьявола», а всего лишь владеет соответствующим запечатанным артефактом, с помощью которого усвоил особый ритуал ублажения дьявола, а потому, скрываясь в Патрульной команде, ему не приходится маскироваться; или же сам он ошибся, и та серия убийств четырёхлетней давности не имеет к «Сисо» никакого отношения.</p><p>При этой мысли Лумиан подавил подступившую радость и вместе с Камю вошёл в Импортно-экспортный магазин Матани, пройдя к отделу кофейных зёрнышек, после чего занял столик в прилегающей кофейне.</p><p>«Чашку Высокогорного кофе, с молоком и двумя кубиками сахара,» — со знанием дела сделал заказ официанту Камю.</p><p>Лумиан тоже заказал чашку ароматного Интисского кофе.</p><p>Пока они ждали, Лумиан с рассеянным видом наблюдал за тем, какой кофе или кофейные зёрна покупают приходящие и уходящие посетители, и одновременно словно бы между делом спросил у Камю:</p><p>«Судя по имени, ты из Фейнапота?»</p><p>Камю немного посомневался, но ответил как есть:</p><p>«Моё полное имя — Дон Гивер Камю Кастия.»</p><p>Он решил назвать полное имя, вспомнив, что в телеграмме упоминались хорошие партнёрские отношения Луи Бери с Церковью «Матери-Земли».</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Так ты, оказывается, господин дворянин.»</p><p>Кастия — фамилия королевской династии Королевства Фейнапот, а перед именем Камю стояла приставка «Дон», означающая «почтенный», что указывало на дворянский статус.</p><p>Камю горько ухмыльнулся:</p><p>'Будь я действительно господином дворянином, как бы я оказался рядовым членом Патрульной команды в каком-то туземном штате Южного континента?</p><p>«Наша ветвь давным-давно пришла в упадок, хотя я не отрицаю, что эта фамилия и приставка Дон и впрямь дали мне стартовую позицию получше, чем у простых людей: едва достигнув совершеннолетия, я получил порцию зелья и стал Потусторонним Последовательности 9, однако все последующие продвижения — результат моих собственных усилий.»</p><p>Взять у меня взятку в 50 тысяч феров — это часть твоих усилий? — мысленно поглумился Лумиан и, переведя взгляд на две чашки кофе, принесённые официантом, как бы между прочим поинтересовался:</p><p>«Не хочешь попробовать другой кофе, пьёшь только Высокогорный?»</p><p>«Привык к его вкусу,» — Камю поднял чашку и сделал глоток.</p><p>Лумиан снял с головы золотисто-жёлтую соломенную шляпу, тоже сделал глоток и с улыбкой поддакнул:</p><p>«И то верно. Это как я — никак не могу привыкнуть к кофе „Фермер“: положишь обычное количество сахара — слишком горько, положишь чересчур много — становится приторным до тошноты. А ведь кто-то обожает именно эту горечь и аромат кофе „Фермер“, добавляя совсем капельку сахара.»</p><p>Лумиан ожидал, что Камю скажет: «Да, а некоторые вообще пьют кофе „Фермер“ без сахара», однако ответ Камю не оправдал его надежд:</p><p>'Всё так.</p><p>«Так о чём же ты всё-таки хочешь поговорить?»</p><p>Лумиан про себя вздохнул и искренне произнёс:</p><p>«Ты, должно быть, и сам заметил, что меня очень интересует та серия убийств четырёхлетней давности. Это единственная цель моего приезда в порт Пайлос — чрезвычайно ценное поручение.»</p><p>«Чрезвычайно ценное? Но ведь там был всего лишь какой-то „Серийный убийца“,» — уразумев, что Луи Бери обсуждал именно это дело, Камю тихо облегчённо вздохнул.</p><p>Даже будь он слепым, он всё равно разглядел бы, насколько Луи Бери неравнодушен к той серии убийств четырёхлетней давности.</p><p>Лумиан с улыбкой туманно пояснил:</p><p>«В этом деле кроется множество тайн, о которых ты даже помыслить не можешь.»</p><p>Например, Преходцы; например, тот Небесный Достопочтенный…</p><p>Камю сделал ещё глоток Высокогорного кофе и с преданием воспоминаниям заговорил:</p><p>«Я приехал в штат Матани пять с лишним лет назад. Тогда интисцы только-только ушли, а влияние Королевства и Церкви едва успело закрепиться. Мне казалось, что тут полно возможностей и, глядишь, удастся благодаря своей фамилии пробиться на видную должность. Поэтому я специально приплыл сюда на корабле через Туманное море. В итоге всё вышло не совсем так, как я замышлял, но тоже сойдёт.»</p><p>Заведя речь о прошлом, двадцатипяти-двадцатишестилетний Камю проникся некоторой грустью.</p><p>Он продолжил:</p><p>«Когда произошло то дело, я только стал Последовательностью 8 и вместе с несколькими товарищами ведал расследованием под началом замкапитана Реасы.»</p><p>Он умолк и с улыбкой взглянул на Лумиана, будто бы говоря: «Хочешь узнать больше — прояви больше искренности».</p><p>Лумиан же в этот момент размышлял над совершенно иным вопросом:</p><p>Если «Сисо» действительно Потусторонний Пути «Дьявола» и при этом состоит в Патрульной команде, то есть ли у него способ скрыть свой истинный Путь?</p><p>Поставив себя на его место, Лумиан осознал, что утаить способности Пути «Охотника» вовсе не проблема:</p><p>Ему хватило бы способностей Пути «Аскета» и поддержки пары предметов, чтобы справляться с подавляющим большинством ситуаций!</p><p>Разумеется, сами способности «Аскета» тоже вызывали подозрения.</p><p>А что, если «Сисо» на самом деле тоже Даритель и в обычное время демонстрирует силы Благословенного Пути? Лумиан поднял чашку, сделал глоток кофе и, не пытаясь больше расспрашивать о подробностях той серии убийств, задумчиво посмотрел на Камю:</p><p>«А есть ли в Патрульной команде члены, искушённые в гадании или расшифровке?»</p></section><section><title><p>Глава 646 Подозреваемые</p></title><p>Глава 646 Подозреваемые</p><p>Камю не понимал, почему Луи Бери внезапно сменил тему, забыв упомянуть, что за соответствующую информацию тоже взимается плата, и, вспомнив, произнес:</p><p>«Есть, есть один „Фокусник“, изначально он был офицером гвардии генерала, а позже его перевели в патрульную команду.»</p><p>Позже… Лумиан слегка нахмурился:</p><p>«Когда его перевели в патрульную команду?»</p><p>«Зачем ты об этом спрашиваешь? В прошлом году.» Камю уже совершенно не понимал, что хочет разузнать Луи Бери, а потому не мог определить, какие из сведений являются ключевыми.</p><p>В прошлом году… Значит, похоже, это не «Сисо»… Разумеется, нельзя полностью исключать такую вероятность: будучи офицером в гвардии генерала Куэрариля, он также имел возможность получать огромный объем информации, да и место, где он покупал кофе «Фермер», не обязательно было этим импортно-экспортным магазином, а могло быть одним из двух других кафе… А если он действительно покупал его здесь, тому тоже есть разумное объяснение — хм, чтобы насладиться некомпетентностью и гневом патрульной команды… Лумиан временно внес этого «Фокусника» в список подозреваемых.</p><p>Он не стал судить о том, что тот не является «Сисо», лишь на том основании, что противник был всего лишь Последовательности 7, поскольку уровень Благословения и уровень, приносимый зельем, не обязательно равны.</p><p>Кроме того, из того факта, что «Фокусник» покинул гвардию генерала Куэрариля и перевелся в патрульную команду, Лумиан смутно уловил изменения в подводных течениях ситуации в штате Матани:</p><p>Потусторонние пути «Провидца» либо принадлежат Церкви «Шута», либо происходят из Восьмого бюро Интиса или «Тайного ордена» — одной из скрытых организаций, поддерживающих Восьмое бюро; дикие Потусторонние существовали, но среди них крайне мало тех, кто сумел дорасти до «Фокусника». Учитывая, что штат Матани когда-то был колонией Интиса, Лумиан разумно предположил, что этот «Фокусник» тесно связан с Республикой Интис, и генерал Куэрариль отлично об этом осведомлен.</p><p>Он держал «Фокусника» в гвардии, чтобы сохранять определенную связь с Интисом в ответ на появление Королевства Фейнапот, и благодаря достижению определенного баланса между различными силами лучше удерживать собственную власть.</p><p>Уход «Фокусника» из гвардии генерала в прошлом году, возможно, указывал на то, что генерал Куэрариль после пяти-шести лет притирки окончательно определился с позицией Королевства Фейнапот и склонился на их сторону.</p><p>Предположения Лумиана на этот счет никак не влияли на подозрение, что «Фокусник» мог быть «Сисо», поскольку «Локи» был интисцем, членом «Тайного ордена» и сотрудником среднего звена Восьмого бюро, а значит, вполне мог по соответствующим каналам привлечь «Сисо» в заграничное отделение Восьмого бюро и ввести его в «Тайный орден».</p><p>Взвесив всё, Лумиан спросил дальше:</p><p>«Тому „Фокуснику“ нравится пить кофе „Фермер“?»</p><p>Он не стал спрашивать напрямую имя и приметы того человека.</p><p>Камю покачал головой:</p><p>«Он не любит кофе, ему больше нравится „Гуадаль“ — напиток посладче.»</p><p>«Гуадаль» — широко распространенный в Западном Баламе местный напиток, приготовляемый из особых ягод и содержащий некоторое количество кофеина; по эффекту бодрости и борьбе с усталостью он схож с кофе, но имеет оранжево-желтый цвет и кисловато-сладкий вкус, благодаря чему не только снимает дискомфорт от жары, но и отлично утоляет жажду.</p><p>Предпочитает сладкое… Услышав это, Лумиан почувствовал укол разочарования.</p><p>Четыре года назад «Сисо», очевидно, не мог знать, что в будущем столкнется с таким монстром, как Людвиг, и едва ли стал бы нарочно проливать немного несладкого кофе «Фермер» на стол, где лежал шоколад; Лумиан теперь с осторожностью склонялся к мысли, что тот действительно любит горький кофе.</p><p>Раз так, то тот «Фокусник», обычно предпочитающий сладкое, не должен быть «Сисо» — если только «Сисо» не разграничивал и не поддерживал специально черты каждой из своих личностей, старательно отыгрывая в повседневной жизни «Фокусника», любившего «Гуадаль».</p><p>Он же не «Актёр», чтобы играть каждую деталь повседневной жизни!</p><p>К тому же у него не было необходимости в усвоении «Безликого»!</p><p>Размышляя об этом, Лумиан вдруг вздрогнул от вспыхнувшей мысли:</p><p>«Актёр»…</p><p>Если «Сисо» и вправду был Потусторонним пути «Дьявола», то помимо веры в «Небесного Достопочтенного Небес и Земли, дарующего благодать» из-за Прехождения, в обычной жизни он мог находиться под влиянием «Матери Древа Желаний».</p><p>Могло ли оказаться так, что путь Благословения «Сисо» происходил не от «Провидца», «Ученика» или «Мародера», принадлежащих Достопочтенному, а восходил к «Матери Древа Желаний»?</p><p>Тот Достопочтенный как раз стремился позволить Злым Богам проникнуть в мир внутри барьера, так что он вполне мог сотрудничать с «Матерью Древа Желаний», сквозь пальцы смотря на то, как «Сисо» урвал немного выгоды у «Матери Древа Желаний»…</p><p>Обретший новый ход мыслей Лумиан посмотрел на Камю, не понимавшего, почему тот внезапно замолчал, сделал глоток интисского кофе из своей чашки и с улыбкой сменил тему:</p><p>«Есть ли в патрульной команде Потусторонние пути „Пленника“?»</p><p>Ранее он уже подозревал, что «Матерь Древа Желаний» — это Злой Бог, стоящий во главе трех путей: «Преступника», «Пленника» и «Скупца», а соответствующие Благословения должны исходить из одного из них либо дароваться в смешанном виде.</p><p>Лумиан не стал спрашивать о наличии пути «Скупца» потому, что это вызвало бы еще больше подозрений, чем путь «Преступника» — то есть путь «Дьявола», — ведь его вовсе не существовало среди двадцати двух Божественных Путей.</p><p>Это было всё равно что вор, пойманный полицией, недоуменно спросил бы: «Я же замаскировался и не оставил следов, как вы смогли так быстро меня вычислить?», — а в ответ услышал бы: «Здесь тебе не Трир, ни один нормальный человек не станет изображать индейку и прятаться в глухом переулке».</p><p>«Ты думаешь, внутри патрульной команды есть шпион „Школы Розы“?» Камю решил, что Луи Бери перешел к праздной беседе о том, что «Школа Розы» метит на порт Пайлос. «Нет, он точно им не является, он очень сдержан и нисколько не предается потаканию страстям.»</p><p>Лумиан улыбнулся:</p><p>«Стало быть, Потусторонний пути „Пленника“ действительно есть?»</p><p>«Да, шестой Последовательности, „Живой мертвец“…» Камю не стал отрицать.</p><p>Лумиан внезапно заговорил, перебивая его:</p><p>«Пока не говори мне, кто он, как выглядит и какими обладает чертами. Сначала ответь мне на пару вопросов.»</p><p>«Каких вопросов?» От хождения вокруг да около у Камю уже голова шла кругом, и он решил позже действовать по обстоятельствам, выбирая момент для требования выгоды.</p><p>Держа фарфоровую чашку с интисским кофе, Лумиан как бы невзначай произнес:</p><p>«Когда он присоединился к патрульной команде?»</p><p>«На полгода позже меня,» — припомнил Камю.</p><p>Ты прибыл в штат Матани более пяти лет назад и вскоре вступил в патрульную команду; полгода спустя означает, что тот «Пленник» уже был в патрульной команде во время серии убийств четыре года назад… Лумиан воодушевился и, размыслив, произнес:</p><p>«Переживал ли он раньше какое-то бедствие, оказавшись на грани гибели?»</p><p>«Нет.» Камю покачал головой. «По крайней мере, мне об этом неизвестно.»</p><p>Лумиан не расстроился и, сохраняя улыбку, спросил:</p><p>«А любит ли он пить кофе „Фермер“?»</p><p>«Да, он очень любит кофе „Фермер“, причем без сахара.» Камю подсознательно дал ответ, а затем вспомнил, что Луи Бери только что спрашивал, любит ли «Фокусник» из патрульной команды кофе «Фермер».</p><p>У него тут же возникла определенная догадка:</p><p>«А что не так с любовью к кофе „Фермер“? Убийца по делу о серии убийств четырехлетней давности любил кофе „Фермер“? В порту Пайлос места, где можно купить кофе „Фермер“, крайне редки, и это одно из них, да и те кафе, что продают кофе „Фермер“, закупают соответствующее зерно именно здесь… Ты подозреваешь, что убийца по делу о серии убийств четырехлетней давности находится в патрульной команде?»</p><p>Неплохой уровень, раз так быстро обо всем догадался и выдвинул предположение, бьющее в самое сердце проблемы… Лумиан мысленно похвалил Камю.</p><p>В то же время в глубине его души вспыхнула волна сильной радости:</p><p>В штате Матани людей, любящих кофе «Фермер», и так немного, а тех, кто предпочитает «Фермер» без сахара, и подавно единицы, да к тому же тот человек состоит в патрульной команде и на поверхности принадлежит к пути «Пленника»!</p><p>Когда сошлось столько условий, Лумиан почувствовал, что схватил «Сисо» за хвост!</p><p>Он по-прежнему не стал спрашивать имя, внешность, личность и приметы того члена патрульной команды, дабы не спровоцировать у цели восприятие злого умысла и опасности.</p><p>Руководствуясь мыслью «я и сам не знаю, кто именно мой враг», Лумиан как бы между прочим спросил:</p><p>«Он из местных?»</p><p>Увидев, что Камю молчит, Лумиан с улыбкой добавил:</p><p>«Я не претендую на официальное вознаграждение.»</p><p>Выражение лица Камю разгладилось:</p><p>«Он местный, из порта Пайлос, родился в городке Тизамо, что относится к порту Пайлос…»</p><p>Хотя патрульная команда при наборе членов и не была столь строга, как крупные Церкви и правительства разных стран, самое базовое анкетирование и проверка сведений всё же проводились, иначе генералу Куэрарилю пришлось бы опасаться, что в один прекрасный день его застрелит член патрульной команды под предлогом расследования Потустороннего дела.</p><p>Городок Тизамо… Место, где произошла одна из проделок «Сисо»… Всё сходится! Лумиан сдержал себя, не позволив уголкам губ даже немного приподняться, и с глубоким сожалением сказал Камю:</p><p>«Очень жаль, похоже, это не цель.»</p><p>Он сделал это для того, чтобы у Камю не возникло мысли начать расследование в отношении цели.</p><p>Ведь это могло привести к тому, что противник почувствует соответствующий злой умысел!</p><p>«Ну ладно.» Камю развел руками.</p><p>Он с любопытством спросил:</p><p>«Как ты выяснил, что убийца по делу о серии убийств четырехлетней давности любил кофе „Фермер“?»</p><p>«Я пришел расследовать это только потому, что знал о существовании такого человека.» Лумиан глубокомысленно ответил.</p><p>Он не стал говорить Камю, что информация получена с тонкой фольги от шоколада, дабы тот не решил, что тоже сможет найти больше зацепок, не возобновил расследование и не попал на прицел к «Сисо».</p><p>Подумав об этом, Лумиан вдруг осознал:</p><p>Сам он, должно быть, уже попал на прицел к «Сисо», но и у ловли на живую наживку есть свои плюсы…</p><p>О том, что Луи Бери в золотисто-желтой соломенной шляпе пришел в патрульную команду, подкупил сотрудника и просмотрел материалы дела о серии убийств четырехлетней давности, другие члены патрульной команды, не придавшие этому значения, до сих пор не догадались, но если тот «Пленник» — действительно «Сисо», он наверняка уже обратил внимание на Лумиана и заметил, что враг выслеживает дело о серии убийств четырехлетней давности.</p><p>Причина, по которой он не предпринимал никаких действий, заключалась в том, что Лумиан открыто появился под личностью Луи Бери и ничуть не скрывался всю дорогу, из-за чего тот заподозрил ловлю на живца и, опасаясь угодить в ловушку, временно воздержался от нападения. Отсутствие же предчувствия злого умысла и опасности объяснялось тем, что Лумиан всё еще не знал точно, кто подозреваемый и каков его статус, а лишь готовился к возможному внезапному нападению «Дьявола» или «Апостола Желаний».</p><p>Предыдущая ловля на живца предназначалась для того, чтобы выманить рыбу, а нынешняя ловля — для блефа… Разум Лумиана становился всё более ясным, и он, посмотрев на Камю, произнес:</p><p>«Помоги мне присмотреть, кто в Главном управлении полиции любит кофе „Фермер“.»</p><p>«Хорошо.» Камю решил, что Луи Бери благодаря каким-то неизвестным ему деталям ранее ограничил личность подозреваемого членами патрульной команды и полицейскими, а теперь предварительно исключил вероятность того, что это член патрульной команды.</p><p>Допив остатки интисского кофе и заплатив соответствующие велькинсы, Лумиан надел золотисто-желтую соломенную шляпу и с улыбкой на лице шаг за шагом покинул импортно-экспортный магазин Матани, покинув улицу Кания.</p><p>Проходя мимо Главного управления полиции порта Пайлос, он нарочно бросил туда несколько взглядов.</p></section><section><title><p>Глава 647 Патрульная команда</p></title><p>Глава 647 Патрульная команда</p><p>Камю какое-то время курил у входа в Импортно-экспортный магазин Матани, попутно наблюдая за проходящими мимо покупателями, но так и не заметил, чтобы кто-нибудь покупал кофе «Фермер».</p><p>Увидев, как один за другим загораются газовые фонари, а край неба окрашивается в темно-синий цвет, Камю потушил окурок, бросил его в мусорный бак и вернулся в кремово-белое четырехэтажное здание Патрульной команды.</p><p>Изначально он планировал отправиться в квартал, где собирались иностранцы, и насладиться пышным интисским обедом, чтобы отпраздновать неожиданный доход в целых 40 000 велькинсов, полученный сегодня, но из-за задержки с Луи Бери время уже перевалило за вечер, и ему не хотелось ждать, пока шеф-повар высокого класса приготовит изысканное блюдо, поэтому он решил вернуться в Патрульную команду, скинуться с несколькими близкими товарищами по команде на еду навынос из соседнего ресторана, а заполнив желудок, отправиться в бар или танцевальный зал, чтобы расслабиться.</p><p>Едва переступив порог холла, Камю увидел, как к нему подошел товарищ по команде с темно-коричневой кожей, довольно пухлыми губами, ростом более 1,8 метра, с заплетенными каштановыми косичками, и с любопытством спросил:</p><p>'Чего это тот тип в соломенной шляпе снова пришел к тебе?</p><p>«Эй, слышал, ты и Колобо поймали серийного убийцу и получили целых 50 000 велькинсов награды?»</p><p>— Штат Матани много лет находился под колониальным гнетом Интиса, поэтому все привыкли использовать велькинсы в сочетании с медными монетами «дериси», а после того как генерал Куэрариль взял здесь власть в свои руки, никаких изменений в этой сфере не производилось, за исключением того, что в сотрудничестве с одним из банков Королевства Фейнапот был открыт местный банк с возможностью свободного обмена велькинсов и золотых рисо.</p><p>Если бы расспрашивал кто-то из двух членов команды — «Фокусник» или «Живой мертвец», о которых особо осведомлялся Луи Бери, Камю наверняка проявил бы настороженность, но стоявшего перед ним звали Соу, он был 8-й Последовательности «Мастер Рукопашного Боя» Пути «Воин», вступил в Патрульную команду лишь в прошлом году в качестве авантюриста и обладал неплохим характером; кроме того, что он был ленив и любил получать удовольствие от жизни, других крупных изъянов за ним не водилось.</p><p>Камю рассмеялся:</p><p>«Это мой осведомитель, без него я бы не получил такую награду.»</p><p>Соу с одинарными веками внезапно осознал:</p><p>«Он только что пришел к тебе, чтобы забрать свою долю?»</p><p>Камю подумал и сказал:</p><p>«Это одна из причин, а другая заключается в том, что он все еще расследует дело о серийных убийствах четырехлетней давности и хотел спросить у меня кое-какие подробности.»</p><p>Передачу материалов дела Луи Бери можно было скрыть от капитана и замкапитанов Патрульной команды, но от товарищей по команде этого было не утаить, поэтому он не намеревался скрывать расследование Луи Бери по делу о серийных убийствах четырехлетней давности; к тому же в будущем, чтобы присматривать за людьми из Главного управления полиции и выяснить, кто любит кофе «Фермер» и вызывает наибольшие подозрения, ему понадобится помощь соратников.</p><p>«Есть подвижки? Есть шанс получить награду?» — Соу в мятой рубашке и с огромным мечом за спиной явно проявил интерес.</p><p>Камю пока не собирался вдаваться в подробности и туманно ответил:</p><p>«Он подозревает, что убийца четыре года назад мог скрываться в Главном управлении полиции, и я планирую тайком провести проверку.»</p><p>«Почему он подозревает, что убийца — полицейский?» — Соу с недоумением посмотрел на него.</p><p>Камю только что не обсуждал этот вопрос с Лумианом, а теперь немного подумал и произнес:</p><p>'Поразмысли сам: в деле четырехлетней давности все убитые были Потусторонними, причем некоторые из них обычно скрывали свои личности. Почему убийца смог точно их разыскать и откуда знал, что они Потусторонние?</p><p>«Только мы или люди из Главного управления полиции с определенным рангом могли иметь доступ к такой информации, а о том, есть ли в Патрульной команде Потусторонние Пути „Дьявола“, можно легко узнать.»</p><p>Эту мысль выдвигал еще четыре года назад тогдашний замкапитана Реаса, однако он лишь подозревал, что «серийный убийца» скрывается в Патрульной команде, и не принимал во внимание людей из Главного управления полиции или гвардии генерала; позже Патрульная команда провела проверку на основании этой версии, но не обнаружила ничего подозрительного, поэтому сменила направление расследования.</p><p>«Я вижу свет надежды и чувствую запах велькинсов, — с предвкушением проговорил Соу. — Если понадобится помощь, обязательно обращайся ко мне. Я слышал, что Колобо и остальные просто съездили с тобой на место происшествия и получили по 5 000 велькинсов на брата!»</p><p>«Без проблем,» — оживленно отозвался Камю.</p><p>Затем он обошел Соу и по коридору направился к своему кабинету.</p><p>Возле дверей его кабинета Колобо высунул голову, наблюдая за его разговором с Соу.</p><p>Колобо был ровесником Камю, лет двадцати четырех–двадцати пяти, с темно-черными волосами, лазурно-синими глазами и довольно худощавым телосложением; в руках он держал черные солнцезащитные очки.</p><p>Понизив голос, он сказал Камю:</p><p>«В последнее время поменьше действуй вместе с Соу.»</p><p>«Почему?» — ошеломленно спросил Камю.</p><p>Заметив, что Соу уже скрылся за дверью, ведущей в холл, Колобо отвел взгляд и произнес:</p><p>«Мне постоянно кажется, что если в этот период контактировать с ним, случится что-то недоброе.»</p><p>«Тогда почему ты его не предупредишь?» — нахмурился в недоумении Камю.</p><p>Колобо был 8-й Последовательностью «Машина» Пути «Монстр», обладал сильной интуицией и всегда мог смутно предчувствовать некоторые вещи.</p><p>«Я предупреждал его, но он считает, что все в порядке. Я даже доложил капитану,» — Колобо развел руками.</p><p>С этими словами щуплый Потусторонний кое-что вспомнил:</p><p>'Тот авантюрист по имени Луи Бери тоже очень опасен. Утром на месте происшествия я весь процесс не смел смотреть ему прямо в лицо, а когда случайно мельком взглянул, то увидел лишь море крови, море пламени и море смерти.</p><p>«Изначально я не хотел тебе об этом говорить, мне казалось, что стоит произнести это вслух, как судьба придавит меня так, что станет нечем дышать… Ху-у, а сейчас высказал — и вроде бы ничего, похоже, я просто слишком чувствителен.»</p><p>Насколько же он опасен? Достоин быть великим авантюристом, разом получившим 600 000 велькинсов награды… Камю, которому были известны деяния Луи Бери, не особо удивился, но за столь долгое время впервые слышал, чтобы Колобо, этот «Монстр», так описывал человека.</p><p>Камю похлопал Колобо по плечу:</p><p>«Спасибо, я буду осторожен.»</p><p>Сказав это, он с любопытством спросил:</p><p>«Луи Бери — первый, кто вызвал у тебя подобное ощущение?»</p><p>«Нет, есть еще один,» — качнул головой Колобо.</p><p>«Кто?» — удивился Камю.</p><p>Выражение лица Колобо внезапно стало суровым:</p><p>'Я не могу сказать.</p><p>«Если я скажу, я умру, умру!»</p><p>С этими словами щуплый Потусторонний поспешно покинул кабинет Камю.</p><p>…………</p><p>Вернувшись в отель «Орелла», Лумиан направился прямиком в хозяйскую спальню.</p><p>Подземный номер даже в жаркое время года веял ощутимой прохладой.</p><p>На письменном столе в спальне лежало аккуратно сложенное письмо.</p><p>Ответное письмо мадам «Фокусника»… — Лумиан взял листок бумаги и развернул его, принимаясь за чтение:</p><p>'Очень хорошо, у тебя весьма полное представление о самом себе.</p><p>«Делами 'Школы Розы» и «Спиритического культа» займутся специально назначенные люди, тебе не нужно рисковать ради этого, сосредоточься на расправе с «Сисо». Разумеется, если они попросят тебя оказать определенную помощь, ты можешь посодействовать.</p><p>«Потусторонние характеристики, оставшиеся от членов „Школы Розы“, особенно Путей „Дьявола“ и „Пленника“, несут в себе довольно хлопотную скверну, поэтому их лучше не продавать посторонним и не искать случайных „Ремесленников“ для создания предметов. Если возникнет такая необходимость, можешь продать их мне или поручить мне найти „Ремесленника“. Впрочем, держать их в „Вещмешке путешествиника“ вполне безопасно: по сравнению с тем взором и воздействием, которые могут привлечь кастеты Ветви Теневого Древа, печать господина „Шута“ и прочие вещи на твоем теле, эта скверна слаба, точно новорожденный младенец.»</p><p>Получив ответ, Лумиан вздохнул с облегчением, напрямую активировал черную метку на правом плече и исчез из комнаты.</p><p>Спустя некоторое время его силуэт вырисовался на вершине одной из часовых башен на бульваре в Трире.</p><p>Взирая на роскошный отель «Шанз-Элизе» вдалеке и на загорающиеся один за другим огни, Лумиан наконец мог больше не сдерживаться и детально обдумать сведения, полученные только что от Камю.</p><p>Будучи разделенным расстоянием в целое Бушующее море, Королевство Фейнапот и пол-Республики Интис, даже если бы он действительно составлял план охоты на «Сисо», ему не пришлось бы опасаться, что враг почувствует злой умысел и опасность!</p><p>Такую дистанцию, пожалуй, способен почувствовать только Ангел.</p><p>— Хотя Лумиан к данному моменту еще не знал конкретную цель, не ведал, кем именно является «Сисо», не располагал подробными данными о нем и не имел существенного, претворенного на практике замысла, из-за чего при обычных обстоятельствах это не должно было задеть предчувствие опасности «Сисо», однако имея возможность проявить осторожность, лучше все же быть осторожнее.</p><p>Для этого он, полагаясь на свойства «Аскета», из последних сил терпел и старался не думать о соответствующих вещах, пока не оказался вдали от порта Пайлос и Южного континента, и лишь тогда, как обычно, принялся взвешивать детали и развивать мысли.</p><p>Спустя неизвестно сколько времени силуэт Лумиана исчез внутри часовой башни.</p><p>Бам, бам, бам!</p><p>Огромные часы пробили семь часов вечера.</p><p>…………</p><p>На следующее утро.</p><p>Едва Камю вошел в холл, как увидел Луи Бери в золотисто-желтой соломенной шляпе, сидящего на диване в зоне приема гостей.</p><p>Зачем он снова пришел? Камю вспомнил предупреждение Колобо, слегка нахмурился и с некоторым беспокойством подошел к нему.</p><p>«Чем нужно помочь на этот раз?» — сдерживая эмоции, спокойным тоном спросил он.</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>'Мне нужны кое-какие сведения, но предоставить их должен не ты, а надежный товарищ по команде, который не знает, о чем именно мы беседовали вчера вечером. И еще: встретимся в Импортно-экспортном магазине Матани.</p><p>«За это я могу заплатить 5 000 велькинсов.»</p><p>Странная просьба… 5 000 велькинсов, какая щедрость… Э-это он так обходит предчувствие опасности «Дьявола»? Камю был довольно опытным официальным Потусторонним и быстро пришел к определенным догадкам.</p><p>Он заставил себя не предаваться лишним размышлениям и, взвесив все в течение пары секунд, произнес:</p><p>«Хорошо.»</p><p>После этого он направился в рабочую зону, а Лумиан поднялся, вышел и повернул к Импортно-экспортному магазину Матани, находившемуся менее чем в ста метрах.</p><p>Вскоре перед пившим кофе Лумианом кто-то сел.</p><p>У этого человека были темные черные волосы, и выглядел он весьма худым и слабым.</p><p>Лумиан узнал его, ведая, что это член Патрульной команды, ездивший вчера вместе с ними на место происшествия, однако сегодня тот надел темные солнцезащитные очки, словно слепой.</p><p>«Я Колобо. Камю сказал, что есть возможность заработать 5 000 велькинсов,» — член Патрульной команды первым представился на не слишком беглом интисском языке.</p><p>Лумиан с улыбкой смерил взглядом состояние Колобо, достал бумагу с ручкой, отсчитал банкноты на 5 000 велькинсов и вместе продвинул к нему:</p><p>«Запиши имя и подробные сведения о том Потустороннем Пути „Пленника“, что состоит в Патрульной команде. Учти, я не должен этого видеть. Когда напишешь, сложи листок в квадратик.»</p><p>Колобо, словно слепец, наощупь забрал банкноты.</p><p>Он согнул спину и принялся пересчитывать их, практически уткнувшись головой под стол.</p><p>«Почему ты на меня не смотришь?» — с интересом спросил Лумиан.</p><p>Колобо с немалым трепетом ответил:</p><p>«Боюсь реально ослепнуть.»</p><p>Это способность видеть то, чего видеть не следует? Из Пути «Монстр»? Лумиан оглядел себя и больше не стал расспрашивать.</p><p>Колобо повернулся спиной и, воспользовавшись столом позади, быстро записал нужную информацию, после чего сложил бумагу и протянул ее Лумиану.</p><p>Лумиан даже взглядом ее не удостоил, быстро принял сведения и сразу засунул в «Вещмешок путешественника».</p><p>Затем он расплатился за кофе и зашел в уборную внутри магазина.</p><p>Его силуэт снова здесь исчез.</p></section><section><title><p>Глава 648 «Подарок»</p></title><p>Глава 648 «Подарок»</p><p>Когда Луи Бери удалился из зоны кафе, Колобо вздохнул с облегчением, снял солнцезащитные очки, снова вытащил те 5000 велькинсов и еще раз их пересчитал.</p><p>Интуиция подсказывала ему, что на эту сделку можно пойти, потому он и согласился, рискуя, прийти в Импортно-экспортный магазин Матани, но на протяжении всего процесса его непрестанно трясло от страха, во многих моментах он даже глаза зажмуривал, а уж когда записывал сведения, его рука и вовсе дрожала неимоверно.</p><p>«И впрямь, проблемы накапливаются, чтобы потом вспыхнуть разом…» — сжимая в руках очки, почти беззвучно пробормотал Колобо.</p><p>Он поднялся и направился к выходу из Импортно-экспортного магазина Матани.</p><p>Шаг за шагом, как вдруг тело Колобо резко напряглось: у него возникло странное ощущение, будто всё вокруг кишит опасностью.</p><p>Его сердце мгновенно ушло в пятки, он профессионально оглядел всё вокруг, а его шаги, следуя инстинкту, то ускорялись, то замедлялись, то меняли направление, то замирали.</p><p>Взору Колобо предстал утренний солнечный свет, лишь недавно открывшийся, еще довольно пустующий магазин и немногие покупатели; он не заметил, чтобы кто-то пристально смотрел на него, и не уловил ничьих взглядов из темноты.</p><p>Полагаясь исключительно на интуицию, он прошел еще немного и обнаружил, что вернулся в зону торговли кофейными зернами и кофе, остановившись у дверей уборной.</p><p>Колобо стал Потусторонним уже два года назад, и его главным опытом было верить в себя, верить в интуицию, а потому он без колебаний толкнул ту довольно тяжелую черную деревянную дверь и вошел внутрь.</p><p>Импортно-экспортный магазин Матани считался в порту Пайлос заведением весьма высокого уровня: лишь в одной из мужских уборных имелись три писсуара и три кабинки, а на стене тихо сияли две газовые бра, озаряя чисто прибранный пол.</p><p>Колобо подошел к умывальнику, повернул кран и собрался ополоснуть лицо холодной водой, надеясь избавиться от этого гнетущего чувства опасности, преследовавшей его словно тень.</p><p>Едва он поднял голову, как увидел проступающее в зеркале лицо.</p><p>Но это было не его собственное лицо!</p><p>То лицо было необычайно бледным, лет двадцати семи–двадцати восьми, на светло-коричневой коже льняные глаза отдавали смутной мрачной зеленью, и оно ледяным взглядом уставилось на Колобо.</p><p>В голове Колобо загудело, и он узнал, кому принадлежит это лицо.</p><p>Это был единственный в Патрульной команде Потусторонний Пути «Пленника», в прошлом году уже ставший Последовательностью 6 «Живой мертвец» — Тэванако Тупиан.</p><p>Он же был и первым человеком, от которого Колобо на инстинктивном уровне ощущал опасность, искренне веря, что стоит ему рассказать кому-то о своих чувствах, как он тут же погибнет!</p><p>Ранее, когда Лумиан потребовал от Колобо записать имя и сведения о Потустороннем Пути «Пленника» из Патрульной команды, на душе у Колобо было предельно неспокойно, он даже подумывал отказаться от сделки; и пересчитывал он купюры на месте вовсе не из-за недоверия к авантюристу, способному за просто так отдать 50 000 велькинсов награды за голову, а чтобы за этим действием размыслить, посомневаться и принять решение.</p><p>В конце концов он решил довериться себе, довериться интуиции, заставившей его согласиться на опасную сделку, вот только не стал указывать в сведениях свое дурное предчувствие относительно Тэванако Тупиана.</p><p>И вот теперь лицо Тэванако Тупиана внезапно возникло в зеркале прямо перед ним.</p><p>Э-это ведь уже способность Последовательности 5 «Злой дух» Пути «Пленника», когда это он успел продвинуться? Колобо охватил ужасный шок, и одновременно с этим он ощутил, как по телу разлился леденящий хлад, словно он рухнул на самое дно высокогорного ледяного озера и в мгновение ока замерз насмерть.</p><p>В то же время лицо Тэванако Тупиана на зеркале умывальника исчезло.</p><p>В тело Колобо словно затолкали кусок мрачного льда, который никогда не растает, источающий изнутри наружу холодок, способный застудить саму душу.</p><p>Его руки вопреки его изо всех сил оказываемому сопротивлению вышли из-под контроля и поднялись, а у ушей раздался холодный голос, лишенный малейших эмоций:</p><p>'Похоже, я разоблачен, раз уж тебя заставили предоставить сведения обо мне.</p><p>«Я прямо сейчас покину порт Пайлос, но перед уходом хочу оставить Лумиану Ли два подарка».</p><p>Что это значит? Что за подарки? И кто вообще такой этот Лумиан Ли? Колобо переполняло недоумение и смятение, и одновременно он с ужасом увидел, как его собственные руки обхватили его же шею и принялись изо всех сил сжимать ее.</p><p>Когда боль хлынула ему в разум, он смутно осознал, что именно за подарок имел в виду враг:</p><p>Тэванако Тупиан хочет его убить, оформив его смерть как подарок!</p><p>Но ведь он сказал — два подарка, а что же второй?</p><p>…………</p><p>Внутри четырехэтажного кремово-белого здания Патрульной команды.</p><p>Камю попивал Высокогорный кофе, просматривал сегодняшний номер «Телеграфа Западного Балама» и думал о сделке между Колобо и Луи Бери.</p><p>В случае успеха он как посредник сможет получить двадцать процентов вознаграждения.</p><p>Тук, тук, тук — в дверь кабинета Камю постучали.</p><p>«Войдите», — Камю был не слишком стар, однако обладал богатым опытом и уже возглавлял одну из оперативных групп Патрульной команды; если бы освободилась должность заместителя капитана, составить ему конкуренцию смог бы лишь тот Потусторонний Пути «Пленника», Тэванако Тупиан.</p><p>— Южный континент был крайне царящим хаосом местом, особенно в регионах под равновесием множества сил: будь то кровавая «Школа Розы», ужасающий Спиритический культ, исполненные амбиций авантюристы или шпионы и миссионеры из разных стран, — все они представляли немалую опасность; одни из них совершали покушения на членов Патрульной команды, другие не подчинялись порядку, неожиданно срывались, убивали и бежали прочь, третьи тщательно планировали свои замыслы, где одной из целей оказывались члены Патрульной команды, из-за чего за последние годы в Патрульной команде ежегодно происходила убыль состава, требовавшая постоянного набора новых членов.</p><p>В частых нападениях имелся и плюс: в случае победы существовала высокая вероятность добыть немало ценных вещей и Потусторонних материалов, отчего рецепты и зелья для продвижения членов Патрульной команды в большинстве своем выслуживались именно в подобных стычках, что порождало особый феномен:</p><p>По сравнению с городами аналогичного масштаба на Северном континенте, в порту Пайлос численность официальных Потусторонних была гораздо выше, особенно в категориях Средних Последовательностей, вот только ощущалась нехватка сил более высоких ступеней и соответствующих запечатанных артефактов.</p><p>Камю находился в постоянной нехватке денег оттого, что скорость его продвижения превосходила скорость его кузенов.</p><p>Когда он только прибыл в штат Матани и порт Пайлос, то был всего лишь «Арбитром» Последовательности 9, а теперь стал уже «Дознавателем» Последовательности 7; за пять лет он продвинулся дважды, а последнее время копил деньги на покупку материалов, надеясь продвинуться к Последовательности 6 и стать «Судьей», конечно же, если представится шанс стать заместителем капитана, Патрульная команда непременно предоставит часть ресурсов, чтобы помочь его продвижению.</p><p>— Добытые им трофеи не всегда подходили ему самому, иногда приходилось торговать с товарищами по команде, иногда продавать Патрульной команде, чтобы обменять их на деньги и ждать появления рецептов зелий и Потусторонних материалов, соответствующих его собственному Пути.</p><p>К тому же, поскольку Патрульная команда существовала всего несколько лет и не имела толком никаких накоплений, ему еще приходилось искать способы приобрести практичные волшебные предметы, регулярно пополнять запасы талисманов и зелий, дабы не погибнуть из-за недостаточной подготовки в каком-нибудь покушении или стычке.</p><p>В таких обстоятельствах денег, естественно, не хватало.</p><p>Хаос — это дорога в ад, но и лестница наверх!</p><p>Вошедшим, отворив дверь, оказался «Мастер Рукопашного Боя» Соу.</p><p>Покачивая коричневыми косичками, одетый в небесно-голубую рубашку и бежевые брюки Соу, держа одну руку в кармане, подошел к Камю и со смешком спросил:</p><p>'Ты видел Колобо?</p><p>«У меня к нему дело.»</p><p>Камю уже заранее заготовил предлог:</p><p>«Он пошел в Импортно-экспортный магазин за кофейными зернами.»</p><p>Соу произнес «о»:</p><p>«Тогда я подожду его возвращения.»</p><p>«У тебя что-то стряслось?» — мельком поинтересовался Камю.</p><p>Соу сделал два шага вперед и с улыбкой сказал:</p><p>«Есть одно расследование, хотел позвать его с собой, авось он увидит какие-то улики, недоступные взору остальных.»</p><p>«Вы, ублюдки, совсем не боитесь, что Колобо из-за этого пострадает?» — усмехнувшись, ответил Камю, а затем поднял чашку с кофе, поднес к губам и сделал глоток.</p><p>И как раз в этот миг правая рука Соу выскользнула из кармана брюк; между большим и указательным пальцами он зажимал игральную карту, мерцавшую металлическим блеском.</p><p>На лицевой стороне карты был изображен серо-белый клоун.</p><p>С со свистом вырвавшимся звуком Соу швырнул эту игральную карту прямо в голову Камю.</p><p>…………</p><p>Импортно-экспортный магазин Матани, мужская уборная.</p><p>Колобо наконец увидал в зеркале самого себя.</p><p>Его лицо уже окрасилось в мрачно-зеленый цвет, его собственные руки мертвой хваткой сжимали его шею, отчего та издавала звук едва ли не ломающихся костей, а в его лазурно-синих глазах отражался силуэт Тэванако Тупиана.</p><p>Колобо пытался громко позвать на помощь, но не мог выкрикнуть ни единого слова; он хотел шагнуть ногами и выскочить вон из уборной, но не мог сдвинуться ни на шаг.</p><p>Его тело словно больше ему не принадлежало и убивало само себя.</p><p>Ххх, ххх, ххх… Из горла Колобо наконец вырвался хоть какой-то звук, но до крайности слабый, неспособный быть кем-либо услышанным.</p><p>Он чувствовал, как стремительно приближается смерть, а отчаяние и страх завладели его душой.</p><p>Внезапно руки Колобо, душившие его самого, замерли.</p><p>В то же время со стороны вентиляционного отверстия уборной из темноты проступила человеческая фигура.</p><p>То был не кто иной, как Лумиан — черноволосый и зеленоглазый, в белой рубашке, расстегнутом черном жилете и золотисто-желтой соломенной шляпе.</p><p>На лице Лумиана застыл восторг напополам с озарением, а у губ покоилась черная костяная флейта.</p><p>Вслед за этим раздался стенающий звук, и печальная музыка полилась из темно-красных отверстий.</p><p>«Опус Ненависти»!</p><p>Почему я только сейчас ощутил злобу и опасность… — едва лишь эта мысль мелькнула у Тэванако, как всепоглощающая жажда убийства оказалась взорвана мелодией, исходящей от костяной флейты.</p><p>Бесшумно и незаметно от тела Колобо отделилась человеческая фигура — это был светлокожий с бледным лицом Тэванако Тупиан!</p><p>В льняных зрачках этого «Злого духа» проступили капилляры, готовые вот-вот лопнуть.</p><p>А Колобо, чью душу и без того без остатка заполнили эмоции страха и отчаяния, точно так же подвергся подрыву «Опуса Ненависти».</p><p>Его сердце едва не остановилось, он до полусмерти «перепугался» и лишился чувств, с грохотом рухнув на пол, уже полуживой.</p><p>Лумиан не стал продолжать играть на «Опусе Ненависти»; сжимая черную костяную флейту, он растворился в тенях, исчезнув под вентиляционным отверстием уборной.</p><p>Его силуэт тут же прорисовался за спиной Тэванако Тупиана, охваченного порывом жажды убийства; он поднял черную костяную флейту со множеством кроваво-красных отверстий, готовый издать ртом звук «Ха».</p><p>Наконец-то я тебя дождался!</p></section><section><title><p>Глава 649 Схватка в помещении</p></title><p>Глава 649 Схватка в помещении</p><p>В ушах Тэванако Тупиана гудело, глаза налились кровью и раздулись, а разум словно обжигало пламенем, разрывая мысли на мелкие осколки, из-за чего он на мгновение утратил способность осмысливать текущее положение и врага за своей спиной.</p><p>Из уголков его глаз, из его носа струилась кровь со странным запахом, а бледная кожа с светло-коричневым оттенком стремительно темнела.</p><p>«Ха!»</p><p>Изо рта Лумиана вырвался светло-желтый свет и с расстояния менее двух метров обрушился на цель, предположительно являвшуюся «Сисо».</p><p>Тэванако зажмурился и потерял сознание, а «Опус Ненависти» в виде черной костяной флейты в руке Лумиана уже устремился к его шее.</p><p>В этот самый момент вымощенный каменной плиткой пол уборной внезапно стал иллюзорным, грязевым и иссиня-черным, и из него вверх протянулась одна рука за другой.</p><p>У одних рук не было кожи, обнажая алые куски мяса, желтый жир и белые сухожилия; другие были весьма прозрачными, лишенными плоти, мрачными и бледными; третьи же выглядели изогнутыми и жутковатыми: на них либо выкатывались быстро вращающиеся глаза, либо густо выступали сине-зеленые наросты…</p><p>Они одновременно потянулись к Лумиану, потянулись к Тэванако.</p><p>Изначально это заклинание смертельного типа «Враждебного духа» под названием «Путы враждебного духа», предназначенное для призыва множества особых неживых существ, которые удерживают цель на месте, вызывая онемение, скованность и затрудняя движения.</p><p>Поскольку Тэванако одновременно являлся Потусторонним средней Последовательности Пути «Дьявола», заклинание претерпело мутацию и теперь именовалось «Низвержением в Бездну»!</p><p>Его можно было подготовить заранее, изменив область так, чтобы множество неживых или падших существ затаились под землей, а после вторжения кого-либо протянули руки и затащили цель в грязевую иссиня-черную иллюзорную бездну. Это не только ограничивало действия врага, но и приводило к тому, что при контакте с неживыми или падшими существами он испытывал одно или несколько состояний: оцепенение, онемение, головокружение, озноб, боль или стремительную потерю жизненных сил. Если же цель полностью затягивало в иллюзорную бездну, она подвергалась осквернению и начинала падать.</p><p>Тэванако еще до нападения на Колобо применил это заклинание на пол уборной, чтобы предотвратить случайный вход работников или покупателей импортно-экспортного магазина, которые могли бы увидеть члена Патрульной команды в процессе совершения самоубийства и поднять тревогу громким криком. Он и не думал, что оно пригодится сейчас — именно по этой причине он не появился напрямую перед глазами Колобо, а возник в зеркале.</p><p>Движение Лумиана, вонзавшего «Опус Ненависти», вмиг застыло.</p><p>Его щиколотки, голени, бедра и туловище сжали бесчисленные руки, отчего его тело и душа погрузились в ледяное оцепенение, позволив совершать лишь крайне медленные движения.</p><p>Так было с ним, так было и с Тэванако: пребывая в бессознательном состоянии, «Враждебный дух» и «Апостол Желаний» не мог контролировать «Низвержение в Бездну» и заставить эти уродливые руки обойти себя стороной, поэтому его тело точно так же схватили и под давлением падения от обморока потащили к полу.</p><p>Лежавшего неподалеку на полу, тяжело раненного и давным-давно потерявшего сознание Колобо эти руки и вовсе волокли за собой, шаг за шагом погружая в грязевую иссиня-черную иллюзорную бездну.</p><p>С грохотом поверх тела Лумиана вспыхнул слой алого пламени.</p><p>Оно бушевало, словно набрасывая на Лумиана яркий и пышный алый плащ.</p><p>Руки, сжимавшие различные части его тела, обуглились, и большая их часть отпрянула назад, однако некоторые остались невредимы перед огнем и продолжали тянуть вниз, отчего тело Лумиана мерзло и немело; он вернул себе некоторую подвижность, но этого было недостаточно.</p><p>Будь это мгновением ранее, Лумиан уже сумел бы нанести дальнейший удар черной костяной флейтой прямо в шею врага, но сейчас цель, предположительно являвшаяся «Сисо», едва не касалась земли.</p><p>Бух!</p><p>Тэванако тяжело рухнул.</p><p>От удара и вспыхнувшей боли он наконец вырвался из-под воздействия «Искусства Хэн-Ха» и пришел в себя.</p><p>К этому моменту самый тяжелый миг после детонации его желаний уже миновал.</p><p>Увидев это, Лумиан слегка опустил голову и издал звук:</p><p>«Хэн!»</p><p>Вслед за вырвавшимися двумя струями белого света Лумиан отдернул руки и с остаточной заторможенностью погрузил их в «Вещмешок путешественника».</p><p>Ни одна из двух белых струй света не поразила лежавшего на полу Тэванако — их перехватили и заблокировали руки, странные, жуткие, окровавленные и иллюзорные, переплетаясь между собой и образуя «лес».</p><p>Едва вернув себе частицу ясности ума, Тэванако поспешил взять под контроль заклинание «Низвержение в Бездну», чтобы защитить себя и сковать врага.</p><p>Задетые «Искусством Хэн-Ха» руки размякли одна за другой и втянулись обратно в иссиня-черную грязевую землю, словно лишившись опоры.</p><p>Воспользовавшись этой возможностью, тело Тэванако внезапно стало иссиня-черным и зловещим, будто сотканным из самых сокровенных и нетерпящих света эмоций и вожделений.</p><p>Бесшумно Тэванако превратился в иллюзорную, вязкую, скверную черную жидкость, слился с грязевой бездной и исчез.</p><p>Лумиана же по-прежнему тянули те зловещие руки, не боявшиеся огня, до определенной степени ограничивая его свободу движений.</p><p>Руки Лумиана вытянулись из «Вещмешка путешественника», вытаскивая серебристо-белый полный доспех.</p><p>Он поставил этот полный доспех рядом с собой, со всей силы вонзив его в иссиня-черную грязь.</p><p>«Доспех Гордыни»!</p><p>Выраставшие из иллюзорной бездны и из соответствующего мира духов зловещие и мерзкие руки, следуя инстинкту и воле заклинания, без колебаний потянулись вверх, хватая «Доспех Гордыни» за щиколотки, поножи, бедра, низ живота, нагрудник и спину.</p><p>«Доспех Гордыни» внезапно пришел в движение: в его руках соткался двуручный меч из чистейшего света, а вокруг него проступили крупицы ясной, святой зари, мгновенно заполнив всю уборную.</p><p>Те иллюзорные и окровавленные руки тут же задымились черным дымом и под сиянием предрассветной зари стремительно ушли обратно под землю.</p><p>Иссиня-черная грязь вслед за этим рассеялась, и каменные плитки уборной стали проявляться одна за другой.</p><p>Едва не погрузившийся в иллюзорную бездну Колобо наконец перестал погружаться, по-прежнему лежа на полу без сознания и движения.</p><p>Силуэт, будто сложенный из самой зловещей и падшей вязкой черной жидкости, возник в нескольких метрах от входа в уборную, собираясь покинуть это место.</p><p>Выбравшись из затруднительного положения, Тэванако уже хладнокровно принял решение:</p><p>Отказаться от возможности применить способность «Враждебного духа» и овладеть Лумианом Ли, не ввязываться с ним в бой, немедленно бежать из Импортно-экспортного магазина Матани, бежать из порта Пайлос!</p><p>Он чувствовал, что определенно попал в ловушку, а раз так, то требовалось выскочить наружу до того, как ловушка сработает в полную силу, а не поддаваться мимолетному гневу и жажде убийства, оставаясь на месте в попытке контратаковать Лумиана Ли и сбежать лишь после его устранения.</p><p>Это было бы слишком опасно!</p><p>Тэванако был весьма рад, что решил преподнести два «подарка» Лумиану Ли, ради чего даже отдал свой самый любимый волшебный предмет; теперь на стороне Патрульной команды наверняка уже происходили аномалии, которые будут разгораться все сильнее, привлекая туда большинство затаившихся врагов, считающих, что именно там находится истинная цель.</p><p>Это создаст ему возможность сбежать.</p><p>Тэванако ранее вовсе не обязательно должен был убивать Камю, а скорее считал: если устранение Колобо перед собственным побегом пройдет без накладок, то и на обеих сторонах накладок не возникнет, если же случится неожиданность, то шум на стороне Камю поможет разделить давление, отвлечет врагов и выдаст ложное за настоящее.</p><p>Он выбрал преподнести еще один «подарок» исключительно из осторожности, а не ради удовлетворения собственной жажды убийства!</p><p>…………</p><p>Внутри кремово-белого четырехэтажного здания Патрульной команды, в кабинете Камю.</p><p>Увидев летящую игральную карту, мерцающую металлическим блеском, Камю, не заботясь о том, что кофе в его руке прольется, инстинктивно пригнулся, ужимаясь за письменный стол, и намереваясь опрокинуть стол, обрушив его на напавшего на него Соу, а затем нанести «Ментальный прокол».</p><p>Игральная карта с изображением «Малого Джокера» пролетела над головой Камю, не сумев поразить цель.</p><p>Однако она сама скорректировала направление, изменила траекторию и, словно способная мыслить и управлять собой, резко устремилась вниз, вонзаясь прямо в спину Камю.</p><p>Соприкоснувшись с Камю, эта игральная карта странным образом стала иллюзорной и слилась с его телом.</p><p>Соу, увидав это, улыбнулся еще шире, сделал шаг вперед, подбежал к боковой стороне письменного стола и выхватил из-за спины свой двуручный меч.</p><p>…………</p><p>Импортно-экспортный магазин Матани, мужская уборная.</p><p>Силуэт, состоящий из вязкой черной жидкости, проскользнул в дверную щель уборной, но затем странным образом вернулся на прежнее место.</p><p>«Бутыль вымысла»!</p><p>Когда Лумиан проявил вредоносный умысел и вытаскивал «Опус Ненависти» из «Вещмешка путешественника», он также применил «Бутыль вымысла», опираясь на вентиляционное отверстие уборной.</p><p>Условием входа и выхода являлось быть женщиной!</p><p>Таким образом, покупатели, желающие войти в мужскую уборную, не окажутся втянуты в опасное Потустороннее сражение, а «Сисо» не сможет уйти, пока не разрушит «Бутыль вымысла»!</p><p>Силуэт из вязкой черной жидкости мгновенно рассеялся по области, соответствующей вентиляционному отверстию, избежав двух белых струй света, снова вырвавшихся от «Хэн» Лумиана.</p><p>Тэванако больше не избегал боя; его фигура внезапно раздалась в размерах, превратившись в огромного монстра высотой почти три метра.</p><p>Кожа этого монстра была тусклой и темной, на макушке росли изогнутые козлиные рога, покрытые таинственными узорами, а за спиной распахивалась пара гигантских летучемышиных крыльев, обвитых ало-голубым пламенем и источающих сильный запах серы.</p><p>«Дьяволизация»!</p><p>Это была самая могущественная способность Последовательности 6 «Дьявол» Пути «Преступника», позволявшая получить значительное усиление силы, скорости, защиты и всех прочих аспектов.</p><p>Лумиан знал, что цель, предположительно являвшаяся «Сисо», остерегается «Искусства Хэн-Ха» и готова уклониться в любой момент, поэтому пока не стал снова применять эту способность.</p><p>Он также не стал повторно трубить в «Опус Ненависти», поскольку нынешнее положение кардинально отличалось от прежнего.</p><p>Ранее враг пытался убить Колобо, и его жажда убийства находилась на пике, отчего ее легко и точно удалось детонировать, а сейчас противник был предельно холоден, без колебаний эмоций и желаний.</p><p>При отсутствии уверенности в том, какой эффект принесет использование «Опуса Ненависти», и не зная, к добру это будет или к худу, Лумиан не хотел испытывать удачу.</p><p>В его руке соткалось копье, близкое к белому от алого каления, и он метнул его с расстояния всего в несколько метров в цель, предположительно являвшуюся «Сисо».</p><p>Одновременно с броском огненного копья силуэт Лумиана тоже исчез.</p><p>Он не мог оставаться на месте, иначе либо подвергся бы одержимости «Враждебного духа», либо атаке по разуму со стороны «Апостола Желаний», либо провокации желаний или эмоций иными способностями!</p></section><section><title><p>Глава 650 «Странный поступок»</p></title><p>Глава 650 «Странный поступок»</p><p>Перед летящим копьем пламени в алых от «Дьяволизации» глазах Теванако отразилось пляшущее, горящее алое, почти белое пламя.</p><p>Он никак на это не отреагировал, сам по себе сконденсировав двуручный меч необычной формы, сплетенный из алой магмы и бледно-голубого огня.</p><p>Он резко повернулся, полностью открыв спину тому копью пламени, а сам взмахнул магматическим мечом, нанося рассекающий удар по талии врага, который, как и прежде, «Телепортировался» ему за спину и пошел в атаку.</p><p>Объятый алой магмой и бледно-голубым огнем огромный меч рассек воздух, но не попал по Лумиану, лишь оставив на задней стене гипертрофированный расплавленный и потрескавшийся след.</p><p>Если бы не защита «Бутыли вымысла», эта стена уборной уже была бы рассечена пополам, но даже при этом «Бутыль вымысла» ощутимо дрогнула, получив определенные повреждения.</p><p>То алое, почти белое копье пламени тоже обрушилось на спину Теванако, однако вонзилось лишь чуть-чуть: его сдерживала невероятно упругая темная кожа и волнообразно сжимающаяся крепкая, твердая плоть, не позволяя проникнуть внутрь тела этого Демона, а вызванное им горение оставило лишь следы, похожие на копоть.</p><p>«Дьявол» сам по себе облачен в тяжелый и твердый «естественный доспех» и не боится в определенных пределах огня, ядов и проклятий, а Теванако к тому же обладал подобным стали телом «Живого мертвеца», способным напролом принимать пули и снаряды, так что естественным образом абсолютно не опасался ни копей пламени Лумиана, ни атак огненными шарами, ни захвата огненными воронами. Для него, даже если стоять неподвижно и не уклоняться, пришлось бы неоднократно принять множество подобных обстрелов, прежде чем получить по-настоящему серьезный урон.</p><p>К тому же, когда настанет такой момент, Теванако сможет превратиться в «Злого духа», полностью избежав последствий взрыва.</p><p>Если бы за спиной Лумиана Ли не стояли «Клуб Таро» и «Исследовательское общество кудрявых павианов», и если бы ему не помогал справиться с ним могущественный полубог, «Сисо» Теванако считал бы, что способен полностью жестоко расправиться с ним — даже при том, что тот умеет «Телепортироваться», обладает странным заклинанием, способным ненадолго лишить сознания, и опасным Волшебным предметом. Все равно жестоко расправиться, ведь подавляющее большинство атак Лумиана неэффективны против Потустороннего, сочетающего «Злого духа» и «Апостола Желаний», тогда как сам он намертво зажат контролем «Психического удара» и «Взрыва желания», к тому же у него не хватает средств для противостояния «Злым духам» и нежити.</p><p>Промахнувшись мечом, Теванако увидел, как силуэт Лумиана возник в воздухе.</p><p>Он действительно, как и ожидал Теванако, решил «Телепортироваться» за спину и пойти в атаку, но по сравнению с прошлым разом произошла определенная перемена:</p><p>Место его появления оказалось возле потолка, рядом с вентиляционным отверстием, благодаря чему он избежал рубанувшего удара Теванако и, находясь сверху вниз, раскрыл рот, издав звук «Ха».</p><p>В мгновение, когда выплеснулся бледно-желтый свет, силуэт «Сисо» Теванако поблек и исчез.</p><p>А в обоих зрачках Лумиана одновременно проявился силуэт Демона с темной кожей, бараньими рогами на голове и летучемышиными крыльями за спиной, который больше не держал магматический меч.</p><p>Теванако вовремя превратился в «Злого духа» и перескочил в глаза Лумиана, избежав атаки «Искусства Хэн-Ха».</p><p>«Дьяволизация» ничуть не мешала ему использовать способности «Злого духа»!</p><p>Лицо Лумиана внезапно побледнело, окрасившись в мрачно-зеленый оттенок, а руки невольно поднялись и потянулись к собственной шее.</p><p>Его же тело стремительно устремилось вниз, тяжело рухнув на пол.</p><p>На такой случай у Лумиана имелся определенный план: пока он еще мог сопротивляться и делать хоть какие-то попытки вырваться, он не стал останавливать собственные руки и не стал бороться с контролем «Злого духа», а напрямую погрузил мысль в правую руку.</p><p>Безумная и жестокая, кровавая и жуткая, высокомерно взирающая на все свысока аура слегка просочилась наружу, заставив Теванако, хоть тот и догадывался о сути происходящего, все равно инстинктивно содрогнуться телом и душой, испытав ощутимый шок.</p><p>Поддавшись инстинкту, он тут же покинул тело Лумиана и перескочил на зеркало над умывальником.</p><p>Лумиан в очередной раз активировал черный символ на правом плече и исчез до того, как рухнул на пол.</p><p>На этот раз местом его появления был не умывальник, а спина того замершего серебристо-белого полного доспеха.</p><p>За спиной!</p><p>«Доспех Гордыни» резко повернулся и в не то чтобы слишком маленькой, но уж точно и не просторной уборной занес удерживаемый в руках сияющий двуручный меч, с силой обрушив его на Лумиана, а Лумиан вновь использовал способность «Переход сквозь мир духов», исчезнув прямо перед серебристо-белым доспехом.</p><p>От этой картины находившийся в зеркале «Сисо» Теванако даже немного растерялся.</p><p>Зачем Лумиан Ли провоцирует собственный запечатанный артефакт, зачем сражается с собственным запечатанным артефактом?</p><p>Разве его враг, его цель — не я?</p><p>Негативный эффект запечатанного артефакта?</p><p>Хотя он и не понимал, в чем дело, Теванако инстинктивно почувствовал опасность.</p><p>Это было как откликом «Предчувствия опасности», так и следствием фразы, которую, возможно, когда-то произнес император Рассел: «Если в чем-то проявляются аномальные признаки, за этим непременно кроются нетривиальные факторы, а подобные факторы зачастую означают опасность».</p><p>Без нималейшего колебания Теванако покинул зеркало умывальника и в форме огромного Демона прыгнул к двери уборной.</p><p>Он сконденсировал с десяток–два бледно-голубых Серных огненных шаров и заставил их один за другим обрушиться на ту деревянную дверь.</p><p>Теванако, только что одним ударом меча заставивший «Бутыль вымысла» задрожать, давно понял, что текущее «запечатывание» можно взломать грубой силой, и нет нужды искать настоящий выход или убивать врага, сотворившего это «запечатывание».</p><p>Ради этого он отказался от возможности объединиться с тем полным доспехом для совместной атаки на Лумиана.</p><p>Он чувствовал, что если затягивать дальше, то даже убив Лумиана Ли прямо на месте, он сам попадет в плотное окружение, получит смертельный удар и не сможет уйти живым.</p><p>В таком случае убийство Лумиана Ли не имело бы никакого смысла!</p><p>Разумеется, Теванако не собирался давать Лумиану спуску: выпустив Серные огненные шары, он направил сжатый кулак вовнутрь уборной, раскрыл рот и произнес на языке Демонов слово, полное разврата и скверны:</p><p>«Замедление!»</p><p>Это одна из разновидностей «Слов скверны», способная заставить движения всех целей в радиусе семи-восьми метров стать скованными и даже замереть, а время действия составляет около двух секунд.</p><p>А при размерах этой уборной зоны воздействия в семь-восемь метров с лихвой хватало, чтобы накрыть всю территорию.</p><p>Очертился силуэт Лумиана.</p><p>Он вновь «Телепортировался» за спину «Доспеха Гордыни», а в его руке сконденсировался алый, почти белый огненный шар.</p><p>Под воздействием «Слов скверны» движения его и «Доспеха Гордыни» замедлились: один «неторопливо» выпускал огненный шар, а другой пытался развернуть тело, словно его суставы заржавели.</p><p>Грохот!</p><p>Те с десяток–два Серных огненных шаров целиком взорвались на двери уборной.</p><p>По всей внутренней стороне уборной проступил слой прозрачной, иллюзорной пленки; подобно стеклу, она уже растрескалась на кусочки, испещренная продольными и поперечными трещинами, и едва держалась.</p><p>Поверхность же той деревянной двери и вовсе обуглилась, а сама она держалась лишь из сложенных вместе обломков, будто кто-то склеил разломанную детскую игрушку.</p><p>«Сисо» Теванако понял: еще один удар — и это «запечатывание» разрушится окончательно.</p><p>На этот раз он сконденсировал семь-восемь бледно-голубых Серных огненных шаров.</p><p>С другой стороны, огненный шар Лумиана благодаря взрывной волне наконец обрушился на спину «Доспеха Гордыни».</p><p>В перемежающихся звуках грохота и лязга тот серебристо-белый полный доспех разом застыл.</p><p>Лумиан вновь активировал черный символ на правом плече и посредством «Телепортации» покинул занимаемую позицию.</p><p>Практически одновременно «Доспех Гордыни» с небывалой стремительностью преодолел воздействие эффекта «Замедления» и быстро развернул тело.</p><p>Однако ему все равно не удалось захватить цель.</p><p>Эта картина заставляла Теванако одновременно испытывать желание усмехнуться и крайнюю настороженность, и он лишь надеялся, что этот обстрел сумеет окончательно открыть запечатывание, позволяя ему скорее вырваться наружу.</p><p>В следующую секунду те несколько Серных огненных шаров врезались в деревянную дверь на входе в уборную, а Теванако увидел, как серебристо-белый полный доспех со скрежетом опустился на корточки, вонзив удерживаемый в руках сияющий двуручный меч в пол.</p><p>Это… Зрачки Теванако резко расширились, и он инстинктивно вознамерился перейти в состояние «Злого духа».</p><p>Но он сдержал себя, ведь, зная Путь «Воин», он понимал, что так может получить еще больший урон.</p><p>Грохот!</p><p>Одновременно со взрывом Серных огненных шаров «Клинок Рассвета», вонзенный «Доспехом Гордыни» в щель между каменными плитами, распался на множество осколков мелкого света. Густо усеяв пространство, они образовали мерцающий, яростный, острый ураган, что хлынул во все стороны, неся в себе дух полного уничтожения.</p><p>«Шквал Света»!</p><p>Раз не получается захватить атакующего со спины, значит, атака по площади!</p><p>Этот острый, жуткий шквал света мгновенно накрыл Теванако и лежащего на полу Колобо, а силуэт Лумиана возник перед последним и присел, полностью прикрыв его жизненно важные места и сам встретив лицом к лицу ужасающий «ураган».</p><p>Писсуары в уборной были полностью разорваны, кабинки беззвучно обрушились, а каменные плиты словно лишились целого слоя.</p><p>Будучи падшим существом, Теванако в обстановке уборной не имел места для укрытия и мог лишь напролом сносить урон, пока в его глазах отпечатывалось лишь сияние мерцающего, острого света.</p><p>Внутри шквала, сотворенного лезвиями света, силуэт Лумиана дюйм за дюймом растрескался, превратившись в множество зеркальных осколков.</p><p>«Зеркальный двойник»!</p><p>Благодаря его защите Колобо не получил смертельного урона, лишь неизбежно обзавелся множеством кровоточащих ран.</p><p>…………</p><p>Внутри кремово-белого четырехэтажного здания Патрульной команды, в кабинете Камю.</p><p>У полуприсевшего за столом Камю лицо внезапно побледнело, окрасившись легкой мрачной зеленью, а в глазах словно карикатурно хохотал серо-белый Клоун.</p><p>Он изо всех сил заставил в глубине своих глаз вспыхнуть две молнии, коими мгновенно пронзил разум Соу, отчего этот предавший Патрульную команду товарищ скривился от боли.</p><p>Обрушившийся двуручный меч Соу лишился силы и направления, грохнувшись на письменный стол и не попав по Камю.</p><p>В этот момент правая рука Камю уже выхватила серебряный револьвер, однако целился он не в Соу, а в самого себя.</p><p>В квартире напротив Патрульной команды, в одной из комнат, выходивших окнами на кабинет Камю.</p><p>Дженна, держа в руках бинокль, прижалась к краю штор, ведя наблюдение за обстановкой у Камю.</p><p>Увидев, что тот подвергся нападению и сопротивляется, она тут же взяла заранее приготовленный рупор, поднесла его к губам и произнесла:</p><p>'На Камю совершено нападение!</p><p>«На Камю напала 'Школа Розы»!</p><p>«На Камю напали прямо в его кабинете!»</p><p>Звук из рупора эхом разнесся вокруг, проникнув в каждую комнату Патрульной команды.</p></section><section><title><p>Глава 651 Командная работа</p></title><p>Глава 651 Командная работа</p><p>В одной из комнат на верхнем этаже того кремово-белого здания Патрульной команды.</p><p>Мужчина средних лет в легком черном фраке услышал голос Дженны.</p><p>Он резко встал и, не тратя времени на поиск источника крика, достал из потайного кармана одежды белый человеческий череп, словно вырезанный из хрусталя.</p><p>Мужчина средних лет, похоже, метис от брака интисца и уроженки Западного Балама, сжал хрустальный череп и произнес слова на каком-то тайном языке, пронизанном густым духом смерти.</p><p>В следующую секунду из пустоты перед ним высунулась ладонь — с крупными суставами, сочащейся кровью кожей и явными признаками гниения.</p><p>Эта ладонь принадлежала трупу, который на первый взгляд казался человеком, но при близком рассмотрении был близок к монстру.</p><p>Его рост превышал метр восемьдесят, лицо закрывала заржавевшая бронзовая маска, а туловище состояло из кусков трупов самых разных видов: здесь были части львов и тигров, черных волков и кучерявых павианов, гигантских змей и грифов, а также самих людей; объединяло их лишь то, что степень гниения у всех была крайне высокой.</p><p>В прорезях для глаз на бронзовой маске трупа мерцали два темно-красных огонька; сделав один шаг, он оказался в кабинете Камю.</p><p>Перед Камю, чей лоб покрылся густой испариной, а правая рука сжимала револьвер, медленно и дрожа подносимый к собственному виску, этот подобный монстру труп приподнял свою бронзовую маску.</p><p>Под маской не было ни носа, ни плоти, ни костей — лишь два темно-красных огонька и рот, занимавший четыре пятых всей головы.</p><p>В этот момент рот раскрылся до предела, выказывая лишь непроглядную, глубокую тьму.</p><p>Из рта вырвалась жуткая сила всасывания, но она не оказала никакого воздействия на документы и газеты на рабочем столе — лишь заставила дух Камю проступить на поверхности плоти, словно неведомая сила тянула его прямиком в ад.</p><p>Вслед за проявлением духа Камю, из его плоти и крови начала просачиваться наружу та серовато-белая фигура Клоуна, проявляя свой полный облик.</p><p>Это была увеличенная, иллюзорная игральная карта.</p><p>Эта игральная карта не имела собственного тела, и вскоре ее вытянула огромная темная пасть под бронзовой маской, пока духовное тело Камю все еще отчаянно сопротивлялось.</p><p>Па!</p><p>Эта игральная карта быстро стала материальной и упала на пол, издав звук удара тяжелого предмета о твердую каменную плитку, но без металлического звона.</p><p>…………</p><p>Внутри Импортно-экспортного магазина Матани.</p><p>Мужская уборная была полностью разрушена: ее дверь и стена, выходившие в коридор, с грохотом обрушились в виде обломков или раскололись на части, разлетевшись на несколько метров вокруг.</p><p>«Бутыль вымысла» утратила свое действие.</p><p>В остатках световых осколков и витавшем запахе серы Тэванако выкатился наружу в облике Демона.</p><p>На его темной, иссиня-черной коже тянулась одна жуткая рана за другой, и плоть в них казалась испарившейся; от двух изогнутых бараньих рогов на его голове осталось меньше половины, и из мест излома струилась черная густая жидкость.</p><p>Огромные крылья за его спиной, похожие на крылья летучей мыши, ободрались и бессильно обвисли.</p><p>При прочности тела Тэванако «Шквал Света» от «Доспеха Гордыни» не должен был нанести столь ужасающих и тяжелых повреждений, но что поделать, ведь он был Демоном?</p><p>«Шквал Света» ведь способен сокрушать злых существ и нежить!</p><p>Это было равносильно тому, как если бы Тэванако, подвергаясь рассечению клинками из осколков, одновременно проходил через очищение, причем эти два процесса не существовали отдельно, а взаимодействовали друг с другом: очищение ослабляло защиту, нанося совместный урон духу и плоти злого существа, а клинки из осколков, пользуясь ослаблением защиты от очищения, кромсали плоть; чем больше ран оставляли разрезы и чем глубже они были, тем сильнее становился эффект очищения.</p><p>Если бы Тэванако не принимал удар на себя в облике Демона, а превратился в «Призрака» для защиты, он, возможно, уже находился бы при смерти от тяжелых ран или вовсе был бы уничтожен на месте.</p><p>У «Шквала Света» ведь есть сторона, уничтожающая призраков и ранящая злых духов!</p><p>Тэванако, получивший тяжелые ранения, но все еще сохранявший определенный боевой потенциал, хладнокровно подавил в себе жестокие и кровожадные эмоции и, видя, что уже вырвался из запечатанной области, собрался немедленно прибегнуть к «обращению в Призрака», чтобы сбежать с помощью окружающих зеркал.</p><p>Едва он принял это решение, как у него возникло определенное предчувствие опасности.</p><p>Эта злоба исходила сбоку и сзади.</p><p>Из тени за пределами уборной выступила Франка в костюме Ассасина и подняла левую руку.</p><p>На большом пальце ее левой руки было надето толстое железное кольцо, поверхность которого сплошь покрывали мелкие шипы.</p><p>«Кольцо Кары»!</p><p>В озерно-голубых глазах Франки вспыхнули две молнии.</p><p>Они были во много раз быстрее самых быстрых пуль и бесшумно устремились вперед.</p><p>«Ментальный прокол»!</p><p>«Потайной клинок»… Почему я ощутил ее злобу только сейчас… Тяжелораненый Тэванако не успел уклониться и внезапно услышал иллюзорный звук треска.</p><p>Этот звук растрескивания исходил от его духовного тела.</p><p>Мучительная боль в то же мгновение охватила его разум, заставив невольно поднять обе руки и обхватить голову.</p><p>Франка воспользовалась этой возможностью, достала зеркало и направила его на Тэванако в облике Демона.</p><p>На ее левой ладони вспыхнуло черное пламя, и она быстро провела им по поверхности зеркала.</p><p>Проклятие «Демонессы»!</p><p>Из тела Тэванако вырвалось огромное количество черного огня, но плоть и кровь подавили почти две трети, оставив лишь малую часть обжигать духовное тело этого огромного Демона.</p><p>Демоны в определенной степени способны противостоять проклятиям!</p><p>Если бы он уже не подвергся терзанию «Шквала Света» и его состояние не было бы столь скверным, Тэванако от проклятия «Демонессы» получил бы еще меньше урона.</p><p>Тэванако, чье духовное тело обжигало черное пламя, наконец вырвался из-под воздействия «Ментального прокола».</p><p>Стойко перенося проклятие «Демонессы», его тело внезапно расплавилось, превратившись в сгусток черной густой жидкости.</p><p>Эта жидкость словно исходила из самых глубин человеческого сердца, являя собой самые зловещие и нетерпящие света желания и эмоции.</p><p>Тэванако отказался от «обращения в Призрака» и предпочёл задействовать «Воплощение Желаний» от «Апостола Желаний» потому, что черное пламя «Демонессы» было больше направлено против духовных тел.</p><p>Черная густая жидкость, в которую он превратился, еще не успела полностью вытянуться в силуэт человека и сбежать в ближайшую тьму, как в его сердце снова возникло сильное предчувствие опасности.</p><p>В зоне входа в этот коридор, в слепой зоне для взора каждого, проявился Антони Рид в одежде защитно-зеленого цвета.</p><p>Его глаза уже окрасились в светло-золотой цвет, превратившись в вертикальные зрачки.</p><p>«Психологическая невидимость»!</p><p>«Бешенство»!</p><p>В голове Тэванако мигом прогудело, и он мгновенно выпал из состояния «Воплощения Желаний»; его глаза налились кровью, на поверхности тела выступили трупные пятна, и потекла кровь с запахом серы.</p><p>Он вошел в состояние бешенства и, будучи уже тяжело ранен, пережив «Ментальный прокол» и проклятие «Демонессы», находился на грани утраты укрощения.</p><p>Грохот!</p><p>Сгустки бледно-голубых серных огненных шаров под управлением безумных инстинктов Тэванако начали ковровое бомбометание по окрестностям.</p><p>Силуэт Франки стремительно раскололся, превратившись в осколки зеркала, а на поверхности тела Антони выступили пластинки серовато-белой «Драконьей чешуи», после чего он бросился в укрытие за стену.</p><p>Грохот!</p><p>Использовавший предоставленный Франкой «зеркальный заместитель» Люмиан неведомо откуда «телепортировался» за спину пребывающего в бешенстве Тэванако.</p><p>Он уже высвободил накопленные в своем теле духовность и силу; его духовность взвилась до небес, больше не испытывая истощения.</p><p>Люмиан, стойко перенося ожоги от серного пламени и урон от взрывов, устремил взор на ничего не замечающего в состоянии бешенства Тэванако и издал носом звук «Хэн».</p><p>Две струи белого света вырвались из его ноздрей и поразили цель, которой, по всей видимости, являлся «Сисо».</p><p>Тэванако мигом лишился чувств, и признаки бешенства начали спадать.</p><p>Люмиан не дал ему упасть на землю: протянув правую руку, он схватил его за плечо и увлек за собой в мир духов, устремившись в «телепортацию»!</p><p>Всего за пару секунд силуэт Люмиана обрисовался на опушке первобытного леса неподалеку от порта Пайлос.</p><p>В процессе он выдохнул звук «Ха», и вырвавшийся изо рта тускло-желтый свет погрузил Тэванако в новый обморок, не давая ему ни единого шанса прийти в себя.</p><p>В этот момент на опушке первобытного леса стояла женщина — именно «Хела», одетая как черная вдова, но выглядевшая не столь холодной, как прежде.</p><p>Увидев Тэванако, который уже не пребывал в облике огромного Демона, а лишь источал запах серы и имел на поверхности кожи скромный темный узор, «Хела» кивнула Люмиану и произнесла:</p><p>«Должно быть, это „Сисо“.»</p><p>Каждый раз, участвуя в собраниях «Исследовательского общества кудрявых павианов», «Сисо» обходился лишь поверхностной маскировкой, так что если уж его реальная личность оказалась выслежена, «Хела», отвечающая за предоставление места встреч и способов входа, вполне могла его опознать.</p><p>«Ха!» Люмиан рассмеялся и применил к «Сисо» свежее «Искусство Хэн-Ха».</p><p>«Хела» схватила его за руку и зачитала заклинание.</p><p>Оба они вместе с «Сисо» быстро исчезли с места, словно рисунок карандашом, стертый ластиком.</p><p>Внутри того древнего полуразрушенного дворца в «Стране Ночи».</p><p>Едва вырвавшись из состояния сокрытия, Люмиан издал звук «Хэн».</p><p>Упали две струи белого света, и «Сисо» по-прежнему остался без сознания.</p><p>«Хела» прохладным голосом произнесла:</p><p>«Я погружу вас в один и тот же сон.»</p><p>«Спасибо.» Люмиан бросил «Сисо» и сам уселся, опершись о сломанную каменную колонну.</p><p>В следующую секунду его мысли погрузились в туман, пока он не услышал голос Хелы:</p><p>«Готово.»</p><p>Люмиан мгновенно очнулся и увидел комнату, похожую на допросную, а напротив себя, на стуле — «Сисо».</p><p>У этого члена «Исследовательского общества кудрявых павианов» по имени Тэванако Тупиан была светло-коричневая кожа, словно у метиса от жителей Северного и Южного континентов; его глаза были льняного цвета, волосы — угольно-черные, а черты лица — весьма недурны, но в выражении читалось равнодушие к жизни.</p><p>Заметив это, Люмиан слегка изогнул уголки губ и усмехнулся.</p><p>Он попросил «Хелу» о помощи главным образом ради того, чтобы создать обстановку, в которой после поимки «Сисо» живьем можно было безопасно изложить свой заговор.</p><p>Иначе ему было бы трудно сдержать сопротивление «Сисо»: держать того в бессознательном состоянии вплоть до смерти явно помешало бы общению, а повреждение лобной доли мозга лишило бы его досады, боли, ненависти и прочих эмоций, что помешало бы удовлетворить требования ритуала «Жнеца».</p><p>Увидев Люмиана, «Сисо» резко дернулся, но оказался подавлен невидимой силой, не в состоянии превратиться в «Призрака».</p><p>Это был сон, подконтрольный «Хеле».</p><p>«Сисо» успокоился и, глядя на Люмиана, задал главный мучивший его вопрос:</p><p>«Как тебе удалось обойти мое предчувствие опасности?»</p><p>Усмешка Люмиана стала еще более явной, и он, глядя на «Сисо» свысока, неспешно ответил:</p><p>«Для этого не требуется помощь „Охотников на демонов“ — достаточно достаточного расстояния и одного „Гипнотизера“.»</p></section><section><title><p>Глава 652 Демонстрация заговора</p></title><p>Глава 652 Демонстрация заговора</p><p>«Достаточно далекое расстояние плюс „Гипнотизер“…» «Сисо» повторил слова Лумиана, будто о чем-то задумавшись.</p><p>Лумиан стоял перед ним, глядя на него свысока, и пояснил в форме вопроса:</p><p>«Ты ведь думаешь, что, кроме „Охотников на демонов“ и Потусторонних более высоких Последовательностей соответствующих Путей, чтобы убить демона, приходится рассчитывать главным образом на случайную стычку?»</p><p>«Сисо» равнодушно смотрел на Лумиана, ничего не отвечая.</p><p>Лумиан пододвинул стул, сел, закинул правую ногу на левое колено и произнес непринужденным, будто в дружеской беседе, тоном:</p><p>'Я читал одну оккультную книгу про демонов, и там описывалось немало случаев охоты на них.</p><p>«Оттуда видно, что для Потусторонних большинства Путей, чтобы убить конкретного демона, действительно необходимо полагаться на случайные стычки. Я и сам тогда так думал, пока позже, вспоминая подробное описание способностей 'Демона», не обнаружил противоречие.</p><p>'Та оккультная книга описывала ваше Предчувствие опасности следующим образом:</p><p>«Предчувствие опасности, также называемое Восприятием злобы: если враг способен спустя совсем короткое время причинить демону смертельный вред и предпринял действия по претворению этого в жизнь, то демон может заранее ощутить это и понять, откуда исходит опасность и от кого именно, чтобы точечно уничтожить, отомстить или сбежать, однако не способен узнать конкретные детали плана. У разных же демонов радиус действия и время срабатывания интуиции различаются: от нескольких минут до суток, от нескольких километров до целой агломерации.»</p><p>«И в чем же тут противоречие со случайной стычкой?» — сидевший с прямой осанкой «Сисо» спросил с холодком, но и с легким любопытством.</p><p>«Судя по этому описанию, демоны определенно должны были бы заранее предчувствовать и случайные стычки, — усмехнулся Лумиан. — К примеру, хотя я сегодня просто хотел пойти выпить чашку кофе, но затем внезапно столкнулся с демоном и был вынужден его убить. Для того демона, если трактовать буквально, он должен был заранее почувствовать, что мое намерение пойти в кафе выпить кофе принесет ему смертельную опасность и уже претворяется в жизнь. Однако на деле все иначе.»</p><p>Увидев, что на лице «Сисо» проступило задумчивое выражение, Лумиан сцепил пальцы рук:</p><p>«Это доказывает, что Предчувствие опасности у демонов исходит вовсе не с уровня судьбы. Будь на вашем месте могущественный Потусторонний Пути 'Монстра», в подобной ситуации он с высокой вероятностью внезапно почувствовал бы, что сегодня не стоит пить кофе, и тем самым избежал бы опасности. А вы так не можете.</p><p>'Раз уж предчувствие опасности у демонов исходит не из способности предвидеть судьбу, то откуда же оно берется?</p><p>'Когда-то один высокопоставленный Демон объяснял мне концепцию Бездны. Он считал, что у Бездны два значения: одно материальное — с входом в каком-то месте реального мира, а другое духовное — с входом в самых глубинах разума каждого из нас.</p><p>'Подытоживая этот анализ, я считаю, что Предчувствие опасности у демонов требует небольшой поправки в исходном условии.</p><p>«А именно: 'У врага есть достаточно четкие мысли, при этом он способен спустя совсем короткое время причинить демону смертельный вред и предпринял действия по претворению этого в жизнь». Только при таком условии демон способен заранее это ощутить.</p><p>«Понимаешь? Достаточно четкие мысли или, иначе говоря, намерение.»</p><p>Лумиан, подражая тону госпожи «Фокусник», провоцировал «Сисо», принимаясь по-настоящему излагать свой заговор:</p><p>'В самом начале я лишь понемногу зондировал почву, шаг за шагом вел расследование и, касаясь ключевых сведений, намеренно обходил их стороной, благодаря чему не знал, с кем именно предстоит иметь дело, и не имел даже общего плана против цели.</p><p>'Иными словами, у меня еще не было четких мыслей и намерений, а также отсутствовал эффективный план, способный спустя совсем короткое время причинить тебе смертельный вред. Все оставалось размытым, хаотичным, еще не начавшимся, полным перемен и неожиданностей — естественно, ты не мог предчувствовать опасность.</p><p>«Впрочем, твое положение позволило тебе вовремя насторожиться, когда я начал расследовать то дело о серийных убийствах четырехлетней давности, и после этого ты непрерывно использовал способности „Враждебного духа“ и контролируемых тобой членов Патрульной команды, чтобы следить за этим, верно?»</p><p>«Сисо» холодно слушал, не собираясь отвечать.</p><p>Лумиан усмехнулся и продолжил:</p><p>«Приблизительно вычислив, что ты скрываешься за Патрульной командой под личиной Потустороннего Последовательности 'Живой мертвец», я подавил свой порыв, заставляя себя как можно меньше думать об этом, а вернувшись в отель, сразу же «Телепортировался» в Трир.</p><p>'На таком расстоянии ты никак не мог почувствовать, что я разрабатываю план и претворяю его в жизнь.</p><p>«Сформировав первичное представление, я сразу отправился к 'Потайному клинку» и еще двоим соратникам, и мы вместе обсудили подробный план. В тот момент по трирскому времени был седьмой час вечера.</p><p>«Дальше оставалось лишь разделить задачи, закрепив за каждым его часть, и подвергнуться 'гипнозу» «Гипнотизера», забыв настоящую цель, пока не появишься ты, демон, и только тогда в памяти всплывут соответствующие вещи.</p><p>«Моя задача заключалась в том, чтобы сделать вид, будто я ухожу с помощью 'Телепортации», сокрывшись в тенях, тихо вернуться и следить за тем членом Патрульной команды, с которым совершил сделку, причем в моем собственном сознании цель состояла лишь в том, чтобы проверить, нет ли у него каких-то проблем.</p><p>«Задача 'Потайного клинка» состояла в том, чтобы следовать за мной, обеспечивая необходимую предосторожность и помощь. Если я применю способность «Бутыль вымысла», она должна загодя надеть «Кольцо Кары» и затаиться снаружи. А вот зачем таиться — она не знала. Лишь увидав тебя, она внезапно осознает все, а с ее боевым опытом и умом она, разумеется, сама поймет, что делать дальше. Мне не требовалось ее учить, не требовалось делать детальных приготовлений.</p><p>«Задача того 'Гипнотизера» заключалась в том, чтобы с помощью «Психологической невидимости» блуждать неподалеку. Просто блуждать.</p><p>«А задача другой 'Демонессы» состояла в том, чтобы следить за Патрульной командой и при обнаружении непредвиденных обстоятельств сразу сообщить в полицию. До твоего появления она точно так же не знала, зачем это делает, думая лишь, что мы затеваем что-то против Патрульной команды.</p><p>«До того как 'гипноз» автоматически спадал, намерением ни одного из нас не была расправа над тобой. Вырванные по отдельности действия каждого из нас не могли причинить тебе смертельного вреда, поэтому ты естественным образом ничего не предчувствовал.</p><p>«Это заранее спланированная случайная стычка — стычка, столкнувшая тебя сразу с несколькими людьми.»</p><p>Произнеся эту последнюю фразу, Лумиан внезапно услышал иллюзорный звук треска.</p><p>Он почувствовал, что его зелье «Заговорщика» полностью усвоилось.</p><p>Он также почувствовал, как за внешне холодной маской «Сисо» произрастают досада и раскаяние, въедаясь в его разум.</p><p>Лумиан заулыбался еще ярче. Он поднялся, накренился вперед, приблизившись лицом к самому лицу «Сисо», и, глядя в его пронизанные кровавыми прожилками льняные глаза, произнес:</p><p>'Твоя самая большая ошибка — в том, что ты не сбежал загодя из порта Пайлос и по-прежнему остался в Патрульной команде.</p><p>«Почему ты был так уверен, что я не смогу тебя найти?»</p><p>«Почему ты знал, что я люблю кофе „Фермер“ без сахара?» — не ответив, спросил в ответ «Сисо».</p><p>Лумиан почувствовал, что его гнев и жажда убийства достигли весьма высокой степени, выпрямился и с улыбкой ответил:</p><p>'Моя сестра часто повторяла одну фразу: всё, что прошло, обязательно оставляет следы, а среди моих спутников есть эксперт по следам.</p><p>«Хе-хе, император Рассел, должно быть, тоже говорил нечто подобное, и ты наверняка прекрасно понимаешь смысл этих слов.»</p><p>«Сисо» обеими ладонями внезапно сжал подлокотники стула и снова спросил:</p><p>«Почему ты был уверен, что я пойду убивать Колобо?»</p><p>Лумиан ответил, испытывая полное умиротворение и в теле, и в душе:</p><p>'А я и не был уверен.</p><p>«Разве я не говорил тебе, что у меня есть еще и спутница-'Демонесса», следящая за Патрульной командой?</p><p>«„Потайной клинок“ и „я“ верили, что если ты в итоге решишь сбежать, то непременно сперва сделаешь что-то, чтобы выплеснуть внутреннюю жажду убийства — иначе с твоими Путями „Демона“ и „Пленника“ у тебя запросто могли возникнуть проблемы. А раз уж убивать, то выбор падал либо на члена Патрульной команды, совершившего со мной сделку, либо на Камю, давшего мне сведения, — и либо в магазине Матани, либо в Патрульной команде.»</p><p>Сказав это, Лумиан с улыбкой подметил:</p><p>«Ты рискнул остаться в порту Пайлос, остаться в Патрульной команде во многом потому, что хотел выждать случай и убить меня? Под взором „Клуба Таро“ и „Исследовательского общества кудрявых павианов“ найти возможность и убить меня, весьма многообещающего юношу, а затем спокойненько сбежать — это ведь смогло бы в наибольшей степени удовлетворить твою извращенную душу?»</p><p>«Сисо» подсознательно облизнул губы:</p><p>«Изначально я хотел выждать время, пока вы не потеряете терпение и пока не появится шанс, а уж потом действовать, но теперь похоже, что ты даже не просил о помощи тех полубогов, а обратился лишь к 'Хеле».</p><p>«Мне следовало совершить на тебя нападение еще прошлой ночью.»</p><p>«Сисо» больше не скрывал своей досады.</p><p>Лумиан не стал сразу отвечать на эту тему и, подумав пару секунд, произнес:</p><p>'Все еще хотел выждать случай… А ты весьма уверен в скрытии своей личности, раз не боишься расследования в обычном смысле.</p><p>«Причина связана с тем, что верхушка Патрульной команды позволила Потустороннему 6-й Последовательности Пути „Пленника“ вступить в Патрульную команду?»</p><p>«Сисо» закрыл рот, ответив молчанием.</p><p>«Похоже, здесь кроется немалая тайна, — Лумиан внезапно уловил дух заговора. — Возможность действовать, которой ты дожидался, тоже связана с этой тайной?»</p><p>«Сисо» хранил молчание, но его взгляд несколько изменился, став более кровожадным, полным жажды убийства.</p><p>«Не хочешь говорить, да? — засмеялся Лумиан. — Ничего страшного, давай пока поговорим о другом.»</p><p>Он снова подался корпусом вперед и, глядя на «Сисо», проговорил:</p><p>«В этой операции я и впрямь обратился только к „Хеле“: во-первых, чтобы уберечься от Демона из семейства Нос, установившего с тобой связь, а во-вторых, чтобы обеспечить обстановку для нашего спокойного разговора.»</p><p>Услышав о Демоне из семейства Нос, взгляд «Сисо» вновь изменился, уловив едва заметную перемену:</p><p>«Откуда ты знаешь?»</p><p>Лумиан не стал отвечать, а уголки его губ изогнулись еще сильнее:</p><p>«Я обратился лишь к 'Хеле» потому, что намеревался забрать тебя живьем силами меня самого и моих спутников.</p><p>«Каждый из нас по силе уступает тебе, каждый кажется тебе объектом, который можно жестоко замучить и убить. Но стоит нам собраться в команду и сплотить свои усилия — и вот ты уже сидишь здесь, а в следующий миг сгинешь в аду.»</p><p>«Сисо» с треском раздавил подлокотник стула, но был не в силах провести против Лумиана ни единой атаки.</p><p>Глядя в его налитые кровью глаза, Лумиан извлек из «Вещмешка путешественника» золотисто-желтую соломенную шляпу, прижал ее к груди и отдал поклон.</p><p>«Я ненадолго покину тебя», — со смешком сказал он.</p><p>В следующую секунду Лумиан вырвался из сновидения.</p><p>Он быстро сменил позу, сидя с опорой на обломанный каменный столб, и достал из «Вещмешка путешественника» Потустороннюю характеристику, зубы и кровь Гарднера Мартина, а также яд пестробородого рогатого ящера, эфирное масло граба и прочие вещи.</p><p>Он только что наяву ощутил страх, гнев и досаду «Сисо». Хотя всё это зародилось во сне, оно отразилось в мозге «Сисо» и отозвалось в его теле — предельно реально и мощно.</p><p>Он собирался приготовить зелье «Жнеца».</p></section><section><title><p>Глава 653 Жнец</p></title><p>Глава 653 Жнец</p><p>Страна Ночи, внутри древнего, разрушенного, пустынного и мёртво-тихого огромного дворца.</p><p>Люмиан налил кровь Гарднера Мартина в мерный цилиндр, а затем бросил туда небольшой белый костяной нож, излучавший ледяной холодный свет и невероятно острый.</p><p>В этом процессе его движения были своенравными, его совершенно не волновало, что пальцы были порезаны Потусторонней характеристикой в форме костяного ножа в нескольких местах и из них текла кровь; он лишь зажёг ало-красное пламя и с помощью прижигания помог тем ранам затянуться, чтобы белый костяной нож погрузился в зелье без его собственной крови.</p><p>Боль в теле делала Люмиана всё более трезвым и возбуждённым; он поочерёдно положил два зуба Гарднера Мартина, яд пестробородого рогатого ящера и эфирное масло граба в эту ало-красную кровь.</p><p>Буль-буль, в крови бурлило и поднималось множество пузырей, и все только что положенные предметы странным образом растворились и исчезли.</p><p>Вскоре в ало-красной крови всплыло нечто чёрное, похожее на железный шлак, словно внутри раздробилось железное оружие.</p><p>Люмиан бросил взгляд на всё ещё спавшего «Сисо» Тванако, взял мерный цилиндр и вылил находящуюся внутри жидкость себе в рот.</p><p>Густой кровавый запах, терпкий вкус ржавчины и ощущение ожога пламенем мгновенно заполнили рот Люмиана и вонзились в его мозг.</p><p>Он словно оказался посреди хаотичной войны, непрерывно подвергаясь ударам клинков и мечей, выстрелам огнестрельного оружия и атакам врагов; на всех частях его тела появлялись раны, доносилась боль.</p><p>Свиноматерь выкормила, это что, атака со стороны зелья? В трансе Люмиан сошёлся в битве с безумно нахлынувшим множеством врагов.</p><p>Один за другим огненные шары, одна за другой огненные вороны, одно за другим ослепительно-белые копья подрывали, разрывали на части и прибивали к земле одного врага за другим, превращая их в горящие факелы.</p><p>Неизвестно, сколько прошло времени, Люмиан почувствовал, что крайне слаб, его духовность почти истощилась, а то, что было накоплено «Аскетом», давным-давно высвободилось.</p><p>В этот момент перед ним предстал гигантский силуэт, его аура была могущественной и устрашающей.</p><p>Едва у Люмиана возникла тень слабости, как он почувствовал, что этот гигантский силуэт испытывает страх, гневается и досадует.</p><p>Он боится меня… У Люмиана внезапно возникло это прозрение; собрав остатки сил, он сформировал ослепительно-белое огненное копьё и вместе с копьём бросился к этому гигантскому силуэту.</p><p>Ослепительно-белый огненный свет быстро вспыхнул, пробив голову гигантского силуэта.</p><p>Грохот, этот гигантский силуэт взорвался изнутри, разлетевшись на бесчисленные осколки.</p><p>Грохот, всё поле битвы с грохотом рухнуло.</p><p>Люмиан разом пришёл в себя, увидав древний дворец с разрушенными каменными кирпичами, увидав всё ещё спавшего «Сисо» Тванако, увидав тихо стоявшую рядом «Хелу».</p><p>С его собственного тела непрерывно капал пот, каждая капля пота загоралась на лету, превращаясь в ало-красные искры.</p><p>К концу каплей пот постепенно вернулся в норму, его становилось всё меньше и меньше.</p><p>Уф… Люмиан выдохнул, его духовность начала стремительно восстанавливаться.</p><p>Он продвинулся до «Жнеца».</p><p>Он завершил ритуал поимки живьём врага более высокой Последовательности и демонстрации заговора перед ним, принял зелье и продвинулся до Последовательности 5 Пути «Охотника» — «Жнеца»!</p><p>По сравнению с предыдущими Последовательностями, у «Жнеца» появилось три новых способности:</p><p>Первая — «Обнаружение слабостей», это позволяет Люмиану с оккультной точки зрения находить уязвимости и слабые места в обороне цели.</p><p>Вторая — «Жатва», её можно применить к любой атаке, чтобы жнецом забирать жизнь цели; если «Жатвой» ранена любая часть тела, это равносильно тому, что атаке подверглись жизненно важные органы и слабые места, и цель получит огромный урон.</p><p>Если «Жатва» попадет в настоящую уязвимость и настоящий жизненно важный орган, то возможен эффект смертельного удара с одного раза, и даже если защита цели очень сильна, ей будет трудно выдержать три такие атаки подряд.</p><p>Это может даже нанести чистый урон существам уровня Полубога, но при условии, что противник не заблокирует, не сможет уклониться и не задействует никаких оккультных средств защиты.</p><p>Третья — «Точность», Люмиан способен сделать так, чтобы любая атака точно поражала намеченное место, и точно управлять покинувшими тело заклинаниями вроде огненных шаров и огненных ворон.</p><p>Он даже может заставить один огромный огненный шар разделиться на сотню и достаточно точно поразить разные цели, достигая эффективного поражения по площади.</p><p>Это сильно отличается от ковровых взрывов, обладает более высокой эффективностью и лучшим результатом.</p><p>И как «Жатва», так и «Точность» сильно расходуют духовность, не меньше, чем использование Люмианом «Телепортации» в настоящее время.</p><p>Единственное исключение — сочетание «Точности» с огненными воронами, поскольку огненные вороны сами по себе обладают свойством выделения малой доли духовности и лёгкости управления, поэтому даже с добавлением «Точности» расход духовности не так велик.</p><p>Кроме того, Люмиан почувствовал, что его духовность значительно возросла, ум стал более ясным, жизненная сила — ещё более бурлящей, и он может за крайне короткое время сжимать пламя до ослепительно-белого.</p><p>Он также может сливаться с огненным копьём, быстро преодолевая расстояния в десятки и сотни метров; если не брать в расчёт расход духовности, этим вполне можно пользоваться для перемещений.</p><p>Сила, скорость, телосложение и другие качества Люмиана также улучшились, но не до такой степени, чтобы можно было голым телом принимать пули.</p><p>…………</p><p>Импортно-экспортный магазин Матани, возле дверей мужского туалета, рухнувшего больше чем наполовину.</p><p>Серебристо-белый полный доспех со звоном выбежал наружу, держа в обеих руках гигантский молот, сотканный из света.</p><p>Он повернулся вправо и влево на полоборота, не смог найти цель и постепенно «успокоился».</p><p>Франка вынырнула из ближайшей тени, взглянула на Колобо внутри полуразрушенного туалета и почувствовала, что его жизни ничто не угрожает, но ранения не из лёгких, и он весьма слаб.</p><p>Это станет целью «Доспеха Гордыни»… Воспользовавшись тем, что «Доспех Гордыни» всё ещё искал ударившего в спину и не выбрал другую цель для атаки, Франка поспешно приблизилась, спереди подняла начинавший останавливаться серебристо-белый полный доспех и запихнула его в свою «Сумку путешественника».</p><p>«Иди встреться с Дженной!» — крикнула Франка Антони за пределами коридора.</p><p>Сразу же вслед за этим она скрылась в тени и исчезла.</p><p>…………</p><p>Вот он какой, «Жнец»… Если сейчас сразиться с «Сисо», мне больше не придётся беспокоиться о том, что я не смогу пробить его защиту… Моя жажда битвы и убийств, кажется, возросла… Люмиан с некоторой радостью оценил своё состояние.</p><p>Адаптировавшись к изменениям в теле, он посмотрел на стоявшую рядом «Хелу» и сказал:</p><p>«Спасибо.»</p><p>«Хела» не посчитала, что за это стоит благодарить, а напротив, с некоторым вздохом сказала:</p><p>«Командное взаимодействие вашей группы весьма недурно.»</p><p>«Госпожа „Хела“, ритуал увенчался успехом, но я хочу снова войти в сон „Сисо“, чтобы спросить кое о чём другом,» — Люмиан выдвинул новую просьбу.</p><p>«Хела» кивнула:</p><p>«Для ритуала требовалось, чтобы он оставался в сознании, и он мог солгать, а для допроса этого не нужно.»</p><p>Едва её голос утих, Люмиан внезапно закрыл глаза и мягко осел, прислонившись к стоявшей позади разрушенной каменной колонне.</p><p>Уголки его губ оставались приподнятыми, а выражение лица постепенно становилось спокойным.</p><p>Внутри комнаты для допросов во сне.</p><p>Люмиан снова сел напротив «Сисо» и сказал пленнику, чьи злоба и жажда убийства больше намеренно не скрывались:</p><p>«Спасибо за помощь, я стал „Жнецом“.»</p><p>«Сисо» резко подался вперёд, но забыл, что может атаковать:</p><p>'«Жнец» — и что с того? Будь это дуэль, я точно так же жестоко убил бы тебя!</p><p>«Если бы ты не объединился с „Потайным клинком“ и не воспользовался численным преимуществом, ты бы уже был мёртв!»</p><p>Перестав оставаться в сознании, он наконец-то излил душу во сне… Люмиан расхохотался:</p><p>'Если я могу создать возможность напасть толпой на одного, зачем мне сражаться с тобой один на один?</p><p>«Мои соратники — это тоже часть моей силы.»</p><p>«Сисо» с полной злобой проговорил:</p><p>«Ты правда доверяешь этому 'Гипнотизеру»?</p><p>«Открывать свои тело и разум „Гипнотизеру“ — весьма опасное дело. Ты не боишься, что он воспользуется случаем и оставит скрытое внушение, чтобы незаметно управлять тобой?»</p><p>Люмиан вглядывался в «Сисо» несколько секунд, а затем с улыбкой сказал:</p><p>«Возможно, именно поэтому я и победил тебя. Неудивительно, что 'Безумная» назвала тебя недостаточно чистым.</p><p>'Во-первых, я действительно доверяю ему, мы соратники, вместе прошедшие через жизнь и смерть.</p><p>«Во-вторых, ради того, чтобы убить вас, я готов пойти на такой риск!»</p><p>Сказав это, Люмиан выпрямился и, глядя на «Сисо», выговорил слово за словом:</p><p>«Даже если я паду в бездну, даже если погружусь в ад, я всё равно хочу видеть, как вы умираете со стенаниями!»</p><p>«Сисо» разом умолк.</p><p>Люмиан снова сел, сдержал эмоции и непринуждённо спросил:</p><p>«Из 《Демонологии》 я знаю, что для продвижения 'Демона» до «Апостола Желаний» нужен ритуал, лучше всего особый ритуал серийных убийств. Но в порту Пайлос, не считая случая четырёхлетней давности, подобное произошло лишь недавно, да и убийца уже убит мной. Как же ты продвинулся?</p><p>«За счёт Благословения? Не мог же ты быть „Апостолом Желаний“ ещё четыре года назад?»</p><p>«Сисо» усмехнулся:</p><p>«То, что ты не знаешь, не означает, что этого не было.»</p><p>Сердце Люмиана ёкнуло:</p><p>«Один из тех двух розыгрышей предназначался для того, чтобы скрыть твой ритуал продвижения?»</p><p>Он узнал о тех двух розыгрышах от периферийных членов «Дня дурака», которые знали немногое, выполнив лишь свою часть работы и не имея представления об общей картине.</p><p>Что касается конечного результата, они знали только то, что розыгрыш в золотодобывающем городе Девис привёл к исчезновеню крупной партии золота, а розыгрыш в городке Тизамо спровоцировал конфликт между местными жителями и неким первобытным племенем, приведший к трагедии.</p><p>Люмиан подозревал, что именно за розыгрышем в Тизамо скрывался ритуал продвижения «Сисо».</p><p>«Сисо» сказал тоном, выражающим одобрение молодому человеку:</p><p>«А ты весьма проницателен.»</p><p>Люмиан немного подумал и сменил тему:</p><p>«Что там за Демон из семейства Нос?»</p><p>Он осторожно и временно избегал вопросов о Небесном Достопочтенном и «Матери Древа Желаний».</p><p>Выражение лица «Сисо» стало мрачным и холодным:</p><p>«Я хотел с его помощью получить одну вещь и ради этого раз за разом проводил ритуалы, чтобы угодить ему, но он лишь установил со мной связь и предоставил мне возможность только в позапрошлом году.»</p><p>Та вещь… Позапрошлый год… Розыгрыши в золотодобывающем городе и городке Тизамо произошли после этого: один в конце позапрошлого года, а другой в конце прошлого года… Люмиан начал склоняться к мысли, что у тех двух розыгрышей, помимо сокрытия ритуала продвижения, могла быть и иная цель.</p><p>Не успел он спросить дальше, как «Сисо» с досадой и безумием спросил:</p><p>«Почему в этот раз ты не обратился за помощью к „Клубу Таро“?»</p><p>«А тебе-то какая разница? И без помощи „Клуба Таро“ я успешно прикончил тебя», — Люмиан приподнял бровь и с недоумением переспросил.</p></section><section><title><p>Глава 654 Неосуществленный заговор</p></title><p>Глава 654 Неосуществленный заговор</p><p>Внутри кремово-белого четырёхэтажного здания Патрульной команды.</p><p>Освободившись от воздействия той игральной карты, Камю увидел, что Соу лежит в луже крови, разорванный пополам двумя подобными Живым мертвецам существами нежити.</p><p>В другой комнате ещё один член Патрульной команды, управляемый Тэванако, упрямо сопротивлялся, а остальные его товарищи уже были устранены.</p><p>Камю перевёл дух, не ожидая, что столкнётся с покушением даже внутри Патрульной команды и чуть не погибнет.</p><p>Он посмотрел на прибывшего на место происшествия заместителя капитана Реасу — того самого мужчину средних лет в тонком чёрном смокинге, управлявшего нежитью, — и в замешательстве спросил:</p><p>«Как Соу стал членом 'Школы Розы»?</p><p>«Почему так много членов команды оказались под контролем „Школы Розы“?»</p><p>Хотя Камю только что изо всех сил сопротивлялся той игральной карте, он всё же услышал крики Дженны, и в его памяти остались определённые впечатления.</p><p>Реаса пристально посмотрел на Соу в луже крови и на нежить в комнате, поразмыслил несколько секунд и сказал:</p><p>«Должно быть, это дело рук Тэванако.»</p><p>Тэванако… Камю внезапно вспомнил те вопросы, которые когда-то задавал Луи Бери.</p><p>Неужели серийные убийства четырёхлетней давности действительно совершил Тэванако?</p><p>Он на самом деле Демон?</p><p>Камю не удержался и нахмурился, с досадой пожаловавшись:</p><p>«Оставлять „Живого мертвеца“ в команде само по себе было огромной скрытой угрозой, нельзя ведь не подозревать его в принадлежности к „Школе Розы“ только потому, что обычно он ведёт себя весьма сдержанно — он вполне мог предаваться потаканию своим желаниям в определённое время.»</p><p>Реаса, обладавший довольно холодным нравом, произнёс глубоким голосом:</p><p>«Но мы проверяли: на самом деле он член „Фракции Воздержания“, дезертировавший из „Школы Розы“, и верит в „Шута“.»</p><p>«Верит в „Шута“? Из „Фракции Воздержания“?» — ошеломлённо переспросил Камю.</p><p>Он не ожидал получить такой ответ.</p><p>…………</p><p>Страна Ночи, внутри древнего разрушенного дворца, в допросной комнате во сне.</p><p>Услышав вопрос Лумиана, «Сисо» рассмеялся:</p><p>«Если бы ты попросил помощи у „Клуба Таро“, я смог бы убить тебя!»</p><p>Пока эхо смеха отдавалось вокруг, чёрная тень «Сисо» словно ожила, спроецировавшись на стену, и у неё выросли изогнутые козлиные рога и огромные летучемышиные крылья.</p><p>Лумиан почувствовал запах заговора и с некоторой озадаченностью и любопытством спросил:</p><p>«Почему ты так думаешь?»</p><p>«Сисо» поднялся, жажда убийства в его глазах, казалось, материализовалась:</p><p>«Если бы ты попросил помощи у „Клуба Таро“, они определённо поручили бы мне оказать помощь и содействовать твоему расследованию.»</p><p>Сказав это, уголки губ «Сисо» изгибались, а улыбка стала невероятно вызывающей.</p><p>Находясь во сне и больше не сохраняя ясность рассудка, он явил свою самую сокровенную суть.</p><p>Лумиан приподнял бровь:</p><p>«Ты ведь не какая-то из карт Младших Арканов, а?»</p><p>«Сисо» покачал головой и с сияющей улыбкой ответил:</p><p>«Я член „Фракции Воздержания“, верующий в господина „Шута“.»</p><p>Проговорив это, этот Демон громко зашелестел хохотом, прижал руку к груди и отвесил поклон:</p><p>«Хвала Шуту!»</p><p>Глядя на эту сцену, Лумиан находил её и абсурдной, и смешной, одновременно с этим инстинктивно приступая к анализу:</p><p>«Сисо» оказался членом «Фракции Воздержания» «Школы Розы»? Демон, открыто проявляющий злобу, на самом деле член «Фракции Воздержания»?</p><p>С точки зрения здравого смысла это явно было невозможно!</p><p>Но здесь был сон, созданный «Хелой», и, если только «Сисо» не обладал особыми способностями, он вряд ли мог лгать.</p><p>Коли так, оставалось лишь одно объяснение:</p><p>Он затесался во «Фракцию Воздержания» с помощью обмана, мошенничества и прочих ухищрений!</p><p>Он на поверхности действительно был Потусторонним пути «Пленника» и вёл себя весьма сдержанно; если он являлся лишь неключевым членом, «Фракция Воздержания» не обязательно проводила чересчур строгую проверку и могла не обнаружить его проблем.</p><p>Хм, так вот почему Патрульная команда штата Матани позволила Потустороннему пути «Пленника» вступить в свои ряды?</p><p>Но ведь всё это происходило более четырёх лет назад, когда «Сисо» на поверхности являлся лишь «Безумцем» Последовательности 8 пути «Пленника», ещё не достигнув Средней Последовательности, и действительно мог считаться лишь периферийным членом «Фракции Воздержания», которому вряд ли уделяли особое внимание.</p><p>К тому же, он, должно быть, вступил во «Фракцию Воздержания» ещё до этого, в то время, когда был ещё более слаб и менее приметен.</p><p>Впоследствии он притворялся, будто получает ресурсы для продвижения от щедрот «Фракции Воздержания» и атак на «Школу Розы», тогда как на самом деле полагался на Благословение «Матери Древа Желаний»? Куда же делись те ресурсы? Были тайно проданы или превращены в Волшебные предметы? В ту игральную карту?</p><p>Зачем ему потребовалось затесаться во «Фракцию Воздержания», да ещё и уверовать в господина «Шута»?</p><p>Главная цель явно заключалась не в ресурсах…</p><p>Уверовал в господина «Шута»…</p><p>Придумав это, Лумиан внезапно пришёл к догадке:</p><p>Проникнуть каким-то путём в Церковь Шута и уверовать в господина «Шута» — вот какова была настоящая цель «Сисо»!</p><p>Это исходило от откровения того Достопочтенного!</p><p>'«Сисо» на самом деле верит в «Небесного Достопочтенного Небес и Земли, дарующего благодать», но этот Достопочтенный противостоит господину «Шуту» и явно может влиять на пути «Провидца», «Ученика» и «Мародера»…</p><p>'«Сисо» во время молитвы использовал некий трюк, где на поверхности он молился господину «Шуту», а на самом деле адресатом выступал тот Достопочтенный? Таким образом, он избегал рисков, связанных с ложной верой…</p><p>«Это весьма вероятно… Госпожа 'Фокусник» говорила, что если молиться господину «Шуту» не по установленному порядку, то ответит не обязательно Он — возможно, это будет Достопочтенный…</p><p>«Какова цель Достопочтенного, заставившего 'Сисо» поступить так?</p><p>'«Мародер»… Кража… Не хочет ли Он таким способом мало-помалу украсть личность и веру господина «Шута»?</p><p>«Когда множество верующих от чистого сердца верят в господина 'Шута», но приравнивают Его к Достопочтенному, тогда и Достопочтенный становится «Шутом»?</p><p>'Ш-ш-ш, чем больше об этом думаешь, тем страшнее становится…</p><p>«Полагаться только на одного 'Сисо» определённо недостаточно, подобных верующих должно быть немало…</p><p>«Хитро придумано: если Достопочтенный станет открыто вербовать последователей, то стоит проявить хоть малейший след, как его уничтожит 'Клуб Таро». Но если его верующие на поверхности будут верить в господина «Шута», их не только не устранят, но они ещё и получат покровительство…</p><p>«Какая коварная уловка…»</p><p>Лумиан быстро выстроил цепь умозаключений, ощутив ужасающее давление того Достопочтенного, таящегося во тьме.</p><p>Если оказаться под Его прицелом, можно запросто сгинуть и потерпеть крах самым нелепым образом, даже не осознав этого!</p><p>Имея эти догадки, Лумиан, снова вспоминая события в порту Пайлос, отчётливо понял уверенность «Сисо» и осознал, почему тот остался поджидать удобного случая:</p><p>Тот, кто только прибыл на Южный континент, только прибыл в порт Пайлос, не имея здесь ни ресурсов, ни соратников, даже не зная дутанского наречия, с высокой вероятностью попросил бы некоторой помощи у стоящего за спиной «Клуба Таро».</p><p>В ситуациях, когда цель ещё не ясна и неизвестно, сколько времени уйдёт на поиски, Старшие Арканы из «Клуба Таро» не могли прибыть лично, а отправили бы помочь кого-то из Младших Арканов, знакомых с Южным континентом, или какого-то члена подвластных им сил.</p><p>В таком случае, кто мог быть более подходящим и удовлетворяющим всем требованиям, чем Тэванако Тупиан, принадлежащий к «Фракции Воздержания» Церкви Шута, уроженец штата Матани, знакомый с местными условиями, обладающий соответствующим официальным статусом и сам достигший шестой Последовательности?</p><p>Будь так, Лумиан вместе с «Сисо» расследовал бы дело «Сисо», а тот постепенно овладел бы обстановкой, выяснил, есть ли ловушки и когда они утратят силу, после чего воспользовался бы возможностью, совершил внезапное нападение, нанёс удар по разуму и воспламенил желания!</p><p>Лумиан представил такое развитие событий и почувствовал, что если бы не смог в ходе расследования распознать злой умысел «Сисо», вероятность его гибели от рук того составила бы сто процентов, и ему оставалось бы лишь в виде фрагментов души наблюдать за схваткой этого Демона с Термиboroсом.</p><p>А «Сисо», извещённый «Локи», наверняка заранее подготовился бы к противостоянию с опасным существом внутри печати — к примеру, положившись на того Демона из семейства Нос или же воспользовавшись своим статусом благословенного «Матери Древа Желаний».</p><p>«К счастью, госпожа 'Фокусник» всегда твердила мне, что «Охотник» не должен во всём полагаться на высокопоставленных лиц и стоящую за спиной организацию, а обязан закалять себя, осваивать заговоры и сражения, иначе я действительно мог бы сразу по прибытии в порт Пайлос попросить у «Клуба Таро» проводника…</p><p>'Тогда это было бы опасно…</p><p>'Сестра и император Рассел говорили, что самое опасное место зачастую оказывается самым безопасным. Теперь я добавлю от себя: то, что кажется самым безопасным и достойным наибольшего доверия, может таить в себе наибольший риск…</p><p>'Это не значит, что доверия больше нет, просто враг воспользуется этим доверием и этим чувством безопасности.</p><p>«Хм, госпожа „Фокусник“ тоже постоянно повторяла: если в её приказах или советах появится что-то странное, сначала не обращай внимания и немедленно свяжись с другими Старшими Арканами, чтобы уточнить обстановку.»</p><p>Лумиан посмотрел на открыто проявляющего эмоции «Сисо» и улыбнулся:</p><p>«Если бы мне не помогал особый специалист по следам, если бы „Потайной клинок“ не знала так хорошо роль, которую ты отыгрывал, и если бы „Психиатр“ не составила твой профиль, оставив меня без зацепок и направления, я бы действительно обратился за помощью к „Клубу Таро“ и попросил гида, знакомого с местной обстановкой.»</p><p>«Сисо» внезапно умолк и лишь спустя несколько секунд произнёс:</p><p>«Всё остальное я могу понять, но почему именно в этот момент взялся особый специалист по следам?»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Потому что это дар истинного бога.»</p><p>Чем дольше Лумиан находился рядом с Людвигом, тем сильнее ощущал: решение позволить столь опасному малому выйти из-под контроля Церкви не мог принять кто-либо из высшего руководства Церкви Познания — здесь непременно присутствовало откровение самого «Бога Знаний и Мудрости».</p><p>Разумеется, Лумиан не утверждал наверняка, ведь, насколько ему было известно, путь Познания — сиречь путь «Читателя» — на Высших Последовательностях, похоже, весьма силён в прорицании.</p><p>«Сисо» сначала замер в молчании, а затем внезапно издал громкий вопль, подобно дикому волку, воющему на луну.</p><p>Лумиан ещё раз мысленно разобрал всё произошедшее от начала и до конца, глубоко осознав, что эта месть представляла собой противоборство заговора с заговором. Но, к сожалению, «Сисо» ещё недостаточно хорошо знал его характер и стиль, как недостаточно знал и окружающих его соратников, опираясь лишь на события церемонии Моления Морю и первое убийство «Локи», из-за чего возникли отклонения — и в результате его замысел, имевший столь высокую вероятность сбыться, так и не осуществился.</p><p>Уф… Лумиан перевёл дыхание и сменил тему:</p><p>«А кто устроил погром со стороны Патрульной команды?»</p></section><section><title><p>Глава 655 «Печаль после радости»</p></title><p>Глава 655 «Печаль после радости»</p><p>Услышав вопрос Лумиана, уголки губ «Сисо» поползли вверх, и на его лице снова появилась улыбка:</p><p>«Это несколько падших, падших, находящихся под моим контролем.»</p><p>«Падших?» Лумиан мог понять это слово буквально, но не понимал, что именно это означает.</p><p>В то же время он мысленно посмеялся над «Сисо»:</p><p>И правда во сне, сменяемость эмоций уж слишком быстрая.</p><p>«Сисо» с нотками смакования произнес:</p><p>'«Апостол Желаний» может в момент, когда чужие эмоции и желания испытывают очевидные колебания, заронить в сердце человека семя, усугубляя соответствующие проблемы всё сильнее и сильнее, заставляя его медленно терять способность к самоконтролю и постепенно падать.</p><p>«В сочетании с моими собственными особыми способностями это позволяет в течение довольно длительного периода времени, шаг за шагом подталкивая к падению, добиться того, что эти люди больше никогда не смогут вырваться из-под моего контроля и будут вынуждены лишь подчиняться мне.»</p><p>Это похоже на инъекции вызывающих привыкание психотропных препаратов, но более мистически? Лумиан искал аналогию, которую ему было бы проще понять.</p><p>Внезапно он вспомнил чье-то описание «Демона» в Наборедесли:</p><p>«Демон плоти, демон сердца…»</p><p>Это одно из проявлений демона сердца? Особая черта «Сисо» как дьявола проявляется именно в этом? Если посмотреть с этой стороны, не мог ли тот представитель «Фракции Воздержания», который поддерживал с ним связь, уже быть совращен им и впасть в грех, из-за чего и не доложил о некоторых его аномалиях? Лумиан задумчиво посмотрел на «Сисо» и произнес:</p><p>«Небось гордишься, Апостол Желаний, совращающий людей демон сердца, это ли не проведение ритуала для продвижения к „Демону“?»</p><p>«Сначала надо набить руку.» «Сисо» не стал отрицать, но посчитал, что нынешняя ситуация еще далека от нужной и больше похожа на репетицию.</p><p>«Какая уверенность, в конце прошлого года, после проделки в городке Тизамо, ты ведь только-только продвинулся к „Апостолу Желаний“, прошёл всего год, а ты уже размышляешь о том, чтобы стать полубогом?» Лумиан немного подумал и добавил: «Потому что ты наконец ублажил того демона из рода Нос и получил ту самую вещь?»</p><p>Даже находясь во сне, «Сисо», похоже, не слишком хотел раскрывать это дело и с некоторым сопротивлением ответил:</p><p>«Да.»</p><p>Лумиан пока не стал провоцировать «Сисо», дабы сон не закончился раньше времени, и сменил вопрос:</p><p>«А где та вещь?»</p><p>Когда «Сисо» дьяволизировался, одежда на его теле разлетелась, и никаких странных предметов из нее не выпало.</p><p>Выражение лица «Сисо» исказилось, и он сказал:</p><p>«В… в городке Тизамо.»</p><p>Спрятана на родине его тела, в городке Тизамо… Если она так важна, почему не носить ее с собой? Лумиан испытывал все большее любопытство к городку Тизамо, золотодобывающему городу Девису и к двум проделкам, заправляемым «Сисо».</p><p>Он немного подумал и сказал:</p><p>«Ты спланировал проделку в Девисе только ради того, чтобы украсть партию золота?»</p><p>«Да.» «Сисо» дал утвердительный ответ.</p><p>Перечитал романов об ограблениях золота? В тот момент срочно требовалась такая огромная сумма денег? Хм, для «Преступника», когда требуется золото, спланировать операцию и напрямую ограбить — вполне нормальное поведение, не то что я, у меня всё держится на охоте да на дарах негодяев… Едва Лумиан подумал, что в этом нет ничего особенного, как вдруг связал кое-какие факты:</p><p>Франка в последнее время копит золото с целью в будущем принести его в жертву Призрачному доспеху Чэнь Ту…</p><p>Не ради ли подобного жертвоприношения «Сисо» специально спланировал проделку и раздобыл целую кучу золота? Лумиан посмотрел на «Сисо» и испытательно спросил:</p><p>«Это золото было принесено в жертву демону из рода Нос?»</p><p>«Сисо» безучастно ответил:</p><p>«В городке Тизамо.»</p><p>«Что же на самом деле находится в городке Тизамо?» — воспользовался случаем и спросил Лумиан.</p><p>«Сисо» словно внезапно очнулся и с исказившимся лицом закричал:</p><p>«Праздник снов, Праздник снов!»</p><p>Его тень ожила и разом набросилась на него, полностью поглотив его.</p><p>«Сисо» снова стал иссиня-черным, превратившись в вязкую, грязную, зловещую жидкость, стремительно распространяющуюся во все стороны, словно намереваясь осквернить эту допросную, осквернить Лумиана и осквернить весь сон.</p><p>Лумиан мгновенно вырвался из сна и увидел, что у лежащего на полу «Сисо» снова появились признаки дьяволизации, а также возникло легкое ощущение полупрозрачности.</p><p>Этот ключевой член «Дня дурака» вот-вот утратит укрощение!</p><p>Лумиан не колебался, в его руке быстро соткался длинный меч из ослепительно-белого пламени.</p><p>В его глазах на силуэте «Сисо» проявилось множество цветов, среди которых самый неприметный бледный оттенок располагался сбоку от переносицы.</p><p>«Обнаружение слабостей»!</p><p>Бледность означала местонахождение слабости.</p><p>Лумиан поднял пламенный меч, сжал его обеими руками и вонзил вниз, с глухим звуком «пу» погрузив его в бледный цвет.</p><p>Подобная дьявольскому доспеху панцирная оболочка, упругая плоть и стальные кости, дарованные «Живым мертвецом», продержались лишь секунду и были пробиты насквозь.</p><p>Лумиан выдернул ослепительно-белый пламенный меч и снова с силой вонзил его вниз.</p><p>Пу!</p><p>На этот раз вошел еще глубже.</p><p>Лумиан в очередной раз вытащил ослепительно-белый пламенный меч, подпрыгнул и обрушил удар вниз, вложив в него весь свой вес.</p><p>Пу!</p><p>Лумиан опустился на корточки, и пламенный меч полностью погрузился в мозг «Сисо», превращаясь в рассеивающийся огненный свет и уничтожая всю мягкую ткань.</p><p>Лумиан разжал руки и поднялся.</p><p>Тело «Сисо», проявлявшее частичные признаки дьяволизации, дернулось несколько раз и затихло.</p><p>Возле его переносицы рана шириной в два пальца выглядела чрезвычайно жутко: ее поверхность обуглилась и сморщилась, а внутри бурлило скрытое пламя.</p><p>Этот дьявол лишился жизни.</p><p>А он крепок, даже так смог выдержать три удара… — глядя на труп «Сисо», мысленно вздохнул Лумиан.</p><p>Как раз в этот момент труп «Сисо» начал стремительно терять плотность и становиться прозрачным, а светло-коричневый цвет кожи постепенно бледнел.</p><p>Призрак… после смерти превратится в настоящего призрака? Едва у Лумиана промелькнули эти две мысли, как вокруг неожиданно стемнело.</p><p>В глубине темноты раздалось песнопение, наполненное чувством умиротворения, от которого тело и дух расслаблялись, не желая ничего делать, а только спокойно лежать.</p><p>Пристанище всего сущего — покой.</p><p>Тело «Сисо», стремительно превращавшееся в призрака, постепенно перестало изменяться и вновь обрело ощущение материальности.</p><p>Наконец он окончательно умер.</p><p>А его правда непросто убить… Если бы ему не помешали превратиться в призрака, смог бы он просуществовать в виде настоящего призрака, а затем превратиться в злого духа? Лумиан посмотрел на стоящую рядом «Хелу» и снова сказал:</p><p>«Спасибо.»</p><p>Он не стал рассказывать о своем разговоре с «Сисо», ведь они общались в сновидении, созданном «Хелой», и она наверняка обо всем знала.</p><p>«Остался только „Локи“.» — глядя на труп «Сисо», прохладно произнесла «Хела».</p><p>Лумиан помолчал несколько секунд и сказал:</p><p>«Он не сможет воскреснуть много раз.»</p><p>«Максимум ещё один раз.» «Хела» произнесла это весьма уверенным тоном.</p><p>Ещё один раз, значит… Лумиан «хмыкнул».</p><p>Вскоре Потусторонняя характеристика «Сисо» выделилась и, соединившись с остатками козьих рогов на его голове, превратилась в пышную гроздь черных кристаллов.</p><p>Различные кристаллы этой грозди разрастались во все стороны, дико растопырившись, и внутри каждого черного кристалла проступало множество иллюзорных прозрачных лиц, выражения которых были то свирепыми, то мучительными, то безумными, то растерянными.</p><p>Потусторонняя характеристика «Апостола Желаний», оскверненная Благословением «Призрака»? Лумиан чувствовал, что она осквернена еще сильнее, чем Потусторонняя характеристика того «Серийного убийцы», и куда более опасна.</p><p>Он указал на Потустороннюю характеристику и труп «Сисо», сказав «Хеле»:</p><p>«Я заберу их оба?»</p><p>«Хорошо.» «Хела» не возражала.</p><p>…………</p><p>Порт Пайлос, старый склад на заброшенном причале.</p><p>Франка, Антони и Дженна уже собрались вместе, ожидая возвращения Лумиана.</p><p>За неторопливой болтовней они увидели, как в солнечных лучах, проникающих из высокого окна, обрисовался силуэт человека — это был Лумиан в золотисто-желтой соломенной шляпе и в облике Луи Бери.</p><p>Бац.</p><p>Лумиан бросил труп «Сисо» на пол.</p><p>Вслед за этим он достал из «Вещмешка путешественника» ту Потустороннюю характеристику и положил её неподалеку от трупа, но касаться не стал.</p><p>Сделав всё это, он только тогда улыбнулся Франке, Дженне и Антони:</p><p>«Справились.»</p><p>«И правда „Сисо“?» Франка немного не верила, что всё прошло так легко.</p><p>«Он.» Лумиан вкратце объяснил ситуацию: «Он был слишком уверен в себе, считал, что с высокой вероятностью сможет убить меня, поэтому решил остаться и поджидать случая.»</p><p>«Откуда у него такая уверенность?» Франка широко раскрыла глаза.</p><p>Поскольку все присутствующие были Младшими Арканами, Лумиан не стал ничего скрывать и в общих чертах рассказал о произошедшем, лишь упустив самые опасные познания.</p><p>«Оказывается, и так можно… Хорошо еще, что ты не попросил у „Клуба Таро“ проводника.» Дженна слушала, испытывая запоздалый страх.</p><p>Франка же с чувством произнесла:</p><p>«Не думала, что взаимодействия нас нескольких окажется достаточно.»</p><p>Лумиан воспользовался случаем и указал на Потустороннюю характеристику:</p><p>«В этой слишком много скверны, она очень опасна. Я планирую попросить госпожу „Фокусник“ помочь найти подходящего „Ремесленника“, чтобы перековать её в запечатанный артефакт, и каждый из нас получит право им пользоваться.»</p><p>Лумиан считал, что эта штука слишком зловещая и скверны в ней чересчур много, так что превратить её в волшебный предмет с относительно легким негативным эффектом невозможно — только в такой артефакт, который обычно приходится держать под замком.</p><p>«Почему бы и нет.» Франка представила себе возможные способности запечатанного артефакта, испытав некоторое предвкушение.</p><p>Вдруг она вспомнила кое о чём и поспешно сказала:</p><p>«Твой „Доспех Гордыни“ всё ещё у меня. Тц, ты прямо-таки выжал из него всё возможное.»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Чтобы расправиться с дьяволом, как обойтись без „Воина“? Я с самого начала хотел использовать „Доспех Гордыни“, но никак не ожидал, что „Сисо“ выберет уборную — самое идеальное окружение.»</p><p>Замкнутое, тесное, но оставляющее определенное пространство для маневра окружение.</p><p>Франка достала «Доспех Гордыни» из «Вещмешка путешественника» и положила его на пол.</p><p>Внезапно воздух в старом складе застыл.</p><p>Серебристо-белый полный доспех повернулся лицом к Лумиану, сконденсировал гигантский меч света, опустился на одно колено и с силой вонзил его в землю.</p><p>Это… Зрачки Лумиана расширились, его силуэт резко побледнел и стремительно исчез с прежнего места.</p><p>Гигантский меч света тут же раскололся, превращаясь в уничтожающий всё на своем пути шквал, который захлестнул всё вокруг и разнес множество деревянных сундуков.</p><p>Это… Франка, Дженна и Антони не успели отбежать подальше и разлетелись на осколки в этом «Шквале Света», отбрасывая блик за бликом.</p><p>«Бля! Да он же невероятно злопамятен! Сколько уже времени прошло!» — из угла склада раздалась ругань Франки.</p></section><section><title><p>Глава 656 Выбор Люмиана</p></title><p>Глава 656 Выбор Люмиана</p><p>Франка вышла из тени и, увидав, что серебристо-белый полный доспех из-за ухода Люмиана со склада потерял цель, не зная, куда тот делся, и, не имея здесь ослабленных жертв, вновь утихомирился и прекратил атаки, облегчённо вздохнула.</p><p>Она осторожно приблизилась, избегая задней стороны «Доспеха Гордыни», и встала перед ним.</p><p>«Доспех Гордыни» стоял неподвижно.</p><p>Франка протянула обе руки, с трудом подняла этот серебристо-белый полный доспех и засунула его обратно в свой «Вещмешок путешественника».</p><p>Только теперь она расслабилась и крикнула вокруг:</p><p>«Всё в порядке, всё закончилось».</p><p>Силуэт Дженны тут же словно вырос из тёмного угла с другой стороны, а Энтони внезапно возник в дверях склада в позе готовности в любой момент кувырком броситься наутёк.</p><p>Всего за пару секунд Люмиан перелез обратно через высокое окно.</p><p>Франка с усмешкой сказала:</p><p>«Черт возьми, когда сражались с „Хизо“, ничего такого не было, а тут чуть не сдохли всей группой от собственного запечатанного артефакта! Хорошо еще, у всех были двойники, а не то если бы и не умерли, то получили бы тяжелейшие ранения».</p><p>«Отличный курьёз для журнала „Гримаса“», — холодно оценила Дженна.</p><p>Переехав из Рыночного округа, у неё появилось немало свободного времени. Хотя она всё ещё задолжала Франке крупную сумму денег, имеющихся при себе ресурсов хватало, чтобы перекрыть долг, так что помимо выполнения заданий «Клуба Таро» и попыток отыгрыша, она могла раз в неделю ходить на спектакль, покупать журналы, газеты и книги, которые раньше хотела прочесть, но жалела денег, а также посещать универмаги и рестораны, о которых раньше только мечтала.</p><p>Франка суховато хохотнула:</p><p>«Кто ж знал, что этот доспех такой злопамятный! Эй, ты что с ним вообще сделал?»</p><p>Последний вопрос был адресован Люмиану.</p><p>Люмиан развёл руками:</p><p>'Я же всего лишь раз всадил ему нож в спину?</p><p>«Я думал, если разорвать контакт и подождать, пока он успокоится, всё уладится».</p><p>Франка активно закивала, хватаясь за этот предлог:</p><p>'Вот-вот, и я так думала!</p><p>«Всё дело в этом доспехе! Какой он к черту доспех!»</p><p>Поворчав, Франка немного подумала и добавила:</p><p>«И неизвестно, когда он забудет, как ты ударил его в спину, так что пока придётся оставить его у меня».</p><p>«Угу», — Люмиан тоже почувствовал сожаление: такой удобный запечатанный артефакт временно выбыл из строя.</p><p>Он посмотрел на ещё сильнее изувеченный труп «Хизо» и целёхонькую Потустороннюю характеристику, убрал их обратно в свой «Вещмешок путешественника» и серьёзно произнёс:</p><p>«Надеюсь, операция против того министра промышленности начнётся только после того, как будет изготовлен этот запечатанный артефакт. Хотя его негативные эффекты наверняка окажутся суровыми, комбинация „Апостола Желаний“ и „Призрака“ определённо будет невероятно эффективной, даже если удастся задействовать лишь часть их способностей».</p><p>«Это точно», — Франка была полна предвкушения.</p><p>Затем она спросила у Люмиана:</p><p>«„Хизо“ мёртв, твоя цель визита на Южный континент достигнута. Куда дальше? Вернёшься с нами в Трир?»</p><p>Люмиан покачал головой, будто заранее продумал ответ:</p><p>«Я планирую ещё какое-то время побыть на Южном континенте».</p><p>«Почему? Чтобы расследовать дело городка Тизамо и ту вещь „Хизо“? Но ведь это вроде не обязательно», — выразила недоумение Дженна.</p><p>Люмиан усмехнулся:</p><p>«Разве вы не чувствуете? Это же рай для „Охотника“».</p><p>Не дожидаясь их вопросов, Люмиан с серьёзным видом объяснил:</p><p>«Пройдя через всё это, я постепенно понял одну вещь: чтобы 'Охотник» мог успешно отыгрывать роль и быстрее усваивать зелье, ему нужно участвовать в самых разных событиях.</p><p>«Я имею в виду, что отыгрыш 'Охотника» гораздо более нагляден и прямолинеен по сравнению с другими Путями. Это не как у «Демонессы», где нужно познавать наслаждение, ощущать боль, а также осмысливать абстрактные и философские вещи, что зачастую оказывается довольно сложным.</p><p>«„Охотнику“ достаточно находиться в эпицентре хаоса и раздоров, непрестанно сражаясь, и тогда отыгрыш проходит идеально. Сражение — это иная форма охоты; хаос и раздоры неизбежно сопровождаются множеством заговоров; провокации нужны для того, чтобы заговоры успешнее воплощались; поджоги — чтобы одерживать победу в бою; а в финале событий происходит жатва — сжатие жизней врагов и сбор плодов победы».</p><p>Видя, что Франка, Дженна и Энтони слегка озадачены, но в то же время задумчивы, Люмиан с улыбкой добавил:</p><p>'Я прошёл путь от Последовательности 9 до нынешней Последовательности 5 всего за полгода с небольшим. Почему?</p><p>'Потому что я, пассивно или активно, оказывался втянут в вереницу событий, и в бесконечном хаосе, раздорах и сражениях осознал правила отыгрыша и нашел возможности для его воплощения.</p><p>«Проще говоря, до высоких Последовательностей у 'Охотника» нет замысловатых тонкостей отыгрыша. Хотя из-за собственных особенностей у меня возникают некоторые прозрения касательно судьбы, они также связаны с решимостью и волей, являясь такой же частью битвы.</p><p>«„Охотник“ коётся среди крови и огня, закаляется в хаосе и раздорах. Если я хочу стать сильнее, мне нужно стремиться к этому, а Южный континент способен дать всё необходимое».</p><p>Таким образом Люмиан сможет быстро пройти первичное усвоение зелья «Жнец» и попробовать принять Последовательность 5 Пути Судьбы — «Охотник за судьбами».</p><p>И лишь истинно овладев некоторыми способностями, связанными с судьбой, Люмиан сможет рассчитывать при следующей встрече с «Локи» обнаружить связи между ним и тем древним замком.</p><p>По словам Франки, сталкиваясь с врагом, способным воскресать, нужно найти то место, где он возрождается, и поджидать прямо там!</p><p>Разумеется, с получением силы «Охотника за судьбами» придут и опасности: это означает, что будь то аггрегация из-за отторжения благословенных Злого Бога миром, либо же тенденция сближения сил Судьбы, вероятность встретить «Человека в Петле» Вазана Сансона существенно возрастёт.</p><p>Хотя ему и очень хотелось такого столкновения, он отчётливо понимал, что ещё не готов к встрече с подобным полубогом и не обладает соответствующей силой. В конце концов, высокопоставленные сущности, которых он мог призвать на помощь, не могли неустанно взирать на него, а момент встречи контролировать невозможно.</p><p>Выслушав рассказ Люмиана, Франка изобразила на лице зависть.</p><p>Если бы отыгрыш Пути «Демонессы» был настолько прост!</p><p>Начальные «Ассасин» и «Подстрекатель» ещё казались понятными, но дальше всё становилось лишь хлопотнее и запутаннее.</p><p>«Эх, когда я познакомилась с Люмианом, моя Последовательность была выше, и я была сильнее, а прошёл всего какой-то полгода — и всё перевернулось…» — Франка ощутила лёгкую печаль, смешанную с порывом.</p><p>Отправив Франку, Дженну и Энтони обратно в Трир, Люмиан вошёл в номер 7 на третьем подземном этаже отеля «Орелла» и жестом попросил Лугано ненадолго выйти.</p><p>Затем он вытащил труп «Хизо» из «Вещмешка путешественника», положил его перед Людвигом и с улыбкой произнёс:</p><p>«Как и обещал. Это съедобно?»</p><p>Сжимая в руках серебряные детские нож и вилку, Людвиг, перед которым лежала порция стейка, спрыгнул со стула. Глядя на окровавленный, полудьявольский труп с некоторыми повреждениями, он выразил на своём лице отчётливую смесь жажды и нерешительности.</p><p>Было видно, что ему очень хочется, но он не слишком решается.</p><p>Спустя десяток секунд Людвиг слегка пошевелил детскими ножом и вилкой в руках и, словно принял окончательное решение, произнёс:</p><p>«Можно съесть совсем чуть-чуть.»</p><p>Не дожидаясь ответа Люмиана, он присел на корточки и протянул детские нож и вилку к несомкнутым льняно-русым глазам «Хизо».</p><p>Под звуки разрезаемой плоти Людвиг поддел обе глазные сферы со слегка дьявольскими чертами: одно яблоко оказалось на вилке, другое — на кончике ножа.</p><p>Затем он одной рукой налил себе стакан оранжево-жёлтого напитка «Гуадаль».</p><p>«Там есть кофеин, детям такое нельзя,» — попутно напомнил Люмиан.</p><p>Людвиг поглядел на манящий своим цветом напиток, затем перевёл взгляд на глазные яблоки на детских ноже и вилке и на полудьявольский труп на полу, погрузившись в молчание.</p><p>Люмиан тоже умолк.</p><p>Спустя пару секунд Людвиг опустил оба глазных яблока в оранжево-жёлтый «Гуадаль» и намеренно сделал вилкой ещё несколько проколов, чтобы сок из них мог вытечь наружу.</p><p>Сразу после этого он поднял стакан с напитком, присел возле трупа «Хизо» и поднёс емкость к месту, откуда всё ещё капали редкие капли крови.</p><p>Кап, кап, кап — три капли крови с запахом серы упали в стакан с начавшим бледнеть оранжево-жёлтым напитком, отчего тот быстро окрасился в кровавый цвет.</p><p>Людвиг взболтал жидкость в стакане и махом осушил его.</p><p>Люмиан посмотрел, как тот допил, и, заметив, что мальчик ощутимо приподнялся духом, с лёгким любопытством спросил:</p><p>«И какой эффект, если это выпить?»</p><p>Людвиг облизнул губы и ответил:</p><p>'Постоянно повышает немного духовности, позволяет более чутко ощущать дыхание Бездны и даёт возможность повелевать несколькими неживыми существами низкого Статуса.</p><p>«Так бывает только от первого стакана. Если потом пить подобное, это будет лишь временно повышать восприятие и восстанавливать немного духовности.»</p><p>Когда дело касалось подобных вещей, тон Людвига неосознанно становился взрослее.</p><p>«Звучит неплохо… Но всю эту дрянь только ты и осмелишься есть…» — мысленно съязвил Люмиан, убрал труп «Хизо», вернулся в свою спальню и начал писать письмо мадам «Фокусник». В основном он докладывал о публичной личности «Хизо», собственных догадках и проблемах городка Тизамо, а также предложил в качестве награды за эти неожиданные находки превратить Потустороннюю характеристику «Хизо» в запечатанный артефакт.</p><p>Аккуратно сложив листы письма, Люмиан достал то дико разросшееся скопление чёрных кристаллов, обустроил ритуал и призвал Посланницу-«куклу» мадам «Фокусник».</p><p>Посланница-«кукла» едва появившись, издала брезгливый звук и зажала носик.</p><p>Она указала на Потустороннюю характеристику «Хизо» и чуть писклявым голосом произнесла:</p><p>«Положи её в коробку, положи в коробку! Какая грязь!»</p><p>Люмиан выудил из «Вещмешка путешественника» небольшую картонную коробку и запихал туда скопление чёрных кристаллов.</p><p>«Обвяжи.»</p><p>«Засунь в другую коробку.»</p><p>«Возьми ещё одну коробку и вложи их друг в друга.»</p><p>Посланница-«кукла» выдвигала всё новые и новые требования.</p><p>Наконец она с неохотой подхватила матрёшку из коробок и унесла письмо.</p><p>…………</p><p>Патрульная команда порта Пайлос.</p><p>Реаса сказал Камю:</p><p>«Проблемных членов команды устранили, оставшиеся по очереди проходят проверку. Тебе тоже придётся пойти.»</p><p>«Как там Колобо?» — с беспокойством спросил Камю.</p><p>«Всё обошлось, мы специально ходили в Церковь „Матери-Земли“ и пригласили „Врача“,» — спокойно ответил Реаса. — «Сейчас самая главная проблема в том, что Теванако всё ещё не пойман, к тому же подтвердилось, что он является одновременно и „Призраком“, и „Апостолом Желаний“.»</p><p>«Как ему это удалось? Это же просто невероятно!» — подумав о возможной мести Теванако в будущем, Камю ощутил приступ страха.</p><p>В этот момент в кабинет вошёл один из членов Патрульной команды и обратился к Реасе и Камю:</p><p>«Капитан Реаса, шеф, тот тип в соломенной шляпе опять пришёл!»</p></section><section><title><p>Глава 657 «Награда»</p></title><p>Глава 657 «Награда»</p><p>Луи Бери снова пришёл? Услышав описание «в соломенной шляпе», Камю ощутил, как у него дёрнулся висок.</p><p>С тех пор как он познакомился с этим авантюристом, у него возникло ощущение, будто жизнь стремительно понеслась под откос: сначала они «поймали» убийцу из дела о серийных убийствах, затем получили зацепку по тому старому делу четырехлетней давности, а потом подозреваемый сам выскочил из тени и попытался убить его и Колобо, погрузив Патрульную команду в полный хаос.</p><p>И вот теперь Луи Бери снова пришёл?</p><p>Сердце Камю ушло в пятки, а давление возросло многократно.</p><p>«Где Луи Бери?» — Реаса уже выслушал рассказ Камю об этом деле.</p><p>Пришедший с докладом член Патрульной команды поспешно ответил:</p><p>«Сидит в холле.»</p><p>Реаса кивнул и вместе с Камю вышел из кабинета, спускаясь по лестнице.</p><p>Под звук собственных шагов Камю постепенно пришёл в себя.</p><p>Он вспомнил о вчерашних подозрениях Луи Бери в отношении Тэванако; вспомнил, как тот, задав лишь пару вопросов и даже не расспросив о подробностях, бросил эту догадку и сменил цель поисков; вспомнил, как сегодня утром этот авантюрист пришёл к нему, надеясь обходным путём добыть нужные сведения, и как вскоре после того, как Колобо передал ему информацию о Тэванако, на него напали, погрузив в бессознательное состояние, а на месте происшествия остались явные следы жестокой схватки.</p><p>Неужели чтобы избежать опасного предчувствия Дьявола, он и использовал столь обходной и осторожный способ расспросов? Покупка информации у Колобо была ловушкой, расставленной для Тэванако? Нет, Тэванако не почувствовал соответствующей опасности? Он ведь мог ощутить её лишь за одну-две минуты до события, и когда понял, было уже слишком поздно? Будучи бывшим «Шерифом», а ныне «Дознавателем», Камю быстро связал всё воедино и пришёл к нескольким умозаключениям.</p><p>Ему казалось, что Луи Бери, узнав о любви Тэванако к кофе «Фермер» без сахара, сразу же вычислил цель, а сказал, что подозревает людей из Главного управления полиции, и не стал расспрашивать о деталях именно потому, что опасался, как бы Тэванако не предчувствовал опасность!</p><p>Что же касается того, как именно Луи Бери сегодня устроил Тэванако ловушку, оставшись незамеченным, Камю пока не мог понять.</p><p>К тому же он подозревал, что действия Луи Бери не увенчались полным успехом, поскольку в Импортно-экспортном магазине Матани не было никаких следов, подтверждавших гибель Тэванако.</p><p>А ведь это «Апостол Желаний» 5-й Последовательности, к тому же обладающий силой «Призрака» 5-й Последовательности. Если бы за дело не взялся лично полубог, с ним вряд ли справились бы без двух-трёх боевых групп Потусторонних средних Последовательностей Путей «Солнца» и «Воина», либо без Адмирала Пиратов уровня 5-й Последовательности с могущественными волшебными предметами.</p><p>Вскорости Камю и Реаса увидели Луи Бери, сидевшего на диване в зоне приёма гостей в холле; его золотисто-жёлтая соломенная шляпа была необычайно заметна в лучах проникавшего солнца.</p><p>«Господин Луи Бери, что у вас снова за дело?» — глухим голосом спросил Камю на интисском языке.</p><p>Люмиан сначала пристально посмотрел на Камю, а затем с улыбкой произнёс на ломаном дутанском языке, обращаясь к Реасе:</p><p>«Я пришёл за наградой.»</p><p>Говоря это, он достал из «Вещмешка путешественника» голову Тэванако.</p><p>Запятнанное кровью и грязью лицо, макушка с обрубком рога, пустые глазницы, свирепая рана возле переносицы и полтора-два десятка глубоких порезов одновременно предстали перед взорами Камю и Реасы.</p><p>Хотя голова была довольно сильно повреждена, Камю как бывший «Шериф» с первого взгляда узнал, кому она принадлежит:</p><p>Тэванако Тупиан!</p><p>Ему удалось? Он действительно устроил ловушку для «Апостола Желаний» и подстерёг его? Камю поднял взгляд и снова пристально посмотрел на Луи Бери — молодого человека, носившего в Туманном море титул Великого авантюриста.</p><p>Такой мощи вполне достаточно, чтобы противостоять любому из Адмиралов Пиратов на Пяти Морях!</p><p>Разумеется, это касалось лишь личных сил, не учитывая подчинённых пиратского адмирала.</p><p>Реаса молча подтвердил подлинность на духовном уровне, повернул голову к Камю и спросил на дутанском языке:</p><p>«Это Тэванако?»</p><p>«Да,» — утвердительно ответил Камю и тихо вздохнул про себя.</p><p>Схватка между Тэванако и Луи Бери была поистине жестокой, раз он погиб такой жуткой смертью: мало того что он лишился обоих глаз, так ещё и повсюду виднелись многочисленные раны, проявлявшие признаки частичной дьяволизации.</p><p>Реаса снова перевёл взгляд на Люмиана и, немного подумав, произнёс на дутанском языке:</p><p>«Не знаю, видели ли вы ориентировку на Тэванако, но награда составляет всего 70 тысяч велькинсов.»</p><p>Тогда они назначили награду по стандарту «Серийного убийцы», и лишь потому, что этот «Серийный убийца» убивал исключительно Потусторонних, сумму подняли на двадцать тысяч.</p><p>Люмиан с трудом понял и, перейдя на интисский язык, усмехнулся:</p><p>«Если бы я подождал пару дней, прежде чем прийти за наградой, смог бы получить больше?»</p><p>Выслушав это, Камю задумался и понял, что так оно и есть:</p><p>Через два дня разыскивать стали бы уже не прежнего «Серийного убийцы», а «Апостола Желаний» плюс «Призрака» Тэванако, виновного в гибели нескольких членов Патрульной команды!</p><p>Разумеется, при финансовых возможностях штата Матани они не смогли бы назначить слишком высокую цену, максимум удвоили бы её, а затем отправили бы сообщение об опасности официальным организациям Северного континента, таким как Церковь «Матери-Земли» и Церковь «Вечного Пылающего Солнца», чтобы те решили, стоит ли увеличивать награду.</p><p>Когда Камю перевёл слова Люмиана на дутанский язык, Реаса умолк, не зная, что ответить.</p><p>Для Патрульной команды семьдесят-восемьдесят тысяч велькинсов были немалой суммой!</p><p>Не дожидаясь ответа, Люмиан с улыбкой добавил:</p><p>«Впрочем, увеличивать награду не нужно, достаточно выполнить два моих требования. Два очень простых требования.»</p><p>«Каких?» — выслушав перевод Камю, хмуро спросил Реаса.</p><p>Люмиан ухмыльнулся:</p><p>«Во-первых, я хочу ознакомиться со всеми материалами дел, касающимися городка Тизамо. Во-вторых, мне любопытно взглянуть на ту карту Тэванако. Разумеется, просто взглянуть.»</p><p>«Вы хотите расследовать прошлогодний инцидент в городке Тизамо? Разве вашей единственной целью прибытия в порт Пайлос не был поиск Тэванако?» — недоумённо переспросил Камю.</p><p>Люмиан хмыкнул:</p><p>«Мне нужно напоминать вам? Родной город Тэванако — именно Тизамо.»</p><p>Это… Камю вдруг почувствовал, что дело Тэванако вовсе не закончится с его смертью, за ним всё ещё кроется множество тайн.</p><p>А ведь об этом Луи Бери говорил с самого начала.</p><p>Переведя их разговор Реасе, Камю подумал, что прежнее расследование Патрульной команды касательно инцидента в городке Тизамо, возможно, было чересчур поверхностным.</p><p>Глядя на Луи Бери, успешно убившего «Апостола Желаний», обладавшего к тому же способностями «Призрака», сдержанный Реаса промолчал несколько секунд, после чего произнёс:</p><p>«Кто поручил вам расследовать всё, что связано с Тэванако?»</p><p>Люмиан не ответил, а спросил в ответ:</p><p>«Разве он не называл себя членом „Фракции Воздержания“, верующим в „Шута“?»</p><p>«Не просто называл, мы это подтвердили», — выслушав перевод Камю, ответил Реаса очень уверенным тоном.</p><p>И вправду… Люмиан, лишь производивший проверку, заступился за Церковь «Шута»:</p><p>«В любой организации могут появиться предатели, а также найдутся люди с дурными намерениями, пытающиеся в неё проникнуть.»</p><p>«Это действительно наша проблема», — Камю искренне усвоил этот урок. — «Судить о том, хорош человек или плох, и можно ли его принять, следует не только по тому, из какой он организации, но и наблюдая за его словами и поступками.»</p><p>Поразмыслив некоторое время, Реаса согласился на просьбу Люмиана.</p><p>Поручив другим членам Патрульной команды помочь Люмиану оформить документы и получить награду, он велел Камю отвести Люмиана посмотреть на ту игральную карту.</p><p>…………</p><p>В сыром, холодном и тихом подземном коридоре Камю посмотрел на Люмиана и осторожно спросил:</p><p>«Что именно ты расследуешь?»</p><p>Это уже привело к гибели «Апостола Желаний» 5-й Последовательности!</p><p>Люмиан усмехнулся:</p><p>«Знать слишком много очень опасно.»</p><p>Камю умолк: опыт подсказывал ему, что дальше расспрашивать не стоит.</p><p>Люмиан продолжал идти вперёд и непринуждённо спросил:</p><p>«Сколько человек потеряла Патрульная команда на этот раз?»</p><p>«Четверых, и все они были под контролем Тэванако», — Камю самокритично усмехнулся. — «До конца года опять придётся набирать новую партию членов, хе-хе. Им повезёт: если Путь подходит, им не придётся беспокоиться о зельях следующих Последовательностей, а если не подходит — в их распоряжении запечатанные артефакты.»</p><p>Именно так постепенно и накапливаются ресурсы официальной организации.</p><p>Люмиан слегка кивнул:</p><p>«А что Колобо?»</p><p>На этот раз Камю улыбнулся более непринуждённо:</p><p>«С ним всё в порядке, подлечили, он почти поправился.»</p><p>За разговором они добрались до комнаты, инкрустированной множеством мрачных белых костей; та самая игральная карта, выглядевшая металлической, лежала на столе посреди помещения.</p><p>«Будь осторожен, она может залезть в твоё тело и взять под контроль, совсем как „Призрак“», — предостерёг Камю.</p><p>Люмиан слегка кивнул, подошёл и протянул руку к игральной карте с десяткой пик.</p><p>Ощущение, напоминающее кость, передалось в его сознание, а следом за ним пришёл леденящий мороз.</p><p>Правая рука Люмиана быстро покрылась слоем инея.</p><p>Этот иней стремительно кристаллизовался и пополз вверх по руке.</p><p>В то же время рисунок на игральной карте изменился, на нём проступил пепельно-серый «Малый Джокер».</p><p>Он стремительно становился призрачным, собираясь слиться с телом Люмиана.</p><p>Бесшумно рука Люмиана вспыхнула ослепительно-белым пламенем. Он перевернул ладонь и точным движением прижал большой палец к той самой игральной карте, ещё не успевшей окончательно стать призрачной, надавив прямо на лицо «Малого Джокера».</p><p>Игральная карта мгновенно затихла.</p><p>Кусочки инея осыпались с руки Люмиана, упали на пол и растаяли, превратившись в воду.</p><p>«Мороз „Живого мертвеца“, одержимость „Призрака“… И вправду волшебный предмет Пути „Пленника“…» — Люмиан быстро сделал базовое умозаключение.</p><p>Однако способность к изменению, продемонстрированная игральной картой, не совсем соответствовала его знаниям о Пути «Пленника» — напротив, она больше походила на поверхностное применение сил «Безликого».</p><p>Неужели она вобрала в себя крупицу скверны, принесённой Небесным Достопочтенным? К тому же, когда «Фракция Воздержания» выделяет ресурсы, она не может сразу дать уровень «Призрака» — вероятно, их выдавали последовательно, начиная с низких Последовательностей… Эту игральную карту усиливали шаг за шагом? У «Сисо» есть постоянный «Кузнец» для сотрудничества? — Люмиан отвёл взгляд от игральной карты и медленно отступил к Камю.</p><p>«Готово», — немного подумав, произнёс он. — «Будьте осторожны, когда используете этот предмет.»</p><p>Камю кивнул:</p><p>«Мы будем обращаться с ним как с запечатанным артефактом, а не просто как с волшебным предметом.»</p><p>Вернувшись на поверхность, Камю пошёл и принёс все материалы дел, касающиеся городка Тизамо.</p><p>Люмиан немного поразмыслил, разбирая их, и взял одну из папок.</p></section><section><title><p>Глава 658 Наслаждение</p></title><p>Глава 658 Наслаждение</p><p>Документ, который поднял Лумиан, был как раз материалами дела о трагедии в городке Тизамо в конце прошлого года.</p><p>Официальная формулировка описывала произошедшее следующим образом: некий джентльмен со своим слугой, прибывшие в городок Тизамо на охоту, углубились в девственные джунгли и совершили нечто такое, что разгневало обитавшее там крупное первобытное племя; туземцы собрали отряд и той же ночью совершили налёт на городок Тизамо, убив множество людей, в том числе того самого джентльмена с его слугой, нескольких членов Патрульной команды, отвечавших за Тизамо, а также большое число невинных жителей.</p><p>В дальнейшем генерал Куэрариль направил туда дополнительные войска для несения службы, а то первобытное племя отступило обратно в глубь джунглей.</p><p>«На Южном континенте в девственных джунглях и впрямь немало грозных племён, да и сила у них внушительная…» — прочитав материалы дела, от чистого сердца вздохнул Лумиан.</p><p>Это можно было назвать одной из особенностей Южного континента, историческим наследием времён империи Балам.</p><p>— Те древние империи, возможно, и располагали многочисленными сильными Потусторонними в высших эшелонах власти, а также огромным количеством Потусторонних средних и низких Последовательностей, однако из-за ограничений в технических средствах, численности населения и количестве характеристик территория, подлежавшая эффективному управлению, ограничивалась лишь городами с благоприятными географическими условиями да выросшими вокруг них на плодородных равнинах, пастбищах и в долинах городками и деревнями. У них не было возможности проникнуть в глубь девственных джунглей и горные кручи с суровыми условиями, а потому не хватало и стимула проводить там зачистки.</p><p>А когда вторглись государства Северного континента, империя Балам распалась, остальные же страны погибли или сменили династии, многие повстанцы тоже отступили в эти края, сделав девственные джунгли и горные глуши ещё более опасными.</p><p>Для сравнения, после того как император Рассел совершил промышленную революцию, на Северном континенте подобных ситуаций становилось всё меньше и меньше, и в настоящее время нечто подобное могло сохраниться лишь среди гор Центрально-южного региона.</p><p>«Если судить только по материалам дела, следов розыгрышей „Дня дурака“ нет, да и присутствия Демонов не усматривается…» — Лумиан отложил эти бумаги и взял другие.</p><p>Он искал такие слова, как «сон» («сновидение») и «праздник».</p><p>— Произнесённое «Сисо» перед смертью словосочетание «Праздник снов» как раз и складывалось из слов «сон» («сновидение») и «праздник».</p><p>К сожалению, Патрульная команда была создана всего шесть-семь лет назад, поэтому записей о прежних проблемах городка Тизамо почти не сохранилось, а за эти шесть-семь лет ни одно из происшествий в Тизамо не касалось снов и праздников.</p><p>Лумиан особых надежд не питал, а потому не расстроился. Положив материалы, он сказал Камю:</p><p>«Я могу полностью переписать всё это?»</p><p>«Без проблем.» Камю знал, что Луи Бери снова собирается призвать «Зайца знаний».</p><p>В этот момент вошёл Реаса вместе с другими членами Патрульной команды и положил перед Лумианом небольшой, но тяжёлый холщовый мешок.</p><p>«Твоя награда, проверь.» — произнёс Реаса на дутанском языке.</p><p>Лумиан поднял мешок и высыпал всё содержимое на стол.</p><p>Здесь были банкноты из Интиса, а также множество золотых монет; Лумиан бегло пересчитал их и дал понять, что всё в порядке.</p><p>Едва Реаса с остальными членами Патрульной команды ушли, Лумиан повернул голову к Камю и с улыбкой пододвинул мешок к нему.</p><p>«Ты…» — глаза Камю широко раскрылись, и он с сомнением спросил.</p><p>Лумиан с улыбкой ответил:</p><p>«Я говорил, что откажусь от официальной награды.»</p><p>«Но я ведь ещё ничего не…» — подсознательно проявил вежливость Камю.</p><p>Лумиан «хе-хе» усмехнулся:</p><p>'Предоставленные тобой сведения были очень важны, но эти деньги тебе придётся разделить с Колобо.</p><p>«И ещё, сделай для меня одно дело.»</p><p>«Эти деньги — плата за сведения и компенсация с учётом риска, которому мы подверглись…» — Камю прижал холщовый мешок и спросил:</p><p>«Какое дело?»</p><p>«Найди для меня нескольких человек, которые родились и выросли в городке Тизамо, а сейчас живут в порту Пайлос, и ещё нескольких, кто многократно бывал в Тизамо, но не имеет с тем местом особых связей, и поочерёдно приведи ко мне.» — изложил своё требование Лумиан.</p><p>Камю внимательно выслушал и незаметно вздохнул с облегчением:</p><p>«Без проблем.»</p><p>Это же проще простого!</p><p>Вернувшись в отель «Орелла», Лумиан только-только разложил в комнате материалы, переписанные «Зайцем знаний», собираясь приступить к детальному чтению, как услышал, что кто-то позвонил в дверной звонок.</p><p>Под этот перезвон Лугано мелкими шажками поспешил отпирать дверь.</p><p>Вскоре он громко крикнул:</p><p>«Босс, мистер Ивелиста хочет нанести вам визит.»</p><p>Ивелиста? Тот самый Ивелиста, что живёт на восемнадцатом подземном этаже, имеет кучу слуг из числа Живых мертвецов и, предположительно, является «Враждебным духом»? Он пришёл ко мне? — Лумиан приподнял бровь, убрал материалы дела и вышел из главной спальни.</p><p>…………</p><p>Трир, Район Пантеона.</p><p>Квартира, которую снимают Франка и Дженна.</p><p>Проводив Антони, Франка вернулась в главную спальню и всерьёз задумалась о своём прогрессе в усвоении зелья «Наслаждения».</p><p>Хотя она прекрасно понимала, что случай Лумиана — лишь исключение, и в норме никто не усваивает зелье так быстро, да и мало кто за полгода с небольшим продвигается до 5-й Последовательности, но её всё равно это задело.</p><p>Это было ощущение утраты и досады от того, что, общаясь с Лумианом с настроем старшей сестры — нет, старшего брата! — и покровителя, она за семь месяцев оказалась превзойдена.</p><p>Ей тоже хотелось поскорее продвинуться до 5-й Последовательности и пораньше стать «Демонессой Страданий».</p><p>На самом деле в усвоении зелья «Наслаждения» она уже превзошла большинство Демонесс, да и в исследовании иных смыслов и символов «наслаждения» добилась неплохих успехов; ей изначально не требовалось так спешить, но что поделать, когда рядом околачивается парень, чья скорость продвижения попросту извращённая!</p><p>«Эх, надо всё-таки найти партнёра для наслаждений. И „наслаждение“ в обычном смысле, и „наслаждение“ в более широком значении — всё нужно, ни от чего нельзя отказываться, только так можно усваивать быстрее. Это как левая и правая нога: обе должны шагать, чтобы идти, нельзя же всё время скакать на одной ножке…» — ход мыслей у Франки был весьма чётким, вот только она понятия не имела, с чего начать. — «Эх, но как вообще заговорить об этом… Неужели и впрямь просить помощи у Бранш и её любовников?»</p><p>Пока Франка ходила взад-вперёд, в дверь спальни внезапно постучали.</p><p>Дженна? Франка остановилась, повернулась и, взглянув на дверь, произнесла:</p><p>«Войдите.»</p><p>В дверях стояла Дженна, сменившая наряд на домашнюю одежду и облачённая в кремово-белое пушистое длинное платье.</p><p>«С чего это ты вдруг такая вежливая?» — со слегка непривычным видом спросила Франка.</p><p>Дженну аж смех разобрал от возмущения:</p><p>«Чёрт! Я всегда была вежливой, понятно? Просто ты раньше почти не закрывала дверь, только вечером, когда ложилась спать, — и как мне было стучать?»</p><p>Сказав это, Дженна изобразила досаду.</p><p>Она успокоила эмоции, изобразила улыбку и спросила:</p><p>«Ты ведь переживаешь из-за усвоения зелья „Наслаждения“? Тебе не хватает партнёра для усвоения?»</p><p>«Ну да, но я ведь раньше говорила…» — попыталась оправдаться Франка.</p><p>Дженна перебила её:</p><p>«А как насчёт меня?»</p><p>«А?» — Франка мгновенно опешила.</p><p>Ей показалось, будто у неё возникли слуховые галлюцинации.</p><p>На чистом и утончённом лице Дженны проступила кокетливая улыбка, совсем как тогда, когда она активничала в образе Выпендрёжницы по прозвищу «Маленькая дрянь».</p><p>Она поправила прядь волос, спадавшую за ухо, и со смешком произнесла:</p><p>«Ты ведь не сказала 'Чёрной Демонессе», что мы любовники?</p><p>«Так почему же не обратиться ко мне, чтобы усвоить зелье „Наслаждения“?»</p><p>«Но, но…» — Франка совсем растерялась. — «Зачем тебе это?»</p><p>Дженна шаг за шагом приближалась к Франке, сохраняя всё ту же соблазнительную улыбку:</p><p>«Я хочу изведать наслаждение, ведь в будущем я тоже стану наслаждением.»</p><p>Приятная неожиданность нагрянула настолько внезапно, что скорее испугала. Франка пристально всматривалась в Дженну, подозревая, не подверглась ли та какому-нибудь неожиданному воздействию.</p><p>Лишь когда Дженна остановилась прямо перед ней и знакомый аромат коснулся ноздрей, Франка внезапно опомнилась и выпалила:</p><p>'Ты хочешь помочь мне?</p><p>«Ты решила помочь мне из-за того, что у меня долго нет партнёра для усвоения „Наслаждения“?»</p><p>Дженна замерла и тихонько усмехнулась:</p><p>«Это одна из причин.»</p><p>Она слегка приподняла голову, окинула взглядом лицо Франки и от чистого сердца восхитилась:</p><p>«Ты такая красивая…»</p><p>Франка ненадолго умолкла и всерьёз спросила:</p><p>«Тогда… я тебе нравлюсь?»</p><p>«Нравишься, конечно,» — Дженна ответила без малейшего колебания. В её глазах заиграли искорки, и она с лёгкой улыбкой произнесла: «Ты такая открытая, такая интересная, с прекрасным характером да ещё и обаятельная — как ты можешь мне не нравиться?»</p><p>Франка прикусила алые губы:</p><p>«А… а ты меня любишь? Любовью в романтическом смысле.»</p><p>Дженна вмиг умолкла.</p><p>Она опустила глаза, поджала губы и произнесла:</p><p>'Я не хочу тебя обманывать.</p><p>'Для меня ты — луч света, озаривший мою жизнь, принёсший надежду и тепло.</p><p>«Ты человек, которому я доверяю больше всех, мой лучший друг и самая идеальная старшая сестра в моих глазах, но я никогда не представляла и не могу представить, чтобы между нами была любовь.»</p><p>Когда Франка услышала слова «Я не хочу тебя обманывать», её сердце медленно поползло вниз, а душу охватила неописуемая боль.</p><p>Она вся похолодела.</p><p>Она подняла правую руку, едва заметно повела ей и произнесла:</p><p>«Тогда… тогда я не могу с тобой…»</p><p>«Чёрт! Да что ты за человек-то такой упрямый?» — Дженна и без того смущалась, испытывала неловкость и боролась с собой, еле сдерживаясь изо всех сил и твердя себе, что это лишь игра; но услышав отказ Франки, она наконец сорвалась: «Без любви уже и в постель лечь нельзя? Ты что, Демонесса чистой любви?»</p><p>«Я просто считаю…» — сбивчиво попыталась объяснить Франка, — «с кем-то другим я бы смогла, но с тобой — нет, я не могу принять того, что ты делаешь это из чувства самопожертвования…»</p><p>Она ещё не успела договорить, как голос прервался — её губы накрыли мягкие губы Дженны, неопытно лаская и слегка прикусывая.</p><p>Затаённые в душе давние ожидания, многомесячное воздержание, остаточная скверна Демона и воздействие зелья «Наслаждения» заставили Франку ответить на поцелуй, мягко направляя губы и язык Дженны.</p><p>Она погрузилась в это ощущение без остатка, пока Дженна не отстранилась, пытаясь перевести дыхание.</p><p>«Самопожертвование? Какое, к чёрту, самопожертвование! Хватит мяться, будто… будто невинная девица! Разве ты не шутила постоянно, что дашь мне изведать настоящее наслаждение? Ну давай же!» — Дженна с раскрасневшимися щёками и влажными глазами смотрела на Франку, запальчиво выкрикивая слова, точь-в-точь как пылкий и агрессивный львёнок.</p><p>Франку внезапно осенило: когда Дженна раньше активничала в Рыночном округе в образе «Маленькой дряни», крошечную часть этого характера она, должно быть, вовсе не играла — это было присуще ей самой.</p><p>Дженна снова прильнула к ней с поцелуем, и Франка не смогла отказать.</p><p>Наслаждаясь благоуханием, сладостью и пламенным восторгом, она в то же время печалилась от того, что всё это — лишь помощь, а не любовь.</p><p>В это мгновение у неё в голове всплыла фраза:</p><p>В страданиях находить наслаждение, в наслаждении погружаться на дно.</p></section><section><title><p>Глава 659 Выбор награды</p></title><p>Глава 659 Выбор награды</p><p>Лумиан снова увидел господина Ивелисту, жившего на восемнадцатом подземном этаже. Тот по-прежнему носил пушистую чёрную шляпу с белым пером и был облачён в многослойную чёрную мантию.</p><p>Окинув его взглядом, Лумиан уже мысленно применил «Обнаружение слабостей», выискивая на теле Ивелисты бледные следы, чтобы подготовиться к возможному покушению или внезапному нападению.</p><p>И Аврора, и император Рассел когда-то говорили: в любое время нужно сохранять настороженность по отношению к другим!</p><p>Разумеется, в этом отношении, по мнению Лумиана, они оба преуспели не слишком хорошо, иначе сейчас всё ещё были бы активны в этом мире.</p><p>В данный момент бледность на поверхности тела Ивелисты концентрировалась в основном на двух темно-карих глазах, причём выглядела немного иллюзорной, не вполне реальной.</p><p>«Это означает, что он может быстро превратиться в „Призрака“, и глаза перестанут быть слабостью?» — размышлял Лумиан, указывая на длинный диван в гостиной:</p><p>«Пойдём поболтаем туда.»</p><p>Сидевший за обеденным столом Людвиг поднял голову, несколько секунд пристально смотрел на Ивелисту, затем снова уткнулся вниз, продолжая сражаться с большим куском сочного жареного мяса.</p><p>Ивелиста слегка кивнул и бесшумными, почти невесомыми шагами прошёл в гостиную, чинно опустившись на край длинного дивана.</p><p>«Ты что, ученик начальной школы, раз так послушен…» — съязвил про себя Лумиан и заодно сосредоточился, наблюдая за Удачей Ивелисты:</p><p>Вполне обычная, ничего особенного.</p><p>В этот момент у Лумиана внезапно возникло несколько мыслей:</p><p>«„Наблюдение за Удачей“ и „Обнаружение слабостей“ — и то, и другое использует глаза для разглядывания цветов цели. Только одно сосредоточено на „фоновом цвете“, а другое улавливает различные цвета на поверхности тела. Когда я стану „Охотником за судьбами“, есть ли вероятность, что эти две способности слинкуются, мутировав во что-то ещё более особое?»</p><p>«Почему эти две способности работают только через глаза? Слепой „Жнец“ уже не сможет бить по слабостям цели? И точно так же незрячий „Аскет“ не достоин наблюдать чужую Удачу? Положиться на духовное восприятие, на уши, на нос — всё это не сработает?»</p><p>«Или же на более высоких Последовательностях это станет возможно?»</p><p>Лумиан присел в кресло по диагонали от Ивелисты и с улыбкой спросил этого молчаливого, как мертвец, и бледного, как труп, мужчину:</p><p>«У вас есть ко мне какое-то дело?»</p><p>Он говорил на интисском языке.</p><p>Ивелиста сидел с прямой спиной и, глядя глубоким взором, произнёс на древнефейсакском языке:</p><p>«Позвольте представиться: Ивелиста Эггерс, член „Фракции Воздержания“ „Школы Розы“, состоящей при Церкви „Шута“.»</p><p>Натянутые нервы Лумиана напряглись ещё сильнее, однако внешне он совершенно непринуждённо уточнил:</p><p>«Так вы и есть связной Теванако?»</p><p>Он перешёл на древнефейсакский язык.</p><p>«Нет, — Ивелиста покачал головой. — Того члена я уже устранил, ровно четверть часа назад.»</p><p>«Четверть часа назад… Когда я ещё был в Патрульной команде… Впрочем, не могу же я верить тебе на слово…» — Лумиан с наигранным любопытством спросил:</p><p>«Помнится, ещё до того, как Теванако разоблачили, вы уже прибыли в порт Пайлос. Какова была ваша первоначальная цель?»</p><p>«Отправиться в первобытные джунгли этого региона для проведения расследования. Сейчас всё ещё на начальном этапе, идёт сбор дополнительной информации, — серьёзно ответил Ивелиста. — Четыре дня назад я один раз контактировал с Теванако и получил от него кое-какие материалы. Выглядел он вполне нормально, соблюдал строжайшее воздержание.»</p><p>«И впрямь воздержанно, иначе в порту Пайлос не произошло бы второе серийное убийство лишь спустя четыре года… Расследование в первобытных джунглях, первобытные джунгли… Происшествие в городке Тизамо внешне выглядело так, будто некое племя из первобытных джунглей неожиданно совершило нападение…» — у Лумиана быстро возник ряд ассоциаций, и он с задумчивым видом произнёс Ивелисте:</p><p>«Теванако в своё время кое-что проделал в городке Тизамо, что затронуло племена в близлежащих первобытных джунглях. К тому же некоторые из его важных вещей, похоже, спрятаны именно в Тизамо, и это может иметь отношение к Демону неизвестной Последовательности из семейства Нос.»</p><p>Ивелиста молча дослушал и погрузился в раздумья.</p><p>Спустя несколько десятков секунд он сказал Лумиану:</p><p>«Благодарю за предоставление этих сведений. Для моего расследования они не обязательно окажутся полезны, но позволят знать, чего следует опасаться.»</p><p>Он не стал вдаваться в подробности своего задания, для чего явно требовалось разрешение начальства.</p><p>Лумиан без особого интереса ответил:</p><p>«Если я не расскажу сейчас, вы всё равно узнаете сегодня вечером или завтра.»</p><p>Он уже доложил обо всём мадам «Фокусник», и эта Старшая Аркана в дальнейшем наверняка подробно известит Церковь «Шута» и «Фракцию Воздержания», а не станет, как прежде, ограничиваться лишь общими чертами и указанием ключевых фигур.</p><p>Ивелиста весьма сдержанно кивнул и перешёл к другому:</p><p>'Я пришёл нанести визит, во-первых, чтобы выразить благодарность, а во-вторых, чтобы сообщить: мы уже начали проверку внутренних рядов на предмет возможных проблем и скрытых угроз.</p><p>«Кроме того, если у вас возникнут какие-либо дела в штате Матани, где потребуется помощь, смело обращайтесь ко мне.»</p><p>«Хорошо.» — Лумиан никогда не отличался излишней церемонностью.</p><p>Закончив с важными делами, он с живым интересом спросил у Ивелисты:</p><p>«Почему, представляясь, вы добавляете приставку „Школа Розы“? Вы ведь уже вышли из „Школы Розы“ и примкнули к Церкви „Шута“. Только что это прозвучало так, будто „Школа Розы“ подчиняется Церкви „Шута“.»</p><p>«Таково было особое требование нашего лидера. Он неуклонно считает, что именно мы являемся ортодоксальной „Школой Розы“ и именно мы представляем „Школу Розы“, и что это предатели должны сменить название своей организации, а не мы.» — подробно объяснил Ивелиста.</p><p>«Звучит как-то одержимо… Разве вы не „Фракция Воздержания“? Разве вы не сдерживаете эмоции и желания такого рода? Хм, Последовательность 5 — это „Призрак“, она близка к злым духам, а у злых духов есть свойственная им одержимая и крайностная черта. Это проявляется у высоких Последовательностей соответствующего Пути „Фракции Воздержания“?» — Лумиан понимал это не до конца и попытался сделать некоторые умозаключения на основе имеющейся информации.</p><p>Сам он просто болтал и не намеревался расспрашивать об этом дальше, поэтому сменил тему:</p><p>«Нося фамилию Эггерс, вы ведёте род от императорской династии империи Балам?»</p><p>«Да, — всё так же сдерживая проявление собственных эмоций, с некоторой гордостью ответил Ивелиста. — А по линии матери я принадлежу к знати королевства Хайленд.»</p><p>Для многих жителей Южного континента фамилия Эггерс несказанно почитаема — это доказательство того, что божество ходило по земле, это наместники бога Смерти, правившего этим миром.</p><p>Лумиана куда больше интересовало другое:</p><p>«Я слышал, у высшей знати империи Балам гробницы возводились вглубь земли в перевёрнутом виде, прямо как этот отель. Имеет ли это какой-то оккультный смысл или делалось исключительно ради близости к смерти? Но почему смерть должна находиться под землёй? Подземное царство должно располагаться где-то в мире духов.»</p><p>Именно такой вопрос возник у Лумиана, когда он узнал о соответствующем положении дел.</p><p>Оккультными знаниями в этой области он пока владел не так уж хорошо.</p><p>Ивелиста подумал несколько секунд и произнёс:</p><p>«Я не выбирал Путь 'Смерти», поэтому не знаю точной причины. Мне известно лишь то, что подобный способ строительства уходит корнями в глубокую древность, восходя к предку всех Эггерсов — божеству, повелевавшему смертью.</p><p>'Он был сам по себе концептом смерти, и подражать ему означало приближаться к истоку смерти.</p><p>'Это то оккультное объяснение, которое я признаю больше всего. Однако за все эти годы я слышал и множество других толкований:</p><p>'Некоторые считают, что смерть и жизнь — это две противоположные оккультные концепции. И раз уж при жизни мы стоим ногами на земле, растём вверх и передвигаемся в прямом положении, то после смерти следует хоронить головой вниз, в перевёрнутом виде, дабы подчеркнуть противоречие и связь между смертью и жизнью.</p><p>«Другие же полагают, что истинный ад находится не в мире духов и не в Подземном царстве, а в самых глубоких недрах земли. Стоит нам непрерывно уходить вниз, непрерывно углубляться, и настанет день, когда мы сможем прикоснуться к настоящему аду и вернуться к истокам смерти. Поэтому необходимо возводить гробницы вниз, в перевёрнутом виде, отражая наше намерение обращаться головой к аду, поклоняться смерти и возвращаться к истокам — в этом и заключается оккультный смысл и символизм.»</p><p>Некоторая часть Потусторонних Пути «Смерти» не особо-то признаёт Подземное царство… Прорываясь в глубокие недра земли, можно найти настоящий ад? Ха-ха, неужели никто не говорил вам, что мир, в котором мы живём, по своей сути является планетой, и такое углубление приведёт лишь к подземной магме и ядру планеты? Они думают, что это и есть настоящий ад? Если продолжать прорываться дальше, можно преодолеть ядро и магму, но тогда выйдешь на противоположную сторону планеты, что тем более не может быть настоящим адом… Лумиан находил всё это довольно забавным.</p><p>Внезапно он немного опешил:</p><p>Что находится на другой стороне планеты?</p><p>Мне известны лишь Северный и Южный континенты. Судя по изменению часовых поясов, они находятся примерно на одной стороне…</p><p>Если этот мир действительно является планетой, у него обязательно должна быть противоположная сторона. Но о существовании там какого-либо континента ничего не слышно… Там сплошной океан?</p><p>Постойте, та огромная братия из Нового Города Серебра пришла из некоей «Земли, покинутой богами»… На континенте с другой стороны планеты возникли проблемы, и он был оставлен богами, отчего и назван «Землей, покинутой богами»?</p><p>Если в будущем представится случай, стоит снова побывать в Новом Городе Серебра и полистать в библиотеке книги, связанные с «Землей, покинутой богами»…</p><p>Лумиан отвлёкся от размышлений, ещё немного поболтал с Ивелистой, а затем проводил этого потомка бывшей императорской династии империи Балам и члена «Фракции Воздержания», дав ему покинуть этот этаж.</p><p>Вскоре после возвращения в комнату Посланница-«кукла» доставила ответное письмо от мадам «Фокусник»:</p><p>'Сведения, добытые тобой на этот раз, и сделанные догадки чрезвычайно ценны. Неудивительно, что моё духовное откровение подсказывало отправить тебя в Новый Город Серебра после дела с Демоном на Острове Гант.</p><p>'Если оглянуться назад, твоя встреча с Наборедесли выглядит несколько совпавшей с обстоятельствами, из-за чего ты по цепочке зацепок отправился на Остров Гант. Хм, думается, ты понимаешь, что я имею в виду?</p><p>'Подобное положение дел вызывает у меня одновременно и облегчение, и ещё большую настороженность со страхом. Когда Эта Сущность стоит на одной с нами стороне, эти детали выглядят столь прекрасно и способны сыграть огромную роль. Однако Оно не может всегда находиться на нашей стороне, и когда наши цели войдут в противоречие, я даже боюсь представить, с чем нам придётся столкнуться — как тебе, так и мне.</p><p>«Поэтому 'Охотникам» приходится больше полагаться на себя, вырастая среди крови и огня, хаоса и раздоров. Множество Охотников погибает ради того, чтобы их кости вымостили путь для «Красного Жреца», покоряющего всё сущее.</p><p>'Мы уже начали внутреннюю проверку. Затронуто огромное количество людей, так что на завершение потребуется немало времени. А за твой вклад, помимо создания запечатанного артефакта из той Потусторонней характеристики, ты можешь выбрать одну награду из двух. Выбирай сам:</p><p>«Первое: рецепт зелья Последовательности 4 Пути „Охотника“ — „Железнокровный Рыцарь“; второе: я помогу тебе выгадать зацепки касательно остальных частей тела „Гноящейся отсеченной руки“.»</p></section><section><title><p>Глава 660 Городок Тизамо</p></title><p>Глава 660 Городок Тизамо</p><p>Глядя на два варианта, предложенных госпожой «Фокусник», Лумиан погрузился в раздумья.</p><p>И то, и другое было великолепной наградой!</p><p>Ведь 4-я Последовательность — это рубеж качественного перерождения Потустороннего, с которого тот обретает божественность и превращается в полубога. Подавляющее большинство Потусторонних никогда не получает шанса прикоснуться к этому уровню, и речь идет не только о том, чтобы стать полубогом, но и о том, чтобы получить или хотя бы своими глазами увидеть нечто подобное.</p><p>Рецепт зелья 4-й Последовательности в большинстве случаев невозможно купить ни за какие деньги!</p><p>К тому же это был рецепт зелья 4-й Последовательности того самого Пути, к которому принадлежал сам Лумиан.</p><p>Что же касалось награды в виде помощи с гаданием о зацепках на остальные части тела «гноящейся отсеченной руки», то она означала обетование и помощь от самого ангела. Обычные Потусторонние о подобном не то что не могли мечтать — они даже не слыхивали о таком, и способны были лишь читать в священных писаниях великих Церквей истории о том, как некий ангел с позволения Господа откликнулся на молитву некоего верующего.</p><p>Кроме того, Лумиану и в самом деле требовалось решить эту проблему.</p><p>Став «Жнецом» 5-й Последовательности, он обязан был внести поиск остальных частей тела «гноящейся отсеченной руки» в свой список первоочередных дел. Иначе, если у него появится рецепт, найдутся ингредиенты, завершится усвоение, будет подготовлен ритуал и возникнет смертельная опасность, а он из-за неисполненного обещания окажется скован связывающей клятвой и не сможет вовремя продвинуться до полубога — у него даже не останется возможности пожалеть об этом.</p><p>А рассчитывая только на собственные поиски, Лумиан сейчас, можно сказать, совершенно не имел зацепок. Единственным решением, пришедшим ему в голову, было подражание заклинанию призыва «гноящейся отсеченной руки» для создания новой серии заклинаний, чтобы проверить, получится ли призвать ноги, руки, туловище или голову этого существа из мира духов.</p><p>Но это была чрезвычайно опасная попытка. Ещё во сне, принимая наставления сестры, Лумиан усвоил: когда указание заклинания призыва недостаточно точное и нет возможности добавить ограничения, никто не знает, кто именно явится на призыв. Не исключено, что это окажется исполненное злобы существо мира духов уровня полубога, которое прямо на месте уничтожит призывателя.</p><p>— Указать же точно не удавалось потому, что Лумиан пока понятия не имел, насколько сильно раздроблены остальные части тела «гноящейся отсеченной руки»: возможно, это было сравнительно целое туловище, которому не хватало лишь одной кисти, а возможно — куча обломков размером с арахис, из-за чего составить точное описание не представлялось возможным и оставалось лишь пробовать раз за разом, постепенно сужая круг поиска, что по сути являлось экспериментом ценою в собственную жизнь.</p><p>Что еще важнее, Лумиан уже от корки до корки пролистал свод сведений об обычных существах мира духов, ранее переданный госпожой «Фокусник», но так и не обнаружил ничего, что напоминало бы остальные части тела «гноящейся отсеченной руки».</p><p>Рецепт зелья 4-й Последовательности «Железнокровный Рыцарь» Лумиан хотел получить, но и зацепки касательно остальных частей тела «гноящейся отсеченной руки» ему тоже были необходимы.</p><p>Именно поэтому он погрузился в глубокие раздумья, будучи не в силах сделать выбор.</p><p>Он даже раздумывал, не применить ли «Телепортацию», чтобы вернуться в Трир и попросить Франку или Дженну погадать ему, дабы узнать, какую подсказку даст духовность.</p><p>Мысли пронеслись с молниеносной скоростью, и Лумиан принял решение:</p><p>Выбрать второй вариант!</p><p>Причиной тому стало воспоминание об одном деле: награда, ранее полученная от господина «Повешенного», все еще не была реализована, а это была возможность исследовать «Мстителя Синих Глубин» — Корабль-призрак, являвшийся наследием империи Тюдоров.</p><p>Принимая во внимание, что «Кровавый Император» Алиста Тюдор был прежним истинным богом Пути «Охотника», полубезумным «Красным Жрецом», вполне можно было рассчитывать на то, что среди наследия империи Тюдоров найдется рецепт зелья 4-й Последовательности Пути «Охотника», а возможно, даже Потусторонние материалы и характеристики.</p><p>Лумиан тут же сел за стол, написал ответное письмо госпоже «Фокусник», в котором изложил свое решение, а также уведомил ее о том, что затем собирается отправиться в городок Тизамо, чтобы расследовать наследие «Сисо».</p><p>…………</p><p>В четыре часа дня Камю Кастия из Патрульной команды в сопровождении троих темнокожих уроженцев Южного континента постучал в дверь люкса № 7 на третьем подземном этаже отеля «Орелла».</p><p>— Все они родом из городка Тизамо, родились и выросли там, и только достигнув совершеннолетия, прибыли в порт Пайлос в поисках возможностей, — представил двух мужчин и женщину Камю на интисском языке. — Один — поставщик ягод «Гуадаль», второй женился на местной жительнице, и оба они работают в порту, а третий опустился до воровства.</p><p>Один достаточно богатый купец, один портовый грузчик и один вор — как раз охватывают три разных социальных слоя, к тому же среди них есть и мужчины, и женщина… Это позволит мне наиболее полно и всесторонне составить представление о положении дел в городке Тизамо… А Камю знает свое дело, нерядовой специалист, недаром бывший «Шериф»… — Лумиан слегка кивнул и на довольно ломаном дутанском языке произнес, обращаясь к троице опрашиваемых:</p><p>— Я этнограф и в скором времени отправляюсь в городок Тизамо. Перед поездкой мне хотелось бы побольше узнать об этом месте. Мой дутанский пока оставляет желать лучшего, поэтому господин Камю поможет с переводом.</p><p>— Мы слушаемся господина офицера Камю, — расплылся в улыбке самый старший из них, купец, а двое других поспешно закивали в знак согласия.</p><p>Лумиан повернулся к Лугано и произнес:</p><p>— Я сначала отведу одного в хозяйскую спальню для беседы, а остальных двоих поручаю тебе.</p><p>— Хорошо, — поспешно подскочил Лугано.</p><p>В хозяйской спальне Лумиан вежливо предложил купцу присесть на стул с высокой спинкой, сам отступил к краю кровати и спросил на интисском языке:</p><p>— Что в основном производят в городке Тизамо?</p><p>Помогавший с переводом Камю на мгновение растерялся:</p><p>Неужели Луи Бери и впрямь собрался в городок Тизамо на отдых?</p><p>Он ведь очевидно идет по следам Тэванако!</p><p>Приняв осанку «Дознавателя», Камю свысока оглядел сидящего на стуле купца и перевел ему слова Лумиана.</p><p>Купец трепетно и испуганно ответил:</p><p>— Господин офицер, в основном мы выращиваем ягоды «Гуадаль», специи и тропические фрукты. Вокруг расположено несколько плантаций, мы часто ходим в джунгли на охоту, торгуем мясом и шкурами, а еще рубим деревья и делаем гробы.</p><p>— И… и это все, остальное — так, сажаем немного кукурузы да картофеля для собственного пропитания…</p><p>Выслушав ответ сам и сверив его с переводом Камю, Лумиан подкорректировал свое понимание дутанского языка.</p><p>Он перешел к непринужденной беседе, расспрашивая обо всем подряд: от любимой еды жителей Тизамо и их доходов до повседневных развлечений.</p><p>На основе ответов купца в его сознании постепенно сложился первичный образ городка Тизамо:</p><p>Большую часть населения здесь составляли местные жители, а чужаками являлись лишь владельцы окрестных плантаций да купленные ими неизвестно где рабы. Благодаря же оказанию услуг по организации охоты для господ из порта Пайлос, городок Тизамо не был изолированным или чересчур консервативным и имел представление о многих событиях во внешнем мире.</p><p>Вера в бога Смерти в городке Тизамо была искоренена, и в основном горожане теперь веровали в «Вечное Пылающее Солнце». Однако в их повседневной жизни вера в бога Смерти всё ещё оставляла довольно заметные следы: например, частые посещения кладбищ, например, невозможность похоронить рано умерших детей в гробу, необходимость для каждого взрослого заранее приготовить гроб для самого себя, а также, например, то, что самым желанным способом путешествия считалась поездка лёжа в гробу.</p><p>С большим интересом обсудив эту часть, Лумиан перешел к следующему вопросу:</p><p>«Ты знаешь Тэванако Тупиана?»</p><p>Наконец-то перешли к ключевой части… — тихонько вздохнул Камю и передал вопрос купцу.</p><p>На лице купца расцвела явная улыбка:</p><p>'Знаю!</p><p>«Он очень знаменит у нас в городке.»</p><p>«Почему?» — проявив инициативу, спросил Камю.</p><p>Купец с подобострастной улыбкой ответил:</p><p>«Господин офицер, он, должно быть, ваш коллега. Он был первым человеком из городка Тизамо, вступившим в Патрульную команду, и поднимался всё выше и выше по службе, став нашей гордостью.»</p><p>Лумиан ухмыльнулся:</p><p>«Мне очень любопытно, каким человеком Тэванако был раньше.»</p><p>Выражение лица купца слегка изменилось, он огляделся по сторонам и произнес:</p><p>«Господа офицеры, а разве Тэванако совершил какое-то преступление? Неужели он примкнул к организациям, почитающим „бога Смерти“?»</p><p>А он смышленый… — пробормотал Лумиан, пока Камю с угрозой в голосе гаркнул:</p><p>«Это мы спрашиваем тебя или ты спрашиваешь нас⁈ Отвечай честно!»</p><p>Оказавшись под ментальным давлением «Дознавателя», темнокожий купец задрожал и ответил:</p><p>«Я с давних пор знал, что этот юноша Тэванако в будущем непременно добьется великих успехов, но в то же время прекрасно понимал, что в один прекрасный день он ступит на путь кощунства перед божествами.»</p><p>Заметив, что Камю и Лумиан смотрят на него в ожидании продолжения, купец собрался с мыслями и выговорил:</p><p>«В семье Тэванако однажды случился пожар, все его родные погибли, и только он один остался в живых. В наших… в наших обычаях это считается проявлением милости божества, даровавшим ему спасение от смерти. А подобные люди всегда совершают великие дела.»</p><p>Под милостью божества здесь подразумевается «бог Смерти»? То, что «бог Смерти» не забрал его, означает обретение его благоволения? — с задумчивым видом Лумиан перебил купца:</p><p>«Пожар произошел более шести лет назад?»</p><p>«Откуда вы знаете?» — сначала опешил купец, но тут же хлопнул себя по лбу: — «Я и вправду глуп, вы наверняка провели расследование заранее.»</p><p>Похоже, именно из-за того пожара Тэванако воскрес и превратился в «Сисо»… — кивнул Лумиан:</p><p>«Продолжай.»</p><p>Купец, предавшись воспоминаниям, продолжил:</p><p>'С тех пор Тэванако стал молчаливым, словно пережил сильный испуг, и больше не ходил на мессы, перестал переступать порог храма Божьего.</p><p>«А потом он покинул Тизамо и отправился в порт Пайлос.»</p><p>Тэванако вел себя настолько аномально, неужели он не боялся расследования, раз даже не пытался притворяться верующим? «Сисо» тогда уже стал Потусторонним Пути «Дьявола» и физически не мог посещать мессы Церкви «Вечного Пылающего Солнца»? Откуда он получил свое первое зелье? — выслушав перевод Камю, задумчиво спросил Лумиан:</p><p>«Часто ли Тэванако возвращался в городок Тизамо?»</p><p>«Он каждый год возвращался в Тизамо, а вот сколько именно раз и как долго оставался, я не слишком знаю,» — честно ответил купец.</p><p>«Когда он возвращался в городок Тизамо, где он останавливался?» — продолжил расспросы Лумиан.</p><p>Купец без малейшего промедления ответил:</p><p>«Жил у себя дома. Когда он вступил в Патрульную команду и разбогател, он заново отстроил сгоревший дом.»</p><p>Отстроил дом, уничтоженный тем пожаром… — размышлял несколько секунд Лумиан, а затем спросил:</p><p>«Есть ли в городке Тизамо какие-нибудь особые народные праздники?»</p></section><section><title><p>Глава 661 Сокровенное желание</p></title><p>Глава 661 Сокровенное желание</p><p>Торговец с некоторой настороженностью ответил на пересказ Камю:</p><p>«Господин офицер, у нас правда нет никаких особых народных праздников. Мы празднуем всего два праздника в году: один — „Празднество Солнца“ в декабре, а другой — „Праздник Нового Солнца“ в июне.»</p><p>«Празднество Солнца» — это фиксированный праздничный день Церкви «Вечного Пылающего Солнца», приходящийся на самый длинный день в году, когда в полуденный час солнце поднимается на наивысшую высоту.</p><p>На Северном континенте это середина или конец июня, а на Южном континенте из-за смены времен года праздник проводится лишь в середине-конце декабря.</p><p>«Праздник Нового Солнца» же принадлежит к праздникам, созданным самими верующими «Вечного Пылающего Солнца» на Южном континенте. Они устраивают торжество в самое темное и короткое время года, встречая возвращение солнца и ожидая все большего количества света и все более теплой погоды.</p><p>Это совпадает с Новым годом во многих местах Южного континента, и оба праздника постепенно слились воедино.</p><p>Смысл слов торговца заключался в том, что жители городка Тизамо теперь отмечают только праздники, связанные с «Вечным Пылающим Солнцем», и отказались от следования за «богом Смерти».</p><p>Подумав, он добавил:</p><p>«Так было уже очень давно, так было еще тогда, когда родился мой дедушка.»</p><p>Штат Матани, особенно порт Пайлос и золотодобывающий город Девис, стал колонией Интиса почти сотню лет назад. Туземцы еще несколько поколений назад были вынуждены сменить веру и стать последователями «Вечного Пылающего Солнца» — конечно, это ограничивалось лишь теми районами, которыми первоначальные колониальные структуры могли эффективно управлять.</p><p>Одно из впечатлений, сложившихся у Люмиана по прибытии в порт Пайлос, было следующим:</p><p>На пристани и в центральной части города здесь почти нет отличий от портовых городов самого Интиса, разве что у занятых работой людей цвет кожи темнее и бронзовее; а кварталы, где появлялись интисцы и фейнапотцы, менее людны, тихи и чисты. Но стоило миновать отель «Орелла» и повернуть в другие районы порта Пайлос, как перед глазами сразу вырастали самые разные здания с характерными чертами Западного Балама, прохожие становились шумными и многочисленными, а повсюду разносилась дутанская речь.</p><p>Люмиан расспросил еще о нескольких деталях, косвенно подтвердивших слова торговца, а «Дознаватель» Камю также не заметил никаких признаков лжи со стороны собеседника.</p><p>«Какие вещи с самого детства произвели на тебя глубокое впечатление и всплывают в памяти до сих пор?» — сменил тему Люмиан.</p><p>Торговец вспомнил и произнес:</p><p>'Пышные похороны… Гроб за гробом, совсем свежие…</p><p>'Дикие племена, с которыми у нас каждый год происходили стычки… И душераздирающие крики, что порой раздавались по ночам из-за них…</p><p>«Трудолюбивые, мирные и воспитанные люди вокруг… Мы могли сердиться, могли гневаться, но не устраивали ссор на месте, не кричали во весь голос, а предпочитали обращаться к священнику, к офицеру полиции, к судье, чтобы те рассудили, кто прав, а кто виноват…»</p><p>Камю, переведя слова торговца Люмиану, добавил пару собственных замечаний:</p><p>'Это и вправду так. Я бывал в городке Тизамо. Люди там очень… очень покорны. Даже когда к ним относятся несправедливо, они редко оказывают бурное сопротивление. Владельцы окрестных плантаций очень любят нанимать их, благодаря чему сократили расходы на покупку рабов.</p><p>«Разумеется, дело не в том, что у них нет чувств или они не способны на протест, — просто они склонны соблюдать порядок и решать вопросы через официальные инстанции. Это… это ведь можно считать образцовыми верующими „Вечного Пылающего Солнца“?»</p><p>В Почетном имени «Вечного Пылающего Солнца» есть описание «Воплощение порядка».</p><p>— Будучи членом побочной ветви королевской династии Фейнапота, Камю, без сомнения, верил в «Матерь-Землю», и при этом знал, что Луи Бери родом из Республики Интис, а значит, с высокой вероятностью является верующим «Вечного Пылающего Солнца».</p><p>Люмиан поднялся, улыбаясь развел руки в стороны:</p><p>«Восславься Солнце!»</p><p>«Восславься Солнце!» — торговец поспешно повторил тот же жест.</p><p>Люмиан снова сел и, подумав пару секунд, спросил:</p><p>«Снились ли тебе какие-нибудь странные сны?»</p><p>Торговец сначала кивнул, а затем покачал головой:</p><p>«Слишком много, но сейчас я уже все забыл. Неужели вам не снятся странные сны?»</p><p>И то правда. Сны не поддаются контролю собственного сознания: иногда они отражают откровения, полученные духовностью, иногда служат проявлением накопленных желаний, иногда возникают под впечатлением от дневных событий, а иногда объединяют всё это вместе — самые разнообразные и непредсказуемые сценарии… Мне и самому часто снятся странные сны, а когда я находился под воздействием осквернения Демона, они были еще более странными и гипертрофированными… Люмиан посчитал, что в ответе торговца нет ничего подозрительного.</p><p>Вот если бы собеседник сумел точно описать какой-то конкретный странный сон, он, наоборот, заподозрил бы неладное:</p><p>это означало бы либо то, что сон был чересчур аномальным, глубоко запечатлевшимся в памяти и незабываемым, либо то, что с самим торговцем что-то не так и он пришел уже подготовленным.</p><p>Поговорив еще о кое-каких обстоятельствах, Люмиан проводил торговца из хозяйской спальни.</p><p>Ответы двух других жителей Тизамо мало чем отличались от слов торговца: они лишь добавили то, что могли знать исходя из своего социального положения, и рассказали о происшествиях, характерных для них самих.</p><p>Люмиан так и не обнаружил никаких следов «Праздника снов».</p><p>«Если 'Праздник снов» действительно связан с городком Тизамо, остается лишь одна возможность: засыпая, горожане попадают в мир снов, весело отмечают праздник, а проснувшись, полностью все забывают…</p><p>«Нет, есть и другой вариант: розыгрыш Сисо в городке Тизамо включает в себя два лагеря — жителей Тизамо и дикое племя из окрестных джунглей. Не может ли 'Праздник снов» быть праздником этого дикого племени?</p><p>«Розыгрыш Сисо повлиял на этот „Праздник снов“, что и привело к внезапному нападению дикого племени на городок Тизамо, вызвав немалые жертвы и разрушения, а заодно сокрыв следы, оставшиеся от ритуала его продвижения к „Апостолу Желаний“?» — с такими мыслями Люмиан проводил Камю и троих жителей Тизамо до дверей.</p><p>Вернувшись в хозяйскую спальню, он встал перед письменным столом, пристально вглядываясь в каменную стену перед собой. Его глаза мерцали — он чувствовал одновременно и надежду, и тревогу.</p><p>Его выбор остаться на Южном континенте и добровольно устремиться за наследием Сисо действительно диктовался желанием вырасти среди крови и огня, хаоса и раздоров, найти больше возможностей для отыгрыша и постараться как можно скорее открыть «врата божественности», продвинувшись к Последовательности 4.</p><p>А причиной, по которой он так нетерпеливо спешил, было то, что:</p><p>он увидел малейшую надежду на воскрешение сестры!</p><p>Состояние Наборедесли на острове Гант дало ему эту хрупкую надежду!</p><p>Эта надежда заключалась в том, что высокопоставленные лица Церкви «Матери-Земли» с высокой долей вероятности способны разделять чужую душу и позволять каждому фрагменту души путем Новорождения вырастать в относительно самостоятельную личность.</p><p>А в теле Люмиана как раз был запечатан фрагмент души Авроры.</p><p>Возможно, высокопоставленные лица Церкви «Матери-Земли» смогут использовать этот один или несколько фрагментов души, чтобы Аврора вернулась к жизни через Новорождение!</p><p>Люмиан не знал, осуществимо ли подобное допущение и станет ли это «воскрешением» в полном смысле слова, но это уже был самый многообещающий способ из всех, с какими он сталкивался до сих пор, и он был готов испробовать его любой ценой.</p><p>Разумеется, он не мог сразу же попробовать на фрагменте души Авроры. Он намеревался в ходе будущей жатвы намеренно создать несколько фрагментов души, а затем обратиться за помощью к Церкви «Матери-Земли», чтобы проверить, возможна ли процедура Новорождения и будет ли вернувшийся в результате Новорождения человек тем же самым.</p><p>И только когда все детали будут окончательно подтверждены, приступить к воскрешению Авроры.</p><p>А для того чтобы сотрудничать с Церковью «Матери-Земли» на подобном уровне, Люмиан чувствовал, что прямо сейчас у него нет подходящего статуса. Только став полубогом и опираясь на такую тайную организацию, как «Клуб Таро», он сможет привлечь внимание Церкви «Матери-Земли» и обладать возможностью выполнить условия сделки, предложенные другой стороной.</p><p>Именно поэтому Люмиан нетерпеливо жаждал обрести божественность и продвинуться к Последовательности 4.</p><p>Иногда Люмиану безумно хотелось, чтобы сестра тоже была благословенной того Небесного Достопочтенного, да еще и унаследовала тот древний замок — тогда бы она могла воскреснуть предельно просто.</p><p>«Хм, чтобы извлечь фрагмент души Авроры, нужно снять печать господина „Шута“; чтобы снять печать господина „Шута“, необходимо дождаться, пока Термиборос станет чрезвычайно слаб; а чтобы Термиборос стал чрезвычайно слаб, мне нужно непрерывно извлекать Его силу, силу более высокого уровня; но чтобы выдержать дарованную силу более высокого уровня, я сам должен обладать божественностью и шаг за шагом повышать свой статус…» — ход мыслей Люмиана постепенно прояснялся, и он как никогда прежде воспылал жаждой продвижения.</p><p>…………</p><p>Трир, Район Пантеона, улица Оросе, 9, квартира 702.</p><p>Франка, укрывшись бархатным одеялом, полулежала на кровати, на ее щеках все еще играл румянец, глаза блестели водянистым светом, а выражение лица было необычайно сложным.</p><p>Дженна лежала рядом с ней под тем же бархатным одеялом и уже крепко спала. На ее лице мешались усталость, удовлетворение, отторжение и привязанность, а выпростанные руки и обнаженная белоснежная кожа все еще сохраняли не сошедший румянец.</p><p>Франка пристально смотрела на такую Дженну и вдруг тихонько, печально вздохнула.</p><p>Только что испытанные ощущения были еще прекраснее, чем она себе представляла, однако в ее сердце будто образовалась брешь, словно чего-то не хватало.</p><p>Сейчас все прекрасно, но что будет, когда процесс усвоения зелья «Удовольствия» завершится?</p><p>Случится ли так, что телесное переплетение и душевное отчуждение произойдут одновременно?</p><p>После вершины удовольствия настанет ли печаль, настанет ли боль погружения в пучину, из которой не хочется спасаться?</p><p>Эх… — Франка снова тихо вздохнула.</p><p>Она почувствовала, что ее зелье «Удовольствие» разом усвоилось на большую величину.</p><p>…………</p><p>Штат Матани, порт Пайлос.</p><p>Выпив стакан напитка «Гуадаль», Люмиан поднял голову и тоном, каким обычно говорят о сегодняшней погоде, произнес, обращаясь к Лугано:</p><p>'Сегодня нужно отправиться в городок Тизамо. Ты поедешь со мной и Людвигом или останешься здесь ждать нас?</p><p>«Заранее скажу: дела в городке Тизамо могут быть очень опасными.»</p><p>Очень опасными… — Лугано подсознательно хотел сказать, что подождет в порту Пайлос, но затем вспомнил о происшествии, связанном со священником Монсерратом.</p><p>Он сцепил зубы и произнес:</p><p>«Я поеду с вами.»</p><p>Столкнувшись с опасностью в городке Тизамо, можно хотя бы рассчитывать, что Босс придет на помощь, а если столкнешься с опасностью здесь, придется полагаться только на себя!</p><p>Люмиан слегка кивнул и больше ничего не сказал.</p><p>Сдав номер и выйдя на улицу, он усмехнулся и сказал Лугано и Людвигу:</p><p>«Поедем в Тизамо в гробах или на карете?»</p><p>Не успели Лугано и Людвиг ответить, как из тени деревьев выехала четырехколесная четырехместная карета.</p><p>Управлял каретой молодой мужчина, который с опущенной головой не смел взглянуть в сторону.</p><p>Карета остановилась, из экипажа вышел Камю Кастия и с довольно натянутой улыбкой сказал Люмиану:</p><p>«Спасибо тебе за помощь в эти дни. Давайте я отвезу вас в городок Тизамо.»</p></section><section><title><p>Глава 662 Бедный «Монстр»</p></title><p>Глава 662 Бедный «Монстр»</p><p>Заметив выражение лица Камю, словно того под дулом пистолета заставляли делать нечто нежелательное, Люмиан ничуть не смутился и с улыбкой ответил:</p><p>«Хорошо.»</p><p>Ему и без глубоких размышлений было понятно: руководство Патрульной команды или даже сам генерал Куэрариль опасались оставлять Луи Бери без присмотра на своей территории. К тому же городок Тизамо находился возле первобытных джунглей и был тесно связан с «Апостолом Желаний» 5-й Последовательности, поэтому они и прислали двух членов Патрульной команды, имевших определенные отношения с Луи Бери. Даже если те не смогут предотвратить случайность, то хотя бы успеют передать информацию до того, как эта случайность перерастет в катастрофу.</p><p>Что касается того, почему Луи Бери не запретили напрямую отправляться в городок Тизамо, то тому было две причины. Во-первых, сдавая голову Теванако, Люмиан намекнул, какая именно сила стоит за его спиной, а поскольку принципиальных противоречий между ними не было, генерал Куэрариль вряд ли стал бы создавать ему трудности. Во-вторых, хотя расследования и авантюры Луи Бери, казалось, приносили беды, на самом деле они вскрывали скрытые угрозы раньше времени. Если бы эти проблемы оставались скрытыми и продолжали развиваться, то через год-два сил штата Матани и генерала Куэрариля могло бы уже не хватить, чтобы с ними справиться, и тогда кровь полилась бы рекой.</p><p>Кучером выступал Колобо. Он смотрел строго перед собой, выудил темные очки и водрузил их себе на переносицу.</p><p>На его теле уже не было видно следов ранений.</p><p>Камю, придерживая открытую дверцу кареты, увидал, как Луи Бери ведет за руку маленького мальчика, поднимаясь в экипаж.</p><p>«Он тоже едет в Тизамо?» — Камю был немного удивлен.</p><p>Он знал, что Луи Бери прибыл в порт Пайлос со слугой и крестником, и полагал, что великий авантюрист оставит эти две обузы в отеле «Орелла» и воссоединится с ними только после решения проблем в городке Тизамо. Кто же мог подумать, что тот действительно собирается тащить столь малого ребенка с собой в городок Тизамо.</p><p>Но ведь это явно не туристическая поездка, это очень опасно!</p><p>Люмиан оттолкнулся левой ногой от земли, поставил правую на подножку экипажа и с улыбкой сказал:</p><p>«Мой крестник очень интересуется тропическими фруктами, подстреленной необычной дичью и всяческими специями.»</p><p>Ранее, когда те трое жителей Тизамо рассказывали об особенностях своей родины, они упоминали, что жареное мясо там восхитительное — сочетание разных приправ и уникальный вкус мяса некоторых лесных зверей создавали неповторимое блюдо в стиле городка Тизамо.</p><p>Словно подыгрывая Люмиану, уже сидевший в карете Людвиг с громким сглатыванием сглотнул слюну.</p><p>Неужели он действительно не боится, что крестник попадет в опасность? Настолько уверен в себе? Камю не стал расспрашивать дальше и взглядом подал знак Лугано поскорее подниматься.</p><p>Лугано бросил взгляд на странного кучера в черных очках, который, казалось, дрожал, шагнул в карету и сел напротив Люмиана и Людвига.</p><p>Камю закрыл дверцу кареты, обошел ее, сел рядом с Колобо и со вздохом произнес:</p><p>«Можешь снять темные очки, тяжело же тебе пришлось.»</p><p>«Д-д-д.» — Колобо словно подставили под поток ледяного воздуха, его зубы беспрестанно стучали, а сам он задрожал еще сильнее.</p><p>Камю повернул голову и изумленно посмотрел на него:</p><p>«Ты ведь уже совершал сделку с Луи Бери лицом к лицу, чего ты до сих пор так боишься?»</p><p>Ты ведь даже не смотришь на него напрямую!</p><p>«Д-д-д.» — Колобо снял темные очки, и ему потребовалось больше десяти секунд, чтобы немного прийти в себя.</p><p>Понизив голос, с полным страха лицом он произнес:</p><p>'Мне кажется, что мои пальцы съели, мои руки съели, мои внутренности съели, мою голову съели…</p><p>«Тот, тот…»</p><p>«Тот кто?» — Камю не совсем понимал, почему у «Монстра» возникли столь непривычные ощущения, но осознавал, что проблема может быть немаленькой.</p><p>Колобо сглотнул слюну и сказал:</p><p>'Тот, тот ребенок, то-тоже очень опасен!</p><p>«Я, я хоть и не видел его, но у меня такое чувство, будто я хожу перед львом, тигром, гигантским питоном и меня в любой момент могут съесть.»</p><p>«……» — Камю сначала обомлел, а затем издал звук «ссс».</p><p>До сих пор существовали лишь три человека, на которых Колобо не смел смотреть напрямую и рядом с которыми ощущал сильнейшую опасность: один — «Апостол Желаний» Теванако, обладавший силой «Призрака», другой — Луи Бери, способный загнать и убить Теванако. Неужели этот маленький мальчик мог стоять в одном ряду с ними?</p><p>Он, он тоже Потусторонний, да еще и достигший 5-й Последовательности?</p><p>Нет, дело не просто в 5-й Последовательности. Капитан их Патрульной команды тоже 5-й Последовательности, но Колобо никогда не говорил, что на него нельзя смотреть напрямую или что рядом с ним возникает предчувствие опасности.</p><p>В этих троих с необходимостью кроется нечто особенное!</p><p>Но как бы то ни было, этот малец совершенно точно необычен и чрезвычайно опасен!</p><p>Неудивительно, что Луи Бери нисколько не переживает и берет крестника в городок Тизамо. Возможно, его крестник еще опаснее, чем он сам… Камю уяснил причину своего недавнего недоумения и, сдержав любопытство, не стал расспрашивать Колобо о подробностях.</p><p>Находясь в одной четырехколесной четырехместной карете, пусть даже разделенные стенкой, их шепотом произносимый разговор вряд ли мог укрыться от ушей Луи Бери!</p><p>— Сопоставив сведения, переданные с Туманного моря, Камю обоснованно подозревал, что Луи Бери относится к 5-й Последовательности пути «Охотника», а Потусторонние этого пути славятся выдающимся зрением, острым обонянием и превосходным слухом.</p><p>«Потусторонние пути „Монстра“ довольно любопытны. Даже не видя Людвига и не слыша его голоса, он смог уловить, что перед ним жуткий тип, пожирающий всё подряд…» — прислонившись к стенке кареты, Люмиан вертел в руках золотистую соломенную шляпу и с улыбкой мельком глянул на Людвига.</p><p>Неужели у этого «малыша» только что и впрямь разыгрался аппетит к Колобо и Камю?</p><p>Впрочем, это ведь два Потусторонних, не подвергшихся сильному загрязнению, так что вероятность того, что Людвиг ненадолго пустил слюну, но сдержал себя, весьма высока… Ха-ха, Камю ничего не заметил, а Колобо мгновенно среагировал и переполнился страхом? Люмиан кивнул Людвигу:</p><p>«Отлично сработано, самоконтроль заслуживает похвалы.»</p><p>Если ребенок поступает правильно, не следует скупиться на похвалу — только так у него сформируются здоровый ум и благие привычки!</p><p>Людвиг ничего не ответил, сделав выражение лица «не надо воспитывать меня как ребенка».</p><p>Уголки его рта слегка приподнялись, он вытащил из красного ранца с твердой обложкой коробку печенья и с хрустом принялся есть.</p><p>Какой еще самоконтроль… Что отлично сработано… Сидевший напротив Лугано слушал с совершенно растерянным видом.</p><p>Тизамо был самым удаленным городком порта Пайлос, находившимся практически у самого края первобытных джунглей. На карете туда нужно было ехать целых два часа.</p><p>Разумеется, если хотелось добраться побыстрее, можно было сесть в порту на поезд с паровой тягой до самого южного городка Ках, а оттуда нанять карету или гроб и отправиться на северо-восток. В общей сложности путь занял бы всего один час, но Люмиан никуда не спешил.</p><p>За пределами порта Пайлос дорога постепенно сужалась, да и ее состояние ухудшалось, однако карета по-прежнему ехала очень плавно — кучер Колобо, словно точная машина, управлял лошадьми и экипажем без ощутимых погрешностей.</p><p>Быстро пролетел час, и карета начала огибать лесной массив.</p><p>Внезапно Люмиан, притворявшийся спящим ради отдыха, открыл глаза.</p><p>Его тело внезапно потемнело, истончилось и слилось с тенью от окна.</p><p>«Трансформация тени»!</p><p>В следующую секунду из глубины леса донеслись выстрелы: «банг-банг-банг».</p><p>Пуля за пулей устремились издалека: одни ударялись о землю, выбивая грязь, другие летели в Камю, в карету, в лошадь.</p><p>С ржанием истекающая кровью лошадь завалилась набок, увлекая за собой и валящуюся на землю карету.</p><p>Колобо успел заранее кувырком покинуть козлы и не получил ни единого ранения, а Камю спрыгнул с кареты еще раньше — пригнувшись и выхватив пистолет, он то перекатывался, то передвигался зигзагами, приближаясь к глубине леса.</p><p>На ходу он поднял правую руку и сделав несколько выстрелов, попытался подавить нападавших — на таком расстоянии многие из его способностей были бесполезны.</p><p>Несколько ало-белых огненных шаров пролетели над Камю и устремились в глубь леса.</p><p>БУМ!</p><p>Среди взрывов, похожих на канонаду, стрельба мгновенно утихла.</p><p>Вскоре из глубины леса раздалась ругань на дутанском наречии:</p><p>'Сдохните, грабители с Северного континента!</p><p>'Сдохните вместе со своими собачьими сыновьями!</p><p>'Если вы мужики, попробуйте догнать!</p><p>«……»</p><p>Выкрики постепенно затихали и вскоре растаяли в чаще леса.</p><p>Люмиан вышел из тени кареты и не стал преследовать нападавших.</p><p>«Сопротивление! Как они оказались в штате Матани?..» — хмурясь, пробормотал себе под нос Камю.</p><p>На Южном континенте действовало множество отрядов Сопротивления, и он не знал, к какой именно фракции они принадлежали и чего требовали. Однако обычно, поскольку штат Матани номинально обрел независимость от Республики Интис и находился под управлением местного генерала Куэрариля, повстанцы редко заходили в эти края — ведь их официальной целью было изгнание колонизаторов.</p><p>«Не из тех ли они повстанцев, что поклоняются богу Смерти и хотят восстановить веру в бога Смерти в штате Матани? Хоть бы они не были связаны со Школой Розы, нет, эти безумцы…» — Камю с тревогой и сомнением подошел обратно к карете,</p><p>Люмиан же размышлял над другим вопросом:</p><p>Хотя он уже достиг 5-й Последовательности, жизнь по-прежнему казалась ему хрупкой.</p><p>Из той категории, что может погибнуть от исподтишка выпущенной пули!</p><p>Среди той группы Сопротивления, будь там член с точной стрельбой, находись он вне зоны его обзора и веди снайперский огонь с расстояния более ста метров, вполне мог бы убить его.</p><p>В конце концов, «Жнец» — не «Дьявол», чей корпус словно доспех, и которому даже без Восприятия злобы попадание из винтовки в жизненно важные органы нанесет лишь легкие ранения. К тому же у него нет дальнего Предчувствия опасности, присущего пути «Провидца» и некоторым другим, чтобы уклониться заранее.</p><p>Разумеется, благодаря чертам «Аскета» духовное восприятие Люмиана было весьма сильным, и он заранее получил откровение и предчувствие.</p><p>Но если бы враги оказались не простыми повстанцами, а кем-то, способным эффективно воздействовать на это духовное восприятие, то обычная винтовка действительно могла бы представлять для Люмиана смертельную угрозу.</p><p>«Хм, „Трансформацию тени“ можно использовать для защиты от пуль — без особых эффектов пули не способны навредить теневому существу…» — Люмиан вернулся к реальности и обратился к выбравшемуся из кареты Лугано:</p><p>«Посмотри, что с лошадью.»</p><p>Если жива — скорее вылечи, чтобы снова запрячь, а если сдохла — пусть Людвиг заставит труп лошади тащить карету.</p><p>— Людвиг благодаря напитку из глазных яблок «Сисо» обрел способность повелевать несколькими низшими неживыми существами.</p></section><section><title><p>Глава 663 Внутри и снаружи двери</p></title><p>Глава 663 Внутри и снаружи двери</p><p>Лугано не медлил ни секунды, поднялся, подбежал к упавшей лошади и внимательно её осмотрел.</p><p>Спустя несколько секунд он с сожалением крикнул:</p><p>«Уже мертва!»</p><p>Лошади действительно не повезло: с расстояния более чем в сотню метров в неё умудрились попасть дважды при беспорядочной стрельбе — одна пуля попала в бок, а другая прямо в голову, так что она была мертвее некуда.</p><p>По сравнению с ней кучер ничуть не пострадал, разве что слегка оцарапался при падении.</p><p>Люмиан взглянул на Колобо, который стоял спиной к ним, словно всё ещё остерегаясь возможного нападения из глубины леса, и, ведя за руку выбравшегося из экипажа Людвига, подошёл к боку ещё исходившей кровью мёртвой лошади.</p><p>«Останови ей кровь,» — приказал Люмиан Лугано.</p><p>Она же мертва, зачем останавливать кровь? Хотя Лугано не понимал этого, он всё же протянул излучавшую слабый свет ладонь.</p><p>Дождавшись, пока обе раны мёртвой лошади сократятся и закроются, Люмиан повернул голову и сказал Людвигу:</p><p>«Твой черёд.»</p><p>Одетый в детский костюм Людвиг слегка кивнул.</p><p>Он тоже протянул правую ладонь и, сжав пальцы в сторону мёртвой лошади, медленно поднял её.</p><p>Труп лошади, испачканный кровью, резко поднялся, слегка сдвинув даже перевернувшийся экипаж.</p><p>Увидев это, Камю едва заметно кивнул:</p><p>Этот ребёнок из Пути «Смерти» или Пути «Пленника»?</p><p>Но у него нет ни ледяной ауры, ни ощущения трупа…</p><p>Когда Лугано выпрямил экипаж, труп лошади, находящийся в состоянии нежити, продолжил везти пятерых путников к городку Тизамо.</p><p>Ближе к полудню Люмиан увидел цель их назначения.</p><p>Это был городок, полуокружённый каучуковыми деревьями, деревьями яцзао, лаврами и другими растениями; вдоль проложенной утрамбованной грунтовой дороги расположилось несколько плантаций, а в воздухе витали ароматы различных пряностей и аппетитный запах жареного мяса.</p><p>Архитектура Тизамо была весьма своеобразной: за исключением церкви Церкви «Вечного Пылающего Солнца», в которой отчетливо прослеживался стиль Северного континента, остальные дома были выполнены в западнобаламском стиле — приподняты на деревянных сваях и каменных столбах с намеренно оставленным пустым первым уровнем.</p><p>Это объяснялось тем, что во многих районах Западного Балама воздух был влажным, выпадало много осадков, и часто случались наводнения и застой воды.</p><p>Глядя на людей, занятых своими делами на плантациях и в городке, Люмиан сошёл с четырёхколёсной четырёхместной кареты.</p><p>…………</p><p>Трир, Район Пантеона, улица Оросе, 9, квартира 702.</p><p>Франка лежала в кресле-качалке и, тихонько покачиваясь, вспоминала вчерашние события.</p><p>Дженна, проснувшись утром, сразу же отправилась на улицу покупать мясо, овощи, фрукты и хлеб, отчего у Франки возникло ощущение, не приснился ли ей эротический сон и не галлюцинация ли это была.</p><p>'С чего это она вдруг пришла с самовыдвижением, чтобы помочь мне усвоить зелье? По сравнению с большинством трирцев она определенно считается консервативной…</p><p>«К тому же так прямо, так напрямую, что едва не отбила у меня всё желание. Разве в норме не следует сначала пофлиртовать, создать атмосферу? Тогда, даже если бы она не проявляла инициативу, я бы сама не удержалась…» — чем больше Франка размышляла, тем больше недоумевала, чувствуя, что это непохоже на Дженну.</p><p>Когда же она перебрала в памяти весь прошлый опыт и поступки Дженны, то поняла, что в этом нет ничего странного:</p><p>Именно так Дженна и поступила бы!</p><p>'У Дженны есть эта черта — способность идти напролом, или, скорее, такой характер…</p><p>«Раньше, когда помогавшую ей певицу-выпендрёжницу изнасиловал Марго, из-за чего та сошла с ума и попала в психбольницу, Дженна ради мести за подругу действительно была готова рисковать всем и убить Марго. Для этого она даже при своём весьма стеснённом финансовом положении взяла у меня в долг зелье 'Ассасина» и твёрдо стала Потусторонней…</p><p>'На банкете Юга Артуа, перед лицом депутата, находившегося под двойной защитой официальных Потусторонних и Дарителей Злого Бога, она тоже смогла пойти напролом, совершенно не заботясь о том, какой исход её ждёт, и убила на месте ублюдка, принёсшего бедствия Рыночному округу и её семье…</p><p>'В её сердце я, должно быть, всё же важнее той подруги-выпендрёжницы. Так что внезапно пойти напролом, прийти прямо ко мне и предложить помочь усвоить зелье — это действительно в её духе…</p><p>«И потом, эх, это уж точно не было спонтанным порывом. Она до этого несколько раз спрашивала меня, как продвигается усвоение зелья 'Наслаждения», есть ли у меня партнёр для наслаждения, и даже рекомендовала Люмиана…</p><p>'Заметив, что я так и не нашла нового партнёра для наслаждения и лишь поверхностно беззаботна, а вчера её к тому же подстегнуло продвижение Люмиана до Последовательности 5, она решила, что должна помочь своему самому важному другу, и пошла напролом…</p><p>'Но кажется, этого мало. Только лишь из-за этого Дженна не стала бы принимать решение пожертвовать своим телом. Эх, пожертвовать…</p><p>«Неужели… неужели она давно заметила, что тайком нравится мне, что я не ищу нового партнёра для наслаждения из-за неё, и подумала, будто сама мешает мне усваивать зелье 'Наслаждения», отчего и пошла напролом?</p><p>'Да! Определенно так, только при таком раскладе она действительно пошла бы напролом.</p><p>«А-а-а! Почему же тут нет ни капли любви?»</p><p>Мысленно завопила Франка.</p><p>Знай она, что всё так обернётся, ей казалось, уж лучше бы набралась храбрости, отбросила стыд и обратилась за помощью к Люмиану — тогда, по крайней мере, не мучилась бы так, как сейчас.</p><p>Разумеется, то, что она не искала нового партнёра для наслаждения, действительно во многом объяснялось её неравнодушием к мнению Дженны.</p><p>То, что она стала любовницей Гарднера Мартина и делила с ним других любовниц, произошло ещё до знакомства с Дженной, этого было не изменить, вот она и продолжала в том же духе.</p><p>Когда Гарднер Мартин умер, она хоть и твердила, будто хочет дать Бланш познать истинное наслаждение и принять участие в женской увеселительной вечеринке той Ведьмы, но в основном это были лишь слова; в глубине души она слегка предвкушала это из любопытства, но согласись Бланш внезапно на самом деле, Франка бы заколебалась и, чего доброго, нашла бы повод отказаться.</p><p>Она не хотела оставлять распущенный и разгульный образ в глазах Дженны и Люмиана.</p><p>Проще говоря, её ответ на вопрос: «Неужели в этом мире действительно нет никого, кто тебе дорог?» — изменился, поэтому она и топталась на месте в поисках нового партнёра для наслаждения.</p><p>«У Дженны нет реального опыта, в постельных делах она не знает, как вести постепенную, всё более глубокую любовную игру, поэтому ей оставалось лишь вернуться к той прямой соблазнительности из времён её роли 'маленькой шлюшки». Но при этом она не хотела обманывать мои чувства и заставлять меня увязать еще глубже, вот и повела себя вчера так.</p><p>«К счастью, у неё хватило ума не найти какого-нибудь возлюбленного, чтобы я потеряла надежду и действительно отправилась на поиски нового партнёра для наслаждения. Хм, скорее всего, она посчитала, что это причинит долгую боль, а не дарует непрерывное наслаждение, что лишь помешает мне усваивать зелье…» — когда Франка до конца всё осмыслила, ей стало ещё тоскливее.</p><p>……</p><p>На лестнице, ведущей к квартире 702.</p><p>Дженна обнимала пакет с хлебом, держала корзину с говядиной, овощами и фруктами и замерла на месте, испытывая некоторое нежелание возвращаться.</p><p>Едва вспомнив о вчерашнем, она краснела до ушей и не знала, как смотреть в глаза Франке.</p><p>Раньше, когда она была певицей-выпендрёжницей, ей доводилось видеть чужую страсть, и тогда ей казалось, что ничего особенного в этом нет: хоть это и довольно будоражит, она вполне смогла бы перетерпеть.</p><p>Кто же знал, что, испытав это на самом деле, она обнаружит: наслаждение затягивает.</p><p>Уф… Дженна сделала несколько глубоких вдохов, изо всех сил пытаясь успокоиться.</p><p>Сейчас её беспокоило то, как дальше ладить с Франкой:</p><p>'Так, сделать ли мне вид, будто ничего не произошло, и вести себя с Франкой как обычно, или быть пооткрытее, самой завести разговор о вчерашнем и показать, что в этом нет ничего такого, чтобы Франка не переживала?</p><p>«Но не расстроит ли это Франку? Ей ведь сейчас нужно усваивать зелье 'Наслаждения»…</p><p>'К тому же одного раза наслаждения явно мало, мне придётся побыть с ней в отношениях какое-то время…</p><p>'Сегодня вечером мне продолжить соблазнять её, как вчера, или подождать её инициативы?</p><p>«Чёрт, как же всё бесит!»</p><p>Дженне казалось, что подобное доставляет ей куда больше головной боли, чем убийство опасных людей: когда она хотела отомстить Марго или прикончить Юга Артуа, она думала лишь о том, что в худшем случае просто погибнет и не нужно будет переживать ни о чём другом, а нынешняя ситуация явно не грозила ей смертью, из-за чего последующие хлопоты будут тянуться непрерывной вереницей ещё очень долго.</p><p>От мысли о том, сколько ещё мелких деталей придётся утрясать и что ей нужно проявлять инициативу в поддержании плотской связи с Франкой, Дженна до того раздражалась, что была готова хоть сейчас отправиться в одиночку убивать министра промышленности Морана Авиньи.</p><p>Сделав ещё несколько глубоких вдохов и совладав с чувствами, Дженна с точки зрения театральной актрисы начала анализировать, как именно ей стоит вести себя, чтобы Франка с большей охотой принимала последующее наслаждение.</p><p>Раз уж первый шаг был сделан и она пошла напролом, то отступать теперь явно не намеревалась, рассчитывая поддерживать эти отношения до тех пор, пока Франка полностью не усвоит зелье «Наслаждения».</p><p>Определившись с дальнейшими действиями, Дженна приподняла уголки губ, и на её лице появилась лёгкая улыбка.</p><p>Прижимая к себе хлеб и держа продукты, она лёгким шагом поднялась по лестнице и вернулась в квартиру 702.</p><p>Едва она открыла дверь, как увидела Франку, которая рефлекторно подскочила с кресла-качалки и с натянутой улыбкой робостно произнесла:</p><p>«Ты вернулась?»</p><p>Дженну развеселило такое поведение Франки, и в то же время в душе она тихо вздохнула:</p><p>Если бы… если бы ты не хотела стать возлюбленными, как было бы хорошо…</p><p>С внешне невозмутимым видом Дженна подошла к обеденному столу, положила на него вещи из рук и бросила на Франку строгий взгляд:</p><p>«Почему ещё не идёшь помогать!»</p><p>«Хорошо, хорошо.» Франка поспешно подалась навстречу.</p><p>Увидев, что Дженна ведёт себя не скованно и отстранённо, но и не так, как обычно, Франке почему-то стало гораздо легче на душе, и она даже начала предвкушать наступление ночи.</p><p>…………</p><p>Шшш.</p><p>Сок с куска говядины капнул на огонь, поднявшись клубом дыма, который, смешавшись с ароматом пряностей, заставил Людвига сглотнуть слюну несколько раз подряд.</p><p>Но мальчик проявлял отменное терпение и не торопил, ожидая, пока говядина прожарится до идеального состояния.</p><p>Люмиан же повернулся боком и уставился на трёхэтажное здание наискосок от ресторана.</p><p>Этот желтовато-коричневый дом и был заново отстроенным прежним жилищем «Сизо» Тванако.</p></section><section><title><p>Глава 664 «Инструмент разведки»</p></title><p>Глава 664 «Инструмент разведки»</p><p>Пользуясь перерывом на обед, Люмиан под предлогом похода в уборную обошёл здание и направился к желтовато-коричневому дому «Сисо» Теванако.</p><p>Поднявшись по деревянной лестнице мимо пустого первого этажа без стен, он достал новый обрывок проволоки и вскрыл главную дверь.</p><p>Этот этаж был полностью открытым, с одними лишь опорными столбами — на первый взгляд, очень просторным и весьма скудно обустроенным.</p><p>Ступая по деревянному полу, Люмиан обошёл всё кругом, но наткнулся лишь на следы долгого отсутствия жильцов, не обнаружив ничего, что заслуживало бы дальнейшего расследования.</p><p>Внезапно у него за спиной раздался голос:</p><p>«Есть какие-то проблемы?»</p><p>Этот голос принадлежал Камю Кастия. Увидев из окна ресторана, как Люмиан входит в заново отстроенный дом Теванако, он тоже нашёл предлог встать из-за стола и прибежал сюда.</p><p>Люмиан ничуть не удивился, огляделся по сторонам и произнёс:</p><p>«Нет.»</p><p>Поговаривая это, он поднялся по лестнице на третий этаж.</p><p>Камю бесшумно вздохнул и последовал за ним.</p><p>Ему казалось, что рядом с Луи Бери он стареет душой, уподобляясь возрасту замкапитана Реасы.</p><p>«Матерь-Земля», мне ведь ещё нет и двадцати четырёх!</p><p>Хотя я приехал в штат Матани, едва мне исполнилось восемнадцать, вступил в Патрульную команду, разобрался со множеством Потусторонних происшествий, участвовал во множестве опасных сражений и накопил богатый опыт, я всё ещё всего лишь молодой человек — ленивый и не следящий за своей внешностью в повседневной жизни молодой человек!</p><p>С тяжёлым и настороженным настроем Камю вслед за Люмианом дважды обошёл все комнаты на третьем этаже, осмотрев каждый предмет.</p><p>«Ничего подозрительного,» — поставив подставку для кистей обратно, Камю поделился своим выводом с Люмианом.</p><p>Люмиан тоже ничего не нашёл.</p><p>Немного подумав, он сказал:</p><p>«Чуть позже приведи сюда Колобо и спроси, нет ли здесь места, где он чувствует тревогу, опасность или дискомфорт.»</p><p>Мы сработались всего один раз, а он уже так умело использует особенности Колобо… Привести Колобо сюда… Почему это так похоже на то, как офицер Главного управления полиции приказывает рядовому привести ищейку… — мысленно поворчал Камю и кивнул:</p><p>«Хорошо.»</p><p>Люмиан, вновь осматривая всё вокруг, думал: «Позже надо привести и Людвига, спросить, не пахнет ли тут какими-нибудь особыми ингредиентами».</p><p>Он вместе с Камю вернулся в ресторан и под напиток «Гуадаль» продолжил лакомиться жареной говядиной, куриными крылышками, змеиным мясом, пауками и пиявками-кровопийцами, щедро приправленными сложным букетом специй…</p><p>Насытившись и утолив жажду, Люмиан взял Людвига за руку и привёл его в дом «Сисо» Теванако; Камю, Лугано и Колобо, продвигавшийся боком, словно краб в своих солнцезащитных очках, следовали прямо за ними.</p><p>Снова обойдя каждый уголок, Люмиан посмотрел на Людвига и с улыбкой спросил:</p><p>«Есть что-нибудь вкусное?»</p><p>«Нет,» — Людвиг покачал головой.</p><p>Затем Люмиан спустился с мальчиком на второй этаж, посмотрел на Колобо, резко повернувшегося к нему спиной, и стоящего рядом Камю, после чего спросил:</p><p>«У вас есть какие-то особые ощущения?»</p><p>Щуплый Колобо помешкал и ответил:</p><p>«В этом доме как-то прохладно, мне неуютно.»</p><p>«Где именно?» — со спокойным выражением лица уточнял Люмиан.</p><p>Колобо ответил очень кратко:</p><p>«Везде.»</p><p>Значит, проблемы есть во всём доме и даже на самой этой земле? «Сисо» отстроил свой прежний дом явно не ради ностальгии и воспоминаний. Он не был первоначальным владельцем этого тела, так что вряд ли испытывал к этому месту глубокие чувства, к тому же он истинный «Хладнокровный»… — Люмиан размышлял с десяток секунд, а затем обратился к Лугано, Камю и остальным:</p><p>«Оставайтесь здесь на случай неожиданностей.»</p><p>Сам же он вернулся на третий этаж дома и лёг на деревянную кровать, на которой виднелись следы того, что на ней кто-то спал.</p><p>С треском к нему подлетали крупные чёрные мошки и комары, но в мерцающих искрах вспыхивали один за другим, превращаясь в обугленные трупики и опадая возле кровати.</p><p>Люмиан быстро погрузился в сон.</p><p>Из состояния смутного забытья он постепенно очнулся.</p><p>Щёлк! Люмиан достал карманные часы в золотом корпусе, полученные из танцевального зала «Бриз», щелчком откинул крышку, взглянул на циферблат и тихо пробормотал себе под нос:</p><p>«Похоже, я проспал с полчаса, никаких особых снов не было…»</p><p>Он неизменно считал, что «Праздник снов» должен быть связан со сновидениями, поэтому намеренно уснул в доме «Сисо», однако ничего так и не произошло.</p><p>Взглянув на полуденный солнечный свет, проникавший сквозь окно, Люмиан задумчиво поднялся:</p><p>Неужели выбрано не то время?</p><p>Чтобы поучаствовать в «Празднике снов», нужно спать в определённое время и в определённом месте?</p><p>Поэтому подавляющее большинство жителей городка Тизамо даже не подозревают о существовании этого фестиваля снов…</p><p>Вернувшись на просторный, но скудно обставленный второй этаж, Люмиан обнаружил, что рядом с Камю и остальными появились три новых человека.</p><p>Один из них был мужчиной тридцати с лишним лет с узорами из краски на лице; у него была светло-коричневая кожа, довольно пухлые губы, опрятное лицо и чёрные волосы до плеч, а от самого него исходил довольно резкий, едкий запах. Второй оказалась молодая женщина в темноватом кожаном доспехе; её каштановые волосы были заплетены в две косы и спадали вниз, светло-коричневая кожа и черты лица обладали дикой красотой, а за спиной висел охотничий лук и кожаная сумка для стрел.</p><p>Третий мужчина был одет так же, как Камю и его спутники: рубашка и лёгкие брюки. Он был высоким, свыше метра девяноста, внешне напоминал уроженца Империи Фейсак — светло-золотистые короткие волосы, светло-голубые глаза, а лицо хранило следы загара и ветра.</p><p>«Это наши с Колобо коллеги, члены Патрульной команды городка Тизамо,» — представил их Камю.</p><p>Он указал на мужчину с белыми узорами из краски на лице:</p><p>'Капитан местной Патрульной команды Мэслоу.</p><p>«Его товарищи по команде…»</p><p>Камю повернулся к диковатой женщине с охотничьим луком и стрелами за спиной и к тому фейсакцу:</p><p>'Рия.</p><p>«Лобан, в прошлом авантюрист.»</p><p>Всё это время он говорил на интисском языке.</p><p>Наконец Камю обратился к троим членам местной Патрульной команды:</p><p>'Это Великий авантюрист Луи Бери.</p><p>«Двое других — его помощник и крестник.»</p><p>«Великий авантюрист…» — повторил это словосочетание Мэслоу и перевёл взгляд на Лобана.</p><p>Фейсакец Лобан покачал головой, показывая, что никогда о таком не слышал.</p><p>Мэслоу отвёл взгляд и спросил у Люмиана:</p><p>«Вы приехали на охоту?»</p><p>Городок Тизамо уже несколько десятилетий являлся любимым местом охоты для джентльменов из порта Пайлос, поэтому среди горожан хватало тех, кто владел интисским языком, а к переведённым сюда членам Патрульной команды тем более предъявлялись языковые требования — иначе как бы они справлялись с просьбами джентльменов?</p><p>Люмиан с улыбкой ответил:</p><p>«Можно и так сказать.»</p><p>Охота за наследием «Сисо» и скрывающимися проблемами — это тоже своего рода охота.</p><p>Камю, видя, что Мэслоу и остальные выражают недоверие, поспешно объяснил:</p><p>«Помните ту телеграмму, что пришла вчера вечером?»</p><p>«Ты имеешь в виду…» — Рия с охотничьим луком и стрелами за спиной не удержалась и снова посмотрела на Люмиана.</p><p>Очевидно, она и Мэслоу со своими людьми прибыли совсем недавно и ещё не успели обсудить подробности с Камю и Колобо, а телеграмма вмещала лишь ограниченный объём сведений.</p><p>Камю серьёзно кивнул:</p><p>«Господин Луи Бери прибыл сюда, чтобы расследовать, какие проблемы скрываются за Теванако.»</p><p>Затем под предлогом повторной проверки дома он увёл троих членов местной Патрульной команды наверх.</p><p>Лугано, осторожно высунувшись и глянув на лестницу, спросил у Колобо, стоявшего к ним спиной:</p><p>«В городке Тизамо есть ещё и местная Патрульная команда?»</p><p>По его опыту, в окрестностях небольших городов Северного континента вроде порта Пайлос в городках и деревнях не бывало постоянных отрядов официальных Потусторонних — обычно туда направляли людей по мере возникновения проблем.</p><p>Колобо, стоя спиной к Люмиану и Людвигу, дрожащим голосом ответил:</p><p>«В большинстве других городков нет, но здесь особый случай: мы часто сталкиваемся с нападениями диких племён. Поэтому не только наша Патрульная команда выделила отряд для постоянного дежурства, но и у гвардии генерала есть Потусторонние в военном лагере за пределами городка.»</p><p>Лугано бросил взгляд на этого странного официального Потустороннего, подрабатывавшего кучером, и, не в силах сдержать любопытство, спросил:</p><p>«Почему ты всё время стоишь к нам спиной и носишь чёрные очки?»</p><p>Что-то не так с глазами, и ты не хочешь, чтобы другие узнали?</p><p>Колобо вмиг замолчал, не зная, отвечать ли на этот вопрос.</p><p>Как раз в этот момент Камю привёл Мэслоу и остальных обратно на второй этаж.</p><p>Снова взглянув на Люмиана, Мэслоу, Рия и Лобан стали куда более суровыми и озабоченными во взглядах и выражениях лиц.</p><p>Люмиан с улыбкой, совершенно непринуждённо спросил:</p><p>«В этом доме происходило что-то аномальное?»</p><p>«Нет,» — Мэслоу уже успел восстановить в памяти подробности.</p><p>Люмиан слегка кивнул:</p><p>«Вас перевели в городок Тизамо после того нападения в прошлом году?»</p><p>Он помнил, что в материалах дела упоминалось: все трое дислоцированных здесь Потусторонних погибли во время той атаки дикого племени.</p><p>«Да,» — бывший авантюрист, фейсакец Лобан, ответил грубым голосом: — «Почти год прошёл, здесь тихо, больше никаких нападений не было.»</p><p>Согласно записям, за все прошлые годы нападения того племени из первобытных джунглей случались по два-три раза в год… Неужели меры генерала Куэрариля с привлечением дополнительных гвардейцев и подчинённых войск заставили то дикое племя не рисковать и действительно отступить вглубь джунглей? Или же та выходка «Дня дурака» привела к изменениям? Люмиан почувствовал странность.</p><p>Пообщавшись ещё немного, Люмиан собрался забрать Людвига и Лугано и отправиться в гостиницу для заселения.</p><p>Мэслоу сделал несколько шагов вперёд и достал из висевшего на поясе кожаного мешочка две вещи.</p><p>Первая — коричневая свеча, вторая — стеклянный флакончик с бледно-жёлтой жидкостью.</p><p>«Свеча от комаров и успокаивающее эфирное масло, надеюсь, вы хорошо выспитесь,» — произнёс Мэслоу на интисском языке с иностранным акцентом.</p><p>Камю помог и добавил:</p><p>'Он имеет в виду, что здесь близко первобытные джунгли, повсюду летают комары и ядовитые насекомые. Хотя вы и Потусторонние, но если случайно получите укус, тоже будет весьма несладко, к тому же не получится спокойно поспать — постоянно будете просыпаться от укусов.</p><p>«Свеча от комаров сделана из растений, которые не нравятся насекомым, а успокаивающее масло получено из некоторых животных — и то, и другое не даст этим проклятым жужжащим тварям лезть к вам.»</p><p>Сказав это, Камю, Мэслоу, Рия и остальные внезапно обнаружили, что на всём втором этаже нет ни единого комара или мошки.</p><p>Люмиан скосил взгляд на Людвига и с улыбкой принял свечу и эфирное масло.</p><p>Затем он слегка поджал нос, убедившись, что резкий запах от Мэслоу и других исходит именно от успокаивающего эфирного масла.</p><p>Когда Люмиан, Людвиг и Лугано покинули дом Теванако, Мэслоу с недоумением посмотрел на Колобо, всё так же стоявшего спиной ко всем, и спросил на дутанском языке:</p><p>«Что с тобой?»</p></section><section><title><p>Глава 665 Эта фраза</p></title><p>Глава 665 Эта фраза</p><p>Колобо наконец повернулся.</p><p>Сняв солнцезащитные очки, он с усталым видом произнес на дутанском наречии:</p><p>«Моя интуиция подсказывает мне, что нельзя смотреть на них прямо, максимум быстро бросить один-два взгляда.»</p><p>«Почему?» — с любопытством спросила диковатая Рия с охотничьим луком за спиной.</p><p>«Интуиция.» Колобо и сам не знал почему, но был твердо убежден, что этого делать нельзя.</p><p>Фейсакец Лобан принял задумчивый вид.</p><p>«О чем ты подумал?» — спросил Мэслоу, повернув голову с разрисованным белой краской лицом.</p><p>Они втроем проработали в городке Тизамо уже год и прекрасно знали друг друга; стоит Мэслоу увидеть выражение лица Лобана, как он сразу понял, что тот о чем-то вспомнил.</p><p>Заметив обращенные на него взгляды Камю и остальных, Лобан взвешенно произнес:</p><p>'Когда я занимался авантюрами на Пяти Морях, мне случайно попалась одна фраза:</p><p>«Нельзя смотреть прямо на Бога.»</p><p>«Нельзя смотреть прямо на Бога…» — у Камю дернулась жилка на виске, и он тихо повторил эти слова.</p><p>Будучи отпрыском семьи Кастия, пусть и боковой ветви, он мог прикоснуться к гораздо более обширным оккультным знаниям, чем обычные Потусторонние.</p><p>Неужели Луи Бери и его крестник — боги, поэтому на них нельзя смотреть прямо?</p><p>Нет, конечно же нет. Колобо точно так же не смел прямо смотреть на Теванако, а ведь тот был лишь Потусторонним, одновременно обладавшим силами Последовательности 5 двух Путей, «Пленника» и «Преступника», и даже не являлся полубогом!</p><p>«Я слышала эту фразу во время проповеди священника, разве она не подчеркивает почтение и поклонение Богу?» — Рия была весьма преданной последовательницей «Вечного Пылающего Солнца».</p><p>«Нет, этого нет в канонических священных текстах великих Церквей, это было записано в книге, связанной с оккультизмом.» — Лобан покачал головой, отвергая слова Рии.</p><p>Мэслоу глухо ухмыльнулся:</p><p>«Не может же этот Великий авантюрист быть божеством, шагающим по земле?»</p><p>«Не обязательно истинный бог.» — с воспоминанием в голосе произнес Лобан. — «Примечание в той книге гласило, что под богом подразумевается мифическое существо. Я не совсем понимаю, что именно означает мифическое существо, но раз уж там есть слово „бог“, у него должно быть хотя бы божественное начало? Или этот Великий авантюрист — полубог?»</p><p>«Пока не похоже.» — у Камю постепенно появилась новая мысль. — «Возможно, этот Великий авантюрист — благословенный какого-то божества, и при нем есть дарованный Им священный предмет или Его аура. Поэтому действительно нельзя смотреть прямо на Бога, но под богом подразумевается не он сам, а какая-то вещь на его теле.»</p><p>Это прекрасно объясняло ситуацию с Теванако.</p><p>«Ты имеешь в виду, точно так же, как и у того самого знаменитого Великого авантюриста?» — фейсакец Лобан внезапно прозрел.</p><p>Авантюристы, искатели сокровищ, пираты и торговцы на Пяти Морях теперь знали, что Герман Воробей был оракулом «Шута», а позже стал Ангелом.</p><p>«Именно.» — Камю кивнул.</p><p>В то же время в душе он принялся грязно ругаться:</p><p>Дерьмо, почему меня отправили следить за делом, затрагивающим благословенного божества?</p><p>Это наверняка чрезвычайно опасно, чуть зазеваешься — и сдохнешь!</p><p>На самом деле вчера Камю не хотел принимать этот приказ замкапитана Реасы, но за эти с лишним пять лет тот целых три раза вытаскивал его с края смерти, когда сам он был бессилен спастись, и у него просто не было возможности отказаться.</p><p>В противном случае, носи он префикс «Тан» и фамилию «Кастия», он вполне мог бы отказаться от приказа начальства — в худшем случае просто покинул бы Патрульную команду и отправился искать удачи в другом месте. В конце концов, он уже полностью усвоил зелье Последовательности 7 «Дознаватель», а денег, необходимых для последующего продвижения, благодаря этим двум поручениям Луи Бери он почти накопил. Даже вернись он в семью, он уже не был бы тем, кого можно просто игнорировать и не замечать.</p><p>Именно ради того, чтобы отплатить за прежнюю доброту Реасы, Камю неохотно согласился прийти в городок Тизамо, чтобы следить за каждым шагом Луи Бери. А раз на душе было паршиво, невольно прорывалась ругань.</p><p>— Будучи довольно преданным и достаточно образованным верующим «Матери-Земли», Камю не стал бы выкрикивать ругательства вроде «рожденный свиньей», «рожденный сукой» или «сукин сын». По его мнению, все матери велики, а рождение и воспитание одинаково важны, точно так же, как земля зарождает все сущее и питает его рост.</p><p>Пообсуждав некоторое время дела Великого авантюриста Луи Бери, фейсакец Лобан посмотрел на Камю и Колобо:</p><p>«Когда нас переводили в городок Тизамо, говорили, что отслужим год и сможем вернуться, что нас не оставят здесь навсегда. Сейчас год почти истек, вы тоже прибыли — не означает ли это, что мы можем возвращаться в порт Пайлос?»</p><p>«Ты, фейсакец, выглядишь высоким, крепким, грубоватым и недалеким, а на самом деле тот еще хитрец… Заметил, что за делом Луи Бери кроется куча проблем, и захотел найти предлог, чтобы убраться пораньше?» — Камю чутко уловил скрытый замысел Лобана и со смешком поддел его:</p><p>'Тут еще целая неделя!</p><p>«Даже не думай раньше времени возвращаться в порт Пайлос, мы пришли вовсе не на смену вам.»</p><p>…………</p><p>Гостиница «Бриу».</p><p>Это была самая любимая гостиница среди джентльменов, приезжавших на охоту в городок Тизамо. Хотя она не могла сравниться с отелем «Орелла», здесь, по крайней мере, было относительно чисто.</p><p>Единственной причиной, по которой Лумиан выбрал это место, было наличие номеров-люкс.</p><p>Иначе ему пришлось бы снимать две смежные комнаты и, используя точное понимание архитектурных конструкций, присущее «Охотнику», пробить взрывом дверной проем в разделяющей их стене, не повредив несущие конструкции. А перед выездом заставить Лугано заложить проем каменными кирпичами и восстановить стену.</p><p>Нижний этаж гостиницы «Бриу» тоже пустовал и подпирался каменными столбами, однако расположенное выше трехэтажное здание обладало явным интисским стилем: кремово-желтые стены, ниши со статуями, арочные окна и жалюзи заставляли Лумиана чувствовать себя так, словно он вернулся в Трир.</p><p>А уж когда Лугано зажег противомоскитную свечу и ее резковатым запахом принялся выкуривать из комнаты ядовитых насекомых и комаров, сходство стало еще сильнее.</p><p>«Это очень похоже на то, как трирцы выгоняют клопов запахом серы…» — Лумиан вспомнил первые дни после прибытия в Трир.</p><p>Выгнав клопов запахом серы в соседнюю комнату, он столкнулся с тем, что драматург Габриэль точно так же зажег серу и выгнал их обратно. Перетягивание каната продолжалось какое-то время, пока большая часть клопов не перебралась в другие комнаты, а немногие оставшиеся сомневающиеся вредители не были дочиста уничтожены Посланницей-«куклой».</p><p>Вспомнив Габриэля, чья смерть была точно подтверждена, вспомнив каждого из умерших жильцов гостиницы «Золотой Петух», Лумиан бесшумно вздохнул.</p><p>Он подошел к окну и оглядел улицу внизу.</p><p>Джентльмены в охотничьих костюмах и их слуги, ведущие однорогих лошадей, прохаживались среди горожан с темно- или светло-коричневой кожей, стекаясь, подобно рукавам реки, в гостиницу «Бриу», ресторан «Джунгли» и прочие места.</p><p>Под полуденным солнцем городок Тизамо в этот сезон был одновременно жарким и влажным, совершенно не подходящим для прогулок на открытом воздухе.</p><p>Находившийся на втором этаже Лумиан сосредоточился и стал наблюдать за прохожими прямо под ним.</p><p>Он попытался по их удаче разглядеть возможные проблемы городка Тизамо.</p><p>Он подготовился к тому, что может столкнуться с отдачей или скверной.</p><p>Удача этих прохожих была вполне обычной: у кого-то, похоже, намечалась любовная интрижка, кто-то должен был потерять сумму денег, у кого-то вырисовывалась кровавая невзгода, но не слишком серьезная…</p><p>Лумиан отвел взгляд и сказал Лугано:</p><p>«Ты отведи Людвига отдохнуть, а я пройдусь снаружи.»</p><p>«Хорошо.» Узнав, что поездка в городок Тизамо может быть очень опасной, у Лугано не было ни малейшего желания разгуливать снаружи, если только босс не заставит его готовить еду для Людвига.</p><p>Этого он не мог не сделать, иначе сам стал бы этой едой!</p><p>Городок Тизамо был не так уж мал — по две улицы вдоль и поперек. Лумиан, засунув руки в карманы и надев золотисто-желтую соломенную шляпу, неторопливо шагал по дороге.</p><p>Теперь он носил соломенную шляпу уже не для того, чтобы подчеркнуть черты Луи Бери, а чтобы укрыться от солнца — впрочем, во многие из прошлых раз цель фактически была той же.</p><p>Это было связано с тем, что побочным эффектом договорной способности «Трансформация тени» была повышенная по сравнению с обычными людьми боязнь солнечного света.</p><p>Хотя Лумиан мог терпеть с помощью способности «Аскета», это в определенной степени влияло на его состояние. Зачем усложнять себе жизнь, если вопрос решается простой соломенной шляпой?</p><p>К тому же, закрепив за Луи Бери образ человека в золотисто-желтой соломенной шляпе, враги не станут думать и бить по его боязни солнечного света.</p><p>Случайно скользнув взглядом, Лумиан увидел девушку.</p><p>Она была типичной уроженкой Северного континента: черные волосы водопадом ниспадали на плечи, на макушке были повязаны несколько блестящих бантиков, глаза лазурного цвета гармонировали с прямым аккуратным носиком, а в чертах лица ощущалось нескрываемое дыхание юности.</p><p>Девушка была одета в легкое белое кружевное платье с оборками, но вместо туфель на каблуках на ней были коричневые кожаные сапожки. Разговаривая со спутниками, она то активно жестикулировала, то заливалась серебристым смехом, будто вовсе не заботясь о мнении окружающих прохожих.</p><p>Лумиан бросил на нее еще один взгляд.</p><p>Не потому, что она была красива — хотя она действительно была довольно хорошенькой, но ни внешностью, ни темпераментом не могла сравниться с Демонессами или поистине прекрасными женщинами среди людей.</p><p>Лумиан просто почувствовал, что ее характер отличается от характера трирских девиц.</p><p>В Трире благопристойные женщины из среднего класса и высшего общества, насколько бы раскрепощенными ни были без свидетелей, на публике все же очень следили за своим имиджем и заботились о мнении окружающих, что считалось проявлением воспитанности.</p><p>А эта девушка была полна духа свободы: захотела громко рассмеяться — рассмеялась, захотела крутануться на полуоборот — крутанулась.</p><p>При этом она отличалась и от невоспитанных женщин из низших слоев: наряд девушки, манера речи и ее внутреннее благородство — все указывало на то, что она получила хорошее образование и выросла в весьма достойной семье.</p><p>«Амандина, дочь сэра Пети из поместья Пальм, невеста господина Роберта.» Камю, словно призрак, возник неизвестно откуда, снова встал под боком у Лумиана и представил ее.</p><p>Поместье Пальм — это плантация неподалеку от городка Тизамо.</p><p>Девушка, родившаяся и выросшая на Южном континенте, получившая хорошее образование и не затронутая предрассудками среднего и высшего общества Трира… Размышляя об этом, Лумиан вспомнил свою сестру Аврору.</p><p>Порой Аврора проявляла точно такую же сторону.</p><p>Но причина, очевидно, была иной.</p><p>«Куда ты направляешься?» — сменив тему, спросил Камю.</p><p>Лумиан отвел взгляд и с улыбкой ответил:</p><p>'В церковь.</p><p>«Хочешь пойти со мной восхвалять Солнце?»</p></section><section><title><p>Глава 666 Глубокая ночь</p></title><p>Глава 666 Глубокая ночь</p><p>Как и у многих церквей Интиса, у этой, в Тизамо, был золотой купол, подобный отражению солнца на земле.</p><p>Едва Лумиан миновал главные двери, как его глаза едва не ослепли от золотой фольги, инкрустированной в стены, арки и своды, от фресок, осыпанных золотым порошком, и от статуй с преобладанием золотых тонов, а солнечный свет, льющийся сквозь стёкла позади алтаря, заставил его инстинктивно поднять руку, желая поглубже надвинуть на голову золотисто-жёлтую соломенную шляпу.</p><p>Сейчас был полуденный отдых, и довольно много жителей городка Тизамо в лёгкой и простой одежде сидели в разных местах, склонив головы в молитве.</p><p>Их нисколько не смущал сияющий, роскошный и пышный вид этой церкви.</p><p>Это объяснялось не только тем, что все они с детства верили в «Вечное Пылающее Солнце», но и тем, что в прежней империи Балам было множество золотых рудников, и народ повсеместно любил золото — эта пристрастность сохранилась и по сей день.</p><p>Лумиану тоже нравилось золото, но ему совсем не хотелось терпеть столь палящие солнечные лучи.</p><p>Стоявший подле него Камю изо всех сил объяснял:</p><p>'Я не слежу за тобой и не говорю, что буду ходить за тобой по пятам, куда бы ты ни пошёл, чтобы предотвратить происшествия.</p><p>«Я пытаюсь помочь тебе. Твой дутанский язык ещё не слишком успешен, ты недостаточно хорошо знаешь обстановку в городке Тизамо и местных жителей, а я могу всё тебе рассказать.»</p><p>«Ты сам всё хорошо знаешь?» — воспользовавшись случаем, Лумиан повернул голову и с улыбкой спросил.</p><p>Камю взъерошил свои пышные каштановые волосы и без малейшего смущения ответил:</p><p>«Если чего-то не знаю, я могу спросить для тебя у Мэслоу и остальных.»</p><p>Лумиан не возражал против того, чтобы рядом находился официальный Потусторонний: если что-то действительно случится, будет лишний головорез.</p><p>Он слегка кивнул:</p><p>«Хочешь идти следом — иди.»</p><p>Говоря это, Лумиан под палящими лучами солнца направился к ряду кресел перед алтарём.</p><p>Камю помешкал несколько секунд и сел в самом дальнем углу церкви.</p><p>Будучи верующим «Матери-Земли», он мог свободно входить и выходить из церквей всех Праведных Богов, но не мог совершать поклонения.</p><p>Что касается Луи Бери, то он знал лишь о его тесной связи с Церковью «Шута», но вот верит ли тот в «Шута», уверенности не было.</p><p>Лумиан с выдержкой, присущей «Аскету», сдерживал подёргивания мышц лица, непринуждённо сел навстречу солнцу, опустил голову перед проповедующим священником и начал молиться.</p><p>Этот священник был уроженцем порта Пайлос по имени Кали; цвет его кожи был стандартного тёмно-коричневого оттенка, глазницы впалые, черты лица далёкие от мягкости, а от чёрных волос остался лишь тонкий слой; он не носил шляпы, полагающейся духовенству.</p><p>Ему было за сорок, выражение лица строгое, а в проповеди он использовал интисский язык без какого-либо акцента.</p><p>Притворявшийся молящимся Лумиан был весьма рассеян, в его голове пролетало множество мыслей, отчего он словно вернулся в деревню Корду; тогда он, даже присутствуя на мессе и молясь в церкви, бессмысленно думал о своём, и лишь ближе к концу спешил восхвалить солнце и загадать желание, чтобы здоровье сестры всегда было крепким, а сам он без кучи домашних заданий и тестов смог поступить в университет.</p><p>Ничего из этого не сбылось.</p><p>Когда священник закончил проповедь, Лумиан поднял голову, чуть прищурился на солнце и сосредоточился, разглядывая удачу священника Кали.</p><p>Ничего особенного.</p><p>На первый взгляд в городке Тизамо действительно не было ничего аномального… Посреди боли, подобной солнечным ожогам, Лумиан намеревался было отвести взгляд, но у него ёкнуло сердце, и он применил способность «Обнаружение слабостей» последовательности «Жнец».</p><p>Вспомнил он о Настоятеле Гийоме Бене, вспомнил и о священнике Монсеррате из Церкви «Матери-Земли».</p><p>Кто сказал, что у священнослужителей церквей Праведных Богов не может быть проблем?</p><p>Раз так, вполне можно заранее изучить их слабости: если в будущем действительно всплывёт падение священнослужителя, с этим можно будет быстро разобраться.</p><p>Различные цвета проявились на поверхности тела священника Кали, представ перед глазами Лумиана.</p><p>Но среди них не было бледного цвета!</p><p>Это означало, что у священника Кали нет слабостей!</p><p>Невозможно, даже если этот священник Потусторонний, его Последовательность не должна быть слишком высокой, как у него может не быть слабостей? Путь «Солнца» к тому же не славится прочностью тела и невосприимчивостью к ударам… Неужели он с другого Пути? Нет, у всех Путей должны быть слабости… Поборов изумление, Лумиан стал вглядываться ещё более пристально.</p><p>Наконец он обнаружил слабый бледный оттенок.</p><p>Он находился не на поверхности тела священника Кали, а глубоко в его астральном теле, едва различимый.</p><p>Это означает, что слабость заключается в духе, и он боится атак, направленных на астральное тело? Как он добился того, что у плоти нет слабостей… Судя по всему, если не атаковать духовное тело, то, чтобы убить его, придётся разобрать его плоть по кусочкам… Изумление Лумиана быстро рассеялось, уступив место радости и предвкушению.</p><p>В любом случае, обнаружить хоть какую-то аномалию — это уже хорошо!</p><p>Это означало, что он стал на шаг ближе к разгадке проблем городка Тизамо и к «Празднику снов», о котором говорил Сисо.</p><p>«Брат мой, на что ты смотришь?» — держа в руках Священное Писание, с улыбкой спросил Кали у поднявшего на него взгляд Лумиана.</p><p>Лумиан с улыбкой ответил:</p><p>'Смотрю на солнечный свет на тебе.</p><p>«Хвала Солнцу!»</p><p>С этими словами Лумиан поднялся, слегка развёл руки в стороны и повернулся, чтобы уйти.</p><p>Сейчас было не время расследовать странности священника Кали.</p><p>Священника Кали весьма порадовал ответ Лумиана.</p><p>Во-первых, потому что тот иносказательно восхвалил его за купание в солнечных лучах, то есть за благоволение божества, а во-вторых, как местный священнослужитель без капли крови Северного континента, он всегда жаждал признания от джентльменов и дам с Северного континента.</p><p>Выйдя из этой церкви под названием Святой Сиен, Лумиан без малейшего стеснения стал верховодить Камю и в его сопровождении дважды обошёл весь городок Тизамо, включая военный лагерь за городом, плантации и окраину девственных джунглей.</p><p>Камю добросовестно знакомил его со каждым встречным, кого знал.</p><p>Ближе к вечеру, направляясь к гостинице «Бриу», Лумиан между делом спросил:</p><p>«Что вы сделали с той мёртвой лошадью?»</p><p>«Продали мяснику, планируем купить новую у местного плантатора,» — небрежно ответил Камю.</p><p>Лумиан почувствовал лёгкое разочарование за Людвига, замолчал и вошёл в гостиницу.</p><p>Глубокая ночь.</p><p>Из тени снаружи гостиницы «Бриу» вышел Лумиан без золотисто-жёлтой соломенной шляпы и неспешно пошёл к восстановленному желтовато-коричневому дому «Сисо» Тванако.</p><p>Уже подбиралась полночь, и городок Тизамо погрузился в тишину; на улицах, за исключением редких патрульных солдат, пьяных посетителей и поддерживающих их товарищей, больше никого не было.</p><p>Под алой луной Лумиан прошёл мимо бара под названием «Анаконда» и услышал доносившийся изнутри шум.</p><p>А в первобытных джунглях в нескольких сотнях метров отсюда время от времени раздавался вопль диких зверей.</p><p>Лумиан шел вперед и в конце концов добрался до места назначения, после чего поднялся на третий этаж и нашел ту самую деревянную кровать, на которой спал в полдень.</p><p>Он занялся делами и приготовился, но не спешил ложиться, а огляделся по сторонам и задумчиво пробормотал про себя:</p><p>«Термиборос, ты заметил, что здесь что-то не так?»</p><p>Величественный, многослойный голос Термибороса отдал эхом в теле Лумиана:</p><p>«Я использую твои глаза, твои уши, твой нос, твою духовность и твою судьбу, чтобы наблюдать за внешним миром, и вижу лишь немного больше тебя.»</p><p>То есть то, что он способен увидеть и обнаружить, по-прежнему ограничено моим телом, духовностью и Статусом? Постой, этот парень все больше говорит загадками, так и не ответив прямо, есть ли в этом доме аномалия и в чем она заключается… Лумиан тут же хмыкнул:</p><p>«Ты действительно ангел сферы Судьбы? Я уже на 5-й Последовательности, а ты даже не можешь воспользоваться моими глазами и духовностью, чтобы обнаружить здешние проблемы, неужели ты раньше не видел, что 8-я Последовательность Пути 'Монстра» уже способна вызвать ощущение прохлады в этом месте.</p><p>«Неужели ангел Пути Неизбежности уступает 8-й Последовательности Пути Судьбы?»</p><p>Путь «Монстра» также называют Путем «Судьбы».</p><p>Лумиан стал провоцировать Термибороса, проверяя, удастся ли вытянуть хоть какую-то полезную информацию из уст этого «Аскета» уровня ангела.</p><p>Он не питала особых надежд на это, но, по крайней мере, ничего не терял.</p><p>Термиборос снова умолк, затихнув так, словно и вовсе исчез из тела Лумиана.</p><p>«Ну и терпение, не сомневаюсь, настоящий ангел-„Аскет“.» Лумиан с насмешкой бросил эту фразу, после чего вытащил золотые карманные часы, добытые в Танцевальном зале «Бриз», нажал на кнопку и проверил время:</p><p>11 часов 51 минута вечера.</p><p>Убрав карманные часы, Лумиан лег на деревянную кровать в комнате.</p><p>В этот раз он пришел, чтобы проверить, спровоцирует ли ночной сон в этом доме какие-либо изменения и сможет ли он войти в особый сон, чтобы принять участие в «Празднике снов».</p><p>Для этого Лумиан заранее предупредил Людвига, велев ему: если ко второму ночному перекусу он еще не вернется, тому следует прийти в этот восстановленный дом Тванако и силой разбудить его.</p><p>Пообещав Людвигу роскошный пир на следующий день, Лумиан получил его согласие.</p><p>С треском и пощёлкиванием зловещие пауки, карабкавшиеся по внешним стенам дома, вместе со множеством комаров и мошек внутри комнаты вспыхнули и полетели вниз, источая аппетитный паленый аромат.</p><p>Положившись на технику медитации, Лумиан быстро погрузился в сон.</p><p>Словно сквозь дрему, он медленно очнулся, сел и увидел, что по-прежнему находится на деревянной кровати, в хозяйской спальне на третьем этаже дома «Сисо».</p><p>За окном стояла глубокая ночь; алый лунный свет, казалось, заслонили слои туч, и лишь единичные лучи пробивались сквозь них, будучи необычайно тусклыми.</p><p>Вопли диких зверей в девственных джунглях и смутный шум из бара полностью стихли; ночь погрузилась в самое умиротворенное состояние, храня мертвую тишину.</p><p>«Ничего не изменилось…» Лумиан с разочарованием вздохнул.</p><p>Он собирался было достать золотые карманные часы, чтобы проверить время, а затем в этой непроглядной тьме покинуть дом и по улице вернуться в гостиницу «Бриу», как вдруг его зрачки расширились, а взгляд застыл.</p><p>При довольно тусклом алом лунном свете Лумиан только что бегло окинул взглядом пол в комнате:</p><p>Он не увидел трупов комаров и мошек!</p><p>Те комары, которых он перед сном сжег с помощью способности «Пироман», должны были обугленными упасть на пол, но теперь они бесследно исчезли, а поверхность пола была чистой, будто её только что подмели!</p><p>«Не могло же статься так, что кто-то пробрался сюда, пока я спал, и прибрался в комнате? Я ведь устроил вокруг несколько ловушек, их не так-то просто обойти… „Мстительный дух“?» Лумиан мгновенно напрягся, достал из кармана рубашки под жилетом ранее убранные золотые карманные часы, с щелчком открыл их и взглянул на время:</p><p>11 часов 58 минут вечера.</p></section><section><title><p>Глава 667 Подтверждение границ</p></title><p>Глава 667 Подтверждение границ</p><p>11:58?</p><p>Увидев время, показанное золотыми карманными часами, Люмиан слегка дрогнул веками, ощутив дыхание аномалии.</p><p>Ему казалось, что он проспал больше часа, так почему прошло всего семь минут?</p><p>Хотя искажение внутреннего чувства времени вполне могло произойти, дело было не только в этом: исчезнувшие трупы комаров и совершенно смолкшее окружение точно так же подкрепляли определённые догадки.</p><p>Обладая соответствующим опытом, Люмиан беззвучно пробормотал про себя:</p><p>«Неужели я уже попал в особый сон?»</p><p>Когда наступает глубокая ночь, сон в этом желтовато-коричневом доме погружает в особый сон?</p><p>«Сисо» Теванако перестроил дом для того, чтобы его собственный сон здесь выглядел более естественным и не вызывал подозрений?</p><p>Но почему происходит подобное?</p><p>Люмиан опустил голову и посмотрел себе под ноги, словно его взор проник сквозь толщу деревянных половиц и прочих преград, увидав то, что находится под землёй.</p><p>Он не был уверен, чем именно вызвана эта аномалия, и мог лишь строить предположения, опираясь на здравый смысл и опыт.</p><p>В тёмной, мертвенной тишине, где не слышалось ни звука, Люмиан шагнул вперёд и под скрип собственного шага покинул дом, когда-то принадлежавший «Сисо» Теванако.</p><p>Улица была пуста; скот, который многие горожане держали на первых этажах зданий, словно полностью растворился в ночи, и трудно было понять, остался ли он вообще, а доносившийся время от времени стук шагов патрульных солдат исчез без следа.</p><p>Ночной, по-прежнему влажный и жаркий ветер пронёсся по пустынной улице, будто подталкивая Люмиана к дверям бара «Анаконда».</p><p>Люмиан прислушался и обнаружил, что внутри царит такая тишина, в которой не слышно даже шуршания букашек или жужжания комаров.</p><p>С неизменным выражением лица он протянул правую руку и толкнул тяжёлую деревянную дверь.</p><p>Внутри царила тьма. Пользуясь тусклым лунным светом, проникавшим снаружи, и превосходным зрением Пути «Охотника», Люмиан с трудом различил очертания барной стойки, шкафов с алкоголем, маленьких круглых столиков, стульев, подсвечников и настенных светильников, но не обнаружил ни единого человека.</p><p>Казалось, этот бар закрылся уже довольно давно.</p><p>'Это тем более странно. Перед тем как я заснул, в баре было довольно оживлённо. За семь-восемь минут невозможно выставить посетителей и убрать каждый уголок.</p><p>«Исходя из моего опыта, хотя в сельской местности бары действительно закрываются раньше, чем в городах, и гулянья не затягиваются до двух-трёх часов ночи, всё же выпивку прекращают продавать только после полуночи, объявляя остающимся посетителям, чтобы те допивали свои бокалы и убирались восвояси. А если кто-то буянит и не хочет уходить, это затягивается ещё на какое-то время…» Как завсегдатай Старой таверны в деревне Корду, Люмиан успел побывать во множестве баров самых разных мест и считал себя вправе делать подобные выводы.</p><p>Это ещё больше убедило его в том, что сейчас он находится в кажущемся реальным сне.</p><p>Люмиан внезапно вспомнил события в деревне Корду, и его рука, прижатая к тяжёлой деревянной двери бара «Анаконда», замерла.</p><p>Спустя некоторое время он покинул это место и неспешно вернулся в гостиницу «Бриу».</p><p>Преодолев погружённую во тьму лестницу и коридор с ветхим деревянным полом, Люмиан без спешки подошёл к своему номеру на втором этаже и отворил деревянную дверь детской комнаты.</p><p>Тусклый алый лунный свет хлынул в комнату с задернутыми шторами, осветив небесно-голубое одеяло и простыни с узором.</p><p>Здесь никто не спал.</p><p>Людвиг тоже исчез.</p><p>Сопоставив это с увиденным по пути, Люмиан сильно заподозрил, что в этом сне он остался совсем один.</p><p>Все горожане, скот и приезжие пропали — во всём городке Тизамо остался только он!</p><p>«Это явно нельзя назвать праздником, разве что „Праздником одиночества“…» Люмиан подумал несколько секунд, развернулся, вышел из гостиницы «Бриу» и отправился к церкви Святого Сиена, расположенной неподалёку от кладбища.</p><p>В глубокой ночи под тусклым лунным светом золотой купол этой церкви и узоры на её внешних стенах словно утратили своё сияние и погрузились в сон.</p><p>Люмиану не хотелось тратить силы на то, чтобы распахивать двустворчатые врата, поэтому он просто вскрыл соседнее окно с витражным стеклом и впрыгнул внутрь.</p><p>В тёмной ночи здесь было тихо и пусто, а высокий свод навевал гнетущий холод, совершенно не свойственный ему днём.</p><p>Люмиан осмотрелся вокруг, но не нашёл священника Кали, обладающего той самой аномалией, как не увидел ни викария, ни слуг.</p><p>'И вправду остался только я один…</p><p>«Неужели только те, кто заснул в том доме 'Сисо», способны попасть в этот особый сон?</p><p>'Хм, и к тому же это должна быть глубокая ночь.</p><p>«Тогда как проводят Праздник снов? Не могут же причастные лица в определённый час выстраиваться в очередь, чтобы поспать в доме 'Сисо»? Не говоря уже о том, поместятся ли они там, как такое масштабное коллективное действие умудряется оставаться незамеченным для членов Патрульной команды и стоящих за городком войск?</p><p>'К тому же не похоже, чтобы в это были втянуты абсолютно все: те жители Тизамо, у которых я расспрашивал раньше, понятия ни о чём не имели…</p><p>'И ещё, самый главный вопрос:</p><p>«Если это сон, то почему я сохраняю осознанность?»</p><p>Люмиан поразмыслил немного, затем протянул правую руку и коснулся стены, покрытой религиозными фресками.</p><p>На ощупь она была холодной и твёрдой — самый настоящий камень.</p><p>Обладая богатым опытом пребывания в реалистичных снах, Люмиан подавил возникающие вопросы и решил начать с самой простой разведки.</p><p>Ему нужно было проверить, насколько велик этот сон и где находятся его границы.</p><p>Люмиан активировал чёрную метку на правом плече, ощутил мир духов и «увидел» каждый уголок городка Тизамо.</p><p>Сделав «Переход сквозь мир духов», он исчез с места и появился на укатаной грунтовой дороге, ведущей из городка Тизамо в порт Пайлос.</p><p>«Срабатывает и „Телепортация“… Впрочем, раз это сон, то нет ничего невозможного. Пока в собственном сознании ты веришь, что способен на это, должно получаться…» После событий в деревне Корду Люмиан прочёл немало книг о снах, а также общался с мисс «Справедливость», мисс Сьюзи, Антони Ридом и другими Потусторонними сферы разума, благодаря чему пришёл к более глубокому пониманию этих вещей.</p><p>Он замедлил шаг и продолжил идти в сторону порта Пайлос. Пройдя двести-триста метров, он увидел, как впереди всё становится размытым, будто клубится призрачный туман, который под тусклым лунным светом казался непроглядно-чёрным.</p><p>Внезапно духовное чутьё Люмиана подсказало ему, что если он вступит в эту размытую, охваченную иллюзорным туманом область, то окажется в смертельной опасности и с огромной вероятностью случится нечто ужасное.</p><p>«И вправду есть ограничения, нельзя просто так дойти до границ разума…» Люмиан не стал рисковать, быстро вернулся в городок Тизамо и принялся искать границу с другой стороны.</p><p>Эта сторона прилегала к первобытным джунглям.</p><p>Преодолев расстояние в триста-четыреста метров, Люмиан добрался до края джунглей и увидал, как растения тропического леса молча стоят в ночи, подобно густо расставленным надгробиям.</p><p>Заметив, что размытой, окутанной призрачным туманом области ещё не появилось, Люмиан осторожно, но решительно двинулся дальше.</p><p>Пробираясь сквозь свисающее множество лиан и деревья, он шагал по земле с толстым слоем перегноя, углубляясь в первобытные джунгли.</p><p>По пути не было ни порхающих мошек и комаров, ни ядовитых тварей, таящихся в траве и деревьях.</p><p>Пройдя ещё семьсот-восемьсот метров, Люмиан почувствовал, что окружение стало более сюрреалистичным.</p><p>Некоторые области размывались, некоторые искажались, а некоторые на первый взгляд казались чёткими, но при пристальном рассмотрении разглядеть их никак не удавалось.</p><p>Состояние этих областей беспрестанно менялось и чередовалось.</p><p>«Вот это больше похоже на нормальный сон…» Видя, что духовность не подаёт сигналов об опасности, Люмиан сделал ещё несколько пробных шагов вперёд.</p><p>Внезапно весь мир распался на множество сцен, которые переплелись между собой и предстали вокруг.</p><p>Осознанное состояние Люмиана пошатнулось, появилась лёгкая мутность в голове.</p><p>В следующую секунду он увидел, как в этих сценах возникли чёрные валуны и несколько людей, облачённых в тёмные мантии.</p><p>Один из них поднял голову, явив бледное лицо со светло-коричневым оттенком, льняные глаза с примесью мрачной зелени и вполне приятные черты лица.</p><p>«Сисо»!</p><p>«Сисо» Теванако!</p><p>Он — «Сисо» Теванако!</p><p>Человек в тёмной мантии с обличьем «Сисо» Теванако полностью выпрямился.</p><p>Его взгляд, казалось, прошёл сквозь множественные сцены и устремился прямо на Люмиана.</p><p>С призрачным звуком «хлоп» сцены вокруг Люмиана стремительно разрушились.</p><p>Люмиан резко сел и увидел, что снова находится внутри желтовато-коричневого здания, перестроенного «Сисо» Теванако, в тёмной комнате, на простой деревянной кровати.</p><p>Он быстро огляделся, достал из левого нагрудного кармана рубашки карманные часы в золотом корпусе, с щелчком откинул крышку и посмотрел на время:</p><p>1:38 ночи.</p><p>В этот момент алый лунный свет за окном был не слишком ярким, но и не тусклым. Ближайший бар «Анаконда» уже закрылся, но из далёких первобытных джунглей как раз донёсся рёв дикого зверя.</p><p>Тихая, но не мёртвая ночь.</p><p>«Это проснулся? Вот это уже правильно, проспал где-то час сорок минут, что весьма близко к моим ощущениям…» Люмиан поднялся с кровати, посмотрел на пол и, как и ожидалось, увидел обугленные трупики комаров, а также множество насекомых, круживших за окном, сдерживаемых запахом эфирного масла спокойствия.</p><p>Уф, он вздохнул с облегчением и задумался над тем, почему в том особом сне появился силуэт «Сисо» Теванако:</p><p>«Раз это праздник, то 'Праздник снов» явно проводился не единожды — один раз называется вечеринкой. Не мог ли «Сисо» за прошедшие годы неоднократно участвовать в «Празднике снов» и оставить в этом сновидении своего рода отпечаток?</p><p>'«Праздник снов» действительно связан с тем первобытным племенем? И потому, когда я углубился в джунгли, это активировало определённые отпечатки и образы, запечатлённые сном, из-за чего я и увидел «Сисо»…</p><p>«Чего добивался 'Сисо», используя «Праздник снов»?</p><p>'«Праздник снов», «Праздник снов»… Раз это праздник, он точно должен проходить в определённый день. А в остальное время, попадая в этот особый сон, ни с чем не столкнёшься, как и получилось со мной сегодня ночью?</p><p>«Какая же это дата?»</p><p>Люмиан погрузился в размышления.</p><p>Вскоре у него появилось направление для догадок:</p><p>Семнадцатого декабря прошлого года это первобытное племя напало на городок Тизамо, что привело к огромным жертвам.</p><p>«„Праздник снов“ проходит семнадцатого декабря или за два-три дня до этого, то есть как раз тогда, когда „День дурака“ устроила здесь свою шалость?» Люмиан воодушевился и поспешил проверить сегодняшнее число.</p><p>Сейчас было начало второго ночи одиннадцатого декабря.</p></section><section><title><p>Глава 668 Зацепка</p></title><p>Глава 668 Зацепка</p><p>«Если 'Праздник снов» действительно, как я и предполагаю, имеет фиксированную дату, то это должен быть один из ближайших нескольких дней…</p><p>«Все это время нужно каждый вечер приходить спать в этот дом „Сисо“, чтобы не пропустить проведение „Праздника снов“, к тому же до „Праздника снов“ необходимо как можно лучше уяснить основные закономерности того особого сновидения, например, как нормально выходить из сна, не входя в первобытные джунгли…»</p><p>Люмиан захлопнул золотые карманные часы и убрал их в нагрудный карман рубашки, прикрытый жилетом.</p><p>Он не стал продолжать спать здесь и решил спуститься по лестнице на улицу городка Тизамо. Во-первых, через двадцать минут наступало время второго ночного перекуса Людвига, и по договоренности, если Люмиан не вернется вовремя, тот придет и насильно его разбудит; во-вторых, нужно было доложить о текущих результатах мадам «Фокуснику».</p><p>Едва Люмиан вышел из дома «Сисо», за его спиной внезапно раздался голос:</p><p>«Что именно ты расследуешь?»</p><p>Из темного угла, куда не проникал алый лунный свет, вышел Камю Кастия в белой рубашке и расстегнутом желтом жилете. Его пышные волосы заметно слежались из-за бессонной ночи.</p><p>Этот молодой командир боевой группы Патрульной команды порта Пайлос неизвестно когда уже поджидал здесь.</p><p>Люмиан ничуть не удивился, будто давным-давно все заметил, и ответил невпопад:</p><p>«Многие сцены днем и ночью предстают в разных состояниях.»</p><p>«Действительно.» Камю сталкивался со множеством оккультных инцидентов, подпадающих под это описание, и самый простой и распространенный случай — когда некоторые дома с привидениями при солнечном свете выглядят совершенно нормально.</p><p>Люмиан, направляясь к гостинице «Бриу», с улыбкой подшутил над Камю:</p><p>'Ты совсем не спал и сидел в тени снаружи гостиницы, наблюдая за моими движениями?</p><p>«Какая тяжелая работа, смотри не умри от переутомления.»</p><p>Если бы Камю не знал, что Луи Бери имеет очень тесные связи с Церковью «Шута» и не возражает против его слежки, он решил бы, что эта шутка — предупреждение.</p><p>Ты думаешь, мне самому этого хочется? Камю самокритично усмехнулся:</p><p>«Я отвечаю за сегодняшнюю ночь, завтра — Мэслоу или Рия.»</p><p>Люмиан больше не стал болтать и шаг за шагом пошел обратно к гостинице «Бриу», будто о чем-то размышляя.</p><p>Камю хотел расспросить подробнее, но не решался открыть рот.</p><p>Затем он увидел, как Великий авантюрист остановился у дверей гостиницы и, стоя к нему спиной, равнодушным тоном произнес:</p><p>«Теванако перед смертью упоминал один термин — 'Праздник снов».</p><p>'Я только что обнаружил в его доме кое-какие следы и подтвердил, что в городке Тизамо существует особое сновидение.</p><p>«Ты и твои коллеги как можно скорее соберите для меня фольклорные легенды этой местности, связанные со снами.»</p><p>«Э-э…» Камю сначала растерялся, но тут же его разум прояснился, словно в жаркий летний день на него вылили ведро ледяной воды.</p><p>И вправду у дела Теванако есть продолжение, и вправду здесь кроется огромная проблема! Камю не слишком удивился, но его сердце ёкнуло.</p><p>Он подсознательно ответил:</p><p>«Хорошо.»</p><p>Только согласившись, Камю осознал, что незаметно для себя подчинился приказу Луи Бери, словно тот был капитаном Патрульной команды.</p><p>Проводив взглядом Люмиана, вошедшего в гостиницу «Бриу», Камю бегло проанализировал, почему у него возникла такая реакция.</p><p>Он посчитал, что причиной тому стали как угроза, исходящая от силы, так и репутация и надежность, завоеванные прошлыми поступками.</p><p>'Нужно отправить телеграмму обратно в порт Пайлос с просьбой о подкреплении…</p><p>«Кроме того, нужно как можно быстрее ознакомиться с городком Тизамо и постараться за несколько дней перенести сюда свой „участок“…»</p><p>Продумав следующие несколько дел, Камю вновь тяжело вздохнул:</p><p>После встречи с Луи Бери вспышки проблем просто не прекращались!</p><p>Моей первоначальной целью приезда в городок Тизамо было лишь наблюдение за его действиями во избежание неожиданностей, так почему я снова должен расследовать «Праздник снов»?</p><p>…………</p><p>В апартаментах на втором этаже гостиницы «Бриу».</p><p>Люмиан поздоровался с Людвигом, который в детском колпаке для сна только что встал и подошел к обеденному столу, и вернулся в главную спальню.</p><p>Не успел он подумать о том, как написать письмо мадам «Фокуснику», как увидел на письменном столе сложенную квадратом бумагу.</p><p>Отвечать после полуночи — это действительно в стиле мадам «Фокусника»… Люмиан усмехнулся про себя, взял письмо и создал над головой ослепительно-белый огненный шар.</p><p>— В городке Тизамо еще не провели газ.</p><p>При свете ослепительно-белого огненного шара Люмиан развернул письмо и начал читать:</p><p>«Я завершила астрологическое прорицание и получила некоторые откровения об остальных частях тела 'Гноящейся отсеченной руки»:</p><p>«Ее оставшееся тело разделено на три части: одна с высокой вероятностью находится в Подземном царстве, а две другие подсказки тесно связаны со столицей Ленбурга, Ахсарой, но в то же время находятся не там. Это навело меня на мысль о 'Городе Изгнания» Морора, где запечатан «0—01», имеющем похожие свойства: быть в Ленбурге и не быть в Ленбурге.</p><p>«Моя трактовка такова: те две части тела 'Гноящейся отсеченной руки» находятся именно в «Городе Изгнания» Морора.</p><p>'Тебе не кажется, что это слишком совпадение?</p><p>'Нет, нисколько не совпадение. Результаты моего прорицания показывают, что примерно три месяца назад одна из этих двух частей тела находилась в комплексе гробниц Королевства Пас на Южном континенте, а другая была связана с одной из фольклорных легенд Центрально-южного региона.</p><p>«Понимаешь, к чему я клоню?»</p><p>Это… примерно три месяца назад… Будучи «Заговорщиком», Люмиан мгновенно понял, о чем говорит мадам «Фокусник»:</p><p>«Приняв материалы о '0—01», этом самом ужасном запечатанном артефакте, и притворившись крестным Людвига, я тем самым принял протянутую Церковью Познания оливковую ветвь и согласился заплатить за это определенную цену…</p><p>«Затем Церковь Познания направила высокопоставленных лиц, чтобы собрать две из оставшихся частей тела 'Гноящейся отсеченной руки» и спрятать их в «Городе Изгнания» Морора.</p><p>'Как это называется? Это называется: хочешь не хочешь, а идти придется, если только не отказаться от надежды продвинуться к Последовательности 4 и стать полубогом.</p><p>«Хе-хе, уговор между мной и „Гноящейся отсеченной рукой“ состоит в том, что пока я не соберу все ее тело, я никогда не смогу обрести божественность. Это напрочь перекрывает мысль обходного пути: стать полубогом напрямую через Благословение, не принимая зелья…»</p><p>К счастью, Люмиан не возражал против того, чтобы перед становлением полубогом посетить «Город Изгнания» Морора, поэтому сейчас не чувствовал досады и беспокойства, а наоборот, посчитал, что это избавило его от множества хлопот.</p><p>Немного подумав, он продолжил читать дальше:</p><p>«Результаты моего прорицания также говорят мне, что как только тело 'Гноящейся отсеченной руки» будет собрано воедино, произойдут некоторые опасные вещи. Тебе лучше совершить этот шаг в «Городе Изгнания», используя существование «0—01», чтобы нейтрализовать этот риск.</p><p>'Иными словами, тебе нужно сначала найти ту часть тела, что находится в Подземном царстве.</p><p>«Гм, в ближайшие три месяца у тебя должна появиться возможность войти в Подземное царство, не забудь воспользоваться ей, и не спрашивай меня, что это за возможность, я и сама не знаю.»</p><p>Возможность отправиться в Подземное царство в ближайшие три месяца… Люмиан повторил про себя эту важную информацию.</p><p>Помимо радости, он сочел эту фразу странноватой, поскольку «войти в Подземное царство» и «отправиться в ад» — это два разных выражения с одним и тем же смыслом: в этом мире, за исключением невеликого числа людей, никто не отнесся бы спокойно к словам вроде «у тебя в ближайшие три месяца есть шанс отправиться в ад», ведь стоит знать, что многие люди при перебранке только и твердят «желаю тебе поскорее отправиться в ад».</p><p>Временно не имея времени раздумывать о том, какая именно возможность позволит ему войти в Подземное царство, Люмиан сжег ответное письмо мадам «Фокусника», записал сегодняшние успехи и догадки о «Празднике снов», намереваясь завтра в полдень отправить это своему Старшему Аркану.</p><p>— Хотя ему и казалось постоянно, что «режим дня» мадам «Фокусника» чем-то похож на режим Франки, он все же не был уверен, удобно ли отправлять письмо в такое время.</p><p>…………</p><p>Северный континент, Трир.</p><p>Зимний солнечный свет проникал сквозь стеклянные окна, разливаясь по гостиной, прогоняя часть холода и принося некоторое тепло.</p><p>Франка уютно лежала в кресле-качалке, полуприкрыв глаза и наслаждаясь этой прелестью.</p><p>Внезапно у нее возникло предчувствие, она резко подобрала ноги и села.</p><p>Сразу же после этого она увидела, как из темноты в углу проступил человеческий череп, словно отлитый из чистого серебра и испускающий мягкий свет, а в его глазницах пылало бледное пламя.</p><p>«„Посланник мадам 'Хелы“… Зачем она меня ищет?» Франка с недоумением смотрела, как серебряный череп разжал зубы, позволив письму всего на одну страничку спланировать к ней.</p><p>Она взяла бумагу и быстро пробежала ее глазами:</p><p>«„007“ сказал, что уже четыре дня не может связаться с тобой, и попросил меня проверить, как ты.»</p><p>Четыре дня… Я ведь четыре дня не заходила в телеграфную группу… Франка не удержалась от пары сухих смешков.</p><p>Как это называется?</p><p>Это называется: рано ляжешь, поздно встанешь — залог здоровья, и отныне государь не выходит на утренний прием!</p><p>К предрассветным часам Франка села за Аналитическую машину, соединенную с приемопередающей радиостанцией, а Дженна наконец-то получила возможность воспользоваться ночной темнотой и выйти наружу в поисках шансов для отыгрыша «Ведьмы».</p><p>Па-па-па, Франка отстучала первую за несколько дней телеграмму:</p><p>«Шурима, ваш император вернулся!»</p><p>Вскоре телеграмма от «007» была отпечатана механической пишущей машинкой, приводимой в движение Аналитической машиной:</p><p>«„Потайной клинок“, куда ты пропадала все эти дни?»</p><p>Кхм-кхм, Франка прокашлялась и ответила:</p><p>«Каждый день поздно ложиться спать так нездорово, неужели в этом мире больше нет тех, кто вам дорог?»</p><p>«Не говори на такие печальные темы…»</p><p>«„Потайной клинок“, ты что, освоила тайное искусство убийства, разящее душу?»</p><p>«…»</p><p>Другие участники телеграфной группы один за другим выразили протест.</p><p>Спустя некоторое время пришла телеграмма от «007»:</p><p>'По поводу того прежнего дела я уже собрал достаточно сведений, давай назначим время для встречи.</p><p>«И еще, предложение обменять историю на предмет можно продвигать дальше, вышестоящие дали согласие.»</p><p>Франка опешила и ответила быстрее, чем успела подумать:</p><p>«Сколько времени прошло, прежде чем вы приняли решение? Я уже и забыла об этом…»</p><p>В конце концов, это Люмиан хотел узнать историю того гуманоидного запечатанного артефакта, а не она.</p><p>«007» отправил телеграмму беспомощным тоном:</p><p>«Ничего не поделаешь, старинная и очень крупная организация, внутренние процедуры всегда такие медленные.»</p><p>«Да-да-да, стоит только организации быть старинной — будь она официальной или тайной, — все они одинаковы, процедуры невероятно хлопотные!» — выразил согласие другой участник телеграфной группы, «Король Луны».</p><p>Договорившись с «007» встретиться завтра вечером, передать материалы по Морану Авиньи и обсудить предварительный план убийства, Франка поднялась и размяла талию.</p><p>Она внесла оба упомянутых «007» дела в письмо, после чего устроила ритуал и призвала Посланника Люмиана, «Кающегося» Баинфера.</p><p>…………</p><p>Южный континент, городок Тизамо.</p><p>Люмиан, как раз собиравшийся пойти в тот дом «Сисо» и поспать, увидел, как его Посланник вышел из темноты и протянул письмо.</p><p>Забрав письмо, Люмиан заметил, что «Кающийся» Баинфер не ушел сразу в мир духов, как обычно, а медленно огляделся по сторонам.</p></section><section><title><p>Глава 669 Новые сведения</p></title><p>Глава 669 Новые сведения</p><p>Люмиан редко видел у «Кающегося» Баинфера такое необычное поведение и с легким ожиданием и любопытством спросил:</p><p>«Что ты обнаружил?»</p><p>Баинфер, облаченный в черную сутану священнослужителя, полностью обугленный снаружи, к телу которого местами прилипло черное пламя, отвел взгляд и глубоким голосом ответил:</p><p>«Тьма ночи скрывает текущий грех.»</p><p>Сказав это, этот «Кающийся» шагнул в пустоту и исчез из комнаты.</p><p>«Ночь скрывает текущий грех… Акцент на ночи сделан потому, что только глубокой ночью можно войти в то особое сновидение? Что означает „текущий грех“? Разве вы, загадочные типы, не можете сказать что-то более понятное людям?» — мысленно поворчал Люмиан, распечатал письмо Франки и быстро бегло прочитал его.</p><p>Откровенно говоря, по прошествии стольких дней его желание узнать о прошлых невзгодах того гуманоидного запечатанного артефакта уже сильно угасло. В конце концов, тогда он в основном чувствовал, что состояние того существа очень похоже на его собственное, и был эмоционально затронут, из-за чего и сделал то предложение, а теперь эти эмоции давно улеглись.</p><p>Разумеется, лишь улеглись, а не исчезли. Люмиан потянул к себе лист бумаги, подробно и без утаек описал происшедшее, намереваясь завтра в полдень отправить письмо госпоже «Фокусник».</p><p>Что касается того, согласится ли обладательница карты Старших Арканов, захочет ли совершить столь не совсем равную сделку, Люмиан не был особо уверен. Он лишь интуитивно полагал, что Старшие Арканы «Клуба Таро» вряд ли станут присваивать себе важные предметы, утерянные Церковью Праведного Бога, и состричь с этого немного шерсти — куда более вероятный выбор.</p><p>Выйдя из гостиницы «Бриу», Люмиан спокойно наблюдал, как из темного угла улицы, недоступного для алого лунного света, вышел Камю в распахнутом желтом жилете. Рядом с ним шла Рия, член местной патрульной команды, одетая в кожаный доспех с охотничьим луком за спиной.</p><p>«Почему сегодня вдвоем?» — хмыкнул Люмиан и шагнул по направлению к дому «Сисо».</p><p>Камю вдохнул, подавив внезапно подступившие эмоции, и, идя по левую руку от Луи Бери, сдержанным голосом ответил:</p><p>«До семнадцатого числа осталось всего несколько дней, в любой момент может произойти непредвиденное, нельзя больше действовать поодиночке.»</p><p>Осознанно и целенаправленно собирая разнообразные сведения, патрульная команда уже обнаружила кое-какие аномалии. Это заставляло Камю чувствовать, что пребывание в городке Тизамо — не самое разумное решение, и его нервы постоянно были натянуты как струна.</p><p>В нем все сильнее росло давящее чувство, будто он уже человек среднего возраста, на которого возложена огромная тяжесть ответственности.</p><p>Люмиан приподнял правую бровь:</p><p>«Ого, так быстро заметили эту ключевую дату — семнадцатое число.»</p><p>«Мы же не дураки, — наконец не выдержал и огрызнулся Камю. — Это очевидный вопрос. В прошлом году нападение на городок Тизамо произошло именно семнадцатого декабря, а в прошлые годы…»</p><p>Сказав это, он замолчал.</p><p>Он обнаружил, что рядом с Луи Бери он постоянно метался между вынужденно-сдержанным, подавленным состоянием зрелого мужчины и эмоционально неуравновешенным подростковым возрастом.</p><p>Люмиан с интересом спросил:</p><p>«А как было в прошлые годы?»</p><p>Камю помолчал несколько секунд и произнес:</p><p>'Мы получили из церкви Святого Сиена записи о погребениях в городке Тизамо за последние тридцать лет и обнаружили странное явление: восемьдесят процентов ежегодных записей о смертях приходятся на три месяца после середины декабря.</p><p>'Здесь ведь не Северный континент с его лютыми зимами, которые трудно пережить старикам и ослабленным людям. К тому же с конца декабря по конец марта здесь лето.</p><p>«Это очень аномальное явление.»</p><p>Люмиан медленно шагал вперед и, слегка кивнув, спросил:</p><p>«Уровень смертности в городке Тизамо выше, чем в других местах?»</p><p>«Гораздо выше, но в основном из-за нападений первобытного племени из джунглей. Кроме того, мы обнаружили, что и их нападения тоже происходят в течение трех месяцев, начиная с середины декабря, по два-три раза. А с семнадцатого декабря прошлого года и до сих пор не было ни одного. Все это выглядит крайне нездорово,» — Камю немного опасался, что в эти дни произойдет что-то крупномасштабное.</p><p>«Хе-хе, то, что нападения первобытного племени сводят основные смерти к этим трем месяцам, еще можно понять. Есть ли другие аномалии?» — спросил Люмиан тонкой прогулочной походкой.</p><p>Ответила ему молча шедшая следом Рия.</p><p>Эта смуглокожая и шатенка с дикой привлекательностью слегка хриплым голосом произнесла:</p><p>«В первой половине этого года у нескольких женщин в городке и на плантациях одна за другой появлялись такие симптомы беременности, как тошнота, изжога и вздутие живота. Все они считали, что осквернены призраками и, весьма вероятно, родят зловещий плод, но на самом деле никакой беременности не было — это были лишь их галлюцинации. Когда священник Кали отслужил мессу и провел простое очищение, они получили психологическое утешение и быстро вернулись в норму.»</p><p>«Мы также заметили, что в предыдущие годы в городке Тизамо происходили подобные вещи, сосредоточенные в первой половине года. Точно так же встречались и другие явления, когда люди бредили, будто ими овладели злые духи или призраки либо они подверглись их нападению, и это касалось не только беременности,» — добавил Камю.</p><p>Люмиан остановился:</p><p>«Каждый год возникает массовая истерия, и жители городка вместе с людьми с окрестных плантаций не находят это странным?»</p><p>Как член местной патрульной команды, Рия коротко пояснила:</p><p>«Все считают, что это дело рук того первобытного племени из джунглей.»</p><p>«Почему?» — Люмиан возобновил свою ночную «прогулку».</p><p>Голосовые связки Рии, казалось, когда-то были повреждены, поэтому ее голос всегда звучит немного хрипло:</p><p>«В ходе многочисленных нападений и стычек то первобытное племя демонстрировало способность повелевать трупами, призраками и тенями, а некоторые из их воинов после смерти, похоже, продолжают защищать свое племя в виде духов.»</p><p>«Сфера смерти… Хе, внешне во всей этой истории образовался замкнутый логический круг. Неудивительно, что уехавшие в другие места уроженцы Тизамо не считали это какой-то проблемой и ничего не рассказывали…» — Люмиан видел записи об этом первобытном племени, но не такие подробные, как рассказала Рия.</p><p>Расспросив еще о том, какие сведения патрульная команда собрала за последнее время, Люмиан остановился перед домом «Сисо», повернул голову и посмотрел на Рию, несшую за спиной охотничий лук и стрелы:</p><p>«Ты из Южного континента, но не местная уроженка городка Тизамо?»</p><p>Рия кивнула и спокойно сказала:</p><p>«Я из джунглей, из первобытного племени под названием „Пака“. Мы в основном живем в той области, что ближе к долине Пас.»</p><p>Джунгли Южного континента невероятно обширны и покрывают огромные территории множества штатов. Расстояние от области у долины Пас до этих мест возле штата Матани, возможно, даже больше, чем от деревни Корду до Трира.</p><p>— «Пака» на дутанском языке означает «ветер».</p><p>«Как ты попала в штат Матани?» — с легким любопытством спросил Люмиан.</p><p>Рия тихо усмехнулась:</p><p>«Продали.»</p><p>Она сделала паузу и проговорила:</p><p>«Десять лет назад на мое племя напали войска королевства Руэн. Меня схватили и многократно перепродавали, пока я не оказалась в Северном штате. Позже я нашла возможность сбежать и добралась до порта Пайлос, где получила помощь от Церкви и нашла работу. А потом, благодаря удаче, стала Потусторонней.»</p><p>Эта служащая местной патрульной команды спокойно рассказывала о своем прошлом, не сгущая красок над возможными страданиями и мучениями, но и не избегая намеренно этих тем.</p><p>«Неудивительно, что она истово верит в „Вечное Пылающее Солнце“…» — Люмиан поднялся по лестнице, расположенной снаружи дома и ведущей на второй этаж, и проговорил столь же спокойным тоном:</p><p>«Ты используешь лук и стрелы вместо огнестрельного оружия — это привычка, сохранившаяся с тех времен?»</p><p>«Да, племена, названные в честь ветра, славятся своей стрельбой из лука,» — выражение на светло-коричневом лице Рии быстро смягчилось.</p><p>Люмиан оглянулся на нее:</p><p>«Ты возвращалась туда взглянуть?»</p><p>Рия помолчала несколько секунд и сказала:</p><p>«Они все мертвы…»</p><p>Люмиан и Камю одновременно умолкли, отвели взгляды и, одолев последние несколько ступеней, вошли на второй этаж дома.</p><p>Окинув взглядом просторное, но скудное помещение и прислушавшись к доносившемуся из первобытных джунглей рыку диких зверей, Люмиан сел, скрестив ноги.</p><p>Он изначально хотел сказать Рие: «Люди из твоего племени не могли погибнуть абсолютно все, кого-то наверняка схватили и продали, как и тебя в свое время. Возможно, они все еще живы — на какой-нибудь плантации, в какой-нибудь шахте, в каком-нибудь танцевальном зале или баре», — но в итоге сдержался.</p><p>Он видел, что Рия уже приняла свою нынешнюю жизнь и обрела способность жить лучше, так что подталкивать ее исколесить Северный и Южный континенты, рискуя всем ради поиска оставшихся соплеменников, явно было бы неразумным поступком.</p><p>Подобная затея даже при одной мысли казалась невероятно хлопотной: зацепок мало, рассеяны они широко, да и опасность может быть весьма высокой; даже потратив всю жизнь, далеко не факт, что удастся довести дело до конца. Не каждый человек с похожим прошлым готов жертвовать своей нормальной жизнью ради поиска людей и мести.</p><p>Рия, должно быть, и сама понимала, что соплеменники могут быть живы, но, возможно, те, кто был для нее важнее всего, уже погибли, и она предпочла остаться в порту Пайлос.</p><p>«У каждого свой выбор, нельзя требовать от других следовать моим собственным навязчивым идеям…» — Люмиан привел мысли в порядок и с улыбкой посмотрел на все еще стоявших Камю и Рию:</p><p>«Хотите взглянуть на то место, где может проходить „Праздник снов“?»</p><p>«Где?» — вырвалось у Рии.</p><p>Камю же нахмурился:</p><p>«Здесь?»</p><p>Он быстро догадался:</p><p>«Ты каждую ночь приходишь сюда поспать ненадолго именно ради того, чтобы отправиться в место проведения 'Праздника снов»?</p><p>«Оно находится в особом сновидении?»</p><p>«А соображает действительно неплохо…» — мысленно похвалил Люмиан, ничуть не изменив улыбки на лице и ответив:</p><p>«Хочешь опробовать?»</p><p>Камю и Рия переглянулись, после чего он сказал:</p><p>«Испробую я, а Рия пусть охраняет окружение.»</p><p>«Я могу устроить пару ловушек,» — Люмиан поднялся и за несколько минут установил поблизости несколько сигнальных ловушек.</p><p>Затем он зажег противомоскитную свечу и поставил ее прямо посередине просторного второго этажа.</p><p>Под треск и пощелкивание комары и мошки, не успевшие улететь, один за другим падали на землю в огне и дыму.</p><p>«Ложись спать здесь,» — Люмиан снова сел, скрестив ноги, и обратился к Камю и Рие.</p><p>Он уже удостоверился: глубокой ночью, уснув в любом месте дома «Сисо», можно войти в то особое сновидение, тогда как сон снаружи или на два часа раньше подобного эффекта не давал.</p><p>Камю и Рия с недоверием выбрали себе по месту и сели, прислонившись к разным деревянным столбам, пытаясь погрузиться в сон.</p><p>Неизвестно, сколько прошло времени, как Камю внезапно проснулся.</p><p>Его взору открылись тьма ночи и алый лунный свет за окном, все еще горящая противомоскитная свеча и стоящий за ее огоньком Луи Бери, который с улыбкой смотрел на него.</p><p>Великий авантюрист в соломенной шляпе золотисто-желтого цвета произнес с насмешливой интонацией:</p><p>«Добро пожаловать на „Праздник снов“.»</p></section><section><title><p>Глава 670 Постепенное смягчение</p></title><p>Глава 670 Постепенное смягчение</p><p>Дух Камю мгновенно натянулся, он опёрся левой рукой, поднялся и настороженно огляделся по сторонам.</p><p>Он обнаружил, что всё ещё находится на втором этаже дома Теванако, а Рия, прислонившись спиной к деревянному столбу, встаёт с лёгким оцепенением и растерянностью.</p><p>Всё вокруг ничем не отличалось от того, что было до того, как он заснул.</p><p>«Ты… шутишь?» — осторожно спросил Камю у Луи Бери.</p><p>И это называется «Праздником снов»?</p><p>Это же явно состояние обычного пробуждения после сна!</p><p>Люмиан повернулся боком и, указав за окно, сказал:</p><p>«Послушайте-ка звуки в джунглях.»</p><p>Камю и Рия инстинктивно прислушались к звукам снаружи и обнаружили, что недалёкие джунгли погружены в полную тишину, словно уже заснули во тьме ночи.</p><p>Это… — глаза Рии слегка сузились.</p><p>Она родилась и выросла в первозданных джунглях, а в городке Тизамо провела почти год, поэтому прекрасно знала, что джунгли никогда не бывают в состоянии такой абсолютной тишины.</p><p>Люмиан указал на пол рядом с отпугивающей комаров свечой:</p><p>«А теперь посмотрите сюда.»</p><p>Камю и Рия посмотрели туда и обнаружили, что трупики комаров и насекомых, которые должны были там лежать, полностью исчезли.</p><p>Люмиан усмехнулся:</p><p>«Конечно, вы можете посчитать, будто я проснулся раньше, навёл порядок и тайком повлиял на ваш слух к дальним звукам, а всё это — лишь розыгрыш.»</p><p>Камю подумал несколько секунд и сказал:</p><p>«Я склонен верить тебе, но нужно кое-что проверить.»</p><p>«Да,» — поддакнула Рия, за спиной которой висели охотничий лук и стрелы.</p><p>Люмиан посмотрел на них, слегка кивнул и хладнокровно пришёл к выводу:</p><p>Теперь можно в целом утвердить: способность сохранять ясность ума при входе в этот особый сон вызвана какой-то силой, скрытой в доме «Сисо», а не какими-то моими личными особенностями.</p><p>Он пригласил Камю и Рию поспать в доме «Сисо» и войти в особый сон не только потому, что хотел поделиться информацией с Патрульной командой и привлечь побольше помощников.</p><p>Это также был эксперимент — эксперимент по установлению ключевых деталей!</p><p>За последние несколько дней Люмиан уже провёл множество подобных экспериментов и усвоил немало закономерностей, связанных со снами.</p><p>Засунув руки в карманы, он последовал за поспешно спускавшимися вниз Камю и Рией, желая посмотреть, как именно они будут проверять, является ли текущее состояние сном.</p><p>Выйдя из дома Теванако, двое членов Патрульной команды устремились прямо к ближайшему дому одного из жителей городка.</p><p>Обнаружив, что скот, содержавшийся на нижнем ярусе этого дома, исчез, Рия быстрыми шагами поднялась на второй этаж и попыталась открыть дверь простым железо-чёрным ключом.</p><p>Камю приоткрыл рот, словно собираясь её остановить, но в итоге не издал ни звука.</p><p>Увидев это, Люмиан задумчиво кивнул и мысленно произнёс про себя:</p><p>«Потусторонние Пути 'Судьи» подсознательно поддерживают текущий порядок и не хотят его нарушать.</p><p>«Если у Потустороннего этого Пути к тому же есть официальный статус, эта тенденция становится ещё сильнее…»</p><p>Рия взломала замок, вошла в дом и вместе с Камю обошла все комнаты, но не нашла проживавшую здесь семью.</p><p>Затем они вдвоём направились в полицейский участок, расположенный неподалёку от церкви Святого Сиена.</p><p>У местной Патрульной команды здесь было целых пять комнат.</p><p>Колобо, Мэслоу и Лобан исчезли, как и двое дежуривших ночью полицейских.</p><p>«Теперь я верю, что это сон,» — повернулся Камю к Луи Бери, который в соломенной золотисто-жёлтой шляпе и с руками в карманах брюк неспешно следовал позади. — «Но моё сознание настолько ясное, будто я совсем не сплю.»</p><p>Не успел Люмиан ответить, как на светло-коричневом лице Рии слегка нахмурились брови:</p><p>«Когда я только что бежала по улице и обыскивала эти комнаты одну за другой, у меня возникло ощущение чего-то знакомого.»</p><p>«Знакомого?» — разгладил брови Люмиан и спокойно спросил.</p><p>Неужели этот эксперимент принесёт ещё и неожиданную находку?</p><p>Рия немного подумала и сказала:</p><p>'Кажется, мне снился похожий сон.</p><p>«Во сне тоже было так же темно, тихо, улицы были пусты, и я была совершенно одна, бегала везде и искала…»</p><p>«Это были фрагменты или целостный сон?» — уточнил Люмиан.</p><p>Рия несколько секунд вспоминала и ответила:</p><p>«Я не знаю, помню только несколько подобных фрагментов.»</p><p>«Тебе это снится часто или изредка?» — направлял Люмиан Рию, чтобы уточнить детали.</p><p>Рия весьма уверенно ответила:</p><p>«Изредка.»</p><p>'Изредка…</p><p>'Жители городка Тизамо, даже не приходя спать в этот дом в определённые даты, всё равно могут изредка попадать в этот особый сон, но не способны сохранять ясность ума, будто просто видят обычный сон?</p><p>«Возможно, это не настоящее проникновение, а лишь эпизодическая связь их духовности с этим особым сном из-за изменений Алой Луны и других факторов окружающей среды. Жаль только, что Рия явно не помнит луну, погоду и прочие обстоятельства, когда видела такие фрагменты. Если бы я мог использовать 'гадание во сне», то сумел бы помочь ей вспомнить…</p><p>«Те немногие жители Тизамо, о которых я расспрашивал в порту Пайлос, не упоминали о подобных снах. Ну, во-первых, такие сны слишком обычны, чтобы кто-то их особо запоминал, а во-вторых, они покинули городок Тизамо уже много лет назад…» — пока в голове Люмиана бурлили мысли, он повернул голову и взглянул на Камю, проверяя, не хочет ли этот «Дознаватель» о чём-то спросить.</p><p>Камю с не соответствующей его возрасту сдержанностью и задумчивостью спросил у Рии:</p><p>«Как ты думаешь, есть ли у жителей городка Тизамо что-то особенное?»</p><p>Очень проницательно. Раз этот сон, судя по всему, способен влиять на людей во всём городке и окрестностях, то с высокой вероятностью эти люди должны проявлять некоторую аномальность и в реальной жизни… — мысленно кивнул Люмиан.</p><p>Рия вспоминала довольно долго и лишь затем сказала:</p><p>«Ничего особенного, просто они слишком сильно приручены…»</p><p>Упомянув об этом, Рия вздохнула:</p><p>«Они очень вежливы с людьми, учтивы, обладают мягким характером, эмоционально стабильны, весьма послушны и исполняют приказы. Даже если злятся, быстро успокаиваются. Попадая в неприятности, предпочитают обращаться к властям, а не устраивать частные драки и ссоры прямо на улице…»</p><p>Всё это Люмиан уже слышал от Камю и видел в соответствующих материалах. На поверхности не было никаких проблем — типичное состояние после подобного приручения.</p><p>В завершение Рия добавила:</p><p>«Единственная их проблема в том, что они не проявляют тепла — никто из них не бывает душевным. Дело не в том, будто они используют вежливость и учтивость как маску, чтобы скрыть внутреннее равнодушие и враждебность. Они просто банально не проявляют теплоты, словно не желают напрямую демонстрировать подобные эмоции.»</p><p>Услышав это, Люмиан вспомнил жителей Тизамо, с которыми контактировал за последние дни.</p><p>За исключением некоторых джентльменов и дам с Северного континента, остальные были спокойны, мягки, не любили спорить и всегда вежливо и учтиво общались с окружающими.</p><p>Следом Люмиан вспомнил тех нескольких уроженцев Тизамо, которых расспрашивал в порту Пайлос.</p><p>Те умели бояться, переживать, заискивать, у них была богатая мимика и живые эмоции.</p><p>Это разительно отличалось от жителей городка Тизамо!</p><p>«У людей, находящихся здесь, большую часть эмоций высосал сон?» — Люмиан наконец-то нашёл аномалию в жителях Тизамо.</p><p>Их проблема явно заключалась не только в нападении и влиянии того первобытного племени из джунглей!</p><p>Услышав догадку Луи Бери, Камю не удержался и сдавленно охнул:</p><p>«Я же говорил, что жители Тизамо кажутся какими-то странными! Слишком покорные. Даже настоящие коровы и лошади время от времени проявляют бурные эмоции и пытаются сопротивляться… Так вот в чём может быть причина…»</p><p>Сердце Рии вздрогнуло, и с серьёзным видом, за которым скрывался лёгкий страх, она произнесла:</p><p>'Я пробыла здесь почти год, и мне кажется, что я стала намного мягче…</p><p>«Мои самые бурные эмоции не исчезли, они всё ещё в моём сердце, но в большинстве случаев они будто спят…»</p><p>Рия принялась анализировать саму себя.</p><p>«Похоже, все люди в пределах городка Тизамо постепенно подпадают под влияние этого особого сна, а после отъезда могут медленно от него избавиться,» — Люмиан взглянул на Камю. — «У нас, кто прибыл всего пару дней назад, пока нет проблем, но если задержимся надолго, то, возможно, тоже станем мягче.»</p><p>Не дожидаясь ответа Камю, Люмиан переключился на другой вопрос:</p><p>«Когда прибудет подкрепление от Патрульной команды и гвардии генерала?»</p><p>При упоминании об этом лицо Камю тут же потемнело, и он сквозь зубы выругался:</p><p>'Эти эгоистичные ублюдки! Весьма вероятно, что крупного подкрепления не будет.</p><p>«Гвардия генерала заявила, что у них здесь уже есть отряд Потусторонних, а также армия. Из Патрульной команды только капитан Реаса выразил готовность прийти на помощь. Дерьмо, всё это собачье дерьмо!»</p><p>Люмиан сначала опешил, а затем рассмеялся.</p><p>Новые структуры под властью туземного генерала действительно отличались от официальных организаций Северного континента.</p><p>Если бы Патрульную команду заменяла Церковь «Вечного Пылающего Солнца» или Церковь «Матери-Земли», официальные Потусторонние давно разработали бы план, направили достаточно сильные и многочисленные кадры для решения проблемы, а также подготовились к тому, чтобы при неблагоприятном раскладе попросту полностью уничтожить городок Тизамо.</p><p>«Иными словами, генерал Куэрариль считает, что раз уж здесь присутствую я, Великий авантюрист с поддержкой Церкви 'Шута», то можно использовать силы Церкви «Шута» для решения проблем городка Тизамо, и нет нужды посылать на помощь принадлежащих ему Потусторонних?</p><p>'Впрочем, Потусторонние — это не обычная капуста, с грядки не сорвёшь. Если реально погибнет слишком много сильных подчинённых, генерал Куэрариль не только расстроится, но и потеряет возможность достаточно эффективно управлять штатом Матани…</p><p>«Полагаясь лишь на вербовку для восполнения потерь, быстро вакансии не закроешь и доверия не завоюешь. Даже если удастся вернуть Потусторонние характеристики и обучить оставшихся людей, возникнут огромные проблемы: с низкими Последовательностями ещё ладно, а вот продвижение к средним Последовательностям имеет немалую вероятность провала, ведь подавляющее большинство здешних Потусторонних всё ещё не освоило Метод отыгрыша…» — Люмиан быстро разгадал ход мыслей генерала Куэрариля.</p><p>Он сказал слегка взволнованному Камю:</p><p>«Я проведу вас по этому сну, покажу тут всё.»</p><p>«Хорошо,» — Камю перевёл дыхание.</p><p>Он и Рия последовали за Люмианом и начали бродить по тёмному, мёртвенно-тихому и пустующему городку.</p><p>Спустя долгое время Люмиан повёл двоих членов Патрульной команды в первозданные джунгли и сообщил им, что впереди, в хаотичной зоне, словно состряпанной из фрагментов снов, видел силуэт Теванако, из-за чего подозревает наличие здесь отпечатка того самого «Апостола Желаний».</p><p>Пробираясь среди деревьев, возвышавшихся во тьме подобно исполинам, Камю чувствовал всё большее подавление.</p><p>Он ещё не успел расспросить о деталях силуэта Теванако, как вдруг услышал звук натягиваемой тетивы.</p><p>Хлоп.</p><p>Окутанная электрическими вспышками стрела прилетела издалека, пролетела мимо вовремя увернувшегося Камю и вонзилась в каучуковое дерево позади.</p><p>Среди трещащих электрических разрядов и обугливающегося дерева Люмиан, Камю и Рия уставились неподалёку и увидели женщину, стоявшую на ветви исполинского дерева.</p><p>Женщина была облачена в тёмно-коричневый кожаный доспех, держала в руках охотничий лук со стрелой, а её каштановые волосы, разделённые на две пряди, спадали на плечи.</p><p>Её кожа обладала светло-коричневым оттенком, а на лице, наделённом дикой красотой, бушевала нескрываемая холодность и ненависть.</p><p>Рия!</p><p>Это была Рия!</p></section><section><title><p>Глава 671 Человек из сна?</p></title><p>Глава 671 Человек из сна?</p><p>Рия смотрела на фигуру, стоявшую на ветви исполинского дерева — на саму себя, — и вдруг ощутила, будто погружается в сон.</p><p>Нет, это и был сон.</p><p>Та, другая Рия, с ледяным выражением лица, полным ненависти, снова натянула тетиву охотничьего лука, заставив стрелу покрыться трещащими серебристо-белыми молниями.</p><p>Лумиан уже собирался «телепортироваться» за спину той Рии на дереве, чтобы проверить, удастся ли в этом почти реальном сновидении взять её под контроль и расспросить о том, что ей «известно», как вдруг почувствовал, что всё вокруг зашаталось и распалось на множественные сцены.</p><p>Эти сцены наложились друг на друга и мгновенно разлетелись на куски.</p><p>Лумиан, Рия и Камю одновременно открыли глаза, увидели лившийся из окна алый лунный свет и услышали доносившийся из первобытных джунглей дикий рёв зверей.</p><p>Они по-прежнему находились на втором этаже дома «Сисо».</p><p>Камю резко сел и посмотрел в сторону: свеча от комаров сгорела почти дотла, остался лишь крошечный огарок, а вокруг валялось множество обугленных трупиков насекомых.</p><p>«Мы проснулись? Вернулись в реальность?» — Камю на мгновение даже не решился утверждать это наверняка.</p><p>Лумиан, прислонившись спиной к деревянному столбу, усмехнулся:</p><p>'Похоже на то, но я не могу утвердительно сказать, что мы на все сто процентов вышли из сна.</p><p>«Это нужно подтверждать через различные детали в ближайшее время.»</p><p>Самым простым способом было посмотреть, на месте ли Людвиг и в каком он состоянии.</p><p>Разумеется, спросив Термибороса, тоже можно было получить верный ответ, но этот парень не обязательно ответит, а если и ответит, не факт, что скажет правду.</p><p>Камю кивнул и, посмотрев на Рию, которая с момента пробуждения так и не обронила ни слова, с осторожностью произнёс:</p><p>«Кажется, на краю сна мы видели другую тебя.»</p><p>Другую Рию, чьи эмоции и состояние разительно отличались.</p><p>Рия молчала несколько секунд, после чего произнесла:</p><p>'Я тоже её видела.</p><p>«То, что она проявляла, очень похоже, очень похоже на те бурные эмоции, о которых я говорила раньше… те, что словно спали в моём сердце…»</p><p>Лумиан поправил золотисто-жёлтую соломенную шляпу на голове и, поднимаясь исключительно за счёт силы ног, задумчиво произнёс:</p><p>«Этот сон впитывает сильные эмоции в пределах городка Тизамо и порождает соответствующих людей из снов — более крайних, более эмоциональных людей из снов?»</p><p>«Значит, чем дольше человек находится в городке Тизамо, тем он становится покорнее…» — Камю согласился с догадкой Луи Бери, и Рия тоже медленно кивнула.</p><p>Человек из зеркала… человек из сна… сколько ещё странных существ таится в тёмных углах этого мира? Лумиан помассировал виски и направился к лестнице, ведущей на первый этаж.</p><p>«На сегодня попытки окончены,» — небрежно бросил он.</p><p>Камю и Рия пошли следом. По дороге, судя по возвращению скота и шорохам в домах, они окончательно убедились, что покинули сон.</p><p>Они остановились лишь тогда, когда Лумиан вошёл в гостиницу «Бриу», и укрылись в тени наискосок от неё.</p><p>…………</p><p>Толкнув дверь люкса, Лумиан увидел Людвига, сидевшего за уставленным едой обеденным столом. Тот запихивал в рот печёный банан, а другой рукой сжимал детскую вилку, тянясь к фирменному салату из пальмовой сердцевины.</p><p>Увидев эту картину, Лумиан окончательно убедился, что это не сон.</p><p>Он мельком глянул на дремавшего рядом Лугано и как бы между прочим спросил Людвига:</p><p>«Тебе сны снятся, когда ты спишь?»</p><p>«Снятся,» — отвлекшись ненадолго от еды, буркнул Людвиг.</p><p>Лумиан задумчиво кивнул:</p><p>«В эти дни снились?»</p><p>Оглодав почти половину запечённой речной рыбы вместе с костями, Людвиг только тогда нашёл время ответить:</p><p>«Снились.»</p><p>«И что за сны тебе снились?» — Лумиан снял золотисто-жёлтую соломенную шляпу и убрал её в «Вещмешок путешественника».</p><p>Людвиг невнятно ответил:</p><p>«Еда, еда, еда…»</p><p>И вправду не стоило возлагать больших надежд… — с самоиронией ухмыльнулся Лумиан и посмотрел на Лугано:</p><p>«А тебе что снилось?»</p><p>Есть ли какие-то проблемы с местными снами? — хотел спросить Лугано, но всё же решил ответить честно:</p><p>«Да всякие сны…»</p><p>Он помедлил и добавил:</p><p>«Наверное, из-за того, что долго не выходил куда-то один, ха-ха, не было возможности разрядиться, вот и снятся время от времени женщины да всякое такое. Но под конец всегда оказывается, что всё не так: то партнёрша превращается в монстра, то соблазнительная девушка покрывается наростами, колосьями, грибами… А потом, потом я в ужасе просыпаюсь.»</p><p>Будучи интисцем, он ничуть не смущался подобных тем.</p><p>Судя по психологии, которой учил Энтони, это результат сочетания двух факторов: слишком долго подавляемого желания и неотреагированного страха перед опасностями городка Тизамо… — оценил про себя Лумиан и с улыбкой произнёс:</p><p>«Можешь один сходить в местный бар „Анаконда“, найти местную девушку или попробовать приударить за барышнями и служанками с плантаций снаружи. Главное — приготовь еду для Людвига, он и сам о себе позаботится.»</p><p>Лугано сначала увлёкся этой идеей, но затем вспомнил об опасностях, которые могли таиться снаружи.</p><p>Лумиан повернулся и, направляясь к хозяйской спальне, с улыбкой бросил:</p><p>«Разумеется, когда дойдёт до дела, не превратятся ли эти дамы в монстров и не случится ли с ними чего странного — этого я не знаю.»</p><p>«…» — Представив такую картину, Лугано невольно вздрогнул.</p><p>Он взглянул на Людвига и решил, что рядом с этим мальчиком куда спокойнее.</p><p>Пока тот не сожрёт все запасы еды, сам он в безопасности!</p><p>…………</p><p>В тени наискосок от гостиницы «Бриу».</p><p>Рия некоторое время молча вела наблюдение, а затем внезапно спросила:</p><p>«Раз от Гвардии генерала подкрепления не будет, а из Патрульной команды придёт только замкапитана Реаса, почему ты просто не покинешь городок Тизамо? Зачем обязательно оставаться здесь и пытаться решить проблему „Праздника снов“?»</p><p>Стоило лишь сбежать из штата Матани, как у Гвардии генерала и Патрульной команды не хватило бы ресурсов для выслеживания и наказания. Максимум выпустили бы ориентировку да назначили скромную награду.</p><p>Камю почесал свои пышные каштановые волосы и с горькой ухмылкой ответил:</p><p>«Ты и сама знаешь, моей предыдущей Последовательностью был 'Шериф». Это идеально сочеталось с повседневной работой Патрульной команды, из-за чего я до сих пор не могу удержаться от желания поддерживать порядок в штате Матани и защищать жизнь местных жителей.</p><p>«Зелье приносит не только силу, оно во многом влияет на тебя.»</p><p>Он вздохнул и добавил:</p><p>«К тому же скоро прибудет капитан Реаса, я должен помочь ему. Долги всегда нужно возвращать.»</p><p>Был и ещё один резон, о котором Камю умолчал: он питал немалую уверенность в Великом авантюристе Луи Бери и стоящей за ним Церкви Шута. Ему казалось, что в присутствии такого человека всё должно пройти без особого риска.</p><p>Рия больше не стала расспрашивать и тихо продолжила смотреть на расположенную наискосок впереди гостиницу «Бриу».</p><p>Камю взглянул на неё:</p><p>«А ты? Почему ты прямо сейчас не заберёшь Лобана, Мэслоу и остальных и не уйдёшь из городка Тизамо? Вы трое сформируете отряд, и найдётся полно генералов туземных штатов, готовых вас принять.»</p><p>Рия пристально смотрела на тот номер-люкс, где жил Луи Бери, не открывая рта.</p><p>После долгого молчания, когда Камю уже подумал, что она не ответит, Рия внезапно произнесла:</p><p>«В самое тяжёлое и беспросветное для меня время именно Церковь помогла мне, а затем Патрульная команда дала мне новое начало, новую жизнь…»</p><p>Вспомнив ту ледяную Рию с лицом, полным ненависти, из сна, Камю от всего сердца вздохнул:</p><p>«Тебе и вправду нелегко.»</p><p>Едва он произнёс эти слова, как Рия усмехнулась:</p><p>'Ты самый противоречивый человек из всех, кого я встречала. Раньше я часто слышала от тебя, какой штат или какой остров должно захватить Королевство Фейнапот, какие рудники и какие долины прибрать к рукам, сколько ещё колоний нужно создать на Южном континенте. А теперь ты сочувствуешь моей участи.</p><p>«Я чувствую твою искренность, ты от чистого сердца сопереживаешь моей боли, но именно поэтому я и не удержалась от этих слов.»</p><p>Камю замер, не зная, что ответить.</p><p>Это и вправду было крайне противоречиво.</p><p>В то же время он заметил, что после встречи со своей копией из сна эмоции Рии стали немного более живыми, и она охотнее заговорила о себе.</p><p>Это вызвано столкновением с крайней эмоцией? Или же те, кто пробыл в городке Тизамо меньше года, осознав правду о «покорности», способны в определённой степени избавиться от влияния сна? Камю тут же подумал о плантациях за пределами городка, о сэре Пети, мисс Амандине, господине Роберте и прочих.</p><p>Эти джентльмены и барышни вовсе не были покорными.</p><p>А ведь тот особый сон, очевидно, охватывал и плантации за городком, и казармы гарнизона.</p><p>Камю порассуждал и понял причину:</p><p>Эти джентльмены и барышни ежегодно проводили в порту Пайлос как минимум половину времени.</p><p>Именно поэтому он был с ними хорошо знаком.</p><p>…………</p><p>Около полудня следующего дня, вскоре после того как Лумиан отправил письмо, он получил ответ от госпожи «Фокусник»:</p><p>«Эту цену назначила Церковь 'Вечного Пылающего Солнца» или ты сам?</p><p>«Запечатанный артефакт '1» уровня разве можно вернуть за такую мелочь?</p><p>«Если бы я не знала, кто ты такой, то заподозрила бы, что ты утаил больше половины предложения Церкви 'Вечного Пылающего Солнца».</p><p>«Помимо сведений об этом запечатанном артефакте '1» уровня, заставь Церковь «Вечного Пылающего Солнца» выплатить дополнительно золотом 50 000 фунтов по наивысшему курсу за последние три месяца.</p><p>«Не волнуйся, чего-чего, а золота у них избыток.»</p><p>Золото стоимостью в 50 000 фунтов… Это почти 1 200 000 феров золотом. Зачем госпоже «Фокусник» столько золота? Подумав о значении золота в оккультизме, о потребности Призрачного доспеха воссоздать золотое тело и о том, что сферы, связанные с богом Смерти, также широко используют золото, Лумиан быстро успокоился.</p><p>Затем он заметил одну деталь:</p><p>Госпожа «Фокусник» на этот раз выразила стоимость золота в золотых фунтах Королевства Лоэн.</p><p>Означает ли это, что в последнее время она больше действует в Королевстве Лоэн? Лумиан слегка кивнул, раздумывая, призвать ли кролика Шазо, Посланника Дженны, чтобы передать требования госпожи «Фокусник», или самому вернуться в Трир и заодно обсудить вопрос «Праздника снов» с Франкой, Дженной и Энтони.</p></section><section><title><p>Глава 672 Потворство</p></title><p>Глава 672 Потворство</p><p>Подумав о том, что Франка сегодня вечером встретится с «007», чтобы обсудить дело Морана Авиньи, и ему самому завтра непременно придется вернуться в Трир, чтобы обговорить разделение обязанностей и конкретные детали, Лумиан решил вызвать посланника Дженны — кролика Шазо.</p><p>Записав требования госпожи «Фокусник» на бумаге и сложив её, Лумиан обустроил ритуал, заставив этого особого «Зайца знаний» выйти из пламени свечи.</p><p>Первым, что бросилось Лумиану в глаза, был миниатюрный шелковый цилиндр половинной высоты, застрявший между двумя кроличьими ушами, затем — очки в золотой оправе и черный плащ, по размеру как раз подходившие туманному кроликоподобному существу, и наконец — матовый темный небольшой револьвер, зажатый в кроличьей лапке.</p><p>Этот револьвер поблескивал металлическим блеском, его ствол был чрезвычайно толстым, а барабан — аномально большим. Он выглядел очень весомым и материальным, в корне отличаясь от иллюзорности цилиндра, плаща и очков в золотой оправе.</p><p>Увидев такого кролика Шазо, Лумиан приподнял бровь:</p><p>«Это настоящая пушка?»</p><p>Глаза кролика Шазо за стеклами очков в золотой оправе мигом стали острыми:</p><p>«Да.»</p><p>«Дженна сделала для тебя на заказ?» — с пристрастием спросил Лумиан.</p><p>Кролик Шазо ответил емко и лаконично:</p><p>«Это плата.»</p><p>А он довольно хладнокровен… Мисс Челия Бело, вы думали о том, к каким последствиям это приведет? Вы не думали! Потому что я и сам не знаю, каковы будут последствия, если только не проконсультируюсь с госпожой «Фокусник»… — мысленно поехидничал Лумиан и передал сложенную записку кролику Шазо.</p><p>Увидев, что это подражающее человеку кроликоподобное существо собирается повернуться и шагнуть в свечной огонь, король проказников деревни Корду с большим интересом спросил:</p><p>«Умеешь стрелять?»</p><p>Кролик Шазо ненадолго замолчал, словно испытывая некоторое смущение:</p><p>«Еще нет.»</p><p>О, а сейчас ты уже не такой хладнокровный, как Герман Воробей… — тихо ухмыльнулся Лумиан:</p><p>'Мы с Дженной друзья, так что я помогу ей оплатить почтовые расходы на этот раз.</p><p>«Хочешь научиться стрельбе? Включая теорию и практику.»</p><p>Кролик Шазо, бывший немного выше обычных кроликов, без колебаний ответил:</p><p>«Без проблем.»</p><p>Улыбка на лице Лумиана стала еще заметнее.</p><p>Найдя укромное место на краю девственных джунглей и довольно долго с усердием обучая кролика Шазо стрельбе, Лумиан засунул руки в карманы и неспешно побрел обратно в городок Тизамо, намереваясь зайти в единственную местную кофейню на дневной чай.</p><p>Кофейня называлась «Буния», потому что так звали её владельца.</p><p>Это был мужчина лет тридцати, ещё не достигший тридцатилетнего возраста, который когда-то работал официантом и подмастерьем в кофейне порта Пайлос. Позже он подумал о том, что каждые выходные в городок Тизамо приезжает множество джентльменов и дам на охоту и отдых, но здесь нет ни одной настоящей кофейни. Поэтому он вернулся сюда и переоборудовал первый этаж своего дома в полуоткрытую кофейню.</p><p>Пройдя между столами и стульями, выставленными прямо на улицу, Лумиан подошел к стойке и с улыбкой сказал владельцу, исполнявшему также обязанности официанта, Бунии:</p><p>«Есть кофе „Фермер“?»</p><p>Смуглая кожа Бунии была не слишком темной, черты лица отдавали метисскими нотками, а черные волосы даже слегка вились от природы, однако его родители были коренными жителями Тизамо, что подтверждалось как его внешностью, так и происхождением.</p><p>Этот мужчина двадцати семи-двадцати восьми лет добродушно улыбнулся на не самом беглом интисском языке:</p><p>«Сударь, кофе „Фермер“ нет.»</p><p>Лумиан спросил с легким озорством и, не придавая этому особого значения, изменил заказ на кофе «Коса», производимый в штате Матани.</p><p>Едва он нашел столик, сел и сделал глоток жидкости, в которой переплетались горечь и сладость, как увидал расстегнувшего жилет Камю и одетую в кожаный доспех Рию, входивших в кофейню. Каждый из них заказал по чашке интисского кофе и по кусочку кукурузно-орехового коржа, очень характерного для Тизамо.</p><p>Завидев Рию, холостяк Буния сделался еще более застенчивым и принялся хлопотать, даже не смея поднять головы.</p><p>Когда Камю и Рия получили свой кофе и кукурузно-ореховые коржи и собрались искать места, Лумиан поднял руку и окликнул их.</p><p>Когда Камю и Рия без особого желания уселись напротив него, Лумиан с улыбкой спросил:</p><p>«Почему вы выглядите такими измотанными?»</p><p>Взглянув на исполненного сил великого авантюриста, Камю сделал вдох и медленно выдохнул:</p><p>«Мы только что закончили работу и наконец-то можем отдохнуть.»</p><p>А ведь еще вчера до полуночи сидели в засаде возле гостиницы «Бриу»!</p><p>«Сейчас я хочу только одного — хорошенько поспать.» Имея за плечами опыт совместного исследования сновидения прошлой ночью, Рия, общаясь с Лумианом, уже не была такой молчаливой, как прежде.</p><p>«И при этом вы пьете кофе,» — с усмешкой отозвался Лумиан.</p><p>Он отчетливо видел, что ни Рия, ни Камю не обладают энергией «Бессонного».</p><p>«Я хочу продержаться до ужина и только потом лечь спать,» — со вздохом сказал Камю.</p><p>Рия же качнула головой:</p><p>«На меня кофе особо не действует.»</p><p>Поболтав какое-то время, Рия доела кукурузно-ореховый корж, допила кофе и вернулась наверх здания Главного управления полиции неподалеку, чтобы отдохнуть, а Камю продолжал полулежать на стуле с высокой спинкой, время от времени делая по глотку кофе.</p><p>«Реаса прибыл?» — с улыбкой спросил Лумиан.</p><p>Камю на мгновение умолк:</p><p>«Прибыл. Сегодня вечером следить за тобой будут двое из трех: он, Мэслоу и Лобан.»</p><p>Что же касается Колобо, то в его дежурстве не было никакой необходимости: если он даже взглянуть не смеет, то о каком наблюдении может идти речь?</p><p>Пока они разговаривали, Лумиан увидел, как мисс Амандина из поместья Пальм, ведя на поводу однорогого пони, в весьма хорошем расположении духа подошла к кофейне Бунии.</p><p>Эта синеглазая девушка сегодня была одета в кремово-белый охотничий костюм, а её темные волосы были просто завязаны на макушке в полувысокий узел.</p><p>Бросив клыч и поводья темно-коричневому слуге, она вместе со служанкой, тоже похожей на интиску, направилась к стойке.</p><p>По пути она жизнерадостно отвечала на приветствия нескольких джентльменов и дам в кофейне и поинтересовалась делами у множества местных жителей, пивших дешевый кофе.</p><p>Увидев, что взгляд Камю неотрывно следует за девушкой, Лумиан пошутил:</p><p>«Ты хочешь вызвать её жениха на дуэль?»</p><p>«Нет, я не такой человек,» — серьезно ответил Камю. — «Признаю, она действительно меня привлекает, но она уже обручена с господином Робертом, а это знак начала создания семьи. Я не могу позволить себе разрушить чужую семью.»</p><p>Вы, фейнапотцы… — Лумиан произнес это не с насмешкой, а скорее с глубокими думами.</p><p>Такие ценности — очень в духе Фейнапота.</p><p>Разумеется, далеко не у каждого фейнапотца будут подобные ценности.</p><p>Видя, что Лумиан ничего не ответил, Камю со всей строгостью произнес:</p><p>«Ты только не имей на нее никаких видов.»</p><p>Лумиан с усмешкой посмотрел на этого юношу по фамилии Кастия, ожидая от него дальнейших «разъяснений».</p><p>Камю слегка нахмурился:</p><p>«Я знаю, вы, интисцы, не отступите из-за того, что у неё есть жених или муж, а может, даже сочтёте это ещё более будоражащим, но вы всегда гоняетесь за сиюминутным наслаждением и редко кто готов брать на себя ответственность, каждый раз, удовлетворившись и порадовавшись, просто разворачиваетесь и уходите, оставляя даму справляться со всем разрушенным.»</p><p>«Не каждый интисец такой.» Лумиан с улыбкой качнул головой.</p><p>Но большинство трирцев именно такие… Впрочем, в подобных делах ни одна из сторон не невинна… — мысленно добавил он пару фраз.</p><p>Выглядевшая полной жизни и слегка игривой Амандина вместе со служанкой прошла мимо столика Камю и Лумиана.</p><p>Сначала она поприветствовала Камю, затем смерила Лумиана несколькими взглядами и откровенно произнесла:</p><p>«Я — Амандина, а ты?»</p><p>«Луи Бери.» Лумиан ответил с улыбкой.</p><p>Амандина кивнула и вдруг рассмеялась:</p><p>«Ты наверняка только что из Трира, ты совсем не похож на местных.»</p><p>«Нет, я из одной южной деревни.» Лумиан перешел на интисский язык с легким дарьежским акцентом.</p><p>Амандина вовсе не огорчилась и с радостью расспросила о народных обычаях и нравах южных провинций Республики Интис, а затем вместе со служанкой направилась к самому дальнему столику в углу.</p><p>Камю наблюдал за общением двоих, приоткрыл рот, но снова закрыл его.</p><p>…………</p><p>Трир, район Пантеона.</p><p>Дженна свернулась на диване, пролистывая несколько только что купленных романов с элементами ведьм, как вдруг увидела перед собой кролика Шазо, протягивавшего ей письмо.</p><p>Глядя на это кроликоподобное существо с причудливым ощущением милоты, Дженна, разворачивая и бегло просматривая письмо, серьезно спросила:</p><p>«Хочешь сам выбрать плату или мне дать тебе любую книгу на мое усмотрение?»</p><p>«Лумиан Ли уже заплатил за тебя,» — низким, но весьма честным голосом произнес кролик Шазо.</p><p>У «Ведьмы» Дженны внезапно возникло дурное предчувствие:</p><p>«Какую плату он внес?»</p><p>«Он обучил меня теории стрельбы и помог завершить первый этап практики.» Кролик Шазо мгновенно вскинул особый револьвер в своей лапе, навел его на дверь позади Дженны и так же быстро опустил.</p><p>Это… Господин Лумиан Ли, вы думали о том, к каким последствиям это приведет? — с досадой и смехом мысленно возмутилась Дженна.</p><p>Но дело уже сделано, и она была бессильна помешать.</p><p>В мгновение ока перебрав мысли, Дженна приподняла уголки губ и со сладкой улыбкой произнесла:</p><p>«Плата в следующий раз — настоящая кобура подмышку, а после этого — изготовленные на заказ пули с особыми эффектами. Как тебе?»</p><p>Глаза кролика Шазо за стеклами очков мигом разгорелись азартом:</p><p>«Идет!»</p><p>…………</p><p>Городок Тизамо. Ночь наступила уже давно, и тьма окутала эту местность.</p><p>Лумиан стоял внутри дома «Сисо» и, бросив взгляд на замкапитана Патрульной команды порта Пайлос Реасу с его холодноватым нравом и на местного капитана Патрульной команды Мэслоу с выкрашенным белой краской лицом, распорядился словно Люгано:</p><p>«Будьте наготове на случай неожиданностей.»</p><p>На этот раз он говорил на дутанском языке.</p><p>«Хорошо.» Мэслоу не первый день сопровождал Луи Бери, великого авантюриста, и уже привык к его стилю.</p><p>Одетый в легкий сюртук Реаса не проронил ни слова, подобным отношением показывая, что вопросов нет.</p><p>Лумиан достал из «Вещмешка путешественника» чайные «Очки Тайнозрения».</p><p>Первым его делом на сегодняшний вечер было использование этого диковинного предмета, чтобы осмотреть дом «Сисо» под иным углом и проверить, удастся ли обнаружить исток местной аномалии.</p><p>Ещё раз проверив свое состояние и готовность, Лумиан водрузил чайные очки в золотой оправе на переносицу.</p><p>Знакомое головокружение явилось точно по расписанию, и все вокруг предстало перед глазами Лумиана в беспорядочно рекомбинированном виде.</p><p>Он увидел ядовитых насекомых, хаотично ползающих по «небу», увидел две стены, словно кружившиеся в танце, и увидел в глубине почвы подземную лужу, будто поглощавшую весь свет.</p></section><section><title><p>Глава 673 Внезапность</p></title><p>Глава 673 Внезапность</p><p>В сильном головокружении, от которого дух и плоть почти разделились, Лумиан снова увидел деревья, словно спящие в ночи, и увидел иссиня-чёрные гигантские камни……</p><p>Он наконец снял со переносицы очки чайного цвета и слегка согнулся, чтобы облегчить недомогание.</p><p>Даже «Аскет» не мог использовать «Очки Тайнозрения» слишком долго.</p><p>Разумеется, в некоторой степени это, напротив, обеспечивало безопасность.</p><p>После этого «подглядывания» Лумиан подтвердил две вещи:</p><p>Во-первых, недра дома «Сисо» действительно обладали особенностью, но это больше походило на иллюзорный символ, чем на реально существующий объект; оно указывало на то, что это место когда-то подверглось определенному загрязнению или воздействию, причём наиболее сильному — именно в соответствующих недрах;</p><p>Во-вторых, это воздействие было связано с чёрным валуном в глубине первобытных джунглей.</p><p>«Как всё прошло?» — спросил Мэслоу с белым гримом на лице.</p><p>Лумиан убрал «Очки Тайнозрения» обратно в «Вещмешок путешественника» и с улыбкой сказал:</p><p>«Я „увидел“, что источник здешней аномалии — чёрный валун в глубине первобытных джунглей. Вы когда-нибудь видели или слышали об этом чёрном валуне?»</p><p>Слегка бледный Реаса и Мэслоу, чьи чёрные волосы спадали на плечи, одновременно покачали головами, показывая, что нет.</p><p>Лумиан не спешил делать второе задуманное на сегодня дело. Он взглянул на Реасу, одетого в лёгкий костюм и выглядевшего как метис Интиса и Западного Балама, и словно между прочим произнёс:</p><p>'Я думал, с твоим прибытием некоторые жители городка Тизамо постепенно эвакуируются и временно поживут в порту Пайлос.</p><p>«Как ты знаешь, в течение трёх дней должен начаться „Праздник снов“.»</p><p>Реаса спокойно ответил:</p><p>'По моему опыту, за исключением тех, кто прибыл в городок Тизамо только за последние две недели, остальным лучше не покидать это место и не отправляться в другие края, чтобы предотвратить распространение аномалии.</p><p>«А когда „Праздник снов“ закончится и то первобытное племя снова совершит нападение, тогда и будем думать.»</p><p>Весьма стандартная процедура…… А я-то думал, вы учтёте мнение Интиса, Фейнапота и других северных стран и заранее эвакуируете под защиту тех, у кого есть соответствующее гражданство — например, владельцев плантаций за городом и их семьи…… Хм, должно быть, это ещё и потому, что «Праздник снов» раньше никогда не проявлял прямой опасности, лишь вызывая у части горожан истерию да привлекая нападения того первобытного племени из джунглей. Первое можно решить простой мессой, а от второго можно защититься и дать отпор…… Лумиан в общих чертах понял настрой генерала Куэрариля и верхушки Патрульной команды:</p><p>Раз ничего страшного не произойдёт, можно притвориться, будто никаких «Праздников снов» нет, просто велеть местным официальным Потусторонним проявлять бдительность, остерегаться неожиданностей и надеяться, что Церковь «Шута» сможет устранить скрытую угрозу!</p><p>А если начать проявлять излишнюю активность, это, чего доброго, подорвёт пороховую бочку и сделает проблему по-настоящему серьёзной.</p><p>Закончив этот разговор, Лумиан оправился от дискомфорта, вызванного «Очками Тайнозрения», достал «Очи истины» уникальной формы и нацепил их перед лицом.</p><p>Увидев дужки и заушники, словно состоящие из побелевших кусков плоти и тёмных сосудов, увидев линзы с лёгким кровавым оттенком, сплетённые из прозрачных фиолетовых трубок, Мэслоу, человек с Южного континента с довольно приятными чертами лица, нервно вздрогнул веками.</p><p>Сколько вообще очков у этого Луи Бери?</p><p>И ведь каждая пара — Волшебный предмет!</p><p>Надев «Очи истины» всего с одной линзой, Лумиан огляделся по сторонам, желая увидеть истину.</p><p>Вместе с этим действием у него в ушах постепенно раздались звуки, становясь всё более шумными.</p><p>Каждая нота, каждое слово словно обретали плоть и безумно хлынули в мозг Лумиана.</p><p>Из-за этого у него возникло ощущение, будто его голова превратилась в шар и стремительно раздувается.</p><p>А если воздушный шар будет бесконечно раздуваться, исход будет лишь один:</p><p>Бабах — и взорвётся!</p><p>Лумиан придерживал дужки, готовясь в любой момент снять «Очи истины», и одновременно торопился осмотреть дом «Сисо».</p><p>Он считал, что до начала «Праздника снов», пока он не попал в особый сон, рискнуть и осмотреть этот дом гораздо безопаснее, чем использовать «Очи истины» и «Очки Тайнозрения» уже внутри сна.</p><p>Сквозь фиолетоватую линзу Лумиан не обнаружил больше никакой истины: всё выглядело примерно так же, как и невооружённым глазом, разве что ночь казалась капельку гуще и темнее.</p><p>Больше не колеблясь, чувствуя, как глаза начинают вылезать из орбит, а на поверхности тела выступают сосуды, он резко сдёрнул «Очи истины», и в его ушах эхом отозвался резкий, оглушительный гул.</p><p>Фух, фух…… Лумиан тяжело задышал, в голове царил полный хаос, заполненный всякими странными знаниями, и он совершенно не мог думать.</p><p>В этот момент, даже если бы кто-то напал на него из засады, он не смог бы быстро среагировать.</p><p>Лишь спустя с десяток секунд Лумиан наконец вернул себе способность мыслить и инстинктивно принялся разбирать знания, насильно влитые в его мозг:</p><p>'Искусство речи……</p><p>'Как выращивать отборные семена пшеницы……</p><p>'Технология консервирования……</p><p>'Как зажарить свинину с хрустящей корочкой и нежную внутри……</p><p>'Успокоение свиноматок с помощью музыки……</p><p>'«Откровения Ночи»……</p><p>'«Любимые позы знаменитостей — воспоминания любовниц»</p><p>«……»</p><p>Что это вообще за бред, неужели нет хоть каких-то полезных знаний? В прошлом Аврора, хоть и страдала от мучительных вливаний знаний от «Cкрытого Мудреца», но хотя бы могла урвать кое-какие ценные оккультные сведения. Э-э, может, она тоже заразилась подобными знаниями, отчего в своих книгах и в повседневных разговорах всегда демонстрировала такую богатую теоретическую подкованность…… Лумиан потер всё ещё раскалывающуюся голову и сказал Реасе с Мэслоу:</p><p>«Я собираюсь прогуляться до края джунглей, пойдёте со мной?»</p><p>Реаса кивнул, пожалев слов, а Мэслоу выразил своё отношение, сразу направившись к лестнице.</p><p>Будь здесь Камю, он бы точно с горькой ухмылкой спросил: «А у меня есть выбор?»…… Лумиан мысленно поглумился, вышел из дома «Сисо» на улицу и направился к той части городка Тизамо, что прилегала к первобытным джунглям.</p><p>Миновав перекрёсток и выйдя на другую улицу, Лумиан увидел четырёхместный четырёхколёсный экипаж, остановившийся у входа в гостиницу «Бриу».</p><p>Официант и горничная, неся багаж, проследовали за мужчиной и женщиной, сошедшими с экипажа, и направились к гостинице.</p><p>Мужчина был одет в тёмно-серый костюм и полувысокий шёлковый цилиндр; цвет его кожи походил на уроженца Северного континента, профиль был чётко очерченным, а глаза — тёмно-зелёными. Женщина была облачена в удобное для движения светлое длинное платье и шляпку с перьями и жемчугом; на вид ей было лет двадцати семи–двадцати восьми, кожа — нежная и сияющая, и даже со спины-боку она производила впечатление настоящей красавицы.</p><p>Лумиан отвёл взгляд и посмотрел на Реасу и Мэслоу:</p><p>«Сегодня выходные?»</p><p>«Нет.» — Мэслоу понял, о чём хотел спросить Луи Бери, и коротко объяснил: «Дамам и господам не обязательно ждать выходных, чтобы приехать в городок Тизамо на охоту.»</p><p>Лумиан повернулся к Реасе:</p><p>«Вы не опечатали этот район?»</p><p>«Это вызвало бы панику», — коротко ответил Реаса.</p><p>Лумиан больше ничего не стал говорить, прошёл мимо гостиницы «Бриу», шаг за шагом вышел за пределы городка и вступил в первобытные джунгли.</p><p>Он двигался всё глубже и глубже по тропе, с которой уже успел познакомиться во сне.</p><p>Наконец он добрался до реального участка, соответствующего той хаотичной зоне, где переплетались различные фрагменты снов.</p><p>Здесь всё было самым обычным и ничем существенно не отличалось от окружения.</p><p>Лумиан нашёл пальму, присел, прислонившись к ней, и сказал Реасе и Мэслоу:</p><p>«Постерегите меня, я хочу здесь поспать.»</p><p>Он хотел проверить, что произойдёт, если уснуть ближе к источнику аномалии, сможет ли он точно так же попасть в тот особый сон и в каком состоянии.</p><p>Получив утвердительный ответ от двух членов Патрульной команды, Лумиан закрыл глаза и попытался погрузиться в медитацию.</p><p>Сам не заметив как, он заснул.</p><p>Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем он проснулся.</p><p>Разглядев фигуры Реасы и Мэслоу, Лумиан поднялся на ноги и с задумчивым видом кивнул:</p><p>«Здесь тоже не выходит…… Выходит, подходит только дом 'Сисо»?</p><p>«Или стоит найти тот чёрный валун и поспать возле него?»</p><p>Лумиан уставился в мрачную тёмную глушь джунглей, пару секунд раздумывал и сказал Реасе с Мэслоу:</p><p>«Возвращаемся.»</p><p>Втроём они быстро вернулись в городок Тизамо.</p><p>Шёл уже глубокий час ночи, на улицах не было ни души, из домов по обеим сторонам не доносилось ни света, ни звуков, лишь изредка слышалось фырканье скота на первых этажах зданий, что делало тьму и тишину ещё более ощутимыми — точно так же, как бледный свет алой луны лишь подчёркивал непроглядную глубину мрака.</p><p>В такой непроглядной ночи, среди этих зданий, чей стиль разительно отличался от построек Северного континента, Лумиан шагал по утрамбованной грунтовой дороге к гостинице «Бриу», расположенной в глубине улицы, а Реаса и Мэслоу молча следовали за ним.</p><p>Вдруг у Лумиана на мгновение помутилось в голове, взор ненадолго затуманился, а затем снова прояснился.</p><p>Это…… Его зрачки расширились, он инстинктивно огляделся по сторонам и перед собой, но не заметил ничего необычного.</p><p>И как раз в этот момент в стоящем наискосок впереди доме с пустым первым этажом зажёгся тусклый жёлтый свечной свет, выбивающийся из окна одной из комнат на третьем этаже.</p><p>Сразу вслед за этим на этой улице — да и во всём городке Тизамо — одно оконное стекло за другим озарились огнём горящих свечей.</p><p>……</p><p>Рия проснулась и обнаружила, что стемнело окончательно, однако свечи во многих домах всё ещё не погасли.</p><p>Это означало, что время ещё не такое уж и позднее.</p><p>Рия чувствовала себя лень, ей не хотелось готовить самой, поэтому, взвалив на плечи охотничий лук и стрелы, она вышла из комнаты, покинула Главное управление полиции через боковой выход и направилась в расположенную неподалёку кофейню Буния.</p><p>На улице почти никого не было, как и в любую обычную ночь.</p><p>Рия окинула взглядом всё ещё стоявшие у края улицы столы и стулья, подошла к стойке и на дутанском языке обратилась к занятому хозяину и по совместительству официанту Буния, который стоял опустив голову:</p><p>«Чашку коса и одну кукурузную тортилью с говядиной.»</p><p>Буния перестал мыть чашку и поднял голову.</p><p>Его чёрные волосы вьются от природы, а сам он сильно смахивал на метиса. Посмотрев на Рию, он расплылся в явной, странной и отчего-то вызвавшей у Рии тревогу улыбке.</p><p>Рия хорошо знала Буния и помнила, что это застенчивый, добрый и не умеющий общаться с женщинами взрослый мужчина, который никогда прежде так не улыбался.</p><p>Буния пристально вгляделся в Рию и с низким смешком произнёс:</p><p>«У тебя такая большая грудь.»</p></section><section><title><p>Глава 674 Открыть</p></title><p>Глава 674 Открыть</p><p>Услышав слова Буния, Рия от удивления даже забыла про гнев.</p><p>Она не была неопытной девушкой и не впервые сталкивалась с подобными сценами; её удивило то, что мужчина, имевший в её глазах вполне достойный образ, способен состроить такую гримасу и произнести подобные слова.</p><p>И это при том, что их отношения нельзя было назвать даже дружескими!</p><p>В этот миг Рия усомнилась, не проснулась ли она ещё, а также из доброты душевной предположила, не получил ли Буния какой-то удар, из-за чего у него развилось психическое расстройство, или же с приближением «Праздника снов» он заразился истерией.</p><p>Пока Рия пребывала в растерянности, Буния заулыбался ещё более похотливо.</p><p>Он напрямую вытянул обе руки и через стойку потянулся к груди Рии.</p><p>Рия инстинктивно отклонила тело назад, пытаясь уклониться.</p><p>Но Буния, промахнувшись, отдёрнул руки, опёрся о стойку, подпрыгнул и под звон соприкасающихся кофейных чашек и стеклянных банок прямо-таки бросился на отклонившуюся назад Рию.</p><p>Такая реакция, такой выбор и подобная сила оказались неожиданностью для Рии. Она не успела снять из-за спины охотничий лук и стрелы, поэтому продолжением движения согнула поясницу ещё сильнее назад, а её правая нога, точно другой конец качелей-балансира, с треском взмыла вверх и точно ударила Бунию в живот, прямо-таки оттолкнув и отправив в полёт этого резко изменившегося владельца кофейни.</p><p>В то же время в голове Рии промелькнула мысль:</p><p>«Он правда сошёл с ума?»</p><p>С плюхом Буния упал сбоку перед стойкой.</p><p>Рия напрягла спину и поясницу, снова выпрямилась, затем сняла охотничий лук, наложила стрелу и прицелилась в Бунию, который только что перевернулся и поднялся на ноги.</p><p>На лице Бунии тут же отобразился страх; сначала он застыл на секунду, а затем умоляющим тоном произнёс:</p><p>'Не, не убивай меня!</p><p>«Я только что внезапно не сдержался!»</p><p>Глядя на это лицо, полное мольбы и страха, Рия находила Бунию одновременно знакомым и чужим; она лишь натянула тетиву со стрелой, но так и не спустила её.</p><p>…………</p><p>На улице, ведущей со стороны первобытных джунглей в городок Тизамо, Лумиан посмотрел на дома по обеим сторонам, в которых загорались огоньки, и усмехнулся:</p><p>«Разве это так страшно и жутко?»</p><p>С подобной сменой обстановки он сталкивался не впервые: в Трире Четвёртой Эпохи он уже наблюдал нечто похожее. Тогда не только погружённый во тьму город снова засиял огнями, но и весь Трир Четвёртой Эпохи перешёл от покоя к движению, из мёртвой тишины превратился в шумный и полностью ожил.</p><p>Столкнувшись с текущими аномалиями, Лумиан, несомненно, был немного удивлён и проявил высокую настороженность, однако не испытал сильного эмоционального потрясения и внешне вполне непринуждённо принимался осматриваться вокруг.</p><p>Он обнаружил, что Реаса и Мэслоу исчезли, да и те двое членов Патрульной команды, что должны были следовать прямо за ним, тоже пропали.</p><p>'Раз уж у меня под носом можно бесслышно заставить исчезнуть двух Потусторонних, то, безусловно, точно так же можно заставить исчезнуть и меня… Иными словами, я тоже должен был подвергнуться воздействию, а то затуманивание только что с высокой вероятностью и было внешним проявлением…</p><p>'С точки зрения мистицизма то, что городок, давно погрузившийся в сон, без видимых происшествий снова зажёг огни, означает переход к другой сцене — связанной с прежней, но отличающейся от неё…</p><p>'Неужели это принудительное погружение в сон?</p><p>'«Праздник снов» официально начался?</p><p>«Я ведь не спал в доме „Сисо“, почему я всё ещё бодрствую?»</p><p>Сопоставив это с расследуемыми вопросами, Лумиан быстро выдвинул догадку относительно текущей ситуации.</p><p>Как раз в этот момент по диагонали впереди за стеклянным окном, окружённым деревянными досками и сорняками, в свете лампы проявился силуэт.</p><p>Это был местный мужчина лет сорока с небольшим, с темно-коричневой кожей, карими глазами, темными волосами и довольно толстыми губами.</p><p>Лумиан видел его: он был охотничьим гидом, отвечавшим за то, чтобы сопровождать джентльменов и барышень, прибывших из порта Пайлос и других мест, в джунгли на поиски добычи.</p><p>Впечатление Лумиана о нём сводилось к тому, что на его лице всегда играла угодливая улыбка, на любые слова других он лишь поддакивал, соглашаясь со всем, и никогда не сердился из-за наказаний со стороны джентльменов и барышень.</p><p>Увидев Лумиана, этот охотничий гид расплылся в рот, обнажив жестокую улыбку.</p><p>Он резко распахнул окно и поднял вторую руку, в которой держал двуствольное охотничье ружьё.</p><p>«Сдохни, собака с Северного континента!»</p><p>Выругавшись, охотничий гид прицелился из двустволки в Лумиана и без колебаний спустил курок.</p><p>Бабах!</p><p>Множество свинцовых дробин конусом разлетелись в стороны, накрыв соответствующую область.</p><p>Лумиан же ещё в момент прицеливания охотничьего гида отпрыгнул в сторону и сериями кувырков очутился на противоположной стороне улицы.</p><p>Ему на глаза попались коровы, овцы и лошади, которые прежде вели себя довольно спокойно.</p><p>Сейчас глаза этих животных казались налитыми кровью.</p><p>Лумиан опёрся одной рукой и подпрыгнул, и среди громкого ржания, мычания и блеяния, а также под новым прицеливанием охотничьего гида взлетел на середину лестницы, ведущей на второй этаж.</p><p>Вопль «А!» внезапно вырвался и тут же оборвался.</p><p>Дверь на втором этаже распахнулась, и перед Лумианом предстал измазанный алой кровью молодой человек. В руке он держал огромный, всё ещё капающий кровью топор, а за его спиной лежало тело пожилого мужчины лет пятидесяти, с развороченными шеей и плечом, где рана глубоко уходила в грудь.</p><p>Лумиану, который бродил по городку Тизамо уже несколько дней, оба они были знакомы.</p><p>Упавший на землю с широко раскрытыми глазами был кожевником городка Тизамо: он скупал туши и шкуры диких зверей, принесённые джентльменами, барышнями и местными охотниками, которые те не хотели обрабатывать сами, после чего обрабатывал их и продавал.</p><p>Тот, что держал топор, был его старшим сыном, учившимся у него выделке, дублению и прочим ремёслам кожевника; это был послушный и смирный юноша, да и отец его не относился к той категории старомодных мастеров, что сыплют бранью и побоями.</p><p>Такова была черта жителей городка Тизамо: кроткие, мирные, без бурного проявления эмоций.</p><p>И вот теперь старший сын кожевника, похоже, только что забил до смерти своего отца.</p><p>Заметив Лумиана, юноша блеснул глазами, полными кровожадной усмешки.</p><p>Закричав, он замахнулся топором на Лумиана, а с другой стороны охотничий гид уже принимался заталкивать новые свинцовые пули в двустволку.</p><p>Тело Лумиана внезапно размылось, слившись с собственной тенью, и он исчез в темноте сбоку от ступеней.</p><p>«Трансформация тени»!</p><p>Воспользовавшись этой способностью, чтобы несколько секунд красться в сторону Главного управления полиции, Лумиан внезапно услышал, как кто-то в ужасе молит о пощаде.</p><p>Он вышел из тени, вернулся в человеческий облик и увидел, как Рия целится стрелой во владельца кофейни Бунию, но всё никак не спускает тетиву.</p><p>В этот самый миг с крыши противоположного дома, из слоёв сухой травы, вылезла гигантская анаконда толщиной в целое ведро и свисла вниз головой.</p><p>Она глядела холодными глазами, разинув вонючую пасть, а узоры на её чешуе словно раздувались.</p><p>На этот раз Лумиан не стал уклоняться.</p><p>Посмотрев на гигантскую анаконду, пытавшуюся его проглотить, он с потемневшим взглядом выбросил кулак снизу вверх.</p><p>С вспышкой ослепительно-белое пламя вспыхнуло на его кулаке и покрыло предплечье целиком.</p><p>Бам!</p><p>Кулак Лумиана вонзился в пасть гигантской анаконды, разорвал кровавые куски плоти и вбился глубоко в верхнее нёбо.</p><p>Прежде чем завершить Пожирание человека, холодные глаза гигантской анаконды мигом утратили блеск, и её тело по инерции рухнуло вниз, однако Лумиан легко отпрыгнул в сторону и отвёл кулак.</p><p>Бабах!</p><p>Гигантская анаконда тяжело рухнула на землю, и её тело, покрытое скользкой чешуёй, изнутри наружу объяли языки ослепительно-белого пламени.</p><p>«Обнаружение слабостей»!</p><p>Лумиан направился к Рие и увидел, что эта член Патрульной команды тоже смотрит на него с настороженным выражением лица и недоумением в глазах, не спеша атаковать с первой же секунды.</p><p>Она… — Лумиан в душе встрепенулся и усмехнулся:</p><p>«Похоже, ты всё ещё сохраняешь рассудок.»</p><p>Рия, настороженно следя за Бунией, некоторое время разглядывала Луи Бери и с колебанием произнесла:</p><p>«Ты говоришь, рассудок?»</p><p>«Да.» — Лумиан указал на Бунию, глядевшего на него с исполненным ненависти взглядом. — «Он ведь только что пытался напасть на тебя, даже хотел изнасиловать?»</p><p>«Да.» — Рия не стала спрашивать «откуда ты знаешь», а сразу спросила: — «Что вообще произошло?»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Возможно, мы снова попали в сон, но на этот раз не только мы.»</p><p>По тому, что Рия явно всё ещё сохраняла рассудок, он сделал предварительный вывод:</p><p>То, что за последнее время они засыпали в доме «Сисо» и бывали в особом сновидении, возможно, и стало причиной сохранения рассудка!</p><p>Чтобы подтвердить это наверняка, требовалось найти Камю.</p><p>Услышав ответ Луи Бери, в голове Рии внезапно промелькнул один термин.</p><p>Она не успела произнести его вслух, как вдруг раздались три удара колокола: «Бом, бом, бом».</p><p>Колокольный звон эхом разнёсся по всему городку Тизамо, словно созывая местных жителей.</p><p>Рия прислушалась, выражение её лица немного изменилось, и она сказала:</p><p>«Это колокол церкви!»</p><p>Церковь, церковь Святого Сиена? Лумиан мгновенно вспомнил о священнике Кали, в котором кроются странности, и, глядя на Рию, произнёс:</p><p>«Пойдём посмотрим.»</p><p>«Хорошо.» — без колебаний ответила Рия.</p><p>Она больше не целилась стрелой во владельца кофейни Бунию и побежала вслед за Лумианом к церкви Святого Сиена, от которой их отделяло лишь Главное управление полиции.</p><p>Выражение лица Бунии непрестанно менялось: то наполнялось вожделением, то искажалось ненавистью, но из-за страха он так и не осмелился броситься вдогонку.</p><p>Лумиан и Рия бежали чрезвычайно быстро, и всего за несколько секунд миновали Главное управление полиции и вышли на небольшую площадь перед церковью Святого Сиена.</p><p>Священник Кали уже стоял у дверей церкви.</p><p>Но на нём больше не было белого с золотым шитьём одеяния священнослужителя Церкви «Вечного Пылающего Солнца» — он облачился в глубоко-чёрное узорчатое одеяние.</p><p>Этот священник с тёмно-коричневой кожей, запавшими глазницами, резкими чертами лица и короткими чёрными волосами смотрел на пустую площадь, смотрел на только что прибежавших Лумиана и Рию и, держа в руках священное писание, с безумным выражением лица громко возгласил:</p><p>'Я объявляю: Праздник снов официально начался!</p><p>'Во время Праздника снов нет никаких табу, нет никаких ограничений, можно делать всё, что душе угодно, творить всё, что захочется, включая причинение вреда и убийства.</p><p>«Ликуйте, высвободите все эмоции и желания, все без исключения!»</p></section><section><title><p>Глава 675 Еще большие неприятности</p></title><p>Глава 675 Еще большие неприятности</p><p>Выслушав выкрик священника Кали, Рия сразу же подняла охотничий лук и нацелила охваченную серебристо-белыми молниями стрелу на этого священнослужителя в тёмной пышной рясе.</p><p>В отличие от того, как она вела себя недавно перед владельцем кофейни Бунией, сейчас в её глазах гнев был куда более очевиден и не содержал ни капли колебаний.</p><p>Священник святотатствовал, отступался от веры!</p><p>В этот самый момент перед охотничьим луком Рии появилась длиннопалая, сильная ладонь, заблокировавшая стрелу.</p><p>«Ты…» Рия повернула голову к Луи Бери, не понимая, почему он её останавливает.</p><p>Лумиан ровным, как обычно, голосом произнёс:</p><p>«Посмотрим ещё.»</p><p>Пока они разговаривали, священник Кали дерзко и вызывающе улыбнулся, повернулся и, прижимая к себе каноническую книгу, шаг за шагом вернулся в церковь Святого Сиена.</p><p>Золотой купол на самой вершине церкви, а также статуи и украшения на её внешних стенах под светом Алой Луны выглядели подчёркнуто тусклыми.</p><p>Когда фигура священника Кали скрылась в открытых дверях церкви, Рия с мрачным выражением лица посмотрела на Лумиана:</p><p>«Почему?»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Заподозрив, что это место похоже на сон, я всё время размышлял над одним вопросом.»</p><p>Вслед за его словами в городке Тизамо и на окрестных плантациях раздались вопли и пронзительные крики, огласившие тёмное ночное небо.</p><p>«Каким вопросом?» — спросила Рия.</p><p>Лумиан вместо ответа спросил в ответ:</p><p>«Сейчас можно практически утверждать, что мы участвуем в 'Празднике снов».</p><p>«Если в таких условиях твоя атака на священника Кали увенчается успехом, то что произойдёт, когда „Праздник снов“ закончится и все проснутся?»</p><p>Не дожидаясь ответа Рии, Лумиан снова улыбнулся и продолжил сам собой:</p><p>'Если прострелить ему руку, то, очнувшись, он, должно быть, почувствует фантомную боль в этом месте, будто у него артрит с разрывом мышц;</p><p>'Если огорошить его молотом по голове, выбив сознание, то по возвращении в реальность у него с высокой вероятностью начнётся головная боль, головокружение и судороги нервов;</p><p>'Если изнасиловать его и довести до беременности, то, проснувшись, он наверняка почувствует тошноту, изжогу, вздутие живота и ощущение, будто внутри плод;</p><p>«А если связать его, непрерывно бить током и жечь огнём, то не покажется ли ему в реальном мире, что в него вселился мстительный дух, сковывающий его, отчего всё тело немеет или болит?»</p><p>Рия хладнокровно слушала, не ставя под сомнение, почему священник Кали может забеременеть, но чем дольше она слушала, тем сильнее ужасалась.</p><p>Ведь описанные Луи Бери симптомы после пробуждения ото сна практически полностью совпадали с различными проявлениями массовой истерии в городке Тизамо, собранными патрульной командой!</p><p>Лумиан повернул голову, взглянул на Рию и с улыбкой задал вопрос:</p><p>«А если бы ты только что убила священника Кали стрелой, то что произошло бы, когда сон рассеялся?»</p><p>«Он бы умер на месте? Нет…» — Рия сама же отвергла эту мысль.</p><p>В городке Тизамо не бывало такого, чтобы за одну ночь множество людей скоропостижно умирало во сне.</p><p>Рия тут же вспомнила об одной аномалии, существовавшей здесь:</p><p>На период со второй половины декабря по вторую половину марта приходилось восемьдесят процентов ежегодных смертей в городке Тизамо, причём смертность значительно превышала показатели порта Пайлос и окрестных городков.</p><p>Рия тут же изменила своё предположение:</p><p>«Умрёт постепенно в течение следующих трёх месяцев, без возможности повернуть всё вспять?»</p><p>Лумиан слегка кивнул:</p><p>'Я даже подозреваю, что несколько нападений туземного племени из джунглей за эти три месяца совершаются в основном для того, чтобы убить тех, кто умер во сне, позволяя им разумно и естественным образом скончаться и в реальности, не раскрывая аномалию.</p><p>«Причина, по которой с декабря прошлого года по декабрь этого года они совершили всего одно нападение, вероятно, заключается в том, что та атака оказалась весьма успешной: те, кто должен был умереть, умерли, да и некоторые из тех, кто не должен был, тоже погибли, так что рисковать и снова идти на городок Тизамо не было ни необходимости, ни стимула.»</p><p>Рия внимательно выслушала и, подумав несколько секунд, произнесла:</p><p>«„Праздник снов“ исходит от того племени?»</p><p>«Возможно. Но более вероятно, что они охраняют или почитают этот исток и действуют согласно откровениям,» — коротко ответил Лумиан.</p><p>Рия слегка кивнула:</p><p>«Неудивительно, что ты помешал мне застрелить священника Кали, ведь жители городка Тизамо, скорее всего, жертвы.»</p><p>Вот почему я только что не стал контратаковать тех двоих нападавших, а лишь одним ударом кулака убил ту гигантскую анаконду… Когда сон закончится, подползёт ли эта гигантская анаконда к моим ногам и умрёт ли прямо предо мной? Если так, то это как раз станет добавкой для Людвига… Лумиан оглядел пустую маленькую площадь, спавшую в ночной тьме, и сказал:</p><p>«Сейчас пойдём найдём Камю и посмотрим, сохраняет ли он тоже рассудок.»</p><p>…………</p><p>Городок Тизамо, третий этаж Главного управления полиции, где пять комнат и одна уборная принадлежат патрульной команде:</p><p>Одна комната используется под повседневную работу, одна — под хранение документов и вещей, а оставшиеся три служат квартирами местным членам патрульной команды, по одной на каждого.</p><p>С прибытием Камю и Колобо Мэслоу временно перебрался к Лобану, освободив одну комнату специально для коллег из порта Пайлос.</p><p>Дон! Дон! Дон!</p><p>Под эхо колокольного боя Камю резко очнулся.</p><p>Он посмотрел за окно на глубокую ночную тьму и тускловатый алый лунный свет, на мгновение растерявшись и не понимая, который час.</p><p>Камю уже собирался достать карманные часы, чтобы проверить время, как вдруг обнаружил, что Колобо, который должен был спать на временной койке, исчез.</p><p>Он мгновенно натянулся, словно струна, и под алым лунным светом бесшумно скатился с кровати, убрав карманные часы и оружие обратно на место.</p><p>Шаг за шагом смещаясь, он вышел из комнаты. Затопленный тьмой коридор казался необычайно тихим, не доносилось ни единого звука, тогда как снаружи Главного управления полиции, в некоторых местах городка Тизамо и на нескольких плантациях, время от времени раздавались пронзительные крики и подобные воплю возгласы.</p><p>Продвигаясь вперёд, Камю благодаря знакомству «Шерифа» со своей «юрисдикцией» почувствовал некую аномалию.</p><p>Он резко бросился на пол и кувырком рванул вперёд.</p><p>Раздался треск, и у комнаты, мимо которой должен был пройти Камю, деревянная дверь неожиданно раскололась надвое и вылетела наружу.</p><p>Двуручный меч вырвался изнутри, вместе со свирепым и буйным порывом ветра обрушившись на пустующий коридор.</p><p>В кувырке Камю развернулся и увидел, кем был нападавший.</p><p>Им оказался член патрульной команды Лобан, ростом выше метра девяноста, со светло-золотистыми короткими волосами и светло-голубыми глазами.</p><p>На лице этого фейсакца застыла жестокая ухмылка, а в глазах сквозила незамаскированная алчность.</p><p>В полумраке, освещаемом лишь слабым лунным светом, его лицо тонуло в густых тенях, придавая ему невыразимо свирепый и зловещий вид.</p><p>Заметив Лобана, в глазах Камю вспыхнули две подобно молниям вспышки света.</p><p>«Ментальный прокол»!</p><p>Лобан вслед за этим издал жалкий вопль и непроизвольно отбросил двуручный меч, вскинув ладони и обхватив голову.</p><p>Пользуясь этой возможностью, Камю выхватил крупнокалиберный револьвер, опустился на одно колено и прицелился в своего товарища.</p><p>Глядя на знакомое лицо Лобана, исказившееся от боли, Камю на мгновение заколебался и, не понимая, что именно произошло, опустил дуло ниже.</p><p>Бах!</p><p>Вылетела пуля и угодила Лобану прямо в колено, отчего брызнули кровь и плоть, а кость переломилась.</p><p>Подобную травму мог исцелить «Врач» Церкви «Матери-Земли»!</p><p>Тело Лобана пошатнулось, и он с глухим стуком упал на пол; он инстинктивно попытался свернуться калачиком, но из-за боли в колене не смог этого сделать.</p><p>Камю опустил револьвер, поднялся и побежал дальше к концу коридора.</p><p>Спускаясь по лестнице, он проходил мимо заваленного всяким хламом чулана и услышал доносившийся изнутри тихий шорох.</p><p>Камю ёкнул сердцем и вполголоса окликнул:</p><p>«Колобо, это ты?»</p><p>После недолгого молчания в несколько секунд из чулана раздался растерянный, полный глубокого ужаса голос Колобо:</p><p>'Не подходи! Не приближайся!</p><p>«Пощади меня!»</p><p>Камю нахмурился, почувствовав, что психическое состояние Колобо выглядит не совсем нормальным.</p><p>Хотя обычно тот время от времени тоже то одного боялся, то другого, а после встречи с Луи Бери и вовсе часто не смел даже глаз открыть, у него никогда не было столь истеричных проявлений: он относился к типу людей, которые, даже сильно пугаясь, всё равно пересиливают себя, доводят дело до конца и делают правильный выбор.</p><p>Что с Колобо? — недоумевал Камю.</p><p>Поскольку он остался на месте и не пытался приблизиться, Колобо в чулане снова затих, словно пытаясь таким способом дать понять, будто его здесь нет.</p><p>Спустя десяток с лишним секунд Камю собрался проверить состояние Колобо, решив, что если проблема серьезна, он сначала сам отступит отсюда и разыщет Луи Бери.</p><p>Внезапно он услышал звуки шагов двух человек, быстро приближавшихся снизу вверх.</p><p>Камю резко развернулся боком, наставив револьвер на нижний пролёт лестницы, и тут увидел Луи Бери в соломенной светло-жёлтой шляпе и Рию с охотничьим луком и стрелами.</p><p>Глядя на утолщённое тёмное дуло, Люмиан усмехнулся и неторопливо произнёс:</p><p>«Добро пожаловать на „Праздник снов“.»</p><p>«„Праздник снов“… Сейчас идёт „Праздник снов“?» Камю мгновенно понял текущее состояние своих сослуживцев Лобана, Колобо и остальных, с недоумением посмотрел на улыбающегося Луи Бери и серьёзную Рию и сдавленным голосом спросил:</p><p>«Почему мы сохраняем рассудок?»</p><p>По поведению Луи Бери и Рии он в целом понял, что ими не овладели крайние эмоции и желания, однако револьвер в руке так и не опустил.</p><p>«Возможно, потому, что мы спали в том доме в Теванако и заранее побывали в этом особом сновидении,» — просто изложил свои умозаключения Люмиан.</p><p>Рия воспользовалась случаем и рассказала Камю догадку о том, что происходящее во сне может в определённой степени отражаться в реальности.</p><p>Камю сперва порадовался, что не разнёс пулей голову Лобану, а затем мрачно произнёс:</p><p>«Потусторонних в городке Тизамо больше, чем мы трое. Если при их нападении мы будем постоянно держать в голове мысли о том, что их нельзя убивать, это сильно повлияет на наши боевые возможности.»</p><p>Люмиан усмехнулся:</p><p>'Кто сказал, что нельзя убивать?</p><p>«Если они действительно угрожают мне, убить можно каждого.»</p><p>Рия и Камю мгновенно умолкли.</p><p>Через несколько секунд Камю кивнул и указал на чулан на повороте лестницы:</p><p>«Чрезмерное проявление Колобо — это страх, он не причинит нам вреда. Пусть сидит здесь, не будем его тревожить.»</p><p>Едва Рия выразила согласие, лицо Люмиана резко изменилось.</p><p>Он спросил:</p><p>«Колобо тоже в этом сновидении?»</p><p>Прибывший в городок Тизамо менее недели назад, как и я, Колобо тоже поневоле участвует в «Празднике снов»?</p><p>«Да, — недоуменно спросил Камю. — А что тут не так?»</p><p>Люмиан с мрачным выражением лица ответил:</p><p>«Это означает, что может существовать куда большая неприятность, более серьёзная проблема.»</p><p>Это, возможно, куда более ужасно, чем сам «Праздник снов»!</p><p>Не дожидаясь расспросов Камю и Рии, Люмиан прямо сказал:</p><p>«Вы ждите меня здесь.»</p><p>Не успело затихнуть эхо его слов, как он уже применил «Переход сквозь мир духов» и исчез на лестнице.</p><p>Фигура Люмиана тут же обрисовалась на втором этаже гостиницы «Бриу», снаружи дверей его собственного номера-люкс.</p><p>В следующую секунду он услышал вопль, полный боли и ужаса.</p><p>Он исходил от Лугано.</p></section><section><title><p>Глава 676 Искусство «Печати»</p></title><p>Глава 676 Искусство «Печати»</p><p>Видя, что его опасения подтвердились, Люмиан достал ключ и почти бесшумно отпер дверь люкса.</p><p>Теперь он мог подтвердить, что Людвиг, этот запечатанный жуткий монстр, во время «Праздника снов» также полностью проявляет свой аппетит и порывы!</p><p>В багровом лунном свете, падавшем из окна гостиной, Лугано отчаянно двигал рукой, отползая назад, а его лицо полностью исказилось от невыносимой боли.</p><p>На конце его руки находился Людвиг в детском колпаке и небесно-голубой пижаме с жёлтыми звёздочками, откуда непрестанно доносился хруст ломающихся костей и звук пережёвывания плоти.</p><p>Среди прочих звуков, перекрываемых этим хрустом, капля за каплей на пол падала кровь.</p><p>Внезапно Людвиг, подобно лягушке, подскочил вверх, и его рот оказался почти у самого локтевого сгиба Лугано, отчего хруст на мгновение стал невероятно громким.</p><p>«А!»</p><p>Лугано снова дико закричал, и этот вопль едва не снёс крышу.</p><p>Он инстинктивно пытался отдёрнуть руку, в которую вцепился Людвиг, и оттолкнуть его другой рукой, пока его глаза закатывались, и он вот-вот готов был потерять сознание от боли, превосходившей пределы выносливости.</p><p>Люмиан быстро оценил обстановку, в два шага подскочил со спины Людвига и издал звук «Хэн».</p><p>Два луча белого света вырвались из его ноздрей и пали на Людвига; Людвиг замер и прикрыл глаза.</p><p>Но не успел Люмиан сделать следующее движение, как рот мальчишки снова зашевелился сам по себе, продолжая впиваться в руку Лугано, дробя кости и разрывая плоть.</p><p>Его глаза вслед за этим распахнулись.</p><p>«Искусство Хэн-Ха» смогло ввергнуть Людвига в оцепенение всего на секунду, и это при условии, что он был запечатан… Люмиан мысленно вздохнул и не стал делать слепых попыток.</p><p>Взглянув на Лугано, который уже заметил его, но от боли не мог вымолвить ни слова, он поднял правую руку и надавил ею вниз, давая знак сохранять терпение.</p><p>В животе Лугано тут же закипела целая буря ругательств и эмоций, но он не мог выплеснуть их наружу.</p><p>Вспыхнув мыслями за мгновение, Люмиан едва заметно кивнул.</p><p>Он изменил цель, прошёл мимо Людвига, увлечённо пожиравшего Лугано, и схватил Лугано за плечо.</p><p>Сразу после этого Люмиан извлёк из «Вещмешка путешественника» острый прямой меч, купленный в порту Санта.</p><p>Что он хочет сделать? Сквозь адскую боль в голове Лугано только успела мелькнуть мысль, как тут же развеялась.</p><p>Люмиан взмахнул прямым мечом, и его лезвие вспыхнуло ослепительно-белым пламенем.</p><p>Прямой меч с силой обрушился на руку Лугано, которую пожирал Людвиг, ударив в область локтевого сгиба.</p><p>Со звуком «пу» короткий остаток предплечья отделился от Лугано и остался торчать изо рта Людвига, словно перед головой мальчишки вырос окровавленный толстый обрубок хвоста.</p><p>В то же время силуэт Люмиана начал блекнуть, и увлечённый им Лугано тоже исчез с места.</p><p>«Телепортация»!</p><p>Однако Люмиан не «телепортировался» далеко: его и Лугано силуэты проявились у самой двери люкса.</p><p>Боль оставалась такой же острой, но всё же немного утихла по сравнению с прежней, и в глазах Лугано вновь отразился силуэт Людвига — лицо мальчишки, запятнанное кровью, с зажатым во рту обрубком его собственного предплечья.</p><p>От испуга он забыл о боли, и в его разуме эхом отдавались лишь несколько похожих мыслей:</p><p>Почему не «телепортироваться» прочь из городка Тизамо?</p><p>Почему не «телепортироваться» в порт Пайлос?</p><p>Зачем всё ещё маячить перед Людвигом?</p><p>Людвиг неизвестно когда повернул лицо и уставился на дверь. Его короткие жёлтые волосы были испачканы кровью, а в карих глазах не таились голод и жажда пожирания.</p><p>Он зашагал ногами семи-восьмилетнего ребёнка, устремившись к Люмиану и Лугано, и его скорость была вполне обычной для семи-восьмилетнего мальчика.</p><p>При этом он пережёвывал и заглатывал оставшийся обрубок предплечья Лугано, ни на мгновение не останавливаясь.</p><p>Люмиан неторопливо убрал прямой меч обратно в «Вещмешок путешественника».</p><p>Под испуганным взглядом Лугано он вытащил целый миндально-фисташковый кремовый торт-мильфей и бросил его на пол сбоку от Людвига.</p><p>Бег Людвига сразу замедлился: он словно колебался, что съесть первым.</p><p>В конце концов он всё же устремил взгляд на Лугано.</p><p>Богатая духовностью кровь, плоть и костный мозг пьянили его сильнее!</p><p>Во время короткого замешательства Людвига правая рука Люмиана снова погрузилась в «Вещмешок путешественника», извлекла один из кусков трупа «Сисо» и швырнула его в другую сторону.</p><p>Взгляд Людвига проследовал за ним, он невольно облизнулся, но так и не изменил направления.</p><p>Ему, кажется, показалось, что это слишком грязно и не является приоритетным выбором.</p><p>Люмиан одну за другой стал выбрасывать несколько видов богатых духовностью ингредиентов, а также сливочные пончики, сливочно-фруктовые тарталетки, заварной крем, королевы-слойки, конфеты с алкогольной начинкой, печенье, цукаты, эклеры, торт «Шарлотт» и прочую еду.</p><p>Все эти вещи нагромождались вокруг Людвига, «серьёзно» препятствуя его попыткам добраться до Лугано.</p><p>«Чего застыл? Сначала останови себе кровь!» Люмиан косо взглянул на опешившего Лугано и отдал глухое распоряжение.</p><p>Лугано вздрогнул и подсознательно заставил левую ладонь замерцать слабым светом, прижав её к обрубку правой руки.</p><p>Людвиг шёл и на ходу поедал брошенную Люмианом еду; хоть он всё ещё поглядывал на Лугано, спешки в нём поубавилось.</p><p>В конце концов Люмиан выбросил коробку за коробкой с печеньем, сладостями и вяленой говядиной, устроив вокруг Людвига беспорядочную невысокую «стену».</p><p>Запас сухого пайка на семь дней, подготовленный им для Людвига в «Вещмешке путешественника», теперь почти целиком оказался снаружи.</p><p>«Что вы… делаете?» Своевременно оказав себе помощь, Лугано наконец остановил кровотечение, слегка затянув рану, отчего боль спала, и теперь с недоумением смотрел на действия Люмиана, не понимая, почему наниматель в такой момент так упорно кормит Людвига.</p><p>«Запечатываю этого парня», — спокойно ответил Люмиан, ни на секунду не прекращая движений.</p><p>«Запечатываете?» — Лугано едва не усомнился в собственном слухе.</p><p>Не слишком ли это абсурдно и дико?</p><p>Разве кто-то запечатывает монстров едой?</p><p>Не говоря уже о том, что он никогда раньше не видел и не слышал ни о чём подобном — даже в бульварных романах, ходивших на рынке, ни один писатель не осмелился бы на такое воображение!</p><p>Разве нормальное запечатывание не должно выполняться с помощью богатых духовностью материалов, начертания оккультных символов и узоров, а затем при содействии ритуальной магии или какого-нибудь волшебного предмета?</p><p>Что это вообще за дело — швырять монстру еду?</p><p>Люмиан со смешком вздохнул:</p><p>'Когда он наестся, он не захочет съесть тебя и не захочет съесть кого-либо ещё здесь.</p><p>«А такого количества еды ему хватит, чтобы есть до рассвета, да и весь завтрашний и послезавтрашний день».</p><p>Причина, по которой Люмиан подумал поступить таким образом, заключалась в том, что он только что заметил: Людвиг хочет только есть, а в сочетании с особенностями, которые «Праздник снов» проявлял к настоящему моменту, он был практически уверен, что Людвиг сейчас невероятно чист — чист до такой степени, что им движет исключительно аппетит, и это было особой чертой, которой не обладал никто иной в городке Тизамо.</p><p>Раз так, пока удаётся удовлетворять аппетит Людвига, его можно удержать в люксе, чтобы он ел, ел и ел до самого завершения «Праздника снов», не подвергая при этом никого опасности на протяжении всего процесса.</p><p>Чем это отличается от того, чтобы запечатать его здесь?</p><p>Разумеется, при условии, что «Праздник снов» не затянется до тех пор, пока Людвиг не сметёт весь этот семидневный запас еды.</p><p>В противном случае скорость, с которой Люмиан охотится в джунглях, едва ли поспеет за его аппетитом.</p><p>Выслушав это, Лугано мгновенно всё понял.</p><p>Это и вправду отличный способ временно ограничить Людвига.</p><p>Кто сказал, что это нельзя назвать запечатыванием?</p><p>Пока ты достаточно хорошо знаешь цель, её увлечения и слабости, иногда даже без оккультных средств можно совершить «запечатывание»!</p><p>Видя, что Людвиг, уплетая еду, всё ещё пытается шагать к двери, явно не желая расставаться с Лугано, Люмиан схватил своего личного врача за плечи и напрямую «телепортировался» в угол лестничной площадки на втором этаже Главного управления полиции.</p><p>Людвиг взглянул на пустующую дверь, отвёл взгляд и приступил к битве с целой комнатой еды.</p><p>…………</p><p>«В самом деле всё в порядке?» — только вынырнув из мира духов, с нескрываемым беспокойством спросил Лугано.</p><p>Люмиан усмехнулся:</p><p>«Пока мимо двери случайно не пройдёт Потусторонний, он не оставит свою еду.»</p><p>Лугано выдохнул и, с некоторой печалью глядя на свою правую руку, от которой осталась лишь половина, подумал:</p><p>'По крайней мере, живой, а остальное неважно…</p><p>«Потом посмотрю, получится ли накопить денег и отправиться в Церковь Бога Пара и Машин, чтобы установить механическую руку — авось это ещё и поднимет мою боеспособность.»</p><p>Увечье вроде утраты конечности — это не то, с чем может справиться «Врач», ведь нельзя же просто пришить чужую руку.</p><p>Находившиеся на лестничной площадке Камю и Рия уставились на окровавленный обрубок руки Лугано.</p><p>Они вспомнили о ещё более крупной неприятности, о которой ранее упоминал Луи Бери, и невольно нахмурились.</p><p>«Что с тобой случилось?» — спросил Камю.</p><p>Люмиан слегка улыбнулся:</p><p>«Дело рук того самого крупного неприятного типа, но я его уже временно запечатал. Да, и смотрите не ходите в гостиницу „Бриу“, а уж тем более не проходите мимо двери люкса на втором этаже.»</p><p>Услышав, что крупная неприятность временно запечатана Луи Бери, Камю тихо вздохнул с облегчением и сказал Лугано:</p><p>«К счастью, это всего лишь сон, проснешься — и всё пройдет.»</p><p>«Сон?» — Лугано выглядел совершенно ошарашенным.</p><p>Люмиан не стал ничего объяснять, лишь предостерёг:</p><p>«Это действительно сон, но если умрешь во сне, то умрешь и в реальности.»</p><p>Пока Лугано пребывал в страхе и растерянности, Люмиан повернулся к Камю и Рие:</p><p>«А теперь идем к дому Теванако.»</p><p>Главной целью его расследования «Праздника снов» было отыскать золото «Сисо» и нечто, полученное им от Демона из семейства Нос, поэтому ему, естественно, требовалось проверить, изменилось ли соответствующее место после официального начала «Праздника снов» и как именно изменилось.</p><p>Если там ничего не найдется, следующей точкой маршрута Люмиана станет церковь Святого Сиена, где он разыщет священника Кали.</p><p>Причина кроется в том, что в реальности священник проявлял странное состояние, при котором его «слабость кроется в глубине духовного тела» — а этим не обладал ни один житель городка Тизамо, что указывает на неоспоримую особенность священника; к тому же именно священник только что объявил о начале «Праздника снов»!</p><p>Камю заколебался и не спешил с ответом — казалось, у него прямо сейчас было другое неотложное дело.</p><p>В этот момент Рия взглянула на Люмиана и с замешательством указала на Лугано:</p><p>«Почему он тоже в сознании?»</p></section><section><title><p>Глава 677 Поместье</p></title><p>Глава 677 Поместье</p><p>Услышав вопрос Рии, Лумиан тут же насторожился и повернул голову к Лугано.</p><p>Только что, будучи занятым спасением людей и «запечатыванием» огромной неприятности, он совершенно упустил из виду состояние самого Лугано!</p><p>Этот «Врач», справившись со своими ранами, всё время отвечал на его вопросы, оставаясь достаточно собранным и рассудительным, что разительно отличалось от поведения остальных участников «Праздника снов».</p><p>Ведь даже такой монстр, как Людвиг, не смог больше эффективно контролировать собственную «прожорливость» и начал поедать людей!</p><p>К тому же Лугано не спал в том доме «Сисо» и не входил заранее в это особое сновидение!</p><p>Заметив, что Рия, Камю и наниматель уставились на него, всё ещё терпящий остаточную боль Лугано недоумённо вымолвил:</p><p>'Почему я не могу оставаться в сознании?</p><p>«Разве вы сами не остаётесь в сознании?»</p><p>Все находятся в одинаковом состоянии, с чего вдруг заявлять, будто проблема только во мне?</p><p>Лумиан понаблюдал за эмоциями Лугано и с внешне невозмутимым видом спросил:</p><p>«Ты в последнее время выходил из гостиницы?»</p><p>«Выходил, покупал для Людвига жареное мясо, покупал сладости из сердцевины пальмы», — припоминая, ответил Лугано.</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Ты спал где-нибудь за пределами гостиницы?»</p><p>«Нет, я не смею искать здесь женщин», — без колебаний покачал головой Лугано.</p><p>По этому поводу он явно испытывал некоторое сожаление, поскольку в городке Тизамо хватало девушек, похожих на метисок, обладающих особым шармом по сравнению с уроженками Северного континента.</p><p>Пока двое разговаривали, Камю и Рия всё время пытались разглядеть в Лугано что-то аномальное, но, помимо того, что тот оставался достаточно разумным и не проявлял чрезмерных эмоций и желаний, внешне у него не было никаких проблем.</p><p>Лумиан со задумчивой улыбкой обратился к Лугано:</p><p>«Мы поневоле участвуем в мероприятии под названием 'Праздник снов», проще говоря, мы видим сон, в этом сне можно делать всё что угодно, но если действительно умрёшь во сне, то и в реальности умрёшь.</p><p>'За исключением нас нескольких, все люди в этой области городка Тизамо оказались под властью своих бурных эмоций и желаний, совсем как Людвиг.</p><p>«Строго говоря, они на самом деле тоже в сознании, в сознании решили дать волю своей злобе, всплеснув долго подавляемым желаниям, и если мы сможем их подмять, то, должно быть, сможем и пообщаться, вот только они будут инстинктивно стремиться к обману.»</p><p>Вспомнив, как владелец кофейни Буния, потерпев неудачу и оказавшись под прицелом её стрелы, тут же сменил тон и без колебаний стал молить о пощаде, Рия согласилась с суждением Луи Бери:</p><p>Участники «Праздника снов» вовсе не глупы и не безумны, дело главным образом в том, что избыток желаний и эмоций порождает неконтролируемое зло и порочность!</p><p>«Вот как…» — Лугано наконец осознал текущее положение.</p><p>И тут же понял суть вопроса, заданного Рией, выпалив:</p><p>«Почему мы можем сохранять ясность ума и рассудок?»</p><p>Замявшись на мгновение, Лугано понизил голос и добавил:</p><p>«Я, почему я могу сохранять ясность ума и рассудок?»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>'Мы можем сохранять ясность ума и рассудок потому, что до этого сами добровольно входили в это особое сновидение, потому, что оставили отпечатки и ауру в определённом месте.</p><p>«Что до тебя, то я не знаю, почему так.»</p><p>Пока он говорил, его взгляд пристально всматривался в лицо Лугано, подмечая смену выражений на лице своего слуги.</p><p>Лугано с неким замешательством и испугом произнёс:</p><p>«Я и сам не знаю, почему так вышло…»</p><p>Лумиан, видя, что у Лугано нет вспышки, свойственной человеку, чью тайну разоблачили, заодно взглянул на его Удачу.</p><p>«Пребывает в кровавой невзгоде, а в последующие несколько дней рискует подхватить некое заболевание… Первое вполне естественно, в конце концов, Людвиг только что отгрыз ему половину руки, а вот что означает второе, сколько дней продлится „Праздник снов“? Невозможно, если бы „Праздник снов“ действительно длился несколько дней, аномалию городка Тизамо давным-давно заметили бы… Выходит, Лугано во время „Праздника снов“ подхватит болезнь, и эта болезнь, точно так же, как и смерть, реальным образом отразится на физическом мире, так что даже после пробуждения и утешения мессой исцелить её сразу не удастся?» — беззвучно истолковал Лумиан увиденную Удачу Лугано.</p><p>Он заодно взглянул и на состояние Камю с Рией, обнаружив, что у них на ближайшее время тоже намечается кровавая невзгода, причём из категории тех, что при ненадлежащем решении сползают в ещё более худшую сторону.</p><p>Пока мысли стремительно проносились в его голове, Лумиан заговорил с Камю и Рией:</p><p>«Я собираюсь взять своего слугу с собой.»</p><p>Дело было не в его добросердечии или доброте — просто он считал, что если оставить сохраняющего по неизвестной причине ясность ума и рассудок Лугано здесь на свободе, то аномалия внутри того может проявиться и повлиять на ход «Праздника снов», отчего многое изменится в непредсказуемом направлении.</p><p>Раз так, лучше уж держать его при себе под строгим надзором во избежание неожиданностей — а если у Лугано действительно вырвется наружу крупная проблема, можно будет прикончить его первым, задавив последующие неприятности в зародыше.</p><p>Переглянувшись с Рией, Камю без особого желания ответил:</p><p>«Вы вправе принимать любые решения.»</p><p>«А теперь мы направляемся к тому дому Тэванако», — повторил Лумиан своё прежнее предложение.</p><p>Камю взглянул на чуланчик, где прятался Колобо, и с колебанием спросил:</p><p>«Вы знаете, где капитан Реаса и остальные?»</p><p>«После начала „Праздника снов“ они должны были оказаться рядом со мной, но я их не видел», — правдиво описал тогдашнее положение Лумиан.</p><p>Возможно, дело было в том, что сновидение и реальность соотносились не полностью: место, где каждый появлялся в этом особом сне, могло быть связано с его личным восприятием, состоянием сновидения, местом ночлега и прочими факторами.</p><p>Лумиан полагал, что не будь он способен сохранять ясность ума и рассудок, он, возможно, проснулся бы в главной спальне люкса гостиницы «Бриу».</p><p>«Может, сначала отправимся на их поиски?» — с колебанием предложил Камю.</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Зачем их искать, чтобы устроить с ними грандиозное сражение?»</p><p>Ни Реаса, ни Мэслоу не спали в том доме «Сисо», так что сейчас с высокой долей вероятности находились в состоянии слабой самообладательности, когда злоба и желания выплёскиваются наружу.</p><p>В таком случае, столкнувшись с этими далеко не слабыми Потусторонними, Лумиан не обязательно сохранит силы контролировать ритм и интенсивность боя так же, как с обычными людьми, избегая смертельного исхода.</p><p>Камю и Рия одновременно умолкли.</p><p>Им тоже не хотелось биться насмерть со своими соратниками.</p><p>Едва Лумиан собрался жестом велеть этим двум членам Патрульной команды подойти поближе, как Камю, стиснув зубы, произнёс:</p><p>«Я хочу сначала сходить в одно место, а уже потом отправиться к тому дому Тэванако.»</p><p>«Куда?» — приподнял бровь Лумиан.</p><p>Камю глухим голосом ответил:</p><p>«В поместье Пальм.»</p><p>Лумиан рассмеялся:</p><p>«Хочешь отправиться спасать ту мисс Амандину?»</p><p>Камю слегка смутился, но всё же твёрдо кивнул.</p><p>«Да.»</p><p>«Не волнуйся, это всего лишь сновидение, даже если в нём кого-то подвергнут насилию, после пробуждения возникнет разве что лёгкая истерия, реального вреда причинено не будет.» Лумиан не стал задевать Камю, а лишь изложил факт.</p><p>Камю с непреклонным выражением лица произнёс:</p><p>«Я знаю, я просто боюсь, что она не выдержит этого во сне и совершит необдуманный поступок, а это может привести к её смерти.»</p><p>Не дожидаясь ответа Лумиана, Камю глухим голосом добавил:</p><p>«Вы можете сначала отправиться к тому дому Тэванако, а я пойду в поместье Пальм, и затем разыщу вас.»</p><p>«К тому времени мы не обязательно будем у Тэванако», — напомнила Камю Рия.</p><p>Камю слегка кивнул:</p><p>«Это мой собственный выбор, и я приму все последствия.»</p><p>Лумиан смотрел в глаза Камю и долгое время ничего не говорил.</p><p>Камю ощутил невыразимое давление и подумал о том, какой трагический финал его может ожидать, но всё равно плотно сжал губы и не отказался от своего предложения.</p><p>Лумиан молчал около десяти секунд и, не изменившись в лице, произнёс:</p><p>«Сейчас идём в поместье Пальм.»</p><p>А? Камю не успел толком опомниться, как Лумиан схватил его за плечо.</p><p>Другой рукой Лумиан потянулся к предплечью Рии.</p><p>Рия подсознательно хотела уклониться, но тут же вспомнила, что Лугано только что перенесли именно так.</p><p>Её напряжённые плечи мгновенно слегка расслабились.</p><p>Схватив Камю и Рию, Лумиан бросил взгляд на Лугано.</p><p>Лугано привычно приблизился и ухватился за край жилета Лумиана.</p><p>В следующую секунду силуэт Лумиана размылся.</p><p>Эта размытость стремительно разрослась, поглотив Камю, Рию и Лугано.</p><p>Рия и Камю, глядя на накладывающиеся друг на друга цветовые пятна и неописуемые бестелесные сущности вокруг, ощутили нахлынувшие сильные эмоции:</p><p>Это и есть «мир духов»?</p><p>Это и есть «Телепортация»?</p><p>Так вот почему Великий авантюрист Герман Воробей мог когда угодно и где угодно появляться перед любым пиратом?</p><p>Только что, видя, как Луи Бери внезапно исчез, а затем вернулся со слугой, Камю и Рия гадали, не была ли это та самая способность «Телепортация», широко известная на Пяти Морях благодаря легендарным подвигам Германа Воробья.</p><p>Факты доказали, что так оно и было!</p><p>— Патрульная команда штата Матани нанимала немало авантюристов, так что Камю и Рия были ничуть не чужды всевозможным слухам с Пяти Морей.</p><p>Едва они ощутили на себе «Телепортацию», как их тела вырвались из сновидческого мира духов и возникли перед четырёхэтажным зданием кремово-жёлтого цвета.</p><p>Это был главный дом поместья Пальм.</p><p>Всего лишь за мгновение Лумиан доставил Камю, Рию и Лугано к самым дверям назначения.</p><p>Отовсюду в поместье доносились нарастающие вопли, вопли боли, зловещий хохот и громкие песнопения.</p><p>В десятке с небольшим метров от боковой стороны главного дома, у кустарника в саду, несколько рабов прижали к земле служанку-метиску с полуприспущенной одеждой, которая плакала и кричала.</p><p>Она непрестанно барахталась, но разве могла совладать с несколькими взрослыми мужчинами — её прижали намертво.</p><p>Увидев эту картину, бывший «Шериф» Камю инстинктивно порывался вмешаться, но тут же вспомнил, что всё происходит во сне, и подобные вещи не окажут реального влияния на физический мир, принеся максимум некоторую излечимую истерию.</p><p>Попытка остановить их отнимет время, задержит мои поиски Амандины, да и практического смысла в этом нет… — наставляя себя этими мыслями, Камю отвёл взгляд и ступил на лестницу, ведущую в главный дом.</p><p>В этот момент Рия, молча пронаблюдавшая пару секунд, развернула своё тело, обращённое к главному дому поместья.</p><p>«Идите сначала внутрь.»</p><p>Стоя спиной к Лумиану, Камю и Лугано, она бросила эту невесомую фразу, после чего слегка пригнулась, сделала шаг и устремилась к кустарникам на краю сада, к служанке-метиске, подвергавшейся насилию со стороны нескольких рабов.</p></section><section><title><p>Глава 678 Зло</p></title><p>Глава 678 Зло</p><p>За несколько шагов Рия подбежала со спины к тем рабам, подняла правую ногу и резко пнула.</p><p>Со звуком «бах» раб, прижимавший метиску-служанку, вылетел от пинка и рухнул в кусты на краю сада.</p><p>Остальные трое резко повернулись, уставившись на Рию.</p><p>Прежде чем они успели разглядеть нападавшего, Рия последовавшим за этим ударом с разворота сбила с ног ещё одного.</p><p>Оставшиеся двое посмотрели на Рию, секунду поборолись между жадным вожделением и страхом, развернулись и побежали в другую часть поместья.</p><p>Рия опустила левую ногу, холодно посмотрела на пытающихся подняться двоих слуг, приподняла охотничий лук и положила стрелу на тетиву.</p><p>Оба слуги почти одновременно облизнули губы и с досадой, но и со страхом быстро перемахнули через кусты и сбежали в сад.</p><p>Только тогда Рия опустила голову, посмотрела на метиску-служанку, на лице которой всё ещё оставались слёзы и растерянность, и спросила:</p><p>«Ты в порядке?»</p><p>Метиска-служанка быстро замотала головой, поспешно поправила полуспущенное платье и заодно подняла упавший рядом с ней кинжал.</p><p>Увидев это, Рия не стала многословить и сразу сказала:</p><p>«Найди какой-нибудь пустой уголок и спрячься, сиди там до рассвета.»</p><p>Отдав распоряжение, Рия развернулась, собираясь побежать обратно к Луи Бери, Камю и остальным, стоявшим у дверей главного дома поместья.</p><p>В этот самый момент метиска-служанка встала вслед за ней и с мрачным, тёмным выражением лица подняла кинжал в руке, резко вонзая его Рие в спину.</p><p>Камю, увидев эту сцену, первым предупредил:</p><p>«Осторожно!»</p><p>Хотя Рия и не осознала, что именно произошло, она всё же рефлекторно отреагировала на предупреждение Камю.</p><p>Она подалась вперёд, перекатилась в сторону и вовремя уклонилась от кинжала за своей спиной.</p><p>Во время переката Рия повернула корпус и увидела нападавшую.</p><p>Её взгляд мгновенно застыл, и она инстинктивно подняла лук, целясь в метиску-служанку.</p><p>Метиска-служанка, держа кинжал, с лицом, полным ненависти, закричала на интисском языке:</p><p>'Почему мы обе с Южного континента, ты можешь вступить в Патрульную команду, а я — только быть служанкой?</p><p>«Почему? Во мне ведь тоже есть интисская кровь!»</p><p>Прежде чем её слова затихли, ало-белый огненный ворон прилетел неизвестно откуда и врезался в стальной кинжал.</p><p>Со звоном «дзинь» кинжал раскалился докрасна и с силой взрывной волны вырвался из ладони метиски-служанки, отлетев на несколько метров на землю.</p><p>Метиска-служанка оцепенела, и страх сменил ненависть.</p><p>Черноволосый и зеленоглазый Лумиан, засунув руку в карман, стоял на ступенях у дверей главного дома поместья и совершенно небрежно громко спросил:</p><p>«Где мисс Амандина?»</p><p>Э-э… Камю вдруг стало немного стыдно.</p><p>Из-за спешки спасти мисс Амандину он повёл себя слишком непрофессионально!</p><p>Он бывал гостем в поместье Пальм, но, очевидно, не получал приглашения подняться наверх и посетить комнату Амандины, так что совершенно не знал, на каком этаже и в какой комнате искать Амандину.</p><p>Если искать этаж за этажом, то в нынешнем хаосе неизвестно, с сколькими препятствиями придётся столкнуться.</p><p>Выражение лица метиски-служанки несколько раз изменилось, дав волю явному страстному желанию и ожиданию:</p><p>'Она спит у себя в комнате, на третьем этаже, вторая комната со стороны каучуковой рощи.</p><p>«Идите скорей, она так красива, от неё так приятно пахнет, она такая чистая, у неё прекрасная фигура, гладкая кожа, она совсем не такая, как мы, многие джентльмены считают её девушкой своей мечты, скорей идите!»</p><p>К концу фразы метиска-служанка заскрежетала зубами, а в её глазах будто запылал призрачный огонь, жаждущий увидеть нечто определённое.</p><p>От этих слов у Лугано волосы встали дыбом, а по спине пробежал холодок — он ощутил неприкрытое человеческое зло.</p><p>Хлоп-хлоп-хлоп — Лумиан со смехом покачал головой и поаплодировал.</p><p>Рия помолчала две секунды, поднялась и покинула эту зону.</p><p>Сделав несколько шагов, она остановилась, повернулась к метиске-служанке и низким, но быстрым голосом повторила свои прежние слова:</p><p>«Найди какое-нибудь место, где никого нет, и спрячься, сиди там до рассвета.»</p><p>Сказав это, Рия больше не смотрела на метиску-служанку и за пару шагов прибежала обратно к ступеням перед главным домом.</p><p>Лумиан отвёл взгляд и первым направился к распахнутым коричневым двустворчатым дверям.</p><p>Стоило им войти, как он, Камю и остальные увидели в гостиной женщину средних лет в растрёпанной ночной рубашке, с полуобнажённым телом и распущенными чёрными волосами, восседавшую на талии крепкого туземного раба. Она совершала бурные движения с упоённым выражением лица, то громко выкрикивая, то осыпая всё вокруг грязной руганью, а туземный раб с тем же наслаждением вовсю ей подыгрывал.</p><p>Возле лестничного пролёта пятеро или шестеро слуг и рабов, держа в руках охотничьи ружья, винтовки и прочее оружие, время от времени вели огонь по лестнице, а со стороны прохода на второй этаж изредка отстреливались в ответ.</p><p>Увидев подобную картину, Камю остолбенел, его взгляд замер на лице всё ещё обаятельной, сплошь залитой румянцем женщины средних лет.</p><p>«Ты её знаешь?» — с улыбкой спросил Лумиан.</p><p>Ответила Рия:</p><p>«Это жена сэра Пети, мать мисс Амандины, мадам Симона.»</p><p>«Не ожидал, что она окажется такой…» — глухо произнёс Камю.</p><p>Лумиан усмехнулся и снова поаплодировал:</p><p>'Неужели во сне нельзя немного потакать себе?</p><p>«Для „Праздника снов“ такое поведение стоит только поощрять, никто никого не принуждал, как прекрасно, как безобидно.»</p><p>Камю на мгновение даже не нашёлся, что возразить.</p><p>Затем Лумиан сказал Рие:</p><p>«Во время проведения „Праздника снов“ те, кого ты спасаешь, с высокой вероятностью окажутся плохими людьми и тоже нападут на тебя.»</p><p>Рия помолчала несколько секунд и совсем тихим голосом произнесла:</p><p>«Если я снова столкнусь с подобным, я всё равно спасу.»</p><p>Лумиан не стал продолжать эту тему и обратился к Камю:</p><p>'Ты морально готов увидеть мисс Амандину с другой стороны?</p><p>«Быть может, она…»</p><p>Лумиан не закончил фразу, а лишь многозначительно ещё раз окинул взглядом свирепую и сыплющую бранью мадам Симону.</p><p>Камю медленно выдохнул и сказал:</p><p>'Я пришёл спасти её, независимо от того, хороша она или плоха, добра или злобна, хранит целомудрие или предаётся похоти.</p><p>«Поможем ей спрятаться в безопасном месте, а когда она дождётся рассвета, мы отправимся к тому дому в Теванако.»</p><p>«Я пришёл спасти её, независимо от того, хороша она или плоха, добра или злобна…» — беззвучно повторил первую половину фразы Лумиан и с улыбкой посмотрел на нескольких слуг и рабов, пытавшихся захватить лестничную площадку, громко спросив:</p><p>«Вы видели мисс Амандину? Она спускалась?»</p><p>Те несколько слуг и рабов разом повернулись и уставились на Лумиана и остальных.</p><p>Вслед за этим они повернули в их сторону и всё своё огнестрельное оружие.</p><p>Лумиан неторопливо протянул правую руку и сделал хватательное движение вперёд.</p><p>Вместе с этим движением в воздухе запылало ало-белое пламя, выхваченное Лумианом из пустоты, словно занавес.</p><p>Сразу за хваткой последовал толчок, и бушующий огненный занавес резко раскололся, превратившись в огненных птиц, устремившихся к охотничьим ружьям, винтовкам и револьверам, из которых ещё даже не успели прицелиться.</p><p>Под глухие звуки взрывов «бах-бах-бах» всё это оружие вырвалось из рук слуг и рабов, свалилось на землю и повредилось.</p><p>А сами слуги и рабы получили лишь лёгкие ожоги, да удерживавшие оружие руки ощутили сильную отдачу.</p><p>После продвижения до «Жнеца» способность Лумиана управлять огнём поднялась на новый уровень, и он мог добиваться подобного даже без клипсы «Ложь».</p><p>К тому же он ещё не выложился полностью и даже не стал создавать ослепительно-белое пламя, чтобы уменьшить урон.</p><p>«Теперь мы можем нормально поговорить?» — с улыбкой спросил Лумиан у этих слуг и рабов.</p><p>За его спиной одна за другой сгущались ало-белые огненные вороны, готовые сорваться в любой момент.</p><p>Выглядевший довольно статусно интисский слуга, не в силах скрыть собственный страх, ответил:</p><p>«Амандина не спускалась, иначе…»</p><p>На этих словах он не удержался и облизнул губы.</p><p>«В кого вы стреляете?» — добавил вопрос Лумиан.</p><p>«В Пети, этого чертова ублюдка, которому место в аду, и его управляющего, что вечно машет плетью!» — темнокожий раб поднял с земли оружие и, как и остальные, обнаружил, что оно испорчено.</p><p>Они собирались пойти в другие комнаты на первом этаже и найти ещё несколько стволов, но пока не смели сдвинуться с места.</p><p>«Вот оно что,» — с искренним пониманием вымолвил Лумиан. — «Продолжайте.»</p><p>Он развернулся и, увлекая за собой постепенно рассеивающихся полтора-два десятка огненных воронов, сказал Камю и остальным:</p><p>«Мы поднимемся на третий этаж сбоку.»</p><p>На такое расстояние ему не очень хотелось использовать «Телепортацию» — он применял её уже четыре раза.</p><p>Разумеется, став «Жнецом», Лумиан мог совершить одиннадцать-двенадцать «Переходов сквозь мир духов», даже не задействуя духовность, накопленную благодаря способностям «Аскета», что было весьма существенным прогрессом по сравнению с прошлым.</p><p>Камю и остальные не стали возражать, а Лугано дрожащим голосом произнёс:</p><p>«Я… я как полезу?»</p><p>Он помахал остатком правой руки.</p><p>Лумиан бросил на него взгляд и сказал:</p><p>«Камю тебе поможет.»</p><p>Я? Камю сначала оторопел, а затем оценил свою сноровку, решив, что справится.</p><p>Вскоре четверо с помощью статуй, украшений, металлических труб на внешней стене и бокового балкона взобрались на третий этаж.</p><p>Едва толкнув дверь, ведущую в коридор, Камю увидел силуэт.</p><p>Это была интисская служанка в белой тканевой ночной рубашке — личная служанка Амандины.</p><p>В этот момент молодая служанка стояла в темноте под тусклым лунным светом с окровавленным кинжалом в руке, с неразличимым выражением лица.</p><p>Кап, кап — алая кровь с кинжала капала на ковёр в коридоре.</p><p>Сердце Камю сжалось:</p><p>«Что ты сделала?»</p><p>Служанка улыбнулась удовлетворённой, радостной улыбкой:</p><p>«Я убила его, оно меня уже давно раздражало!»</p><p>Оно? В интисском языке «она» и «оно» — это два совершенно разных слова, и Камю, изумившись, проследил за капающей кровью и увидел у дверей боковой комнаты любимого пса Амандины.</p><p>Фух… Камю вздохнул с облегчением и глухо спросил:</p><p>«А мисс Амандина?»</p><p>На лице служанки исказилось выражение ненависти:</p><p>'Я и сама её ищу!</p><p>«Она ушла час назад!»</p><p>Час назад… До начала «Праздника снов»? Камю расспросил далее:</p><p>«Куда она ушла?»</p><p>Держащая капающий кровью кинжал служанка ответила с искажённым лицом:</p><p>«Пошла на свидание с моим Робертом!»</p><p>Камю мгновенно умолк.</p><p>Лумиан покачал головой и под пристальным взглядом служанки, которая жаждала убивать, но понимала, что не справится с такой группой, быстро обыскал вместе с Рией и остальными весь третий этаж, не найдя и следа Амандины.</p><p>«Пошли,» — Лумиан посмотрел на Камю.</p><p>Камю оставалось лишь сдаться.</p><p>Четверо тут же «Телепортировались» к дому «Сисо».</p><p>Лумиан собирался шагнуть вперёд, как вдруг что-то почувствовал, поднял голову и посмотрел на третий этаж.</p><p>У стеклянного окна одной из комнат третьего этажа проступило лицо.</p><p>У этого лица был изящный прямой нос, лазурно-синие глаза, густые чёрные волосы, просто завязанные в узел на макушке, а между бровями дышала юность.</p><p>Амандина!</p><p>Та самая Амандина, что якобы ушла на свидание со своим женихом Робертом!</p></section><section><title><p>Глава 679 Вы, интисцы</p></title><p>Глава 679 Вы, интисцы</p><p>Камю не ожидал встретить здесь Амандину, и изумление в его душе явно перевешивало радость.</p><p>Лицо Амандины за окном тоже заметило четверых внизу, резко отпрянуло назад и исчезло в темноте комнаты.</p><p>Камю опешил на мгновение и громко крикнул:</p><p>«Не бойся, мы пришли защитить тебя!»</p><p>Взбивая шагами ступени, он на бегу устремился по лестнице на второй этаж дома Тэванако.</p><p>Побывав в поместье Пальм, он практически убедился в догадке Луи Бери и знал, что участники «Праздника снов» в основном лишь утратили самоконтроль, позволив скрытым внутри злым намерениям и вожделениям направлять свои поступки, однако разум их оставался ясным, и с ними вполне можно было вести диалог и общаться.</p><p>Разумеется, затуманены ли их умы под властью злобы и вожделений до такой степени, чтобы превратно истолковывать чужие слова и во всём видеть лишь дурное, Камю пока не знал, к тому же подобная ясность ума не была абсолютной: они не осознавали, что находятся во сне, и после пробуждения у них практически не оставалось воспоминаний.</p><p>Топ-топ-топ — Камю и Рия один за другим, перепрыгивая через несколько ступеней, ворвались в здание перед ними.</p><p>С обратной стороны дома Тэванако, недоступной взору Камю и его спутников, открылась вставленная в деревянную раму стеклянная форточка; облачённая в чёрный охотничий костюм Амандина ловко выбралась наружу и, цепляясь за выступы и щели во внешней стене, стремительно спустилась на землю.</p><p>Едва её ноги коснулись земли, как она неожиданно увидела перед собой сбоку силуэт человека, пристально наблюдавшего за ней.</p><p>Это был Лугано, у которого от правой руки остался лишь обрубок, а на лице застыла засохшая кровь, отчего он выглядел весьма подозрительно.</p><p>Сердце Амандины сжалось, она тут же прислонилась спиной к деревянной опоре, поддерживавшей дом Тэванако, сжала кулаки и опустила веки.</p><p>Почти одновременно с этим веки Лугано налились тяжестью, а мысли стремительно затуманились.</p><p>Его тело обмякло, и он рухнул на землю, заснув прямо на месте.</p><p>Вслед за этим Амандина открыла глаза, прекратив удерживать силу принудительного погружения в сон на мужчине, выглядевшем так, словно он только что пережил кровавую битву.</p><p>Ведь в противном случае она и сама погрузилась бы в глубокий сон, способная действовать лишь в состоянии Кошмара, без возможности двигать телом, а у того мужчины были спутники!</p><p>Поспешив опередить естественное «пробуждение» Лугано, Амандина сменила направление, намереваясь выгадать время, сбежать из этой округи и отыскать иное безопасное укрытие.</p><p>И как раз в этот миг до её ушей донёсся насмешливый голос:</p><p>«Так ты тоже Потусторонняя.»</p><p>Амандина инстинктивно обернулась и увидела неподалёку, у другой деревянной опоры, удерживавшей дом Тэванако, авантюриста Луи Бери.</p><p>Темноволосый и зеленоглазый, красивый Луи Бери стоял, сунув одну руку в карман и прислонившись спиной к деревянному столбу, с лёгким изгибом губ и ироничной улыбкой на лице глядя в её сторону.</p><p>Тусклый багровый лунный свет ночи озарял его тело, словно придавая ему несколько загадочное и зловещее очарование.</p><p>Амандина вновь сжала кулаки и опустила веки.</p><p>Однако в её духовном восприятии Луи Бери в то же мгновение бесследно исчез.</p><p>Она потеряла цель и не могла задействовать соответствующую способность.</p><p>В следующее мгновение Амандина, обладающая весьма высоким духовным чутьём, устремила взгляд в тень внутри открытого пространства на нижнем ярусе дома.</p><p>Ей показалось, будто там что-то колышется.</p><p>В то же время у самого уха Амандины раздался призрачный и иллюзорный голос:</p><p>'У нас нет дурных намерений.</p><p>«На нас не подействовал „Праздник снов“.»</p><p>Амандина, собиравшаяся с помощью духовного чутья захватить бестелесную сущность в тени, опешила от этих слов.</p><p>В этот момент Камю и Рия добежали до соответствующего окна и крикнули Амандине:</p><p>«Мы пришли защитить тебя!»</p><p>«У нас достаточно самоконтроля.»</p><p>Взвесив соотношение сил и численность обеих сторон, Амандина недоверчиво спросила:</p><p>«Почему на вас это не действует?»</p><p>Произнося это, она по-прежнему удерживала восприятием бестелесное нечто в тени, считая его сильнейшим среди них — авантюристом Луи Бери: если что-то пойдёт не так, предварительный контроль над Луи Бери существенно повысит её шансы на победу или побег.</p><p>Тело Люмиана проросло прямо из тени.</p><p>Он бросил взгляд на очнувшегося и поднявшегося на ноги Лугано, мысленно похвалив высокое духовное чутьё Амандины, а затем с улыбкой сказал ей:</p><p>'Разве ты не знаешь, что в последние дни мы часто приходили в этот дом?</p><p>«А ты? Почему ты способна сохранять нормальный самоконтроль?»</p><p>Амандина взглянула на стоящий рядом дом, и в её душе улеглись сомнения относительно того, почему Люмиан и его спутники сохраняют ясность ума и рассудок.</p><p>Она слегка скривила губы и произнесла:</p><p>«Роберт приводил меня на свидание в этот дом Тэванако, мы проспали здесь полночи.»</p><p>«Роберт знал об особенностях этого места?» — вырвалось у Камю, в то время как на душе у него стало горько.</p><p>Амандина слегка кивнула:</p><p>«Он очень хорошо знает о „Празднике снов“.»</p><p>«В каких отношениях он состоял с Тэванако?» — задумчиво спросил Люмиан.</p><p>Амандина тщательно припомнила:</p><p>«Не знаю, по крайней мере, я не замечала между ними никакой двусмысленности или каких-либо пересечений.»</p><p>Какая ещё двусмысленность? Люмиан не стал напрямую спрашивать, откуда господин Роберт узнал о Празднике снов, а перешёл к другому вопросу:</p><p>«Ты Потусторонняя пути „Ночи“?»</p><p>Амандина похлопала ресницами и в замешательстве произнесла:</p><p>«Можно и так сказать…»</p><p>«Где ты достала зельеварческий рецепт и соответствующие материалы?» — обеспокоенно спросил Камю с верхнего этажа.</p><p>Пока они разговаривали, из плантаций за пределами городка и из разных уголков внутри него время от времени доносился шум и крики.</p><p>Глаза Амандины слегка блеснули, и она с лукавой ухмылкой вымолвила:</p><p>«Могу я не отвечать?»</p><p>«Как ты думаешь?» — Люмиан с улыбкой посмотрел на неё.</p><p>Амандина не уступила ни на йоту, слегка приподняла голову и уставилась Люмиану прямо в глаза, не отступая ни на шаг.</p><p>Она увидела, что его улыбка ничуть не изменилась, а глубокие изумрудно-зелёные глаза были абсолютно лишены каких-либо эмоций.</p><p>Спустя полминуты Амандина отвела взгляд, слегка склонила голову набок и произнесла:</p><p>«Получила в этом сновидении.»</p><p>«Получила во время „Праздника снов“?» — Камю с третьего этажа был потрясён и изумлён.</p><p>Получить рецепт зелья во время «Праздника снов» он ещё мог понять — при условии, что человек сохраняет ясность ума и не забывает о произошедшем во сне, знания вполне можно перенести в реальность, но неужели Потусторонние материалы для приготовления зелья можно вынести из сновидения в реальный мир?</p><p>Неужели, приняв зелье во время «Праздника снов», после пробуждения тоже можно стать Потусторонним?</p><p>Это опровергало множество базовых истин оккультизма!</p><p>Не дожидаясь подтверждения от Амандины, Камю подумал об одной возможности.</p><p>Он тут же спросил у Амандины:</p><p>«Ты Потусторонняя только в этом „сновидении“?»</p><p>Амандина хотела притвориться дурочкой, но, бросив взгляд на Луи Бери, который смотрел на неё с полуулыбкой, всё же угрюмо произнесла:</p><p>«В реальности тоже, просто нет особых возможностей проявить себя.»</p><p>Как такое возможно? Камю посмотрел вниз на Амандину, сомневаясь, не были ли ложными все оккультные знания, с которыми он соприкасался с самого детства.</p><p>Он думал о вероятности того, что Амандина лжёт, но ему не хотелось сомневаться в девушке, чей образ в его сердце был столь прекрасен.</p><p>В этот момент Люмиан спокойным голосом и с абсолютно невозмутимым выражением лица сказал Амандине:</p><p>«Ты ведь не принимала зелье, верно?»</p><p>Выражение лица Амандины слегка изменилось, она надула щёки и пробурчала:</p><p>«Раз сам всё знаешь, зачем тогда спрашиваешь…»</p><p>Не принимала зелье? Камю, Рия и Лугано сначала поразились, но затем сразу вспомнили некоторых людей, с которыми сталкивались в прошлом, и по-своему осознали положение Амандины.</p><p>«И впрямь Благословение, вот только неизвестно, каким именно образом оно было даровано…» — пока Люмиан беззвучно усмехался, Камю нервно спросил Амандину:</p><p>«Какой Злой Бог затуманил тебе разум?»</p><p>Амандина выглядела совершенно растерянной:</p><p>«Злой Бог? Какой ещё Злой Бог?»</p><p>Опережая объяснения Камю, Люмиан задумчиво спросил:</p><p>«Как ты получила Потусторонние силы?»</p><p>Амандина «хмыкнула»:</p><p>«С какой стати я должна вам говорить?»</p><p>В следующее мгновение она увидела, как Луи Бери улыбнулся улыбкой, вселившей в неё невольный страх.</p><p>«Р-Роберт,» — Амандина вздрогнула и произнесла: — «Он отвёл меня в джунгли снаружи, доставил к огромному чёрному камню и велел приложить к нему руку.»</p><p>«И после этого ты стала Потусторонней?» — Лугано с изумлением и любопытством перебил Амандину, забыв о сдержанности, подобающей слуге.</p><p>Амандина покачала головой:</p><p>«А потом я заснула, заснула прямо во сне, а когда проснулась, у меня уже были Потусторонние силы.»</p><p>«Роберт тоже Потусторонний? Он тоже получил Потусторонние силы таким способом?» — настойчиво спросил Камю.</p><p>Амандина тихо вздохнула и сказала:</p><p>«Он Потусторонний, но обретал ли он силу этим способом, я не знаю. Ещё до того, как он привёл меня сюда на свидание и мы вошли в это сновидение, он уже был Потусторонним.»</p><p>«Огромный чёрный камень…» — Люмиан вышел из открытого помещения на нижнем ярусе дома Сисо и со смешком спросил Амандину:</p><p>«А где же Роберт? Разве он не с тобой здесь на свидании?»</p><p>Выражение лица Амандины несколько раз изменилось, и она с некоторой досадой и в то же время иронией произнесла:</p><p>«Ему нужно сначала наведаться к своей другой любовнице, а потом уже прийти ко мне.»</p><p>«У него есть и другая любовница? Кто?» — Камю внезапно страшно разозлился.</p><p>Глаза Амандины слегка блеснули, и она с довольно странным выражением лица ненадолго замешкалась, после чего вымолвила:</p><p>«Священник Кали.»</p><p>«Э-э…» «А?» — Камю, Рия и Лугано невольно издали изумлённые и растерянные возгласы.</p><p>Даже Люмиан с его богатым жизненным опытом не удержался и приподнял бровь.</p><p>Амандина развела руками:</p><p>'Ему нравятся женщины, но мужчины нравятся ему ещё больше.</p><p>«Он сказал, что привёл меня в мир снов для обретения Потусторонних сил из чувства вины передо мной, а также от глубокой благодарности за то, что, узнав о его иной стороне, я всё же согласилась сохранить её в тайне, не расторгла помолвку, продолжала ходить с ним на свидания, проявлять нежность и тем самым защитила его репутацию.»</p><p>В этот миг ни Камю, ни Рия не проронили ни слова, однако Люмиан почувствовал, что их взгляды выражают одну и ту же мысль:</p><p>Ну вы, интисцы…</p><p>Люмиан с весельем в голосе спросил Амандину:</p><p>«И ты даже смогла с этим смириться?»</p><p>Амандина всерьёз задумалась:</p><p>«Почему бы и нет? Как кандидат в мужья, Роберт хорош во всём: происхождение, положение, состояние, сила, внешность и даже способности в постели — всё у него на высоком уровне. На Южном континенте найдётся немного вариантов лучше него. К тому же, у нас и впрямь была прекрасная любовная история, и он действительно любит меня, просто так же сильно он любит и священника Кали.»</p><p>Говоря это, Амандина с улыбкой посмотрела на Люмиана и добавила:</p><p>«Он к тому же пообещал предоставить мне больше свободы.»</p><p>Услышав ответ Амандины и глядя на эту пышущую юностью и ослепительно прекрасную девушку, Камю на третьем этаже вдруг ощутил глубокую печаль.</p><p>Нечто прекрасное в его сердце оказалось разбито вдребезги.</p><p>Люмиан вскинул голову, мазнул взглядом по этому парню и мысленно усмехнулся:</p><p>«Разве ты не был морально готов увидеть Амандину с иной стороны? Амандина ещё сдерживала себя, просто высказавшись и даже не перейдя к делу.»</p><p>«Хм, возможно, Амандина нарочно выложила всё это перед Камю, чтобы тот от жалости не воспылал к ней любовью.»</p><p>Люмиан перевёл взгляд на Амандину:</p><p>«Стало быть, Роберт сейчас в церкви Святого Сиена?»</p><p>«Да,» — Амандина кивнула.</p><p>Люмиан издал короткое «хм» и повелительным тоном произнёс:</p><p>«Тогда пойдём „навестим“ его и священника Кали.»</p></section><section><title><p>Глава 680 Прошлогодний «Праздник снов»</p></title><p>Глава 680 Прошлогодний «Праздник снов»</p><p>Амандина колебалась несколько секунд, прежде чем сказать:</p><p>«Меня и так зажали со всех сторон, какой у меня выбор?»</p><p>Когда она произносила эти слова, в её глазах мелькнуло необъяснимое возбуждение и любопытство.</p><p>От этого её предыдущие слова прозвучали скорее так:</p><p>Я не хочу, я не хочу, это всё вы заставляете меня идти в церковь Святого Сиена! Идёмте, скорее идёмте!</p><p>Ты просто хочешь расширить «кругозор»? — мысленно усмехнулся Люмиан, но не стал её разоблачать.</p><p>Он указал на дом «Сисо» и произнёс:</p><p>«Перед тем как идти в церковь Святого Сиена, сначала осмотрим здесь.»</p><p>Амандина издала «о»:</p><p>'Ты хочешь найти исток здешней аномалии?</p><p>«Брось эту затею, в прошлый „Праздник снов“ и только что я уже всё осмотрела, ничего нет.»</p><p>Говоря это, она семенила рядом с Люмианом, с некоторым нетерпением ожидая, что же сумеет обнаружить этот с виду весьма умелый авантюрист.</p><p>Люмиан поднялся на второй этаж дома «Сисо», где Камю и Рия уже ждали его возвращения.</p><p>Оглядывая каждый уголок, Люмиан словно невзначай спросил у Амандины:</p><p>«Ты хорошо знакома с Тэванако?»</p><p>Амандина нисколько не удивилась этому вопросу — раз уж они искали исток аномалии в жилище Тэванако, им неизбежно требовалось узнать о нём как можно больше. Она качнула головой:</p><p>'Не особо, сталкивалась с ним от силы пару раз.</p><p>«Когда он жил в городке Тизамо, я была ещё ребёнком и большую часть времени училась в грамматической школе Ирисов в порту Пайлос. Позже он возвращался в городок Тизамо всего два-три раза в год, каждый раз примерно на неделю.»</p><p>Было видно, что Амандина тайно навела справки о Тэванако — в конце концов, она попала в особый сон именно потому, что поспала в его доме, а затем во время «Праздника снов» сохранила полную осознанность.</p><p>Не дожидаясь новых вопросов от Люмиана, Амандина взглянула на него и добавила:</p><p>«Каждый 'Праздник снов» Тэванако возвращался.</p><p>«В прошлый „Праздник снов“, когда мы с Робертом возвращались от того огромного чёрного валуна, то заметили, что кто-то тоже приближается к нему. Мы укрылись за исполинскими деревьями поглубже вдоль тропы и увидели, что тем человеком был Тэванако.»</p><p>Тэванако и впрямь был связан с тем чёрным огромным камнем, там даже могли остаться отпечатки его силуэта или его крайних эмоций и вожделений… Люмиан повернул голову к Камю, который наблюдал, как они с Амандиной прогуливаются кругами по второму этажу, и, немного подумав, спросил:</p><p>«В каком месяце и в какой период сгорел этот дом Тэванако и погибла вся его семья?»</p><p>Не успел Камю ответить, как Амандина весьма взволнованно воскликнула:</p><p>«Я знаю, я знаю!»</p><p>Да, тебя-то я и спрашиваю. Ты думаешь, я не знаю, когда Тэванако стал Преходцем? — Люмиан с улыбкой посмотрел на Амандину, жестом предлагая ей ответить.</p><p>Он предельно чётко и подробно знал всё, что касалось Тэванако на поверхности, а задал вопрос Камю именно для того, чтобы спровоцировать ответ Амандины.</p><p>Он хотел проверить, станет ли она лгать и обладает ли более глубокими сведениями.</p><p>Амандина довольно горделиво произнесла:</p><p>«В конце декабря, должно быть, через несколько дней после „Праздника снов“.»</p><p>Судя по текущему пониманию, семья Тэванако, должно быть, погибла ещё во время «Праздника снов», а после возвращения в реальность судьба начала сходиться, забрав их посредством пожара. Вопрос лишь в том, почему в этом доме сохранилась аномалия? Что именно тогда произошло с семьёй Тэванако, или что они совершили? Будучи одарённым сферы Неизбежности, Люмиан подобрал крайне характерный для Неизбежности термин, чтобы охарактеризовать феномен, при котором усопшие во время «Праздника снов» после возвращения в реальность один за другим погибали в течение следующих трёх месяцев по самым разным причинам:</p><p>Схождение судьбы!</p><p>Разумеется, пока он не мог утверждать со стопроцентной уверенностью, что гибель во время «Праздника снов» влечёт за собой смерть в реальности, но, судя по выражению лица и тону Амандины, Люмиан верил, что она считает точно так же.</p><p>Завершив осмотр второго этажа и не обнаружив никаких отличий от реальности, Люмиан направился по лестнице на третий этаж, а Амандина с азартом человека, которому наконец выпал шанс заняться настоящими делами Потустороннего, неотступно следовала рядом.</p><p>Люмиан бросил на неё взгляд и словно между прочим спросил:</p><p>«Что из прошлого „Праздника снов“ тебе запомнилось больше всего?»</p><p>Таившееся на лице Амандины возбуждение мгновенно померкло, словно в ней пробудились неприятные воспоминания.</p><p>Прикрыв рот и нос, она спустя несколько секунд проговорила:</p><p>«Мы с Робертом в городке и на разных плантациях обнаружили множество жестоко убитых людей. Им всем вскрыли животы и извлекли внутренности, а их лица выражали ужасную муку, словно их замучили до смерти…»</p><p>«„Серийный убийца“?» — вырвалось у Камю, который всё это время внимательно слушал разговор Луи Бери и Амандины.</p><p>Это заставило его подумать о Тэванако.</p><p>Неужели этот «Апостол Желаний» давал волю жажде убийства во время «Праздника снов», чтобы в обычное время вести себя сдержанно?</p><p>Вот оно что… — Люмиан в общих чертах понял, как «Сисо» завершил ритуал своего продвижения:</p><p>Согласно ритуалу, он убил достаточное количество людей в этом достаточно реалистичном сне и съел внутренности жертв, а после возвращения в реальность эти люди один за другим умерли. И с точки зрения судьбы они действительно погибли от рук «Сисо», что удовлетворило самое ядро требований ритуала. «Сисо» нужно было лишь перед погребением жертв по-настоящему съесть ещё часть их внутренностей, и тогда он смог бы завершить ритуал, принять зелье и продвинуться до «Апостола Желаний».</p><p>В реальности совершить серию убийств и похитить часть внутренних органов из трупов — это две совершенно разные по сложности задачи!</p><p>Единственное, чего Люмиан не совсем понимал: согласно «Демонологии», этот ритуал продвижения требовал, чтобы между каждым убийством проходило строго три дня, иначе можно было легко утратить укрощение, а максимальный интервал не должен был превышать девяти дней, что привело бы к сбросу ритуала.</p><p>«Сисо», очевидно, воспользовался «Праздником снов», за одну ночь совершив все убийства, а когда они вернулись в реальность и напало то первобытное племя, все «обречённые на смерть» погибли в тот же день, не затянувшись до следующего месяца. В этом, как полагал Люмиан, крылась роль той проделки «Дня дурака» — воспользовавшись хаосом, они отправили в ад тех погибших, с кем первобытное племя не успело вовремя расправиться, что подтверждалось показаниями нескольких периферийных членов «Дня дурака».</p><p>Иными словами, условие про интервал не более девяти дней было выполнено, а вот как «Сисо» обошёл требование про интервал свыше трёх дней, Люмиан понятия не имел.</p><p>Пользуясь тем, что сон остаётся всего лишь сном, он обошёл требование о перерыве как минимум в три дня? Когда убиваешь во сне, это ещё не отражается на реальности, а потому не так-то просто утратить укрощение? Обдумывая ритуал продвижения «Сисо», Люмиан проходил по комнатам на третьем этаже.</p><p>Завершив осмотр комнаты, где спал Тэванако, он с улыбкой сказал Амандине:</p><p>«Помимо серии убийств, с чем ещё ты столкнулась?»</p><p>Амандина поджала губы, нахмурилась, немного поколебалась и с досадой произнесла:</p><p>«Я так усердно сотрудничаю, мне по возвращении в реальность вручат орден?»</p><p>Её отец Пети в своё время получил орден Почётного легиона Интиса, отчего и заслужил право именоваться сэром.</p><p>Не дожидаясь ответа Люмиана, Амандина сама продолжила:</p><p>'Ещё я встретила женщину, похожую на безумную.</p><p>«Тогда я изначально хотела направиться в гостиницу 'Бриу», чтобы посмотреть, как поведут себя в таком сне господа и дамы, приехавшие на охоту в Тизамо — мне очень хотелось увидеть их с иной стороны.</p><p>'Я подошла к двери одной из комнат и услышала, как внутри несколько человек хором поют странную песню, а затем за спиной у нас с Робертом появилась та безумная женщина — она тоже сохраняла осознанность.</p><p>'Она вполне хороша собой, вот только абсолютно безумна, а я тогда, словно ребёнок с новой игрушкой, всё порывалась опробовать свои способности. Мне казалось, что в паре с Робертом мы легко сладим с большинством Потусторонних: один контролирует, другой атакует.</p><p>«В итоге… нас обоих схватили. Роберта вырубили, раздели догола и подвесили на часовой башне, облепив кучей мошкары, а меня… меня подвесили… подвесили над выгребной ямой, и я медленно, сантиметр за сантиметром, опускалась вниз…»</p><p>При этих словах Амандину едва не скрутил тошнотный позыв.</p><p>В городке Тизамо, за исключением гостиницы «Бриу», церкви Святого Сиена, Главного управления полиции и ещё нескольких мест, смывными туалетами никто не пользовался.</p><p>Камю вообразил себе эту картину и невольно проникся сочувствием к Амандине.</p><p>«Безумная»? А те поющие хором — периферийные члены «Дня дурака», участвовавшие в проделке в городке Тизамо? — Люмиан закончил обходить комнаты на третьем этаже и с улыбкой посмотрел на Амандину:</p><p>«А дальше?»</p><p>Амандина перевела дыхание и ответила:</p><p>«Она тоже спросила меня, почему я сохраняю осознанность. Я рассказала ей о Роберте и священнике Кали, после чего она в полном восторге помчалась к церкви Святого Сиена, абсолютно обо мне забыв. И со временем я смогла выпутаться из беды.»</p><p>Люмиан слегка кивнул:</p><p>«Идём, теперь направляемся в церковь Святого Сиена.»</p><p>Он намеревался добыть побольше сведений от священника Кали и того Роберта, прежде чем решать, стоит ли использовать «Очки Тайнозрения» и «Очи истины» в доме «Сисо» во сне.</p><p>«Хорошо,» — Амандина изо всех сил старалась выглядеть не столь предвкушающей.</p><p>Ей безумно хотелось посмотреть, как её жених Роберт проводит время со священником Кали.</p><p>Группа из пяти человек покинула дом «Сисо» и поспешила к церкви Святого Сиена. Люмиан не стал использовать «Телепортацию», поскольку не желал попусту тратить духовную силу, а превратившись в огненное копьё, он не смог бы перенести остальных.</p><p>К счастью, городок Тизамо был не так уж велик, и вскоре, держась теней вдоль дороги, среди всевозможных криков и воплей они вернулись к перекрёстку, где возвышалась гостиница «Бриу».</p><p>Люмиан указал на гостиницу «Бриу» и предостерёг Амандину:</p><p>«Ни в коем случае не поднимайся на второй этаж гостиницы „Бриу“. Поверь, там тебя ждёт нечто куда более ужасное, чем встреча с той безумной женщиной.»</p><p>Взгляд Амандины дрогнул:</p><p>«Хорошо.»</p><p>Пятеро повернули на другую улицу и вскоре, миновав кофейню Буния, Главное управление полиции и небольшую площадь, оказались снаружи церкви Святого Сиена.</p><p>Люмиан не стал торопиться внутрь: обойдя здание сбоку, он поддел одну из витражных оконных рам и заглянул внутрь.</p><p>От увиденного и он, и подозвавшаяся к нему Амандина чуть не «ослепли».</p><p>В зале церкви перед алтарём «Вечного Пылающего Солнца» стояли на коленях четверо или пятеро абсолютно голых мужчин. Все они были уроженцами Северного континента, и среди них находился жених Амандины, Роберт.</p><p>Священник Кали тоже был без одежды. Сжимая в руках раскрытый священный фолиант, он с исступлённым выражением лица прохаживался взад-вперёд между Робертом и остальными, декламируя:</p><p>«Он шествует во свете, Он дарует тепло, Он озаряет мир…»</p><p>С каждым произнесённым словом проповеди священник Кали, казалось, распалялся всё сильнее — возбуждённый во всех смыслах этого слова.</p></section><section><title><p>Глава 681 Абсурдная вечеринка</p></title><p>Глава 681 Абсурдная вечеринка</p><p>Амандина окинула священника Кали, читавшего проповедь совершенно голым, несколькими взглядами сверху вниз и снизу вверх, и в конце концов её взор остановился на опустившемся рядом на колени женихе, Роберте.</p><p>Этот молодой человек с коричневато-жёлтыми волосами и бледной кожей, словно долго не видавшей солнечного света, изменил своему обычному слегка прохладному нраву и тоже пребывал в крайнем возбуждении, однако сдерживал себя, терпеливо ожидая, пока священник закончит проповедь.</p><p>Остальные несколько обнажённых мужчин становились всё более нетерпеливыми и постепенно заволновались.</p><p>Но было видно, что они питали к священнику Кали глубокое почтение и, находясь во сне, где самоконтроль полностью рухнул, всё же не начинали вечеринку напрямую, а лишь время от времени совершали мелкие телодвижения.</p><p>Если Бог смотрит сюда, Он сожжёт их всех… Как верующая в «Вечное Пылающее Солнце», Амандина бессознательно хотела опуститься рядом на колени и склонить голову в покаянии.</p><p>Какая святотатственная сцена!</p><p>Священник Кали держал открытый Священный Канон Солнца и с необычайно возбуждённым выражением лица продолжал проповедовать учение «Вечного Пылающего Солнца» тем нескольким обнажённым мужчинам:</p><p>«Бог сказал, солнечный свет справедливо освещает каждого…»</p><p>В процессе проповеди взгляд священника Кали непрестанно скользил по лицам, груди и нижней части тела Роберта и остальных чистокровных северян, а на его лице проступало неудержимое удовлетворение, злорадный восторг и наслаждение.</p><p>Люмиан всегда считал, что за последнее время повидал немало, а в прошлом даже сорвал священную операцию Церкви, но представшая перед ним картина всё равно превзошла все его ожидания, на некоторое время повергнув в оцепенение.</p><p>Неужели священники Церкви «Вечного Пылающего Солнца» — самые «выдающиеся» среди всех интисцев?</p><p>В мгновение ока в голове Люмиана всплыли сведения о священнике Кали и результаты наблюдений за последние несколько дней:</p><p>Он местный из порта Пайлос, чистокровный уроженец Западного Балама и относится к туземцам с самого низа Южного континента; начав со слуги при церкви, он ухватился за возможность изменить свою судьбу, после чего трудился не покладая рук и в конце концов стал настоятелем городка Тизамо;</p><p>он жаждал высокого положения, жаждал большего признания, особенно признания со стороны северян…</p><p>'Давняя подобная жажда исказила желания священника Кали, и он стал тайком покушаться на мужчин из разных стран Северного континента, пытаясь покорить их и получить воображаемое признание?</p><p>«Роберт и остальные явно молоды, и если священник Кали начал заниматься подобным несколько лет назад, то они всё ещё были незрелыми несовершеннолетними… Тсс, да уж, эти ваши священники…» Размышляя над сложившейся ситуацией, Люмиан вновь вспомнил о своей сестре, Авроре.</p><p>Живя в деревне Корду, он никогда не любил ходить в церковь и лишь изредка посещал мессы и молитвы: с одной стороны, Аврора сама недолюбливала это и подавала ему пример, а с другой — она почему-то постоянно беспокоилась, когда Люмиану, которому поначалу было всего двенадцать-тринадцать лет, приходилось оставаться наедине с духовенством церкви, и время от времени наставляла его фразами вроде «мальчикам тоже нужно уметь защищать себя» и «многие священники любят маленьких мальчиков».</p><p>Подавив внезапно нахлынувшую тоску, Люмиан посмотрел на священника Кали, который всё ещё был сосредоточен на проповеди и с каждой минутой возбуждался всё сильнее, и решил, что его прежний анализ, скорее всего, верен:</p><p>Зачитывать длинную священную проповедь перед мужской оргией — такое явно не пришло бы в голову нормальному человеку и не было бы воплощено в жизнь; это выглядело чрезвычайно абсурдно.</p><p>Но если учесть, что священник Кали страстно жаждал признания со стороны северных джентльменов, особенно в своём статусе священника Церкви «Вечного Пылающего Солнца», всё становилось понятным!</p><p>«Единственная проблема теперь — это то, что досталось „Вечному Пылающему Солнцу“ и Святому Сиену, ведь Они стали важным реквизитом для перформанса священника Кали…» Едва Люмиан подумал об этом, как священник Кали наконец завершил свою «блестящую» проповедь.</p><p>Он раскинул руки и громко воззвал:</p><p>«Хвала Солнцу!»</p><p>Такие же возбуждённые и столь же обнажённые молодые люди, включая Роберта, стояли на коленях и, повторив его жест, хором запели:</p><p>'Хвала Солнцу!</p><p>«Слава Вашему Высокопреосвященству!»</p><p>Солнце вовсе не хочет вашей хвалы… Ваше Высокопреосвященство… Хм, это соответствует стремлению священника Кали к более высокому статусу: на этой мужской оргии он заставил всех участников считать себя архиепископом и произносил перед ними проповеди… А в конце он передаст этим людям сияние Бога и Божье благословение? Люмиан уже, казалось, мог представить себе следующие кадры.</p><p>С чувством глубокого удовлетворения священник Кали повернулся и торжественно возложил Священный Канон из своих рук обратно на алтарь.</p><p>Затем он подошёл к Роберту, словно архиепископ, раздающий благословение верующим.</p><p>Остальные несколько мужчин сплелись друг с другом.</p><p>Стоявшие у другого витражного окна и наблюдавшие за происходящим в церкви Камю, Рия и Лугано точно так же оцепенели.</p><p>Особенно Рия: хоть она и прошла через множество трагических событий, представшая пред нею картина всё равно вызвала чувство, будто её глаза, разум и душа оказались осквернены.</p><p>Придя в себя, Рия почувствовала, как в её душе закипает гнев.</p><p>Находясь подле неё, Люмиан вспомнил одну деталь и понизил голос, спросив Амандину:</p><p>«Когда Роберт и священник Кали стали любовниками?»</p><p>Амандина отвела свой осквернённый взгляд и, припомнив, ответила:</p><p>«Спустя год с небольшим после прибытия священника Кали в Тизамо. Примерно больше трёх лет назад.»</p><p>Люмиан слегка нахмурился:</p><p>«Они стали любовниками в реальности или во время „Праздника снов“?»</p><p>«Конечно, в реальности», — без колебаний ответила Амандина.</p><p>А вот это странно… Священник Кали пробыл в городке Тизамо больше года, так что должен был стать кротким, сдержанным, лишиться чрезмерных желаний и эмоций. Почему же он всё ещё смог замахнуться на Роберта и других молодых людей? Похоже, у священника Кали действительно есть аномалия, и эта аномалия должна быть связана с истоком «Праздника снов», потому-то ему и поручено объявлять о начале «Праздника снов»… Едва Люмиан подумал об этом, как увидел, что разъярённая Рия подняла лук, целясь во внутреннее помещение церкви, где происходило всё более непотребное действо и без остановки звучала брань.</p><p>Почти одновременно совершавший движения священник Кали повернулся боком.</p><p>Внезапно в глазах Люмиана, державшего одну руку в кармане, отразился этот темнокожий туземный священник с впалыми глазницами, редким слоем чёрных волос и грубыми чертами лица — отразился его обнажённый силуэт.</p><p>Затем он ощутил, как леденящая, морозная аура разливается по его телу, пытаясь полностью заморозить его дух и занять его место.</p><p>«Одержимость мстительного духа»!</p><p>Оказывается, священник Кали обладает способностью превращаться в «мстительного духа», неудивительно, что когда я выискивал его слабости, обнаружил, что они существуют лишь в глубинах плоти, внутри духотела… Хе-хе, «мстительный дух» проповедует в церкви «Вечного Пылающего Солнца», проповедует под сиянием солнечного света… Кто мог подумать, что такое случится? Способность «мстительного духа» у священника Кали точно получена не из зелья, ведь иначе её бы неизбежно обнаружили и очистили… Разновидность благословения? Люмиана внезапно озарило.</p><p>Полагаясь на то, что сила его собственного духотела соответствует 5-й Последовательности, он изо всех сил стал оспаривать у священника Кали контроль над телом.</p><p>Он не спешил активировать клеймо ауры «Кровавого Императора», а вместо этого посмотрел на Амандину и с трудом выговорил, делая паузу после каждого слова:</p><p>«Затяни… в… сон… меня… и… Кали…»</p><p>Люмиан знал, что способность Амандины принудительно затягивать в сон сейчас работает только один на один, однако священник Кали в данный момент вселился в него и сплёлся с его духотелом, так что их, возможно, удастся расценить как единое целое.</p><p>Может ли «мстительный дух» видеть сны, Люмиану пока было неизвестно, но в любом случае у него оставался запасной план.</p><p>Со звонким звоном витражное окно разбилось от стрелы Рии, и множество осколков посыпалось на землю.</p><p>Стрела, объятая серебристо-белыми молниями, преодолела расстояние в десяток с лишним метров, пронзила место, где только что стоял священник Кали, и вонзилась в деревянный стол со свечниками.</p><p>С треском и снопом пляшущих молний длинный деревянный стол переломился пополам и с грохотом обрушился на пол, а горящие обрубки свечей покатились во все стороны.</p><p>Роберт, явно ошеломлённый внезапным исчезновением священника Кали, пришёл в себя, открыл рот и произнёс странные слова на некоем диковинном языке.</p><p>У-у-у!</p><p>Завыл холодный ветер, словно прилетевший с крайнего севера Империи Фейсак, и размытый, странный, не похожий на человеческий силуэт возник из ниоткуда и юркнул в тело Роберта.</p><p>На теле Роберта тотчас сконденсировался слой льда, подобный доспеху, а в руках появилась огромная, острая, прозрачная ледяная коса.</p><p>Волоча за собой эту огромную косу, Роберт бросился к Рие, Камю и остальным.</p><p>Там, где он проходил, земля покрывалась инеем, а на стенах возникали всё новые и новые сосульки.</p><p>…………</p><p>На четвёртом этаже гостиницы «Бриу», в одной из комнат со стороны перекрёстка.</p><p>Проследив взглядом за Люмианом и остальными, пробегавшими мимо к улице, где находилась церковь Святого Сиена, из-за штор вышли две фигуры.</p><p>Один из них был мужчиной с чёткими чертами лица, бледной кожей, характерной для северян, тёмно-зелёными глазами, в тёмно-сером костюме и чёрном шёлковом цилиндре; другая была женщиной с нежной кожей, изящными чертами лица, глубокими синими глазами, в удобном для движения светлом платье и шляпке с перьями, украшенной жемчугом — той самой парой, которую Люмиан видел глубокой ночью при заселении в гостиницу «Бриу».</p><p>Они прибыли в городок Тизамо всего за несколько десятков минут до официального начала «Праздника снов».</p><p>В этот момент взоры мужчины и женщины были ясными, и у них не наблюдалось ни чрезмерных эмоций, ни импульсивных поступков.</p><p>«Патрульная команда внезапно отправила людей в городок Тизамо, потому что действительно обнаружила проблемы в этом месте», — со сдержанной тревогой произнесла женщина с утончённым, словно изваянным лицом, глядя на улицу за окном. — «Судя по всему, они также нашли способ сохранять бодрость и рассудок в этом особом сновидении».</p><p>Мужчина с мрачным выражением лица слегка кивнул:</p><p>«Но они знают ещё немногое, и их направление ошибочно».</p><p>«Нам тоже пора действовать», — женщина в шляпке с перьями первой направилась к двери.</p><p>Один за другим они быстро спустились по лестнице.</p><p>Проходя мимо второго этажа, дама в светлом платье внезапно остановилась и, прислушавшись, сказала:</p><p>«Ты слышишь этот странный звук?»</p><p>Мужчина в шёлковом цилиндре внимательно прислушивался несколько секунд и уловил доносившиеся из какой-то комнаты в глубине второго этажа тихие звуки чавканья.</p><p>Звук продолжался непрерывно, без малейшей паузы.</p></section><section><title><p>Глава 682 Медиум</p></title><p>Глава 682 Медиум</p><p>Увидев, как Роберт, облачённый в ледяные доспехи и волочащий за собой огромную косу из инея, несётся к витражному окну, прямо напротив которого находились он сам, Рия и Лугано, Камю тут же выхватил особый крупнокалиберный револьвер и прицелился вперёд.</p><p>В этот момент он почувствовал, как его ступни обдало холодом, а тело охватило онемение, словно от обморожения, из-за чего суставы потеряли подвижность, а запястье непрерывно задрожало.</p><p>Краем глаза Камю заметил, что хотя Роберт ещё не приблизился вплотную, белый иней на полу и ледяные сосульки на стенах уже расползлись в их сторону.</p><p>На этом пространстве в десять-двадцать метров стоял лютый мороз, словно в самых крайних северных землях.</p><p>Со свистом Рия выпустила ещё одну стрелу, обвитую серебристо-белыми молниями.</p><p>Роберт не стал уклоняться или уворачиваться: напрягши обе руки, он с силой взмахнул перед собой этой сотканной из инея огромной косой.</p><p>Дзинь!</p><p>Огромная коса отбила стрелу, но небольшая часть электрических разрядов осталась и стремительно устремилась к телу Роберта.</p><p>Среди трещащих звуков «цз-цз-цз» Роберта на миг парализовало, но затем он снова побежал на Рию и остальных.</p><p>Увидев эту сцену, Камю на мгновение опешил.</p><p>Он был удивлён не тем, что Роберт способен так легко обращаться с этой огромной ледяной косой и создавать нераспространённое замораживающее поле, а поражён тем, что тот вот так просто подбежал к нему вплотную и уже готов вступить в пятиметровую зону.</p><p>«Разве он не знает, что у меня есть способность 'Ментальный прокол»?</p><p>«Разве он не знает, что эффективная дальность 'Ментального прокола» — в пределах пяти метров?</p><p>«Неужели он никогда не сталкивался в бою с Потусторонними средних Последовательностей Пути 'Судьи»?</p><p>«Впрочем, ни в Патрульной команде, ни в Гвардии генерала никто не знал, что Роберт и мисс Амандина — Потусторонние. После получения сверхъестественных сил во время „Праздника снов“ они, по всей видимости, редко использовали их во внешнем мире и только на ежегодном „Празднике снов“ могли дать себе волю, так что выбор врагов-Потусторонних у них был невелик…»</p><p>Пока эти мысли проносились в его голове, Камю не упустил возможность: как только Роберт ступил в пятиметровую зону, в его глазах вспыхнули две яркие молнии.</p><p>«Ментальный прокол»!</p><p>Две молнии вылетели и мгновенно вонзились в голову Роберта.</p><p>Роберт тут же издал дикий крик и, совершенно не в силах сдержать инерцию своего бега, рухнул ничком и забился в корчах от боли.</p><p>Эта огромная коса из инея была отброшена им в сторону.</p><p>Стрела, которую Рия вновь наложила на тетиву, непрерывно перемещалась вслед за инстинктивными кувырками Роберта; в её глазах ярость овеществилась, вырываясь из глубины тела, отчего даже мышцы налились и надулись.</p><p>«Удар ярости».</p><p>Это был «Удар ярости», использованный Рией за счёт накопленного гнева.</p><p>Он принадлежит Последовательности 8 Пути «Моряка» — «Разгневанный», и благодаря высвобождению накопленной ярости позволяет существенно усилить собственную атаку.</p><p>Рия в настоящее время как раз находилась на этой Последовательности, однако охотничий лук у неё в руках был весьма могущественным Потусторонним предметом — мощным оружием под названием «Громовой рокот», которое она купила на все свои сбережения перед приездом в городок Тизамо и которое можно было использовать в течение двух лет.</p><p>Вскоре Роберт перестал кататься по полу, но ещё не успел полностью избавиться от мучительной боли, вызванной «Ментальным проколом», и ненадолго замер на месте.</p><p>Рия больше не колебалась и, глядя на то, как стрелу окутывают яркие, ослепительные слои электрических разрядов, разжала пальцы правой руки, удерживавшие тетиву.</p><p>Эта стрела стремительно вылетела, но электрические вспышки на ней странным образом разделились на два потока: один продолжал виться вокруг стрелы, а другой устремился вправо.</p><p>Это… Зрачки Рии расширились, она не могла понять, почему произошло подобное.</p><p>Она инстинктивно повернула голову, проследив за отделившимся разрядом молнии к месту его назначения.</p><p>И тогда она увидела Луи Бери, который прислонился к окну и с крепко зажмуренными глазами сползал вниз.</p><p>За несколько секунд до этого, услышав слова Луи Бери, Амандина с некоторой растерянностью и одновременно с возбуждением захватила его своей цепью духовной фиксации.</p><p>Раз ты сам так сказал, тогда я стесняться не буду!</p><p>В её духовном чутье душа Луи Бери переплелась с мрачным призрачным телом, превратив все уголки его плоти в поле битвы и ведя жестокое противостояние, однако истинный хозяин явно уступал.</p><p>В такой ситуации Амандина никак не могла отделить их друг от друга.</p><p>Она смутно поняла, почему Луи Бери только что отдал такое распоряжение, и включила в духовный захват своей духовности его голову вместе с сплетённой воедино душой.</p><p>А Люмиан, заставивший Амандину применить способность на нём самом, произнося слова с расстановкой, с трудом двигал левой рукой, засунутой в карман.</p><p>Его левая рука была погружена не в карман брюк и не в карман куртки, а в «Вещмешок путешественника».</p><p>Добравшись до церкви Святого Сиена с внешней стороны и взломав витражное окно, Люмиан сразу же засунул левую руку в «Вещмешок путешественника», готовый в любой момент извлечь подходящий Волшебный предмет.</p><p>Это была подготовка к предстоящему бою, который мог вспыхнуть в любой момент.</p><p>— Если бы это был не сон, его левая рука по-прежнему находилась бы в кармане одежды, где лежал палец господина K.</p><p>Прежде чем «Мстительный дух» полностью захватил контроль над его телом, Люмиан, опираясь на прочность души «Жнеца», из последних сил извлёк из «Вещмешка путешественника» одну брошь.</p><p>Это была серовато-белая брошь в форме молнии — «Гнев моря»!</p><p>Люмиан крепко сжал эту брошь и увидел, как Амандина прислонилась к боковой стене, сжала кулаки и закрыла глаза.</p><p>Его мысли внезапно размылись, а веки тяжело сомкнулись.</p><p>Он погрузился в сон и медленно начал сползать вниз.</p><p>Находившийся внутри его тела священник Кали вслед за этим замер без движения.</p><p>Этот «Мстительный дух», похоже, тоже уснул — неизвестно, умел ли он спать сам по себе или же подвергся обратному воздействию оттого, что обрёл тело.</p><p>Амандина открыла глаза и с радостью увидела эту картину, едва удержавшись от похвалы в собственный адрес.</p><p>Раздалось трескучее «пи-ли-па-ла», и отделившаяся от стрелы Рии молния ударила в Люмиана, превратившись во множество тонких электрических змеек, расползшихся во все стороны.</p><p>Это был негативный эффект броши «Гнев моря»!</p><p>Она приводила к тому, что даже если Люмиан просто носил её с собой, при выходе на улицу в дождливый день существовала немалая вероятность получить удар молнией, а уж если надевал её и не атаковал других людей, возможность подвергнуться подобному возрастала ещё сильнее.</p><p>Люмиан рассудил так: раз брошь «Гнев моря» способна привлекать молнии в дождливую погоду, значит, она обладает особым притяжением к электрическим разрядам.</p><p>В такой ситуации, пусть сейчас и не было дождя, но если совсем рядом окажется иной источник молнии — что тогда произойдёт?</p><p>Она с высокой долей вероятности притянет к себе часть чужой молнии!</p><p>Под воздействием боли от электрического удара Люмиан, на которого более не действовала способность «Кошмара», мгновенно очнулся ото сна и вернул себе ясность мыслей, хотя в теле сохранялось онемение.</p><p>И как с ним, так случилось и со священником Кали.</p><p>Этот «Мстительный дух», едва очнувшись, инстинктивно покинул тело Люмиана, чтобы держаться подальше от повреждений, причиняемых электрическим током.</p><p>Его лицо проступило на ближайшем стекле, а сам силуэт стал смутно различим.</p><p>Люмиан воспользовался возможностью и, нацепляя серовато-белую брошь в форме молнии, одновременно извлёк свой револьвер из «Вещмешка путешественника».</p><p>Он поднял правую руку, целясь во всё ещё растерянного и пребывающего в прострации «Мстительного духа» священника Кали, пока в его глазах отражалось многообразие цветов на теле противника.</p><p>Это смертельно-бледное пятно стремительно расширялось в поле зрения Люмиана.</p><p>Бах!</p><p>Люмиан хладнокровно спустил курок, выстрелив ярко-жёлтой пулей.</p><p>Вместе с этим движением на броши «Гнев моря» вспыхнул серебристо-белый электрический свет, который мгновенно перескочил на пулю и с треском «пи-ли-па-ла» обвился вокруг её поверхности.</p><p>Это была одна из способностей броши «Гнев моря» — она позволяла наделять каждую атаку владельца эффектом электрического удара!</p><p>После временной утраты «Доспеха Гордыни» это стало для Люмиана одним из самых эффективных средств борьбы с бесплотными существами.</p><p>Окутанная серебристо-белыми молниями жёлтая пуля врезалась в витражное стекло, отчего то со звоном разлетелось вдребезги, а многочисленные мелкие разряды тока разбежались во все стороны.</p><p>Однако в священника Кали она не попала: в тот самый миг, когда Люмиан спустил курок, этот «Мстительный дух» исчез с поверхности стекла и мгновенно переместился на стеклянную грань хрустальной люстры под самым потолком церкви.</p><p>«Прыжок сквозь зеркало»!</p><p>С другой стороны стрела Рии точно поразила Роберта, вызвав гулкий звук удара тяжёлого предмета: «Пан!».</p><p>Хрусь.</p><p>Покрывавшие тело Роберта ледяные доспехи мгновенно покрылись трещинами и рассыпались на куски льда, рухнувшие на пол.</p><p>Смутный силуэт, цеплявшийся за его тело, под ударами трещащих и ползающих электрических змеек оторвался и растворился в пустоте.</p><p>Поскольку ледяной доспех принял на себя большую часть урона, Роберт не получил серьёзных повреждений, лишь ощутил стеснение в груди и краткое онемение во всём теле.</p><p>В этот миг он горько пожалел, что остался без одежды, ведь все необходимые для «спиритизма» материалы находились в потайных карманах его платья — например, лунное эфирное масло или зелье трупного аромата.</p><p>Духов, с которыми он мог связываться без помощи специальных ингредиентов и которые при этом оставались достаточно безопасными, было совсем немного, и предыдущий являлся сильнейшим из них.</p><p>Увидев, что особый револьвер в руках Камю и стрела Рии вновь нацелены на него, Роберт в панике вспомнил о ритуале «спиритизма», который мог провести в нынешних условиях.</p><p>Наморив лоб и преодолевая страх перед болью, он изо всех сил прокусил себе кончик языка.</p><p>Пф-ф!</p><p>Он выплюнул вперёд кровь из прокушенного языка, смешанную со слюной, издав из горла странный звук.</p><p>Пара ладоней, похожих на выветрившийся камень, высунулась из-под каменных плит пола церкви, схватила Роберта за тело и утащила его под землю.</p><p>Участок пола неопределимым образом стал мягким, словно болото, а зависшая в воздухе кровь внезапно исчезла.</p><p>Пуля Камю и стрела Рии прилетели одна за другой, но смогли лишь выбить искры из каменных плит.</p><p>«Медиум»? Благодаря увиденному Камю скорректировал своё суждение о Пути и Последовательности Роберта.</p><p>Неужели он и мисс Амандина принадлежат к разным Путям?</p><p>Разве его сверхъестественные силы получены не у того самого чёрного валуна?</p><p>Камю поспешно отступил на несколько шагов, достал подсумок и начал заряжать в револьвер особые патроны.</p><p>— Будучи официальной организацией штата Матани, Патрульная команда хоть и не отличалась богатством и богатыми накоплениями, но раздобыть Потусторонние пули с различными эффектами для неё было относительно несложно: в конце концов, здесь присутствовали церкви «Вечного Пылающего Солнца», «Бога Пара и Машин», «Матери-Земли», промышляло множество проходящих мимо авантюристов, к тому же главными объектами, от которых Патрульной команде приходилось защищаться, являлись «Школа Розы» и некоторые ветви «Спиритического культа», так что соответствующая подготовка была просто необходима.</p><p>Камю быстро вставил золотисто-жёлтые Очищающие пули в барабан пистолета и со щелчком «па» защёлкнул его.</p><p>Как раз в этот момент священник Кали, снова сменивший позицию и перепрыгнувший на другое витражное окно, вновь явил свой силуэт.</p><p>Он раскрыл рот и издал звук, способный пробить барабанные перепонки и нанести урон духовному телу:</p><p>«А-а-а!»</p><p>«Вопль мстительного духа»!</p></section><section><title><p>Глава 683 Боевой опыт</p></title><p>Глава 683 Боевой опыт</p><p>У Камю, который только что зарядил Очищающую пулю в барабан револьвера, в ушах зазвенело, а в голове раздалось резкое шипение.</p><p>Перед его глазами мир словно отдалился, отгородившись куском прозрачного стекла, и под воплем мстительного духа на этом стекле появлялись трещина за трещиной, готовые, казалось, протянуться прямо в духовное тело.</p><p>Тихий треск, не делая различий между своими и чужими, одновременно эхом отдался в ушах Люмиана, Рии, Лугано, Амандины, Роберта, только что выбравшегося из-под земли неподалёку от алтаря, и остальных смущённо уворачивавшихся обнажённых мужчин, принеся с собой колющую боль в барабанных перепонках, кровь из носа и боль, исходящую из самых глубин души.</p><p>Почти все застыли на месте, словно хрупкий фарфор, подвергшийся осмотру невидимым штормом.</p><p>Среди них те обнажённые мужчины, что всё ещё оставались обычными людьми, потеряли сознание, даже не успев застонать; из уголков их глаз, ноздрей, рта, ушей и с поверхности кожи просачивались струйки крови. Люмиан же, продвинувшийся до Последовательности 5 «Жнец» и обладавший наивысшей прочностью души, получил наименьшие повреждения и оправился быстрее всех.</p><p>Его взору предстали летящие в него одна за другой тонкие стрелы из ледяных кристаллов, наконечники которых мерцали холодным светом.</p><p>В мгновение ока Люмиан принял решение.</p><p>Он не стал превращаться в теневое существо и уходить в тень, чтобы избежать урона, и не сделал никакого уклоняющегося движения.</p><p>С вспышкой на нём вспыхнуло ослепительно-белое пламя.</p><p>Он превратился в яростно пылающее ослепительно-белое копьё и, устремившись навстречу тонким ледяным стрелам, ринулся к витражному окну, расположенному ближе к дверям.</p><p>Именно там находился священник Кали с тёмно-коричневой кожей и мрачным выражением лица.</p><p>Второй, кто пришёл в себя после «Вопля мстительного духа», была Амандина. Она как раз увидела, как величественное ослепительно-белое огненное копьё «столкнулось» с тонкими ледяными стрелами, летевшими в сторону их группы.</p><p>Бесшумно часть мелких ледяных стрел, столкнувшихся с ослепительно-белым огненным копьём, мгновенно испарилась с шипением в белый пар, а те, что находились вокруг, быстро растаяли и испарились.</p><p>В воздухе разлился белый туман от водяного пара. Хотя ослепительно-белое огненное копьё заметно потускнело и больше не пылало так буйно, оно всё же пробилось сквозь него и устремилось прямо к витражу, на котором проступал силуэт священника Кали.</p><p>Точно так же часть тонких ледяных стрел прошла сквозь белый туман и долетела до Амандины, Камю, Рии и Лугано, но у них либо растаяли наконечники, став очень тупыми, либо они уменьшились более чем вдвое, и их скорость упала.</p><p>Только что избавившиеся от «Вопля мстительного духа» Амандина и Камю сравнительно легко уклонились, а Рия и Лугано хотя и не успели ничего предпринять и были задеты теми тонкими ледяными стрелами, почувствовали лишь лёгкую боль — словно ребёнок бросил в них несколько ледяных шариков; хоть и было немного больно, но больше ощущался мокрый холод.</p><p>Пользуясь случаем, они окончательно пришли в себя, почти одновременно с Робертом у алтаря.</p><p>Дзинь!</p><p>Ослепительно-белое огненное копьё врезалось в тот витраж, заставив его с грохотом рассыпаться, однако священник Кали уже перескочил на тот витраж, который ранее выбил Люмиан.</p><p>Свет ослепительно-белого копья рассеялся, и показалась фигура Люмиана.</p><p>Он не стал останавливаться, снова зажёг ослепительно-белое пламя и, превратившись в величественное копьё, бросился к окну, на котором проявился священник Кали.</p><p>Он намеренно не использовал «Телепортацию», а снова и снова превращался в огненное копьё, преследуя врага, чтобы усыпить бдительность священника Кали и заставить его упустить из виду эту возможность, а затем в ключевой момент неожиданно переместиться к нему за спину и применить «Искусство Хэн-Ха».</p><p>Иначе действительно трудно поймать «мстительного духа», способного непрерывно прыгать по зеркальным поверхностям.</p><p>К тому же, насколько было известно Люмиану, «мстительный дух» в некоторой степени считался существом мира духов и точно так же мог использовать мир духов для перемещения; хотя это и не могло сравниться с теми существами мира духов, что специализировались на этом, игнорировать такую возможность не следовало.</p><p>Пока огненное копьё мчалось к окну, выбитому Люмианом, Роберт кувырком добрался до той стороны алтаря, где лежала их одежда, намереваясь достать материалы для «спиритического сеанса».</p><p>Свист!</p><p>Стрела вонзилась в каменную плитку прямо перед ним, вынудив его раньше времени изменить направление кувырка.</p><p>Как только Рия пришла в себя, она тут же снова прицелилась в Роберта и атаковала.</p><p>Она и Камю считали, что Луи Бери справится со священником Кали, поэтому их собственной задачей было сдержать Роберта, захватить эту ключевую фигуру и не дать ему помочь священнику Кали или вмешаться в то сражение.</p><p>Вместе со звуком выстрела силуэт священника Кали исчез с витражного окна.</p><p>В глазах находившейся неподалёку Амандины отразился этот голый падший священник.</p><p>Амандина хотела воспротивиться, но её тело стремительно холодело, постепенно переставая подчиняться командам её разума.</p><p>С грохотом ослепительно-белое огненное копьё, в которое превратился Люмиан, пробило витражное стекло и опустилось снаружи церкви, метрах в трёх-четырёх от Амандины.</p><p>Огненный свет рассеялся, и показался Люмиан в золотисто-жёлтой соломенной шляпе, белой рубашке и чёрной жилетке.</p><p>К этому моменту руки Амандины уже «сами собой» поднялись, а уголки губ на её красивом лице приподнялись, очерчивая мрачную торжествующую ухмылку.</p><p>Давай же!</p><p>Атакуй меня!</p><p>Первой раненой и первой погибшей будет Амандина, а если её тело перестанет меня защищать, я смогу вовремя совершить прыжок и сменить позицию!</p><p>Священник Кали опасался способности Амандины принудительно затягивать людей в сон, поэтому на этот раз решил вселиться в неё, а не в Луи Бери, врага с более высокой Последовательностью.</p><p>Пока священник Кали, управляя телом Амандины, демонстрировал мрачную торжествующую ухмылку, он увидел, как уголки губ Луи Бери тоже расползлись в ответной яркой улыбке.</p><p>Будучи «мстительным духом», священник Кали обладал сильным духовным чутьём и внезапно осознал смертельную опасность.</p><p>«Ха!»</p><p>Сгусток бледновато-жёлтого света вырвался из усмехающегося рта Люмиана и опустился на Амандину, находившуюся в трёх-четырёх метрах, окутав дух Амандины и священника Кали, который не успел совершить «Прыжок сквозь зеркало».</p><p>Честно говоря, для Люмиана это стало неожиданно приятным сюрпризом:</p><p>Ты знаешь, что стоит опасаться способностей Кошмара, но неужели не знаешь, что нужно беречься «Искусства Хэн-Ха»?</p><p>Ох, ты действительно не знаешь — ты не знаешь об этой способности, как не знаешь и того, что я ей владею.</p><p>Но каков подтекст, когда ты, будучи «мстительным духом», имея возможность непрерывно «прыгать по зеркалам», обязательно упрямо вселяешься в мою соратницу, да ещё и не разорвав дистанцию, оставаясь в пределах нескольких метров от меня?</p><p>У тебя что, совсем нет боевого опыта?</p><p>Даже если не знаешь об «Искусстве Хэн-Ха», нужно ведь беречься от таких способностей, как «Ментальный прокол»!</p><p>О, ты думаешь, что Камю находится довольно далеко, так что об этом можно не беспокоиться, а я, Последовательность 5 пути «Охотника», откуда мне в этом разбираться, и захотел с моей помощью быстро убить Амандину?</p><p>Ты не учитываешь существование Волшебных предметов?</p><p>Изначально я думал, что когда представится случай, если связать «Телепортацию» с «Искусством Хэн-Ха», а затем с «Жатвой» и этим не удастся тебя прикончить, то я отступлю, сделав вид, будто ухожу, найду небольшое помещение, установлю «Бутыль вымысла», а потом дождусь, когда ты устремишься за мной, и буду сражаться с тобой в тесном, замкнутом пространстве, прямо как тогда против «Сисо». Кто же знал, что ты сам явишься с визитом…</p><p>Пока Люмиан мысленно яростно насмехался, священник Кали вместе с Амандиной потеряли сознание и повалились на землю.</p><p>Будь это некоторое время назад, во время битвы с «Сисо», Люмиан наверняка стал бы в крайней спешке делать последующие шаги, поскольку «Искусство Хэн-Ха» не могло надолго лишить чувств врага уровня Последовательности 5, но теперь, когда он сам продвинулся до Последовательности 5, его «Искусство Хэн-Ха» заметно укрепилось, и время контроля над «мстительным духом» увеличилось.</p><p>Разумеется, оно всё ещё ограничивалось несколькими секундами.</p><p>Люмиан снял «Гнев моря» и достал из «Вещмешка путешественника» несколько особых пуль, купленных у Патрульной команды, у Камю.</p><p>Две «Изгоняющие», две «Очищающие», все золотистого цвета.</p><p>Люмиан быстро зарядил эти четыре пули по очереди в барабан своего револьвера и прицелился в уже лежавшую на земле Амандину.</p><p>Заметивший это краем глаза Камю перепугался и громко закричал:</p><p>«Что ты делаешь?»</p><p>«Спасаю её.» Люмиан ответил очень спокойно.</p><p>Затем он спустил курок.</p><p>Бах!</p><p>Золотистая Изгоняющая пуля угодила Амандине в плечо, выбив сноп брызг крови и взметнув сияющий золотом солнечный свет.</p><p>Амандина мгновенно очнулась от боли, а призрачный силуэт священника Кали отделился от её тела, исказившись лицом под «солнечным светом».</p><p>Вообще-то, учитывая силу Изгоняющей пули, выгнать «мстительного духа» из тела жертвы с одного удара было невозможно, но кто виноват, что священник Кали только что находился без сознания и не мог оказать эффективного противодействия?</p><p>Люмиан тут же приподнял ствол, в его глазах отразились мазки цветов на поверхности духовного тела священника Кали, и он зафиксировал взгляд на ставшей очень отчётливой мертвенно-бледной зоне.</p><p>Бах!</p><p>Сияющая золотом Очищающая пуля, наделённая силой «Жатвы», угодила «мстительному духу» прямо в лоб.</p><p>Призрачный силуэт священника Кали замер и «увидел», как пуля сама собой растрескалась, превратившись в сгустки священного золотистого пламени, расползшиеся по всему его телу, поджигая пыль, поджигая душу.</p><p>Чистое, подобное солнцу золотистое пламя быстро окутало священника Кали изнутри и снаружи, заставив его издать мучительный вопль.</p><p>Это был не «Вопль мстительного духа», но у всех присутствующих всё равно раздулась голова и заболели уши.</p><p>Превозмогая эти ощущения, Люмиан холодно сказал Амандине:</p><p>«Затащи его в сон и спроси об истоках „Праздника снов“.»</p><p>Священник Кали подвёргся «Жатве» и был теперь смертельно слаб, находясь на грани истинной гибели, так что Амандина вполне могла его контролировать!</p><p>«Но…» У Амандины болело плечо и трещала голова, но, увидев холодное и спокойное лицо Луи Бери, она не посмела жаловаться.</p><p>Люмиан слегка повернул голову и сказал Лугано:</p><p>«Обработай ей огнестрельную рану.»</p><p>«Хорошо.» Из-за боли в барабанных перепонках Лугано немного скривился, но всё же подбежал.</p><p>В этот момент священник Кали, подвергшийся очищению в стиле «Жатвы», инстинктивно вышел из состояния «мстительного духа» и снова превратился в человека, чтобы избежать непрерывного урона.</p><p>Увидев это, Амандина вздохнула, сжала кулаки и опустила веки.</p><p>Она и священник Кали одновременно погрузились в сон.</p></section><section><title><p>Глава 684 Могила</p></title><p>Глава 684 Могила</p><p>С другой стороны, Роберт, вновь пострадавший от криков священника Кали, был весьма рад тому, что двое противостоявших ему членов патрульной команды подверглись тому же воздействию.</p><p>Он не знал, что именно случилось с его любовником, да и не мог этого проверить, поэтому, превозмогая гул в голове и боль в барабанных перепонках, он совершил прыжок, устремившись к подножию алтаря.</p><p>Пшик!</p><p>Стрела Рии вонзилась в кучу одежды, однако на этот раз Роберт выбрал иную цель, из-за чего выстрел сильно отклонился.</p><p>Рухнув на землю, он продолжил катиться и укрылся за алтарём.</p><p>Рия вновь натянула тетиву, но не стала сразу выпускать стрелу.</p><p>С одной стороны, тело Роберта полностью заслонял алтарь, так что она не могла прицелиться, а с другой — как благочестивая верующая «Вечного Пылающего Солнца», она не могла применить «Удар ярости» в сочетании с особенностями своего охотничьего лука, чтобы напрочь разнести алтарь.</p><p>Увидев это и рассудив, что мощи его револьвера тут не хватит, Камю перемахнул через разбитое витражное окно и, воспользовавшись моментом, бросился к алтарю.</p><p>После короткого колебания Рия приподняла охотничий лук и выпустила в воздух стрелу, окутанную молниями.</p><p>Стрела подлетела высоко вверх и затем стремительно устремилась вниз, огибая преграду в виде алтаря и падая прямо за него.</p><p>Не имея возможности прицелиться, стрела едва задела тело Роберта и вонзилась в щель между двумя каменными плитами; вырвавшиеся разряды тока с треском расползлись в стороны и перекинулись на Роберта, ненадолго парализовав его.</p><p>Едва оправившись от оцепенения, Роберт отказался от мысли пробраться к своей одежде и достать материалы для спиритического сеанса, да и спасать своего любовника, священника Кали, больше не намеревался.</p><p>Он собрался снова прокусить кончик языка, чтобы провести спиритический сеанс и с помощью особой способности того духа природы сбежать к себе на плантацию, где у него оставалось немало запасных материалов, богатых духовностью.</p><p>Но как раз в этот миг краем глаза он уловил светлые брюки Камю и его перфорированные кожаные туфли, почувствовав, как в его разуме соткалась плеть, сплетённая из тонких нитей электричества.</p><p>Эта плеть со всей силы обрушилась прямо на его душу.</p><p>Сильнейшее онемение и мучительная боль нахлынули одновременно; корчившийся за алтарём Роберт задрожал, его колени подогнулись, и он ничком повалился на землю, отчаянно содрогаясь.</p><p>«Плеть боли»!</p><p>«Плеть боли» «Дознавателя»!</p><p>Камю в два шага очутился подле Роберта, наклонился и, не без доли личной неприязни, обрушил на него левый кулак.</p><p>Бах!</p><p>Камю, искушённый в искусстве допроса, заставил Роберта испытать жестокую боль и потерять сознание, не превысив при этом допустимого предела и не нанеся ему существенных увечий.</p><p>Скрутив Роберта, Камю окинул взглядом обнажённого мужчину, подхватил лежавшие поблизости вещи и прикрыл его интимные места.</p><p>После этого он подхватил Роберта под мышки и направился обратно к месту, где находились Лумиан и остальные.</p><p>К этому времени Лугано уже извлёк пулю, попавшую в плечо Амандины, и заставил рану затянуться.</p><p>…………</p><p>Священник Кали всё так же видел во сне внутреннее убранство церкви Святого Сиена.</p><p>Облачённый в белое одеяние с золотым шитьём, он стоял на коленях перед алтарём и с мучительным выражением лица непрестанно шептал слова, словно каялся в грехах.</p><p>Одетая в чёрный охотничий костюм Амандина прошла по проходу между двумя рядами скамей к священнику Кали и, помня о наставлениях Луи Бери, сразу же спросила:</p><p>— Откуда взялся этот особый сон?</p><p>Священник Кали поднял голову и с сильно исказившимся лицом ответил:</p><p>— Та… та странная гробница.</p><p>— Гробница? — Амандина усомнилась, не участвовала ли она раньше в фальшивом «Празднике снов».</p><p>Откуда там гробница?</p><p>Внезапно её озарила догадка:</p><p>— Тот огромный чёрный камень?</p><p>Это на самом деле была гробница?..</p><p>Священник Кали кивнул:</p><p>— Да.</p><p>И впрямь гробница… — В душе Амандины вспыхнуло острое любопытство, и она с готовностью продолжила расспросы:</p><p>— Чья это гробница? Почему она такая особенная?</p><p>Священник Кали, всё так же стоя на коленях перед алтарём, покрутил головой:</p><p>— Я не знаю.</p><p>— Даже стражи гробницы этого не ведают. Они знают лишь, что их долг — охранять эту странную древнюю гробницу.</p><p>— Стражи гробницы? Кто эти стражи? — Чем больше Амандина спрашивала, тем отчётливее понимала, как мало знает о «Празднике снов».</p><p>Священник Кали запрокинул голову и, глядя на Амандину, проговорил:</p><p>— Старейшины племени, что живёт в джунглях.</p><p>— Вот как… — У Амандины в голове роилась куча вопросов; выбрав один из них, она спросила: — Это ты привёл Роберта поспать в доме Тэванако, чтобы он сохранил рассудок, а потом отвёл его к древней гробнице, где он обрёл Потусторонние силы?</p><p>— Да, — священник Кали уткнулся головой в пол перед алтарём и мучительным голосом произнёс: — На мне грех.</p><p>Примерно так я и думала… — Амандина продолжила расспрашивать:</p><p>— Откуда ты узнал, что, отправившись туда, можно обрести Потусторонние силы? И как ты сам сохранял ясность ума? Ты ведь приехал в городок Тизамо всего чуть больше пяти лет назад, а я выросла здесь.</p><p>На шее священника Кали вздулись вены:</p><p>— Тэванако… Тэванако совратил меня.</p><p>— Он соблазнил тебя своим телом? — Амандина внезапно немного воодушевилась.</p><p>Священник Кали на мгновение опешил:</p><p>— Он разглядел мою жажду положения и признания, постепенно раскрывал свои способности и сказал, что есть способ легко и быстро обрести силу, а обретши великую силу, я смогу сделать гораздо больше для Церкви и получить ещё больше наград и признания…</p><p>— Этот Демон!</p><p>— И ты вот так просто поддался его смуте? — с лёгким разочарованием спросила Амандина.</p><p>Священник Кали медленно кивнул:</p><p>— Да. Тэванако требовался человек, который после его отъезда из городка Тизамо следил бы за изменениями в снах и руководил «Праздником снов». Сначала он дал мне поспать у себя дома, а когда наступил «Праздник снов», отвёл меня к той странной древней гробнице.</p><p>— Ты тоже обрёл Потусторонние силы, прикоснувшись к этой гробнице? — мельком поинтересовалась Амандина.</p><p>Священник Кали вновь покачал головой:</p><p>— Нет. Тэванако приоткрыл щель в склепе и велел мне просунуть туда руку…</p><p>— Чего ты там коснулся? — Заметив, что священник Кали запнулся, Амандина поторопила его.</p><p>— Я нащупал руку… ледяную, лишённую всякого тепла руку. А затем потерял сознание. Когда я очнулся, у меня уже были Потусторонние силы. Во время следующих трёх «Праздников снов» я повторил это ещё трижды и в конце концов стал «мстительным духом», — восстанавливая в памяти те события, священник Кали не смог сдержать охватившего его лицо ужаса.</p><p>Это был страх как перед той ледяной рукой, так и перед тем, насколько легко и просто досталась ему Потусторонняя сила.</p><p>— Руку трупа, лежавшего в склепе? — Амандина бегло прокрутила в голове всё сказанное священником Кали и задумалась над одним вопросом: — Но ты ведь говорил, что есть стражи гробницы? Почему же, когда мы с Робертом ходили туда, нам никто не помешал?</p><p>Голос священника Кали понизился:</p><p>'Люди, долгое время живущие в городке Тизамо, в этом особом сновидении имеют проекцию, образованную их подавленными эмоциями и желаниям. Обычно они прячутся в хаотической зоне на краю сновидения, созданной тем склепом, и вместе со стражами гробницы совершают жертвоприношения древней гробнице, защищая её от чужаков.</p><p>«Когда начинается „Праздник снов“, эти проекции возвращаются к оригиналам, формируя полноценных участников „Праздника снов“, более не подавляющих свои эмоции и желания, а вот куда деваются стражи гробницы — неизвестно.»</p><p>Странно… Амандина была озадачена местонахождением стражей гробницы.</p><p>Оттого она слегка обеспокоилась.</p><p>Подумав немного, Амандина с обеспокоенностью спросила:</p><p>«А у меня в этом сновидении есть проекция, образованная эмоциями и желаниям?»</p><p>Священник Кали качнул головой:</p><p>'Нет.</p><p>'Ты каждый год проводишь в городке Тизамо недостаточно времени. Даже у тех, у кого изначально сформировалась проекция сновидения, стоит им покинуть это место на достаточно долгий срок и перестать сверх меры подавлять себя, как соответствующая проекция постепенно блекнет и в конце концов исчезает.</p><p>'У тех же, кто способен сохранять ясность ума в этом сновидении, соответствующая проекция спустя некоторое время тоже постепенно угасает.</p><p>«Однако эта ясность не абсолютна. Когда начинается „Праздник снов“, у всех проявляется склонность давать волю своим эмоциям и желаниям, и те, кто сохраняет рассудок, не исключение. Просто они не теряют самообладание окончательно, в отличие от тех, кто слился со своим сновидческим „я“, и способны сдерживать себя почти так же, как и в обычном состоянии, выражая это лишь в некоторых деталях.»</p><p>Амандина припомнила своё поведение во время двух прошлых «Праздников снов», и на её лице появилось выражение прозрения.</p><p>Прежде она полагала, будто вела себя более эгоистично и развязно, чем наяву, лишь оттого, что находилась во сне, который, пока никто не умер, казался просто игрой, и не подозревала, что это было воздействием «Праздника снов».</p><p>К счастью, я всегда сохраняла самоконтроль… Видя, что спросила почти обо всём, порученном Луи Бери, а оставшиеся вопросы относятся к тому, чего не знает и сам священник Кали, Амандина сменила тему:</p><p>'Ты превратился в мстительного духа, но всё ещё смеешь проповедовать и вести мессу…</p><p>«Ты действительно не боишься, что Бог заметит тебя, обрушит свой гнев и очистит тебя до состояния пепла?»</p><p>Находясь на Южном континенте, Амандина куда лучше многих господ и дам из Трира понимала, какой силой обладает Церковь «Вечного Пылающего Солнца», и свято верила в существование Божества.</p><p>К тому же за последний год с лишним она изо всех сил собирала оккультные знания от Роберта и из всевозможных доступных источников, поэтому знала, что «Школа Розы» — главный персонаж всевозможных жутких слухов — славится множеством мстительных духов, а больше всего мстительные духи боятся солнечного света с эффектом очищения.</p><p>Священник Кали вздохнул и проговорил:</p><p>«Прежде я тоже об этом беспокоился, однако Тэванако сказал мне, что знает способ помочь мне скрыть силу „мстительного духа“, и пока сам Бог лично не обратит сюда взор, меня не обнаружат.»</p><p>«Какой способ?» — с любопытством спросила Амандина.</p><p>Священник Кали ответил как есть:</p><p>'Обретя Потусторонние силы при прикосновении к руке трупа в склепе, нужно не спешить уходить, а дотронуться до самого склепа — то есть до того чёрного валуна.</p><p>«Это позволяет полностью скрыть все Потусторонние силы на моём теле, и эффект сохраняется больше года.»</p><p>Ещё и так можно? А если я прикоснусь к чёрному валуну, а затем потрогаю руку того трупа, что произойдёт? Поразмыслив немного, Амандина задала вопрос, который её весьма волновал:</p><p>'Как ты соблазнил Роберта?</p><p>«Почему он стал твоим любовником?»</p><p>Амандина оглядела священника Кали с ног до головы, со всех сторон, но так и не нашла в нём ничего, что могло бы привлечь Роберта, кроме силы.</p><p>Неужели любовь и вправду слепа?</p><p>Священник Кали на мгновение умолк и произнёс:</p><p>«Я разжёг его желания и сломил его самообладание.»</p><p>«Ты ведь не проявлял подобных способностей…» — Амандина до этого не замечала, чтобы священник Кали разжигал чьи-либо желания.</p><p>В голосе священника Кали вновь зазвучала боль:</p><p>«На мне грех… я возносил мольбы, мольбы тому Демону, о котором говорил Тэванако…»</p><p>Не успел священник Кали договорить, как всё сновидение внезапно содрогнулось и развалилось на куски.</p></section><section><title><p>Глава 685 Жатва</p></title><p>Глава 685 Жатва</p><p>Амандина больше не могла управлять сном, открыла глаза и проснулась.</p><p>Находившийся прямо рядом с ней священник Кали тоже внезапно очнулся, и его принадлежащее человеку тело снова стало иллюзорным и размытым.</p><p>Он инстинктивно, словно утратив укрощение, превращался в Злого Духа, на поверхности его тела даже выросли клочки жесткой черной короткой шерсти.</p><p>В глазах священника Кали отразилась фигура Лумиана: черноволосый и зеленоглазый Луи Бери в золотисто-желтой соломенной шляпе одной рукой держал револьвер, целясь ему прямо в лоб.</p><p>Бах!</p><p>Улыбаясь, Лумиан спустил курок, заставив сияющую золотом Очищающую пулю вылететь из дула и устремиться прямо к мертвенной белизне на лбу Злого Духа.</p><p>«Жатва»!</p><p>В то же время левая рука Лумиана, в которой ничего не было, взмахнула в сторону священника Кали, словно говоря:</p><p>«Прощай, больше не увидимся!»</p><p>Очищающая пуля взорвалась, и золотое пламя мгновенно охватило всё тело ставшего иллюзорным священника Кали.</p><p>На этот раз священник Кали даже не смог издать вопль, его исполненные боли мысли обрели почти материальную форму, превратившись в невидимый ураган, пронесшийся во все стороны.</p><p>Ощущая эту боль, Лумиан с улыбкой смотрел, как тот «сгорает дотла» под действием очищающей силы, наделенной свойствами «Жатвы», превращаясь в крупицы пыли и осыпаясь на землю.</p><p>В этот миг Лумиан почувствовал, что его зелье «Жнеца» усвоилось ещё немного.</p><p>Использование способности «Жатва» для жатвы жизней врагов изначально было самым базовым правилом отыгрыша для «Жнеца»!</p><p>Чем выше Последовательность врага и чем он сильнее, тем лучше эффект отыгрыша.</p><p>А после добавления «Жатвы» весьма обычная и распространенная Очищающая пуля всего за два выстрела оборвала жизнь «Злого Духа».</p><p>Видя, как священник Кали в буквальном смысле превратился в пепел, Лумиан почему-то нашел это ироничным:</p><p>Почему я всегда сталкиваюсь с падшими священниками «Вечного Пылающего Солнца», а затем очищаю и зачищаю их?</p><p>Это долг за мою прошлую веру?</p><p>Пока эти мысли промелькнули в его голове, Лумиан поглядел на поднимающуюся Амандину и с улыбкой спросил:</p><p>«Что он сказал?»</p><p>Первой реакцией Амандины был осмотр раны на своем плече, и она изумленно воскликнула:</p><p>«Ни единого следа, всё полностью зажило?»</p><p>Если бы не порванная одежда и легкая ломота в плече, она бы даже не подумала, что была ранена.</p><p>Госпожа Амандина, не ведите себя так, будто ничего в жизни не видели. Хотя вы верующая в «Вечное Пылающее Солнце» и если не заболели тяжело, то не пойдете лечиться к священнослужителям церкви «Матери-Земли», но сейчас в штате Матани полно фейнапотцев, неужели вы с ними тесно не общались? — мысленно язвил Лумиан, с холодным видом смотря на Амандину и не давая ответа.</p><p>А вот Лугано, видя такую реакцию красивой девушки, с некоторой гордостью пояснил:</p><p>«Это способность „Врача“, пути „Земледельца“.»</p><p>Амандина с удовлетворением поблагодарила его и, разминая плечо, чтобы облегчить остаточную боль, полностью пересказала свой разговор со священником Кали во сне Лумиану, Камю и Рие.</p><p>Закончив рассказ, Амандина сплюнула в то место, где осыпалась пыль от священника Кали:</p><p>'Он действительно стал рупором Демона, используя силу Демона, посягнул на Роберта и остальных, подчинив себе их тела и дух.</p><p>«К счастью, ему нравились мужчины, а иначе…»</p><p>Подумав о том, что на протяжении стольких лет она часто бывала в церкви Святого Сиена, а раньше была лишь маленькой неопытной девочкой, которой до совершеннолетия было ещё очень далеко, Амандина про себя вздрогнула, испытывая одновременно сочувствие к Роберту и остальным, и облегчение.</p><p>Лумиан же размышлял над другим вопросом:</p><p>Могла ли сила пути «Пленника» у Сисо точно так же исходить от «Праздника снов», от того холодного трупа внутри странной черной гробницы, а не быть прямым Благословением «Матери Древа Желаний»?</p><p>Это могло бы многое объяснить.</p><p>Насколько знал Лумиан, последователям Злых Богов для молитвы о Благословении требовалось проводить ритуалы и приносить жертвы. Чем выше Статус запрашиваемого Благословения, тем выше требования к жертвоприношениям и тем крупнее масштаб ритуала.</p><p>Будучи членом Патрульной команды порта Пайлос, Сисо мог скрыть одно или два жертвоприношения, но ему было бы трудно замять все случаи, как раз так же, как Сисо совершил в порту Пайлос лишь одно серийное убийство.</p><p>Раньше Лумиан думал, что тот с помощью «Безумной» отправлялся в более хаотичные уголки Южного континента, чтобы совершать жертвоприношения одно за другим, но теперь казалось, что в таких сложностях вовсе не было необходимости: достаточно было каждый год на «Празднике снов» приходить к той странной древней гробнице и прикасаться к холодному трупу.</p><p>«Сисо» и священник Кали участвовали как минимум в пяти «Праздниках снов» и уже довольно долго оставались «Злыми Духами», но так и не смогли совершить прорыв… Это потому, что тот холодный труп может даровать Благословение только до Последовательности 5? Сисо раздобыл огромное количество золота и получил кое-что от того Демона из семейства Нос именно для того, чтобы дождаться «Праздника снов» в этом году, сделать необходимое и получить более высокое Благословение? — Лумиан повернул голову, взглянул на притащенного неподалеку Роберта и переспросил, словно подмечая детали:</p><p>«Он „Медиум“?»</p><p>«Да», — ответила Амандина. — «Священник Кали сказал мне, что Роберт тоже получил Потусторонние силы, прикоснувшись к тому черному огромному камню, но почему я „Кошмар“, а он „Медиум“?»</p><p>Более высокая, комбинированная сила… Подобно тому, как «Великая Матерь» может даровать три разные силы: «Аптекаря», «Земледельца» и «Негодяя»… Лумиан нисколько не удивился такой ситуации, тогда как Камю и Рия, как и Амандина, пребывали в полном замешательстве.</p><p>Лумиану было лень объяснять эти сложные вопросы, касающиеся высоких уровней, поэтому он полуповернулся и сказал Рие:</p><p>'Твоя проекция во сне, должно быть, всё ещё существует, так что будь осторожна.</p><p>«Сейчас вопрос в том, повлияет ли на твою жизнь то, если твою проекцию во сне убьют.»</p><p>Рия кивнула, на её лице появилось задумчивое выражение.</p><p>Лумиан снова перевел взгляд на Роберта, подумав о Демоне, оказавшем помощь священнику Кали:</p><p>'Должно быть, это тот представитель семейства Нос, который установил связь с Сисо…</p><p>«Демоны не станут делать 'добрые дела» без причины. Будь то установление связи с Сисо или ответ на ритуал священника Кали, у них наверняка есть свои цели. Хотя видеть, как священник Церкви Вечного Пылающего Солнца постепенно падает в грех, для Демона должно быть весьма заслуживающим похвалы и достаточно любопытным зрелищем, но это недостаточно веское основание для столь тесного участия…</p><p>«Он тоже хочет что-то получить на 'Празднике снов»?</p><p>«Тот холодный труп внутри древней черной гробницы может даровать Благословение пути „Пленника“, а путь „Пленника“ и путь „Преступника“, на котором находятся Демоны, являются соседними…»</p><p>Лумиан в общих чертах уловил суть происходящего и произнес словно про себя:</p><p>«Сейчас весьма важный вопрос заключается в том, куда во время „Праздника снов“ делись те могильщики и почему они больше не охраняют ту черную древнюю гробницу?»</p><p>Никто не мог ему ответить.</p><p>Видя, что он всё время смотрит на находящегося без сознания Роберта, Амандина помялась немного и заговорила:</p><p>«Ты можешь пощадить его? Не убивай его, он тоже жертва.»</p><p>В твоих глазах я что, маньяк-убийца? — насмешливо ответил Лумиан:</p><p>«Пока Роберт, очнувшись, не станет искать мщения, не попытается убить меня, чтобы забрать мою жизнь в уплату за священника Кали, я не стану тратить на него свою духовность.»</p><p>Уф… — Амандина заметно облегченно вздохнула, снова погладила своё плечо и пробормотала:</p><p>'Какой же ты всё-таки холодный и жестокий. Я только что решила, будто ты ради расправы со священником Кали хотел прикончить и меня заодно.</p><p>«Тому выстрелу было действительно больно!»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Из двух вариантов — быть одержимой 'Злым Духом» вплоть до самой смерти или получить пулю в плечо — какой бы ты выбрала?</p><p>«Мне всё равно, что ты обо мне думаешь, и всё равно, какими жертвами это дается. Я делаю только правильный выбор, но по крайней мере тебя спасли, не так ли?»</p><p>Амандина изначально лишь по привычке немного покапризничала, но, услышав ответ Лумиана, с большим интересом спросила в ответ:</p><p>'То есть ради помощи важному человеку ты можешь пойти на многие жертвы и сделать правильный выбор?</p><p>«Если… я говорю „если“… Демон распалит во мне желания и мне срочно понадобится их выплеснуть, иначе я превращусь в монстра, ты пожертвуешь собой, чтобы помочь мне?»</p><p>Лумиан усмехнулся и сказал:</p><p>'А у тебя ко мне не слишком ли лишние ожидания?</p><p>«Не волнуйся, я помогу тебе найти того, кто захочет пожертвовать собой.»</p><p>Пока он говорил, его взгляд скользнул по Камю, скользнул по Лугано и скользнул по всё ещё находившемуся без сознания Роберту.</p><p>«Неинтересно…» — тихо пробурчала Амандина.</p><p>Камю при виде этого про себя вздохнул, почувствовав, что окончательно избавился от той воображаемой красоты.</p><p>Лумиан снова взглянул на Роберта и сказал Амандине:</p><p>«Приведи его в чувство, поговори с ним. Я хочу попросить его об одной услуге.»</p><p>Если же тот не захочет, здесь есть Камю, специализирующийся на допросах с пытками.</p><p>«Хорошо», — звонко ответила Амандина, быстро привела Роберта в чувство и рассказала своему жениху о текущем положении дел.</p><p>Она намеренно не упомянула о том, что священник Кали уже убит, создавая иллюзию, будто тот «Злой Дух», возможно, сбежал из этих мест.</p><p>«Если я помогу, меня отпустят?» — изо всех сил пытаясь подняться, спросил Роберт.</p><p>Лумиан указал на Камю и Рию:</p><p>«Ты не веришь мне, неужели не веришь и Патрульной команде?»</p><p>Роберт помолчал несколько секунд и сказал:</p><p>«О какой услуге речь?»</p><p>Лумиан рассмеялся:</p><p>«Пойти в дом Теванако и сделать кое-что.»</p><p>…………</p><p>Гостиница «Бриу», второй этаж.</p><p>Мужчина в темно-сером костюме и дама в шляпе с перьями услышали доносившееся из глубины коридора тихое чавканье и хруст. Это совершенно отличалось от эхом разносившихся по гостинице криков, воплей и стонов, словно подобного вообще не должно было происходить во время «Праздника снов».</p><p>Внезапно звуки чавканья прекратились.</p><p>Почти одновременно с этим мужчина в темно-сером костюме подскочил на месте, словно кто-то вонзил ему в поясницу раскаленный железный прут.</p><p>С невероятно напряженным лицом и с градом пота на лбу он во весь дух рванул на первый этаж, преодолев лестницу за какие-то мгновения.</p><p>Он выбежал из гостиницы «Бриу» и мчался до самого перекрестка, где наконец остановился, с застывшими на лице ужасом и запоздалым страхом.</p><p>«Что случилось?» — внезапно появившись рядом с ним, спросила женщина в светлом длинном платье, полуудивленно, полуозабоченно.</p><p>Мужчина в темно-сером костюме тяжело задышал:</p><p>'Фух, фух, фух… Ты разве не почувствовала? Эту ужасающую злобу!</p><p>«Мое сердце вырвали, мой язык вырвали, а мои мозги превратили в густой суп.»</p></section><section><title><p>Глава 686 Танец</p></title><p>Глава 686 Танец</p><p>Услышав слова спутника, женщина в светлом длинном платье стала серьезной:</p><p>«Я тоже чувствую что-то подобное, но не так отчетливо, как ты.»</p><p>Мужчина в темно-сером костюме немного успокоился, оглянулся назад и сказал:</p><p>«Давай поскорее отправимся в то место, похоже, здесь все еще немало аномалий, о которых мы не знаем.»</p><p>Женщина в светлом длинном платье кивнула.</p><p>Определив направление, оба ускорили шаг и быстро покинули перекресток.</p><p>…………</p><p>Лумиан в золотисто-желтой соломенной шляпе вел Амандину, Роберта и остальных вокруг церкви Святого Сиена обратно на маленькую площадь.</p><p>В этот момент Камю увидел, как на кладбище с другой стороны бродят многочисленные фигуры.</p><p>Сердце его вздрогнуло, он присмотрелся и обнаружил, что это бледные скелеты с обрывками ткани и человекоподобные призрачные тени, состоящие из мелкой пыли. Многие стоявшие надгробия повалились на землю, а многие могилы подверглись явному разрушению.</p><p>«Пробуждение нежити?» — Камю слегка нахмурился и спросил Амандину, шагавшую чуть впереди и сбоку: — «„Праздник снов“ может пробуждать даже скелеты и прах?»</p><p>Будь ты хоть жив, хоть мертв, всё равно должен праздновать «Праздник снов»?</p><p>Амандина легко кивнула:</p><p>«Разве это не вполне естественно? Потусторонние силы, которые Роберт получил во время „Праздника снов“, относятся к пути „Сборщика трупов“ и принадлежат к домену „бога Смерти“. Это указывает на то, что сам „Праздник снов“ обладает, э-э, подобной чертой.»</p><p>Сказав это, Амандина про себя порадовалась и погордилась тем, что ее познания в этой области превосходят познания опытного члена Патрульной команды, и потому успокоила Камю:</p><p>«Не волнуйся, те скелеты и призрачные тени на кладбище очень мирные, они совершенно не похожи на людей во время „Праздника снов“. Пока ты не подходишь к ним близко, они не станут нападать, да и бродить где попало не будут — лишь кружат возле собственных могил.»</p><p>«Разумеется, мирные, — усмехнулся идущий впереди всех Лумиан. — У них и в обычное-то время нет эмоций и желаний, которые требовалось бы подавлять, так что в этом сновидении у них не формируются чересчур крайние проекции.»</p><p>У мертвецов не бывает эмоций!</p><p>Конечно, за исключением тех, кто умер со злобой и ненавистью в душе, но те, кого похоронили на кладбище при церкви Святого Сиена, непременно прошли через очищение.</p><p>«Твоя шутка совсем не смешная.» — Амандина хотела было сказать пару утешительных слов своему хранящему молчание жениху, но почувствовала, что сама, только что засвидетельствовав его уродливое поведение и вдобавок помогшая убить его любовницу, словно бы не имеет на это права, и любые слова прозвучат крайне лицемерно, а потому ей оставалось лишь заговорить с Луи Бери.</p><p>В душе же она пробормотала:</p><p>Хм, как невеста, чей статус официально засвидетельствован в церкви, я имею полное законное право наказать любовницу жениха, просто проявила совсем немного чрезмерности. Но перед лицом той осквернительницы, того демона, посягавшего на несовершеннолетних, проявить некоторую крайность — это откровение, данное мне Богом!</p><p>Чем больше она об этом думала, тем более правой и уверенной в себе себя чувствовала.</p><p>Лумиан быстро шагал вдоль теней у обочины дороги, немного подумал и спросил:</p><p>«Пробудятся ли люди, убитые во время „Праздника снов“, превратившись в нежить?»</p><p>«Пробудятся, но для этого требуется очень много времени. Я сталкивалась с подобным только ближе к концу „Праздника снов“. Они очень жестокие и крайне агрессивные,» — с припоминанием произнесла Амандина.</p><p>Рия воспользовалась случаем и спросила:</p><p>«Когда закончится „Праздник снов“?»</p><p>Амандина с улыбкой ответила:</p><p>«Разве вы не заметили? Настенные и карманные часы здесь всё еще идут. Когда начнется рассвет, „Праздник снов“ закончится.»</p><p>«Есть ли способ вырваться из „Праздника снов“ раньше времени?» — этот вопрос волновал Лугано.</p><p>Амандина бросила взгляд на все так же молчавшего Роберта:</p><p>«Никак. В обычное время еще можно вырваться двумя способами: уснув в доме Теванако или получив потрясение на краю сновидения, но как только начинается „Праздник снов“, остается лишь ждать его естественного завершения.»</p><p>Лугано разочарованно замолчал и бессознательно подошел на пару шагов ближе к Лумиану.</p><p>Камю посмотрел на легко шагавшую Амандину и, помолчав несколько секунд, спросил:</p><p>«Ты не вернешься в поместье Пальм, чтобы защитить родителей? Не боишься, что они погибнут во время „Праздника снов“?»</p><p>Амандина скривила губы и с довольно сложной улыбкой произнесла:</p><p>«В прошлый 'Праздник снов» я специально поспешила назад, чтобы защитить их, но никак не ожидала, что они проводят время очень «весело» и никакой опасности для них нет…</p><p>'Моей матери нравится находить самых низших, самых грязных, но довольно крепких рабов, бранить их и заниматься этим. Я и сама не знаю, что это за психологический настрой и из подавления каких сторон жизни в обычное время это исходит, но благодаря этому рабы-мужчины заведомо не станут её убивать, а служанки и рабыни, которые могли бы ей завидовать или быть ею недовольны, едва приблизившись, тут же будут повалены теми рабами-мужчинами и вовлечены в их ряды.</p><p>«Что же до моего отца, то он получил орден Почетного легиона благодаря своим делам на Южном континенте, и даже в трезвом уме постоянно боится, что на него кто-то нападет или вспыхнет бунт рабов, а потому построил в поместье несколько бункеров, запасался провизией и оружием, да и сам непрерывно учился рукопашному бою, стрельбе и военным знаниям. Так что даже во время 'Праздника снов» тем слугам и рабам крайне трудно застать его врасплох: прорвут один рубеж обороны — а за ним другой, в крайнем случае просто загонят его в какой-нибудь бункер, где он и спрячется.</p><p>«Если только какой-нибудь Потусторонний, будучи их врагом, не примчится специально, чтобы их убить, в остальном они в полной безопасности. А вот если бы я постоянно оставалась в поместье и защищала их, это, чего доброго, оказалось бы куда опаснее — хе-хе, я имею в виду опаснее для меня самой. Я ведь не смогу вынести „любви“ тех мужчин и зависти тех женщин, да и убивать слишком много людей мне тоже не хочется.»</p><p>Скрытый смысл заключается в том, что она еще больше боится в обстановке вроде «Праздника снов», лишающей участников самоконтроля, ощутить затаенную в сердцах родных и друзей злобу по отношению к себе, и скорее предпочтет скитаться снаружи, наблюдая иную сторону других людей, чем вернется испытать это на себе? Лумиан в общих чертах мог понять настрой Амандины.</p><p>Он не стал продолжать эту тему, повернул голову к молчаливому Роберту и спросил:</p><p>«Каковы твои ощущения при спиритическом сеансе во время 'Праздника снов» по сравнению с обычным временем?</p><p>«Становятся ли эти духи более буйными и сложными для общения?»</p><p>Роберт уже натянул свою белую рубашку и черные брюки, помолчал несколько секунд и произнес:</p><p>«Никаких различий.»</p><p>Разум Лумиана переполняли мысли, и у него сформировалась определенная догадка: особенность этого специфического сновидения — впитывать крайние эмоции и желания — распространяется только на живых существ, а духи и в обычное время пребывают в состоянии отсутствия самоконтроля, отчего между реальностью и «Праздником снов» нет никакой разницы? Или же местный мир духов фальшив, и духи тоже фальшивые, являются частью сна, исходят из чьего-то восприятия и полностью соответствуют воображению Роберта, отчего тот и счел их одинаковыми? Скорее всего, верен второй вариант. «Медиум» ведь не ограничен лишь установлением связи с духами окружающей области и заимствованием их сил, да и Роберт только что не говорил, будто в сне невозможно совершить определенные спиритические сеансы…</p><p>Он повел Камю и остальных через перекресток и быстро вернулся в тот дом Теванако.</p><p>Он расспрашивал об обстановке со спиритическими сеансами потому, что это было тесно связано с тем, что он собирался сделать дальше!</p><p>Стоя на втором этаже дома «Сисо», Лумиан произнес, обращаясь к Роберту, обладавшему холодноватым темпераментом и слегка утонченными чертами лица:</p><p>«Ты когда-нибудь проводил здесь спиритический сеанс?»</p><p>«Пробовал, удается установить связь с окружающими духами, но ничего особенного.» — честно ответил Роберт.</p><p>Амандина помогла и добавила:</p><p>«Он пробовал в реальности, пробовал во сне и во время 'Праздника снов» тоже пробовал.</p><p>«Нам всем очень любопытна местная специфика, хотелось выяснить причину, но те духи ничего не знают об этом.»</p><p>Лумиан кивнул, достал свои карманные часы в золотом корпусе, щелкнул крышкой, взглянул на них и затем сказал Роберту:</p><p>«Через две минуты поднимайся ко мне, поможешь мне провести указанный спиритический сеанс. Вы все можете подняться.»</p><p>Видя, что сталкиваться с этим придется не ему одному, Роберт слегка вздохнул с облегчением.</p><p>Третий этаж, спальня «Сисо».</p><p>Лумиан раскинул руки и вновь исполнил «Танец призывания душ» «Танцора».</p><p>Прежде, когда он в реальном мире с помощью «Очков Тайнозрения» осматривал этот дом, он уже обнаружил, что между этим местом и тем черным гигантским камнем есть некая чудесная связь, а только что священник Кали сказал, что черный гигантский камень на самом деле — древняя гробница, источник Потусторонних сил его самого, Роберта, Амандины и даже «Сисо» Теванако, а также исток «Праздника снов».</p><p>Раз так, исполнение «Танца призывания душ» в этом доме «Сисо» вполне может привлечь нечто особое, странное, имеющее определенную связь с черной древней гробницей, и от этих существ, возможно, удастся получить важную информацию о древней гробнице или о трупе внутри нее.</p><p>Это куда безопаснее, чем напрямую использовать «Очки Тайнозрения» или танцевать «Танец призывания душ» уже после того, как отыщет черную древнюю гробницу.</p><p>К тому же Лумиан и не собирался позволять призванным странным сущностям напрямую вселяться в себя, а попросил помощи у Роберта именно ради более безопасного и эффективного спиритического сеанса.</p><p>— «Медиум» общается с духами в окружающей области или с духами, имеющими конкретный ориентир и точное описание, и не может, подобно «Танцору», полагаясь на «Танец призывания душ» и специфику самого дома, привлечь более далеких и скрытых духов, однако «Медиум» может как заимствовать силу духов для достижения различных сверхъестественных эффектов, так и вести с духами глубокое, подробное общение, тогда как «Танцор» либо может лишь выбрать одну черту или способность, либо получает лишь ограниченный обрывок воспоминаний.</p><p>В извивающихся, ритмично-звонких и странных танцевальных движениях духовность Лумиана, соединившись с уникальной силой этой обстановки, устремилась во все стороны.</p><p>Когда бурный танец приблизился к кульминации, из-под земли дома «Сисо» наконец просочилось некое существо, сгустившись на окне со стеклом.</p><p>Эта тень, напоминающая человеческую, была облачена в черный балахон.</p><p>Это было немного похоже на стража гробницы, которого Лумиан видел прежде на краю сновидения, но имелись и отличия.</p><p>Лицо той тени, скрытое под капюшоном, казалось, смотрит на Лумиана, словно жаждая рвануться к нему, но оно также ощутило печать «Шута», ощутило остаточное дыхание «Кровавого Императора» и не дерзнуло на самом деле совершить вселение.</p><p>Лумиан не стал отдавать принудительных приказов, продолжая исполнять «Танец призывания душ», пока не поднялись Роберт и остальные.</p><p>Он замедлил движения и медленно остановился.</p><p>В процессе этого он указал на тень в черном балахоне и сказал Роберту:</p><p>«Поторопись и проведи с ним спиритический сеанс.»</p><p>Роберт слегка кивнул и достал из потайного кармана одежды флакончик Лунного эфирного масла.</p></section><section><title><p>Глава 687 Два ответа</p></title><p>Глава 687 Два ответа</p><p>Видя, что странный ритуальный танец Луи Бери подходит к концу, Роберт не смел терять время и поспешно налил на руку немного лунного эфирного масла, с помощью своей способности объединив его с духовностью и заставив быстро испариться.</p><p>Камю, Амандина и остальные тут же ощутили освежающий, дурманящий аромат; у них возникло чувство, будто их дух опьянел и вот-вот выплывет из тела.</p><p>Голос Роберта прозвучал возле их ушей мягко и отдалённо, заставляя их мысли становиться всё более смутными и отрешёнными, но, к счастью, они не были целями спиритического сеанса и довольно легко справились с собой.</p><p>Тень в чёрной мантии постепенно отделилась от оконного стекла и медленно приблизилась к Роберту.</p><p>Внезапно тень исчезла. Роберт сначала опустил голову, а затем медленно поднял её.</p><p>Его лицо окрасилось ночной тьмой и обрело явное зловещее выражение, а оба глаза стали совершенно мрачными.</p><p>Увидев это, Лумиан полностью завершил «Танец призывания душ» и подошёл к Роберту, остановившись в трёх метрах от него.</p><p>Хотя изначально он планировал, что Роберт напрямую свяжется с духом и пообщается с той тенью, пока сам он будет задавать вопросы, эта тень, очевидно, обладала некоторой особенностью и напрямую вселилась в тело Роберта.</p><p>Разумеется, это тоже один из видов спиритического сеанса: многие «Медиумы» позволяют духу цели использовать их собственный рот, чтобы поговорить с родственниками или ответить на чьи-то вопросы.</p><p>Глядя на зловещего и жуткого Роберта, Лумиан немного подумал и произнёс:</p><p>«Знаешь ли ты, что случилось с людьми, жившими в этом доме шесть лет назад?»</p><p>Он намеревался начать с самого простого и наименее способного вызвать аномалии вопроса, чтобы в процессе расспроса непрерывно корректировать направление, тон и подбор слов в зависимости от фактической обстановки.</p><p>Роберт открыл рот и издал слегка резкий голос, совершенно не похожий на его собственный:</p><p>«Подверглись влиянию, провели ритуал, все погибли.»</p><p>Услышав такой ответ, остальные присутствующие, включая Камю, пришли в замешательство, не понимая, кроется ли в этом действительно важная информация.</p><p>За исключением Лугано, все догадались, что Луи Бери спрашивал о семье Тванако, столкнувшейся в реальности с пожаром и почти полностью погибшей, однако ответ духа мог лишь навести их на мысль о влиянии культов или Злых Богов.</p><p>Будучи «Заговорщиком», Лумиан мгновенно вызвал в памяти все соответствующие сведения:</p><p>Подавленные эмоции и желания каждого человека в городке Тизамо поглощаются сном, постепенно накапливаясь и формируя соответствующие проекции во сне;</p><p>Проекции во сне, подобно стражам гробниц, скрываются в хаотической зоне сна, охраняя ту чёрную древнюю гробницу;</p><p>Во время прошлых исследований в увиденных фрагментах снов стражи гробниц в чёрных мантиях и проекции окружали древнюю гробницу, занимаясь неизвестно чем, и среди них была сохранившаяся фигура «Сисо» Тванако;</p><p>«Сисо» Тванако каждый год возвращался в городок Тизамо два-три раза, каждый раз на неделю;</p><p>После отъезда из Тизамо соответствующая проекция во сне постепенно блекнет, пока вовсе не исчезнет;</p><p>«Сисо» Тванако после пожара стал Потусторонним Пути «Дьявола»;</p><p>Демон семейства Нос…</p><p>Эти сведения одновременно возникли в голове Лумиана, словно разные узлы паутины, но для их объединения всё ещё не хватало связующих нитей.</p><p>Вскоре у Лумиана появились кое-какие догадки:</p><p>«Сисо» Тванако помимо «Праздника снов» всё равно возвращался в городок Тизамо один-два раза, каждый раз на неделю и более, чтобы гарантировать, что его проекция во сне не исчезнет окончательно, а также позволить сну поглотить часть его явной злобы?</p><p>Эти проекции во сне находятся рядом со стражами гробниц возле древней гробницы, обладающей очевидными особенностями и весьма высоким статусом; не могли ли они неосознанно подвергнуться скрытому влиянию древней гробницы или находящегося внутри неё холодного трупа?</p><p>Если один из этапов охраны гробницы — ритуальное жертвоприношение, то когда начнется «Праздник снов» и проекции вернутся в тела, не попытаются ли некоторые из глубоко подвергшихся влиянию людей подражать действиям стражей гробниц и провести ритуал, что приведет к неудаче и гибели всей семьи, но также вызовет осквернение этого дома, его аномалию и тонкую связь с чёрной древней гробницей?</p><p>Хм, это одна из возможностей, но в неё не получается встроить две детали: Демона семейства Нос и то, что «Сисо» стал Потусторонним Пути «Дьявола»…</p><p>А что если встроить их?</p><p>Сердце Лумиана ёкнуло, и он подумал о другой возможности.</p><p>На семью Тванако повлияла не только чёрная древняя гробница или холодный труп внутри неё, но и тот Демон семейства Нос!</p><p>Тот Демон всё время зарился на тот труп или на предмет, вызывающий аномалию трупа, и ради этого тайком влиял на семью Тванако, обучал их кое-каким знаниям, а после начала «Праздника снов» через воздействие в реальном мире раздул их соответствующие желания во сне; это, в сочетании с разрушением самоконтроля и безумным попустительством, принесёнными «Праздником снов», заставило семью Тванако добровольно испробовать ритуал, данный Демоном, или процесс жертвоприношения, запомненный проекцией во сне, что и привело к последующей серии аномалий?</p><p>Выживший «Сисо» проявил свою особенность, замеченную Демоном, и тот совратил его вступить на Путь «Дьявола»?</p><p>Хм, это может объяснить, почему при наличии проекций во сне у каждого лишь семья Тванако совершила подобное, и почему только этот дом обладает особенностью, позволяющей заснувшим здесь людям сохранять осознанность при входе в сон…</p><p>Следующее очень важное дело — остерегаться того Демона; сам он, вероятно, еще не способен лично участвовать в «Празднике снов», но его приспешники обязательно появятся…</p><p>За то время, пока мысли молниеносно проносились в его голове, Лумиан почувствовал, что ещё глубже понял обстановку с «Праздником снов».</p><p>Глядя на тень, вселившуюся в Роберта, он сменил вопрос:</p><p>«А стражи гробниц? Куда они ушли сейчас?»</p><p>Роберт, чьё лицо словно подёрнулось тенью, ответил пронзительным голосом:</p><p>«Праздник снов начался, склеп открыт, нужно прятаться.»</p><p>Нужно прятаться? После начала «Праздника снов» тот склеп стал для стражей гробниц чрезвычайно опасным или скрывающим огромную угрозу? Лумиан не удержался и повернул голову, взглянув на Амандину.</p><p>Эта барышня, Роберт и священник Кали во время предыдущих «Праздников снов» без всяких препятствий добирались до той чёрной древней гробницы и легко получали различные Потусторонние силы через прикосновение.</p><p>Где скрытая угроза, где опасность и где сами стражи гробниц?</p><p>В этом определенно кроется некая проблема.</p><p>Амандина, испугавшись непонятно почему от взгляда Луи Бери, дрожащим голосом спросила:</p><p>«В… в этом ответе есть какая-то проблема?»</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Стражам гробниц приходится прятаться, а почему вам — нет?»</p><p>Амандина ещё не успела глубоко задуматься над этим вопросом, как увидела, что холодное, мрачное лицо Роберта искривилось, словно он испытывал сильную боль.</p><p>Увидев это, Лумиан вздохнул:</p><p>«Завершай спиритический сеанс.»</p><p>Если продолжать дальше, с Робертом случится беда.</p><p>Роберт всё ещё сохранял целостность своего «я» и определённую способность к действиям, поэтому тут же произнёс на языке древнего Гермеса два слова — слова, призывающие духа покинуть его тело.</p><p>Вселившаяся в него тень никак не отреагировала, а выражение боли на его лице стало ещё более заметным.</p><p>Роберт медлительным движением вытащил кинжал и уколол свой палец.</p><p>Капли алой крови, смешанные с его духовностью «Медиума», словно цепочка жемчуга, брызнули в сторону окна.</p><p>Сопровождая это движение, Роберт снова глухо выкрикнул на языке древнего Гермеса:</p><p>«Уходи!»</p><p>Тень, похожая на чёрную мантию, разом отделилась от тела Роберта, устремилась вслед за каплями крови и исчезла перед стеклянным окном.</p><p>Увидев эту картину, Лумиан убрал мысленную концентрацию с правой руки и больше не готовился выдохнуть звук «Хэн».</p><p>Он мысленно перевёл дух и сказал Камю, Амандине и остальным:</p><p>«Идите на второй этаж и ждите меня там.»</p><p>«Да что опять такое…» — проворчала Амандина, поворачиваясь, чтобы спуститься вниз.</p><p>Всего через десяток секунд на третьем этаже снова воцарилась тишина.</p><p>Лумиан достал материалы из «Вещмешка путешественника», обустроил ритуал и попытался призвать посланника госпожи «Фокусник».</p><p>К сожалению, это был сон, и ничего не вышло.</p><p>Ожидавший подобного Лумиан не слишком расстроился. Хотя то, что «Праздник снов» наступил раньше времени, не дало ему возможности доложить о свежей обстановке госпожи «Фокусник» и добавило делу немало риска, к подобным проблемам он рано или поздно был готов и давно морально свыкся.</p><p>Хотя «Охотник» и любил планировать всё заранее, но и встречного боя он ничуть не боялся.</p><p>Лумиан даже ощутил лёгкое возбуждение, вызванное не только слабым воздействием «Праздника снов».</p><p>Собрав вещи, Лумиан спустился на второй этаж и прямо спросил Роберта и Амандину:</p><p>«Кто из вас отведёт меня к чёрному монолиту?»</p><p>Он проанализировал положение Амандины, Роберта и священника Кали и обнаружил, что в их опыте лёгкого достижения чёрной древней гробницы и получения Потусторонних сил была одна общая черта: каждого из них вёл тот, кто уже прикасался к чёрной древней гробнице.</p><p>Разумеется, это была не единственная общая черта.</p><p>Роберт промолчал. Он хотел сказать: «Разве ты не обещал отпустить меня, если я помогу тебе?», но не смел открыть рот.</p><p>Амандина бросила на Роберта несколько взглядов и, видя, что тот не проявляет абсолютно никакого намерения, поджала губы и сказала Лумиану:</p><p>«Я!»</p><p>И сразу же добавила:</p><p>«Я хочу посмотреть, смогу ли получить ещё больше Потусторонних сил.»</p><p>Лумиан кивнул и сказал Роберту:</p><p>«Ты можешь идти.»</p><p>Роберт посмотрел на Лумиана, затем на Амандину, ничего не сказал и шаг за шагом вышел из дома Тванако.</p><p>«Эх, он, наверное, подумал, что я привела вас в церковь ради того, чтобы справиться со священником Кали и выставить его на посмешище… Эх, ну я ведь и правда привела вас туда,» — произнесла Амандина, дважды вздохнув «эх», когда фигура Роберта скрылась.</p><p>Рия, которая уже подобрала и уложила большую часть стрел, увидела это и искренне утешила её:</p><p>'Зато ты очистила церковь ради Бога.</p><p>«Восславь Солнце!»</p><p>Амандина тоже расставила руки в стороны:</p><p>«Восславь Солнце!»</p><p>Когда они закончили разговор, Лумиан сказал Камю и Рие:</p><p>«Дальше я отправлюсь к той чёрной древней гробнице, а вы сами решайте, идти вам или нет.»</p><p>«Я…» — попытался заговорить Лугано.</p><p>Едва он успел вымолвить одно слово, как Лумиан с улыбкой перебил его:</p><p>«Ты обязан идти.»</p><p>Лугано тут же закрыл рот.</p><p>Камю и Рия переглянулись и в один голос произнесли:</p><p>«Я тоже пойду.»</p><p>Лумиан не стал уговаривать и кивнул:</p><p>«Тогда отправляемся прямо сейчас.»</p></section><section><title><p>Глава 688 Галлюцинация</p></title><p>Глава 688 Галлюцинация</p><p>За пределами городка Тизамо, перед входом в те джунгли.</p><p>Люмиан и остальные слышали, как со стороны казарм непрерывно раздаются выстрелы и крики — по сравнению с самим городком и плантациями население здесь было более плотным, и у каждого имелось оружие, так что каждый год здесь погибало немало людей.</p><p>Камю отвёл взгляд и вздохнул, будто зрелый мужчина.</p><p>Он знал, что не в силах это остановить, и только найдя способ поскорее завершить «Праздник снов», сможет спасти больше жизней.</p><p>Именно поэтому он решил пойти вслед за Луи Бери к той чёрной гробнице.</p><p>Будь он один, он бы благоразумно выбрал укромный, безлюдный уголок и, подобно Колобо, пропрятался бы до рассвета, до самого окончания «Праздника снов». Однако, увидав силу Луи Бери и обнаружив, что этот Великий авантюрист готов пойти на риск и приблизиться к чёрной гробнице, Камю почувствовал, что и сам должен что-то сделать.</p><p>Люмиан смотрел вперёд, следуя за лёгкими шагами Амандины, и свернул на тропинку в джунглях.</p><p>Он и не рассчитывал, что сможет единолично положить конец «Празднику снов». Его цель с самого начала была предельно ясна:</p><p>Найти золото, добытое «Сисо», и предмет, полученный им от Демона семейства Нос, выяснить, что на самом деле замышлял этот ключевой участник «Дня дурака», и не дать его замыслам воплотиться в жизнь.</p><p>Это было не только обязанностью Младшего Аркана «Клуба Таро», но и проявлением осторожности Люмиана в отношении «Сисо» — обнаружив оставленную «Сисо» проекцию во сне, он опасался, что благодаря предварительным приготовлениям и проекции во сне тот сумеет во время «Праздника снов» в какой-то мере воскреснуть и вернуться в реальный мир в виде мстительного духа или злого духа.</p><p>Он не собирался давать «Сисо» такой шанс.</p><p>Получив показания священника Кали, Люмиан лишь укреплялся в этом подозрении.</p><p>Дело в том, что «Сисо» каждый год возвращался в городок Тизамо ради «Праздника снов», и никакой иной ведущий ритуала не требовался, а сам этот особый сон в обычное время не проявлял никаких аномалий и, казалось бы, не нуждался в ежедневном наблюдении.</p><p>Ведь до того как семья «Сисо» сгорела заживо, этот особый сон существовал неизвестно сколько лет, и «Праздник снов» проходил несчётное число раз, причём никто и никогда не замечал ничего подозрительного. В такой ситуации каждый лишний человек, знающий правду, лишь увеличивал риск утечки сведений. И тем не менее «Сисо» сбил с пути истинного священника Кали, отвёл его к чёрной гробнице и помог обрести Потусторонние силы.</p><p>Это аномальное поведение навело Люмиана на мысль: обратившись к священнику Кали за помощью в наблюдении за сном, Сисо Тванако на самом деле хотел контролировать состояние собственной проекции во сне:</p><p>Эта проекция во сне по мере того, как «Сисо» уезжал из городка Тизамо, постепенно блекла и в конце концов исчезала. Чтобы она сохранялась постоянно, «Сисо» приходилось возвращаться и жить здесь какое-то время, едва она блекла до определённой степени. А поскольку сны вокруг Чёрного монолита в обычное время пребывали в хаотическом состоянии, скорость блеклости проекции вполне могла быть нерегулярной. Вот и требовался человек, который каждый день следил бы за ней и при сильном увядании немедленно давал «Сисо» телеграмму с просьбой приехать.</p><p>Разумеется, «Сисо» ни за что не раскрыл бы священнику Кали свою истинную цель. Будучи «Дьяволом», он непременно остерегался бы, как бы Кали не воспользовался его проекцией во сне и не устранил бы эту скрытую угрозу. Когда он объяснял священнику Кали его задачи, то с высокой вероятностью просто велел следить за изменениями снов.</p><p>А как следить за изменениями снов? Судить по состоянию проекций во сне и Стражей гробниц возле чёрной гробницы!</p><p>Люмиан сожалел, что сам не мог войти в сон, и вынужден был поручить допрос священника Кали Амандине. Из-за этого многие полученные сведения оказались поверхностными и не затрагивали сути, служа лишь подспорьем для анализа.</p><p>Допрашивай священника Кали он сам, сейчас бы он уже в общих чертах понял замысел «Сисо», а не строил лишь догадки.</p><p>Сейчас улики, касающиеся золота и дара Демона, указывали на чёрную гробницу, поэтому Люмиану естественным образом требовалось отправиться туда, дабы разузнать обстановку и сделать всё, что в его силах. Если же ситуация окажется не по зубам, он просто решительно отступит в городок Тизамо, укроется на третьем или четвёртом этаже гостиницы «Бриу» и предоставит «опасности» столкнуться с разгулявшимся аппетитом Людвига.</p><p>Среди непрерывного шороха и частых диких воплей Амандина вела Люмиана и остальных через тропический лес, приближаясь к краю мира снов.</p><p>Внезапно Люмиан поднял правую руку и тихо произнёс:</p><p>«Стоп.»</p><p>Он принюхался и уловил запах крови.</p><p>Благодаря острому и тонкому обонянию «Жнеца», Люмиан распознал, что эта кровь принадлежала не охотящимся друг на друга зверям из джунглей — она была человеческой и богатой духовностью.</p><p>«Что произошло?» — Амандина вздрогнула, словно снова почувствовала то же, что и во время своего первого похода в эти джунгли вместе с Робертом.</p><p>Камю вскоре тоже заметил неладное. Он указал в сторону, откуда доносился запах крови:</p><p>«Там что-то не так.»</p><p>В том месте роились мошки и комары.</p><p>Хоть Люмиану и страстно хотелось поскорее добраться до чёрной гробницы, дабы не дать сработать оставленному «Сисо» замыслу, он отлично понимал: чем выше спешка, тем больше нужна осторожность. Следовало подмечать любые странности по пути, дабы случайно не угодить в чужую ловушку, не упустить важные сведения и не вступить в бой сгоряча.</p><p>Аврора когда-то говорила — а возможно, это утверждал сам император Рассел, — что поспешишь — горячим супом обожжёшься.</p><p>Люмиан не спеша пошёл к источнику запаха крови.</p><p>По мере приближения он уловил едкий запах и дух гниения, перебиваемый кровавым зловонием.</p><p>Первый исходил от умиротворяющего эфирного масла, использовавшегося для отпугивания комаров.</p><p>Обогнув ещё несколько деревьев, по которым ползали ядовитые насекомые, Люмиан увидел труп, лежащий навзничь на перегнойной почве.</p><p>Глаза трупа были широко распахнуты, чёрные волосы растрепаны, а лицо вымазано белой краской — это был не кто иной, как капитан Патрульной команды городка Тизамо Мэслоу!</p><p>Мэслоу, «исчезнувший» за спиной Люмиана в самом начале «Праздника снов», появился здесь, в джунглях — и уже в виде трупа!</p><p>«Мэслоу!» — подоспевшие Камю и Рия одновременно воскликнули от изумления.</p><p>Они даже не успели опечалиться.</p><p>Люмиан опустил взгляд, выясняя причину смерти Мэслоу.</p><p>В груди и животе капитана местной Патрульной команды зияли глубокие раны, словно от ударов копья, трёхгранного стилета или иного оружия, однако их края выглядели рваными.</p><p>Обильная кровь давным-давно вытекла на землю, привлекая тучи мошек, а на теле Мэслоу виднелись отчётливые следы гниения, из которых сочилась желтовато-зелёная жидкость, будто он умер два или три дня назад.</p><p>Осмотрев тело и изучив следы боя вокруг, Камю глухим голосом произнёс:</p><p>«Атака силами сферы Смерти…»</p><p>Сфера Смерти? В голове Люмиана внезапно возник образ холодного мужчины средних лет в лёгком сюртуке.</p><p>Замкапитана Патрульной команды порта Пайлос Реаса!</p><p>Он — Потусторонний средней Последовательности Пути «Смерти»!</p><p>А когда начался «Праздник снов», Реаса «исчез» вместе с Мэслоу.</p><p>Камю взглянул на Рию, на чьём лице застыла боль, и с колебанием произнёс:</p><p>«Они под действием „Праздника снов“ потеряли способность контролировать себя и напали друг на друга: один погиб, а другой сбежал?»</p><p>Это было предположение, лучше всего соответствовавшее обстоятельствам «Праздника снов».</p><p>Люмиан подумал о похожей картине, но озадаченно нахмурился и сказал:</p><p>«Почему они оказались в джунглях?»</p><p>По идее, разве они не должны были появиться там, где находились в реальности?</p><p>В реальности Реаса и Мэслоу уже вернулись со мной в городок Тизамо…</p><p>Их привлекло в джунгли что-то иное?</p><p>Реаса, единственный член Патрульной команды порта Пайлос, пришедший на помощь городку Тизамо, с самого начала знал, в чём тут проблема, и его настоящей целью была та чёрная гробница?</p><p>Люмиан задумчиво посмотрел на Камю и Рию и словно бы невзначай спросил:</p><p>«Мэслоу и Реаса были в хороших отношениях?»</p><p>«В очень хороших, — вздохнув, ответил Камю. — Капитан Реаса сам завербовал Мэслоу в Патрульную команду и взрастил его шаг за шагом.»</p><p>Люмиан больше ничего не сказал и обратился к Амандине и остальным:</p><p>«Идём дальше.»</p><p>Рия и Камю, не теряя времени, наломали веток, кое-как прикрыли тело Мэслоу и поспешно догнали отряд.</p><p>Пройдя ещё немного по тропинке в джунглях, Амандина вдруг замедлила шаг и приложила руку к виску.</p><p>«Что произошло?» — проницательно спросил Люмиан.</p><p>Амандина нахмурилась и ответила:</p><p>«У меня немного гудит голова, и появились какие-то галлюцинации.»</p><p>«Какие галлюцинации?» — Люмиан приподнял бровь.</p><p>Амандина и сама растерянно произнесла:</p><p>«Я увидела сцену из прошлого, когда коснулась того Чёрного монолита… нет, чёрной гробницы, и возникло такое чувство, будто я вернулась в тот день. Вы понимаете? Прошлое в виде галлюцинаций появилось в моей голове, перед глазами, у самых ушей.»</p><p>Люмиан немного подумал и, опередив Камю, сказал:</p><p>«Пройди ещё немного вперёд и проверь.»</p><p>Одни лишь галлюцинации не заставили Амандину задумываться об отступлении. Из испытательского интереса она прошла ещё несколько десятков метров вперёд по более-менее знакомой лесной тропе.</p><p>«Ну как?» — спросил идущий рядом с ней Люмиан.</p><p>Амандина подбирала слова:</p><p>«Галлюцинации стали чётче и явственнее.»</p><p>«Чем ближе к чёрной гробнице, тем сильнее галлюцинации?» — Люмиан сначала высказал предположение, а затем спросил: — «Когда Роберт приводил тебя сюда в прошлый раз, у него наблюдалось что-то подобное?»</p><p>«Нет, — очень уверенно ответила Амандина. — Он всю дорогу вёл себя совершенно нормально.»</p><p>«Возможно, ранее он подходил туда не один раз и уже привык к галлюцинациям», — предположил Камю.</p><p>«Кто знает…» — пробормотала Амандина и, посмотрев на Луи Бери, спросила: — «Что делать теперь?»</p><p>Одни лишь галлюцинации — проблема не столь уж большая… Люмиан немного поразмыслил и произнёс:</p><p>«Пройдём ещё вперёд, посмотрим.»</p><p>«Хорошо, — Амандина и сама не понимала, что означают эти галлюцинации, но, перевозмогая недомогание, сказала: — Осталось всего несколько минут, и мы дойдём до той древней гробницы.»</p><p>Она шагнула вперёд и продолжила путь.</p><p>Пока они шли, Амандина внезапно вытянула правую руку, упёрлась в ствол дерева и согнулась пополам.</p><p>Не дожидаясь расспросов Люмиана, она сама начала описывать изменения в галлюцинациях, произнося сбивчиво:</p><p>'Я видела… Я видела, что в прошлый раз, коснувшись гробницы, вовсе не… вовсе не сразу уснула! Я… я всё ещё бодрствовала!</p><p>«Я… я видела, перед нами кто-то появился!»</p></section><section><title><p>Глава 689 И иллюзия, и реальность</p></title><p>Глава 689 И иллюзия, и реальность</p><p>«Что за человек?» — Люмиан оживился.</p><p>Он не ожидал, что галлюцинации Амандины принесут неожиданную пользу.</p><p>«Не могу разглядеть, не могу разглядеть… Дело не в том, что он нечёткий, а в том, что я не могу разглядеть». Амандина снова выпрямилась, словно немного придя в себя.</p><p>Она задумчиво произнесла: 'Оказывается, дело не в том, что я дотронулась до того чёрного камня… нет, до Чёрной древней гробницы, заснула, а очнувшись, обнаружила у себя Потусторонние силы. Между этим произошло что-то ещё, просто раньше у меня совершенно не было воспоминаний, и я думала, что заснула.</p><p>«Виденные мною галлюцинации, возможно, исходят из самых глубин моего разума, из той части воспоминаний, что была забыта… Нет, не забыта, они просто спали, а теперь начали активизироваться и постепенно просыпаться…»</p><p>Амандина внимательно вгляделась в своё состояние, ища источник аномалии.</p><p>«Разум работает неплохо, настрой довольно хороший, сохраняет базовое хладнокровие…» — мысленно оценил Люмиан.</p><p>Такая Амандина казалась незнакомой и Камю.</p><p>В его воспоминаниях Амандина была не только красивой, но и жизнерадостной, оптимистичной, оживлённой — той девушкой, которая невольно заражает окружающих радостью, но из-за юного возраста всё же казалась наивной, незрелой и неопытной.</p><p>Кто же знал, что после встречи на «Празднике снов» она шаг за шагом начнёт проявлять неожиданную открытость, зрелость и спокойствие.</p><p>Амандина озадачилась:</p><p>'Почему Роберт никогда не упоминал об уснувших воспоминаниях и о том, что после прикосновения к гробнице я заснула не сразу? Священник Кали тоже говорил, что потерял сознание, а очнулся уже с Потусторонней силой?</p><p>«Количество раз, когда они участвовали в „Празднике снов“ в бодрствующем состоянии и подходили к Чёрной древней гробнице, заведомо больше, чем у меня…»</p><p>Люмиан понял, что именно хотела сказать Амандина:</p><p>Во-первых, почему священник Кали и Роберт, многократно посещавшие Чёрную древнюю гробницу, по-прежнему убеждены, что потеряли сознание на месте и очнулись уже с Потусторонними способностями, не испытывая галлюцинаций, подобных тем, что возникли у Амандины?</p><p>Во-вторых, Роберт смотрел, как Амандина касалась Чёрной древней гробницы, — неужели он не видел, рухнула ли она сразу на землю, погрузившись в сон?</p><p>Люмиан подумал несколько секунд и сказал:</p><p>«Возможно, тот человек, которого ты видела и который стоял перед тобой, заставил соответствующие воспоминания уснуть. А поскольку ты сама принадлежишь к Пути „Ночи“ и являешься „Кошмаром“, у тебя есть особенности, связанные со снами и сном. Чем ближе ты к Чёрной древней гробнице, тем выше вероятность того, что уснувшие воспоминания пробудятся и вызовут галлюцинации».</p><p>Амандина «хмыкнула», принимая предположение о своей особенности, и с уверенностью продолжила идти вперёд.</p><p>Спустя две минуты Люмиан внезапно снова поднял правую руку, сделал давящее движение вниз и пониженным голосом произнёс:</p><p>«Укрыться поблизости».</p><p>Он услышал тихие шаги.</p><p>Камю тут же отскочил в сторону, откатнувшись за пальму, а Рия в несколько быстрых шагов взобралась на другое дерево и спряталась в гуще ветвей и листьев.</p><p>Лугано бросил взгляд на джунгли, где неизвестно сколько таилось ядовитых насекомых и змей, непрестанно твердя себе: «Не бойся, не бойся, если укусят, сам себя вылечу».</p><p>Вскоре он сжался за кучей огромных ярких грибов.</p><p>У Амандины был опыт укрытия в подобных местах — именно так в своё время она увидела, как Теванако направляется к Чёрной древней гробнице.</p><p>С ловкостью и благодаря покрову ночи, полагаясь на своё духовное чутьё, она миновала заросли низкорослых растений и скрылась за исполинским деревом дальше.</p><p>Внезапно свисавшая с гигантского дерева толстая лиана ожила, метнулась к Амандине и распахнула окровавленную пасть.</p><p>Это был тёмно-зелёный питон!</p><p>Глаза Амандины резко зажмурились, а кулаки сжались.</p><p>Питон вслед за этим погрузился в глубокий сон, бессильно качнулся назад и, качнувшись ещё пару раз, наконец рухнул на землю.</p><p>Убедившись, что соратники спрятались, Люмиан мгновенно исчез, растворившись в обширных тенях ночи.</p><p>Спустя секунд пятнадцать-двадцать впереди мелькнула и пересекла путь человеческая фигура.</p><p>Находившаяся на высоте Рия сквозь просветы между листьями разглядела, что фигура облачена в очень замысловатый чёрный балахон с выраженной многослойностью, а на волосах нахлобучена пушистая чёрная шляпа, с края которой торчало слегка покачивающееся белое перо.</p><p>Пребывавший в состоянии теневого существа Люмиан тоже разглядел общие черты этой фигуры.</p><p>Его дух мгновенно натянулся, а в глубине души всплыло недоумение:</p><p>Разве это не Ивелиста Эггерс?</p><p>Как этот член «Фракции Воздержания» из Церкви «Шута» мог оказаться во сне и стать участником «Праздника снов»?</p><p>Люмиан за последние дни обошёл весь городок Тизамо, окрестные плантации и военный лагерь за городом, чётко зная всех недавно прибывших чужаков, — и среди них точно не было Ивелисты!</p><p>«Он прибыл сюда уже после начала 'Праздника снов»?</p><p>«М-м, он упоминал, что первоначально его заданием было расследование некоего дела в первобытных джунглях вокруг порта Пайлос, а затем он получил срочный приказ и разобрался со связным Сисо… Неужели то, что он расследовал, связано с Чёрной древней гробницей? 'Фракция Воздержания» относится к Пути «Пленника», а род Эггерсов — потомки бога Смерти. Вполне естественно, что Чёрная древняя гробница и ледяной труп внутри привлекли этого Эггерса из «Фракции Воздержания»…</p><p>«Ивелиста Эггерс столкнулся с „Праздником снов“, когда искал то первобытное племя в джунглях?»</p><p>Анализируя причины появления Ивелисты, Люмиан сквозь тени разглядывал выражение его лица.</p><p>Он увидел, как бледное лицо члена «Фракции Воздержания» исказилось несказанной свирепостью, а тёмно-карие глаза излучали звериную злобу, окрасившись в тусклом свете Алой Луны кровавым отливом.</p><p>«Хоть на него и не влияют проекции во снах, порождённые крайними эмоциями и желаниям, но находясь на „Празднике снов“, ему всё равно трудно контролировать себя и соблюдать воздержание…» — Люмиан ничуть этому не удивился.</p><p>Людвиг и Колобо были тому наглядным примером.</p><p>Учитывая текущее состояние Ивелисты, Люмиан не стал выходить из тени, терпеливо ожидая, пока тот покинет эту область, а звук шагов затихнет вдали.</p><p>«Судя по направлению, он тоже идёт к Чёрной древней гробнице…» — Люмиан вернулся в человеческую форму, встал на заросшую сорняками тропу и уставился в сторону, где скрылся силуэт Ивелисты.</p><p>Он поднял правую руку и с громким щелчком пальцев произнёс:</p><p>«Можно выходить».</p><p>Камю, Рия и Лугано один за другим покинули свои укрытия, причём первый нарочно сходил разбудить Амандину.</p><p>«Продолжаем?» — спросила Амандина, глядя на Люмиана.</p><p>Люмиан без колебаний ответил:</p><p>«Продолжаем».</p><p>На этот раз они продвигались ещё более осторожно, ежесекундно следя за обстановкой вокруг.</p><p>Спустя ещё три-четыре минуты Люмиан, готовый к встрече с Ивелистой и Реасой, следуя указаниям Амандины, прошёл сквозь просвет между несколькими исполинскими деревьями.</p><p>Его взору предстал чёрный, огромный, знакомый камень.</p><p>На первый взгляд это был монолит размером с дом, но при пристальном рассмотрении можно было заметить покрывавшие его узоры, ненормальные выпуклости и впадины, а также нитевидные щели, недоступные глазу обычного человека.</p><p>Это действительно был не просто камень.</p><p>Вокруг чёрного монолита из-под земли пробивались обрубки древесных корней, заполнившие пространство размером с площадь; они походили на вздувшиеся человеческие вены, но давно отмершие, высохшие и сжавшиеся.</p><p>В этот миг здесь было пусто, ни одной живой души.</p><p>«Ивелиста не пришёл сюда? И целью Реасы тоже было не это место? Они заблудились по пути? Или же сюда можно по-настоящему добраться только под руководством того, кто получил благословение древней гробницы или трупа?» — Люмиан с недоумением огляделся по сторонам.</p><p>Брови Амандины снова нахмурились, она невольно прижала ладони к вискам.</p><p>Она с некоторой болью произнесла:</p><p>'Т-та, та галлюцинация стала чётче, я, я вижу больше.</p><p>'Та фигура подошла ко мне, протянула руку, протянула руку и положила мне на макушку!</p><p>«Он, он носит странную шляпу…»</p><p>Камю, Рия и остальные не стали перебивать Амандину, проверяя, сможет ли она вспомнить больше или под давлением пробудить ещё больше спящих воспоминаний.</p><p>Амандина пробормотала себе под нос:</p><p>«Тогда, тогда мне именно так даровали Потустороннюю силу?»</p><p>Слушая слова Амандины, Люмиан одновременно пристально вглядывался в чёрный монолит, который, как утверждалось, был древней гробницей.</p><p>Он почувствовал нечто знакомое.</p><p>Будучи «Заговорщиком», Люмиан быстро отыскал источник этого чувства знакомости в своей памяти.</p><p>Вскоре он получил ответ.</p><p>Та Чёрная древняя гробница ощущалась им чем-то похожей на «Источник Самаритянки» — «Источник Самаритянки» до того, как тот окрасился в бледный цвет!</p><p>Действительно, нечто тесно связанное с доменом Смерти… Люмиан проверил остаточную ауру «Кровавого Императора» в своей правой руке, убедившись, что та не подверглась воздействию и не собирается пробудиться.</p><p>И как раз в этот момент вокруг воцарилась аномальная тишина.</p><p>Шорохи в джунглях, клич диких зверей, выстрелы и вопли, доносившиеся из городка Тизамо, — всё словно мигом исчезло, и глубокая ночь погрузилась в мёртвое безмолвие.</p><p>Амандина подняла голову и в ужасе закричала:</p><p>«Я вспомнила, я вспомнила! Когда я получила Потустороннюю силу, здесь тоже было так тихо, совершенно не так, как во время „Праздника снов“!»</p><p>В следующую секунду зрачки Амандины резко расширились:</p><p>«Он, он, та фигура, та фигура появилась!»</p><p>А? Рия, Камю и Лугано с тяжестью и растерянностью посмотрели в сторону Чёрной древней гробницы, не видя никакой фигуры и не замечая ничего аномального.</p><p>Голос Амандины мгновенно стал пронзительным:</p><p>'Вы не видите?</p><p>«Он, он идёт ко мне… идёт!»</p><p>На какое-то время Люмиан и остальные не могли понять: то ли галлюцинация Амандины стала обострённой почти до реальности, то ли действительно что-то произошло.</p><p>«Нет! Не подходи!»</p><p>Глядя на пустующее пространство перед собой, Амандина закричала с исказившимся от отчаяния лицом.</p><p>Вместе с этим криком Люмиан почувствовал, как вся область слегка задрожала, а всё вокруг стало размытым.</p><p>В этой размытости проступали сцены — словно разрозненные фрагменты снов.</p><p>Все эти сцены центрировались вокруг Чёрной древней гробницы, но подле неё стояли разные люди.</p><p>В одних сценах стоял Реаса в лёгком чёрном сюртуке, в других — Ивелиста в шляпе с пером, в иных — плечом к плечу приближались мужчина и женщина, а где-то гробницу окружали люди в чёрных балахонах,</p><p>Один из облачённых в чёрный балахон людей повернул голову и с улыбкой во всё лицо посмотрел на Люмиана.</p><p>У него была светло-коричневая кожа, а льняного цвета глаза отсвечивали мрачно-зелёным оттенком — это был не кто иной, как «Сисо» Теванако.</p></section><section><title><p>Глава 690 Оперение</p></title><p>Глава 690 Оперение</p><p>Лумиан приподнял бровь и посмотрел в ответ на «Сисо», ответив столь же лучезарной улыбкой.</p><p>Находясь в разных сценах, оба человека через размытую пустоту переглянулись, после чего каждый перевёл взгляд в другое место.</p><p>Реаса, Ивелиста и мужчина с женщиной, только сегодня вечером прибывшие в городок Тизамо, явно тоже увидели людей в других сценах. Они были весьма удивлены и ошеломлены этой непонятной и странной ситуацией, но при этом никак не могли повлиять друг на друга.</p><p>Те Стражи гробниц, что находились в одной сцене с «Сисо», словно молились, то ли не замечая изменений вокруг, то ли принимая их как должное.</p><p>Лумиан огляделся по сторонам и смутно понял, что за ситуация перед ним.</p><p>'Сколько бы реальным ни казалось это место, как бы его события ни отражались в той или иной степени на реальности, по своей сути это всё ещё сновидение, и под влиянием той древней чёрной гробницы или находящегося в ней хладного трупа эта область разделилась на множество фрагментов снов: с прибытием каждой новой группы людей возникает новый фрагмент…</p><p>'Если бы прибытие Амандины или меня не спровоцировало аномалию, находящиеся в разных фрагментах люди, скорее всего, не смогли бы взаимодействовать друг с другом — они не могли бы ни атаковать, ни видеть, ни слышать, ни замечать присутствие иных.</p><p>«Должно быть, именно поэтому с началом каждого 'Праздника снов» Стражи гробниц исчезают.</p><p>«Они не исчезают, а лишь оказываются в иных фрагментах снов, нежели участники 'Праздника снов».</p><p>'А судя по результатам прежнего медиумического сеанса, это некий способ спрятаться?</p><p>«Но ведь та древняя чёрная гробница ещё даже не открылась…»</p><p>Пока мысли Лумиана стремительно вращались, голос Амандины становился всё более пронзительным и полным ужаса:</p><p>'Он подошёл ко мне!</p><p>'Спасите меня!</p><p>«Спасите меня!»</p><p>Лумиан пристально смотрел на Амандину, которая отступала назад, пытаясь уклониться от невидимого существа, но никак не мог разглядеть силуэт, о котором она говорила.</p><p>За эти короткие десять с лишним секунд, прошедшие с момента, как Амандина испугалась, Лумиан последовательно применил способности «Духовное зрение», «Обнаружение слабостей» и «Наблюдение за удачей», однако не обнаружил абсолютно никаких аномалий.</p><p>Ему оставалось только достать «Очки Тайнозрения» и «Очи истины».</p><p>Лумиан опустил руку в «Вещмешок путешественника». Не понимая общей обстановки, он не знал, каким способом можно спасти доведённую до нервного срыва Амандину.</p><p>Едва его пальцы коснулись «Очков Тайнозрения», как Амандина внезапно замерла.</p><p>Спустя секунду она повернула голову к Лумиану и крайне растерянно произнесла:</p><p>'Он, он повернулся и ушёл.</p><p>«Он словно узнал меня…»</p><p>«Узнал тебя?» Лумиан посчитал необходимым проверить, в норме ли душевное состояние Амандины.</p><p>Амандина с совершенно сбитым с толку видом ответила:</p><p>«Да, он кивнул мне, а затем ушёл.»</p><p>Так вот почему с началом «Праздника снов», чтобы приблизиться к древней чёрной гробнице, обязательно требуется провожатый, получивший Благословение гробницы или того хладного трупа? Роберт и священник Кали в похожих сценах, должно быть, тоже сыграли подобную роль, просто они не принадлежали к Пути «Ночи», не имели связанных со сновидениями способностей и ничего не ощутили… Неужели и те люди в других фрагментах снов тоже получали Благословение древней чёрной гробницы или того хладного трупа? В сердце Лумиана что-то ёкнуло, и он спросил Амандину:</p><p>«Куда он ушёл? Куда делся этот силуэт?»</p><p>Взгляд Амандины переместился к краю сцены, в которой она находилась.</p><p>Её глаза понемногу расширялись. Всё ещё испытывая страх, но в то же время слегка взволнованно, она подняла ладонь и указала на фрагмент снов, где находились тот мужчина и женщина:</p><p>'Он пошёл туда.</p><p>«Он прошёл сквозь, он прошёл сквозь!»</p><p>Вслед за «пояснениями» Амандины Лумиан и остальные почувствовали, как та древняя чёрная гробница стала немного более плотной и весомой, а вся область задрожала ещё сильнее.</p><p>В то же время Лумиан обнаружил, что в области левой груди возникло знакомое чувство жжения, хотя у него над ухом и не раздался бред, звучащий будто из бесконечной дали и одновременно совсем рядом.</p><p>Его голова на мгновение помутилась. Он увидел огромный водянисто-голубой водоворот, увидел окутанную серым туманом тусклую деревню, увидел там многочисленные фигуры.</p><p>Там был верующий в Судьбу Пастырь Пьер Бери, была подруга Лумиана Азема Лицие — все они воздели бледные руки, словно беззвучно крича.</p><p>Лумиан также увидел свой двухэтажный дом полуподземного типа, увидел Аврору, которая сидела на оранжево-красной крыше, обняв колени.</p><p>Лумиан больше не сопротивлялся возникновению галлюцинаций.</p><p>Он и сам приблизительно понял, в чём дело:</p><p>По мере того как тот силуэт входил в иной фрагмент снов, мутация древней чёрной гробницы становилась всё сильнее, и, содержа в себе силу сферы смерти, она на расстоянии «пробудила» жителей деревни Корду в печати.</p><p>Эти деревенские жители уже были мертвецами, от которых остались лишь осколки душ, и, естественно, подпали под влияние силы сферы смерти.</p><p>Такое осознание вновь заставило Лумиана ощутить давным-давно не испытываемые боль, печаль и горечь.</p><p>Он «смотрел» на Аврору с её густыми длинными золотистыми волосами, светло-голубыми глазами и в лёгком синем платье, не пытаясь противостоять невидимой силе смерти.</p><p>«Он подошёл к той женщине.» Амандина с чувством ответственности продолжила объяснять.</p><p>К той женщине? Камю, Рия и Лугано перевели взгляды на соответствующий фрагмент снов.</p><p>Дама в светлом длинном платье, только сегодня вечером прибывшая в городок Тизамо, не слышала, что говорила Амандина, а лишь знала, что люди из Патрульной команды смотрят на неё.</p><p>Её духовное чутьё подсказало недоброе предчувствие, и она поспешно повернула голову, спросив спутника:</p><p>«Девахо, ты чувствуешь какую-нибудь злобу?»</p><p>Мужчина в тёмно-сером костюме, которого назвали Девахо, медленно покачал головой:</p><p>«Нет.»</p><p>Во фрагменте снов, где находились Лумиан и остальные, Амандина на повышенных тонах снова «поведала»:</p><p>'Он, тот силуэт, протянул руку!</p><p>«Его рука легла, легла на голову той женщины!»</p><p>Едва Амандина закончила фразу, Девахо увидел, как его спутница, дама в светлом длинном платье, внезапно упала на колени, опустившись на оба колена. Её лицо застыло, а щеки стали необычайно бледными.</p><p>У-у-у!</p><p>Во всех фрагментах снов «у-у-у» завыл леденящий, мрачный ветер.</p><p>Лумиан «увидел», как Аврора на оранжево-красной крыше поднялась и с туманным выражением лица посмотрела ввысь, словно что-то почувствовав.</p><p>Она открыла рот и почти инстинктивно произнесла некую фразу.</p><p>Лумиан не знал этого языка, но прежде слышал нечто подобное.</p><p>Это был язык, которым пользовался «Призрачный доспех» Чэнь Ту, язык, к которому принадлежали одно-два слова, иногда срывавшихся с уст Франки!</p><p>Хотя он и не понимал слов, но, вероятно, из-за духовной связи между ними Лумиан всё же смутно осознал, о чём говорит сестра.</p><p>Она шептала про себя одну фразу:</p><p>«Бессмертный гладит мне темя, заплетает волосы, даруя долголетие.»</p><p>Во фрагменте снов, где находился Девахо, у дамы в светлом длинном платье, непроизвольно опустившейся на колени, слетела шляпка.</p><p>На её шее, на тыльной стороне ладоней, на поверхности лица поры одна за другой раскрывались, и из них вырастали белые перья, перемазанные светло-жёлтыми пятнами.</p><p>Девахо с мрачным выражением лица наблюдал за этой сценой. Он не пытался прервать мутацию спутницы, а наоборот, отступил на несколько шагов.</p><p>Он не понимал, что происходит, и хотя ещё не почувствовал направленной на себя злобы, всё же осмотрительно увеличил дистанцию с аномальной дамой.</p><p>Лазурные глаза дамы в светлом длинном платье утратили фокусировку, выглядя необычайно растерянными и лишёнными жизни.</p><p>Всего за пару мгновенний, пока она моргнула несколько раз, белые перья, перемазанные светло-жёлтым жиром, словно обретя собственное сознание и жизнь, безумно хлынули из щелей в ткани длинного платья, из-под каждой пряди волос.</p><p>Вскоре дама в светлом длинном платье оказалась полностью окутана белыми перьями, измазанными светло-жёлтым жиром.</p><p>Её тело стало совсем лёгким и постепенно воспарило, становясь всё более иллюзорным.</p><p>Её лазурные глаза уставились на Девахо, и она выкрикнула пустым, но изнемогающим от возбуждения голосом:</p><p>«Я стала богом! Я обрела бессмертие!»</p><p>Этот сплошь покрытый белыми перьями монстр кружил над древней чёрной гробницей, непрестанно выкрикивая:</p><p>«Я стала богом! Я обрела бессмертие!»</p><p>В другом фрагменте снов Лумиан услышал, как Аврора изменила свои слова.</p><p>Она с неким страхом на лице прошептала:</p><p>«Оперение и становление бессмертным……»</p><p>В следующую секунду иллюзорный монстр, сплошь покрытый белыми перьями и уже утративший первоначальный облик, устремился вниз, к древней чёрной гробнице в своём фрагменте снов.</p><p>Она прошла сквозь каменную стену склепа и исчезла внутри.</p><p>Внезапно леденящий, мрачный ветер, поднявшийся ранее, стих и замер.</p><p>Древняя чёрная гробница вслед за этим ощутимо задрожала, и дверь склепа, очерченная тончайшими, как волосы, щелями, издала тяжёлый скрежет, словно кто-то изнутри пытался её вытолкнуть.</p><p>Аврора «перед глазами» Лумиана и деревня Корду «вокруг» стали тускнеть, будто стёртые ластиком.</p><p>Лумиан бросил взгляд на медленно отворяющуюся наружу дверь склепа и повернул голову к «Сисо» Теванако в другом фрагменте снов.</p><p>Эта проекция во сне ничуть не удивилась недавней мутации и не проявила никакого страха; напротив, всегда хранившие тишину Стражи гробниц вокруг него один за другим поднялись на ноги.</p><p>Плеск… Под иллюзорный звук воды дверь склепа древней чёрной гробницы полностью распахнулась.</p><p>Вместе с этим изменением все выступавшие из неясности фрагменты снов словно поддались невидимому притяжению и слились воедино.</p><p>Девахо, Реаса, Ивелиста, «Сисо» Теванако и Стражи гробниц одновременно появились перед древней чёрной гробницей, неподалёку от Лумиана и остальных.</p><p>«Сисо» Теванако рассмеялся, словно заранее предвидел, что кто-то из чужаков обретёт «оперение» и станет «богом», предвидел, что врата древней гробницы откроются именно в этот миг.</p><p>Он достал из-под чёрной мантии золотую маску.</p><p>Эта маска будто была отлита из чистого золота, а вокруг глаз и на лице были нанесены белые и чёрные краски, отчего она выглядела весьма странно.</p><p>Теванако надел эту золотую маску на лицо и затем, в отличие от остальных Стражей гробниц, устремившихся прочь, бросился к древней чёрной гробнице, к распахнутой двери склепа.</p><p>Тук! Тук! Тук!</p><p>Лумиан услышал чёткий звук биения сердца.</p><p>Он доносился изнутри древней чёрной гробницы.</p></section><section><title><p>Глава 691 Собственные приготовления</p></title><p>Глава 691 Собственные приготовления</p><p>Люмиан услышал стук сердца, и одновременно с этим из распахнутых дверей чёрной древней гробницы высунулась ладонь.</p><p>Эта ладонь не выглядела сгнившей до костей и не была обмотана пожелтевшими бинтами; её поверхность покрывало золото, мерцавшее таинственным блеском в тусклом свете Алой Луны.</p><p>Едва увидав эту золотую ладонь, Люмиан почувствовал, как его душа сжалась внутрь под действием невидимой силы, мгновенно утратив связь с телом.</p><p>Сразу за этим он обнаружил, что его тело словно превратилось в холодную, прочную стену, не позволяя духовности вырваться наружу и более не подчиняясь его собственному сознанию.</p><p>В этот миг душа Люмиана точно оказалась заперта в клетке, из которой никак не могла вырваться, способная лишь через глаза видеть ограниченные картины да с помощью ушей слышать наиболее громкие звуки.</p><p>Все присутствующие превратились в изваяния, застыв на месте без малейшего движения.</p><p>Столкнувшись с подобным, Люмиан внезапно вспомнил одну фразу:</p><p>Тело — клетка для разума, мир — клетка для тела.</p><p>В этой замершей сцене единственным человеком, который всё ещё двигался, был «Сисо» Тванако.</p><p>Золотая маска на его лице засияла тусклым мерцанием, и он стремительно приближался к чёрной древней гробнице, приближался к высунувшейся из склепа покрытой золотом ладони.</p><p>Хотя Люмиан в этот момент не мог двигаться и не мог использовать способности, его душа была лишь «заточена», что не мешало ему размышлять.</p><p>Видя, что «Сисо» Тванако практически не испытывает на себе влияния золотой ладони, Люмиан быстро осознал множество вещей:</p><p>'«Сисо» с высокой вероятностью целиком пустил то золото, что добыл в золотоносном городе Девисе, на холодный труп внутри чёрной древней гробницы.</p><p>'Предмет, полученный им от Демона из семейства Нос, скорее всего, и есть та самая золотая маска, что сейчас надета на его лице.</p><p>«Первое предназначалось для того, чтобы в какой-то мере оживить холодный труп — эквивалент тому, что Франка называла воссозданием золотого тела, а второе гарантировало, что 'Сисо» после «воскрешения» холодного трупа сможет без помех приблизиться к цели и добиться некоей задумки?</p><p>'«Сисо» когда-то рассчитывал таким образом подчинить себе этот холодный труп, обретя силу уровня Полубога?</p><p>«А когда в реальном мире он был убит мной, обитавший во сне решил использовать это для своего 'воскрешения»?</p><p>«Хм, сила 'Злого Духа» «Сисо» имеет общий источник с этим холодным трупом, и не исключено, что у него действительно есть способ заставить труп считать его своей исконной душой и тем самым принять его лидерство…</p><p>«Судя по ранее полученным сведениям и только что произошедшему, люди, принявшие Благословение чёрной древней гробницы и холодного трупа, способны открыть склеп, не тревожа труп; но чтобы разбудить труп, необходимо, чтобы некая невидимая фигура даровала незваному гостю 'долголетие», после чего тот прошёл через оперение, стал божеством и вошёл в древнюю гробницу.</p><p>'Причем незваный гость подвергается нападению невидимой фигуры лишь тогда, когда его не сопровождает Одарённый Праздника снов…</p><p>'И незваному гостю лучше всего при этом сохранять ясность ума?</p><p>«Откуда 'Сисо» знал, что в этом году чужаки примут участие в «Празднике снов» и доберутся до области чёрной древней гробницы?</p><p>«Изначально у него не было такого плана? Ведь тогда он не знал, что погибнет, а если в этом году на 'Празднике снов» не удастся осуществить задуманное, его проекция во сне в последующие несколько месяцев окончательно рассеется, лишив его последней надежды на воскрешение…</p><p>'Участие чужаков стало для него приятным сюрпризом?</p><p>«Нет, это слишком совпадение: про Реасу ещё можно сказать, что он обнаружил мои изыскания относительно 'Праздника снов» и, опасаясь, что после этого года у него больше не будет шанса заполучить желаемое, специально приспешил сюда, но почему Ивелиста именно в этот период отправился в эти первобытные джунгли расследовать некое дело, и почему ещё двое Потусторонних, способных сохранять бодрствование в особом мире снов, прибыли ровно перед началом «Праздника снов»?</p><p>«Кроме того, почему 'Школа Розы» именно в последние месяцы этого года отправила людей в штат Матани для сбора всевозможных подробных бытовых сведений?</p><p>'«Сисо» Тванако с самого начала намеревался завершить свой план на «Празднике снов» в этом году и намеренно выбросил наружу некоторую информацию и зацепки, чтобы привлечь разрозненные заинтересованные силы?</p><p>'Сведения, полученные этими силами, были недостаточно подробными, так что им пришлось заранее направить людей для проведения расследования или подкупа членов Патрульной команды штата Матани…</p><p>«Весьма вероятно, именно такова правда, не зависящая от совпадений; единственное, чего 'Сисо» не предвидел, — это то, что он умрёт ещё до начала «Праздника снов».</p><p>«Теперь 'Праздник снов» стал его последней и единственной надеждой на воскрешение.</p><p>'Если ему не удастся выполнить намеченный план, по прошествии сегодняшнего дня он окончательно сгинет!</p><p>'Неудивительно, что во сне он рассказывал обо всём подряд, но умалчивал о делах городка Тизамо…</p><p>'«Сисо» и впрямь хитрый Демон, искусный в манипулировании людскими сердцами. Не будь он одержим желанием убить меня, и не давай ему статус удобную возможность остаться в порту Пайлос, расправиться с ним было бы ох как непросто; хм, если бы я действовал строго по правилам и не пользовался благосклонностью некоторых высокопоставленных сущностей, то, вполне возможно, уже сгинул бы от его руки.</p><p>«Тот Демон из семейства Нос точно так же метит на холодный труп внутри чёрного склепа и точно так же желает воспользоваться 'Праздником снов», вот почему едва «Сисо» произнёс во сне слово «Праздник снов», как тут же подвергся нападению «тени»…</p><p>'Кто из присутствующих здесь людей является приспешником того Демона?</p><p>'Или же люди Демона из семейства Нос ещё не прибыли и рассчитывают выждать до конца, пока ситуация не прояснится, чтобы затем вступить в игру и собрать урожай?</p><p>«Обладая одной лишь проекцией во сне, без содействия оригинала, план „Сисо“ должен содержать крупную уязвимость; где же эта уязвимость?»</p><p>Заточенный в собственном теле Люмиан не мог помешать «Сисо», беспомощно наблюдая, как тот подбегает к распахнутым дверям чёрной древней гробницы.</p><p>'Это…</p><p>«Раз уж чёрная древняя гробница вызывает у меня ощущение, схожее с „Источником Самаритянки“, то можно опробовать тот способ…»</p><p>Люмиан перешёл от мысли к делу и без малейших колебаний сосредоточил сознание на правой руке своего духовного тела.</p><p>Остаточная аура Алисты Тюдор осквернила отнюдь не только плоть!</p><p>А этот «Кровавый Император» имел теснейшую связь с «Источником Самаритянки»!</p><p>Носящий золотую маску «Сисо», чьё тело подневольно истончалось до призрачности, как раз собирался схватить вытянувшуюся из чёрной древней гробницы руку трупа, как вдруг ощутил, что за его спиной возникла невероятно жуткая, предельно безумная и чрезвычайно жестокая аура, которая подобно взрыву устремилась прямо в небо, сметая всё вокруг.</p><p>Свет Алой Луны сделался ещё более тусклым; тело «Сисо» Тванако инстинктивно застыло и забилось в мелкой дрожи.</p><p>Всплеск!</p><p>Внутри чёрной древней гробницы раздался иллюзорный шум водного потока, и покрытая золотом ладонь, точно её уволакивала некая сила, оказалась насильно затянута обратно в склеп.</p><p>Ощущение заточённости души в теле у остальных присутствующих тут же рассеялось, и Люмиан поспешно прервал распространение ауры «Кровавого Императора».</p><p>Амандина, Камю, Девахо и остальные хотя только что инстинктивно почувствовали страх, из-за того что их духи были заперты в телах, а угол зрения зафиксирован, не имели возможности обнаружить, откуда и из какого источника исходит эта покоряющая всё аура.</p><p>Не имея времени искать источник жуткой ауры, Ивелиста со свирепым взглядом, следуя самому инстинктивному желанию, достал предмет из потайного кармана одежды.</p><p>Это была тряпичная кукла размером с ладонь; на ней было чёрное готическое платье, обвитое мрачными плетистыми растениями, у неё были длинные золотистые волосы и алые, точно кровь, глаза.</p><p>Эта кукла была невероятно зловещей, и от одного лишь взгляда на неё у Люмиана возникло ощущение, будто плоть под его кожей зачесалась.</p><p>Тук! Тук! Тук!</p><p>Стук сердца внутри чёрной древней гробницы внезапно сделался частым и громким.</p><p>Находившийся у самых дверей гробницы «Сисо» Тванако похолодел всем телом, словно его в упор разглядывало некое злобное существо.</p><p>Он инстинктивно вспомнил об одном событии:</p><p>Много лет назад Стражи гробниц нашли вблизи чёрной древней гробницы полузасохшее зловещее сердце.</p><p>Стражи гробниц посчитали, что его из-за некоей мутации утратил древний труп внутри склепа — в конце концов, свойства силы совпадали, да и Статус казался примерно таким же, — а потому снова поместили то сердце внутрь склепа.</p><p>И только что то давно умершее сердце начало биться, а теперь его удары становились всё более мощными и частыми!</p><p>Неподалёку от Ивелисты Реаса тоже пришёл в движение.</p><p>Он достал маску.</p><p>Эта маска тоже была сделана из золота и очень походила на ту, что носил на лице «Сисо»: вокруг глаз и на щеках имелся грим из белых и чёрных красок!</p><p>Разница между двумя золотыми масками заключалась лишь в том, что маска в руках Реасы обладала более тёмным оттенком, словно подверглась разъеданию смертью.</p><p>Затем Реаса извлёк ещё один предмет — человеческий череп, словно вырезанный из хрусталя.</p><p>Он надел ту тёмную золотую маску на лицо хрустального черепа.</p><p>Завыл промозглый, леденящий ветер, закружившись в огромный водоворот и подняв в воздух хрустальный череп в золотой маске, отчего тот будто обрёл невидимое тело, сотворённое из ветра.</p><p>Лютый холод и пронизывающая стужа устремились во все стороны, из-за чего земля покрылась слоем инея.</p><p>Мужчина по имени Девахо протянул руку к затылку и запустил пальцы в волосы, нащупав что-то.</p><p>Он резко рванул, содрав с себя кожу вместе с тёмно-серым костюмом.</p><p>Девахо принял совершенно иной облик: чёрные волосы, карие глаза, холодное выражение лица, высокие скулы, на вид тридцати-сорока лет, одет в белую рубашку и чёрные брюки.</p><p>Он вывернул человеческую кожу наизнанку, открывая взору густую, доводящую до головокружения вышивку из свежей крови.</p><p>Девахо раскрыл рот и исторг внутрь человеческой кожи обильные сгустки крови, от которой разило резким запахом серы.</p><p>Эта кровь мигом раздула человеческую кожу, сформировав зеленоглазого мужчину в тёмно-сером костюме.</p><p>Этот «мужчина» с насмешливой ухмылкой направился к чёрной древней гробнице.</p><p>Люмиан быстро оглядел всё вокруг, и его веки троекратно подёрнулись.</p><p>Он не удержался от мысленного ворчания:</p><p>'У вас у всех есть силы Божественного уровня, которыми можно воспользоваться, а? Пусть даже, похоже, и одноразовые…</p><p>«Решили отыграться на мне из-за того, что у меня таких нет, так что ли?»</p><p>Сколько бы Люмиан ни ворчал про себя, его губы быстро произнесли на языке Древнего Гермеса строки Почетного имени.</p><p>Это было Почетное имя госпожи «Фокусник».</p><p>Однако это не смогло проникнуть сквозь этот особый, сокрытый мир снов.</p><p>Люмиан не пал духом, ведь его целью являлась вовсе не та чёрная древняя гробница и не тот холодный труп с его бьющимся сердцем.</p><p>Выяснив местонахождение толики золота «Сисо», сейчас он желал лишь одного:</p><p>Уничтожить проекцию «Сисо» во сне, забрать золотую маску и заставить его сгинуть окончательно!</p></section><section><title><p>Глава 692 Точность</p></title><p>Глава 692 Точность</p><p>Хотя цель Люмиана была ясна, он не стал сразу атаковать проекцию во сне «Сисо», поскольку тот всё ещё находился возле чёрной гробницы, под пристальным взором трёх предметов с божественной силой. Если бы Люмиан «телепортировался» туда, то с высокой вероятностью сам стал бы мишенью наряду с ним.</p><p>Эти три предмета ещё не достигали того уровня, когда на них нельзя было смотреть, и, судя по всему, могли использоваться или действовать лишь несколько минут, но каждый из них проявлял определённые человекоподобные черты, словно был способен самостоятельно мыслить и принимать решения. Оказаться у них на прицеле было равносильно столкновению с ослабленным полубогом Последовательности 4.</p><p>В подобной ситуации Люмиан, разумеется, не собирался добровольно устремляться в самый центр водоворота и делить опасность с «Сисо» Тванако. Он даже находил, что если того убьют чужаки, которых он сам же и привёл, это станет глубоко символичным событием, исполненным духа судьбы и достойным празднования. К тому же он уже однажды убил «Сисо» и не цеплялся за необходимость лично уничтожить его надежду на воскрешение; если кто-то «сделает работу за него», это лишь сбережёт его духовную силу.</p><p>Глядя на распахнутые двери чёрного склепа, Люмиан отступил на несколько шагов к краю этой области и чрезвычайно быстро проговорил Амандине, Камю, Рие и Лугано:</p><p>«Отступайте к самому краю!»</p><p>Услышав этот приказ, Лугано просиял от радости и первым развернулся, бросившись прочь во весь опор.</p><p>Рия подняла охотничий лук и, целясь то влево, то вправо, медленно отступала, готовая в любой момент отразить нападение; Камю действовал похожим образом, только в руках у него был особый револьвер.</p><p>Амандина бросила взгляд на жуткую тряпичную куклу, хрустальный череп в золотой маске и зеленоглазого мужчину, раздутого из человеческой кожи, и почувствовала, как у неё закружилась голова, а усталость накатила с такой силой, будто она вот-вот потеряет контроль над собственным телом.</p><p>Она мгновенно осознала, что ко всему этому ей лучше даже не прикасаться, да и происходящее возле чёрной гробницы — совсем не то, во что она способна вмешаться.</p><p>Она поспешно повернулась спиной к чёрной гробнице и собралась было устремиться вслед за Лугано к краю этой области.</p><p>В этот момент Люмиан, надевший серовато-белую брошь в форме молнии, краем глаза заметил суматошно отступающих стражей гробниц и задумчиво спросил Амандину:</p><p>«А где та фигура?»</p><p>Амандина на бегу, подстраиваясь под ритм дыхания, ответила:</p><p>'Не знаю!</p><p>«Исчезла!»</p><p>Едва она договорила, как иллюзорный шум воды, эхом отдававшийся в чёрном склепе, резко смолк.</p><p>Тряпичная кукла размером с ладонь, облачённая в зловещее готическое платье, внезапно взмыла в воздух, выскользнув из ладони Ивелисты.</p><p>Повиснув в воздухе, она отразила в своих алых, будто налитых кровью глазах силуэт «Сисо» Тванако.</p><p>Тванако, собиравшийся было протянуть руку внутрь чёрной гробницы, вдруг почувствовал, как золотая маска на его лице ожила: сначала она сдавила череп изнутри, словно намереваясь раздробить его, а затем потянулась наружу, пытаясь силой сорваться прочь.</p><p>«Сисо» подсознательно попытался протянуть правую руку, чтобы прижать золотую маску обратно, но обнаружил, что рукав мёртвой хваткой обвил его руку, лишая возможности двигаться и практически связав её.</p><p>Вспомнив о судьбе тех, кто не обладал божественностью и лишался золотой маски у входа в склеп, Тванако не колебался: его тело полностью утратило материальность, превратившись в «Мстительного духа».</p><p>Затем он исчез перед чёрной гробницей и возник в зрачке одного из стражей гробниц, уже сняв ту золотую маску.</p><p>Поскольку его основное тело погибло слишком рано и он не успел вовремя привести «помощников», «Сисо» пришлось изменить план и дождаться, пока три фракции, жаждущие холодного трупа внутри чёрной гробницы, сначала сцепятся между собой.</p><p>Когда вода станет достаточно мутной, а силы соответствующих предметов изрядно истощатся, он снова вступит в игру, чтобы побороться за труп.</p><p>С временным отступлением «Сисо» пространство перед чёрной гробницей опустело.</p><p>Едва кукла размером с ладонь собралась устремиться туда, как хрустальный череп в золотой маске, окружённый гигантским вихревым телом из мрачного ветра, под углом взмыл вверх.</p><p>В его глазницах вспыхнуло бледное пламя, в самом центре которого таилась капля тьмы.</p><p>Подчиняясь этому импульсу, из стен чёрной гробницы просочились иллюзорные, тёмно-чёрные потоки воды, сформировавшие перекрывшую вход мёртвую реку.</p><p>Эта река на вид казалась не шире ручья, однако у Ивелисты, Девахо, Реасы и остальных вызывала ощущение невероятной широты и бескрайности.</p><p>Их тела постепенно остывали, а жизнь утекала всё быстрее и невозвратнее.</p><p>Зловещая тряпичная кукла в чёрном готическом платье замерла в воздухе, не пытаясь перелететь через мёртвую реку сверху.</p><p>Хрустальный череп в золотой маске опустился вниз, погрузившись в реку.</p><p>Ветряной вихрь, составлявший его гигантское тело, с воем расширился и словно превратился в невидимый паром, уверенно закачавшийся на поверхности мёртвой реки.</p><p>Хрустальный череп в золотой маске, управляя этим «паромом», двинулся против течения, шаг за шагом приближаясь к открытым дверям чёрного склепа.</p><p>Зеленоглазый мужчина в тёмно-сером сюртуке, состоявший исключительно из человеческой кожи и крови, находился позади всех и видел эту сцену.</p><p>Усмехнувшись, он приоткрыл рот и стал быстро шевелить губами, будто беззвучно шепча про себя.</p><p>Практически одновременно с этим хрустальный череп на невидимом «пароме» издал треск.</p><p>Бледное пламя в его глазницах забилось в судорогах, прозрачный череп покрылся мелкими трещинками, и с него посыпалась едва заметная глазу пыль.</p><p>Сам «паром» то раздувался, то сжимался, теряя устойчивость, и продвигался по мёртвой реке всё медленнее и медленнее.</p><p>Люмиан не стал следить за борьбой перед чёрной гробницей; лишь скользнув по ней взглядом, он заставил яркое ослепительно-белое пламя охватить всё своё тело.</p><p>Свист!</p><p>Превратившись в огненное копьё, он преодолел расстояние в двадцать-тридцать метров и устремился к тому стражу гробницы, чьё тело захватил «Сисо» Тванако.</p><p>«Сисо» поднял голову, открывая светло-каштановое лицо с чертами, полными дикой красоты.</p><p>Рия!</p><p>Стражем гробницы, чьё тело захватил «Сисо», была проекция во сне Рии!</p><p>Встречая стремительно увеличивающееся в поле зрения ослепительно-белое огненное копьё, чья точка белого света мгновенно превратилась в пылающий наконечник, «Сисо» не стал уклоняться, приняв вид человека, отдающегося на волю атаки Люмиана.</p><p>Ослепительно-белое огненное копьё летело с бешеной скоростью; он не успевал вскинуть охотничий лук, прицелиться и выстрелить, а лишь слегка согнул руку.</p><p>Он ощутил обжигающую боль и почувствовал, что вот-вот окажется пробит насквозь вместе с телом и душой.</p><p>«Сисо» не испытал страха — напротив, он рассмеялся.</p><p>Ослепительно-белое огненное копьё пронеслось над его плечом и вонзилось позади него, так и не задев его.</p><p>Когда всполохи пламени рассеялись, показался силуэт Люмиана.</p><p>А «Сисо», отражавшийся в глазах проекции во сне Рии, бесследно исчез.</p><p>Проекция во сне Рии резко повернулась и с холодным, полным ненависти лицом вскинула охотничий лук, целясь в Люмиана и натягивая тетиву.</p><p>Будучи проекцией во сне, порождённой крайними желаниям и эмоциями, она не могла контролировать себя.</p><p>«Хм!»</p><p>Из ноздрей Люмиана вырвались два белых луча, и прежде чем проекция во сне Рии успела выпустить окутанную электрическими вспышками стрелу, они заставили её закрыть глаза и потерять сознание, после чего она с глухим стуком рухнула на землю.</p><p>На самом краю этой области только что добравшаяся туда Рия вздрогнула всем телом.</p><p>В обоих её глазах отразился облачённый в чёрную мантию «Сисо» Тванако.</p><p>Разница в силе их душ была огромной, поэтому «Сисо» с лёгкостью завершил овладение и взял под контроль тело Рии.</p><p>Пользуясь тем, что Камю, Амандина и Лугано ещё не заметили странностей в Рие, он изменил направление охотничьего лука в её руках и нацелился на Камю.</p><p>З-з-з, наконечник стрелы обвило яркое электрическое сияние.</p><p>Едва лук Рии нацелился на Камю, как тот сразу почувствовал неладное в её состоянии и заметил ненормальность её поведения.</p><p>Будучи членом патрульной команды с весьма богатым боевым опытом, Камю без колебаний уставился на Рию, и в его глазах вспыхнули две ослепительные молнии.</p><p>В то же время «Сисо», заранее всё предвидевший, покинул тело Рии и перескочил в прекрасные лазурные глаза Амандины.</p><p>Две ослепительные молнии вырвались из глаз Камю и вонзились в голову Рии.</p><p>Глаза Рии мгновенно вылезли из орбит, рот раскрылся, а тело качнулось назад, словно она получила тяжелейший удар, но не могла выдать ни звука от боли.</p><p>«Ментальный прокол»!</p><p>«Ментальный прокол» Камю поразил её до того, как стрела сорвалась с тетивы, заставив её ощутить боль из самых глубин души и замереть на месте с абсолютно пустой головой.</p><p>Пшик, стрела, обвитая ярким электричеством, криво улетела в сторону, не попав в Камю и со значительным отклонением приземлилась неподалёку.</p><p>У Амандины, в лазурных глазах которой отражался силуэт «Сисо» Тванако, тело полностью остыло, а внутри разлился густой мертвенный холод, отчего её душа будто замерзла, лишив её возможности управлять руками и ногами.</p><p>Позади неё быстро вырисовался силуэт Люмиана.</p><p>«Ха!»</p><p>Люмиан раскрыл рот и решительно выдохнул светло-жёлтый сгусток света.</p><p>Однако «Сисо» вовсе не намеревался задерживаться и вновь сменил позицию посредством «Зеркального прыжка».</p><p>Бух!</p><p>Амандина без сознания повалилась на землю.</p><p>По сравнению со священником Кали, «Сисо» явно был куда более искусен в бою, обладая богатым опытом и выдающимся талантом.</p><p>На этот раз «Сисо» появился в капле воды на поверхности листочка в десятке метров от них; выскочив оттуда, он взглянул на Люмиана и остальных и с улыбкой раскрыл рот.</p><p>Он намеревался применить «Вопль мстительного духа», чтобы нанести урон по площади Люмиану Ли и его спутникам, выведя часть из них из строя, а оставшихся ненадолго лишив возможности действовать.</p><p>Увидев это, Люмиан не стал «телепортироваться» за пределы зоны поражения «Вопля мстительного духа», а выставил обе ладони вперёд.</p><p>Сформировался огромный ослепительно-белый огненный шар размером с чёрный склеп.</p><p>«А-а-а!»</p><p>Одновременно с тем, как раздался пронзительный визг, исполненный боли, тот огромный ослепительно-белый огненный шар устремился вперёд.</p><p>«Сисо» с ухмылкой исчез с дерева, перескочив в зрачки Камю, у которого из глаз, ноздрей и ушей уже текла кровь.</p><p>В этот самый момент тот огромный ослепительно-белый огненный шар распался на несколько десятков.</p><p>И вместе с этим изменением на груди Люмиана, подвергшегося удару «Вопля мстительного духа», чей взгляд помутнел, а в ушах зазвенело, серовато-белая брошь «Гнев моря» извергла бесчисленные яркие серебристо-белые молнии.</p><p>Эти молнии обвились вокруг ослепительно-белых огненных шаров и следом разделились на несколько десятков потоков, плотно накрыв собой всю эту область.</p><p>Грохот!</p><p>В непрерывном гуле взрывов Рию, Лугано, Амандину и Камю подбросило взрывной волной; они получили ожоги и попали под удар сплошной сети трещащих молний.</p><p>Камю полностью парализовало, его взгляд потерял фокус, а вселившийся в него «Сисо» точно так же получил удар током и, находясь в состоянии «Мстительного духа», получил тяжелейшие повреждения, не сумев выполнить новый «Зеркальный прыжок».</p><p>Люмиан пришёл в себя после удара «Вопля мстительного духа» и, глядя на проступившего на поверхности тела Камю «Сисо», расплылся в оскале.</p><p>Он использовал «Точность».</p><p>Цель заключалась в том, чтобы нанести неизбирательный удар по каждой цели в зоне поражения, причём так, чтобы ущерб оставался в приемлемых пределах.</p><p>И когда он совершал атаку, без всякой необходимости сознательно управлять процессом, «Гнев моря» сам добавлял эффект удара током ко всем его атакам и ко всем огненным шарам!</p></section><section><title><p>Глава 693 Опус смерти</p></title><p>Глава 693 Опус смерти</p><p>Превозмогая мучительную боль в душе и гул в барабанных перепонках, Лумиан активировал чёрную метку на правом плече.</p><p>Его силуэт мгновенно исчез с прежнего места и быстро прорисовался сбоку от Камю и «Сисо».</p><p>Глядя, как оставшиеся серебристо-белые электрические разряды уходят в землю, а обратившийся злым духом «Сисо» вот-вот оправится от паралича, Лумиан заставил засиять чёрную метку в области правой груди.</p><p>Это соответствовало «Искусству Хэн-Ха».</p><p>Он уже собирался выдать звук «хэн», как вдруг ощутил Предчувствие опасности и резко подался боком, сделав шаг назад.</p><p>Копье, словно сотканное из рассветного света, метнули издалека: преодолев расстояние в тридцать-сорок метров, оно пролетело перед Лумианом и вонзилось в землю по другую сторону, уйдя туда полностью и оставив глубокую дыру толщиной с руку.</p><p>Лумиан увидел, кто его атаковал — это был один из Стражей гробниц, едва не сбежавший к краю области.</p><p>Он был высокого роста, и даже под чёрным балахоном ощущалась мощная физическая сила, а в его руке уже сформировался сияющий двуручный меч.</p><p>«Рыцарь Рассвета»? Кто-то из «Стражей гробниц» получил от чёрной древней гробницы Благословение Пути «Воин»? Лумиан нисколько этому не удивился, напротив, посчитал, что его догадка подтвердилась.</p><p>От чего у него онемела кожа на голове, так это от того, что, помимо того высокого Стража гробниц, и остальные Стражи гробниц повернулись и уставились на него.</p><p>Эти полтора-два десятка одаренных благословением таким образом захватили Лумиана в прицел.</p><p>«Сисо» уже вырвался из вызванного ударом тока паралича. Опасаясь контроля со стороны «Искусства Хэн-Ха», он, пересиливая боль от ран, прыгнул в глаз одного из Стражей гробниц, после чего выбрался наружу и снова принял человеческий облик.</p><p>Он посмотрел на Лумиана в нескольких десятках метров от себя, и улыбка на его лице стала ещё более явной:</p><p>Теперь я тоже Страж гробниц, и причинить вред мне — значит причинить вред всей группе Стражей гробниц!</p><p>Пусть они и не станут делать что-либо для меня по собственной инициативе и даже попытаются сбежать после того, как склеп откроется текущим образом, но если ты создашь угрозу для меня, они непременно отреагируют.</p><p>Это и есть одна из моих опор, благодаря которой я осмелился «пригласить» чужаков участвовать в «Празднике снов» и привел их сюда.</p><p>Жаль, что настоящее тело погибло и не успело получить от Небесного Достопочтенного, от «Локи», обещанный предмет со святостью, чтобы противостоять высокоуровневым силам среди чужаков. Теперь мне остаётся лишь терпеливо ждать.</p><p>Согласно первоначальному плану, если бы всё пошло не так, я мог бы отказаться от трупа в склепе и помочь тому Демону из семейства Нос помочь людям из «Школы Розы» заполучить его, обменяв на другую награду из их рук. Теперь же я обязан достать тот труп и стать его «Духом».</p><p>Только так я смогу выжить после «Праздника снов» в состоянии нежити полубожественного уровня, сохраняя ясность ума и рассудок.</p><p>Впрочем, всё это к тебе, Лумиан, не имеет никакого отношения. Тебе предстоит столкнуться с одним «Хранителем» и множеством «шаманов духов», «Привратников», «Анквистеров», «Наставников мертвых», «Рыцарей Рассвета»…</p><p>Никто ниже Последовательности 4 не сможет противостоять атаке такой «армии» Потусторонних!</p><p>Видя, как взоры Стражей гробниц один за другим устремляются на него, а некоторые из них даже создают сияющие двуручные мечи и мчатся к нему, Лумиан мгновенно натянулся, словно струна. Он протянул руку, схватил Камю за плечо и совершил еще одну «Телепортацию», покинув прежнее место.</p><p>Едва они исчезли, как земля здесь бесшумно обрушилась, и из неё высунулась одна бледная ладонь за другой.</p><p>Лумиан вместе с Камю появился возле тяжелораненой Рии и второй рукой схватил её за плечо.</p><p>Затем все трое быстро исчезли с места и прорисовались рядом с очнувшейся от удара током Амандиной.</p><p>Расстояние между ними и той группой Стражей гробниц увеличилось почти до ста метров.</p><p>Лумиан зажал ногами руки Амандины и высвободил накопленную в теле духовность и силу.</p><p>Его состояние разом восстановилось, и он вновь активировал чёрную метку на правом плече.</p><p>На этот раз четверо «Телепортировались» к Лугано, который занимался самолечением.</p><p>Из-за того, что Лумиан непрерывно перемещался, часть способностей Стражей гробниц так и не смогла поразить их, а оставшейся части пришлось постоянно менять направление, так и не сумев существенно сократить дистанцию.</p><p>Лугано как раз собирался сказать нанимателю: «Давайте скорее бежать, перенесите нас с помощью „Телепортации“ обратно в городок Тизамо», как увидел, что Лумиан бросил Камю и Рию прямо на него.</p><p>Бум!</p><p>Трое повалились в одну кучу, а за ними и Амандина.</p><p>«Ха!»</p><p>Из рта Лумиана вырвался сгусток светло-жёлтого света, окутавший почти свалившихся друг на друга четверых человек.</p><p>Лугано, Амандина и остальные мигом потеряли сознание. При прочности их душ без внешнего раздражителя им потребуется не менее минуты, чтобы прийти в себя.</p><p>Покончив с этим, Лумиан снова «Телепортировался», не давая зафиксировать себя тем Стражам гробниц, что могли применять способности на текущей дистанции.</p><p>Его тело исчезло, и Стражи гробниц, включая «Сисо», мгновенно потеряли его из виду.</p><p>Лумиан бесшумно появился сбоку и сзади этой группы Стражей гробниц, перед стволом пальмы.</p><p>Прислонившись к шершавому дереву, он извлек предмет из «Вещмешка путешественника».</p><p>Это была потемневшая костяная флейта с кроваво-красными отверстиями.</p><p>«Опус Ненависти»!</p><p>Уголки губ Лумиана приподнялись, и он с улыбкой поднёс зловещую костяную флейту к губам.</p><p>Практически одновременно с этим у «Сисо» Теванако возникло острое Предчувствие опасности. Он резко повернулся, нашёл Лумиана, зафиксировал его и сразу же активировал свою форму Демона, превратившись в почти трёхметрового иссиня-чёрного монстра с изогнутыми козлиными рогами и крыльями, как у летучей мыши.</p><p>«Сисо» инстинктивно отказался от превращения в злого духа и замысла вселиться в Лумиана Ли, чтобы взять его под контроль: он чувствовал, что не сможет сохранять хладнокровие под этой всё подчиняющей аурой и безусловно отпрянет от него.</p><p>Вслед за движениями «Сисо» те Стражи гробниц тоже один за другим повернулись.</p><p>Губы Лумиана коснулись чёрной костяной флейты, источавшей запах крови, и он извлёк первую ноту.</p><p>Улыбка на его лице становилась всё более выразительной.</p><p>Будь это реальный мир, перед лицом столь огромной группы Потусторонних Последовательности 7, Последовательности 6 и Последовательности 5 у него был бы единственный выбор — забрать Лугано и остальных и «Телепортироваться» обратно в городок Тизамо, но здесь был «Праздник снов». За исключением редких недавно прибывших людей, способных сохранять трезвость ума, остальные либо слились со своими Проекциями во сне, либо позволили соответствующим Проекциям во сне действовать самостоятельно.</p><p>Проекции же во сне сформированы из крайних желаний и эмоций и во время «Праздника снов» теряют способность к самоконтролю.</p><p>Обнаружив, что Проекция во сне «Сисо» тоже способна стать Стражем гробниц и при этом сохранять некоторую ясность и рассудительность, Лумиан уверовал, что у тех Стражей гробниц тоже есть Проекции во сне — они просто слились с ними и благодаря собственной специфике и самоконтролю в бодрствующем состоянии еле-еле удерживают их в подавленном виде.</p><p>Именно такие цели — самые любимые для «Опуса Ненависти».</p><p>Он способен заставить врагов, услышавших соответствующую мелодию, подвергнуться атаке по слабым местам в ментальном или физическом плане: у лиц с нестабильным психическим состоянием проявятся симптомы, подобные безумию; у людей с психологическими проблемами вспыхнут скрытые изъяны; чрезмерно избыточные желания с некоторой вероятностью детонируют прямо на месте; при наличии болезней или старых травм состояние неизбежно усугубится, а те, кто и так не отличался везением, станут чрезвычайно невезучими.</p><p>Сталкиваясь с Проекциями во сне, сталкиваясь со Стражами гробниц, которые, весьма вероятно, слились со своими Проекциями во сне, Лумиан чувствовал, что «Опус Ненависти» способен произвести невероятный эффект — со стопроцентной вероятностью взорвать их чересчур избыточные желания и эмоции!</p><p>Поэтому он решил предпринять такую попытку, а если она не увенчается успехом, «Телепортироваться» обратно к потерявшей сознание Амандине и остальным, подхватить их и сразу вернуться в городок Тизамо.</p><p>Раздалась меланхолично-печальная мелодия, и «Сисо» Теванако, который уже не успевал помешать Лумиану, повинуясь инстинкту, воспламенил две изогнутые загадочные козлиные рога у себя на голове.</p><p>«Психический удар»!</p><p>Эмоции Лумиана вмиг раздулись, и в извлекаемой им мелодии проступили явственные боль и ненависть.</p><p>Он также увидел множество духов и увидел, как Стражи гробниц с сияющими двуручными мечами наперевес разными путями устремились к нему.</p><p>Он продолжал играть на «Опусе Ненависти».</p><p>Бум! Бум! Бум!</p><p>За исключением бессознательной Проекции во сне Рии, все Стражи гробниц, включая «Сисо», замерли с исказившимися лицами.</p><p>Они услышали, как в их телах и в их разуме раздаются призрачные взрывы; их глаза мгновенно налились кровью, тела утратили контроль, а уши заполнил непрерывный гул.</p><p>Они ничего не могли видеть, ничего не могли слышать, ни о чём не могли думать — и плоть, и душа их получили тяжелейшие повреждения.</p><p>«Сисо» Теванако подвергся тому же, ведь по своей сути он всё ещё оставался Проекцией во сне, сформированной из крайних эмоций и желаний.</p><p>Однако, подвергаясь атаке по слабым местам от «Опуса Ненависти», он одновременно с этим поджёг эмоции и желания Лумиана, вспыхнувшие от удара.</p><p>В голове Лумиана загудело, в его зелёных глазах проступили кровавые прожилки, из носа потекла густая жидкость с резким запахом крови, а внутренние органы, похоже, получили повреждения разной степени тяжести.</p><p>«Опус Ненависти» с треском упал на землю.</p><p>Более чем в ста метрах от Лумиана, возле самого леса, лица находившихся без сознания Амандины, Лугано и остальных тоже слегка исказились, словно им одновременно снились разные кошмары.</p><p>Девахо, весьма ослабевший из-за того, что выплеснул кучу крови для человеческой кожи, тихонько подбирался к краю леса, готовый в любой момент сбежать, но тут услышал мелодию «Опуса Ненависти».</p><p>Он вмиг застыл, а затем его вырвало огромным количеством алой крови с запахом серы; он ослаб ещё сильнее и едва не перешёл в состояние потери контроля.</p><p>Ивелиста, увидев, как зловещая тряпичная кукла издала беззвучный визг и превратила хрустальный череп в золотой маске вместе с его невидимым «Паромом» в мертвенно-бледную козу, уже собирался с радостью приблизиться к Мёртвой реке перед чёрным древним склепом, как его бледное лицо мгновенно налилось багрянцем, а из уголков глаз, носа, рта и ушей потекла тёмно-красная кровь.</p><p>Он тоже подвергся детонации эмоций и желаний, но он не был Проекцией во сне и не сливался с ней, поэтому лишь получил тяжёлые ранения, а не оказался на грани смерти, как те Стражи гробниц и Девахо.</p><p>Сохранявший ясность ума и рассудок и не имевший Проекции во сне Реаса тяжело задышал, словно погрузившись в борьбу с самим собой, а его холодный взгляд стал весьма растерянным.</p><p>В этой области, где находился чёрный древний склеп, лишь зловещая тряпичная кукла, мужчина в человеческой коже и мертвенно-бледная коза в золотой маске не подверглись воздействию «Опуса Ненависти».</p><p>Лумиан, полагаясь на способность к терпимости «Аскета», быстро оправился от тяжёлых увечий, вызванных взрывом желаний и эмоций.</p><p>Глядя на ещё не пришедших в себя «Сисо» и остальных, он с улыбкой выдвинул вперёд правую ладонь.</p><p>Огромный ослепительно-белый огненный шар быстро сформировался, обвился серебристо-белыми электрическими вспышками и устремился вперёд.</p><p>Достигнув области, где находились Стражи гробниц, он распался почти на два десятка молниеносных огненных шаров поменьше, которые обрушились на «Сисо» Теванако и на Стражей гробниц.</p><p>«Точность»!</p><p>Грохот!</p><p>Ослепительно-белое пламя и серебристо-белые электрические вспышки взвились одновременно; Лумиан видел, как те Стражи гробниц, и без того находившиеся на грани смерти, валялись один за другим, точно солома, один за другим лишаясь жизни.</p><p>Вот это и есть «Жатва»… — Лумиан полуприкрыл глаза, вкушая это состояние.</p><p>Грохот!</p><p>За исключением находящейся вдалеке без сознания Проекции во сне Рии и изо всех сил державшегося «Хранителя», все Стражи гробниц погибли, оставив лишь «Сисо» Теванако с остаточными серебристо-белыми электрическими разрядами на поверхности тела.</p><p>Его глаза были налиты кровью, он находился на грани потери контроля.</p><p>И как раз в этот миг он увидел, как копьё пламени, обвитое серебристо-белыми молниями, подлетело и врезалось ему сбоку в переносицу.</p><p>Со звуком «цзз» то ослепительно-белое пламенное копьё пробило череп, подожгло мозг и вылетело позади «Сисо», оставив после себя лишь буйствующие серебристо-белые электрические змейки.</p><p>Пламя рассеялось, и прорисовался силуэт Лумиана, стоявшего спиной к «Сисо» Теванако.</p><p>Демонический «Сисо» помутнел взглядом, покачнулся несколько раз и с грохотом рухнул на землю.</p><p>«Обнаружение слабостей»!</p><p>«Жатва»!</p></section><section><title><p>Глава 694 «Преследователь»</p></title><p>Глава 694 «Преследователь»</p><p>Ярко-белый огненный свет быстро рассеялся. Лумиан стоял спиной к «Сисо» Тванако, глядя на шатающегося в десятке метров «Хранителя», и тихо усмехнулся:</p><p>«Раньше мне нужно было полагаться на силу команды, чтобы победить тебя, а теперь я могу убить тебя в одиночку.»</p><p>Это было сказано «Сисо».</p><p>Лежащий на земле «Сисо», чьё сознание постепенно угасало, услышал эти слова. Его руки инстинктивно хотели сжаться в кулаки, но сил уже не оставалось.</p><p>Из его горла вырвался хриплый звук «хх-хх», зрачки расширились, и фокус глаз никак не мог восстановиться.</p><p>Он очень жалел, что, повернувшись лицом к Лумиану Ли, выбрал дьяволизацию, а не форму мстительного духа, иначе он мог бы использовать «Вопль мстительного духа», чтобы прервать попытку противника сыграть на этой потемневшей костяной флейте. Но тут ничего нельзя было поделать: он мог лишь предчувствовать злобу и её источник, не ведая конкретных деталей. В таких обстоятельствах, учитывая, что Лумиан Ли способен придавать пулям, огненным шарам и другим атакам эффект электрического удара и эффективно бить по слабым местам, дьяволизация явно обладала большей универсальностью, чем форма мстительного духа, и позволяла защититься от большего числа неожиданностей.</p><p>Что же касается того, почему он не сформировал множество серных огненных шаров и не запустил их, приняв позу готовности умереть вместе, — всё дело в том, что «Сисо» считал расстояние между ними немалым. Пока он скомпоновал бы десять-двадцать серных огненных шаров и доправил их до Лумиана Ли, тот уже давным-давно закончил бы играть и с помощью «Телепортации» спокойно уклонился бы от массированной бомбардировки серными огненными шарами, в то время как заклинания вроде «Слов скверны» имели ограничение по дальности.</p><p>Исключив все остальные возможности, в том состоянии «Сисо» Тванако мог лишь применить «Эмоциональный удар», а затем «Взрыв желания», нацелившись на уязвимые места Лумиана Ли, в надежде на то, что после того как обе стороны получат тяжелые увечья, скорость их прихода в себя окажется сопоставимой, и у него появится шанс предпринять новые ответные меры.</p><p>Однако Лумиан Ли, хотя всё ещё покачивался, его лицо было покрыто болью и кровавой грязью, а взгляд оставался не совсем нормальным, сохраняя некоторую растерянность, всё же перетерпел всевозможные негативные эффекты и первым выполнил очень точную ковровую бомбардировку с эффектом электрического удара, из-за чего сам снова получил новые повреждения и ненадолго впал в состояние паралича.</p><p>«Хх-хх…»</p><p>«Сисо» Тванако изо всех сил пытался довести себя до утраты укрощения, чтобы утащить Лумиана Ли за собой на тот свет, но угасание его жизни уже достигло предела. Поле зрения затянуло непроглядным мраком, и его сознание с досадой, ненавистью и болью погрузилось в глубь этой тьмы, слившись с ней воедино.</p><p>Огромное тело демона дёрнулось несколько раз и полностью замерло.</p><p>Последняя надежда «Сисо» на воскрешение рухнула.</p><p>Он погиб окончательно.</p><p>Произнося эти слова, Лумиан одновременно вытащил свой револьвер и прицелился в находившегося неподалёку «Хранителя».</p><p>«Хранитель», чьи эмоции пребывали в хаосе, а мысли рассеялись, бессознательно сформировал гигантский меч света, опустился на одно колено и вонзил его перед собой.</p><p>Тот соединился с землей, словно образовав несокрушимую невидимую стену.</p><p>Будучи стражем гробниц, слившимся с проекцией во сне, этот «Хранитель» перед лицом «Опуса Ненависти» совершенно не мог организовать эффективную защиту, а его спутники — те «шаманы духов» и «Анквистеры» — тоже не предугадали заранее подобное нападение и не успели вовремя утянуть его и других соратников в сон, чтобы избежать прямого прослушивания той мелодии. Ему оставалось лишь исключительно за счёт прочности тела и души выдержать взрыв желаний и эмоций.</p><p>Для Потустороннего, имеющего проекцию во сне, это был удар, угрожающий жизни.</p><p>После этого данный страж гробниц ещё не успел прийти в себя, как в него прямо попал ярко-белый огненный шар, обвитый вспышками молний, и громоподобно взорвался прямо на нём.</p><p>Лишь благодаря тому, что полученное им Благословение относилось к «Хранителю», иначе он сейчас уже стал бы скошенной соломой, подобно своим соратникам, и не смог бы, полагаясь лишь на инстинкты, выстроить хоть какую-то защиту.</p><p>Зелёные глаза Лумиана, казалось, окрасились лёгкой стальной чернотой; стоя на месте, он спустил курок.</p><p>Бам! Бам!</p><p>Две жёлтые пули, неся ярко-белый огненный свет и серебристо-белые молнии, одна за другой ударили в одну и ту же точку невидимой стены.</p><p>Грохот!</p><p>И без того нестабильная невидимая стена рухнула, и тот «Хранитель» беспомощно наблюдал, как обвитое молниями ярко-белое копьё стремительно пронеслось к нему, пробило его грудь и улетело вдаль.</p><p>Ещё одна «Жатва», ещё одно «усвоение».</p><p>«Хранитель», собрав остатки сознания, заставил гигантский меч света в своей руке распасться на бесчисленные мелкие фрагменты.</p><p>Эти световые осколки превратились в ураган и хлынули во все стороны.</p><p>Под преследованием шквала света ярко-белое огненное копьё пролетело метров двадцать-тридцать и наконец опустилось.</p><p>Огненный свет рассеялся, и Лумиан, одетый в белую рубашку, чёрный жилет, тёмные брюки и золотисто-жёлтую соломенную шляпу, выпрямил спину.</p><p>За его спиной яркий и жуткий шквал света постепенно утих, стёр слой земли на приличную толщину, а тела погибших стражей гробниц и труп «Сисо» Тванако получили повреждения и развалились.</p><p>Находившийся под воздействием «Опуса Ненависти» Девахо, чьи раны вспыхнули с новой силой и стали чрезвычайно тяжёлыми, взглянул на усыпанную трупами землю, затем посмотрел на стоящего вдалеке боком к нему Лумиана, и его и без того мертвенно-бледное лицо стало ещё сквернее.</p><p>Что это за ситуация?</p><p>Разве это вообще человек?</p><p>Девахо, у которого из-за полученного удара подсознательно вспыхнула мысль о мести, быстро отказался от этого замысла. Позволив выплеснувшейся из его рта крови с запахом серы вспыхнуть синеватым пламенем, он быстрыми шагами отступил в джунгли.</p><p>Он собирался сбежать отсюда!</p><p>В любом случае он всё равно не мог оказать никакой помощи человеческой коже, переработанной великим герцогом с помощью ритуала, а пребывание в зоне чёрной древней гробницы не несло никакого смысла, кроме как подвергало его всё большей и большей опасности.</p><p>Лумиан не стал обращать внимания на убегающего Девахо. Находясь в весьма скверном физическом состоянии, но обладая всё ещё достаточно богатой духовностью, он снова превратился в ярко-белое огненное копьё, со свистом преодолел расстояние в несколько десятков метров и опустился рядом с Лугано, Амандиной и остальными.</p><p>Хотя эти четверо Потусторонних только что находились в бессознательном состоянии и не слышали напрямую мелодию, сыгранную на «Опусе Ненависти», испытали лишь легкое воздействие и просто увидели кошмарный сон, этот кошмар всё равно заставил их почувствовать боль. Их лица исказились, и они постепенно начали приходить в себя от обморока.</p><p>Увидев, что они открыли глаза и к ним вернулась ясность мыслей, Лумиан сразу же приказал:</p><p>«Немедленно уходите отсюда, возвращайтесь в городок Тизамо и найдите место, где спрятаться.»</p><p>Схватка перед чёрной древней гробницей была не тем, во что могли вмешаться Лугано и остальные; сам Лумиан не смел подходить близко, поэтому намеревался отослать четырёх временных товарищей подальше от этого места.</p><p>Раньше он согласился взять с собой Камю и Рию, так как считал, что способности первого вроде «Ментального прокола» и стрелы молний второй смогут эффективно помочь ему справиться с проекцией во сне «Сисо» и с Реасой и остальными. Принудительное погружение в сон Амандины тоже играло немалую роль, к тому же только следуя за ней, можно было по-настоящему приблизиться к чёрной древней гробнице, не подвергаясь нападению той невидимой фигуры. Кто же знал, что «Сисо» проявит боевую силу, далеко превосходящую силы священника Кали, да и место здесь было не замкнутым, и не имелось заранее подготовленных ловушек, из-за чего Камю, Амандина и остальные не только не смогли помочь, но и наоборот, причинили друг другу «вред», став обузой.</p><p>Вспоминая две битвы — поимку реального «Сисо» живьём и противостояние священнику Кали, — Лумиан смутно осознал одну истину:</p><p>Иногда положиться на команду — эффективнее, а иногда действовать в одиночку — куда целесообразнее. К разным ситуациям и разным врагам нельзя применять единые стандарты, иначе легко потерпеть неудачу.</p><p>В этот момент Лумиан вспомнил изречение императора Рассела, которое когда-то объясняла ему старшая сестра Аврора:</p><p>У войск в бою нет постоянной и неизменной диспозиции, подобно тому как у текучей воды нет постоянной и неизменной формы.</p><p>«Можно возвращаться в городок Тизамо? Мне тоже?» — Лугано испустил возглас радости и инстинктивно протянул оставшуюся ладонь, прижав мерцающий слабый свет к ранам на теле Лумиана.</p><p>— Как «Врач», Лугано не мог напрямую лечить повреждения внутренних органов пациента: необходимо было вскрыть полость и прикоснуться к поражённому месту, что фактически равнялось хирургической операции.</p><p>Лумиан кивнул и сказал:</p><p>«Можно, но ты должен находиться под двойным присмотром Камю и Рии.»</p><p>Сам же он намеревался задержаться ещё ненадолго, чтобы посмотреть, не удастся ли чем-то помочь члену «Фракции Воздержания» церкви «Шута» Ивелисте Эггсу.</p><p>Именно так и следовало поступать обладателю карты Младших Арканов из «Клуба Таро».</p><p>Разумеется, Лумиан ни за что не стал бы входить в область перед чёрной древней гробницей — это привело бы лишь к тому, что он сгинул бы, даже не поняв, как погиб. Он размышлял о том, сможет ли через воздействие на Реасу и остальных повлиять на соответствующий божественный предмет или же сделать что-то с помощью золотой маски на трупе «Сисо».</p><p>В это время Девахо, лишь сегодня вечером прибывший в городок Тизамо, уже углубился в джунгли, огибая путь назад.</p><p>Собрав остатки сил, он устремился вперёд.</p><p>Побежав некоторое время, Девахо внезапно остановился и с замешательством уставился на поворот тропы, скрытый деревьями.</p><p>Под тусклым ало-красным лунным светом оттуда приближалась низкорослая фигура.</p><p>Эта фигура принадлежала мальчику лет семи-восьми. На нём была синяя пижама с жёлтыми звёздочками и такая же ночная шапочка. Пухлые детские щёки и не скрытые шапкой короткие жёлтые волосы были измазаны сливками, кровью, крошками печенья, обрезками торта и прочим мусором, а в карих глазах светился нестерпимый голод и страстное вожделение.</p><p>У его рта непрерывно дёргался и извивался пёстрый, холодный и скользкий хвост ядовитой змеи, сегмент за сегментом проглатываемый в ротовую полость.</p><p>Щёки мальчика раздулись, и он с силой зажевал.</p><p>В следующую секунду он увидел Девахо.</p><p>Разум Девахо мгновенно заполнился лютой, ужасающей злобой.</p><p>…………</p><p>Только-только получивший разрешение Лугано собирался окликнуть Камю, Рию и Амандину, чтобы направиться обратно в сторону городка Тизамо, как вдруг в джунглях раздался крик, полный ужаса.</p><p>Они тут же остановились.</p><p>Спустя несколько секунд иссиня-чёрное чудовище высотой под три метра с изогнутыми козлиными рогами на бешеной скорости выскочило из джунглей со стороны городка Тизамо и в панике побежало к той чёрной древней гробнице.</p><p>Тот самый мужчина? Он тоже «Дьявол»… Он приспешник того Демона из семейства Нос? А тот зеленоглазый мужчина, сотворённый из человеческой кожи, — сила, проецируемая тем Демоном семейства Нос в «Праздник снов»? — Лумиан, глядя на тёмные джунгли за спиной дьявола, внезапно почувствовал дурное предчувствие.</p><p>Приняв мгновенное решение, он сказал Лугано, Амандине и остальным:</p><p>«Хватайтесь за меня!»</p><p>Лугано действовал весьма сноровисто: прыжками и бегом вернулся к Лумиану и вцепился в его руку.</p><p>Камю, Рия и Амандина на мгновение обомлели, после чего, подражая Лугано, проделали аналогичные действия.</p><p>Все пятеро мигом исчезли со своего места и возникли неподалёку от трупа «Сисо».</p><p>Едва очертания тела Амандины сформировались, как её глаза резко расширились.</p><p>Её взгляд застыл, и она произнесла глухим голосом, обращаясь к Лумиану:</p><p>«Та, та фигура снова появилась……»</p></section><section><title><p>Глава 695 Сначала умереть, чтобы жить</p></title><p>Глава 695 Сначала умереть, чтобы жить</p><p>Снова появился? Люмиан жестом велел Лугано и остальным отпустить руки, одновременно спрашивая Амандину:</p><p>«Где он?»</p><p>Амандина уставилась лазурно-голубыми глазами на вход в древнюю чёрную гробницу, в самый конец той Мёртвой реки, и ответила:</p><p>«Он сидит прямо там, скрестив ноги.»</p><p>Говоря это, Амандина зажмурилась и отвела взгляд. На поверхности её прежде гладкой и нежной кожи выступили бугорками мелкие пупырышки, и каждый выглядел так, будто вот-вот лопнет и из него что-то прорастёт.</p><p>Это произошло оттого, что она увидела ту иллюзорную Мёртвую реку, увидела ту бледную козу в золотой маске, с трудом бредущую по неглубокой воде.</p><p>Четыре ноги бледной козы лишились всей шерсти и сильно сгнили, с них струился зловонный жёлтый гной, и это гниение стремительно распространялось по её телу.</p><p>Реаса, находившийся под воздействием «Опуса Ненависти» и испытывавший внутреннюю борьбу, и без того обладал бледным и холодным лицом, которое внезапно лишилось последней капли крови.</p><p>Тыльные стороны его ладоней, шея, щёки — кожа повсюду медленно гноилась и разлагалась, отчего он стал похож на труп, умерший уже довольно давно.</p><p>Тенденция к гниению на теле бледной козы замедлилась.</p><p>Однако Мёртвая река, созданная ею с помощью древней чёрной гробницы, становилась всё более иллюзорной, заметно сузилась и начала высыхать.</p><p>Тряпичная кукла в зловещем готическом платье проплыла ещё немного вперёд, следуя за отступающей Мёртвой рекой.</p><p>Внезапно она повернулась и уставилась на зеленоглазого мужчину, состоящего из человеческой кожи и свежей крови.</p><p>Зеленоглазый мужчина как раз тоже посмотрел на неё.</p><p>В алых глазах зловещей тряпичной куклы сокрушительно взволновались ненависть, вражда и безумие. На чёрном готическом платье, обвитом мрачными лозами, возникла дыра за дырой, множество обрывков ткани то разлетались, то свисали вниз, превратив его в сплошное рваньё.</p><p>Зеленоглазый мужчина в тёмно-сером костюме казался невредимым, но едва он сделал шаг вперёд, как на месте остались два следа, налитых алой кровью, и в воздухе быстро распространился запах серы.</p><p>Шаг, два, три — каждый его шаг оставлял алые следы, а из-под человеческой кожи капля за каплей просачивалась и капала темнеющая жидкость.</p><p>Ивелиста Эггс наконец оправился от взрыва эмоций и желаний, вызванного «Опусом Ненависти». Он взглянул на уже весьма изорванную зловещую тряпичную куклу и вытащил из потайного кармана одежды ещё один предмет.</p><p>Это была Кукла размером с ладонь.</p><p>Эта Кукла словно была собрана маленьким ребёнком нескольких лет от роду: одна рука выше, другая ниже, ноги прикреплены к ягодицам, а лицо вымазано красной, жёлтой и белой краской — с первого взгляда она походила на Клоуна из цирка.</p><p>Ивелиста влил собственную духовность в эту уродливую и деформированную Куклу.</p><p>Кукла мгновенно стала иллюзорной и исчезла из ладони Ивелисты.</p><p>Вслед за этим она сначала возникла в тёмно-карих глазах этого потомка семьи Эггс, а затем перескочила в зелёные глаза мужчины из человеческой кожи.</p><p>Движения мужчины из человеческой кожи в тёмно-сером костюме мгновенно стали скованными и медленными.</p><p>Люмиан тоже не смел долго разглядывать происходящее там и быстро отвёл взгляд.</p><p>А Амандина, закрыв глаза и отведя взгляд, избавилась от мелких пупырышек на теле — они спали и больше не выступали.</p><p>Она с любопытством взглянула на монстра, похожего на Демона, который бежал в сторону зеленоглазого мужчины и выглядел испуганным почти до нервного срыва, после чего быстро осмотрела обстановку вокруг.</p><p>Тут же она увидела огромное тело Демона прямо перед собой, увидела лежащие на земле неполные трупы и увидела потемневшую костяную флейту, упавшую под пальмой.</p><p>«Там, там кое-что есть.» Она потянула Люмиана за рукав и тихо сказала.</p><p>Неужели это мощный предмет, выпавший со Стража гробниц?</p><p>Люмиан мельком глянул и с улыбкой тихо сказал Амандине и остальным:</p><p>«Сделайте вид, будто ничего не видели, не подбирайте и даже не приближайтесь.»</p><p>«Опус Ненависти» он оставил там намеренно, не став забирать сразу.</p><p>В нынешней ситуации, если снова сыграть на «Опусе Ненависти», вероятность навредить товарищам будет гораздо выше, чем возможность поразить слабое место врага, да и ему, как «Жнецу», больше нет нужды пробивать цель с помощью «Опуса Ненависти».</p><p>Поэтому он притворился, что у него нет времени подобрать «Опус Ненависти», желая посмотреть, не попытается ли какой-нибудь враг использовать его против него же.</p><p>Если подобное действительно произойдёт, то судьбу кровавого бедствия, сопутствующую «Опусу Ненависти», помимо самого Люмиана и тех трёх предметов со божественностью, здесь едва ли кто-то сможет выдержать. В тот момент Люмиан просто заберёт Амандину и остальных, напрямую «Телепортируется» прочь, а вернувшись через некоторое время, скорее всего, увидит труп врага и получит новые Трофеи.</p><p>Это была ловушка, устроенная мимоходом.</p><p>Когда огромный Демон, в которого превратился Девахо, сбежал к зеленоглазому мужчине из человеческой кожи и приблизился к отступающей Мёртвой реке, со стороны тропы в джунглях вышла низкорослая фигура.</p><p>Этой фигурой был мальчик лет семи-восьми. На нём была милая пижама и милый ночной колпак, а его светлые волосы и личико были совсем грязными, вымазанными жиром, остатками еды и пятнами крови.</p><p>Едва увидав этого мальчика, Лугано почувствовал, как утерянная половина правой руки заныла от дикой боли.</p><p>«К-к-к.» От страха его зубы непрерывно стучали.</p><p>Заметив его ненормальную реакцию, ошеломлённый Камю и остальные спросили:</p><p>«Что случилось?»</p><p>Проследив за взглядом Лугано, Амандина, Камю и Рия увидели этого мальчика.</p><p>Первая изумлённо повернула голову и уставилась на Люмиана:</p><p>'Э… разве это не твой крестник?</p><p>«Как он сюда прибежал? Это же очень опасно!»</p><p>«Нет, он не опасен,» — Камю вспомнил гипертрофированную реакцию Колобо, когда тот встретил Луи Бери и его крестника, и вспомнил часть слов своего спутника с Пути «Судьбы», ответив с глубокой озабоченностью на лице: «Опасно здесь нам.»</p><p>Не дожидаясь, пока Амандина и Рия зададут вопросы, Камю посмотрел на Люмиана и слегка нахмурился:</p><p>«Что делать теперь?»</p><p>Ты же крёстный, у тебя должен быть способ утихомирить своего крестника?</p><p>Люмиан взглянул на Людвига, который мелкими быстрыми шажками преследовал того Демона, затем посмотрел на усыпанную трупами землю и демоническое тело «Сисо», после чего с улыбкой ответил:</p><p>«Проблема невелика.»</p><p>Здесь полно еды, так что получится создать эффективное запечатывание!</p><p>Что же до того, почему Людвиг прошёл весь путь до области древней чёрной гробницы, Люмиан пришёл к вполне вероятной причине:</p><p>Пара мужчины и женщины, прибывшие сегодня вечером в городок Тизамо и остановившиеся в гостинице «Бриу», по всей видимости, были приспешниками того Демона из семейства Нос. Они неким образом сумели сохранить ясность ума в этом особом сновидении и, едва начался «Праздник снов», покинули гостиницу «Бриу» и устремились к древней чёрной гробнице.</p><p>В этом процессе та пара мужчины и женщины прошла через второй этаж, дав Людвигу почувствовать запах вкуснейшей еды, из-за чего тот бросил обыденную пищу и увязался следом, добежав сюда со скоростью, подобающей семи-восьмилетнему мальчику.</p><p>Прямо сейчас в карих глазах Людвига был только тот Демон Девахо.</p><p>«Почему проблема невелика?» Амандина приняла вид «мои знания оккультизма скудны, не обманывай меня».</p><p>Люмиан с улыбкой указал на огромного Демона, жалким образом бежавшего к зеленоглазому мужчине, и сказал:</p><p>«Он пришёл, чтобы выследить и убить того монстра.»</p><p>«Выследить и убить? Он?» Амандина растерянно посмотрела налево, затем направо.</p><p>Маленький мальчик лет семи-восьми в синей пижаме с жёлтыми звёздочками преследует и пытается убить иссиня-чёрного Демона высотой под три метра, с изогнутыми козлиными рогами и летучемышиными крыльями за спиной?</p><p>Это и впрямь сновидение, верно?</p><p>Приблизившись к зеленоглазому мужчине, состоящему из человеческой кожи и крови, и к древней чёрной гробнице, Девахо почувствовал себя лишь немного спокойнее, но его разум всё ещё полнился картинами того, как его язык зажаривают, его мозг вычерпывают ложкой, а его руки и бёдра с хрустом заглатывает и сжёвывает этот маленький мальчик.</p><p>Что это вообще за монстр такой? Девахо с невероятным страхом увидел, что маленький мальчик всё ещё быстрыми шагами приближается к нему.</p><p>В этот самый миг Амандина, бросив взгляд в ту сторону, выкрикнула:</p><p>«Та фигура смотрит на человека в чёрной мантии.»</p><p>Ивелиста? Люмиан тут же посмотрел туда, но не обнаружил никаких странностей у Ивелисты Эггса.</p><p>Амандина отвела взгляд, немного перевела дух и снова посмотрела туда.</p><p>Она заговорила в быстром темпе, объясняя:</p><p>«Он больше не смотрит на человека в чёрной мантии, он смотрит на того Демона!»</p><p>Амандина внезапно умолкла, отвела взгляд и нахмурилась:</p><p>«Та фигура, кажется, что-то говорит… Я не разобрала слов, но смогла понять смысл.»</p><p>«Что именно он сказал?» Люмиан переспросил.</p><p>Амандина не смела больше смотреть в сторону древней чёрной гробницы, подбирая слова и вспоминая на ходу:</p><p>'Примерно такой смысл:</p><p>'Все люди в мире знают, что ползающие гусеницы могут превращаться в куколку, а когда куколка разрывается, из неё вылетает бабочка.</p><p>«Обычная гусеница вдруг способна переродиться в порхающую бабочку, изменив саму форму своей жизни, но почему?»</p><p>Голос Амандины незаметно изменился, словно она подверглась некоему воздействию.</p><p>Она сделала паузу и низким, холодным тоном произнесла ответ на только что заданный вопрос:</p><p>«Сначала умереть, чтобы жить, Оперение — чтобы стать богом…»</p><p>Не успел голос Амандины стихнуть, как Девахо в состоянии Демона мгновенно застыл.</p><p>Он увидел, как его плоть быстро гниёт и от этого разложения отваливается огромными кусками, обнажая жуткие белые кости.</p><p>Спустя всего пару секунд этот Демон лишился сознания и распался на кучу гнилого мяса и белых костей.</p><p>Гнилое мясо и белые кости, словно обладая собственной жизненной силой, перемешались между собой, переплетаясь и образуя кокон размером с человека.</p><p>Этот кокон из плоти и крови вскоре разорвался, и изнутри вылетел монстр с человеческой головой и птичьим телом, сплошь покрытый белыми перьями.</p><p>Этот монстр поглотил все обрывки кокона из плоти и мгновенно раздулся в размерах, при этом его форма отчасти изменилась.</p><p>Часть тела под его человеческой головой стремительно вытянулась и увеличилась, словно обретя собственное туловище, а плоть и кровь в районе «талии» этого туловища срослись с птичьим телом, и всё это было покрыто белыми перьями с бледно-жёлтыми жирными пятнами.</p><p>«Ха-ха-ха!» Девахо, у которого из глаз, ноздрей, лица и кончиков пальцев выросло бесчисленное множество белых перьев, громко расхохотался.</p><p>Он хлопнул по птичьему телу с белыми перьями под собой и взмыл вверх, словно ехал на нём верхом, устремляясь в вышину.</p><p>Девахо летел всё выше и выше, постепенно становясь иллюзорным, а затем спиралью устремился вниз и погрузился в ту древнюю чёрную гробницу.</p><p>Люмиан, ставший свидетелем этой сцены, снова посмотрел на вход в древнюю чёрную гробницу, но всё ещё так и не смог увидеть невидимую фигуру, о которой говорила Амандина.</p><p>В его душе что-то колыхнулось, он сделал два шага вперёд и разыскал на трупе «Сисо» ту странную золотую маску.</p></section><section><title><p>Глава 696 Золотой труп</p></title><p>Глава 696 Золотой труп</p><p>Глядя на находящуюся в его руке маску, отлитую из золота, вокруг глаз и на щеках которой были нанесены белые и чёрные краски, Лумиан решительно надел её на своё лицо.</p><p>Ледяное ощущение быстро проникло в его кожу, а тяжесть золота была необычайно реальной.</p><p>Голова Лумиана на мгновение помутилась, и его взгляд сквозь маску устремился к входу в ту чёрную древнюю гробницу, к концу той Мёртвой реки, что уже почти полностью отступила.</p><p>На этот раз он наконец увидел слегка размытый силуэт.</p><p>Эта фигура носила странную, всю в ржавчине железную корону и была облачена в тёмно-чёрный халат с множеством диковинных узоров; кожа её лица походила на белый нефрит, глубокие чёрные глаза отдавали мраком, словно таили в себе целую ночь, а у рта и подбородка развевалась седая борода.</p><p>В этот момент старец сидел, скрестив ноги и спрятав руки в рукава, опершись спиной о распашную дверь склепа чёрной древней гробницы; выражение его лица было холодным и равнодушным, словно у изваяния.</p><p>Когда Лумиан посмотрел туда, старец тоже взглянул на него; в его мрачных зрачках, казалось, отразился сам Лумиан, а вроде бы проступило и огромное количество налагающихся друг на друга фантомных теней.</p><p>Всплеск!</p><p>За спиной старца в пустоте зажмурились и запестрели ещё более иллюзорные, почти лишённые света водные волны, и огромная фигура в окровавленном доспехе громко взревела, пытаясь приблизиться.</p><p>От этого центр правой ладони Лумиана мгновенно обжёг зной.</p><p>Как раз в этот миг старец, носивший ржавую железную корону и странный халат, высвободил руки из рукавов.</p><p>Кожа этих двух рук была мертвенно-бледной и тусклой, но всё ещё сохраняла текстуру нефрита; на тыльной стороне ладоней растрескались множественные раны, и из каждого разрыва либо росли белые перья, испачканные светло-жёлтым жиром, либо вытекала гнилая пожелтевшая гнойная жидкость.</p><p>Увидев эту картину, Лумиан мгновенно лишился мыслей, и весь он словно проваливался всё глубже и глубже в беспросветную, бездонную ледяную тьму.</p><p>В районе его левой груди возникло знакомое чувство жжения, которое вкупе с раскалённой жарой, безумием и жестокостью правой ладони пробудило сознание Лумиана, позволив ему найти точку опоры и верёвку, за которую можно зацепиться в той тьме.</p><p>Благодаря этому Лумиан обрёл способность мыслить и увидел, как на тех глубоких чёрных глазах, скрывавших словно целую ночь, выпучились близкие к чёрному кровеносные сосуды, напитавшись безумием, способным похоронить и положить конец всему.</p><p>Те глаза закрылись, и иллюзорные водные волны вместе с огромной фигурой за его спиной тут же исчезли.</p><p>Кругозор Лумиана стал расширяться во все стороны, а его способность воспринимать внешний мир полностью восстановилась.</p><p>Вслед за этим он ощутил сильную боль.</p><p>Лумиан резко опустил голову и взглянул на свою правую руку, обнаружив, что от запястья до тыльной стороны кисти высыпали мерзкие шишки, готовые вот-вот лопнуть; волоски на них, казалось, стали куда толще и белее.</p><p>Он повернул ладонь вверх и увидел, что клеймо, оставленное остаточным дыханием «Кровавого Императора» Алисты Тюдора, проявилось полностью и было алым, словно вот-вот капнет кровью.</p><p>А вокруг этих нескольких клейм находилась гниющая плоть, сочащийся гной и бледная кожа.</p><p>Лумиан тут же нахмурился.</p><p>В условиях, когда остаточное дыхание «Кровавого Императора» было полностью активировано, находящиеся вокруг Амандина, Лугано и остальные неожиданно не проявили ни капли испуга или страха, да и сам он не ощутил предельно безумных и крайне жестоких помыслов!</p><p>'Это…</p><p>«Только что та фигура в окровавленном доспехе, кажется, и была 'Кровавым Императором» Алистой Тюдором…</p><p>«Ощущения здесь тоже довольно близки к 'Источнику Самаритянки»… Неужели та фигура, сидевшая у входа в склеп — это Даос Преисподней из слов «Призрачного доспеха»?</p><p>«Почему он и 'Кровавый Император» снова появились здесь, разве они не должны быть у истока «Источника Самаритянки»? Они что, связаны между собой?</p><p>«Даос Преисподней только что обнаружил на мне остаточное дыхание 'Кровавого Императора» и мимоходом запечатал его, так что, даже полностью активировав его, я больше не могу проявить величественность безумного «Красного Жреца»?</p><p>«Эх, не знаю, из-за наличия ли печати господина „Шута“ или же из-за того, что на мне надета та золотая маска „Сисо“, но Даос Преисподней не заставил меня напрямую подвергнуться оперению и не вынудил войти в состояние потери контроля…»</p><p>Лумиан быстро составил общее представление о произошедшем с ним, и в этот момент, когда подвергшийся оперению Демон вошёл в чёрную древнюю гробницу, обстановка внутри снова изменилась.</p><p>Внутри склепа, где изначально всё погрузилось в мёртвую тишину и покой, раздались шорохи, раздались звуки столкновения металла и камня.</p><p>В следующую секунду рядом с Даосом Преисподней, у входа в склеп, появилась жёлтая, сияющая золотом фигура.</p><p>Вся эта фигура была покрыта золотом, конечности её были длинноваты, а на лице имелась золотая маска, расписанная белой и чёрной красками.</p><p>Она принадлежала к тому же типу, что и маска на лице Лумиана, и та, что на голове мертвенно-бледного козла!</p><p>Силуэт в золотой маске находился в выпрямленном и закостенелом состоянии; казалось, его конечности ещё не ожили, и он, полагаясь исключительно на силу поясницы, поднялся из положения лежачего трупа в сидячее.</p><p>Он закрыл глаза и повернул голову к ближайшему к нему мертвенно-бледному козлу.</p><p>Аура мертвенно-бледного козла мгновенно стала обычной; он больше не мог ступать по Мёртвой реке, быстро сгнил, погрузился на дно и вскоре исчез.</p><p>Золотая фигура с закрытыми глазами снова повернула голову к рваной зловещей тряпичной кукле.</p><p>Мрачные лианы на поверхности готического платья тряпичной куклы внезапно ожили, виток за витком обвивая её, отчего та беспомощно рухнула на землю и замерла.</p><p>Затем голова того трупа из склепа повернулась к медленно шагающему зеленоглазому мужчине.</p><p>Зеленоглазый мужчина, в чьих глазах отражалась уродливая Кукла, внезапно остановился, его тело со звуком «хлоп» изменилось, превратившись в окровавленного поросёнка.</p><p>Уродливая Кукла упала рядом с поросёнком и осталась неподвижной, словно превратившись в самую обычную и ничем не примечательную.</p><p>Подбежавший неподалёку Людвиг мгновенно просиял взглядом.</p><p>Он подпрыгнул, словно огромная жаба, рванулся к окровавленному поросёнку, схватил его за голову и сходу укусил.</p><p>Амандина от испуга зажмурилась.</p><p>Крестник Луи Бери оказался таким монстром?</p><p>Раздался яростный визг свиньи, а труп в золотой маске, с закрытыми глазами, повернул шею в сторону Ивелисты Эггса.</p><p>У Лумиана резко забилась жилка на виске; он хотел вырваться из внезапно нахлынувшего чувства заточения и давления, чтобы применить «Телепортацию» и унести Ивелисту, но слегка замешкался.</p><p>До этого он всё время соблюдал самоограничение не приближаться к чёрной древней гробнице, ограничиваясь в лучшем случае парой взглядов, и сейчас тоже не хотел нарушать это «правило», ведь нарушение означало бы крайне высокий риск.</p><p>Но ведь Ивелиста — человек из церкви «Шута».</p><p>Едва Лумиан принял решение, как труп, чьё тело было покрыто золотом, снова повернул голову, тогда как с Ивелистой ничего не произошло — он всё так же находился в состоянии тяжёлого ранения со слабой аурой.</p><p>Что происходит? Почему этот холодный труп из древней гробницы пощадил Ивелисту? Когда Даос Преисподней только что смотрел на Ивелисту, он тоже ничего с ним не сделал… Пока Лумиан пребывал в недоумении, золотая маска трупа повернулась к Реасе.</p><p>После того как мертвенно-бледный козёл исчез, Реаса призвал нежить, обернул её вокруг себя и телепортировался к самому краю зоны древней гробницы, собираясь сбежать в джунгли, однако, не успев сделать следующее движение, его тело застыло на месте.</p><p>Бум, бум, бум — на лице, шее и тыльной стороне ладоней Реасы раздулись и лопнули одна за другой огромные, мокрые опухоли, изливая тошнотворную слизь.</p><p>Этот заместитель капитана Патрульной команды порта Пайлос рухнул на землю и быстро распался на бесчисленные окровавленные опухоли, которые непрерывно шевелились в просветах его тонкого сюртука.</p><p>А та нежить, которую призвал Реаса, превратилась в тонкую человеческую кожу и плавно опустилась на землю.</p><p>От увиденного у Лумиана зачесалась кожа на голове, и он наконец вырвался из чувства заточения, вызванного восседанием того трупа, после чего сказал Лугано, Амандине и остальным:</p><p>«Держитесь за меня!»</p><p>Он собирался применить «Телепортацию» назад в городок Тизамо!</p><p>Как раз в этот момент лицо трупа в золотой маске повернулось к нему.</p><p>Тело Лумиана похолодело; не имея возможности больше заботиться о Камю и остальных, он тут же собрался активировать чёрную метку на правом плече.</p><p>Внезапно он увидел, как глаза на лице холодного трупа, проглядывавшие из-под золотой маски и окружённые белой и чёрной красками, распахнулись.</p><p>Это была пара холодных ледяно-голубых глаз.</p><p>Ледяно-голубые глаза? Лумиан обомлел, ощутив нечто знакомое.</p><p>Это…</p><p>Это же глаза Наборедесли!</p><p>Чёрт, как Наборедесли может быть здесь? Как он может быть холодным трупом внутри чёрной древней гробницы?</p><p>С какой стати Он может даровать Потусторонние силы пути «Пленника»?</p><p>Да не, фальшь, это не Наборедесли, просто глаза похожи…</p><p>Пока мысли Лумиана стремительно сменяли друг друга, он увидел, что в этих ледяно-голубых глазах промелькнула некоторая улыбка — улыбка с оттенком иронии, прозрения и уверенности.</p><p>Это кардинально отличалось от мучительного выражения в тех ледяно-голубых глазах на острове Гант.</p><p>Внезапно полузасохшее, бешено колотящееся тёмно-красное сердце вылетело из руки золотого трупа и устремилось за пределы окончательно распавшейся Мёртвой реки.</p><p>Низкорослая фигура рванулась туда, подобно лягушке, и сходу схватила то сердце; это был Людвиг с окровавленным ртом.</p><p>Улыбка в ледяно-голубых глазах золотого трупа стала немного более непринуждённой.</p><p>Он кивнул Лумиану и по собственной воле откинулся назад, снова улегшись на прежнее место, совершенно не думая воспользоваться возможностью, чтобы вырваться из чёрной древней гробницы.</p><p>Раздался плеск иллюзорной воды, и распашная дверь склепа стала постепенно закрываться.</p><p>Сидевшая у двери фигура, предположительно являвшаяся Даосом Преисподней, вслед за этим исчезла.</p><p>Это… Труп Наборедесли, кажется, не желает покидать склеп… Как Он вообще туда лёг изначально, сам улегся? Лумиан не мог понять причины и мог только посмотреть на Людвига, обнаружив, что этот маленький мальчик подносит полузасохшее тёмно-красное сердце к своему рту.</p><p>Лумиан хотел помешать, но у него не было такой возможности, да и окружающие трупы, похоже, привлекали Людвига куда меньше, чем то полузасохшее сердце.</p><p>Бам!</p><p>Дверь склепа окончательно закрылась, и вся зона внезапно содрогнулась.</p><p>Лумиан и остальные снова увидели фрагменты снов, увидели, как всё вокруг стало размытым.</p><p>После короткого забытья Лумиан обнаружил, что лежит посреди улицы, где вокруг не было освещения, а высоко в небе ярко сияла алая луна, проливая свой свет.</p><p>Это было внутри городка Тизамо.</p></section><section><title><p>Глава 697 «Сделка»</p></title><p>Глава 697 «Сделка»</p><p>«Праздник снов» завершился раньше времени? Лумиан резко перевернулся и встал, обнаружив, что держит в руке ту странную золотую маску, полученную от «Сисо».</p><p>На мгновение он даже не понял, находится ли всё ещё во сне, или же маска из сна попала в реальность.</p><p>Лумиан развернулся и устремил взгляд себе за спину.</p><p>Погибшие во время «Праздника снов» Реаса и Мэслоу лежали посреди улицы, только что придя в себя.</p><p>Воспользовавшись тем, что они восстанавливали воспоминания о произошедшем и медленно поднимались, Лумиан сосредоточился и вгляделся в их Удачу.</p><p>Он увидел, что у обоих проявились явные знаки смерти: в ближайшее же время судьба стремительно изменится, необратимо окрашиваясь в глубокий чёрный цвет.</p><p>Сравнительно говоря, изменение Удачи Реасы было более быстрым и бурным, словно речные воды встретили обрыв, внезапно хлынув вниз и образовав водопад.</p><p>В этот момент Реаса вспомнил произошедшее во время «Праздника снов», и на его бледном, лишённом красок и холодном лице проступил неудержимый страх.</p><p>Бум, бум, бум, на поверхности его тела один за другим взрывались огромные, покрытые тошнотворной слизью опухоли, начиная совпадать с тем обликом, что Лумиан видел во сне.</p><p>Видя, как взгляд Реасы стремительно наливается безумием, а тело, хоть и разрушается, всё ещё излучает вокруг опасные помыслы, Лумиан поднял свободную правую руку, сложил пальцы в форме пистолета и на расстоянии нацелился в область рта Реасы.</p><p>Пуля из ослепительно-белого пламени, образованная из множества слоёв и предельно сжатая, вылетела из кончика пальца Лумиана, выбила зубы Реасы и врезалась в его ротовую полость.</p><p>Грохот!</p><p>Голова Реасы раскололась на куски, из неё вырвались клубы горящего пламени.</p><p>Заместитель капитана Патрульной команды порта Пайлос с грохотом рухнул, превратившись в массу мокрых опухолей, лишь частично прикрытых тонким чёрным строгим костюмом.</p><p>Лумиан перевёл взгляд на Мэслоу, который был одновременно ошеломлён мутацией Реасы и объят страхом из-за собственной смерти во сне, и спокойно спросил:</p><p>«На кого он всё-таки работал?»</p><p>Говоря это, Лумиан засунул золотую маску в «Вещмешок путешественника» и попутно проверил, на месте ли такие предметы, как «Опус Ненависти».</p><p>Все они были на месте, включая ту еду, что предназначалась Людвигу.</p><p>Мэслоу колебался несколько секунд, после чего произнёс:</p><p>«Мы все из „Спиритического культа“.»</p><p>«Люди из „Спиритического культа“, значит…» Лумиан усмехнулся:</p><p>«Вы всё ещё поклоняетесь „богу Смерти“?»</p><p>Разве «бог Смерти» не умер?</p><p>Мэслоу немного подумал и сказал:</p><p>«Реаса сказал мне, что „бог Смерти“ вот-вот вернётся, и в последнее время уже появились признаки отклика на молитвы.»</p><p>Услышав формулировку Мэслоу, Лумиан задумчиво кивнул:</p><p>«К какой фракции „Спиритического культа“ вы принадлежите?»</p><p>Насколько ему было известно, в «Спиритическом культе» существовало множество фракций: монархическая фракция, состоявшая в основном из потомков рода Эггерс и стремившаяся восстановить правление империи Балам; фракция искусственного бога Смерти, пытавшаяся заново сотворить «бога Смерти»; а также более слабые фракция Вечного Сна и фракция Подземного царства.</p><p>«Мы из монархической фракции.» Мэслоу не стал ничего скрывать.</p><p>«Вы специально затесались в Патрульную команду?» невзначай спросил Лумиан.</p><p>Мэслоу покачал головой:</p><p>«Нет, генерал Куэрариль всё это время тайно сотрудничал с нами.»</p><p>Фактический правитель штата Матани, генерал Куэрариль, тоже поддерживает тесную связь с монархической фракцией «Спиритического культа»… Если прибавить сюда Церковь «Матери-Земли» и остаточные силы Интиса, разве это не то, о чём говорила Франка — танцы на трёх яйцах? С этой точки зрения Реаса вовсе не предатель… Неудивительно, что генерал Куэрариль не отправил другое подкрепление. Проблемы, которые не под силу решить ни «Спиритическому культу», ни Церкви «Шута», бессмысленно решать отправкой любого количества людей… Словно что-то осознав, Лумиан спросил:</p><p>«Участие в этом „Празднике снов“ было заданием, отданным вам напрямую верхушкой монархической фракции?»</p><p>«Да,» Мэслоу взглянул на Реасу, в котором уже невозможно было разглядеть человеческий облик, и добавил: «Говорят, приказ отдала лично Императрица.»</p><p>Императрица… Та самая «Бледная Императрица» из монархической фракции «Спиритического культа»? Лумиан инстинктивно огляделся по сторонам.</p><p>Вдруг его осенила мысль: он вытащил прямой меч, купленный в порту Санта, поддел им одежду Реасы и быстро проверил, какие предметы тот оставил после себя.</p><p>Там не было ни той золотой маски, изъеденной смертью, ни черепа, словно выточенного из хрусталя.</p><p>Хотя последний во сне превратился в козла, а золотая маска вместе с ним погрузилась в Мёртвую реку, Лумиан считал, что всё это в конце концов был сон, и каким бы особенным он ни являлся, он оставался сном. Когда человек погибает во сне, он умирает и в реальности, а вот с предметами это не обязательно так: разве часть еды, съеденная Людвигом, сейчас не вернулась в «Вещмешок путешественника»?</p><p>Даже если бы им суждено было исчезнуть, это должно было произойти постепенно, а в данный момент они непременно должны были вернуться в реальный мир!</p><p>Но у Реасы их не было.</p><p>Сердце Лумиана внезапно обдало холодком, и он пониженным голосом спросил:</p><p>«Термиборос, ты что-нибудь почувствовал?»</p><p>Величественный, накладывающийся сам на себя голос Термибороса отдался эхом в ушах Лумиана:</p><p>«Ты только сейчас испугался?»</p><p>«Цыц,» Лумиану в душе было немного жутко, но на словах он не выдавал ни капли: «Эта „Бледная Императрица“ только что наблюдала?»</p><p>Термиборос густым голосом ответил:</p><p>«Не только Она.»</p><p>Она? «Бледная Императрица» — ангел? Лумиан успокоил мысли и снова устремил взгляд на Мэслоу.</p><p>Мэслоу как раз недоумевал, почему Луи Бери бубнит что-то себе под нос, как вдруг услышал от того вопрос:</p><p>«Почему Реаса хотел убить тебя?»</p><p>Мэслоу молчал, не отвечая.</p><p>Лумиан усмехнулся и сказал:</p><p>«Ты предал его?»</p><p>Губы Мэслоу дёрнулись несколько раз, но он так и не разжал их.</p><p>Лумиан с безразличной улыбкой произнёс:</p><p>«Ничего страшного, не хочешь отвечать — не отвечай. Всё равно тебе осталось жить недолго.»</p><p>Лицо Мэслоу мгновенно побледнело: он вспомнил о том, какой финал в реальности ждёт его, погибшего во время «Праздника снов».</p><p>Лумиан слегка кивнул и добавил:</p><p>«Поторопись сделать то, что хочешь сделать. Хм, только не твори зла, иначе умрёшь раньше времени.»</p><p>Договорив, Лумиан взглянул на труп Реасы, из которого начала выделяться Потусторонняя характеристика; алчное желание захлестнуло его, но тут же было подавлено способностью к выдержке, присущей «Аскету».</p><p>Он считал, что независимо от того, был Реаса предателем или нет, его Потусторонняя характеристика должна достаться Камю и Патрульной команде штата Матани.</p><p>Чтобы не позволить алчному желанию завладеть собой, а также вспомнив об одном весьма серьёзном деле, Лумиан слегка изменился в лице и напрямую активировал чёрную метку на правом плече, применив «Телепортацию», чтобы покинуть это место.</p><p>Мэслоу смотрел на снова опустевшую улицу и огоньки, разбуженные недавним взрывом, и, словно лишившись души, с растерянным и подавленным выражением лица развернулся и побрёл в сторону джунглей за пределами городка Тизамо.</p><p>…………</p><p>Гостиница «Бриу», номер-люкс на втором этаже.</p><p>Лугано только успел проснуться, как почувствовал, что его правое предплечье потеряло чувствительность и перестало слушаться.</p><p>«Ничего, ничего, пройти один-два сеанса психотерапии — и всё будет в порядке, жители городка Тизамо справляются даже с помощью месс без Потустороннего эффекта…» — Лугано переносил приступы боли в правом предплечье, утешая самого себя.</p><p>Как раз в этот момент он услышал торопливый бег, раздавшийся в гостиной за дверью.</p><p>Щёлк!</p><p>Дверь в спальню Лугано открылась, и он, благодаря лившемуся из окна алому лунному свету, увидел стоящего там Людвига в синей пижаме с жёлтыми звёздочками и в таком же ночном колпаке; в руке тот сжимал полузасохшее, измазанное кровью тёмно-красное сердце.</p><p>Тук! Тук!</p><p>Лугано услышал стук собственного сердца, ощутив, будто его душа от страха вот-вот покинет тело.</p><p>Людвиг из-за того, что проснулся раньше времени и не наелся во сне, пришёл перекусить?</p><p>В следующую секунду Лугано увидел, как в дверном проёме вплыла фигура.</p><p>Эта фигура была полупрозрачной, облачённой в пышное, изысканное и мрачное чёрное платье; на шее у неё не было головы — лишь ровный срез, а в руках она держала четыре абсолютно одинаковые головы с золотистыми волосами и алыми глазами, обладавшие яркой красотой.</p><p>«Верни»… «его»… «мне»…</p><p>Эти четыре головы по очереди произнесли разные слова на древнефейсакском языке, сложившиеся в предложение.</p><p>Их восемь алых глаз одновременно отразили силуэт Людвига.</p><p>«Моё!» — Людвиг подбежал к кровати Лугано, развернулся и сделал вид, будто собирается поднести сердце к рту, но в то же время, казалось, чего-то опасался.</p><p>Четыре головы, которые держала полупрозрачная фигура, по очереди произнесли:</p><p>«Дурак»… «который»… «ест»… «собственные»… «мозги»…</p><p>«Это»… «моё»… «сердце»…</p><p>«Если»… «ты»… «не»… «вернёшь»…</p><p>«Я»… «превращу»… «тебя»… «в»… «свинью»…</p><p>Практически одновременно рядом с Людвигом стремительно обрисовался силуэт Лумиана, увидавшего эту сцену и услышавшего соответствующие слова.</p><p>Лумиан окинул взглядом даму причудливого вида, затем посмотрел на Людвига, с исполненным решимости лицом готового насмерть защищать еду, и обдуманно произнёс:</p><p>«Мадам, вы можете попробовать обменять его на другие богатые духовностью материалы.»</p><p>Лумиан и сам не смел отбирать то, что находилось в руках у Людвига в его нынешнем состоянии.</p><p>Дама в пышном чёрном платье, державшая четыре головы с золотистыми волосами и алыми глазами, погрузилась в молчание.</p><p>Спустя мгновение одна из её голов выплюнула блестящую золотую монету и зажала её в зубах.</p><p>Золотая монета? Хочет купить за монету? Людвиг же не любит деньги… Лумиан только собрался предостеречь даму напротив, как вдруг почувствовал, что эта золотая монета ему знакома.</p><p>Это была лоэнская золотая монета достоинством в 1 фунт.</p><p>Э-э… Лумиан устремил взгляд на Людвига.</p><p>На лице Людвига проступили явные колебания.</p><p>Спустя несколько секунд он наконец протянул обе руки и поднёс полузасохшее тёмно-красное сердце к соответствующей голове дамы.</p><p>Эта голова с золотистыми волосами, алыми глазами и яркой красотой разжала зубы, позволив золотой монете упасть в руки Людвигу, после чего быстро впилась зубами в полузасохшее тёмно-красное сердце.</p><p>Полупрозрачная дама шагнула назад и исчезла в дверном проёме спальни Лугано.</p><p>Людвиг же стремительно запихнул лоэнскую золотую монету в рот, словно собирался спрятать её в желудке, но затем, сочтя это не совсем правильным, поспешно вытащил её, вытер о пижаму и осторожно положил в карман.</p><p>И впрямь как та Монета удачи Дженны… Все они — лоэнские золотые монеты, тесно связанные с господином «Шутом»? Лумиан задумчиво кивнул.</p><p>Он тут же почувствовал некоторое разочарование:</p><p>Рядом со мной уже двое получили Монету удачи, почему же у меня её до сих пор нет?</p></section><section><title><p>Глава 698 Беспокойство Колобо</p></title><p>Глава 698 Беспокойство Колобо</p><p>Люмиан опомнился, взглянул на Людвига, чье эмоциональное состояние уже стабилизировалось, и сказал Лугано, который продолжал вжиматься в угол кровати:</p><p>«Завтра возвращаемся в Трир, и я найду тебе психиатра, настоящего психиатра.»</p><p>Это решение было принято не ради помощи Лугано, а планировалось заранее — «007» под утро уже должен был дать ответ, и далее Люмиану, Франке и остальным предстояло обсудить, как поступить с «Человеком из зеркала» Мораном Авиньи.</p><p>К тому же Люмиан намеревался воспользоваться этой возможностью, чтобы найти безопасное место, извлечь силу Термибороса и получить Благословение «Охотника за судьбами».</p><p>Главным его урожаем на этом «Празднике снов» стало значительное усвоение зелья «Жнец».</p><p>Он и раньше знал, что на Южном континенте полно междоусобиц и возможностей для сражений, что помогает усвоению зелья «Жнец», но никак не ожидал, что менее чем через две недели после продвижения прогресс усвоения «зелья» взлетит с такой скоростью, словно ртутный столбик градусника, приложенный к подмышке живого человека.</p><p>«Жатва» священника Кали, «жатва» проекции во сне «Сисо», жатва почти двадцати Дарителей, чья сила равнялась шестой и пятой Последовательностям, заставила Люмиана глубоко ощутить хрупкость жизни — она была подобна соломе под серпом, что под ударами жатвы непрестанно падает и уносится ветром.</p><p>Кроме того, пройдя через отыгрыш четырех предыдущих Последовательностей, Люмиан чувствовал, что Путь «Охотника» обладает ярко выраженной чертой приносить бедствия, и «Жнец» не был исключением.</p><p>А благодаря этому отыгрышу он понял, что черта «Жнеца» приносить бедствия больше выражается в даровании разрушения.</p><p>В то же время гибель врагов принесла Люмиану богатый урожай.</p><p>Пока мысли стремительно проносились в его голове, он сформулировал свое первое правило отыгрыша «Жнеца»:</p><p>«Жатва — это уничтожение цели ради собственного богатого урожая.»</p><p>«Проведи я еще три-четыре подобные жатвы, и мне даже не придется постигать и воплощать в жизнь другие правила отыгрыша, чтобы полностью завершить усвоение зелья „Жнец“, но на такую удачу не стоит рассчитывать постоянно…» — мысленно вздохнул Люмиан.</p><p>Для этого нужно собрать более десяти Потусторонних шестой и пятой Последовательностей, имеющих явные изъяны и сдерживаемых им самим, да еще и при отсутствии посторонних помех.</p><p>Каждое из этих условий выполнить нелегко, не говоря уже обо всех одновременно:</p><p>Во-первых, будь то люди, принявшие зелье или получившие Потусторонние силы через Благословение, из-за различий в Путях и Последовательностях их изъяны разнятся; они не могут, подобно Стражам гробниц на «Празднике снов», быть обременены проекциями во сне и представлять собой сплошные бомбы из эмоций и желаний, готовые взорваться от малейшей искры — даже если Дарители глубоко подвержены влиянию Злого Бога и в той или иной степени имеют психические проблемы, это не обязательно проявляется в крайностях эмоций и желаний; некоторые из них, возможно, лишь страдают от искажения личности;</p><p>Во-вторых, Потусторонние шестой и пятой Последовательностей встречаются не так уж часто, особенно последние, принадлежащие к костяку крупных сил; даже не имея организации, они могут сколотить собственную команду и, подобно Адмиралам Пиратов, господствовать на какой-то территории — разве так просто собрать вместе с десяток-другой подобных людей;</p><p>В-третьих, если из-за какого-то крупного события первые два условия и будут выполнены, общие изъяны тех Потусторонних вовсе не обязательно окажутся сдерживаемы Люмианом и его Волшебными предметами;</p><p>И наконец, в ходе сражения Потусторонние пятой Последовательности, являющиеся костяком крупных сил, с высокой вероятностью привлекут внимание соответствующих полубогов.</p><p>Такое оккультное событие, как «Праздник снов», изобилующее разного рода ограничениями и естественными изъянами и при этом невероятно подходившее Люмиану, за почти тысячу лет на Северном и Южном континентах, возможно, произошло лишь единожды.</p><p>Эх… — Люмиан не удержался от еще одного вздоха.</p><p>Тем временем Лугано, пришедший в небывалый восторг от новости о том, что с рассветом можно будет вернуться в Трир, поспешно ответил:</p><p>«Хорошо, хорошо!»</p><p>Вернувшись в Трир, Босс получит соратников, которым доверяет больше, и ему, скорее всего, больше не придется заботиться о Людвиге!</p><p>Люмиан немного подумал и, глядя на шторы, сквозь которые пробивался алый лунный свет, словно невзначай спросил Лугано:</p><p>«Ты накопил денег на рецепт зелья „Жрец Урожая“ и соответствующие ингредиенты?»</p><p>Лугано опешил и ответил:</p><p>«Нет, мне не хватает даже на рецепт зелья.»</p><p>Подавляющее большинство его нынешних «сбережений» было заработано у Люмиана — на данный момент около пятнадцати тысяч феров, тогда как, насколько ему было известно, рецепт зелья 7-й Последовательности обычно стоил от шестнадцати-семнадцати тысяч до двадцати с лишним тысяч феров.</p><p>Люмиан задумчиво кивнул:</p><p>«Я буду присматривать для тебя рецепт зелья „Жрец Урожая“ и соответствующие ингредиенты, а недостающую сумму добавлю, посчитав это разделом Трофеев за это приключение.»</p><p>Лугано сначала замер, а затем почувствовал, как к глазам подступила теплота, и зрение слегка затуманилось:</p><p>Я не ошибся с выбором!</p><p>Мое будущее действительно рядом с Боссом!</p><p>Он с некоторым беспокойством спросил:</p><p>«Но ведь это приключение было во сне, разве можно перенести добытое в реальный мир?»</p><p>Люмиан не стал отвечать словами и просто достал из «Вещмешка путешественника» ту самую золотую маску «Сисо».</p><p>И впрямь можно… Некоторым особым предметам это под силу? — Лугано тут же успокоился.</p><p>Люмиан повернулся к Людвигу, который выглядел так, словно получил любимую игрушку, и слегка кивнул:</p><p>«Можешь спать дальше.»</p><p>Людвиг в синем ночном колпаке похлопал глазами и протянул руку, поглаживая животик.</p><p>Урр, урр — его желудок и кишечник бурно заурчали.</p><p>Люмиан самоиронично усмехнулся и достал ту часть еды, что была съедена Людвигом во сне, включая, помимо прочего, миндально-фисташковый кремовый торт-мильфей, конфеты с алкогольной начинкой, профитроли и прочее.</p><p>Дождавшись, пока Людвиг начнет «тихо» есть, Люмиан вернулся в комнату, создал сгусток ослепительно-белого пламени, разложил почтовую бумагу, взял перьевую ручку и принялся писать письмо госпоже «Фокусник».</p><p>Это обладало более высоким приоритетом, чем решение прочих дел.</p><p>По мере письма Люмиан подумал об одном деле:</p><p>Старейшины группы Стражей гробниц были полностью уничтожены им; осталась ли у того первобытного племени способность совершить нападение и устранить умерших людей?</p><p>Или же они пока остаются живыми в реальном мире, выжидая нападения на городок Тизамо, чтобы утянуть за собой в смерть остальных умерших?</p><p>Или же умершие люди уйдут со сцены иным способом — например, через пожар, произошедший с семьей Тэванако?</p><p>…………</p><p>Городок Тизамо, третий этаж Главного управления полиции.</p><p>Камю резко проснулся и инстинктивно посмотрел на временную кровать напротив — одеяло оказалось откинуто, а Колобо нигде не было видно.</p><p>«Я всё еще сплю, всё еще на „Празднике снов“?» — Камю осторожно перевернулся и сел, услышав, как из угла возле двери доносится стук «тук-тук-тук».</p><p>В темноте, благодаря алому лунному свету, пробивавшемуся сквозь шторы, он увидел сжавшегося в комок Колобо, который сидел там на корточках и непрестанно дрожал.</p><p>«Что случилось?» — Камю понизил голос и мягко спросил.</p><p>Колобо дрожащим голосом ответил:</p><p>«Небо рушится! Небо рушится!»</p><p>Небо рушится? Камю это показалось смешным, и он, глядя на Колобо, сказал:</p><p>«Может, ты неверно истолковал свое предчувствие?»</p><p>Как небо может рухнуть?</p><p>…………</p><p>За городком Тизамо, на краю первобытных джунглей.</p><p>Мэслоу с белой краской на лице медленно брел в глубь джунглей.</p><p>Ощущение, когда знаешь, что скоро умрешь, но ничего не можешь с этим поделать, было очень скверным.</p><p>Он жалел, что предал «Спиритический культ», но иного выхода у него не было — едва прибыв в городок Тизамо, он попал под тайный контроль Тэванако, вернувшегося сюда «на отдых», и превратился в падшего, следящего за священником Кали и обстановкой в городке.</p><p>Позже, хотя он и узнал об убийстве Тэванако, проекция во сне того человека явилась в его сновидении и сообщила, что всё еще не кончено.</p><p>Мэслоу шаг за шагом шел вперед, желая вернуться в джунгли и стать питанием для какого-нибудь дерева, как и его предки.</p><p>Пока он шел, из близлежащих казарм вышло около двадцати человек.</p><p>Те люди, похоже, заметили какую-то аномалию и собирались осмотреть окрестности.</p><p>Как раз в этот момент Мэслоу почувствовал, что ночь внезапно стала светлее.</p><p>Он подсознательно поднял голову, взглянул на небо и увидел, как огромный бушующе пылающий камень, тяня за собой алый огненный хвост, стремительно падает вниз.</p><p>В мгновение ока пылающий валун заполнил всё поле зрения Мэслоу.</p><p>Он грохнулся на участок между краем джунглей и казармами.</p><p>Грохот!</p><p>Поднятые метеоритом взрывная волна и пыль мгновенно заполнили эту территорию, взмыли в воздух и рассеялись, заслоняя алую луну и звездный свет.</p><p>Грохот!</p><p>Весь городок Тизамо словно сотрясло мощное землетрясение: здания зашатались, стекла со звоном посыпались во все стороны.</p><p>Несколько недостаточно прочных домов быстро обрушились, погребя под собой жильцов.</p><p>Камю с трудом удержал равновесие и, дождавшись, пока здание перестанет качаться, поспешно бросился к разбитому окну и выглянул наружу.</p><p>Он увидел, что «небо» стало темно-серым и опустилось так низко, словно до него можно было дотянуться, подпрыгнув.</p><p>«Небо» и вправду рухнуло… — внезапно промелькнула у Камю эта мысль.</p><p>…………</p><p>Гостиница «Бриу», номер-люкс на втором этаже.</p><p>Люмиан сжимал в руке почтовую бумагу и перьевую ручку, с ироничной ухмылкой глядя на вздымающиеся снаружи клубы пыли и дыма и ощущая исходящий неподалеку «сокрушительный удар».</p><p>«А ведь и впрямь прямолинейно…» — искренне восхитился он.</p><p>Надо же, метеорит с небес!</p><p>И судя по текущему положению дел, большая часть умерших людей, должно быть, была уничтожена в этой «катастрофе».</p><p>Люмиан повернулся и через приоткрытую от тряски здания дверь увидал, что Людвиг всё так же сосредоточенно поглощает еду.</p><p>Из той горы еды ни один кусочек не упал на пол.</p><p>Отослав Лугано наружу помогать раненым, Люмиан вернулся в комнату и продолжил писать письмо.</p><p>Закончив, он тут же устроил ритуал и призвал Посланницу-«куклу».</p><p>Едва Посланница-«кукла» вышла из раздувшегося пламени свечи, как внезапно сжалась.</p><p>Она медленно посмотрела налево, затем сметливо глянула направо и, убедившись, что всё в порядке, на цыпочках осторожно подошла к письму Люмиана.</p><p>Люмиан никогда еще не видел у Посланницы-«куклы» подобного поведения; с недоумением и смехом он наблюдал, как она, словно воровка, подняла сложенный квадратиком лист бумаги, помахала ему рукой и стремительно скрылась в пламени свечи.</p><p>Люмиан усмехнулся, покрутил головой и не стал больше задумываться над поведением Посланницы-«куклы».</p><p>По крайней мере, это выглядело безобидным, а у него оставалось еще немало дел.</p><p>Люмиан вышел из спальни, прошел по коридору, спустился на первый этаж и, схватив проснувшегося от испуга и вышедшего разузнать обстановку хозяина гостиницы, без лишних слов спросил:</p><p>«В каком номере живут дама, прибывшая сегодня вечером, и её спутник?»</p></section><section><title><p>Глава 699 Оперение</p></title><p>Глава 699 Оперение</p><p>Городок Тизамо, внутри того дома в Теванако.</p><p>Среди сильной тряски здания Амандина проснулась.</p><p>Она с некоторой растерянностью поспешно поднялась на ноги, устремила взгляд за окно и увидела, что небо стало серым и темным, опустилось очень низко, а Алая Луна и созвездия оказались полностью скрыты.</p><p>В почти абсолютной темноте Амандина повернулась и перевела взгляд неподалеку.</p><p>Одетый с иголочки Роберт медленно поднимался, словно всё ещё не адаптировался к беспросветной тьме, и неторопливо оглядывался по сторонам.</p><p>Когда дрожь земли и раскачивание здания наконец прекратились, Роберт с помощью Духовного зрения обнаружил Амандину.</p><p>Он помешкал и сказал:</p><p>«Мы, проснулись?»</p><p>Он помнил, что перед входом в «Праздник снов» они с Амандиной под предлогом свидания встретились здесь, а после пассивного погружения в тот особый сон временно разделились: один остался на месте, а вторая отправилась в церковь Святого Сиена.</p><p>Амандина снова взглянула на внезапно зашумевшую улицу за окном, подумала несколько секунд и сказала:</p><p>'Похоже…</p><p>«Но я не знаю, что происходит сейчас.»</p><p>Роберт вспомнил произошедшее во сне и умолк, Амандина тоже не стала заговаривать первой.</p><p>Спустя долгое время Роберт глухо спросил:</p><p>«Что с тобой произошло потом?»</p><p>Амандина вдруг усмехнулась:</p><p>«Ничего особенного.»</p><p>Роберт снова закрыл рот.</p><p>Обладающая ночным зрением Амандина смотрела на него и, улыбаясь со сложным чувством, произнесла:</p><p>«Ты хочешь спросить о чём-то ещё?»</p><p>Роберт на мгновение замолчал и спросил:</p><p>«Что ты пережила потом?»</p><p>Амандина ощущала тихую тьму внутри дома и после долгой мертвой тишины тихим голосом произнесла:</p><p>«Я увидела того, кто дал мне силу.»</p><p>«Того, кто дал тебе силу?» — ошеломленно переспросил Роберт.</p><p>Амандина улыбнулась:</p><p>«Коснувшись той чёрной древней гробницы, мы на самом деле не уснули; мы действительно потеряли сознание лишь тогда, когда приняли силу.»</p><p>«Как это возможно…» — у Роберта было лицо человека, который совершенно не верил этому.</p><p>Амандина не стала пытаться убедить его, а заговорила сама с собой:</p><p>'Получить Потусторонние силы, тут же потерять сознание или погрузиться в сон, а проснувшись, полностью овладеть этой силой, при этом дух и плоть испытывают определенные изменения…</p><p>«Считается ли это низкоуровневым „сначала умереть, чтобы жить“?»</p><p>«О чём ты говоришь?» — Роберт растерялся еще больше.</p><p>Совершенно ничего не понимал!</p><p>Глаза Амандины слегка качнулись, и она улыбнулась:</p><p>«Это мне сказал тот человек. Возможно, своего рода наставление.»</p><p>«Наставление…» — Роберт смотрел на Амандину напротив, способный лишь с помощью Духовного зрения подтверждать её состояние.</p><p>Ему казалось, что его невеста стала не такой, как прежде, словно повзрослела за одну ночь.</p><p>Амандина хотела подробно рассказать Роберту о произошедшем с ней, как делала это обычно, но множеству слов, подступивших к горлу, в итоге так и не дала вырваться наружу.</p><p>Она вздохнула «эх» и сказала:</p><p>«Ты не пойдешь навестить священника Кали? Возможно, он долго не протянет.»</p><p>Роберт мгновенно очнулся от своих мыслей и выпалил:</p><p>«Он сбежал к той древней гробнице и был кем-то убит?»</p><p>«Он действительно мертв,» — ответила Амандина.</p><p>Выражение лица Роберта непрерывно менялось, но он не стал спрашивать, кто убийца.</p><p>Амандина немного подумала и сказала:</p><p>'Прежде чем ты отправишься к священнику Кали, мне необходимо сказать тебе кое-что.</p><p>«Желание, возникшее у тебя при первой встрече с ним, исходило не из твоего сердца: он совершил ритуал, обратившись с мольбой к Демону, и получил силу, способную влиять на тебя.»</p><p>Глаза Роберта внезапно широко раскрылись, рот открылся, но ни звука не исторглось.</p><p>Амандина больше ничего не стала говорить, шагнула вперед, прошла мимо Роберта и направилась к лестнице.</p><p>Положив руку на перила лестницы, она остановилась и произнесла «хм»:</p><p>'Давай найдем предлог и расторгнем помолвку. Я могу смириться с остальным в тебе, но не могу позволить, чтобы мой жених в подобной ситуации оставил меня одну идти с Луи Бери к чёрной гробнице.</p><p>«Не волнуйся, я никому не расскажу о твоих делах, да и те, кто узнал во сне, тоже не проговорятся.»</p><p>Роберт резко повернулся и уставился на лестничный пролет, как раз успев увидеть, как Амандина спускается шаг за шагом, а сияние её духовности погружается в глубокую тьму.</p><p>Амандина вышла из того дома в Теванако и оказалась на улице.</p><p>Она взглянула на серое опустившееся небо, посмотрела на редкие огоньки, загоравшиеся по обе стороны, и вдохнула воздух, насыщенный пылью.</p><p>Прикрыв нос рукой, Амандина направилась в сторону поместья Пальм.</p><p>Её шаги постепенно становились всё более легкими.</p><p>…………</p><p>Городок Тизамо, третий этаж Главного управления полиции.</p><p>Камю только показалось, что Колобо трясет уже не так сильно и он словно пришел в себя, как из соседней комнаты донеслись мучительные ругательства.</p><p>Он встрепенулся, зажег свечу, вышел из комнаты, толкнул слегка деформированную деревянную дверь по соседству и увидел, что фейсакец Лобан лежит на полу, обхватив колено и непрерывно крича от боли.</p><p>Этот член Патрульной команды городка Тизамо проснулся от похожих на землетрясение толчков и хотел спрыгнуть с кровати, чтобы найти укрытие, но одна нога странным образом потеряла силу, что сопровождалось острой болью, и в результате он грохнулся прямо на пол.</p><p>Камю еще не успел подобрать слова, как подле него раздался голос Рии:</p><p>«Не волнуйся, это массовая истерия, упомянутая в тех расследованиях. После соответствующей мессы всё придет в норму.»</p><p>Лобан помогал Камю собирать сведения о различных странностях городка Тизамо, поэтому быстро понял слова Рии.</p><p>Он выругался, с трудом поднялся, выудил из-под подушки армейскую флягу и с жадностью сделал несколько глотков крепкого алкоголя.</p><p>Отпив так, что на его лице появился румянец, Лобан облегченно вздохнул и произнес:</p><p>«Я чувствую, что колену стало немного лучше. Иногда алкоголь полезнее мессы!»</p><p>Камю тоже вздохнул с облегчением, повернул голову к Рие и заметил, что на лице его соратницы прибавилось холода.</p><p>После произошедшего её Проекция во сне полностью исчезла, и эти эмоции с желаниям вернулись в её тело? Интересно, существует ли еще тот особый сон и будет ли в следующем году «Праздник снов»… — в голове Камю мгновенно пронеслось множество мыслей.</p><p>В этот момент Рия сказала ему:</p><p>«Пойдем наружу, посмотрим, сможем ли кого-нибудь спасти. Пострадать должны были не только те, кто погиб во время „Праздника снов“.»</p><p>Камю обомлел и ответил:</p><p>«Хорошо.»</p><p>В его душе вспыхнула радость: он почувствовал, что Рия не изменилась кардинально из-за возвращения тех эмоций и желаний.</p><p>…………</p><p>Согласно указаниям владельца гостиницы «Бриу», Люмиан поднялся на четвертый этаж и открыл деревянную дверь нужного номера.</p><p>Практически беспросветная тьма быстро отступила под светом ослепительно-белого огненного шара, явив всё, что находилось здесь, взору Люмиана:</p><p>Часть предметов из-за недавней тряски упала на пол, столы и стулья сместились, с потолка осыпалось немного пыли, окна были плотно закрыты, но стекла уже разбились — кроме этого, ничего примечательного не наблюдалось, да и людей не было.</p><p>Люмиан огляделся по сторонам, но не обнаружил никаких следов тех мужчины и женщины.</p><p>Он слегка нахмурился и беззвучно прошептал про себя:</p><p>«Судя по изначальным закономерностям 'Праздника снов», смерть во сне не означает немедленную смерть. Проснувшись, эти мужчина и женщина сразу же покинули городок Тизамо?</p><p>«А я ещё собирался прийти и прибрать их трупы, заодно унаследовав их Потусторонние характеристики…»</p><p>Люмиан вовсе не считал, что из-за запертой двери и закрытых окон эти мужчина и женщина не могли покинуть закрытую комнату. В конце концов, это были двое Потусторонних Средней Последовательности, один из которых и вовсе был «Демоном», — возможно, у них имелись особые способности для решения подобных проблем.</p><p>Подумывая о том, стоит ли попытаться отыскать их следы, пуститься в погоню и от лица «Праздника снов» зачистить уже мёртвых людей, Люмиан между делом осматривал различные детали в комнате.</p><p>Вдруг его зрачки расширились, а взгляд на секунду застыл.</p><p>Он увидел, что под креслом-качалкой у окна тихо лежит перо.</p><p>Белое перо, сплошь покрытое светло-желтыми жирными пятнами!</p><p>У Люмиана в мгновение ока зачесалась кожа на голове от ужаса, и он бесшумно отступил на два шага назад, вернувшись в коридор.</p><p>Неужели эти мужчина и женщина, подобно Реасе, уже умерли и подверглись мутации?</p><p>Тогда где их трупы?</p><p>Исчезли?</p><p>«Оперившиеся в богов» люди после выхода из «Праздника снов» проявляют себя как-то иначе?</p><p>Люмиан, позади головы которого парил шар ослепительно-белого огня, со множеством сомнений снова оглядел комнату перед собой, чувствуя, что «трупы» тех мужчины и женщины, возможно, всё ещё находятся здесь, просто он сам их не видит.</p><p>Он осторожно вошел в комнату и подошел к креслу-качалке, но не ощутил ничего необычного и не обнаружил никаких следов присутствия невидимых сущностей.</p><p>Люмиан достал из «Вещмешка путешественника» «Очки Тайнозрения» и «Очи истины» и поочередно надел их на лицо.</p><p>Он по-прежнему не видел силуэтов мужчины и женщины, а его поле зрения заполнили хаотичная тьма, безлунные реки, измазанные жиром перья, плененная глубокая бездна и прочие картины.</p><p>«Вернувшись в реальность, они первым делом завершили „Оперение“ и покинули это место?» — взвесив всё несколько секунд, Люмиан активировал чёрную метку на правом плече.</p><p>Он «телепортировался» в некое место в джунглях, соответствовавшее окраине того особого сна.</p><p>Будучи «Охотником», Люмиан после того, как Амандина отвела его к чёрной древней гробнице, уже крепко запомнил правильный маршрут и особенности местности. Потратив около четверти часа, он добрался до области, где множественные корни деревьев выпирали из земли, словно сплетение многочисленных кровеносных сосудов.</p><p>Однако там, где изначально должна была возвышаться подобная чёрному монолиту древняя гробница, было пусто — совсем ничего.</p><p>«Та чёрная древняя гробница существует только во сне, а реальность не может прикоснуться к ней?» — Люмиан всерьез занялся умозаключениями: — «Поэтому „Бледная Императрица“ и другие ангелы не могут снизойти лично и способны лишь подослать людей участвовать в „Празднике снов“?»</p><p>Пока мысли мчались вихрем, взгляд Люмиана скользил взад и вперед по участку земли, соответствовавшему чёрной древней гробнице.</p><p>Это место и вправду немного отличалось от окружения: там не было выпирающих из земли переплетенных корней деревьев, оно было ровным и без камней.</p><p>Люмиан с задумчивым видом подошел ближе, достал прямой меч и, используя его вместо лопаты, попытался раскопать эту землю.</p><p>Стоило ему выкопать небольшую ямку, как веко Люмиана дернулось.</p><p>Под темно-коричневой землей были погребены два белых пера, испачканных светло-желтыми жирными пятнами!</p><p>Люмиан медленно вдохнул воздух и копнул еще немного глубже.</p><p>Вскоре его взору открылся размером с ладонь кусок странной земли — тускло-иссиня-чёрной, слегка влажной и вязкой.</p></section><section><title><p>Глава 700 Разъяснения госпожи «Фокусник»</p></title><p>Глава 700 Разъяснения госпожи «Фокусник»</p><p>Глядя на эту странную землю, Люмиан невольно вспомнил сцену, когда «Хела» набирала воду из «Источника Самаритянки».</p><p>Поразмыслив немного, он достал из «Вещмешка путешественника» золотые слитки и монеты, а затем зажег на ладони яркий ослепительно-белый огненный шар.</p><p>По мере того как разгоралось пламя, золотые слитки и монеты постепенно плавились и под действием духовности сформировали небольшой золотой ларчик.</p><p>Вслед за этим Люмиан использовал пламя как клинок, сделав для золотого ларчика крышку.</p><p>Закончив с этим и дождавшись, пока температура спадет, а золото снова затвердеет, Люмиан применил свой прямой меч вместо лопаты, переправил всю странную землю размером с ладонь внутрь ларчика и захлопнул крышку.</p><p>Убрав золотой ларчик, Люмиан бросил взгляд на прямой меч в своей руке и обнаружил, что тот весь покрылся ржавчиной, прогнил и вот-вот переломится.</p><p>Этому Люмиан не только не удивился, но и обрадовался, тихо пробормотав себе под нос:</p><p>«Та земля и вправду обладает чудесными свойствами…»</p><p>Это тоже можно было считать одним из его трофеев за «Праздник снов».</p><p>Не взяв Потусторонние характеристики Реасы и Мэслоу, а также после того, как служившие Демону мужчина и женщина загадочно исчезли в неизвестном направлении, Люмиан наконец хоть что-то получил.</p><p>Он еще какое-то время обыскивал эту область и, не найдя больше никаких следов, был вынужден применить «Телепортацию», вернувшись на второй этаж гостиницы «Бриу».</p><p>К этому времени дым и пыль, принесенные метеоритом, заметно рассеялись, и свет Алой Луны придал городку Тизамо немного прохладного спокойствия.</p><p>Окинув комнату взглядом, Люмиан заметил на письменном столе в хозяйской спальне сложенную квадратом писчую бумагу, прижатую металлической пластинкой, словно отлитой из латуни.</p><p>«Госпожа „Фокусник“ сегодня вечером ответила очень быстро…» — Люмиан поднял латунный кусочек и принялся разглядывать его со всех сторон, изучая таинственные узоры и похожие на письмена знаки, но так и не смог понять, что это означает, какова его функция, и даже не почувствовал соответствующего сияния духовности.</p><p>Качнув головой, Люмиан пока отложил латунную пластинку и, слегка сжав правую руку, создал зависший в воздухе ослепительно-белый огненный шар.</p><p>При свете огненного шара он присел, развернул ответное письмо госпожи «Фокусник» и принялся внимательно читать:</p><p>'Не сомневайся, судя по текущему положению дел, труп в гробнице снов действительно принадлежит Наборедесли.</p><p>'А Наборедесли с высокой долей вероятности можно считать псевдонимом Короля Демонов Фабути, либо же истинным именем, играющим определенную роль при определенных обстоятельствах.</p><p>«Разве не странно, почему Наборедесли, будучи Королем Демонов и одним из восьми древних богов, некогда правивших миром, способен даровать Потусторонние силы Пути 'Пленника»?</p><p>'Подобные аномалии для древних богов совершенно обычное дело.</p><p>«Они возвысились не путем последовательного продвижения по Божественным Путям, а возникли напрямую по определенным причинам. Их характеристики смешаны, и все они обладают Потусторонними характеристиками Последовательности 1 других Путей, притом даже не одной. Ты можешь вспомнить ситуацию с тем 'Колдуном-Демоном» Бурманом, чтобы понять, насколько безумны и жестоки были древние боги.</p><p>'Между древними богами и более поздними истинными богами есть существенные различия, но это вовсе не означает, что они были слабы — возможно, даже наоборот, еще могущественнее.</p><p>«Среди них Фабути, хотя и является Королем Демонов, соединил в себе Последовательность 1 смежного Пути — 'Богомерзкое отродье», поэтому его состояние оказалось одним из лучших среди двух-трех древних богов, и он стал единственным древним богом, дожившим до наших дней в своем первозданном облике.</p><p>«На самом деле, если бы Фабути в статусе Последовательности 1 'Богомерзкое отродье» собрал материалы Пути Дьявола и совершил полный ритуал божественности для возвышения, он стал бы эквивалентен нынешним истинным богам — даже чуть более сильным истинным богом, а не древним богом, известным своей безумностью, жестокостью, свирепостью и кровожадностью.</p><p>«Разумеется, будучи Королем Демонов, даже поступи он так, он неизбежно проявил бы черты вроде 'Я и есть Бездна» и «Бездна — это я», оказавшись под сильнейшим влиянием этого Пути. А каково состояние Демонов, ты должен прекрасно понимать, так что Фабути одновременно является и одним из двух-трех самых безумных древних богов, что ничуть не противоречит его более сохранному состоянию.</p><p>'На этом познания о древних богах пока ограничим, это не главная цель моего письма.</p><p>«В общем, в склепе сновидений действительно находится Наборедесли — другой Наборедесли, существующий в статусе „Богомерзкого отродья“.»</p><p>Вот оно как… Древние боги обладали Потусторонними характеристиками других Путей, смежных или несмежных, а Наборедесли ранее уже демонстрировал способность делать различные желания и эмоции независимыми друг от друга… Люмиан больше не испытывал ни малейших сомнений относительно того, почему то холодное тело Наборедесли способно даровать силу «Одержимого».</p><p>Поразмыслив некоторое время, он вновь принялся читать письмо госпожи «Фокусник»:</p><p>'Ты упомянул, что Наборедесли сам лег обратно в склеп сновидений и продолжил оставаться в состоянии смерти — для него это крайне естественный выбор.</p><p>'И более того, я скажу: отличная смерть, пусть и дальше так дохнет, вплоть до самого Апокалипсиса!</p><p>«Тебе незачем знать конкретные причины. Если вкратце, ты и сам заметил: Наборедесли, то есть Король Демонов Фабути, сейчас в ужасном состоянии, и пребывать мертвым в качестве 'Богомерзкого отродья» для него куда предпочтительнее, чем жить — как для него самого, так и для всего этого мира.</p><p>«Разумеется, это не просто смертельный исход: он выбрал отличное место для гибели, позволяющее его трупу наслаждаться покоем и безмятежностью, не подвергаясь посягательствам со стороны 'Матери Древа Желаний».</p><p>'Теперь ты, должно быть, тоже понял: Тот, Кто пишет истории и создает совпадения, устроил так, чтобы ты еще в Королевстве Фейнапот соприкоснулся с Наборедесли, затем отправился на Остров Гант и в Новый Город Серебра ради того, чтобы донести весть до Наборедесли в древнем склепе сновидений. Чтобы он продолжал спокойно спать, оставался трупом и даже не помышлял о воскрешении, а заодно пресечь попытки различных фракций завладеть той Потусторонней характеристикой Последовательности 1.</p><p>'Хм, Этот Достойный не даром выживший древней эпохи и главный герой, лично положивший конец правлению древних богов. Тайны, о которых он знает, и ключевые события, которыми он владеет, возможно, превосходят все наше вместе взятое знание.</p><p>«Кто, кроме Него и повелевающей сокрытием 'Богини Вечной Ночи», мог знать о таком оккультном празднике, как «Праздник снов», о котором забываешь сразу после пробуждения? Кто мог подумать, что тот труп — часть Короля Демонов?</p><p>«Значительное усвоение зелья 'Жнеца», получение той золотой маски и образование оскверненной земли — всё это, должно быть, «обещанная» Им награда.</p><p>'Эту оскверненную землю не забудь передать мне: тебе от нее никакой пользы, но я могу помочь обменять ее кое на что или, быть может, на какую-то возможность — что именно, пока не вижу.</p><p>'А с той золотой маской, если тебе в будущем представится случай попасть в Подземное царство, сможешь смело отправляться туда — иначе живому человеку не пробыть в Подземном царстве и единой секунды.</p><p>«Эти золотые маски принадлежали павшему 'богу Смерти», предку рода Эггерс. Изначально они создавались для того, чтобы помогать прямым потомкам «бога Смерти» входить в Подземное царство и покидать его, ступая в обитель «бога Смерти».</p><p>'Их назначение: во-первых, защитить носящего от эрозии дыхания смерти; во-вторых, превратить носящего в нежить, чтобы у тела больше не было уязвимых мест, а дух и сознание при этом могли сохранять состояние, как при жизни.</p><p>«Теперь понятно, почему то тело Наборедесли надело маску 'бога Смерти»? Если бы не надело, оно в древнем склепе сновидений окончательно умерло бы, без какой-либо возможности воскреснуть.</p><p>«Точно так же, зная назначение золотой маски и состояние трупа, ты должен понимать, почему 'Сисо» надел ту золотую маску: она позволила пребывающему в состоянии инстинктов трупу принять «Сисо» за себе подобного и не оказывать на него воздействия, а также защитила «Сисо» от эрозии дыхания смерти той гробницы.</p><p>«Первый иллюзорный силуэт 'Оперения» смог активировать упокоенный под защитой золотой маски дух трупа, но не пробудить Его сознание. В таком состоянии «Сисо» смог с помощью всевозможных сходств между собой и тем трупом заставить труп принять его за собственный дух и подчиниться его руководству. Разве подобный стиль не кажется знакомым? Этот Небесный Достопочтенный и впрямь сильнейший бог по части поиска ошибок и использования уязвимостей.</p><p>«Когда же второй иллюзорный силуэт 'Оперения» вошел в древний склеп сновидений, сознание трупа также было первично пробуждено, и «Сисо», будь он даже еще жив, уже не смог бы завершить свой грандиозный план.</p><p>«Вся эта история в целом такова: 'Спиритический культ» стремился к самому древнему склепу и к той золотой маске, подвергавшейся соответствующей эрозии внутри гробницы на протяжении тысяч лет; тот герцог из семейства Нос, являющийся компаньоном «Школы Розы», хотел получить тело Наборедесли; а «Фракция Воздержания» надеялась вернуть сердце госпожи посланницы. Их цели на самом деле отличались, а они, надо же, бились не на жизнь, а на смерть — нельзя не признать, это действительно отчасти комично и иронично.</p><p>«Разумеется, это в основном потому, что они не могли доверять друг другу, к тому же действительно существовала вероятность, что победитель заберет всё. Хотела ли госпожа посланница съесть тело „Богомерзкого отродья“ Наборедесли? Да конечно же хотела!»</p><p>Госпожа посланница…… Та дама, которая за Монету удачи купила сердце у Людвига? Почему Её зовут госпожой посланницей? Не может же Она быть чьим-то посланником? Она ведь ангел! Э-э…… Посланница господина «Шута»? Вот почему у Нее была Монета удачи, тесно связанная с господином «Шутом»…… Мысли Люмиана прояснились, и он быстро сделал догадку.</p><p>Он продолжил читать дальнейшую часть письма:</p><p>'Забыла сказать тебе, с ношением той золотой маски тоже могут возникнуть кое-какие проблемы.</p><p>'Ты и сам можешь догадаться: после превращения в нежить и исчезновения жизненно важных мест на теле очищение солнечным светом и молниями станет для тебя смертельным. Кроме того, если живой человек проносит ту золотую маску слишком долго, он на самом деле станет мертвецом, и тогда, стоит лишь снять маску, как дух и сознание лишатся защиты и он тут же умрет.</p><p>'Дай подумать, что я еще не рассказала……</p><p>'Хм, ты упомянул, что Даос Преисподней и тело Наборедесли, поглядев на Ивелисту Эггса, ничего с ним не сделали, что навело меня на кое-какие догадки.</p><p>«Тем, кто помог похоронить тело 'Богомерзкого отродья» Наборедесли и воздвигнуть склеп сновидений, с высокой вероятностью был предок рода Эггерс — тот павший «бог Смерти».</p><p>«Он после того, как сошел с ума, возможно, вступал в контакт с Даосом Преисподней, стерегущим ту реку и силуэт 'Кровавого Императора», и по какой-то причине согласился помочь обратившемуся к Нему Наборедесли, позволив Его телу «Богомерзкого отродья» уснуть в особом сновидении.</p><p>«Поэтому, будь то Даос Преисподней или тело Наборедесли, даже если от них остались лишь инстинкты, они будут особым образом относиться к кровной линии рода Эггерс.»</p></section><section><title><p>Глава 701 Ликвидация последствий</p></title><p>Глава 701 Ликвидация последствий</p><p>Глядя на догадку госпожи «Фокусник», Люмиан внезапно подумал, что предок рода Эггерс, павший «бог Смерти», тоже был невероятно легендарной личностью:</p><p>Став истинным богом, Он, похоже, сошёл с ума; Он развязал «Бледную катастрофу»; Его падение породило Бушующее море, разделив Северный и Южный континенты на целую тысячу лет; Он был как-то связан с таинственным Даосом Преисподней; Он похоронил труп «Богомерзкого отродья» Владыки Демонов; Он оставил после себя огромную империю Балам со множеством потомков; а созданную Им для потомков Золотую маску для входа в Подземное царство и выхода из него до сих пор оспаривают и пытаются заполучить…</p><p>Люмиан достал из «Вещмешка путешественника» Золотую маску, полученную от «Сисо», погладил её холодную поверхность и бесшумно вздохнул:</p><p>«Это поистине творение божества……»</p><p>После размышлений Люмиан посмотрел на последние две страницы этого длинного письма:</p><p>«Возвращаясь к тебе самому: отпечаток Даоса Преисподней на твоём теле лишь запечатал воздействие остаточной ауры 'Кровавого Императора» на внешний мир, но не уничтожил её существование.</p><p>«Иными словами, ты больше не сможешь пугать других остаточной аурой Алисты Тюдор, однако в ситуациях, когда требуется подтвердить соответствующий 'статус», она всё ещё сможет сыграть свою роль.</p><p>«В этой ситуации есть как плюсы, так и минусы: хотя ты и лишился мощного средства Устрашения окружающих, зато тебе хотя бы не нужно опасаться, что использование остаточной ауры 'Кровавого Императора» привлечёт внимание высокопоставленных сущностей, к тому же отпечаток Даоса Преисподней в будущем, возможно, ещё сможет сыграть какую-нибудь особую роль.</p><p>«Император Рассел когда-то сказал: раз уж не можешь сопротивляться, постарайся получать удовольствие.»</p><p>Люмиан перевернул правую руку и устремил взгляд на ладонь: в отличие от гнилого вида во сне, сейчас там остался лишь небольшой бледный участок, под которым смутно проглядывал бледновато-красный шрам.</p><p>«Какую ещё особую роль? Кошмарить нежить?» — недоумённо пробормотал про себя Люмиан, пока не имея никаких мыслей.</p><p>В самом конце письма госпожа «Фокусник» написала:</p><p>«В этом году 'Праздник снов» завершился, однако тот особый сон и древняя гробница во сне никуда не исчезли, и в следующем году «Праздник снов» состоится вновь.</p><p>«К тому времени Демон из рода Нос, выяснивший в этом году обстановку вокруг гробницы, и Его союзники из 'Школы Розы», весьма вероятно, предпримут новые попытки и доставят ещё более узкоспециализированные и могущественные предметы, Потусторонних или проекции.</p><p>'Мы должны не только помешать им тогда, но и заранее начать подготовку уже сейчас.</p><p>'Кроме того, чтобы в том особом сне по-прежнему рождались проекции во сне, служащие защитой, мы не можем полностью перенести городок Тизамо, поэтому нам нужно кое-что сделать для местных жителей.</p><p>«Разумеется, когда ты выполнишь последнее дело, последующие проблемы 'Праздника снов» тебя уже касаться не будут — если только к тому моменту ты не станешь Ангелом, но не слишком ли это преувеличено?</p><p>'Последнее дело, которое тебе предстоит сделать, — взять полуготовый латунный амулет, отправленный мной вместе с письмом, войти в тот особый сон и провести перед чёрной древней гробницей следующий ритуал.</p><p>'Полный порядок проведения ритуала таков:</p><p>«……»</p><p>Внимательно и досконально изучив описание ритуала, Люмиан проверил своё духовное состояние и убрал полуготовый латунный амулет.</p><p>Затем он достал золотую шкатулку с необычной почвой, разложил почтовую бумагу и принялся писать ответ:</p><p>«Уважаемая госпожа 'Фокусник»:</p><p>'Я выполню ритуал согласно Вашим указаниям.</p><p>«Вот та необычная почва……»</p><p>Люмиан на мгновение запнулся и добавил строчку:</p><p>«Не забудьте отправить шкатулку из-под неё обратно.»</p><p>Она ведь сделана из чистого золота!</p><p>Вспомнив об обещанной Лугано награде и непрерывно растущем аппетите Людвига, Люмиан, обладавший на самом деле весьма солидным состоянием, посчитал, что ему стоит быть немного бережливее.</p><p>Ему самому пока не нужно было беспокоиться о рецептах зелий, Потусторонних материалах и Волшебных предметах, но теперь он содержал целых двоих ртов!</p><p>К тому же золото играет важную роль и в мистике — Франка в последние месяцы всё время копила золото, желая изготовить золотое изваяние для «Призрачного доспеха» Чэнь Ту.</p><p>Закончив ответное письмо, Люмиан устроил ритуал и призвал Посланницу-«куклу».</p><p>Эта Посланница всё так же выглядела осторожной, вороватой и решительно не желающей ронять ни единого лишнего слова.</p><p>Неужели она что-то почувствовала? Люмиан сперва собирался спросить, но вдруг догадался о вероятной причине:</p><p>Не потому ли, что сюда приходила госпожа посланница, о которой упоминала госпожа «Фокусник»?</p><p>Все они — Посланники, возможно, знают друг друга или как-то связаны, а та — Ангел……</p><p>Люмиан закрыл рот и посмотрел, как Посланница-«кукла», обхватив золотую шкатулку, отступила обратно в пламя свечи.</p><p>Он погасил свечу, убрал ритуальные принадлежности, вернулся в гостиную и сел напротив Людвига, у которого оставалась несъеденной ещё половина еды.</p><p>Люмиан посмотрел на Людвига в ночном колпаке с жёлтыми звёздами на синем фоне и с улыбкой произнёс:</p><p>«Одолжи мне одну вещь.»</p><p>Людвиг поднял голову, двигая челюстями, и взглядом выразил вопрос.</p><p>Люмиан сохранял дружелюбную улыбку:</p><p>«Ту золотую монету.»</p><p>Людвиг опустил голову и усердно принялся грызть сушёную говядину, сделав вид, будто не слышит слов Люмиана.</p><p>«Всего на, хм, полчаса, это не причинёт ей никакого вреда, я обязательно верну её в целости и сохранности, — вздохнул Люмиан. — Я ведь содержу тебя уже довольно долго, кормлю тебя, пою……»</p><p>На этом месте Люмиан внезапно умолк и лишь спустя несколько секунд продолжил:</p><p>'Неужели это не стоит того, чтобы ты одолжил мне Монету удачи на полчаса?</p><p>«Когда это я тебя обманывал?»</p><p>«Постоянно», — невнятно ответил Людвиг.</p><p>Он снова поднял голову, несколько секунд пристально всматривался в Люмиана, а затем вытащил из кармана ту лоэнскую золотую монету:</p><p>«Максимум на двадцать минут.»</p><p>«Идёт!» — Люмиан с сияющей улыбкой стремительно забрал Монету удачи.</p><p>Чтобы сэкономить духовность, он не стал применять «Телепортацию», а быстро прошмыгнул в тенях и добрался до дома «Сисо» Тэванако.</p><p>Роберт и Амандина уже ушли.</p><p>Люмиан нашёл место, сел, прислонившись к стене, и с помощью медитации быстро погрузился в сон.</p><p>…………</p><p>Внутри особого сна, в первобытных джунглях.</p><p>Пользуясь тьмой и тенями, Люмиан добрался до самого края сна, оказавшись в хаотической зоне.</p><p>Немного подумав, он вышел из тени и надел Золотую маску, созданную «богом Смерти».</p><p>В леденящем разъедании и тяжёлом давлении Люмиан увидел фрагменты сна с чёрной древней гробницей, увидел ведущий к ней путь.</p><p>Вскоре он прибыл на место: находящиеся здесь трупы уже бесследно исчезли, и лишь древняя гробница, подобная Чёрному монолиту, безмолвно возвышалась.</p><p>Люмиан снял маску, огляделся вокруг и, использовав один из высоких выступающих корней дерева в качестве алтаря, расставил на нём свечи, эфирные масла, травяные порошки, котёл, полуготовый латунный амулет и всё остальное, а затем шаг за шагом обработал предметы согласно описанию из письма госпожи «Фокусник».</p><p>Наконец Люмиан положил ту Монету удачи между двумя свечами, соответствующими господину «Шуту».</p><p>Он не стал создавать «Духовную стену», а сразу зажёг свечи по порядку от бога к человеку, слева направо, и отступил на два шага.</p><p>Взирая на горящее пламя свечей, Люмиан глухо зачитал на языке Древнего Гермеса:</p><p>«Шут из иной эпохи, таинственный владыка над серой мглой, Король Жёлтого и Чёрного, приносящий удачу……»</p><p>Бесшумно и незаметно из пустоты клубами вылилась тонкая серая мгла, окутав область с чёрной древней гробницей и весь особый сон целиком.</p><p>В левой груди Люмиана вспыхнуло лёгкое тепло, отчего его мысли не замедлились, а плоть не подала ни единого признака распада.</p><p>Он поспешно сделал два шага вперёд, воскурил соответствующие эфирные масла, эссенции и травяные порошки, после чего положил полуготовый латунный амулет в самый центр алтаря.</p><p>Затем Люмиан выпрямился и, отступая назад, произнёс на языке Гермеса:</p><p>'Я молю Вас;</p><p>'Молю Вас даровать этому амулету силу;</p><p>«Молю Вас позволить этой силе подчинить себе данный сон……»</p><p>Зачитав все оставшиеся заклинания и завершив прочие шаги ритуала, Люмиан увидел, как Монета удачи воссияла туманным светом, а из двух огоньков свечей, представляющих господина «Шута», один сделался мрачным и тёмным, а другой окрасился в латунный оттенок.</p><p>Вслед за этим тёмный и латунный свечной свет, переплетаясь, опустились на полуготовый латунный амулет.</p><p>Латунный амулет мгновенно вспыхнул ослепительным светом, так что Люмиан невольно зажмурился.</p><p>Когда он снова смог открыть глаза, латунный амулет уже исчез, а перед чёрной древней гробницей, вздымаясь и переворачиваясь, хлынули наружу земля, камни и корни деревьев, сформировав нечто подобие надгробия.</p><p>На этом «надгробии» одно за другим проступили слова на древнефейсакском языке:</p><p>'Перед законом все равны: даже Ангел может быть убит обычным человеком.</p><p>'Потерянные вещи считаются оставленными.</p><p>«Во время 'Праздника снов» можно делать всё что угодно, но нельзя убивать и совершать насильственные действия сексуального характера.</p><p>'Убийца подлежит смерти.</p><p>'Насильник подлежит смерти.</p><p>«……»</p><p>Это…… это сила какого Пути? Немного похоже на Путь «Судьи»…… В следующий «Праздник снов» нельзя будет убивать? И я смогу навредить даже Ангелу? Люмиан не ожидал, что подготовка госпожи «Фокусник» заключается именно в этом.</p><p>Он быстро собрал вещи, намереваясь покинуть эту область.</p><p>В последний раз взглянув на «надгробие», Люмиан внезапно воодушевился идеей.</p><p>Он с улыбкой достал карту из «Вещмешка путешественника» и, наклонившись, положил её на землю под «надгробием».</p><p>Это была карта Таро, изображавшая мужчину в зелёных одеждах с жезлом в руках, противостоящего шести жезлам, нападающим снизу с горы.</p><p>Карта Младших Арканов, «Семёрка Жезлов»!</p><p>Люмиан не знал, сможет ли эта карта Таро, представляющая его самого, остаться во сне, перед «надгробием», но ему просто хотелось попробовать — в конце концов, став членом «Клуба Таро», он ещё ни разу так не поступал.</p><p>…………</p><p>Вернувшись в реальный мир, Люмиан запустил руку в «Вещмешок путешественника» и проверил содержимое.</p><p>Как и ожидалось, полуготовый латунный амулет исчез, а вместе с ним пропала и карта Младших Арканов «Семёрка Жезлов».</p><p>«Правила особого сна и впрямь немного изменились……» — задумчиво кивнул Люмиан и, вернувшись в гостиницу «Бриу», отдал Монету удачи обратно Людвигу.</p><p>Затем Люмиан вышел на улицу и во тьме ночи, минуя Камю, Рию, Лугано и прочих, занятых спасением людей и оказанием помощи, дошёл до церкви Святого Сиена.</p><p>В церкви были зажжены все свечи, однако внутри находился лишь священник Кали.</p><p>Одетый в белое одеяние с золотым шитьём, он стоял на коленях перед Алтарём и священным символом и, опустив голову, с мучительным выражением лица покаялся.</p><p>Люмиан шаг за шагом вошёл внутрь, сел на скамью в самом первом ряду и стал молча наблюдать за священником Кали, не беспокоя его.</p></section><section><title><p>Глава 702 В чем состоит грех</p></title><p>Глава 702 В чем состоит грех</p><p>Пыль и дым, принесённые метеоритом, наконец почти рассеялись, суета на улицах постепенно утихла, а раненые благодаря эффективному лечению в основном оказались вне опасности, но люди всё ещё умирали, вызывая время от времени плач.</p><p>В церкви Святого Сиена священник Кали завершил исповедь, встал, повернулся и посмотрел на Лумиана, который тихо наблюдал за ним, сидя в первом ряду.</p><p>Лумиан усмехнулся и как бы между прочим спросил:</p><p>«Имеет ли теперь смысл исповедоваться?»</p><p>Не дожидаясь ответа священника Кали, он по привычке добавил:</p><p>«Тебе должно быть прекрасно известно, что твоя смерть предопределена и жить тебе осталось считанные дни.»</p><p>Тёмно-коричневое лицо священника Кали выглядело бледноватым, но его голос звучал довольно ровно:</p><p>«Если бы от исповеди была польза, она не была бы исповедью.»</p><p>Произнеся эти слова, он, казалось, немного расслабился:</p><p>'Я исповедуюсь потому, что хочу исповедаться, а не для того, чтобы выменять исповедью прощение или шанс на спасение.</p><p>«Вспоминая прошлое, я действительно совершил множество ошибок. Я слишком жаждал высокого положения, слишком жаждал признания от вас, людей Северного континента, так что позволил желаниям затуманить свой разум и поддался искушению демона.»</p><p>Услышав это, Лумиан насмешливо фыркнул:</p><p>'Неужели всё действительно так?</p><p>«Неужели твоё сердце и впрямь затуманили желания?»</p><p>Заметив растерянность на лице священника Кали, Лумиан откинулся на спинку стула и, глядя на Священную эмблему Солнца, произнёс:</p><p>«Разве жажда выбиться в люди и получить признание жителей Северного континента заставила тебя сотрудничать с Тванако, заставила тебя, священника 'Вечного Пылающего Солнца», стать злым духом, заставила поддаться соблазну демона и заставила растлевать мальчиков?</p><p>«Нет, это выбор, который ты сделал сам.»</p><p>Губы священника Кали задрожали, он словно хотел возразить, но не смог подобрать слов.</p><p>Лумиан улыбнулся и продолжил:</p><p>'В этом мире полно людей, мечтающих о более высоком положении и о том, чтобы их признали в том или ином обществе. Огромная их часть просто усердно трудится, приносит себя в жертву, из последних сил очищает зло и никогда не вступает в контакт с демонами, надеясь добиться желаемого честным путём. И даже если они терпят неудачу за неудачей, это не заставляет их пасть в бездну.</p><p>'Имея точно такие же желания, почему они способны совладать с собой, а ты не смог?</p><p>«Дело не в том, что желания затуманили твой разум, а в том, что твоя душа сама выбрала падение.»</p><p>Священник Кали онемел.</p><p>Лумиан с улыбкой вздохнул:</p><p>'Одна из моих родственниц когда-то сказала мне:</p><p>'«Сильное желание — это и движущая сила человеческого прогресса, и демон, утягивающий человека в бездну. Добро это или зло, свет или тьма — зависит от нас самих, от одной-единственной мысли в определённый момент».</p><p>Всё больше бледнея, священник Кали опустил голову и хрипло произнёс:</p><p>«Я грешен…»</p><p>Лумиан приложил руку к левой стороне груди, и его лицо стало серьёзным.</p><p>Глядя на священника Кали, он самокритично усмехнулся:</p><p>'У меня тоже есть сильные желания, у каждого они свои.</p><p>«Если обладать сильными желаниям — это грех, тогда ты грешник, и я грешник, и все мы грешны.»</p><p>Священник Кали некоторое время заворожённо смотрел перед собой, затем медленно повернулся.</p><p>Он снова встал на колени перед Алтарём, уставился на огромную Священную эмблему Солнца и глухо сказал:</p><p>«Вы не грешны, сильные желания — не грех, а вот я — настоящий грешник.»</p><p>Он опустил голову, и его тело постепенно стало размываться, становясь прозрачным.</p><p>Вот так перед Священной эмблемой Солнца священник Кали явил свою форму «злого духа».</p><p>Леденящая, мрачная аура рассеялась вокруг, вступив в резонанс с эмблемой и Алтарём.</p><p>Вся церковь слегка задрожала, солнечный свет просочился сквозь Алтарь, эмблему, витражи и религиозные фрески, стремительно перемещаясь и собираясь у сферического купола.</p><p>Ослепительный и величественный столб золотого света обрушился вниз под звуки, похожие на священные песнопения, и опустился на священника Кали.</p><p>Обратившийся в злого духа священник Кали слегка дрожал, даже не пытаясь уклониться.</p><p>В палящем солнечном свете его тело постепенно растаяло и быстро превратилось в пепел.</p><p>Лумиан смотрел на это, и на его лице не было никаких эмоций.</p><p>Он не чувствовал ни радости, ни печали.</p><p>Когда опустившийся с купола священный свет угас, оставив в церкви лишь огонь свечей, Лумиан всё так же сидел в первом ряду, молча глядя на место, где был очищен священник Кали, и не уходил.</p><p>Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем Камю и Рия, закончив спасательные работы после катастрофы, вошли в церковь.</p><p>Увидев Луи Бери, сидящего в первом ряду, Камю заметно вздохнул с облегчением.</p><p>Слегка улыбнувшись, он произнёс:</p><p>«Мы всё же недостаточно хладнокровны, легко впадаем в панику во время происшествий. Только что думали лишь о помощи раненым и оказавшимся в ловушке людям, совершенно забив о том, что такой заслуживающий смерти, но ещё живой человек, как священник Кали, мог внезапно сойти с ума и забрать с собой на тот свет побольше народу. Хорошо, что ты был здесь.»</p><p>Рия огляделась по сторонам и спросила:</p><p>«А где священник Кали?»</p><p>Лумиан, глядя на Алтарь, бесстрастно ответил:</p><p>«После исповеди он, воспользовавшись накопленной самой церковью духовностью и особенностью священной эмблемы, очистил себя сам.»</p><p>Рия на мгновение умолкла.</p><p>Спустя пару секунд она слегка расставила руки в стороны и громко произнесла:</p><p>«Восславься Солнце!»</p><p>Затем Рия села на сиденье первого ряда по другую сторону прохода, сцепила пальцы рук, опустила голову и усердно принялась молиться.</p><p>Камю на мгновение даже замешкался, не зная, присесть ли ему или продолжать стоять.</p><p>Лумиан повернул голову и взглянул на него:</p><p>«Потустороннюю характеристику Реасы вы забрали?»</p><p>Камю тоже замолчал и лишь спустя некоторое время ответил:</p><p>«Забрали.»</p><p>«А Мэслоу?» — Лумиан отвёл взгляд и снова уставился на Священную эмблему Солнца.</p><p>«Не знаем, где она,» — ответил Камю.</p><p>Лумиан спокойным тоном сказал:</p><p>«Должно быть, в том месте, куда пришёлся прямой удар метеорита.»</p><p>Камю опешил и спросил:</p><p>'Метеорит был нужен для того, чтобы унести большинство уже погибших людей?</p><p>«Сила „Праздника снов“ действительно настолько велика?»</p><p>«Ещё сильнее, чем ты думаешь, — ответил Лумиан с таким видом, будто обсуждал завтрашнюю погоду. — И Реаса, и Мэслоу состояли в монархической фракции „Спиритического культа“. Генерал Куэрариль знал об их статусе, а также знал, что Реаса прибыл в городок Тизамо ради выполнения задания верхушки монархической фракции.»</p><p>Выражение лица Камю несколько раз изменилось, а затем он медленно и тяжело вздохнул:</p><p>'Даже если бы ты не сказал этого, я всё равно не стал бы испытывать ненависти и вражды к капитану Реасе. Он действительно спасал меня не один раз, да и на этот раз он предал вовсе не меня, а Патрульную команду, к которой я никогда не испытывал особо сильной привязанности.</p><p>«И теперь я очень рад, что он не предатель.»</p><p>Лумиан с провокационной интонацией ухмыльнулся:</p><p>«Для тебя это тоже хорошо: в Патрульной команде порта Пайлос освободилось место замкапитана, а твой конкурент уже мёртв.»</p><p>Камю не поддался на провокацию и с горечью ухмыльнулся:</p><p>'Я собираюсь покинуть штат Матани.</p><p>'Спасибо за твою щедрость, я почти накопил денег, необходимых для продвижения к шестой Последовательности. По сравнению с поисками во внешнем мире, вернуться в семью и связаться с главной ветвью — гораздо более безопасный и простой способ.</p><p>«Патрульная команда — всё-таки небольшая организация, и шестая Последовательность для неё — предел. Чтобы продвинуться к пятой Последовательности, пришлось бы установить тесные связи с кем-то из них: „Спиритическим культом“, „Школой Розы“, Восьмым бюро Интиса, Церковью „Вечного Пылающего Солнца“ или Церковью Матери, либо стать доверенным лицом генерала Куэрариля. Но у меня фамилия Кастия, так зачем мне выбирать?»</p><p>Если тебя действительно примет королевская династия Кастия, твой предел будет куда выше… — Лумиан усмехнулся и сказал:</p><p>«А я-то думал, ты решил уехать подальше от этого печального места из-за разбитой тайной любви.»</p><p>Камю внезапно поперхнулся слюной и несколько раз закашлялся.</p><p>Закончив молитву, Рия вместе с Камю покинула церковь Святого Сиена.</p><p>Лумиан всё так же сидел в первом ряду, словно наслаждаясь пустующей обстановкой.</p><p>Спустя ещё некоторое время у дверей церкви появилась Амандина, одетая в чёрный охотничий костюм.</p><p>«Почему здесь только ты?» — пробормотала девушка.</p><p>Она оглядывалась по сторонам, словно выискивая кого-то.</p><p>«Зачем ты пришла?» — непринуждённо спросил Лумиан.</p><p>Амандина села подле него и с хихиканьем ответила:</p><p>«Я хотела украдкой посмотреть, придёт ли Роберт к близкому к смерти священнику Кали, но кто же знал, что увижу только тебя.»</p><p>«Священник Кали очистил сам себя, Роберт, похоже, не приходил,» — честно сказал Лумиан.</p><p>«Вот как…» — Амандина с некоторым сожалением и разочарованием произнесла: «Если бы он действительно пришёл задать священнику Кали трепку, это доказало бы, что он настоящий мужчина…»</p><p>Лумиан ничего не ответил девушке.</p><p>Амандина повернулась лицом к Алтарю и священной эмблеме и сотворила краткую молитву.</p><p>Закончив молиться, она слегка повела глазами и со скрытым ожиданием спросила:</p><p>«В следующем году „Праздник снов“ тоже будет?»</p><p>«Будет,» — не стал скрывать Лумиан.</p><p>Радость Амандины тут же проявилась в движении её бровей и уголочках губ:</p><p>«А та чёрная древняя гробница всё ещё будет там? Я всё ещё смогу получить Потусторонние силы, прикоснувшись к ней?»</p><p>«Сможешь, — Лумиан повернул голову и с улыбкой посмотрел на Амандину. — Но чужаки, которые придут на „Праздник снов“ в следующем году, будут ещё сильнее и ужаснее, превосходя злую тряпичную куклу, хрустальный череп и человека в человеческой коже, которых ты видела.»</p><p>Лицо Амандины тут же скривилось:</p><p>«Вот как, тогда во время „Праздника снов“ в следующем году я найду повод остаться в порту Пайлос и утащу с собой отца и мать.»</p><p>«Ты возвращалась в поместье Пальм?» — сменил тему Лумиан.</p><p>Амандина издала короткое «ах» и со смешком ответила:</p><p>«Заходила проведать. Не захотела мешать им притворяться любящей супружеской парой и снова ушла.»</p><p>Она на мгновение запнулась и спросила с блеском в глазах:</p><p>«Помимо прикосновения к чёрной древней гробнице, есть ли у меня другие способы повысить свою Последовательность?»</p><p>«Купить рецепт, выпить зелье — ты можешь выбрать один из трёх Путей: „Бессонный“, „Сборщик трупов“ или „Воин“, — Лумиан не стал утаивать соответствующие оккультные знания и задумчиво добавил: — К тому же, по сути, не чёрная древняя гробница даровала тебе Потусторонние силы, а тот силуэт…»</p><p>Сказав это, Лумиан внезапно замер.</p><p>Каковы же на самом деле отношения между Амандиной, Робертом и Даосом Преисподней?</p><p>По логике вещей, Благословение — это то, что божества или ангелы даруют своим верующим, однако Амандина и Роберт вовсе не верили в Даоса Преисподней и даже не подозревали о его существовании.</p><p>Если применить это к ситуациям в тайных организациях и согласно обычаям, о которых иногда упоминала Франка, Амандине следовало бы называть Даоса Преисподней «учителем»!</p></section><section><title><p>Глава 703 Возвращение</p></title><p>Глава 703 Возвращение</p><p>В особом сновидении Амандина говорила, что та фигура, а именно «Даос Преисподней», кивнула ей…… «Призрачный доспех» Чэнь Ту, судя по всему, связан с Даосом Преисподней…… Франка копит золото, чтобы отлить золотое тело для Чэнь Ту и получить больше сведений…… В голове Лумиана мгновенно пронеслась череда мыслей.</p><p>Он повернул голову, посмотрел на Амандину и с улыбкой произнес:</p><p>«Не только во время „Праздника снов“ можно встретить ту фигуру.»</p><p>«В обычное время тоже можно?» — с изумлением и радостью переспросила Амандина.</p><p>Что за мозги…… — мысленно поглумился Лумиан и с улыбкой качнул головой:</p><p>«Я имею в виду, что не только в городке Тизамо и не только в определенные даты можно наткнуться на эту фигуру.»</p><p>Амандина задумалась на несколько секунд и поняла скрытый смысл слов Луи Бери:</p><p>'Ты видел эту фигуру в другом месте?</p><p>«Разве ты не говорил, что сам не видишь его и можешь наблюдать только через меня?»</p><p>К счастью, не настолько глупа…… — Лумиан достал из «Вещмешка путешественника» Золотую маску:</p><p>«Надев её, я его увидел.»</p><p>Не дожидаясь ответа Амандины, Лумиан с улыбкой добавил:</p><p>«Я действительно встречал эту фигуру в другом месте.»</p><p>Он использовал слово «встречал», а не «видел», гарантируя, что говорит чистейшую правду.</p><p>Он хотел было добавить: «Я даже знаю, как Его зовут», — но ему было лень объяснять Амандине, почему для уважительного обращения к Даосу Преисподней используется местоимение «Он» с заглавной буквы.</p><p>Выражение лица Амандины мгновенно стало оживленным:</p><p>«Где?»</p><p>«В Трире,» — не стал скрывать Лумиан.</p><p>Именно эту информацию он и хотел до нее донести.</p><p>«Трир……» — Амандина одновременно и мечтала о нем, и немного испытывала страх.</p><p>Как интиска, родившаяся и выросшая на Южном континенте, она неизбежно слышала множественные слухи о «Столице наслаждений», знала о ее ослепительном блеске и шумном оживлении; Трир стал почти священной мечтой в ее сердце. Однако дальше всего она ездила лишь в порт Пайлос и никогда не покидала штат Матани, поэтому, появись у нее реальная возможность отправиться в Трир, первым делом в ее душе возник бы страх.</p><p>Она ведь была лишь девушкой, которой еще не исполнилось и восемнадцати лет.</p><p>Лумиан весьма откровенно продолжил:</p><p>'В один из будущих дней у одной моей подруги могут возникнуть пересечения с той фигурой. Я хочу, чтобы ты была рядом и оказала ей небольшую, не связанную с боем помощь, какую сможешь выполнить.</p><p>'Взамен я могу доставить тебя в Трир, помочь проникнуть в область, где может появляться эта фигура, и обеспечить определенную защиту.</p><p>«Как тебе? Хочешь заключить такую сделку?»</p><p>«Я, я……» — замешкалась Амандина, инстинктивно ища оправдание, — «Мои родители не согласятся, чтобы я прямо сейчас покинула штат Матани и отправилась в Трир. По меньшей мере придется подождать, пока у меня не появится возможность поступить там в университет.»</p><p>Лумиан с усмешкой ответил:</p><p>«Никто же не заставляет тебя жить в Трире постоянно. Поедем в субботу, а в воскресенье сможешь вернуться.»</p><p>«А?» — обомлела Амандина.</p><p>Она-то представляла себе дальнее плавание через океан, одоление гор и рек и окончательное прощание с родным краем.</p><p>Лумиан приподнял бровь и сказал:</p><p>«В сновидении я ведь уже „телепортировал“ тебя с собой.»</p><p>«Но, но разве это не на короткое расстояние?» — глаза Амандины мгновенно вспыхнули. — «Ты можешь напрямую „телепортироваться“ в Трир из штата Матани?»</p><p>Лумиан слегка кивнул:</p><p>«Да. По пути, возможно, придется сделать одну-две пересадки, но ты все равно сможешь очень быстро оказаться в Трире.»</p><p>«Очень быстро……» — Амандина засомневалась, зажглась желанием испробовать подобное чудесное волшебство.</p><p>Но все же не стала сразу принимать решение.</p><p>Лумиан не стал ее торопить:</p><p>«Не спеши с решением. Снова встретить ту фигуру — на самом деле весьма опасное дело. Сначала через Рию по-настоящему войди в оккультный круг штата Матани, познакомься с базовыми знаниями о Потусторонних, а уже потом подумаешь, принимать ли эту сделку. Это может произойти через три месяца, а то и через полгода или год.»</p><p>Амандина тихо вздохнула с облегчением:</p><p>«Хорошо.»</p><p>Затем она с неким любопытством спросила:</p><p>«Та твоя подруга — женщина?»</p><p>Она использовала местоимение «она».</p><p>В наших глазах она всегда «она», а в ее собственном восприятии — когда как…… — мысленно подшутил над Франкой Лумиан и слегка кивнул:</p><p>«Да.»</p><p>Амандина с большим интересом продолжила расспрашивать:</p><p>«Твоя возлюбленная?»</p><p>Лумиан весело усмехнулся:</p><p>«Конечно нет, с чего тебя вообще волнуют подобные вещи?»</p><p>Лумиан говорил и одновременно доставал из «Вещмешка путешественника» листочки для заметок и перьевую ручку с впитывающим чернила стержнем. Быстрыми росчерками написав несколько строк, он протянул их Амандине.</p><p>Амандина приняла бумажку и при свете церковной свечи внимательно прочитала:</p><p>«Существо, странствующее в вышнем мире; Кающийся, пробудившийся из пламени страданий; Посланник, принадлежащий исключительно Лумиану Ли.»</p><p>«Что это?» — растерянно спросила Амандина.</p><p>«Мой Посланник. Когда все обдумаешь, устрой ритуал, призови этой формулой моего Посланника и передай мне свое решение,» — коротко объяснил Лумиан.</p><p>Амандина растерялась еще сильнее:</p><p>«Какой ритуал, какой призыв? Это что, не обычный почтальон?»</p><p>Лумиан снова приподнял бровь:</p><p>«Ты не слышала о Посланниках в оккультной сфере? Не знаешь ритуала призыва Посланника?»</p><p>Амандина смущенно улыбнулась:</p><p>«Я только в прошлом году соприкоснулась с Потусторонней силой. Через Роберта и нескольких любителей оккультизма мне удалось собрать кое-какие сведения о „Божественных Путях“. Я знаю, что существуют ритуалы, но как именно они выглядят, понятия не имею.»</p><p>Сказав это, она оживилась:</p><p>'Ты ведь научишь меня? Иначе я не смогу призвать твоего Посланника.</p><p>'И еще, твое настоящее имя не Луи Бери, а Лумиан Ли?</p><p>'Ты…… ты только что достал бумагу и ручку из кошелька для монет, и предыдущие вещи тоже брал оттуда. Что это за волшебный предмет?</p><p>«……»</p><p>Лумиан не удержался и поднял голову, уставившись на золотой купол храма.</p><p>…………</p><p>На следующее утро Лумиан вместе с Людвигом и Лугано покинул гостиницу «Бриу» и, пройдя по улицам, где еще не успели расчистить обломки, добрался до кофейни Бунии.</p><p>Владелец, Буния, как обычно стеснительно и вежливо поинтересовался, чего желают Лумиан и его спутники.</p><p>Лумиан заказал три чашки кофе «Коса» и три порции традиционного для штата Матани завтрака «Окапа».</p><p>Это блюдо готовили из риса, курицы, яиц, кусочков картофеля и местных пряностей, завернутых в листья дерева окапа. Порция была сытной, а аромат — насыщенным: сделав один укус, уже невозможно было оторваться.</p><p>Лумиан посмотрел на развернутую «Окапу», взял приборы, зачерпнул ложку и отправил в рот.</p><p>Свежий аромат самих листьев, соленый яичный желток, сытность риса, нежность курицы, мягкость картофеля и странный насыщенный аромат переплетались воедино, создавая весьма уникальный вкус.</p><p>Едя, Лумиан непринужденно разглядывал прохожих на улице и посетителей в кофейне.</p><p>Пережив вчерашние печаль и страх, они снова стали кроткими, больше не проявляя излишних эмоций, а разговаривая с кем-либо, всегда сохраняли на лицах легкую улыбку.</p><p>Дождавшись, пока Людвиг закончит свой второй утренний прием пищи, Лумиан отыскал тихий безлюдный уголок, переоделся в зимнюю одежду и вместе с ним и Лугано исчез из городка Тизамо.</p><p>На этот раз Лумиан не стал «телепортироваться» напрямую к Франке, поскольку Лугано и Людвиг не были знакомы с обеими Ведьмами.</p><p>Лумиан выбрал малоиспользуемый вход в Подземный Трир в Районе Пантеона, и фигуры троих быстро вырисовались на стальной лестнице.</p><p>Едва вернувшись на поверхность, Лумиан увидел нескольких молодых людей, похожих на студентов: держа в руках карбидные лампы и фонари, они со смехом и шутками прошмыгнули мимо их троицы, спускаясь в Подземный Трир.</p><p>Свернув на ближайшую главную улицу, Лумиан первым делом увидел откровенно одетого мужчину, закованного в железные цепи; тот медленно передвигался по улице на четвереньках, а если кто-то из прохожих осмеливался задержать на нем взгляд, он тут же свирепо уставлялся в ответ и пару раз гавкал.</p><p>В следующее мгновение бродячий музыкант на углу улицы заиграл ритмичную мелодию, прохожие в той или иной мере пританцовывали на ходу, расплываясь в непринужденных и довольных улыбках, а мужчина, изображавший собаку и дрожавший на холодном ветру, тоже приподнял заднюю ногу.</p><p>Это сильно отличалось от уличных пейзажей Рыночного округа.</p><p>Район Пантеона славился обилием университетов.</p><p>Лумиан отвел взгляд от улыбок на лицах прохожих и повел Лугано и Людвига к дому Антони, арендованному неподалеку.</p><p>Тот располагался на четвертом этаже, ближе к концу коридора.</p><p>Тук-тук-тук — Лумиан без малейшего стеснения застучал в дверь.</p><p>Вскоре он увидел Антони, одетого совершенно иначе, чем прежде:</p><p>В белой рубашке, светло-сером кашемировом свитере, черном суконном пальто, с темно-красной бабочкой, в очках в золотой оправе и светло-желтом парике; его борода была гладко выбрита, лицо больше не лоснилось, а черные точки в порах полностью исчезли.</p><p>Он выглядел как преуспевающий человек из высшего общества.</p><p>«Влюбился?» — пошутил Лумиан.</p><p>Антони с улыбкой ответил:</p><p>«Сегодня я должен посетить званый ужин Трирской гильдии Психиатров.»</p><p>Это было необходимым предварительным шагом для выполнения поручения госпожи «Справедливость».</p><p>«Ты получил лицензию на практику Психиатра?» — спросил Лумиан, входя в комнату и завязывая непринужденную беседу.</p><p>Антони кивнул:</p><p>«Я купил настоящую личность и полный комплект подлинных документов об образовании, а на собеседовании успешно „убедил“ экзаменаторов.»</p><p>«Настоящую личность? А что с ее первоначальным владельцем?» — задумчиво спросил Лумиан.</p><p>Антони взглянул на Лугано и Людвига и не стал прямо отвечать на вопрос Лумиана:</p><p>«Чем я могу тебе помочь?»</p><p>Лумиан понял намек Антони, на время оставил прежний вопрос и вкратце обрисовал ситуацию с «Праздником снов» и последствиями потери руки Лугано во сне.</p><p>Он не стал рассказывать, как именно Лугано лишился руки.</p><p>Внимательно выслушав, Антони посмотрел на Лугано и сказал:</p><p>«Подобную истерию легко устранить. Тебе нужен способ побыстрее или попозже и помягче?»</p><p>Лугано не колеблясь ответил:</p><p>«Побыстрее.»</p><p>С него хватит того, что правое предплечье ему не подчиняется!</p><p>Антони внезапно пристально уставился за левое плечо Лугано и нахмурился.</p><p>Лугано подсознательно повернулся влево и тоже посмотрел туда.</p><p>И в этот самый миг Антони не пойми откуда выхватил кинжал и резким движением вонзил его в правое предплечье Лугано.</p><p>Лугано молниеносно отдернул руку и выкрикнул:</p><p>«Ты чего творишь?»</p><p>Антони убрал кинжал и спокойно ответил:</p><p>«Лечение окончено.»</p><p>«А?» — Лугано растерянно посмотрел на правую руку и обнаружил, что она «сама» прижалась к груди, при этом чувствительность полностью восстановилась без малейших помех.</p><p>Лумиан усмехнулся и обратился к Лугано:</p><p>«Присмотри за Людвигом, не забудь приготовить ему еды.»</p><p>Не дожидаясь ответа Лугано, Лумиан повернулся к Антони:</p><p>«А мы пойдем к Франке и Дженне.»</p><p>Антони взглянул на Лумиана и поправил непривычные очки в золотой оправе:</p><p>«Хорошо.»</p></section><section><title><p>Глава 704 Счастливая Франка</p></title><p>Глава 704 Счастливая Франка</p><p>Район Пантеона, улица Оросе, 9, квартира 702.</p><p>Франка, укутавшись в верблюжье кашемировое пальто и слегка дрожа от холода, сказала Лумиану:</p><p>«Когда у меня будут деньги, я обязательно сниму виллу с полами с подогревом!»</p><p>Полы с подогревом были концепцией, предложенной императором Расселом: в здании заранее прокладывались металлические водопроводные трубы, по которым текла горячая вода, создавая в закрытом помещении по-летнему тёплую атмосферу и защищая от стужи снаружи.</p><p>В настоящее время это было обязательным удобством для элитного жилья в Трире.</p><p>«Чего тебе, Демонессе, бояться холода?» — усмехнулся Лумиан.</p><p>Затем его взгляд скользнул по Дженне. Он заметил, что на ней было хлопковое чёрное платье, а макияж был выполнен в довольно мрачных тонах — казалось, она даже в мелочах повседневной жизни отыгрывала «Ведьму» или «Вампира».</p><p>«Я же не Пироман, чёрный огонь Демонессы не имеет температуры!» — с широкой улыбкой возразила Франка.</p><p>Лумиан весьма непринуждённо уселся на длинный диван:</p><p>«Разве Демонессы не хороши в обращении со льдом? Неужели у тебя нет никакой, э-э, как ты это называешь, сопротивляемости к морозу и холоду?»</p><p>Франка опустилась в своё кресло-качалку, натянула плотное кашемировое одеяло и с хихиканьем ответила:</p><p>«Признаю, в моих словах была доля преувеличения, но зима в Трире и впрямь холодновата. А главное — слишком сыро, словно сидишь в полузамерзшем озере.»</p><p>Обменявшись любезностями, Франка со вздохом произнесла:</p><p>«Я уже получила больше сведений о Моране Авиньи и его охране, так что можно вносить „план поимки“ в повестку дня, а ты, мой друг, скоро отправишься на „Праздник снов“. Всё наложилось одно на другое.»</p><p>Лумиан с обычным выражением лица ответил:</p><p>«„Праздник снов“ уже закончился.»</p><p>«А?» — Франка и Дженна на мгновение ошеломлённо замерли.</p><p>Так быстро?</p><p>Лумиан без утаек пересказал всё, что произошло во время «Праздника снов», включая последующие разъяснения госпожи «Фокусник».</p><p>Разумеется, поскольку имя «Фабути» нельзя было произносить ни на одном языке, Лумиан называл его Королём Демонов, а «Наборедесли» заменял фразой «демон с длинным именем».</p><p>Услышав, что Лумиан, надев Золотую маску, увидел силуэт, похожий на Даоса Преисподней, Франка стала дышать заметно тяжелее, а когда Лумиан описал особенности одежды Даоса Преисподней, её глаза и вовсе засияли, словно гладь озера под солнечными лучами.</p><p>К счастью, у неё был отличный самоконтроль, и она терпеливо дождалась, пока Лумиан доскажет всё до конца, после чего с нетерпением спросила:</p><p>«В следующем году тоже будет „Праздник снов“?»</p><p>«Хочешь участвовать в следующем „Празднике снов“ и лично встретиться с Даосом Преисподней?» — Лумиан сразу догадался о мыслях Франки.</p><p>Франка решительно кивнула:</p><p>«Я тут подумала: если уж этой Амандине Даос Преисподней смог даровать силу Пути 'Ночи», то и у меня, э-э, Демонессы, тоже не должно быть проблем. Я совершенно не против стать Его ученицей!</p><p>«Не волнуйся, сохраняя рассудок, я не стану проявлять зверскую природу на „Празднике снов“.»</p><p>Она принялась посмеиваться над собой.</p><p>Ты ведь изначально хотела сказать «землячка», а не «Демонесса», верно? — Лумиан усмехнулся и произнёс:</p><p>«Участвовать вполне можно, но только при условии, что ты станешь Ангелом.»</p><p>«…» — Франка прикусила язык.</p><p>Дженна же с задумчивым видом произнесла:</p><p>«Одного я не пойму: разве не говорили, что после обретения способности сохранять ясность сознания в особом сновидении соответствующая Проекция во сне постепенно рассеивается? Почему же с Проекцией „Сисо“ этого не произошло?»</p><p>Лумиан уже размышлял над этим вопросом:</p><p>«Возможно, это одна из причин, почему 'Сисо» был вынужден покинуть городок Тизамо.</p><p>«Способность сохранять рассудок в особом сновидении, по-видимому, не вечна. Стоит покинуть городок Тизамо, как она начинает постепенно угасать. Поэтому Сисо, с одной стороны, должен был уехать из городка Тизамо, а с другой — был вынужден возвращаться туда два-три раза в год, каждый раз по меньшей мере на неделю. Всё это — ради поддержания существования той Проекции во сне.»</p><p>Обсудив происшествие на «Празднике снов», Франка коротко рассказала о сведениях, полученных прошлым вечером от «007»:</p><p>«Семья этого Морана Авиньи имеет весьма древнюю историю, её члены рассеяны по армии, политике, миру искусства и бизнесу. Сопоставив это с информацией от госпожи 'Суд», я подозреваю, что это одна из ветвей рода Тамара. Тёмно-серые глаза — одна из черт, присущих крови рода Тамара!</p><p>'Конечно, не все люди с тёмно-серыми глазами принадлежат к роду Тамара, однако члены рода Тамара с высокой вероятностью имеют тёмно-серые глаза.</p><p>«Учитывая, что одна из крупных ветвей рода Тамара тесно связана с Сектой Демонессы, 'Чёрная Демонесса» Кларисса, скорее всего, тоже несёт в себе кровь рода Тамара.</p><p>«По моим предположениям, „Чёрная Демонесса“ может быть полукровкой, рождённой от ветви семьи Сорен, перешедшей на сторону Секты Демонессы, и рода Тамара.»</p><p>Только так можно было объяснить реакцию «Чёрной Демонессы» Клариссы, когда та слышала о делах семьи Сорен, и только так объяснялась её слепая любовь к Бранш Сорен!</p><p>Лумиан не стал прерывать Франку и продолжил слушать её дальше:</p><p>«Нам предстоит столкнуться не только с Мораном Авиньи, но и со скрывающимися в тени силами рода Тамара и 'Людей из зеркала». Сам Моран Авиньи, возможно, тоже обладает мощными Потусторонними способностями. К тому же Восьмое бюро, «Очистители» и «Сердце Механизмов» сменяют друг друга каждый день, так что его непрерывно охраняет одна из команд Потусторонних.</p><p>«Мой друг намекнул: если не бояться жертв, шанс убрать Морана Авиньи есть, но вот захватить его живым или допросить его дух — чрезвычайно трудно и невероятно опасно.»</p><p>На самом деле «007» хотел сказать, что «Очистители» открыто не станут закрывать глаза или помогать, но если после убийства Морана Авиньи раскроется его сущность как «Человека из зеркала», у него найдётся способ дать схваченному убийце шанс сбежать — прямо как тогда, когда Дженна убила Юга Артуа? Однако если мы не рассчитываем получить от Морана Авиньи больше сведений о «Людях из зеркала», не лучше ли сразу всё выложить официальным властям, чтобы те провели арест? — Лумиан немного подумал и обратился к Франке:</p><p>«Пока не будем спешить с составлением плана, отложим до завтра.»</p><p>«Почему до завтра?» — Франка помахала стопкой бумаг, полученной от «007».</p><p>Лумиан усмехнулся:</p><p>«Пусть я сначала найду безопасное место, чтобы совершить продвижение и стать „Охотником за судьбами“. К тому времени, возможно, проявятся особые, смешанные способности, связанные с судьбой. Это может натолкнуть нас на новые мысли и позволить разработать более эффективный план.»</p><p>В их нынешней группе из четырёх человек то, что Лумиан обладает силами Пути «Судьбы», давным-давно перестало быть секретом.</p><p>Франка в ошеломлении выпалила:</p><p>«Так быстро получишь новое Благословение?»</p><p>«Разве я только что не говорил?» — усмехнулся Лумиан. — «Я за один раз собрал урожай почти с двадцати обладателей Благословения шестой и пятой Последовательностей, так что зелье значительно усвоилось.»</p><p>Франка поджала губы и взглядом передала Лумиану:</p><p>Смотри, смотри в мои глаза! Они переполнены завистью!</p><p>Лумиан перевёл разговор на Энтони:</p><p>«Что за настоящая личность, о которой ты только что упоминал?»</p><p>Энтони, который всё это время тихо слушал, так что о его присутствии почти забыли, коротко пояснил:</p><p>«На самом деле это подсказка госпожи „Справедливость“. Личность эта весьма странная: происхождение, образование и жизненный путь настоящие, но на самом деле такого человека не существует. А те, кто мог бы разоблачить обман, либо давно умерли, либо уехали в далёкие края и не вернутся в ближайшие несколько лет.»</p><p>«Похоже, эту личность для маскировки выращивали годами заранее,» — сделала вывод Франка, опираясь на собственный опыт.</p><p>Поскольку сегодня обсуждение плана против Морана Авиньи не планировалось, Энтони не стал задерживаться и вскоре ушёл: ему нужно было подготовиться к вечернему банкету.</p><p>«Где ты планируешь продвинуться до „Охотника за судьбами“?» — спросила Лумиана Дженна. — «На той Площади жертвоприношений в Катакомбах?»</p><p>То место принадлежало двум Праведным Богам, что позволяло продвигающемуся избежать стороннего вмешательства.</p><p>«Боюсь, я нарушу какое-нибудь табу, и меня на месте очистит солнечным светом,» — с ухмылкой отмёл это предложение Лумиан. — «Продвижение к „Заговорщику“ и продвижение к „Охотнику за судьбами“ — совершенно разные вещи.»</p><p>Одно относится к Божественному Пути, а другое — к сфере Злого Бога!</p><p>На самом деле Лумиан уже продумал, где совершит продвижение.</p><p>И это — «Страна Ночи»!</p><p>Покорность Термибороса заставляла Лумиана опасаться, что Тот выжидает удобного случая утворить что-то грандиозное. А «Охотник за судьбами» уже задействовал ключевые способности сферы «Судьбы», так что Термиборос вполне мог подстроить подвох на этой Последовательности.</p><p>Поэтому Лумиан поставил во главу угла осторожность и намеревался продвинуться в достаточно безопасном месте, где можно было исключить множество внешних воздействий.</p><p>И среди них «Страна Ночи» была наилучшим выбором. К тому же Лумиан и так собирался в ближайшие дни связаться с «Хелой», чтобы поделиться сведениями о Даосе Преисподней и «Празднике снов».</p><p>Франка взглянула на Лумиана с пониманием:</p><p>«Ты хочешь совершить продвижение на месте нашего оккультного собрания?»</p><p>«Да,» — слегка кивнул Лумиан.</p><p>«Я помогу тебе написать письмо!» — находясь в весьма хорошем расположении духа, вызвалась Франка.</p><p>Когда она вошла в спальню и закрыла дверь, Лумиан посмотрел на Дженну:</p><p>«Ты сегодня очень тихая.»</p><p>«Превосходная театральная актриса обязана знать, как отыгрывать леди,» — улыбнулась Дженна.</p><p>Лумиан бросил взгляд на дверь комнаты Франки:</p><p>«„Госпожа «Красный Сапожок»“ сегодня очень весела, то и дело шутит.»</p><p>«У неё и правда в последнее время хорошее настроение,» — честно ответила Дженна.</p><p>Лумиан задумчиво кивнул и больше не стал расспрашивать.</p><p>Дженна приподняла уголки губ и с улыбкой произнесла:</p><p>«Почему ты не продолжаешь расспросы?»</p><p>Лумиан откинулся на спинку дивана и с самоиронией ухмыльнулся:</p><p>«Моя сестра когда-то учила меня, что о некоторых вещах не стоит расспрашивать чересчур подробно: узнав слишком много, потом сам же пожалеешь, а то и вовсе придётся столкнуться с вопросами, с которыми сталкиваться не хочется.»</p><p>Дженна выслушала его со всем вниманием, подпёрла щеку рукой и с лёгким смешком спросила:</p><p>«Чего ты боишься?»</p><p>Лумиан сделал тактический глоток чёрного чая и сказал:</p><p>«Это не страх, это уважение.»</p><p>Дженна пристально посмотрела на него и вдруг тихо усмехнулась.</p><p>Она не стала расспрашивать дальше и перешла к непринуждённому разговору с Лумианом о подробностях событий в городке Тизамо.</p><p>Вскоре Франка вышла из комнаты и со смехом воскликнула:</p><p>«Можно прямо сегодня вечером!»</p><p>…………</p><p>Десять часов вечера. «Страна Ночи», внутри древнего полуразрушенного дворца.</p><p>Силуэты Лумиана и Франки стремительно проявились в воздухе, а «Хела» уже ждала их здесь.</p></section><section><title><p>Глава 705 «Охотник за судьбами»</p></title><p>Глава 705 «Охотник за судьбами»</p><p>Франка опередила Люмиана и быстро, без остановки выложила всё, что касалось «Даоса Преисподней» на «Празднике снов».</p><p>Она с возбуждённым видом произнесла:</p><p>'Взаимодействие двух миров куда теснее, чем я думала!</p><p>«Я не ожидала, что кроме „Источника Самаритянки“ существуют другие подобные точки пересечения двух миров, и все они связаны с той иллюзорной рекой.»</p><p>Сказав это, Франка мысленно пробормотала:</p><p>Жаль, что тот мужчина с четвёртого уровня катакомб, который, похоже, родом из нашего мира, так и не найден… «007», нет, почему церковь «Вечного Пылающего Солнца» работает так неэффективно, да и предателя, сотрудничающего с «Днём дурака», они всё ещё не вычислили…</p><p>Когда Франка закончила, Люмиан коротко дополнил её рассказ сведениями о происхождении чёрной древней гробницы и состоянии старинного трупа.</p><p>«Хела», по-прежнему одетая как чёрная вдова, спокойно выслушала всё и с лёгким кивком произнесла:</p><p>«На данный момент можно чётко утверждать, что та иллюзорная река не равна Реке Подземного царства из Подземного царства, она должна быть чем-то более высокого уровня, чем Река Подземного царства.»</p><p>«Верно.» Люмиан ничуть не удивился словам «Хелы», «Чёрная древняя гробница воплощает в себе силу не только Пути „бога Смерти“, но и Путей „Ночи“ и „Воина“.»</p><p>А легенды о Реке Подземного царства в нынешнем мире всегда связаны со смертью.</p><p>Люмиан почувствовал, что это, возможно, связано с такими сущностями, как «Небесный Достопочтенный Небес и Земли, дарующий благодать», «Матерь Древа Желаний» и «Великая Матерь», занимающими несколько Путей и несколько божественных престолов.</p><p>«Хела» взглянула на Франку и, помолчав немного, сказала:</p><p>«Если слова „Призрачного доспеха“ верны, состояние Даоса Преисподней должно быть ненормальным. Если вы захотите вступить с Ним в контакт, нужно проявлять крайнюю осторожность и убедиться, что у вас есть способ покинуть соответствующую область.»</p><p>Слова «Призрачного доспеха» о Даосе Преисподней звучат как «пожертвовал телом, вошёл в реку», что означает отказ от собственного тела или жизни.</p><p>«Понятно.» Франка вздохнула: «Я планирую подумать об этом только после того, как стану Последовательностью 5.»</p><p>Вздыхая, она самодовольно подумала:</p><p>В последнее время зелье «Наслаждения» значительно усвоилось. Даже без иных благоприятных возможностей ещё через два-три месяца можно будет готовиться к ритуалу продвижения «Демонессы Страданий»… Нужно уже сейчас начинать собирать соответствующие ингредиенты для зелья…</p><p>Нельзя говорить, нельзя говорить, нельзя рассказывать Люмиану. Хвастаться подобным выглядит так вульгарно с моей стороны, да и неуважительно по отношению к Дженне…</p><p>Люмиан же с некоторым недоумением пару раз перевёл взгляд с «Хелы» на Франку и обратно.</p><p>Ему показалось, что госпожа «Хела» только что будто хотела сказать Франке что-то важное, но в итоге так и не произнесла этого вслух.</p><p>Люмиан редко чувствовал, чтобы госпожа «Хела» находилась в состоянии «тяжёлых раздумий на душе». Тот взгляд, который она только что бросила на Франку, и эти несколько секунд молчания заставили его уловить некоторую колебательность.</p><p>Жаль, конечно, ведь эта девица Франка чаще всего крайне беспечна и не обращает внимания на детали, а не то спроси она прямо, возможно, и удалось бы что-то узнать… Пока мысли Люмиана сменяли одна другую, он рассудил, что если госпожа «Хела» молчит сейчас, то у неё наверняка есть на то свои причины, а потому подавил смущение в душе и указал в самый перед разрушенного дворца:</p><p>«Я пойду готовиться к ритуалу.»</p><p>«Хорошо,» — с живым интересом ответила Франка.</p><p>Хотя она и наблюдала со стороны за тем, как Люмиан обретал силу «Аскета», но то происходило в Трире Четвёртой Эпохи, где переплетались всевозможные опасности, заставляя её трепетать от страха и постоянно следить за обстановкой вокруг, из-за чего не было возможности вот так расслабленно «полюбоваться» зрелищем.</p><p>Люмиан немного подумал, достал из потайного кармана жилета маленький металлический флакон и бросил его Франке:</p><p>«Если чуть позже моё состояние станет совсем ненормальным, ты силой разбей „Духовную стену“ и швырни его ко мне под ноги или прямо в меня.»</p><p>«А крышку отворачивать нужно?» — с улыбкой спросила Франка.</p><p>«Как думаешь?» — Люмиан приподнял бровь.</p><p>«Конечно нужно,» — со смешком сказала Франка. — «Шучу, просто хотела, чтобы ты расслабился.»</p><p>«Спасибо тебе!» — Люмиан повернулся и подошёл к огромному каменному креслу в самой глубине древнего дворца.</p><p>Его интуиция подсказывала ему, что это пёстрое огромное каменное кресло, возможно, имеет некоторую связь с господином «Шутом».</p><p>Это могло позволить его последующему ритуалу лучше привлечь к себе взор господина «Шута».</p><p>Увидев, как Люмиан использовал каменное кресло в качестве алтаря, разложил соответствующие предметы и торжественно положил один ровный золотой фунт перед серо-белой свечой, символизирующей божество, «Хела» ровным тоном произнесла:</p><p>'Не беспокойся о том, что отклика не будет.</p><p>«Желающее сокрытия естественно окажется сокрыто, а не желающее сокрытия сокрыто не будет.»</p><p>Люмиан успокоился, освятил ритуальный серебряный кинжал и создал «Духовную стену».</p><p>Голоса разговаривающих Франки и «Хелы» мгновенно сделались слабыми, словно доносились издалека.</p><p>Люмиан не спешил проводить ритуал, а, понизив голос, по собственной инициативе «провоцировал» Термибороса:</p><p>«Я снова собираюсь извлечь твои силы. Что думаешь по этому поводу?»</p><p>Он надеялся в некоторой степени разозлить Термибороса, чтобы тот при ответе выдал скрытые проблемы, дав возможность заранее понять, замышляет ли этот Ангел Судьбы что-то втайне и что именно.</p><p>Раньше обнаружишь — раньше исцелишь, раньше разрешишь!</p><p>Величавый, переливающийся многими слоями голос Термибороса зазвучал в ответ:</p><p>«Чем дальше вперёд, тем ближе к концу, такова судьба, её не изменить.»</p><p>«Это твоё самоутешение?» — Люмиан высмеял любовь Термибороса к загадочным фразам.</p><p>Голос Термибороса эхом разнёсся волнами внутри тела Люмиана:</p><p>'Благословение заставляет Одарённого приближаться к Дарителю. Кажется, будто ты извлекаешь мою силу, но на самом деле ты непрерывно подталкиваешь собственную судьбу ко мне, делая себя всё более и более похожим на меня.</p><p>'Это позволяет и мне с помощью твоих глаз и твоей судьбы видеть кое-какие вещи.</p><p>'Ты и я на самом деле одинаковы, мы оба — букашки, застрявшие в судьбе. За исключением великих сущностей, таковы все живые создания.</p><p>'В недлительном будущем ты обнаружишь:</p><p>«Смерть — конечный пункт всего, безумие — вечная мелодия.»</p><p>Скажи ещё что-нибудь неопределённое… Термиборос намекает, что в скором будущем я столкнусь с ударом? Люмиан усмехнулся и произнёс:</p><p>«Ты нарочно говоришь так, хочешь, чтобы я с тревогой и страхом получал силу 'Охотника за судьбами», а потом умер здесь?</p><p>«Не переживай, смерть и безумие меня не остановят.»</p><p>Договорив и не дожидаясь ответа Термибороса, Люмиан уставился на пламя свечи и низким голосом стал декламировать:</p><p>'О сила Судьбы!</p><p>'Вы — прошлое, настоящее и будущее;</p><p>'Вы — причина, результат и процесс;</p><p>«…»</p><p>По мере проведения ритуала Франка и «Хела» увидели, как все предметы на алтаре изменились: камень размягчился, пламя свечей раздулось, земля словно сгнила, превратившись в болото, а в пустоте то появлялись, то исчезали бесчисленные странные букашки.</p><p>Тьма за пределами разрушенного дворца становилась всё гуще и глубже. Из груди Люмиана потекла серебристо-чёрная жидкость, окутавшая его целиком, отчего он стал похож на осквернённую ртутную статую.</p><p>Люмиан мучительно забился в корчах. В этом процессе его тело то изгибалось, то выворачивалось, то принимало иные позы, нарушающие человеческое анатомическое строение, словно внутри не осталось костей, а под кожей и плотью всё было заполнено ртутью.</p><p>От этого зрелища Франка опешила, ощутив невольную фантомную боль.</p><p>В крайней, хорошо знакомой боли Люмиан увидел Аврору.</p><p>Аврора с густыми длинными золотистыми волосами пыталась применить «Призывание душ»!</p><p>Люмиан сделал шаг вперёд и остановил Аврору.</p><p>Едва он успел обрадоваться тому, что проблема была задушена в самом зародыше, и Аврора больше не должна отщепить злую личность Лоши Луизы Сансон, как с изумлением обнаружил, что тело Авроры стремительно меняется и в кроваво-месистом состоянии раздувается в скрестившее ноги чудовище о трёх головах и шести руках.</p><p>Люмиан снова увидел Аврору, пытавшуюся воззвать о помощи к «Хеле». Упрямо и не смиряясь, он оказал ей помощь, чтобы сестра больше не забыла об этом деле, однако, когда «Хела» прибыла, Аврора, хоть ещё и не провела финальный ритуал, всё равно превратилась в огромное чудовище о трёх головах и шести руках.</p><p>Следом в поле зрения Люмиана появились сразу несколько Аврор на разных этапах своей жизни, готовых сделать те или иные ключевые выборы.</p><p>Люмиан отчаянно пытался спасти судьбу этих Аврор, помешать им соскользнуть в бездну, но хотя каждый раз ему удавалось направить поток судьбы в иное ответвление, конечным исходом всё равно оставался крах души и плоти Авроры и её превращение в чудовище о трёх головах и шести руках.</p><p>И это — судьба? Это — не подлежащий изменению результат? Глаза Люмиана налились кровью, и он с возрастающим безумием предпринимал тщетные, бесполезные усилия.</p><p>И как раз в этот момент он уловил изысканный, свеже-сладкий аромат, а у его ушей зазвучало песнопение, приносящее покой душе.</p><p>Люмиан стремительно вернул себе ход мысли, вернул разум и обрёл ясность сознания.</p><p>Все те Авроры перед его глазами внезапно исчезли, оставив лишь всё так же тихо горящее пламя свечи.</p><p>Люмиан подсознательно повернул голову назад и обнаружил, что Франка и «Хела» подошли близко, а «Духовная стена» уже разбита.</p><p>В то же время Франка увидела, как в глазах Люмиана непрерывно мерцают два цвета — серебристо-белый и железисто-чёрный, сменяя друг друга, пока наконец не слились воедино и не осели серебристо-чёрным оттенком.</p><p>Люмиан выдохнул, понимая, что вырвался из опасности и успешно обрёл силу «Охотника за судьбами».</p><p>Однако в глубине его души всё ещё оставались сильное уныние и чувство утраты.</p><p>Пережитое только что в иллюзии словно возвещало о том, какой финал в конечном счёте ожидает его желание воскресить Аврору.</p><p>Затратив секунд десять-двадцать, Люмиан наконец вырвался из подобного состояния и вновь обрёл твёрдость.</p><p>С чего бы сдаваться, даже толком не попробовав!</p><p>Франка, увидев это, вздохнула с облегчением, закрутила крышку флакона и с улыбкой спросила:</p><p>«Ну как, какие появились новые способности?»</p><p>«А ты и впрямь совсем не считаешь себя чужой, кто ж вот так запросто спрашивает других о только что полученных Потусторонних способностях?» — мысленно попенял Франке Люмиан и всерьёз принялся осматривать произошедшие в нём изменения.</p><p>Его только что пришедшие в норму глаза снова окрасились в серебристо-чёрный цвет, отразив фигуры Франки и «Хелы».</p><p>Следом он увидел соответствующие двум дамам ртутно-серебряные иллюзорные реки, увидел представляющие их прошлое и настоящее речные русла со сверкающей рябью волн, увидел многочисленные ответвления, расходящиеся от настоящего момента.</p><p>Иллюзорная великая река медленно двигалась вперёд, поглощая все притоки и оставляя лишь один из них, превращая его в главное русло, а главное русло затем снова продолжало ответвлять новые притоки…</p><p>Люмиан обнаружил, что как у Франки, так и у «Хелы» одно из ответвлений отсвечивает тусклым чёрным цветом.</p></section><section><title><p>Глава 706 Сплавленные способности</p></title><p>Глава 706 Сплавленные способности</p><p>Чёрный… в удаче это означает столкновение с катастрофой, связанной с собственной смертью… Недостаточно насыщенный цвет означает, что эта катастрофа лишь может принести смерть, а не неизбежно, и всё ещё есть определенная надежда с ней справиться? Хм, позже стоит получше посмотреть на других, может, удастся обнаружить насыщенный чёрный цвет, и это, возможно, означало бы, что стоит лишь выбрать соответствующий приток, и смертельная судьба уже предопределена… Люмиан, продолжая наблюдать за судьбой Франки и «Хелы», сделал соответствующие предположения.</p><p>Из-за того что притоки непрерывно меняются, Люмиан не мог очень чётко ухватить будущую судьбу цели и мог лишь подсмотреть её малую часть, а чёрная «пометка» позволяла ему очень наглядно определять главное.</p><p>Об этом не упоминалось в тех оккультных знаниях, что приходят вместе с силой «Охотника за судьбами», и Люмиан сильно подозревал, что после того как «наблюдение за удачей» сублимировалось в «наблюдение за судьбой», оно смогло сплавиться воедино с «обнаружением слабостей» «Жнеца», сформировав эту уникальную способность:</p><p>Точно так же, как обнаружение слабостей в теле и душе цели, обнаружить слабость цели на уровне судьбы — то есть тот самый приток, ведущий к смерти!</p><p>Как я и предполагал ранее, две способности Путей «Охотника» и «Неизбежности», использующие глаза для наблюдения, слились воедино… Люмиан заодно снова посмотрел на реку судьбы «Хелы» и Франки, обнаружив, что может ухватить части прошлых и настоящих фрагментов их судеб, прямо как тогда, когда использовал «Падшую Ртуть» для охоты за чужой судьбой.</p><p>И в отличие от того времени, теперь он мог видеть это напрямую, без необходимости простирать духовность и с помощью соответствующей способности касаться той иллюзорной реки, что мерцала ртутным блеском и состояла из сложных символов.</p><p>Иными словами, можно было без ведома цели «видеть» часть её судьбы.</p><p>Разумеется, по сравнению с прикосновением к соответствующей реке судьбы через способность, наблюдение глазами явно имело свои ограничения — большинство сцен жизни в ртутной реке в таком случае были крайне смутными, и чем ближе к настоящему моменту, тем отчетливее они выглядели, и точно так же, чем меньше они затрагивали сущности высокого уровня, тем они были чётче.</p><p>В этом деле жизненные фрагменты Франки и «Хелы» как раз образовали яркий, убедительный контраст:</p><p>Прошлые и настоящие фрагменты, выделявшиеся в ртутных волнах реки судьбы «Хелы», частично словно были окутаны туманом, частично будто скрыты в ночной тьме, и их совершенно невозможно было разглядеть, лишь ничтожно малую часть удавалось подсмотреть; у Франки же всё было куда чётче, особенно за последние одну-две недели, и за исключением фрагментов, затрагивавших существования высокого статуса вроде «Страны Ночи», госпожи «Суд» и «Чёрной Демонессы», Люмиан мог видеть всё.</p><p>Посреди этих экспериментальных наблюдений Люмиан внезапно замер.</p><p>Спустя две-три секунды он с неким неловким чувством отвёл взгляд.</p><p>«Что такое?» — с любопытством и заботой спросила Франка. — «Если не хочешь говорить про конкретные способности, можешь не рассказывать.»</p><p>Лишь теперь она осознала, что только что проявила излишнюю поспешность, прямо в присутствии госпожи «Хелы» спросив о положении «Охотника за судьбами» и о возможно возникших сплавленных способностях.</p><p>Люмиан бессознательно сглотнул слюну, собрался с духом и, посмотрев на «Хелу», произнёс:</p><p>'Нет ничего такого, о чём нельзя было бы рассказать.</p><p>'Я больше не просто способен наблюдать за удачей, а могу напрямую видеть соответствующие вам реки судьбы, от основного русла до притоков, но большая часть нечёткая, и лишь при реальном использовании способности поимки судьбы я могу отчётливо ощущать её, но там есть ограничение по времени.</p><p>«Хм, среди притоков реки судьбы, что я увидел, один, должно быть, ведёт к смерти…»</p><p>Люмиан кратко изложил свои первоначальные предположения, и цвет его глаз постепенно вернулся в норму.</p><p>«Раз уж это не неизбежная смерть, то это стоит называть смертельным бедствием.» — внимание Франки переключилось на символическое значение «чёрного цвета».</p><p>Смертельное бедствие? Люмиан и «Хела» посмотрели на Франку, ожидая её объяснений.</p><p>Франка слегка смущённо усмехнулась:</p><p>«Простыми словами, это катастрофа, кризис или событие, приносящее смерть, но если правильно справиться с этим, то есть вероятность пройти через это и остаться в живых.»</p><p>Вот как… — Люмиан ненадолго задумался и сказал:</p><p>«Тогда эта способность будет называться „Глазом бедствий“, глазом, способным видеть смертельные катастрофы.»</p><p>Что касается названия, его это не особо волновало, главное — чтобы способность была полезной и удобной в использовании.</p><p>Затем Люмиан принялся усваивать те оккультные знания, что вошли в его тело вслед за силой «Охотника за судьбами»:</p><p>Суть «Охотника за судьбами» на самом деле заключается в охоте за судьбой, но это разделяется на три способности.</p><p>Первая способность — «Охота за судьбой», при которой через контакт с рекой судьбы цели вы напрямую «забираете» желаемый фрагмент судьбы.</p><p>Это несколько отличается от способности «Падшей Ртути»: нет необходимости убивать цель, чтобы «забрать» её судьбу, но на это требуется определенное время — чем легче соответствующий фрагмент судьбы, тем быстрее это завершается, а чем тяжелее, тем медленнее.</p><p>— Тяжесть фрагмента судьбы относится к степени важности для общей судьбы цели.</p><p>Разумеется, Люмиан также мог «забрать» фрагмент судьбы цели, убив её, и поскольку вся судьба цели на этом застывала и больше не имела бы иных изменений, время, необходимое для завершения «охоты», получалось крайне коротким.</p><p>И будучи «Охотником за судьбами», Люмиан мог долгое время удерживать в себе два фрагмента судьбы, что превосходило один фрагмент у «Падшей Ртути».</p><p>— В норме их три, но Люмиан не становился Танцором, не отыгрывал Нищенствующего монаха и даже не заполнил лимит особых договоров, то есть, находясь на первых трёх этапах сферы «Неизбежности», он практически не сближался с дарителем силы в повседневной жизни, из-за чего его слияние с этой силой было довольно слабым.</p><p>Если бы он не воплощал превосходным образом ключевой дух «Аскета», то в настоящее время смог бы хранить, возможно, лишь один фрагмент судьбы.</p><p>Вторая способность — «Обмен судьбами», при которой накопленный на себе фрагмент судьбы обменивается на определённый фрагмент судьбы цели.</p><p>Тяжесть фрагментов судьбы лучше подбирать соответствующую: лёгкое к лёгкому, тяжёлое к тяжёлому, иначе скорость обмена будет очень медленной, возможно, потребуются пять-шесть минут.</p><p>Соответствие тяжести — это одна сторона, а важность самого фрагмента судьбы — другая, что также существенно влияет на скорость обмена, но в целом это быстрее, чем прямая «охота» за соответствующей судьбой — за исключением «охоты» с убийством цели.</p><p>И будь то «Охота за судьбой» или «Обмен судьбами», в настоящее время существует ограничение: до завершения процесса нельзя снова атаковать цель.</p><p>В этом отношении способность уступает в удобстве и гибкости «Падшей Ртути».</p><p>Третья способность — «Продвижение судьбы», то есть затрата огромного количества духовности для того, чтобы напрямую подтолкнуть будущее цели к развитию по определённому притоку.</p><p>Изначально эта способность была не такой: скорее, она влияла на развитие будущей судьбы цели через ритуалы, проклятия и тому подобные способы, но после слияния с чертами «Жнеца» превратилась в возможность подталкивать её напрямую.</p><p>В сочетании с «Глазом бедствий» это позволило Люмиану увидеть некоторые возможности.</p><p>Разумеется, оценив ситуацию, он посчитал, что с его двойной духовностью «Жнеца» и «Охотника за судьбами» в настоящее время он может подтолкнуть её лишь дважды.</p><p>«„Охотник за судьбами“ — все его ключевые способности являются углублением и упрощением „Искусства перенаправления удачи“…» — Люмиан давал общую оценку.</p><p>Став «Охотником за судьбами», предел договоров, который он мог выдержать как «Связанный договором», достиг двенадцати, а способность к выносливости, приносимая «Аскетом», также значительно возросла.</p><p>Это заставило Люмиана задуматься о том, чтобы позже заключить ещё два-три договора на способности, дабы обогатить свой боевой стиль и прибавить соответствующий запас козырей.</p><p>Но он не стал бы действительно заполнять все двенадцать, не хотел даже десяти — это привело бы к тому, что сила и разнообразие негативных эффектов превысили бы выносливость «Аскета», а Люмиан совсем не желал превращаться в неполноценного Потустороннего вроде Настоятеля Гийома Бене, у которых легко найти слабости и угадать склонности в действиях.</p><p>Ещё одним большим изменением «Аскета» стало то, что «Накопление» поднялось до уровня, позволяющего накапливать сторонние фрагменты судьбы, и это по-настоящему стало важной составной частью «Охотника за судьбами».</p><p>А такие ритуальные магии, как «Искусство превращения в скот», смогли стать ещё более упрощёнными: например, раньше Люмиану обязательно нужно было обернуть цель ритуальной овечьей шкурой, чтобы через чтение заклинания превратить её в овцу, теперь же для выполнения предварительного требования он мог воспользоваться более символическим накрыванием цели овечьей шкурой.</p><p>Гибкость и прочие качества «Танцора» также неплохо возросли, и Люмиан теперь мог совершать всевозможные жуткие и невероятные движения, при виде одних лишь проекций которых обычный человек принял бы его за монстра.</p><p>Кроме того, духовность Люмиана снова заметно выросла, и самым простым критерием оценки было то, что он мог использовать «Переход сквозь мир духов» шестнадцать-семнадцать раз.</p><p>Однако будь то «Охотник за судьбами» или «Жнец», приносимое ими укрепление физической силы было весьма ограниченным.</p><p>Убедившись в собственных изменениях, Люмиан поблагодарил госпожу «Хелу», спросил о времени следующего собрания «Исследовательского общества кудрявых павианов» и вместе с Франкой вернулся в реальный мир.</p><p>Вернув Дженне ту золотую монету «Шута», Люмиан вкратце упомянул способности «Охотника за судьбами» и под конец сказал:</p><p>«Раз уж появилась способность напрямую видеть часть фрагментов судьбы, подожду, пока не понаблюдаю за Мораном Авиньи вблизи, и лишь тогда решу конкретный план.»</p><p>«Хорошо.» Франка обеими руками и ногами выступала за любые меры, способные снизить риск.</p><p>Люмиан тут же поднялся и сказал Франке и Дженне:</p><p>«Тогда я пойду. В это время не забудьте спросить на ваших оккультных собраниях, нет ли рецепта зелья „Жреца Урожая“ и соответствующих Потусторонних материалов.»</p><p>«Без проблем.» Франка, проводив Люмиана, повернулась и с недоумением спросила Дженну: «Почему он какой-то странный? Обычно он перед уходом обязательно кого-нибудь подразнит, пошутит, а потом уходит?»</p><p>Дженна тоже посчитала это не совсем нормальным и погрузилась в раздумья.</p><p>Внезапно выражение её лица слегка изменилось.</p><p>Дженна опустила голову, посмотрела на книгу в руках и глубокомысленно произнесла:</p><p>«Возможно, он только что получил дарованную силу, и состояние у него не самое стабильное, нужно поскорее вернуться и отдохнуть.»</p><p>«И то правда.» Франка сразу почувствовала облегчение.</p><p>Она не стала много думать, да и лень было думать: ночное время так прекрасно, нельзя тратить его на подобные неважные вещи.</p><p>…………</p><p>Район Бульваров, за пределами Розового конференц-зала отеля «Шанз-Элизе».</p><p>Множество журналистов стояли перед самым символичным внутренним большим золотым фонтаном отеля, ожидая выхода министра промышленности Морана Авиньи, завершившего переговоры о сотрудничестве с делегацией Королевства Руэн.</p><p>Люмиан переоделся в давным-давно заготовленное чёрное суконное пальто, надел шелковый цилиндр средней высоты, взял в руки арендованный черно-белый фотоаппарат новой модели без штатива и с обычным, ничем не примечательным лицом прохожего смешался с этими людьми под поддельной личностью журналиста.</p></section><section><title><p>Глава 707 Фрагменты судьбы</p></title><p>Глава 707 Фрагменты судьбы</p><p>Время утекало минута за минутой, но журналисты, ожидавшие снаружи конференц-зала, вовсе не проявляли нетерпения или недовольства — с подобными ситуациями они сталкивались уже не раз.</p><p>Наконец тяжелые двери Розового конференц-зала открылись, и из них бок о бок вышли министр промышленности Моран Авиньи — в безупречно сидящем строгом костюме, с правильными чертами лица, темно-серыми глазами и седеющими черными волосами — и глава делегации Королевства Руэн.</p><p>Щёлк, щёлк — один за другим с громким звуком защелкали вспышки, и Моран Авиньи исполненно изящества помахал журналистам рукой.</p><p>Люмиан не стал проталкиваться в самые первые ряды. Укрывшись в толпе, он с расстояния в несколько метров уставился на Морана Авиньи.</p><p>Прикрываясь фотоаппаратом, его лазурно-синие глаза быстро сделались серебристо-черными.</p><p>«Глаз бедствий»!</p><p>В поле зрения Люмиана на теле Морана Авиньи возникла ртутно-серебряная река, состоящая из иллюзорных капель воды, и каждая из этих капель представляла собой соединенные от начала к концу сложные символы.</p><p>Пользуясь тем, что Моран Авиньи выступал с краткой речью, объявляя о достижении Республикой Интис и Королевством Руэн ряда соглашений о сотрудничестве в промышленной сфере, Люмиан внимательно разглядывал прошлое, настоящее и будущее министра промышленности, разбирая фрагменты судьбы, таящиеся в каждой капле реки.</p><p>Здесь присутствовало множество размытостей — чем дальше в прошлое, тем сложнее было что-либо разобрать, поэтому Люмиан сосредоточился на просмотре фрагментов за последние две недели.</p><p>Он видел, как Моран Авиньи живет в специальном особняке, предоставленном правительством, видел, как этот министр промышленности каждую неделю ходит в определенное кафе на встречи, где обсуждаются самые разные вопросы, «подавая личный пример» и демонстрируя трирское веяние кафешной политики.</p><p>Люмиан также видел, как Моран Авиньи посещает салоны, балы, званые ужины, слушает оперу и концерты, смотрит пьесы и художественные выставки, играет в поло и покер, ездит на охоту за город, флиртует с куртизанками, состоит в любовных связях с несколькими женщинами и пользуется своим положением, чтобы оказывать содействие Промышленно-кредитному банку Интиса, благодаря чему муж одной из его любовниц стал заместителем генерального директора филиала этого банка на Южном континенте — должность, о которой многие могли только мечтать: благопристойная, высокооплачиваемая и обладающая огромными полномочиями, единственным минусом которой было то, что нужно было покинуть Трир и отправиться на Южный континент на два-три года, причем на первых порах без возможности взять с собой супругу и детей.</p><p>Это полностью соответствовало стереотипным представлениям Люмиана о представителях высшего общества Трира.</p><p>В процессе беглого осмотра Люмиан пропустил наиболее размытые части и обнаружил два фрагмента судьбы, заслуживающих внимания:</p><p>Один — когда Моран Авиньи в одиночестве читал документы в кабинете, как вдруг написал записку, а затем протянул рука к стоящему рядом зеркалу; его рука, словно не имея плоти, полностью прошла сквозь стеклянную зеркальную поверхность и опустила туда записку;</p><p>Другой — когда Моран Авиньи во время охоты в лесу Силонь, казалось, мельком контактировал с каким-то заблудившимся человеком; внимание Люмиана привлекло то, что этот фрагмент судьбы был окутан белым тонким туманом, отчего выглядел размытым.</p><p>Эта размытость отличалась от той, что присутствовала в большинстве других фрагментов судьбы.</p><p>Первый фрагмент судьбы с другой стороны подтверждал статус Морана Авиньи как «Человека из зеркала» — ведь среди двадцати двух Божественных Путей «Демонессы», наиболее искусные в зеркальной магии, до того как стать полубогами Последовательности 4, не способны передавать через зеркало сведения и предметы, а если бы Моран Авиньи был «Демонессой» уровня полубога, он не мог бы существовать в качестве мужчины.</p><p>В отношении этой ситуации Люмиан мог подумать лишь о двух возможностях:</p><p>Первая: еще более искусными в использовании зеркал, чем «Демонессы», и обладающими еще большей спецификой в области зеркальной магии являются только «Люди из зеркала»!</p><p>Вторая: Моран Авиньи изначально был «Демонессой» уровня полубога, а затем принял зелье более высокой Последовательности «Охотника» и успешно превратился в мужчину, что означает, что этот министр промышленности — как минимум Святой Последовательности 3, а то и вовсе Ангел.</p><p>Сопоставив данные, ранее собранные Франкой и остальными, сведения, предоставленные «007», и тот факт, что в немногочисленных отчетливых фрагментах судьбы Моран Авиньи ни разу не проявлял черт, связанных с «Охотником», Люмиан был убежден, что тот действительно является «Человеком из зеркала», причем не из тех обычных «Людей из зеркала», у которых нет потусторонних сил.</p><p>Что же касается второго фрагмента судьбы, он заслуживал внимания Люмиана в силу своей относительной необычности и, возможно, таил в себе какие-то важные сведения, однако Люмиан пока не мог их расшифровать.</p><p>Он вслед за этим перенес фокус внимания на будущую судьбу Морана Авиньи, то есть на многочисленные притоки судьбы.</p><p>Без малейшей неожиданности Люмиан увидел, что один из них окрашен в бледный черный цвет.</p><p>Этот приток судьбы с ртутной основой, как и многие ему подобные, в своей достаточно четкой части «репетировал» процесс того, как Моран Авиньи после окончания интервью садится в личный экипаж и возвращается в здание министерства промышленности; разница заключалась в том, что, войдя в кабинет министра и просидев там довольно долгое время, Моран Авиньи добровольно шагнул в ростовое зеркало, стоявшее возле вешалки для одежды и шляп, и исчез.</p><p>Более далекого будущего Люмиан увидеть не мог.</p><p>Он мог лишь на основе увиденного сделать вывод: если Моран Авиньи сегодня до полудня войдет в зеркальный мир, то столкнется с катастрофой, угрожающей его жизни.</p><p>Однако вероятность того, что Моран Авиньи поступит подобным образом, была невелика — среди стольких притоков судьбы лишь один-единственный выражал такую возможность.</p><p>Разумеется, если бы Люмиан сейчас не боялся разоблачения, он действительно мог бы задействовать почти половину своей духовности и с помощью способности «Продвижение судьбы» насильно подтолкнуть будущее Морана Авиньи в тот приток судьбы, однако в этом не было никакого смысла:</p><p>Гибель Морана Авиньи в зеркальном мире лишь приведет к тому, что они не смогут добраться до его трупа и провести медиумизм!</p><p>«„Черная Демонесса“, должно быть, тоже может входить в зеркальный мир, но если спиритический сеанс проведет она, мы не сможем получить нужные сведения — пусть Франка и завоевала ее полное доверие, пока не достигнешь определенной Последовательности, о некоторых вещах, которые тебе знать не положено, тебе все равно не сообщат…» Видя, что Моран Авиньи дал понять об окончании интервью, а его телохранители стали прокладывать дорогу среди журналистов, Люмиан прекратил использовать «Глаз бедствий» и, проявив полный дух отыгрыша, с громким щелчком сделал черно-белый снимок.</p><p>Затем он постепенно выбрался из рядов журналистов, сделал крюк в общественный туалет, убрал фотоаппарат в «Вещмешок путешественника», надел «Ложь», вернулся к облику Шарля Дюбуа и в качестве гостя вошел в прилегающий ресторан отеля «Шанз-Элизе».</p><p>Франка ждала его здесь.</p><p>Следуя за официантом к забронированному столику, Люмиан увидел мужчину и женщину, пивших кофе.</p><p>У той женщины были черные волосы и карие глаза, симпатичная внешность и слегка хвастливые манеры, что легко угадывалось по ее одежде и наряду, а мужчина выглядел вполне обычно — на нем было двубортное фланелевое пальто, брюки в «куриную лапку», кожаные ботинки на застежках и мягкий цилиндр; именно так в последние годы любили одеваться трирские банкиры и финансисты.</p><p>Люмиан обратил внимание на эту пару вовсе не потому, что его привлек их богатый вид, а потому, что он узнал ту симпатичную даму с некими иностранными чертами лица.</p><p>Разумеется, она его не знала — он лишь видел ее фотографию в журнале «Гримаса»:</p><p>Это была Пель, театральная актриса из Лоэна и по совместительству трирская куртизанка.</p><p>Дюваль, изобретатель мясного супа Дюваля и хозяин известного ресторана, когда-то потратил на нее немало денег и даже пытался покончить с собой из-за нее, но безуспешно.</p><p>В этот момент Пель и тот средних лет мужчина, похожий на банкира, еще не начали обедать, а лишь пили кофе.</p><p>Мужчина средних лет взял допитую Пель чашку кофе, указывая на оставшуюся кофейную гущу и что-то объясняя, а куртизанка слушала его весьма внимательно.</p><p>Люмиан благодаря своему превосходному слуху мельком прислушался, проходя мимо, и быстро понял, что этот мужчина, похожий на банкира, занимается гаданием на кофейной гуще.</p><p>Это был довольно популярный в высшем обществе способ гадания, более похожий на игру.</p><p>— Оставшаяся кофейная гуща образовала круг, это означает, что у вас в последнее время есть знаки скорой встречи с любовью…</p><p>Услышав слова мужчины средних лет, Люмиан не удержался от мысленной усмешки:</p><p>«И в конце ты ведь хочешь сказать, что эта любовь, которую она встретит, — это как раз ты…»</p><p>Окажись на ее месте другая женщина, она, даже понимая истинный подтекст слов сидящего напротив мужчины, про себя поразилась бы тому, что результаты гадания указывают на следы любви, и подумала бы, что это действительно перст судьбы — ведь самые разные формы, естественным образом образуемые кофейной гущей, несут соответствующие откровения судьбы, и это общепризнанный факт, где исключена возможность фальсификации толкований.</p><p>Но учитывая, что Пель — опытная куртизанка с весьма смелыми повадками, у Люмиана были все основания полагать, что она нарочно пила кофе особым образом, чтобы оставшаяся гуща приняла форму круга!</p><p>Пройдя еще немного, Люмиан увидел Франку.</p><p>Эта «Демонесса Наслаждения» сегодня была одета очень элегантно и вполне подобающе подобным заведениям, так что Люмиан едва ее узнал.</p><p>Разумеется, Франка по-прежнему не надевала настоящее длинное платье, заменив его юбкой-брюками.</p><p>Глядя на Франку, чьи волосы были собраны не в хвост, а изящно уложены на голове, Люмиан тихо усмехнулся и произнес:</p><p>— Дженна помогала делать прическу?</p><p>— Ага! — Франка не только не разозлилась, но, напротив, была весьма довольна собой.</p><p>Не успели они обменяться впечатлениями от только что увиденного, как к ним подошел официант и вручил каждому по одинаковому меню.</p><p>— Обеденный сет стоит 7 феров, а если заказывать по меню плюс хорошее красное вино, у нас уйдет минимум 50 феров, — понизив голос, сказала Франка Люмиану на древнефейсакском языке. — В Рыночном округе на эти деньги можно кормить твоего крестника целую вечность.</p><p>Ей одновременно казалось, что ресторан отеля «Шанз-Элизе» очень дорогой, и в то же время живо хотелось всё попробовать.</p><p>— Что посоветуете? — перешла Франка на интисский язык, обращаясь к официанту.</p><p>Тот официант всё это время украдкой поглядывал на Франку и, услышав вопрос, весьма воодушевленно произнес:</p><p>— Не желаете попробовать рыбу Фильт?</p><p>— В Трире, не считая некоторых частных банкетов, только у нас можно отдать должное рыбе Фильт.</p><p>— И чем же она особенная? — со слегка любопытствующим видом спросил Люмиан.</p><p>Официант, глядя на Франку, ответил:</p><p>— Тушка рыбы Фильт выглядит обугленной наполовину, и водятся они только на определенном участке подземной реки Трира. Говорят, давным-давно она была вполне обычной, пока однажды ее не поймал человек по имени Фильт. Он установил прямо у подземной реки котел с маслом и собрался ее поджарить, но на полпути рыба улучила момент, выскочила из котла, прыгнула обратно в реку и выжила. Она жила долго и дала многочисленное потомство, и все ее потомки рождались уже наполовину обугленными.</p><p>— Кожица у этой рыбы имеет аппетитный зажаристый аромат и маслянистость, а мякоть внутри невероятно нежная…</p><p>Подземная река Трира… наполовину обугленная… живая… Люмиан выделил ключевые слова и вдруг заподозрил: уж не следствие ли это утечки силы «Охотника» из Трира Четвёртой Эпохи?</p><p>Он с улыбкой сказал Франке:</p><p>— Возьмем по порции?</p><p>— Давай. — Франка и сама хотела попробовать.</p></section><section><title><p>Глава 708 Прошлые дела</p></title><p>Глава 708 Прошлые дела</p><p>Когда официант с записанным заказом отошел от столика в углу, Люмиан поднял трехцветный красно-бело-синий ликер, чокнулся с Франкой и сделал глоток.</p><p>Затем он огляделся по сторонам и пониженным голосом подробно пересказал увиденный фрагмент судьбы Морана Авиньи.</p><p>Слушая его, Франка постепенно менялась в лице.</p><p>Она нахмурила красивые брови и произнесла:</p><p>'Белый, тонкий туман, о котором ты упомянул, напомнил мне об одной вещи.</p><p>«Он ведь еще казался непрерывно меняющимся?»</p><p>Люмиан тщательно припомнил и ответил:</p><p>«Да.»</p><p>Франка тихо вздохнула и сказала:</p><p>'Значит, так и есть. Я разве не рассказывала тебе, как мы с Дженной, участвуя в оккультном собрании, подверглись выслеживанию заказчиком дела об исчезновении Привратника Монастыря Глубокой Долины и вступили с ним в бой?</p><p>«Когда я спиритизировала того парня и спросила, к какой организации он принадлежит, его тело и дух внезапно взорвались, а мое зеркало разбилось, но перед тем как разбиться, внутри него клубился непрерывно меняющийся, белый, тонкий туман.»</p><p>Франка сделала паузу и продолжила:</p><p>'«007» на основе предоставленных мной сведений, выследив след до Городка Глубокая Долина, тоже видел подобный туман, а на месте происшествия также всплыло имя Альбера Гонкура, лидера «Карбонариев».</p><p>«Ты и сам знаешь, что „Карбонарии“ в „Плане Постоялого Двора“ играли роль зачинщиков мятежа, а отвечал за это другое их руководство — генерал Филипп, действующий под новой личностью.»</p><p>Люмиан быстро понял, что именно Франка имела в виду:</p><p>«Ты думаешь, что „Карбонарии“ сотрудничают с несколькими культами Злых Богов, белый, тонкий, непрерывно меняющийся туман — это одна из таких организаций, а Моран Авиньи тоже имеет к этой организации некоторое отношение, так что случайная встреча в лесу Силонь не была совпадением?»</p><p>«Именно.» Франка сделала глоток ликера. «„Человек из зеркала“ — что вообще они пытаются сделать? Они явно не просто хотят заменить оригинала.»</p><p>Гарднер Мартин из зеркала еще не добился своего, и использование им «Плана Постоялого Двора» для расправы с реальным Гарднером Мартином можно было понять, но Моран Авиньи, будучи «Человеком из зеркала», уже несколько десятилетий заменял оригинала, даже обзавелся внебрачной дочерью и прекрасно жил все это время — зачем ему еще и сотрудничать с культами Злых Богов?</p><p>Люмиан усмехнулся и произнес:</p><p>«„Человек из зеркала“ как целое и как отдельный индивид наверняка имеют разные устремления. Что именно представляют собой устремления первых, еще предстоит расследовать. В Трире Четвёртой Эпохи Гарднер Мартин из зеркала говорил, что Тот, кому они верны и служат — это ответ на все вопросы. Узнав, кто это, мы, вероятно, поймем и конечную цель „Людей из зеркала“.»</p><p>Франка произнесла «хм»:</p><p>«Мы можем сделать кое-что в направлении этого странного тумана. С одной стороны, наша цель против Морана Авиньи — получить больше сведений о „Людях из зеркала“, и это уже можно считать зацепкой, с другой стороны, возможность схватить Морана Авиньи или провести с ним спиритический сеанс, возможно, кроется именно здесь.»</p><p>Сказав это, Франка улыбнулась:</p><p>«Опять придется потревожить „007“.»</p><p>Закончив обсуждение дел Морана Авиньи, Люмиан взял кусочек подрумяненного перед обедом хлеба и, пережевывая его, словно делился интересной байкой, заговорил об увиденной только что куртизанке Пель и том гадании на кофейной гуще.</p><p>«Должно быть, не „Ведьма“.» Франка с легким разочарованием сделала вывод.</p><p>Опираясь лишь на описание внешности Пель и реакцию Люмиана, она уже могла быть уверена, что эта куртизанка — не «Ведьма».</p><p>— Если только она нарочно не уродствовала себя, обаяние «Ведьмы» не скрыть, даже мужчина, предпочитающий свой пол, не смог бы устоять и бросил бы пару взглядов.</p><p>«Определенно нет…» Сказав это, Люмиан внезапно осекся, словно о чем-то вспомнив.</p><p>Затем он перешел к непринужденной беседе:</p><p>«Гадание на кофейной гуще действительно имеет оккультный смысл и правда может давать определенное откровение?»</p><p>Франка проглотила аппетитный хлеб, сделала глоток трехцветного красно-бело-синего ликера и с улыбкой ответила:</p><p>«Конечно, имеет оккультный смысл.»</p><p>Видя, что Люмиан, вовсе не умеющий гадать, а способный лишь видеть судьбу, ждет от нее дальнейших объяснений, Франка с легким превосходством ухмыльнулась:</p><p>'На самом деле тебе не нужно считать гадание чем-то чересчур священным или сложным.</p><p>'Астральное тело каждого из нас каждую секунду взаимодействует с миром духов, получая самую разную информацию и обретая определенные откровения, а это в различных формах отражается в реальности.</p><p>'Потусторонние устроены так, и обычные люди тоже, но тем, кто не силен в гадании, трудно самостоятельно добывать откровения, да и истолковать их как следует они не могут.</p><p>'К примеру, когда во время еды в горле застревает рыбья кость или человек подавился рыбьим мясом, если подобное случается с Потусторонним, он быстро поймет, что это предупреждение духовности, содержащее соответствующее откровение и требующее истолкования, но если с подобным столкнется обычный человек, он лишь посчитает, что ему не повезло или что он сам был неосторожен, не придаст этому должного значения и не сможет расшифровать, что это значит.</p><p>«Разумеется, не всякий раз застрявшая кость — это предупреждение духовности, в большинстве случаев это просто собственная невнимательность; опытный в гадании человек чутко уловит, что является откровением, а что нет, в то время как неопытные легко принимают ложь за правду, сами себя пугают и при этом упускают те случаи, в которых действительно крылись проблемы.»</p><p>Франка подумала о том, что вскоре им подадут рыбу, и воспользуясь случаем, привела в пример застрявшую кость и поперхивание рыбой.</p><p>Люмиан кивнул, слушая ее, и получил еще более глубокое представление о «гадании».</p><p>Затем он с задумчивым видом сказал:</p><p>«Если не контролировать намеренно способ питья и технику гадания, то форма остатков кофейной гущи действительно может предвещать некоторые вещи, но смысл, истолкованный обычным человеком, далеко не всегда верен?»</p><p>«Именно так.» Франка с воодушевлением продолжила: 'В наиболее идеальных и рациональных условиях гадание на кофейной гуще, существующее уже лет десять-двадцать, могло бы чрезвычайно приблизиться к истине, ведь с каждым гаданием можно было бы корректировать эталонный ответ, пока откровение, соответствующее каждой форме кофейной гущи, полностью не зафиксировалось бы, да так, что даже обычные люди смогли бы давать относительно точные толкования.</p><p>«Но, к сожалению, реальность — это не абсолютно рациональный мир. Людям, верящим в гадание на кофейной гуще, после получения неверного толкования свойственно заниматься самовнушением, бессознательно подстраиваясь под ошибочный ответ и постепенно превращая его в реальность, а те, кто не верит, обнаруживают, что истолкованные откровения вовсе не сбываются, хм, множественные противоречивые ситуации переплетаются, не давая сформироваться единому ответу, и в конечном счете все это превращается лишь в игру.»</p><p>Пока они беседовали, официант по порядку подавал им различные блюда и уносил предыдущие тарелки.</p><p>Обжаренная рыба Фильт, выступавшая главным блюдом, была подана лишь ближе к концу трапезы.</p><p>Люмиан отрезал кусочек, положил в рот и лишь ощутил, что мясо рыбы нежное, ароматы зажаристости и масла переплетаются, а вкус перца и крупинок соли пришелся как раз кстати.</p><p>«А неплохо,» — раздался восхищенный голос Франки напротив, — «не только вкусно на вкус, но и делает меня еще теплее.»</p><p>Люмиан тоже почувствовал, как после того, как рыба Фильт попала в желудок, в его теле поднялась волна тепла.</p><p>«Это и вправду ингредиент с некоторой спецификой,» — дал он объективное заключение, попутно подшутив над Франкой, — «не ешь так быстро, осторожнее, не подавись рыбьей костью.»</p><p>«Каких-то пару косточек вздумали меня подавить?» — хмыкнула Франка.</p><p>Она огляделась по сторонам и, увидав, что официант по ее указанию отошел подальше, с немалым любопытством спросила:</p><p>'Я последние два дня размышляла снова и снова, но так и не смогла понять, в чем разница между тем, чтобы с помощью ритуалов и проклятий влиять на будущее развитие судьбы цели, и прямым Продвижением судьбы.</p><p>«Ритуал я могу понять — это опираясь на кровь цели, прямых родственников и специфические предметы, а также на контакт, удовлетворяющий оккультным требованиям, менять его будущую судьбу, но разве это не равносильно проклятию?»</p><p>Люмиан сформулировал мысли и произнес:</p><p>«В оккультных знаниях, связанных с 'Охотником за судьбами», проклятие — это проклятие на уровне судьбы; по сравнению с ритуалом оно гораздо более упрощенное, и условий, которые нужно выполнить, меньше, однако и в конечном эффекте есть большие ограничения, так что совершить что-то чересчур утрированное не получится.</p><p>'Многие Благословенные Судьбы любят называть такое проклятие Раздуванием судьбы.</p><p>'Оно может быть направлено только на те ответвления судьбы цели, что возникнут в ближайшие десять секунд, и обязано соответствовать текущей обстановке и тому, что происходит прямо сейчас — это предварительные требования и необходимые условия для осуществления проклятия судьбы, при этом само раздуваемое ответвление судьбы должно обладать некоторой, не слишком низкой вероятностью воплотиться в реальность, иначе процент успеха окажется очень низким.</p><p>«Проще говоря: сначала использовать обстановку или изменить ее, сделав свершение определенных вещей возможным, а затем Раздуть эту возможность, хм, при условии, что эта возможность не относится к категории крайне маловероятных.»</p><p>Сказав это, Люмиан посмотрел на Франку, поднял правую ладонь и, жестикулируя, с ехидцей привел пример:</p><p>«К примеру, ты сейчас ешь рыбу, и я мог бы через проклятие Раздуть возможность того, что ты подавишься костью, но не смог бы Раздуть вероятность того, что твой стул внезапно развалится, а щепка вонзится в твое тело.»</p><p>Едва его слова отзвучали, как Франка внезапно застыла.</p><p>Она издала два хриплых звука, и на поверхности ее горла возникло заметное шевеление.</p><p>Спустя пару секунд Франка выплюнула косточку с капелькой крови.</p><p>«Ты и правда сделал это?» — пожаловалась Франка, — «Благо на моей нынешней Последовательности контроль над горлом очень силен, и я сама справилась, э-э…»</p><p>Франка внезапно запнулась и лишь спустя несколько секунд произнесла:</p><p>«А иначе пришлось бы искать Врача, какой позор!»</p><p>Люмиан рассмеялся:</p><p>«Я мог бы помочь тебе вытащить ее и Раздуть ответвление судьбы, где вытаскивание завершилось успехом.»</p><p>Франке на миг нечего было ответить.</p><p>Съев еще кусочек рыбы Фильт, она слегка кивнула и произнесла:</p><p>'Теперь я понимаю разницу между всеми тремя.</p><p>'Проклятие, то есть Раздувание, используется в бою, и его основное назначение — создавать помехи и влиять на врага, совершить что-то слишком утрированное с его помощью нельзя.</p><p>«Ритуал проводится заранее, и при наличии соответствующих предметов он способен в значительной степени направить судьбу цели в желаемое русло.»</p><p>«Но это направление довольно обобщенное, его нельзя точно задать,» — помог дополнить Люмиан, — «к примеру, я могу сделать так, чтобы человека опутала незримая неудача, но не могу указать, как именно ему не повезет.»</p><p>Франка кивнула:</p><p>«Продвижение судьбы — это упрощенная версия ритуала, которую можно применять в реальном бою и без снижения эффекта?»</p><p>«Эффект даже сильнее и к тому же точнее,» — Люмиан ненадолго задумался и продолжил, — «к тому же из-за того, что немало способностей при слиянии „Охотника за судьбами“ и „Жнеца“ подверглись некоторым изменениям и к ним добавились соответствующие оккультные знания, я не могу полностью разграничить, какие были изначально, а какие принадлежат исключительно мне. Я лишь уверен, что „Глаз бедствий“ и „Продвижение судьбы“ — это особенности, принесенные „Жнецом“.»</p><p>В последующее время они вдвоем с удовольствием наслаждались обедом.</p><p>Когда с трапезой было покончено, Люмиан указал на нарочно оставшуюся половину рыбы Фильт и сказал официанту:</p><p>«Упакуйте мне с собой.»</p><p>Официант не стал спрашивать зачем и почтительно выполнил просьбу, а Франка с улыбкой поддразнила:</p><p>«А ты прямо-таки бережлив.»</p><p>Люмиан тихо усмехнулся и произнес:</p><p>'Это самосовершенствование крестного отца.</p><p>«К тому же я и сам хочу узнать, в чем же особенность этой рыбы.»</p></section><section><title><p>Глава 709 Роль деликатесов</p></title><p>Глава 709 Роль деликатесов</p><p>Район Пантеона, улица Оросе, внутри другого многоквартирного дома.</p><p>Люмиан положил остывшую половину рыбы Фильт перед Людвигом.</p><p>Увидев жареное рыбное филе в изящной деревянной шкатулке, Людвиг мгновенно зажёгся глазами и стремительно повернул голову, посмотрев на Лугано.</p><p>Лугано понял его намек, отыскал в только что снятой комнате детские столовые приборы — нож и вилку — и протянул их.</p><p>Люмиан откинулся на спинку стула, наблюдая, как Людвиг разрезает оставшуюся половину рыбы на несколько частей и пережёвывает мякоть вместе с костями, а затем проглатывает.</p><p>Не дожидаясь вопросов, Людвиг прищурился и с наслаждением произнёс:</p><p>«Огненная рыба Фильт — разновидность мутировавшей рыбы, возникшая под влиянием утечки загрязнения из Трира Четвёртой Эпохи. Вид стабилизировался семьсот шестьдесят девять лет назад и обитает в основном на участке Данро подземной реки Мадар. Рыбную мякоть и кровь можно с помощью разного рода подсолнечников смешивать в 'тёплый коктейль»; если выпить его, в течение получаса можно в определённой степени противостоять воздействию сильного холода.</p><p>«Огненная рыба Фильт, прожившая более десяти лет, представляет собой богатый духовностью ингредиент. Используя её мякоть, кровь Потустороннего средней Последовательности пути „Охотника“, кубики льда и лимонный сок, можно приготовить „лимонно-ледяные ломтики рыбы“. Каждый, кто попробует это блюдо в первый раз, при воздействии обжигающего пламени сможет навсегда снизить определённый урон; последующее употребление усилит этот эффект, но он продержится лишь полчаса.»</p><p>Говоря словами Франки, первый приём дает постоянное увеличение сопротивления огню, а последующие — временное усиление… Люмиан с пониманием кивнул.</p><p>Стоявший рядом Лугано от услышанного совершенно опешил:</p><p>Неужели Людвиг разбирается в кулинарии?</p><p>И к тому же в кулинарии, затрагивающей Потусторонние силы!</p><p>Могу ли я помочь ему достать богатые духовностью ингредиенты, чтобы он приготовил подобный деликатес и для меня?</p><p>Это ведь, кажется, способно навсегда повысить некоторые из моих способностей!</p><p>Когда Людвиг закончил есть, Люмиану внезапно пришла в голову одна мысль:</p><p>Ритуал продвижения Франки до «Демонессы Страданий» заключается в том, чтобы «без использования двойника быть сожжённой на костре в течение пятнадцати минут, выжить и не сойти с ума».</p><p>«Если бы Франка смогла съесть „лимонно-ледяные ломтики рыбы“, приготовленные из огненной рыбы Фильт, и повысить свое сопротивление огню, было бы отлично. Хотя выстраданная от этого боль не уменьшится, её шансы выжить в огне значительно возрастут, к тому же перед проведением ритуала можно будет съесть ещё немного для временного эффекта.» Мысли Люмиана пронеслись молниеносно, и он быстро принял решение.</p><p>Сегодня же отправиться в Подземный Трир на поиски огненной рыбы Фильт, прожившей более десяти лет!</p><p>Люмиан достал из «Сумки путешественника» карту Подземного Трира, восстановленную по памяти — ту самую, которую когда-то показывал Гарднер Мартин, — и стал искать расположение участка Данро подземной реки Мадар.</p><p>Рассматривая её, он с улыбкой спросил Людвига:</p><p>«Почему ты можешь точно назвать место обитания? Неужели огненная рыба Фильт знает, как называется река, в которой она плавает?»</p><p>Людвиг облизнул губы с нераспробованным до конца удовольствием:</p><p>'Они действительно знают.</p><p>«За долгие годы вылова люди неизбежно упоминали названия рек и их участков. Огненные рыбы Фильт раз за разом слышали это и, даже не понимая, что это значит, инстинктивно запечатлевали информацию в соответствующих клетках.»</p><p>«Вот как.» Люмиан изначально просто пошутил и не ожидал получить столь серьёзный ответ.</p><p>Он указал на себя и с любопытством спросил:</p><p>«Если я съем „лимонно-ледяные ломтики рыбы“, это тоже снизит получаемый мной урон от ожогов пламенем?»</p><p>Для Люмиана, как для «Жнеца», урон от огня и без того был крайне низким.</p><p>Людвиг поднял из изящной деревянной шкатулки кусочек рыбных остатков размером с рисовое зёрнышко и показал Люмиану:</p><p>«Вот настолько крошечную кроху.»</p><p>Сказав это, мальчик засунул остаток в рот, нисколько не растрачивая впустую.</p><p>«Ну ладно,» — Люмиан со смешком вздохнул, — «хоть что-то лучше, чем ничего.»</p><p>Он намеревался приготовить особую порцию «лимонно-ледяных ломтиков рыбы» и для себя, а Дженна, Энтони, Лугано и Людвиг также получат по порции!</p><p>Чтобы осуществить это дело, Люмиан по своей инициативе спросил:</p><p>«Чем огненная рыба Фильт, прожившая более десяти лет, отличается от обычной огненной рыбы Фильт?»</p><p>Людвиг ответил тоном человека, цитирующего учебник:</p><p>'Огненная рыба Фильт, прожившая более десяти лет, достигает в длину почти одного метра и прячется в пещерах на дне реки. Обычно она не приближается к поверхности воды, но крайне чувствительна к свежей крови и богатой духовностью пище. Она очень агрессивна и под воздействием инстинктов готова идти на любой риск.</p><p>«Её чешуя и кожа затвердели, она не боится гарпунов, а во рту вырастают острые зубы, способные грызть упавших в реку людей; её кровь обладает определёнными обжигающими свойствами.»</p><p>Внимательно выслушав, Люмиан хладнокровно сделал вывод:</p><p>Огненные рыбы Фильт, прожившие более десяти лет, не имеют Потусторонних характеристик и не получили Потусторонних сил через благословение; они принадлежат к популяции, подвергшейся загрязнению, но затем стабилизировавшейся.</p><p>Если позволить им прожить в подобной среде ещё несколько десятков тысяч лет, они, возможно, эволюционируют в существ вроде черных букашек Батинса, обладающих собственным полноценным обществом.</p><p>Сложив карту, Люмиан поднялся и перед самым выходом взглянул на Людвига, задумчиво спросив:</p><p>«Содержит ли подобная особая кулинария, помимо постоянного повышения некоторых характеристик, негативные последствия вроде загрязнения?»</p><p>Людвиг оглядел Люмиана с ног до головы и на какое-то время умолк.</p><p>Люмиан заподозрил, что этот малец над ним насмехается:</p><p>Человеку, уже сильно загрязнённому, нет нужды беспокоиться о такой малости загрязнения.</p><p>Спустя несколько секунд Людвиг произнёс:</p><p>«Я всего лишь ребёнок и не разбираюсь в этом. Я знаю только, что если хочешь съесть более вкусную и хорошую еду, нужно пойти на соответствующий риск, а кто не хочет — может не есть…»</p><p>Сказав это, Людвиг инстинктивно добавил:</p><p>«А если не едите, можете оставить еду мне.»</p><p>Люмиан слегка кивнул, потянул за дверную ручку и вышел из квартиры.</p><p>…………</p><p>Подземный Трир. Река Мадар текла через тихую, просторную и тёмную пещеру, и плеск воды глухо отдавался вдалеке.</p><p>Люмиан, Франка и Дженна выбрались из теней: один держал карбидную лампу, двое других были с пустыми руками.</p><p>Этот участок подземной реки охранялся людьми поставщиков, желавших монополизировать такой ингредиент, как огненная рыба Фильт, но это не представляло сложности для одного «Охотника» и двух «Демонесс»: воспользовавшись тенями, они миновали зону патрулирования и благополучно добрались до берега реки.</p><p>Люмиан поднял карбидную лампу и обнаружил, что эта подземная река была не только широкой, но и глубокой; на дне, казалось, располагалось множество затопленных пещер, где плавало множеством причудливых рыб.</p><p>Немного понаблюдав, Люмиан поставил карбидную лампу, засучил рукава и присел у берега.</p><p>Затем он погрузил правую руку в ледяную воду.</p><p>«И вот так, напрямую удить?» Франка знала, что Люмиан любит «удить», но не ожидала, что даже когда добычей действительно оказывалась рыба, он всё равно будет удить.</p><p>«А как иначе?» Люмиан усмехнулся: «Снять одежду, нырнуть в подводную пещеру и ловить напрямую?»</p><p>«А что, тоже можно,» Франка с улыбкой сказала, «как раз полюбуюсь твоей фигурой.»</p><p>Люмиан больше не обращал внимания на эту девицу, из кончика его большого пальца вырвался тонкий слой ослепительно-белого пламени.</p><p>Огонь в воде не угас мгновенно, а, напротив, поддерживаемый духовностью Люмиана, принял форму ножика и слегка полоснул по указательному пальцу.</p><p>Капля свежей крови выступила и быстро расплылась вокруг.</p><p>Огненные рыбы Фильт, плававшие на мелководье реки, словно почувствовав нечто ужасающее, стремительно уплыли прочь от участка, где просочилась кровь.</p><p>Вскоре из речных донных пещер одна за другой выплыли огромные огненные рыбы Фильт с поджаристой и твёрдой чешуёй.</p><p>Одна из них плыла быстрее всех и в мгновение ока оказалась перед правой рукой Люмиана, раскрыв пасть и обнажив ослепительно-белые острые зубы.</p><p>Не успела она сомкнуть челюсти с хрустом, как ладонь Люмиана сжалась в кулак и, не отступая, а устремляясь вперёд, вонзилась прямо ей в пасть.</p><p>С глухим звуком «бум» Люмиан схватил её за череп и вытащил эту огромную рыбу Фильт из воды.</p><p>Бесшумно и незаметно в реке вспыхнули кустики холодного и зловещего чёрного пламени, сжигая кровь Люмиана, успевшую раствориться в водном потоке.</p><p>Это исходило от Дженны.</p><p>«Можно возвращаться.» Люмиан бросил огромную рыбу Фильт Франке.</p><p>Франка, замораживая ингредиент инеем и заталкивая его в свою «Сумку путешественника», одновременно осматривалась по сторонам, будто о чём-то размышляя.</p><p>«О чём ты думаешь?» Люмиан проницательно спросил.</p><p>Франка указала в одном направлении и сказала:</p><p>«Я помню, неподалёку мы входили в особый зеркальный мир и нашли то древнее серебряное зеркало, которое позволило мне и Энтони проникнуть в Трир Четвёртой Эпохи.»</p><p>«Да.» Люмиан жестом предложил Франке продолжать.</p><p>Франка отвела взгляд и произнесла:</p><p>'Я вот подумала: если мы сможем использовать зеркальный мир, не устроить ли нам засаду на Морана Авиньи?</p><p>«Я имею в виду зеркальный мир в обычном смысле — тот зеркальный мир, который связывает все зеркала в этом мире.»</p><p>Зеркальный мир в обычном смысле ближе к совокупности концепции «Врат», это не настоящий мир, а сложный проход, соединяющий различные зеркала и различные таинственные царства.</p><p>Иными словами, если бы удавалось использовать зеркальный мир и обладать точным позиционированием, Франка могла бы спрятаться прямо за зеркалом, которым обычно пользуется Моран Авиньи, и как только тот войдёт, незамедлительно совершить нападение.</p><p>«Что ты на самом деле хочешь сказать?» Люмиан приподнял бровь.</p><p>Франка с горящим от нетерпения видом произнесла:</p><p>'Раз уж из Трира Четвёртой Эпохи просачивается немного загрязнения, что породило таких особых существ, как огненная рыба Фильт, и тот особый зеркальный мир, который мы исследовали ранее, то не может ли в этих обширных подземных глубинах найтись уголок, находящийся под долговременным воздействием малого количества загрязнения от высокоуровневой силы Демонессы?</p><p>«И можно ли будет там, не становясь Демонессой-полубогом, пройти сквозь зеркальную поверхность и проникнуть в зеркальный мир?»</p><p>Люмиан всерьёз задумался и ответил:</p><p>«Возможно.»</p><p>Дженна чуть повела глазами и произнесла:</p><p>'Тогда не может ли это место быть там же, где вы нашли то особое зеркало?</p><p>«В той зоне наверняка присутствует определённое загрязнение от утечки силы зеркального мира Трира Четвёртой Эпохи.»</p><p>«Можно сходить посмотреть.» Люмиан заулыбался, «Но можно и не спешить, а если не выйдет — подождать, пока Потусторонняя характеристика „Сисо“ не будет превращена в запечатанный артефакт. Это, возможно, позволит нам превращаться в „Злых Духов“ и прятаться в зеркалах. Разумеется, я не уверен, способны ли „Злые Духи“ использовать зеркальный мир.»</p><p>«В общем, сначала поищем!» Франка достала свой осколок зеркального мира.</p><p>Она надеялась, что этот предмет сможет подать какой-нибудь особый отклик.</p><p>Люмиан взглянул, пару секунд помедлил и серьёзно произнёс:</p><p>'Брать осколок зеркального мира, скорее всего, бесполезно.</p><p>«Достань-ка статуэтку „Изначальной Демонессы“.»</p></section><section><title><p>Глава 710 Продвижение</p></title><p>Глава 710 Продвижение</p><p>В тёмном и тихом тоннеле Франка держала статуэтку «Изначальной Демонессы», словно вырезанную из белой кости, и медленно шла вперёд, её шаги были едва слышны.</p><p>Дженна и Люмиан, державший карбидную лампу, следовали за ней слева и справа; никто из них не издавал ни звука.</p><p>Полагаясь на знание и память «Охотника» о местности, троица уже полностью обошла ту область, где ранее нашла старинное серебряное зеркало, и даже расширила зону поиска, включив несколько соседних подземных тоннелей и соединяющиеся с ними гроты каменоломни.</p><p>Однако статуэтка «Изначальной Демонессы» так и не проявила аномальной реакции, да и Франка с Дженной не почувствовали ничего особенного.</p><p>Франка «эхнула» и сказала:</p><p>«Как это называется? Это называется: от смелой гипотезы к позорному провалу!»</p><p>Она пока не собиралась сдаваться, но хотела сначала вернуться на поверхность и связаться с «007», чтобы с помощью подробных официальных записей о подземных аномалиях найти возможные места, где могло происходить утекание силы Высокопоследовательной Демонессы.</p><p>Люмиан, уже переживший немало оккультных событий, огляделся по сторонам и, подумав пару секунд, сказал:</p><p>'Можно провести разведку ещё раз, но на этот раз я потушу карбидную лампу.</p><p>«В оккультизме „Демонесса“ и зеркальный мир всегда связываются с такими эпитетами, как тьма, зло и мрачная глубина. Возможно, в отсутствие света возникнет какая-то тонкая реакция.»</p><p>«Тонкая реакция… Ты что, химический эксперимент проводишь?» — усмехнулась Франка, но всё же решила послушаться.</p><p>Она повернулась к Дженне и сказала:</p><p>«Возьми в руку свой осколок зеркального мира. Раз уж пробовать, так пробовать всё.»</p><p>Когда Дженна достала осколок зеркального мира, полученный из склепа рода Тамара, Люмиан повернул переключатель и потушил карбидную лампу.</p><p>Тихий тоннель мгновенно погрузился в абсолютную тьму, и Люмиан как «Охотник» ничего не мог разглядеть.</p><p>«Можешь держаться за мой рукав, — спокойным голосом предложила Дженна. — Или включи Духовное зрение и иди за сиянием нашей духовности.»</p><p>Люмиан со смехом ответил:</p><p>'Так я буду выглядеть слабым. Подозреваю, ты специально хвастаешься.</p><p>«Забыла? Мне достаточно изменить форму жизни, чтобы получить Ночное зрение.»</p><p>Дженна помолчала две секунды и сказала:</p><p>«Чёрт! Ты не можешь говорить хоть немного поприятнее?»</p><p>«Вот-вот, — полностью согласилась Франка. — Дженна от чистого сердца помогает тебе, а ты, мало того что не принимаешь помощи, так ещё и подкалываешь её.»</p><p>«Таков уж „Охотник“.» Люмиан усмехнулся, активировал чёрную метку на своём теле и превратился в теневое существо.</p><p>Он слился с тенями и вместе с Франкой и Дженной начал повторно осматривать эту область.</p><p>Проходя мимо угла одного из гротов каменоломни, Франка внезапно почувствовала, как статуэтка из белой кости у неё в руках слегка задрожала.</p><p>«Есть реакция, есть реакция!» — радостно закричала она.</p><p>Люмиан тут же вышел из тени, вернулся в человеческую форму и позволил своим голубым глазам окраситься в серебристо-чёрный цвет.</p><p>В абсолютной тьме он увидел серебристо-ртутные реки судьбы, принадлежащие Франке и Дженне.</p><p>В ходе недолговременного, но быстро истощавшего духовность разглядывания Люмиан целенаправленно нашёл одну из возможностей среди притоков, символизирующих будущую судьбу Франки.</p><p>Это было событием, которое могло произойти через десять секунд или даже позже, и вероятность его реализации была крайне мала — такой, на которую не могли повлиять «Проклятие» или «Раздувание».</p><p>Люмиан не колебался и протянул правую ладонь к Франке.</p><p>Франка, обладавшая Ночным зрением, увидела его движение, заметила его серебристо-чёрные глаза и вздрогнула от неожиданности:</p><p>«Ты… что собираешься делать?»</p><p>Она не стала уклоняться, полностью доверяя Люмиану.</p><p>Люмиан всколыхнул духовность, заставив её превратиться в бурный иллюзорный поток, вырвавшийся из его ладони.</p><p>Судьба Франки тут же оказалась продвинута этим мощным потоком в одно из будущих.</p><p>«Продвижение судьбы»!</p><p>Франку внезапно осенило, и она сказала:</p><p>'Ты влияешь на моё будущее, заставляя фрагмент судьбы, в котором я успешно воспользовалась утекающим отсюда загрязнением, стать реальностью?</p><p>«Чёрт, у меня действительно появилась идея, можно попробовать!»</p><p>Люмиан, чья духовность сильно истощилась, рассмеялся:</p><p>«„Жизнь коротка, почему бы не попробовать?“»</p><p>«…» Франка отчётливо почувствовала насмешку, стиснула зубы и сказала: «Я с тобой потом расплачусь!»</p><p>Говоря это, Франка поставила статуэтку «Изначальной Демонессы» из белой кости на выступающий камень в углу выработки, а затем достала зеркало и установила его перед статуэткой.</p><p>Люмиан создал шар ослепительно-белого пламени и наблюдал, как Франка достаёт из «Вещмешка путешественника» эфирные масла, гидролаты, духи и травяные порошки, которые могли понадобиться для подготовки к ритуалу.</p><p>Э-э… Люмиан повернул голову и посмотрел на Дженну, а Дженна как раз посмотрела на него.</p><p>В то же время Франка повернулась и посмотрела на Люмиана и Дженну.</p><p>Все трое сначала опешили, а затем одновременно засмеялись.</p><p>«Вы двое тоже об этом подумали? — радостно сказала Франка. — Дженне не стоит здесь оставаться, ведь вскоре сюда может устремиться взор „Изначальной Демонессы“.»</p><p>Для Дженны как чистой женщины-Демонессы привлечь внимание «Изначальной Демонессы» категорически не предвещало ничего хорошего — это могло даже означать смерть.</p><p>Люмиан со смехом ответил:</p><p>«Я сначала отведу Дженну назад, а когда ты завершишь ритуал, вернусь.»</p><p>Сказав это, он протянул руку и схватил Дженну за плечо.</p><p>Дженна же сказала Франке:</p><p>«Будь осторожна.»</p><p>«Не волнуйся, я человек опытный», — Франка с отличным настроением помахала рукой.</p><p>Как член Секты Демонессы, она по указанию «Чёрной Демонессы» регулярно молилась «Изначальной Демонессе» перед этой статуэткой из белой кости и изредка проводила одиночные мессы.</p><p>Разумеется, напрямую через ритуал обращаться с мольбой к «Изначальной Демонессе» ей приходилось впервые.</p><p>Когда Люмиан, забрав Дженну, ушёл с помощью «Телепортации», этот грот каменоломни снова погрузился во тьму.</p><p>Поскольку у неё была статуэтка из белой кости, Франка решила использовать двухпозиционный ритуал.</p><p>Зажёгши свечу, представляющую её саму, обладающая богатыми оккультными знаниями Франка изобразила свои нужды соответствующими символами и узорами на листе пергаментной бумаги.</p><p>Затем она освятила ритуальный серебряный кинжал, воздвигла «Духовную стену» и поочерёдно капнула в пламя свечи розовое эфирное масло, духи с мускусом и прочие ингредиенты.</p><p>Сложный, исполненный соблазна аромат быстро проник в ноздри Франки, отчего её дух встрепенулся, и она невольно сделала ещё один глубокий вдох.</p><p>Завершив все эти приготовления, Франка отступила на два шага и в клубящейся таинственной атмосфере перешла на язык Гермеса, зачитав почетное имя «Изначальной Демонессы»:</p><p>«Источник всех бедствий, символ разрушения и конца света, Демонесса, повелевающая Хаосом.»</p><p>В районе алтаря небольшое количество мха внезапно разрослось, сплетаясь в лозы, которые поднялись высоко вверх, словно уставившись на Франку.</p><p>Земля вслед за этим стала мягкой, подул лютый холодный ветер, отчего Франка слегка задрожала.</p><p>В то же время Франка почувствовала, что наполнявший эту область аромат становился всё более сладким, неся в себе какое-то заставляющее краснеть тёплое и пьянящее благоухание.</p><p>Это сделало её определённые желания весьма активными, а в голове у неё выплывали одна за другой двусмысленные картинки.</p><p>Силой подавляя жар в теле и избавившись от дискомфортных эмоций, Франка сначала на языке Гермеса в форме молитвы кратко изложила то, что Моран Авиньи — «Человек из зеркала», и что она хочет схватить этого «Человека из зеркала», а затем уже зачитала по стандартному ритуальному порядку:</p><p>'Я молю о силе зеркала;</p><p>'Я молю о силе Хаоса;</p><p>'Я молю о божественном благословении;</p><p>'Прошу, чтобы здесь появился постоянный вход в зеркальный мир.</p><p>'О роза, трава, принадлежащая Демонессе, прошу, передай силу моему заклинанию;</p><p>«О мускус, трава, принадлежащая Демонессе, прошу, передай силу моему заклинанию…»</p><p>Зачитав заклинание, Франка подожгла пергаментную бумагу и положила её на зеркало перед статуэткой из белой кости.</p><p>По мере того как пергаментная бумага сгорала дотла, Франка почувствовала, как пламя свечи разом померкло, а вокруг словно выступил слой полупрозрачного матового стекла.</p><p>Некая странная сила пробудилась и устремилась к этому зеркалу.</p><p>Зеркало размером с человеческую голову внезапно потемнело, став мрачным и иллюзорным.</p><p>Затем оно погрузилось в выступающий камень, на котором стояла статуэтка, и исчезло.</p><p>В следующую секунду пламя свечи вернулось в норму, а витавший в воздухе аромат по-прежнему лишал Франку покоя и будоражил фантазию, так что ей требовались огромные усилия, чтобы контролировать себя.</p><p>Убрав статуэтку из белой кости и прочие вещи, Франка вдохнула воздух и медленно выдохнула.</p><p>'Чёрт, всего лишь немного обаяния и наслаждения, вырвавшихся во время ритуала, а я едва не потеряла контроль, желая лишь приблизиться к источнику очарования и вкусить даруемое Им наслаждение.</p><p>«Недаром это 'Изначальная Демонесса», повелевающая наслаждением и женским очарованием…</p><p>'Чёрт! Вот я глупая, зачем я сделала глубокий вдох, запах-то отсюда ещё не выветрился!</p><p>«Надо скорее проверить, появился ли вход в зеркальный мир, а потом вернуться к Дженне…»</p><p>Пока эти мысли проносились в её голове, Франка увидела, как на краю этого грота каменоломни быстро обрисовывается силуэт Люмиана.</p><p>«Ты чего опять пришёл?» — испугалась Франка.</p><p>Люмиан усмехнулся:</p><p>'А ты, смотрю, в хорошем состоянии.</p><p>«Я же говорил? Как только закончишь ритуал, сразу приду…»</p><p>Едва произнеся это, Люмиан при тусклом свете свечи заметил, как в озёрно-голубых глазах Франки мягко колышется волнистый свет, словно способный затянуть и утопить чужую душу.</p><p>Запнувшись, Люмиан умолк.</p><p>Помолчав пару секунд, он добавил:</p><p>'К тому же Дженна беспокоится за тебя и попросила меня поскорее проведать.</p><p>«Думаю, „Изначальная Демонесса“ сможет понять, что у „Демонессы Наслаждения“ есть заботливые друзья.»</p><p>«Угу.» Франка слегка кивнула, прикусила губу и указала на выступающий камень: «Кажется, там образовался постоянный вход в зеркальный мир, давай попробуем зайти.»</p><p>Люмиан не стал расспрашивать. Он подошёл к выступающему камню и вместе с Франкой одновременно протянул правую ладонь, прижав её к холодной поверхности камня.</p><p>Вспыхнул смутный, мрачный свет, и оба они почти одновременно исчезли с места.</p><p>После краткого головокружения перед глазами Люмиана и Франки предстала мрачная, иллюзорная и не вполне реальная тропа, а вокруг вилось множество похожих «тоннелей», сплетающихся в огромную, сложную и таинственную «паутину».</p></section><section><title><p>Глава 711 Остаточное влияние</p></title><p>Глава 711 Остаточное влияние</p><p>Так вот каков нормальный мир в зеркале? Люмиан смотрел на окружающие его темные, иллюзорные, недостаточно реальные тропы, чувствуя себя мошкой, попавшей в запутанную паутину. Его охватил беспричинный страх, будто из глубин этого странного места в любой момент могла выползти огромная, изогнутая, иссиня-черная паучиха и затащить его вместе с Франкой на самое дно тьмы, олицетворяющей гибель.</p><p>«Каждый иллюзорный путь ведет к зеркалу?» Голос Франки внезапно раздался у самого уха Люмиана, так близко, что ощущалось ее дыхание.</p><p>В то же время Люмиан почувствовал сладковатый аромат с ноткой тепла; вены его непроизвольно пульсировали, а тело и разум слегка расслабились.</p><p>Франка неизвестно когда успела прижаться к нему и с мерцающим блеском в глазах разглядывала обстановку вокруг.</p><p>Люмиан слегка кивнул:</p><p>«Теоретически да.»</p><p>«Нет!» — Франка сама же опровергла свои слова. — «Они также могут вести в некоторые таинственные Иные измерения.»</p><p>«Да…» — Люмиан вспомнил общие сведения о мире в зеркале, о которых узнал ранее.</p><p>Он выдохнул и, сделав шаг вперед, произнес:</p><p>«Я думаю, в тех случаях они все равно ведут к зеркалам — к зеркалам, принадлежащим этим таинственным Иным измерениям.»</p><p>Не дожидаясь ответа Франки, он указал на темный и сумрачный иллюзорный путь впереди:</p><p>«Без знания законов координат и методов ориентации в мире в зеркале опрометчиво перемещаться здесь должно быть крайне опасно. В лучшем случае попадешь не к тому зеркалу и придется возвращаться в реальный мир. В худшем — оказываешься у зеркала, находящегося в опасном месте, и сразу по выходе сталкиваешься с жутким врагом. А у тех, кому везет меньше всего…»</p><p>На этом месте Люмиан умолк.</p><p>Франка снова прижалась к нему и мягким голосом спросила:</p><p>«А что будет с теми, кому везет меньше всего?»</p><p>«Они… они навсегда исчезнут в этом мире в зеркале. Живыми их никто не увидит, а мертвыми не найдут даже трупа.» — Люмиан собрался с духом и попробовал сделать еще шаг вперед.</p><p>Внезапно он почувствовал, как темный, иллюзорный и не вполне реальный путь превратился в гигантский водоворот, утягивающий его внутрь.</p><p>Франка ощутила нечто подобное — ее духовное чутье издало мощный сигнал тревоги.</p><p>Они одновременно отступили на шаг назад, вырвавшись из притяжения жуткого водоворота.</p><p>«И правда опасно,» — вздохнула Франка. — «Даже просто приблизившись к этим иллюзорным путям, без всяких намерений идти вглубь, тебя вынуждают провалиться к неизвестному зеркалу. В такие моменты, пожалуй, остается только полагаться на удачу „Победителей“, надеясь, что пункт назначения окажется не слишком скверным. Э-э, твои способности Раздувания судьбы или Продвижения судьбы тоже должны пригодиться.»</p><p>Люмиан кивнул:</p><p>«Я сперва думал, что между миром в зеркале и миром духов существует тесная связь, и 'Телепортацию» можно использовать и здесь. Но теперь вижу: связь-то есть, но ее недостаточно, чтобы поддержать мою «Телепортацию». Дело не в том, что нельзя перемещаться, а в том, что это слишком опасно — вероятность заблудиться почти стопроцентная.</p><p>«Не обладая способностями, связанными с миром в зеркале, если только не поможет высокопоследовательная „Демонесса“ или высокопоследовательный „Ученик“, я бы не рекомендовал использовать это место для засады на Морана Авиньи.»</p><p>Увидев, что Франка задумчиво кивнула, Люмиан тихонько выдохнул и с намеренно насмешливой ухмылкой спросил:</p><p>«Ты пришла в норму?»</p><p>«А?» — Франка сначала опешила, а затем вспыхнула от смущения и гнева. — «А что я могла поделать? Когда обращаешься к Изначальной через ритуал с мольбой о помощи, неизбежно испытываешь определенное влияние. Иногда возникает искушение, иногда чувствуешь боль, иногда впадаешь в хандру, словно от временного психического расстройства, а иногда на какое-то время цепенеешь, будто превращаясь в каменную статую…»</p><p>Став официальным членом Секты Демонессы, «Черная Демонесса» все же обучила Франку многим оккультным знаниям, особенно тем, что касались молитв и прошений к «Изначальной Демонессе».</p><p>Что касается подобного, «Черная Демонесса» объясняла так:</p><p>Как ведущий ритуала, ты получаешь определенную защиту от самого ритуала, поэтому степень воздействия выплескивающегося влияния Изначальной крайне мала. Когда ритуал завершится, достаточно потерпеть секунд десять-двадцать, и все пройдет. Единственное, о чем стоит помнить: вожделение — это естественная реакция на очарование Изначальной, и угасает оно медленнее. Впрочем, у какой Демонессы нет парочки любовников? Так что беспокоиться об этом не стоит.</p><p>Чем дальше говорила Франка, тем убедительнее звучали ее слова, и в голосе даже проскальзывала обида:</p><p>'Это же истинный бог! Ничтожная толика выплеснувшегося влияния истинного бога — разве я смогла бы ей противостоять?</p><p>«Если бы я не вела ритуал, то давным-давно потеряла бы контроль над собой и поддалась зверским инстинктам.»</p><p>Заговорив о зверских инстинктах, Франка сама себя развеселила.</p><p>— В мире в зеркале она все время называла «Изначальную Демонессу» просто Изначальной, дабы избежать святотатства.</p><p>Люмиан немного подумал и сказал:</p><p>«Молитвы другим истинным богам не вызывают ничего подобного, если только кто-то на месте не совершает святотатства.»</p><p>«А кто виноват, что состояние Изначальной оставляет желать лучшего?» — Франка уже думала над причиной. — «Не думай, что раз ты „Аскет“, то сможешь сдержаться. Будь ты тогда там и не веди ритуал, хе-хе, я бы посмотрела, как ты поддаешься зверским инстинктам.»</p><p>На этих словах она окинула Люмиана взглядом с ног до головы, поджала губы в ухмылке и тихо рассмеялась:</p><p>«У тебя ведь тоже была реакция, а? Не побоялся ли ты, что сам не сдержишься, и потому намеренно разоблачил мое состояние, чтобы сделать обстановку неловкой?»</p><p>Незаметно для нее самой дыхание Франки снова стало тяжелым.</p><p>Люмиан хмыкнул:</p><p>«Когда я прибыл, остаточное влияние на месте еще не полностью рассеялось, и все еще витал странный аромат. Это же истинный бог! Ничтожная толика выплеснувшегося влияния истинного бога — разве я смог бы ей противостоять?»</p><p>Он повторил ее собственные слова.</p><p>«Да неужели? И все только из-за остаточного аромата?» — озерно-голубые глаза Франки опасно сузились, будто она приняла это за вызов.</p><p>В ее глазах снова замаячил влажный блеск, заплясавший, точно осколки солнечного света на воде.</p><p>Люмиан выдохнул, сделал шаг в сторону и схватил Франку за предплечье:</p><p>«Сначала я отправлю тебя назад, Дженна тебя ждет.»</p><p>«Уже возвращаемся?» — ошеломленно переспросила Франка. — «Не будешь дальше исследовать мир в зеркале и думать, как использовать это место?»</p><p>«У меня есть идея.» — Люмиан потянул за собой приблизишуюся Франку, покидая темный, похожий на паутину мир иллюзорных туннелей.</p><p>Вернувшись в Грот каменоломни, отвлеченная Франка тут же стала расспрашивать:</p><p>«Какая идея?»</p><p>Люмиан попытался активировать черную метку на правом плече и с невозмутимым видом ответил:</p><p>«Контрактная способность.»</p><p>Он намеревался найти потустороннее существо со способностью перемещения сквозь мир в зеркале, заключить с ним контракт и получить соответствующую черту!</p><p>Все равно он еще не решил, какие три способности выберет для контракта на этот раз, так что эта может стать одной из них.</p><p>«Точно, контрактная способность…» — Франка мысленно обрадовалась.</p><p>Она тут же заметила, что Люмиан все еще остается на месте, и, словно что-то поняв, подобралась к его уху и тихо ухмыльнулась:</p><p>«Ты ведь собирался „Телепортироваться“, почему до сих пор не ушел? Это твой „Переход сквозь мир духов“ изначально активируется так медленно, или ты что-то терпишь?»</p><p>Едва Франка договорила, как силуэты их обоих исчезли в темноте Грота каменоломни.</p><p>…………</p><p>Вечернее время, съемная квартира Люмиана.</p><p>Огненная рыба Фильт длиной почти в метр была выложена на обеденный стол. Людвиг, держа детский столовый ножик, поддел поджаристую твердую рыбью чешую в наименее защищенном месте и нарезал белоснежное нежное мясо внутри на ломтик за ломтиком.</p><p>Люмиан взглянул на Франку, переодевшуюся в светлый охотничий костюм, и обнаружил, что эта «Демонесса Наслаждения» прячет взгляд, полнейшим образом смутившись.</p><p>Она словно вопила про себя:</p><p>'Убейте меня!</p><p>«Какой позор, я не хочу жить!»</p><p>Сам слегка смущенный до этого, Люмиан от этого улыбнулся.</p><p>Он одними губами произнес Франке:</p><p>«„Время мудреца“ поистине велико.»</p><p>Хотя Франка не слишком умела читать по губам, она все равно почувствовала насмешку Люмиана.</p><p>Наслаждение губит людей!</p><p>Наслаждение губит людей!</p><p>Будь то мужчина, женщина или ни то ни другое, когда мысли о наслаждении заполняют разум, всегда совершаешь всевозможные поступки, приводящие к социальному самоубийству!</p><p>Какой позор!</p><p>Я не хочу жить!</p><p>В этот миг Франке страстно хотелось, чтобы земля разверзлась щелью и дала ей спрятаться.</p><p>Тихо сидевший за обеденным столом Энтони взглянул на Люмиана, затем на Франку и отвел взгляд.</p><p>Наконец Людвиг удалил непригодные для человека в пищу части и нарезал рыбы ровно на три суповые кастрюли.</p><p>Франка заморозила одну из кастрюль с помощью Ледяной печати и убрала в свою «Сумку путешественника» про запас на будущее, а Людвиг пододвинул другую кастрюлю Лугано и детским тоном произнес:</p><p>«А можно вечером поесть сливочного крем-супа из моллюсков с ломтиками рыбы?»</p><p>«Хорошо,» — быстро согласился Лугано.</p><p>Он изо всех сил старался не скользить взглядом по этим двум Демонессам, Франке и Дженне, считая, что это неуважительно по отношению к Боссу.</p><p>По его мнению, обе эти Демонессы наверняка были любовницами Босса.</p><p>Он мысленно восхитился:</p><p>Недаром он Босс — держит Демонесс в любовницах, да еще и двоих!</p><p>В свое время у императора Рассела и то была всего одна.</p><p>Влив щедрое количество лимонного сока в кастрюлю с ломтиками рыбы, Людвиг пододвинул ее Люмиану.</p><p>Его намерение было предельно понятным: теперь требовалась кровь Потустороннего средних Последовательностей пути «Охотника».</p><p>«Сколько нужно?» — спросил Люмиан.</p><p>«Лишь бы можно было их перемешать,» — Людвиг всем видом показывал, что это минимальное требование.</p><p>Видя это, Дженна нахмурилась и спросила:</p><p>«Сколько нужно съесть каждому, чтобы получить тот постоянный эффект?»</p><p>Людвиг с «невинным» видом ответил:</p><p>«Телосложение разное, Последовательности разные, поэтому и нужное количество разное. Узнаешь, только когда по-настоящему съешь.»</p><p>Люмиан изогнул бровь и вылил всю оставшуюся кровь Гарднера Мартина в ту суповую кастрюлю.</p><p>Увидев, что еще немного не хватает, он Ритуальным серебряным кинжалом сделал порез у себя на руке и капнул туда двадцать-тридцать миллилитров собственной крови.</p><p>Людвиг смотрел с полным ожидания лицом.</p><p>«Ты больше не боишься скверны?» — с насмешкой спросил Люмиан.</p><p>Людвиг затаскал головой из стороны в сторону:</p><p>«Текущего количества достаточно мало.»</p><p>Франка постаралась придать себе нормальный вид и с усмешкой сказала:</p><p>«Рассуждать о токсичности в отрыве от дозы — это сплошное хулиганство.»</p><p>«Да,» — Людвиг согласился со словами Франки и ложкой начал перемешивать ломтики рыбы в кастрюле.</p><p>Капли крови, казалось, все еще пылавшие, постепенно впитывались нежным белым рыбным мясом, и мясо медленно зачинало подгорать.</p><p>«Бросайте лед,» — Людвиг посмотрел на Франку и Дженну.</p><p>Обе Демонессы одновременно поднялись и протянули руки над суповой кастрюлей.</p><p>Капли белого инея сгущались и падала вниз подобно дождю, благодаря чему тенденция к обугливанию рыбы заметно ослабла, пока и вовсе не прекратилась.</p><p>Людвиг спрыгнул со стула, топ-топ-топ побежал на кухню, приволок несколько серебряных тарелок и разложил каждому по семь-восемь лимонно-ледяных ломтиков рыбы.</p><p>«Этого достаточно?» — с некоторой опешкой улыбнулась и спросила Дженна.</p><p>«Если не хватит, можно добавить еще две-три штучки,» — искренне ответил Людвиг.</p><p>Дженна по привычке хотела выпалить свое обычное словцо, но, увидав детский облик Людвига, сдержалась.</p><p>Она указала на тарелки присутствующих:</p><p>'Если нужно съесть всего столько ломтиков рыбы, зачем ты вытребовал у Люмиана так много крови?</p><p>«Почему бы не сделать поменьше, а оставшуюся большую часть кастрюли оставить на завтра?»</p><p>Людвиг вцепился в стоящую перед ним кастрюлю и громко возопил:</p><p>«Мое!»</p><p>«…» — Дженна внезапно почувствовала себя ведьмой, отбирающей сладости у ребенка.</p><p>И вправду преследует личные интересы под предлогом дела… Люмиан посмотрел на Людвига и с улыбкой покачал головой:</p><p>«Только в делах еды у тебя хоть капля мозгов есть.»</p><p>Сказав это, Люмиан отправил все лимонно-ледяные ломтики рыбы со своей тарелки себе в рот.</p></section><section><title><p>Глава 712 «Повар»</p></title><p>Глава 712 «Повар»</p><p>Кислинка лимона, нежность рыбного мяса, обжигающий аромат зажарки, слабенький сладковатый вкус с оттенком рыбы и жира богатыми слоями взорвались во рту Люмиана — это было куда вкуснее, чем он воображал.</p><p>Он-то думал, что подобного рода блюда будут ближе по вкусу к зельям — и мерзкими, и едкими, кто же знал, что это вполне можно назвать изысканным лакомством.</p><p>При наличии выбора Людвиг действительно предпочитал вкусное и не стал бы обманывать самого себя… Люмиан, прожевав, проглотил эти семь-восемь ломтиков рыбы.</p><p>Легкое ощущение жжения тут же расползлось от его горла прямо в желудок, отчего ему показалось, будто он опрокинул стакан крепкого алкоголя.</p><p>Это ощущение быстро утихло, и больше никаких странностей не последовало.</p><p>«Это уже дает эффект?» Люмиан посмотрел на Людвига.</p><p>Людвиг покачал головой:</p><p>«Нужно подождать еще две-три минуты, пока твой желудок это не усвоит.»</p><p>«Так быстро?» — ошеломленно переспросила Франка.</p><p>Не то чтобы она не уважала оккультизм, приняв зелье, она знала, что зелье дает мгновенный эффект, но стряпня Людвига явно требовала желудка для переваривания и усвоения, что полностью противоречило принципам работы желудка.</p><p>К тому же, желудок усваивает далеко не всё подряд!</p><p>Людвиг серьезно ответил:</p><p>«Творения повара быстро усваиваются желудком.»</p><p>Повар… Люмиан задумчиво кивнул.</p><p>Он помнил, что Людвиг и раньше во многих случаях оценивал то одно, то другое тоном гурмана.</p><p>Людвиг больше ничего не стал объяснять, уткнулся лицом в стоящий перед ним котелок с супом и с чавканьем принялся уплетать ту кучу «лимонно-ледяных ломтиков рыбы».</p><p>Дженна и остальные, увидав это, тоже быстро съели ломтики рыбы на своих тарелках.</p><p>Спустя две минуты Люмиан почувствовал, как во всем его теле поднялась волна жара, а по коже и плоти пробежала легкая покалывающая боль.</p><p>Для него это воздействие было крайне слабым, не то что не сравнимым с ощущениями от приема зелья, но даже и близко не дотягивающим до боли, когда он обжигал себя пламенем.</p><p>Вскоре Люмиан вернулся в норму, внешне не проявляя никаких отклонений.</p><p>Он с ехидством посмотрел на Франку, Дженну и Антони, ожидая, когда «лимонно-ледяные ломтики рыбы» дадут свой эффект.</p><p>Прошла еще примерно минута, и лица Дженны и остальных вдруг покраснели, точно они отведали неописуемо острое блюдо в высокогорных районах Королевства Фейнапот.</p><p>«С-сс…» — Лугано издал болезненный звук, чувствуя, как при каждом вдохе и выдохе вспыхивает обжигающее ощущение.</p><p>Это исходило изнутри его тела, отчего он, даже пожелай исцелить себя, не знал, с чего начать.</p><p>На поверхности тела Франки проступил слой инея, словно она пыталась таким способом уменьшить колющую боль в коже и плоти.</p><p>Это не возымело никакого эффекта.</p><p>Меж бровей Дженны и Антони проскользнуло выражение боли, но ни один из них не сделал ни одного лишнего движения, терпя недомогание и ожидая, пока «лимонно-ледяные ломтики рыбы» завершат перестройку организма.</p><p>Так продолжалось с десяток-другой секунд, пока выражения лиц всех четверых поочередно не смягчились.</p><p>«Как ощущения?» — с улыбкой спросил Люмиан.</p><p>Франка по привычке припомнила свои ощущения и сказала:</p><p>«Словно каждый дюйм кожи и плоти обожгло огнем, хм, хотя до такой степени не доходит, ощущается помягче…»</p><p>Говоря это, она извлекла из «Вещмешка путешественника» коробок спичек, с великим духом исследователя зажгла две штуки, поднесла их к тыльной стороне своей левой кисти и подержала так некоторое время.</p><p>Выражение лица Франки постепенно исказилось, левая рука, поупрямившись мгновение, отдернулась назад и затряслась.</p><p>Тот коробок спичек вслед за этим упал на землю.</p><p>«Все равно очень больно!» — скривившись от боли, Франка доложила о результатах эксперимента Люмиану и Дженне.</p><p>Людвиг, оторвавшись от своего важного дела, бросил в ответ:</p><p>«Боль это не снижает.»</p><p>«А что с раной?» — с заботой спросила Дженна.</p><p>Франка тут же посмотрела на тыльную сторону левой кисти и увидела, что на белоснежной коже остался лишь едва заметный ожог, так что реальный вред от этого был крайне мал.</p><p>«И впрямь работает, хоть температура этого пламени изначально и не была высокой…» — выражение лица Франки разгладилось.</p><p>Антони, сидевший по другую сторону обеденного стола, подбирая выражения, произнес:</p><p>«Мне кажется, я стал чуточку раздражительнее обычного, но все еще в пределах разумного.»</p><p>«У меня тоже возникла вспыльчивость, но немного,» — поддакнула Дженна.</p><p>Франка и Лугано один за другим подтвердили наличие этого явления.</p><p>«Это нормально, если есть эффект, будет и скверна,» — Людвиг, проглотив находившиеся во рту «лимонно-ледяные ломтики рыбы», пояснил их состояние.</p><p>Дженна и Франка одновременно устремили взгляды на Люмиана.</p><p>Люмиан развел руками и с улыбкой ответил:</p><p>«А я ничего не чувствую.»</p><p>Такая малая доля скверны от «лимонно-ледяных ломтиков рыбы» для него была практически ничтожна.</p><p>Франка не знала, завидовать ей или сочувствовать, и, подумав пару секунд, произнесла:</p><p>«Это немного похоже на ослабленную версию 'Связанного договором»: принимаешь определенные негативные последствия в обмен на соответствующие Потусторонние свойства. Хм, получаемый эффект ощутимо слабее, зато преимущество в том, что он в основном пассивен, да и негативное влияние куда меньше.</p><p>«В будущем, если снова попадутся подобные ингредиенты, нужно обязательно досконально расспросить, каковы их постоянный эффект и негативное влияние, а не пробовать все подряд. Нужно выбирать с умом, иначе недолго и до неприятностей.»</p><p>Люмиан мельком глянул на Людвига и заметил:</p><p>«Это еще зависит от человека.»</p><p>Возможно, у Пути «Повара», или, иначе говоря, «Гурмана», есть Последовательности, снижающие соответствующее влияние, подобно тому как «Нищенствующий монах» и «Аскет» соотносились со «Связанным договором».</p><p>Франка поняла, что имел в виду Люмиан, и с немалым воодушевлением продолжила:</p><p>«Блюда и смешанные напитки, не имеющие постоянного эффекта, аналогичны всевозможным снадобьям Пути 'Аптекаря».</p><p>«Я раньше всегда ужасно завидовала „Связанному договором“, мечтала, что и сама смогу свободно комбинировать способности, создавая уникальную билд-модель персонажа. И вот теперь, не принимая благословения Злого Бога, у меня наконец-то появился шанс, пусть даже и в ослабленном варианте.»</p><p>От этих слов даже у Дженны ёкнуло сердце, и обе Ведьмы пристально, с горящими глазами уставились на Людвига.</p><p>В их глазах это был уже не тот прожорливый ребенок-монстр из речей Люмиана, а необычайный маленький поваренок, заслуживающий заботы и внимания.</p><p>Людвиг с усердием доедал оставшиеся «лимонно-ледяные ломтики рыбы», никак больше не реагируя.</p><p>…………</p><p>Подземный Трир, в одном из гротов каменоломни.</p><p>Франка, Дженна и Антони стояли за пределами «Духовной стены», наблюдая, как Люмиан проводит ритуал, готовясь обрести новую контрактную способность.</p><p>Поскольку он уже целиком и полностью изучил сведения о существах мира духов, предоставленные госпожой «Фокусник», а также обладал знаниями о диковинных тварях, даруемыми силой благословения, Люмиан быстро отобрал две потенциальные цели для контракта, которые могли обладать способностью перемещения через зеркала:</p><p>Первым было существо мира духов по имени «Кровавый Джек». Согласно описанию в материалах, на юге Королевства Руэн, когда некоторые любители мистики и фольклористы играли в некую гадательную игру, они обнаружили, что в зеркале появился мужской силуэт с расплывчатыми чертами лица, держащий огромный топор и весь истекающий кровью; этот мужчина выходил из зеркала, нападал на всех присутствующих и убивал их до единого;</p><p>Вторым был «Алмазный червь Далатра», упоминавшийся в оккультных знаниях, сопутствующих «Связанному договором». Он мог предоставить способность «Переход сквозь зеркало», а для заключения контракта требовалось принести в жертву метеорит с кристаллизованной поверхностью; негативным же эффектом было увеличение плотности тела и уменьшение роста.</p><p>Люмиан в данный момент, без сомнения, хотел призвать первого, но не был уверен, обладает ли «Кровавый Джек» наверняка способностью, подобной «Переходу сквозь зеркало».</p><p>Глядя на три горящие свечи, Люмиан отступил на два шага и низким голосом зачитал на языке Древнего Гермеса:</p><p>'«Шут», не принадлежащий этой эпохе;</p><p>'Вы — таинственный владыка над серой мглой;</p><p>'Вы — Король Желтого и Черного, повелевающий удачей.</p><p>'Я молю о Вашем покровительстве;</p><p>'Молю о Вашем взоре;</p><p>'Я!</p><p>«Именем великого 'Шута» я призываю:</p><p>«Диковинное существо, блуждающее в недрах иллюзий, убийца, скрывающийся в зеркале, Джек из кровавого мира…»</p><p>Иссиня-черное пламя свечей мгновенно разрослось и среди клубящейся, внушающей тревогу тонкой серой мглы сформировало иллюзорные врата, покрытые мистическими узорами.</p><p>Те врата медленно отворились, и наружу хлынула мгла, окутав зеркало, которое Люмиан намеренно положил на алтарь.</p><p>Зеркало внезапно воспарило и встало вертикально, повернувшись к Люмиану; в нем отразился размытый мужской силуэт в старой куртке, истекающий кровью и волочащий огромный топор.</p><p>Люмиан раскрыл рот и, заставив гортань резонировать с грудной клеткой, исторг «Сокровенные речения судьбы».</p><p>Слова, подобные символам, серебристо-белые с черным, прочертились прямо из воздуха и легли на пергаментную бумагу у края алтаря, слагаясь в короткий зловещий контракт.</p><p>Как только контракт сформировался, Люмиан установил связь с «Кровавым Джеком», постиг его способности и характеристики и «услышал» его требование.</p><p>У «Кровавого Джека» имелись три способности и характеристики, связанные с зеркалами, и Люмиан даровал им названия: «Зеркальная метка», «Укрытие в зеркале» и «Переход сквозь зеркало».</p><p>«Зеркальная метка» позволяла оставить на каком-либо зеркале неощутимую для других, перевернутую относительно реальности метку, тем самым локализуя цель; «Укрытие в зеркале» помогало пользователю укрыться где-то в тех мрачных тоннелях, чтобы его не засосало ужасной силой всасывания прямо к другому зеркалу; «Переход сквозь зеркало» относился к способности быстро преодолевать эти иллюзорные тоннели.</p><p>Требованием же «Кровавого Джека» были девяносто девять живых людей в качестве жертвоприношения.</p><p>Люмиан ненадолго задумался и решил, что ему следует выбрать «Зеркальную метку», поскольку в данный момент нужнее всего была именно локализация, а «Переход сквозь зеркало» вполне можно было заменить «Переходом сквозь мир духов» — без нужды в быстром проходе, с прибытием напрямую.</p><p>Его глаза внезапно окрасились в серебристо-черный цвет, отразив реку судьбы «Кровавого Джека».</p><p>Он искал не сведения о противнике, а под защитным эффектом ритуала желал удостовериться в одном обстоятельстве.</p><p>После краткого вглядывания Люмиан перешел на древнегермесский язык и спросил у «Кровавого Джека»:</p><p>«Можно изменить требование?»</p><p>Он не знал, способен ли «Кровавый Джек» понять его и ответит ли он, но попытка не стоила ему ровным счетом ничего; в противном случае ему пришлось бы писать письмо госпоже «Фокусник» с вопросом, нет ли у нее на примете других подходящих существ из зеркал.</p><p>Задав вопрос, Люмиан тут же вошел в состояние применения способности «Раздувание судьбы», начав отчётливее видеть нити судьбы «Кровавого Джека» на ближайшие десять секунд.</p><p>Он притворился нервничающим, делая вид, будто хочет коснуться своего лица, и тем самым заставил правую руку незаметно совершить движение касания вперед.</p><p>Он раздул один из рукавов судьбы!</p><p>Спустя всего какие-то две-три секунды мысль «Кровавого Джека» через связь, установленную «Сокровенными речениями судьбы», передалась Люмиану:</p><p>«Вытащи меня из зеркала!»</p><p>Люмиан приподнял бровь, сделал два шага вперед и протянул правую руку к зеркалу, парящему над алтарем.</p><p>Едва его пальцы коснулись стеклянной поверхности зеркала, как он ощутил, что то стало неосязаемым, утратив материальность.</p><p>Когда Люмиан полностью погрузил ладонь в зеркало, холодная, мокрая, с явственным ощущением липкости рука внезапно схватила его за запястье.</p></section><section><title><p>Глава 713 «Общение»</p></title><p>Глава 713 «Общение»</p><p>Тому, что его запястье сжала мокрая ладонь, Люмиан нисколько не удивился.</p><p>Он даже тихо ухмыльнулся:</p><p>«Отлично сработано, испачкал только запястье и не замарал мне всю руку.»</p><p>С этими словами он с силой потянул на себя, ощущая невероятную тяжесть с той стороны.</p><p>Мускулы Люмиана вздулись, а тело будто бы немного увеличилось в размерах.</p><p>Наконец он увидел, как извлеченная им из иллюзорной зеркальной поверхности окровавленная фигура в куртке показалась наружу.</p><p>Вслед за этим возник иссиня-черный туман, нитями впитавшийся в пергаментную бумагу с написанным на ней зловещим контрактом.</p><p>Договор вспыхнул сам собой, превратившись в множество серебристо-белых с чернью символов и знаков. Они соединились от начала к концу в сложный, призрачный узор и, стремительно пройдя сквозь одежду, запечатлелись между грудью и животом Люмиана.</p><p>Вытащив «Кровавого Джека» из зеркала, Люмиан выполнил поставленное им условие, и контракт вступил в силу!</p><p>В этот момент «Кровавый Джек», твердо вставший на ноги перед алтарем, поднял голову.</p><p>Его развороченное окровавленное лицо обратилось к Люмиану, а обе руки высоко взметнули гигантский топор, с которого все еще стекала кровь.</p><p>Глаза Люмиана уже окрасились в железо-черный цвет, отражая силуэт «Кровавого Джека», состоявший лишь из двух оттенков.</p><p>Один — ярко-алый, покрывавший каждый уголок тела «Кровавого Джека» и заполнявший каждую его долю, а другой — мертвенно-белый, размером не больше большого пальца, находившийся у «Кровавого Джека» в животе и окруженный плотными слоями алого цвета.</p><p>Как и у священника Кали до его превращения в злого духа, во всем теле лишь одно слабое место, но оно находится не на духовном теле, а скрыто внутри физического… Кажется, он состоит из вязкой крови: сколько бы повреждений он ни получил и сколько бы ее ни вытекло, пока не задето ядро, это никак на него не повлияет… Чем-то похоже на «Епископа Роз» Пути «Молящего», но у него также есть способности, связанные с зеркалами… — пока Люмиан наблюдал, в его голове спокойно проносились эти мысли.</p><p>В глазах «Кровавого Джека», покрытых красной паутиной, промелькнуло жестокое и кровожадное выражение. Высоко поднятый огромный топор с оглушительным шумом обрушился вниз, метя в тело Люмиана.</p><p>Сделка завершена, и теперь я убью тебя!</p><p>Бум!</p><p>Топор не попал по Люмиану и врезался в землю Грота каменоломни, пробив глубокую трещину и подняв тучу осколков камней и грязи.</p><p>Изогнувшись самым невероятным образом и проявив гибкость, превосходящую человеческие пределы, Люмиан переместился за спину «Кровавого Джека».</p><p>Коротким взмахом руки он со всей силы обрушил правый кулак.</p><p>Ослепительно-белое пламя мгновенно взмыло вверх, окутало кулак, обвило предплечье и потянулось ярким хвостом.</p><p>Пфф! Кулак Люмиана будто погрузился в болото: чем глубже, тем тоньше и вязче становилась преграда.</p><p>Бум! Он напрямую взорвал ослепительно-белое пламя, окружавшее его кулак, пробив себе путь.</p><p>Его кулак вместе с предплечьем вонзился в туловище «Кровавого Джека» и остановился ровно на том мертвенно-белом пятне.</p><p>Собравшийся уже развернуть корпус и сделать взмах топором «Кровавый Джек» мгновенно застыл, его тело стремительно разрушилось и крупными сгустками запекшейся крови посыпалось на землю.</p><p>Эти кровавые сгустки зашевелились и снова собрались в «Кровавого Джека», однако в районе живота у него оставалась пустая брешь, которую ничем не удавалось восполнить.</p><p>Увидев это, Люмиан покрылся слоем ослепительно-белого огня и принял стойку для решительной атаки.</p><p>«Кровавый Джек» мигом истаял и укрылся обратно в зеркале на алтаре.</p><p>Люмиан усмехнулся, отказавшись от преследования, и не спеша завершил ритуал призыва.</p><p>Его цель была достигнута — он получил «Зеркальную метку», эту контрактную способность!</p><p>Ранее он вглядывался в реку судьбы «Кровавого Джека» вовсе не для сбора сведений о нем, а чтобы убедиться, обладает ли это странное существо из кровавого мира божественностью!</p><p>Если бы у «Кровавого Джека» не было божественности, Люмиан смог бы заключить с ним опасные для себя сделки, чтобы обойти требование о девяноста девяти живых жертвоприношениях; а если бы «Кровавый Джек» обладал божественностью, то Люмиан непременно подвергся бы отдаче, однако в тот момент он находился под защитой ритуала и покровительством серого тумана господина «Шута», так что не понес бы серьезного ущерба.</p><p>Именно благодаря знанию этих обстоятельств Люмиан и отважился согласиться вытащить «Кровавого Джека» из зеркала, избавив его от ограничений ритуала.</p><p>Факты доказали: пока с объектом контракта удается нормально общаться, можно существенно снизить цену, уплачиваемую за заключение договора.</p><p>Разумеется, негативных последствий избежать не удастся — обретя «Зеркальную метку», Люмиан стал сильнее притягивать аномальные события и жуткие опасности, связанные с зеркалами.</p><p>Так как прорубленная «Кровавым Джеком» трещина расползлась по «Духовной стене», вызвав ее постепенное разрушение, Франка не упустила случая и с любопытством спросила о случившемся.</p><p>Люмиан вкратце пересказал свой «торг» с «Кровавым Джеком» и под конец ухмыльнулся:</p><p>«Я изо всех сил стремился продвинуться до Последовательности 5 как раз для того, чтобы подобные жуткие твари могли мирно и спокойно со мной общаться.»</p><p>«И это ты называешь „мирно и спокойно“?» — Франка не удержалась и прыснула от смеха.</p><p>Тут же вздохнув, она произнесла:</p><p>«Если бы не необходимость расправиться с Мораном Авиньи, „Зеркальная метка“ точно была бы не лучшим выбором. В обычное время она тебе совершенно ни к чему, это все равно что впустую израсходовать ячейку под контракт.»</p><p>И все потому, что у Люмиана не было иных связанных с зеркалами способностей: не прибегая к стационарному входу в мир зеркал, он не мог пройти сквозь зеркальную поверхность, не говоря уже о том, чтобы использовать метку «Зеркальной метки» для локализации цели.</p><p>Люмиан же не особо огорчился:</p><p>«Запечатанный артефакт, соответствующий Потусторонней характеристике „Сисо“, вполне может обладать способностью „Превращения в призрака“, и „Зеркальную метку“ вполне можно использовать в сочетании с ним.»</p><p>«Надеюсь, — молвила Франка. — В этом-то „Связанный договором“ и уступает „Пастырю“: стоит заключить контракт и получить способность, от нее уже не избавишься, и даже если от нее больше нет никакого толку, она все равно занимает ячейку и влечет за собой соответствующие негативные последствия.»</p><p>Многие контрактные способности приобретаются для удовлетворения нужд определенного периода, а когда тот проходит, они зачастую становятся бесполезными — совсем как «Лик Нисса» Люмиана, который после получения клипсы «Ложь» пригождался лишь изредка во время боя в качестве иллюзии.</p><p>Люмиан ухмыльнулся:</p><p>«Кто сказал, что нельзя отказаться?»</p><p>«Э-э…» — Франка обомлела.</p><p>Уголки губ Люмиана поползли вверх, расплываясь в сияющей улыбке:</p><p>«Убьешь объект контракта — и договор расторгнут сам собой.»</p><p>Франка и Дженна одновременно про себя ахнули.</p><p>Спустя пару секунд Франка пошутила:</p><p>«Отлично, держи эту улыбку. Вот она — улыбка маньяка-убийцы… нет, „Жнеца“.»</p><p>«Неудивительно, что ты только что не убил „Кровавого Джека“, а лишь прогнал его. Оказывается, ты боялся, что только что полученная способность тут же исчезнет, — Дженна с задумчивым видом кивнула. — Ты ведь говорил, что на этот раз собираешься заключить контракт на три способности? Насчет остальных двух есть мысли?»</p><p>«Есть, — не спеша проводить второй ритуал, ответил в непринужденной беседе Люмиан. — Одна — способность для повышения защиты или типа заменяющей куклы, а другая — способность для борьбы с нежитью, но о последней придется подумать через некоторое время.»</p><p>Первая предназначена для решения проблемы с недостаточной прочностью собственного тела, а вторая — для восполнения слабости, связанной с нехваткой средств борьбы с мстительными духами и прочей нежитью.</p><p>«Способность типа заменяющей куклы… — с улыбкой произнесла Франка. — Можно ведь просто найти мстительного духа или призрака, образовавшегося после смерти Потустороннего средней Последовательности пути „Ведьмы“ или „Провидца“, и заключить с ним контракт.»</p><p>Люмиан насмешливо фыркнул:</p><p>'Ты думаешь, я об этом не думал?</p><p>«Но кроме одного злого духа Ведьмы, предположительно Святого, других, связанных с „Ведьмой“ или „Провидцем“, нет. А нынешний я уж точно не выдержу негативных последствий, исходящих от контрактора-полубога.»</p><p>«А может, и выдержишь, — глаза Франки блеснули. — Вдруг негативное влияние заключается всего лишь в смене пола.»</p><p>«Что значит „всего лишь“?» Люмиан хотел было саркастически припомнить Франке ее прежнюю фразочку «жизнь коротка, почему бы не попробовать», но в присутствии Дженны сдержался.</p><p>Франку осенила внезапная мысль:</p><p>'Разве можно заключать контракт только с существами мира духов или странными тварями?</p><p>«А с людьми можно? Я могла бы поделиться с тобой способностью „Зеркальный двойник“.»</p><p>Люмиан впервые задумался над этим вопросом и, помедлив мгновение, ответил:</p><p>'В соответствующих оккультных знаниях не сказано, что так нельзя…</p><p>«Но лучше не надо, у контракта Судьбы может быть скрытая скверна или влияние.»</p><p>«И то правда,» — Франка проявила рассудительность.</p><p>Отвечая, она подумала о другом вопросе:</p><p>Если он и впрямь заключит со мной контракт, какие негативные последствия я принесу Люмиану?</p><p>«Почему со способностью против нежити нужно подождать некоторое время?» — Дженна не обладала столь скачущим мышлением, как Франка, поэтому задала более практичный вопрос.</p><p>Люмиан ухмыльнулся:</p><p>«Потому что и существа мира духов, и странные твари боятся очищения солнечным светом. Не имея подобных способностей, я могу лишь рассчитывать на получение силы из домена смерти, а там есть отличный объект для контракта.»</p><p>«„Призрачный доспех“? — догадалась Франка. — Ты боишься, что дашь ему слишком много золота, и последующее общение выйдет из-под контроля?»</p><p>Люмиан кивнул:</p><p>«К тому же я жду Запечатанный артефакт, изготовленный из Потусторонней характеристики „Сисо“. Если там будет нечто связанное с „Мстительным духом“, мне и вовсе не придется получать соответствующую контрактную способность.»</p><p>Поговорив еще немного, Люмиан вновь создал «Духовную стену» и приступил ко второму призыву.</p><p>На этот раз он призывал:</p><p>«Странное существо, странствующее в вышнем мире; невероятно прочный; непрестанно движущийся гигант.»</p><p>Когда заклинание было зачитано до конца, у таинственных врат возникла «вершина», сложенная из нагроможденных слоями пластов плоти.</p><p>Неизвестно, насколько она была высока, но полностью выбраться наружу она не могла, отчего иллюзорные таинственные врата зашатались.</p><p>Произнеся «Тайное слово судьбы», Люмиан получил соответствующую информацию.</p><p>Эта «Гора плоти» и впрямь обладала свойствами, повышающими защиту: благодаря им тело становилось твердым, словно сталь, и тяжелым, точно камень. Но негативное влияние заключалось в том, что скорость передвижения снижалась почти до уровня обычной черепахи.</p><p>Люмиану ничего не оставалось, кроме как отказаться.</p><p>Его запасной целью являлся его собственный Посланник — «Кающийся» Баинфер.</p><p>Согласно сведениям о Посланнике, предоставленным госпожой «Фокусник», Баинфер обладал способностью оживлять собственную тень и в критический момент менять её местами с основным телом.</p></section><section><title><p>Глава 714 Выбор</p></title><p>Глава 714 Выбор</p><p>Поскольку он призывал собственного Посланника, Люмиан не стал больше проводить ритуал от имени господина «Шута», а просто и напрямую заставил «Кающегося» Баинфера, облачённого в чёрную священническую рясу, похожего на обугленный труп и с липнущим к телу в некоторых местах чёрным пламенем, предстать перед собой.</p><p>«Я хочу заключить с тобой ещё один контракт», — с улыбкой озвучил просьбу Люмиан.</p><p>На древнефейсакском языке он кратко изложил силу Судьбы, особенность контракта, разделение способностей, возможную цену и негативные последствия, ожидая, пока Баинфер сам примет решение.</p><p>Баинфер помолчал несколько секунд и ответил низким голосом:</p><p>«Если ты не боишься негативных последствий, у меня нет возражений.»</p><p>«Какими будут негативные последствия?» — осторожно спросил Люмиан.</p><p>В пустых угольно-чёрных глазницах Баинфера тёмное пламя, служившее зрачками, дёрнулось пару раз:</p><p>'Это зависит от твоего выбора.</p><p>«Я могу передать тебе финальный шаг завершения контракта, чтобы ты, узнав конкретные негативные последствия, сам решил, вступать ли контракту в силу.»</p><p>Разный выбор — разные негативные последствия? Какой ещё выбор? Люмиан с любопытством и сомнением произнёс «Сокровенные речения судьбы», заставляя серебристо-белые с чернью символы, слова и узоры опускаться на пергаментную бумагу, формируя краткий, ёмкий, таинственный и зловещий документ контракта.</p><p>С помощью связи, созданной «Сокровенными речениями судьбы», Люмиан ощутил особенности и способности Баинфера.</p><p>Сила этого «Кающегося» была тесно связана с тенями и тьмой, но большая её часть словно покоилась под глубокой чёрной водной гладью: Люмиан ощущал её присутствие, но не мог различить, что именно она собой представляет.</p><p>Двумя способностями, плававшими над «поверхностью воды», были «Оживление тени» и «Переход сквозь мир духов», а особенностью — «Древний труп».</p><p>Как раз есть «Оживление тени»… Похоже, Баинфер намеренно продемонстрировал это мне… Он и впрямь особенный, совершенно не похож на таких существ мира духов, как «Безглавая невеста», «Гноящаяся отсеченная рука» или «Богомол со человеческим ликом»… Возможность общаться в полном смысле этого слова действительно весьма удобна… — предаваясь размышлениям, Люмиан продолжил изучать способность «Оживление тени».</p><p>Это была активно используемая способность, позволявшая оживлять как собственную тень, так и тени других людей: первая использовалась для обмена местами с настоящим телом, спасая от смертельного урона в ситуациях, когда невозможно уклониться; вторая же связывала соответствующую цель, сковывая её действия, но не могла нанести слишком большой урон и с трудом способна была полностью ограничить противника.</p><p>Быстрая активация и мгновенный эффект являлись главным преимуществом этой способности, иначе её нельзя было бы использовать для принятия урона за себя; недостатком же было то, что в один промежуток времени можно поддерживать оживление только одной тени.</p><p>Служа двойником, если оживлённая тень погибала, Люмиану требовалось дождаться одного восхода или заката солнца, чтобы тень появилась снова, а человек без тени крайне боится солнечного света, испытывая инстинктивный страх.</p><p>Раньше накладывалась нестабильность эмоций и желаний, а теперь накладывается страх перед солнечным светом? Если в будущем я действительно столкнусь с Потусторонним Средней Последовательности пути «Солнца», разве я не побоюсь даже глаза открыть? К счастью, этот негативный эффект появляется только после потери теневого двойника и не сохраняется постоянно… — Люмиан посмотрел на Баинфера и искренне спросил:</p><p>«Какое жертвоприношение тебе требуется, или, другими словами, какую цену я должен заплатить?»</p><p>До сих пор он так и не понял, какими именно будут негативные последствия заключения контракта с Баинфером.</p><p>«Кающийся» Баинфер, на костях которого остался лишь тонкий слой обугленной кожи, ответил:</p><p>«Любой волшебный предмет у тебя при себе.»</p><p>Любой предмет… Вот что имелось в виду под выбором? Выбор приносимого в жертву волшебного предмета напрямую связан с негативными последствиями, которые будут получены в итоге? Люмиан с некоторым прозрением начал перебирать в уме имеющиеся у него волшебные предметы.</p><p>Его первой реакцией был «Доспех Гордыни», ведь сейчас он всё равно не мог эффективно использовать этот запечатанный артефакт, но, посмотрев на похожий на обугленный труп облик Баинфера, чувствовал, что это не жертвоприношение предмета, а попытка убийства собственного Посланника. К тому же, сам он временно не мог пользоваться «Доспехом Гордыни», но у Франки, Дженны и Антони с этим не было проблем, и соответствующим приёмам использования Люмиан давно их обучил.</p><p>Суть сводилась к одной фразе:</p><p>Не надевать, использовать только негативный эффект и заставлять цель провоцировать этот негативный эффект!</p><p>Что же касается более продвинутого способа — самому активно провоцировать негативный эффект взамен на урон по площади без разбора, — тому научить было нельзя: тут приходилось действовать по ситуации, исходя из обстановки и особенностей врагов. Впрочем, Ведьмам этот способ явно должен прийтись по душе — против целей без способностей типа двойника он чрезвычайно эффективен!</p><p>«Очки Тайнозрения», кастеты «Истязание», «Очи истины», клипса «Ложь», палец Господина K, костяная флейта «Опус Ненависти», брошь «Гнев моря», «Вещмешок путешественника», останки пуповины Омибеллы, Монета дурной удачи и Купюра дурной удачи, чьё действие истекло и они превратились в обычные предметы, Потусторонняя характеристика «Серийного убийцы»… Люмиан перебрал все эти предметы один за другим.</p><p>Исключив то, что не являлось волшебными предметами, и отбросив то, что было весьма полезно ему в данный момент, Люмиан в итоге решил сделать выбор между «Очками Тайнозрения» и «Очами истины».</p><p>Их способности в некоторой степени перекрывали друг друга, так что достаточно было оставить что-то одно.</p><p>После короткого взвешивания всех «за» и «против» Люмиан решил принести в жертву Баинферу «Очи истины».</p><p>Он посчитал, что если контролировать время использования, негативный эффект от «Очек Тайнозрения» меньше, чем от «Очей истины». К тому же у «Очей истины» имелась лишь одна особенность — видеть истину, а «Очки Тайнозрения» можно было хотя бы использовать для создания рисунков и макияжа с Потусторонним эффектом: став «Аскетом», Люмиан мог очень эффективно подавлять позывы к рисованию, возникающие при ношении «Очек Тайнозрения», и рисовал лишь тогда, когда возникала необходимость, а когда необходимости не было, мог не рисовать вовсе.</p><p>Люмиан достал необычные по форме «Очи истины» и передал их Баинферу.</p><p>Как только Баинфер принял эти очки, словно сплетённые из кусков плоти и кровеносных сосудов, Люмиан внезапно ощутил, в чём заключаются негативные последствия заключения контракта:</p><p>В сценах, тесно связанных с прошлым Баинфера, увидишь то, что видеть не следует — истину.</p><p>Если подобный эффект проявляется только в случаях, затрагивающих таинственное прошлое господина Посланника, то это ещё ладно; иначе мне пришлось бы досрочно завершить сегодняшний ритуал и ждать, пока не найду подходящий объект для контракта, чтобы сделать выбор заново… Говоря словами Авроры и Франки, увидеть то, что видеть не следует — истину, всё равно что забронировать себе внезапную смерть… Люмиан немного поразмыслил и глубоким голосом ответил Баинферу:</p><p>«Контракт вступает в силу.»</p><p>Едва слова слетели с его губ, как этот короткий и зловещий контракт самовоспламенился без огня, превращаясь в серебристо-белые с чернью символы, слова и узоры, которые, соединяясь друг с другом, опустились на руку Люмиана.</p><p>Люмиан опустил голову, посмотрел на свою тень и увидел, как она сама по себе искривилась, словно исполняя звучный и энергичный танец.</p><p>На лице Люмиана появилась улыбка.</p><p>Приблизительно через десять секунд его тень успокоилась.</p><p>Люмиан поблагодарил Баинфера, завершил призыв и убрал все предметы, разложенные на алтаре.</p><p>«Успешно?» — с предвкушением спросила Франка.</p><p>Она не то чтобы сомневалась, будто Люмиан не сладит даже с собственным Посланником, а скорее опасалась, что особенности способности не подойдут под их нужды или негативный эффект окажется слишком велик.</p><p>Люмиан кивнул и вкратце рассказал об «Оживлении тени».</p><p>Направляясь к выходу из этого грота каменоломни, он обратился к Франке, Дженне и Антони:</p><p>'Теперь можно составить план против Морана Авиньи.</p><p>«Франка, свяжись с 'Чёрной Демонессой» и скажи, что мы начнём действовать в ближайшее время, но чтобы не спугнуть стоящий за Мораном Авиньи род и скрытые силы, пока не нужно, чтобы она наблюдала поблизости. Просто попроси у неё амулет экстренной помощи, позволяющий связаться с ней через зеркало, на случай, если у «Человека из зеркала» припрятаны помощники. Хм, заодно проверишь отношение «Чёрной Демонессы» к роду Тамара и «Человеку из зеркала». И ещё, скажи тому человеку из церкви Вечного Пылающего Солнца, что можно готовиться поддаться;</p><p>«Дженна, напиши письмо госпоже 'Суд» и сообщи о нашем плане на случай, если «Чёрная Демонесса» и «Человек из зеркала» заодно.</p><p>«Антони…»</p><p>Мысли Люмиана стремительно вращались, продумывая всевозможные детали, и он распределил различные задачи между спутниками.</p><p>Франка, Дженна и Антони не просто пассивно приняли задачи, а активно предлагали свои идеи, помогая Люмиану восполнять пробелы и завершить мозговой штурм.</p><p>Вернувшись в квартиру 702 на улице Оросе, 9, Антони ушёл раньше, чтобы продолжить мелькать перед глазами в Трирской гильдии Психиатров, а Дженна переоделась в более мрачное чёрное платье с капюшоном и поторопилась искать возможность для отыгрыша «Ведьмы».</p><p>Вскоре в гостиной квартиры остались только Люмиан и Франка.</p><p>Атмосфера внезапно стала неловкой, и в воздухе повисла долгая тишина.</p><p>Люмиан как ни в чём не бывало разрядил обстановку:</p><p>«Как у Дженны продвигается усвоение зелья „Ведьма“?»</p><p>«Прогресс отличный», — утайкой вздохнула с облегчением Франка. — «Она уже нашла способ отыгрыша „Ведьмы“. Если ты поспрашиваешь в Рыночном округе, то услышишь легенду о появляющейся поздно ночью ведьме, которая наказывает неспокойных пьяниц. Одни пьяницы утверждают, что упали в речку с плавающими льдинами, другие на следующий день просыпаются с болью во всём теле, а у третьих едва наступают сумерки, начинает дико болеть голова, и они больше не смеют пить. Их объединяет то, что они встречали человека в наряде ведьмы. Хм, а некоторые пьяницы и вовсе бесследно исчезли…»</p><p>Голос Франки становился всё тише, переходя в тон рассказчика страшных историй.</p><p>«Исчезли те пьяницы, что совершили тяжкие преступления? А остальные провинились тем, что избивали домочадцев, задирали прохожих или приставали к женщинам?» — Люмиан, сопоставив это со своим знанием Дженны, с улыбкой высказал догадку.</p><p>«Именно», — Франка с яркой улыбкой уверенно кивнула.</p><p>«Не боитесь, что „Чёрная Демонесса“ прослышит об этом слухе и подошлёт кого-нибудь проверить?» — подумав немного, спросил Люмиан.</p><p>Франка загордилась и с указкой на себя произнесла:</p><p>«Я! Я ведь в Секте Демонессы отвечаю за дела Рыночного округа!»</p><p>Затем она со вздохом добавила:</p><p>«Дженна и впрямь очень талантлива. Не прошло и месяца, а она уже нащупала зрелую схему отыгрыша. Возможно, она успеет полностью усвоить зелье „Ведьма“ ещё до того, как я продвинусь до „Страдания“.»</p><p>«Если бы не все те события, из неё вышла бы крайне талантливая театральная актриса, отыгрыш — как раз её сильная сторона», — выразил согласие Люмиан.</p><p>Оба снова умолкли.</p><p>Спустя несколько секунд Франка приняла вид человека, готового идти на смерть, и произнесла:</p><p>«То… то, что я говорила и как себя вела в зеркальном мире и возле алтаря, ты ни в коем случае не должен рассказывать Дженне и вообще кому-либо ещё!»</p><p>Люмиан с видом полного «непонимания» спросил в ответ:</p><p>'А разве ты говорила тогда что-то ненормальное или вытворяла что-то странное?</p><p>«Что-то я такого не припомню…»</p><p>Франка сначала опешила, а затем на её лице появилось выражение «я всё поняла».</p><p>Она с расслабленной улыбкой поднялась, подошла к Люмиану и с благодарностью похлопала его по плечу:</p><p>«Ну ты и братуха!»</p><p>Ей показалось, что вся неловкость на этом исчерпана.</p><p>…………</p><p>Спустя несколько дней, когда Моран Авиньи присутствовал на межминистерском совещании, Люмиан появился неподалёку от виллы, предоставленной тому правительством.</p></section><section><title><p>Глава 715 «Обвинение»</p></title><p>Глава 715 «Обвинение»</p><p>Люмиан в широполой круглой шляпе и черном суконном пальто стоял сбоку от виллы Морана Авиньи и, глядя на сад с редкой листвой и голыми ветвями, сказал Франке:</p><p>«Позже не забудь держать дистанцию.»</p><p>Пока он говорил, глаза Люмиана снова стали серебристо-черными, и он начал наблюдать за притоками судьбы, соответствующими будущему Франки.</p><p>Приток, окрашенный в бледный черный цвет, не был связан с предстоящим проникновением. Иными словами, судя по текущей ситуации, проникновение на виллу Морана Авиньи и оставление «Зеркальной метки» на поверхности ростового зеркала в его кабинете не несло высокого риска смерти.</p><p>Разумеется, Люмиан не смел из-за этого проявлять беспечность. После неоднократного использования «Глаза бедствий» он обнаружил, что наличие лишь одного окрашенного в черный цвет притока судьбы в данный момент вовсе не означает, что скрытое смертельное бедствие существует лишь в одном виде.</p><p>Говоря словами Франки, многие «смертельные испытания» прячутся дальше по притокам судьбы, и сейчас они еще слишком туманны — Люмиан не может их ни увидеть, ни распознать.</p><p>То есть, хотя в данный момент бледным черным цветом окрашен лишь один приток судьбы, связанный со вторжением на виллу Морана Авиньи, как только Франка сделает выбор и предпримет попытку проникновения, превратив изначально безвредный приток судьбы в главный ствол, среди последующих разветвившихся притоков судьбы все еще может оказаться один, окрашенный в черный цвет и символизирующий бедствие, связанное со смертью.</p><p>Самое четкое понимание Люмиана по этому поводу заключалось в следующем:</p><p>Будущая судьба таит в себе самые разные возможности и изменения.</p><p>Конечно, в ней есть и неизменные составляющие — например, для подавляющего большинства людей приход смерти неизбежен.</p><p>«Не волнуйся, я же не новичок.» Франку в деле проникновения определенно можно было назвать весьма опытной.</p><p>Первый урок Ассасина: проникновение!</p><p>Люмиан не стал больше ничего говорить, отвел взгляд, активировал метку, превратил себя в теневое существо и слился с тенями, отбрасываемыми растениями в саду.</p><p>Франка сделала шаг и точно так же исчезла подле колышущихся от ветра теней.</p><p>Двое быстро пробрались к боковой стороне виллы.</p><p>В это время Моран Авиньи присутствовал на межминистерском совещании, его жена вместе с горничной отправилась в художественный салон, и на вилле оставалось лишь несколько слуг, горничных, садовников и поваров.</p><p>Члены семьи Авиньи здесь не жили: на вилле, предоставленной правительством, могли постоянно проживать лишь прямые родственники этого министра промышленности, а трое детей Морана Авиньи либо уже обзавелись собственными семьями и съехали, либо учились в университетах Района Пантеона и возвращались только на выходные.</p><p>Для Люмиана и Франки это был период наименьшей охраны целевого места, ведь самым важным объектом оставался сам Моран Авиньи, и тайные силы защиты наверняка ушли вслед за ним.</p><p>Люмиан пророс из тени в углу стены и сказал Франке:</p><p>«Ты жди здесь, на случай непредвиденных обстоятельств.»</p><p>«Хорошо!» Франка не стала выражать протест или спорить.</p><p>Люмиан еще несколько секунд сосредоточенно вглядывался в притоки судьбы этой «Демонессы Наслаждения», после чего снова превратился в теневое существо и бесшумно проник на виллу Морана Авиньи.</p><p>Он не мог видеть собственную будущую судьбу даже с помощью зеркала, поэтому ему оставалось лишь делать выводы о своей, наблюдая за судьбой спутницы.</p><p>Франка вслед за этим укрылась в тени и принялась терпеливо ждать.</p><p>Вскоре Люмиан, точно возвращаясь к себе домой, легко и напрямую добрался до кабинета Морана Авиньи — по результатам его нескольких наблюдений, Моран Авиньи каждый раз использовал тамошнее ростовое зеркало, чтобы войти в мир зеркал.</p><p>Что же касается того, почему он был так знаком с обстановкой, то причина кролась в том, что «007» предоставил подробную карту охраны.</p><p>Солнечный свет зимним днем, после четырех часов вечера, был уже весьма тусклым. В кабинете переплетались свет и тень, сильный дух сумерек наполнял комнату, а тишина оставалась мотивом, царившим здесь уже долгое время.</p><p>Люмиан тщательно и осторожно скользнул по всем теням в кабинете, не обнаружив ни единой ловушки и не заметив никого затаившегося.</p><p>Лишь после этого он превратился обратно в человека, вышел из тени и появился перед ростовым зеркалом.</p><p>С активацией черной метки Люмиан протянул правую ладонь и прижал ее к холодной, твердой стеклянной поверхности зеркала.</p><p>Там тотчас проявился кроваво-красный отпечаток руки, однако он был перевернут сверху вниз и отзеркален слева направо по отношению к правой ладони Люмиана, словно принадлежал совсем другому человеку.</p><p>Перевернутый, зловещий кровавый отпечаток ладони быстро поблек, растворился в зеркале и исчез.</p><p>Едва Люмиан собрался отвести правую ладонь и покинуть это место, как из ростового зеркала внезапно вытянулась рука и обхватила его запястье.</p><p>Эта рука была здорового белого цвета, с длинными и сильными пальцами.</p><p>Она резко рванула на себя, и застигнутый прорасплох Люмиан потащился прямо к стеклянной поверхности зеркала.</p><p>Та в неизвестный момент стала нереальной, лишившись твердости; перед глазами Люмиана потемнело, а затем вспыхнул свет, и он увидел множество темных туннелей, переплетенных в форме паутины.</p><p>В области, соответствующей данному зеркалу, на краю стоял мужчина обычного роста с ничем не примечательной внешностью. Он поднял латунный револьвер, прицелился в Люмиана и спустил курок.</p><p>Он был одет в темный суконный костюм, на голове сидел шелковый полуцилиндр, к манжетам была пришита пуговица, похожая на стеклянную, а на лице играла легкая усмешка, словно высмеивающая Люмиана за то, что тот даже не подумал о возможности присутствия телохранителя Морана Авиньи, прячущегося внутри зеркала.</p><p>Бах!</p><p>Пуля, мерцающая жутким зеленым светом, вылетела со свистом и устремилась к Люмиану.</p><p>Силуэт Люмиана мгновенно исчез с места, и пуля врезалась в оставленное им послеображение, улетев в один из темных, иллюзорных туннелей.</p><p>В следующую секунду фигура Люмиана стремительно проявилась за спиной засевшего в засаде человека, и он без колебаний «хмыкнул».</p><p>Две струи белого света вырвались из его носа и обрушились на засадника.</p><p>Тот засадник закрыл глаза, потерял сознание и повалился на землю.</p><p>Не успел он упасть и наполовину, как его глазные яблоки быстро задвигались, и он неожиданно пришел в себя.</p><p>Плюх! Он воспользовался падением и «распластал» свое тело в тень.</p><p>Тень расщепилась на несколько частей, которые разбежались во все стороны, уходя в разные темные туннели.</p><p>Сразу после этого засадник скрытно появился в некоем иллюзорном проходе, его тело казалось смутным и неясным, словно окутанным бледным белым туманом.</p><p>В его глазах, также затянутых туманной дымкой, отразился силуэт Люмиана, и, опережая момент, когда Люмиан что-либо почувствует и обернется, он произнес на каком-то странном языке, способном приводить в движение силы природы:</p><p>«Ты виновен!»</p><p>Люмиан никогда не сталкивался с этим языком, однако четко понял выраженный им смысл; его тело внезапно оцепенело, будто скованное невидимым ограничением.</p><p>Засадник снова раскрыл рот:</p><p>«Ты святотатствуешь!»</p><p>Внезапно весь мир зеркал застыл, и все эти темные, иллюзорные и нереальные туннели превратились в букашек, увязших в янтаре.</p><p>Люмиан же вновь услышал тот жуткий голос, звучавший будто из неимоверной выси.</p><p>Смутно и нечетко он «увидел» три силуэта.</p><p>Все эти три силуэта сидели, скрестив ноги; один был обращен влево, один смотрел прямо перед собой, один оглядывал правую сторону, а жест рук у каждого различался.</p><p>Один из них был массивным, один — реальным, один — иллюзорным; пребывая в трех разных состояниях, они непрерывно двигались, менялись и чередовались вокруг серебристо-белого центра.</p><p>Раздался величественный и исполинский голос, и в голове Люмиана с гулом пропали мысли.</p><p>В туманном забытьи, среди отчетливой и одновременно смутной боли, сбитый с толку Люмиан почувствовал, как в левой части груди возникло знакомое жжение, а ладонь правой руки становилась то обжигающе горячей, то ледяной.</p><p>Благодаря этому он мал-помалу вернул себе собственное сознание.</p><p>Внутри застывшего темного туннеля засадник увидел, как на поверхности тела Люмиана надулись один за другим серебристо-белые с чернью наросты, всплыли зловещие узоры, будто состоящие из вязкой жидкости, а вокруг в неизвестный момент поднялся ледяной странный ветер; в глубинах разных туннелей шевелилась тьма, словно оттуда вот-вот выползет какое-то чудовище.</p><p>Засадник от этого оцепенел, его тело все сильнее теряло чувство реальности, а внутри то проявлялся, то исчезал тонкий белый туман.</p><p>Неизвестно, сколько прошло времени, пока этот мужчина наконец не пережил самый опасный момент, вновь ощутив существование собственного тела и вернув себе зрение и слух.</p><p>Взирая на Люмиана, у которого наросты и узоры уже поблекли, засадник инстинктивно, охваченный сильнейшим запоздалым страхом, прокрутил в голове несколько мыслей:</p><p>'Как он вообще осквернил божество?</p><p>'Какое именно божество он осквернил?</p><p>'Почему он не утратил контроль напрямую?</p><p>«Я еще никогда не сталкивался с подобной ситуацией!»</p><p>Одно из имеющихся у засадника Потусторонних умений позволяло ему видеть, какие именно грехи совершила цель, а затем предъявлять ей «обвинение» по разным статьям; при этом урон и последствия от грехов разной степени тяжести кардинально различались, о чем обвинитель не мог знать заранее и мог лишь строить догадки на основе собственного опыта, полученного из предыдущих «случаев».</p><p>Засадник впервые столкнулся с ситуацией, когда после того, как грешник подпал под карающее воздействие божества за святотатство, изливавшиеся наружу последствия едва не оказались невыносимыми для него самого!</p><p>К счастью, он оправился раньше цели.</p><p>Засадник еще раз поднял тот латунный револьвер, прицелившись в согнувшегося и пребывающего в мучениях Люмиана.</p><p>Едва он спустил курок, как Люмиан резко вскинул голову — выражение его лица исказилось, а взгляд стал свирепым.</p><p>Бах!</p><p>Пуля, мерцающая звездным светом, вылетела из дула и зафиксировала тело цели.</p><p>Практически одновременно тень Люмиана ожила и закрутилась вверх.</p><p>Хрусть!</p><p>Черная тень рассыпалась осколками, словно зеркало, и вместе со звездным светом прогнулась внутрь, окончательно уничтожившись.</p><p>После краткого исчезновения силуэт Люмиана обрисовался за спиной засадника, и он вновь издал звук «хэн».</p><p>Только что он вовремя применил способность «Оживление тени», а тень, в свою очередь, активировала «Зеркального двойника», полученного от Франки!</p><p>Именно по этой причине Люмиан велел Франке отправиться с ним на проникновение и остаться снаружи виллы: использование «Зеркального двойника» требовало сохранения определенной дистанции.</p><p>Факты доказали, что его тень также могла делить «Зеркального двойника»!</p><p>Две струи белого света вырвались наружу, заставив засадника снова закрыть глаза.</p><p>На этот раз Люмиан не дал врагу шанса быстро очнуться — выставил вперед правую ногу и придержал его, не позволив прямо упасть.</p><p>В то же время он выхватил собственный револьвер и приставил его к лбу цели.</p><p>Глаза засадника задвигались, он очнулся и почувствовал ужасающее давление, исходящее от дула пистолета.</p><p>На его лице расплылась улыбка, он протянул свой револьвер и тихо сказал:</p><p>«Возьми это, а меня отпусти, ладно?»</p><p>Мысли Люмиана подернулись, он взял револьвер, кинул и произнес:</p><p>«Хорошо.»</p><p>Сразу после этого он убрал пистолет.</p><p>Засадник, сохраняя смиренную и угодливую улыбку, развернулся и пошагал в глубь темного туннеля.</p><p>Внезапно Люмиан услышал величественный, многослойный голос Термиboroса:</p><p>«Тебе лучше не отпускать его.»</p><p>Э-э… Взгляд Люмиана замер, и он мгновенно осознал аномалию.</p><p>Почему я только что согласился на ту сделку?</p><p>Почему я решил его отпустить?</p></section><section><title><p>Глава 716 Между белым и черным</p></title><p>Глава 716 Между белым и черным</p><p>Получив предупреждение от Термибороса, Люмиан мгновенно почувствовал неладное.</p><p>В этот момент засадник неспешно удалялся, словно опасаясь, что слишком быстрый шаг заставит Люмиана заранее обнаружить аномалию и прийти в себя, и по какой-то причине в глубине тёмного пустотного тоннеля не возникало гигантского водоворота, который затянул бы вошедшего внутрь засадника прямо к другому зеркалу.</p><p>Глядя ему в спину, Люмиан опустил взгляд на свою уже вернувшуюся в норму тень, убрал добытый у врага латунный револьвер, извлёк из «Вещмешка путешественника» кастеты «Истязание» и не спеша надел их на руки.</p><p>В следующую секунду тело Люмиана объяло ослепительно-белое пламя, и он, превратившись в бушующе пылающее копьё, устремился к спине засадника.</p><p>Опасения засадника наконец стали реальностью: он в панике попытался уклониться, собираясь обратиться в тень, разделить своё тело на пять ложных и одну настоящую и бежать вглубь тёмного тоннеля, чтобы затем активировать «Переход сквозь зеркало», окончательно покинуть это место и вернуться к заранее выбранному зеркалу.</p><p>Как раз в этот миг, когда языки пламени, составлявшие ослепительно-белое копьё, рассыпались хлопьями, проявился силуэт Люмиана.</p><p>Тень под ногами засадника мгновенно ожила и опутала ещё не до конца обратившееся в тень тело, заставив его на мгновение лишиться возможности разделиться на шесть частей и разлететься во все стороны, вынудив остаться на месте.</p><p>Люмиан сделал шаг и под полным ужаса взглядом засадника рванулся к нему, обрушивая попеременные удары кулаками и начиная «Истязание».</p><p>Бум!</p><p>Первый удар Люмиана заставил сильный страх засадника вспыхнуть с новой силой, в то время как цель лишь едва успела вырваться из хватки собственной тени.</p><p>Бум!</p><p>Второй удар Люмиана мгновенно взорвал и без того запредельно взвинченный страх противника.</p><p>Это было не везение: в сложившейся ситуации страх засадника явно выходил за рамки нормы, и Люмиан, чьи глаза окрасились в серебристо-чёрный цвет, увидел соответствующее будущее и, нанеся удар прямо по этой слабости, одновременно смоделировал в своём разуме эмоцию страха.</p><p>Таким образом, первый удар подлил масла в огонь, а второй — с резко возросшей вероятностью — успешно вызвал взрыв.</p><p>Засадник мгновенно застыл на месте, его сердце из-за взорвавшегося страха ненадолго перестало биться, в голове образовалась полная пустота, а из носа потекла кровь.</p><p>Увидев это, Люмиан извлёк из «Вещмешка путешественника» единственную имевшуюся ритуальную овечью шкуру и накрыл ею голову засадника.</p><p>Сразу за этим он на языке Гермеса зачитал открывающее заклинание:</p><p>«Овечка!»</p><p>Вспыхнул тёмный свет, и засадник превратился в овечку со светло-белой шерстью с сероватым оттенком.</p><p>Люмиан взглянул на овечку, в чьих глазах налилось множество кровавых жилок и всё ещё читался страх, и, снимая кастеты «Истязание» и убирая их обратно в «Вещмешок путешественника», с ухмылкой произнёс:</p><p>«Думал, отдашь такую паршивую пушку, и я тебя отпущу?»</p><p>Сказав это, Люмиан наклонился, подхватил обмякшую овечку, вернулся за зеркало в кабинете Морана Авиньи и попытался сделать шаг наружу.</p><p>У него не было способностей, связанных с входом и выходом из зеркал, и он не был уверен, сможет ли покинуть это место таким образом; если не выйдет, он с помощью заранее подготовленной «Зеркальной метки» задействует «Переход сквозь мир духов», устремившись прямо к тому особому фиксированному выходу из зеркального мира в Подземном Трире, а затем «Телепортируется» обратно к Франке — это была предосторожность на случай непредвиденных обстоятельств за зеркалом.</p><p>Перед глазами Люмиана сначала потемнело, а затем вновь посветлело, и он вместе с ошарашенной до паралича овечкой вернулся в кабинет Морана Авиньи.</p><p>Он быстрым шагом подошёл к окну, осторожно толкнул стеклянную створку и, как и ожидалось, увидел, что Франка уже выбралась из тени и затаилась сбоку от узкого подоконника.</p><p>— Обнаружив, что созданный ею для Люмиана зеркальный двойник разбился, Франка не колеблясь поднялась на разведку, чтобы проверить, не требуется ли напарнику помощь.</p><p>«Ты в порядке?» — тишайшим шёпотом спросила Франка.</p><p>«Вернёмся — поговорим.» — Люмиан бросил овечку Франке.</p><p>Франка не стала терять времени, подхватила овечку и вместе с ней скрылась в тени, исчезнув из виду.</p><p>Люмиан не спешил уходить: надев перчатки, он принялся заметать различные следы, оставленные им в комнате.</p><p>Вскоре Франка вернулась и с помощью статуэтки «Изначальной Демонессы», собственного зеркала и чёрной магии «Демонессы» завершила этап контргадания и контрпрорицания.</p><p>…………</p><p>Подземный Трир, заброшенный тоннель неподалёку от фиксированного входа в зеркальный мир.</p><p>Уже узнавшая подробности от Люмиана Франка с оживлением уставилась на дрожащую овечку и произнесла:</p><p>'Как будем допрашивать? Как и раньше, приготовим для неё механическую печатную машинку?</p><p>«Но у нас больше нет сыворотки правды.»</p><p>Не надевший очков в золотой оправе и вновь вернувшийся к облику ветерана Антони пару секунд пристально смотрел на овечку, после чего произнёс:</p><p>«Я поговорю с ним.»</p><p>«Нам стоит выйти?» — осторожно спросила Дженна.</p><p>Антони кивнул:</p><p>«Дело не в том, что я боюсь ваших взглядов, просто когда людей меньше, он будет чувствовать себя в большей безопасности, и общаться станет проще.»</p><p>Боится, что наше присутствие напугает его и повлияет на эффект «гипноза»? — задумчиво размышляя, Люмиан развернулся и вместе с Франкой и Дженной вышел из этого тупикового тёмного тоннеля.</p><p>Вскоре овечка спокойным и размеренным шагом вышла вслед за Антони, перестав метаться в страхе, как прежде.</p><p>«Можно снимать „Искусство превращения в скот“,» — с улыбкой сказал Антони Люмиану. — «Он уже понял, что мы желаем ему добра и хотим помочь, так что пока мы не спрашиваем о чём-то, задевающем веру в божество или напрямую угрожающем его жизни, он будет отвечать искренне и дружелюбно.»</p><p>Овечка серьёзно кивнула, подтверждая, что Антони говорит правду.</p><p>Люмиан скосил взгляд на Франку и Дженну и обнаружил в их глазах схожие чувства:</p><p>«Гипнотизёр» — это действительно страшно!</p><p>«Зритель» — это действительно страшно!</p><p>«И впрямь…» — проникся Люмиан в душе.</p><p>Он посмотрел на овечку и на языке Гермеса зачитал снимающее заклинание:</p><p>«Ваше Высокопреосвященство.»</p><p>Всполохи тёмного света мелькнули, овечья шкура сама собой отделилась, и прежний засадник в полулежачей позе предстал перед глазами Люмиана и остальных.</p><p>Люмиан, убирая овечью шкуру, со смешком спросил:</p><p>«Как тебя зовут?»</p><p>«Йебус Лата,» — ответил засадник так легко, словно болтал с другом.</p><p>Люмиан, державший карбидную лампу, с мягким выражением лица продолжил расспросы:</p><p>«Ты обеспечиваешь защиту Морану Авиньи?»</p><p>«Да,» — искренне ответил Йебус Лата. — «В основном прячусь за зеркалом, контролирую обстановку снаружи и слежу, чтобы в зеркальном мире не случилось непредвиденных обстоятельств, гарантируя, что Моран Авиньи, перемещаясь через зеркальный мир в разные места для выполнения дел, не будет замечен или атакован из засады.»</p><p>«А меры безопасности довольно суровые, без очевидных уязвимостей…» — пробормотала Франка и, проявив обаяние «Демонессы Наслаждения», с улыбкой спросила:</p><p>«К какой организации ты принадлежишь?»</p><p>Взгляд Йебуса притянулся к Франке, и он почти инстинктивно ответил:</p><p>— «Школа Истины».</p><p>— «Истина»? — Люмиан вскинул бровь.</p><p>Йебус не смотрел на него, его взгляд перемещался с одной Демонессы на другую:</p><p>— Да, истина.</p><p>Выражение его лица стало чуть более серьёзным, и с проповедническими интонациями он обратился к Франке и Дженне:</p><p>— Как по-вашему, какова основа этого мира?</p><p>Не дожидаясь ответа двух Демонесс, он сам продолжить:</p><p>— Не белая и не чёрная, не свет и не тьма.</p><p>— Это серость между белым и чёрным, это туман между светом и тьмой, это тень, это перемены, это хаос!</p><p>«Особенности соответствующего Пути?» — Люмиан, чьи познания в мистицизме уже можно было назвать богатыми, задумчиво сменил тему:</p><p>— Ты знаешь, кем на самом деле является Моран Авиньи?</p><p>Именно это им сейчас требовалось узнать больше всего.</p><p>Йебус, словно находясь в компании соратников, весьма непринуждённо кивнул:</p><p>— Знаю. Он член рода Тамара, но его уже заменил «Человек из зеркала», явившийся из подземелий Трира.</p><p>— Тогда почему вы всё ещё с ним сотрудничаете? — допытывалась Франка.</p><p>Йебус усмехнулся:</p><p>— Я ведь только что сказал вам?</p><p>— Основа этого мира — не белая и не чёрная, а серая. Если это позволяет достичь цели, то почему бы не сотрудничать с «Человеком из зеркала»?</p><p>— Какую же цель преследует «Школа Истины»? — быстро спросил Люмиан.</p><p>Йебус, глядя на лицо Франки и её глаза цвета озёрной воды, произнёс:</p><p>— Мы хотим с помощью таких людей из высшего общества, как Моран Авиньи, постепенно прибрать к рукам правительство Интиса, чтобы в этой стране был как порядок, так и тень, а также имелся мост, связывающий порядок и тень.</p><p>— Мы уважаем законы, но это не значит, что мы не будем искать в законе уязвимости и прибегать к определённым средствам, чтобы решать дела до того, как они войдут в юридическое русло.</p><p>— В этом состоит наша философия.</p><p>В эти мгновения Йебус выглядел так, будто читал проповедь двум Демонессам.</p><p>«Какая амбициозность…» — про себя вздохнула Дженна.</p><p>Люмиан же с ухмылкой спросил:</p><p>— А контроль над правительством вам зачем?</p><p>— Чтобы претворять в жизнь Истину, приближаться к Истине — это тоже своего рода ритуал ублажения Истины, — с некоторым фанатизмом ответил Йебус. — Кроме того, мы намерены использовать силу правительства Интиса и силы правительств других стран, чтобы отыскать три вещи.</p><p>— Какие три вещи? — с любопытством спросила Франка.</p><p>Йебус с радостью вызвался ответить на её вопрос:</p><p>— Во-первых, зацепку, ведущую к Павшему Небу: она таится внутри древнего города, запечатанного под землёй, и только установив контроль над правительством Интиса, мы сможем полностью снять печать.</p><p>Павшее Небо… Что это? Люмиан, Франка, Дженна и Антони переглянулись, понимая, что никто из них никогда не слышал этого термина.</p><p>Йебус продолжил:</p><p>— Во-вторых, последнюю гробницу Рассела.</p><p>Гробницу императора Рассела? Зрачки Люмиана резко расширились.</p><p>Франка же с нетерпением спросила:</p><p>— У вас есть зацепки?</p><p>— Не знаю, — честно покачал головой Йебус. — По крайней мере у меня пока нет никаких зацепок насчёт гробницы Рассела, а удалось ли что-то разузнать нескольким «Надзирателям», мне неизвестно.</p><p>«Надзиратели»… — Люмиан и остальные запомнили это название.</p><p>Йебус взглянул на Франку, затем на Дженну и под конец вновь устремил взор на Франку:</p><p>— И в-третьих — лампа. Она зовётся «Волшебной лампой желаний».</p><p>— «Волшебная лампа желаний»? — Люмиан взглянул на Франку и обнаружил, что эта «Демонесса Наслаждения» смотрит на него с таким же озадаченным видом.</p><p>Йебус расплылся в улыбке и с хвастливыми интонациями добавил:</p><p>— «Волшебная лампа желаний» — это запечатанный артефакт, и её номер:</p><p>— «0–05»!</p></section><section><title><p>Глава 717 Расколотый род Тамара</p></title><p>Глава 717 Расколотый род Тамара</p><p>Произнеся номер «0—05», Йебус с небывалым нетерпением уставился на Франку и Дженну, надеясь увидеть на их лицах выражение шока и панического страха.</p><p>Учитывая силу, проявленную этим отрядом Потусторонних, они должны прекрасно понимать, что представляет собой и что означает запечатанный артефакт класса «0»!</p><p>Это ведь жуткая вещь, способная уничтожить весь Трир и даже стереть с лица земли целый мир!</p><p>Чем меньше порядковый номер запечатанного артефакта класса «0», тем выше степень его опасности.</p><p>И сейчас речь шла о «0—05»!</p><p>Франка и Дженна действительно выразили некоторое удивление и любопытство, но совсем не то, чего ожидал Йебус.</p><p>Они даже не ответили Йебусу, лишь одновременно повернули головы и устремили взгляды на Люмиана.</p><p>Хотя они не видели и не смели всматриваться в конкретные подробности, но обе слышали от Люмиана, что Людвиг, этот мальчик-монстр, «украл» из Церкви Познания сведение о запечатанном артефакте и передал его Люмиану в качестве платы за сделку.</p><p>И то сведение относилось к «0—01»!</p><p>«0—05»? Люмиан приподнял бровь.</p><p>Насколько ему было известно, в более древние времена запечатанные артефакты не имели номеров. Даже если они и существовали, то использовались лишь отдельными Церквями для внутренних нужд. Лишь к концу Четвёртой Эпохи или началу Пятой Эпохи Семь Великих Церквей, действительно правившие этим миром, совместно разработали ныне действующие правила классификации запечатанных артефактов и присвоили порядковые номера тем из них, которыми владели.</p><p>Среди них запечатанные артефакты классов «0» и «1» из-за колоссальной угрозы стали предметом соглашения между Церквями ортодоксальных богов: уведомлять друг друга об общем положении дел, использовать единую нумерацию и ни в коем случае не допускать повторов.</p><p>Иными словами, не могло быть ситуации, при которой у Церкви «Вечного Пылающего Солнца» имелся бы запечатанный артефакт «0—05» и у Церкви «Богини Вечной Ночи» тоже был бы свой артефакт с номером «0—05».</p><p>Во всём мире только «Волшебная лампа желаний» могла именоваться «0—05»!</p><p>И когда Семь Великих Церквей впервые присваивали номера находившимся в их распоряжении запечатанным артефактам класса «0», они наверняка опирались на комплексную оценку: степень опасности, время появления и уникальность природы. Те же артефакты, что были получены позже, нумеровались уже по порядку их запечатывания.</p><p>Таким образом, первые несколько десятков запечатанных артефактов класса «0» с высокой долей вероятности подчинялись правилу: чем раньше номер, тем выше опасность и уникальнее природа. То, что «0—05» занимал пятое место среди множества артефактов класса «0», убедительно доказывало его кошмарную силу и Статус!</p><p>Разумеется, при таком правиле артефакты класса «0» с самыми поздними номерами вовсе не обязательно были слабее тех, что стояли в начале списка.</p><p>Люмиан посмотрел на Йебуса и произнёс без особого наигрыша:</p><p>«„0—05“? Кошмарная вещь, занимающая пятое место среди всех запечатанных артефактов класса „0“?»</p><p>«Именно.» — тщеславие Йебуса наконец получило крупицу удовлетворения.</p><p>Люмиан с искренним любопытством спросил:</p><p>«То, что её называют „Волшебной лампой желаний“, означает, что ей можно загадывать желания?»</p><p>В этот миг в глубине души Люмиана вспыхнуло предвкушение, куда более сильное, чем выражало его лицо.</p><p>Йебус глубокомысленно кивнул:</p><p>«Да, она способна исполнить любые десять желаний своего обладателя.»</p><p>Не дав Люмиану задать следующий вопрос, Йебус добавил:</p><p>«Но, насколько мне известно, исполнение тех желаний происходит в крайне искажённой форме или влечёт за собой ужасающие последствия. Более того, ни один из прежних владельцев лампы не кончил добром, и Рассел Густав, возможно, сгинул именно по этой причине.»</p><p>Услышав это, Люмиан погрузился в молчание.</p><p>«„0—05“ когда-то принадлежал императору Расселу?» — Франка взглянула на Люмиана и сама задала вопрос.</p><p>Йебус ответил без нималейших колебаний:</p><p>«Да.»</p><p>«А сейчас? У вас есть зацепки насчёт „0—05“?» — с живостью поинтересовалась Франка.</p><p>Йебус охотно поделился:</p><p>«Да, он должен находиться у лидера тайной организации 'Заря Стихий».</p><p>«И та лидерша, по слухам, является старшей дочерью Рассела, Бернадетт.»</p><p>«Вау!» — Франка издала восхищённый и вместе с тем умиротворённый возглас, точно узнав, что после смерти старого друга его дитя живёт вполне недурно.</p><p>Хотя после церемонии Моления Морю они с Люмианом уже знали, что старшая дочь императора Рассела, Бернадетт, всё ещё жива, изобрела магию сказок и тесно связана со Старшим Арканом «Отшельник» из «Клуба Таро», подробностей о её текущем положении они не ведали.</p><p>И теперь она с приятным удивлением услышала, что Бернадетт встала во главе тайной организации.</p><p>Об этой «Заре Стихий» Франка слышала и прежде, зная, что их главной целью является изучение мистических знаний и алхимии Потусторонних, и что они противостоят другой тайной организации, жаждущей знаний, — «Ордену Аскетов Моисея», проявляя активность главным образом в регионе Интиса, Центрально-южном регионе и на морях.</p><p>«Реликвия императора у его старшей дочери — это вполне естественно.» — Люмиан тоже слегка порадовался за императора Рассела.</p><p>Франка с большим воодушевлением продолжила расспрашивать Йебуса:</p><p>«Вы замышляете, как справиться с Бернадетт?»</p><p>Йебус медленно покачал головой:</p><p>«Мы пока не обладаем соответствующими силами, и это одна из причин нашего сотрудничества с 'Людьми из зеркала».</p><p>«Только претворяя в жизнь Истину и ублажая Истину, „Надзиратели“ смогут получить больше Благословений, чтобы противостоять Бернадетт и её подчинённым.»</p><p>Захватить контроль над правительством и в той или иной мере претворять в жизнь «Истину» — это ритуал испрашивания Благословений? Хм, Йебус и сам говорил, что это ритуал ублажения «Истины»… Их ритуал получения Благословений отличается от ритуалов прочих культов Злых Богов: он не сводится к кровавым жертвоприношениям, а ставит во главу угла влияние на порядок, его использование и преобразование… — Люмиан из скупых фраз Йебуса выделил одну важную черту «Школы Истины».</p><p>Поразмыслив пару секунд, он сказал:</p><p>'«Надзиратели» — это и должность, и наименование?</p><p>«Какому уровню Последовательности Пути зелий это соответствует?»</p><p>«Последовательность 4, едва обретшая божественную сущность.» — Йебус ответил весьма лаконично, то ли не желая вдаваться в подробности, то ли сам зная не так много.</p><p>Люмиан сменил тему:</p><p>«Мы уже поняли учение и цели вашей школы, а какова цель „Людей из зеркала“?»</p><p>Йебус припомнил и произнёс:</p><p>'Они тоже хотят снять печать с того древнего подземного города. Только сняв печать, они смогут проникнуть в глубины того особого зеркального мира, где жили изначально, и найти нечто, обладающее особым смыслом, но к нам это не имеет отношения.</p><p>«Кроме того, они непрестанно переправляют оттуда всё новых 'Людей из зеркала», чтобы те занимали места оригиналов.</p><p>«Есть ли у них иные цели, мне неизвестно.»</p><p>«Помимо Морана Авиньи, кого ещё из „Людей из зеркала“ ты знаешь?» — Франка не стала скрывать своего страстного желания получить ответ.</p><p>Йебус покачал головой:</p><p>«С тех пор как мы заключили соглашение о сотрудничестве с Мораном Авиньи, он заставил остальных „Людей из зеркала“ сменить местоположение и личность, так что связаться с ними может только он.»</p><p>«Как вы обнаружили, что Моран Авиньи — „Человек из зеркала“?» — Люмиан искал иные зацепки.</p><p>Йебус усмехнулся:</p><p>«Наша „Школа Истины“ основана на части членов рода Тамара, и несколько человек из них уже давно подозревали, что с Мораном Авиньи и ещё некоторыми сородичами что-то не так. Получив же откровение Истины, они окончательно подтвердили эту догадку.»</p><p>«К какому Пути принадлежал оригинал Морана Авиньи?» — Люмиан нахмурился.</p><p>Йебус не стал покрывать Морана Авиньи:</p><p>«К Пути „Суда“. Сейчас он обладает не только силами Пути „Суда“, но и может использовать кое-какие силы, связанные с зеркалами.»</p><p>«Среди членов ветви „Суда“ рода Тамара есть те, кто и не последовал за „Истиной“, и не был замещён „Людьми из зеркала“?» — спросил далее Люмиан.</p><p>«Есть, они порвали с нашей „Школой Истины“ и всё время пытаются с нами бороться.» — честно ответил Йебус.</p><p>Это… Род Тамара сперва раскололся на две ветви: «Суда» и «Ученика», затем ветвь «Суда» снова раскололась на три части: верующих в «Истину», замещённых «Людьми из зеркала» и хранящих изначальные традиции… Однако ветвь «Ученика» рода Тамара, связавшаяся с Сектой Демонессы, казалось бы, имела ещё больше шансов быть замещённой «Людьми из зеркала». Неужели и та ветвь подверглась расколу? Что же ваш род Тамара всё время раскалывается… Неужели у рода Тамара, независимо от ветви, существует риск быть замещёнными «Людьми из зеркала»? Это связано с какими-то нераскрытыми тайнами Четвёртой Эпохи? — Люмиан сопоставил имевшиеся у него сведения и погрузился в анализ и догадки.</p><p>«Моран Авиньи примерно соответствует какой Последовательности?» — видя, что Люмиан молчит, спросила Дженна.</p><p>«Последовательности 5.» — с улыбкой ответил Йебус на вопрос Дженны.</p><p>Последовательность 5 «Рыцарь Наказания»… Франка, получившая наставления от госпожи «Суд», Старшего Аркана, была очень хорошо знакома с Путём «Судьи».</p><p>Последовательность 9 — «Арбитр», Последовательность 8 — «Шериф», Последовательность 7 — «Дознаватель», Последовательность 6 — «Судья».</p><p>«Рыцарь Наказания», обладающий магией зеркал и способностями, связанными с зеркальным миром… — Люмиан посмотрел на Йебуса и с улыбкой спросил:</p><p>«Ты не „Человек из зеркала“ и не „Демонесса“, почему же можешь свободно входить в зеркальный мир и выходить из него, не подвергаясь влиянию некоторых тамошних опасностей?»</p><p>Йебус указал на стеклянную запонку у себя на манжете:</p><p>'Это предмет, данный нам Мораном Авиньи. Он позволяет нам входить в зеркальный мир и выходить из него, перемещаться, используя связь между зеркалами, и не притягиваться к другим зеркалам.</p><p>«Сейчас его можно использовать ещё пять раз.»</p><p>Отлично, потом она достанется нам… хм, назовём её «Зеркальной запонкой»… — В этот миг Франка уже придумала название для той запонки.</p><p>Люмиан кивнул и произнёс:</p><p>«Если ваши способности соотнести с Путём зелий, как называется Последовательность 9?»</p><p>Поскольку дальше весьма вероятно предстоял конфликт со «Школой Истины», Люмиан не упустил случая узнать о Потусторонних способностях противника.</p><p>На лице Йебуса отобразилась горделивая улыбка:</p><p>'«Маклер».</p><p>«Мы — серое между белым и чёрным, мы — туман между светом и тьмой, мы — мост, связывающий порядок и тень!»</p><p>«Говори по-человечески…» — тихо пробормотала Франка.</p><p>Люмиан усмехнулся и, не давая сбить себя с толку, спросил:</p><p>«Какими именно способностями обладает „Маклер“?»</p></section><section><title><p>Глава 718 «Теневой торговец»</p></title><p>Глава 718 «Теневой торговец»</p><p>Ебус переформулировал свои слова и сказал:</p><p>«Мы способны гораздо острее замечать определенные потребности, находить подходящий объект для их удовлетворения и с помощью речи и связей содействовать соответствующим сделкам.»</p><p>Обладающий умом «Заговорщика» Люмиан всерьез продумал это пару секунд, прежде чем полностью понял истинный смысл слов Ебуса, и со смешком сказал:</p><p>«Скажи более простыми словами и в выражениях, более близких к оккультизму.»</p><p>Ебус взглянул на Франку и Дженну и услужливо объяснил:</p><p>«Основные способности — две. Одну я сам называю 'восприятием серого» — она позволяет гораздо острее воспринимать то серое, что находится между белым и черным, включая желание втянуться в серую сферу и потребности, затрагивающие серую сферу.</p><p>«А еще — превосходное красноречие, включающее в себя искусство речи и способность по выражению лица разгадывать смысл чужих слов.»</p><p>«И всё?» — вскинув бровь, спросил Люмиан.</p><p>«Больше ничего.» — искренне покачал головой Ебус.</p><p>«Маклер не берет комиссионных?» — с улыбкой уточнил Люмиан.</p><p>«Перед заключением сделки вознаграждение оговаривается с обеими сторонами, а иногда вознаграждение и вовсе не требуется — всё ради установления и поддержания связей, — серьезно ответил Ебус. — Всё это не затрагивает Потусторонние силы.»</p><p>«А я-то думал, что Потусторонняя способность „Маклера“ позволяет получать соответствующую выгоду из каждой заключенной им сделки, включая рост на Потустороннем уровне, но это и впрямь было бы слишком чересчур, явно не уровень Последовательности 9… Названные Ебусом две способности как раз очень близки к уровню Последовательности 9. Выходит, „Маклер“ похож на „Зрителя“: практически не способен напрямую участвовать в сражениях Потусторонних и относится к поддержке среди поддержки…» — Люмиан с некоторым пониманием кивнул.</p><p>Франка с большим интересом спросила:</p><p>«А что представляет собой Последовательность 8?»</p><p>«Это „Теневой торговец“.» — глядя на лицо «Демонессы Наслаждения», сияя улыбкой, ответил Ебус.</p><p>Не дожидаясь новых вопросов Франки, он сам принялся объяснять:</p><p>«Мы можем обнаруживать мистических существ и опасные сущности, скрывающиеся в темноте и тенях, и при этом не подвергаться их атакам, благодаря чему заключаем с ними определенные сделки.»</p><p>«Не подвергаться атакам скрытых мистических существ и опасных сущностей?» — не удержалась от вопроса Дженна.</p><p>Не слишком ли сильна эта черта?</p><p>Ебус с улыбкой ответил:</p><p>«В обычной ситуации — да, однако нельзя первыми нападать на них или тайно оказывать на них неблагоприятное воздействие, нельзя при заключении сделки таить злой умысел, если противоположная сторона это заметит. Кроме того, прямое попадание на поле боя приведет к получению неизбирательного урона, да и заставить существ в состоянии боя добровольно остановиться тоже не получится.»</p><p>«А если увидите сущность, которую видеть не следует?» — задумчиво спросил Люмиан.</p><p>«Придется подпасть под соответствующее загрязнение.» — Ебус не стал хвастаться.</p><p>«Значит, „Теневой торговец“ обладает врожденной аурой, благодаря которой окружающие существа не испытывают к нему злого умысла?» — озарило Франку.</p><p>Ебус похвалил ее:</p><p>«Мисс, вы подытожили даже лучше меня. Однако дело не в полном отсутствии злого умысла, а в снижении их враждебности в определенных пределах. Чем выше Статус противника, тем слабее эффект. Иными словами, чтобы вступать в контакт с теми мистическими существами и опасными сущностями ради сделок, точно так же нужны риск и храбрость.»</p><p>Сказав это, Ебус рассмеялся:</p><p>«Смелость рисковать — обязательное качество для успешного торговца.»</p><p>«Похоже, у тебя оно есть?» — намеренно поддел его Люмиан.</p><p>«Разумеется, — гордо ответил Ебус. — Я заключал сделки со множеством опасных существ, получая ценные вещи, а затем через новые сделки, используя их, выменивал у верующих в „Великую Матерь“, верующих в „Матерь Древа Желаний“ и у других Потусторонних еще более полезные предметы. В их числе — пули, поглощающие жизнь, пули, вызывающие внутренний взрыв цели, а также пули, способные сделать человека беременным, и так далее, и тому подобное.»</p><p>Пули, способные сделать человека беременным… В Люмиане мгновенно проснулась психологическая травма, и он искренне порадовался, что не дал Ебусу возможности выстрелить в него такой пулей.</p><p>Франка и Дженна тоже ощутили необъяснимый страх и озноб по телу, и даже у Энтони слегка изменилось выражение лица.</p><p>Ебус окинул взглядом Франку, Дженну, Люмиана и его друга Энтони и торжественно произнес:</p><p>«Посредством связей с самыми разнообразными существами 'Теневой торговец» может помочь вам получить все, что душе угодно, пока вы в состоянии заплатить достаточную цену.</p><p>«Разумеется, мы не можем гарантировать успех каждой сделки.»</p><p>«Я хочу формулу зелья Последовательности 4 пути „Охотника“.» — улыбнулся Люмиан.</p><p>Ебус на мгновение замолчал и сказал:</p><p>'Для этого потребуется очень долгое время, чтобы через цепочки посредников найти того, кто сможет предоставить соответствующую формулу.</p><p>«Тот, кто в итоге вступит с тобой в сделку, может даже представлять для тебя опасность.»</p><p>Люмиан и сам лишь пошутил, поэтому намеренно вздохнул и сказал:</p><p>'Тогда пока отложим.</p><p>«Какие еще способности есть у „Теневого торговца“? У вас наверняка есть не только снижение враждебности окружающих существ и обнаружение скрытых сущностей.»</p><p>Ебус наконец впервые по-настоящему посмотрел на Люмиана:</p><p>«Я использовал их во время боя с тобой, включая укрытие в тени, превращение в тень и ложную тень — эти способности в большей степени направлены на защиту себя, и я обобщенно называю их „использованием тени“.»</p><p>«„Теневой торговец“ способно использовать не только тени в символическом смысле, но и тени в реальности!» — воскликнула Франка.</p><p>Ебус, словно подбодренный, продолжил:</p><p>«Еще мы можем подписывать контракты, свидетельствуемые тенями обеих сторон и напрямую связывающие их души. В случае нарушения тень нанесет вред самому духу, что подобно сильному проклятию.»</p><p>«Вот оно как…» — Франка вспомнила парня, которого встречала ранее.</p><p>Тот мужчина, который, кажется, тоже был членом «Школы Истины», говорил, что у него есть способ гарантировать обязательную силу контракта для обеих сторон.</p><p>«А дальше?» — продолжила расспросы Дженна.</p><p>Ебус внезапно почувствовал некоторую неловкость, легким покашливанием смахнул паузу и лишь затем произнес:</p><p>«Мы также можем опираться на силу теней в символическом смысле, чтобы в момент подписания контракта незаметно изменять ключевые условия, заставляя другую сторону платить больше или получать меньше.»</p><p>«Неудивительно…» — Франка наконец поняла, каким образом тот мужчина, предположительно член «Школы Истины», собирался обмануть ее и Дженну.</p><p>Неудивительно, что он проявил аномалию, едва услышав, что она собирается заранее погадать на контракт!</p><p>«„Теневой торговец“ отлично подходит для дел с Потусторонними пути „Мародера“, только вот неизвестно, кто в итоге останется в убытке…» — Люмиан, не давая Франке возможности обвинить «Теневого торговца», усмехнулся и сказал:</p><p>«А Последовательность 7?»</p><p>«Последовательность 7 — „Обвинитель“, — сразу принялся рассказывать Ебус, словно пытаясь загладить урон образу, нанесенный чересчур мрачным „Теневым торговцем“. — У „Обвинителя“ есть две способности: одна позволяет видеть, какие именно преступления совершила цель, но не процесс их совершения; вторая строится на первой: сначала объявить противоположную сторону виновной, а затем указать конкретное обвинение…»</p><p>Услышав это, Франка внезапно задалась вопросом:</p><p>'А чем определяется эта вина?</p><p>'Не законами же Интиса, в самом деле? А если мы встретимся в Королевстве Лоэн, то твоя способность в этой части окажется бесполезной?</p><p>«Она автоматически подстраивается под местное законодательство?»</p><p>Ебусу, похоже, и самому впервые задали такой вопрос, поэтому он продумал десяток секунд и лишь затем ответил:</p><p>«Похоже, речь идет о деяниях, которые подавляющее большинство людей единодушно считает преступлением, включая святотатство, убийство, изнасилование, мошенничество, кражу и тому подобное, без более мелких и детальных статей.»</p><p>«Все равно что-то не сходится, — Франку это так и не убедило. — Допустим, допустим, мы попали в какой-то абсурдный мир, где каждый делает все, что вздумается, включая убийства и святотатство, — получается, ты не сможешь объявить цель виновной?»</p><p>Она подумала о только что завершившемся «Празднике снов».</p><p>Ебус мгновенно замолчал и ответил лишь спустя долгое время:</p><p>«Я не знаю…»</p><p>«Возможно, эти обвинения исходят из чего-то более истокового.» — попытался предположить Люмиан.</p><p>Ебус не мог утверждать наверняка.</p><p>Франке оставалось лишь посмотреть на него и сказать:</p><p>«Продолжай.»</p><p>Ебус потратил немного времени, чтобы вспомнить, на чем остановился:</p><p>'После указания конкретного обвинения цель получает соответствующее наказание — исходящее от самого мира или от определенных сущностей. Какое именно наказание обрушится, зависит от тяжести преступления цели, и мы не можем узнать это заранее. В общем, судя по моему опыту, самые жуткие наказания — это мгновенная смерть и утрата укрощения прямо на месте.</p><p>«Кроме того, в отношении совершаемого прямо сейчас преступления мы можем напрямую объявить, что цель совершает преступление, не указывая конкретную статью, что эффективно экономит время.»</p><p>Франка слегка кивнула, по-новому взглянув на ту давнюю битву.</p><p>«Каким языком ты пользовался, объявляя обвинение?» — вспомнил соответствующую деталь Люмиан.</p><p>«„Словами Порядка“, которые автоматически усваиваются при получении благословения „Обвинителя“.» — не стал утаивать Ебус.</p><p>Люмиан издал «хм»:</p><p>«А Последовательность 6?»</p><p>«„Карьерист“. — В глазах Ебуса словно вспыхнуло пламя. — Неиссякаемые амбиции даруют крепкое телосложение, острое восприятие и выдающуюся духовность, побуждая нас непрестанно стремиться к повышению боевых способностей, а пылающие амбиции не дают нам ни на мгновение погрузиться в покой. Пока мы сами не вознамеримся улечься спать, никто не в силах принудить нас ко сну или лишить чувств…»</p><p>«Иными словами, это позволяет эффективно противостоять способностям насильственного погружения в сон или погружения в бессознательное состояние, или даже дает иммунитет?» — Люмиан мгновенно понял, почему Ебус смог быстро очнуться, столкнувшись с «Искусством Хэн-Ха».</p><p>«Именно противостоять.» — предельно искренне ответил Ебус.</p><p>Люмиан задал еще пару вопросов относительно «Карьериста», а затем перевел тему:</p><p>«Ты ведь, должно быть, Последовательности 5?»</p><p>«Да.» — Ебус слегка выпятил грудь перед двумя Демонессами.</p><p>Франка с любопытством спросила:</p><p>«А что такое Последовательность 5?»</p><p>Ебус с улыбкой ответил:</p><p>«„Теневой ящик“.»</p><p>«Теневой ящик»? Франка, Люмиан и остальные одновременно подумали о том самом «Теневом ящике властелина», полученном от генерала Филиппа.</p><p>Неужели он был сформирован силами благословения Последовательности 5 пути «Маклера»?</p><p>Люмиан посмотрел на Ебуса и, не торопясь выяснять способности «Теневого ящика», задумчиво спросил:</p><p>«А в каких отношениях вы состоите с Карбонариями?»</p></section><section><title><p>Глава 719 Пуля</p></title><p>Глава 719 Пуля</p><p>Ебс, который собирался объяснить, что значит «теневой ящик», на мгновение опешил и произнес:</p><p>«Мы стараемся взять под контроль Карбонариев, и на данный момент добились значительного прогресса.»</p><p>С этими словами член «Школы Истины» усмехнулся:</p><p>«Они пытаются свергнуть правительство и установить собственный порядок, а это именно то, что мы рады видеть и к чему сами стремимся.»</p><p>«Но разве ваша цель состояла не в том, чтобы постепенно прийти к власти через людей из высшего общества вроде Морана Авиньи?» — Дженне показалось, что нынешнее заявление Ебса противоречит сказанному им ранее.</p><p>Ебс усмехнулся нравоучительным тоном:</p><p>«Зрелый торговец не кладет все яйца в одну корзину, как и умелый карьерист.»</p><p>Услышав это, Люмиан неожиданно сменил тему:</p><p>«Судя по твоему описанию, „Карьерист“ в основном усиливает тело, восприятие и духовность, но, похоже, никак не затрагивает умозрительные способности?»</p><p>Франка опередила Ебса и с поистине подлинной слаженностью усмехнулась:</p><p>'Никто не говорил, что карьеристу нужен ум.</p><p>'Это отличается от Заговорщика: Карьерист делает упор на амбиции, а не на способность их реализовать, так что выдающийся ум не является обязательным качеством для карьериста.</p><p>«В истории мы сплошь и рядом видим глупых карьеристов.»</p><p>Их разыгранный диалог заставил Ебса даже растеряться, не зная, как ответить.</p><p>К счастью, Люмиан не стал развивать тему и вернул внимание к Карбонариям:</p><p>«Альбер Гонкур уже ваш человек?»</p><p>«Должно быть,» — Ебс ответил не слишком уверенно. — «За дела Карбонариев отвечаю не я.»</p><p>«Благотворительная организация „Искатели снов“ смогла наладить связь с Карбонариями благодаря вам, „Маклерам“?» — Люмиан вспомнил историю генерала Филиппа.</p><p>Ебс снова улыбнулся:</p><p>«Филипп был очень амбициозным человеком и с давних пор хотел объединить различные тайные организации. Как „Маклеры“, как „Теневые торговцы“, как „Карьеристы“, мы, конечно же, обязаны были ему помочь. К сожалению, хотя его план и увенчался успехом, им воспользовались другие, а сам он сгинул в запечатанном под землей древнем городе… Хм, не знаю, известно ли вам, но на самом деле это Трир Четвертой Эпохи.»</p><p>«Ну и ну, вы…» — Франка о чем-то подумала, но не стала озвучивать, а лишь вздохнула.</p><p>Лишь после этого Люмиан спросил о «теневом ящике»:</p><p>«Достигнув Последовательности 5, какие новые способности ты получил?»</p><p>Взгляд Ебса все так же блуждал между двумя Демонессами:</p><p>«Только одну способность — 'Теневой ящик», но у нее есть два способа применения:</p><p>'Первый — непосредственно в бою или в экстренной ситуации создать невидимую, мирную среду теневого ящика и, передав врагу ценный предмет, принудительно добиться выполнения собственного требования. Однако это не должно причинять вреда противнику и не должно влиять на его иные состояния, а сам ты обязан вести себя достаточно естественно, иначе согласившийся на теневую сделку враг легко заподозрит неладное и придет в себя.</p><p>«Хм, подобная теневая сделка удается не всегда. Чем сильнее склонность и опыт цели в погружении в серую сферу, тем выше шанс на успех, а оценить это можно с помощью способности Последовательности „Маклер“ — „Восприятие серого“. Если же столкнуться с „Неомраченным“ Пути Солнца, то даже без божественного подавления успех практически невозможен.»</p><p>«Неомраченный» — это название 4-й Последовательности Пути Солнца.</p><p>«То, что ты ранее просил меня отпустить тебя, и было такой „теневой сделкой“?» — Люмиан осененно догадался.</p><p>«Да,» — откровенно признал Ебс. — «У тебя за плечами огромный опыт погружения в серую сферу и сильная склонность к подобному.»</p><p>«А ты отлично разбираешься в людях!» — отпустила комплимент Ебсу Франка от лица Люмиана.</p><p>«Хотя „Восприятие серого“ — это способность, получаемая еще на 9-й Последовательности „Маклер“, она действительно чрезвычайно полезна,» — произнес Ебс с видом показного объективизма, за которым скрывалось бахвальство.</p><p>Дженна же продолжила расспросы:</p><p>«А что насчет второго вида „теневой сделки“?»</p><p>Ебс с улыбкой ответил:</p><p>'Он требует определенного времени, и его нельзя использовать в бою или в экстренных условиях.</p><p>'Проще говоря, взяв за основу относительно замкнутое пространство, ты создаешь настоящий теневой ящик. В этом ящике ты выступаешь одной стороной сделки, а сокрытые в тенях и мраке таинственные существа или опасные сущности — другой. Но мы заранее не знаем, кто является партнером по сделке, и в процессе торговли тоже не способны распознать, кто перед нами. Это может быть сущность, с которой мы уже сталкивались ранее, а может — пришедшая из неизведанного.</p><p>«Словом, находясь в этом состоянии теневого ящика, когда не ведаешь, с кем торгуешь и как именно прошение будет удовлетворено, ты озвучиваешь свое желание и отдаешь запрашиваемую той стороной вещь, после чего появляется шанс получить желаемый результат. А то, каким именно образом он достигается, не имеет значения.»</p><p>«В сделке могут участвовать только две стороны?» — с пытливым любопытством спросила Дженна.</p><p>«Нет, сделка может быть трехсторонней, четырехсторонней и даже более, пока она соответствует правилам теневой операции.» — Ебс не стал скупиться на оккультные познания. — «Такая теневая операция тоже гарантированно не увенчается успехом: это зависит как от сложности цели, так и от ограничений предлагаемого предмета. К тому же не думайте, что эти таинственные существа и опасные сущности обязательно сдержат слово — среди них немало мошенников, способных ускользнуть от узов теневого ящика.»</p><p>«Если с помощью подобной теневой операции удастся совершить нечто крайне сложное, возникнут ли дополнительные риски?» — Дженна вспомнила про имеющийся у нее «Теневой ящик властелина».</p><p>Ебс серьезно кивнул:</p><p>«Да, это зависит от того, кем именно является таинственное существо или опасная сущность, оказавшая тебе помощь через теневой ящик, и есть ли у нее злые намерения. Однажды мне не везло целую неделю, и я едва не попался „Очистителям“, когда они заподозрили во мне неладное.»</p><p>Дженна задумчиво кивнула, пробормотав про себя:</p><p>«Получается, 'Теневой ящик властелина» — это оскверненная и мутировавшая версия обычного «Теневого ящика». В нем не противоположная сторона сделки озвучивает требования, а мы напрямую предоставляем ценный предмет. Но при этом он способен лишь упрощать сложные вещи и облегчать трудные задачи, а не выполнять их напрямую, что накладывает весьма существенные ограничения…</p><p>«А плата за использование фиксируется в виде последующего вынужденного участия в сделке с Демоном или иным зловещим существом…»</p><p>«Что тебе известно о „Надзирателях“?» — видя, что разговор о «Теневом ящике» подошел к концу, Люмиан задал новый вопрос.</p><p>Ебс изобразил на лице затруднение и ничего не ответил.</p><p>Люмиан сменил тему:</p><p>«Какие вещи есть при тебе?»</p><p>Ебс взглянул на Франку и достал из потайного кармана одежды несколько разрозненных предметов:</p><p>«Это исцеляющее зелье, выменянное у последователей „Великой Матери“, а это — „дурманящий газ“, „пробуждающий газ“ и „зелье откровенности“, выменянные у последователей „Матери Древа Желаний“…»</p><p>Исцеляющее зелье, дурманящее средство, оккультная нюхательная соль и «сыворотка правды»… А ведь все это отличные вещи… Люмиан посмотрел на четыре металлических флакончика с разными наклейками и слегка кивнул.</p><p>Его взгляд переместился на другую ладонь Ебса, где лежало шесть пуль:</p><p>Все шесть пуль были изготовлены из латуни, но узоры и оттенки на их поверхности различались: одна выглядела совершенно обычной, у второй был яркий наконечник, третья будто подверглась разъеданию сильной кислотой, четвертая мерцала слабоватым призрачно-зеленым светом, пятая, казалось, несла в себе искорки звездного сияния, а шестая тускло отсвечивала, словно прошла многократную матовую обработку.</p><p>Ебс воодушевленно представил их:</p><p>«Это пуля беременности, это смертоносная ядовитая пуля, это пуля гниения, это ослабляющая пуля, это имплозивная пуля, а это — Пуля Лишения, и все они выменяны мной у последователей разных божеств.»</p><p>Франка с любопытством, держась на некотором расстоянии, указала на ту самую ничем не примечательную пулю:</p><p>«И вот эта — пуля беременности?»</p><p>«Да, подстреленные ей человек или животное непременно забеременеют, причем соответствующие проявления возникнут очень быстро,» — произнес Ебс с некоторой опаской в голосе.</p><p>«Вне зависимости от пола?» — переспросила Франка.</p><p>«Вне зависимости.» — Ебс ответил весьма уверенно.</p><p>«И-и…» — Франка издала звук, выражавший одновременно брезгливый страх и азартное желание опробовать.</p><p>Дженна с обеспокоенностью спросила:</p><p>«Она выглядит точь-в-точь как обычная пуля, а что если перепутать?»</p><p>Ебс покачал головой:</p><p>«Перепутать невозможно, она очень легкая, словно сделана из дерева или глины.»</p><p>Ф-фух… Люмиан и Энтони одновременно облегченно вздохнули.</p><p>Люмиан же перевел указательный палец на ту матовую пулю:</p><p>«А это — Пуля Лишения? Каков ее эффект?»</p><p>Эффекты остальных пуль звучали вполне предельно ясно, и только у Пули Лишения было непонятно, чего именно она лишает.</p><p>«Человек, в которого она попадет или заденет по касательной, в течение пятнадцати минут лишится одной из Потусторонних способностей. Какая именно это будет способность — заранее предсказать невозможно,» — честно ответил Ебс.</p><p>«Это ведь можно комбинировать со способностями „Охотника за судьбами“ — целенаправленное лишение…» — Люмиан оглядел Ебса с ног до головы и произнес: — «Больше никаких предметов нет? Как „Теневой торговец“, ты не имеешь при себе ни одного волшебного предмета?»</p><p>Ебс с некоторой неловкостью объяснил:</p><p>«Я лишь недавно получил благословение 'Теневой ящик». Ранее, чтобы провести соответствующий ритуал и умилостивить Истину, я выменял все добытые вещи, оставив себе лишь это.</p><p>«Правило торговца гласит: продать и купить можно абсолютно все!»</p><p>Нищеброд… — весьма разочарованно и саркастично бросила Франка.</p><p>Затем она обратилась к Ебсу:</p><p>«Отдай все эти предметы нам. Именно из-за них ты раз за разом впутываешься в опасности и оказываешься втянут в борьбу на божественном уровне. Сдай их, и ты обретешь легкость и безопасность, сможешь начать новую жизнь.»</p><p>Это перекликалось с недавними гипнотическими внушениями Энтони, и Ебс предпочёл поверить, передав всё, что было у него в руках, Франке.</p><p>Дождавшись, пока Франка уберет вещи, Люмиан огляделся по сторонам и спросил:</p><p>«Где находится штаб-квартира вашей 'Школы Истины»?</p><p>«Кто твой непосредственный „Надзиратель“?»</p><p>Услышав эти два вопроса, Дженна, Франка и Энтони бесшумно подошли к Люмиану и встали рядом.</p><p>Ебс колебался несколько секунд, и когда уже собирался ответить, выражение его лица внезапно исказилось.</p><p>Заметив это, Люмиан тут же скомандовал Франке:</p><p>«Бросай статуэтку!»</p><p>Франка поступила ровно так, как было велено: извлекла из «Вещмешка путешественника» костяную статуэтку «Изначальной Демонессы» и швырнула ее в Ебса.</p><p>В то же время она, Энтони и Дженна ухватились за плечи и руки Люмиана.</p><p>В следующую секунду фигуры всех четверых исчезли с места.</p><p>Бум!</p><p>Ебса разорвало изнутри наружу: развороченная плоть, соединившись с бледным туманом, превратилась в странный кровавый туман.</p><p>Кровавый туман медленно оседал и, обогнув костяную статуэтку «Изначальной Демонессы», просочился в почву.</p><p>Спустя еще несколько секунд Люмиан и остальные «телепортировались» обратно.</p></section><section><title><p>Глава 720 Надзор?</p></title><p>Глава 720 Надзор?</p><p>«Почему он вдруг взорвался?» — нахмурившись, пробормотал про себя Люмиан с карбидной лампой в руке, пристально глядя на алые следы, что всё ещё медленно просачивались вглубь земли.</p><p>Он задал эти два вопроса вовсе не для того, чтобы убрать Йебуса, а лишь хотел шаг за шагом прощупать границы.</p><p>Антони ответил со сдержанным спокойствием:</p><p>'Ключевой принцип гипноза заключается в том, что он не может напрямую угрожать жизни цели.</p><p>«Иными словами, сталкиваясь с вопросом, который представляет реальную угрозу для его жизни, Йебус либо отказывается отвечать, либо из-за встряски приходит в себя, выходя из-под действия гипноза.»</p><p>«Я только что уже был готов к тому, что он вырвется из гипноза.» — Люмиан дал понять, что предусматривал подобную возможность.</p><p>На той дистанции «Искусство Хэн-Ха» было тем, от чего Йебус не мог уклониться, а в «Сумке путешественника» Люмиана оставались три ритуальные собачьи шкуры и одна ритуальная бычья шкура.</p><p>— Став «Аскетом», он смог самостоятельно изготавливать ритуальные шкуры, необходимые для «Искусства превращения в скот», а потому заново наделил соответствующими мистическими свойствами те, что уже использовал ранее.</p><p>Дженна вспомнила произошедшее только что и задумчиво произнесла:</p><p>'Йебус тогда собирался ответить…</p><p>«То есть он не считал, что ответы на те два вопроса сопряжены с опасностью для его жизни, хе-хе, но всё пошло вовсе не так, как он предполагал.»</p><p>Франка кивнула:</p><p>'Да уж, будь там реальная опасность, он мог бы просто не отвечать.</p><p>«Я только что подумала, не заключил ли он какой-нибудь контракт, из-за которого разглашение местонахождения штаб-квартиры 'Школы Истины» и имени своего непосредственного «Надзирателя» навлечёт на него атаку на душу, исходящую из его собственной тени.</p><p>«Чёрт, а не мог ли тот контракт во время подписания быть тайно искажён его „Надзирателем“? Из-за чего Йебус и не ведал, что отвечать на те два вопроса опасно, о Боже, каково же это жалко? Верхи обманывают средние звенья, средние звенья обманывают низы — это Путь „Афериста“ или Путь „Маклера“?»</p><p>Когда Франка закончила возмущаться, Люмиан поразмыслил несколько секунд и произнёс одно слово:</p><p>«Надзиратель.»</p><p>«„Надзиратель“?» — Франка вмиг поняла мысль Люмиана. — «Наблюдать в той или иной форме за подчинёнными — одна из способностей „Надзирателя“, а Йебус не знал об этом и, отвечая на ключевые вопросы, нарушил табу?»</p><p>Едва она произнесла это, как Дженна тут же встрепенулась:</p><p>«А тот „Надзиратель“ не мог уже заметить происходящее здесь и прийти в любой момент?»</p><p>«Вот уж вряд ли. Заметив аномалию у Йебуса, я сразу велел Франке оставить здесь статуэтку „Изначальной Демонессы“.» — Люмиан проговорил это с улыбкой. — «Даже если наши только что сделанные догадки верны, тот „Надзиратель“, скорей всего, лишь обнаружил, что с Йебусом что-то случилось, но не способен точно определить место. Проблема в том, что план наших дальнейших действий, вероятно, придётся скорректировать.»</p><p>Дженна и Антони поняли, что имел в виду Люмиан:</p><p>Им самим пока ничто не угрожает, и не стоит опасаться, что тот «Надзиратель» выследит их и явится сюда. Однако, коль скоро с Йебусом, отвечавшим за защиту Морана Авиньи из-за зеркала, стряслась беда, тот «Надзиратель», узнав об этом, даже задним умом сообразит, что кто-то метит в Морана Авиньи, и неизбежно предпримет ответные шаги, так что ранее составленный план по большей части потерял актуальность.</p><p>Франка вздохнула «ай», взглянула на костяную статуэтку на земле и от всего сердца воскликнула:</p><p>«Когда „Чёрная Демонесса“ вручила мне эту статуэтку, я сопротивлялась, а теперь мне хочется сказать: дайте мне дюжину!»</p><p>Иронизируя над собой, она нагнулась, подняла статуэтку «Изначальной Демонессы», заботливо протёрла её поверхность и произнесла пару похвальных слов.</p><p>Люмиан с самокритикой заметил:</p><p>«Мне следовало всё время использовать „Глаз бедствий“ для наблюдения за изменениями притоков судьбы Йебуса, тогда, возможно, удалось бы вовремя остановить его, не дав ответить.»</p><p>Он не ожидал, что возникнет ситуация, когда сам человек не знает, затронет ли это запрет, — ведь это не касалось самой веры и не затрагивало высших мистических знаний; Йебус обязан был знать, что можно говорить, а что нет, иначе в повседневной жизни он умер бы уже раз восемьсот.</p><p>Франка, вспоминая, заговорила:</p><p>«Помнится, у того члена 'Школы Истины», с которым столкнулись мы с Дженной, похожая беда произошла, когда он отвечал на вопрос, какому принадлежит «ордену и зачем они воспользовались делом об исчезновении Привратника».</p><p>«Судя по только что данному ответу Йебуса, название 'Школа Истины» вовсе не должно являться табу, а вот зачем они воспользовались делом об исчезновении Привратника, на мой взгляд, не мог знать человек, не достигший уровня «Карьериста».</p><p>«Выходит, это и вправду способность „Надзирателя“, поэтому табу и оказывается динамическим: обстановка, эмоции, состояние и прочие факторы вместе определяют грань для ответов на вопросы, а не следуют косным, одинаковым во всех случаях правилам — хей, это вполне перекликается с тем, о чём толковал сам Йебус.»</p><p>Люмиан слегка кивнул и со смешком произнёс:</p><p>«По крайней мере, мы заранее заполучили Трофеи, иначе очутились бы в полном убытке.»</p><p>Немного подумав, он добавил:</p><p>«Франка, чуть позже свяжись с 'Чёрной Демонессой» через тот контактный амулет и доложи обо всём: и о созданном нами ранее постоянном входе в зеркальный мир, и о произошедшем только что, и об ответах Йебуса. Посмотрим, какова будет её реакция и что она посоветует.</p><p>«М-м, она, судя по всему, относится к ветви „Ученика“ рода Тамара, и у неё естественные противоречия с Мораном Авиньи, происходящим из отколовшейся ветви „Суда“.»</p><p>Франка согласилась, после чего Люмиан повернулся к Дженне:</p><p>«Ты первым делом отправляйся на конспиративную квартиру и напиши письмо госпоже 'Суд». Путь «Суда» — это путь порядка, и я считаю, что о делах членов «Школы Истины» следует незамедлительно доложить ей.</p><p>«Я отведу тебя.»</p><p>«Хорошо.» — Дженна уже привыкла к тому, что Люмиан в подобные моменты распределяет задачи.</p><p>Люмиан перевёл взгляд на Антони:</p><p>«Ты пойдёшь со мной и будешь поджидать Морана Авиньи у Дворца Милосердия, наблюдая за ним и смотря, не проявляет ли он каких-либо аномалий.»</p><p>Дворец Милосердия располагался в Районе Бульваров и являлся резиденцией президента Республики Интис, где Моран Авиньи как раз сегодня участвовал в межминистерском заседании под председательством Его Превосходительства президента.</p><p>Антони слегка кивнул, показывая, что вопросов нет.</p><p>Наблюдение было коньком «Зрителя».</p><p>…………</p><p>Внутри того грота каменоломни, где находился постоянный вход в зеркальный мир.</p><p>Обладая ночным зрением, Франка прислонилась в углу и достала карманное зеркальце вместе с амулетом, словно вытесанным из серовато-белого камня.</p><p>Сжав амулет, Франка влила в него духовность и произнесла заклинание активации на языке Гермеса:</p><p>«Глаз!»</p><p>Амулет из серовато-белого камня вспыхнул чёрным пламенем, после чего Франка прижала его к стеклянной поверхности зеркальца.</p><p>Зеркальная гладь мгновенно сделалась эфемерной, утратив прежнюю твёрдость.</p><p>Охваченный чёрным огнём амулет проник внутрь и устремился прямо вниз, сгинув неизвестно куда.</p><p>Вскоре Франка вдруг почувствовала, что вокруг чего-то прибавилось.</p><p>Затем она увидела, как из карманного зеркальца вылезла большая копна иссиня-чёрных волос.</p><p>Иссиня-чёрные волосы затрепетали в воздухе, заслонив Франке обзор.</p><p>Сперва Франка ощутила тяжесть на ладони, а затем увидела, как чёрные волосы опали, и напротив неё возникла Кларисса.</p><p>Чёрные волосы этой «Чёрной Демонессы» всё так же были аккуратно уложены, а жуткие длинные иссиня-чёрные пряди вокруг исчезли без следа.</p><p>Хотя Франка видела Клариссу уже не в первый раз, она всё равно от чистого сердца восхитилась её обаянием.</p><p>То было пленительное создание, способное развратить человека и погрузить его душу в грех одной лишь своей красотой.</p><p>Кларисса посмотрела на Франку и нежным, приятным голосом спросила:</p><p>«Есть успехи?»</p><p>Франка собралась с духом и заговорила: начиная с того, как ей пришла мысль о возможной утечке скверны в Подземном Трире, из-за чего она, держа в руках статуэтку «Изначальной Демонессы», обошла определённые районы и наконец успешно обнаружила целевое место, и заканчивая тем, как она, воспользовавшись статуэткой, обратилась с мольбой к Изначальной, получила ответ и создала постоянный вход в зеркальный мир.</p><p>На лице Клариссы редким образом появилось одобрительное выражение:</p><p>'У тебя острая интуиция и неплохой ум, раз ты смогла додуматься до подобной возможности и успешно за неё зацепиться.</p><p>«Возможно, в один прекрасный день ты и сама сможешь стать Демонессой, наречённой цветом.»</p><p>«„Жёлтая Демонесса“, что ли?» — мысленно усмехнулась про себя Франка.</p><p>Затем она поведала об их с Люмианом и остальными плане, утаив лишь части, связанные с «Клубом Таро», и описав «Зеркальную метку» как способность некоей вещи.</p><p>Кларисса молча слушала, не перебивая.</p><p>Франка на одном дыхании рассказала о том, как Люмиан во время разведки подвергся нападению, контратаковал и схватил Йебуса, а затем с помощью «Зрителя» выведал кучу сведений.</p><p>«Чёрная Демонесса» слегка кивнула:</p><p>«Все твои любовники весьма хороши, особенно тот „Охотник“.»</p><p>Произнеся это, «Чёрная Демонесса» тихонько усмехнулась:</p><p>«„Охотники“ весьма хороши на вкус, и чем выше Последовательность, тем они неукротимее.»</p><p>Это… Император, твои тайные хроники читали даже высокопоследовательные Демонессы… Быть может, у каждой Демонессы есть по экземпляру! Франка не знала, смеяться ли ей над императором Расселом или сочувствовать ему.</p><p>«И вправду хорош,» — с улыбкой поддакнула Франка, изо всех сил стараясь не выдать своего смущения.</p><p>«Чёрная Демонесса» продолжила:</p><p>'Однако и ты, и он совершили ошибку.</p><p>«Выведав сведения до определённой степени, вам следовало вовремя остановиться, первым делом устроить засаду на Морана Авиньи, схватить его и лишь потом допрашивать с пристрастием.»</p><p>«Да,» — Франка не стала отрицать критику «Чёрной Демонессы».</p><p>Оглядываясь назад, штаб-квартира «Школы Истины» и имя соответствующего «Надзирателя» вовсе не являлись сведениями, требующими незамедлительного выяснения. Тогда вполне можно было превратить Йебуса в собаку, оставить под присмотром Лугано и Людвига, а самим, пока «Надзиратель» ещё не почуял неладное, затаиться за зеркалом и поджидать, когда Моран Авиньи «сам» войдёт внутрь; после этого времени на обработку двоих пленников было бы хоть отбавляй.</p><p>Впрочем, таковы уж были повадки Люмиана.</p><p>Франка давно приметила, что Люмиан привык выведывать всю информацию прямо на месте и без особых причин ничего не откладывал на потом, словно опасался, как бы по пути не возникли накладки, из-за которых изначально доступные сведения так и останутся неполученными.</p><p>«Чёрная Демонесса» Кларисса больше ничего не стала говорить и, кивнув, произнесла:</p><p>«Жди меня здесь, я пойду разведаю обстановку, на это может потребоваться некоторое время.»</p><p>«Да, госпожа Кларисса,» — Франка не скрывала своей улыбки.</p><p>…………</p><p>Район Бульваров, снаружи пышущего золотом и роскошью Дворца Милосердия.</p><p>Люмиан вместе с Антони в очередной раз затерялся в толпе репортеров.</p></section><section><title><p>Глава 721 Еще одно напоминание</p></title><p>Глава 721 Еще одно напоминание</p><p>Люмиан и Антони прождали недолго: министры один за другим начали покидать Дворец Милосердия.</p><p>Оба тут же устремились к Морану Авиньи, министру промышленности, и, слушая вопросы других журналистов, принялись наблюдательными методами изучать цель.</p><p>Спустя десяток с лишним секунд Люмиан повернул голову к Антони и медленно качнул головой.</p><p>Он имел в виду, что, судя по состоянию реки судьбы, никаких аномалий пока не наблюдается.</p><p>Он верил, что «Зритель» поймёт его посыл.</p><p>Антони вслед за ним качнул головой, дав Люмиану понять, что и выражение лица, и осанка Морана Авиньи абсолютно нормальны.</p><p>Неужели «Надзиратель», которому подчинялся Йебус, ещё не связался с Мораном Авиньи? Или наше предположение ошибочно, и смерть Йебуса вызвана не контролем «Надзирателя», так что они пока не в курсе его нынешнего положения? — мысли в голове Люмиана проносились с молниеносной скоростью, пока он продолжал наблюдение.</p><p>Именно поэтому он и решил лично поджидать Морана Авиньи у Дворца Милосердия.</p><p>Только обладая свежайшей и самой достоверной информацией, можно определить, действовать ли дальше по первоначальному плану, внести в него правки или временно отказаться от задуманного!</p><p>Хм, в реке судьбы Морана Авиньи всё ещё присутствует приток, в котором тот входит в ростовое зеркало в кабинете, и этот приток окутан довольно густой чернотой… Не считаясь с расходом духовности, Люмиан ни на миг не переставал следить за изменениями в судьбе Морана Авиньи.</p><p>После краткого интервью исполненный изящества министр промышленности в сопровождении телохранителей спустился по ступеням у входа во Дворец Милосердия и направился к своей четырёхколёсной четырёхместной карете, отличавшейся особым изысканным стилем.</p><p>Пока слуга открывал дверцу экипажа, Моран Авиньи достал из-за пазухи зеркальце размером с ладонь, словно желая проверить свой внешний вид.</p><p>Для высшего общества Трира это было настолько обыденным делом, что ни у кого не вызвало бы подозрений: мужской макияж, укладка волос и подправление причёски уже долгое время оставались в тренде.</p><p>Глядя в туалетное зеркальце у себя на ладони, Моран Авиньи внезапно расширил темно-серые зрачки, и выражение его лица слегка изменилось.</p><p>Практически одновременно Люмиан с серебристо-чёрными глазами обнаружил, что притоки судьбы министра промышленности претерпели огромные изменения:</p><p>Больше не осталось ни одного притока судьбы, в котором Моран Авиньи входил бы в ростовое зеркало у себя в кабинете!</p><p>Все соответствующие «варианты» исчезли!</p><p>Таким образом, даже потратив почти половину духовности на способность «Продвижение судьбы», Люмиан никак не мог заставить Морана Авиньи «добровольно» войти в то ростовое зеркало в кабинете.</p><p>«Продвижение судьбы» не создаёт судьбу: чтобы продвинуть выбор, сначала этот выбор должен появиться!</p><p>Пользуясь тем, что журналисты переключились на других собеседников, а они вдвоём не спеша следовали за ними, Антони понизил голос и произнёс Люмиану:</p><p>«После того как Моран Авиньи посмотрел в туалетное зеркальце, у него проявилась отчётливая эмоция страха.»</p><p>Люмиан, двигаясь вслед за остальными репортёрами, продолжал разглядывать Морана Авиньи, и в его душе сформировалась соответствующая догадка:</p><p>Кто-то использует зеркальный мир и это туалетное зеркальце, чтобы передать Морану Авиньи сообщение!</p><p>И полученное сообщение, по всей вероятности, заключается в том, что Йебус Лата, отвечавший за защиту ростового зеркала в кабинете, загадочно погиб, а его тело бесследно исчезло.</p><p>Для Морана Авиньи это означает, что кто-то замышляет против него недоброе, тень уже сгустилась над ним, причём источник и обстановка остаются неизвестными.</p><p>В такой ситуации он неизбежно испытывал затаённый страх, а у большинства людей эмоции так или иначе отражаются на мимике и жестах, что с лёгкостью считывается «Зрителями».</p><p>«Хм, коль скоро у Йебуса имелась „зеркальная запонка“, то вполне естественно, что у стоящего над ним „Надзирателя“ есть похожий предмет, а то и дополнительная способность передавать сообщения через зеркальный мир…» — Люмиан вспомнил стеклянную запонку, что попала в руки Франки. — «К тому же Йебус говорил, что Моран Авиньи заставил остальных 'Людей из зеркала», отколовшихся от рода Тамара, сменить личности и перебраться в другие места, оставив лишь себя для связи с людьми из «Школы Истины».</p><p>«Таким образом, 'Надзиратель», обнаружив загадочное исчезновение Йебуса и его последующую гибель, не мог связаться с другими «Людьми из зеркала», и ему оставалось лишь дожидаться, пока Моран Авиньи закончит межминистерское заседание, чтобы принять переданное им предупреждающее сообщение…</p><p>«Наши прежние догадки получили подтверждение: смерть Йебуса действительно была вызвана контролем 'Надзирателя», а сам «Надзиратель» — то ли из-за особенностей собственных способностей, то ли под помехами от статуи «Изначальной Демонессы» — не смог вычислить нас и нанести ответный удар на месте…</p><p>«Первоначальный план придётся оставить. Теперь уже не выйдет сделать так, чтобы Моран Авиньи „добровольно“ вошёл в то ростовое зеркало у себя в кабинете…»</p><p>Пока эти мысли сменяли друг друга, Люмиан увидел, как Моран Авиньи убрал туалетное зеркальце, сел в карету и направился к себе домой.</p><p>Он и Антони, пользуясь царившей вокруг неразберихой, незаметно покинули территорию Дворца Милосердия.</p><p>На краю площади со статуей и обелиском Люмиан огляделся по сторонам и, убедившись, что никого нет, вполголоса спросил Антони:</p><p>«Как думаешь, чего именно боится Моран Авиньи?»</p><p>Он уже изложил Антони свои догадки относительно текущего положения дел.</p><p>Антони, исходя из позиции «Зрителя», попытался проанализировать психологическое состояние «Школы Истины» и Морана Авиньи:</p><p>«В условиях, когда враг неизвестен, 'Школа Истины», будучи тайной организацией, поклоняющейся Злому Богу, вряд ли станет отправлять к Морану Авиньи полубога, чтобы обеспечить этому «Человеку из зеркала» лучшую и более надёжную защиту. В конце концов, они не официальная Церковь, способная действовать безоглядно и непрерывно повышать заклад: им приходится брать в расчёт вероятность того, что схватившая Йебуса сила тоже располагает полубогами и не менее могущественна, или даже подозревать, что это секретная операция «Очистителей», «Сердца Механизмов» или элитных отрядов Восьмого бюро.</p><p>«Иными словами, тот 'Надзиратель» скажет Морану Авиньи: дальше рассчитывай только на себя, мы окажем некоторую косвенную помощь, но напрямую прибыть не сможем.</p><p>«Другие секты Злых Богов, возможно, поддались бы безумию, крайностям или лишились рассудка, всё равно придя на защиту Морана Авиньи, но, судя по учению, пересказанному Йебусом, „Школа Истины“ на такое не пойдёт.»</p><p>«Поэтому Морану Авиньи так трудно подавить свой страх — это равносильно тому, что его бросили,» — Люмиан слегка кивнул.</p><p>Антони продолжил свой анализ:</p><p>«Мы также должны принимать во внимание тот особый момент, что Моран Авиньи — 'Человек из зеркала».</p><p>«Те 'Люди из зеркала», с которыми мы сталкивались прежде, помимо личных устремлений, проявляли и определённую фанатичность по отношению к тому, за кем следовали, и к общей цели.</p><p>«По результатам моих только что проведённых наблюдений, Моран Авиньи действительно испуган, но до определённой степени способен сдерживать себя. Когда он садился в карету, у него даже был такой вид, будто он принял решение и исполнен решимости.»</p><p>Люмиан с пришедшим к нему пониманием произнёс:</p><p>'У него появилась мысль пожертвовать собой?</p><p>«Он немедленно оповестит других 'Людей из зеркала», чтобы те поскорее затаились, а сам, находясь под строгой защитой властей, не может сбежать и вынужден оставаться на месте, на виду у вражеских сил, молясь о том, чтобы удачи хватило, а защита властей оказалась достаточно эффективной?</p><p>«Хе-хе, в такое время защита для него равносильна иному роду заключения.»</p><p>Антони сменил тему:</p><p>«После того как судьба Морана Авиньи изменилась, какой из притоков окрасился в чёрный цвет?»</p><p>Люмиан качнул головой:</p><p>'Пока никакой.</p><p>«Это очень особая ситуация, показывающая, что проявление случится лишь тогда, когда Моран Авиньи сделает новый выбор и от него ответвится новый приток судьбы.»</p><p>Дойдя в разговоре до этой мысли, Люмиан медленно выдохнул и произнёс:</p><p>«На данный момент никаких других возможностей не проглядывается. Если у 'Надзирателя» действительно вспыхнет горячая голова и он явится защищать Морана Авиньи, это, напротив, будет к лучшему — «Чёрная Демонесса», надо думать, как раз дожидается его прихода.</p><p>«Хм, сначала отправимся к Дженне и Франке.»</p><p>…………</p><p>В том гроте каменоломни, где находился постоянный вход в зеркальный мир.</p><p>Терпеливо дожидавшаяся Франка снова увидела, как из зеркала пробиваются пряди чёрных волос и затем опадают одна за другой.</p><p>Проявился силуэт «Чёрной Демонессы» Клариссы, и её голос прозвучал мягко и нежно:</p><p>'В настоящий момент ни одного Потустороннего не скрывается за соответствующими зеркалами: они, судя по всему, уже бросили Морана Авиньи.</p><p>«Временно я не могу оказать помощь; вам нужно пересмотреть план и найти способ схватить Морана Авиньи в условиях, когда он не входит в зеркальный мир и находится под плотной защитой официальных Потусторонних.»</p><p>«А у тебя самой есть способ?» — хотела было спросить Франка, но, побоявшись разозлить «Чёрную Демонессу», лишь удручённо отозвалась: «Хорошо.»</p><p>…………</p><p>В заранее подготовленном убежище, располагавшемся в административном районе.</p><p>Дженна произнесла Люмиану и Антони:</p><p>«Госпожа „Суд“ велела нам пока не предпринимать дальнейших действий: многие сведения, полученные от Йебуса, ей нужно обсудить с другими Старшими Арканами.»</p><p>С госпожой «Отшельник»? — задумчиво и беззвучно пробормотал про себя Люмиан.</p><p>Он слегка кивнул и сказал:</p><p>«Теперь идём к Франке.»</p><p>Когда они воссоединились с Франкой в том подземном гроте каменоломни и обменялись полученными результатами, Люмиан вздохнул и произнёс:</p><p>«Придётся пока отказаться.»</p><p>Едва Франка и остальные кивнули в ответ, как у уха Люмиана раздался величественный, многослойный голос:</p><p>'Тебе не кажется, что вы бросили всё слишком рано?</p><p>«Разве ты не заметил в этом проблему?»</p><p>Термиборос… С чего это Он снова решил предостеречь меня, да ещё и в момент, вовсе не грозящий Ему опасностью? — Люмиан невольно нахмурился.</p><p>Густой голос Термибороса продолжил:</p><p>«Подумай: будь ты „Надзирателем“, как бы ты поступил в такой ситуации?»</p><p>«Разумеется, сократил бы присутствие и затаился, чтобы враг не нашёл зацепок и не вышел на след…» — вполголоса пробормотал Люмиан. — «А сделав это, что ещё можно предпринять? Как косвенно оказать помощь Морану Авиньи?»</p><p>Франка, Дженна и Антони смотрели на бормочущего про себя Люмиана, дожидаясь, пока он изложит окончательный вывод.</p><p>Внезапно Люмиан подумал об одной возможности.</p><p>Он взглянул на троих спутников и глубоким голосом произнёс:</p><p>'«Теневая сделка»!</p><p>«Провести высокоуровневую „теневую сделку“, чтобы защитить Морана Авиньи!»</p><p>«Поэтому мы все по разным причинам отказались от задуманного, и даже река судьбы пока не дала Морану Авиньи притока, означающего смертельное бедствие!»</p></section><section><title><p>Глава 722 Продвижение</p></title><p>Глава 722 Продвижение</p><p>«Нас подвергли „теневой сделке“?» — Франка детально перебрала в памяти всю историю от начала и до конца и не нашла ничего слишком уж ненормального. Единственным сомнительным моментом было то, что «Чёрная Демонесса» должна была иметь способ быстро «увести» Морана Авиньи под защитой отряда официальных Потусторонних, ведь она явно способна умело использовать зеркальный мир, но в итоге полностью переложила это дело на неё.</p><p>Разумеется, это тоже вполне можно было понять. Хотя отряд официальных Потусторонних, защищавший Морана Авиньи, состоял лишь из Средних Последовательностей, это всё же был Трир — столица Республики Интис, самый важный церковный округ Церкви «Вечного Пылающего Солнца» и Церкви «Бога Пара и Машин». Неизвестно, сколько полубогов находилось здесь на дежурстве, способных в любой момент обратить сюда свой взор. Если бы «Чёрная Демонесса» не смогла закончить бой быстрым ударом и устранить всех присутствующих, последующие последствия неизбежно оказались бы немалыми, вплоть до того, что официальные Потусторонние могли бы отследить её с помощью особых запечатанных артефактов.</p><p>Случись с ней что-то, отделение Секты Демонессы в Трире получило бы сокрушительный удар. В таких обстоятельствах поручить дело члену Секты, занимающему ни высокое, ни низкое положение и обладающему определенными способностями, а самой взяться за устранение последствий — было куда более зрелым выбором. Если бы события пошли не так, она могла бы решительно пожертвовать Франкой и её любовниками.</p><p>Конечно, всё это строилось на том условии, что важность Морана Авиньи ещё не достигала уровня, ради которого Секта Демонессы была бы готова заплатить высокую цену. В противном случае Секта Демонессы наверняка заранее эвакуировала бы непричастных членов, а Высокопоследовательные Демонессы, носящие в качестве кодовых имён цвета, собрались бы в Трире.</p><p>«Я считаю, что здесь есть проблема. Дело не в том, что его не следовало бросать или нельзя было бросать, а в том, что его бросили слишком быстро и слишком рано,» — исходя из человеческой природы, высказал своё мнение Антони.</p><p>Франка слегка кивнула:</p><p>«И то верно, „Чёрная Демонесса“ лишь бегло убедилась, что за соответствующими зеркалами не прячутся Потусторонние, и тут же посчитала, что Морана Авиньи бросили, и больше не стала оказывать помощь.»</p><p>«Это слишком опрометчиво и легкомысленно,» — прокомментировала Дженна.</p><p>Поколебавшись несколько секунд, она спросила:</p><p>«Госпожу „Суд“ тоже затронуло?»</p><p>«Возможно,» — Люмиан опустил взгляд на левую сторону своей груди.</p><p>Он вновь понизил голос:</p><p>«Термиборос, почему на тебя это не повлияло? Потому что у тебя ангельский Статус?»</p><p>Величественный, многослойный голос Термибороса отдался эхом внутри тела Люмиана:</p><p>'Возможно. Я не могу быть уверен.</p><p>«Также возможно, что дело в печати господина „Шут“. Печать действительно представляет собой ограничение, но в некоторые моменты может служить и защитой.»</p><p>Как и в случае с трупом «Богомерзкого отродья» Наборедесли? «Теневая сделка» того «Надзирателя» не смогла пройти сквозь печать господина «Шут», а потому не сумела повлиять и на Термибороса? Люмиан кивнул и сказал Дженне:</p><p>«Нам необходимо передать это наше предположение госпоже „Суд“. Если там действительно имела место „теневая сделка“, получив напоминание, она наверняка сможет сразу избавиться от её влияния и дать новые указания. А если нет — что ж, Посланнику просто придётся немного потрудиться.»</p><p>«Хорошо,» — Дженна поняла, что Люмиан имел в виду: «хоть мы и подозреваем „теневую сделку“, но не станем бездумно действовать прямо сейчас, нам всё ещё нужны новые руководящие указания от Старших Арканов».</p><p>В ожидании ответа госпожи «Суд» Франка вздохнула: «Эх».</p><p>«Что такое?» — с беспокойством спросила Дженна.</p><p>Франка с видом «скорби и гнева» ответила:</p><p>«На этот раз „теневая сделка“ оказалась замахом крупного масштаба, она повлияла как минимум на двух полубогов. Неизвестно, сколько ценностей и какую цену пришлось выложить за это „Надзирателю“ из „Школы Истины“.»</p><p>«Ну да, всё так, но какое это имеет отношение к тебе и почему ты скорбишь и гневаешься?» — Дженна похлопала глазами, немного не успевая за ходом мыслей Франки.</p><p>Франка продолжила:</p><p>«Когда потом госпожа 'Суд» с нашей помощью схватит его или убьёт, трофеев, которые останутся нам на раздел, окажется совсем немного.</p><p>«Чего доброго, он снова окажется таким же нищебродом, как Ебус!»</p><p>На какое-то время ни Люмиан, ни Дженна с Антони не нашли, что ответить Франке.</p><p>«Уже начала переживать за потенциальные будущие трофеи?»</p><p>Люмиан сменил тему и, посмотрев на Франку и Дженну, спросил:</p><p>«Когда я задавал Ебусу те два последних вопроса, почему вы обе подвинулись ко мне ближе? Заранее предчувствовали, что возникнут проблемы?»</p><p>«Разумеется, это духовное предчувствие Демонессы,» — с гордостью заявила Франка. — «Хоть я и не понимала, что именно произойдёт, но стоило оказаться ближе к тебе, как способов справиться с опасностью сразу становилось больше.»</p><p>Дженна слегка кивнула, давая понять, что у неё было то же самое.</p><p>Люмиан перевёл взгляд на Антони:</p><p>«А ты?»</p><p>Антони чистосердечно ответил:</p><p>'Я решил, что Ебус под действием тех двух вопросов опомнится от гипноза, и поведение Франки с Дженной косвенно подтвердило мои опасения.</p><p>«В той ситуации укрыться за вашими спинами было наиболее безопасным выбором.»</p><p>«Так ты нас за щит использовал?» — со смешком поддразнила Франка.</p><p>Антони искренне кивнул:</p><p>«У вас есть „Зеркальный двойник“.»</p><p>«И то верно,» — Франка приняла это объяснение.</p><p>Прошло ещё несколько минут, и Посланник госпожи «Суд» доставил ответное письмо.</p><p>Ответ был весьма прост и состоял всего из одной фразы:</p><p>«Вы можете продолжать действовать.»</p><p>«Это означает, что Старшие Арканы будут присматривать за этим делом? Уже связались с госпожой „Отшельник“?» — Люмиан задумчиво кивнул и с улыбкой сказал Франке и остальным:</p><p>«Продвигаемся по первоначальному плану.»</p><p>«По первоначальному плану?» — вздрогнула Франка.</p><p>«Да,» — с улыбкой ответил Люмиан. — «В ближайшие несколько часов или даже в течение суток 'Надзиратель» и другие «люди из зеркала» совершенно точно не станут подходить к зеркалу во весь рост в кабинете Морана Авиньи, чтобы обеспечить ему защиту. Это, скорее всего, было обязательным условием для успешности «теневой сделки». Ведь «Чёрная Демонесса» отправлялась проверять те места, а «Надзиратель» не мог знать, в какой именно момент она прибудет с проверкой, так что ему неизбежно пришлось оставить себе достаточно солидный запас времени.</p><p>«Иными словами, если мы спрячемся внутри того зеркала, то не столкнёмся ни с какими помехами и не подвергнемся никакой опасности.»</p><p>Дженна слегка нахмурилась:</p><p>«Но разве суть проблемы не в том, что Моран Авиньи в ближайшее время вообще не станет входить в то ростовое зеркало? Как же тогда устроить засаду…»</p><p>Дойдя до этого места, Дженна внезапно осеклась, словно догадавшись о некоей возможности.</p><p>Улыбка Люмиана становилась всё более лучезарной:</p><p>«Тот „Надзиратель“ смог провернуть „теневую сделку“, но ведь и мы можем!»</p><p>«Верно, „Теневой ящик властелина“!» — Франка мгновенно разгадала замысел Люмиана.</p><p>Воспользоваться «Теневым ящиком властелина», чтобы заставить Морана Авиньи найти «повод» и заново «задуматься» над тем, чтобы войти в то зеркало во весь рост!</p><p>Что же до того, как именно «теневые операции» заставят подобную сделку увенчаться успехом, это уже было не тем, о чём следовало задумываться Люмиану и остальным; даже сами «Надзиратели», скорее всего, не знали подробностей теневой сделки.</p><p>Теневой ящик — это ведь тоже «чёрный ящик»!</p><p>С помощью «Гадания на волшебном зеркале» убедившись в степени риска, Люмиан, Франка, Дженна и Антони один за другим прошли через вход в зеркальный мир, закреплённый на выпирающем камне, и ступили в то таинственное мрачное пространство.</p><p>Глядя на эти небытийные каналы, подобные паутине и ведущие неизвестно куда, Люмиан активировал на своём теле контракт «Зеркальной метки».</p><p>Затем он сказал Франке и остальным:</p><p>«Я ощущаю то ростовое зеркало, можно точно определить местоположение.»</p><p>«Тогда отправляемся прямо сейчас,» — Франка снова надела капюшон своего костюма Ассасина и схватила Люмиана за руку.</p><p>Хотя на ней уже была прикреплена «зеркальная запонка», зачем попусту тратить попытку использования, если есть другой выбор?</p><p>Дождавшись, пока Дженна и Антони снова ухватятся за него, Люмиан активировал метку «Перехода сквозь мир духов» и через один из мрачных небытийных каналов совершил «Телепортацию», оказавшись перед глубоким тёмно-чёрным водным отблеском.</p><p>Тот водный отблеск представлял собой зеркало и обладал соответствующей размытой областью, которая соединялась с бесчисленными иллюзорными туннелями, похожими на паутину.</p><p>Люмиан приблизился к тёмно-чёрному глубокому водному отблеску и сквозь стеклянную поверхность зеркала увидел сцену снаружи.</p><p>Это действительно был кабинет Морана Авиньи.</p><p>Франка тоже узнала целевое место и со вздохом облегчения произнесла:</p><p>«Проведение „теневой сделки“ я беру на себя.»</p><p>«Давай лучше я,» — усмехнулся Люмиан. — «После всего произошедшего ранее, даже не будь у меня „Теневого ящика властелина“, я с высокой вероятностью всё равно столкнулся бы с какими-нибудь Демонами. Раз уж так, почему бы не воспользоваться им с удовольствием?»</p><p>Он имел в виду всё то, что было связано с Наборедесли.</p><p>«Ладно,» — Франка признала, что Люмиан абсолютно прав. — «Тогда я заплачу!»</p><p>Из «Вещмешка путешественника» она достала золото стоимостью пять тысяч феров.</p><p>Люмиан не стал отказываться и обратился к Дженне и остальным:</p><p>«Сделка, которую я хочу совершить — сделать так, чтобы у Морана Авиньи возникла мысль войти в это ростовое зеркало в кабинете, а затем с помощью 'Продвижения судьбы» претворить эту мысль в реальность.</p><p>«Это куда проще, чем сделка, которая напрямую заставила бы Морана Авиньи войти в зеркало, так что и требуемое вознаграждение наверняка окажется меньше.»</p><p>«Угу,» — Дженна достала из рюкзака «Теневой ящик властелина».</p><p>Этот неладно скроенный тёмный деревянный сундучок можно было использовать ещё восемь раз.</p><p>Люмиан правой рукой сжал мешочек с золотыми монетами, полученный от Франки, и просунул его внутрь сквозь кожеподобный «занавес».</p><p>Затем он нащупал мокрые, сморщенные пять пальцев. Они стремительно сомкнулись и схватили мешочек с золотом.</p><p>Выражение лица Люмиана ничуть не изменилось, и он на языке Гермеса озвучил свою просьбу.</p><p>После короткой паузы эта сморщенная влажная ладонь вытолкнула мешочек с золотом обратно.</p><p>Это… Люмиан поднял голову и изложил ситуацию Франке и остальным.</p><p>«Это значит, что надо добавить денег!» — мгновенно осознала Франка.</p><p>Скрепя сердце, она достала ещё больше банкнот и золота, но эта слегка прохладная сморщенная ладонь раз за разом выталкивала вознаграждение обратно.</p><p>Люмиан помог Франке накинуть ещё несколько десятков тысяч феров, но сделка всё равно не состоялась.</p><p>«Может быть, „теневой ящик“ требует вовсе не деньги и не золото?» — Дженна вспомнила сведения о Пути «Маклера», рассказанные Ебусом.</p><p>«Нужны Волшебные предметы?» — Люмиан нахмурился, размышляя о вещах, которые можно было бы использовать для сделки.</p><p>Франка немного взвесила варианты и сказала:</p><p>«Как насчёт того кольца с „Кровавым золотом“? У него слишком сильный негативный эффект, мы им практически не пользовались.»</p><p>Кольцо с «Кровавым золотом» досталось им от «Безумной» и соответствовало части способностей Последовательности 6 Пути «Молящего» — «Епископа Роз».</p><p>Четверо немного подискутировали и в итоге решили попробовать предложить кольцо с «Кровавым золотом».</p><p>Когда мокрая ладонь внутри «теневого ящика» коснулась кольца с «Кровавым золотом», пять пальцев резко сжались и уволокли кольцо обратно внутрь.</p><p>Это означало, что сделка состоялась.</p><p>Ф-фух… Люмиан перевёл дух и вымолвил:</p><p>«Даже не знаю, как именно претворится в жизнь эта „теневая сделка“…»</p><p>«Надеюсь, мы не столкнёмся с мошенником. Хвала „Шуту“!» — Франка приложила руку к груди и сотворила краткую молитву господину «Шут».</p></section><section><title><p>Глава 723 Неожиданный «помощник»</p></title><p>Глава 723 Неожиданный «помощник»</p><p>Услышав слово «Мошенник», Люмиан и остальные замолчали, и в их умах промелькнула похожая мысль:</p><p>Неужели им так не повезло?</p><p>Хотя Ебус и упоминал, что при «Теневой сделке» есть вероятность столкнуться с мошенником, судя по предыдущему опыту Франки, «Теневой ящик властелина» был довольно надёжен, к тому же на этот раз он забрал кольцо «Кровавое золото».</p><p>Если бы не он сам отвечал за сделку, Люмиану действительно хотелось бы использовать «Глаз бедствий», чтобы посмотреть, какова вероятность успешного завершения сделки и можно ли найти способ вмешаться.</p><p>Раз уж дело дошло до этого, четверым оставалось лишь терпеливо ждать и сквозь стеклянную поверхность зеркала, из-за тёмных и глубоких водных бликов, наблюдать за обстановкой в кабинете.</p><p>Время шло минута за минутой, ночь становилась всё глубже, и Люмиан с остальными утолили голод сухим пайком, приготовленным для Людвига в «Вещмешке путешественника».</p><p>Около десяти часов Моран Авиньи вошёл в кабинет с открытой деревянной дверью, сел на стул с высокой спинкой прямо под газовым бра, вытащил из стопки книг неподалёку один том и с видной неторопливостью принялся его листать.</p><p>Отряд «Очистителей», отвечавший сегодня за его безопасность, как обычно, остался у двери и не стал входить.</p><p>Это было тем, на чём Моран Авиньи всегда настаивал, и ради этого подписывал контракты со всеми — с «Очистителями», членами «Сердца Механизмов» и отрядом Восьмого бюро, заявляя о готовности взять на себя соответствующие риски.</p><p>Сотрудники охраны относились к этому с пониманием: в кабинете подобного политического деятеля могло храниться множество тайн, не выносящих света, и запрет на вход для людей с Потусторонними способностями был формой самозащиты.</p><p>И по сравнению с обычным порядком, сегодня Моран Авиньи оставил дверь кабинета открытой, не став её закрывать, чтобы «Очистителям» было удобнее наблюдать за всеми местами, где могли возникнуть проблемы.</p><p>Листая книгу, Моран Авиньи время от времени поднимал голову и бросал несколько взглядов на ростовое зеркало, находившееся в слепой зоне «Очистителей», размышляя о чём-то своём.</p><p>В то же время глаза спрятавшегося в зеркале Люмиана окрасились в серебристо-чёрный цвет.</p><p>Сквозь стеклянную поверхность зеркала он принялся наблюдать за рекой судьбы Морана Авиньи.</p><p>Внимательно всматриваясь, он обнаружил, что у этого министра промышленности действительно появилось несколько притоков судьбы, ведущих в ростовое зеркало, причём один из них был окутан довольно густой чернотой.</p><p>Люмиан больше не колебался: воспользовавшись тем, что Моран Авиньи снова опустил голову к книге, он медленно протянул правую ладонь за пределы зеркала и плотно прижал её к стеклу, словно это было всего лишь отражение.</p><p>Затем он высвободил оставшуюся духовность, превратив её в буйную иллюзорную реку, которая с расстояния в несколько метров устремилась к ртутно-серебряной реке, символизировавшей судьбу Морана Авиньи.</p><p>Основной ствол судьбы Морана Авиньи тут же поглотил остальные притоки и хлынул в тот, что был окутан густой чернотой.</p><p>«Продвижение судьбы»!</p><p>Высвобождая духовность, накопленную благодаря способности «Аскета», Люмиан одновременно быстро отдёрнул ладонь назад, чтобы Моран Авиньи не заметил ничего странного.</p><p>Затем он кивнул Франке и остальным, показывая, что предыдущая «Теневая сделка» прошла успешно и его «Продвижение судьбы» тоже удалось.</p><p>Что же касается того, каким именно образом Моран Авиньи откроет эту судьбу, Люмиану было неведомо — настолько чётко и подробно он ещё не видел.</p><p>Франка и Дженна тихонько вздохнули с облегчением.</p><p>Они не смели заговорить, боясь вспугнуть Морана Авиньи, обладавшего связанными с зеркалами способностями, и лишь ответили Люмиану довольными улыбками и лёгкими кивками, давая понять, что всё поняли.</p><p>Люмиан продолжил наблюдать за состоянием Морана Авиньи, а Франка, Дженна и Антони отступили назад и заняли свои позиции, готовясь к предстоящей засаде.</p><p>В момент, когда судьба оказалась подтолкнута, духовность Морана Авиньи внезапно подала знак предупреждения, вызвав у него некоторое чувство опасности.</p><p>Он мгновенно вспомнил о сообщении в зеркале, полученном в сумерках, и стал подозревать, что неизвестный враг, упомянутый «Надзирателем», пытается что-то предпринять, и это вполне может угрожать его жизни.</p><p>Моран Авиньи не удержался и снова бросил взгляд на ростовое зеркало, раздумывая, не сбежать ли ему в зеркало до того, как опомнятся «Очистители», чтобы убраться отсюда подальше и ценой отказа от текущей личности полностью скрыться из виду затаившегося врага.</p><p>Он подавил порыв в душе, повернул голову и мельком глянул на стоящих у двери «Очистителей»:</p><p>За зеркалом может быть ловушка, лучше молиться, чтобы официальные Потусторонние обеспечили достаточно надёжную защиту!</p><p>Это же Трир, а я — министр целого государства!</p><p>Как раз в этот момент к двери подошёл его слуга с чашкой тёплого молока.</p><p>Моран Авиньи любил выпить чашку горячего молока перед купанием и чисткой зубов, чтобы лучше спалось.</p><p>«Очистители» проверили всё по форме и только после этого впустили слугу в кабинет.</p><p>«Сэр, ваше молоко,» — произнёс слуга с почтением, держа в руках глазурованную белую фарфоровую чашку с молоком.</p><p>Моран Авиньи внёс выдающийся вклад в промышленное развитие Интиса и был награждён орденом Почётного легиона, поэтому его могли называть сэром.</p><p>Моран Авиньи слегка кивнул и протянул правую ладонь, собираясь взять чашку с молоком.</p><p>Вдруг он увидел, что взгляд слуги стал растерянным, а в глубине его зрачков словно таилась невыразимая боль.</p><p>В следующую секунду слуга раскрыл рот и его вырвало.</p><p>Плотный, извивающийся сгусток кровавой плоти вылетел из его рта прямо в Морана Авиньи!</p><p>Сгусток кровавой плоти стремительно разросся, превратившись в плащ из плоти и крови, который обволок Морана Авиньи и непрерывно извивался вовнутрь, словно пытаясь впиться в тело министра промышленности.</p><p>Люмиан в зеркале аж немного ошеломился от увиденного:</p><p>Эта аура…</p><p>Это Господин K!</p><p>С чего это он вдруг примчался совершить покушение на Морана Авиньи?</p><p>Раздался треск, и Моран Авиньи, окутанный плащом из плоти и крови, превратился в зеркало и разлетелся на куски.</p><p>Почти в тот же миг среагировали «Очистители» у двери: столб чистого света, обвитый пламенем, обрушился с небес, озарив плащ из плоти и крови, отчего тот явно начал плавиться.</p><p>Увидев это, Моран Авиньи без малейших колебаний развернулся и бросился к ближайшему зеркалу.</p><p>Он уже раскрыл перед «Очистителями» свой «Зеркальный двойник», и если только он не сможет без следа уничтожить всех присутствующих, после этого его неизбежно подвергнут проверке, и он больше не будет под защитой контракта.</p><p>Поэтому он должен был ухватиться за этот шанс — ухватиться за момент, пока «Очистители» справляются с убийцей, и сбежать отсюда через мир зеркал!</p><p>Видя, как фигура Морана Авиньи становится всё больше и всё ближе к ростовому зеркалу, у Люмиана сам собой возникла мысль:</p><p>И это — судьба?</p><p>Он тут же отступил назад и исчез со своего места.</p><p>В следующую секунду фигура Морана Авиньи прошла сквозь зеркало и появилась в размытой, тёмной, почти небытийной области за зеркалом.</p><p>Находящиеся снаружи «Очистители», увидав эту сцену, изумились про себя, одновременно осознав, что у объекта их защиты огромные проблемы.</p><p>Это ненадолго отвлекло их внимание, и Господин K воспользовался этой возможностью, сменил объект «Выпаса» и напрямую «Телепортировался» прочь из поместья Морана Авиньи.</p><p>В области за зеркалом Моран Авиньи не стал задерживаться и тут же собрался использовать способность перехода сквозь зеркало, чтобы непрерывно менять местоположение и в итоге оторваться от возможных преследователей.</p><p>И как раз в этот момент он почувствовал, что его тело невольно отяжелело, а движения конечностей сковала странная помеха, из-за чего ему не удалось войти в некий небытийный и тёмный тоннель.</p><p>Это было похоже на то, будто кто-то удерживал его.</p><p>Вслед за этим Моран Авиньи почувствовал, как невидимые нити обматывают его руки, ноги и туловище, слой за слоем.</p><p>С помощью способности «Шерифа» он ощутил источник зловещих нитей, находившийся неподалёку.</p><p>Моран Авиньи слегка повернул голову, посмотрел в пустующий угол, и в его глазах вспыхнули две ослепительные «молнии».</p><p>«Ментальный прокол»!</p><p>«Молнии» метнулись прочь и обрушились туда, где ничего не было, оттуда раздался треск, и посыпались осколки зеркал.</p><p>В то же время за спиной Морана Авиньи возникла Дженна в чёрном длинном платье и шляпке с вуалью, с зажатым в руке изящным небольшим револьвером.</p><p>Бах!</p><p>Она нажала на спуск, целясь в спину Морана Авиньи.</p><p>Жёлтая пуля, объятая безмолвным чёрным пламенем, с короткой дистанции точно поразила тело цели.</p><p>Треск! Моран Авиньи снова использовал «Зеркального двойника».</p><p>Пока осколки зеркал падали на землю, его фигура выступила в другом углу этой размытой области, а Франка и Дженна снова скрыли свои силуэты, исчезнув бесследно.</p><p>Чувствуя, как невидимые нити обволакивают его одна за другой, Моран Авиньи протянул правую ладонь и величественно произнёс на древнем гермесе:</p><p>«Здесь запрещена невидимость!»</p><p>Едва его слова отзвучали, как он увидел, что в этой области заколыхались бесчисленные прозрачные паутинные нити, подобно водорослям, заполнившим морские просторы, а Франка в наряде Ассасина и Дженна в тёмном облике — одна со спины, другая спереди — снова вознамерились пойти в атаку.</p><p>Видя, что две соперницы пока не могут до него добраться, а невидимая паутина ещё не затянулась, Моран Авиньи, не думая о контратаке, тут же вознамерился совершить переход сквозь зеркало, чтобы силой покинуть эту область.</p><p>Внезапно глазные яблоки Морана Авиньи вылезли из орбит, а выражение лица крайне исказилось, полнясь злобой и свирепостью.</p><p>Его тело вновь разлетелось на куски — в форме зеркала.</p><p>Неподалёку от него «проявился» Антони Рид, одетый в одежду отставного военного.</p><p>Он только что применил на Моране Авиньи «Безумие»!</p><p>На него не подействовало правило запрета невидимости потому, что он на самом деле и не скрывался, просто Моран Авиньи «сам» не смотрел туда, где тот стоял!</p><p>Многократно использовавший «Зеркального двойника» Моран Авиньи возник на другой стороне этой области, увеличив дистанцию между собой, Франкой, Дженной и Антони.</p><p>Обнаружив, что врагов стало ещё на одного больше, он всё сильнее вознамерился сбежать.</p><p>В тот момент, когда Моран Авиньи уже собирался совершить переход сквозь зеркало, Франка сдёрнула капюшон, явив яркие и эффектные черты лица.</p><p>Вместе с этим движением бриллиантовое колье у неё на шее засияло слабым светом.</p><p>«Колье Беатрис»!</p><p>Тело Морана Авиньи обдало жаром, а взгляд оказался прикован к озёрно-синим глазам Франки, её высокому аккуратному носику, белой нежной коже и влажно-глянцевым алым губам, так что на мгновение он даже забыл, что собирался отсюда сбежать.</p><p>Пробуждение похоти от «Колье Беатрис» напрямую не угрожало жизни Морана Авиньи, поэтому и не активировало «Зеркального двойника», а сам Моран Авиньи не успел применить его сознательно, и теперь его захлестнуло разросшееся вожделение, вырваться из которого он был не в силах!</p></section><section><title><p>Глава 724 Силовое пробитие двойника</p></title><p>Глава 724 Силовое пробитие двойника</p><p>«Демонесса Наслаждения» не обладала активной способностью Очарования, однако могла в максимальной степени проявить собственное обаяние. И этого даже в обычное время хватало, чтобы подавляющее большинство мужчин не могло отвести глаз, их дыхание становилось тяжёлым, а разум наполнялся фривольными фантазиями. Что уж говорить о Моране Авиньи, который отнюдь не являлся «Аскетом» и к тому же уже подвергся воздействию «Колье Беатрис», разжёгшего в нём похоть.</p><p>В подобной обстановке в глазах Морана Авиньи существовала одна лишь Франка, а весь его разум заполонили воображаемые картины того, что могло произойти далее.</p><p>Его сердце забилось чаще, кровь закипела во венах, а движения подпали под влияние этого состояния — они оставались стремительными, но стали странными и сбивчивыми.</p><p>На его теле вспыхнуло сияние, подобное утреннему рассвету, и он избрал Франку объектом наказания. Это способно было всесторонне повысить степень его воздействия на «Демонессу Наслаждения» и силу наносимых ей атак.</p><p>Вслед за выбором объекта наказания тело Морана Авиньи словно сделалось чуть выше и величественнее, отчего у Франки само собой возникло чувство страха, будто перед ней находилась могущественная фигура, способная распоряжаться её жизнью.</p><p>Это привело к тому, что выбывшая из состояния невидимости и стремительно менявшая позицию Франка невольно замешкалась.</p><p>Моран Авиньи, чьё дыхание сделалось обжигающим, уловил момент, поднял правую руку, толкнул её в сторону Франки и произнёс на древнем гермесе:</p><p>«Заточение!»</p><p>Вокруг Франки тотчас выплеснулось огромное количество густой прозрачной жидкости, образовав исполинский янтарь, который заключил «Демонессу Наслаждения» внутри и сковал на месте.</p><p>Треск!</p><p>Тело Франки растрескалось и раскололось, превратившись в маленькое косметическое зеркальце размером с ладонь.</p><p>Так она вырвалась из «Заточения» «Рыцаря Наказания».</p><p>В этот миг у Морана Авиньи возникло острое Предчувствие опасности, и, полагаясь на могучее телосложение «Рыцаря Наказания», он вырвался из опутавших его невидимых нитей паутины и совершил вынужденный кувырок в сторону.</p><p>Обошедшая его сзади сбоку Дженна с силой нанесения решающего удара вонзила шип из кристаллического льда, охваченный чёрным пламенем Демонессы, однако промахнулась.</p><p>В глазах Морана Авиньи отразилась эта «Ведьма» в чёрном платье и мягкой шляпке, и ему неожиданно показалось, что она тоже весьма хороша.</p><p>Разумеется, обе вместе — ещё лучше.</p><p>Моран Авиньи тут же перешёл в полуприсед, сжал ладонь в воздухе в направлении области, где находилась Дженна, и глухим голосом выкрикнул на древнем гермесе:</p><p>«Изоляция!»</p><p>Бесшумно вокруг Дженны возник слой невидимых стен, сквозь которые едва ли могло проникнуть даже духовное тело.</p><p>Это не обрушилось непосредственно на неё саму, а сформировало прозрачную камеру с небольшим пространством, центром которой являлась она, поэтому «Зеркальный двойник» не сработал.</p><p>Увидев это, Дженна не стала пытаться атаковать невидимые стены, а напрямую сотворила на поверхности своего тела слой инея.</p><p>Поверх этого слоя инея сформировался ещё один, а между ними осталась тонкая прослойка вакуума, превратившая Дженну в изваяние из льда и снега.</p><p>«Изоляция!»</p><p>Моран Авиньи не стал предпринимать дальнейших действий против Дженны. С налившимися кровью глазами он повернулся к Франке, замкнув пространство и вокруг этой «Демонессы Наслаждения».</p><p>Франка не стала прибегать к иным мерам: из глубины её тела со свистом вырвался сноп чёрного пламени.</p><p>Снаружи чёрного пламени уплотнились слои инея, словно формируя полупрозрачный прочный гроб.</p><p>Окружавшие их прозрачные нити паутины одна за другой стали виться в обратную сторону, виток за витком укутывая иней и образуя исполинский кокон.</p><p>Это… Моран Авиньи был одновременно недоумён странным behavior/поведением «Демонессы Наслаждения» и обрадован тем, что его «Изоляция» возымела эффект, обойдя срабатывание «Зеркального двойника».</p><p>Двигаясь немного неестественно и странно, он устремился к Франке, пока в его разуме уже проигрывались способности, которые следовало применить далее, и то, что произойдёт после того, как он подчинит её своей воле.</p><p>Он едва не забыл, что на месте сражения присутствует ещё один «Зритель», однако Антони неизвестно когда успел укрыться в очередной слепой зоне обзора.</p><p>Неважно, сначала нужно пленить обеих Демонесс! Едва у Морана Авиньи мелькнула эта мысль, как у него над ухом неожиданно раздалась слегка пронзительная мелодия.</p><p>Люмиан выступил из тени в углу; у его губ находилась потемневшая костяная флейта «Опус Ненависти».</p><p>Причина, по которой прошлый «Запрет невидимости» не выбил его из укрытия, заключалась в том, что он также не пребывал в невидимости — он попросту превратил себя в Теневое существо и слился с тенью воедино!</p><p>Глядя на лицо Морана Авиньи, искажённое похотью, Люмиан с улыбкой шагал ему навстречу и играл всё более усердно.</p><p>Учитывая нынешнее состояние Морана Авиньи, Люмиан верил, что удар по слабому месту с помощью «Опуса Ненависти» неизбежно взорвёт желания противника, и для этого даже не потребуется задействовать способности «Охотника за судьбами».</p><p>Под звуки лёгкой, но с пронзительными нотками музыки тело Морана Авиньи внезапно застыло.</p><p>Раздался треск, и он воспользовался «Зеркальным двойником», чтобы тот принял на себя этот почти фатальный удар.</p><p>Силуэт Морана Авиньи тут же обрисовался сзади сбоку от Люмиана, однако наигрываемая Люмианом мелодия ещё не прекратилась, да и готовая вот-вот взорваться похоть на теле Морана Авиньи всё ещё не улеглась.</p><p>Треск! Треск! Треск!</p><p>Тело Морана Авиньи раз за разом растрескивалось, подобно зеркалу, и раз за разом прорисовывалось вновь под всё более стремительную мелодию, не позволявшую ему ни покинуть эту область, ни успеть заткнуть уши.</p><p>В каждом уголке этого пространства за зеркалом эхом отдавалась чарующая музыка, принесённая «Опусом Ненависти».</p><p>Забившийся в угол Антони заранее заложил уши приготовленными предметами и каждую секунду готов был прибегнуть к зеркалу, совершить самогипноз и погрузиться в сон, дабы уклониться от смертоносной мелодии Люмиана, не разбирающей своих и чужих.</p><p>Даже имея подобную подготовку, на поверхности его тела всё равно против воли проступили одна за другой пластинки серовато-белой «Драконьей чешуи».</p><p>Треск! Треск! «Зеркальные двойники» Морана Авиньи наконец исчерпались.</p><p>В его голове мгновенно загудело, и он ощутил предельную, оглушительно взорвавшуюся насладу.</p><p>Его тело задрожало: он испытывал одновременно и муку, и высочайшее блаженство.</p><p>Из его носа, из глаз, из ушей и из уголков губ потекла кровь, а слюни, сопли и слёзы хлынули разом, отчего он выглядел так, словно вот-вот потеряет сознание.</p><p>Люмиан мгновенно появился у него за спиной, опустил «Опус Ненависти» и издал носом звук.</p><p>Два луча белого света обрушились на Морана Авиньи, заставив этого «Рыцаря Наказания» окончательно лишиться чувств.</p><p>Люмиан не дал Морану Авиньи шанса очнуться за счёт возможных особых способностей: достал из «Вещмешка путешественника» ритуальную собачью шкуру и набросил её на голову медленно оседающего наземь врага.</p><p>«Собака!»</p><p>Люмиан тут же тихо выкрикнул на гермесе.</p><p>Мрачный свет вспыхнул, Моран Авиньи исчез, а на его месте возникла огромная собака с коричневато-жёлтой шерстью.</p><p>Без ощутимого стука падения лишенного чувств тела пес остался лежать на боку на земле.</p><p>Люмиан улыбнулся, нагнулся и подхватил эту собаку.</p><p>Увидев эту сцену, Антони вытащил полностью затыкавшие его уши пробки, а Дженна также сняла два слоя инея с поверхности своего тела.</p><p>Франка задерживалась чуть дольше: прошло несколько секунд, прежде чем «кокон» растрескался, ледяной гроб бесшумно распался, а чёрное пламя развеялось и исчезло.</p><p>С выражением удивления и радости на лице она сказала Люмиану и Дженне:</p><p>«Только что моё зелье „Наслаждения“ значительно усвоилось!»</p><p>Едва сказав это, она подняла руку и почесала нос, взглянув на место, где только что стоял Моран Авиньи, а затем на огромную собаку на руках Люмиана:</p><p>'Я поняла, в чём дело…</p><p>«Должно быть, он только что вкусил настоящее наслаждение, предельное наслаждение, и к тому же это „наслаждение“ было вызвано мной.»</p><p>Люмиан немного подумал и произнёс:</p><p>«Он даже ради того, чтобы устремиться за дарованным тобой наслаждением, рисковал жизнью и остался, подвергшись столь же предельной муке, а в конечном счёте получил желанное наслаждение — хоть и не тем способом, на который рассчитывал, за что и заплатил наивысшую цену.»</p><p>«А ведь он всё-таки Потусторонний, соответствующий Последовательности 5, — с улыбкой на всём лице вздохнула Франка. — Жаль, что не я дула в „Опус Ненависти“, иначе моё зелье „Наслаждения“, глядишь, уже почти полностью усвоилось бы. Наслаждение приносит муку, наслаждение заставляет погружаться на дно, наслаждение для цели — словно пламя свечи для мотылька…»</p><p>Сказав это, она понизила голос и на странном языке пробормотала:</p><p>«Над похотью висит занесённый клинок…»</p><p>Франка не слишком сожалела, ведь среди них всех негативную плату за «Опус Ненависти» мог выдержать один только Люмиан.</p><p>Антони огляделся по сторонам и спокойно напомнил Франке:</p><p>«Раз уж дело сделано, нужно скорее уходить.»</p><p>К этому моменту Дженна уже приблизилась к Люмиану, и Люмиан убрал «Опус Ненависти».</p><p>«Угу.» Франка кивнула, сделала несколько шагов к Люмиану и схватила его за плечо.</p><p>В то же время в этой области за зеркалом вспыхнули огромные языки чёрного пламени.</p><p>Через несколько секунд четверо вышли из постоянного входа в мир зеркал внутри грота каменоломни, и Франка завершила работу по контргаданию и контрпрорицанию.</p><p>Затем они «Телепортировались» обратно в убежище, расположенное в Административном округе.</p><p>Только тогда Франка издала вздох:</p><p>«„Колье Беатрис“ больше не может разжигать „Похоть“…»</p><p>Тех желаний, что могло разжечь «Колье Беатрис», каждое можно было использовать лишь дважды, а предыдущим объектом «Похоти» был Гарднер Мартин.</p><p>Для «Демонессы Наслаждения» Франки это означало утрату мощного вспомогательного средства.</p><p>Дженна слегка кивнула:</p><p>«И вправду жаль. Если так посмотреть, „Демонесса Наслаждения“ и „Сексуально зависимый“ с пути „Матери Древа Желаний“ могут образовать невероятно идеальное и эффективное взаимодействие.»</p><p>«Да уж, жаль только, что я не могу получить Благословение от „Матери Древа Желаний“, а не то…» — Франка внезапно замолчала, а в головах Люмиана и остальных мелькнуло одно и то же словосочетание:</p><p>«Сексуально зависимая Демонесса»!</p><p>Кхм-кхм, Франка пару раз кашлянула и произнесла:</p><p>«Остаётся лишь надеяться, что Дарители „Матери Древа Желаний“ преподнесут ещё какие-нибудь похожие предметы.»</p><p>Она повернулась к огромной собаке, которая ещё не очнулась из-за слабости тела, и задумчиво проговорила:</p><p>'Сначала влить Сыворотку правды, а затем пусть Антони подружится с ним — применить двойной подход?</p><p>«Угу, а „Спиритизм волшебного зеркала“ оставить как запасной вариант на всякий случай…»</p><p>Люмиан кивнул, вспомнив «критику» в свой адрес от «Чёрной Демонессы», переданную Франкой, и, подавив в душе жадность, произнёс:</p><p>'Пока не стоит спешить, сначала я навещу Господина K, а уже потом допросим.</p><p>«У Господина K наверняка есть свои причины для внезапного покушения на Морана Авиньи. Выяснив детали с его стороны, мы потом сможем куда более целенаправленно выжать сведения.»</p><p>«Тоже верно.» Франка и остальные один за другим кивнули.</p><p>…………</p><p>Улица Шер, 19, штаб-квартира журнала «Спиритизм».</p><p>Одетый в тонкую синюю куртку на хлопке и сменивший наряд Люмиан сошёл с экипажа и вошёл в это роскошное белое здание высотой в целых шесть этажей.</p></section><section><title><p>Глава 725 Он знает</p></title><p>Глава 725 Он знает</p><p>В подвале дома №19 на улице Шер Люмиан встретил господина K.</p><p>Если бы он своими глазами не видел, как тот превратился в плоть и кровь, обволокшие Морана Авиньи, а затем пострадал от святого света «Очистителей», он ни за что не поверил бы, что этот стоящий сейчас перед ним господин K — полнокровный, накрытый чёрным капюшоном и не проявляющий ни малейших признаков отклонений — совсем недавно проник в резиденцию министра промышленности Республики Интис и совершил покушение.</p><p>«Ты вернулся с Южного континента?» — голос господина K был как всегда низким и хриплым.</p><p>Он не сидел в том кресле с красной спинкой, а стоял прямо перед Люмианом в тени, отбрасываемой хрустальной люстрой.</p><p>Люмиан не стал ничего скрывать и с улыбкой сказал:</p><p>«Вернулся помочь другу, после чего снова уеду. Ты же знаешь, я могу „Телепортироваться“.»</p><p>Огромный капюшон господина K слегка качнулся, словно в знаке одобрения.</p><p>Он с чувством облегчения сказал:</p><p>«Вернувшись в Трир, ты не забыл прийти сюда и восславить сияние Господа. Это доказывает, что я в тебе не ошибся.»</p><p>Люмиан, только что проделавший вместе с господином K весь ритуал молитвы, почувствовал некое угрызение совести и стыд.</p><p>Он прямо сказал:</p><p>«Я видел, как ты совершил покушение на Морана Авиньи.»</p><p>Взгляд господина K, скрытый под капюшоном, внезапно стал почти осязаемым, а окружающие тени слегка зашевелились.</p><p>Спустя несколько секунд этот оракул ордена Авроры хриплым голосом спросил:</p><p>«Ты был на месте события?»</p><p>Люмиан непринуждённо ответил:</p><p>«Да. Хотя твой способ покушения на Морана Авиньи имел характерные черты „Епископа Роз“ и, судя по всему, использовал „Выпас“ для совершения „Телепортации“ — так что даже получи я информацию от „Очистителей“, догадаться о твоём участии не составило бы труда, — но должен признать, я действительно находился там.»</p><p>«Где ты прятался?» — спросил господин K.</p><p>Люмиан с явной ухмылкой ответил:</p><p>«В том зеркале. В том самом зеркале, через которое сбежал Моран Авиньи.»</p><p>Услышав это, чёрный балахон господина K зашевелился без ветра, будто бы под ним ликовали бесчисленные куски плоти и крови.</p><p>Он не стал скрывать своего волнения:</p><p>«А сейчас? Ты схватил Морана Авиньи?»</p><p>«Да,» — серьёзно кивнул Люмиан.</p><p>«Ха-ха-ха! Ха-ха-ха!» — господин K запрокинул туловище, обнажив худощавый подбородок, и зашёлся в безудержном, предельно исступлённом хохоте.</p><p>Он хохотал до тех пор, пока у Люмиана не зазвенело в ушах, пока свет и тени в подвале не заплясали, а в воздухе не разлился запах крови.</p><p>Наконец господин K перестал хохотать и с небывалым фанатизмом произнёс:</p><p>«И впрямь воля Господня, и впрямь благочестие — единственный выход!»</p><p>Он начал осенять себя крестом на груди:</p><p>«Восхваляю Вас! Восхваляю Вас, сотворившего всё сущее, восхваляю Вас, взвалившего на Себя грехи людские!»</p><p>Люмиан тоже вслед за ним стал восхвалять того самого «Истинного Творца», в которого веровал орден Авроры.</p><p>Господин K со смешком вздохнул:</p><p>'Изначально я лишь планировал совершить покушение на Морана Авиньи на днях, ещё не решив, в какой именно день. Но сегодня вечером, увидав, как Моран Авиньи появился у окна и всматривается вдаль, я заметил, что его настроение и состояние немного не в норме.</p><p>'Я побоялся, что произойдёт какая-нибудь неожиданность, спешно начал операцию и потерпел неудачу.</p><p>'Только что я как раз собирался покаяться перед Господом и принять грех, который должен на себя взять, как пришёл ты и сообщил, что схватил Морана Авиньи.</p><p>'О чём это говорит?</p><p>'Это говорит о том, что Господь уже давным-давно всё устроил! Нам нужно лишь благочестиво молиться, благочестиво действовать и благочестиво совершать дела, не раздумывая ни о чём другом.</p><p>«Пока есть благочестие, неудача станет лишь преддверием успеха. Без благочестия же даже успех окажется лишь успехом, ведущим к краху.»</p><p>Прежде при каждом общении с господином K у Люмиана возникало чувство, словно они говорят на разных языках — не потому, что он не понимал слов, а оттого, что не мог от всего сердца постичь и прочувствовать подобное фанатичное состояние.</p><p>Но на этот раз его сердце внезапно вздрогнуло, а по телу пробежал легкий холодок:</p><p>Неужели та «Теневая сделка», которую я инициировал через «Теневой ящик властелина», пройдя через несколько рук, связалась с тем самым Господом, в которого верит орден Авроры?</p><p>Именно поэтому у Морана Авиньи вдруг возникла мысль рискнуть и сбежать через зеркало в кабинете, именно поэтому он специально пришёл в кабинет осмотреть обстановку и, притворяясь, будто читает книгу, взвешивал риски…</p><p>Выходит, после того как я изменил судьбу Морана Авиньи, господин K пришёл в кабинет, совершил поспешное покушение и вынудил Морана Авиньи укрыться в ближайшем зеркале — то есть в том самом ростовом зеркале, где прятались мы…</p><p>Во время «Теневой сделки» мы отдали кольцо «Кровавое золото», а оно было образовано из соответствующей Потусторонней характеристики 6-й Последовательности «Епископ Роз» Пути «Молящего»…</p><p>Люмиан решил поделиться своими соображениями с господином K, однако скрыл свой страх и утаил роль, которую сыграла способность «Продвижение судьбы», списав все произошедшие изменения исключительно на «Теневой ящик властелина».</p><p>Отхохотавшись до безумия, господин K больше не терял самообладания и с величественно-фанатичной интонацией произнёс:</p><p>«Господь видит, Господь слышит, Господь знает.»</p><p>Подобные слова Люмиан уже слышал от госпожи «Фокусник», но тогда он не воспринял их всерьёз и даже не стал беспокоиться — в конце концов, толку беспокоиться не было. Зато сейчас у него каждый волосок встал дыбом, а от копчика прямо к мозгу метнулась ледяная струйка.</p><p>Ему казалось, будто из каждой тени вокруг на него смотрят чьи-то глаза.</p><p>Чем больше он переживал и чем больше знаний постигал, тем отчетливее ощущал ужас и давящую тяжесть, заключённые в этих трёх коротких фразах.</p><p>Переведя дыхание на несколько секунд, Люмиан вновь восславил «Истинного Творца», после чего задал вопрос:</p><p>'Господин K, почему ты решил совершить покушение на Морана Авиньи?</p><p>«Я и мои друзья разделались с ним потому, что настоящий Моран Авиньи уже мёртв, а действующий ныне — „Человек из зеркала“. А ты?»</p><p>«„Человек из зеркала“? Неудивительно, что у него был „зеркальный двойник“. Я как раз и не упёрся в эту деталь, из-за чего покушение и провалилось,» — со вздохом изрёк господин K тоном человека, до которого только что дошла суть.</p><p>Он сделал несколько шагов взад-вперёд и сказал Люмиану:</p><p>«За последние несколько месяцев часть происшествий в Интисе в конечном счёте указует на организацию под названием „Школа Истины“. Они использовали падших членов из различных культов Злых Богов и официальных организаций, чтобы провернуть кое-какие дела — например, таинственное исчезновение одного из потомков Перли, или же странную пропажу нескольких строго охраняемых страниц из дневника Рассела.»</p><p>Перли? Один из Четырёх Всадников Апокалипсиса императора Рассела? Один из его потомков таинственно исчез? При мысли об этом веки Люмиана внезапно вздрогнули:</p><p>Йебус Лата говорил, что тремя целями «Школы Истины» являются поиск улик, ведущих к Павшему Небу, поиск последней гробницы императора Рассела и поиск Волшебной лампы желаний «0–05».</p><p>Из них печать Трира Четвёртой Эпохи только что была открыта, и за короткое время официальные организации Интиса вряд ли снова допустят упущение, а «0–05» находится в руках Бернадетт, старшей дочери императора Рассела, и «Школа Истины» сама признала, что пока не в силах сладить с этой главой «Зари Стихий», намереваясь предпринять новые попытки лишь после получения дополнительных Благословений.</p><p>Иными словами, два из трёх целей требуют от «Школы Истины» долгосрочного планирования, и лишь что касается зацепок относительно последней гробницы императора Рассела, Йебус сказал, что у него самого релевантных зацепок нет, а есть ли они у «Надзирателей», ему неизвестно.</p><p>Сопоставив это с только что услышанным от господина K рассказом, у Люмиана возникло недоброе предчувствие:</p><p>«Неужели „Школа Истины“ уже завладела важными зацепками о последней гробнице императора Рассела?»</p><p>Господин K продолжил:</p><p>«Мы расследуем эти дела, 'Заря Стихий» также идёт по их следам.</p><p>«Недавно мы обнаружили, что фигура Морана Авиньи всплывала в некоторых делах, и похоже, он довольно важная персона в „Школе Истины“.»</p><p>«Так почему ты решил совершить на него покушение, а не попытался схватить?» — Люмиану казалось, что прежние действия господина K были нацелены именно на то, чтобы убрать Морана Авиньи.</p><p>Господин K низко и хрипло ухмыльнулся:</p><p>«Убить проще, чем схватить. А после смерти Морана Авиньи неизбежно возникнет аномалия, и присутствующие официальные Потусторонние наверняка найдут способ допросить его дух. Тогда официальные службы возьмутся за дело, выйдут на след 'Школы Истины» и помешают их замыслам воплотиться в жизнь.</p><p>'Разве не в этом наша цель?</p><p>«К тому же мы сможем оставаться в тени и искать людей из „Школы Истины“, ориентируясь на направление действий официальных служб.»</p><p>Ты, оракул «ордена Авроры», тоже научился «доносить» и использовать официальные службы? Люмиан почувствовал лёгкую иронию.</p><p>Если бы не желание добыть побольше сведений о «Человеке из зеркала», ему с Франкой и остальными на самом деле тоже не пришлось бы так усложнять себе жизнь — достаточно было бы просто вынудить Морана Авиньи проявить аномалию.</p><p>Люмиан задал господину K ещё несколько подробных вопросов и всё сильнее ощущал, что «Школа Истины» подобралась весьма близко к местонахождению последней гробницы императора Рассела.</p><p>Он не стал больше медлить и заявил, что должен поскорее вернуться и допросить Морана Авиньи, дабы избежать каких-либо неожиданностей.</p><p>«Нужна моя помощь?» — спросил господин K.</p><p>Люмиан с улыбкой ответил:</p><p>«Пока нет, у нас есть „Гипнотизер“, есть сыворотка правды от „Общества Высшего Блаженства“, есть Ведьма, знающая толк в спиритизме.»</p><p>Чего он не сказал, так это того, что у них имелись ещё и способности, связанные с «Охотником за судьбами».</p><p>— В процессе «Охоты за судьбой» Люмиан мог «видеть» всю прошлую и настоящую судьбу Морана Авиньи, а также большинство её рукавов, вот только удерживать это состояние он мог лишь ограниченное время, которого хватало только на извлечение самой ключевой информации.</p><p>«Хорошо, если понадобится, обращайся в любое время,» — господин K с одобрением окинул Люмиана взглядом.</p><p>…………</p><p>Найдя укромное место и «Телепортировавшись» обратно на конспиративную квартиру, Люмиан огляделся по сторонам и сказал Франке:</p><p>«Используй способность „зеркальной запонки“ и перенеси нас обратно в подземный грот каменоломни.»</p><p>Это позволяло избежать неожиданностей, способных затронуть данный квартал.</p><p>К тому же Люмиан за сегодняшний день уже неоднократно «Телепортировался», продвигал изменения в судьбе Морана Авиньи, а до этого непрестанно играл на «Опусе Ненависти», нанося один удар по уязвимым местам за другим. Его растраты тоже были огромны, так что духовности у него оставалось лишь на семь-восемь «Телепортаций», причём без прежних накопленных запасов.</p><p>В таких обстоятельствах, разумеется, следовало пускать в ход Потусторонние предметы везде, где это возможно.</p><p>Франка понимала состояние Люмиана и не стала скупиться на использования «зеркальной запонки», потребовав лишь, чтобы Люмиан сам нёс того огромного пса и не давал ему задеть её.</p><p>Вслед за тем она заставила стеклянную пуговицу на манжете женской блузки засиять слабым светом и повела за собой Люмиана и остальных, державшимися за её плечи и руки, прямиком в зеркало комнаты. Пройдя сквозь тёмный, бездонный туннель, они возникли внутри того самого грота каменоломни, где находился постоянный вход и выход из зеркального мира.</p><p>Затем она достала сыворотку правды, бросила её Антони Риду и, улыбнувшись доброжелательной улыбкой, произнесла:</p><p>«Пои Морана Авиньи и пообщайся с ним как следует.»</p></section><section><title><p>Глава 726 Тайна Нестареющей</p></title><p>Глава 726 Тайна Нестареющей</p><p>После некоторого ожидания Антони Рид вернулся с поникшим коричневато-жёлтым огромным псом в тот грот каменоломни, где находился постоянный вход и выход в зеркальный мир.</p><p>Он сказал Люмиану:</p><p>«Можно снимать „Искусство превращения в скот“.»</p><p>Взглянув на огромного пса, у которого больше не было свирепого и жестокого вида, Люмиан улыбнулся и произнёс заклинание снятия на языке Гермеса:</p><p>«Монах!»</p><p>Эту ритуальную собачью шкуру он сделал сам; заклинание активации он установил такое же, как у настоятеля Гийома Бене, но заклинание снятия изменил.</p><p>Изначально Люмиан хотел использовать имя одного из двух своих главных кумиров, Германа Воробья, в качестве заклинания снятия, но, учитывая, что тот был Ангелом Искупления господина «Шута», произнесение его имени на языке Гермеса могло вызвать некие странные последствия и отдавало святотатством, поэтому он отказался от этого варианта.</p><p>А поскольку первой ритуальной шкурой, которую он изготовил, была собачья шкура, он почерпнул вдохновение из «Монаха, преследующего собаку» и использовал слово «Монах» в качестве заклинания снятия.</p><p>Засиял мрачный свет, и слегка жалкий Моран Авиньи появился снова.</p><p>Он подсознательно вытащил платок из нагрудного кармана и стал вытирать запёкшуюся кровь, слёзы, слюни и сопли на своём лице.</p><p>Люмиан не перешёл сразу к делу, намереваясь начать с менее важных вопросов, чтобы повысить собственное «доверие» и довести эффект гипноза до максимума.</p><p>Он с полунасмешкой-полувздохом проговорил:</p><p>«Я не понимаю, почему вы, „люди из зеркала“, так ненавидите самих себя из реального мира.»</p><p>Моран Авиньи холодно усмехнулся:</p><p>«Если бы ты всё время находился в холодном, тёмном, замкнутом зеркале, ты бы тоже ненавидел самого себя, живущего под солнцем, наслаждающегося вкусной едой и алкоголем, наслаждающегося беззаботностью и радостью.»</p><p>«Но вы возникли не естественным путём, а в результате случайности.» Дженне оставалось лишь прямо сказать, что вы изначально и были монстрами, живущими в особом зеркальном мире.</p><p>Моран Авиньи «хе-хе» усмехнулся:</p><p>'Какое это имеет отношение к нашей зависти и ненависти?</p><p>«Случайность устроена не нами. Раз уж мы родились и продолжаем наш род, у нас есть право стремиться к лучшей жизни.»</p><p>От этих слов Франка и Дженна на мгновение даже не нашли, что возразить.</p><p>«Такое право есть,» — произнёс Люмиан тоном друга, — «но оно не должно строиться на убийстве и причинении вреда оригиналу. Почему бы вам не сотрудничать с какими-нибудь официальными организациями, например, с Церковью „Шута“? Сбежав из Трира Четвёртой Эпохи, вы вполне могли бы держаться подальше от этого города и этой страны и отправиться в другое место, чтобы начать новую жизнь.»</p><p>Моран Авиньи фыркнул:</p><p>«Ты думаешь, мы можем доверять этим организациям под солнцем и сотрудничать с ними?»</p><p>«Разве вы не сотрудничаете со „Школой Истины“?» Люмиан разоблачил ложь Морана Авиньи.</p><p>Моран Авиньи помолчал несколько секунд и сказал:</p><p>«У нас есть своя миссия, мы должны вернуть настоящую реальность этому миру.»</p><p>«Реальность?» Люмиан намеренно спровоцировал его: «Как в зеркале может быть реальность? Вы, „люди из зеркала“, лишь близки к реальности, а через некоторое время после смерти снова превращаетесь в осколки зеркала.»</p><p>Закончив провокацию, глаза Люмиана окрасились в серебристо-чёрный цвет, чтобы понаблюдать за притоками судьбы Морана Авиньи и помешать ему дать ответ, который мог бы создать угрозу для его собственной жизни.</p><p>Проведя краткое наблюдение и убедившись, что его вопрос не несёт большой опасности, Люмиан отключил «Глаз бедствий», чтобы сберечь духовность.</p><p>Моран Авиньи многозначительно улыбнулся:</p><p>'Нет, в некотором смысле именно то, что в зеркале, и есть реальное.</p><p>«Когда мы выполним нашу миссию, мы полностью вернёмся к реальности!»</p><p>«Почему ты так говоришь?» Франке было очень любопытно, откуда берётся уверенность Морана Авиньи.</p><p>Взгляд Морана Авиньи скользнул по двум Демонессам, и, находясь во «Времени мудреца», он тихо усмехнулся:</p><p>«Самую глубокую причину даже я не могу постичь, могу лишь сказать вам, что это связано с 'Демонессой Хаоса», которой мы поклоняемся в глубинах зеркального мира — именно Она и есть настоящая «Изначальная Демонесса»!</p><p>'Кроме того, я могу привести пример:</p><p>«Став „Ведьмой“ и соприкоснувшись с „зеркальной магией“, самая реальная суть каждой Демонессы оказывается внутри зеркала.»</p><p>Увидев, что Франка и Дженна выражают недоверие, охваченный сильным желанием выговориться Моран Авиньи с улыбкой задал вопрос:</p><p>«Вы знаете, как называется Последовательность 3 Пути „Демонессы“?»</p><p>«Не знаем.» Франка и Дженна одновременно покачали головами.</p><p>Моран Авиньи слегка кивнул:</p><p>«Она называется 'Нестареющая Демонесса» — вечная молодость, мастерство в воскрешении и возрождении.</p><p>'Почему их так трудно убить, почему они способны воскресать и возрождаться? Да потому что убивают лишь их внешнее проявление, а реальные они всегда находятся внутри зеркала, заточённые и запечатанные ими самими внутри зеркала!</p><p>«Если фальшивые они погибают, то вскоре могут воскреснуть благодаря проекции настоящего 'я» из зеркала!</p><p>«Скажите мне, как может настоящее „я“, заточённое, запечатанное фальшивым человеком и используемое им как источник воскрешения, не ненавидеть фальшь в реальности, как оно может не хотеть вырваться из зеркала и вернуть себе то, что должно принадлежать ему?»</p><p>Услышав это, Франка внезапно вспомнила сцену, когда она впервые вошла в особый зеркальный мир:</p><p>Тогда она встретила первоначального владельца своего тела, самого себя до приёма зелья «Ведьмы» — того мужчину с густоватыми коричневыми бровями и льняными короткими волосами, и тот был весь в окровавленных пятнах, а его глаза были полны злобы и ненависти.</p><p>Неужели после приёма зелья «Ведьмы» и превращения в женщину первоначальное мужское «я» вовсе не исчезло, а было изгнано в зеркало и больше не способно выйти наружу? Франка была одновременно поражена и полна сомнений.</p><p>Дженна точно так же вспомнила кое-что из прошлого:</p><p>В процессе становления «Ведьмой» она в галлюцинациях тоже видела другую себя — злобную, зеркальную копию самой себя, и тогда обе они упали в чёрное пламя, но она из последних сил выбралась наружу, вернувшись на ледяную поверхность над чёрным пламенем, и завершила продвижение, а та злобная копия была затянута змееподобной чёрной тенью в бездонную «бездну».</p><p>Неужели это символизировало расщепление собственного «я»?</p><p>И сейчас действительно часть «меня» страдает в зеркале?</p><p>Увидев, что обе его спутницы-Демонессы погрузились в состояние испуганной растерянности и смятения, Люмиан с улыбкой сказал Морану Авиньи:</p><p>«Не обязательно заточение собственного „я“. Вполне возможно, что в процессе становления „Ведьмой“ устанавливается глубокая связь со своим зеркальным двойником, благодаря чему можно использовать его для овладения „зеркальной магией“, а на определённом уровне — ещё и воскресать с его помощью.»</p><p>«А зеркальное „я“ вымазано в крови, злобно, исполнено ненависти и свирепости потому, что оно изначально таково, изначально завидует реальному „я“, как и вы, „люди из зеркала“, пришедшие из особого мира.»</p><p>В условиях, когда пока невозможно выяснить правду, Люмиан предпочитал не зацикливаться на себе, а постараться переложить всю ответственность на других.</p><p>К тому же, Моран Авиньи как «человек из зеркала» естественно имел определённую предвзятость, поэтому сказанные им слова нужно было воспринимать с осторожностью, частой проверкой и анализом под другим углом.</p><p>Выслушав слова Люмиана, выражения лиц Франки и Дженны смягчились, а Моран Авиньи насмешливо произнёс:</p><p>«Самообман не может скрыть существование реальности.»</p><p>Увидев, что предварительная подготовка в целом завершена, Люмиан решил перевести разговор в нужное русло.</p><p>Изначально их целью было всё, что связано с «людьми из зеркала», но теперь Люмиан посчитал, что дело со «Школой Истины» гораздо важнее и срочнее, и его нужно расспросить в первую очередь.</p><p>Его глаза снова окрасились в серебристо-чёрный цвет, и он, глядя на Морана Авиньи, спросил:</p><p>«Ты подписывал контракт с тем „Надзирателем“ из „Школы Истины“?»</p><p>«Конечно подписывал, иначе как сотрудничать? Мы все придаём большое значение договорам,» — довольно гордо ответил Моран Авиньи.</p><p>Люмиан усмехнулся:</p><p>«Он ведь не изменил скрытно условия в момент, когда ты подписывал контракт?»</p><p>«Нет, я придаю особое значение подобным вопросам. Вы же знаете, в оккультном смысле я — „Судья“,» — с глубокой уверенностью произнёс Моран Авиньи.</p><p>Люмиан продолжил расспросы:</p><p>«Тогда ты видел этого „Надзирателя“?»</p><p>Моран Авиньи покачал головой:</p><p>«Контракт сначала подписал он, а затем его прислали его подчинённые. На самом деле мы лично не встречались.»</p><p>«Чем этот „Надзиратель“ занимался в последнее время?» — Люмиан осторожно продвигал расспросы дальше.</p><p>Моран Авиньи рассмеялся:</p><p>'Я лишь одно из звеньев его огромного теневого механизма и гигантской чёрной сети. Я помогаю выполнять кое-какие дела через сделки, но не знаю, к чему именно эти дела ведут и какова стоящая за ними цель.</p><p>'Хм, однажды он сказал, что хочет использовать таких людей, как я, чтобы сплести невидимый огромный водоворот — водоворот, в который можно поместить свои самые сильные желания и получить результат.</p><p>«Несколько дней назад он случайно упомянул, что водоворот вот-вот сформируется.»</p><p>Водоворот вот-вот сформируется… Продолжая наблюдать за изменениями притоков судьбы Морана Авиньи, Люмиан в раздумьях спросил:</p><p>«Как вы с этим 'Надзирателем» обычно связывались друг с другом?</p><p>«Есть ли особый, запасной способ на случай чрезвычайной ситуации?»</p><p>Это было делом, которое требовалось выяснить как можно скорее: Моран Авиньи, будучи министром промышленности Интиса, подвергся внезапному нападению и загадочно исчез, что являлось сенсацией огромного масштаба. Новости не заставят себя долго ждать и быстро распространятся, и тогда тот «Надзиратель» непременно прознает об этом и спешно перережет прежние каналы связи.</p><p>…………</p><p>Внутри виллы Морана Авиньи.</p><p>Будучи командиром мобильного отряда «Очистителей», напрямую подчинённого епархии Трира, заранее подготовленный Ангулем де Франсуа прибыл на место происшествия в первые же мгновения.</p><p>Выслушав рассказ находившихся на месте «Очистителей» и осмотрев место происшествия, Ангулем нахмурился:</p><p>«„Люди из 'ордена Авроры“?»</p><p>Не «Потайной клинок» и её группа?</p><p>Чем они вообще занимаются⁈</p><p>Немного подумав, Ангулем отдал приказ:</p><p>«Сначала заблокируйте информацию о происшествии с Мораном Авиньи, чтобы не вспугнуть тех людей и силы, что скрываются за этим аномалом. Возможно, у нас ещё будет шанс найти зацепки и вести расследование дальше.»</p><p>Таков был его опыт и порядок действий, к которому «Очистители» давно привыкли.</p></section><section><title><p>Глава 727 Лидер</p></title><p>Глава 727 Лидер</p><p>Вскорости отряд «Очистителей», прибывший из церкви Святой Вьев, доставил в кабинет Морана Авиньи почти полностью закрытый деревянный сундук.</p><p>Каждый из них был облачён в вощёный белый балахон с золотым шитьём, тонкие резиновые перчатки и кожаный капюшон, а маска на лице перед ртом и носом переходила в изогнутый книзу птичий клюв.</p><p>Ангулем жестом велел остальным «Очистителям» покинуть этот этаж и освободить смежные этажи от людей, после чего сам надел клювастую маску, переоделся в аналогичное облачение и туго затянул бинтами запястья и щиколотки.</p><p>Сквозь красные стеклянные линзы птичьей маски Ангулем увидел, как несколько коллег открыли деревянный сундук.</p><p>Внутренние стенки деревянного сундука со всех сторон — сверху, снизу, слева, справа, спереди и сзади — были выложены зеркалами точно по размеру.</p><p>Окружённая зеркалами, внутри стояла молочно-белая каменная статуя высотой в полчеловека, изображавшая красивую женщину с обнажённым торсом и спущенным до талии платьем.</p><p>У женской статуи одна рука была сломана, а вторая свисала вниз, прикрывая пупок; её изящная фигура и утончённые черты лица вызвали у Ангулема беспричинный прилив жара, а в голове вспыхнуло желание поцеловать «её» и вступить с этой каменной статуей в связи, выходящие за рамки дружеских.</p><p>Он не смел сделать глубокий вдох и мог лишь изо всех сил сдерживать себя.</p><p>Он знал, что это запечатанный артефакт уровня «1», принадлежащий Трирской епархии, с номером «82» под названием «Статуя Уламос».</p><p>Этот запечатанный артефакт уровня «1» заставлял окружающих существ постепенно влюбляться в него и стремиться завладеть им, а также мало-помалу распространял вовне самые разные болезни — как обычные для реального мира, так и относящиеся к сфере оккультизма.</p><p>Если его никто не остановит, окружение превратится в мучительный ад, где повсюду будут стонать, стенать и умирать в ужасных муках живые существа, а чума не прекратится и распространится ещё дальше, вызывая бедствие куда большего масштаба.</p><p>Ангулем запросил «1—82» потому, что тот помогал другим существам проникать в зеркальный мир, и пока время строго контролировалось, болезни и одержимость не успевали распространиться вовне.</p><p>Двое членов «Очистителей» с предельной осторожностью и трепетом подняли «Статую Уламос» и подошли к ростовому зеркалу в кабинете.</p><p>Ангулем и двое других соратников подошли ближе и положили ладони на плечи «1—82».</p><p>Синхронным шагом они двинулись вперёд и таким чудесным образом прошли сквозь стеклянную зеркальную поверхность, исчезнув из кабинета Морана Авиньи.</p><p>Едва Ангулем увидел за зеркалом ту тёмную, размытую, почти иллюзорную прослойку пространства, как почувствовал першение в горле, словно вот-вот закашляет.</p><p>«Эх…» — тихо вздохнул он.</p><p>Болезни, распространяемые «Статуей Уламос», действительно оказались не тем, от чего можно было бы защититься подобным нарядом…</p><p>Единственной целью такого облачения было в максимальной степени замедлить скорость собственного подлинного заражения болезнями!</p><p>Ангулем и его товарищи в состоянии постепенно нарастающей слабости и необъяснимого возбуждения начали осматривать область за зеркалом и вскоре обнаружили несколько померкших, лишённых блеска зеркальных осколков.</p><p>«Здесь произошёл бой. Морана Авиньи вынудили несколько раз использовать „зеркального двойника“, но следов крови, телесных жидкостей или волос не найдено», — кратко изложил свои выводы один из «Очистителей».</p><p>Был бой? Кто-то устроил засаду на Морана Авиньи прямо в зеркале? Сердце Ангулема вдруг ёкнуло, и у него возникло соответствующее догадывание.</p><p>А ты хороша, «Потайной клинок»!</p><p>«Похоже, Моран Авиньи не смог сразу же сбежать, и у него разбили несколько „зеркальных двойников“, а это означает высокую вероятность того, что он схвачен», — сперва серьёзно проанализировал Ангулем, а затем приступил к дезинформации: «Хм, я понял. Покушение, организованное „орденом Авроры“, с самого начала и не рассчитывало на успех. Цель убийцы была лишь в том, чтобы загнать Морана Авиньи внутрь этого зеркала, где остальные члены „ордена Авроры“ давно устроили засаду!»</p><p>Остальные «Очистители» согласились с этим умозаключением и один за другим кивнули:</p><p>«Это точно „орден Авроры“.»</p><p>«Чтобы справиться с Мораном Авиньи, они даже задействовали могущественный предмет, способный использовать зеркальный мир.»</p><p>«„Орден Авроры“ не оставил после себя кровавых и отвратительных сцен из-за того, что хотел взять Морана Авиньи живьём и выведать какую-то важную информацию?»</p><p>«За последние пять-шесть лет „орден Авроры“ становится всё более сообразительным…»</p><p>Быстро обменявшись парой фраз, один из «Очистителей» оглянулся на «Статую Уламос», стоящую у выхода, и сглотнул слюну:</p><p>«Давайте скорее выходить и уберём „1—82“ обратно в зеркальный сундук, я уже едва сдерживаюсь.»</p><p>Ангулем выразил согласие.</p><p>Вернувшись в реальный мир, заново запечатав «1—82» и сняв с себя эту громоздкую амуницию, он наконец выдохнул с облегчением, ощутив глубокую усталость в теле и душе.</p><p>…………</p><p>В гроте каменоломни, где находился постоянный вход и выход из зеркального мира.</p><p>При свете карбидной лампы и под пристальным взором «Глаза бедствий» Моран Авиньи с улыбкой ответил на вопрос Люмиана:</p><p>«Тоже через зеркало.»</p><p>Говоря это, он извлёк из потайного кармана одежды компактное зеркальце и с явным охотным желанием высказаться пояснил:</p><p>«В зеркальном мире каждое зеркало уникально и имеет свои собственные координаты. Я передал ему координаты своего зеркала, а он сообщил мне координаты одного из своих зеркал. Имея такую предпосылку, я могу за счёт собственных особенностей напрямую передавать информацию на его зеркало через „зеркальный мир“ и оставлять её там на некоторое время. Точно так же и он связывается со мной, но полагается на потусторонний предмет, который я ему дал.»</p><p>«IP-адрес, значит…» — пробормотала Франка на языке, не понятном никому из присутствующих.</p><p>Люмиан улыбнулся и мягко спросил:</p><p>«Ты можешь сообщить нам координаты зеркала „Надзирателя“?»</p><p>Моран Авиньи покачал головой:</p><p>«Это невозможно описать словами или записать. Такое способны почувствовать лишь те из нас, кто сам родом из зеркального мира, либо „Демонессы“, которые обрели божественность и стали „Демонессами Отчаяния“.»</p><p>Последовательность 4 «Демонесса Отчаяния»? А Последовательность 5 — «Демонесса Страданий»… Обе эти Последовательности звучат так себе, отыгрыш явно неприятный, но вот следующая «Нестареющая Демонесса» — это уже великолепно… Франка выуживала сведения о Пути «Демонессы», просвечивающие в словах Морана Авиньи.</p><p>«Почему же тот „Надзиратель“ способен это чувствовать?» — допытывалась Дженна.</p><p>Моран Авиньи ухмыльнулся:</p><p>«Он тоже не может чувствовать, но его потусторонний предмет способен их записывать и использовать.»</p><p>«А этот предмет может?» — улыбнулась Франка и приподняла рукав, демонстрируя похожую на стеклянную «зеркальную запонку».</p><p>Моран Авиньи сначала вздрогнул от неожиданности, а затем его лицо выразило облегчение:</p><p>«Так это вы убили Иебса.»</p><p>«Это сделал „Надзиратель“,» — весьма искренне пояснил Люмиан. — «Мы не собирались убивать его и даже хотели с ним подружиться, но этот „Надзиратель“ на огромном расстоянии, воспользовавшись мистической силой, убил его. Я очень беспокоюсь, как бы с тобой не случилось того же.»</p><p>Моран Авиньи помолчал несколько секунд и сказал:</p><p>«Может записывать.»</p><p>Он имел в виду, что «зеркальная запонка» может записывать координаты зеркала «Надзирателя».</p><p>«Я же говорила, что может,» — Франка ничуть не удивилась.</p><p>Ещё когда она использовала «зеркальную запонку», то обнаружила, что несколько зеркал в «зеркальном мире» давали ей очень чёткое ощущение и позволяли точно определить своё местоположение: там был вход и выход из зеркального мира в этом месте, ростовое зеркало в кабинете Морана Авиньи, а также ещё несколько зеркал неизвестно где.</p><p>На этом основании Франка заподозрила, что с каждым посещением какого-либо зеркала «зеркальная запонка» естественным образом записывает соответствующие координаты.</p><p>Моран Авиньи переменил тему и произнёс:</p><p>«Пытаться через то зеркало напрямую найти „Надзирателя“ практически бессмысленно. Я всегда подозревал, что то зеркало на самом деле находится у кого-то из подчинённых „Надзирателя“. Разумеется, расстояние между этим подчинённым и „Надзирателем“ должно быть очень небольшим, иначе передача информации затягивалась бы.»</p><p>Прямо как у многих членов «Исследовательского общества кудрявых павианов», у которых места связи для Посланника госпожи Хелы изолированы от их реальной жизни… Люмиан слегка кивнул и сказал:</p><p>'Ничего страшного, мы можем навестить их по одному, пока они действительно близко.</p><p>«Так ты можешь дать нам те координаты?»</p><p>Моран Авиньи умолк: воздействие гипноза и эффект сыворотки правды яростно сталкивались со стойкостью его внутренних убеждений.</p><p>Это были личные принципы и соответствующие ограничения «Рыцаря Наказания».</p><p>Наблюдая за изменениями в притоках его судьбы, Люмиан с улыбкой произнёс:</p><p>«Можешь подумать ещё немного, а пока давай поговорим о другом.»</p><p>Он увидел, что из-за этого Морану Авиньи грозит утрата укрощения, а потому решил расспросить о других сведениях — если тот по-прежнему не захочет делиться координатами, можно будет просто убить его и провести медиумический сеанс!</p><p>«Хорошо,» — Моран Авиньи тяжело вздохнул.</p><p>Люмиан с чувством меры спросил:</p><p>«Какие сделки заключал с тобой тот „Надзиратель“?»</p><p>Моран Авиньи ответил весьма непринуждённо:</p><p>«В основном оказывать определённую помощь некоторым людям, и точно так же я получал кое-какую помощь через этого 'Надзирателя» — благодаря этому мы оба повысили своё положение в политических кругах и обрели больше ресурсов.</p><p>«По сути, это то, чем обычно и занимаются политики, но с появлением 'Надзирателя» всё стало куда более скрытным, незаметным для окружающих и куда более эффективным.</p><p>«Кроме того, давать покровительство некоторым людям или косвенно предоставлять выгоду лицам не из высшего общества, чтобы удовлетворить требования другой стороны теневой сделки „Надзирателя“.»</p><p>Люмиан задумчиво спросил:</p><p>«А тот „Надзиратель“ не связывался с лидером ваших „Людей из зеркала“?»</p><p>Он не знал, есть ли у «Людей из зеркала» лидер в полном смысле этого слова, а сказал так, чтобы блефовать перед Мораном Авиньи и показать, будто они уже давно располагают важнейшими сведениями.</p><p>Даже если у «Людей из зеркала» действительно не было лидера в полном смысле этого слова и Моран Авиньи раскусил бы этот блеф, при наличии гипноза и сыворотки правды это нисколько не помешало бы его последующим ответам на вопросы.</p><p>Лицо Морана Авиньи слегка изменилось, и он сказал:</p><p>«Он действительно связывался с нашим лидером.»</p><p>«Как именно они связывались?» — спокойно спросил Люмиан.</p><p>«Посредством ритуала, который я предоставил; а о чём конкретно они говорили, я не знаю, меня там не было», — честно ответил Моран Авиньи.</p><p>«Ваш лидер находится в реальном мире или в зеркальном мире внутри Трира Четвёртой Эпохи?» — с любопытством спросила Франка.</p><p>«В Трире Четвёртой Эпохи», — со вздохом ответил Моран Авиньи. — «„Люди из зеркала“ с могущественной божественностью не способны воспользоваться точками утечки и вырваться вовне через те или иные катастрофические события.»</p><p>Франка ненадолго задумалась и сказала:</p><p>«У вашего лидера есть соответствующий реальный двойник?»</p><p>«Есть», — усмехнулся Моран Авиньи. — «Вы ни за что не угадаете, кто это.»</p></section><section><title><p>Глава 728 Третий слой зеркального мира</p></title><p>Глава 728 Третий слой зеркального мира</p><p>«Ни за что не догадаетесь, кто это?» — Люмиан и Франка одновременно усмехнулись, всем видом показывая, что как раз и собираются попробовать угадать.</p><p>Разумеется, ни один из них не стал угадывать влоб, намереваясь сначала собрать определенные сведения обходным путем, а уже затем строить прицельные догадки.</p><p>Люмиан присматривался к изменениям в притоках судьбы Морана Авиньи, понимая, что этот «Рыцарь Наказания» обладает собственной стойкостью и оккультными самоограничениями, и не станет добровольно раскрывать сведения о лидере «людей из зеркала», но в то же время не способен сдержать желание высказаться и противостоять воздействию гипноза, а потому с явным бахвальством пошел на определенную провокацию.</p><p>«Ты только что сказал, что „человек из зеркала“ с могущественной божественностью не может вырваться наружу через места утечки во время определенных катастрофических событий, а не просто „человек из зеркала“, обладающий божественностью», — улыбаясь, Люмиан вычленил ключевые слова из слов самого Морана Авиньи. — «Иными словами, „человек из зеркала“, соответствующий Последовательности 4, вырваться смог, а ваш лидер — это „человек из зеркала“, соответствующий как минимум полубогу Последовательности 3?»</p><p>На лице Морана Авиньи тут же отразилась досада: он пожалел, что говорил слишком подробно и сам того не замечая выдал в формулировках ключевые сведения.</p><p>Воодушевленная вылазкой Люмиана, Франка вслед за ним улыбнулась:</p><p>«„Человек из зеркала“ Последовательности 4, сбежавший из вашего зеркального мира, где он сейчас и чем занимается?»</p><p>Губы Морана Авиньи задрожали, ему с большим трудом удавалось сдерживаться, но он все же сохранил молчание.</p><p>«А он хорош, настоящий „Рыцарь Наказания“ Последовательности 5, прекрасно умеет противостоять допросу и разглашению информации, куда сильнее прежних… Интересно, если повредить ему лобную долю мозга, потеряет ли он остатки самоконтроля…» — мысленно вздохнул Люмиан и перевел тему на менее важные вещи:</p><p>«Каковы предпосылки возникновения 'человека из зеркала»?</p><p>«Каждый ли человек, долго проживший в реальном Трире, имеет соответствующего „человека из зеркала“, или же для этого требуется вступить в контакт с определенным подземным загрязнением?»</p><p>Это предположение было выдвинуто на основе обстоятельств «Праздника снов».</p><p>Ффух… Моран Авиньи тихо вздохнул с облегчением: еще немного, и он не смог бы сдержаться и выболтал бы самые сокровенные и важные тайны.</p><p>Нынешний вопрос принес ему некоторое расслабление, и он ответил весьма бойко:</p><p>'Если бы не было печати, наложенной на Трир Четвёртой Эпохи, тамошний зеркальный мир содержал бы полную проекцию реального Трира, включая каждого жителя этого города, но при наличии печати лишь те, кто часто спускается под землю и соприкасается с особым загрязнением, оставляют отпечаток в нашем зеркальном мире.</p><p>'Помимо подобных случаев, у нашего племени есть и иные источники:</p><p>«Во-первых, потомки той лжебогини: как только они рождаются, тут же появляется соответствующий 'человек из зеркала», независимо от того, где они находятся и бывали ли когда-либо в Трире;</p><p>«Во-вторых, кровные линии некоторых дворян Трира Четвёртой Эпохи, например, потомки рода Тамара. Я появился именно так, и это точно так же не ограничено ни местом, ни окружением.»</p><p>Люмиан и остальные понимали, что под лжебогиней Моран Авиньи подразумевает «Изначальную Демонессу» Чик. Будучи Злым Богом, повелевающим зеркальным миром, вполне естественно, что Её отпрыски тесно связаны с особым зеркальным миром.</p><p>«Почему у потомков рода Тамара особые отношения с вашим зеркальным миром? Ваши предки подверглись соответствующему загрязнению во время „Войны Четырех Императоров“ или еще раньше?» — задумчиво спросил Люмиан.</p><p>Моран Авиньи помолчал несколько секунд и произнес:</p><p>'Чуть раньше.</p><p>«Какому именно загрязнению они подверглись и почему оно возникло, из-за давности лет я не знаю. Ветвь Тамара, придерживающаяся Пути „Судьи“ и не являющаяся „людьми из зеркала“, или ветвь Тамара Пути „Двери“, возможно, сохранили соответствующие записи.»</p><p>Путь «Двери» — это другое название Пути «Ученика».</p><p>Люмиан кивнул и спросил от лица Франки и Дженны:</p><p>«В ваше племя не входят „люди из зеркала“ других демонесс?»</p><p>«Те — „люди из зеркала“, но не нашего мира», — со смешком ответил Моран Авиньи. — «Разумеется, если выполняются условия, о которых я говорил ранее, в нашем зеркальном мире тоже рождаются соответствующие „люди из зеркала“ из числа демонесс.»</p><p>«Вот оно как…» Пока Франка и Дженна слегка кивали, Люмиан сменил тему вопроса:</p><p>«Чем занимаются „люди из зеркала“, покинувшие подземелье?»</p><p>Он спросил весьма обобщенно, не указывая конкретно на тех «людей из зеркала», что обладают божественностью, поэтому Моран Авиньи, немного помявшись, дал ответ:</p><p>'Большинство из них осталось в Трире: они либо с помощью личностей своих оригиналов поднимают свой статус в различных отраслях и организациях, либо прячутся в тенях, тайно развивая влияние и готовясь к тому, чтобы в будущем полностью открыть печать Трира Четвёртой Эпохи и войти на третий слой зеркального мира — самый глубокий.</p><p>«Оставшаяся же часть…»</p><p>Моран Авиньи, сделав паузу, с улыбкой посмотрел на Франку и Дженну:</p><p>'Одни внедрились в Секту Демонессы, пытаясь разыскать место, где эта лжебогиня скрывается в реальности, а другие отправились в Ленбург, чтобы по приказу лидера найти некий предмет.</p><p>«Не спрашивайте меня, есть ли подвижки у „людей из зеркала“ в Секте Демонессы, и не спрашивайте, какой предмет ищут „люди из зеркала“, ушедшие в Ленбург. Это не моя сфера ответственности, и никто не сообщал мне подробностей.»</p><p>«Я тоже хочу найти место, где „Изначальная Демонесса“ скрывается в реальности. Может, назовешь мне всех „людей из зеркала“, внедрившихся в Секту Демонессы? Вдруг мы смогли бы сотрудничать?» — с цветущей улыбкой предложила Франка.</p><p>С выражением лица «чем красивее женщина, тем лучше она умеет лгать, я ни за что тебе не поверю», Моран Авиньи произнес:</p><p>«Я и сам точно не знаю, кто именно там есть. Всей информацией владеет только лидер.»</p><p>«Ладно», — Франка слегка повела глазами. — «Что еще за третий слой зеркального мира? Кстати говоря, мы обе бывали в Трире Четвёртой Эпохи и входили в ваш особый зеркальный мир, но всё, что мы там видели и с кем сталкивались — это „люди из зеркала“ погибших горожан Четвёртой Эпохи, отражение того древнего города. Где же тогда находится ваше племя?»</p><p>Моран Авиньи подробно объяснил:</p><p>«То, куда вы тогда вошли, должно быть, второй слой нашего зеркального мира. Он проявляется лишь при выполнении определенных условий, сохраняет картину разрушения Трира Четвёртой Эпохи, чрезвычайно опасен и таит множество неведомых тайн. А мы в повседневности живем на первом слое зеркального мира — отражении нынешнего Трира.»</p><p>«Первый слой зеркального мира отображает нынешний Трир?» — Дженна проницательно уловила противоречие. — «Разве ты не говорил, что вы, „люди из зеркала“, живете в темной, холодной и замкнутой среде?»</p><p>А ведь нынешний Трир — это огромный мегаполис!</p><p>Моран Авиньи холодно усмехнулся:</p><p>'Нам кажется, будто мы живем в огромном мегаполисе, но на самом деле каждый из нас ограничен и может лишь ходить взад-вперед по строго заданному маршруту, вечно кружа в одних и тех же нескольких комнатах, на одной-двух улицах. Если нет помощи от могущественного сильного с божественностью, мы даже общаться друг с другом не в состоянии — можем лишь через зеркало смотреть, чем занимается наш оригинал в реальности. К тому же в зеркальном мире нет проекций солнца, луны и звезд.</p><p>«Можете представить себе, что это за среда.»</p><p>«Чем-то похоже на состояние людей в том мире в картине, но у „людей из зеркала“ есть собственное, осознанное восприятие… Неудивительно, что они страдают…» Из отсутствия солнца, луны и звезд на первом слое зеркального мира Люмиан вывел один вопрос и задумчиво спросил:</p><p>«Если „Неомраченный“ Последовательности 4 Пути „Солнца“ соприкоснется с особым подземным загрязнением, появится ли соответствующий „человек из зеркала“?»</p><p>«Нет», — очень уверенно ответил Моран Авиньи.</p><p>Благодаря этому Люмиан исключил еще несколько вероятностей — некоторых вероятностей касательно личности лидера «людей из зеркала» в реальности.</p><p>«Путь „Солнца“ и впрямь особенный, не подкачал как Путь, заведующий очищением», — от всего сердца вздохнула Франка.</p><p>Затем она вспомнила, что на ее вопрос так и не ответили, и поторопила:</p><p>«А что находится на третьем слое зеркального мира?»</p><p>Моран Авиньи снова покачал головой:</p><p>«Никто туда не входил. Мы лишь знаем о существовании этого слоя, знаем, что наше рождение, наши особенности и источник нашей силы указывают на этот слой, а та „Демонесса Хаоса“, то есть „Изначальная Демонесса“, которой мы поклоняемся и за которой следуем, по некоторым причинам заперта там, охраняя реальность.»</p><p>«Заперта там? Скорее уж запечатана там… Охраняя реальность — интересная формулировка…» Люмиан ненадолго задумался и спросил:</p><p>«Что именно вы называете реальностью?»</p><p>«Реальность — это реальность», — выражение лица Морана Авиньи стало отчасти растерянным, словно он сам еще толком не задумывался над этим вопросом.</p><p>Видя, что тот и сам не знает ответа, Дженна продолжила тему взаимосвязи между «людьми из зеркала» и реальностью.</p><p>Она озадаченно спросила:</p><p>«Если оригинал в реальности умрет, что произойдет с 'человеком из зеркала»?</p><p>«И наоборот?»</p><p>Уголки губ Морана Авиньи приподнялись, и он с немного исказившимся лицом усмехнулся:</p><p>'По идее, если я в реальности умру, то и умер бы вслед за ним.</p><p>'Но если перед этим отправить меня из реальности в зеркальный мир, то его смерть окажет на меня совсем незначительное влияние.</p><p>«И наоборот: пока я еще пребываю в зеркальном мире, если меня убьет вторгшийся, я в реальности лишь переболею и какое-то время буду слаб. И если после этого он больше не соприкоснется с особым подземным загрязнением, то соответствующий 'человек из зеркала» у него больше не появится.</p><p>«А если я сбежал в реальный мир и меня убили, я в реальности вообще не ощущу никакого влияния.»</p><p>Франка выдохнула:</p><p>«Так ты тогда не стал убивать Морана Авиньи напрямую, а вместо этого придумал способ затащить его в зеркальный мир?»</p><p>«Да, я подождал, пока он „насладится“ какое-то время тьмой, холодом, замкнутостью и одиночеством, и лишь потом убил его», — Моран Авиньи расплылся в улыбке.</p><p>«Проще говоря, тот, кто в зеркале, теряет значимость и не влияет на выживание другого, и это никак не связано с тем, кто из них „человек из зеркала“, а кто из реальности… Если оба находятся в реальном мире, то „человек из зеркала“ изначально оказывается в проигрышном положении…» Слегка кивая, Люмиан начал сопоставлять сказанное Мораном Авиньи и строил догадки о личности лидера «людей из зеркала»:</p><p>Часто спускался под землю Трира, вступал в контакт с особым загрязнением;</p><p>Обладает могущественной божественностью, как минимум Последовательность 3;</p><p>В настоящее время неизбежно еще жив…</p><p>Подумав об этом, Люмиан не смог еще сильнее сузить круг.</p><p>Ему ничего не оставалось, кроме как воспользоваться способностями «Заговорщика» и поместить всю имеющуюся информацию в сеть своего мышления:</p><p>Тот «Надзиратель» из «Школы Истины» провел ритуал и пообщался с лидером «людей из зеркала»;</p><p>«Школа Истины» ищет последнюю гробницу императора Рассела;</p><p>Они добились весьма важных результатов, водоворот вот-вот сформируется…</p><p>Внезапно Люмиана озарило, и в его голове возникла невероятная догадка.</p><p>Он не смел утвердиться в этой догадке, поскольку одна из предпосылок, казалось, не сходилась.</p><p>Сделав два шага вперед, он наклонился к уху Морана Авиньи и шепотом произнес имя.</p><p>Лицо Морана Авиньи резко изменилось: на нем отразились одновременно и шок, и паника.</p><p>Люмиан выпрямился и с тяжелым выражением лица выдохнул.</p><p>«Ты угадал, кто лидер „людей из зеркала“?» — спросила Франка.</p><p>Люмиан слегка кивнул, обвел всех взглядом и глухим голосом произнес:</p><p>'Да, я понял, кто Он.</p><p>«Он — Рассел Густав из зеркала!»</p></section><section><title><p>Глава 729 Фрагменты судьбы</p></title><p>Глава 729 Фрагменты судьбы</p><p>Рассел Густав из зеркала?</p><p>Будь то Франка, Дженна или Энтони, когда они услышали, как это ослепительное для интисцев имя связывают с «Человеком из зеркала», в их головах на мгновение образовалась пустота.</p><p>Они инстинктивно хотели усомниться, но реакция и изменившееся выражение лица Морана Авиньи, казалось, подтверждали догадку Люмиана.</p><p>«Но разве Император не пал более века назад? Как у него может быть соответствующий „Человек из зеркала“?» Франка наконец обрела способность мыслить.</p><p>То, что император Рассел мог вступить в контакт с особым загрязнением подземелий Трира, вполне объяснимо — в конце концов, став взрослым, он долгое время жил в Трире и сам по себе не отличался спокойным нравом; а когда он взял под контроль весь Интис, то перестроил Трир, расширил город и начал Кампанию за патриотическую гигиену, но разве он не пал?</p><p>Озабоченное выражение лица Люмиана уже смягчилось:</p><p>«Я и сам поначалу не смел думать в этом направлении, но потом вспомнил кое-что: на том уровне, которого достиг император Рассел, даже падение не обязательно означает полную гибель, и, возможно, у него ещё есть шанс воскреснуть.»</p><p>Совсем как труп «Богомерзкого отродья» Наборедесли, лежащий в древней гробнице «Праздника снов».</p><p>«Падший, но не сгинувший…» Франка вновь предалась странным размышлениям.</p><p>Имея перед глазами пример трупа «Богомерзкого отродья» Повелителя Демонов, она, Дженна и Энтони довольно легко приняли объяснение Люмиана.</p><p>Люмиан посмотрел на побледневшего Морана Авиньи и с улыбкой сказал:</p><p>«Руководствуясь принципом „смело выдвигай гипотезы, но осторожно проверяй их“, я поделился с ним этой догадкой, и он весьма „охотно“ её подтвердил.»</p><p>Губы Морана Авиньи задрожали, он хотел было оправдаться, но так ничего и не произнёс.</p><p>Он чувствовал, что чем больше объясняет, тем больше помогает этим людям.</p><p>Желание выговориться заставило его добавить одну фразу:</p><p>«Теперь-то вы знаете, что у нас, 'Людей из зеркала», тоже есть весьма внушительная сила?</p><p>«Если удастся полностью снять печать с Трира Четвёртой Эпохи, мы не уступим ни одной из церквей праведных богов!»</p><p>Франка проигнорировала хвастовство Морана Авиньи и пробормотала про себя:</p><p>'Неудивительно, что полубоги церквей не слишком горят желанием спускаться под землю, чтобы лично разбираться с тамошними аномалиями — если только речь не идёт о столь серьёзных случаях, как прошлый раз, когда печать Трира Четвёртой Эпохи была повреждена.</p><p>«Какое уж тут решение аномалий — это же порождение ещё больших аномалий!»</p><p>Хотя полубогам Церкви «Вечного Пылающего Солнца» и не приходилось опасаться появления собственных «Людей из зеркала», подземелья Трира несли в себе не только загрязнение Зеркального мира!</p><p>Подземелье Трира слишком уж грязное и жуткое, не так ли?</p><p>И это при условии, что Трир Четвёртой Эпохи относительно хорошо запечатан. Что же во времена «Войны Четырех Императоров» натворили те четыре императора — и особенно «Кровавый Император» Алиста Тюдор, — если оставленные ими проблемы спустя с лишним тысячу лет всё ещё настолько ужасны⁈</p><p>Мы ведь тоже часто бываем под землёй Трира, даже спускались в Трир Четвёртой Эпохи и входили в тот особый Зеркальный мир… Мог ли у нас тоже появиться соответствующий, особый «Человек из зеркала»?</p><p>Нет, дело не в «мог ли», а в том, что он определённо есть — мы ведь уже видели его раньше!</p><p>Люмиан точно так же проигнорировал бахвальство Морана Авиньи и повернулся к Дженне:</p><p>«В нашем расследовании дела „Людей из зеркала“ достигнут существенный прогресс, а с учётом того, что у „Надзирателя“ явно есть божественность, дальнейшее нам уже не по зубам. Как только получишь координаты зеркала „Надзирателя“, сразу же доложи обо всём наверх.»</p><p>Дженна произнесла «хм» и с самоиронией ухмыльнулась:</p><p>«Вообще-то, мне уже сейчас хочется обо всём доложить.»</p><p>По её мнению, хотя до сих пор оставалось неясным, зачем «Школа Истины» ищет последнюю усыпальницу императора Рассела и чего хочет добиться, но при высокой вероятности того, что они уже заполучили ключевые сведения и вступили в сотрудничество с зеркальным Расселом, ситуация явно стала крайне неотложной и уж точно не сулила ничего хорошего.</p><p>«Можешь начинать писать письмо прямо сейчас.» Люмиан слегка кивнул и снова перевёл взгляд на Морана Авиньи.</p><p>Он собирался похитить его судьбу.</p><p>«Охота за судьбой» была не самоцелью; главное — воспользовавшись возможностью прикоснуться к судьбе, найти ключевые сведения в прошлых фрагментах судьбы.</p><p>Это был предпоследний этап «допроса».</p><p>Последним этапом станет «спиритический сеанс», чтобы силой выведать координаты зеркала «Надзирателя»!</p><p>Кроме того, Люмиан хотел воспользоваться случаем и посмотреть, что произойдёт с целью, если похитить у неё один фрагмент судьбы без обмена судьбами и без прямого причинения смерти.</p><p>Об этом в оккультных знаниях, присущих «Охотнику за судьбами», не упоминалось, и единственное, в чём Люмиан мог быть уверен, — это то, что «прошлое не изменится, и то, что уже завершилось, останется неизменным».</p><p>Изначально Люмиан хотел расспросить, кто ещё из «Людей из зеркала» поддерживает связь с Мораном Авиньи и где они находятся, но экстренность текущей ситуации заставила его отложить подобные вопросы напоследок, к этапу «спиритического сеанса», благо это было не столь уж важно.</p><p>Куда важнее, по мнению Люмиана, было выяснить, кто из «Людей из зеркала» внедрился в Секту Демонессы, а кто отправился в Ленбург на поиски некоей вещи, однако Моран Авиньи этого явно не знал.</p><p>— Люмиан подозревал, что отправившиеся в Ленбург «Люди из зеркала» искали зацепки к «0—01». В конце концов, судя по материалам, этот предмет должен быть тесно связан с «Кровавым Императором» Алистой Тюдором, а способ его запечатывания весьма похож на запечатывание Трира Четвёртой Эпохи, что может быть крайне важно для «Людей из зеркала», происходящих из особого Зеркального мира внутри Трира Четвёртой Эпохи.</p><p>Люмиан протянул правую ладонь и на некотором расстоянии прижал её к воздуху в сторону Морана Авиньи.</p><p>Его синие глаза быстро сменили цвет на серебристо-чёрный.</p><p>Это странное проявление привело Морана Авиньи в растерянность.</p><p>Хотя он и обладал силой Последовательности 5, последние с лишним десять лет постоянно вращался в политических кругах, держась на определенном расстоянии как от мистической сферы, так и от новоявленных сект злых богов, особенно после того, как стал министром промышленности; нужные знания, сведения и предметы он получал в основном за счёт внутренних связей среди «Людей из зеркала» и «Маклеров» из «Школы Истины», а с «дикими» Потусторонними напрямую контактировал крайне редко, поэтому, естественно, не мог понять, что делает Люмиан, но интуитивно верил, что у того есть определённый умысел и это не просто показное представление.</p><p>Правая ладонь Люмиана на расстоянии «коснулась» иллюзорной реки ртутного цвета, соответствующей Морану Авиньи.</p><p>Перед его глазами тут же возникла вся жизнь этого «Человека из зеркала», и разнообразные фрагменты судьбы хлынули один за другим вместе с бурлением реки.</p><p>Люмиан не мог провести тщательный разбор, поэтому, ухватившись за короткие две-три секунды, сосредоточился на наблюдении за двумя частями фрагментов судьбы:</p><p>Одна часть фрагментов судьбы показывала, как Моран Авиньи через зеркало дистанционно обучил «Надзирателя» из «Школы Истины» проведению ритуала и установил связь с Расселом Густавом из зеркала;</p><p>Другая же часть касалась того, как родился этот «Человек из зеркала».</p><p>В первой части фрагментов судьбы Люмиан увидел, как Моран Авиньи всунул серебряное зеркало, обладавшее весьма характерным старинным видом, в собственное гримёрное зеркало и одолжил его тому «Надзирателю».</p><p>А у истока той ртутно-серебристой реки судьбы в тёмной, холодной комнате быстро обрисовался зеркальный Моран Авиньи возрастом лет семнадцати-восемнадцати, с естественным жестоко-коварным выражением лица.</p><p>«Та старинная серебряная зеркальная поверхность очень похожа на ту, что Франка подобрала в месте просачивания загрязнения из Зеркального мира, да и во время операции на 'Постоялом дворе» она именно благодаря ей проникла в Трир Четвёртой Эпохи… Подобные зеркала тесно связаны с «Людьми из зеркала»?</p><p>«Разве Моран Авиньи не говорил, что у потомков рода Тамара от природы появляется соответствующий „Человек из зеркала“? Почему же его „Человек из зеркала“ при рождении не был младенцем? Потомкам рода Тамара нужно достичь определённого возраста или совершить нечто конкретное, чтобы у них появился соответствующий „Человек из зеркала“? Похоже, он и сам толком не понимает, в чём тут дело…»</p><p>В мгновение ока Люмиан не позволил попытке «Охоты за судьбой» закончится сама по себе и обернуться неудачей; улучив момент, он сжал правую руку вокруг одного из фрагментов судьбы и за счёт бурления духовной силы медленно выкорчевал невероятно тяжёлую цель из иллюзорной ртутной реки.</p><p>Этот фрагмент судьбы соответствовал сцене, в которой Моран Авиньи пережил всплеск похоти под действием «Опуса Ненависти».</p><p>Шло время, и по мере того, как Франка и Дженна расспрашивали о других «Людях из зеркала», отвлекая внимание Морана Авиньи, этот фрагмент судьбы наконец отделился от ртутной реки.</p><p>Образовавшаяся из-за этого пустота не заполнилась и не переплелась заново; её занял небытийный хаос, подёрнувшийся тонким туманом.</p><p>Накопив похищенный фрагмент судьбы в своём духовном теле, Люмиан стал пристально наблюдать за изменениями в Моране Авиньи.</p><p>В процессе ожидания он принялся размышлять про себя:</p><p>'Факт того, что Моран Авиньи был схвачен нами, не изменился…</p><p>'То, что он выпил сыворотку правды и был гипнотизирован, не изменилось…</p><p>'То, о чём он только что рассказывал, мы тоже не забыли…</p><p>«Хм, эта 'Охота за судьбой» заняла целых три минуты. Фрагмент судьбы со всплеском похоти относится к категории крайне тяжёлых во всей жизни Морана Авиньи, ведь из-за этого его судьба круто изменилась к худшему…</p><p>'Охота требует находиться в пределах пятнадцати метров, но если раздобыть кровь цели, это не обязательно…</p><p>'Поколебав судьбу, во время ожидания завершения нельзя атаковать цель, но можно отойти подальше…</p><p>«Всё же проще убить напрямую — тогда охоту можно завершить за считанные секунды…»</p><p>Пока Люмиан анализировал происходящее, слабое дыхание Морана Авиньи постепенно набрало силу, а лицо заметно порозовело.</p><p>Оставшиеся на его лице следы крови и слёз тут же исчезли.</p><p>«Хм, раз не было всплеска похоти, значит, он не получил и тяжёлых увечий…» — Люмиан хмыкнул ровно в тот момент, когда на лице Морана Авиньи отразилась радостная неожиданность.</p><p>Два луча белого света опустились на Морана Авиньи, заставив его, застигнутого врасплох, мгновенно провалиться в беспамятство.</p><p>В то же время Дженна и Франка, внимательно следившие за каждым движением Люмиана, одновременно навели револьверы на голову Морана Авиньи, который ещё даже не успел рухнуть.</p><p>Под грохот выстрелов голова этого «Рыцаря Наказания» разлетелась, подобно алому фейерверку.</p><p>Люмиан не стал жаловаться на то, что Франка и Дженна не дали ему возможности совершить «Жатву», да и сам не хотел попусту тратить духовную силу — явившись в самый последний момент, разорив с помощью «Опуса Ненависти» оставшиеся зеркальные двойники Морана Авиньи и взяв того в плен, он уже провёл успешную «Жатву» и ощутил, как зелье усваивается.</p><p>Бух!</p><p>Тело Морана Авиньи рухнуло на землю, и Франка начала готовиться к спиритическому сеансу.</p></section><section><title><p>Глава 730 Прибытие</p></title><p>Глава 730 Прибытие</p><p>Франка, раскладывая всё для ритуала, задумалась и сказала Люмиану:</p><p>«Зеркальные координаты невозможно описать словами, их можно получить только через передачу в оккультном смысле, а „Спиритизм волшебного зеркала“ не способен сделать подобного, поэтому я планирую провести обычный спиритический сеанс.»</p><p>Созданный ею «Спиритизм волшебного зеркала» хотя и значительно увеличивал продолжительность сеанса и количество ответов духа, был ограничен зеркалом как медиумом и лишал возможности иных взаимодействий.</p><p>«При обычном спиритическом сеансе список вопросов очень ограничен…» — Люмиан размышлял несколько секунд, после чего произнёс: — «Первый вопрос — пусть передаст нам координаты зеркала „Надзирателя“, второй — где находится старинное серебряное зеркало, используемое для ритуалов и связи с их лидером, а третий — кто из „Людей из зеркала“ поддерживает с ним связь, где они находятся и какова их реальная личность, отвечая строго по степени важности.»</p><p>Как только он ответит на третий вопрос, спиритический ритуал, скорее всего, завершится сам собой. Люмиан даже сомневался, что Моран Авиньи успеет «представить» всех «Людей из зеркала» из своей цепочки, поэтому и потребовал расставить приоритеты по степени важности — начиная с тех «Людей из зеркала», чьё текущее положение или порученные дела наиболее значимы.</p><p>«Старинное серебряное зеркало?» — переспросила Франка с недоумением.</p><p>«Да, у Морана Авиньи есть точно такое же старинное серебряное зеркало, какое было у тебя, и оно служит ключевым предметом для связи с Роселлем из зеркала,» — коротко ответил Люмиан.</p><p>Пока он говорил, он присел и стал обыскивать карманы пиджака и брюк Морана Авиньи.</p><p>К своему сожалению, он обнаружил, что у этого министра промышленности при себе были лишь несколько крупных купюр и немного мелочи, в общей сложности 3212 феров.</p><p>Помимо наличных, там были золотые карманные часы, обладающие изысканной эстетикой механического искусства, платок с изящной вышивкой и кошелёк от частного дизайнера и ремесленника.</p><p>Ни одна из этих вещей не обладала Потусторонней силой!</p><p>Люмиан не удержался и, подражая Франке, мысленно выругался:</p><p>«Нищеброд!»</p><p>На самом деле он понимал: Моран Авиньи, будучи действующим министром промышленности, находился под строгой охраной официальных Потусторонних, поэтому вряд ли стал бы носить при себе волшебные предметы или Потусторожнее оружие, дабы не раскрыть свою аномалию.</p><p>— Он был «Рыцарем Наказания» 5-й Последовательности пути «Суда». Если бы он раскрыл этот факт двум великим Церквам, ему было бы трудно объяснить, откуда взялись рецепт зелья и Потусторонняя характеристика такого уровня. Подписывая контракт, он в лучшем случае заявил лишь о том, что является Потусторонним соответствующего пути, не указывая конкретную Последовательность, из-за чего в дальнейшем лишился возможности открыто получать предметы и мог доставать их только через «Маклеров», а об этом официальным Потусторонним знать не полагалось.</p><p>Для Морана Авиньи на самом деле не было необходимости просить «Надзирателя» устроить «Теневую операцию», чтобы создать предлог для открытого контакта и получения волшебного предмета. Ведь «Люди из зеркала» могли передавать вещи через зеркало, и если ему действительно требовалось использовать какой-то предмет для достижения цели, он вполне мог связаться с соратниками, попросить их «прислать» вещь, а завершив дело, сразу же вернуть её обратно.</p><p>Люмиан вздохнул, забрал банкноты, карманные часы и прочие вещи, после чего поднялся на ноги.</p><p>Наблюдая за тем, как Франка заканчивает подготовку к спиритическому сеансу, он обратился к Дженне, продолжавшей писать письмо:</p><p>'Ты только что выстрелила очень решительно. Неужели ни капли психологического груза?</p><p>«Это ведь было не во время боя. Мы так долго и дружелюбно общались с Мораном Авиньи, что мне даже показалось, будто мы стали друзьями.»</p><p>Дженна бросила взгляд на Люмиана и, пристроив письмо на выступе скалы перед собой, слегка рассмеялась:</p><p>«Ты беспокоишься, что я силой подавляю психологический дискомфорт и доведу себя до проблем, так что решил подработать Психиатром и провести со мной беседу?»</p><p>Всё это время молча слушавший и идеально отыгрывавший роль «Зрителя» Антони Рид слегка смущённо коснулся своего носа.</p><p>Похоже, это была его работа.</p><p>Но он видел, что ни Дженна, ни Франка не нуждались в наставлениях и утешении.</p><p>Люмиан не стал прямо отвечать на вопрос Дженны, лишь усмехнулся:</p><p>«Ты ведь тоже уложила не так уж много людей.»</p><p>«А если бы мы только что не выстрелили, ты бы сам сделал это? Хотя тебе и кажется, будто вы с Мораном Авиньи чуть ли не стали друзьями, я уверена, что ты без колебаний разнёс бы ему голову,» — со смешком возразила Дженна.</p><p>Люмиан усмехнулся:</p><p>«Я — другое дело. Я убил столько людей, что уже и счёта не знаю.»</p><p>Дженна снова взглянула на него:</p><p>«Моран Авиньи сам рассказал о своих преступлениях: он затащил настоящего Морана Авиньи в зеркало, держал в заточении, а затем жестоко убил. Казня преступника, я не испытываю ни малейшего психологического давления.»</p><p>«Ты изменилась…» — наигранно вздохнул Люмиан и пошутил: — «Раньше ты привыкла полагаться на полицию и официальные силы, чтобы наказывать злодеев.»</p><p>Дженна ничего ему не ответила, так как Франка уже завершила приготовление к спиритическому сеансу.</p><p>В колебаниях свечного пламени, окрашенного в мрачно-зелёный оттенок, дух Морана Авиньи возник прямо над его трупом, и все присутствующие с включённым «Духовным зрением» увидели его.</p><p>Франка не стала терять времени. Снимая с манжеты стеклянную «зеркальную запонку», она обратилась к духу Морана Авиньи:</p><p>«Назови мне координаты зеркала того „Надзирателя“.»</p><p>Смутное и мрачное лицо Морана Авиньи тут же исказилось.</p><p>Однако, лишившись жизни, он больше не обладал мощным самоконтролем и вскоре не смог противостоять эффекту спиритического сеанса. Он протянул правую руку, показывая Франке, чтобы та передала ему «зеркальную запонку».</p><p>Заранее подготовившаяся Франка тут же протянула «зеркальную запонку».</p><p>Дух Морана Авиньи сжал запонку, на его бестелесном облике вспыхнул мрачный свет, который собрался на поверхности этой подобной стеклу пуговицы и просочился внутрь.</p><p>Забрав «зеркальную запонку» обратно, Франка тихонько вздохнула с облегчением.</p><p>Самое главное дело было сделано, а всё последующее — лишь дополнительная выгода!</p><p>От этого Франка заметно оживилась и с большим интересом спросила Морана Авиньи:</p><p>«Есть ли у тебя старинное серебряное зеркало, которое можно использовать для… Погоди-ка…»</p><p>Ей вдруг пришло в голову, что это тоже считается за отдельный вопрос, поэтому она поспешно переформулировала:</p><p>«Где сейчас находится то старинное серебряное зеркало, помогающее „Надзирателю“ общаться с вашим лидером?»</p><p>Люмиан только что лично убедился, что при Моране Авиньи его не было.</p><p>Дух Морана Авиньи мрачно и заторможенно ответил:</p><p>«У Гриффита. Когда оно мне требуется, он передаёт его мне через зеркало.»</p><p>Франка сначала обрадовалась, но тут же с досадой выругалась вслух:</p><p>«Бля!»</p><p>Она осознала, что не сможет заставить Морана Авиньи дать зеркальные координаты этого Гриффита.</p><p>Для спиритического сеанса остался всего один вопрос: ей нужно было сперва спросить, кто именно входит в число тех «Людей из зеркала», с которыми связывается Моран Авиньи, и каков их статус в реальности, так что добавить требование о передаче координат зеркала никак не удавалось!</p><p>И Люмиан, и Антони в мгновение ока поняли, почему Франка ругала себя, однако иного выхода действительно не было: формулирование некоторых вопросов напрямую зависело от предыдущих ответов, а передать координаты зеркала с помощью «Спиритизма волшебного зеркала» было невозможно.</p><p>Успокоив эмоции, Франка посмотрела на дух Морана Авиньи и, подбирая слова, произнесла:</p><p>«Кто входит в число тех „Людей из зеркала“, что поддерживают с тобой связь, и чем они занимаются в реальности? Начни с тех, чьё положение и обязанности наиболее важны.»</p><p>И без того бледное, размытое лицо Морана Авиньи снова исказилось. Мучительно превозмогая себя, но в то же время довольно заторможенно он ответил:</p><p>«Среди них Гриффит, он приходится мне заместителем. Его оригинальное „я“ — ключевой член „Ордена Аскетов Моисея“. С нашей помощью он постепенно поднимает своё положение внутри „Ордена Аскетов Моисея“, надеясь, что однажды эта тайная организация примкнёт к союзу, цель которого — снять печать с Трира Четвёртой Эпохи…»</p><p>«Орден Аскетов Моисея»… Разве это не та тайная организация, что противостоит «Заре Стихий» старшей дочери Императора, Бернадетт? Помнится, большинство их Потусторонних принадлежат к пути «Тайноведа»… Интересно, есть ли среди членов Исследовательского общества люди из «Ордена Аскетов Моисея» или «Зари Стихий»? Похоже, тех, кто вроде меня состоят более чем в одной тайной организации, должно быть немало… Франка внимательно и сосредоточенно слушала, не перебивая рассказ Морана Авиньи.</p><p>Моран Авиньи упомянул второго «Человека из зеркала»:</p><p>«Каратанца Тамара, член нашего ответвления рода Тамара. Он вступил в армию и сейчас служит в звании полковника. Прикрываясь уничтожением шпионов Королевства Руэн и добычей рецептов зелий и характеристик пути 'Суда», он открыто демонстрирует свои Потусторонние способности на авансцене…</p><p>«Палия, её оригинальное 'я» была исследователем минералов. В настоящее время она вступила в «Пещерное общество Трира», прикрывая этим свои усилия по поиску слабых мест в печати…</p><p>«Сибот, заместитель начальника Департамента полиции Трира, Комиссар полиции. Его оригинальное „я“ во время выполнения одного из заданий подверглось специфическому загрязнению, после чего Гриффит и Каратанца устроили на него целенаправленную засаду и затащили в зеркало, чтобы вытащить оттуда зеркального Сибота и посадить на его место…»</p><p>На этом месте дух Морана Авиньи стал ещё более эфемерным, готовый рассеяться в любой момент.</p><p>В этот момент Дженна закончила письмо и, повернув голову к Люмиану, произнесла:</p><p>«Я сейчас же призову Посланника госпожи „Суд“.»</p><p>Стоило ей произнести эти слова, как возле ушей её, Люмиана и остальных раздался призрачный голос, доносящийся словно издалека:</p><p>«Призывать не нужно.»</p><p>Люмиан, Франка, Дженна и Антони одновременно что-то почувствовали и устремили взгляды к боковой стороне грота каменоломни.</p><p>В полумраке, освещаемом лишь карбидными лампами и свечами, в пустоте сгустились яркие сияющие струи звёздного света, быстро вырисовывая сказочные двустворчатые врата.</p><p>Бесшумно эти врата распахнулись, и оттуда выехала огромная карета-тыква, запряжённая множеством серых мышей.</p><p>В карете восседали три дамы: одна — «Фокусник», одетая в кремово-белое платье с высоким воротником и золотой вышивкой, другая — «Суд», с жёлтыми волосами до плеч, в серо-белом рыцарском облачении с коричневым кожаным доспехом.</p><p>Ещё одна дама была облачена в фиолетовую мантию с таинственными узорами, на её поясе висел астролябический прибор, а на переносице сидели изящные очки.</p><p>В левой руке она держала странную лампу, похожую на чайник, с золотистой поверхностью, покрытой загадочными орнаментами.</p></section><section><title><p>Глава 731 Преследование</p></title><p>Глава 731 Преследование</p><p>Увидев эту странную золотую лампу, у всех — будь то Люмиан, Франка или Дженна — дёрнулись веки и возникло дерзкое предположение:</p><p>«Неужели это и есть „0—05“, „Волшебная лампа желаний“?»</p><p>Хм, тыквенная карета — один из символов госпожи «Отшельник», обладательницы карты Старших Арканов, а она тесно связана с лидером «Зари Стихий», старшей дочерью императора Рассела и хранительницей «0—05» Бернадетт, так что одолжить «Волшебную лампу желаний» для использования было вполне возможно…</p><p>Пока эти мысли молниеносно проносились в их головах, они услышали, как Антони уважительно произнёс:</p><p>«Добрый вечер, госпожа „Фокусник“, госпожа „Суд“.»</p><p>Люмиан и остальные вслед за ним опомнились и тоже поприветствовали их.</p><p>«Это госпожа „Отшельник“,» — «Фокусник» коротко представила её.</p><p>Дождавшись, пока Люмиан и остальные закончат приветствовать, эта дама в кремово-белом длинном платье с высоким воротником и золотой вышивкой достала из пустоты старую круглую стеклянную бутылку с тёмно-красным вином и обратилась к Франке:</p><p>«Одолжи мне ту запонку, а после этого вы можете возвращаться домой и отдыхать.»</p><p>Сражение с «Надзирателем» из «Школы Истины» неизбежно будет битвой уровня полубогов, в которую Люмиан и его спутники не могли вмешиваться.</p><p>Франка и не думала настойчиво напрашиваться на участие и передала похожую на стеклянную пуговицу госпоже «Фокусник».</p><p>Госпожа «Фокусник» тут же передала ей ту бутылку с лишь тонким слоем тёмно-красной жидкости:</p><p>«Это Волшебный предмет, его эффект заключается в том, что после выпивания он восстанавливает физические силы и духовность, но помни: пить можно только раз в день, не становись пьяницей.»</p><p>Сделаешь лишний глоток — и тут же превратишься в пьяницу? Франка и остальные мгновенно поняли истинный смысл последнего предостережения госпожи «Фокусник».</p><p>Увидев, что тёмно-красного вина в бутылке всего лишь на один глоток, Франка повернулась, собираясь передать старую стеклянную бутылку Люмиану.</p><p>Он был тем, кто израсходовал больше всего духовности.</p><p>Госпожа «Фокусник», поглаживая пальцами «зеркальную запонку», с улыбкой сказала:</p><p>«Не волнуйся, тебе его не допить, оно называется „Неиссякаемое вино“.»</p><p>Вот как… Решив попробовать, Франка открутила тонкую металлическую крышку и разом выпила тот тонкий слой тёмно-красного вина.</p><p>Когда слегка терпкая и сладковатая алкогольная жидкость скользнула по горлу, она почувствовала, как мгновенно бодрится, словно только что крепко выспалась и вовсе не сражалась с Мораном Авиньи.</p><p>В то же время она увидела, как на дне старой стеклянной бутылки просочились струйки тёмно-красной жидкости, и там снова образовался тот самый тонкий слой вина.</p><p>И правда неиссякаемое… Размышляя об этом, Франка протянула старую стеклянную бутылку Люмиану.</p><p>Её рука протянулась лишь наполовину, как вдруг она почувствовала, что это будто бы не совсем правильно.</p><p>Она подсознательно изменила направление, намереваясь дать сначала выпить Дженне.</p><p>Но передумав, она решила, что это ещё более неправильно!</p><p>Потому что потом всё равно придётся давать пить Люмиану!</p><p>Ладно-ладно, вольным людям правила не указ… — пробормотала Франка на родном языке.</p><p>Она провела пальцем по горлышку бутылки и увидела, как там выступил лёгкий иней.</p><p>Пока иней естественно осыпался, Франка передала «Неиссякаемое вино» Дженне.</p><p>Дженна выпила тёмно-красную винную жидкость, повторила её движение и только потом передала бутылку Люмиану.</p><p>Увидев это, Франка тихо вздохнула с облегчением.</p><p>Люмиан не обратил внимания на действия двух Ведьм, его куда больше привлекали необычные проявления, продемонстрированные госпожой «Отшельник» и госпожой «Фокусник».</p><p>Глаза первой, скрытые за линзами очков, стали невероятно глубокими, но без фокуса, туманно-безбрежными, словно вглядывающимися неизвестно во что, тогда как вокруг второй проявились бесчисленные сияющие точки света, будто уменьшенное звёздное небо перенесли на землю.</p><p>Перед решением важного дела сначала провести «гадание» или «пророчество»? Люмиан с некоторым пониманием принял старую стеклянную бутылку и залпом выпил находившееся внутри тёмно-красное вино.</p><p>Его духовность быстро восстановилась, будто он пережил наступление шести часов утра.</p><p>Разумеется, та часть духовности, которую он израсходовал из заранее накопленных запасов, не «вернулась».</p><p>Уф, тревожность Люмиана по поводу нехватки духовности была исцелена.</p><p>Когда Антони тоже выпил «Неиссякаемое вино» и вернул этот Волшебный предмет госпоже «Фокусник», из «зеркальной запонки» вылетело тёмное сияние, окрашенное цветом звёздного блеска, и погрузилось в глаза обладательницы карты Старших Арканов.</p><p>Госпожа «Фокусник» позволила «зеркальной запонке» самой полететь к Франке, а сама протянула обе руки, схватила пустоту и резко рванула её в стороны.</p><p>Бесшумно пустота разорвалась, точно прозрачная плёнка, открывая один за другим небытийные и тёмные тоннели, сплетённые подобно паутине.</p><p>Это был зеркальный мир в обычном понимании.</p><p>Не полагаясь на зеркала, «Фокусник» напрямую открыла иллюзорные врата, ведущие в зеркальный мир!</p><p>«Неужели такова сила высокого уровня Пути „Ученика“?» — пока Люмиан и остальные про себя восхищались, госпожа «Фокусник» перевела взгляд на госпожу «Отшельник», стоявшую рядом.</p><p>В правой руке облачённой в пурпурное одеяние «Отшельника» появился яркий, недостаточно реальный клубок шерстяных нитей, и она обмотала его кончик вокруг той золотой лампы причудливой формы.</p><p>Затем эта обладательница карты Старших Арканов бросила яркий иллюзорный клубок нитей прямо в иллюзорные врата, открытые «Фокусником», вглубь тех тёмных небытийных тоннелей зеркального мира.</p><p>Клубок нитей сам покатился в один из тоннелей и быстро исчез в глубине, оставив лишь нить, отмечавшую его траекторию и соединённую со странной золотой лампой.</p><p>«Фокусник» тут же вместе с «Отшельником» и «Судом» шагнула в зеркальный мир, устремляясь вслед за этим клубком нитей.</p><p>После того как их силуэты исчезли в зеркальном мире, насильственно разорванная пустота стремительно сомкнулась.</p><p>«Я наверняка слышала историю про этот клубок нитей, но не помню, как она называется…» — снова пробормотала Франка.</p><p>Люмиан снова устремил взгляд на труп Морана Авиньи.</p><p>«Ты хочешь утащить его обратно, чтобы накормить своего крестника?» — с отвращением произнесла Франка. — «Не говоря уж о том, стоит ли Людвигу есть людей, плоть и кровь такого „Человека из зеркала“ постепенно превратится в осколки зеркала. Ты хочешь, чтобы Людвиг набил рот стеклянным крошевом?»</p><p>Люмиан покрутил головой:</p><p>«Я думаю о том, не прихватить ли мне то зеркало для макияжа Морана Авиньи.»</p><p>…………</p><p>Продвинувшись некоторое время вдоль яркой нити, три обладательницы карт Старших Арканов прибыли в загородную виллу, соответствующую координатам зеркала, и увидели стоящее на письменном столе целевое зеркало.</p><p>Оно тоже оказалось зеркалом для макияжа.</p><p>Они не стали останавливаться и, преследуя клубок нитей, пошли дальше по миру духов.</p><p>Прошло всего две-три секунды, и они вернулись в реальность, увидев, что яркий иллюзорный клубок нитей остановился внутри мрачной, тёмной церкви, не имевшей никаких божественных символов.</p><p>Под куполом церкви один за другим в воздухе висели люди, слегка покачиваясь от дуновений ветра.</p><p>Среди этих людей были старики, юноши, джентльмены в полувысоких шёлковых цилиндрах, дамы в винтажных платьях с прекрасными лицами, кто-то был высоким и могучим, словно гигант, а кто-то с ног до головы покрыт склизкой рыбоподобной чешуёй…</p><p>Их общей чертой было то, что все они крепко зажмурили глаза и висели на невидимых верёвках, подобно повешенным трупам.</p><p>В глубине церкви на деревянном чёрном стуле со спинкой сидел мужчина лет тридцати с обычными чертами лица и тёмно-чёрными волосами; его аура и его душа казались «Фокуснику» одновременно знакомыми и чуждыми.</p><p>Знакомыми — потому что она узнала в нём лидера «Дня дурака», «Локи», вынужденного израсходовать свою попытку воскрешения; чуждыми — из-за того, что тот пропитался странным ощущением.</p><p>В этот момент рядом с «Локи» стоял размытый женский силуэт, будто нарисованный, а его собственные глаза были абсолютно чёрными, словно поверхность озера в безлунную ночь.</p><p>Он посмотрел на «Фокусника», «Отшельника» и «Суд» и с улыбкой произнёс:</p><p>«Благодаря вам я наконец нашёл хоть какую-то надежду на возвращение.»</p><p>Не успел голос «Локи» смолкнуть, как подвешенные в воздухе трупы одновременно открыли глаза.</p><p>Каждая из этих пар глаз была совершенно чёрной.</p><p>…………</p><p>Внутри грота каменоломни, где находился постоянный вход в зеркальный мир.</p><p>«Забрать то зеркало для макияжа Морана Авиньи?» — Дженна сначала повторила слова Люмиана, а затем её внезапно осенило. — «Ты хочешь посмотреть, попытается ли кто-то ещё из „Людей из зеркала“ связаться с ним до того, как новость о таинственном исчезновении Морана Авиньи распространится?»</p><p>«Ожидание — это добродетель,» — с улыбкой ответил Люмиан.</p><p>Для «Охотника» это было тем более обязательным качеством.</p><p>Он нагнулся и извлёк то зеркало для макияжа из кармана одежды трупа Морана Авиньи.</p><p>И как раз в этот момент зеркало для макияжа с щелчком раскрылось.</p><p>Раскрылось само!</p><p>Из стеклянной зеркальной поверхности размером с ладонь вырвалось тёмное сияние, мгновенно заполнив этот грот каменоломни, где прежде царил лишь слабый свет.</p><p>В следующую секунду Люмиан, Франка и остальные увидели, как рядом с постоянным входом и выходом из зеркального мира на поверхности выступающей скалы быстро обрисовался силуэт человека.</p><p>Это была женщина с чёрными волосами и карими глазами, с изящным лицом, облачённая в ярко-красное длинное платье со множеством слоёв вышивки и кружев, обнажавшее в холодный зимний день обширный участок белоснежной кожи на груди, с располагающей к себе улыбкой на лице.</p><p>Пель?</p><p>Та самая знаменитая трирская куртизанка, театральная актриса из Королевства Лоэн Пель?</p><p>Люмиан был одновременно потрясён и растерян, абсолютно не ожидая встретиться лицом к лицу с этой известной своим экстравагантным стилем куртизанкой здесь и в такой обстановке.</p><p>Франка, Дженна и Антони испытывали точно такое же иллюзорно-нереальное ощущение.</p><p>Практически одновременно Люмиан вспомнил два факта, связанных с Пель:</p><p>Когда он впервые отправился наблюдать за Мораном Авиньи, Пель как раз свидалась со своим новым любовником в ресторане при том крупном отеле;</p><p>Все куртизанки в стандартном, учебниковом смысле являются маклерами, политическими маклерами!</p><p>Сопоставив эти два пункта, Люмиан пришёл к догадке:</p><p>Неужели Пель — тоже член «Школы Истины»?</p><p>Неужели она и есть тот самый подчиняющийся напрямую Ебусу «Надзиратель», обладатель благословения злого бога уровня полубога?</p><p>Если это действительно так, то куда отправились с отслеживанием госпожа «Фокусник» и остальные, и кого они преследуют?</p><p>Бежать! Нужно немедленно бежать!</p><p>В этот момент Пель посмотрела на Люмиана и остальных, и с её улыбающихся губ слетели «Слова Порядка»:</p><p>«Ваши преступления ещё не получили наказания!»</p></section><section><title><p>Глава 732 Цель</p></title><p>Глава 732 Цель</p><p>Узнав, кто перед ней, Франка уже скрыла силуэт и намеревалась обойти Пель сбоку, чтобы отразить её фигуру в зеркале и попробовать сотворить проклятие.</p><p>Даже если цель проклятия не будет достигнута, это всё равно создаст условия для Дженны, которая теневым скрытничеством подбиралась к цели со спины для совершения убийства.</p><p>Она и Дженна думали не так глубоко, как Люмиан, являвшийся «Заговорщиком», а просто интуитивно верили, что внезапно напавшая Пель очень опасна — опаснее Морана Авиньи, — но они не предполагали у неё статуса «Надзирателя» или полубога.</p><p>Стоило Пель произнести ту фразу на «Словах Порядка», как Франка вдруг почувствовала, что из окружающих теней выскочили подобные тонким и длинным змеям сущности, окружив её, находившуюся в состоянии невидимости.</p><p>Свист-свист-свист! Из земли выросла одна за другой невероятно острые и твёрдые ледяные пики, будто вонзающиеся копья солдат.</p><p>Франка поспешно подпрыгнула, одной рукой оттолкнувшись от боковины одной из ледяных пик, и, кувыркнувшись в воздухе, выскочила из этой зоны.</p><p>Её тело едва не проткнуло насквозь, насадив на остриё ледяной пики.</p><p>Не успела Франка приземлиться, как из теней вылетели клубы чёрного пламени, устремившись прямо к ней, а окружающие подобные длинным тонким змеям сущности резко сжались, связывая её слой за слоем.</p><p>Это… Франка не успевала предпринять иных мер и могла лишь беспомощно смотреть, как чёрное пламя опускается на неё.</p><p>В то же время она увидела, как из тени вышла фигура — это была Кларисса в чёрном придворном платье и с элегантным пучком волос, но лик этой «Чёрной Демонессы» был размыт, а лицо оставалось тёмным и не имело сходства с живым человеком.</p><p>«Мои грехи — это мошенничество, обман, использование других людей, что главным образом относится к Секте Демонессы, поэтому кара исходит от иллюзорного воплощения „Чёрной Демонессы“?» — пронеслась мысль в голове Франки.</p><p>Её тело вслед за этим разлетелось на куски, словно стекло.</p><p>«Зеркальный двойник»!</p><p>Дженна, находившаяся в состоянии скрытничества, тоже столкнулась со странным врагом:</p><p>Это был священнослужитель Церкви «Вечного Пылающего Солнца» в белой мантии с золотым шитьём, но у него не только черты лица были туманными, так что невозможно было разглядеть, кто это, но даже телосложение и комплекция непрерывно и едва заметно менялись.</p><p>Ослепительный солнечный свет обрушился вниз, полностью разогнав тени в соответствующей зоне и обнажив тело Дженны.</p><p>Дженну внезапно озарило понимание:</p><p>«Мой грех — верность нескольким божествам и отступничество от 'Вечного Пылающего Солнца»…</p><p>Значит, покарать меня явилось абстрактное воплощение священнослужителя Церкви…'</p><p>Дженна поспешно покатилась в другую сторону грота каменоломни, чтобы уклониться от атаки этого «священнослужителя».</p><p>Энтони не был забыт.</p><p>Он как раз собирался с помощью «Психологической невидимости» приблизиться к Пель и повергнуть её в «Безумие», как увидел, что к нему хлещет плеть, словно обвитая серебристо-белыми молниями.</p><p>Треск и пощёлкивание раздались прямо в голове Энтони, иллюзорные и одновременно реальные, заставив его испытать боль, будто по душе провели шипом, так что волоски на всём его теле встали дыбом.</p><p>Если бы не его высокий самоконтроль, он бы уже дико закричал.</p><p>А взору его предстал мужчина средних лет в чёрном мундире и белой рубашке, одетый как трирский полицейский.</p><p>«Мои грехи — это незаконные действия во времена работы торговцем информацией, поэтому я противостою трирскому полицейскому? Подавляющее большинство трирских полицейских не имеют Потусторонних сил, так что этот каратель напрямую проявил способности Пути „Судьи“?» — размышлял Энтони, пока на поверхности его тела проступала серо-белая «драконья чешуя», а сам он умело бежал и катился, изыскивая возможность применить «Психологическую невидимость».</p><p>И без того мрачное окружение вокруг Люмиана вдруг сделалось совсем угрюмым, будто нечто вот-вот должно было соткаться и зашевелиться, заставляя испытывать страх из глубины сердца.</p><p>В следующую секунду, когда опасное и ужасающее нечто уже готовилось проявиться, оно само собой распалось, разрушилось, и вместе с ним, как тающий снег, исчезли окружающий mrak и чувство страха.</p><p>«Э-э… Каратель, связанный с моими грехами, имеет слишком высокий Статус, так что не может воплотиться напрямую?» — сопоставив положение Франки и остальных, счёл Люмиан.</p><p>За его спиной возникли пики, сгустившиеся из слепяще-белого пламени, и со свистом, точно стрелы, устремились к вычурно одетой Пель.</p><p>Огненные пики стояли подобно лесу, сияющие и свирепые, но служили лишь ширмой, прикрывавшей настоящую атаку Люмиана.</p><p>Он уже вытащил свой револьвер и слегка крутанул пальцем барабан.</p><p>Туда были заряжены три из шести пуль, полученных от Ебуса.</p><p>Люмиан намеревался применить «Имплозивную пулю».</p><p>Только объединив подобную особую пулю со способностью «Жатвы», он имел хотя бы призрак надежды ранить Пель, предположительно являвшуюся «Надзирателем»!</p><p>Бам!</p><p>В глазах Люмиана, ставших тёмно-железными, пуля, мерцавшая ярким звёздным светом, затерялась среди слепяще-белых огненных пик и стремительно полетела к шее Пель.</p><p>Пель стояла возле фиксированного входа в мир зеркал и не уклонялась, по-прежнему сохраняя располагающую к себе улыбку.</p><p>Она скривила уголки губ и произнесла:</p><p>«Ты смеешь нападать на Надзирателя?»</p><p>Едва эта признавшаяся в том, что она Надзиратель, куртизанка вымолвила первое слово, как выпущенная Люмианом звёздная пуля внезапно развернулась и без всякого предупреждения изменила направление, устремившись прямо к шее Люмиана.</p><p>Точно так же и те слепяще-белые огненные пики чудесным образом вернулись к Люмиану, охватив его со всех сторон.</p><p>Люмиан банально не успел применить «Телепортацию», как в него угодила имплозивная пуля, и его тело стало непрерывно коллапсировать к одной точке.</p><p>Хруст!</p><p>Он полностью превратился в зеркало, которое разлетелось на бесчисленные осколки и бесследно исчезло в той точке, неудержимо сжимавшейся воедино.</p><p>После боя с Ебусом Франка вновь повесила на Люмиана «Зеркального двойника»!</p><p>Увидев эту сцену, Пель ничуть не удивилась и со вздохом усмехнулась:</p><p>«Со своей личной точки зрения я, безусловно, хотела бы, чтобы ты умер прямо сейчас и высвободил того ангела — это оказало бы огромную помощь нашему общему делу. Но, к сожалению, тот, кто заключил со мной „Теневую сделку“, потребовал схватить тебя живым.»</p><p>Силуэт Люмиана проявился в одном из уголков грота каменоломни, и он тоже услышал слова Пель.</p><p>В мгновение ока в его голове возникло множество догадок:</p><p>'«Теневая сделка»?</p><p>«Пель — это и есть тот прямой 'Надзиратель» Ебуса? Причина, по которой она смогла ускользнуть от выслеживания Старших Арканов, заключается в том, что она совершила ещё одну высокоуровневую «Теневую сделку», а платой за это стало схватить меня и доставить в определённое место?</p><p>'Когда она обнаружила, что с Мораном Авиньи что-то случилось? Она непрерывно следила за особняком Морана Авиньи? Или у неё были иные каналы передачи информации?</p><p>«Не может же быть так, что 'Очистители» оказались недостаточно профессиональны и не заблокировали утечку сведений?</p><p>'Зачем захватывать меня живым, кто хочет схватить меня живым?</p><p>'Сделать меня жертвоприношением, как Сюзанна Матисс?</p><p>«Или же тот, кто заключил 'Теневую сделку» с Пель — это «Страдалец» из организации «Грешники», который не хочет, чтобы Термиборос освободился от печати, и стремится взять этого ангела под контроль, сделав Его материалом для собственного продвижения?</p><p>«Нет, неверно. Будь это исключительно 'Страдалец», даже введи он на время в заблуждение госпожу «Фокусник» и остальных, он не смог бы помешать им вернуться на помощь, а Пель к тому же выглядит совершенно невозмутимой…</p><p>«Другая сторона „Теневой сделки“ — это силы „Матери Древа Желаний“ или „Великой Матери“? Только они способны в этом мире собрать состав, способный противостоять Старшим Арканам…»</p><p>Когда в голове Люмиана возникло столько вопросов, он благодаря чуткой интуиции «Заговорщика» связал два из них воедино:</p><p>Первый — кто являлся объектом «Теневой сделки» «Надзирателя» Пель, а второй — почему она смогла за столь короткое время узнать о происшествии с Мораном Авиньи и решительно провести высокоуровневую «Теневую сделку».</p><p>Переплетение этих двух вопросов заставило Люмиана мгновенно вспомнить об одном событии:</p><p>Среди «Очистителей» находился ключевой член «Дня дурака», не являющийся преходцем, который, действуя сообща с «Локи», единолично срежиссировал пропажу того гуманоидного запечатанного артефакта, и вплоть до сегодняшнего дня Церковь «Вечного Пылающего Солнца» так и не выяснила, у кого рыльце в пушку!</p><p>«Неужели и в этом деле замешана фигура 'Маклера»?</p><p>«Точно. Только если затаившийся внутри Церкви ключевой член 'Дня дурака» и тот «Очиститель», утерявший гуманоидный запечатанный артефакт, на поверхности не имеют ни малейшей связи и даже не знают друг друга, Церковь «Вечного Пылающего Солнца», располагающая множеством запечатанных артефактов и полубогов, могла расследовать это так долго и не добиться никаких результатов!</p><p>«С точки зрения Церкви 'Вечного Пылающего Солнца», тот «Очиститель», упустивший гуманоидный запечатанный артефакт, действительно совершил лишь сиюминутную «ошибку», не имея ни мотивов для преступления, ни связей с «Днём дурака»…</p><p>'«Школа Истины» развила «маклерские услуги» даже внутри Церкви «Вечного Пылающего Солнца»?</p><p>«Впрочем, действительно, лишь 'Неомрачённые» не впутываются в теневые сделки, а подавляющее большинство «Очистителей» не достигают уровня Последовательности 4; равным образом и кардиналы далеко не все принадлежат к Пути «Солнца»…</p><p>«Судя по всему, 'Школа Истины» давным-давно поддерживала связь и сотрудничала с «Днём дурака»…</p><p>'Чёрт возьми, и впрямь организация маклеров, с любой силой могут найти завязки!</p><p>«Стало быть, партнёр 'Школы Истины» внутри Церкви «Вечного Пылающего Солнца» срочно передал информацию о происшествии с Мораном Авиньи «Надзирателю» Пель?</p><p>«Получив весть, Пель тут же провела высокоуровневую 'Теневую сделку», а заключил сделку с ней «День дурака»? Нет, у «Дня дурака» нет такой силы, это тот Небесный Достопочтенный, стоящий за ними, или иные подчинённые Небесного Достопочтенного с высоким Статусом?</p><p>'Неудивительно, что меня хотят схватить живым…</p><p>«Пель, вероятно, изначально хотела всего лишь отдать предметы, чтобы развязаться со своими связями с Мораном Авиньи, но другая сторона 'Теневой сделки» предложила новый план, позволивший ей сменить пассивное положение на активное, попутно совершить обман и устроить ловушку?</p><p>'А уж чего конкретно удастся добиться, зависело от её импровизации на месте…</p><p>«Если это и впрямь „День дурака“ и там действительно неявно присутствует воля того Небесного Достопочтенного, то становится понятно, почему госпожа „Фокусник“ не заметила подвоха и сразу угодила в ловушку.»</p><p>Подумав об этом, Люмиан содрогнулся от ужаса:</p><p>Термиборос дважды предупреждал меня по поводу дел «Школы Истины» — неужто именно потому, что видел соответствующее развитие судьбы, видел надежду на собственное освобождение от печати, и оттого проявлял такую активность, желая этому посодействовать?</p></section><section><title><p>Глава 733 Борьба</p></title><p>Глава 733 Борьба</p><p>Многие детали Лумиан ещё не успел обдумать достаточно чётко, но в бою не бывает лишнего времени на размышления. Способность всего за одну-две секунды, пока действовал «зеркальный двойник», просчитать возможные варианты развития событий — это то, на что способен лишь «Заговорщик». Окажись на его месте Франка и остальные, они бы максимум поняли из слов Пель, что та — непосредственный «Надзиратель» Йебуса, избежавшая опасности благодаря «Теневой сделке» и вынужденная теперь выступить против них, но уж точно не сумели бы дать своим мыслям так стремительно разветвиться и снова собраться воедино.</p><p>В этот миг Лумиан был весьма досадован тем, что остаточная аура «Кровавого Императора» оказалась запечатана Печатью смерти «Даоса Преисподней», иначе лучшим выбором для него сейчас было бы изо всех сил активировать метку на правой ладони, заставив Алисту Тюдора вновь «снизойти» на Трир, чтобы привлечь ангелов Церкви «Вечного Пылающего Солнца» и Церкви «Бога Пара и Машин», а также затаившихся в этом мегаполисе прочих могущественных Потусторонних, вынудив Пель отступить.</p><p>Без малейшего колебания Лумиан активировал чёрную метку на правом плече.</p><p>Он намеревался напрямую «телепортироваться» отсюда в церковь Святой Вьев.</p><p>Раз уж цель Пель заключалась в том, чтобы схватить его живьём, то из простой логики напрашивался вывод:</p><p>Она непременно устремится за ним в погоню и не станет оставаться на месте, отказываясь от условий «Теневой сделки»!</p><p>В таком случае Франке, Дженне и Антони хоть и придётся столкнуться с иллюзорными карателями, им больше не понадобится противостоять полубогу, и шансы выжить ощутимо возрастут — для всех Потусторонних Средней Последовательности даже полубог Последовательности 4, даже просто Даритель, внушает искреннее отчаяние.</p><p>К тому же у обеих Демонесс имелся «зеркальный двойник», у Антони тоже был один, а в их распоряжении находились «Браслет семи камней» и прочие предметы, так что пока на них не уставился полубог, вполне реально использовать двойников ради выигранного шанса и сбежать в церковь «Шута», расположенную на причале Лавини.</p><p>Пока его силуэт стремительно блекнул, Лумиан с ясной головой запустил левую руку в карман и схватил палец Господина K.</p><p>Всё потому, что он не был уверен, являлись ли слова Пель о намерении взять его живьём правдой или ложью, было ли это проявлением расслабленности полубога перед Потусторонними Средней Последовательности или же привычкой, выработанной Маклерами за годы обмана и мошенничества.</p><p>А значит, следовало подстраховаться на случай помех при «телепортации» и подготовиться к варианту, при котором Пель не бросится за ним, а останется, чтобы расправиться с Франкой и остальными.</p><p>И этой подготовкой было:</p><p>Призвать Господина K!</p><p>Хотя Господин K, будучи «Пастырем», тоже не мог сражаться с полубогом, он являлся оракулом «ордена Авроры» и мог в любой момент внимать наставлениям «Истинного Творца». Его прибытие означало бы, что почитаемое им божество непременно устремит сюда свой взор, что с высокой долей вероятности вызовет кое-какие чудесные перемены в пользу Лумиана и его отряда.</p><p>Но даже без внимания божества у Потустороннего Пути «Ученика», подпавшего под «выпас» Господина K, похоже, имелись записанные способности уровня полубога, способные противостоять Пель две-три секунды и дать Франке с остальными возможность сбежать.</p><p>В тот самый момент, когда Лумиан активировал «телепортацию», Франка, вынужденная применить один «зеркальный двойник», проявилась в углу грота каменоломни.</p><p>Держа в руке косметическое зеркальце, она предельно решительно вознамерилась активировать «зеркальную запонку».</p><p>Она уже поняла, что Пель — та самая «Надзирательница», и хотела вырваться отсюда через «зеркальный мир».</p><p>Укрывшись в «зеркальном мире», она смогла бы прыгнуть к зеркалам на телах Дженны, Лумиана и Антони, вытянуть руку изнутри и затащить спутников в зеркальный мир, уносясь прочь вместе с ними!</p><p>Подобная стеклу «зеркальная запонка» вспыхнула тусклым светом, однако силуэт Франки замер на месте, так и не проникнув в держимое в руке косметическое зеркальце.</p><p>Это… Франка сначала опешила, но тут же задалась догадкой.</p><p>Неспособность войти в зеркальный мир при отсутствии иных помех означала лишь одно:</p><p>Они уже находились в зеркальном мире!</p><p>За исключением совсем уж особых зеркальных миров, находясь внутри зеркального мира, невозможно повторно войти в зеркальный мир — остаётся лишь совершать прыжки с помощью зеркальных поверхностей!</p><p>— Зеркальные миры делятся на два типа: первый — в обычном, общепринятом смысле, представляющий собой не настоящий мир, а совокупность концепции «Врат», состоящую из тёмных и небытийных каналов, соединяющих все зеркала; везде, где есть зеркало и зеркальная поверхность, существует подобный зеркальный мир без видимых границ. Второй тип — особые зеркальные миры, опирающиеся на обычный зеркальный мир и возникающие под воздействием определённого загрязнения или соответствующих способностей; они бывают как постоянными, так и временными, отличаются близостью к реальному миру, являясь проекцией какой-то из его сторон, но обладают собственными ограничениями и уникальными правилами.</p><p>Зеркальный мир внутри Трира Четвёртой Эпохи относился как раз ко второму типу: он содержал в себе лишь проекцию мегаполиса Трира, не затрагивал иные регионы и к тому же делился на три слоя.</p><p>Текущее пространство тоже являлось особым зеркальным миром, но куда меньших масштабов — всего лишь проекцией грота каменоломни, созданной, по всей видимости, с помощью каких-то способностей.</p><p>Пель же, будучи опытной «Теневой торговкой», состояла в давнем сотрудничестве с «Человеком из зеркала», так что выменять предмет, способный сотворить временный особый зеркальный мир, для неё было вполне естественным делом!</p><p>Вспомнив тёмный свет, хлынувший из зеркала Морана Авиньи перед появлением Пель, Франка всё сильнее убеждалась в собственной догадке.</p><p>Едва она собралась предостеречь Лумиана и остальных, как увидела, что карательная проекция «Чёрной Демонессы» Клариссы воспользовалась моментом и отразила её в зеркале.</p><p>Зрачки Франки резко расширились, и она сама активировала «зеркального двойника».</p><p>Она стремительно уменьшилась в зеркало, которое тут же изнутри и снаружи вспыхнуло чёрным пламенем.</p><p>Па!</p><p>Зеркало упало на землю, разлетевшись на осколки.</p><p>С другой стороны силуэт Лумиана вновь обрисовался на прежнем месте.</p><p>Его «телепортация» провалилась.</p><p>Это действительно был особый зеркальный мир, покинуть который можно было, лишь найдя выход.</p><p>Палец Господина K уже разбух, превратившись в ком плоти и крови, и пал на Лумиана, сформировав алый плащ, укутавший всё его тело.</p><p>Со звуком «пу» Лумиан словно подвергся обстрелу невидимыми стрелами: на поверхности его тела один за другим проступали жуткие раны.</p><p>Лишь благодаря защите плаща из плоти и крови, в который превратился палец Господина K, его не вынудили оживить тень, чтобы принять эти смертельные ранения на себя.</p><p>Разумеется, у него ещё оставался один «зеркальный двойник», изготовленный для него Дженной.</p><p>«Надзирательница» Пель по-прежнему стояла подле выступающей скалы в глубине грота каменоломни и с улыбкой произнесла, обращаясь к Лумиану:</p><p>«Пренебрежение надзором, попытка побега — неизбежно повлекут наказание.»</p><p>Пока попытки Франки и Лумиана одна за другой проваливались, Дженна в кувырке бросила мерцающую флуоресцентную пыльцу, вполголоса зачитала заклинание и быстро скрыла свой силуэт, исчезнув перед карателем, облачённым в священнослужителя Церкви «Вечного Пылающего Солнца».</p><p>Подле карателя в белой мантии с золотым шитьём захлестнуло золотое сияние, разошедшееся вокруг слоями.</p><p>Коснувшись некоторого пустого места, золото неожиданно натолкнулось на преграду, окрасив едва различимую фигуру в светло-золотистые тона.</p><p>Дженна ощутила тепло и прилив храбрости, но в её глазах отразился чистый, величественный и пылающий столб света.</p><p>Хруст!</p><p>Столб света обрушился на неё, превратив в зеркало и разбив на мелкие кусочки.</p><p>Антони воспользовался шансом и вновь вошёл в состояние «психологической невидимости», однако воплощение трирского полицейского не проигнорировало его, словно способное чуять исходящее от него зловоние греха.</p><p>Две молнии вырвались из глаз этого карателя и мгновенно пронзили душу Антони.</p><p>Глаза Антони вылезли из орбит, рот раскрылся, но он не смог вытолкнуть даже жалкого крика, намертво застыв на месте.</p><p>«Смерть!» — выплюнул воплощение трирского полицейского слово на древнем гермесе.</p><p>Вслед за этим он сжал правую руку в кулак и, растягиваясь в остаточных силуэтах, врезался в Антони.</p><p>Бум!</p><p>Этот кулак, вобравший странную силу, обрушился в неминуемом ударе прямо по голове Антони.</p><p>Хруст, Антони раскололся на бесчисленные мерцающие зеркальные осколки.</p><p>Одеяния Ассасина на силуэте Франки прорисовались вновь.</p><p>Перед лицом давления полубога, перед лицом иллюзорной, лишённой божественности «Чёрной Демонессы», перед лицом этого замкнутого особого зеркального мира она предельно решительно вытащила кое-что из «Вещмешка путешественника».</p><p>То были серебристо-белые доспехи в полный рост, возвышавшиеся даже над ней.</p><p>«Доспех Гордыни»!</p><p>Франка без промедления поставила «Доспех Гордыни» прямо перед собой, спиной к «Надзирательнице» Пель.</p><p>Она понимала, что суть проблемы заключается именно в этом полубоге, а не в карателе в облике «Чёрной Демонессы». Если та останется невредимой, на смену уничтоженному карателю придёт новый, а то и вовсе последует прямое «обвинение».</p><p>К тому же Франка заметила, что Пель всё время стояла подле выступающей скалы, где находился постоянный вход и выход в зеркальный мир, и никуда не уходила.</p><p>Это навело её на подозрение: постоянный вход и выход в зеркальный мир, который она попросила сотворить «Изначальную Демонессу», воспользовавшись просочившимся загрязнением Трира Четвёртой Эпохи, не просто позволял им проходить в обычный зеркальный мир без использования особенностей и способностей, но и служил проходом для текущего особого зеркального мира.</p><p>В конце концов, то было дарованием истинного бога!</p><p>Едва стопы «Доспеха Гордыни» укрепились на земле, как он резко развернулся, устремив невидимый взор на «Надзирательницу» Пель.</p><p>Франка же поторопилась отпрыгнуть в сторону и с кувырком откатиться, кабы не оказаться лицом к спине «Доспеха Гордыни».</p><p>Топ-топ-топ!</p><p>Серебристо-белый полный доспех крупными шагами помчался к «Надзирательнице» Пель, сжав в руке сотворённый из света двуручный меч.</p><p>…………</p><p>Внутри мрачной и тёмной церкви, где отсутствовал святой символ божества.</p><p>Горошина мгновенно проросла, обратившись в бесчисленные толстые зелёные плети, превратившие эту область в обитель растений, в странный лес.</p><p>Они разделили ожившие повешенные трупы по разным местам, не давая им приблизиться к самой «Отшельнице».</p><p>Хранимая доселе молчание «Суд» вытянула правую ладонь, в её глазах вспыхнул блеск, подобный медно-золотому сиянию.</p><p>Она на древнем гермесе с глубокой торжественностью произнесла:</p><p>«Здесь запрещено использовать марионеток!»</p><p>Ожившие трупы внезапно замерли, утратив способность двигаться, а «Фокусник» разверзла перед собой пустоту, озарив её ярким звёздным сиянием и сотворив иллюзорные врата.</p><p>За вратами открывались глубины церкви, виднелся нарисованный силуэт женщины и произошедший странные изменения «Локи».</p><p>«Локи» протянул руку в воздух и вытащил оттуда человеческую фигуру.</p><p>То была женщина с пышной фигурой, в чёрном платье; голову её венчала золотая корона с драгоценными камнями, у неё были каштановые слегка вьющиеся длинные волосы, синие глаза, высокая переносица и узкие губы — облик её дышал обаянием, а от всего существа исходило истинно «демонессино» очарование.</p></section><section><title><p>Глава 734 Еще одна заслуга</p></title><p>Глава 734 Еще одна заслуга</p><p>В глубине мрачной церкви, когда «Локи» вытащил из воздуха человеческий силуэт, перед глазами троих обладателей Старших Арканов — «Фокусника», «Суда» и «Отшельника» — отчетливо предстала картина рядом с ним:</p><p>На стене, сложенной из иссиня-черных каменных кирпичей, была изображена женщина. На ней было ярко-красное длинное платье со множеством слоев вышивки и кружев, черные волосы были уложены в высокий пучок, а утонченные черты лица отличались красотой. На ее лице застыла загадочная улыбка, а карие глаза словно одушевленно смотрели на яркий иллюзорный клубок нитей перед «Отшельником», а также на странную золотую лампу, соединенную с другой стороной этого клубка.</p><p>Эта женщина не вышла из фрески, а лишь молча наблюдала.</p><p>В то же время зрелая дама с золотой короной на голове, источавшая чарующее обаяние «Демонессы», которую «Локи» вытащил из воздуха, перевела свои голубые глаза и посмотрела на «Отшельника», только что прибывшую в глубины церкви через звездные врата.</p><p>Ее распущенные каштановые волосы поднялись вслед за этим, и каждая прядь стала весьма толстой, словно тоже пристально смотрела на «Отшельника».</p><p>«Отшельник» предвидела недоброе будущее и тут же заслонилась «Волшебной лампой желаний», которую держала в руках.</p><p>Вслед за этим ее спина слегка изогнулась, и на ней выросли белоснежные, иллюзорные перья, казалось, принадлежавшие Лебедю.</p><p>Сказочная магия, «Гадкий утенок»!</p><p>Гадкий утенок тоже может стать лебедем!</p><p>Она позволяла Святым, еще не ставшим Ангелами, явить свою неполную мифическую форму.</p><p>Белоснежные лебединые перья внезапно окрасились в серо-белый твердый цвет и застыли, осыпаясь кусками камня, а открытые участки кожи на теле «Отшельника» стремительно потрескались, обнажив одну за другой отвратительные и жуткие щели.</p><p>В этих щелях шевелилась плоть и кровь, формируя четко очерченные глазные яблоки.</p><p>Глазные яблоки непрерывно окаменевали и осыпались, а на их месте непрестанно вырастали новые, однако «Волшебная лампа желаний» перед «Отшельником» оставалась совершенно неизменной.</p><p>Тело Императрицы в черном платье внезапно размылось и распалось на множество потоков разрозненных знаний, устремившихся в виде информационного потока к «Фокуснику», одетой в белое платье с золотым шитьем.</p><p>Силуэт «Фокусника» мгновенно телепортировался сбоку от «Локи», однако этот информационный поток тут же хлынул из пустоты у нее за спиной.</p><p>«Фокусник» исчезла оттуда, и ее силуэт «одновременно» возник в девяти местах этой церкви, непрестанно мерцая.</p><p>Обнаружив, что цель их преследования — женщина, изображенная на стене, она вознамерилась силой покинуть эту мрачную церковь, но каждая попытка неизменно возвращала ее сюда.</p><p>Информационный поток, в который превратилась Императрица в черном платье, продолжал одновременно хлынуть из-за спин всех девяти силуэтов «Фокусника», намереваясь хлынуть в голову цели и не давая ей времени силой разверзнуть пустоту.</p><p>«Локи» с улыбкой на лице поднялся с деревянного черного стула с высокой спинкой и снова протянул правую руку в пустоту, словно опять схватил кого-то за руку.</p><p>Воспользовавшись этой возможностью, «Суд», будто перепутав местами высоту и землю, одним шагом оказалась под самым куполом церкви и опустила правую ладонь вниз.</p><p>Она торжественно произнесла на древнем гермесе:</p><p>«Здесь мистика слабеет, реальность берет верх!»</p><p>…………</p><p>Когда серебристо-белый «Доспех Гордыни» устремился к «Надзирателю» Пель, Франка активировала «Браслет семи камней» на своем левом запястье.</p><p>На браслете, состоявшем из трех бриллиантов и четырех драгоценных камней разных цветов, кроваво-красный камень вспыхнул пламенным светом.</p><p>Силуэт Франки мгновенно «телепортировался» за спину «Черной Демонессы».</p><p>Она не стала помогать «Доспеху Гордыни» в бою с «Надзирателем» Пель, поскольку из того, что произошло с Лумианом, уже поняла: атаки таких «Грешников», как они, на «Надзирателя» не принесут никакого эффекта и влекут за собой равноценное наказание.</p><p>Поэтому она намеревалась сперва обрушить всю свою мощь и попытаться уничтожить иллюзорную «Черную Демонессу». Эта Каратель не обладала божественностью и была довольно костной, соответствуя лишь более сильному Потустороннему Последовательности 5, так что расправиться с ней вполне представлялось возможным.</p><p>Что же касалось «Надзирателя» Пель, то тут оставалось рассчитывать на то, какие перемены и эффекты принесет «Доспех Гордыни» — запечатанный артефакт, не принадлежавший к «Грешникам» и не обладавший реальным разумом.</p><p>Едва силуэт Франки проявился, она подняла левую руку, на которую уже было надето «Кольцо Кары».</p><p>В ее озерно-голубых глазах внезапно вспыхнули и вырвались наружу две молнии.</p><p>Крак!</p><p>Силуэт «Черной Демонессы» мигом раскололся, превратившись во множество осколков.</p><p>«Черт! „Зеркальный двойник“ так бесит!» — увидав это, Франка не удержалась от ругательства про себя.</p><p>В это время Лумиан только что перенес наказание, обрушившееся на него за попытку к бегству, а плащ из плоти и крови, в который превратились пальцы Господина K, разорвался на куски и рассыпался по земле.</p><p>Он увидел, как серебристо-белый «Доспех Гордыни» подбежал к «Надзирателю» Пель и занес гигантский меч, сотканный из света.</p><p>На лице Пель по-прежнему играла та самая располагающая к себе улыбка, и она ничуть не беспокоилась из-за того, что высокий и тяжелый доспех оказался вплотную к ней.</p><p>«Надзиратель» не подвластен атакам тех, у кого нет божественности!</p><p>Таков священный смысл надзора.</p><p>А живые существа, атакующие «Надзирателя», неизбежно понесут соответствующее наказание!</p><p>Пель, казалось, уже видела, как в следующую секунду этот запечатанный артефакт в виде доспеха развернется и с неизбежным попаданием «снизойдет» прямо к применившей его Демонессе.</p><p>Пока эта «Надзиратель» размышляла об этом, серебристо-белый «Доспех Гордыни» обрушил удерживаемый в руках «Клинок Рассвета».</p><p>Он не подвергся ни малейшему воздействию!</p><p>Зрачки Пель резко расширились, и ее тело в ярко-красном платье внезапно размылось, превратившись в иссиня-черную тень.</p><p>Сотканный из света гигантский меч опустился, рассекая эту тень надвое.</p><p>Рассеченная надвое тень обрела форму по отдельности и создала множество подобных ей теней, которые бросились врассыпную во все стороны.</p><p>«Доспех Гордыни» опустился на одно колено и вонзил «Клинок Рассвета» в землю.</p><p>Этот гигантский меч раскололся, превратившись в бесчисленные острые осколки света, неистово охватившие всю область.</p><p>Весь Грот каменоломни озарился светом, и Франка с изумлением обнаружила, что только что проявившийся неподалеку силуэт «Черной Демонессы» стремительно побледнел и полностью исчез.</p><p>Точно так же Дженну и Антони, которых воплощения священнослужителей Церкви «Вечного Пылающего Солнца» и воплощения полицейских Трира загнали в весьма затруднительное положение, больше никто не атаковал и не преследовал.</p><p>Они с недоумением увидели, как Каратели, оказывавшие на них огромное давление, словно иней под солнцем, стремительно истаяли.</p><p>Лумиан был ошеломлен действиями «Доспеха Гордыни».</p><p>Изначально он не питал особых надежд на то, что этот запечатанный артефакт сможет атаковать «Надзирателя» Пель, кто же знал, что тот преподнесет ему столь невероятный сюрприз!</p><p>К тому же он подметил кое-какие ненормальные детали во всех проявлениях Пель с момента ее появления и до сих пор:</p><p>Эта «Надзиратель» от начала и до конца не сдвинулась со своего места!</p><p>Она всё время стояла у выступающего камня с постоянным входом и выходом из зеркального мира, не преследуя, не приближаясь, а лишь воздействуя на них издали.</p><p>«Неужели это особенность „Надзирателя“? „Доспех Гордыни“ смог атаковать её из-за сохранившихся на нём ненависти и отвращения от падения божества? Лишь атаки, обладающие божественностью или соответствующим статусом и загрязнением, способны поразить „Надзирателя“?» — Лумиан слегка нахмурился, строя догадки.</p><p>Франка же быстро пришла в себя и крикнула ему:</p><p>«Косметическое зеркало Морана Авиньи!»</p><p>Она знала, что «Надзирателя» Пель не так-то просто убить «Доспехом Гордыни», и они должны воспользоваться этим кратким спокойным окном, чтобы найти возможность вырваться из текущего особого зеркального мира.</p><p>А мрачный свет, хлынувший из косметического зеркала Морана Авиньи перед появлением «Надзирателя» Пель, заставил Франку заподозрить, что это зеркало и есть вход и выход!</p><p>Франка верила, что Лумиан поймёт полный смысл её краткой фразы, и без лишних объяснений заставила синий камень на «Браслете семи камней» вспыхнуть сиянием, подобным океану.</p><p>Она «телепортировалась» к Дженне и протянула руку, схватив ту за руку.</p><p>Следом вспыхнул один из бриллиантов на «Браслете семи камней».</p><p>«Телепортация»!</p><p>Франка и Дженна напрямую «телепортировались» к трупу Морана Авиньи, «телепортировались» к косметическому зеркалу подле трупа.</p><p>С другой стороны, Лумиан без труда понял, что хотела сказать Франка.</p><p>Он активировал чёрную метку на правом плече, «телепортировался» к Антони, схватил соратника за руку и без малейшего промедления «телепортировался» снова.</p><p>Пункт назначения: уже открытое косметическое зеркало Морана Авиньи!</p><p>Однако и Франка, и Лумиан, возникнув подле трупа Морана Авиньи, с изумлением обнаружили, что косметическое зеркало стало иллюзорным и нереальным, словно являлось лишь проекцией оригинала.</p><p>Именно в этот момент они вновь услышали голос «Надзирателя» Пель:</p><p>'Ты виновен!</p><p>«Ты навредил Надзирателю!»</p><p>Пока эхо голоса раскатывалось, серебристо-белый доспех взмыл в воздух, а за его спиной разверзлась пустота, являя беспросветный мрак.</p><p>«Доспех Гордыни», подталкиваемый невидимой силой, рухнул в сороконожковый разрыв, похожий на рану в пустоте, и канул в бездонную тьму, навек скрывшись из глаз Лумиана и остальных.</p><p>Приговор: Изгнание!</p><p>Осколки теней стремительно собрались у выступающего камня с постоянным входом и выходом из зеркального мира, и «Надзиратель» Пель в красном платье снова явилась на свет.</p><p>Держа в руках косметическое зеркало, она с улыбкой на губах произнесла:</p><p>'Вы думали, я оставлю выход на прежнем месте?</p><p>«Я давным-давно подменила его подделкой!»</p><p>Выражения лиц Лумиана, Франки, Дженны и Антони слегка изменились.</p><p>В мгновение ока Лумиан, и без того державший Антони за руку, быстро активировал чёрную метку на правом плече.</p><p>Силуэты его и Антони стремительно исчезли возле трупа Морана Авиньи.</p><p>Франка приложила аналогичные усилия, заставив изумруд на «Браслете семи камней» испустить чистый и прозрачный зелёный свет.</p><p>Но едва она с Дженной «телепортировалась» в угол Грота каменоломни, как у неё над ухом раскатились «Слова Порядка» Пель:</p><p>'Ты виновна!</p><p>«Ты напала на Надзирателя!»</p><p>Это ведь Франка выпустила «Доспех Гордыни»!</p><p>Едва Франка собралась снова задействовать «Браслет семи камней», чтобы покинуть текущую позицию, как внезапно увидела, что окружающая пустота застыла, превратившись в слои янтаря и запечатав её с Дженной внутри.</p><p>Это была «клеть», из которой невозможно вырваться даже с помощью «Телепортации».</p><p>Причём она охватывала всю область, так что даже примени Франка и Дженна «Зеркального двойника», они всё равно остались бы в пределах её ограничений.</p><p>Приговор: Изоляция!</p><p>«Надзиратель» Пель отвела взгляд и принялась искать Лумиана и Антони.</p><p>Окинув всё взором, она, к своему изумлению, не увидела этих двоих.</p></section><section><title><p>Глава 735 Защита и вера</p></title><p>Глава 735 Защита и вера</p><p>Пель быстро сосредоточилась и, находясь на позиции «Надзирателя», оглядела каждый уголок этого грота каменоломни.</p><p>Здесь уже царил мрак, и лишь поваленная на землю карбидная лампа испускала тусклый туманно-желтый свет с синеватым оттенком.</p><p>Переводя взгляд, Пель «увидела» Люмиана, а также «увидела» Антони.</p><p>Оба находились у выхода из грота каменоломни, однако тот относился к изолирующей границе текущего особого зеркального мира, а не являлся проходом в полном смысле слова, так что сбежать через него было нельзя.</p><p>В этот момент Люмиан стоял лицом к Пель, уже надев кастеты «Истязание» с железо-черными шипами и держа в руке латунный револьвер.</p><p>Антони прятался у него за спиной, стоя к нему затылком, на совсем близком расстоянии друг от друга.</p><p>Но этот «Гипнотизер» не стоял, а присел на одно колено, положив чистый альбом для рисования на правое бедро и используя его как опору, быстро набрасывая что-то огрызком карандаша.</p><p>«„Бутыль вымысла“!»</p><p>Люмиан и Антони находились внутри «Бутыли вымысла», созданной с опорой на выход из грота каменоломни.</p><p>Однако для Пель, надзиравшей за всем в этом зеркальном мире, это не имело никакого значения: она могла напрямую видеть, где прячутся Люмиан и Антони.</p><p>Вглядевшись в эту сцену, «Надзиратель» Пель ощутила дыхание чего-то негармоничного, ненормального, будто затрагивающего серую зону:</p><p>Будучи лидером отряда и самым сильным человеком, Люмиан неожиданно принял позу, выигрывающую время для Потустороннего пути «Зрителя».</p><p>Независимо от того, поставил ли он на то, что его действительно не убьют, а захотят лишь схватить живым, и использует ли это как щит, всё это убедительно доказывало: то, что делает Потусторонний пути «Зрителя», чрезвычайно важно — он считает, что это способно навредить «Надзирателю» или помочь им сбежать прямо из-под носа «Надзирателя»!</p><p>Пель не колебалась. Глядя на Люмиана и Антони внутри «Бутыли вымысла», она произнесла на «Словах Порядка»:</p><p>«„Перед «Надзирателем» нет тайн!“»</p><p>Едва успели отзвучать её слова, как «Бутыль вымысла», возведенная с опорой на выход из грота каменоломни, бесшумно развалилась.</p><p>Однако Пель обнаружила, что, хотя Люмиан больше не защищен «Бутылью вымысла», вокруг Антони сохраняется еще одна «Бутыль вымысла», и она вовсе не рассыпалась в прах от слов «Надзирателя»!</p><p>Убедившись в этой детали, Люмиан расплылся в улыбке.</p><p>«Бутыль вымысла», окружавшая Антони, была создана с опорой на него самого как человека.</p><p>Его широко расставленные ноги и земля образовывали символические врата.</p><p>Люмиан слегка пригнулся, взглянул на «Надзирателя» Пель и с немного искривленной улыбкой беззвучно прошептал про себя:</p><p>'Да, Антони делает то, что я поручил, это очень важно.</p><p>«Но только свалив меня с ног, можно разрушить 'Бутыль вымысла», созданную на основе меня, живого человека. Любая попытка навредить Антони должна сперва переступить через меня!</p><p>«Сейчас я — щит Антони, я — та стена, что защищает его!»</p><p>Улыбка на лице Пель немного угасла, и с потемневшим выражением лица она посмотрела на Люмиана:</p><p>'Ты виновен!</p><p>«Ты убивал!»</p><p>Убивал… Люмиан про себя слегка вздрогнул.</p><p>Он удивился не тому, что случалось убивать людей, а тому, что «Надзиратель» Пель выдвинет против него именно это обвинение.</p><p>Каким бы образом ни обрушилось последующее наказание, итоговый вердикт останется неизменным:</p><p>Убийца должен умереть!</p><p>Разве она не хотела схватить меня живым? Люмиан, добровольно ставший щитом Антони, действительно надеялся, что Пель не посмеет убить его. В таком случае многие её способности оказались бы ограниченными, и у него появился бы шанс продержаться до тех пор, пока Антони не завершит нужный эскиз в том волшебном альбоме для рисования, полученном от «Барда» — назначение этого альбома заключалось в том, чтобы оживлять нарисованное на нем или придавать ему особые эффекты, сохраняющиеся на некоторое время.</p><p>Кто же знал, что этот план потерпит крах в самом начале.</p><p>Разумеется, Люмиан не делал всю ставку лишь на то, что «Надзиратель» захочет взять его живым. Победа над полубогом была для него абсолютно невозможна, но если требовалось лишь выиграть немного времени, определенная надежда у него всё же оставалась.</p><p>Глухой раскатистый гром загремел в низком пространстве грота каменоломни, и одна за другой выскочили серебристо-белые электрические змеи, сплетаясь в грозовое дерево толщиной с водосборное ведро, которое стремительно обрушилось на Люмиана.</p><p>Пока эхо грома рокотало, а молния ещё не пала, Люмиан уже вскинул обе руки, наставив латунный револьвер на карающий удар этого мира.</p><p>Его голубые глаза стали железо-черными, однако слабины в этой жуткой молнии разглядеть не удалось.</p><p>Ему оставалось только вливать струи ослепительно-белого пламени в револьвер, в ту пулю, что вот-вот вылетит из ствола.</p><p>Бах!</p><p>Когда растопырившее когти серебристо-белое грозовое дерево с грохотом ринулось вниз, пуля, мерцавшая тусклой зеленью и окутанная слоями ослепительно-белого пламени, вылетела из дула, устремляясь навстречу гигантской молнии.</p><p>«„Ослабляющая пуля“!»</p><p>Это была «Ослабляющая пуля», полученная от Ебуса!</p><p>В мгновение ока молния толщиной с ведро раздробила тускло-зеленую пулю и сожгла окружавшее её ослепительно-белое пламя.</p><p>Внезапно вспыхнувший серебристо-белый свет мгновенно затопил Люмиана.</p><p>Бум!</p><p>Ужасающий грохот запоздал на полтакта, прежде чем достиг ушей Антони, заставив его тело инстинктивно вздрогнуть, а слух — едва не пропасть.</p><p>Он снова вспомнил тот вечер, когда на военный лагерь напали последователи Злого Бога — выстрелы, пушечная канонада, вопли и боевые кличи немолкающим потоком доносились отовсюду, повергая его в панику и страх, отчего осталась тяжелая психологическая травма, излеченная лишь спустя много лет.</p><p>Сейчас он будто вновь вернулся в обстановку тех дней.</p><p>Антони взялся за ум, взглянул на чистый альбом перед собой и продолжил делать эскиз, пока карандаш в его руке шуршал по бумаге.</p><p>Он всё ещё помнил, что невербальный посыл Люмиана только что означал:</p><p>«„Пока я не умру и кто-то не переступит через мой труп, никто не причинит тебе вреда!“»</p><p>По сравнению с той паникой, беспомощностью и спасением собственной шкуры в военном лагере, Антони находил, что нынешнее положение не так уж и плохо.</p><p>По крайней мере, у меня есть соратники, которым я могу доверять!</p><p>По крайней мере, у меня за спиной есть тот, кто насмерть готов меня защищать!</p><p>Среди рассыпавшихся во все стороны бесчисленных серебристо-белых электрических змей тело Люмиана сперва растрескалось на множество зеркальных осколков, а затем обуглилось и рассыпалось в прах.</p><p>Тот самый «Зеркальный двойник», что дала Дженна!</p><p>Силуэт Люмиана прорисовался вновь, он всё так же стойко стоял на прежнем месте с широко расставленными ногами.</p><p>Грохот в воздухе не утих с окончанием предыдущей кары, а наливался новой волной Казни.</p><p>Когда «Надзиратель» выдвигает публичное обвинение, наказание продолжается непрерывно до тех пор, пока приговор не вступит в полную силу!</p><p>Кожа на голове Люмиана занемела, а черные волосы и волоски на теле слегка поднялись, подстегнутые оставшимся в воздухе электричеством.</p><p>После нескольких секунд приготовления гигантская молния, еще более величественная и ужасающая, чем прежде, бесшумно обрушилась вниз.</p><p>Люмиан уже стиснул зубы, отбросил револьвер и вскинул обе руки, заставив кастеты «Истязание» с железо-черными шипами точно встретить острие молнии, пока над ним один за другим формировались ослепительно-белые огненные шары.</p><p>Кастеты «Истязание» могли ценой собственного разрушения или разлома заблокировать один удар, наделенный божественностью!</p><p>Бум!</p><p>В коварно вспыхнувшем страшном взрыве серебристо-белое дерево смерти, образованное молнией, замерло у кулаков Люмиана, замерло на кастетах «Истязание».</p><p>С грохотом эти ослепительно-белые огни разорвались вслед за этим, отбросив распадающихся мелких электрических змей вдаль.</p><p>На этот раз карающая молния быстро утихла, однако глухой рокот в воздухе продолжал нарастать.</p><p>Под трещащие звуки кастеты «Истязание» Люмиана обуглились и переломились, расколовшись на множество мелких осколков, один за другим посыпавшихся на землю.</p><p>Видя, что новая волна гигантской молнии вот-вот сформируется, Люмиан, хотя и понимал, что не следует этого делать, всё же не удержался и мысленно поторопил Антони:</p><p>'Почему всё ещё не нарисовал?</p><p>«Я смогу заблокировать ещё только один удар!»</p><p>После краткого, давящего молчания гигантская серебристо-белая электрическая змея внезапно выскочила из воздуха, озарив весь грот каменоломни и осветив улыбку на лице «Надзирателя» Пель.</p><p>Люмиан успел сделать лишь единственное, что было в его силах:</p><p>Он оживил собственную тень и заставил её поменяться с ним местами.</p><p>Бум!</p><p>В резком и стремительном грохоте грозы гигантская змея молнии поглотила эту тень, заставив её мгновенно раствориться и испариться, не оставив и следа.</p><p>Наконец очередное наказание закончилось, и тело Люмиана снова проявилось перед Антони — его ноги были слегка расставлены, спина немного согнута, но под ногами больше не было тени.</p><p>«Почему всё ещё не нарисовал?» — с досадой подумал Люмиан.</p><p>Он задумался, не снять ли «Бутыль вымысла» и, схватив Антони, не начать ли «Телепортироваться» повсюду.</p><p>Но он понимал, что кара, основанная на публичном обвинении «Надзирателя», не прекратится от того, что он сменит положение, а со скоростью молнии у него нет шансов уклониться с помощью «Телепортации».</p><p>Дело было не в том, что «Телепортация» недостаточно быстра, а в том, что ему требуется время на активацию черной метки на правом плече.</p><p>Густой раскатистый гром непрестанно рокотал над ухом Люмиана, предвещая приход следующего наказания.</p><p>За спиной Люмиана у сидевшего на одном колене и рисовавшего на правом бедре как на столе Антони со лба уже выступали крупные, величиной с соевое зерно, капли пота.</p><p>Начальная часть эскиза далась очень успешно и была завершена крайне быстро, однако последний штрих отчего-то внезапно стал невероятно тяжелым.</p><p>Альбом влиял на карандаш, и тот принялся неистово высасывать духовность Антони, но столь огромное количество духовности могло лишь медленно продвигать черную линию.</p><p>В то же время края чистого листа бумаги постепенно скручивались и вспыхивали прозрачным пламенем, словно не в силах выдержать то, что собирался нарисовать Антони.</p><p>Антони прекрасно понимал, что такое не под силу передать этому альбому, но он полностью доверял чутью Люмиана и продолжал прилагать усилия.</p><p>Грохот!</p><p>Глухой гром звучал всё громче, так что даже Антони, находившийся внутри «Бутыли вымысла», слышал его достаточно отчетливо.</p><p>Будучи «Психиатром», он почти утратил контроль над собственным состоянием — волнение, нетерпение, тревога и паника захлестнули его одновременно.</p><p>Он совладал с собой и продолжил выводить последний штрих.</p><p>Видя, что жуткая серебристо-белая молния вот-вот сформируется, а за спиной у Антони всё ещё нет подвижек, даже стойкий Люмиан ощутил подступающий отчаянный порыв.</p><p>'Неужели вот так и умру?</p><p>'Что ж, я как раз посмотрю, как выглядит Термиборос!</p><p>«Умереть…» — внезапно в голове Люмиана вспыхнула молния по имени «озарение».</p><p>Он жестом достал кое-что из «Вещмешка путешественника».</p><p>То была покрытая несколькими полосами боевой раскраски Золотая маска.</p><p>Золотая маска, полученная от «Сисо» и восходившая к «богу Смерти»!</p><p>Люмиан стремительно нацепил Золотую маска на лицо, его тело быстро остыло, а дыхание постепенно затихло.</p><p>Ужасающая небесная кара, наливавшаяся в воздухе, внезапно замерла.</p><p>Люмиан поднял голову, взглянул на переставших сгущаться серебристо-белых электрических змей, и уголки его губ под Золотой маской изогнулись в ухмылке.</p><p>Теперь он стал нежитью!</p><p>Одно из свойств этой Золотой маски заключалось именно в том, чтобы превращать носящего её в нежить, сохраняя при этом его разум!</p><p>А поскольку Люмиан уже «умер», наказание достигло своей цели и, естественно, сразу же прекратилось!</p><p>Увидев эту сцену, «Надзиратель» опешила на мгновение, а затем сообразила, в чём дело.</p><p>Она усмехнулась, но не утратила самообладания.</p><p>Пока кары сыпались одна за другой, она не сидела сложа руки, а уже подготовилась к возможным неожиданностям.</p><p>Используя мешочек для монет, она создала «Теневой ящик» и совершила сделку!</p><p>Её правая рука вот-вот должна была отдернуться назад.</p><p>За спиной Люмиана Антони смотрел, как скрученные края бумаги и почти невидимое пламя стремительно расползаются к центру листа, и сердце его всё глубже погружалось в отчаяние.</p><p>Даже если он сумеет нанести последний штрих, этот лист явно превратится в прах и не произведёт никакого эффекта.</p><p>Антони стиснул зубы и всё же решил довериться соратнику, довериться Люмиану.</p><p>Он помнил, что Люмиан только что велел ему:</p><p>«Сначала нарисуй Монита, а затем мадам „Фокусник“!»</p><p>Монит, тот архипелажский мошенник Монит… Едва у Антони промелькнула эта мысль, как он с изумлением увидел: скручивающиеся края бумаги остановились, а невидимое пламя ненадолго застыло.</p><p>Карандаш в его руке тут же пошёл гладко.</p><p>Он взметнул духовность и нарисовал монокль из простых линий у правого глаза набросанного им островитянина с вьющимися черными волосами, худым лицом, глубоко посаженными глазами и пухлыми губами.</p></section><section><title><p>Глава 736 Хвала Вам</p></title><p>Глава 736 Хвала Вам</p><p>Завершив этот последний штрих и убедившись, что всё ещё жив, Антони тихо вздохнул с облегчением.</p><p>Хотя он всё ещё не знал, сможет ли этот нарисованный аватара Амона — Монит — сработать и помочь им переломить ситуацию, найдя возможность вырваться из текущего зеркального мира, он, по крайней мере, выполнил просьбу товарища и исполнил свой долг.</p><p>Практически одновременно с этим Антони увидел, как уголки губ нарисованного на бумаге эскиза Монита капельку за капелькой приподнялись, а зрачки мгновенно обрели живость.</p><p>Однако бумага, которая до этого перестала сворачиваться, и застывшее прозрачное пламя снова активизировались.</p><p>В мгновение ока лист с эскизом Монита сжался в комок, дотла сгорел в прозрачном огне и слился с темным «Бутылем вымысла».</p><p>Это… неужели провал? Сердце Антони снова сжалось.</p><p>Оказавшись в подобном положении и при таких обстоятельствах, даже с самоконтролем «Гипнотизера» было трудно сохранять эмоциональную стабильность.</p><p>В этот момент «Надзиратель» Пель, всё так же стоявшая подле выступающего валуна, вытащила правую ладонь из «теневого ящика», сделанного из мешочка для монет.</p><p>Сделка была совершена, Люмиан и остальные вот-вот погрузятся в глубокий сон!</p><p>Пель вновь перевела взгляд на цель и увидела, что Люмиан всё так же стойко стоит, на его лице надета Золотая маска, раскрашенная белой и черной краской, аура полностью исчезла, а тело испускает холодное ощущение смерти.</p><p>Однако глаза Люмиана, вернувшие свой синий цвет, не закрылись.</p><p>Будучи «Надзирателем», Пель мгновенно осознала проблему.</p><p>Едва она собралась предпринять ответные меры, как её окружение заполнилось густой тьмой, развеявшей скудный свет карбидных ламп.</p><p>Глаза Пель закрылись, а тело зашаталось.</p><p>Она заснула.</p><p>Эффект усыпления, который должен был подействовать на Люмиана и остальных, по неизвестной причине обрушился на неё саму, в то время как Люмиан и его спутники нисколько не пострадали.</p><p>Увидев эту сцену, Люмиан сначала удивился, но вслед за этим его захлестнула огромная радость.</p><p>Он отчетливо ощутил, как из «Бутыля вымысла», сформированного на базе его собственного тела, вырвалась странная сила.</p><p>Удалось?</p><p>Антони преуспел?</p><p>Как и ожидалось, все прежние действия Того Существа были лишь помощью Его отцу.</p><p>А в борьбе с последователями Злых Богов Его отец и мы находимся в одном лагере!</p><p>Люмиан не колебался: он снял «Бутыль вымысла» и уже собрался «Телепортироваться» к скомпрометированному «Надзирателю» Пель, чтобы забрать гримировальное зеркальце Морана Авиньи и попытаться с помощью фиксированного входа/выхода зеркального мира сбежать отсюда.</p><p>Пока удастся вырваться наружу, он сможет призвать ещё больше помощников и заставить Пель убраться прочь по собственной воле.</p><p>Как раз в этот миг мешочек для монет и гримировальное зеркальце Морана Авиньи в руках Пель выскользнули из её ослабевших из-за сна пальцев и упали на землю.</p><p>Пэ!</p><p>Гримировальное зеркальце Морана Авиньи разбилось вдребезги.</p><p>От этого барьер всего особого зеркального мира очертился чётче и покрылся множеством трещин, а Пель из-за бушующего внутри неё пламени амбиций внезапно очнулась и распахнула глаза.</p><p>Едва сердце Люмиана ёкнуло, как из разбитого гримировального зеркальца стремительно выскользнула тень.</p><p>Она соединилась с разбросанной по земле плотью и кровью и в мгновение ока рекомбинировала в облаченного в черное одеяние Господина K.</p><p>Как только особый зеркальный мир получил определенные повреждения, этот оракул «ордена Авроры» тут же почувствовал свой палец, на чистом инстинкте «Телепортировался» сюда и, превратившись в тень, прошел сквозь трещину.</p><p>…………</p><p>В той мрачной церкви, находящейся неизвестно где.</p><p>«Фокусник» непрерывно «Мерцала», но не могла оторваться от преследования стремительного потока колоссального объема информации.</p><p>Пока она «Мерцала», звездный свет в её глазах сгущался, формируя странные и древние каменные настенные часы.</p><p>Донг!</p><p>Эфирный и величественный звон часов разнесся по всем уголкам церкви.</p><p>Благодаря этому в воздухе соткался древний, пёстрый гигантский призрак — высеченные из камня настенные часы, разделённые в общей сложности на двенадцать делений; каждое деление было либо серо-белым, либо сине-черным, они чередовались, а символы на них различались.</p><p>Донг!</p><p>Звон часов, несущий невообразимый невидимый поток, преодолел длинную толщу истории и ввёл всех присутствующих людей и всё вокруг в состояние оцепенения и заморозки:</p><p>Необъятный и жуткий поток информации застыл, «Отшельник», явившая неполную мифическую форму, остановилась, а «Суд», стоящая в воздухе над церковью, тоже превратилась в изваяние.</p><p>Рука «Локи», протянутая в пустоту, точно так же замерла, не успев вытащить оттуда чью-то силуэтную фигуру.</p><p>В этой стоп-кадром замершей реальности звездный свет в глазах «Фокусника» снова изменился.</p><p>Бесчисленные ртутно-серебряные сложные символы возникли из ниоткуда и стремительно соединились в огромного иллюзорного змея без чешуи.</p><p>На поверхности этого серебристо-белого гигантского змея виднелись густые узоры и знаки, формировавшие один за другим взаимосвязанные колеса, вокруг каждого из которых стояли различные маркировки.</p><p>В следующую секунду ртутный гигантский змей изогнул тело, укусил себя за хвост и медленно завращался.</p><p>Необъятный, необразмеримый поток информации устремился вспять, по траектории своего прежнего преследования, и на всем пути превращался обратно в даму в черном платье с золотой короной на голове.</p><p>Дама в черном платье становилась всё бледнее и бледнее, превращаясь в призрачную тень и парящую карту Таро, от которой исходил странный шарм; в конце концов оба образа вернулись в небытие и исчезли.</p><p>Упавшие на землю камни один за другим взмыли в воздух и вернулись к «Отшельнику», превращаясь обратно в глазные яблоки или вновь окрашиваясь в белоснежный цвет. «Отшельник» вскоре перестала выглядеть тем жутким зрелищем, от одного взгляда на которое теряют контроль над собой.</p><p>«Суд» вернулась на землю и отступила за «Дверь», после чего ограничение на ослабление таинственного утратило силу.</p><p>«Локи» втянул ладонь и снова уселся на деревянный стул с черной высокой спинкой.</p><p>…………</p><p>Внутри особого зеркального мира, покрытого многочисленными трещинами.</p><p>Едва очнувшись, «Надзиратель» Пель увидела Господина K в черном балахоне с капюшоном, а также разглядела на нём огромное количество преступлений.</p><p>К её удивлению, у этого человека, совершившего столь много грехов — по числу далеко превосходящему Люмиана и лишь слегка уступающему по степени тяжести, — оказалась лишь совсем крошечная серая область.</p><p>Это означало, что совершить «теневую сделку» с Господином K крайне сложно: судя по всему, необходимо выполнить определенные предварительные условия.</p><p>Похоже, это вызвано крайним фанатизмом: любые «теневые сделки» могут продолжаться только с разрешения объекта его веры… Пока в голове Пель крутились эти мысли, она уставилась на Господина K и произнесла на «Словах Порядка»:</p><p>'Ты виновен!</p><p>«Ты убивал!»</p><p>Над Господином K вмиг стало темно и мрачно: нечто ужасающее принимало форму.</p><p>Он слышал от Люмиана о различных способностях Ебуса и знал, что далее последует смертоносная кара, поэтому тут же собрался сменить объект «Выпаса», чтобы с помощью «Дьяволизации» в сочетании с магией плоти и крови «Епископа Роз» противостоять неизвестному нападению.</p><p>Но мгновение спустя зреющее наказание бесследно исчезло, словно устремившись в неизвестное место.</p><p>Тот ужасающий гнёт, подобно густому дыму, вмиг развеялся порывом сильного ветра.</p><p>Господин K на мгновение замер, а затем безуменно расхохотался, качаясь из стороны в сторону:</p><p>'Ха-ха! Ха-ха-ха!</p><p>'Я виновен, но все мои грехи взял на Себя Господь!</p><p>«Я невиновен, перед этим миром я невиновен!»</p><p>Господин K, не переставая безуменно хохотать, сменил объект «Выпаса», отчего в его глазах возникло множество наложившихся друг на друга иллюзорных дверей.</p><p>Эти бесчисленные двери, ведущие к самым разным пунктам назначения, в одно мгновение сгустились воедино, превратившись в подобную призраку книгу.</p><p>Книга спроецировалась перед Господином K и начала стремительно пролистываться.</p><p>«Я пришел, я увидел, я записал.»</p><p>Пока эхом разносился эфемерный голос, иллюзорная книга застыла на определенной странице.</p><p>Господин K в мгновение ока превратился в облаченного в холодную черную броню полугиганта ростом в два-три метра, держащего в руках глубокий, мрачный прямой меч.</p><p>Он рванул вперед и устремился прямо к «Надзирателю».</p><p>«Хвала Вам!»</p><p>Господин K с громким криком обрушил занесенный мрачный меч.</p><p>Обнаружив, что публичное обвинение не действует на Господина K, выражение лица Пель стало заметно более суровым.</p><p>Разумеется, будучи полубогом, хоть она и была удивлена этим, но у неё всё ещё оставались иные способы справиться с ситуацией.</p><p>Пока Господин K безуменно хохотал, она уже успела подчеркнуть с помощью «Слов Порядка»:</p><p>«Надзиратель находится под защитой!»</p><p>Чернодоспешный полугигант высотой в два-три метра словно со всей силы обрушил глубокий, мрачный прямой меч на голову Пель, однако его остановил невидимый барьер.</p><p>На барьере появились трещины, а на теле Господина K бесшумно образовался ровный и аккуратный разрез, из-за которого его правая рука отделилась от плеча и упала на землю.</p><p>Хотя в данный момент Господин K использовал записанную способность полубога и в нем присутствовала толика божественности, перед «Надзирателем», находившейся под «четкой» защитой, он все же понес определенное наказание за нападение на неё.</p><p>Это был только что возникший грех, грех, который Он еще не успел взять на Себя!</p><p>На месте сруба на плече Господина K плоть и кровь безумно зашевелились, будто собираясь вырастить новую руку, а сам он нисколько не обратил на это внимания, подхватил левой рукой падающий мрачный меч и вновь громко воскликнул:</p><p>«Хвала Вам, сотворившему всё!»</p><p>Пока разносился сиплый голос, мрачный меч взмыл и устремился к «Надзирателю» Пель.</p><p>Пель же, благодаря недавней защите, заставила упавший на землю мешочек для монет подняться в воздух и вернуться к ней в ладонь.</p><p>Она быстро совершила «теневую сделку» — «теневую сделку», направленную против всех присутствующих.</p><p>Крак!</p><p>Вслед за взмахом и падением мрачного меча невидимый барьер, защищавший «Надзирателя», окончательно раскололся.</p><p>Левая рука Господина K вслед за этим отделилась от тела, где образовался ещё один гипертрофированный разрез.</p><p>Внутри разреза многочисленные кроваво-красные ростки плоти стали стремительно разрастаться, словно обретая собственную жизнь, будто вот-вот выгонят нового Господина K.</p><p>«Надзиратель» Пель не обрадовалась такому исходу: согласно условиям только что заключенной «теневой сделки», как Господин K, так и Люмиан со своими спутниками сейчас должны были окончательно ослабеть.</p><p>Однако в реальности ничего подобного не произошло!</p><p>«Неужели мне так не повезло и со мной совершил сделку мошенник, который изначально не собирался исполнять договор?» — Пель, не способная двигаться по некоей причине, ощутила, как сердце уходит в пятки.</p><p>Затем она увидела, как лишившийся обеих рук Господин K невероятно сильно согнул спину.</p><p>Рот этого оракула «ордена Авроры» раскрылся насколько возможно широко, уголки губ протянулись до самого низа ушей, а в месте разрыва бурлила алая кровь и кишели ростки плоти.</p><p>Благодаря такому расширению рта, Господин K в холодных черных доспехах разом вцепился зубами в рукоять мрачного меча.</p><p>Он высоко подпрыгнул, вытолкнув голос прямо из грудной клетки:</p><p>«Хвала Вам, взявшему на Себя грехи людские!»</p><p>В этом надрывном крике Господин K вместе с прямым мрачным мечом обрушился с небес, сам служа рукоятью для клинка, нацеленного в «Надзирателя» Пель.</p></section><section><title><p>Глава 737 Мое оружие</p></title><p>Глава 737 Мое оружие</p><p>Люмиан стоял у выхода из грота каменоломни, желая помочь Господину K справиться с Пель, но не знал, что именно может сделать.</p><p>Прежний опыт подсказывал ему: в отсутствие божественности любые действия, направленные против «Надзирателя», в конечном счёте вернутся к нему самому, нисколько не навредив этой полубогине.</p><p>Сняв Золотую маску, Люмиан мог лишь оставаться на месте. Он размышлял, какие из имеющихся при нём предметов могли бы пригодиться и оказать хоть какой-то эффект, и одновременно был вынужден в роли стороннего наблюдателя следить за битвой Господина K и Пель.</p><p>В то же время он осматривался по сторонам, ища способ полностью разбить текущий зеркальный мир.</p><p>А Антони сохранял прежнюю позу, продолжая делать наброски в альбоме для рисования, где не хватало одной страницы.</p><p>На этот раз он собирался нарисовать госпожу «Фокусник».</p><p>Видя поведение Господина K и слыша хриплые крики, сопровождавшие каждый его рубящий удар, Люмиан невольно почувствовал, как его разум подвергается лёгкому загрязнению.</p><p>Он не ожидал, что Господин K в определённой степени окажется способен сдерживать «Надзирателя»: он не боялся обвинений этой полубогине и при этом имел способ нанести ей вред.</p><p>Люмиан мысленно вознёс молитву, надеясь, что Господин K, даже если и не сможет расправиться с Пель, хотя бы заставит её отступить.</p><p>Господин K напружинил поясницу и живот, резко подавшись торсом вперёд. В сочетании с нисходящим инерционным движением это позволило его мрачному, иссиня-чёрному двуручному мечу в третий раз обрушиться на голову «Надзирателя» Пель.</p><p>Пель не сдвинулась с места, не воспользовалась способностью вроде «Перехода сквозь зеркало», чтобы уйти из-под удара, и даже не попыталась отпрыгнуть или кувыркнуться в сторону. Она всё так же стояла возле выступающего валуна, лишь позволив своему телу потемнеть и истончиться, превратившись в тень, которая непрерывно разделялась на множественные новые тени.</p><p>Мрачный, прямой двуручный меч стремительно пал, бесшумно рассекая множественные тени надвое.</p><p>Те тени стремительно скользили вокруг выступающего валуна, кружась снова и снова, а затем снова слились воедино, шевелясь и пытаясь воссоздать тело «Надзирателя» Пель.</p><p>Места, рассечённые мечом тьмы, никак не могли сойтись как следует; тени лишь накладывались друг на друга пластами, с трудом скрепляясь в человеческую фигуру — искорёженную, порезанную во множестве мест и с перекошенными частями тела.</p><p>Господин K подпрыгнул, собираясь взмахом головы вновь обрушить мрачный меч, зажатый в гигантском разрыве его пасти.</p><p>Но именно в этот момент его тело стремительно уменьшилось, а ледяной чёрный доспех на поверхности быстро рассеялся.</p><p>Он подвергся наказанию и был вынужден вернуться к своему прежнему облику — в чёрном капюшоне и длинной мантии того же цвета.</p><p>С трудом же собранная воедино тень начала терять свой чёрный цвет, дюйм за дюймом обнажая человеческую кожу и показывая ярко-красное длинное платье.</p><p>…………</p><p>В мрачной церкви, находившейся неизвестно где.</p><p>Парящая в воздухе иллюзорная тень гигантской ртутной змеи постепенно поблёкла и исчезла.</p><p>«Перезапуск» завершился.</p><p>Сидевший на деревянном стуле с чёрной спинкой «Локи» внезапно истончился и уменьшился, превратившись в бумажного человечка.</p><p>Бумажный человечек и стул резко сжались внутрь себя и рассыпались в пыль.</p><p>Силуэт «Локи» возник в тёмном углу в глубине церкви, а «Фокусник», казалось, всё ещё парящая в воздухе, быстро нарисовала за его спиной ещё одну себя.</p><p>«Локи» снова собрался протянуть руку в пустоту, чтобы вытащить кого-то, но его совершенно чёрные глаза внезапно вновь стали синими.</p><p>Синий цвет быстро окрашивался чёрным и снова возвращался к синему; оба цвета непрерывно сменяли и вытесняли друг друга.</p><p>«Локи» застыл на месте, так и не сумев вытащить помощника, и позволил «Фокусник» протянуть вперёд правую ладонь и сделать резкое хватательное движение.</p><p>Мрачная пустота искривилась, заключив «Локи» внутрь, после чего они вместе с грохотом обрушились, расколовшись на осколки и оказавшись погребёнными в беспросветной бездне.</p><p>В ходе этого процесса тело «Локи» мгновенно дематериализовалось, став нереальным — словно то была лишь какая-то проекция или марионетка, подменённая неизвестно когда.</p><p>«Отшельник», «Правосудие» и «Фокусник» одновременно услышали исполненный сожаления вздох и увидели, как сама мрачная церковь тоже дематериализуется, постепенно разрушаясь.</p><p>Она, похоже, тоже была проекцией.</p><p>И сразу же после этого издалека донёсся слегка постаревший, витающий голос:</p><p>«Моё желание — чтобы все полубоги здесь заблудились на три минуты.»</p><p>Мрачная церковь окончательно обрушилась; вокруг царила непроглядная тьма, без звёздного света и без границ.</p><p>…………</p><p>В особом зеркальном мире.</p><p>Увидев, что Господин K больше не может поддерживать обладающее божественностью состояние полугиганта, а «Надзиратель» Пель вот-вот восстановит человеческую форму — пусть и выглядящую так, будто её собрали из частей, — Люмиан первым делом подумал о том, чтобы быстро превратиться в теневое существо и с помощью уже появившейся трещины в зеркальном мире сбежать наружу, дабы найти других помощников.</p><p>Однако он не знал, использовал ли Господин K какие-либо волшебные предметы при входе, и не был уверен, можно ли пройти сквозь щель в зеркальном мире, полагаясь исключительно на трансформацию тени.</p><p>Глядя на то, как постепенно проявляется лицо «Надзирателя» Пель, с глазами и ноздрями, расположенными на разной высоте, Люмиан, который во время наблюдения успел быстро проанализировать прошедший бой, внезапно поймал себя на мысли:</p><p>На самом деле, я ведь тоже могу ранить «Надзирателя»…</p><p>Господин K может, и я могу!</p><p>Моя судьба связана с Термиборосом, в некотором смысле мы составляем единое целое, и я уже давно знал, что обладаю ложным ангельским статусом!</p><p>Способности, которые я применяю вовне, не обладают божественностью и не могут повлиять на «Надзирателя», имеющиеся у меня предметы — тоже, но я сам, по идее, должен смочь.</p><p>Я использую самого себя в качестве оружия!</p><p>В мгновение ока, пока проносились эти мысли, Люмиан явил слегка безумную улыбку, почувствовав, как его кровь закипает, будто охваченная пламенем.</p><p>Он мгновенно исчез с места и телепортировался прямо к «Надзирателю» Пель.</p><p>Его глаза уже окрасились в железо-чёрный цвет, и он увидел несколько мертвенно-бледных пятен, обозначавших слабости Пель.</p><p>Одно из них находилось в нижней части левой щеки!</p><p>Прежде чем тени Пель успели окончательно воссоздать этого «Надзирателя», из тела Люмиана вырвалось огромное количество ослепительно-белого пламени.</p><p>Оно, подобно бурлящему потоку, безумно хлынуло из глаз и ушей, ноздрей и рта, из пор на коже Люмиана, полностью затопив его и превратив в пылающего ослепительно-белым огнём человека изнутри и снаружи.</p><p>Давай!</p><p>Сгорим вместе!</p><p>Взорвёмся вместе!</p><p>Совершенно слившийся с ослепительно-белым пламенем Люмиан выбросил правый кулак, с треском обрушив его на левую щеку Пель.</p><p>В расположенных на разной высоте глазах Пель сначала появилось некоторое растерянное замешательство, а затем пришло понимание причины.</p><p>Но она уже не успевала выдвинуть обвинение, не могла сдвинуться и даже ещё не вернулась в реальность окончательно.</p><p>Бум!</p><p>Правый кулак Люмиана врезался в левую щеку Пель, заставив её вдавиться внутрь.</p><p>Вслед за этой атакой на груди и животе Люмиана образовалась жуткая рана, но её тут же затопило струящееся ослепительно-белое пламя.</p><p>Пель ощутила боль, но смертельного урона ещё не получила.</p><p>И именно в этот момент на обожжённом ослепительно-белым пламенем лице Люмиана появилась свирепая и безумная улыбка.</p><p>Оказывается, действительно можно!</p><p>Я действительно могу использовать самого себя в качестве оружия, чтобы дотянуться до «Надзирателя»!</p><p>Бум!</p><p>Он напрямую подорвал свою правую руку.</p><p>С помощью заранее накопленного ослепительно-белого пламени он оторвал себе правую руку взрывом.</p><p>Его правый кулак тут же под действием неистового порыва ослепительно-белого пламени устремился вперёд, вонзился в левую щеку Пель и вошёл прямо в её череп.</p><p>«Жатва»!</p><p>Тресь — уже явивший мрачный барьер и изрытый множеством трещин особый зеркальный мир издал звук разрушения, быстро распадаясь и обрушиваясь.</p><p>Голова Люмиана подверглась невидимому тяжелейшему удару, череп вдавился, зубы вывалились.</p><p>Лишившись правой руки и пылая ослепительно-белым огнём по всему телу, он отлетел назад.</p><p>Его лицо исказилось от боли, но глаза были полны ликования.</p><p>Успех!</p><p>Он увидел, как на левой стороне лица «Надзирателя» Пель образовалась жуткая окровавленная рана, внутри которой бледно-белый туман и серовато-белое вещество мозга переплелись вместе, полностью разорванные и подожжённые превращённым в труху кулаком.</p><p>Пока ослепительно-белый свет пламени рассеивался наружу, оставшийся правый глаз «Надзирателя» Пель утратил духовность, и её тело медленно повалилось наземь.</p><p>Клетка вокруг Франки и Дженны вслед за этим разрушилась, стремительно распадаясь.</p><p>Свидетель этого зрелища, Господин K, удовлетворённо кивнул:</p><p>Люмиан очень похож на меня!</p><p>Стиль боя очень похож!</p><p>Единственное, что не так — во время последнего удара он не вознёс громкую хвалу Господу.</p><p>В то же время Люмиан, чья голова гудела, а затылок онемел настолько, что почти потерял чувствительность, с глухим стуком грохнулся на землю, едва не потеряв сознание.</p><p>Он не отключился окончательно лишь потому, что ощутил мощное усвоение зелья «Жнеца», словно снова совершил масштабную жатву возле древней гробницы во время «Праздника снов».</p><p>Это… Люмиан сначала обрадовался, но тут же, полный изумления и сомнений, из последних сил перевернулся и встал.</p><p>Он знал, что это усвоение наверняка произошло от того, что он совершил «Жатву» над «Надзирателем» Пель, но разве полубог не должен был позволить ему полностью усвоить зелье «Жнеца»?</p><p>Люмиан погасил пылающее внутри и снаружи ослепительно-белое пламя, левой рукой доставая из «Вещмешка путешественника» полученное от Ебуса исцеляющее зелье и клипсу «Ложь», и одновременно устремил взгляд на труп «Надзирателя» Пель.</p><p>В этот момент особый зеркальный мир окончательно рухнул, и они вновь вернулись в реальный мир, в тот самый грот каменоломни, где находился постоянный вход и выход в зеркальный мир.</p><p>Возле того выступающего валуна, на месте, где прежде стояла Пель, не было ни трупа, ни клубящегося белого тумана.</p><p>Люмиан увидел, что на соответствующей каменной стене висит картина маслом.</p><p>Эта картина маслом была изорвана и разбита, но в ней всё ещё смутно угадывалось изображение женщины — женщины в ярко-красном длинном платье.</p><p>'Пель?</p><p>«Тот, с кем мы только что сражались, — не настоящий 'Надзиратель», а созданный ею с помощью предмета пути «эльфа» человек с картины?</p><p>'Эта картина маслом может давать нарисованному полубогу краткую жизнь, но не позволяет им свободно передвигаться?</p><p>«Вот почему Пель всё это время не покидала этого места и постоянно принимала удары на себя?»</p><p>Среди роящихся сомнений Люмиан залпом выпил исцеляющее зелье, выменянное Ебусом у последователей «Великой Матери», дабы не загнуться до шести утра.</p><p>В этот момент из глубины той разорванной картины, откуда-то из неизвестности, донёсся исполненный смешинок голос Пель:</p><p>'Не думала, что мой человек с картины потерпит поражение.</p><p>'Но неважно, это несущественно. Главное — водоворот вот-вот сформируется, и пройдёт совсем немного времени, прежде чем вы будете официально затянуты внутрь.</p><p>«Все будут затянуты…»</p><p>Голос Пель постепенно затихал, окончательно растворяясь в глубине картины маслом, отчего только зародившаяся у Господина K мысль попытаться выследить её с помощью «Телепортации» тут же потерпела крах.</p></section><section><title><p>Глава 738 Я виновен</p></title><p>Глава 738 Я виновен</p><p>Благодаря эффекту исцеляющего зелья и сжигающему воздействию прежнего пламени раны Люмиана в основном перестали кровоточить, а в некоторых местах даже началось нарастание плоти и образование корочек.</p><p>Надевая клипсу «Ложь» и пытаясь сместить жуткую рану на груди и животе в менее опасное место, Люмиан одновременно пристально смотрел на висевшую на каменной стене картину маслом, пока в его голове проносилось множество мыслей:</p><p>«Как 'Надзиратель», она не станет без крайней необходимости лично вступать в бой?</p><p>'Настоящая Пель всё это время пряталась в тени, избегая возможных неожиданностей?</p><p>'Но если бы она взялась за дело сама, возможно, с нами покончили бы уже давно, не дав ни единого шанса создать эту неожиданность…</p><p>«К тому же Пель, похоже, не слишком беспокоилась о том, чтобы захватить меня живым. Разве поражение человека с картины не означает, что инициированная ею 'Теневая сделка» не была исполнена, и теперь её неизбежно ждёт жестокое ответное наказание?</p><p>«Она ведь не мошенник…»</p><p>Подумав об этом, Люмиан внезапно пришёл к догадке:</p><p>'О том, что меня нужно захватить живым, всё время говорила только сама Пель, других подтверждений не было…</p><p>«Возможно, это действительно было условием другой стороны 'Теневой сделки», но далеко не единственным. С высокой вероятностью это было лишь одно из нескольких требований, причём самое неважное. Поэтому Пель, создав особый зеркальный мир, сразу же оставила эту картину маслом, поручив человеку с картины разобраться с нами, а сама отправилась в другое место.</p><p>'Она отправилась выполнять самое ключевое и самое важное требование?</p><p>«Словам 'Маклера» тоже нельзя верить безоглядно…</p><p>'Судя по её недавнему тону, она, похоже, преуспела, и потому совершенно уверена, что водоворот вот-вот сформируется и вскоре затянет всех…</p><p>«Выходит, её вообще не было поблизости. Только что она лишь использовала связь с человеком с картины перед его окончательным исчезновением, чтобы сказать несколько фраз на расстоянии, так что её даже отследить невозможно.»</p><p>Люмиан чувствовал, что его догадка отлично объясняет поведение Пель и детали прошедшего боя, отчего у него на душе стало тяжело.</p><p>Если всё действительно так, как он думал, то водоворот «Школы Истины» так и не удалось вовремя остановить, и он вот-вот сформируется!</p><p>Что же произойдёт через какое-то время?</p><p>В этот момент Господин K подошёл к Люмиану и тоже уставился на изорванную картину маслом.</p><p>Хриплым голосом он произнёс:</p><p>'Я виновен.</p><p>«Я не смог заранее выяснить планы „Школы Истины“ и допустил, чтобы проблема разрослась до предела.»</p><p>Пока он говорил, плоть на плечах Господина K зашевелилась, и из неё медленно выросли две бледные, довольно худые и влажные руки, тогда как срезанные рукава его чёрной мантии восстановить было невозможно.</p><p>Не дожидаясь ответа Люмиана, Господин K повернул голову и сказал:</p><p>'Шум здесь скоро привлечёт внимание, долго оставаться нельзя.</p><p>«Приходи ко мне завтра утром.»</p><p>«Хорошо.» Люмиан скользнул взглядом по спутникам, укрывшимся в тенях или вошедшим в состояние «Психологической невидимости», и слегка кивнул.</p><p>Он и сам намеревался как можно скорее перебраться в убежище, чтобы не попасть под случайный удар официальных Потусторонних.</p><p>Как только Господин K «Телепортировался», Франка, Дженна и Энтони вышли из своих укрытий.</p><p>«Мы сейчас же возвращаемся в убежище», — без колебаний сказал Люмиан.</p><p>Франка слегка кивнула и с выражением сожаления и досады сказала:</p><p>«„Доспех Гордыни“ неизвестно куда изгнали. Если он действительно потерялся, будет ужасно жаль.»</p><p>Если бы только что «Доспех Гордыни» не атаковал напрямую человека с картины «Надзирателя» Пель, заставив её изменить форму жизни и тем самым косвенно уничтожив нескольких возникших Карателей, Люмиан, даже если бы всё равно придумал способ нарисовать архипелажского обманщика Монита, вряд ли смог бы продержаться на последующих этапах — тогда ему пришлось бы иметь дело не только с наказанием Пель, но и противостоять Карателю Энтони.</p><p>Для Люмиана и остальных «Доспех Гордыни» был настоящим героем и весьма удобным запечатанным артефактом, и никому не хотелось его терять.</p><p>«Будь он человеком, обладающим разумом, смог бы вернуться сам, а теперь…» Люмиан вздохнул и схватил Энтони за плечо левой рукой.</p><p>В этот самый момент из пустоты возникли искорки яркого звёздного света, быстро вычертив сказочные двустворчатые врата.</p><p>Врата распахнулись, и оттуда вышли «Фокусник», «Суд» и «Отшельник».</p><p>«Фокусник» огляделась вокруг и, посмотрев на Люмиана, лишившегося одной руки и выглядевшего жалким, с немного странным выражением спросила:</p><p>«На вас напали?»</p><p>Пока она говорила, в гроте каменоломни, освещаемом лишь карбидной лампой, стало ещё темнее, словно вокруг опустился невидимый занавес.</p><p>«Да.» Франка вместо Люмиана, чьи раны лишь облегчили, но не до конца исцелили, вкратце пересказала всё случившееся.</p><p>«Напавший на вас был человеком с картины Пель, а сама она отправилась заниматься чем-то другим?» — переспросила госпожа «Фокусник», будто уточняя.</p><p>«Похоже на то», — ответил Люмиан.</p><p>«Фокусник» посмотрела на «Суд» и «Отшельника», они обменялись взглядами, и ни одна не скрывала своего замешательства.</p><p>После краткого молчания госпожа «Фокусник» ничего не стала объяснять; звёздный свет сгустился в её глазах, словно очерчивая какой-то узор.</p><p>Следом моросящий дождик начал падать, орошая Люмиана и заставляя его раны полностью затянуться.</p><p>Франка и остальные, также омытые дождём, избавились от усталости.</p><p>Это очень похоже на способность, которую Мадам Ночь использовала во сне… Люмиану пришла в голову определённая ассоциация.</p><p>Госпожа «Фокусник» кивнула и сказала:</p><p>«Завтра напиши мне подробный отчёт обо всём случившемся.»</p><p>Сказав это, она вместе с «Судом» и «Отшельником» исчезла.</p><p>Когда окружавший их мрак рассеялся, Люмиан обнаружил, что они вернулись в убежище, расположенное в Административном округе — именно здесь Дженна вызывала Посланника госпожи «Суд».</p><p>«Госпожа „Фокусник“ и остальные были в замешательстве из-за того, что на нас напал человек с картины Пель.» Энтони убрал чистый альбом для рисования, озвучив свои наблюдения.</p><p>Люмиан кивнул и произнёс:</p><p>«Замешательство вызвал вряд ли сам факт нападения Пель. От „Надзирателя“, опирающегося на „Теневую сделку“, можно ожидать чего угодно.»</p><p>«Тогда что же их так озадачило?» Дженна и Франка не находили ответа.</p><p>Энтони попытался проанализировать:</p><p>'Сомнение вызывает не то, что Пель напала на нас, а то, что именно мы подверглись её нападению.</p><p>«Они, похоже, были уверены, что мы не подвергнемся нападению Пель, и было ли у Пель такое намерение или действия для его осуществления — не имело значения.»</p><p>Люмиан и остальные погрузились в раздумья.</p><p>Внезапно Франка издала короткий возглас.</p><p>Посмотрев на Люмиана и остальных, она с радостным удивлением медленно вытащила руку из «Вещмешка путешественника»:</p><p>«„Доспех Гордыни“ внутри! Он вернулся!»</p><p>Госпожа «Фокусник» помогла вернуть его? Едва у Люмиана возникла эта мысль, как он заметил движения Франки.</p><p>Он тут же закричал:</p><p>«Стой!»</p><p>Нельзя позволить Франке вытащить «Доспех Гордыни»!</p><p>Здесь тесное помещение, и здесь я!</p><p>Выражение лица Франки застыло, и она вовремя остановила локоть.</p><p>…………</p><p>Внутри зеркального мира, состоящего из тёмных небытийных туннелей.</p><p>«Надзиратель» Пель непрерывно перемещалась из одного зеркала в другое, отыскивая конечный пункт назначения.</p><p>Выражение её лица было весьма расслабленным, она радовалась тому, что бедствие, напротив, подтолкнуло формирование водоворота.</p><p>На другом конце тёмного небытийного туннеля за ней тихо следовал яркий клубок шерстяных ниток, бесшумно катясь вперёд и оставляя за собой скрытую в темноте нить.</p><p>…………</p><p>На следующее утро, отправив письмо госпоже «Фокусник», Люмиан пришёл в штаб-квартиру редакции журнала «Медиум» и в подземном помещении встретился с Господином K.</p><p>У них обоих конечности были в полном порядке.</p><p>Господин K, облачённый в чёрную мантию с огромным капюшоном, не обратил на это внимания и сиплым голосом сказал Люмиану:</p><p>«Иди со мной в одно место.»</p><p>«Зачем?» После вчерашнего совместного дела Люмиан держался с Господином K всё более непринуждённо.</p><p>Господин K словно бы кивнул и сказал:</p><p>«Во-первых, я должен покаяться за то, что произошло в этот раз. Во-вторых, через святой образ передать Господу, что ты уже вырос и можешь служить Его посланником. Господь сделает приготовления в надлежащее время. Верь Господу, верь Господу всем сердцем.»</p><p>Просто пойти туда, где есть святой образ «Истинного Творца»? Это ещё ладно… Если бы действительно пришлось предстать перед Богом, вот это было бы проблемой… Люмиан смиренно опустил голову и сказал:</p><p>«Это честь для меня.»</p><p>Господин K подошёл к нему, схватил его за руку, увлёк в мир духов и начал «Телепортацию».</p><p>Пройдя сквозь густые наслоения разноцветных пятен и бесчисленных неадекватных описанию прозрачных существ, они вдвоём прибыли к церкви.</p><p>Эта церковь, казалось, располагалась в глубокой долине. Её поверхность была иссиня-чёрной, покрытой резьбой в виде множества человеческих костей, а вершина, очень похожая на церкви Церкви «Вечного Пылающего Солнца», имела форму полусферы.</p><p>Господин K молчал. Слегка ссутулившись, он прошёл через распахнутые двери.</p><p>Люмиан последовал за ним.</p><p>Затем он увидел просторный, но тёмный молитвенный зал и стоявший в глубине церкви огромный тёмный крест.</p><p>На кресте висела перевёрнутая статуя обнажённого мужчины; из разных частей её тела отчётливо торчали ржавые гвозди, и вокруг каждого гвоздя расплывалась алая кровь.</p><p>Это святой образ «Истинного Творца»? Люмиан вздрогнул про себя и поспешно отвёл взгляд.</p><p>В Церкви «Шута», Церкви «Вечного Пылающего Солнца» и Церкви «Бога Пара и Машин» он видел только священные эмблемы, но не статуи божеств — ранее он думал, что Господин K называл «святым образом» именно эмблему.</p><p>Господин K дошёл до места в четырёх-пяти метрах перед статуей и остановился.</p><p>Люмиан, немного отстав, тоже остановился.</p><p>На пути от дверей досюда он успел разглядеть лицо висящей вниз головой статуи:</p><p>Нос, рот и уши были довольно смутными, имелись лишь очертания, однако глаза выделялись очень чётко; они были плотно зажмурены, словно принимали на себя все страдания и грехи.</p><p>Господин K начертал на груди крест и громко выкрикнул хриплым голосом:</p><p>'Восхваляю Вас!</p><p>'Восхваляю Вас за сотворение всего сущего!</p><p>«Восхваляю Вас за то, что Вы несёте на себе грехи рода людского!»</p><p>Люмиан вслед за ним проделал те же движения и произнёс те же слова хвалы.</p><p>Внезапно у него слегка закружилась голова, глазные яблоки слегка потеплели, и возникло некоторое чувство знакомости с этой сценой.</p><p>Это… Духовное чутьё Люмиана подсказывало ему, что активировался негативный эффект контракта с Баинфером.</p><p>Этот эффект заключался в следующем:</p><p>В местах, тесно связанных с прошлым Баинфера, можно увидеть истину, которую видеть не следует.</p><p>Это место тесно связано с прошлым Баинфера? Он когда-то был священнослужителем «Истинного Творца»? Люмиан, строивший догадки, одновременно подавил своё любопытство и продолжал смотреть в пол.</p><p>Внезапно его взгляд застыл.</p><p>Он увидел смутное ящероподобное существо.</p><p>Это был ящероподобный малый эльф, появлявшийся в его снах о деревне Корду, тот самый ящероподобный малый эльф, вылезавший изо рта Авроры!</p><p>С высокой вероятностью именно он повлиял на Аврору, из-за чего она вовремя не обратилась за помощью к «Хеле»!</p><p>А в конце инцидента с «Древом Теней» этот ящероподобный малый эльф тоже появлялся.</p><p>Почему же сейчас он находится здесь, в церкви «Истинного Творца»?</p><p>Когда Господин K ничком опустился на землю, плотно прижавшись лицом к иссиня-чёрным каменным плитам, Люмиан подсознательно поднял голову и посмотрел вперёд.</p><p>Он увидел, как огромный тёмный крест стал иллюзорным, словно возвышаясь на вершине какого-то горного хребта, и увидел, как по висящей вниз головой смутной человеческой фигуре вползают и выползают, кружась и порхая, один за другим ящероподобные малые эльфы…</p><p>Люмиан оцепенело смотрел на эту сцену, пока возле его уха раздавался слегка глуховатый голос Господина K, чей рот был плотно прижат к полу:</p><p>«Милосердный Отец, прошу, прости грехи, что я совершил.»</p></section><section><title><p>Nota bene</p></title><p>Nota bene</p><p>Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.</p><p>Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.</p><p>Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Кольцо Судьбы. Том 4. Грешник</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8AAEQgCgAHWAwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8A+fKQ07NGD6VwNn1AnalHSnUVmxAo6VKKjzTlNQxkg70N0oFDdKkZG3Wm4p/emmrTJkhmMmngcUqjmn7eKUncLDAKQrTwppzLUj2IgKaalxSbc09hpjAKUin8CggUXsNBFwauxt8gOKpCrMDEjaaRcRz81E6sTxU5WjZilYsgVCBzSkVKQD1pNvvRcVipOMjFVZo1DdKvTDpVWbrWkTOaKrQoeSOaTLKMDGKleqtxIR8o71qjnkhsrEnrULinKD3pwBoIUdRqjigVJimEc1LNoxGSLmo2XaalFPDKrA7Qzds0XHKKGFXijVnXG4ZH0qhqD5UDHXNaE7mRtzGsm9bMuK0hqcOIa6DtKbbOw9Vq6eay7NttwD6/LWoOtVUepz03pYkgODVlW4qpvCtgc1KjcVmdVOVtCcHmp0HAqsp71LvYCg6ESk0xjT42UgHOaiuPvUFt6EMvLZpB0pTRQZvUKTGaWlFACYpQKWlUZovYGSwNtbNdTpsKNb7ttcsik12OmsgtEQNnArkxWp6+XQvLUHiQdqjCDPSrTqM0wKN2PWuO56sl7xSuYuOlU3TBwRW28QK9KqTxKe2K0hM461C5mFQO1NIGOlXJIlA4FV3U5roizglGxWYDPSipcUVZNiovSlxSLTq2Zy7hTafSYrN7jG0KTxQVp4FADgaXdnjFMwaUDmpKAilVadSigLCouO1KwoUVLszikyuUh24oJ9qmZe1J5RIouHIQ9qbmphDTHjx0phykRznipFjJpIx84NWAKTY7Eax1NGAvanKKeq0jSKFAzihxxjFPApr9KVyrEDDmmmnuO9RMwFMmwybtVKb/AFlTzuaqtya0iZTYyTriq8gy1SzcZJqBTufFanM9xVX2p+3jpTwtG0elMqKIyKYy1O61GaTLIdppGHNTleKjcVPUGroiYcZrGujmU1sznETViy8t0ropK55mI3GIdsqn0NaqnPNZWK1YOYFb2p1FqYwY8/c3U6FtxHFMb/Vmi2++KyN0/eLiU6haVulI64u4I23pTpDuFR07qKLl3GAUuKKKCQpRSU5etDAkjTOKnWIEfKKbbKSwFb0Vm62wlAG01hUqcp3Yeh7QxUiIYVrabLtJVz9Kt28MZIOKlmt142kCuec+Y74UJU3dDRcbpNoarcABXd1NUhbc5WrkCMiYNYS5Tppyk3qSGq8/JqZzgVBJyaIaMdWT2K7rVZ1q1Kp28VA/AroizzqkSuRzRQx5orQxsUFFLihRTsVtKVjkEp232p2BSkCobGR4oFSAUbfwouPYbRTwKUCpuNDFGe9SKKQVIozTNEhFHNSqOlNC1InFLctINp9KUDFPpMUi7ITFRsmTyKlAxTsChsmxB5YAHFIBzUzKKbile4WFRelSAYpimn5oKWgrUzrTqQUiiOQYBGKqlTnFaDAGomhAPFEWTYoSRN6VCIHJrVMeaRYqvmM5QuYd3bSh/u1AsLKwJFb80eaoXETK3IrSMjF0yrjikNTEHAppU+lVzCsRkVG6+lTAZpGWhyIbsQAUxl9qs7aesWecVEmaR1Mu84gNZJAzW3qsRWPjjJxWQYWz1rqpy0PMxUXzkRUcVfsTut9p7HiqzRFecZqxpo+Z1P1qpO6OaK1JXBp0KEEE1KV5HFOXisTVN3Hr0pw5FNFOHAoOiE7CbeaSpKaRQb3uNopcU5FzQIaq5qVRzSqvtUqJk9KlyLirktmvzg1twSuVVN3yelZMC4rVsoWbpzmuPEM9bBb2C4kwxROKElfHJqzJbAdVoWFQORWCkjtnCpF6ktqhlXcpzjrVzGabpahQyitIQh+tYzdpHqYShzQuzMkjbjioHWtK4XaCKoSninGRliaSiV3HFU5jxU88mCRVN2zXVA8Wsxh60UUVsjksURUig1AGxT1dvWtrXORMkpR1pgNOHAqWi0yQdKUUzNGR61IyUUhAqPdQppWGiQU+M80gXcaD8rYobNETLg09RimIeKetI1QtFFFIoKKKKCWLTc+1JKcYrrovhh4/liWWDwxdSxuu5WWSPBH/AH1Scorcm9jklp9devwt+II/5la8/wC+4/8A4quUuYJbW7ms7kIk8EnlyBWVip/3lpKSexS1I6a1OHLhACzt91QMkivqb4T/AAq0fw5o9tfaxYwX2tyKHkkmTcsH/TMD/Z6bqzrVlTV2TKfKfLKHNPIya9e/al0aDT/E2k6tFGiLeW7Ry7VxueP/AOxavJFGKdKp7SPMXD3kCx57U97famcU+IDNTS/6qqb1OqNNcplOpzVW4XIxjvWmYs9qhngCjNWpGE4WZli3ZiOKlS2I521fgiwRVlIu1PnM/ZmHNb8nAwaRbYHrW7JZ7/SlhsWHTFHOYuhqYgtP9mp47RdgGBmtqOxZmwcVMtgVPQVMqg40nzHGa7akbEH97rVB7PH8NdbrdhKpR8jGcHis+e1bC/MPuit6dW8TzsTTfOzmprdvSo7VCs+MYzW3dW7KM8GqDx7ZlPoc1qpXORxsBXnmkxViWM9cYqA5HagYCnU0mkU0FxepKaQNSqKcsZPQVHMbR5huDUkY9acExTlXFHMaaiqOasQxjOajReRxVhelZSZrAkiUZrYspGii+XvVG1hLDgZrqPC+ipfXkcdyxSEHLGuHE1VGN2e1gKVRyTRqR6LJc2ELxK+6QZzt6rWPe6VcwqQVP5V7PHqWj2appsi48uPYCy/Ko+tcj4yEK3okWRMFeueteFQx1R1OVo+idOM9JI89t0eF9x/KtB7gKu5DnFF+uJazpsivVvz6mcpOirRHXFw7nANV5OVxTgVHJpkjDdmtIROCrX5nqU543/SqrAjrWjKwKmqcq5FdUDzKyXQr0UEHNFbJnPYyd1SK1Q5qRD0rpeh5uxMppWemZ5p2KTNY6iqxNPBNRqcUu6oaLTJKelQBuamRxiosWh4YqRin7t1R0CluWTA08GolZcdaeGFIaJs0Zpu72o3e1BoKGyadTRzTsUAQ3pYRfKcV9Ufsq6zLq/wy+zzvufTrt7UeyhVZf/Qq+XSK+iP2PTt8J+IB6amP/RKVx4yK9mZVPhNv4za/quk2/ioWl15dra6BHLGoVcrNNM8e7d977q18qaezsgD96+l/j789h4xUjOfD9j+t5LXzhCgWJcUsFGKp6GlJe6dp8F9EGufFHR7N1DQ27/bJs/3Y/mA/76219SeN/E+meEfDlzrmrO32eI8Igy0jHoq/7VeSfsqaCY4NU8VTRDEx+yWrEc7V5kb/AL62r/wGuV/ay8UnWfE1r4Ss5N9vp677kKeGlboP+Ar/AOhNXPUiq1blexnKPNOxmfFb4qaZ8RNJs4IdGlsJ7G68xGeZXWSNhtbt8rfdrh1WsvTdN8twuM10mk6XqGq3yWOmWU93dP8A8solya74QjTVkdMY8isVYjg1M53AV6RafBHxw1p50iaZFL3hN183/oO2uL8Q+H9Y8PX5stYsntJhyu77ki/3lb+Ko9vB7G0asdkzHCc02aMtHxVwIBW54c8Max4llnt9GtUuZIRukj85VZV9drNSlVsNuPU5SJOlXIU6c124+FPjlDkaAx/7bx//ABVTwfDHxuJB/wASF/8Av/H/APFVPt0yG6a+0chFbPjG2rUVkz9q7L/hX3iqyt3uLrSXgghUs8jzRqqqP+BUmhaHdatcm30+FJZSu7Z5iqdv/AqyniEtjaKpyjzXOat9OUv92ra6YD2xXoEHw+8TBxu0lh/21j/+KqidKaGeWKTaZIm2sqspw3/AaxliCYxpyleLPPtb0si2JC521zU1l0+Xt6V65qtgHjdynI6jFczaaHdarqBsLCFJLmQ5SMuqbvpurejiNNzzswpXnc83vrdVUgrzWJPF+7PNez6h8JfHUiFhoEi/9t4//iq898WeH9Q0C+bTdUhSC6iCl40cSMP97b0rrp11J2R5jpnOSLvAfpntVV0HrXf6R8LfHus6Zb6npWgi8s513Ryx3cWCP++qoeJfhr428PaZJqWsaN9jsovvPJcxf0b5q2WIjzctyPZM4pl5pAn4VMBmug8FeCvEnjC+a08P6e100f8ArnYhY4/94tWk5qKuxxhc51Fq3CNoGR1r1a//AGfviFbWjTLHpVwVXcIobrDf+PKq153d6Zd6dqMtjqNpLa3kDbZIZV2lTXMsRCfws7aUAtrLzY2bHQZqB7ba2dvFaEe5RgcVNGAybSuaTqNHcsOpRKOn2jXF0sUajdSXUQjvTHndjvW1axiNSU6ntURsjNNknbn8aj2/c3jgo8ia3LHhy2Ml7Eoic/MO1enWFp9mfhACK5TwzOdNvklAGxTyg6NXV6jqq3FmVj2x56kV4WNcqk7dD6PAUvY0rFzVZtPubPbsCtHxvXjNedaxK0t2WZi2e9a1zdO2AzEise9IeUkCjC0FTNqteKhYrhmb7xzTJo8oWqVBzTpV/dkV6C0PPUuaJlv1FQuasS47VXYcGumCPNrbkMhNMkxjHWny/dNVy2K3icstRp5PSigUVoZGEKctNFOWus8xEqmpBUROKeripNYMY7ESGnAcfWqdxMftaKv3c81a3D86GhxerFHBqVXA6moV5pdvvSaRrcsq1OquGC4BNO3+lS4giZWAp4eqvmU5HzUFRZdjfNOY55qtG3IqdDkVJqmSJUimo0qSkyh1fQf7JDbfCWv/APYRH/opa+e697/ZQk/4pTXhjpqI/wDRS1x452otkyjcv/HmX/RPFa7fvaBZnr/0+NXingLwpq3i3U4tK02JipObi425EEf9419LeLNK8Lak+pHX7mJY57OGO9WS58oLCszNG3+z+83Vv+GLLQ9K0qK38O2tlDYkfL9mKsr++7+KuCliPZ07g7rRHM+N9f0r4T/DaNLJI99vB5GnwH70r/3m/Pc1fJVlJdahfT6hfyGW5uJGkeRurM1eo/H3wZ41k1ZvEep3yatpy/KptkZBaL/d8v8AhX/a/wC+q87tYvKjC13YRQ5XJPculG7uWZDhN1fUfwU8J23hXwhHdXUCpqd0nm3kpGWjH3lj/wCArj8a+dPA9gureOtF0lxlJ72PzPdF+Zv/AB1a+lfjLqb6V8MdevIm2S/ZhCp/66Mq/wDs1YYurLmUArK/unj/AIh/aQ1O38Xyf2Xp1lLokM3loJQRJMn97d/Du/3e1e0axp2i/En4fRTqEZLy2WeylK/Nbvt/yrV8aRaUkkXmMMsetfS37KWpS3Xw6uNOlcsdPvXhXJ6Kyq3/AMVRiaMYU+aHQyqUlFXR4lcW81tez2dyhilgkaOUHs6nmtf4V3t1pXxZ0KaFtqz3P2eX3WT5StdH8dNOTTviRPNFHtTUIUuCfV/ut/6CK5rwMM/Ezw2f+olH/Ompc0OY7Wualc97+L3xCu/Beki5tbG1uWN/9mImZlXb5Kybvl9M1kfB34rah448TSaVdaZZWqR2r3G+J2Y/Kyr/ABf71Y/7R8S3GhxRP90622f/AAHWsL9miy+zfEi6bPXTZO3/AE0jrFxTpXZxxpR9jzdT03436jMvhq7soCFD3FtG2O6sZGb/ANFivOfC0txYeJ9ImUbWF3GnXqrNtb/0L9a7f4zODaXW0A/6XZf+gTVyFnJi907j/l7h7/8ATRa507HXgI/uZHvviOWW1tlaFiP3Mucf7KMwryPSrNhApYZxXrHi2RVt4c8fu5//AES1eY2d4iQgYB/GlPU58oV+Yz9Tt1EcmVxXAX4ubXUrW7gdkliuI5VIPRlavQNUu0KPx+tclrcv+jR/KBh1HH41pSXum+LjqfR2q3JiFpnhJZ1Rv90q3+FfD3ii4n1HWtTvZ3LySXUkhY9/mNfbevSKIdNB43XMI/8AHWr4tvkUvPuH/LVv/Qq68G/fZ40dYnt37Id5NL4L1exmlJW3vcoPTcvP/oNct+2Fqdw8fhvTt2UeS6mcEddsnlr/AOO10n7Jb7dF8Qcf8vkX8mrlP2rVE2peHyTt/d3nv/y8NRDXEWKktDxLQdMutZ1mz0myQvc3k6wxD1Zq+3La00L4V/DZjBEotNNt98pXhrib+9/vM2K+d/2W9GS9+JU2oTqCmnWrSAn+GRvlU/8AfO6vSv2uNV8j4f2OmxN/x/6giuPVVUt/8TWmIrc9WNIIU+pyXhX9ovVLvxbDaa1ZWMelXEgj/cRMHg3fxbt3zf7VeifHjwZB4k8OS65a2wOq6enmKy8GWL+KPP0+Za+RJrFVxInLL0r7c+F+qPrnw30S9ncSyS2aLKxH3mUbW/lXPjIKg4zgdUFG+h8jpGM1bjjXsMVa8Q6a2k+J9U0hV4trmSNB6Ln5f/HaYiYNbqd0epTS5bhHHgCpo1welKo4pRipauaqryliJyKmE74xniqgPtT15rJwLWLkupYeQsuKrSJnoKlUcU5VyaNiXV5yvHEwfJFTeVkYqUJ7VYt49xxijmsdNBX0MK8s5N5KrxVKWJlHIrq5VGelUb61imjOCQfatadXUdfDrdHMTLVZl5rRubd0lK44qAW7M2FFdcZnjThLmKm33orRFmoHzUVXtETynHinJUZkiHR8/hR5wC5r0uVnj8yJGpA5qL7Um0lgRUMlweVHejlLTEzuuCTV0Gs0FmlUIec1oIcdaTQ7+8SLnNOJHFMJ4pFJzU2NUyVu1C80npSjipexaENPTrTBTzUAiZGxU8LbmxVNegqaM4IqXoaouqKkFV0fipQ4xUlpjpTjFe8fsquqeEtdJOM6kP8A0UteCSDPNe1/s1zeV4S1jnG7UV/9F15+ZSth5M0hHndjZ+NkofQ/Fu3toVn/AOlTV4r8HPGV94Q8Y2xkndNNvJFgvIgeMN/y02/3lFet/F+6WXT/ABTGTy2iWij/AMC2rwO4tke2GFrLARU6FmazpOO59samJpbCSGJUd2XhHHyy/wCwf9lvu/8AAq+YfHmix6F4jkitdx0+4iW5smb73kt/C3+0vzL/AMBr6H8Hasmq+CdF1Bj881jGzHP8RXa3/jwryn42WaHTPtigbrHUWXP92G4XzFP/AH8WSuTBVfZ1XTCEbO5i/AlVf4q2bOP9RbTOR6fLt/rXqX7SN1n4W3KB8eZdwLn0+bd/7LXkvwFmx8SAcZzYTfzWvTP2iGWb4ZybT0vbdv8A0KtcQ/8AakgqR+0eE2//AB6kY7CvY/2S5FS28TWzcItxA4/75bivG4m/cn6V6v8AsuSeUPE8u3OXtx1/2ZK6cY7UWTKPPGxd/aZ2jW9CnyCTFNGf+Asrf+zVxXw1Hn/Evw4vTZd7/wDvlWaus/aOm33+gxhsnbcMP/IVcv8ACCNpPino2P8Almsz/wDkJq56Uv8AZ7mihy07HcfHuYGytkOTv1iXn02wx1m/ANwPiHcNk86ZJ/6FFTfjnefudKTzPv6nfPjH93atVfgO+3x5c/Nj/iWSf+jIqTdqBMIWp8p3XxkmU2d314vLH/0GauJtrnGpabHt/wCXyHnP/TRa6b4vT5068k3/APL5Y8Y/2Jq4Wwl/4nmmf9fkX/oxaxhG9O5phvdhJH0zq93p6j/TgCNr7SRnCeW27/x3dXLafZ+CtdhKaTPE2QN4hmZWH/ATUHi+6b7Ou1s/Jdf+k71876bfahptzb30FzIjowKSA8isaMZVIWTOSnQ9n1seyeM/Dd9pFobm3Zrux/ikC/Mg9xXm2tXmbZPmH+sXtX0D4Q1qPxJ4StNQdFZbqHbPF/CG+6y/rXzx8Q7Q6L4mudJZiY4bhRCf+mbfMv8A461dGGqX5oPoZycpOzPprXJsw6X/ANfcP/oLV8cXT/6446sf519Z6pc7ptMi3fdvIRn/AIC1fIV7KC0+3++f/Qq2y2am5NGM6ajE9s/ZSlxpPiDj/l6h/k1cv+0xJu1Dw+wwMre/+lDVv/stMBpOvZOP9Kh/9BauX/aTkDX3h7ac4W9/9KGq6X++MdSP7pSOi/ZKhVbXxHfFB5jyQxK3r95v51W/a3neR/DNsGzh55H/APIS1J+yhcINK8QRn+G6hOf+AtVP9qzbLe+HZlORsnX/AMeSsYr/AG8bh+4ueNT/AOqNfUv7OEzP8I9MCt9ySYf+RGr5am5iIxX0z+z3ceT8KbBen7+4b/x+ts1/hIWG5paHnHxpjWD4q6my8+ckMn/kNf8A4muZ+ldD8bJVm+KVyV7WsCn67a54dKKS9xHpKVo2FBpR9aNtPjjOa02MpVBVQntU0aEdqkhQelWEUccVLkNMijiJPSriW64HFCKB0qxB+dZSlc7aHK9yNbcDtT12xxkgYJqc81A4zWa1OyVSMNUVZD7VA6ZFXHT2pix+orWOhxzrynIy7q33LytV1tgozxxW60W5cYqAwKP4a1VSxPs3JmQY/wDZFFahiQfw0U/aFewPGCckcU5nwmMA1GP4fanM3FfSNnx8V1GMxcbcU+NQ4yfvYxVSdpFlTy2K1KzvtLfypW6luTexagEcDSzt91U/8eq4nKjPUjNYl45W1SDJ5+aRjWtZEtaxMTndGDUSQ6cm5WJ6UD0oFOGO9Zs60xaKXNIazZaClNJ1oNSVYWPrU8dQJT1NSXEsBiMVKrGqqnpUimg2RYL969f+AcjR+C9Rx31LH/kNa8bzXq3wX8xPBl04/wCWmqNsH+7Gv/xVebmn+7SOzBK9VGx8RDv0XxIen/Eptf8A0qkrx7aPs/B7V6345Eh0TX/43OlQj0ztmkryJG/0c/7tZ5c/3Rvi42me7/AzXBL8PrS1dvnsZpbcjP8Atbl/9Cp/xGhF/pmqQpys2mSFP+uluyyqf++WkrzH4L62bPxHdaPLLtS/HmRZ6eYv/wAUpavWZmVBHcTnKQzLI/8A1zZWjc/9+5Gb/gNeZWj7DGc1tzSnTVSleJ418Lr/AOwfELS3LbRcbrYn/rou2vW/io7Xvw81eAHc0axzbfQrIpz/AN87q8J123uNE1l7dWMdzp90yg+pRvlavbrPU7LXNHWcAC11K3dXGc+XuXay/wDAWz/3zXVjNKkKvQVCmqkZQe543C37jd6CvWP2e9tr4c1e6I5uL5UX/djj/wDr15bcWF7YXcml3MT/AGuNvK8sD5mP8O313V7F4Ytv+Ed8PWWlzyokkEbS3jHtIfmb/vn7v/AavMK37rkj1M8PS5pHK/HS++1+NtPtg+fs9ku72LMW/wDQdtSfBaLzPHj3BXKwWMgP/AmVf/Zqy/CqweNfiBrOs6huexgwVh3dfm2ov+7/APE16XaCy0zUb/UbYwQ+ZbxxQRQxeWkaqP8A2Zv/AEGuetWVGn7N72NI03U2OG+L85mv9DRvveTd3A/7aTNt/wDQan+DEyxeM7sntpz/APoyOsb4kXPneMEtlfIsbOGDp0bbub9Wqb4YzND4iv5AM4sTx/21jreX+7GdOHv8p2HxPuFk0S6wv3r2y79MrNXIWEp/tzS/+vyH/wBGLW346uWuPDlzKy4xdWZxn/YuK5XTrjdrmmbD/wAvkOf+/i1NDWiU1yzcT2jxJdM/yg/divP/AEmkrxVAkmmKOvyV6bqd1JLcyMBx5F3j/wAB3rzbQ7K/1KBLWwt3kkZeuPkX/aZv4axwM1CFmLEUOSdj1/4MXbw/D+13uTunmI9l3V5l8crtZfH6NC3/ACwg3fXmu60vZpemW+m29xH5FtHhpW+VWzzJKP8AZ+81eJ+M9aXWfGEl5DgxNNGkJI/hXhP/AB2lgo89Wc+hliKCpQjzbn0rPfK+s2MLH51uozjP+/XypcuRJdDHSVv/AEKvpKKf/ipLRX7XanrXzJPb3YubtfsVz80jD7jf3q6MplFcxjmNLlUeU9n/AGb7lINA1l/M/wCXuMYx1+VqwP2hn3XPh7HPy3v/AKUPVj4DvJbeHtWV4zF5l4oG5dv8Ddfzqp8bt8w8PBCHYJdgY/6+GqqcrYxkVMPL6omSfs1ah9n1jWrNW2vNDHMv/AGx/wCzVt/tGlrjQtKuc5SG9kTP/XRVZf8A0GvLPCGqz+FvHVpdXMMkMbfJcIwwfLbrXsfi6wbX/DN3pkB866kCzQYHDSL86/8AfS7v++qjE81HGKr0ZWHp+2wslHdHh5TK49a+ivhun9n/AA80S2J2tJb+aT/10Zm/9mrwXRtNu9W1eHSraFjLK4VgR/q1/iZv7u3+te76vrtloGh3VxFsW3sIVjt1P8RVdsa/pVZlNVOWEQy2g4uUmeUeNbpdT+Ius3cRLRJceUpIx8sa7c/+O/rUaocCsvQw8u6d2LPI2STW9CmRXQvdjYUnchWP2qeOI+lWYoc9BVhbc+lZudjNorRp7VKin0qYQnFOWMik5FLQaoqRBShe1PVeaVjaLFwaPLqVVo49KFEtyITGKjMeKtEe9MIqrE8yIUGKjkIz0qViFU5qlcOcFs4ApqLZ0qqraEUki560VlyXI3HB70Vfs2R7c8jBf+9UijPWmMdqk0sTKy53Yr6RI+R5tLEiwx7gx5+tOj8n7VxksO38NQzuFQjJpllFK1vMw4wp5pl0tyrNK0tzKW7NWzpLb7CPjG0Y/wDHq51So+6uK6DQX22bRkfMsjZqai0Ipv3y4etOpJB0pK5ztWo7Jpy800U5eTUs2joSUzpRT6nc1SBaMULTwKnYpIRRUoNNApwpNlqISNtUnFejeGPHnhTRfDtrpMMWpsIUZpH8hf3kjfeb/Wf8B/4DXnE6Fkxms17OT1/SsK9GNaPLI2pVJUZc0T2O4+JPhKSZ2nttVkhmge3mVoVw0Tf8CrzwyW5mkW0eSS3B/dtKm1mXtuH96sBbAv8Ae5/CtS0iZECk1FHDwo7GlWvUr/EhkzzQXCXVs7JLC6lWBwymvbPBvi2z8S2a+ZhdSVAJ4Cflf+8y/wCy393+GvHJI96bc4rIkE1rO01uXjdTlSrYxU4nCxxCt1KoVZ4d2Xwnpnxd0iRLmHWERzbXarBIxXpIqY+b/eXb/wB8tXP+AfFsugLJp92kk9lI+8Kp+aJv7y//ABNVbbx5rtxps2k3sqXdtMu1lnhDN+f96sq4tVaPKrnFRToS9l7KoVKs41PaUj22H4heHltV2a1bAxrgNJA5lX/dbG7/AL5rgfiD49hv7J9J0RG8q4+WaeQbXdf7qr/Cv/oVefmxuu0jt+NaGm6ekQDSKCRVUsvpUZc25MsXUqK0VY2/h34jTw9qMyT7zbXcaxyFRuKsp3KxX+Lj/wBCr0K48eaFbQPLHdpfTgZjhSNlDN/tMyrtWvJr21DrlByKqW9pJI+yUs6n1NTWwdOtLmY4YudGPJE6W2v7i/urnUrpzLPcyM8jHvu610nhnxRoOhx3v29b1ruZlGYY1YLGvzbfvL/F/wCg1zdrEI4VUDoKzLvT2mcFhV1KKkuVkUqsou56HqXjvw3f6Ne6aY9T/wBIVTG7QD5JVbcv8X3eW/76rC8O63pul63a6hqcc7x27741ijU7pP4f4vu1y8OmMjZ6juMVNe2sksePu1nDDQpq0TSWIlzczR6XB8StCjzLG2pJIP4jbru/9GVPdfFXSzbmH7Pqc56/dVf/AGZq8cGknP3j+dW7fRXcd2xU/wBn4dlfXZv7J0HjHx9f6pE1jY2/2G2k/wBYgkzJN/10b+7/ALK1k+FJ9LtvEVnda0k8tnDIJZI4Vy0jr91f++qkfTlhIV8E/SszWIGeU7ec/pXTClCnDkgcmIrSk7s9a/4WXoJuGlLalln8w4tRy3r/AKynn4s6Uk5ZZdYf2Ma4/wDRleEyadITyab/AGc/TOPwrn/sqkW83n/Ke6J8TtDmbbLJq2T3kh3f+zV2eh6tb332S50+4FxbySja8Y/i3fN/tK2a+WDp7r0JrsvhB4sHh/xHHbapJIdPmdfMY87WX7sn+f4ayr5WlBypvU0p5qqjtKJleLr2bV/EepalIzGSW7kO5jnvXZfDr4gLY2iabrJlCwDEM0abgi/3WX+7/tVyNnCskk7nlWlYj/vqorvTC7gxD68V2Tw8asOSRw4fESoVJSie2aj478NiyeaPWLJ5JRiQwQN5zj/a+Xc3/Aq8z8XeJ5PE95FZWaSQ6dC24K3WRv7zfr8v8OK5m30i7L7SXGfQ11OhaR9mXgKSMZrnp4SjRd+p1VMXKrHlirGjpdt5cKqBg962YIxSWVvtUFq04LcdTWNSREFcjt7fjpVkQgVLHGAOBT8Yrn5i+WxVMIHSomWrjCoWUZ6VadwsQhSDTgOKcVApksixLlmxVpFIcWVfvMoz6ms+7vgkuU/1XrmqHiC8TzURGT7vJWsl584yd1dEIEzZu3OpIqgo2TUR1d/L4BrDaZR1pTcKQMHFa+zMDai1BnU71NZmoXju5UHC+gqBLkKpAPWq1xICcin7MpSaB5W7UVCW9qKvkQann7eU6kfOKhC7Rx2qx5YcuynIxVctjjrXtngJEc7S+WduDXQWlsTp5UDbuUisnSkaa6baPT/vqurhjCxrjpWVR8jOzDQUk2zgVTbPsJ+794Vs+Hm/d3Ax911P86zLoYvrj/roa0NBOJLiPH/LMNn8a0kvdOOOkzVJBNJmkwaXFcrO6nqIKlTqKaBingZrO5uo2FpcUAU4cUjRISlBpwAxijGDSHEcp4p1MBp46VBd7Dl9x0q/4d0XVPEWrQ6VpFo11dyn5Qv8K/3mb+Fazt2K+rP2bPCMeh+BodZuoV/tDWMTsxHKxf8ALNf/AGb/AIFXNiK3so3CU7K5g+GP2e9PSyR9e1u8muCvKWaKsan/AHm3bqp+L/2fHhtWuPC9/LczLnFpdlQW/wB2QdB/vVxf7QHxY1y58b3WiaJqNzZaZp0nk5gmZPNkX7zMy/N1r1X9mrx9qHizwbdxaxc+bc6XIkbzuSGaNlyrM3thvmrklGtCHO2YqtV7nz3qWiXui6hBb+JLG+0m2ll8tpmtWyoH3mVf4tter2n7PsV/aQXlp4zgubadVkjkSx+Vlb+IfvK8v+OXjSTxr45nngcvYWY+z2ik/wAOPvf8C+9X0L+y1rP9q/CKyhd98thPJbN7Lu3D/wBCrWvKrToxmjR1ZtHh/wATfhzpvgaDTwPEA1K8vwZYljttq+X/AHt26uOyFQk16p+0bYNFb+GrnHMD3enk4/55zZX8NpryW6/49n/CtaNRyp8zHTqNRPavD3wNi13RLLWLHxcrW93Cs0edPwcH28yuC+Jnh/TPBGsjRItZ/tK8UBp1W38tYd33V+83zV9TfD61j8PfDHRYLvhbPTI3m/2T5e9q+J/EF/eeIPEGpatcEl7u4kl5PTc1ZYZznNtv3QjVle57Z4H+D9h4v8N2ut6f4tTy5OHjNj80ci53Kf3n0rb/AOGeJV6eKUH/AG4//bKp/srT3MPgTXoQ2BDqtsR/wJk3VxXxX+JvjPTPiRr+nWHiHUoba3vnjREm2qq5+6tZWrSqShFmftZSloz0YfAGQAf8VUn/AIA//bK4T4oeD7PwTcWtmNc/tC7mXzjEtqYxHH/C27c33v6V7l8GdS1DV/g9Y6rqV3NdXksM7PLI2STvavBPjoWk+IcSMflj0qzwP+2K1NFzdTlbNKdSTqWIfAGkad4p8Rx6FPqf9nXFwH+zFofMV2Xqv3vl+WvR5vgUsIMkvi1EVVZmzZ/wj738XtXj3gGaS3+J/hiWJsMdThQ/Rn219V/E0sNDvHU7WXSr/H/fmivKcakUmXVrTUrI+Tbw2n2yZbCZp7cSbIpTH5bOP723+Grlqfv8elYWiw7YA2e9acrmKI7f4vlNdrV1Y1pvS5b0SOw1fxHbabqOonT4rt/KW5MXmKjN93cu5flr1d/2c2cc+L8/9uP/ANsrwHVgyPFKpwVkFfe2nky6bCzHJaEH/wAdrlxU50XHlZx1p3Z4Ef2b8n/kb/8AyR/+2VLL+zosNs0kni/CRqWY/Yf4f+/lePaj8TvHcOp3NuniTVERJWUD7Ux716R8G/jFqmr3E/hXxJci6kurWVLO6f8A1gfy2+Rj/Fn/ANCFPlxPLzXM5Rtszxgm1F80TTOLfzNrSiPc23d97bXs1l+zrbarp9rqlj44jktriNJYZFseGVv+2leGiJ2tnJfJU9K+vPgnLI37P2ml/nIsboZ6fxyVrjJzpxTTIirHiPxC8E2HgG/tdHGvtqV9KnmyItnsWNB93c25vmasa3iUpnaK6D40BpPifcOx6WNpx/2xWsizQYXinGcnBM3ihFEMMbySp8qjNeveGvhbaavo1pq+neJY5bW7jWWJ/sbcj/vqvKL23Z7VwOK99/ZzaX/hT0CynPly3Sj6eY1c2Im4wuhzk4rQ8/8AG/h+y8I3tlYPrAvby9VnSKOHbsjX+Jm3f3qoQjK5qP4kGSb4gWjdfK0a0H47N3/s1SwLtQZrCWiOmlrEmGO1I4zSKKdioRsRGo37VPtzUM21BufgVpHUhsrXUgiTeegFczf6sVmOU4/2hVu9vyjs8q/KPfpXJapc/aLkspxXfTorqZSqOOxNd3iTSEgAfSqstyQhwarsPemuegrqjTijN1GTLKx/iqTccVWQY71NngUOILXcnjfJp+M1FCvANTA9qRrHlG7aKfRSL0OCiBTzCejU2CKGWfY2QT0wakZ4mhz3NRWqM5ZkHzL0r1XI+dpq8jS0S1itzIwl81t3JrZkO1OPSsG8u/7MgVECyyMuMD1/vVf0q5e509ZpJPMfuduKwmpPU9Km4p8kTmdXVV1W4KjGWzS6I+dSz6oRVjXtr3CTqciUVW0Zgt1GCcc4rqWtM8yfu1uU6DAoA5pT1zSkCuFs9Be6C0+mCn1O5akFFFFBftBwp6kYqKl5pD5yUkY603dTMGl2mgn2hNaQSX2p2dhFy91cRwge7Ntr7vMsOk6I7x/JBZWrMoz0WNf/AK1fF3wpt1ufij4ajc4B1CNundfm/wDZa+tfH12sfgTX3RgCNNuP/RbV4uZztVhAfvSR8SSA3k9zdzEmSV2c5/2q7DQ/EI8J/CjWLOwlQ3/iK88lgGw0NvGvzbv95mZf91Wrj9P/AOPUU3yFZwzdFr1WuZWZaRJYQKkPy9698/Y6vxG3iXSMjAENzEv/AH0r/wDsteFqMCux+A3iFfDvxUsjPKI7a+VrSY5wvzfdx/wILWeLV6TQM9W/aW0/7R4V1SRE/e2GoWuoKf8ApnNH5Lf+PJXg/hrTn1vxTo+jRjJu7uOJh6puw3/jtfV3xE0ttYsrmx2KRqVlNYY6DzPvw/huVl/4FXg/7Nmm/b/ijFcOv/IMtZpnX0f/AFa/+hVwYat/s8n2ElbQ97+O+sf2L8J9bnV/LaaFbSIf9dG2/wDoO6vkCyQLFn1r3n9rvWimi6JoMRz9quWupB/squ0f+hNXhFr/AKoCtcAv3XN3BKx71+zLBjwHrku3G/WLZc+u1o68X+JiLc/EzxPKBndqk5z/AMCave/2cIWT4Y725+06s0gP08tf/Za+evEVx9p8QaxddfOv5ZP/ACI1LDyvWmxta3Pqn4BsE+BumDOf3Nx/6MavEfjUwPxAiOeukWf/AKJWvYfga4X4J6UC+w+TcZGM/wDLSSvFfjOR/wAJ7Dz/AMwiz/8ARK1hhpXxEh042qXMvwIufiH4Z9tUt/8A0YtfUvxQEraFeLFGzk6ZfDAXP/LOvlrwLj/hZHhvn/mKQf8AowV9VeLfELaNZveCHzxFbTTsm7bu8td23NZY5yVWNiqkbyPkWyhltoxBcQywyf3ZFwabPMnnshbhcV9EeGfid4L8fSLpV9ZrDcvwkF9ErrJ7K/8Ae/75rjPi58KLXTbKXxD4WjlFvFl7myZtzIv96L2/2a7KeKXPyTVmU5NRsjxrXCBAp/6aLX3do7/8Su2/64r/AOg18E6tIJUj28jd1r7r0yRl0u34ziFP/QTWeZu3IzmkryPiPX9G1OwuLiW/0u+t081gGmgdV+9/tVhqJ7S9iv7NikkTBgw7GvpTw18fNF1TUW0rxDp40+OR/L+0CQSwkf8ATRW+7/49Vz4k/CLQ9ctn1Dw5DDp+phQwgT5Ybkc/Lt/hb/aWt6eNdNqNWNhSpty5kfNkA8wTZ6t8xNfWHwUOPgHpyf8ATpdf+hy18p3UUtlcTwyxtHMjMsiH7yt/Ev519QfBu+W2+CukTpgtFaXEnB/uySN/Sss1m1Ti13CnG7seXfFzcfiTduYpQn2O1G4q20/uVrKs0BwfSvYda+MOjaB4qfQPEGmXUcaxwlrmLbJH+8jVvmT738X+1Wzq3hLwx4r0pNR0k20Ms6eZb3VsPkk9N6/xf+hVze2nCK542NkrHiVwo+zNx1r2v9n9gvwmGO9xdf8AoTV47rFhdabNcWF5H5c8BKsM5r174DnHwoiHrNdf+jGqcTP93cdSPunnPi858aRP/wBQmy/9EinquRUPicAeK4f+wTZf+iFqxH92m3dHTSVoIAMcUu3NOxS0ixmMVm63KI7Uk1qMM1UvoVmhKsMmrp7mckeca7deZKdrkjmsTdiul1u3jWRxjgNkVzUyEjgV7FJe6cs7iGRT35pA4zzUDKc4NORSMGtbGHNInDAVKki8c1W3Y4xSqaLGkZF1JF4walDcVUhwX6VOTUNGiZKsmaKhBA6nFFTYrmODRlEIOauaa6rE+erd6z4RmMCrKMYrcqUbr1r0jxY6O4y7w/y9CDwa1dKRLTT1L9ZuM+n92sVvlNXreZ5YHRznAwP/AEL/ANlobNqcrSuV77AsPLYcW9xz/utVe2DR3cUpHAk3D3O6teJFuYbmBhjfED/3zWWi4Na052iYYqlJVYyOhI2uR1xSjmhTuUN6rupA9cbjqdjmhwFIRSg5ozRyoXOKvanBfamrxUmfak0NTDYvXFLtFJmlGPWpaK57htpQKd7U0ipC5vfCq4+zfFPw5IeAb5UP/AsLX014ykN14S1iEHAfT7hT/wB+2r5Fs71tM1nT9RXrbXMcv/fLZr6sgnhu0kVZF8u5j2gH+JZF/wDsq8LNo2rQmengaftIM+T7H5bcL1wa6fwB4bbxjrU2i29/DZXgt2mg80ErJt+8vy/d+XNc9saGWW3k+9DI0bD/AHW/+tXZ/AnzF+KtkydI7eVmPqvltXrVZuFNyRy/a5TA1/R7/QtVl0zUoTFcxHLAcqy/3lb+Jaw79WDrOgyynNeyftFpE6aLqaYMjGa3Y/3k+Vv/AGZq43wH4F1bxkHe2aKzsVbY93OcJu9FH8VY0MVGVJVKhVWEozaR6/8ACb4uaRrGk29n4kuYrS/jRVNxOf3c+37rbv4WrtfDml+GLTVdS1/w/Da+fqDKtw8ExkjZly38Pyj7wb8q+N9cszp2q3kNld+dDDKYxMo2eYq9G2/jX078LYjofgDR7CfZHM0Aurr+H5pfmz/3ztrzsfh40fepv4jWkoydrHk/7RupvqvxRa03FksLaOFeehb943/oVcco2Jj0pfEOoHW/F+qaw+d1zdSSAnuu75aSTdLGlvGuXkfCj1J//VXq04ctJIwTvOx9M/C149G+DmkyEbT9klvW/wDIjD/2WvmO3TdbuzLktzXvvjy/TRPhxqFnE2Fg09NPjH+0wVf/AEENXhFihSxO4dq8/Aauc+7Naq5dD6K+EUrr8I9JQED9zNz/ANtJa8o+MA3ePYHPP/Eos+P+2K16F8NZWj+Huiqo/wCXab/0ZJXnnxU3P42iJP8AzCrP/wBErWGDf+0TOjEU+WMZFLwPx8RPDn+zqUX/AKFXvvxRmWbQLkKPvaZfd+n7qvA/BIx8QfD7Z/5iUP8AOvZPGt35+mXKddum3w6/9M6eM/jQJhDnTkfLSi4sHjuYmIZXVh+tfZHgTXn8QeDdJ1W4VZGurcCZT91m+6357a+SJd09vGqnOFr6I+Fc/wBi+GugwSHa3ks31VpWrbN1ajGXUjD03UlZbHiXxT0ePw/421LSoARBFcZt8/wxt8y/+hfrX11pV5i1t0yf9Wi/+O18r/Hh1l+It45+bbHbrj/tmtfQlje5ngXP3TGv/oNcmPqSlSpM0pYbnlLyPj+9s2a/ubhRtc3EnP8AwI19R/APxBJq/wAOobe5PmT6bI1tlhyY/vKf/Zf+A186MUMtwv3sXEn/AKFXsXwD/wBC8Jajcy/clvf3f/AV/wDsq7c01w3MVSoxcuWLOc/aQ06G08ZW+owIg/tK382bb/z0X5W/9lr0P4XXOz4O6XDnB+wXAP5yV5/+0HcvdDQlQfvCk3HtuX/4lq6fwDdSr8M9IgDfI9jNxj/akrkrSlLBwuKlhH7dxOC+PFu0/wASLh14/wBCtOMf9O612P7MGv3axap4emZ2jhUXNurn7nzbZNv/AH0rVyXxdmP/AAsSYetna/8AolKvfAVn/wCEw1GdeiWLFv8Av4tdWJSlgtTOnD97yHo/xitIpdNt9XVNrg/Z5Wx95fmZR/6F/wB9Vq/By6C/DC1G3pNcdv8Apo1YnxVvv+KFkTd967hUfX5m/wDZaf8ADKdovh9ZKr/8tLj/ANGNXkt3wyOr2PvWOZ1xvN8S25x/zCrLtj/litXlGBVC+cP4gtec40yz/wDRK1pBa7CLWEop1BpjsNqrcOPmqaVsVQvJQsTMTxWkFqS0cV4rmH2ny412jHrXPsM1oavcedeM3UDisx2KtjrXr0vhOKq1cQxKTmkZAuKerZHSopGJNbGFiGYAN1pqvjtTblsGmLyaqwtjRthuINTswWqlu21KHlOeKixXNYmbcTwKKriVx3opWGpHIyIF+6MU6WTECdzupZOWzUUgOK7zzWLt8xm/On2zbXK/3sU62A8/28sk/wDfNQRf64H3osEXY1rBx9o8vHDKyGshsqXB/hYitGwYLqSl+F35NUrsgX0yr9wyHFI0m7o2rZi9rGw7oKUA5puj/PYRnuu4f+PVb2AdqhjV2RAcdaeFqQKvpTsCpCwwLQVxT1HIpzqAKRSRXbI6UqmlYZNJjFNoLkimhzUfIpwPrUco7le9j8yI+or2T4WeJn1TwzDA0ubmxVYpB38v+Fv/AGX8q8hlG5eKp6Xqd7oOpC9snaNhw3HX8O9cuNwvt6fKtzswGN9hUvL4T07x/wCDtSvNan1vQrKW9trxi9xFGu6SGT+LC/3W+9XQfC3w/L4dtbzWtWUxajcp9nit36xR/wATN/dZv7tczp3xQ02SHdfWM6ynj9wysufXa3zL/wCPVR8QfFFFhaHRbR7ZjwJ5XUyD/dVeA3+026vN9nipwVKS0PZ5MLTftb6k/wAcvEIu9Vs9HgbelijGbJyVkb7yf8BVVX/vqvWfBt1Dp/g/R7KH5IFs4WJXr867mY/8CJr5cHm3EjTzSM8jdSa7nwX8R20nT49L1S3a4t4jtheNsSBf7uG+8ta4nBS9goQ6HFhcTSnWk59S/o3w91mXxIItYtHh0uGYPLcsV2yx7vux+uf6V13xU8YDTtHuvKKxXV8pitUHG2M/Kzf+yr/wL+7XP6r8U9JW0J07S5JZWX5PtJVYx/wFfmb/AL64/GvMr/Ub7WtXe8vpGdnbq3+eKKeGqVpxdVaI1rVaOFhJU9Wy5pg+QsRya9I8FeD9YtPEcN/q+nPBbWJ+0AOw+eRf9Wq/8C2/9815oztBD8vNe7adrefBum6nfXUccIs4Wcuen8P/AAJvlq8wlOEfc6mWX0o1pe8YPxMtvEmtWNppunadNdxO5uZpAy8fwqv3v95v+BVz9v4N8VLB5TaDcbsc5KHH/j1San8TLBdR3waOJoohhTLLtZv+Aqvy01fizACSNDj6Y+a7b/CualHEQppKB2YmFCU7tnp/g23udO8IaTYXlu8FxFE6SI3Vd0klcj458P63qfimK7s9Omlg/sy2XzB90ssK7qzbH4r2Mk6xXmkTRL3NvcbvyVv/AIqur1PW428Ialq+n3JmjltHMbjv8u3/AIC3zVyQp1qVXma3NJU6deno9jhfCXyeOtC4ztvoz+telXJubyKa2ihaR3srmNAP7zR4Va8e8P8AiUaDqI1JtOivpBC6RCR2Xyd38X/fO6tU/FePjdoUJ/7eGrqxNCrUnGUEZ4SpTjCUZ9RdB+HGvzME1SOPTYF/10rurMR/sqrfM1enz3tnp1i907C10yygWJVxn5V+VY19WavLrr4sOyFYtHtUY/xfaHfH4LXJeI/EuueIZIkuJSYYjhI4wFjj/wB0dv8Aeq54atiZL2miLhOlQi/Z7jfEOr3niLxVcXvLPd3WVx23N8qrX0fHePD4h8mUiNYZ1ViT02tXzf4Z1A+HvEVrqs9hHc/ZSJI45n2qG/hb/gNdfJ8U3eR530eAknJ3TsaePwkqnLGmvhMcFVjBzcuo8eBvE0+oXKSWC2cBkY/aJ5FCqu7lsr8zf8Brv7KSy0vR7TR7GX9xZI2+ST5ct96SRv7vNeeT/FmRxhNHsk9czyNXK+JPGOsaxC0CGKGE/wDLKNQob/e/ib/gVE8NicS1CekSqdXD4ZOa1ZseOvEa+IvEjtAWNrbRrBbZ/uqfvf8AAvmb/gVejaCt3F4I0OJBhRYyMPoWkrw7SoZIEa4uIGZTjcB+NeiXPxSDoiJoFtCsSJHHGtyyqir90fzrXG4RuEYQ6DwOIXPKrPqbPjXwz4g1bxg2oWemmW3kghVZDNGo+WJVblm9v1ro/CnhuLw3YTWq3aTX14Va4khHyjb92Nf73euDT4stEcpoVqGx1+1Gs3UviXq98jQWSJYNKNrNAW8xv+BN93/gNcsqGIqQ5JfCac9KNT2kNzq/ih4gSe7tPDsEqu1rJ515tOVWTbtWP/gPzf8AfVdd8PrloPBumQyYDO0zf99SNzXj+l6W0dg15s34U5A710R+Jq26RW3/AAjSRJBEsaItyflVf+A1FXC3pqnTJp4hKbczqL3/AJDtqygf8g63Xv0Vdv8ASteuO07xguvajbwjRvshTcfO87d8v937tde75rNQlFcsjOq4uXugTUUrUSyYqsz1cUSLI2T1rJ112FhKEODjrV+RwBkmsrUnMkLonU10U0ZT2OBlzvOahcAnNaWqafcwOPkyrc5qgI+x616FJ6HDUTIT8qk1GxxzU8qcVUlzmtkZSdiOfls00cUNSVoZtkiSEttqQ1AtPUjvRYLjjxRRketFKwXOX3enNISWAJpQAD0pSVPSus4pD7LmST2heq8v7m7eMdFarenANcSjOAYmGfwqneuHu53TkGQkGmO/uk4fD7sckVXmUrKCacZMhTtI471HI24hjQkKUtDd8PuGtSAeklam2sLw6/zyp9DW55grGpozak7oKAOaRjzSp61FzSw/oKaWz2p2M01lxSbGkMINGPWnDmgijnE0MIptSc03bzT5hWEVcjmmTWyyDpzVhBgdaeAKaZm4nP6hp+142xnLU+Gw2ZzVzVVZZ1VhkbRn3q/HCJEDHvVS2uEFd2M5IgoAAqCeyE3bitc2/PHSgQEdMVlzG6gZEWmKCDtGa0YIFjXlRmrIjbtSFGBwRSchpFe6QNEau674kn1Xw/ouhwRtFFp9uySNk/vJWZm3f98ttpixnHSmQ2Sq4NZtRe51U24qyIbbRkEQ+Wp49IjL7Sg5rVh+4AKtWsYaT5u1JzZsoc2rMKfQ0VcqgNXfD3iKfS9G1XQbmNpYr+IRx/N9yTcvzD/gK4/75rcjO1XXap3DHI6VSm0yN5C+3rWM3GW443pvQpHTUuIulULvQ0RgR/F2Arr7e2ZYxgCs3WIg7oSM7VpxqNyRth4KUtTjf7OAnbawOG2uB2NbcFskQyAOaq6cg+2tuGRt6V0cNvibMewhl/irWpNrY9HB0YzvI5+eGa5nc4fauAvy1AmmK7hSvU+lbN1FNFcNhSA1QvIkQZ3bGen96pjORjKlTjNpmJPpscNwWA4PQkVNBZoiDyyFPrir6zxXqfK0jui/cepN9rboAGEh9q155Gf1em9tjPlWdUZXIZcH8aSKwjmuU3HOR1xW8YoJrQuhyGWkHysq461nKoNYLklqzObRU2H5e1JoOlTS6ilsQmZpNoLDgV0MUbOwUCofDqNFq0MjD7sg4/4EalVLpjxFCMJKUT0KXSYItOW2iXhRjOK5i88MpJMSFA/CumW6ZujZqaNtwzXnKckZSgpGBo2iiykyFXmujMhIxim4puamUri5bD3OahkodyKhlfihIZFcv2rPkbvVick1WKk1qkZyKOohpYgFOCK5+4tpFlAI+8etdNOuR0qjNGT2zXRTfKc0znrmIq2MVUmizWzexjniqLLxXQpHNNGTKjKcEVHitG6j3LkDkVTaPHbFapmbREDSZqQKaaVrW5AhOaKaVPaiqsBz7NmjGR0pCcbm9qaHbHJFanG2KDsVxuwdo/pVfPzY9adJJk1GpGeaES2S/jRIBt6jimnHag7Sh700wuWtHuEhnlO8ZKfLz/FXQRvvYD2rkrOJftcYA/iFdfaozRB26msa2h1Ydc0R44p2e9GOMelNxk1h0NrE0fLZqR1BU1BEcNmpjImOtSNIiKnNKq08MhPWnAelNj5bjBH7U0pjtVlVpXTIyB0ouHKVcU9eDT8D0pzgCMkDtVJmbiZF9vknZs8Z4rVshm2X6VmMf3RyrdfStDSSTEQT0rRv3TKk/wB5Ys7aVUDdRUgXinRJk1hc9JQESEEUG2YnpxVqNRwKmA4qJOx1U8PGW5RFuobbjNTLa8A4q3FEGfpV0QptHHOM1DmdUcLEy44SDzxVmFAvFPuEKtRAM0nLQicVF2JVGT0qxEuRTYoTjNTwIQ2SKwkc8tSVF+XpWfq0KmQYHVa1kTgVm6w2x1BHO04opP3jehozmYbfbelj0xW5EBtB/Ks+Mb5t3tWqo+X6Ctasjtw3NGJQu4280Mx4JwKy9TiZrhVH8K10nlq64Pesy9izMccU4SOfERk7syLK2KXQbABIwfemtaOZH4/iNatvEDKMimyptlYe9a8xj73JcbpULC3mDcZJq79kYzISM0/SYQ0cqt2PFaezMiDHUVz1JanRCUpRRFDHjoOagsYyt8ox0krUjgZXGFqC2j/04cfxVHNcqu3y6m1BnfWlCDtFUIB89XUkAWueaOZSJScVGWAqN5OaiaSo5StCR2zULHNMaTmnCRQOTVaoq0WROtVbplhiLtVx5E9aw/FtwsekEI3zsQoq4RlKRLjFF1lqtNCODmpraZZraOZf4xmpUIzzWl2iFCEjLntNx5FULi1C8Mox610reUVwcVQuUU7hjNVGozOpSic3cQBAT2rPmXJroLm3bZyODWXcQBG5rpjUucU4GayY7VC4xVlz8xqvJzW6Zzy0GUUFqK1TIOWY/LTCc07GaltrZriQIi7jXRY47XkVJOmafY2z3MuM7U7k1ILea4uDBbLlFPzGte2tEitjE/BJ61LfQ2p0eaWpBf2wRPtERSKOMYxjrWRuTs1aus3VukJtA3mPjlhWI2Dg0RM66inoW7LH26H612WnRu+nQNtxlfWuKsP+PuPPvXbacWFjFtOPlrOuzowb0ZN9kY91/OkWybeMkUpMmfvVKjvt61ye8dNrkFzbeU5K8g1CU9qu7iRhuaTaM8Cj3g5CqI2z0qdBwM0rY7Uo600UojsU7PFIOlJTCw0DJ4qO8mSCDc/fipelUdcMXlRo55znFOKuzOeiIJpEkhyhqXSpCs+wdGWqsaqU4YKPSn2ZKXSkGt38Njlpp+0TZvgPj7tPjBFMWVmUDNSKeBxWD0PZjEsW67nqbbg9KgtjiTJq2pBYAjrXPN2PQpQuiSzXc/StOSNBbjj97n/x2oLJVCEgc1PkFQScGuaUnc7407RuZ1590n2qG3zxTtVk8uNiKSyzJEj9c1vvE8qvK8jRiIIAAq1GvtUEIw61oxR9655SMLDYl+WsXxEdskWO6VuajImn2jXE3bov96uQN010Li4mPzu1XS7nVQj1IbVh5+2tgDgVzunzZvj6YrfD/IKqZ10XeI88CqVz1yash29apX7rvHODUxYquqYy1GZkOPWkuB+/f607TG3XIXr6Uy4cGZyPWtFc55R/dl7SiAGzWnDzMprJ0lhh8+lalvIglTnvWVQql7sUaSr844qnAv8ApvT+KritljVEki4yPWs4MdXVGwnBpfM461WW43pnoR1qJpTVNHFsW2l57UwuKptLzTTKPWjlK5i0z+4qN5Kh82q88tNRE52J5JQK5XxhLuhhjx33Zraklya5XxLLvv1GMYUDr9a6qENTlr1dDe8OTu+moCfunFbMbkjmuW8IzF4p4T1Rg2fzrpEYCorQ5ZCo1W0TN7GmMMnrS7qCQax2NnUuRugIwRWbqNmWBI6dq1c5pJQCuMVcXYzkrnFTQsjNmqcoIOK6bU7TdllFYNzCyNkiumMrnHURUop5U9qK1uZHNS2awJm6l27l4RfvZNP0qS4MTxW648w4yo+b/dpyxWlxLviuxlv4ZK1bOBbVBIozu+9XXJszhS97Qfp1u1tbLGyKpHXFUtcnVCIE+84yfart5qAt4SUQNI33AR1rCEUnmNLK7PIeWJPU1la7udU5e7ZECRruZmIkJ9RTJINnzSRvGvr2rTghUrubnNZeo72nMbSEqnQVrE46lOKRZ0+wkLC6i+eNG+Yjtu6V2WnKPsUSgFQqADiudtQRZRSW5IHl7TjuK63S5FuNPheMYwu1l9K567OvDUPZxIWQelNIIq+IV/u0yaAbcgVzKRvaxTpT0pxFIwq0xkYOTUlIAaQ8sAKYr2Ht7GjHvSKjGjYyjmkAEVkaxH5l2megWtgkDk9Kx9Rbc7NHIv51pTWopxi0MiWFWCsQfoacu1Z/kqCJFKb3dQ3rmrdtFZh1ZpyW/ug1tJ2JpUFKSsa9oC0YJq6kZI4qzpth59srjgnorGrd1pk0NuJgRyM4FcNWsuax9VRwcVT1M8Jjk8VNEpJzn6GqpZmAJqxp5k8wL1FZOQQpxv7po2xYHAqWVtiZbiptPa3hlEsgZ9vQVQ1G9NzNLIwxlvlX2rDeR0yjaJm69J+6j2N9/r7VZ8O75LNVHzENgVhanLm+KysxjjXaqrW/4FkVr25hTkBVcD9K6p+7TufOTf7w6C2t87Xz2qzsZVZ3G1FXczdgKkWJ1YDbnmuY8T6u97dPplo37npI4/jrig+dlxi5bFLXNUfUbpgrbbWHhTmskXB+zyNGu2ED5aZcSIVaCMYiUZZ89abY2wu7eUlmjJzt7LXXTjGJ1pWVokWny7pC461u28zsRWRYaU6y/MzfhWwbJoyoBm/MUqko3CjQrRRIZSXUA/xc1T1H/W5qwse1ipPO/FS3OnXEygRmoUoo1lSquOxV8Pr5ms265x81V3B8+Qf7VXtG0i4trt7zzXleL7gXrmtG60lpbkzRPs8z5nUd2qvbQIlQq8mxV02IiI9OlX4VbzUwq4z1pbbTp4EYlWbPtUtqrs5U9R0rGpOL2IjGUdy6g61nTuEc5bFXljkeFiGqv9kjYFWHmbhzzWUZI0dOc46Ir/aMSbQcsvWpWlJHSqGsBLRYfKG2Zn4UNnNV7W6ckAmtkctWnKxqGSm7z6VDuJpdw71aRxc/Qe821efwqrJIxOc1KQD1qxDYRzRhzKq+2apKxLkZ5ctXKaq7SahcMxyVk216VZaRaJ+/knUhfevLpf3k8sveQl66sO7yOas7o1PCT/8AE0aLH3o+tdWGridBkaPWbbH8Tba7kwv/AHanErUdDYN1N805xigo46immuQ3uSK+aVmqNqUmqRLZDd/cNYV0gbdkVtz/AHTWTKMyGtosxqIxnRkbBoq7dR7n9KK1TOc81aT2q3Y3NzH+7UmMe4qYitDdvtwoAWTtgV3yZyU4SUgklt7plWaImQqV8xGwwH+7T/I8oMR++X3piEp+8RN7q21ecYFR3Ut68DBgEHtWR3JpDryJRaysg2MF4IrnYwyOWLbs1vWcccujyORmaN9zbTgstY7xOGK7a0joc1fWzOus7VYbO3VW+YKRux/ero9JiSK0G1NrPy3Nc1HdbtJnhlKpJHFt2qf4a6bTjiwt/wDrkK5aysepCScbItYFNkANIGprnOK5kFiKW33HKkZ9KZ9lk9qnQ81KrDFO7QNFYWjY6ioTAFv0h3fMULcfStBiR0NUhIzas0nHyxbaLyJaJFgKgCklCQxvJJ90LzVkOpHWhivUc0alJHFarqt/csY4IWituwI+Zqz1gkJz5biuw11FOn3EgVQ6xEKcdK5iIXDxriRmJrupNKJx1YXkRLbzOmAGPpV/TrSVp1LqVEfJ96sWUAV1V/vH/e+9U5MlncnA3SEjG45UcfxUpyVjsoJwlFnY6Jp11dGPyJQiAY5etS8guRYSRzSrJJs2tlvums/wxdyPpO11DsJFVQfStxissMySqUUSbUy+7Arwqspe0PuYRvFHG7TnbjnNWrcFEwOtT3lupdinDZzToSsWcKDn1rZyuQ8PJEoby7bL/eNZs75JYCr7OJMgrmqd6gSLcvWlHRnNVUtkYF5ks5JySav+DrpbDWku5T+5KtHJ7VXuLxY5CH3s2eihcCpZruR13bg0KL3H8ddjlzRszw3h71DqvFOuhLVrKwk3SzjG9f4Vrj0JjXy9+WblmpY/3VuJz/rn4WnRrFEPLcgyDrXPGEYqyPRp01TK80cCFcluecDvVqzXcWU/dx0qJijOTmrFsMKx9qoxv75oWMIjkOGZR/FxnFb9ppdxcSIG4/Cs7w4qtEwuGwrncSa7G1l826DOUCCPhErz61SXMexQVOMfeOD1yzazuGYD5DwKZp4u75uXZYx1x3rufHPhpxYafdRbXhY7ZEYY9PmrP0y2gtABHGOP/QqHU90jkVR3j8I6C38pAoGBtGBSyL82BV4NGeZOvrVV8E1gpmtSrFe6ULppkGCxK+1NsWDlx0OOKuXkXmIYnXA9axyXj3KX/eL1XFbRd0eZKk4zu9jXh8n7MQwcfhWfcJHuDSSrGvqam811TIizjturJ1C733SRPH5aHOBuzVRWp1+7GNzHnKyX80k8z+WG/dZ+8KWJwJS6HKkVXuEPyc5ytFgp8wjtmutK6ueW5807Gkk5Q5xn2pRexv8AdZD/AMCqi0oinKkbYmb5cdI2qO+bdOJt4jYsQdpwrf7VawZniMIrcxpPdbehqL7VIehxVXfnjrTlrVRPHbJL6+li0+bb2jbvXPwSR29rLeuqyeSu0Rn+Jqv6s2bdFx95lrJnT92a6KUeV3OarOw4O3mrPGe4ZTXuWnaVDf6VBdwyM/mwq3T/AGa8NtQPJVe68GvRPDPiOfTdIjtkIbau3msMYpNaGmHmrG3f29taRhJHBb2rEn2F8pnFUr7U5LiZpHcnd2rL1K9nijSRHI7HiuaFOTNXUibuK19GgtLhgk06R+m7vXEWl/cT3CrIcqFxV/7Sy/dGPxpypyRPOjrtQ0SKOWKS3nj2FfmNcnfWzfaGKnP4Vah1SVYx+9P51Xnuw8hZRtzTp8yepMmVDbf3xk0VbEquORzRW3MZ2R5TbzxPKAwIHvWpuhMH7rg+hrAgH+rz61ryhBCHjUqe+a9GSOWjPQkilaNcADJariPH9mkaZD93kdaxPtWw/MAauy3SizdlYbivTNRbU6adRFW0lEUzhXG0qzKB/erPMhe4RsY+YcU6LaxDsufaoot326MEYzItaKNzhk9TT81naZxwoZtp/wB7O6vQLQMlrChXGI159a4ImJbnUI0OFzx+teiwJ/o8Xsgrlrs9DDiLQwqUL7UMvrXJc7CHil5xxUmz2oxRzCuQuTmqVuxN/IPY1oOBj6VQsf8Aj8kOOxrRPQTepZFPFLsNKqOe1Rc0VjP1k/8AEvuU/wCmZrG00W/lH7Qvz/7S/JXQXMROn3u05+//AErLjtzIgZRt/Wunm5Ym0Kbk7oS7fzJfkGcda0U2XgHmoseVZi2f4tvy1TWJk61IgDTxQDC5Yck1Llc6aFJqornUeGY5BYQxSlULtkAn7rV3Op2troumR3eqShzcxkoE5bcv8JrB8J6astqDJcKsz/LGsrbVf5uu7tXaazYaK+nW2nXN3FJI8nLBcMrf0WvGrO1Q+iq1HBRSPM7m7jnvAI1yrd1FWILJpX2r82OtQR6ZLpmsOLiUHa3ygCuijika8c7VGW7U5VGti4VeZXMmfT5Igp2/KehqlqVsssEkcchCgZcN95h/s128lyupQKkSgbPlIHeuc1uwWFpf3r/ul3Mn8LGinUcmZSXMcbLDB5KmYBREuAduKrRlfJNx5JWIH92p6N/tVZkSO7mWMk+Qg5Geopb6NjF53KjoiKevtXapWOGNKSKnnSFd7YLt9wegpbBN1xGfrU1hYsXETHc7VreF7GOTULj5c+RKU+p21M5KKuJw95cxkTR+VdEZzj2qe2G4H0rW1exQSl1XAqtp1tJ5cs2xyqLu2bfvVnGqpbFvC2mWdLlJfyl3As+2Mg45rvrWKx0jR7XVr/5njXy0jHWRvSuH0IQS27X0q4MZwi56N9a2brVJdcv7VEiEUUS7QAPlUbfmf+VcdV3kbvpEsyavq+oTRDUCXdmZ0gHCQLx96p1tECL9qkzIR0A+WoDeQIwjVSF7P61zd54guJroRIFWAHLDHWpVNz2Nq2Ip0LROqLWseTsD46E9qaixSkDG0np3zXP3s4RVO7GRmrNldkWfmKd3l54qlR925yutFzNd4gVJjO8jt0rAmxK8pOUm46ioNK1C7MrNOd4m3EL0xWwY1eVWfsoytTFcj940hKFeGhUjl2wlJQVfvWdqqIbiBtvVa1r+NWBdRgjrWLrEjpe2Uewrvj3Zbp2rWElKWhM4WSRlGIlQzD+8P/HqjseJz/vGrEx2qB/tH/0KqdhIpunTPPmHFdq+A8qK5a1mXLmHcSyjOeWHY1VaJZYxE4yp4H+FaLHbUSqjoyjC84/3W9ax52tj1YxUlyszbYyiYW0g3SH7rE/fWr4tpU5lQxr6kUXUDSFoS2y4j5yOmP7ymkbxEwgMN5GTKBtZc/KTXfQnGe587mWFlQleOxk30iyXkUI52ZbHr0pqxxswV0ZvTHaldbWSQS+aQ8hxlu1SR28aNuN0T+Na+0ijh+qTmrorsig/KuM1uBNljavnPmR5xjpVGGO2EoeR94H8J6Gr017ZPDsW1MSr90RgqopOSqRIeFnS95keTkmob8StCh2tjr0qTcGqpPczpKYxIcCphoZSdxLYvHKCQRWiprIaWVnHzHmtJHRdql1P405E3JsUfypyvB2lT86iuJ48FY5AT7VHKO4kVwFd8naM8H1oqKCWJVKyrnnIoquRCueaw8NH9a6C7ZPs2c9qwFHQ1rXzZsEPqBXfUepz0PhkR3EdjFZK0iMZm+6FbFR2irEAbiMcfdD8VJHIx1OyDH92pUfSvTIYNGvdLligW3kDD5kb71YznynXRhFq6PJ7iVV3PGpTIwu5vu/7tUrLAu4Sx+QSDNbuuaTJo8iSMyzWszMgUjkGsa2jzfJBn5DJXRB+6efNSU9S+0Xky3O4Z3DcD/s16pbqpiiKkn90uf8AvmvK2jZpXZed0ez6V6bpOox3ljHNCvyjCjn+72rjxCPTweqZYKYxxTHX5+lOaYk8ikD72AxXDY62rjcU3jOM81Y2YGT0FZUzkytgkAmmtRPQtuuUOPSs+xXF1n2NSBpNu0O2PrTEDq25etaEtmgQB2qSEbhuz8uNtZn70n7zfnT1VlTzBI4Kt0zWbdmdVKlzjpXVbS5DHG7dVaJf3YA9Kq3JlubwAj90jHc3qa1bOB5Y1SNdxFXUqWiepgqLasyrcOttZS3D8iJS31rJsL6TVbQzRQfMhx5aV2PinQ003wLdXtwkkskyFcPHgxn+9XM/CzRpdVsbspLDGsUgGGBLybv4V9KqnUi6bl2JxPNHFQpR2sekaDOGtISw28bm74zXSaZocl3exXVv+8VZF35P3etQaVowjtFgz88f3uc/N611lhata6bLE2fMC8f3a8WvO8tD0MRVjGPmaY+HsWrXTX0jARISF4+c1xWpjOo5HDBNoPpXrXge73QLaXUb7XIVOP7vzfl8tcf4i0rStMv3SJhcTTu0hB70m/dR5eXYuUa0oVDh49PkYkxZUqM5FZniW5jvElZW2yyJiQhuv+19a6/Wo7UmNLWSOMldsiK33BXN6tpsdvp88k8iNjdgdKqm1E96k4y3PP3RYgQn+qTvVj7N+633EeCOik8has2Vk12yuD+7RuRj7zVvtp8EcQ3gCulVLmklFHOwpCrrOpKiP73frUPgucSaveoRhZl8w5P+1/8AZVr+IHitdCubiNlJWM4ArkfAjltagB/iVhWsI89KcjxsZUaxNOKPT5dMhktOWUH1NadvoOkp4HmW4YxT3Em5ZAPu+n9a2vCNhHqflWsozvdcn/YzWx480a00/S547eXzFcNtb+61eetCquL/AHqo9zwvRrdtiPcSMkUK4YlOrf3etakcxls1uYNoZm2oFGBmiYl4JJpm4HCKRxuH8VXbaNYtOggThIIyvHctyxoerudygorQc2nE6f5W3eNwMj/nXDXB2zn64rug9xHF5gt/3LN8xDVwMpLykk/8tMV0YbXmPNx6vKLNjVAXEBHI8sVY08BLCck/8szUF3C7ogVlyFHSrEQdNGuBgbjuXP8AwGr+zYzjG02zN0uZTdDPFda0kckAl8t/tMO7jFcPpQJvo426McGuz0xJWeeN+GD7fpSxETTBycYCpFDIys02UkXjbWfq9ib+JoIWBuYjxnvWxpmPsjkHKmRgp9NrcUxIl86WeCTbKpyDiuOErO57ahemef3kiy7owcFGKmqNlERqPlKzsVY/NnrXZa5p0Vzvu7VlS4DZnQD7rf3v92ueSMJqJJbhMivRp1VKNjw8VBqpFsvbI3IWSTaRTWi8sMW27W6cdahm3l96KxB9qmUjysMeq1i9DrUrFdpDcoqpJtuIzmN/X/ZqpqNotwiTr8syDaV9farqISAfWpzFJNF5hbdMvysP7y+lVCpyu5u6ccVT5JmFJbr5MMqx4Ib5jSTgIF+Xczn5Vb5c/wC0KsXUChA8XzLncy1VKDzw/wDs4Fd0ZKWx81Xo1MMmkMALfeVQ/oB8rVowiB9MWGS5SKQNu2tVF1JIoRN8m2STao/ixW0UkcLcpQux8UlzLP5KyMW7Vo32leVZyTGfzJF6bV/+vVq2NpbRBFfA7tiku76HYEhlWQucECtYxgcqpzbuznlPSo5xufdUgiK980qj5WUdT0rImSsRx5qeIYlH+7T44HI+7TGUxvhvTNBNySTrRSE8UUwOKvoGiuGjRflFWbiOSPSkWQ5YNWnqVgbgiZZihC8YFU9WO228sDhTxXS581i3R9nGTKsAWS4hyM8CtC6lAlJjJDjo2cMKp6cAZISf4aSZxuZhzRKF2FGfLEk1zUZbnSXt7uRpZPMDREn7o/irHsTJJqEHzY3OpqxqBzasffFQ2X/H3EcdAK1irI46zvO5pWzAliDnDD+td54MhZfDkDt/y0Zmx6fNXnmmvgMSPkHl7q9I8FOJfDNoQgX7w4/3mrmxJ34F3LzpinQJ8/SppImz0oVcVwI9EbdMqxMvGSPWs0RqUPB3etX54i5yOtVnMMS5nlSP/efbREmatqVtmO1Kq0C4sW+SG8gkZj0WTcakROadpBFRkEceTUsca4wwqaLG0ACtTSNIm1IyCJPliXLndjLfw/rWU5W3PUwdGTMO2s7aCcSuokTrsDcH61t6AlzDexwWCCLzVWVhIy/O395W/hofRZjIUEittOCQOK3PBeg3N7Olzatma16LtbaBWU6nOrI9ltUY+8aPxA03b8ONWluEtnmWxkYSqw+Xn7orzD4RwSHwVqt3CMzQ30Mar7v8vWvRfij450G28I6n4Zv4n/tq8sWQRhOFYt8vzfd/hrG/ZbWGXS/EllNGkjrJDIqMud33l6VtCElhJcx8xPF/7YpXPVdKhmt7ZBcQxtdbF8wjjDVb0R573UQ7qr2iDLx4+Yt9K0r6zkgt4FnHlb0/efP1pfBsHkySM7bYiNynHavE+0b1q7knI67RpbcTiJURA4bqPmHTiuJ8YJFLrUsMrKsjtiNgMYX+7W+2rW1rdiVNziP+ADk1wHjyWS+u47mQtGiqzAZreT90wy2jKdVuQ/WvCt1Fm8ieNsdULcGqOs21lJ4WmE8XysfLZs/Nnb610kOutbaXDbvEhupLdXWdl+UBvb0FYXi62mn8M6cxZlxMX477qiTPaw9SopqMziNHsVjhWNYyoXpkVpahZqsa4cfdq/ZQMkMW4delRa1PFaIBKcHb0rWDdjul787HDeOoTH4dYN0kkUEVyvhbEOs2qqP4q6TxnqNre6bFZWj+YRcNLJ9du1V/Vq5iwcW12kxG4K2SBXr4anei7nz+Oq/7YrdD6H8AQ3GLGWISYabd8g+8q/eWum+KItrS0hjdJ4zdksWSIsqn/erm/hLrNrqOmw3NteKRBlWTdhlb0b+7XZ+O7+x1zQ/s/mvGY/3hbH8VcLjGKaZjWqy+tRkeC+IbWS1024kTjbGcmoIL6dSjKjOoUKzDkGu70/R/MtXSeBpXuU2txu2hq5zxBpC28n2Ywrj0IrnR79LE+0lyXMy6vZ5YGWOGdj/siuRGl6i3L6fMT64ro9Nt4pIZZwFjCyFTmobmG4ijJy6A9SDWkJcruZVqftCq8V0URUt5Rgc5WpbC2u54ZII7WeSVg2EX5jVZbXUJvLW3lkKLvLDd/DWZdy3pUqELRj+9z81U3zO4nT925NPpeuW0yynSbrG7nC1fsb3UUWSYxuzM241Na6DdTxxvsWGUr5jcfw0ycNBndLuc+2M1r7RMwUJw+Ik0e8YQXUMsZCssmM8Z3LVPwxLLBqC26v8AuZjjbjpWhYXJml8traLaeuKzYZyddSSHChZRtxWc43udMsQ4OFmW7mX7Pfqqt97O1qbe6QhdZLeYBZBlVaoNTkzeqxLsQckrVxSr3BlSRyu0Y5+tZKMohKvTm2plR9JuYlLCaxP+8ajPmRmNZ/KyF6LzVT7RNHcSFZH/ANY38VSSyvO25uWNa8r6kTrQSvEchXdkdBT/AJhC0i8ENUReKKP5hg+1SxPvjIVsqaGiqeJGSxeYPtMY+VuZ19P9qsme2KTBk+739q2o/MhJK8K3r3qKWKIsF2/un+732N/8TWlKpyyDERjXp+ZiyqFxirFmUEZ3j+I4pt5bvBOY27dKiHFd/MpHhS5qSLrPBis7Uki/diFcYJJoc75Ai1aaHaAYlxsxj2rOpJQ+ErDUpVbykMSIOm7OPwppi8tw3Wr6lAwK8r3HrSbBwamNeTJxGDi3eIRzMkQLKKgmdZH3GNdp6ippV/d4quVrXnbPLqU+V2K7qc/L0oq2qJjpRVc5Hs2zHLhFyx4AxWdqaQzRALLGh9C3Wl1u6ubK4RIeLYjK+9YLhnYsBXWlY1xNaNrF2O3mjlUq6NH7GiaKYMSELJ6imRX08SCPZEVHYipTqbKOLcfgcVXvHMnAo6gGFtgqRz3FR2Y/0tP93+lXpdYwAjQFif4SoIpIJobmZHECIwPRflzVR5jCrCMnoyvCf3Mn+8tWdN1K50xwbe4khz97YcbqrohUzKeBu4FRMQ3H8P8AOq3DaOhvQ67dvv8A+Jncrhj96QipG1TUGYKdRuVz/tmubhC+ZkruxWh5irPuY4zlf5VfJF9DB1anc1Yde1j7L5M9/JLGVO5W71mXFtF5Zwu6T0HzNTpWxv8ATav9aVb5t5bqzjBp8iWxpKs5qzZNpMqpKF/56fMi+1Jd3m6KPEj5aTcBmkgMMdyAW2+UnzsPvMf7q1BcSbyjbdqKWVfpms5I0pysdtpniexXTDNqDFZ4sKUVfv8A+7WpcfFfSrLQ4LHRdCea+VmaaeeT5GGP7q15RqHMQNV4zgA9qxWBpy1kdNTOa1NckDtJvHXie6lkQ3sdtC6n91boqrWTDr+uwRNFDrN+jP12TsN3zc1kh9oBpY3O5m2Kc+vNdKoUobROCeNr1fjmyw0k1zIs880kshYgtI2WP1r2z9kuWOPxtcws2d2nSSMMd/MWvCWaRxAhKxoXZmyfevYP2cbsRfFXS7d/l821lix7+V8o/wDHa5sev3DSOjANuXMz6V1m7kRdmEcHLBuuah1Ly7bTrYbBk/NIPM27q3L63ilaSSPlirBeP9msPVlsokgku2ExZggDetfHSPpqKi7FG4uo7mUSwxeW5wAMVz/ieZo5o7R4lLP1kb+tdMlvAZ3ljlKMw+Rh2NY/jbRbqK9S583zEHzKvXHtVqR2YeSjWUWZusa3qUkdjo+n2sLwW0OLqbGdvTaq/wC1W9eabeDQYHZ2e4iXd833VxWJYrHDsjWL93u3S7R95q6zXb17rQQYVCZXLY7GiTudFb93OKjscC95KGZ2DNtboBWF4oWO8YBucrtZT0YVqweZPM8OM7j0qvqdjNFKGmG8Dt0zWtN2PQjpLmPP/GFndeHYtOlMCiG/jkkjU/eIVl7f8CrBbW3HSyhP+8tdb8WPEFjdC2kMqm5toDBCiLlVbzPmz/wGvOrdprsljKm8/djI5b6V7dCClC7PmsXip+2aieyfCO0sZPD02uxRw/bJJWjnEfy+Uq/dX/2auo8R6ldMiSrui8zK4L7vT/x6vEPAWs32i+IYDFPttZ3RLmJhhZFz6/3v7tfRni/TNPuBbXemuk1tdWyyQOn8/wBa5cVQknfoVhq8KkuWW5F4UYx2Gd4RIdrSse/Xd/Sm+MtPt4dQtkZsCSLzdyDcNrZxUvhBUi1Kzs7y2cpJnmMfOzfxbvxq/wDFcWVrqFlcqYUQwmNlUfMdq/Lu9q5uW8bji28TY8z1q3h0lYCI5WnvnYW8Sr1Hdv8Avpq1Nc8LPpVvi4fz8RqS+CPm5puuXbXGsR6zM3lRwIEtt3WCH/gX8Tfeb/gK1peMb5ZbiKOa5jeR7eMjB+8Nu48fnUSPRUp07XOY1y4tJrKOzs96hlElwzLhmb+7WFLo81vE/lSoFcAtGvzb6u30vkSu8ZVgf4SORVCTUJP4B9doqLPoddOtB/EW5JJILV43YmWfkjPT3qhMivbybh0WludQDstx5BDgd+aozX8xiIjQ+9a09HqZ4qopEluvlsCM9Kz9PLDU0BGB5uc/8CoMt4R0qsqXYuEcZB3V0Kx5blLmWhe1SF4NQkQvyvRlNWrKVmOCegxWfdC8upBJKoZs5yKsWDhZdp6tgUSXUU/iKk3E7/7xNTRjKZH3u1Lf2bxylxIhVjyPSnw/cAxTdmrELmEZMxhGwSetJGvkqADgZxUjdaY8zbgNgb61HKXGVhW3eX1LL2JquSw4/h71YDFrZRj+I/zprjCE7aXLqdVN9SC4keTbA5BYKNj+lZkgbf5bDa3pV2YFwCOCOlQlsyiVv9dt2sa6YyaQqlGM3cSG28ptzDLH1qQuSxRBuP8AF7UGSSQhQOT3qeFAjEgVnJtmkIQW2w2ElcHb9QRUkjIQNvy+1KSGzxVa63b1HUYqVoZVoK2mxKeRTPLyelLASVxnNSnFaqRwTw/UfFsVMbaKTcAOaKpXMnSijhb7zLnRbd3+/GNprPtEYnaxGDWlCjPH5e7KDsxqtdqYZQFwB14+7XqI8Worq46K0t5AzO5UL6VHPDGyfugp92pJXym0Hqcmos4p3ZPNGw+zgRbsPLswqsef92qWmMEu1yOlWC27IqtGu24zVpmU+lie4dRNIc9TkVUdsdKWbJcmmZ3VaRnKVia2eJA5fdvxxikaV3xuVRht2ahYZYVKIDtznFUY2UmOklc9XOD2HeoVk2MSC2R93npVmGMNhcgY9aqS+V5hHmUXCUEi9YSGeRlUln28Zokklll8tgqBegqraSpby+Yr8+tWrh4kjSQuC7cnHai1xqVokL5kRg+7aG4GKjZmBEaKMH17U/z4ywYFj9Kkiki2blGGJ5yKrYncZIrhcgdDinpkIMrUxbD9OoxTG8wdaHqTInhIZ4lVduG5Oa7P4T3X2P4w6G5+6LqJT24O5f8A2auKs4wZU2kLuOOa0vC15JaeOrTUg+3y7yNt/wDusp/9lrnr6waOzDvkcWfdkcrtrq2u4bjB5ix/xY3YrnPF2kzJexXQAjWBmJI9P9muwvLdYdagvFjVW2eWCO4FZXi6Dzrkyu+VQYVcf1r4+pA+iwuI5akZHP6bbys++2l3FG+UMau6jJ9vs7m6VFP2cHbjjJ/u/pVO4tl026sIxd77u+do7aBR/Dt+aRv9lV+b/vmi78S+HrJm0i2uY5Zwu0Q20bXTj3bb0qPZyOmU1KpzIwBbN+8QMvmxnDIeK3tHkmfw8yT4LKxrQ0WO3NtNPIo3McH3aremwWEksmnfu5GiKySiPopb7u6kot7G1fFRk7HmOtRNZX3m27dW6Yrg/it41jlmTTdMlaRxy8i9B/s1q/Gbxpp7ajLoXh9kfaxWe5ByPeNa8eu5U+0M7MXc9Sa9XCYW/vSLxOYxdK0dwuwjssk0he4PXuqj+7io13N904pBmRgT1NW7WLIYH2r1fhR4kk5O4x3Mzcj94f8Ax417F8G/HjLpZ8NalavcyCTdayOcrEf4mJ7bv7v97/eavHnWMufLOGRutSw3c8M6TRMUkQ5DL1rKpHnVh0+WM05H2P4TgsL3UUuJlNveRXSlBjnZt/8AZt1c/wDEXS1TxrLLqd1GLRFV4Y24LZ/h/wC+q8m+G3j65h1L7PeTFZJimbgt83y/w7v4a9C8a+MJrjRYrS8giuGI2q+352b+8TXlyTj7rPVpUJyrKrS1RxNsJvFXii1sJhPFZNcCLcq7tzdV3fl/3zUHjZftPjO4itI4LRrZzCuDt3tH/EN396tJLrXNDsIvEVsNOljhjkW0U/N++kH3sf7q7fx96r+OZf7W0q41uKOMKZI2LMMK5kX+9/Cy7RQo3OuqpzbfYx1vH1H55Xtoyny7X+UipBET91rdvoaxIoZ4wLmIk3Od0lv5f8H95f8A4mtKyuYrmMtjI7jNKpTtsPD142t1JvssjZJERFQzwKuM7VHqK0Lc7htH3fSmvAScuuATxWaubP3hdLsrbDSNIzdODU15awPC3loCy9DRbBk3ZHWptxCttXdkeuKVRXZ2c0eQ5bXYWtkgcIsbSBtyj2qtZnZLv67Wrd16Bp0iLJjbu/WstLdIl24ziuiEvdPIxPvyuhkpaaRiF3VCnmKdjjBFPnfZnZxUMJZ5CSc1pY5HzInFRt1qTGKTbTWhDuMtCSgQ9d7fzp8pABQ1EUZVL4xg8VXluMDLHJoUbs6lJwpq5IVFVpgFfkDNSwzK7YJps6bjkiqtY25nKGhGjt22rVmNmxwAaqtEuMnrTolO0AmkZqpy6FgltuQBUZ+b71IXiWPHJO6kzhSccU+UftYvckto+Ww4HfmnTNHF8zN1qpHOM1LJMjpgjPpSUHzClWptWK99tlcMs7J7KcUVHLEGxt696K3S0OKV7nL28+24RCOG61PqkagLIv3D1FZLSuk6vxxxWvLdQvY5xuYHH4V6Vj5+E1JNMypmVfaot/HzGnT4YlgOKiJzVIxeg+I7pKizmcipIsBzk9qjj4lzVIl6iMMsahk+WrKDMlRyoDk45FVcmcborBjUqMxYLmo6fAQZDkfdFBzosxMiyBpOlQ6gLTzAbbd/tbqVyGUntVdlHpQkXOWlhqgCnnmn2sAlbkgKnzP9KkufKUbo/wADVkWfLchUVNbIWuEB+7nmoVf2qeKQxsSoBJXv2qWKGpoXDQsx2LwPlB96jKhlCnk/zqKykLy7GXOT+VTPjdgHDK3T0qkVNX1JbEfvACMKpJqOwY/biSP+WhxVzSYxI0mRnjFVW2R6y4ZtqhtyisZ9UdUY2jFn6HTav4esPCek6tq1+lutzZRMp3fM5ZF7VxXjXxpZS6BPqWk2Uf2NMqL3U5jbRMf+ma/ek/Bayvhx4h8R+KvCGlafoXhNc2unQwf2rqahbUMq7W2r96Tp/DUfiTwvYP4hsdKvr2XW9QnG/Ub+5OMLj/Vwr92JF+9tX/Z3V5VSlStdndQi41LGF8OPD+reM5T4s8dT3UWnNDstILSdYQY2PyrhPmVG/wB5a9h8P+FvDNra3H9mWa2sSruUBcKu0dah8jT9GeERXMSWsg+y26GXa0km35Y19eh/75Nc34y8YjwnobS3UyvJJ8ggLKrM3935a8+pUblypHco1a8v3bKN/wCKrPS2/s+2jhbUJ2ZbYzSbIEVfvTSf3Y1/+xryHx98T7lN+jeE9SvfspkaW91RP3cuoTNjLeqx/wAKqv8ADXLeJtTu9Wu7m4vn+aWXNwg+6P7sfH93H3f++q1NJTRbPwFeRLIWub8s0+1fmVY/u/8AAd3zV1UKEYR9476uF97Q44xw7i7R5c981Skt9s8iuM8cVcuDsfbSzpmT/gIrsWhzyp2IVHFTR7UjUk/IW27qiVFe4jVh/FXpekaZpmh+DoE1OC3vb+8YyshP+pXbwqt3+981KdRII0eZXODsrOJtIvHx+8O9m+i/d/lWTI7tbpPH98jJrfsysdlebj1aQfpWSLaQpCLeIyb4+1NMipRbSsNhlhwDJxGRlf8AZNegWWv2/iPw01pcJi6ij8qQK21XX/noo/vV51EVWV4pTgcq3tVvTfO0y53q2ccoexU1nVpqUTXCYipSlf7J6t4q1ewuNE0vTNPTAs7fYWznbwuV/wBr/eroPBEgPwt8QW5tRdSraPIsLLuG3cy/99KVZtvavL4LhLhQV4Ppmuk8JeIbjQRdywWv2pTGGkiJ2qw+VeW/4F93+KuJaHqSanBpHMwNLAUmilZGK7eKkL/YZvNVdytwwzWhrdnbafp1jqNtf2txDcDPlb9s0Z/2l/4Cy7l/u1mzushx1Vhkiquc6ppNtG/bPF5HnJJuRx8pxU8smdvHSuZs7p7eGa3lHyS9B6f7Vb/2mCaFJYn3KTisnCx20aiktC3Gchs+tKrqT8oqtHJ1FPXcORWZr7z0E1El9ox0rMuI8thVrTkJJ+bmqkuBIaL2IlSbRBqNrFJpj7UAmi+ZWHRvasOJXzwDXS9VKkcEVWFvGmCo+atIzOaWHkzKye9PTae9Wrq3XlsVFbr8oIGcVpzmKw8rkcynyWrJnCcheorcmH7luKw5FHmZrSD1NcTC0ENtiA+TWiojkQHFU1h3AlOAO1XNOZWXYw+61Kb6m2Eg37rI5Ycr8vWhIsJ8w6VrXFnKYfNjiynqBVAq5DIw5qIzKqYflZlykFyAOM1M+0R4J60XCBHwysD9Ka8BdN6hmH1rojqec4NNkMarnHUVIEUjgUkKcnjNWYY8rg9au5nSpXkVjEc/d/WirZTBwaKLnV7DyPM7oBQeRmrELhrYE4b1AqpKUyG2hifWprQh7WaNcBx8wr1VE+JjP3tBJsbciolGaJM4UfjQre1GxrJ3BqAPmxQw9KGGB+FBNh8Sjdmh0BOKSDOAPWnCIl8scc1PMXGHMRNaknOMUNblVyBWuII2g3I29v4uarXC/u6FIdSioozG4j21XY9qnm5OaaqA9a0Rw1CTTU3XDq/RozTL1DEwjIq5oyKdQG77oQ5qDV8/anOcgDijm9415bUistPBqOJ+OlSLyabVzCL0JLWRkuFAKgM2DmrVz+7uD35xu9ao5CSh8ZxWlf8AzOjdFdAwHoaRXQ0dAbaH75qprCtDq0E395eKv6PHGoU7goG7k9+lHiKMCCAqctHI2F/vVlJ+8ejy2pxPor4d+LbjQPgvp9ybtllQ3EUSKcbv3jf+g/8AoTVPo2rwNpFzreqTuLoOIwWO7H97/gXSvG/B11K+nxRSOzRwS7ljP95z/n8q2NbuNRjtnt7aaTYW3MufljP96vDxGsj6nDYWEqal3O80zxNHqV6/jDxBfrZQ6WrWuk2atueIsvzTMp+9I38P/wBjXnnjLxCdW1h9QaWZlX5LeMtnyF/+KY/easm8uJAqwg/KvK89Pf8A3qrNGnleZL8voKqnGxpUpRo/CVL+csqHYAqt8qjtWlbFTphjY4DJWLdyAoMDvWpEx+xqFOCErqa905FNuSINXCrc2aqPvQg0tyv79F6blX+tQ3o/0ixkHaGNcVpBt12y4+7HH/7NVbRQT1ZlWu5rpCx4Hf0rrmv98BV8NsXjIrmdBjeSFyy7mG7A/wCBCpkuJWsU3t84GDUzheQoy5IjZX2CZM7d7HmmkvFDEEcAgdc4ps4eRpFfj5jilFuwZCGDbOuKVrF056lVYGlnfb1ZqtGX90IHG7b0bNLACjPkYXuagWJi+GOMruqlqjGTtcuafJLHLsJ6d66AyTSMQNgI+8E6VzFqSo47VoWWptFeCJ+MrtYZ+WsatO+xth8RGPxG14ona/0SxkaNwlipt/MlbczMzM23/d/u1mWqSwKVYpICcmtSQAWtxEx3JMm117N825WqG4USW+Ub7vJrBnarO7Ywr5sBBA3HpT9Mk8gNbvwr9P8AZamafJHIGTPzLSXCE/MvY0ntYxXuO8TctZA6bs9PlP1qwsjZ2g8ViWc7I4GeG/nV7zWVgSw/CspRO+hPnLUz7XzmqFzcZmO3HFJcXBZ8A1CyknI5qOU6paRJTdHZt70LOQfnqH5d+5utFxhlJWmkQplwssgBFIEB61lea6cA1bguxtG7rV8o/dZYmhwud3T2rFvbbb8/3fb1rd8wNjIpZIUcDjpVxlYylTujnFhkAbjqpp9hKsTlm+YnH3uc1tSQBGIFZ6WCpPg9B7VUpXRjTjOnK6NXw7rXks1pcorwvuO3pmq0yYncIVYfwjNINPYMJoU2mpJrdVYsOM1lZLY7FDnjdmdNC7yHf09Kni4gKrGGf+ELTpyFXLU6wmgVvMJz7VvGVkYSorqUrO2EgywKMfvLj7tSCLa5XOcd62tLnt/Mfz4lYk5BAqtfW4iuGVWJ+tS615EeytJWMyWM7zjFFTlSrkZ5orS5pyHjTMQoz6UWsxWcEH61E7kuoH0oAw+K+gkkj8yhL3jWe1LLv3BarxLibDfdH3q2DGDCB61E8yW8JjQbRXO2ek4xWpBJbQmItE3I/hqrOuNvHarEN/CJCrLn3YU4S2jH74FLUl+zexBAmFU4qyyqMyHn0FPVbQLkTjjtmq1xcbAdnK+tK1y4cqK893KyCGJCsI7Z60wTyeVsNRS3nmcbPxzUSuT0Gc1rGJx1K15WuSyKzYCjLelLHBK0vlquTTrOXybyGaRGCo27gda09OuJL29uLqQZzhR/u/5FEnZXJhFTlYhsbSaG9TzAFBVuv4VRvIljndU+5nIroLhy0iKiBmY4wax9QjCysoGKzjLmZrVpcsdDLqSMndRs5xSYw+K36HDYc5JNaEspY2sZ/hQLn1qhjIq5DH5i2rAZbcR/Ok0bQ3sWtS3RrHuXDbema1pW+2eG/tBG6TOWPo1Y2rTGWRA3WONVIz9auaLM0ui3Ns33Y0aTHpWbR0xnZ8pp6Fqb2w8uOQrIMdDitK61W+ulKySk7utcl4flZ5XRu3Oa6FAB1rjrU4qR9Hgq1SdHQsJK7Bd53Ed6juBJswQ5z0zSxrvbCU+FMyFWL5HopIrK0UdC55blOMlHBkh347VZR/MO0o8Yq2ltlspIjEfwr96pY53SUsIo2G3a29c0m+xSpJbmdMsjzKY3wqoFAIpkrzpIztKV3JtJFaltcliWNvADn+FcU6a6Z4wrW0JHrtpqTE6VPuY9ncpboHju3Q+qpmkR7SRSh1Lap6/u2Ga1ZJ7dl2iwgX/dFRhYSqyJbornOSBT5iHSiyvBJY8vJqiSN6eUwzVlFE0R23kY477qQRNHKksbyRuM5Mbbt1R31xeIPLt55I1PXDUPUhSjHRoZFbTkuwuEIOMHYf8A4mnOZi7P9oXf6gMalgmnWLYt5O+P9uprSeXbh7l+em5mqZScdiowjIgjsLgqG+0p+TUr6S2zzGu4l9iGq3DdXET5M7k+hep7+USafKzbpPcmpVR3LVCDjsZ+nX8tqGs7o70GPLdecjvV6TUvNg3tIDldu4LjNYajMair/wBmS4tYklPyoP4W60pxjvYyVSUlykgvLaGVJI5AGPyketahuYjBxgVlLp9qkauBuIbjmn5CqQfWs3GL2HzOOjL/AJiGMnOKv2Uy3EPqV4NYUTsygkcHpV2zma3bcBjNKUNC8PWcahdmXY561GJGx1pj3LTHJxjtTGbFc7Vj3ObmgOkcg5Bp8MjbHP8As1XfkUyOcqNpNVBGEnoQPMc89alt7hAQGNUbhgZSRwKiaUr71rynMq/LI6ZZwy5U5q3byjZ89YGn3KsvWrpnIX2rNxsdUK1zRmuEeT5aiVwX5rLadgTSxXDM45PFFrGqkjpIpkICdKz9TeRZMR8blqKC5IYc1eURzOjuM9qhoqM7MykV5VBd8/hUktn5O0SI6swyQ33dtabafvybcAbT92s7UPNEsitudxwcmtIbHRVs6Wh1eg28FzEsUipHGV2+aB91qzdVe1kuVSI4ZBtdh91m9BXVfCq4W+sotPu4pNsAOZYjhlFZvxXtVi1+FokhhiWJTF5S4LL/ALX+1XPDSpY4/b+9y2OIu0kF5KBuGDj5qKbqEckl1LMJpCsjlg0h+Y0V1munY8YGTNlv4Wq1KuX3pG2D7VWl4mK4q7BPmzdf40PFfQs/LIpJ3NOC6Q2oLqSw7CqVwXk3Osfy+9Fk7S27hseYKbetLHbIoH8XNYW9474tygVSuTkil6dqXcn96nAZ6Vpa5haxAw5LYqOWdtmwVNM6glRzVNwRk0JGU5tDCx7Vc07e13EoHrn/AL5qnjJ+lWtPcrdpitLaHNH4rkryscZ5q3pd6sMEkQP8XXNZ2aSNnChN3yDtiocbqx0Ko4yujoDcwN+7jkDs3pVG7y8kgPWq+mlvtqKpxmrV7uiumjYfMOtYqPLI7OZzp3M8/Kee1NlmBOSoH0qSeMsjOvaq7DKGtkzz5XQ7zc1v+G447iGMyL9yXj/vmuawc4rZ8OzSw3DtG2ML90j5ac/hLw0vfF1Qo17KyAY3Y4qfQ8iK+UkAfZ2J96pEgyZbk7jmtDRAC98h72rVn0N38bIPDJzqscZ6OmTXaxs8KMsKr83XIrgIGkhuQUcIwOOa9AjQJosTybfMlT5Y0bkf7TVyYtao9vJXJ02imj3Lt5qxsf8AZjFSQXWoS7kh3Rxgf6mEYkPtXReANPtNQ1Y294u6MLkr610ngewhgh1CdIkQJfSIjYztVf4a4ataMD24U+Y4290PWNJnSeaRXgbowOWFV5W3sSww5+8K7zxM9tJpU5x842tu/OuRvvklaTqXJAX8qmjVcty50ZWM2I7AQBz1pt1K4mSJT+7ZdzcfxVftkhYyK4+cDIP81/nUVxDGGLKcjHyj0rRT94znRtHQqxLl8+lSXBVRk7QfQVctYontM8+YDT7jT3mt42ADl24VB81NyVyOSUoOxQKycfutvOOmKZErSPgCtS7WJoEiih8vO1WVss25f9rvTLOxczqu9Bn3o57bmUKEpMrC3x1f9KpK4j1AWu0mQjOR2rbvbeSKbYOcVR8lvtO4u4dv4c5qXLmO9U7E8lsJAH2Yb1pLxSNJmAOABU8LsiiO5wpP3SA3NM1CeFdNeMFS7HaBioj8QTp+6c9D/qxmtP8AeC2AVQCVqlCqhMN61eFynlhNjHHcVrJnnKnbUfbs4h2uBTWXdkYyTSi5i2LiKX8qfE6NJlVcf71ZXsX7LmIYshuvArRiI2qWGapwLmYqauBfk+lDkddKhHlK5uMzOFQKM9qf5nTNQRrnee+TVm5iWNVX5t20H5lxis5ctzojzcpQ1eaaJbd49mPOXduqwyk9KzPEdxJbxQMuzHmchu9bVoPN2nGEx1q37qTM4yveJmTZVjxVOdyOtdRd2kbQEKOa5+W0k8wiRdoFONRNnNVoy3IrVv3eav2t1kbH/A5qj5Qj6UBiDkdRWuhnTm1E1N2aIOXPPaqEU7F9ufm9KkjlYPnNZSjY6KdRtmsjYORWlaTYj4rHt5d4xV63cAbTWUkdUW2aUV48cqv2HUZ61HePHeS+ZsKMeuO9V5CCQFOTjNPjU96nY2U3ynXeEvEcWlW5s5rUPCy7S6n94Kz/ABbdW+q6oLhJA/7vmsWWRYYmkP3sYFcvb3EsT7g3y/xCtKcFLc5alVRlc6YMjJ5YaHCnv1orIsr1VZ5FRG3dc0Vv7FlfX6Z5deLFgFdx79agsss5T+92qV/vEEcCoIZAjhsdGr29kfn1SCuTwpJHeLG25BnBNam6PLRy7W7HI6ioryRZQkg67aZ9vQD5ocSKPTrWTOinaMbFa6sZFO62jMintjpUBS9RtpgkBxtIxWrbapKVZfLXoaikmuJP3v8A0zEmPb7tUpMl04y2Znm2uictGxPvTJLeUDlDWjcJcpmMSZIbaP8AgP8A+uoL1Z7VwPN3fMw6Y+78tVFmU6aRUNpLHG0ki7RjvUVuR5gYdQKJ3nkGGdm5zjNMyRyK0RxytfQeOtPGMYFMXkZJp69cUmEdSW1nNvcJIACR61r6oIpovtIO2T09awmBMkY/2hW8yAxgEdqwnvc9DDrmg0ZJlATaf4qligklcQ28XmNVx4IVBdVVj/47U3hpQtw1xIzfxBtvQUKVyfY62ZzkrOjsmMbTitPw/wAmXPt/6C1UJtrSuwzgtmtDQuFlP+0P/QXrZq8Tmox5JjSOTUlpIyPc7erWzLUZbJJqSz2t5xb+5WV7HRHWRBboTcwr6yCvSEtpIrKP7rZjHQ155BIi3MLEdJBXqt1Kkmj2NxJ+7ItF/wBWv3m+XmuXGfZPcyON4zLnw6eOLUhLI21cN/6DW/p99bW3huWFJAs8l1I+Tx8u+uM0KdbWI3LE/K/Snyy/Nt8z5R0GK8ypTUpan0CqKMEjU1C8jntpY0B5xzVO9VXmaV+TuzVIzHeFU9etSW7NcxSMxwSxXNDXKT7VyI2VS5ZR1phUmdV7balACttPamqB9qGfSn5iblYktUxGfrWrpsjKwfMT+UMIhP3t1UoYwFIz0Gas+RbsrHe9vLnaFzu8tf7396hu504aFoXJBDElq7v95dzf7zfd21X0SXz5PKlQ715U420thGpVoRJkDdz/AA9qm0228uVmk6Y9Khs6oUrxUkVtWkVicHc38RqvMNrs3R1/SrmpwoZGJXr1pmrRBblpEGVKRt+tUnY2qUGqd0iqsjSMFbYf96ob2ISWRkRVXa2DgdatwiMTqAXGFH3f96q16R5U6qTtEnSrguaRz1KX7q5QVUUD5c0sezyyCuPelwdx+oFSQ42FMc81rJHmShZDYf8AV5p8TMTzTlQCMEdKS2A86s7AoNWHocXA+Xr6irQHAHvVWQ5uB7GrsQJYHFZyOiLWxTT5JXQ9c5FPlZicMc1p22kNdJJOH2jPSqktqwfazAsOp9aybsaPRWOY8ZMyx2wZF/iPPNdboUPnafDI6hMoMBRxXL+PfKjvra3ZCCkO7cf4txrqvB373QrRhwpXYP8AgOa6aq/co4KVTmruJZmTYdtVzCjnLLk1p3MJLelQqgU81yRdj0fZtmLeWbKoZR/9eskusErMIEl/3vu12pjVhyOlYOpaYVuElhGVLfMK2hVOSvQstDnrp2muGmOwO5zgcCrVqVilXzTuB+9iqtxGyPtYEEdQRV/y1aIfLzitpTctzkw8eUsh4/NJi+72q1A2SKzIFMfFXIm5BU1jJHpwZNd3Qg16wRjiOaNoyfWtO5cxAMOfauT8SXDR3dpchnfyZG99u3bXSX8gO0r91hkVTj7qM6dX3pIkvCr6fIx5bbxXKux24FbF/cMsGwHGaxWbL47CrpqzOLESu9CPb6vIv+7RUgCkc7vworpucnKcTJhnlBGeTWdMSjYArWmRQz7e5qtPACAcjk44r0uY+aqRbV0WbREfTkdzhg1R3ka5+RgcilgAW3aHtTXUBsHmpKXwEIZk6VNJcmNdv/TMx/8AfOahJUyNtqK5Qqiuw+VuhppEWko3Rdt7w3JeR8K275P+BNUF27vIwdtxVjzUNoVMbqvt/OpCPm681YKalHUqO+GxTcZJ5qWYKWJIyaaoxRc4Z/EIo6VIo/eGm4pvencI6Fy2S3e6T7Q+1Oc84rpbm5jeF43TlkOOaw7az2IHZgyvhlIq6xeZtwDMdu0ACuWpPU9fDU5KNxZDF/ZSIn38jNO0MZin9if/AEE1QuRJDIydAqq31zV3RiBFIxOOv8jVR2CXxnO3LbJmUjvWnoy7rdyP7x/9BNU9SgZ52kTGPSruiKVs5A3Dl24/2fLat/snBG/tdSHGKmtEDRTk9kzUBZTGCDU2nvlLjHTyzWbRpGSUisEJniUbyC3O6vWEDSeHLPA6W6/+g15Qpzexf9dB/wChV7dZRQPotvAEiciEEEVxY+XLyn0XD2vOc/EGNlIqDcTIeKJlkDkeW/5VdbR5nSQ+dCCTuxuqCDQvOdjLdsgZj8qHiuJSi2evUhJ9CtEjCUZRx/wGrOmhkikVkf8A1p/hpD4eZJRsvVYjsw6/rUkdlcQu8S/MWZpDgdBxVS5WZw5okUh/en60KV88c9qW4jYMOO1EKHz04qHsbKV3YvbVEQiUs+47sBf/AB7/AOxplgd6s2MdK04IxJaKzttLDOcfNTraziiT7Q0f7qYMqEN8wZfWsVM9Wnh5KloM0qDMTSI24BmZuOgq5HEXlUL36Vd8HaYZtLuL26CpDFIQw27sLVbVLm28/baOSv8AEp/hP0rOTuzag7RUWZuqrtaQei1Wv3WYFVOCyqOa1723kuIhKi/fX5T/AHqz73T5Vm3RxyMo27ie1NTsd84c1OxUjtjb3hMjptEatwfvfSs+U7/tTAYQzYUela5i/wBL2s24CP5fb5qryWCrDMyn5Xbuf4q6aMveuc9WivZWRltj5vZh/SnIuXd0Xjmry2BIGT9aSWERIzA/draU0eLWp2K0W0oEXqaZDlZ+RipoEjMe52IJ+7jvzSG3ZZfMDs+R1NZ8yRTptJWI8f6YK07ZA0gzWagP2rmtiyTcQRWVR2CFO7N2zj32Eab8bW3KVPeqVxFG2qfe3bWz0rfsLCQ2y7F781o2eipHPyodick1xuoE2r6nh/xOQL4tMIklbEcanf8Awcfw/wCz712HwrjhvPDUibZZHguWDFuFO7+7WN4/gV/GOpfMDiUDp/sLXZfBZA0eo2u53AaObbt44+WvXrL/AGU8WlLlxUmWJ7Yb8bv0qs1vt5au3vNPVZeExVC7so2UsT+GK8rnPXpVLyOVKegpPID8YrUktFMh2gkUot8dFoU7G0nc4rxBYKjeYF69azk4AHpXbalbJIhBWuavrHyiWjHHcV0U5N7nLVhbVGdtzTZZDEu4Vajj/vCm3tmWh34+6NwNaocJaHO6l5krY6101lKZtMgZ+HRNrD3rCVkZmYQpjtUjyKluVj4Mi/PjqtavWx59NtVJSbHyz+fcsQcqehqCUgOQpzRGcDNRsGA+RQW9KuEbEVJXZIDxRTYLJ5iWkmKH0FFa3iTySOUQGRVIGS3JpJlVYQCOd2arWk7q/ljtU9wxK8132Pm73gQxZPmD16U1Am4eYzbvrTEdhOBnjGKmnGJiO1FyYvQUCJXDAZxyar6lcLKI0AwFPSrkFm0o3FiiDqaWfTEkj3wsSyD+LvSUkXVoydPQybRtrnB6vViY/NuxUYhaGQBxznNSScjg1bZxL4SudxPSlFJJuB4OKQe9Ulcye47k00q3tUkYDNginKisGwMHNDdhpXNWylWSxjUx4ZAVBzV7TpFjUv8A7J2msjSvMj3ZG/GPart68f2Dy0h8ve3JrjqL3j16E5ezuQahI1xLNMowGjjPWpNK3CGduuFb+VU2bCOuP+WMa1oaSdunXDEZwG/9BrZbHPzXOblkcSMA7dfWtHTHdoWcNggMP/HGrOmX9631q7YqY4ZCTwwbH/fDVqjju+crSSMicVYsJJDHLt43JiqczcYrQ0gIzYboRTktCacm52EgUm6hP/TRf517hYIsel2W0fegU/8AjteKSGRL+EbWTLA8j/ar2eyuFu/DtlIkiuAu0YP0rycx96MWfWcONRlOLFnk2hvlCJjaNq5YtTYgcAqgwe9SKzKwZOSBgE9vWnQ4KH1zk15qPqbxloV3Em8bQmfQ1PHGeN2RITwAe1RiUrc7Aisv941cYjzCVwatSD2SkjGuYXluuioqsRj1qNQBOoHar16uWY4+b+VZsWY7jfIflq76Exw65zetjiyTIzgUx5HL+TuVFHUnotUmeT7OheIqBypP8Qq7bCS6SOSSJ8HC7qxkrHtqPJTO28C2SW2iS/a7kJDMCz8bsbm+Wub8Q6K1hrICFfJkcNkf3a6nw8iXtglvKWRx8rYPXFdbovhLS9dsLdHhYrHlZAfvb8fdX/0KsoO8jx69dUHzyPNLpXcQRwR7hN80YHpWij4WCxjjj84oWLMw+UcfLVzxMdPt7uGw0k7bewc2/A+YOv8AtVRddqtOpzuOVPpUzdtj0Kdf2kEzM1DQ3tn+0SOqhuBjnC1z06R7FbIfbIyZC7c11uo37TQx2k9uhkh4+q1x960ls94scg2seg7V04VuR0yVoXYsrGMAD7pHB9KDHmAuTknrWdJIZGgkzuJznitazVpFaPrXRy2PPlSiyHQNLvLqSzuPsjtaqdxk/hK1sS6ZJO2RBDa7Pl2KK6HwrbuPDljHIMyxx7Wq2bNvNEjRFR3zXLJ+8cbrR5uU82Gl3Q1RrcLk9jjrW9pFnGJkViCin5sd66ay0jZMxUbWk3MzerVBFY/Z5CB29utZzmxSknsdAtsn2SN4eirzTtMmWG9AbkSDbijSS8ipDlXHQgV2UOk2thDDqO1VKr5h+X+Fe/61zJc8jzMRVUHyyPlrxZei68SapP8AKu68m6d9rbf/AGWuw+A92w8RXNmvCS2rFef4kZf/AIqvN7u4Mtwbhhkyu0v/AH181dj8E7jyvHemjp5rtD/wFlavoakb0XE8aM1GpdntWpI0jbUHzVTvNJvTa/LA529eK7P+zE87zdgDetWJoUMZG2vFcT0IY1LY8s+wSNuDs0ZTtXN+INTWzuTFHMiyx8SBh0r0/VrS0tH3XU0VuG+6WP3q8Z8brA3iW/NvPFNG0mQ8bbiy7aqnT5pHXKu5KyOhlTzLGOc8M8akgVgXCHfWrYajFeacscanMShGye9ULojfxWq0OzlfJqZl1FthZ0UBvWs2S6nkQqXQDH8Na142YHHSsqSH92RGuSa2izkqJpaGRGmIn+tN2EAk1Zmt54om8yMrUKqSlbJnFPuMRSQABRINjYp6RsOT3qQQtIRmtb2M1e5XJYnIOKKufY2xwKKXOi7SPNbdsXAycZ4q7dAbOtV7eFDL8wz6VLdnCV6qPl4u0Cox2sGB5qxIr/ZxN96qrFiPuL+VXIDvsijdF6VDIg2X7ZsW+fSq805EgjGUPfBqvF54iYoflX1qtEf3ooSOl1mopD5FkkmCdcd6W4i8mIvirVif9Kl49aZq7fukX1akvisY8keVszi24fdo2Hy91PQDaAakcYjwK3Rx7kUH+s/4Dmp0GGJqO361ahZFlwwzWbNIxG2sjC5AHFX7mN5rc7BkjnFQ24Rp8xoCasM0qQylXEYCnOayl8R304uNIzXcbm2kHMaY/StHTz/xKbrp0b/0GsGNuMVraRKDYXELHl9wH121djlpS5m0YdyHWZs+tXbMKbBnY/8ALQ/+g1WvVJnJx15q3psXmwPa4y4y4/75rVbXOa37yxRcZANOhnkiI8s4NWJ41tiI5UwwqPeJgUijUP6in0J+GVzW1S4tnWF4yMhNrlR19q7f4b3trJaNZxRyozNuJY5Utt6V5pLCUtHJlfcCCVzx3rvPAsarcWqLIx2fPkcZ+WuTFQi6bPeynFS+sXO9xtjNMhBw/qaf/wAsaihfDjFeFbQ+3ivfQ63t3aZd3Bz3q80BSLzFGQ2aq2krs8sjsSFX/wBmq2HllPzgIvt0pcx6MqPLaxlzcxySE8sak0yHIEuN2Ooq1KkXzx7iyeZ8pC9Frd0vSJ5lRUTlxnFEqlkU+WG5y9351xMzuMf7PpWjY281tbqH+Us26u1ufD9qjKsCs0oXnmorzSgYSzrjDDArCVZGbx0GrGRprzWsqXILKAeor17wDf7LHaG4fdgema4LTtMV2S0i4U+3SvW9GTTrOCOOCyWI4xlUqISuz53OMVF0uVI848W6DHDK8sa7QTg8Vz+oRLFpokSRY5EOQpHWvTviK6KscUxMIl53KeRXGal4Yv762MtnMGI52r1NROWtjpy3HXoJzOJhsWkbzJvlVv4qxdX00iWUkcH5G3cZNeqaNaiBJo7pE8tYQWTHzDb1rzyaFriWWa3WT7OZNyruq8PW5JHtUsV7V2OYWxfEZwVCnBPXrW1Yi3W4VEG1j95X/iq7FpkkzRxMDtHzHipksYkTzdgHt1rqnXudE4xa0Nb7a8VlCYVjSPoAa72308X/AIet5d+9tnO015e/zAY+6Ogr2z4UQRX3g+HaFDrJySerVNNe0dj5vNnHD07nKRW0lujDdtZehxWPLb77kx7uR04616F4zgVYtkKbWJwxrk/DlhcyeIE+0IGibqfSot73Kc2ExEXT5y5pejtDbCdxyzYxV3xdqv8AZfgXWpHOZoNPmaMdOitXV3lmkOnsFGQvJNeHfFPxJp1h4b1TS5J8Xt9D5MMKjLbWPLN/dXburphQUZpo891PbNs8IaKZ0X5ckDBrd8BzS6Z4i028MnlrBeQy71P8KyfN/wCO1miRcAK+PwqWFmCSMp/hr09epy1EpfCfaHaqKXsM11NbIcmM9fWuZsPF+neKvAF/f+Hr3F1HaMJkHE0DbcdP/Zq4zwf4j1HSJYWC/bLSSNtzt1bpt+b868ecbyaOjDYWU7+R3/jLRF1m0iQ38tm0e7DRopJytfPEAUqAHZ2HUk161c+PrzUr6KytPDF9K27a8yy4jUMuF+8v95q86v8ATLrTHezubVoZYWKsMg5qo3hsdtFSvaRFpdxFYpIzgnd6Ch76F26tz6iqF6JI7goT8novNVse+KtK51uc07M1iyOcbhg1BOBGhYYyKoRhyfv4qG8t5zIrCV9pHrVRVmRUk7bCAM8TFjlvWktrbeGL8BRnNWYkHlkEc+tWIoJNoJ4zWnNYxpUXKRlqXLNiFgAvBYU+3Vio4raRZIQHVckdM1ClswiMjrjc2cUe0ub/AFS0rmczurkBiaKty26byaKegexPK4chtwFJd544o3EfdODnimu85jIdV+teymfESaWhBJv25wv4U61mwCjdDVZpSDgfjUkZywOKqxjCdnoW2lIh2Lwp61Xj/wBeg96czbRTI2zcJx3oKlLUt2rOLyUIPm7Vbu7Xz4lMrLGR0qjbTNHeSMq/99CrN1N8m92Ytt3YH3RUP4jdSXJqUJbbyLjYsm8bc5pJG4pnn+ZJxnJpJW+XBq7nM+VrQltsUokzNtWorP7hpV/19IIsu6fvN1hOtWNVEgiC8hWOD71Dph23J+lSatuNvu8xtwPSsJfGelBp0GM0yOF28kxBmPTNWbmJIYZzGoVlzyKy43VIkMPExYYNXdKmWXzldWkdm+Z/4dvvWqOanJbIw7uYtPvVucYq5bOsFtPKC2/aqoQcc/xf1rNmH75h71dY4sZF9CDW1tDzoyvJs1LMC4s4ZZkVwHKkEdTxzVtIlSL9xBGrEt2rKstQaG3ggWPcWYsw3Yq9Nfh8JnBbLL7ioabO2jUp8pT10fut3rsH6NXTeDLxJNZtbbY4cH962Om1Tu4rhb3e025pGkDdCe9dh8OGJ8aW7uAx/eZ4+X7r1nXX7pl5ZU/2yK7s9SJiSNsFmoRU4O2nsQN6MkQG75toqY2uLXzxInljt/FXzXvH6jCMYzsytp7i4u5i6YR12uc/LWvf2CQONjrlV2+WOaPDN5GlvNYPaI8cp3Nu4Y/hV+3WNpcLC8ZX7oZ8/LUvQ65V0tjIs7OZrjIXlznHpXoHhPfG8u6FnA2/MPujisi2tkRsjkmtfSr25sLKaKFFKkA81lUlY83F1ZVPdidBeTTygM0EaBhlVC8KtJYxO9oJZkC7sEL+dL4fuludLa5SP983yjjdir99efZofMaIOR94Z6VzniTi4T5WUfD8Qj1qOT5WhKkYI6dK6ebU7KMsrsolVSeeo/CsK0jWbRjOTtlc5A3YFVp76NkDRwsNowcnrRGVmYVKCqvUXx3rD3+nRqFdRE68txmmeGNR+y6TNLeQtON3yhTll+tY3iO4hSIEwAsx4BOf+BVPpV1FBpjKYRcNJhixOAKqWruetTwkVhYxsO1DVLi98PamI0iiklX93IF+7/eX/vn+KuaslP8AZ7SMFjIKpEgX5fu/eP510enaVPPozsp+Y5ZVxnIrCjkuxcNYLCCdx69qSZ04dRg2okFrErwt8jNn72KiuYfLtTJGoYH1FbWkyC21LZEUZekjdRin3Np590bSFUIdtylfu1qbyrOLsctaW7XLmOM/P/CuOte6fBprVdAm0/CJPF87gH5z/dyK8qjsP7J1WPz05VtuQelaHw9vLdPjBrRspWjnOk27DH8ahm3f+hLXZhHaZ4ed/wC0UeWJtftVmKPwEHMcgea4jVGjcKyttZlX2+YVyHhv4naWLIJf6ZqNldsqq8xxNGny/e+X5v8Ax2qvx38a2Hie/sNP0u78+3smkadlTCGXG35T32rurzI3flQgMcqPujOK7atnIjAYFrCr2iPq3wv4j0TxDALXTdUsb0CHcyRv+8H+8v3q8i/aZ0KDSdOsNd0/T4lupb1YLiULnevlttVl/wCA15NM3myiQF4pF+5IjYZT9as6t4o8R3OkjRdV1a6v7CORJokuH8xlZfuhWb5ujVpE4amAeHndS0OafWCJt87SCTugRdoq5a6s8koEbxSOBllMW1VrInizcylFIQ/MVJq7Y/uYlTyUAZW5xVORryPoe8eDb3S9I8KwRfYbaDU9SsS0s4j/AHhj/otZUrz6hpFvY7HYQ/NHsPzbTmtv4Q+FIfFXh83d1cRQq1sYFZn+bf8A7v8Adq5rXhiLRITZXNy0kttB5v7vpu3fL9a8evJxlodWFqQjKUG9TC8IXupeGbm885zcafcp5Lo7btuc/Mvo3+zWd4ghbVNQvr3GYpLmQRn1XNa9/wDZ7nS5naeRoIzvaIRbZFX/ABq1a/Zby/jtI18m3EOI2kPzMF/vf7XNJTly3OhRpRlzPc8t1Czksom3pjK7vrVF5Y5WJjZCfRa9B+Lljp9hpzSWkvzuuPLb7y15JoTMGmVtp2S5G3vXVQfPG5tOrE2FKFQwbrT0bipVWKcoEHyufvelaBs7fYVCda0loKzlEzOT0FX9JXzJgH3bVHOahjgIm2heB0q/oqub0xt93tWU3oa0YJK7LUsQAGRn5s1FfIqohA681qvCuw5H0qlqCgRLWUZnXy6NmLeKiTEbeozRU11GHlBPpRWymcZ4p5i7xzUju5QgYINVcc1Ku/ym219Aj84k7lFlIYirI4KAdcVXzzzVoY81R/sitOhjDclGzaA/3qi4E6Y9alNQtxOuemeag3sWIyWdieeaW5HyMfm5HemxMhkYgsqjkUsriUHDZpDcrRsUoxGJF+aQfhRPlm+XpTs5k2L1qVbdiMk4qrnPGM2R27BFwxqa1aMXJLbWUipV09WiDsxznGKmFpHHHwyg9z2/OpcjohSYloVF0XRTsxUtwrSllxwVpUFuigKznPcLgUl1kQPKrEbRkYrJ7nStIiwWNv5kokGB91QO1FuptdIluIR8ytgN6/NUEuoxRXUkqEMG9RUSajCdGu4GkKyOwZRjOea0hFvcylWpx2MWRt0rN6mrU5/cSLjoy/yNVpEaNyrDBHUVYmP+hyE8nzFBP/ATXRc8dSd2T2cBeFSWRWbjk9qn1UJtEkUiZiAVQPpUKBRaxuHXJHANQ30VxHIiyx+Xv5XjrUnTooERdZBEB/fzXX/DJA3i+0UDbzJ/6C9cxNHCHtxEMrnr3b3rp/hz+68b2iZJwz849mrLEa02deVxX1unfuj1zU4GhuiGZdx6gfeFNt1kfcJGcD0z1qaaJirCS3BPKqxPCinWrYb7MrM2/AGU3bm5+b2r5jmufrNdRj79yawSRSNpyf4m7sa6DS03XKzSIQm4ZBqraQIjhOr+ldDpcDArBcSOpibhwP73Y1hUlqKEo8ly3penvLfoco0LDO7NXfENvHbQlohgY24qp4cnSe9kUyO23d8qdT0qLU1mlvJDcq4O5duTyq87jWL1PPqv96WfAFxBLPcW7qgVnyoxXWXNhbGZVcIIzhnC9zXDfCqZb0apITuVNTuFiHovy7V/z612WozMZ4gp+b5uPwonHldjycZU5qt0Tzx2h06eW4Z44VP3R8uV/hrBmS1dozDbsqquVxWjqFpLd6aTHJtU/eVj8tZmmQ7diGT1HzH6Ukgpaq9yr4jsFlhtxjBPzZz+lQWcfkReWuCKuauzGYKTxH0qpH0q3HQ9SjVlyWOl0q5t59JkhiO11XGao48iKSAhXMcfJYc7qr6FK0EsyABlkGTkVp2F5Cs80EyqH3cAt/8AWrNaHFJypzdjjLCAZleUrtfqueQe9b/h5IZ9RJkKZEeEGerdqZrEKq6hyA7DKEc1RtyYLyxmL4OeWxVcx2S9+ncl8YTRreeXsZNw3Anu1eYnxV/wj/xC1jUHkiiN3pxtVmaTb5fzL93/AGvlr1zxdCtxZG6aZUIHQjrXzT40uFu72+mD7mWZQa9HAx52c0lbD8xLqeuWD3Je2QtEfulBxVc6xbFlVoXOfdaxIp3UZlHUAjFRwMqTKZV69K9ZUI9Ty55nWbtc259fjifZHasVzjmT/wCxpi6r/aLhTbhPLXPy+tUZ/L3Yft0qXSXQXMp3dVpuMEY/Wqs5WbE1B9lxsXd8ygnNOjuXFmu4/MMqtLfXKC62pECdo+ZhVQktHluu+smjodRJ6He+FPFWt6LZp9huUWMKNsUg+X8/vV1L/ElrpI11W1ltbt3Ae4T541/ut/erzqBd9vGAyg7eAe9NVJmm2yDOOr1m8NTluCqyWp6rolxFfRX5juIpf3TSO0bbvkX739K1me30/VtOtHAinRmWWXfuUqfu/LXjFhdS2l4k1vcSQSgHLo2CPXn8q2Itbv7qSQvd/aAHP+t6/wDfVZ1cHaOhp9aiz034x2tne+HLrUbW4tn8qDdtA+ZSrL/jXh2loXupTHG4KoGzuLVoa1qN/dGWJ2VYyhHynpn+9UXh64X+2XhR8M8eaKNH2MLGsavtJJG7p1v+6jO3bgVpMmBU9tbBYwDzWjdbrjTlEUO3ylCn3WuF1LzPYpwtEwjjKe1WNPAF6XFVzGAmQ4P07VbsYEDJNJOqEnasefmb3qpP3Soq0TVRVfJd1jQdSegrL1ee1aylazkWWMHCspq3qaH+y7vDbv3R7VxKCnRhzHPWxPIrGkLmMou84bHNFZ33veiur2SOD6weSE05WYdDSbaeR+73V7qR8JJ6FJj85+tThwNrDkAVXPU5FTxbOQ/3dtVYxhK0hxuAehpgcmQZ5WnbIAOKRAC+BSsae0bJFAOcnFPth8h+tJEBvxRb7lUg881Ni07uxNBDunDEVoXKxKigfjVezwSP7wPSnXrxmMfOAQelZy3OqM1FWH7g0QCdqXCPHnHIFRRAqqmgOUkYEcc/+g1Nh84+JFKcniluE32ckackrT7BDJbiSjJVgccUFPWJx8uQ2KWPLMBVjUk2Xki/7Rp2lpuu41J+XcCa7Lng8nv2Ip42hZ0YfMhwamk+awdvWZf/AEGnalLJNcuHk+6cYH3aiDMLQoD8pbmgpxs2aFnEZ7MyMMRIQjHrhvWrhWG4aSYtmRExtByqem2suBz9mEDyMkQ+dwO5ra020+0W0rQM0TqgVVHU8/xVk3Y6aMedcpz85YXmFOCp2j2rrfhqR/wmdmY98ryblI/2sVys6xjynQ5YnDfWum+Df/JSNGVvuPdqGpVf4TNcBLkxcF5ntHkT7wphcZ9qtzKQ0bAJjdwdvWvR4LC2VJF2Z3/pWJ9iha7e1KK4XLLntXx8p2P1SFaM3yyKuiWoFqlxMMs7bsV0ljbxyWMU8MJd2lLSkeq5qhDC80yBS/lW6YA6bmrqNLsVh023iDDfIrOQWz96s9ZGeKrxppM5Wwinj1JHSMxL5nCt1q43kWzvcapLiJd7ls4+Vd1a2o6S5SF44ys+/axz97H/AOusH4n20GnfDTULsecLhV8lWMm7mRvm+XvVQXNKx5mIxcWrnN/s83zXcupafHO7ShlvH56BvlP8l/76r1jxDaTR3SThcqDk18+/AG/+xfEZIS+1b60mtx/vfeX/ANBr2CcvEEBjZBGzLk/Ljp91u1duIoxizhoqVSXMbDxyNaFUlk5PAzUVrp7SLDIJG4f/AFYH3qktnuTokMy/6yT+M9WWpvDMjztcSId5jm8sk/r/AErlcOUlScb2KGtWqi65Uj6ioNHlsJ/MkiuI7go3l/uzujVv61meNfEEdzKun6Via4kfy1ZT8h/4FWt4bksIGbTYbeOKBI9qgClJXR1qpUjAdEJDbyz2y4aRtoZl+9t4qzptml0kk9wsiz78YXstPuLtIdWtNPtdyhY8sW6KK6C0tfNtp57hYxMoIV/as3AyqV2onL6/FbXCYj/dNKvlo2eP+A0w6REYrdgSxX5mz6VrX+gw6bLbTXEyLM3IZm4X1rU0q3W5nKhldtu3g1mvi5QWLtSumcx46tEPhSWV0icCJnieQfKdtfLWrQ50e5uNio4uN0gA5C7ttfUXxvu/sXg2+tyyCPyPLCbl4+Yc/Svl7Vmkk0KOaUDLMp/Wvcy+na4nXbwyuYTvF5sirkKRwKhcArgU/USGuQyqACg6U7Uo/JtrQqNpePcT616EqltDz40uZ3FkUi3iYjhs4PrUunKBKTS6kRHBZQt1SLmrFpH5lq5RGUjHJrOFnuaSTjpEq3JL3DOqk9qikMgGPLarskUUUZO9skck1GDGYt6vIVHU07GTjO9zW0yVn0xAT9wAZ/iNWNLhurWzfUriBxC0bCFm+5I27GPes7w2be48Q2kFwzRwyuqsR1xXd/E2Nk8K2c8GYbSGb7HFEp4CqrMzf99GspytJI6sNHmi5S6HCxv5zBImSSaVun91qtWsVzHcmETL5afewetZSRPbBVd2SV/mwvapIpLqFiySFy33s8NW7k0jOUY9VqasyRytIiHaSKpae32PUYbyF2HPOT97/wCuxqKXcysY+rL83uO//fRNNG/+Js1zzkdNGPJ7x6nplzaSWiTIhkDjO4itK8RmDWqxgRL8pUcq1cf4Fv4msp7LducSLLED3j9D/utXoYsbma1eSGLzC7oxXHQba8erHlqH0NKfNBM4yaFUkJYFcngHvUtrcPHd70IClTn2qz4gWSzlNvLD5L45XH3qy4lZj8ozVp3RM20ro0r2aM6fIM/fGK42QsEYLxmt65gcDfism4gZMg11UNDzcWrtMpJIyjHeimyKQaK6TgZ5iwwpNQyTpjGankGYt1ZzjLV7KZ8dWdiXKk8GlyO9QDg1KnJwRmrOdasflPUU4bcDb1pAFx90U+HbvQY/jFI0juOjJyB3qWMZzx3qGIN9qdR0WpLRmJfJb73as2bRFuHeNMq2PWqnmM3zt1ZqtXwxGc9qpIw2J/vUrXHKVpWNpPuJ97p3qO9uEHyry23FWM7o0/3apXo/eDipN5aRFtZ5vJ8vdha0IMyIufrWVHxEx9BVmzlcRRnPU7aVioT0sZWsri/k/OjR13ux7gVN4iQJqBXocDP5VFozFboKOjVuvhPNatWK0ufOb61I422Z4583H6U2Qfv5P+uhp1yHEbbum+rMW9WTTo62CuQNrlSPwWul8GjNrP8A7o/lWLfsToGnqR0Zqs6LqCWKCOWINHKvzN6fLWc9Ud2Ekqc7sxyu5d2fn84c10fwqmit/HmlTzyrFHHchmZjjArDC/uIx/01Bq14R51mDLqilsEsm4VFX+Ewwr5cTGXmfZ2n3SXkI8s8N3qxLpq214bpVLkrt3Bsg14vJrz2l5/aOk38cLM+zyd3mQodv7xlX+793mu5i8VpfS+VZ3RuZEGWVVZf/Ha+VqYflP0OjVjVkuU2rkTh8mZ0QPuZuta2m/aZ9StWgZrlRJkAt02+lceusmUFZNwU9GxWtbXXlwx3K70RcKJR/CKhRsdlehKULHYjVZD4juLeaKIRhhsYnHH8X9K8z/aC1hX8M2djHNHJ5938xj+78m7bWubv7R5kskm7adoPq1eefF65zd6da5z5avL/AN9fL/7L+ldGGp/vOY8nFYRQhdnJeG7ptK8Q6bqSHm0u45jgfwq2W/8AHQ1fUHi/wi168E6XOGUtLFLHIwf5vus3+dtfKRXehQ/dPUV67qWrXd7p1ukl7dyKYY0b98yNIqrwuf4lXn5f9pq76zXLqjlwdOpOXubI6PV/Fb/2eujWTqxjbyAV5Xd/Eyn/ANlrM1jxHd26/wBn2UjKjAec8fG7/ZrmE45pxdO67vxrzXqet7CnElsSsl9HJPsWNTk7VxXdWOqwpOCZFVR0AFeeocVsWTDyw4/1gqXEbjzHoFnLHf62b2NcspVuv1roZZH3Q3qjYWbDL/crlPCFm0SM7yCITnzptw6R1ualq9vHCsVozuFwW3DoK5paSOCtS5p8qF8f6vDMttCx8+WCLeyKenzDLVk6V4hktGkktolDkY3E/Kv6Vk+ItSkiEk11eBjIWEES7QVX3rlpdVWGcRgfInUetJRblzI9TC4Cn7LkaNP45X8E/hd0eX97PI2RjonzN/SvGNXixoI2L9wxqfeup+I142oWVvEs7sGbcwYcj5qwbrc2mvuOdkkZ/wDHq93BaRueZmlNUmqcdjlLyLbMvPWNTU+sbpL2GFmyBDGv16VFet/pKfj/AOhUsTNeaj5krbpGYfjXRPc4KLSdmautWiiz80DJVlDN6LT7VkVCyDhxjrVbVtQLwiJizgdQP4ql0w74o06Fl3ClGLjT1NsTVhUrKMSpqChomB28elVrRGeykjHbmrk6gI/+8arREQwybnHzf3TVSehlBajtHkmttShugfmQ/If51oajqFzrF5Cs8jGztEyI26Kv/wBdqyIy38IzViB5I1G1c72+YetJouNVxVkTOzO/nOctIOf7/wDu1EE2zhifnPWk+ab52XcWb5VzgAVKIyWG3fn+Fm/u0pMqEeeXMyaAZIz1qR4iY32feHIqKNCp61NuwpUck1k9zbZC6PdHTtTtr1VLrG+5o8/eX+Ja+hdbtLnUPBEcmjxMba6t1khRWU7f4ixb/wAdr51AxXp3wf8AGF/sXwvI6PGkvnWwYZyrfejYfxL/ABVzYiHNr2Lo1ZLQzbeSW8njhfzDIfvHq6pWvaJG19FbInmLlgy5xuHFdL4x8Ba1batHf6NbPFa3Q/fQqfmjP93/AHar6po0OnausQl8xgMn2rilJI9ShXhKOjIPEGhp5Mc0ZCFv4W+9+NcTq8E0TmAr9G9a7nRG2NOZneePaVRWGeN1ZnjpYxqbXFn5PksP+WQ4+7TpVXcxrLndjz6WNlbDUVeliLPnHXmiu7nPMlQdzx9/9TWft5JNX2cupHWqMuQ5r30fD1ncaOtSIPn3UwdKdHVIxiSd+KEYK8e44/ec0lC43pn1pmpNA4a7mZelPsSSrY67qq2mDdtu3bMnOKsWRUM43YXecVlI0g9ia/V/sjluorKifIUf7VauoSlLN0OMMP4vvGsND0NVFaGdadqh0izsqKBtA28k1XuJlfjqw71WguZZUztX5eOlRpITOQ3Q1Lib+15kWY+Ucf7NMnn8tIIlOAuGJp8ZwWP+yapX3KxEd1pxVyJz5VoWfERzf7vVQar2HyXaHr822nakzSPEQvPlLk1XZSFJNWnpYwm+aTYsv+vf/rpUlwcwE+spqspq3dbTCuGzhyP5VRjF3Zf1PH9h6aMf3qqXHEEVOvbkS2NtCBxCDj8ahkfKRj/ZqTeW5JE2I0LD+IbjVzQYj/bPkRjOSVFZ4PFb3h5VPiBXdto2DJ256xVnP4TfDR56iR1UMklqILWUROomMsUgbd91ua6PwgWOpxy3VwivMMJH3G75v++a4pZFRwzdq1dNaJ3M8cb7kU98V5VVe6fRYGbhW0PSL/Uo7C0e5lGVX3xW/aeJLK70CNThEKjdvryPWdfinuoI51SQAZaMH5T7NVKfVnaMxocR7uBtVgVH3fl/h/8ArVzRoXVz3q+ZKMtT1mXXraHa0k6BCfLDbupFcZ40n+3asLyMblEYGGWufso5b0xWMew3DALhiysrf3VbdtrR16STSdLTfG+1jhJMfLmtI0+VnNVxUqkG7aBYAzuwWGMADJIXpXVW0kht0Dtu24HSuX8JzLc2vmAY+bkV0SyY7Uqz6G2DcZLmiXHPGaj5NM37sU5Tg1y7HW1cUZFWbK9ETL5oJVW+761XLDHSmNilJXHCfIdVrPi+aW4Q2sMUO37wV2Ysv8KtWbeeJdTnRnklcJI3McfyrWBK2DUe9zwTxUqnFHTH2drpF6S8aWXzpUDyr91mPRqrMzCNsszfWmluOeabM6pu3dqtLsWqvLsYHiaaRzaxZxmTGarXk9wumXEO35DtbGf9urWqur3Vvt7NVHXp9sR525wK9CjLRHhZh71VsxLkZUs/zE1HawlZCyHaO9OEu+QKqk+9WhGwJRRk9hXS7M8taipDGQGm/CtG3EcTgEY+UiqUJEchJOGHQ1dUbmU1UvgLpfxLmdIv3gG/jPU1XmiycNtAA3ZWrMwdd33ep6Ui7WgO4c+tZNXZaerKKg5wpxkVcDpFaNEo3O4+Zj/D9KaIlyxBXIXg5pq7X+UN838qdrbmUm76EkcJ8gPGDxTYhIxChzx61cZkW0SFJMYHzle9V4lbzPkHy+tYyep6FONopjkLhirdqGcK+CQKfgbzmlAhb7wXPqagJJiZzip4ZLix1K11S1ylxbSLIMHrtqEKu8Fas7sqB0Zeh9Km19ydUfZHgTxNpXinw7HqVoN6SKu9WbmN/wCJGX+8teY6vp902p3k1wqpslkQFx1GflYf8Brzb4QeM4fCniF/7ULppepFYrmSJs+Q38M23+6u75v9n/dr2TxlI0WpwiOZZYAmFx3rhxdCy5kc+FlPD1pJdTj7t304StKolYr+74yp9a52WGW5tZGD/KODj1rrtQuJfshiligcFtynZ81Zp09vsE4gmRd4yF/iFc1PQ9h1GzhrhcPhqKfeBpZflHSiuznHzHhlswZOuainGHNTRx7KhvDhx719NY/NJbEPapUX5KjXt9anH3eKpEIiJINOidN6mQcZ5NNCktzwKJFAoLHLtEzbMhW6VJFu8vaFXhj2qMbQoYHNW7byym992fQVNjWnqyvfndE3ygZ9BUdtpsjk+Y6xKOrN0rQKof8AVq7t6Zp7Q3EoLzsAP7tLmtoXKhGUrlfyolAjtnaTb94t92oESOKQGRsg1qTXEIi2x/Ox6BOaoy6fOLZ7ucpCu3hWPJo3FNKGxPOtiIn8qdixU9Oazp1MiRKOu4j+VV6t6fBczsPLU/L8xz0p2MlLmlaw68CJEoB+c8A/7NRLaTyhTvQZGfmOKsyTQWzE5M8w754FVJHnupAWHHY04k1dGViCJCvocVbmVRAhBzzVdl5xVi5+W0hH+3VmMXZj7sQi3j8vlv4qgzkDBzikuuJB7jNLHjA4pGjd3YkFX9Ku/s+piQsWHlYPb+GvTfgD8J9F+Jy6jBc+I7nTtQsyrNElsJFaNu+7d/errNa+Bnw40nUJdPv/AIsLa3ULYliktFBVv++q46mKpRl7OR10aNS90eJ3mq2ol+U5rT8J6kLpxbqjMxJIUd60vjp8N7D4f6vpVrpmuNq9tf2guVuPLVVI3bfl2s2a5XwTL5Orp8jNkY4odOnOnzRN8NiKkMSoyOy+yETeZNDu9ARVoQ2h/wCXTH41Z1Rre2ulSe7WSHzGikaMh2Xa3zV6vrnwi0rTPBUniifxjKLAWy3IYWK7nV/u/wAX+0tedKooJJnv1OWDseX6LF9kuPPht9rL/F/EKfLqEipJbSKkkbjBWRdwP4VpeE7ObWBb2lgDPdTvsSMD5mNd/ffDjwf4ZSBvG/jFrS6uAGW2tYwdvr/CzN/vVnKsoOzOidSMEkmecaVDFDagQ26QJ2VelaCAmu48T/DpbLw4viHwzqa61pW3eWUfvAn97/a/SuKX5azdRTZ24WrGcfdFAYdRinb/AGrX8IaS/iXxJa6JBMIjNuYyFd21VXd0rR+KHhKPwfqtlaQTTTQ3MHmb5Bj94rfMf/Qayv71jR4iCqezb1OW80+lJ53tmoGnVVJNek+Hvhtpmt+F4/ENr4keOzkiaRi1mu6Pb1/i427KTdh1cRTp/Ezzd8ls0nSpobrS2vDuvJ1sN+37QI18zH97bu/XdXofi74b6f4a8MS6/feIpZbdFUxhbVdzs33V+93qOdLcbxlOnaN9zznqhWoJUYRHcK2vAlnp/iHX4dGudReynuDthIg3qzf3W+atj4s+FNP8E2Vsraw1zeXZby4hb7eF+82d3GK0TtKw54uipct9TzGa5IuiEUMFO1vdqoeI3V7ZVQZLGr7jdK0h6t1qO4t/MYSNtDL0XPymuuMuU5KtJzvYxLSLyYxLjLn7vtVyzO+dR75q00e2LZt2jpVaAgzL/vYropzurnHUpexQ4xMJdnlBnP3Sasx5X7yFfrVhiquWY4zVS4nPnMpT5V6la0U7+6JQsucy7t2DswHeiOUyRYKbfwougrbsO3rTIyUAHWtFE5XUFZdiE44qe38o27TsoDHjApkWJG8v1qeVkQeWseF75FY1ZWOvD0+bUjgVGXLcD0pzsVUhelJwD+6RynrTtrEjbWFzscWo6ESlzkt3oK5I46LUsgEUZeTgCo4pY5Suw54qkZtMcRIhDYqykkboOfm9KjnU+SRUKMUTI6ik0Jc3NYtRkLkMODXo/gzxcxtbbTb0DzrePy4pCfvr2Vv92vOnUeRG4P8ArF3KfQ1JaT+XskU7ZVO6P/GsqqvE39l/Me+6tPYyaMlxKFAIz8p+61cPcaoi2jkKG8xW6np0rOu9X/tDTYHXEb7ei8q1czrWrYiNvEfnyBlf4a46dCUnYJ1I0Y80jVaX+6aK4601K+TdG8u8r3cZNFdqwU7HL/adI4V2VBljgVWnZJFAHWknZnPJ/CoowR2r3j4VslijAGT2px4pA2IpAOvGKYrsQAKY0x5GabIcVLGoZsE4pHhQtkMB9aQyuSenSrenRCZSGJHzdqruuCQKZ50kQKoxUnriiwRnyPU33aC1k2vIif7OaoanfSHCRoYj3boax3LMcsxJpUZ1+6x/ClyFOu5Fq1lngkLoxJYYPNEz3F1IWlkeRz2JqRLcyKH/ANSO5boatWE8MRYRSJHjq5Xcx+lIajfcqrbRQANdtz/zzA+anz3jXERiRBEnZI+9Urpm80lmLMepPrTkXNqDnqcVVjNy1aQx+BmpIJpJZlEjsw9CaWZdsQHrg1FZjM60yGyWQBpgFGPmqS8IFlEp5YOc/rUUnE2fRs06X57dAvPzFjSuJDbxNqxMe61HDyKtakuIof8AdqKBOBR0CW59G/sKOsfjHxCGPXT0/wDQ64P9pGSd/jX4iZHZVM68g4/gWux/Ytn+zeMNeOcZ09f/AEYtdt4pvvg83xVuI9e0e6k1pruPzbiV2MLSfLhivmfd6fw14VSr7LGSdr6Ht0KTqUVY+aPEuu3erafo2m3WQNJga3jY/e2tKzf+zVQ0m1k85ieFBwTW14/gaXx1rpX/AKCM/wD6Maq8MTdQM16qcfZ6HBKUlUuzYw7R4mZF2r8u3ac7hur6n+If/JqEX/YJs/8A0KOvkKZmSJ8HGVNfYM1zoi/ALTT4njml0lNKtftEcTfM/wDq9v8AF/e215GYe5KD7s9OhKVU5f8AZG0uF49V8QzIC0JW0t2Pb+KQ/T7teVfEHU5PGHj7WdTuJ9q/aWihXP3Y1batfQ/wmufC0XhEHwfDPBpkk8mRNuLeZ8u7+Js8Yr48mmmS6nZZSN0rZx/vVlg0q1abZtUqKl7zPpn9k7VJAdb8MzSmW3jCXMKvyfm+Vv8A2WuM8cWcOh+LdT0tFKxwXDeWCeiNhl/8dam/spXUzeOdVd24TTMk/wDA1qj+0TqTp8UruGJs7rWAsfRttR7K2JcTrwuJUP3i6nT/AAjvm0u38TeMFKsdK08CBm+75kn/AOz/AOPV2v7RTpqvw80nxLaKG8uSOQN/0zlT/HZXl13u0H9msAE/adf1DewA+9Gvf/yH/wCPV3/gib/hMP2e304sJJ0spLdSf78Lbo//AGWuet7rU/MqdTnn7RbniT3rnsPzr6E+FUsZ/Z2unz/ywvf/AGevmS5m/dfI1fRvwQnth8BFXUQz2areGcD7zR7mLD/vmt8XHlgpeZNWs6srM+eV1C3XSxGTzs59q+lfj9LEPgZauzfJus93/fNeWy6p8AhDtbStUGW/56yf/HK739oW6jk+B+21DLD5lt5APp2oqOMqkFYzqzk/el0PKPhPeQH4p+G9sit/pg6GvQf2s2Q+IvD+51X/AEebqf8AaWvIvg1/yVXw43pef+ytXu/xs8TeCdN1TSovF3htdXjnSTyZjJtaJdy7vrTxK5MRFR6mdKs6j52eCq6MDscPj0qSMMygqM16R48+HPh648Mf8Jd4BmkWIxCd7ZjvDx/xbd3zKy/3a830x1lgSYHnvWimpq6PWwtaUpWYrKOjjiqyWiCbzAenSrlwNxPaqEgl3/K3FXCbRtiH3Q64MsK7i2R/7NUDRxzO0rsV+6oUdO9NuRMWHmj6VLbQs6Fl+92rtpKPxM4K0+b3UQXVpDHgoxPrmq8sWxc5z9BWlJbsCN547ipGRPL3BeG4FXKaOBKUpWRQtlWOF5dpJ6LTch0LNk1M+4nao+UdqayDGD1Pauecrs9aleMRkW5BuR/wFTL8zDNEQwuMUvQ1Bv7Q0tBsU1PXrK2uT/oqyea4x95V+bb/AMCrV+IOgabp+sR3+lDy0vXkZ4R92M/L9386zfDztHq8TL/db/0E1q+KZWa3t93/AD0bH/fNZOTTsjqjSvHmOXmA8tvrRp2nXepSmC0j3tt3Mc4VVqxcIvkSBRjnFbHgOTyrm5OM74/Xp81aOVlcmjDmrpGLLbtE7Wky4kRRVfyiVK5Iz6Gug8RKf7aZl5XaOaz3tVEQdXx7MazjKysa4uPLIrXV1LCkyQNtEn3fdqpP5MaO0knnTN6Hp/u0usSGOZUQ/uyvDejVnKu5GAOGjbFdVCN/ePnsbiObQk3KsmTxkd6Ki2MeWNFdnMeTynF4pMD1oJphbnFdZ44pIXqetRhmBytSpbtJ8zHFO+zkDqDQFmRCRx3p3mKep5pxix1FQyRk9BSAlHPOaSWEu24VAkrRt0B9jVqCYSLtH3jTKumVjE4/hJ+lLEkgcEKQR61bOelIFPNLmK5Qu3muI1Rn4A4FJbxqifMcEdSKdCpduFIUfeJ7VKRGsbeWd/qTSuaRWtzNuD+9NTYH9nKQvO/lqryn96atAH7BHnoxJpsw+0xt0QQPw/8AQagiDGQKmdx6Ypz/AHeaSAbplANBG7sObhiCcmp1Q+XH7j+tI8ajtyalXG2MVDZoohqY/dxD2qO2+7+NOvX3EIO3WktV+X8aa2CSuz3D9kyZYvEHiB272Kcf8DrnvjivmfFrWp1OPmj2n/tmtW/gt4g0Dwza6hc6nqbR3N4VjESRM3lovzfe/wBpuK3dfvfhXr2tXGrXt9qP2ifbv8tmVflXb02/7NeLNyhi5VLaH0FCzwqjf3jzj+zNQfS/7amQtavP9nM5Od0m3dtqBNwztrtviP4j8N3mhaLpPhlylpZySMYxEy7dyr83zfeb73zVxcfJ4FdlCpKcdUcNanHnsiC7RjESeK+jvHd2rfs+Pp69tItDj8Y6+fkSOSWKOabyI3cAzFN3lr/eK16xrXjDwdqHhiXQf7ZlSJ7RbVJTbsMBVXa23/gNcePjKUqfKr6nZgoxUJ8xf/Zl1xh4Yv8ARiTvtLjzgPRZF/8Ail/WvIfGelf2V4t1bTyNjRXchA/2S25f/HaPB/iK78Ka7/aNriWMfJMmPlmSvSNWvfh143Eeo32rT6deLEqy9mZQPut8rK3+9SXNhsRKdtGW4xxNGNNboufswwyW51vVQvyyeXaRt6/xH/2WuE+Kuq/258TtVu7dhLF56wRHP3tvy5/8drqPEnxA0Pw14bj0HwWGeVVKpNtbEe77zfN95m/vVwPgGbSI/E1tfa9ePBBbv9p27GZp5FxtX86mlTlOdSvJeg58ijClHc9o8eePT4AsdF8N22m2t/5Vkok84MwVl+T/ANCV63PhD8RG8VWOpxXFhbWTWbxsI4FZVYNu3f8AoIrxX4p6vpeu67DqGm373Sm3RJEeNlEbLj/vqrfwm1/RtAvdUuNT1H7KssSwxxiJmJ+bdu/8drnqYRSw92veN6deHtuR7GL47t5NH8WarY4wsVwxiH/TNvmX/wAdavbPhhej/hRQtyRvNnfcf9/K8p+LmoeGdd1GPWdJ1Rpbpo1iniaFhvC/dbd07ba6vwp4w8H6L4Zs9Fm1eWdYrd45XWBjhpN27b/31V4mMp4eGmpFNwjXmpPQ8QktVMYkx+FfSnxumE3wi+zh9zp9k4/Ba8E8nTBrQsf7R2WPnfNd+Q33P723t9K9W8XeLvB/iDw1eaUNaMUrgNCfIZhuXoDW+LUpVKbS2McJyck1LqcV8H8p8StCbri6/wDZWrsP2omW9n0Bm52pMP8Ax4Vxfw2vNJ07xLFq2q3xtUtlJjUIzeYzLtru/FWvfDnxKLRdS1XUB9jD48hCu/cec/L/ALIrOvzLExnbYqhCHsWjp/gpfNa/CqzgvMMqrc4z/wA8wzf/AGVeK6DOqQvn+I5FdX4q+IenyaU3hzwrbtFaGHyPMZQuI/7qr1/4E1cppMLIoZVzUUKcoOc5Lc7qbXNBQexrbgy1WYDPWrOFI5GKZKiDpRHc9Gc21qV5EWRNrdfWnRrsHDtS7Dmkf/Vmum5xScR04JjzmqSu+7aGOO2e1WpWxAPWqyLkBsc03IKcIp3EkYr9ab8x561JjcM08L2pGrmNjQ4yacgBYL70/HFNjB8wGgTeho6WFi1FGLY2Ec1b8Q3kEsSIp5Rvm+XHWs+CVoLgXC/eWo7+8u79lNwUdFOQFXaKz5bs9GGIj7KxFIMoV9afbQ3Qt5JoCRtXaMHrTliLICgrc0a9t7PRLq2uY5G88sm0L321WxjCd/eMiK4eeEyycsBmqd+hdiAKfL5cftmq1zcZQha05EefXxEpLlkUdSjeSMKD92qsEzOvljAI+8cdauPKirlzjis6SLdlodyg100laJ5FR2kWiHHKhSPeiqEl3cqVRgp2jHSitLGfMjkWYngdafFF0dxzRDHjDHk96sGuxnjxQUlL2o7VJoKQPrTPLzT6KZLRXngBHGAarKGRhjgitEgEHIqrc481Vx2p9CWiwjblBOM96djNVoW2MM9KtxsvXrUXNKbuKoKRkfnTEwsZU9OpqZxugmx1+XH6VChYKwJzuXaaSNWtTMk5lOBxVtDnT09nNRQoRdKrCrEsbrAql12KxwK0ucyWpXYZT8adbx4lBAp6rnAxVuNFjTewwPWlJmlOmnqyK4Qs6qOgHJ9KQBcJtNRXDs8mVOB/OpFO1V4qAk1cSRMyE1JbrgH60mMyGpFGBQibA8e4g1oWNmjxZYVTBrTsmzBn1rOWh00G7jktUiyylRV+2iJXgc1ScdKvWsyqq5NBu2lLUSeHzAUYcd6qnT4EOQMVZupHJ3IwwPwqrLfMvylV+tFiJTXclWJGHlDFQnT/AN4doFNjvFWUOx61OLpWYsjcGpauOMxI7RUPzcmobuHfJhuRT3lYtnNNaRmbNJIUqiG28QhHy0s0QlwxNOU8U0y7GxnFDRnzkaQIpqJ7dPMDAGrQYHpzSYzRYmTbGGFNuznp606K0RDkZodZFIxVqNWEQL9aGi02Rywho8HnFVzZ+1WJphGMtQs25M9QaNxuo4lnSbJY2SVvm2npmt2Euj5UqR3ANc5b3ezcI5CpOOB3rcthhd3rWFdaWPQwNXXQ01lqOWQ4xUQPFNJ4rjULM9WdfoSK5J65p7dM1XBwaeW+UD0q9zLmuxJTuNIoAWg07tQbKWg1Pu7aeq01aCaYrkgPJGOKBjPSo1JPSlQ807BzFlRnginFMfdWokdhUn/LIHc351Njqg4uIodyfvUlzMqJuPQU1lyxOflP8NVNSX5Ao7YNXGJjWk4x90huZWnb5eBVaeQRRkk8+lQyXUi/KE2t6U0IWbzJOSa3jE8qpN3GKrSnfKeO1P4xhTkU1yRwDxSwq3CitNjnlqQyWys2cUVcXBHAye9FO4cp/9k=</binary></FictionBook>
