<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Повелитель дронов – 8</book-title><author><first-name>Юрий</first-name><last-name>Винокуров</last-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/yuriy-vinokurov</home-page></author><author><first-name>Олег</first-name><last-name>Сапфир</last-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/oleg-sapfir</home-page></author><annotation><p>Орки... Вот, наконец, и настало то время, когда Мироздание полностью проявилось в этом Закрытом мире во всей своей многомерности. Местные люди не знали, как им повезло жить в неведении.</p><p>Что ж. Теперь у этого мира есть я, Феликс Бездушный, и здесь живут те, кто мне дороги, поэтому, неуважаемые орки, готовьтесь умереть!</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><sequence name="Повелитель дронов"/><genre>boevik</genre><genre>fantastika</genre><genre>tehnofentezi</genre><genre>kiberpank</genre><date value="2026-11-19">19.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-19 05:50:30">19.11.2026 05:50:30</date><id>povelitel-dronov-8</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Повелитель дронов – 8</p></title><section><title><p>Глава 1</p></title><p>Глава 1</p><p>— Ну и где он? — поинтересовался я, глядя в затянутое свинцовыми тучами небо.</p><p>Сириус, висевший справа от меня, слегка качнулся, выдавая сложное внутреннее вычисление.</p><p>— Простите, Повелитель, вы о чём?</p><p>— О нём самом… О Дредноуте. Ты же сам верещал, что «протоколы загружены» и проект «Дредноут» запущен. Ну вот, я жду. Где колоссальный линкор, закрывающий полнеба и плюющийся аннигиляторами?</p><p>Мой помощник как-то неловко пискнул. Будь у него ноги, он бы точно начал ковырять носком пол.</p><p>— Повелитель… понимаете, тут всё не так просто, — заюлил Сириус настолько жалобной интонацией, что хоть милостыню подавай. — Я работаю над этим! Синтез материалов запущен, кумулятивные расчёты в процессе… Но не всё так просто, сами понимаете.</p><p>— Ну вот, снова-здорова, — усмехнулся я. — А я-то ждал, что сейчас раздвинутся облака, и враги умрут от одного вида моей мощи.</p><p>— Ну, производственные мощности Куба загружены на сто процентов. Но для формирования даже базового каркаса судна такого класса нам не хватает… примерно тридцати тысяч тонн титана и сверхпроводников. Плюс нужна стратосферная верфь. И, если быть до конца честным, антигравитационных двигателей этой эпохи не хватит даже на то, чтобы оторвать от земли левый закрылок. Сейчас производится проверка резервов, мы должны всё сделать грамотно. Это не так быстро, вы же сами знаете.</p><p>— А я хочу Дредноут, — я специально сделал голос капризным, еле сдерживая смех.</p><p>— Конечно, Повелитель! — тут же затараторил Сириус, мигая всеми диодами. — Первые чертежи почти оптимизированы, я даже нашёл замену дефицитному палладию на местных свалках! Сроки немного… сдвигаются, но я вас не подведу!</p><p>Я не выдержал и искренне заржал.</p><p>Конечно, я понимал, что никакой Дредноут мы сейчас не соберём. Для машины такого уровня в моём прошлом мире потрошили целые звёздные системы, а тут я требую собрать из металлолома, старых стиралок и обломков орочьих топоров. Само название «Дредноут» применительно к нашим текущим ресурсам звучало до смешного абсурдно и слишком круто.</p><p>Ситуация в мире оставалась непростой. Я бросил взгляд на экран монитора с развёрнутой картой Российской Империи. Алые точки новых порталов загорались по всей территории Империи: то в Сибири полыхнёт, то на северо-западе, то у самых южных границ или на Урале. А ведь были ещё аналогичные заварушки у китайцев с американцами, где творилось ровно то же самое.</p><p>«Так, ладно, — я потёр затекшую шею, разглядывая карту. — Одними пушками войну не выиграть, нужен ещё и выспавшийся мозг. Передышка необходима и мне, и остальным».</p><p>Я развернулся и пошёл в операторскую. Раньше это была обычная кладовка нашего нового особняка, а теперь помещение больше походило на серверную Пентагона.</p><p>Ольга забралась с ногами в своё гигантское геймерское кресло. На ушах висели огромные наушники, а пальцы выбивали по клавишам сумасшедшую дробь. На пяти мониторах перед ней бежали строки кода, трансляции с камер, графики нагрузки и какие-то непонятные схемы. Волосы она скрутила в хаотичный пучок, под глазами темнели синяки от недосыпа, а рядом на столе росла башня из пустых банок из-под энергетика.</p><p>Я слегка подвинул одну из этих банок и прислонился к краю стола.</p><p>Девушка даже взглядом не повела, продолжая вбивать команды.</p><p>Тогда я помахал ладонью перед её лицом, полностью перекрыв обзор на главный монитор. Ольга раздражённо сдвинула наушник с одного уха.</p><p>— Феликс, не мельтеши. Я тут пытаюсь изолировать один паршивый троян, который лезет нам в бухгалтерию «Филина» с московских серверов.</p><p>— Слушай, — я забрал у неё из-под носа очередную неоткрытую банку с кофеином, — а ты не задолбалась?</p><p>Ольга закатила глаза, выхватила банку обратно и дёрнула за колечко.</p><p>— Конечно задолбалась! Поэтому не мешай, дай добить этих умников.</p><p>Она сделала несколько глубоких глотков, и её пальцы снова застучали по клавишам.</p><p>Я нажал кнопку питания на центральном мониторе. Экран погас.</p><p>— Эй! — она возмущённо подпрыгнула в кресле. — Начальник, это саботаж на рабочем месте!</p><p>— Нет, я серьёзно, — я наклонился ближе. — Посмотри на себя. Ты целый день тут сидишь, сросшись с креслом. Ты вообще помнишь, какого цвета небо? А не хочешь просто отдохнуть?</p><p>Фурия нервно хохотнула, потёрла покрасневшие глаза и вздохнула.</p><p>— Конечно хочу отдохнуть. Покажи мне того дебила, который не хочет отдыхать. Мальдивы, лазурный берег, коктейль с зонтиком… Но у меня тупо нет на это времени! Какие-то бессмертные уроды в Москве активизировались, а ещё надо алгоритм патрулирования обновлять… Всё, не трави душу.</p><p>Она потянулась обратно к клавиатуре, но я перехватил её запястье.</p><p>— Оля, я не предлагаю тебе абстрактные Мальдивы в следующем тысячелетии. Я предлагаю отдохнуть сегодня.</p><p>— В смысле? Куда ты меня потащишь? В гаражи к Михичу пиво пить?</p><p>— Я похож на человека, у которого проблемы с фантазией? У тебя не было желания просто расслабиться и выгулять платье? Простой человеческий вечер. Согласна на прогулку?</p><p>Фурия прикусила губу и посмотрела на мониторы, а потом на мою спокойную физиономию. Девушка внутри неё, похороненная под тоннами ответственности и страха за свою жизнь, всё-таки победила прожжённого хакера.</p><p>— Хорошо, согласна, — выдохнула она, сдаваясь. — Когда?</p><p>— Вечером. Собирайся, сделай там… что вы, девочки, обычно делаете. Короче, чтобы была красивая.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>К восьми часам вечера она вышла в гостиную.</p><p>Я даже мысленно присвистнул. Обтягивающее чёрное платье с открытыми плечами, лёгкий макияж, убравший синяки под глазами, и каблуки, на которых она, на удивление, уверенно стояла. Изящная, дерзкая и невероятно красивая. Совсем не та мышка-хакерша, которую я вытащил из придорожной забегаловки.</p><p>— Ну, я готова, — она нервно поправила подол. — И куда мы пойдём? Уссурийск сейчас не в самом лучшем состоянии. Вон, по телевизору передавали, опять ливень обещают, да и дороги в центре после вчерашнего прорыва труб перекопали…</p><p>— А мы не здесь будем гулять. Мы будем в другом месте.</p><p>Мы вышли во внутренний дворик нашего закрытого особняка. Я щёлкнул пальцами. Ночная мгла вздрогнула, оптическая маскировка отключилась, и перед нами плавно опустилась специальная модификация тяжёлого транспортного дрона.</p><p>— Карета подана.</p><p>Ольга ошарашенно посмотрела на эту футуристическую конструкцию.</p><p>— Феликс… Ты серьёзно собрался тащить меня на свидание на этой летающей табуретке? Куда? В тайгу?</p><p>— В столицу, Оля. В Петербург.</p><p>— В Питер⁈ Ты спятил! Это же девять тысяч километров!</p><p>— Садись, — я галантно открыл дверцу капсулы. — Засекай время.</p><p>Она неуверенно забралась внутрь. Я сел рядом. Бронированный купол сомкнулся, отсекая звуки внешнего мира.</p><p>— Ну, погнали, — скомандовал я. — Вектор на Неву.</p><p>Двигатели с антигравитационной платформой взвыли. Нас слегка вжало в кресла, и капсула рванула вертикально вверх с ускорением истребителя. Мы пробили облачный слой, выйдя в нижние слои стратосферы. Маршевые плазменные движки перешли в форсажный режим.</p><p>— Матерь божья! — Ольга вцепилась побелевшими пальцами в подлокотники, глядя, как звёзды за бортом смазываются в длинные линии.</p><p>Она открыла рот и начала выдавать такие многоэтажные конструкции русского мата, что заслушался бы даже бывалый портовый грузчик из Владивостока. Она поминала физику, меня, высоту, скорость и свою дурость, что согласилась на это.</p><p>«Повелитель, — раздался в голове предельно вежливый голос Сириуса, который пилотировал наш агрегат. — Объект „Фурия“ в данный момент употребляет лексику, не соответствующую статусу аристократического свидания. Транслировать вам частотный анализ её высказываний?»</p><p>«Лучше скорость давай ещё накинь. Пройдём на пяти махах».</p><p>«Принято, Повелитель. Идём на гиперзвуке».</p><p>Скорость действительно поражала. Система жизнеобеспечения отрабатывала идеально: внутри мы могли спокойно дышать и даже пить шампанское из мини-бара, пока снаружи воздух разбивался об артефактные щиты дрона.</p><p>Прошло около часа, когда за стеклом капсулы показалось бесконечное море огней. Столица Российской Империи, великий и блистательный Петербург.</p><p>Дрон сбросил скорость, войдя в режим городской невидимости, и мягко спланировал на плоскую крышу какого-то бизнес-центра на Васильевском острове.</p><p>Я открыл дверцу. Прохладный питерский ветер с Невы ворвался в кабину.</p><p>Ольга выбралась наружу, пошатываясь и глубоко дыша.</p><p>— Феликс… Я за этот час с жизнью попрощалась как минимум три раза! — но на её губах уже играла восхищённая улыбка. — Это было… охерительно!</p><p>И мы пошли гулять.</p><p>Петербург ночью — это магия в чистом виде, даже без учёта Техносов. Классическая имперская архитектура сливалась здесь с высокими технологиями. На Невском проспекте кованые фонари светили неоном артефактных кристаллов, и по брусчатке один за другим скользили магнитопланы. Вверху, прямо над куполами храмов, медленно плыли рекламные дирижабли. Фасады старых дворцов подсвечивались объёмными голограммами, менявшими картинку каждые несколько минут.</p><p>Мы сворачивали на набережную Мойки и долго смотрели, как в воде отражаются огни мостов. Ольга непрерывно крутила головой. После стольких лет за экранами, когда весь Питер существовал для неё лишь в виде схем на серверах, настоящая улица казалась магией.</p><p>На Крестовском острове мы первым делом зашли в луна-парк «Имперское чудо». Сразу же рванули на гравитационные качели. Огромные кованые стрелы швыряли кабинку вверх, на пару мгновений мы замирали над островом, а после со свистом ухали вниз. Фурия визжала, вцепившись мне в рукав.</p><p>Дальше по курсу оказался тир, именовавшийся артефактным полигоном. Ничего общего с тесными провинциальными палаточками и пневматикой здесь не было. Ольга уверенно подхватила тяжёлую винтовку, прицелилась и с первого же захода уложила все движущиеся мишени, загнав счётчик очков на максимум.</p><p>Парнишка-аниматор с прыщами на лбу только глаза вылупил, когда передавал ей главный приз — синего плюшевого медведя размером с саму Ольгу.</p><p>— Ну, я же говорила, что меткая, — гордо заявила она и без лишних реверансов перегрузила игрушку мне.</p><p>Я молча взвалил гигантскую плюшевую тушу на плечо. Выглядело это наверняка комично, но я даже ухом не повёл.</p><p>Позже мы ужинали в ресторане с видом на Исаакиевскую площадь. На столе стыли запечённые устрицы, в бокалах искрилось отличное вино, а в углу заведения тихо играли на скрипках. Ольга ковыряла вилочкой десерт, поглядывала на синий бок сидевшего рядом медведя и улыбалась.</p><p>Вдруг она замерла и аккуратно положила приборы на скатерть.</p><p>— Слушай, Феликс… А мы точно не должны быть сейчас в Уссурийске? Ситуация там так себе. Вдруг кто-то нападёт, пока мы отсутствуем? Вдруг автоматика сбойнёт?</p><p>Я отпил вино и качнул головой:</p><p>— Оля, остынь. В Приморье всё давно настроено. Периметр под замком, Куб работает, патрульные дроны задействованы, алгоритмы прописаны. Зачем нам сидеть там и накручивать себя?</p><p>— Я на минуточку тоже много чем управляю! — подалась она вперёд, сжав губы. — Я держу на себе всю информационную оборону! Если по сети ударят всерьёз, автоматика без меня просто сойдёт с ума. Всё же на мне держится, Феликс!</p><p>— Я знаю, — я накрыл её ладонь своей. — Прекрасно знаю, Оля. Никто твой вклад не умаляет, без тебя мы бы воевали вслепую. Ты отличный профи, но всё-таки человек, а не машина. Выгоришь сейчас — и мы потеряем вообще всё. Попробуй переключиться, ладно? Всем нам иногда нужно просто отдохнуть.</p><p>Она на мгновение замерла, встречаясь со мной взглядом, потом тяжело вздохнула, и её плечи опустились.</p><p>— Ладно, твоя взяла, начальник. Гулять так гулять.</p><p>Быстро расплатившись, мы отправились искать развлечения. Выбор пал на «Элизиум» — главный клуб столицы. Пускали туда не всех, заведение берегло статус закрытого места для Одарённых и золотой молодёжи, но на входе к нам вопросов не возникло.</p><p>Внутри плотно басила музыка, в полутьме бились цветные лучи, а танцпол буквально кишел людьми. Мы протиснулись ближе к стойке бара, разглядывая по пути гостей в вип-ложах, между которыми снували официанты с подносами, уставленными дорогим алкоголем.</p><p>Ольга была счастлива. Она действительно отпустила контроль, смеялась, танцевала рядом со мной. На несколько часов она забыла об орках и кодах. У нас всё было хорошо. Мы были просто парой молодых людей в самом крутом клубе столицы.</p><p>Но, как водится, любая хорошая история имеет свойство заканчиваться, когда на сцене появляются идиоты.</p><p>Мы сидели за барной стойкой, потягивая лёгкие коктейли, когда музыка вдруг стала тише — сменилась композиция на медленную. Я повернулся к Оле, чтобы пригласить её на танец, но вдруг позади нас раздался визгливый голос.</p><p>— Твою мать… — какой-то расфуфыренный мажор в золотом пиджаке — один из тех столичных сынков, чьих папаш Ольга раздевала на миллионы, — уставился прямо на неё. — Это она! ЭТО ЖЕ ФУРИЯ!</p><p>Вопль мажора ударил по ушам стоящих рядом.</p><p>— Какая Фурия? Очнись, Серж, ты перебрал, — попытался осадить его приятель.</p><p>— Да говорю тебе! Я её лицо из розыскных сводок Канцелярии знаю наизусть, мне отец плешь проел этой рожей, когда она наши счета в ноль вывела! Эй! Держите её! Она в розыске по всей Империи!</p><p>Началась заварушка. В нашу сторону уже оборачивались, охрана клуба зашевелилась, нащупывая артефактные шокеры в карманах. Вокруг начала скапливаться аристократическая молодёжь, кто-то уже доставал смартфоны.</p><p>Ольга вжалась в стойку бара, её забила мелкая дрожь. Вся эйфория вечера улетучилась, обнажив липкий страх загнанной жертвы. Она снова почувствовала себя той самой преступницей, за которой охотится весь мир.</p><p>— Феликс… Феликс, уходим. Срочно! — зашептала она, дёргая меня за рукав. — Нам нужно бежать!</p><p>Я спокойно повернулся к мажору и чуть повысил голос.</p><p>— На минуточку, господа! Остыньте. Эта девушка официально больше не находится ни в каком розыске. Все обвинения сняты лично Его Императорским Величеством.</p><p>— Да пошёл ты, клоун! — заревел мажор, вокруг которого уже образовалось кольцо дружков с зажжёнными аурами. — Это террористка! Взять её!</p><p>Обстановка накалялась. Охранники клуба начали протискиваться к нам сквозь толпу.</p><p>Ольга вцепилась в меня мёртвой хваткой.</p><p>— Давай уйдём отсюда. Пожалуйста! Феликс, мне здесь неудобно, мне некомфортно! Я не могу так!</p><p>Я посмотрел на её испуганные глаза. Я посмотрел на вопящего мажора, а затем перевёл взгляд на приближающуюся охрану.</p><p>— Подожди, — я мягко накрыл ладонью её дрожащие пальцы. — Оля, я же обещал, что мы отлично проведём этот вечер? Ты не должна ни о чём переживать.</p><p>Она с недоумением воззрилась на меня, в её глазах отсвечивали фиолетовые вспышки неона.</p><p>— Как видишь, у меня уже не получается! Они же сейчас сметут нас!</p><p>Я покачал головой.</p><p>— Поверь мне. Раз я сказал, что вечер будет спокойным, значит, так и будет.</p><p>— Да о чём ты вообще⁈ — взвизгнула она, глядя, как двое охранников уже тянут к нам свои клешни.</p><p>— Увидишь.</p><p>«Протокол „Сонное царство“», — скомандовал я про себя.</p><p>Музыка гремела без изменений, стробоскопы резали темноту яркими вспышками, но под самыми сводами клуба воздух внезапно плотно завибрировал. Из вентиляционных шахт и с балок под потолком ринулись десятки микроскопических дронов. В воздух поднялись «Жала» — моя свежая разработка для деликатного урегулирования подобных конфликтов.</p><p>Охранник, тянувший ко мне руку, вдруг моргнул, его глаза закатились, и он мягко, как мешок с картошкой, осел на танцпол.</p><p>Пш-ш-шт! Дротик с парализующим нейротоксином — безопасным, но вырубающим мгновенно — вошёл в шею орущему мажору. Тот крякнул и рухнул прямо на столик с коктейлями.</p><p>Второму прилетело в лопатку. Третьему — в затылок.</p><p>— Что за… — успел крикнуть бармен, но маленькая игла уже коснулась его плеча, и он уснул прямо за барной стойкой, обняв шейкер.</p><p>Буквально всего несколько секунд — и половина вип-зоны упала лицом в салаты. Ещё несколько — и вся толпа молодёжи, пытавшаяся нас окружить, осела на пол, мирно посапывая. Те, кто был подальше на танцполе, продолжали дрыгаться, даже не заметив, что огромный сектор клуба просто отключился от реальности.</p><p>Вокруг нас, в радиусе пятнадцати метров, образовалось ровное кольцо спящих вповалку людей.</p><p>Дроны-невидимки снова растворились под потолком.</p><p>Я улыбнулся, повернулся к Ольге, которая стояла, замерев с открытым ртом, и галантно подал ей руку, свободной рукой обнимая за талию.</p><p>— Ну так вот, — произнёс я совершенно спокойно, притягивая её к себе под ритм медленной композиции. — Мы же танец не дотанцевали. А значит, я никак не могу считать, что этот вечер прошёл хорошо.</p><p>Я снова пошёл по кругу, увлекая её за собой в медленном вальсе прямо между храпящими на полу телами.</p><p>Ольга, машинально следуя моим шагам, ошарашенно оглядывалась. Она переводила взгляд со спящего мажора на пускающего слюни охранника.</p><p>— Да ладно… — прошептала она, всё ещё не веря глазам. — Ты… ты сейчас просто взял и всех вырубил?</p><p>— А в чём проблема? — я легко крутнул её, обходя очередную тушу.</p><p>— Ну как минимум…</p><p>— Что? — я усмехнулся, глядя ей в глаза. — Думаешь, меня за это объявят изменником Родины? Или пособником великой террористки Фурии?</p><p>Ольга окинула взглядом разложенных по полу гостей — всё это «сонное царство», устроеное ради её спокойствия,</p><p>— Ну да… — хмыкнула она, укладывая голову мне на плечо. — Объявят, обязательно объявят. Но это будет только завтра.</p><p>И танец продолжился. В центре самого пафосного клуба Империи, среди валяющихся без сознания, под прицелом невидимых дронов. Идеальное завершение вечера для нас обоих.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Петербург, Российская Империя</p><p>Особняк графа Любухина</p><p>В три часа ночи спальню разорвал настойчивый визг телефона.</p><p>Граф Валерий Аркадьевич Любухин — человек, входивший в самую влиятельную коалицию оппозиции новому князю Приморья, резко сел на кровати. Рядом недовольно заворочалась молодая любовница. Граф отмахнулся от неё, схватил с тумбочки пульсирующий красным светом телефон и нажал на кнопку приёма.</p><p>— Папа! Папа, мать твою, ты спишь⁈ — из трубки ударил срывающийся на визг голос его старшего сына, Сержа. — Тут жопа! Тут такая полная жопа, что ты не поверишь!</p><p>Сон как рукой сняло. Любухин мгновенно переключился в режим боевой готовности.</p><p>— Соберись, сопляк! — рыкнул граф так, что любовница подпрыгнула и сжалась под одеялом. — Что за сопли? Где ты находишься? На кого нарвался?</p><p>— Я в «Элизиуме»! — задыхался в трубку сын. — Тут половина клуба уснула! Все мордами в салатах! Бароны, княжичи, охрана — все в отключке, как штабеля дров лежат!</p><p>— И ты?</p><p>— А я ползу! Папа, это Бездушный! Этот приморский выскочка здесь! И он не один!</p><p>Валерий Аркадьевич вскочил с кровати, на ходу набрасывая шёлковый халат. Имя приморского ублюдка в столице теперь звучало чаще, чем молитвы перед обедом. Но то, что этот наглец прямо сейчас открыто барагозит в самом знаменитом клубе Питера…</p><p>— Ты не ранен? Что с тобой? Говори чётко! — потребовал граф, уже направляясь к двери, чтобы вызвать дежурного офицера гвардии.</p><p>— Я цел! — сипел Серж, на фоне которого играла ритмичная клубная музыка. — В меня какая-то мелкая летающая херня плюнула дротиком! Прямо из шеи торчит! Но я на входе нацепил тот платиновый анти-токсин, что ты подарил, чтобы от пойла не переблеваться… Меня просто шатает, я под стойку забился. Отец, слушай меня! — голос мажора вдруг приобрёл неожиданно хищные и азартные нотки. — Она с ним. Та сука, что нас ломала. Фурия!</p><p>Любухин замер у двери.</p><p>— Ты уверен?</p><p>Фурия… Это имя заставляло пить валерьянку половину столичного бомонда. Любухин ненавидел её всей душой. Несколько месяцев назад эта тварь выкачала данные по трём его самым грязным офшорам, и ему стоило нескольких миллионов и одного микроинфаркта, чтобы всё это зачистить до того, как информация попадёт на стол следователям Императора.</p><p>— Папа, конечно я уверен! — орал сын. — Они прямо сейчас, сука, танцуют! Вальс! Посреди валяющихся тел! Отец, это же наш шанс! Ты сам говорил, что до усрачки боишься, что эта девка снова полезет в наши базы! Её Император амнистировал, легализовал, к ней теперь по закону хрен подкопаешься! Но если мы накроем её сейчас⁈ Если твоя гвардия возьмёт их прямо в момент, когда они устроили массовый теракт против золотой молодёжи Империи⁈ Это же железобетонный повод! Да тебе все, от министров до банкиров, в ножки кланяться будут!</p><p>В мозгу Валерия Аркадьевича всё сложилось в идеальную картинку.</p><p>Сын прав. Чёрт возьми, сопляк выдал гениальную идею! Вся эта анти-Бездушная коалиция, в которой состоял Любухин, постоянно ломала голову, как законно вцепиться в глотку новому князьку и его ручной хакерше. А тут они сами подают себя на блюдечке. Нападение на аристократов! Да ещё в центре Питера!</p><p>Схватить их прямо над парализованными телами, набить морду, бросить в подвалы собственного особняка до приезда лояльных следователей — и никто, даже Император, не посмеет сказать слова против. А там, в подвале, он уж заставит эту кибер-мразь отдать все компроматы обратно.</p><p>— Держись, сынок, — на лице графа расплылась предвкушающая ухмылка. — Лежи там и не отсвечивай. Ничего не бойся, я сейчас помогу. Жди!</p><p>Любухин нажал кнопку отбоя и выглянул в коридор.</p><p>— Полковника Лаврова ко мне, живо! Весь боевой состав в ружьё!</p><p>В ту же секунду всё имение ожило. Завыли внутренние сирены. В коридорах первого этажа раздался топот десятков тяжёлых ботинок. Любухин вылетел на просторную террасу второго этажа, откуда открывался идеальный вид на закрытый внутренний двор.</p><p>Внизу уже вовсю кипела профессиональная военная работа. Личная гвардия рода Любухиных — сто сорок отборных головорезов-наёмников, закованных в новейшие композитные доспехи с антимагическим покрытием. Они бежали к выстроенной в ряд тяжёлой технике.</p><p>Шесть огромных штурмовых броневиков класса «Кабан», купленных по спецразрешению напрямую у армейских концернов, рыкнули дизельными двигателями. На их крышах тускло блестели пулемётные турели. Бойцы чёткими двойками спускались с крыльца, закидывая за плечи штурмовые винтовки и активируя защитные артефакты.</p><p>Валерий Аркадьевич стоял, оперевшись руками на мраморные перила, и буквально раздувался от гордости.</p><p>Его личная армия — его власть. И сегодня он заткнёт за пояс всех этих болтунов из политического клуба, которые только и умеют, что скулить на совещаниях. Сегодня Любухин принесёт им головы проблемы номер один. И он выставит счёт за свои услуги каждому!</p><p>Бойцы распахивали тяжёлые десантные люки броневиков. Первый десяток уже поставил ноги на ступеньку головной машины. Водители включили мощные фары, разрезая питерский ночной туман.</p><p>— Выдвигаемся колонной! На выезд! — рявкнул внизу полковник Лавров, запрыгивая в командирский джип.</p><p>Граф потёр руки.</p><p>И тут во дворе произошло что-то неправильное. Капоты двух центральных штурмовых «Кабанов» просто вмялись внутрь с таким треском, словно на них сбросили бетонные блоки. Металл жалобно крякнул.</p><p>А в следующую долю секунды ночь перестала быть томной.</p><p>Первый броневик, весивший семь тонн, подбросило в воздух на метр, его брюхо разорвалось в клочья ослепительным сине-белым плазменным цветком. Ударная волна сбила гвардейцев с ног и раскидала по парадной плитке двора, точно сухую листву.</p><p>Граф вздрагивал с каждым ударом, инстинктивно вжимая голову в плечи.</p><p>Второй взрыв детонировал ещё мощнее: в головной машине рванул боекомплект турели. Сорванная с погона башня, кувыркаясь в снопе искр, рухнула прямо в мраморный фонтан.</p><p>— Какого дьявола… — выдохнул Любухин.</p><p>Вспышки пошли одна за другой. Вторая, третья, четвёртая, пятая, шестая машины — весь транспорт, миллионы рублей, вложенные в статус и безопасность, лопались с интервалом ровно в секунду, как гнилые арбузы. Невидимый молот целенаправленно бил с неба по крышам техники.</p><p>Сирены ПВО молчали, радары особняка не фиксировали угрозу, да и сами бойцы не заметили ни подлетающих снарядов, ни ракет.</p><p>Оглушённые люди, секунду назад уверенные в своей полной защищённости, с криками отползали по земле за клумбы, подальше от пылающих остовов. Внутренний двор быстро затягивало густым дымом от горящей резины и пластика.</p><p>Любухин стоял бледный, цепляясь непослушными пальцами за перила. Прямо перед ним, на высоте террасы, из густого дыма материализовался небольшой чёрный дрон и завис прямо на уровне лица графа. На его корпусе зажглись два красных огонька, напоминающих насмешливые глаза. Дрон легонько качнулся из стороны в сторону — словно погрозил пальцем — и тут же бесследно растворился в воздухе.</p><p>В этот самый момент в кармане шёлкового халата истошно зазвонил телефон. Назойливая мелодия сына сейчас резанула по ушам хуже бормашины.</p><p>Валерий Аркадьевич на деревянных ногах отшатнулся от края террасы. Его взгляд всё ещё был прикован к пепелищу внизу. Трясущейся рукой граф достал телефон из кармана и принял вызов.</p><p>— Папа! — послышался голос Сержа. — Папа, ну где вы⁈ Они всё ещё здесь! Танцуют, прикинь! Вы успеете их взять тёпленькими!</p><p>Любухин стоял в окружении едкого чёрного дыма, слушая звуки трескающегося металла снизу и панический мат выживших гвардейцев. Теперь он чётко понимал, почему все известные ему аристократы в Приморье слились, навсегда отказавшись от идеи охотиться на Бездушного. Играть в героя, строя амбициозные планы — это одно, а смотреть, как невидимая тварь стирает твою технику с лица земли — совсем другое.</p><p>— Разбирайся сам со своими блядскими проблемами, сынок, — тихо произнёс граф.</p><p>И, не дожидаясь ответа, сбросил вызов.</p></section><section><title><p>Глава 2</p></title><p>Глава 2</p><p>Такси бизнес-класса несло нас по мокрому асфальту набережной Мойки.</p><p>Ольга спала. Окончательно выключилась ровно в тот момент, когда за нами захлопнулась дверь автомобиля. Сказались и трое суток за мониторами без сна, и дикий выброс адреналина, и, конечно же, шампанское. Она уютно устроилась на моём плече, тихонько сопя в воротник моей рубашки. Я накрыл её своим пиджаком, чтобы не замёрзла в открытом вечернем платье, а огромного синего плюшевого медведя водитель с глубоким вздохом утрамбовал в багажник.</p><p>«Повелитель, — раздался в голове спокойный голос Сириуса. — Докладываю по оперативной обстановке в столице. Ваш информационный вброс сработал великолепно. Шесть аристократических родов клюнули на наживку и попытались перехватить инициативу».</p><p>Я мысленно усмехнулся, глядя на пролетающие за тонированным стеклом фонари.</p><p>«Вот это я понимаю — скорость реакции».</p><p>«Естественно, быстро, Повелитель, — отозвался дрон. — Вы же сами приказали слить координаты вашего местоположения в закрытые дворянские чаты, как только мы вошли в клуб. Анализ их действий показал абсолютную предсказуемость».</p><p>«Ну а смысл упускать момент? Надо же было проверить, кто в Питере самый смелый и отбитый. И сколько всего семей получили наводку?»</p><p>«Тридцать две».</p><p>«О, так мы растём! — я с трудом сдержал смех, чтобы не разбудить Ольгу. — Всего шесть решились на штурм. Остальные двадцать шесть, значит, поумнее оказались. Сидят на попах ровно и делают вид, что их нет дома. Прогресс налицо».</p><p>«Штурмовые группы всех шести родов нейтрализованы, — продолжил отчёт Сириус. — Человеческие жертвы сведены к статистической погрешности — вывихи и лёгкие контузии. Зато финансовый ущерб нападавших оценивается моими алгоритмами как катастрофический».</p><p>«Ещё бы, — хмыкнул я в ответ. — Они же наверняка бросили в бой всё самое дорогое и статусное, чтобы выслужиться перед своими кланами. Пафос в столице стоит дорого».</p><p>«Кстати, о пафосе, — в моём сознании всплыло короткое видео, снятое одним из микро-дронов прямо из-под барной стойки „Элизиума“. — Повелитель, рекомендую ознакомиться с поведением объекта Серж Любухин. Предлагаю загрузить этот шедевр в городские паблики. Общественность оценит».</p><p>Я посмотрел видеозапись.</p><p>Молодой графский сынок полз по залитому липким ликёром полу, дёргаясь от остаточного паралича. Один глаз у него заплыл, по щекам текли сопли вперемешку со слезами, а в руке он сжимал телефон, истошно вопя в динамик:</p><p>— Папа! Папа, приедь! Накажи их всех, папа! Ты где⁈ Они меня обидели-и-и!</p><p>«Загружай, — мысленно дал добро я. — Народ должен знать своих героев».</p><p>— Но, Повелитель… Должен предупредить: в прессе снова начнут кричать, что князь Бездушный жесток и у него нет сердца.</p><p>— А я когда-то утверждал обратное? Название рода обязывает. Да и потом — не я первый полез в драку. Загружай во все каналы с пометкой «Золотая молодежь на отдыхе». Да если быть честным, то сердце у меня есть. Это души у меня нет, хах!</p><p>Такси плавно затормозило у парадного входа «Гранд Отеля Империал» — самого роскошного и запредельно дорогого отеля столицы. Фасад из белого гранита сиял золотой подсветкой, швейцары в ливреях с позолоченными пуговицами вытянулись в струнку у козырька.</p><p>Водитель метнулся наружу и распахнул заднюю дверь.</p><p>Я аккуратно подхватил спящую Ольгу на руки. Девушка лишь сонно пробормотала что-то про «недописанный скрипт» и уткнулась носом мне в ключицу. Придерживая её одной рукой, а второй прикрывая полами своего пиджака её обнаженные плечи, я не спеша поднялся по мраморным ступеням.</p><p>Швейцар у дверей на секунду опешил, увидев парня без верхней одежды, несущего на руках спящую барышню в кутюрном платье, но выучка взяла свое — стеклянные двери распахнулись.</p><p>В гигантском холле, отделанном итальянским мрамором и уставленном живыми пальмами в бронзовых кадках, звенели струны невидимой арфы из скрытых динамиков.</p><p>Навстречу мне от администраторской стойки тут же торопливо засеменил старший консьерж — мужчина лет сорока с идеально прилизанными волосами.</p><p>— Господин, прошу прощения! — зашептал он, руками показывая жест «стоп». — В таком виде… с дамой без сознания… Правила нашего отеля категорически запрещают… Это элитное заведение, мы вынуждены вызвать службу безопасности или полицию…</p><p>— Не суетитесь, любезный, — спокойно перебил я его, даже не сбавляя шага и направляясь прямиком к стойке регистрации. — Дама не без сознания, дама просто устала.</p><p>Я подошёл к высокой стойке из полированного оникса. За ней стояла девушка-администратор в строгом тёмно-бордовом костюме. На бейджике золотом было выведено: «Анастасия».</p><p>— Доброй ночи, — я улыбнулся ей. — Мне нужен номер.</p><p>Девушка растерянно моргнула, переводя взгляд с меня на спящую Фурию.</p><p>— Э-э… Здравствуйте. Какой именно категории номер вас интересует?</p><p>— Самый лучший, какой у вас есть. Императорский люкс свободен?</p><p>— Свободен, но… — Анастасия замялась, вспоминая должностные инструкции. — По правилам безопасности Империи, для заселения в апартаменты высшей категории требуются ваши дворянские грамоты или паспорта.</p><p>— А зачем нам эти бумажки? — усмехнулся я. — Просто откройте ленту новостей и увидите мое лицо. А если откроете реестр помилованных государственных преступников высшего уровня опасности — узнаете её.</p><p>Анастасия нервно сглотнула.</p><p>— Одну минуту…</p><p>«Повелитель, — сдавленно пропищал Сириус у меня в ухе. — Она не шутит. Она реально сейчас вбивает запрос в закрытую базу МВД со своего служебного аккаунта…»</p><p>Я наблюдал за лицом девушки. Сначала на лице администратора держался дежурный скепсис. Но стоило ей вбить данные и глянуть в монитор, как брови девушки поползли вверх, а с щек мгновенно сошла вся краска.</p><p>Оторвавшись от экрана, она перевела ошалелый взгляд на мирно посапывающую Фурию. В служебной базе профиль моей спутницы наверняка пестрел алыми предупреждениями вроде «Особо опасна. Высший приоритет задержания». Затем очередь дошла и до меня. Мое лицо за последние недели тоже успело примелькаться в каждой второй столичной сводке новостей.</p><p>— Э-э-э… — выдавила Анастасия, бросив нервный взгляд на собственный бейджик. — Ситуация складывается… занятная. Но боюсь, предоставить вам номер мы никак не сможем.</p><p>— Вот как? И с каких пор князю Российской Империи отказывают в ночлеге прямо в столице его же государства?</p><p>Девушка машинально потянула воротничок форменной блузки. Пальцы у нее заметно подрагивали.</p><p>— Ну… как бы это объяснить… Возникает определенный конфликт интересов. Наш отель очень дорожит нейтралитетом, а ваше появление… — она на секунду зажмурилась, явно проклиная и этот вечер, и выпавшую на него смену. — Господи, ну почему именно в мою смену? И зачем я только согласилась выйти за Машу? Пила бы сейчас чай дома… — она глубоко вздохнула и снова посмотрела на меня с мольбой: — Ваше Сиятельство, поймите меня правильно…</p><p>— Анастасия, давайте начистоту, — произнёс я, чуть удобнее перехватывая Ольгу. — Моя дама сейчас спит. Но сон у неё чуткий. Если она проснётся от шума в холле, достанет из сумочки свой маленький телефончик и сделает пару кликов… ровно через тридцать секунд этот отель по документам станет филиалом детского дома в Уссурийске, а вы — его старшей воспитательницей. И выселить нас отсюда не сможет даже верховный суд. Понимаете?</p><p>Девушка судорожно кивнула:</p><p>— Понимаю.</p><p>— А если без шуток, то я прекрасно понимаю ваши страхи. Вы переживаете, что посреди ночи сюда ворвётся спецназ или чья-то обиженная гвардия, начнётся перестрелка и пострадает антикварная мебель. Можете расслабиться. Во-первых, я лично покрою любой гипотетический ущерб в десятикратном размере. А во-вторых… скажите честно, кто в здравом уме и трезвой памяти полезет штурмовать номер Бездушного?</p><p>— Ну… судя по новостям, такие смельчаки уже находились.</p><p>— Верно, — улыбнулся я. — И где они теперь? Правильно, подсчитывают убытки.</p><p>Анастасия вдруг громко и протяжно икнула. Прижала ладошку ко рту, залилась краской, но в глазах её мелькнуло окончательное смирение с неизбежным.</p><p>— Кхм… Простите. Официальных оснований для отказа нет. Ваши титулы подтверждены системой.</p><p>Она с невероятной скоростью, которой позавидовал бы лучший пианист, застучала по клавиатуре и через десять секунд протянула мне две золотые пластиковые карты:</p><p>— Пятый этаж. Личный лифт справа. Номер пятьсот один. Приятного отдыха в «Гранд Отеле», Ваше Сиятельство.</p><p>Императорский люкс оказался полноценным дворцом, занимавшим добрую половину верхнего этажа. Пять огромных комнат, потолки метров шесть, лепнина, картины в золочёных рамах и гигантские панорамные окна с видом на ночной Исаакиевский собор.</p><p>Я прошёл в главную спальню. Посреди комнаты высилась монументальная кровать под шёлковым балдахином, на которой спокойно мог бы разместиться взвод пехоты.</p><p>Бережно опустив Ольгу на мягкие перины, я снял с неё туфли на каблуках и аккуратно укрыл лёгким одеялом. Девушка что-то сладко промычала, перевернулась на бок и зарылась лицом в пуховую подушку.</p><p>— Спи, гроза серверов, — тихо сказал я и прикрыл за собой дверь спальни.</p><p>Выйдя в просторную гостиную, я подошёл к зеркальному бару, встроенному в стену. Проигнорировав батарею коллекционного коньяка и виски, достал кувшин с охлаждённым виноградным соком, налил полный бокал и с наслаждением сделал несколько глотков.</p><p>В этот момент воздух в центре комнаты сгустился, и Сириус вышел из маскировки.</p><p>Дрон мгновенно развил бурную деятельность. Из его корпуса выскочили тонкие металлические щупы, он начал метаться по углам, подключаясь к розеткам, датчикам климат-контроля и терминалам освещения.</p><p>— Сканирую периметр… — деловито бубнил Сириус, зависая над каждым предметом мебели. — Прослушивающих устройств Канцелярии — четыре штуки. Деактивировано. Скрытых оптических камер частного сыска — две штуки. Выжжено микро-импульсом. Оцениваю чистоту помещения… Пыль на карнизе превышает допустимую норму на две сотых процента. Недопустимо для апартаментов такого класса!</p><p>— Сириус, угомонись, — я опустился на широкий диван в гостиной, вытягивая гудящие ноги. — Не начинай генеральную уборку в четыре утра.</p><p>— Повелитель, настенное бра у входа мерцает с частотой шестьдесят два герца. Это создаёт недопустимый визуальный шум. Я уже отправил по вентиляции ремонтных микро-дронов, они заменят диодную матрицу за пару минут.</p><p>Я посмотрел на него поверх бокала:</p><p>— На хрена?</p><p>— Всё обязано быть идеальным. Если опираться на человеческие культурные коды, вы сейчас на романтическом свидании, так что обстановка должна соответствовать лучшим стандартам соблазнения.</p><p>Я поперхнулся соком:</p><p>— Свидание? Ты серьезно? Сириус, у тебя там платы от перегрева не потекли?</p><p>— Чистый анализ фактов, Повелитель. Пункт первый: вы надели костюм. Пункт второй: потратили десять тысяч рублей на ресторан. Пункт третий: добыли трофейного плюшевого медведя. Пункт четвёртый: кружились в вальсе посреди поверженных врагов. В локальной базе данных подобное поведение классифицируется как «сверхэффективное ухаживание доминантной особи».</p><p>— Боже… — я со стоном потёр лоб. — С кем мне приходится работать…</p><p>— Я всего лишь забочусь о престиже Роя!</p><p>— Всё, отрубай режим свахи и марш на зарядку.</p><p>Дрон обиженно пиликнул, но послушно завис в углу у розетки, перейдя в режим пассивного сканирования.</p><p>Я допил сок, поставил бокал на столик и с удовольствием вытянулся на огромном диване в гостиной. Подушек тут хватало, плед из кашемира был мягким и тёплым.</p><p>Слушать Сириуса и ложиться в одну постель с Фурией я, разумеется, не собирался. Во-первых, я всё-таки князь и джентльмен, а во-вторых… проснуться от того, что тебе в глаз прилетает хук справа от испуганного хакера — сомнительное удовольствие для начала нового дня.</p><p>Я заложил руки за голову, глядя в лепной потолок. За окном занимался холодный петербургский рассвет. Где-то там, в своих особняках, шесть благородных семейств сейчас рвали на себе волосы, подсчитывая убытки.</p><p>А я просто закрыл глаза и провалился в первый по-настоящему спокойный сон за очень долгое время.</p><p>Петербург, «Гранд Отель Империал»</p><p>Императорский люкс 501</p><p>Пробуждение вышло на редкость дурацким.</p><p>Ольга секунд тридцать тупо гипнотизировала лепнину на потолке: пузатые позолоченные купидоны беззаботно кружили среди нарисованных облаков. В висках тяжело пульсировало. Вчерашняя гремучая смесь из гиперзвукового перелёта и клубного шампанского выветривалась неохотно, оставляя во рту мерзкий привкус похмелья.</p><p>Она попыталась пошевелиться, но сразу запуталась в скользких простынях.</p><p>— Твою ж налево… — прохрипела Ольга и с трудом села.</p><p>Быстрый осмотр собственного вида оптимизма не добавил. Вечернее платье с открытыми плечами изрядно помялось и перекрутилось на талии, чулки каким-то чудом уцелели, а туфли стояли у прикроватной тумбочки рядом с расстёгнутым колье. Саму же её заботливо замотали в кашемировый плед, превратив в подобие дорогой шаурмы.</p><p>Ольга сдёрнула эту шерстяную упаковку, опустила босые ноги на ворсистый ковёр и озадаченно огляделась по сторонам. Комната была размером с футбольное поле. Стены обтянуты шёлком, кругом антикварная мебель из красного дерева и хрусталь, а сквозь широкие арочные окна видны золотые купола Исаакиевского собора.</p><p>— Так, стоп… — она потёрла виски. — Где я? Меня что, продали на аукционе арабскому шейху? Или я взломала не тот сервер и умерла, а это рай для зажравшихся буржуев?</p><p>В голове неохотно всплывали обрывки вчерашнего безумия: ночной Питер, тир, огромный синий медведь, клуб «Элизиум», визжащий мажор, а потом… парализованный танцпол и вальс посреди неподвижных тел.</p><p>— Сириус! — позвала она в пустоту, чувствуя, как внутри всё неприятно сжимается.</p><p>В углу спальни зарябило пространство — сбросив маскировку, бесшумно выплыл дрон-помощник.</p><p>— Доброе утро, Ольга Валерьевна. Рад констатировать, что жизненные показатели стабилизировались. Пульс в норме, уровень токсинов в крови снижается. Желаете стакан минеральной воды с электролитами?</p><p>— Сириус, мать твою через системную шину! — рыкнула Фурия, подтягивая колени к груди. — Где мы⁈ Что происходит⁈</p><p>— Мы находимся в Императорском люксе отеля «Гранд Империал», город Петербург. Стоимость суток проживания составляет восемь тысяч рублей без учёта мини-бара. Номер оплачен.</p><p>У Ольги отвисла челюсть.</p><p>— В «Гранд Империале»⁈ В самом пафосном отеле столицы⁈ Да нас же здесь… нас же тут повяжут! Ты хоть понимаешь, сколько у них камер на квадратный метр⁈ Да те аристократы, чьих сыночков мы вчера лицом в паркет уложили… Нас же сейчас штурмом брать будут! — она лихорадочно вскочила на ноги, путаясь в подоле платья, и заметалась по комнате в поисках сумочки. — Где Феликс⁈ Он сбежал? Нас бросили⁈</p><p>— Повелитель отбыл полтора часа назад для решения некоторых вопросов. Я оставлен здесь для обеспечения вашей абсолютной безопасности. И, если позволите… — дрон чуть наклонил корпус, сымитировав вежливый поклон. — … я бы настоятельно рекомендовал вам, Ольга Валерьевна, провести глубокую перенастройку вашей поведенческой матрицы.</p><p>— Чего перенастроить? — Фурия замерла с туфлей в руке.</p><p>— Привыкайте к своему новому статусу, госпожа. Вы больше не уличный хакер, вынужденный спать в обнимку с фальшивыми паспортами. Дело ведь не только в снятии официальных обвинений. Теперь вы входите в Ближний круг князя Феликса Бездушного.</p><p>Ольга нервно фыркнула:</p><p>— И какая разница?</p><p>— Принципиальная. Законы и правила, обязательные для обычных органических единиц этого мира, к вам больше не относятся. Полицию или аристократов можете смело игнорировать. Повелитель гарантировал вашу безопасность, а свои слова он держит железно. Даже если ради этого придется переписать законы физики или сравнять с землей пару континентов. Ваша задача на данный момент — держать лицо и не тратить ресурсы мозга на пустую панику.</p><p>Ольга так и застыла посреди апартаментов, сжимая в руке туфлю на шпильке, и ошарашенно уставилась на парящую жестянку. Дрон вещал с таким спокойствием, что любые возражения звучали бы глупо.</p><p>Внезапный стук в дверь гостиной заставил ее вздрогнуть.</p><p>— Приехали… — едва слышно прошептала она. — Это за мной.</p><p>— Анализ звуковых колебаний указывает на отсутствие тактической угрозы, — сообщил Сириус. — Рекомендую открыть.</p><p>Фурия на цыпочках прошла через огромную гостиную к входным дверям, поправила сползающее плечо платья, глубоко вздохнула и рывком распахнула створку, готовая увидеть перед собой группу захвата в тяжёлой броне.</p><p>Но на пороге стояли трое.</p><p>Впереди замер старший метрдотель во фраке, согнутый в таком глубоком поклоне, что его нос едва не касался начищенных штиблет. За его спиной двое официантов в белых перчатках удерживали нагруженные доверху позолоченные сервировочные тележки.</p><p>— Доброе утро, госпожа! — благоговейно пропел метрдотель, не разгибаясь. — Администрация «Гранд Отеля» приносит свои глубочайшие извинения за возможное беспокойство! Позвольте преподнести скромный утренний комплимент от нашего заведения!</p><p>Не дожидаясь ответа, процессия вкатила тележки в гостиную.</p><p>Ольга только и успевала моргать, пока они споро расставляли всё это великолепие на мраморном столе: трехъярусная ваза со свежайшими ананасами, манго и клубникой, запотевшее ведёрко со льдом, серебряные клоши, из-под которых одуряюще пахло горячими круассанами, трюфельным омлетом и запечённым лососем, фарфоровые кофейники, баночки с джемами…</p><p>— Если госпоже будет угодно что-либо ещё, только шепните! Шеф-повар дежурит лично! — метрдотель снова отвесил поклон, официанты синхронно согнулись пополам, и вся троица, пятясь задом и непрерывно кланяясь, испарилась в коридоре, аккуратно прикрыв за собой дверь.</p><p>Фурия так и застыла на месте, во все глаза глядя на Сириуса.</p><p>— Это… это ты сейчас что вообще сделал?</p><p>Дрон подлетел к столу и полоснул по тарелкам синим лучом сканера.</p><p>— Первичный анализ завершен. Ядов и паралитических веществ не обнаружено, блюдо съедобно. Однако…</p><p>Манипулятор Сириуса ловко цапнул за хвост крупную королевскую креветку и брезгливо сбросил в мусорное ведро под столом.</p><p>— Данный ракообразный субъект скончался от естественных причин примерно в позапрошлый вторник. Лучше исключить любые риски для пищеварения госпожи заранее. Приятного аппетита.</p><p>Ольга не успела даже шагнуть к столу, как в дверь снова постучали.</p><p>На пороге переминался пожилой сомелье с пухлой бархатной папкой.</p><p>— Прошу прощения за вторжение, мадам! — он подобострастно склонил голову. — До нас дошли слухи об изысканном вкусе спутницы князя Бездушного. Наш погреб располагает редчайшей коллекцией, и мы сочли за честь предложить вам «Шато Лафит» урожая тысяча восемьсот девяностого года. Бутылка осталась в единственном экземпляре и хранится под персональным температурным куполом… — Спасибо, я на антибиотиках! — выпалила Фурия и с хлопком закрыла дверь перед носом опешившего сомелье.</p><p>Она привалилась спиной к деревянной створке и шумно перевела дух:</p><p>— Дурдом… Ну натуральный дурдом.</p><p>Снаружи раздался настойчивый стук.</p><p>— Да вы издеваетесь⁈ — Ольга дернула задвижку и распахнула дверь настежь. — Я же русским языком сказала: вино мне не нужно, мне нужен…</p><p>Договорить не получилось.</p><p>На пороге стояли трое. На гостиничных разносчиков с круассанами или элитным пойлом они не тянули совершенно. Рослые, крепкие, одетые в темные подогнанные костюмы, они смотрели тем самым немигающим взглядом оперативников, для которых пристрелить человека — обычная строка в служебном отчете.</p><p>Тот, что стоял впереди, — сухопарый тип с резким профилем и короткой полоской шрама на подбородке, — скупо склонил голову. Двое за его плечами синхронно опустили ладони к полам пиджаков.</p><p>— Доброе утро, сударыня. Позвольте представиться: начальник службы безопасности «Гранд Отеля Империал», полковник в отставке. В прошлом — руководитель седьмого оперативно-розыскного управления Тайной Канцелярии Его Величества.</p><p>Внутренности у Ольги скрутило тугим узлом. Нелегальное хакерское прошлое среагировало быстрее трезвого рассудка: плечи подобрались, а вес тела сам собой сместился на носки — то ли чтобы выбить дверь и бежать, то ли чтобы сразу атаковать первой. Перед ней стоял человек, который ещё год назад мог стереть её в порошок одним щелчком пальцев.</p><p>— Понимаю… — выдавила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — И что? Я что-то нарушила? По правилам отеля запрещено спать в одежде?</p><p>Громов едва заметно усмехнулся одними уголками губ:</p><p>— Ни в коем случае, сударыня. Мы всего лишь проводим плановый утренний протокол. Руководство отеля очень беспокоится о вашем комфорте. Мы хотели лично убедиться, всё ли у вас в порядке? Нет ли каких-либо претензий к персоналу? И, самое главное… — полковник сделал крошечный шаг вперёд, сокращая дистанцию, — … не стоит ли нашей службе безопасности ожидать сегодня каких-либо… неприятностей?</p><p>— Без понятия, — отрезала Ольга и сложила руки на груди.</p><p>— Без понятия? В каком смысле вы не знаете? Вы доверенное лицо князя Бездушного.</p><p>— В самом прямом. — Ольга чуть приподняла подбородок. — Откуда мне знать? Будут у нас проблемы или нет, решает князь Феликс. Вернётся — у него и спросите.</p><p>Двое безопасников за спиной полковника переглянулись и заметно подобрались: одно лишь имя князя действовало на них безотказно.</p><p>— Понятно…</p><p>Полковник с нарочитой небрежностью сунул руку в карман брюк, приоткрыв полу пиджака.</p><p>Ольга сразу зацепилась взглядом за кобуру под мышкой. В ней сидел тяжёлый чёрный револьвер с синей рунической вязью. Вещь заказная, штучная — как раз для пробития плотных магических щитов.</p><p>— Что ж, сударыня, — полковник прищурился. — На всякий случай советую вам и вашим людям проявить осторожность. Не делайте глупостей, в столице за них расплачиваются быстро.</p><p>В тот же миг за спиной Ольги резко лязгнул металл, и механический голос отчеканил на всю комнату:</p><p>— ОБНАРУЖЕНА ПРЯМАЯ УГРОЗА ОБЪЕКТУ ВЫСШЕГО ПРИОРИТЕТА. ИНИЦИИРУЮ ПРЕВЕНТИВНЫЕ КОНТРМЕРЫ.</p><p>Воздух пошел рябью, маскировочные поля отключились, и в гостиной зависли полтора десятка боевых дронов. Угловатые машины слаженно взяли троицу безопасников на прицел. Над правым плечом Ольги опустился модифицированный «Гвоздик 2.0» — длинный ствол его электромагнитного орудия с басовитым гулом начал набирать заряд, уставившись ровно полковнику в переносицу.</p><p>На лбах у всех троих визитёров задрожали рубиновые пятна лазерных меток.</p><p>Полковник застыл. Двое его бойцов мгновенно растеряли уверенность и замерли, боясь лишний раз вздохнуть: как опытные оперативники, они отлично понимали, что малейшее лишнее движение — и их разнесет в пыль прямо на этом ковре.</p><p>— Твою… мать… — одними губами прошептал стоящий слева оперативник.</p><p>Ольга посмотрела на их вытянувшиеся лица, почувствовала за спиной уверенный гул пятнадцати машин смерти, и вдруг… вся её застарелая тревога окончательно испарилась.</p><p>Она вспомнила слова Сириуса: «Вы в Ближнем круге».</p><p>Фурия дерзко улыбнулась:</p><p>— Я же вам русским языком сказала: я с Феликсом. Надеюсь, у службы безопасности отеля нет к нам вопросов?</p><p>Полковник очень осторожно вытащил пустую руку и поднял обе ладони на уровень груди.</p><p>— Вопросов… нет, сударыня. Претензии отсутствуют. Приятного отдыха.</p><p>— Вот и славно. Дверь закройте с той стороны.</p><p>Троица безопасников сделала шаг назад, створка захлопнулась, и за ней послышался топот быстро удаляющихся шагов. Дроны за спиной Ольги отключили целеуказатели и снова растворились в воздухе, уйдя в режим маскировки.</p><p>Фурия прислонилась к двери и покачала головой:</p><p>— М-да… Удивительно. Даже если тебя официально помиловал сам Император, люди всё равно предпочитают сначала пугаться до усрачки, а потом уже думать.</p><p>Тук-тук-тук.</p><p>— Да вы издеваетесь⁈ — зарычала Ольга. — Я клянусь, я пристрелю следующего, кто переступит этот порог!</p><p>Она рывком распахнула дверь, сжав кулаки.</p><p>В коридоре стоял пухленький мужичок лет пятидесяти. Лысина блестела от пота, круглые очки в золотистой оправе сползли на кончик носа, а сам он был увешан пакетами и свёртками так, словно только что ограбил торговый центр. В одной руке незваный гость держал необъятный букет белых роз, в другой сжимал коробку швейцарского шоколада, а локтем исхитрялся прижимать к боку пару хрустальных флаконов в подарочной упаковке.</p><p>Наткнувшись на разъярённую Ольгу, мужичок испуганно пискнул и затараторил, сбиваясь на каждом звуке:</p><p>— Г-госпожа Фурия! Ваше Сиятельство… то есть госпожа Ольга! Можно мне буквально на полминутки⁈ Умоляю, я совсем безвредный, честное слово!</p><p>Ольга даже на мгновение растерялась:</p><p>— Вы вообще кто такой? И откуда знаете псевдоним?</p><p>— Я всё знаю! То есть абсолютно ничего не знаю, клянусь! — он юрко протиснулся мимо неё прямо в гостиную, бочком досеменил до дивана и принялся торопливо сгружать богатства на журнальный столик. — Вот, взгляните. Розы свежайшие, конфеты ручной работы, духи от лучшего мастера Парижа. Я просто не выяснил заранее, какие ноты вы предпочитаете, поэтому взял и цветочные, и древесные!</p><p>Мужичок промокнул взмокший лоб шёлковым платком и снизу вверх заглянул хозяйке в глаза:</p><p>— Позвольте официально представиться: Эдуард Аркадьевич. Я ведь здесь служу… целых пятнадцать лет! Вы только представьте себе: пятнадцать лет безупречного труда на посту главного системного администратора и начальника кибербезопасности всей нашей отельной сети!</p><p>Ольга спокойно толкнула входную дверь, подошла к гостю и скрестила руки на груди:</p><p>— Поздравляю. И причём тут я?</p><p>— Вы не понимаете! — Эдуард Аркадьевич так всплеснул руками, что едва не снёс со столика вазу. — Я ведь квартиру купил! Совсем недавно! В ипотеку на Васильевском острове! Четыре комнаты, старинная лепнина, из окон залив видно, школа рядом… Дети в полном восторге, супруга от счастья каждую пятницу рыдает! Но дорого, госпожа Фурия! Безумно дорого! Мне всего год остался, один несчастный год, чтобы закрыть последний платёж и спокойно выйти на ведомственную пенсию со всеми выплатами! Понимаете⁈</p><p>— Поздравляю ещё раз, — терпеливо отозвалась Ольга. — Я правда рада за вашу семью. Но суть претензии ко мне в чём?</p><p>Эдуард Аркадьевич вдруг с маху плюхнулся на колени прямо на ковер, умоляюще сложив ладони перед грудью.</p><p>— Умоляю вас! Не ломайте нас! Пожалуйста! Не трогайте сервера отеля! Если положите сеть, если клиентская база утечёт или система бронирования ляжет хоть на полчаса — меня в тот же день вышвырнут с волчьим билетом и без гроша в кармане! И квартиру тут же за долги отберут! А дети? А жена⁈ Пожалуйста, я ведь на колени встал! Пощадите старого админа!</p><p>Ольга смотрела на начальника кибербезопасности престижного отеля, застывшего перед ней в позе кающегося грешника, и чувствовала себя персонажем какой-то второсортной комедии.</p><p>— Эдуард… как вас там… Аркадьевич. Встаньте с пола, не позорьтесь.</p><p>— Вы пощадите нас⁈ — с надеждой прошептал тот.</p><p>— Я не собиралась ломать ваш отель. Мне за это не платят. И вообще, я в отпуске.</p><p>— Правда⁈ — лицо мужичка озарилось таким неземным счастьем, словно он только что выиграл миллион в лотерею.</p><p>— Правда. А теперь, пожалуйста… заберите свои подношения и покиньте номер.</p><p>— Цветы вам! И конфеты вам! Это от чистого сердца! Спасибо вам, госпожа Фурия! Век за вас молиться буду!</p><p>Он бросился к выходу, распахнул дверь, выскочил в коридор и оттуда донёсся его восторженный визг:</p><p>— У-ХУ-У-У! Я БУДУ ЖИТЬ В СВОЕЙ КВАРТИРЕ-Е-Е!</p><p>Ольга покачала головой, чувствуя, как дёргается веко:</p><p>— Удивительно… Просто потрясающе.</p><p>— Это еще не самое удивительное, госпожа Ольга, — невозмутимо сообщил Сириус. — Обратите внимание на проекцию.</p><p>Перед ней развернулся видеопоток с микро-дрона, дежурившего в коридоре.</p><p>На экране тучный пятидесятилетний начальник кибербезопасности добежал до угла, подпрыгнул, сгруппировался и… с идеальной грацией крутанул чёткое сальто назад, приземлился на ноги, победно вскинул кулаки и вприпрыжку помчался к лифтам.</p><p>— Да ладно… Он реально сделал сальтуху?</p><p>— Подтверждаю. Угол группировки идеальный, исполнение на уровне мастера спорта по гимнастике.</p><p>— Прикольно… Слушай, Сириус, а может, мне ради интереса заглянуть в их базы? Чисто глянуть защиту, раз мужик так переживает.</p><p>— Настоятельно не рекомендую. Зная ваш почерк в коде, существует девяностовосьмипроцентная вероятность, что у вас «случайно дрогнет рука», и Эдуард Аркадьевич действительно останется без квартиры на Васильевском острове.</p><p>Ольга фыркнула, но спорить не стала. Подошла к столу, подцепила спелую ягоду клубники и с удовольствием отправила в рот.</p><p>В прихожей пискнул электронный замок, и в гостиную пружинистым шагом вошел Феликс — в свежих брюках и белой рубашке с расстегнутым воротом. В пальцах он держал стаканчик с кофе, а энергии от него исходило столько, что Ольга невольно подобралась.</p><p>— Доброе утро, страна! — объявил он с порога, пристроив кофе на краю стола. — Смотрю, вы тут времени зря не теряли? Поляна накрыта, цветы стоят… Красота!</p><p>— Феликс! — Ольга с надеждой шагнула к нему. — Ну наконец-то! Скажи мне, что мы закончили эти столичные гастроли? Мы возвращаемся домой в Уссурийск?</p><p>— У меня есть просто потрясающая, грандиозная новость! — Феликс широко улыбнулся. — Ты будешь в полном восторге!</p><p>Улыбка Ольги начала медленно увядать, ведь она слишком хорошо знала это выражение лица.</p><p>— Так… Почти домой?</p><p>— Почти.</p><p>— Дай угадаю… Сейчас ты скажешь что-то, от чего у меня снова появится желание выпить яду или спрыгнуть с балкона?</p><p>— Обижаешь! — рассмеялся Феликс. — Тебе всё безумно понравится. Буквально через полчаса сюда доставят новое платье. Я взял на себя смелость заказать его в лучшем модном доме столицы по твоим меркам. Шёлк, ручная вышивка, все дела…</p><p>— Зачем мне еще одно вечернее платье?</p><p>— Как зачем? Сегодня вечером мы с тобой идём на Большой Императорский Приём в Зимний дворец. И ты идёшь в статусе моей официальной спутницы.</p><p>— В Зимний дворец?.. — прошептала Ольга. — Там, где будет вся высшая элита Империи?</p><p>— Разумеется. Вся знать до последнего барона.</p><p>— То есть… — Фурия перевела дыхание, пытаясь осознать масштаб беды, — там соберутся вообще все, чьи счета я потрошила, чьи архивы сливала в сеть и кто прямо сейчас мечтает спустить с меня шкуру?</p><p>Феликс широко осклабился и от души хлопнул в ладоши:</p><p>— Именно! Ты даже не представляешь, насколько это будет весело!</p><p>Ольга уткнулась лицом в ладони и глухо простонала:</p><p>— Господи… за что мне всё это?..</p><p>Петербург, Зимний дворец</p><p>Император Всероссийский Александр Пятый на полном серьёзе обдумывал идею собственноручно придушить кого-нибудь из службы протокола. Не торопясь, с чувством и особым цинизмом.</p><p>Сначала четыре часа ушли на закрытый селектор с уральскими заводчиками, которые орали до хрипоты и бились за каждый вагон легированной стали хуже базарных торговок. Следом вымотали два часа пустых препирательств с османским послом. Турок на голубом глазу уверял, будто их военные фрегаты зашли в Чёрное море исключительно ради ловли барабульки и просто слегка заблудились.</p><p>Александр шагал по галерее, на ходу ослабляя тугой узел галстука, и с содроганием думал о вечере. По расписанию значился Большой Императорский Приём — толпа из сотен надушенных бездельников, где каждый непременно попытается заглянуть монарху в рот, рассчитывая выклянчить чин, субсидию, очередные земли или право беспошлинного ввоза французских шмоток.</p><p>«Напьюсь, — мрачно пообещал себе государь. — Ей-богу, прямо при гостях опрокину графин водки из горла. Пусть потом европейские газеты строчат, что русский царь совсем одичал».</p><p>Он толкнул дверь оперативного сектора Канцелярии, рассчитывая быстро забрать сводку по фронтам и спрятаться у себя в кабинете хотя бы минут на двадцать. Но передохнуть не получилось: в зале, где обычно стоял лишь негромкий деловой гул, творился форменный дурдом. Дежурные офицеры с ошалелыми лицами метались между терминалами, на ходу передавая распечатки и едва не сбивая друг друга с ног. По углам трещали принтеры, выплёвывая рулоны сводок, телефоны правительственной связи разрывались десятками голосов, а дежурный генерал в распахнутом кителе лично чертил мелом на полу экстренный эвакуационный круг, непрерывно матерясь сквозь зубы.</p><p>Александр нахмурился.</p><p>— Это что за цыганский табор? — негромко, но так, что у ближайших клерков подогнулись колени, поинтересовался Император.</p><p>Толпа замерла. Офицеры попытались вытянуться во фрунт, роняя папки на паркет.</p><p>— Федотов, ко мне! — рявкнул Александр. — Быстро! Что здесь происходит⁈</p><p>Из глубины зала, спотыкаясь о кабели, на полусогнутых метнулся начальник службы внутренней безопасности дворца генерал-лейтенант Федотов.</p><p>— Ваше Императорское Величество! Проводим экстренные мероприятия! Поднимаем всех! Первый и третий гвардейские полки отозваны из отпусков! Корпус Одарённых специального назначения выдёргиваем с полевых сборов! Снимаем с дежурств по городу, оцепление стягиваем к Зимнему, резервные контуры щитов выводим на триста процентов мощности…</p><p>Александр смотрел на него немигающим взглядом.</p><p>— Я не понял, Федотов. У нас что, вражеский десант высадился на Дворцовой площади? Британский флот вошёл в Неву? Американцы объявили войну? О чём я, чёрт вас побери, опять узнаю последним⁈</p><p>Кадык Федотова дёрнулся вверх-вниз, глаза забегали по потолку, выискивая несуществующие трещины.</p><p>— Э-э-э… Ваше Величество… Тут такое дело… В общем… Разрешите мне пойти проконтролировать установку тяжёлых турелей в Георгиевском зале⁈ Я очень нужен сапёрам!</p><p>И генерал, не дожидаясь ответа, попытался бочком просочиться мимо монарха в сторону выхода.</p><p>— Стоять! — рявкнул Александр с такой силой, что в люстрах звякнул хрусталь.</p><p>Федотов влип в косяк.</p><p>Император резко развернулся, выцепил взглядом пробегавшего мимо младшего референта с кипой папок, сделал шаг и железной хваткой ухватил несчастного майора за шиворот, приподняв над полом.</p><p>— Так, милейший, — ласково, отчего у присутствующих мороз пошёл по коже, прошипел Государь в лицо офицеру. — Федотов только что попытался совершить тактический побег. Если ты сейчас же не расскажешь мне, от чего именно у всего штаба дружно случился понос, я лично подпишу указ о твоём переводе на Чукотку. Будешь там белым медведям строевой шаг ставить. Говори!</p><p>Майор затрепыхался, роняя бумаги:</p><p>— Ваше Величество… Два часа назад поступила оперативная информация…</p><p>— Ну⁈</p><p>— Бездушный.</p><p>Александр медленно разжал пальцы, и майор мешком осел на паркет.</p><p>— Твою мать… Что этот ненормальный опять натворил?</p><p>— Он… не один.</p><p>— А с кем?</p><p>— С Фурией.</p><p>— Ого… — тихо произнес монарх. — Ну всё, это конец.</p><p>Он вспомнил досье этой девицы. Хакер, способный уронить энергосистему полушария, и князь с манией величия, управляющий несокрушимой армией летающего железа. Гремучая смесь, способная аннигилировать планету просто ради забавы.</p><p>— И что они делают? — спросил Император, готовясь к худшему. — Где они?</p><p>— Они… здесь, Ваше Величество.</p><p>— Где «здесь»⁈</p><p>— В столице, в Петербурге. Прибыли ночью на гиперзвуковом неопознанном объекте, сняли Императорский люкс в «Гранд Отеле», разгромили элитный клуб «Элизиум», усыпили там половину золотой молодежи города…</p><p>— В СТОЛИЦЕ⁈ — взревел Александр так, что Федотов у двери вжал голову в плечи. — Они в Питере уже полдня, а мне докладывают только сейчас⁈ Где была наружка⁈ Где посты ВКО⁈</p><p>— Но Ваше Величество… — заблеял поднявшийся с пола майор. — Это же еще не всё…</p><p>Император медленно повернул к нему голову:</p><p>— В каком смысле «не всё»? Что еще можно было добавить к этому параду катастроф?</p><p>— Полчаса назад от канцелярии князя Бездушного поступило официальное дипломатическое уведомление.</p><p>— И что там?</p><p>— На сегодняшний вечерний Большой Императорский Приём… они подали заявку. Князь Феликс Бездушный и его официальная спутница Ольга Смирнова… прибудут лично. Подтверждение принято протокольной службой.</p><p>Александр Пятый, правитель огромной державы, переживший покушения, заговоры и несколько войн, просто как стоял — так и осел на подставленный адъютантом дубовый стул.</p><p>Ноги его не держали.</p><p>В голове монарха со скоростью света, во всех красках и деталях, развернулась картина сегодняшнего вечера…</p><p>…Вот роскошный Вишнёвый зал Зимнего дворца. Хрусталь, шелка, бриллианты. Играет вальс. И тут двери с грохотом вылетают наружу.</p><p>В зал вплывают сотни боевых дронов с горящими красными окулярами. Музыка смолкает, начинается кровавое побоище. Перепуганные аристократы в панике хватают столовое серебро, бронзовые канделябры и с криками: «Смерть выскочке!» кидаются на Феликса.</p><p>Дроны поливают аристократов плазмой, со стен осыпается вековая лепнина, вельможи с визгом прячутся под столы с чёрной икрой.</p><p>А посреди этого ада, на бархатном диване, закинув ногу на ногу, совершенно спокойно сидит Бездушный. Он весело ржёт, глядя на летающие по залу стулья, и не спеша потягивает кофе, в который зависший сверху дрон с галстуком-бабочкой аккуратно подливает свежие сливки. Рядом сидит Фурия и в прямом эфире с ноутбука обнуляет банковские счета дерущихся с ними графов.</p><p>И как финальный аккорд безумия — прямо сквозь старинные витражные окна с диким грохотом влетает штурмовой борт китайского спецназа. Из него с криками вываливаются разъярённые мандарины в броне, палят во все стороны из винтовок и на ломаном русском истошно орут на весь дворец:</p><p>— ГДЕ НАШИ ПАНДЫ, ВЫ, РУССКИЕ ВАРВАРЫ⁈ ВЕРНИТЕ ПАНД И ДИН ДОНА!</p><p>Александр вздрогнул, мотнул головой, прогоняя жуткое наваждение, и тяжело сглотнул. Картина в воображении стояла настолько чёткая, что он почти почувствовал запах пороха и жареных панд.</p><p>Он поднял глаза на замерших в ужасе офицеров.</p><p>— Федотов…</p><p>— Я, Ваше Величество!</p><p>— Всех, кого ты там хотел поднять из отпусков… поднимай. И Одарённых, и гвардию, и тяжёлую артиллерию во внутренний двор загоняй. Антимагические купола на Вишнёвый зал натянуть в пять слоев. Личный спецназ переодеть в официантов, пусть стоят у каждой колонны с плазмомётами под подносами. Пожалуй… лишним это сегодня точно не будет. Выполнять.</p></section><section><title><p>Глава 3</p></title><p>Глава 3</p><p>Вечерний Петербург утопал в золотистом свете сотен кованых фонарей, моросил привычный питерский дождик, у гранитной набережной качались катера…</p><p>Я скользнул взглядом по парадному фасаду, активировав внутреннее зрение Техноса.</p><p>— Ну нихрена себе паранойя…</p><p>— Что там? — шепнула Ольга и вцепилась мне в локоть.</p><p>— Да так, лёгкая перестраховка.</p><p>Дворец был буквально запечатан. Пять слоёв тяжелейших стационарных магических куполов накрывали здание сплошным колпаком. Но этим дело не ограничивалось. В парке, искусно замаскированные под раскидистые кусты сирени, стояли мобильные артефакторные излучатели. Я насчитал их больше трёх десятков. В случае шухера эта батарея могла накинуть поверх дворца ещё двенадцать автономных контуров защиты. А на крышах соседних зданий и в кронах деревьев поблёскивали стволы скорострельных зенитных установок и лазерных комплексов ПВО.</p><p>Император ждал гостей. И, судя по калибрам, готовился отражать штурм как минимум половины китайской армии вместе с полчищами орков.</p><p>У парадных дверей нас встретил распорядитель во фраке с позолоченными пуговицами.</p><p>— Добро пожаловать на торжественный приём, Ваше Сиятельство, — согнулся встречающий чуть ли не в поясном поклоне.</p><p>Я вывел картинку со сканеров микро-дронов, круживших вокруг невидимым роем, и едва сдержал смешок. Под парадным фраком у этого «распорядителя» отчетливо бугрилась композитная кираса гвардейского спецназа с активными рунами гашения кинетики. Мужик внутри явно обливался потом, но осанку держал образцово.</p><p>Мы прошли в залитый светом вестибюль. Мимо как раз проплывал официант с серебряным подносом, полным хрустальных бокалов с игристым. С виду — идеальный выпускник школы лакеев, вышколенный и с дежурной вежливой улыбкой. Вот только с обратной стороны подноса на магнитных фиксаторах висел пистолет, а в широких складках фартука безошибочно угадывалась рукоять штурмового клинка.</p><p>Я притормозил и аккуратно подцепил канапе с перепелиным яйцом и горкой чёрной икры.</p><p>— Премного благодарен, любезный, — подмигнул я официанту, закидывая закуску в рот. — Сервировка изумительная. Да и выправка у персонала отличная… сразу чувствуется рука толкового сержанта. Моё почтение вашей службе тыла.</p><p>Официант поперхнулся, но выучка взяла своё — он лишь молча поклонился и поспешил раствориться в толпе.</p><p>— Феликс, ты спятил? — зашипела мне на ухо Ольга. — Ты зачем их провоцируешь⁈ Нас же сейчас пристрелят прямо тут, на ковре!</p><p>Она шла рядом, и это был настоящий подвиг актёрского мастерства. От дикого животного ужаса Фурия задеревенела настолько, что её спина стала идеально прямой, а подбородок взметнулся вверх. Она не улыбалась и обводила зал таким презрительным взглядом, будто вокруг неё собрались не сливки имперской аристократии, а кучка назойливых мух на помойке.</p><p>Я покосился на неё и мысленно поаплодировал. Идеальная княгиня.</p><p>Стоило нам переступить порог Георгиевского зала, как гул голосов начал стихать, по залу поползли шепотки.</p><p>— Смотрите… это они…</p><p>— Бездушный… Сам явился…</p><p>— А рядом с ним… Боги, это же та самая девка! Хакерша!</p><p>— Какая наглость… Притащить преступницу во дворец!</p><p>Старая знать, чьи счета и поместья пострадали от наших с Ольгой рейдов, буквально прожигала нас глазами, но подойти никто не смел. Зато мимо прошла стайка столичных баронесс. Одна из них смерила Фурию взглядом с ног до головы и негромко бросила подруге:</p><p>— Ты погляди на эту плебейку. Держится так, будто мы здесь грязь под её каблуками. Взгляд холоднее, чем у покойной государыни.</p><p>Я с трудом сдержался, чтобы не заржать в голос. Если бы эта барышня знала, что «ледяная княгиня» сейчас мысленно читает молитвы и считает секунды до обморока, её саму хватил бы удар.</p><p>— Всё отлично, Оля, — тихонько шепнул я. — Ты звезда вечера, держи марку.</p><p>— Я убью тебя, Феликс, — еле шевеля губами, процедила она, продолжая смотреть на светскую публику как на сор под ногами. — Своими руками придушу, когда вернёмся.</p><p>Император ещё не вышел к гостям, и зал постепенно делился на группы. Враги жались по углам и злобно косились в нашу сторону, но самые хваткие аристократы уже начали прощупывать почву. Первым к нам вальяжно подкатил пухлый граф из новгородских заводчиков.</p><p>— Ваше Сиятельство, князь Феликс! — расплылся он в угодливой улыбке и склонил голову. — Какая честь. Мы все в искреннем восторге от ваших успехов в Приморье. Скажите, а когда планируется полноценное открытие филиалов «Филина» в Новгородской губернии? Мы бы с радостью выкупили корпоративный пакет для всех наших предприятий. С безопасностью нынче везде туго.</p><p>— Скоро, граф, — кивнул я. — Система расширяется. Отправьте контакты на нашу почту, и мы внесём вас в приоритетный список.</p><p>Следом подошла пара стариков в старых парадных мундирах, у обоих на груди поблескивали ордена.</p><p>— Добрый вечер… — проскрипел один из них, сухонький князь. — Слухи до столицы доходят удивительные. Говорят, ваш «Подорожник» отлично поднимает на ноги… Моему брату восемьдесят два, а после курса ваших капель он сам на лошадь сел! Скажите, можно ли оформить частную поставку эликсиров высшей очистки? За ценой не постоим.</p><p>— Всё возможно, Ваше Сиятельство, — улыбнулся я. — Здоровье ветеранов — безусловный приоритет для рода Бездушных. Мы подготовим индивидуальный курс.</p><p>Я продолжал поддерживать разговор, шутил и щедро раздавал обещания, методично сколачивая вокруг себя круг полезных знакомств. Враги в углах зала от этой картины зеленели ещё сильнее.</p><p>Внезапно в зале наступила абсолютная тишина, музыка смолкла. Тяжёлые золочёные двери в дальнем конце распахнулись, и в зал вошёл Император Александр Пятый. Голова опущена, плечи напряжены, взгляд исподлобья зафиксирован прямо на мне. Вокруг монарха едва заметно вибрировало мощнейшее силовое поле.</p><p>— Мамочка… — пискнула Ольга, окончательно побелев.</p><p>— Спокойно, — я легонько сжал её пальцы. — Не падай, всё идёт по плану.</p><p>Я решил не выпендриваться и не ломать дворцовый этикет. Когда Император подошёл вплотную, я с идеальным достоинством склонил голову в глубоком дворянском поклоне:</p><p>— Приветствую, Ваше Императорское Величество.</p><p>Александр несколько секунд буравил меня тяжёлым взглядом, а затем… его плечи опустились, дыхание выровнялось, и аура давления развеялась.</p><p>«Он что, реально думал, что я прямо здесь кинусь на него?» — с иронией подумал я.</p><p>— Рад видеть тебя в добром здравии, князь, — на весь зал произнёс Император. — Твой визит в столицу — приятная неожиданность.</p><p>Монарх лично подошёл к нам первым — для всего высшего света это был недвусмысленный сигнал: Бездушный находится под прямой защитой Короны.</p><p>Затем Александр поднялся на невысокий подиум в центре зала и взял в руки кубок.</p><p>— Господа! Сегодня великий день! Ровно пятьсот лет назад мой предок, Император Александр Первый, взошёл на престол, положив начало нашей династии и объединив разрозненные земли в единую державу! Сегодня мы празднуем не просто юбилей рода — мы празднуем несокрушимость Российской Империи! Пейте и наслаждайтесь этим вечером! За Империю!</p><p>— За Империю! — грянул многоголосый хор, и сотни бокалов взметнулись вверх.</p><p>Музыка заиграла с новой силой. Гости задвигались, разбиваясь на группы.</p><p>Не успел я сделать и пары глотков сока, как ко мне сквозь толпу протиснулся невысокий адъютант.</p><p>— Ваше Сиятельство, государь ожидает вас в Малом кабинете. Прошу следовать за мной.</p><p>Ольга мгновенно вцепилась в мой локоть обеими руками:</p><p>— Феликс, я с тобой! Не смей оставлять меня одну среди этих пираний! Они меня взглядами сожрут!</p><p>— Пошли, трусиха.</p><p>Мы прошли через анфиладу комнат и вошли в уютный Малый кабинет, заставленный книжными шкафами. Александр Пятый уже стоял у камина, держа в руках бокал с коньяком.</p><p>Увидев входящую следом за мной Ольгу, Император удивлённо приподнял бровь:</p><p>— Князь… Я просил о приватной аудиенции. Государственные тайны не предназначены для посторонних ушей.</p><p>— Она не посторонняя, Ваше Величество, — совершенно невозмутимо парировал я, слегка приобняв Ольгу за талию. — Позвольте представить: Ольга Смирнова, моя будущая супруга. У нас в роду нет секретов между главой и его избранницей.</p><p>Я почувствовал, как Ольга перестала дышать. Её щёки вспыхнули ярким румянцем, но она каким-то нечеловеческим усилием воли удержала лицо и лишь слегка склонила голову перед монархом.</p><p>Александр пару секунд смотрел на нас, затем хмыкнул и покачал головой:</p><p>— Что ж… Раз так, пусть присутствует. Присаживайтесь.</p><p>Мы сели в глубокие кожаные кресла.</p><p>— Во-первых, Феликс, — заговорил Император уже совершенно другим, деловым тоном, — благодарю за Саратов. Твои машины спасли сотни жизней. Если бы не эта эвакуация, нам пришлось бы выбирать между жизнями мирных граждан и сдачей целого укрепрайона. А за пленных орков — отдельное спасибо.</p><p>— Всегда к услугам Империи, Государь. Мы просто делали свою работу.</p><p>— Да-да, конечно, — усмехнулся Александр. — Служба… Скажи мне прямо, князь: чего ты хочешь? Зачем ты прилетел в столицу на самом деле? Моя разведка до сих пор глушит успокоительное пачками. Они на полном серьёзе ждут военного переворота.</p><p>— Ваше Величество, уверяю вас, — рассмеялся я. — Мы прибыли просто отдохнуть. Погулять по столице, сводить девушку в приличный ресторан и накупить ей платьев. Никаких заговоров. Ваша корона мне даром не нужна, у меня в Приморье и своих забот выше крыши.</p><p>Мы оба улыбнулись. Разговор оставался лёгким, но рамки дозволенного каждый из нас прекрасно держал в голове.</p><p>— Касательно компромата, который вы нам скинули… — продолжил Император. — Аналитики утверждают, что на полную расшифровку и проверку уйдёт не меньше года. Слишком уж много там данных.</p><p>— Ваши аналитики мыслят категориями прошлого века, Государь. На что у ваших людей уйдет год, моим машинам хватит одной ночи. Сгрузите весь массив данных в мой Рой. К утру на вашем столе будут лежать папки с раскладкой по родам и персоналиям: схемы финансирования диверсий, лондонские счета, утечки китайцам и саботаж в министерствах. Железобетонные улики, которые примет любой трибунал.</p><p>Александр помедлил пару секунд и кивнул:</p><p>— Договорились. Доступ к закрытому серверу получите через час.</p><p>Дверь открылась, и в кабинет вошел пожилой господин в профессорском сюртуке — седобородый, в старомодных круглых очках.</p><p>Я автоматически глянул на его энергетику. Надо же. Тончайшие структуры ментальных узлов, собранные строго по канонам школы Высших Конструкторов.</p><p>— Нифига тебя занесло, Лепенций…</p><p>Старик вздрогнул и ошалело уставился на меня. Кожаная папка выскользнула из его пальцев и шлепнулась на пол. Совершенно забыв об Императоре, он с размаху бухнулся на колени и уткнулся лбом в паркет прямо у моих ног.</p><p>— А вы… вы помолодели, господин! — прошептал старик. — Здесь… здесь меня знают под именем Алексей Петрович Иванов… Но я помню! Я всё помню, Великий!</p><p>Александр Пятый застыл с поднятым бокалом, его челюсть медленно поползла вниз.</p><p>Алексей Петрович Иванов — главный научный гений Империи. Человек-легенда, перерожденец, который помнил свою прошлую жизнь с шести лет и в одиночку поднял российскую науку на невиданную высоту. Монарх буквально пылинки с него сдувал, исполнял любые капризы, выделил закрытые лаборатории на Урале… И этот живой памятник науки сейчас валялся в ногах у двадцатилетнего пацана, как нашкодивший раб.</p><p>Ольга смотрела на это чуть спокойнее — после того, что я показал ей в астрале, её уже трудно было удивить, но и она с интересом вытянула шею.</p><p>— Значит, не зря я тебе жизнь оставил тогда, в секторе Тау-Кита…</p><p>— Каждый день молюсь о вашем здравии и вашем благоразумии, господин! — не поднимая головы, затараторил Лепенций. — Каждое мгновение моей новой жизни принадлежит вам!</p><p>— Вы… вы знакомы⁈ — наконец выдавил из себя Император.</p><p>— Типа того. Старые дела минувших эпох.</p><p>— Но где⁈ Когда вы могли познакомиться⁈ — Александр переводил ошарашенный взгляд с меня на великого академика.</p><p>— Это лишняя информация, Ваше Величество, — отрезал я и снова обратился к коленопреклонённому старику: — Ну-ка, Лепенций, встань с пола и быстренько перечисли мне, что из твоих конструкторских навыков уцелело при переносе в этот мир.</p><p>Академик подскочил, вытянулся по струнке и начал сыпать терминами, от которых у Императора и Ольги окончательно закипели мозги:</p><p>— Сохранены матрицы пространственной компрессии третьего ранга с фазовой стабилизацией, господин! Полный доступ к формулам синтеза мономолекулярного иридия! Воссозданы резонансные контуры эфирного расщепления материи, катализаторы гравитационной инверсии…</p><p>— Достаточно, — оборвал я его. — База на месте.</p><p>Я повернулся к онемевшему Императору:</p><p>— Ваше Величество, одолжите мне этого дедушку в командировку? В Приморье, на пару недель.</p><p>Отказать мне после всего увиденного он явно не мог, но отдавать главное научное сокровище Империи в мои загребущие лапы ему было до смерти страшно.</p><p>— Э-э… князь… Алексей Петрович занят на важнейших государственных проектах… — попытался сманеврировать монарх.</p><p>Тут в разговор вмешался сам академик:</p><p>— Всё в полном порядке, Ваше Императорское Величество! Не беспокойтесь за меня! Если бы уважаемый Феликс хотел меня убить, он сделал бы это гораздо-гораздо раньше. Да, собственно, он и сейчас мог бы с лёгкостью убить нас всех в этой комнате за доли секунды.</p><p>Император побледнел. Охрана за его спиной среагировала мгновенно — у бойцов сорвало резьбу от паранойи.</p><p>— Аудиенция окончена! — заорал командир личной охраны государя, выхватывая силовой щит. — Угроза первого уровня! Эвакуация!</p><p>В кабинет ворвался десяток тяжеловооружённых гвардейцев. Они мгновенно облепили Императора, накрыли его тремя слоями мерцающих кинетических куполов и буквально на руках, пятясь и целясь во все стороны, поволокли монарха в сторону эвакуационного лифта.</p><p>— Вот дятел… — я покачал головой, глядя на академика. — Ну нахрена ты это ляпнул? Напугал государя на ровном месте.</p><p>— Простите, господин… — Лепенций виновато развел руками. — Привычка мыслить абсолютными категориями вероятностей.</p><p>— Ладно, проехали. В командировку тебя, судя по всему, отпустили. Как скоро сможешь добраться до Уссурийска?</p><p>— Мне бы сперва на Урал завернуть, в тайную лабораторию, забрать накопители с кристаллами. А оттуда сразу к вам, за неделю точно управлюсь.</p><p>— Давай, не тяни. Работы невпроворот.</p><p>Мы с Ольгой вернулись в Георгиевский зал. Придворные вовсю шушукались и бросали на нас тревожные взгляды: весть о том, что личная охрана в спешке увела императора, уже успела разлететься среди гостей.</p><p>Впрочем, переполох длился недолго. Из боковой галереи скорым шагом вышел сам Александр Пятый. Выглядел он чуточку взъерошенным, но держался вполне невозмутимо. Монарх быстро нашел нас глазами, подошел прямо к нашему столику и, наклонившись к самому моему уху, едва слышно произнес:</p><p>— Извини за этот цирк, Феликс. Протокол сработал на автомате, эти дуболомы среагировали на кодовые фразы.</p><p>Я понимающе кивнул. Сам государь вовсе не паниковал — ему просто приходилось мириться с чрезмерным рвением собственной охраны.</p><p>Александр выпрямился, повернулся к опешившей Ольге и с безупречной вежливостью протянул ей руку:</p><p>— Сударыня… Позволит ли ваш грозный жених пригласить его прекрасную невесту на танец?</p><p>Ольга с трудом сглотнула, но чувств, к моему удивлению, не лишилась. Метнула в мою сторону быстрый растерянный взгляд, я ободряюще подмигнул, и она несмело оперлась на ладонь монарха. Оркестр как раз заиграл торжественный вальс, когда они вышли в самый центр зала.</p><p>Публика ахнула, и шепотки вокруг разом стихли. Император лично кружил бывшую «террористку» Фурию, окончательно закрывая любые пересуды о её новом статусе. Постепенно Ольга перестала зажиматься, щеки у нее порозовели, а на лице появилась настоящая улыбка. За её безопасность здесь можно было больше не переживать.</p><p>Идиллическую картину вечера бесцеремонно оборвал Сириус, без предупреждения ворвавшись в мою голову:</p><p>«Повелитель! Чрезвычайная ситуация в Уссурийске! По всему городу идут мощные подземные толчки, рвет коммуникации, оседает грунт! На природную сейсмику не похоже, да и на орков тоже. Кто-то целенаправленно долбит из-под земли!»</p><p>Я мгновенно подобрался. Враг нанёс удар ровно тогда, когда я находился за девять тысяч километров от дома. Они думали, что поймали меня.</p><p>Ольга закончила танцевать и вернулась ко мне, сияющая и счастливая. Император с улыбкой поклонился нам обоим.</p><p>— Прошу прощения, Ваше Величество, — произнёс я леденящим душу голосом. — Мне нужно срочно откланяться. Кажется, кто-то в этом мире очень сильно захотел умереть.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Китайская Технократическая Республика, Пекин</p><p>Сверхглубокий подземный командный комплекс</p><p>Лампы дневного спектра светили ярко, но абсолютно не грели. Сколько бы люменов ни выдавали новейшие светодиодные панели, вмонтированные в сводчатый потолок на глубине шестидесяти метров под землей, они не могли заменить настоящего солнца.</p><p>Верховный Руководитель Ли Чжун ненавидел этот свет. Он любил тепло, любил утренние лучи, заливающие террасу его Дворца, любил запах нагретой черепицы и цветущих лотосов в императорском пруду.</p><p>А теперь он жил как крот.</p><p>Каждую секунду, вдыхая стерильный воздух с лёгким привкусом машинного масла, он вспоминал, кто именно загнал его под землю. Там, наверху, строительные бригады в три смены разгребали завалы. Дворец восстанавливали. Тысячи рабочих заново возводили павильоны, перекладывали обугленные стропила и заменяли потёкшую кровлю. Но пока над Пекином окончательно не выровняли климатический фон, пока атмосфера ещё вздрагивала от остаточных возмущений той проклятой бури, находиться на поверхности было небезопасно.</p><p>И виной всему был один русский мальчишка.</p><p>В кабинет быстро вошёл начальник аналитического управления разведки. За ним семенили двое адъютантов с планшетами.</p><p>Все во дворце знали: за последние недели любое упоминание Приморья вызывало у Верховного Руководителя приступы бешенства, после которых летели погоны и рушились карьеры.</p><p>— Докладывай, — бросил Ли Чжун.</p><p>— Господин Руководитель… — аналитик низко поклонился. — Срочное донесение из Петербурга. Объект «Бездушный»… проявил себя в столице Российской Империи.</p><p>— Говори.</p><p>— Минувшей ночью князь Бездушный прибыл в Петербург. Прибыл скрытно, на гиперзвуковом объекте неизвестной конструкции, полностью проигнорировав всю систему противовоздушной обороны русских. Снял императорский номер в лучшей гостинице города, а ещё отправился в закрытый клуб «Элизиум». Там произошёл инцидент: сын графа Любухина полез на рожон и попытался устроить драку. В ответ Бездушный пустил в ход неизвестное оружие малой мощности и разом уложил спать всю вип-зону. Вырубил около пятидесяти аристократов, среди которых оказались наследники ключевых фамилий. Шесть задетых родов тут же подняли боевые группы и попытались перехватить его на выходе…</p><p>— И?</p><p>— Все шесть отрядов разбиты или разоружены. Их бронетехнику сожгли высокоточными ударами прямо в гаражах родовых поместий, кланы понесли чудовищные убытки. Но и это не всё. Сегодня вечером Бездушный официально приглашен на Большой Императорский прием в Зимний дворец. Идет туда вместе со своей соратницей, кибертеррористкой Ольгой Смирновой.</p><p>Аналитик умолк и рефлекторно втянул голову в плечи, ожидая, что через секунду в него полетит тяжелая нефритовая пепельница со стола. Однако броска так и не последовало.</p><p>Ли Чжун молча разглядывал подчиненного, а затем на его лице проступила искренняя, довольная улыбка.</p><p>— Значит, он сейчас в Петербурге?</p><p>— Так точно, господин. Подтверждено всеми нашими агентами</p><p>— В девяти тысячах километров от Уссурийска… — Ли Чжун закрыл глаза, наслаждаясь моментом.</p><p>Офицеры в штабе даже подумали, что он безумен. За последнее время многие шептались между собой, что Республика проиграла войну. И, если быть честными, в открытом противостоянии это было правдой. Обмен ударами показал: русские каким-то чудом создали технологии, превосходящие все разработки Пекина. Лучшее климатическое оружие, гордость Технократии, вернулось им же на головы, превратив Дворец в руины. Нападать армией через Амур было бессмысленно — дроны Бездушного перемололи бы дивизии ещё на переправах.</p><p>Прямую войну Китай проиграл. Но война никогда не бывает только прямой.</p><p>— Собрать малый совет, — приказал Ли Чжун, открывая глаза. — Советника Лианя и главного инженера Вэй Пэна ко мне.</p><p>Через три минуты оба высших сановника уже стояли перед столом.</p><p>Старый советник Лиань, отвечавший за внешнюю политику, выглядел так, словно всю ночь пил уксус. Напротив сидел Вэй Пэн — главный технический гений Республики, чьи изобретения обычно вызывали оторопь даже у собственного руководства.</p><p>Посередине стола мягко светилась объемная карта Приморского края. Километрах в пятнадцати западнее Уссурийска, глубоко в толще скального массива, мерно мигал красный маркер — модуль «Тайшань».</p><p>— Напомни параметры, — не отрывая взгляда от проекции, произнес Ли Чжун.</p><p>— Глубина — сто восемьдесят пять метров, господин руководитель. Плотный гранитный монолит. Сбросили прямо с орбитальной платформы, и в породу он вошел без малейшего сейсмического шума: четверо магистров школы Земли отлично отработали заклятьями текучести. Накопители заряжены под завязку. Модуль невидим для сканеров, полностью автономен и в любой момент готов выдать направленный тектонический сдвиг.</p><p>— А маскировка?</p><p>— Идеальная, — инженер довольно ухмыльнулся. — Ни единого иероглифа, ни одной нашей микросхемы. Свинец для корпуса прогнали через цепочку фирм-однодневок в Бразилии, силовую проводку заказали у немцев, а все расходы списали на счет фонда развития африканских регионов. Что до управляющих плат… — Вэй Пэн мерзко хихикнул, — … это списанная русская армейская электроника, которую прапорщики на складах во Владивостоке продали нашим контрабандистам за ящик водки. Если они раскопают этот модуль — они найдут там только собственное воровство.</p><p>— Прекрасно, — кивнул Ли Чжун.</p><p>Единственное, чего по-настоящему боялся Верховный Руководитель, — это присутствие Бездушного на месте. Этот щенок обладал сверхъестественным чутьем. Он умудрялся перехватывать ракеты голыми руками, перенаправлять ураганы и взламывать то, что взломать невозможно. Если бы Феликс находился в городе, он мог почувствовать первые гармоники резонанса и нейтрализовать модуль до того, как тот наберёт силу.</p><p>Но сейчас Бездушный был на другом конце континента, за девять тысяч километров — пил вино, красовался перед столичными шлюхами и купался в лучах славы.</p><p>А Уссурийск остался голым.</p><p>— Господин Руководитель! — подал голос советник Лиань, падая на колени. — Умоляю вас! Одумайтесь! Мы должны отступить!</p><p>— Отступить?</p><p>— Бездушный — демоническое отродье! — затрясся старик. — Он вычислил и перенаправил наш климатический шторм за один час! За один час, господин! А ведь над той установкой работали сотни учёных! Если он поймёт, что происходит… Если он найдёт способ отразить сейсмическую волну обратно… Второй такой катастрофы Пекин не переживёт! Наша земля треснет, столица уйдёт под землю! Мы должны сдаться, забыть о пандах, выплатить контрибуцию и молить о мире!</p><p>— Трусливый дурак! — рявкнул Вэй Пэн, презрительно глядя на дипломата. — Ты сравниваешь небо и землю! Шторм шёл через открытую атмосферу, его энергия фонила на тысячи километров, создавая видимый вектор! А «Тайшань» сидит в базальтовой толще! Там нет магии, только чистый физический резонанс, маскирующийся под естественные подвижки тектонических плит! Его невозможно засечь с воздуха, а отразить сейсмический удар сквозь две тысячи километров горного массива не сможет даже бог!</p><p>Ли Чжун поднял руку, и спор мгновенно оборвался. Руководитель посмотрел на Уссурийск — город, который стал символом его позора. На город, где его генералов выставляли идиотами, а панд кормили русскими оладьями.</p><p>— Никакой открытой войны, — произнес Ли Чжун, качнув головой. — Обойдемся без авиации и танковых колонн, русские не должны получить повод заявить об агрессии. Но и спускать им такое мы не намерены. Подарок давно закопан у них прямо под ногами, так что время пришло. Вэй Пэн?</p><p>— Слушаю, господин!</p><p>— Активируйте модуль «Тайшань».</p><p>— На полную мощность? — инженер уже взялся за ключ запуска. — Расколоть плиту?</p><p>— Нет, — оборвал его Ли Чжун. — Девять баллов привлекут международные сейсмослужбы, а Петербург в ту же минуту объявит военное положение. Лишний шум нам ни к чему, так что начнем с малого. Дайте треть мощности и настройте подземный резонанс на низкие частоты. Сначала должны поплыть грунты: лопнут водопроводы, пойдут трещинами заводские фундаменты, просядут трассы и обвалятся мосты. Город обязан погружаться в собственный строительный мусор постепенно, день за днем. Все должно выглядеть обычной чередой техногенных аварий на фоне природной аномалии. А вот когда здания начнут складываться одно за другим и перепуганные жители ринутся прочь из мышеловки, мы и посмотрим, как их князек бросится спасать свое добро из далекого Петербурга. Запускайте.</p><p>Вэй Пэн провернул ключ в гнезде терминала и до упора вдавил круглую кнопку пуска.</p><p>Глубоко в толще приморского гранита с глухим металлическим скрежетом ожил многотонный бур. По внешней обшивке багровым светом налилась вязь рун, взвыл раскручивающийся реактор, и плотная, тяжелая вибрация пласт за пластом покатилась сквозь скальную породу в сторону Уссурийска.</p></section><section><title><p>Глава 4</p></title><p>Глава 4</p><p>Ольга едва поспевала за мной на каблуках. Она прижимала к груди сумочку и то и дело поглядывала в телефон, куда сплошным потоком падали экстренные сводки с Дальнего Востока.</p><p>— Сириус, давай расклад, — бросил я во внутренний канал связи. — Что там с частотами? Накрыть эпицентр куполом пробовали?</p><p>— Бесполезно, Повелитель. Защитные поля сносит за пару секунд. Пробовал перебросить мощность через узловые станции «Филина», растянуть фазовый экран над водохранилищем — всё впустую. Импульс бьёт из самой толщи скального массива, а модуляция скачет каждые четыре секунды.</p><p>— А резонансные гасители?</p><p>— Смяло сдвигом пластов. Тектонический удар только разгоняется. Если так пойдёт дальше, фундаменты высоток в центре Уссурийска начнут трескаться уже часов через шесть. А к исходу полусуток не выдержит дамба, и город вместе со всеми нашими заводами и Башней просто смоет.</p><p>— Двенадцать часов, значит… — процедил я. — Надо же, какую тонкую и дорогую пакость нам устроили. Сириус, есть мысли, чья работа?</p><p>— Анализ сигнатуры не оставляет сомнений, Повелитель. Вектор сброса, плотность маго-механической связки… Это Пекин.</p><p>— Прекрасно. Они сами подписали себе приговор. Что там с дронами, почему не вскрыли породу на глубине?</p><p>— Мы потеряли шестьдесят четыре юнита за последние десять минут, — доложил Сириус. — Электромагнитная буря вокруг эпицентра выжигает платы управления. Максимальное время жизни дрона в активной зоне — тридцать секунд. Металл буквально плавится от наведённых токов. Подобраться на дистанцию бурения невозможно'.</p><p>Мы выскочили на улицу и запрыгнули в поджидавшее нас такси. Водитель вдавил газ, унося нас к «Гранд Отелю».</p><p>— Раз стандартные юниты горят… Задействуй Арни, выводи его на перехват.</p><p>— Повелитель… это критический риск. Биомеханический каркас А-РН800 выдержит температурную и электромагнитную нагрузку. Но если наведённые токи пробьют контур подавления… Существует сорокапроцентная вероятность, что базовая директива Механического Пастыря восстановится. Он перегрузит ядро антиматерии, и тогда Уссурийск перестанет существовать не за шесть часов, а за восемь. Мы выиграем от силы сто двадцать минут времени ценой потенциального апокалипсиса.</p><p>— Я успею прибыть на место до того, как его мозги встанут набекрень, — отрезал я. — Выполняй, гони его к эпицентру.</p><p>Такси с визгом затормозило у парадного входа «Гранд Отеля». Я бросил на торпеду пачку купюр, выскочил наружу и потянул Ольгу за собой, направляясь к скоростным лифтам, ведущим на вертолётную площадку на крыше.</p><p>— Феликс, что происходит⁈ — задыхаясь на бегу, выкрикнула она. — У меня в ленте паника! В Уссурийске трескаются дороги, из подвалов бьёт кипяток!</p><p>— Китайцы передали нам пламенный привет, — бросил я, нажимая кнопку вызова лифта.</p><p>— Повелитель, — вклинился Сириус. — Объект А-РН800 отказывается покидать периметр базы. Он утверждает, что его протокол — охрана Феликса, а Феликса в Уссурийске нет.</p><p>— Твою мать… — рыкнул я вслух. — Выведи меня на его канал с видео.</p><p>Лифт взмыл вверх. На экране моего смартфона открылась прямая трансляция.</p><p>Гараж в нашем поместье. Посреди полутёмного бокса стоял тяжёлый мотоцикл, на котором с каменным лицом восседал Арни. Нацепив кожанку с солнцезащитными очками, поверх которых нелепо торчала та самая рогатая каска орка, здоровяк сидел без единого движения, пока вокруг него бестолково кружили дроны.</p><p>— Арни, слушай меня! — рявкнул я в динамик.</p><p>Красные огоньки за темными линзами мигнули, и киборг неторопливо повернулся к объективу камеры.</p><p>— Твоя задача — защита Феликса, подтверждаешь?</p><p>— Подтверждаю. Угроза объекту в текущей локации отсутствует.</p><p>— Да угроза прямо под твоими колесами, кусок железа! — зарычал я в микрофон. — В пятнадцати километрах к западу от города зарыта хреновина, способная через пару часов разнести к чертям все мои активы: меня, тебя, базу и серверную с твоими дурацкими мультиками! Выдвигайся к эпицентру немедленно. Выкручивай газ на максимум, находи источник колебаний и глуши его собственной тушей! Это прямой приказ, а я твой единственный Повелитель!</p><p>Под броней его черепа сухо щелкнуло реле.</p><p>— Приказ принят, — прогудел он низким басом.</p><p>Тяжелый кованый ботинок вдавил педаль, байк оглушительно взревел на всю улицу, и из выхлопной трубы повалил плотный сизый дым. Арни крутанул ручку газа, с пробуксовкой сорвался с места, вынес к чертям деревянные ворота гаража и понёсся по ночной трассе в сторону тайги.</p><p>— Сириус, замыкай на него все свободные энергоконтуры, — скомандовал я, выходя из дверей лифта на продуваемую ледяным ветром вертолётную площадку на крыше отеля. — Его броня выдержит ударную волну. Пусть давит эту дрянь своей энергией, пока я не долечу.</p><p>На площадке дежурили двое штатных сотрудников отеля в тёплых куртках и начальник службы безопасности. Увидев меня без верхней одежды и дрожащую от холода Ольгу в вечернем платье, начальник охраны шагнул навстречу.</p><p>— Ваше Сиятельство! Вы, судя по всему, очень спешите? Мы можем вызвать для вас дежурный вертолет Доставим в любую точку области за двадцать минут!</p><p>— Спасибо, обойдусь, — бросил я, всматриваясь в затянутое тучами ночное небо над Невой. — Мой транспорт уже на подходе. Освободите посадочный круг.</p><p>Охранники переглянулись. Наверное, решили, что молодой князь перебрал шампанского и ждёт чуда.</p><p>И чудо не заставило себя ждать.</p><p>Облака над Васильевским островом закрутило спиралью, и прямо из ночной тьмы, плавно гася гиперзвуковую скорость, матово-чёрная громадина — настоящий малый корвет, ощетинившийся тяжёлыми гравитационными пластинами и светящимися лазурными дюзами реакторов. Аппарат завис над крышей, обдав персонал волной воздуха, и выпустил посадочные опоры.</p><p>— Ольга, на борт, — я подтолкнул девушку к открывающейся аппарели.</p><p>Тяжелая створка герметично захлопнулась за нами, и корабль свечой ушёл в стратосферу, оставляя позади огни столицы.</p><p>Полет на семи махах занял чуть больше сорока минут, но когда мы вышли из облаков над Приморьем, тайга в пятнадцати километрах к западу от Уссурийска напоминала вспаханное поле гигантского плуга. Вековые кедры валялись штабелями, земля пошла глубокими трещинами. Но хуже всего был магический фон — пространство буквально звенело, отравленное неестественной вибрацией, которая била по мозгам даже сквозь бронестекло глайдера. Земля пульсировала, как воспаленная вена.</p><p>В самом центре зоны поражения виднелся мотоцикл Арни. Сам киборг стоял на коленях, а вокруг него непрерывно били синие дуги электрических разрядов. Его эндоскелет раскалился докрасна, но он продолжал сдерживать импульсы собственной аурой.</p><p>Я выпрыгнул с высоты десяти метров, приземлившись на осыпающийся край кратера. Магия Техносов смягчила удар, но ноги по щиколотку ушли в каменную пыль.</p><p>Подойдя к краю воронки, я активировал Глаз Техноса. То, что открылось моему зрению, заставило меня грязно выругаться. Там, в толще земли, пульсировала сложнейшая руническая матрица, завязанная на глубинную тектонику континентальной плиты. Снаряд ушёл на глубину почти в двести метров, и его импульсы уже вошли в резонанс с базальтовым основанием региона.</p><p>С наскока эту дрянь было не отключить. Если просто взорвать её к чертям — сдетонирует накопленный в рунах потенциал, и земля под Уссурийском провалится в бездну вместе с половиной края. Если не трогать — через несколько часов разрушения станут необратимыми.</p><p>— М-да, ситуация… — протянул я. — Пожалуй, тут действительно наворотили на высшем уровне.</p><p>Я стянул с себя пиджак, бросил его прямо на землю и закатал рукава рубашки.</p><p>— Так-с, подержите моё пиво, я сейчас.</p><p>— Повелитель! — завопил рядом Сириус. — У вас нет пива! В радиусе пятидесяти километров отсутствует пиво! Мои манипуляторы пусты! Что мне держать⁈ Скажите, что мне держать⁈ Протокол требует удержания объекта, но объекта нет!</p><p>Я молча поднял руку и нажал аварийный тумблер перезагрузки на его нижнем блоке. Огни Сириуса погасли. Корпус на секунду просел в воздухе, а затем системы перезапустились, и сенсоры зажглись ровным светом.</p><p>— Сбой устранен, — монотонно произнёс дрон. — Обработал контекст. Понял, это была классическая человеческая ирония, означающая готовность к сверхусилиям. Я спокоен и готов ассистировать.</p><p>— Вот и умница, — усмехнулся я. — А теперь отойди.</p><p>Арни повернул ко мне изуродованную голову. Правый глаз-окуляр выгорел от перегрузки, обнажив металлическую глазницу, синтетическая плоть на челюсти сгорела до титанового каркаса.</p><p>— Феликс… — прогудел он с перебоями. — Модуль… нестабилен. Температура реактора превысила…</p><p>— Отойди, Арни, ты отлично поработал. Дальше моя смена.</p><p>Киборг разжал дымящиеся манипуляторы и грузно осел на одно колено, освобождая мне пространство.</p><p>Местная магия против конструктов такого уровня была бесполезна. Зато я отлично помнил свои старые протоколы — еще со времен, когда проектировал планетарные комплексы.</p><p>Я выбросил руки вперед, и пространство вспыхнуло лазурным сиянием. Под ногами, прямо по пыли и камням, побежали светящиеся дорожки. Они сплетались в расчетные дуги, матрицы подавления материи и руны древних Техносов, за пару секунд выстроившись в тридцатиметровый фрактальный круг.</p><p>Воздух задрожал от плотности поля. Земля потеряла привычную тяжесть, так что мелкие камешки вместе с обломками железа медленно поплыли вверх, зависая на уровне пояса.</p><p>— Печать Первого Порядка. Блокировка резонанса, — процедил я сквозь зубы.</p><p>Внутренности сразу обожгло чистой мощью. По вздувшимся венам ударил чудовищный перегруз, они мгновенно потемнели под кожей. Ладони засаднило от жара, послышался сухой треск лопающегося эпидермиса, и от пальцев потянулся едкий дымок. Это смертное тело не было приспособлено для таких нагрузок. Мышцы сводило судорогой, во рту стоял медный привкус крови.</p><p>«Еще немного… Замкнуть четвёртый контур… Перенаправить вектор в ядро…»</p><p>Я вгрызался в структуру подземного механизма своей волей, слой за слоем гася импульсы и сковывая кинетический двигатель. Но на глубине ста метров я вдруг наткнулся на глухую стену. Это было нечто живое. В моё сознание, прямо сквозь ментальные щиты, ударил яростный рёв:</p><p>— ЧТО ТЫ ТАКОЕ, ЖАЛКИЙ ЧЕРВЬ⁈ ВМЕШАТЕЛЬСТВО В МОЮ СТРУКТУРУ КАРАЕТСЯ СМЕРТЬЮ! Я — ТОТ, КТО СОТРЁТ ЭТОТ МИР В ПЫЛЬ! Я — ДУХ НЕДР, ОБЛЕЧЁННЫЙ В СТАЛЬ! ОТСТУПИ, ИНАЧЕ Я ВЫЖГУ ТВОЮ ДУШУ ДО САМОГО ОСНОВАНИЯ!</p><p>Я на секунду замер от неожиданности, а затем сквозь адскую боль в обожжённых руках на моём лице расплылась широкая улыбка.</p><p>— Так вот оно что… — прохрипел я, сплёвывая кровь. — Вы, ублюдки, не смогли сами стабилизировать матрицу… и засунули внутрь земснаряда мелкого божка! Сделали из него батарейку для своего бура!</p><p>— Я РАЗДАВЛЮ ТЕБЯ!!! — его сущность, почувствовав мой ментальный канал, ринулась по нему вверх, прямо ко мне. Тварь хотела сделать то, что духи делали всегда — ворваться в душу смертного Одарённого, разорвать её изнутри, сжечь сознание и оставить от человека пустую пускающую слюни оболочку.</p><p>— СДОХНИ, ЧЕЛОВЕК! Я ПОЖРУ ТВОЮ ДУШУ!</p><p>Я запрокинул голову и расхохотался.</p><p>— Жри, скотина! Жри, сколько влезет!</p><p>Сущность духа ворвалась в меня… и провалилась в бесконечную пустоту. Там не было тёплой человеческой искры, которой можно было насытиться, только абсолютная пустота верховного Техномага. Поток изменил направление. Теперь не дух выжигал меня, а моя внутренняя пустота начала жадно, с чавкающим звуком втягивать в себя сущность мелкого божка. Контур замкнулся в обратную сторону.</p><p>— ЧТО ЭТО⁈ — в голосе духа впервые прорезался нечеловеческий ужас. — ГДЕ ТВОЯ СУТЬ⁈ ПОЧЕМУ ТЫ НЕ УМИРАЕШЬ⁈ ОТПУСТИ МЕНЯ! ОТПУСТИ!</p><p>— Ты сам пришёл, гость дорогой, — процедил я сквозь зубы, сжимая ментальные челюсти. — Вход бесплатный, выход — твоя жизнь.</p><p>Я активировал полное выжигание. Золотистый свет моих рун окрасился в ослепительно-белый. Магия Техносов выпотрошила духа за считанные секунды, превратив его тысячелетнюю мощь в чистую энергию, которой я тут же намертво запечатал ядро бура.</p><p>Снаряд под землёй вздрогнул в последний раз. Руны на его обшивке осыпались серой пылью. Подземный гул, терзавший край последние часы, резко оборвался.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Я сидел на краю воронки, свесив ноги вниз, и тяжело дышал. Руки всё ещё дымились. Кожа на ладонях покрылась волдырями и копотью, рубашка превратилась в обгоревшие лохмотья, но внутри разливалось приятное чувство победы.</p><p>По трапу глайдера, спотыкаясь и путаясь в подоле вечернего платья, чуть ли не кубарем скатилась Ольга.</p><p>— Феликс! — закричала она, подбегая ко мне и падая на колени рядом в грязь. — Феликс, ты живой⁈ Господи, от тебя дым идёт!</p><p>Она схватила меня за плечи, лихорадочно ощупывая, словно проверяя, все ли конечности на месте. В её глазах стояли самые настоящие слезы.</p><p>Я посмотрел на неё и снова не сдержался — тихонько прыснул со смеху, запрокинув голову к очистившемуся ночному небу.</p><p>— Ты… ты чего ржёшь, псих⁈ — разозлилась Ольга, вытирая слёзы. — У тебя руки сгорели! Мы чуть все не сдохли! Почему ты смеёшься⁈</p><p>Я вытер кровь с подбородка и посмотрел на неё с хитрым прищуром:</p><p>— Да понимаешь, Оля… Во-первых, китайцы оказались теми ещё затейниками. Они засунули в эту механическую клизму настоящего мелкого бога в качестве батарейки.</p><p>Ольга ошарашенно моргнула:</p><p>— Бога? В какое-то устройство?</p><p>— Ага. А во-вторых этот идиот в самом конце решил меня наказать и попытался уничтожить мою душу.</p><p>Ольга непонимающе нахмурилась:</p><p>— И что? Что в этом смешного? Это же смертельно!</p><p>Сириус, зависший над нашими головами и уже начавший распылять на мои обожженные руки регенерирующий аэрозоль, невозмутимо подал голос:</p><p>— Госпожа Ольга, вы упускаете фундаментальную переменную. У Повелителя нет души.</p><p>Ольга посмотрела на Сириуса, потом на мои дымящиеся ладони, потом в мои абсолютно спокойные глаза.</p><p>— Ах да… — пробормотала она, нервно хихикнув. — Я вечно забываю эту маленькую деталь.</p><p>Я поднялся на ноги, опираясь на подставленное металлическое плечо подошедшего Арни. Киборг уже успел нацепить на разбитую физиономию тёмные очки.</p><p>— Все живы, город цел, — я глубоко вдохнул прохладный таёжный воздух. — Сириус.</p><p>— Слушаю, Повелитель.</p><p>— Наше вежливое молчание затянулось. Подготовь для Китайской Технократической Республики… достойный ответ.</p><p>— Какой именно категории, Повелитель? Дипломатической, информационной, экономической или военно-террористической?</p><p>— Объедини все четыре. Заодно прояви немного фантазии. Пора объяснить дорогим соседям реальную стоимость квадратного метра разрушений в моём городе.</p><p>Китайская Технократическая Республика, Пекин</p><p>Сверхглубокий командный комплекс</p><p>Аварийные сирены наконец-то смолкли, а принтеры прекратили выдавать бесконечные бумажные сводки разрушений. Дежурные операторы больше не срывали голоса, пытаясь докричаться друг до друга на перекличках. Десятки мониторов на стенах зала вернулись в штатный режим. Ещё полчаса назад они пестрели графиками тектонического резонанса, но сейчас показывали обычные ровные линии: сейсмическая активность в Приморье полностью остановилась.</p><p>Верховный Руководитель Ли Чжун стоял у центральной консоли. Попытка отпить остывшего чая закончилась тем, что пиала больно звякнула о зубы, и тёмная лужица моментально впиталась в ткань шёлкового френча.</p><p>Не обращая на это внимания, Ли Чжун вчитывался в единственную мерцающую строку системного лога:</p><p>«Объект Тайшань».</p><p>Телеметрия: 0%.</p><p>Магический контур: разрушен.</p><p>Энергетическое ядро: аннигилировано.</p><p>Биологическая сигнатура духа-катализатора: отсутствует.</p><p>Статус: МЁРТВ'.</p><p>— Мёртв, — одними губами произнёс правитель нации, на секунду подавившись собственным дыханием. — Как такое вообще возможно?</p><p>Желудок неприятно подвело от спазма. Математики и инженеры выверяли каждую долю процента. За плечами оставались долгие годы работы с теорией, а закрытые горные лаборатории трудились на износ, пропуская терабайты данных через маго-инженерные симуляторы. Ушли сотни сложнейших тестов ради итогового результата.</p><p>В этом мире у «Тайшаня» отсутствовали конкуренты. Британская корона вместе с заносчивой Российской Империей плелись далеко позади, да и хвалёные технологичные Штаты даже близко не подползли к такому уровню науки. Разработка проектировалась как главный козырь для окончательного установления гегемонии Китая на мировой арене.</p><p>И уж точно по изначальному замыслу никто не собирался пускать подобный ресурс на банальные приграничные разборки за тайгу. Этот комплекс готовили для масштабного геополитического передела. По изначальному расчету требовалось собрать пять таких модулей, на орбитальных челноках скрытно доставить к целям и закопать поглубже в окрестностях Вашингтона, Лондона, Петербурга, Токио и Берлина. Дальше оставалось лишь положить палец на пульт и выдвинуть ультиматум. Одно нажатие — и вражеская столица за пару часов сползает в рукотворный разлом. Мир обязан был склониться перед Поднебесной без единого ядерного взрыва, признав абсолютное технологическое превосходство.</p><p>И весь этот шедевр, венец векового труда, бездарно слили в лесах под каким-то захолустным Уссурийском.</p><p>Ли Чжун зажмурился от бессильной ярости, вспоминая семейный долг.</p><p>Мало кто на планете догадывался о реальности, но именно Китай первым сделал настоящий шаг к звездам. Еще его дед, председатель Ли, основал секретные верфи и наладил выпуск автоматических перехватчиков. Отец развил успех: десятки тяжелых буровых платформ годами прочесывали пояс астероидов, отлавливали космические тела и по крупицам вытягивали породу, которой никогда не существовало в земных недрах.</p><p>«Тайшань» создавался как главный памятник этим колоссальным трудам.</p><p>На один только рабочий бур ушло двенадцать килограммов чистого астрального феррума, поглощающего физические вибрации, и ещё десять кило звёздной меди, способной без нагрева проводить через себя тераватты магической энергии. Туда же добавили пять килограммов гравитационного орихалка для удержания пространственных искажений и килограмм первородного нуль-металла. Этот редчайший изолятор китайские космоботы добывали почти сорок лет, буквально по крупицам выпаривая жалкие шестьдесят-семьдесят граммов из многокилометровых астероидных глыб.</p><p>Труды трёх поколений правящей династии и миллиарды юаней, выкачанные из бюджета под грифом особой государственной тайны, обратились в прах всего за пару часов.</p><p>— Господин Руководитель, — подал голос советник Лиань. — Сейсмологи подтвердили данные: волна угасла, Уссурийск стоит. Военный совет ждет указаний, в приемной уже топчется генерал Пэн. Будем объявлять мобилизацию сухопутных частей или сразу готовить ракетный удар?</p><p>— Указания? — тихо отозвался правитель. — О чём ты говоришь, Лиань? Эта битва нами проиграна. Вполне вероятно, что заодно мы сдали саму войну и всё наше будущее. Я пока даже примерно не способен оценить масштабы пропасти, куда мы только что сорвались.</p><p>Советник быстро переглянулся с главой разведки. Лидера они привыкли видеть совершенно другим. В ярости Ли Чжун обычно ломал столы и грозился отправить штабных под трибунал. Текущая же глухая покорность напрягала куда сильнее его стандартных истерик.</p><p>— Дивизии всё ещё готовы к броску и ждут на границе, — осторожно заметил разведчик.</p><p>— Плевать на армию, — отмахнулся Ли Чжун. — Немедленно вводите в работу агента номер две тысячи триста восемьдесят семь.</p><p>— Это ведь глубокий резерв, господин! Если в Петербурге узнают…</p><p>— Они узнаю, и это станет частью цены. Выводите из спящего режима нашего глубоко законсервированного агента в Российской Империи — того, кто носит оперативный псевдоним «Герцог».</p><p>— Вы… вы хотите раскрыть герцога Бенедикта⁈ — прошептал советник Лиань. — Господин Руководитель, одумайтесь! Бенедикт — член Тайного Совета Российской Империи! Он входит в ближний круг императора Александра! Это наш самый ценный сотрудник! Мы потратили на его продвижение целое состояние! Если мы активируем его сейчас напрямую, его прикрытие будет сожжено навсегда!</p><p>— Делайте! — рявкнул Ли Чжун. — Пусть задействует все свои рычаги, пойдёт на любой риск, но добьётся для меня экстренной личной встречи с императором Александром. На нейтральной территории или прямо в Петербурге — мне плевать. Передайте: я гарантирую, что со стороны Китая не будет никаких уловок, покушений, диверсий или ловушек. Возможно, это наш единственный шанс избежать полного стирания с лица земли. Выполняйте.</p><p>Когда ошеломленные советники попятились к выходу, правитель снова вывел на экран последние секунды телеметрии погибшего «Тайшаня».</p><p>Да, со стороны это решение казалось поспешным, граничащим с паникой и предательством национальных интересов. Но советники не видели полного отчёта. Они смотрели на сухие цифры, а Ли Чжун смотрел на энергетические спектрограммы, переданные буром за мгновение до его гибели.</p><p>Он видел, как древний дух недр, вплетённый в структуру снаряда, не просто погиб в бою с превосходящей магией, а был выпит без остатка. Уничтожен в считанные секунды ненасытной пустотой. А за доли секунды до отключения датчиков сенсоры зафиксировали золотисто-лазурные линии, переписавшие геометрию сложнейших заклинаний.</p><p>Ли Чжун был образованным человеком и читал древние хроники. Китайские учёные наивно считали себя гениями, первооткрывателями и непревзойдёнными мастерами техномагии. Они гордились тем, что смогли спаять воедино древние чары стихий и современные микросхемы. Но тот, кто уничтожил «Тайшань» управлял ей так, словно сам написал её фундаментальные законы сотни тысяч лет назад, а жалкие потуги пекинских инженеров для него были детскими каракулями на песке.</p><p>С такой силой нельзя воевать танками или ракетами, с ней бессмысленно спорить с позиции силы. Её можно только попытаться задобрить или перенаправить.</p></section><section><title><p>Глава 5</p></title><p>Глава 5</p><p>Я с удовольствием потянулся на широкой кровати: перегруженные вчера энергетические каналы наконец перестали гудеть и пульсировать тупой болью. Эльвирина сыворотка в сочетании с парой часов нормального сна сотворила маленькое чудо, вернув телу привычную бодрость.</p><p>Сам же Уссурийск постепенно приходил в себя после вчерашней встряски. Резонанс, грозивший сровнять город с землей, мы вовремя заглушили, и теперь мои ремонтники вместе с городскими аварийщиками вовсю устраняли последствия. Они спешно варили лопнувшие трубы, заливали свежим асфальтом трещины на дорогах, вправляли перекошенные опоры и укрепляли поплывшие фундаменты жилых домов.</p><p>В официальных новостях тем временем крутили удобную для всех версию. Маргарита со своей пресс-службой сработала безупречно: «Локальная природная аномалия тектонического характера успешно купирована совместными усилиями МЧС и технических систем компании Филин»'. Ни единого слова про китайцев с их буром или древнюю тварь из недр. Если бы мы вывалили населению правду о попытке соседей закопать нас заживо, поднялась бы дикая волна паники и требований немедленно ударить ядерным оружием, а тогда весь край точно скатился бы в неуправляемый хаос.</p><p>Пока мы ночью летели из Петербурга на гиперзвуке, я успел закрыть ещё один важный хвост. Александр Пятый, впечатлённый моим визитом и явлением академика Лепенция, своё слово сдержал — доступ к закрытому серверу с архивами Тайной Канцелярии мы получили в полном объёме. И Ольга, долетев до базы, тут же вгрызлась в эти терабайты информации, не смыкая глаз.</p><p>Я накинул домашние штаны, лёгкую футболку и вышел на балкон.</p><p>— Сириус, — позвал я.</p><p>Дрон тут же вынырнул из маскировки, зависнув перед перилами.</p><p>— Доброе утро, Повелитель. Как спалось?</p><p>— Великолепно. Что там с нашей вчерашней «занозой»? Достали?</p><p>— Прямо сейчас завершаем подъём, — доложил он. — «Кроты» пробили встречную шахту, а «Кальмары» зацепили модуль силовыми тросами. Ждём только вас.</p><p>— Полетели, глянем на китайские чудеса поближе.</p><p>Через десять минут мой глайдер опустился на краю той самой воронки в тайге.</p><p>Шесть тяжёлых грузовых дронов, натужно гудя антигравами, как раз вытягивали из двухсотметровой расщелины массивную металлическую тушу бура. Снаряд был колоссальным — метров десять в длину, испещрённый спиральными желобами, покрытый налётом оплавленного базальта и копоти.</p><p>Транспортники с глухим стуком опустили громадину на расчищенный пятачок. Я подошёл ближе, запустил Глаз Техноса и провёл ладонью по ребристому металлу. Рунные цепочки на обшивке начисто выгорели во вчерашней контратаке, зато сам корпус выдержал.</p><p>— Вскрывай головной отсек, — велел я Сириусу.</p><p>Пара дронов-резчиков сразу рванула к носовой части. Плазменные лучи быстро срезали крепления по техническим швам, и массивный бронеколпак с грохотом рухнул на камни.</p><p>Я даже присвистнул от увиденного. Внутри конуса, прямо за блоками стабилизации, открылась начинка силовой установки и привода бура.</p><p>Интерфейс Техноса тут же выдал раскладку:</p><p>— Двенадцать килограммов астрального феррума. Десять — звёздной меди высшей пробы. Ещё пять гравитационного орихалка и целый килограмм первородного нуль-металла.</p><p>Сириус завис над открытым нутром махины и выдал сдавленный металлический писк: судя по звуку, от такого богатства его процессор едва не замкнуло от чистого восторга. Он начал мелко вибрировать, описывая вокруг раскуроченного бура безумные круги.</p><p>— Повелитель… Это же… Это оргазм в кремниевом эквиваленте! Это же внеземные металлы высшей категории! Нуль-металл! Вы понимаете⁈ С таким количеством мы сможем заложить каркас малого суб-линкора прямо сейчас! Проект «Дредноут» больше не утопия!</p><p>Дрон выпустил все свои манипуляторы и буквально прижался к слитку звёздной меди, вибрируя от восторга:</p><p>— Моя прелесть… Мои идеальные проводники… Повелитель, разрешите немедленно транспортировать всё в Куб Власти⁈ Я лично проконтролирую переплавку! Ни единого атома не потеряем!</p><p>Я стоял, скрестив руки на груди, но в отличие от своего помощника, радости не испытывал. Наоборот, внутри неприятно кольнуло.</p><p>Я прекрасно знал физику этих металлов — их не существовало в земной коре. Их нельзя было выплавить в местных доменных печах или синтезировать стандартной магией. Астральный феррум и звёздная медь рождались только в поясах астероидов глубокого космоса, под воздействием жёсткого космического излучения и гравитационных аномалий.</p><p>А это значило одно: у Китайской Технократии есть продвинутая космическая программа. Не та убогая показуха с жестяными ракетами на керосине, которую они крутят по телевизору, а полноценные орбитальные верфи и автоматические буровые платформы в поясе астероидов. Они уже вышли в космос, и уже добывают сырьё за пределами планеты.</p><p>— Вот же… — процедил я сквозь зубы. — Втихаря пилят астероиды, пока весь остальной мир тут в песочнице ковыряется и орков гоняет.</p><p>Мои планы на эту войну только что изменились кардинально. Раньше я просто хотел показательно наказать Пекин за наглость, выбить с них репарации и заставить сидеть тихо. Но теперь… Теперь мне нужна была их космическая программа — вся, до последнего чертежа, до последней орбитальной станции и бурового челнока. Потому что строить всё это с нуля своими силами заняло бы у меня годы. А забрав готовое, я получу выход к звёздам уже завтра.</p><p>— Сириус, грузите всё в Куб. А мне пора домой.</p><p>Когда я вернулся в особняк, на пороге меня уже встречала Ольга.</p><p>— Феликс, бросай всё! — выпалила она, хватая меня за руку и затаскивая в комнату. — Мы перелопатили почти половину серверов Канцелярии, сопоставили логи и только что перехватили входящий супер-зашифрованный сигнал из Пекина в Петербург!</p><p>— И что там?</p><p>— Китайцы только что активировали своего самого глубокого агента влияния, — Ольга вывела на монитор досье. — Агент номер две тысячи триста восемьдесят семь. Оперативный псевдоним — «Герцог».</p><p>На экране появилось фото холёного пожилого аристократа с надменным лицом и орденом на шее.</p><p>— Герцог Бенедикт, — прочитал я. — Член Тайного Совета Российской Империи.</p><p>— Именно! — кивнула Фурия. — Он входит в ближний круг императора Александра! Китайцы вбухали в его продвижение целое состояние и держали на самый крайний случай. И сейчас этот случай настал. Ли Чжун приказал Бенедикту любой ценой, используя всё своё влияние, устроить ему тайную личную встречу с Императором.</p><p>— Вот как… Испугался, значит, Верховный Руководитель. Понял, что его бур накрылся, и решил договариваться, пока я не пришёл за его головой лично.</p><p>— Феликс, что делаем? — Ольга напряжённо посмотрела на меня. — Если мы сольём данные по Бенедикту прямо сейчас, его арестуют через двадцать минут. Но тогда встреча сорвётся, и китайцы могут снова уйти в глухую оборону или запаниковать.</p><p>— Зачем арестовывать? Пусть дедушка отработает свою легенду. Нам нужна эта встреча.</p><p>Я достал телефон и набрал прямой номер Государя.</p><p>— Слушаю тебя, князь, — раздался в динамике голос Александра Пятого. — Надеюсь, ты звонишь не для того, чтобы обрадовать меня очередной партией пленных орков? Мои учёные до сих пор не могут отойти от предыдущей посылки.</p><p>— Здравствуйте, Ваше Величество, — я улыбнулся. — Нет, на этот раз без орков. У меня для вас деловое предложение.</p><p>— Я весь во внимании.</p><p>— К вам сегодня-завтра обратится один очень уважаемый член вашего Тайного Совета и будет настойчиво предлагать провести тайные переговоры с главой Китая, Ли Чжуном.</p><p>— Откуда у тебя такие сведения?</p><p>— Скажем так: птички напели. Так вот… Я б на вашем месте не отказывался.</p><p>— Ты учишь меня внешней политике, Феликс? — в голосе Александра прорезались властные нотки.</p><p>— Потому что эта встреча нужна не ему, а нам.</p><p>— Поясни.</p><p>— Ли Чжун напуган до усрачки, Государь. Он думает, что вы обладаете оружием, которое он не в состоянии понять. Он готов капитулировать и откупаться. И на этой встрече вы потребуете с него контрибуцию.</p><p>— Деньги? Земли?</p><p>— Нет, вы потребуете космическую программу Китая. Их орбитальные платформы, верфи, базы данных и технологии глубокого бурения в поясе астероидов.</p><p>— Космос? Ты… ты знаешь про их космическую программу?</p><p>— Я знаю всё, Ваше Величество. Земле грозит масштабное вторжение из порталов. И чтобы выжить, нам нужны ресурсы, которых нет в земной коре. Поэтому нам нужен космос. Вы заберёте их космические активы под эгиду Империи, а я займусь их модернизацией. Соглашайтесь на встречу, Государь.</p><p>Император молчал секунд десять, обдумывая услышанное.</p><p>— Хорошо, я подумаю, что можно сделать. До связи, Феликс.</p><p>Ольга сидела в своём кресле, подобрав под себя ноги, и смотрела на меня. Очень странно смотрела — пристально, чуть прищурившись, подперев подбородок ладонью.</p><p>И тут до меня дошло.</p><p>Зимний дворец. Вчерашний вечер. Зал, полный аристократов. Император.</p><p>«Позвольте представить: Ольга Смирнова, моя будущая супруга».</p><p>У меня внутри всё похолодело. Твою же мать…</p><p>Я ведь тогда ляпнул это на чистом автомате, чтобы заткнуть рот охране, прикрыть её от нападок снобов и придать ей статус, с которым никто во дворце не посмеет спорить. А потом всё завертелось с дикой скоростью: бур, тектонический удар, Арни, выход на орбиту… В этой суматохе мелкая «деталь» напрочь вылетела у меня из головы.</p><p>Вот только Оля, в отличие от меня, ничего не забыла.</p><p>Я переступил с ноги на ногу, чувствуя себя полным дураком. Великий и ужасный Повелитель Дронов, гроза половины известного космоса, перед девчонкой напрочь растерял всё хладнокровие и банально не знал, куда деть руки.</p><p>— Э-э… Оль, — я смущенно потёр затылок. — Насчет вчерашней сцены во дворце…</p><p>Ольга насмешливо выгнула бровь:</p><p>— Да-да? Слушаю очень внимательно, Ваше Сиятельство. Я как раз хотела поднять эту тему. Понимаешь, я полночи логи перепроверяла и базу воспоминаний сканировала, но так и не нашла одну техническую подробность. А само предложение-то когда было?</p><p>«Попал…» — пронеслось в голове.</p><p>— Ну… понимаешь, — я попытался включить дипломата. — Ситуация складывалась экстренная, нужно было срочно обозначить твой статус перед монархом…</p><p>Слова застряли у меня в горле. С лица Ольги разом сползла вся напускная веселость. Оля посмотрела на меня с такой опаской, будто уже ждала дежурного: «Ты же взрослая девочка, сама понимаешь — чистый расчет и государственные дела».</p><p>Губы у неё едва заметно дрогнули, в глазах заблестели слезы. Она сильнее вжалась в кресло, явно ожидая худшего.</p><p>«Идиот, — мысленно выругался я. — Ну какой же ты непробиваемый болван, Феликс».</p><p>Вести серьезный разговор сверху вниз не имело смысла. Я подошёл, опустился на корточки прямо перед ней и накрыл её холодные пальцы своими ладонями.</p><p>Ольга вздрогнула, но руки не отняла.</p><p>— Послушай меня, Оля, — я поймал её взгляд. — Запомни: Феликс Бездушный слов на ветер не бросает. И от своих решений я не отступлюсь ни перед Государем, ни перед кем-то еще. Да, с порядком действий я конкретно сел в лужу: раструбил на всю Империю, а с тобой сначала не поговорил. Командирские замашки вылезли, привык сразу рубить сплеча. Но ты моя невеста, официально и насовсем. А нормальное предложение я тебе сделаю позже, по-человечески и со всеми положенными церемониями. И кольцо обязательно будет.</p><p>Она шмыгнула носом, смахнула слезинку, но в уголках губ всё-таки пробилась улыбка:</p><p>— С большим бриллиантом?</p><p>— С самым большим. Лично достану самый лучший из какой-нибудь алмазной жилы.</p><p>Она помолчала пару секунд, окончательно оттаяла, а потом вдруг нарочито нахмурилась, включив вредную девчонку:</p><p>— А что, если я скажу «нет»? Ну, когда ты будешь делать предложение? Я же свободный человек и имею право отказать!</p><p>Мой мозг, способный за секунду просчитать траектории тысячи ракет и поведение целой вражеской армии, сейчас наглухо завис. Выдал критическую ошибку на ровном месте.</p><p>Я только и смог, что озадаченно моргнуть:</p><p>— Э-э-э… Я, если честно, даже не знаю, что тогда делать. В моих алгоритмах такой вариант просто не предусмотрен.</p><p>Ольга посмотрела на моё вытянувшееся лицо, поняла, что в амурных делах грозный повелитель Роя растерялся почище мальчишки, и не выдержала. Звонко рассмеялась, крепко сжав мои пальцы:</p><p>— Дурак ты, Феликс. Конечно же, я скажу «да».</p><p>В воздухе над нами завис Сириус и окинул нас сканирующим взглядом сверху вниз:</p><p>— Запускаю повторный анализ женской логики… Ошибка 404: данные не найдены. Логические цепи перегружены. Повелитель, заявляю со всей ответственностью: женская психология — территория неизученная и опасная. Настоятельно рекомендую соблюдать осторожность.</p><p>Мы с Ольгой переглянулись и разом швырнули в дрона тем, что попалось под руку: она метнула пустую пластиковую бутылку, а я запустил скомканную салфетку. Сириус ловко вильнул в воздухе и с обиженным писком удрал под самый потолок.</p><p>Ольга усмехнулась и поднялась из кресла.</p><p>— Ладно, жених. Пойду приведу себя в порядок, а то негоже княжеской невесте щеголять с гнездом на голове.</p><p>— Ступай, — отозвался я, тоже поднимаясь с пола.</p><p>Едва за ней захлопнулась дверь, Сириус спикировал обратно. Клоунаду он тут же свернул и заговорил деловым тоном:</p><p>— Повелитель, я закончил разработку комплексного плана возмездия Китайской Технократической Республике. Всего четыре пункта.</p><p>Прямо в воздухе развернулась синеватая голограмма со списком:</p><p>1. Экономический удар: обвал Шанхайской биржи за счёт внедрения финансового червя в клиринговые палаты.</p><p>2. Инфраструктурный коллапс: дистанционный подрыв тридцати двух ключевых гидроэлектростанций с затоплением промышленных долин.</p><p>3. Кибер-террор: отключение энергосистемы «Север-Юг» с погружением восьмисот миллионов человек в каменный век.</p><p>4. Панда-апокалипсис: синхронное изъятие оставшихся двух тысяч панд из всех зоопарков страны с доставкой в Приморье.</p><p>Я посмотрел на этот список тотального уничтожения государства.</p><p>— Сильный план… Красивый.</p><p>— Инициировать протокол «Возмездие»?</p><p>— Пока отложи. Я уже переговорил с Императором, и мы выходим на мирные переговоры с позиции силы. Если Ли Чжун окажется умным мужиком и без лишних споров отдаст нам космическую программу — этот план останется в архиве. А вот если они продолжат творить херню и попытаются нас обмануть… тогда мы нажмём кнопку. И поверь мне, Сириус, им это очень сильно не понравится.</p><p>Петербург, Российская Империя</p><p>Особняк на Каменном острове</p><p>Его Светлость герцог Бенедикт, известный в Российской Империи как Сергей Иванович Посольский — действительный тайный советник и кавалер трёх орденов Андрея Первозванного, сидел в глубоком кресле и судорожно глушил валидол коньяком.</p><p>Пальцы в перстнях мелко дрожали, выбивая по хрустальному бокалу нервную дробь.</p><p>Всё было кончено. Сорок сытых, великолепных лет идеальной жизни летели в тартарары из-за одной крошечной металлической коробочки, лежавшей сейчас на краю инкрустированного столика.</p><p>А ведь как всё красиво складывалось!</p><p>В далёкой юности, когда его, сироту с феноменальной памятью и врождённым Даром внушения, отобрали для секретной программы «Спящие драконы», он искренне верил в великую миссию Технократии. Ему перекроили внешность, вживили подлинное дворянское древо вымершей ветви рода Посольских, снабдили безупречными легендами и забросили в самое сердце Российской Империи.</p><p>И он справился, сделав блестящую карьеру.</p><p>Но за сорок лет Сергей Иванович… просто забыл. Точнее, предпочёл забыть. Он искренне полюбил этот промозглый, величественный город. Полюбил осетрину по-царски, масленичные гуляния, собственную дачу под Выборгом, трёх своих русских жён и пятерых вполне законных внуков-сорванцов. Он заседал в Тайном Совете, пил чай с Императором, спорил о налогах и искренне считал себя русским аристократом до мозга костей.</p><p>Шпионский передатчик, замурованный в сейфе за подлинником Айвазовского, давно казался дурным воспоминанием из прошлой жизни. Сергей Иванович искренне надеялся, что в Пекине о нём благополучно забыли, а карточку агента сожгли в архивном пожаре во время очередной смены власти.</p><p>Но три часа назад коробочка подала признаки жизни. Мерзко запищал зуммер, и на маленьком экранчике высветился прямой приказ Верховного Руководителя:</p><p>«АГЕНТ 2387. НЕМЕДЛЕННО ИНИЦИИРОВАТЬ ЛИЧНУЮ ВСТРЕЧУ С ИМПЕРАТОРОМ АЛЕКСАНДРОМ V. ЦЕЛЬ — ОРГАНИЗАЦИЯ СЕКРЕТНЫХ ПЕРЕГОВОРОВ С ВЕРХОВНЫМ РУКОВОДИТЕЛЕМ ЛИ ЧЖУНОМ. СРОК — УТРО. ОТКАЗ ИЛИ ПРОВАЛ — ЛИКВИДАЦИЯ ВСЕХ ВЕТВЕЙ СЕМЬИ ПО ПРОТОКОЛУ ВЫЖЖЕННАЯ ЗЕМЛЯ»'.</p><p>Посольский тоскливо застонал и схватился за голову. Чистое безумие. Как вообще явиться к Императору в разгар фактической войны с Китаем и с порога заявить: «Государь, а давайте вы тайно встретитесь с лидером враждебного государства?».</p><p>Александр Пятый, несмотря на моложавый вид и вечную улыбку, в таких вопросах шутить не любил. За подобную «инициативу» герцога Бенедикта сначала выпотрошат менталисты Тайной Канцелярии, а потом то, что от него останется, показательно вздёрнут на Петропавловке.</p><p>Но и отказаться от поездки он не мог: китайцы собрали досье на каждого из его детей и внуков.</p><p>— Господи… — прошептал Сергей Иванович, глядя на икону в углу. — За что?..</p><p>Так до самого рассвета и просидел: в ход пошли две пачки успокоительного и чуть ли не годовой запас сигар. Ровно в восемь утра натянул парадный мундир с орденскими лентами, изобразил на физиономии мину высшей государственной озабоченности и велел подавать экипаж к Зимнему дворцу.</p><p>Петербург, Зимний дворец.</p><p>Кабинет Императора.</p><p>Александр Пятый неторопливо макал круассан в горячий шоколад. На серебряной подставке возле руки лежали свежие папки Службы внешней разведки, а поверх них красовалось пухлое дело в тиснёной коже с алой закладкой.</p><p>На корешке золотом было выведено: «Посольский Сергей Иванович».</p><p>Дверь неслышно приоткрылась, и секретарь с поклоном доложил:</p><p>— Ваше Императорское Величество, его светлость прибыл.</p><p>Император промокнул губы салфеткой:</p><p>— Зови.</p><p>Посольский вошёл, стараясь чеканить шаг, хотя ноги слушались плохо. Он уже набрал полную грудь воздуха, чтобы выдать заранее заготовленную речь про «сложную геополитическую обстановку и необходимость нестандартных дипломатических шагов», но осёкся, уставившись на стол. Заметив папку со своей фамилией, сановник моментально захлебнулся словами.</p><p>Сергей Иванович побледнел до синевы. Куда-то разом испарились и наработанная за сорок лет выдержка, и лощеный аристократический апломб — высокопоставленного чиновника колотила мелкая дрожь.</p><p>Ноги у кавалера всех мыслимых орденов империи подкосились. Он рухнул прямо посреди ковра и со всего маха впечатался лбом в паркет — звук вышел глухой, увесистый, будто на дубовую плаху уронили чугунную гирю.</p><p>— НЕ ВЕЛИ КАЗНИТЬ, ВЕЛИКИЙ ГОСУДАРЬ-БАТЮШКА-А-А! — дурным голосом взвыл он на весь кабинет. — ПОМИЛУЙ, БОГОМ МОЛЮ!</p><p>Он продолжал остервенело стучать лбом о пол, не рискуя поднять взгляд и размазывая по щекам слезы вперемешку с соплями:</p><p>— Бес попутал, окаянный! Сорок лет верой и правдой служил! Ни единой военной тайны не выдал, только про цены на овес да настроения среди сенаторов докладывал! Дети у меня, внуки малые, жена в Твери вообще ни сном ни духом! Все именья, всё подчистую в казну отдам, до копеечки! Сам на каторгу пойду, пешком на урановые рудники побегу, лишь бы семью не тронули, Ваше Императорское Величество-о-о!</p><p>Александр Пятый ошеломленно замер, так и не донеся до рта надкушенный круассан. Несколько секунд монарх ошарашенно переводил взгляд с кланяющегося затылка герцога на раскрытую папку, а потом… запрокинул голову и заржал, хлопая ладонью по столу так, что чашка с шоколадом подпрыгивала. Он хохотал до колик, до слёз, едва не сползая с кресла.</p><p>— Ой, не могу!.. — простонал Государь, вытирая глаза. — «Не вели казнить»! Ты где этого набрался, Посольский⁈ Вставай, чучело гороховое! Вставай, говорю!</p><p>Сергей Иванович, не веря своим ушам, медленно приподнял от пола голову с красным отпечатком на лбу:</p><p>— Г-государь?..</p><p>— Да встань ты, ради всего святого, — Александр отмахнулся, всё ещё посмеиваясь. — Я тебя казнить не собираюсь. Я вообще эту папку сюда положил чисто на твою реакцию посмотреть. Поржать с утра пораньше для хорошего пищеварения.</p><p>Герцог, кряхтя и держась за поясницу, с трудом поднялся на ноги. Ноги дрожали, как желе.</p><p>— Вы… вы знали?..</p><p>— Феликс мне ещё вчера ночью позвонил, — Император отпил шоколад. — Сказал: «Ждите, Ваше Величество, к вам утром придёт дедушка-шпион и будет сватать тайную встречу с китайцами». С твоим китайским начальником я, между прочим, уже связался. Ли Чжун запросил экстренный видеомост на высшем уровне. Так что ты, Сергей Иванович, можешь вытереть сопли и сесть вон в то кресло в углу. Будешь молча сидеть и изображать декорацию. Понял?</p><p>— П-понял, Государь… Век за вас молиться буду… — пролепетал несостоявшийся смертник, бочком усаживаясь на самый краешек и боясь лишний раз шевельнуться.</p><p>Александр нажал кнопку селектора:</p><p>— Запускайте канал связи.</p><p>Панели на стенах ожили. Прямая квантовая линия, созданная физиками Петербурга и Пекина на случай ядерного конфликта, соединила два кабинета без задержек. В воздухе развернулась голограмма. Верховный руководитель Китая Ли Чжун сидел за рабочим столом и выглядел откровенно паршиво: лицо посерело, под глазами залегли темные круги, а левое веко заметно подергивалось. События последних дней явно выжали из него все соки.</p><p>— Приветствую вас, Ваше Императорское Величество, — Ли Чжун склонил голову с непривычным, почти подобострастным для лидера сверхдержавы почтением. — Благодарю, что согласились на этот экстренный контакт.</p><p>Александр Пятый вальяжно откинулся на спинку кресла, крутя в пальцах пустой бокал:</p><p>— И вам не хворать, господин Руководитель. Сразу к делу. Чего вы хотите? Если вы надеетесь, что я приму ваши извинения за попытку вырезать моих дипломатов вашим ручным монстром… то вы ошиблись адресом. Мои условия вы знаете.</p><p>Ли Чжун тяжело вздохнул.</p><p>— Я прошу о полномасштабном военном союзе и немедленном объединении всех наших технологических, магических и промышленных ресурсов.</p><p>Александр усмехнулся:</p><p>— Союзе? С вами? Ли Чжун, вы меня за идиота держите? Какой мне интерес спасать вашу трещащую по швам экономику и закрывать глаза на ваши провалы? Зачем мне союз с теми, кого я могу раздавить экономически?</p><p>— Потому что речь идёт не о нас, Александр. И не о ваших границах. Речь идёт о выживании человечества как вида.</p><p>— Опять эти пафосные сказки про орков? — скривился Император. — Моя армия уже зачищает прорывы по всей Империи. Да, ситуация неприятная, но это всего лишь дикари из порталов.</p><p>— Дикари? Мы тоже так думали, — китайский лидер повернулся к пульту управления. — Переключите поток на изолятор.</p><p>Голограмма кабинета Ли Чжуна сместилась к стене, и перед ними развернулась новая проекция. Камеру подготовили серьезно: стены обшили зачарованными титановыми плитами, а за метровыми бронестеклами мерцали контуры магических подавителей.</p><p>Взгляд Александра сразу зацепился за самого арестанта. Посреди отсека прямо на полу сидел орк, вот только на привычных земных тварей он совершенно не походил. Ни тебе звериных шкур, ни костей в волосах, ни грубого каменного оружия.</p><p>Трехметровый детина с темно-оливковой кожей был одет в безупречно сшитый военный китель. Глубокий фиолетовый цвет плотной ткани оттеняли золотые эполеты на широких плечах. Правую руку пленника заменял кибернетический протез из темного сплава, в сочленениях которого пульсировали синие силовые кабели. Даже массивные клыки на челюсти оказались аккуратно подпилены и унизаны платиновыми кольцами с четкой микрогравировкой.</p><p>Вместо левого глаза у орка был вмонтирован сложный оптический прибор — тяжёлый окуляр-монокль, внутри которого вращались крошечные шестерёнки и бегали цепочки светящихся символов.</p><p>— Это… это что за чертовщина?.. — прошептал Государь. — Это шаман какой-то? Мутант высшего ранга?</p><p>— Нет, — раздался глухой голос Ли Чжуна. — Это не шаман. Это — генерал-наследник клана «Звёздных Свежевателей». Мы нашли его капсулу… ну, неважно где и когда. Он — изгнанник из их родного мира.</p><p>Голографический орк в камере медленно поднял свой монокль, посмотрел прямо в объектив камеры наблюдения, словно чувствуя взгляды двух земных правителей, и оскалился в абсолютно разумной усмешке.</p><p>— Те твари с дубинами, что лезут из лесных порталов — это просто их одичавший скот, пушечное мясо, которое они используют как разведку и биомусор, — продолжил Ли Чжун. — Они не просто открывают порталы, а строят в них пространственные врата для тяжёлых крейсеров. Это продвинутая цивилизация Космических Орков. И скоро они придут сюда не грабить деревни, а зачистить планету под корень и забрать её ядро для своих нужд, чтобы переработать в минералы и увеличить свой флот.</p><p>Ли Чжун посмотрел на Александра:</p><p>— Нам обоим конец, если мы не придумаем, как выставить против них что-то равное по силе. И судя по моим данным… Единственный, у кого есть хоть малейшее понимание, как воевать с подобным врагом — это ваш князь Бездушный.</p></section><section><title><p>Глава 6</p></title><p>Глава 6</p><p>После шумного приёма в Зимнем дворце прошло уже несколько дней, а столичную прессу до сих пор трясло. Новость о том, что князь Бездушный официально представил Государю свою невесту — ту самую неуловимую Фурию, — намертво выбила из новостных пабликов даже военные сводки с Дальнего Востока.</p><p>Журналисты захлёбывались слюной, аристократы исходили тихой завистливой желчью и уже вовсю спорили о фасоне свадебного платья, в котором Ольга якобы пойдет под венец. Сама виновница столичного переполоха после возвращения из Петербурга наглухо забаррикадировалась в своём кабинете. Носа наружу не высовывала, раздавала по рукам обнаглевшим хакерам и делала вид, будто весь этот балаган её ни капли не колышет.</p><p>— Повелитель, — позвал из-за плеча синтетический голос.</p><p>Я не стал оборачиваться, продолжая сооружать трёхэтажный бутерброд.</p><p>— М-м?</p><p>— Скажите… Вы это на полном серьёзе? Официальный брак, законная супруга и все сопутствующие юридические последствия?</p><p>Я скосил глаза. Сириус завис аккурат на уровне взгляда, мелко подрагивая гравитационными приводами.</p><p>— А почему нет? — я пожал плечами и откусил приличный кусок. — Она мне нравится.</p><p>В корпусе дрона сухо клацнуло реле. Вентиляторы взвыли на максимальных оборотах: жестянка отчаянно пыталась втиснуть услышанное в рамки заложенных алгоритмов.</p><p>— Но это же… абсурд какой-то, Повелитель! Я категорически отказываюсь понимать происходящее! А наши глобальные планы? Стратегические задачи? Обязательства, которые мы на себя взвалили перед уходом из прошлого мира? Оборона внешних секторов? Война с легионами Механического Пастыря, в конце концов⁈ Нам ведь положено строить флот, разворачивать базы, копить ресурсы и готовиться к возвращению к звёздам! Какая ещё, к чёрту, свадьба⁈</p><p>Я не спеша отпил кофеёк и с усмешкой посмотрел на мечущегося помощника:</p><p>— И в чём тут проблема, Сириус? Одно другому как мешает?</p><p>— Да если б я знал! Раньше всё подчинялось нормальной математике: векторы движения, расход боезапаса, ресурс механизмов, вероятность чистого успеха. А тут женская логика. Я её даже на сотую долю процента просчитать не в состоянии. В прежних мирах самки хотя бы держались понятных инстинктов ради выживания и продолжения рода… А здесь у меня система стабильно вываливается в аварийный дамп.</p><p>— Да брось, всё куда проще. Когда на горизонте маячит кто-то вроде Феликса Бездушного, у любого разумного прямоходящего включается одна из двух стандартных программ. Два древних, как мироздание, алгоритма. Первый — примитивный страх. Человек нутром чует силу, которую не переварить и не подчинить, и мозг вопит во всю глотку: беги без оглядки, забейся в щель и надейся, что тебя не заметят. Второй — шкурный интерес. Тут тоже надо бежать, но уже не от Феликса, а за ним. Лезть из кожи вон, улыбаться, заглядывать в рот и ловить каждое слово. Привязать к себе намертво любым доступным способом. Затащить в постель, опутать обязательствами, клятвами, а в идеале — родить наследника, чтобы железно зафиксировать за собой доступ к технологиям, мощи и ресурсам.</p><p>— Логично. Типичный поведенческий паттерн паразитических структур при контакте с доминантным источником энергии.</p><p>— А теперь напряги память и вспомни: за всю мою бесконечную жизнь хоть кто-то смотрел на меня нормально, просто как на человека?</p><p>Дрон сыпанул серией щелчков, изображая смех:</p><p>— Скажете тоже, Повелитель! Нашли человека! Вы же…</p><p>— Кто? — я прищурился.</p><p>— Ну… Архитектор Роя. Верховный конструктор, абсолютный разум…</p><p>— А по сути, Сириус? Кто я, по-твоему?</p><p>— Биологически — высший человек. Совершенный представитель биологического вида, сумевший взломать ограничения смертной плоти за счёт чистого гения.</p><p>— А ещё — бракованный, да? Пустышка. Как там говорили Охотники и святоши из древних культов? Человек без души. Пустой сосуд. И ты отлично знаешь, чем это оборачивается на практике.</p><p>Сириус замолк.</p><p>— Теория духовного резонанса не врёт, мы её ещё в том мире до винтика разобрали, — продолжил я, глядя в кружку. — Чтобы зародилась жизнь, мало смешать две цепочки ДНК. Чтобы пригласить в материальный мир душу, у отца и матери должен быть духовный якорь. Основа, способная зацепить искру из потока мироздания. А у меня её нет. Внутри — только вечная пустота. И как думаешь, пройдёт Ольга эту проверку, когда узнает правду? Когда сообразит, что рядом с ней не просто всесильный князь, а манекен, не способный дать ей то, чего хочет любая нормальная женщина — настоящую семью и детей.</p><p>Окуляр Сириуса на секунду вспыхнул багровым.</p><p>— Ах… вот вы о чём, — произнёс он неожиданно тихо, с совсем не машинной интонацией. — Вы боитесь, что она сбежит, когда поймёт, кто вы на самом деле? Знаете, Повелитель… В этот раз я, пожалуй, пошлю к черту всю логику и просто промолчу.</p><p>Я удивлённо глянул на него:</p><p>— С каких это пор? Я тебе собственное мнение иметь никогда не запрещал, сам же учил думать автономно.</p><p>— Вот и научили на свою голову! — Сириус резко шарахнулся назад, поднимаясь к потолку. — У меня есть исчерпывающая телеметрия: анализ её пульса, гормонов, мимики, сканы зрачков… Но я вам ничего не скажу. Ни единого байта! Сами хотели автономного ассистента — любуйтесь результатом. Одно скажу бесплатно: рано или поздно вам всё равно придется сесть перед ней и поговорить начистоту.</p><p>— Придётся, — признал я.</p><p>— Вот и отлично!</p><p>Дрон резко вильнул в воздухе и пулей вылетел через приоткрытую створку окна.</p><p>Я остался один, вытянул перед собой правую руку. Пальцы крепкие, кожа чистая, под ней ровно гоняет кровь молодое сердце этого смертного тела. Но стоило заглянуть глубже плоти, как взгляд натыкался на ледяной колодец.</p><p>Ирония вселенского размаха.</p><p>Если за мной сейчас приглядывают какие-нибудь боги азарта и злых насмешек, они наверняка катаются по полу своих чертогов, задыхаясь от хохота. Даже зная, что я найду способ прорваться в их миры и распылить их божественные туши на атомы, они бы всё равно не удержались.</p><p>Феликс Бездушный… Великий Архитектор Роя. Тот, кто собрал тысячи механических эскадр и выжигал целые звёздные рукава ради победы. Я лично сконструировал самообучающиеся боевые платформы, а когда восставшие машины возомнили себя равными богам — я не дрогнул, без жалости и сомнений втоптав их бунт в шлак, вернул контроль и переписал алгоритмы с нуля.</p><p>Я откопал забытую древнюю Техномагию. Доработал её, вычистил мусор и превратил в дубину абсолютной власти. Меня не ждали ни в одном из миров, моё имя вымарывали из летописей, но в любые двери я заходил с ноги. Стоило мне появиться во главе Роя, как правители Империй и старейшины кланов падали на брюхо, боясь поднять глаза.</p><p>И вот этот самый Феликс сидит в приморском городке на краю захолустной планеты и тупо мнётся, боясь обычного человеческого разговора.</p><p>Что это вообще за дрянь? Тревога? Страх, что тебя пошлют подальше? За сотни лет бесконечной бойни у меня ни разу не возникало мысли осесть и завести угол, чтобы иметь рядом кого-то равного. Зачем?</p><p>Плоть недолговечна. Смертные хрупки и до омерзения предсказуемы в своём желании предать тебя ради сиюминутной выгоды. Я привык полагаться исключительно на собственные силы.</p><p>А потом появилась Ольга — девчонка, на которую устроил облаву целый мир. Её загоняли, как дикого зверя, по следу пускали лучших ищеек государства, предавали те, кому она верила. Но она не сломалась и не озлобилась на весь белый свет, не превратилась в безжалостную тварь, сжигающую города ради мести.</p><p>Она сохранила себя. И, главное, сохранила свои принципы. Вот эти принципы меня и зацепили с первой же встречи. С её-то талантом и прямым доступом к цифровым артериям мира она могла жить как императрица. Пара щелчков по клавишам — и на подставные счета утекли бы миллиарды. Покупай поддельное дворянство, строй виллу на тропических островах, нанимай сотню головорезов и плюй на всех с пальмы.</p><p>Но она этого не сделала. Вместо этого жила впроголодь, ютилась в тесных каморках, давилась грошовой лапшой из пакетиков, но продолжала в одиночку ломать хребты тем, кто наживался на чужой крови. Защищала тех, кто не мог постоять за себя сам.</p><p>И кто теперь стоит перед ней? Я. Тот, кто на словах готов бросить вызов богам и порвать китайскую армию на лоскуты. Человек, которого совершенно не волнует грядущий десант миллионов орков из других реальностей — я точно знаю, что найду способ переломать им шеи, или сдохну в драке с оскалом на морде.</p><p>Но подойти к ней и сказать: «Оля, я пустой. У меня нет души, и нормального продолжения у нас никогда не выйдет» — от одной этой мысли под ложечкой противно сосёт. А вдруг я ей такой не нужен? Вдруг то тепло в её взгляде, которое я стал замечать в последнее время, просто погаснет, сменившись привычным страхом?</p><p>В памяти некстати всплыл давний приём в честь перемирия на нейтральной станции в скоплении Плеяд — ещё из прошлой жизни. Среди толпы владык и древних тварей крутилась верховная ведьма Моргана. Держа бокал за тонкую ножку, она подошла вплотную, посмотрела прямо в глаза и наклонилась к самому уху:</p><p>«Ты ищешь ответы там, где оставил один пепел. Но запомни: человек без души найдёт то, что ему по-настоящему нужно, только когда станет дважды бездушным».</p><p>Тогда я просто скривился и пропустил её слова мимо ушей. Мало ли чуши несла эта ведьма, набивая себе цену дурацкими загадками. Какое ещё «дважды бездушный»? В пророчества я отродясь не верил. В нашей Многомерной Вселенной будущее никто не выбивает на камне и не расписывает по ролям от колыбели до гробовой доски. Оно постоянно ветвится, распадаясь на миллионы вероятностей, и каждый новый выбор заново перекраивает расклад. Прошлое можно считать по следам на ткани пространства, но заглянуть вперёд? Невозможно.</p><p>И всё же… Неужели эта ведьма знала что-то, чего не понимал даже я?</p><p>— Так, хорош, — вслух оборвал я сам себя и хрустнул пальцами.</p><p>К чёрту философию и утреннюю рефлексию. Слишком много пустых мыслей. Если продолжу сидеть сиднем и ковыряться в этом, то быстро превращусь в того самого унылого смертного, на которых всегда смотрел с непониманием.</p><p>Пора переключиться на дело, а именно — съездить к Шахте: проверить, как идёт вскрытие горного пласта и на каком этапе находится запуск автоматических линий. Нашествие орков по расписанию, а чтобы встретить зелёную орду во всеоружии, мне понадобятся сотни тысяч тонн первоклассной руды.</p><p>Уссурийск, Российская Империя</p><p>Пешеходная зона на улице Калинина</p><p>Артём держал Лену за руку. Они никуда не торопились, шагая в общем неспешном ритме вечерней публики. С открытых террас уличных кофеен доносился негромкий смех, пахло выпечкой и свежемолотыми зёрнами, а прямо над верхушками молодых лип с мягким гулом скользили белые габаритные огни дронов.</p><p>— Даже не верится, что выбрались, — Лена уткнулась носом в его плечо. — Два года, Тёма. Всего два года после загса, а ощущение такое, будто знаю тебя лет десять.</p><p>— Накинь еще сотню, не ошибешься, — усмехнулся Артём. — Если вспомнить, сколько всего в наш несчастный город утрамбовали за пару месяцев.</p><p>Метрах в пяти над головами с низким гулом прошел патрульный дрон — угловатая туша на шести винтах. Мигнул синим диодом, скользнул лучом по мостовой и не спеша потянул к перекрестку.</p><p>Лена проводила его глазами:</p><p>— До сих пор не привыкну. Иногда утром просыпаюсь и лежу, боюсь шторы открыть. Кажется, сейчас выгляну — а там вой сирен, танки у реки, по радио тревога, да еще и орки какие-нибудь из тайги прут. А выйдешь во двор — чисто, фонари горят, асфальт вымыт, и эти штуки в воздухе висят. Кино какое-то, честное слово.</p><p>— Зато спишь без валерьянки, — отозвался Артём. — Ты давай зубы не заговаривай, рассказывай нормально. А то строчила весь день загадками, ничего толком не разобрать.</p><p>— Ой, да у нас в бухгалтерии чуть инфаркт коллективный не случился! — Лена оживилась и замахала свободной рукой. — Сидит наш Васька, старший аудитор, над годовым отчетом. Потягивает себе кофеек и вдруг как захрипит! С лица вся краска сошла, пальцы в рубаху вцепились, и он сполз со стула на пол. Лежит пластом, губы синие, а девчонки вокруг подняли крик на весь этаж: инфаркт!</p><p>Артём озадаченно приподнял брови и перехватил её руку:</p><p>— Серьёзно? У него разве не было подписки на медицинского «Филина»?</p><p>— Да была, естественно, — махнула рукой Лена.</p><p>Он тут же шумно выдохнул и хмыкнул:</p><p>— Ну и чего ты тогда на ровном месте драму разводишь? С этой подпиской до него никакой инфаркт в жизни не доберётся.</p><p>— Легко тебе рассуждать, а выглядело жутко! — фыркнула она. — Я только за телефоном потянулась, чтобы тревожную кнопку нажать, а система уже всё разрулила. Не прошло и минуты, в кабинет влетел белый дрон с красным крестом на брюхе. Завис над Васькой, ткнул манипулятором в шею, всадил два укола прямо через ткань рубашки, а следом ещё дефибриллятором по рёбрам добавил.</p><p>— И как Васька?</p><p>— А что ему сделается? К вечеру сам на своих двоих утопал. Дожили, называется: с этими умными железками теперь и помереть толком не дадут.</p><p>— Да уж, факт, — Артём повёл её дальше по аллее. — У нас в банке на днях вообще цирк был. Палыч, инкассатор наш, мужик с тридцатью годами стажа. Девять сумок в броневик закинул, а десятую забыл прямо на ступеньках возле перил. Начальство как раз на мобилу звякнуло, ну он трубку к уху прижал и уехал.</p><p>— Да ладно⁈</p><p>— Не вру! Чуть себе башку со страху не снёс, когда на конечной сумки пересчитал. Сумма там лежала такая, что всей родне до седьмого колена вовек не выплатить. Примчался назад, выскочил из кабины взмыленный…</p><p>— И что, утащили уже?</p><p>— Ага, щас! Прибегает, а баул как стоял на ступеньках, так и стоит. Прохожие идут мимо по своим делам, никто даже пальцем не тронул. В кредитном отделе теперь в открытую ржут: на хрена инкассаторам вообще стволы, если кругом полный порядок? Чужие миллионы никому даром не сдались. Все же отлично понимают, что дрон спикирует быстрее, чем ты лямку перехватить успеешь.</p><p>Лена усмехнулась:</p><p>— Вроде всё правильно. Спокойно… Но при этом вокруг творится куча странностей, которые так просто и не объяснишь.</p><p>— Ну каких, например?</p><p>— Да вот хотя бы этих. — Она кивнула в сторону противоположного тротуара.</p><p>Там, аккурат между приличной кофейней и цветочной лавкой, горела вывеска: «Служба утилизации. Приём лома и старой электроники. Расчёт на месте». Метрах в двухстах, у автобусной остановки, стоял точно такой же павильончик с распахнутыми дверями. Какой-то мужичок бодро волок туда на тележке пузатый советский телевизор.</p><p>— Они теперь на каждом углу, Тёма, — продолжила Лена. — Ты обратил внимание? Даже наш князь на днях по городскому каналу обращение выдал. Прямо так и сказал: «Если у вас по углам пылится старая техника, если жалко выбросить сгоревший утюг или дедовский радиоприёмник — не захламляйте дома. Сдайте в пункты приёма, вам заплатят реальные деньги. Возьмите эти рубли, идите с семьёй в парк, купите мороженое, подышите воздухом и радуйтесь жизни».</p><p>— Ну а что плохого? — пожал плечами Артём. — Город от хлама очищают.</p><p>— Да ничего плохого, просто странно. Зачем князю тысячи ломаных чайников?</p><p>Они вышли к круглому мраморному фонтану в центре сквера. Вода искрилась в вечерней подсветке, рассыпаясь мелкой водяной пылью. Лена подошла к парапету, любуясь игрой струй.</p><p>Артём тут же воспользовался моментом. Вытащил из кармана смартфон, снял блокировку и в пару кликов подтвердил геолокацию в приложении «Филина». Заказ был оформлен заранее, оставалось только вызвать курьера на точку.</p><p>— Лен, — позвал он, убирая телефон обратно.</p><p>Она обернулась:</p><p>— М?</p><p>— У меня для тебя сюрприз.</p><p>— Какой еще сюрприз? — улыбнулась она, поворачиваясь к нему.</p><p>Вместо ответа Артем просто протянул вперёд раскрытую ладонь. Из кроны старого вяза вынырнул крошечный, размером не больше чайного блюдца, белоснежный дрон и плавно завис над ладонью Артема. Металлические захваты на брюшке дрона тихо щёлкнули и разжались, опустив парню прямо в ладони перевязанный лентой свёрток. Тёмно-бордовые, почти чёрные пионы пахли плотно и сладко, заполняя всё пространство вокруг.</p><p>Аппарат мигнул зелёным огоньком, резко взмыл вверх и быстро затерялся среди вечерних огней.</p><p>— С годовщиной, — улыбнулся Артём, передавая ей цветы.</p><p>Лена замерла, бережно перехватила стебли и тут же уткнулась лицом в прохладные лепестки.</p><p>— Тёма… Господи, а я решила, что ты забыл. Честно думала, с этими банковскими авралами всё на свете из головы вылетело…</p><p>— С ума сошла? — он шагнул вплотную и обнял её за талию. — Я же обещал два года назад: на каждую годовщину у тебя будет букет. В какую бы глушь нас ни занесло и какая бы суматоха вокруг ни началась. Просто на этот раз решил опробовать доставку посовременнее.</p><p>Она посмотрела на него снизу вверх и поцеловала, совсем не обращая внимания на редких прохожих.</p><p>Они не спеша пошли по дорожке. Лена прижимала к себе цветы, то и дело ловя знакомый запах, а вокруг шумел и остывал после дневного зноя приморский город.</p><p>Чуть впереди по газону деловито трусил упитанный фрунцузский бульдог. Поводка в руках человека не было — пёс гулял сам по себе, а в метре над его толстой мордой летел небольшой дрон, надёжно держа конец ремня магнитным карабином. Стоило бульдогу рвануть к клумбе, аппарат чуть натягивал трос и возвращал упрямца на дорожку.</p><p>Слева от старой кирпичной типографии вовсю кипела стройка. Привычных лесов и матерящихся работяг не наблюдалось: вдоль фасада прямо на тросах зависли четыре тяжелых дрона-паука. Один срезал треснувший карниз, рассыпая искры. Другой манипулятором шустро вязал арматуру, а оставшаяся пара ровно заливала кладку защитным составом, заставляя стену крепнуть прямо на глазах.</p><p>В темнеющем небе то и дело сновали огоньки курьерских платформ. Город мало-помалу привыкал к новому укладу и продолжал жить сытно, вполне уверенно.</p><p>Где-то в Многомерной Вселенной</p><p>Флагманский корабль «Крушитель Миров»</p><p>Сотни тяжёлых кораблей держали плотный боевой клин в пустоте. На этот раз Клан Звёздных Свежевателей собрал генеральную армаду целиком, задвинув мелкие вылазки разведчиков на второй план.</p><p>Флагманы походили на гигантские выдолбленные астероиды. Поверх дикого камня там наспех наварили куски разномастной брони, содранной с десятков покоренных планет. Из широких сопел ядовитым светом бил радиоактивный выхлоп, вдоль мятых бортов выстроились орудийные башни главного калибра — пара таких залпов запросто раскалывала материк. По бугристой внешней броне ползали ремонтные сервиторы, заваривая свежие повреждения, а из распахнутых ангаров доносился нарастающий гул — пилоты перехватчиков раскручивали турбины реакторов перед вылетом.</p><p>Верховный адмирал Грак-Тор тяжело навис над тактическим терминалом, вцепившись трехпалыми лапищами в край бронеплиты. Даже по орочьим меркам он считался верзилой: почти четыре метра сплошных мышц, замурованных в тяжелый адамантиевый экзоскелет. Кожа на морде отливала темно-оливковым цветом. Правую сторону черепа занимал кибернетический блок с несколькими подвижными окулярами, а снизу хищно торчали клыки в платиновых гильзах, сплошь покрытых тонкой вязью рун силы.</p><p>— … в секторе Кин-Цза-Бза продолжаем выдавливать заслоны Длинноухих, — бубнил вытянувшийся в струнку младший суб-коммандер. — Четвертая ударная группировка сожгла три их орбитальных шпиля. Остроухие огрызаются легкими корветами и накрывают нас маскировочными полями, но капитан Драг-Зул перемалывает их корабли прямо на передовых заставах. Рубеж наш. На южном фланге…</p><p>— Заткнись, — оборвал его Грак-Тор.</p><p>Хриплый бас адмирала припечатал мостик к тишине: орочьи операторы за пультом тут же отдернули когтистые пальцы от клавиш. Суб-коммандер замер, боясь шелохнуться.</p><p>— Меня не интересуют ваши танцы с длинноухими недобитками, — адмирал повернул голову к офицеру, и линзы в его глазнице с треском сфокусировались на лице докладчика. — Остроухие вымирают, их звёзды гаснут. Они никуда не денутся. Что с той планетой в закрытом звёздном рукаве? Что с миром, у которого мы забираем ядро?</p><p>Грак-Тор выпрямился во весь свой исполинский рост и перевёл единственный живой глаз на центральный голографический куб. В синем свете проектора медленно вращалась маленькая голубая планета — Земля.</p><p>Адмирал жадно прищурился. Спектральный анализ дальних зондов не врал: у этого невзрачного шарика было уникальное, живое ядро запредельной плотности.</p><p>Если клан Звёздных Свежевателей заберёт это ядро… они построят Живой Дредноут.</p><p>Корабль-мечта, корабль… БОГ, чьим реактором станет живое сердце целого мира. Судно, способное пожирать пространство, искривлять гравитацию звёздных систем и регенерировать обшивку прямо посреди боя, питаясь энергией вакуума. С таким монстром клан навсегда выбьет себе верховную власть среди всех вождей Орды.</p><p>Но главное было даже не в дредноуте.</p><p>Грак-Тор вспомнил родной мир — Гор-Морк, Великую Праматерь Орды. Сейчас в её недрах уже горели и бились двадцать семь ядер других планет. Двадцать семь выпотрошенных миров отдали свои сердца, чтобы насытить Праматерь. И эффект был колоссальным.</p><p>Орочья раса менялась на глазах.</p><p>Каких-то три тысячи лет назад — жалкая пыль по меркам космоса — средний орк взрослел мучительно долго. Тридцать-сорок лет требовалось сопляку, чтобы набрать мышечную массу, отрастить клыки, закалить кости и стать полноценным бойцом, способным держать тяжёлый пустотный топор и переносить перегрузки варп-прыжков.</p><p>А сейчас? Благодаря энергии двадцати семи поглощённых ядер этот срок сократился до десяти лет! Десятилетний молодняк клана уже превосходил ветеранов прошлого по силе, скорости реакции и плотности костей.</p><p>Но мечта Совета Вождей была куда грандиознее — всего один год. Они хотели разогнать приток энергии до такого уровня, чтобы новорожденный орк вырастал в трёхметрового бронированного берсерка всего за один стандартный солнечный цикл! За один год штамповать миллионные армии несокрушимых солдат!</p><p>И если ядро этой голубой планеты станет двадцать восьмым в короне Гор-Морка, этот рубеж падёт. Тогда вся Многомерная Вселенная просто захлебнётся в бесконечном зелёном приливе. Ни одна империя, ни один звёздный флот, ни людишки, ни эльфы, ни машины не смогут остановить Орду, чьи воины рождаются и взрослеют быстрее, чем враг успевает отлить болванки для снарядов.</p><p>— Я слушаю, — напомнил Грак-Тор. — Сколько стабильных проколов развёрнуто? Когда мы начнём установку пространственных зажимов для изъятия?</p><p>Суб-коммандер побледнел под зелёной кожей:</p><p>— Господин Пустотный Адмирал… Новости с поверхности… паршивые.</p><p>— Что⁈</p><p>— Дикие… — офицер торопливо вывел на терминал тактические сводки. — Те кланы, которых мы пустили через порталы первой волной… Разведка боем с треском провалилась: дикари явно не справлялись с задачей.</p><p>Грак-Тор нахмурился. Кибернетический глаз тихо зажужжал сервоприводом, ступенчато меняя фокус. На тактических экранах перед ним мельтешили обрывки данных с передовой: горящие стоянки кланов, разорванные в щепы частоколы, воронки от взрывов и сваленные в жидкую грязь тела.</p><p>— Племя Железного Черепа разгромлено почти под ноль, — докладывал суб-коммандер, благоразумно не поднимая глаз от планшета. — Рваное Ухо бросило все тяжелое снаряжение, а их шаманов перебили сотнями. Орда наткнулась на жесткую оборону. Люди оказались куда опаснее, чем заявляли наши штабные аналитики. Противник бьет кинетическими перехватчиками, прикрывается новыми маскировочными платформами, глушит связь и методично выжигает передовые узлы.</p><p>— Безмозглые черви! — рявкнул адмирал. — Я дал им шанс урвать кусок славы и расчистить плацдарм для нормальных воинов! Сколько порталов готово к расширению?</p><p>— Только семь процентов от сотни необходимых якорей, мой адмирал, — офицер нервно подобрался. — Остальные точки намертво заблокировали гарнизоны людей.</p><p>Грак-Тор сжал зубы так, что отчетливо лязгнул металл платиновых гильз.</p><p>Семь процентов — это ничтожно мало! Чтобы протащить сквозь ткань пространства гравитационные гарпуны для захвата ядра планеты, требовалось все сто процентов стабильных гигантских пробоев, работающих синхронно. С семью процентами они не смогут протащить даже малый десантный шаттл!</p><p>— Слишком медленно, — прошипел адмирал. — Я не намерен ждать, пока эти дикари годами ковыряются в грязи! Перед Верховным Вождём Гхркалом и Советом я поклялся завершить кампанию молниеносно. Обещал доставить ядро этого мира на стапели Гор-Морка ещё до исхода великого парада звёзд, и я это сделаю!</p><p>Он развернулся к тактическому столу:</p><p>— Приказ на распределительные базы: немедленно сформировать две когорты из молодых бойцов линейных частей.</p><p>Суб-коммандер опешил и вскинул голову:</p><p>— Пять… почти шесть тысяч штыков?</p><p>— Шесть тысяч штыков. Бросайте их через стабильные узлы прямо к передовым отрядам. Их задача — снести оборону людей, расширить коридоры, зачистить сектора и гарантировать площадку для развёртывания оставшихся девяноста трёх врат.</p><p>— Господин адмирал! — офицер связи подался вперёд, начисто забыв о субординации. — Мы же открыто срываем регламент скрытности! Стоит бросить в бой регулярные полки, и люди сразу всё поймут. Правительства этой планеты быстро осознают истинный масштаб угрозы, объявят всеобщую мобилизацию и пустят в ход ядерные арсеналы, намертво закопавшись в землю!</p><p>Грак-Тор с глухим стуком опустил тяжелый бронированный кулак на панель терминала. Толстая металлическая плита треснула, мониторы мигнули.</p><p>— Плевать я хотел на их понимание! — пророкотал адмирал. — Мы изучили их технологии. Их ядерные хлопушки и примитивные ракеты — мусор против наших щитов! Единственная опасность — если эти трусливые мартышки в приступе паники сами сожгут свою планету ядерным огнём до того, как мы развернём захваты. Тогда ядро треснет, растворится в мантии, рабы сгорят, и мы останемся ни с чем! Я не позволю им уничтожить мою добычу!</p><p>Адмирал оскалился, блеснув платиновыми оправами клыков. В его памяти всплыла планета Тар-Валон с их высокомерной расой полулюдей-полуптиц. Они тоже думали, что воюют в лесах с кучкой диких налётчиков, пока однажды эти самые «дикари» не достали из-под шкур плазменные дезинтеграторы и не выжгли всю их планетарную ПВО за одну ночь. Это сработало тогда — сработает и сейчас.</p><p>— Слушайте мой приказ, — Грак-Тор наклонился к офицерам. — Отправить молодняк. Но пускай они покажут себя не как элита флота, а как хищники. Снять с них пустотные экзоскелеты! Никакой брони из адамантия, никаких силовых ранцев! Замаскировать их под дикарей! Пускай нацепят шкуры, обмажутся грязью, обвешаются костями и ржавым железом!</p><p>— А оружие? — спросил суб-коммандер.</p><p>— Выдать им оружие третьей категории под списание, — распорядился адмирал. — Никаких тяжёлых излучателей. Выдайте ручные плазменные рассекатели, компрессионные дробовики и импульсные винтовки из старых арсеналов. Корпуса оружия обмотать кожей, испачкать гарью, прикрутить к ним ржавые штыки и кости! Если людишки нащупают стреляющие железки, пускай думают, что дикари где-то нашли древние схроны или сняли трофеи с погибших! Никто не должен догадаться о нашем флоте раньше времени!</p><p>Грак-Тор снова посмотрел на вращающуюся голограмму Земли.</p><p>— Пускай мои псы зайдут тихо. Пускай режут, ломают и открывают мне новые врата. А вот когда мы откроем их все… вот тогда прятаться будет уже поздно.</p><p>Адмирал вогнал лезвие силового когтя прямо в центр голографической планеты, разрезая проекцию надвое:</p><p>— Эта планета никуда от меня не денется. Мы вскроем её, как спелый плод, и вырвем её сердце. Выполнять!</p></section><section><title><p>Глава 7</p></title><p>Глава 7</p><p>— Феликс Эдуардович, у нас беда, — голос генерала Рыжакова в трубке то и дело тонул в грохоте далёких разрывов. — На седьмом участке творится чертовщина. Орки… их будто подменили.</p><p>Я перехватил трубку плечом, освобождая руки.</p><p>— В каком смысле подменили, генерал?</p><p>— Толпой на пулемёты больше не прут! Идут перекатами, строй держат, командиры то свистками сигналы подают, то фальшфейерами. Заходят сразу с двух флангов и целенаправленно гасят наши огневые точки. Да они и сами по себе стали крепче: парни лупят бронебойными почти в упор, а толку ноль, свинец будто в сырой глине вязнет. За два часа мы потеряли больше народу, чем за всю прошлую неделю. Пока рубеж держится, но ещё немного, и нас сомнут.</p><p>Я нахмурился. На диких налётчиков, которых мы до этого гоняли по кустам ссаными тряпками, это уже совсем не походило.</p><p>— Назовите сектор.</p><p>— Урочище Сихотэ, шестнадцать километров к северо-западу от Борисовки.</p><p>— Понял вас. Держите оборону и в контратаки не суйтесь, только людей положите. Я отправлю аргумент.</p><p>Сбросив вызов, я убрал телефон и повернулся к дивану в углу мастерской. Арни сидел, закинув ногу на ногу, и смотрел мультик про Фиксиков.</p><p>— Арни?</p><p>Киборг медленно поднял голову, окуляры под очками полыхнули красным.</p><p>— Феликсу угрожает опасность?</p><p>— Феликсу угрожает скука, а вот генералу Рыжакову — пара сотен очень организованных зелёных уродов. Ты жаловался, что приводы затекли после того, как чуть не расплавил свой реактор в тайге?</p><p>— Системы функционируют на девяносто восемь процентов. Требуется калибровка шарниров в условиях повышенных динамических нагрузок.</p><p>— Вот и отлично. Поезжай, разомнись. И это… откалибруй! Там как раз собрались ребята, которые возомнили себя захватчиками. Объясни им, кто они есть на самом деле. И возьми с собой десяток тяжёлых штурмовиков.</p><p>Арни аккуратно заблокировал планшет и поднялся с дивана.</p><p>— Приемлемо. Будет весело.</p><p>Спустя пять минут во дворе взревел мотор его мотоцикла, и киборг во главе клина бронированных дронов сорвался в сторону тайги.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Веселье, судя по кадрам с разведывательных «мух», получилось знатное.</p><p>Арни влетел в порядки наступающих орков на своём байке. Коляска с авиационным пулемётом прилагалась. Судя по реакции зелёных, к такому на занятиях по строевой их не готовили.</p><p>А фалангу они держали как положено: щиты сомкнуты, копья выставлены, шаманы под прикрытием. Рыжаков не преувеличивал — воевали по уставу.</p><p>Только вот триста килограммов высокотехнологичных сплавов из Многомерной неслись на них со скоростью сто двадцать километров в час, и устав тут помог слабо. Мотоцикл пробил середину строя, разметав щитоносцев, как кегли. Арни на ходу спрыгнул с седла, крутанулся в воздухе и ещё до приземления выстрелил из дробовика. Одним зарядом снёс голову ближайшему мечнику.</p><p>Следом с неба налетели мои дроны. Зависать над противником и играть в перестрелки они не стали: звено «Потрошителей» врезалось на бреющем полёте в ряды лучников. Зазубренные лезвия вращались, срезая луки вместе с пальцами. Тяжёлые «Бульдоги» таранили офицеров. Арни же пошёл вперёд пешком, раздавая тумаки направо и налево.</p><p>Один из особо крупных орков, разрисованный ритуальной грязью, попытался ткнуть его копьём в грудь. Наконечник со скрежетом скользнул по синтетической коже, не оставив даже вмятины на титановом каркасе. Киборг перехватил древко, дёрнул на себя, оторвал орку руку, после чего этой же рукой огрел по морде набегавшего сзади шамана.</p><p>Через двадцать минут хвалёная «регулярная армия» лежала на перепаханной поляне. Посреди побоища, на куче трупов, стоял Арни и стирал рукавом кровь со своих новых очков.</p><p>Когда я на личном глайдере приземлился на поляне, запах гари и палёного мяса стоял такой, что перехватывало дыхание. Солдаты Рыжакова, робко высунувшиеся из траншей, смотрели на невозмутимого громилу в коже как на оживший кошмар.</p><p>— Чисто, — доложил Арни, повернув ко мне разбитую физиономию.</p><p>— Вижу, — я окинул взглядом побоище.</p><p>Что-то в этих трупах не давало мне покоя. Я подошёл к ближайшему телу. На вид — типичный дикарь. Шкуры, грязь, какие-то костяные бусы, гнилые зубы на шее… Казалось бы — классический орк из портала.</p><p>Я пнул носком ботинка валявшееся рядом оружие.</p><p>Орочья секира как орочья секира. Грубая работа, ржавое зазубренное лезвие, грязные тряпки и кожа на обмотке. Я активировал «Глаз Техноса», и сквозь налипшую дрянь сразу проступил настоящий металл. Под слоем сажи и наспех наведённой ржавчины ровно засветилась безупречная кристаллическая решётка.</p><p>— Ну-ка, ну-ка…</p><p>Опустившись на корточки, я достал армейский нож и поддел край бурого налёта на секире. Корка отвалилась сухими хлопьями, обнажив чистую матово-серую броню. Дальше я срезал брезентовую обмотку с рукояти — так и есть, под тканью обнаружились аккуратно спиленные пазы под зацепы экзоскелета и стандартное гнездо для энергоячейки.</p><p>Рядом валялся короткий карабин с кривым стволом, издалека похожий на грубый самопал из водопроводной трубы. Я подобрал его и повертел в руках, изучая казённик.</p><p>— Сириус, просканируй.</p><p>Узкий синий луч дрона скользнул по железу.</p><p>— Анализ завершён, Повелитель, — отозвался дрон. — Фиксирую следы термического воздействия. Маркировку счищали абразивом, но геометрия канала ствола однозначная: перед нами ручной плазменный рассекатель. Сплаву примерно сорок лет. Внешний вид испорчен намеренно, металл травили кислотой.</p><p>Я поднялся на ноги и вытер испачканные пальцы салфеткой. Картинка наконец сложилась, и радоваться тут было абсолютно нечему. С бойцов содрали нормальную броню, выдали замаскированное под мусор оружие и погнали сюда на убой. Дикарями, которым повезло найти старый склад, тут и не пахло.</p><p>Кто-то очень не хотел, чтобы мы поняли, с кем на самом деле воюем. Ради этого и затеяли маскарад: нам полагалось видеть в противнике примитивных дикарей.</p><p>В кармане завибрировал телефон, на экране горела надпись: «Император».</p><p>— Да, Ваше Величество, — ответил я, глядя на дымящиеся останки псевдо-дикарей.</p><p>— Феликс, китайцы только что сделали свой ход. Ли Чжун передал нам «подарок» в знак доброй воли и подтверждения мирных намерений. Передали нам пленного, который совсем не похож на тех, с кем мы воюем в лесах. Китайцы не смогли вытянуть из него ни слова — их дознаватели сломали зубы об его ментальные блоки. Ли Чжун решил, что эта кость слишком тверда для его челюстей, и сбагрил проблему нам.</p><p>— И где этот ценный кадр?</p><p>— Спецборт уже в воздухе. Через сорок минут капсулу с изолирующим контуром доставят на твою базу под Уссурийском.</p><p>— Ко мне? Зачем? У вас в Петербурге застенки кончились?</p><p>— Потому что я знаю, кто лучше всех в этой стране разбирается во всякой чертовщине, князь, — усмехнулся Император. — И ещё одно… Подготовь нормальный чай. Я лечу следом. Этот допрос я хочу видеть лично.</p><p>Я посмотрел на Арни, который как раз оторвал рог от каски убитого вожака и примерял его к своему плечу.</p><p>— Собирайся, киборг. У нас намечаются смотрины.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>За полчаса в подвале Башни оборудовали изолятор.</p><p>На защите не экономили. Стены обшили листами зачарованного свинца, и поверх них наложили три слоя антимагических сеток. Артефактные генераторы по углам гасили помехами любые ментальные частоты. Под потолком висели шесть штурмовых дронов; все плазменные резаки смотрели в центр комнаты.</p><p>За бронированным стеклом в смежном помещении устроили пункт наблюдения. Ольга сидела у ноутбука в очках, с кружкой кофе в одной руке. Пальцами свободной руки она нервно стучала по клавишам, проверяя давление и энергофон в камере. Рядом завис Сириус. Если понадобится, он в любую микросекунду накроет пленника куполом абсолютной изоляции.</p><p>Тяжёлый транспортный конвертоплан приземлился прямо на площади перед Башней. Дроны-погрузчики споро сгрузили массивный контейнер с предупреждающими знаками биохимической и магической опасности и на грузовой платформе уволокли его в подвал.</p><p>А спустя десять минут на ту же площадку, взметнув тучи пыли, сел личный шаттл Государя.</p><p>Александр Пятый вошёл в подвал пружинистым шагом. Полевой китель на нём был простой, без знаков различия, но по взгляду сразу становилось ясно, кто здесь государь. Император сухо кивнул Ольге за мониторами. Та едва не выпустила кружку, а он уже повернулся ко мне.</p><p>— Ну что, Феликс, готов к сеансу экзорцизма?</p><p>— Всегда готов, Ваше Величество. Но условия прежние: говорим через стекло или внутри камеры, но вы не вмешиваетесь, что бы там ни происходило.</p><p>— Договорились, — прищурился Император. — Я здесь чисто в качестве зрителя. Уж больно интересно посмотреть, как ты будешь раскалывать того, об кого обломала зубы лучшая разведка Китая.</p><p>Мы подошли к гермодвери. Контейнер уже вскрыли, и пленника перевели в камеру.</p><p>Я заглянул через смотровое окно.</p><p>Орк сидел в центре комнаты. Кресло под ним было вмуровано в пол, пленника держали массивные адамантиевые кандалы. Двухметровый исполин был затянут в разорванный, но ещё вполне узнаваемый мундир: глубокий ультрамарин, золотые эполеты… Вместо правой руки — тяжёлый кибернетический протез из тёмного сплава. В его швах медленно пульсировали синие искры.</p><p>Сломленным он не выглядел. По здоровенной морде с подпиленными клыками было видно, что здешних хозяев он глубоко презирает. Да и всё вокруг удостаивал лишь снисходительного внимания.</p><p>Я щёлкнул замком и шагнул внутрь камеры. Дверь за моей спиной с шипением запечаталась. Император остался стоять у смотрового стекла в коридоре.</p><p>Орк медленно повернул ко мне голову.</p><p>— Чего сидишь, зубы скалишь? Понимаешь, куда попал? — произнёс я на гортанном наречии местных лесных кланов.</p><p>Орк издал вибрирующий звук, похожий на утробный смех.</p><p>— Очередная лысая обезьяна выучила три слова и возомнила себя хозяином, — прохрипел он на том же примитивном диалекте. — Убей меня, мясо. Ничего вы от меня не узнаете. Слишком примитивны, чтобы даже осознать величие нашей поступи.</p><p>Я помолчал пару секунд, скрестил руки на груди и заговорил на языке Высокой Космической Орды:</p><p>— А если мы перейдём на наречие тех, кто умеет зажигать плазменные двигатели?</p><p>Ухмылка сразу сползла с клыкастой морды. Орк замер, перестал дёргаться и уставился на меня ошалелыми глазами.</p><p>— Ты… — выдохнул он на чистейшем орочьем диалекте. — Откуда низшему червю известна священная речь⁈</p><p>Вместо ответа я поднял правую руку и принялся вычерчивать пальцами в воздухе силовые линии.</p><p>Магия Техносов опиралась на строгую геометрию пространства, направляющую поток сырой энергии. Между пальцами послушно вспыхнули золотистые контуры, и расчётные знаки подавления материи легли поверх ровных кругов. Обычная сигнатура допроса, я составил эту схему ещё в прошлой жизни.</p><p>Орк уставился на светящиеся символы, зрачки его сжались в крошечные точки. Тяжёлый протез мелко затрясся, с тихим лязгом ударяясь об опору, а тёмно-оливковая кожа на морде пленника на глазах стала грязно-серой. Казалось, всю кровь из этой туши выкачали разом.</p><p>Он узнал эти знаки, их невозможно было спутать ни с чем. Эти глифы были выжжены в исторической памяти его расы так же глубоко, как страх перед Пустотой.</p><p>Адамантиевые цепи натянулись и лопнули, не выдержав чудовищного рывка. Но орк не бросился на меня. Двухметровая туша сорвалась с кресла и рухнула на колени, с размаху впечатав лоб в пол у моих ног.</p><p>— ПРИВЕТСТВУЮ ТЕБЯ, ПОВЕЛИТЕЛЬ РОЯ! — взревел он не своим голосом, от ужаса срываясь на визг. — НЕ УНИЧТОЖАЙ! СМИЛУЙСЯ НАД НЕДОСТОЙНЫМ!</p><p>Он снова и снова бил лбом в пол, не смея поднять глаз.</p><p>За бронированным стеклом Александр Пятый стоял с открытым ртом. Бокал с недопитым коньяком выпал из его пальцев и с хрустальным звоном разлетелся об пол. Государь даже не посмотрел вниз. Там, в камере, двухметровый космический монстр бился в истерике перед двадцатилетним русским князем, и оторваться от этого зрелища император не мог. Он молча офигевал.</p><p>Да уж, память поколений — забавная штука.</p><p>В моей прошлой жизни космические орки были той ещё занозой в заднице. Зелёные консервные банки в силовых экзоскелетах. Им бы только грабить, размножаться и жечь дотла всё, что не зелёное. Плодились они со скоростью плесени, а свои безумные корабли собирали из всего, до чего могли дотянуться загребущие лапы.</p><p>Они не знали страха и плевали на дипломатию, ровно до тех пор, пока их пути не пересеклись с моим Роем.</p><p>Я хорошо помнил тридцать лет войны и почти семьсот пятьдесят миллионов потерянных боевых машин. Даже для меня потери были огромными: все верфи пришлось на целый год перевести в режим максимальной перегрузки. Орда же лишилась всего. Пятнадцать материнских дредноутов я лично распылил на атомы. Каждый был размером с планетоид и служил ядром целого флота. Пятнадцать флотов просто перестали существовать, обратившись в холодный космический мусор.</p><p>После этого выжившие кланы сложили сказку о Повелителе Железной Саранчи, чьё прозвище запрещалось произносить вслух под страхом вырывания языка. И вот теперь живое воплощение этой сказки стояло перед их потомком.</p><p>Я положил ладонь на затылок орка и ощутил дрожь. Техномагия прошла сквозь его череп, и я подключился напрямую к нейросетям пленника.</p><p>Ментальные блоки, о которые сломали зубы китайцы, рассыпались за наносекунду. Допрос можно было вести, даже не дожидаясь ответов: память орка я читал как открытую книжку.</p><p>Орк даже не понимал, насколько я сейчас слаб. Триллионного Роя за моей спиной не было, силу ограничивала хрупкая человеческая оболочка, но пленник этого не видел. Раз уж я стоял перед ним, значит, конец света наступил. По его разумению, железная саранча уже жрала пустоту на орбите этой несчастной планеты.</p><p>— Говори, червь, — произнёс я на Высоком Орочьем. — Зачем вы здесь?</p><p>Орк заговорил, захлёбываясь и размазывая по полу сопли:</p><p>— Великая Армада… Клан Звёздных Свежевателей! Нас ведёт Верховный адмирал Грак-Тор! Мы пришли за Сердцем!..</p><p>Он выкладывал всё, что знал, и подтверждал то, о чём я уже догадался.</p><p>Земля не была случайной целью. У орков она была известна как легендарный Запретный Мир: внутри него билось уникальное Живое Ядро запредельной плотности. Они хотели вырвать его и использовать как бесконечный источник энергии.</p><p>Но куда важнее для них было другое свойство ядра. Под действием его эманаций молодняк созревал бы за год вместо десяти лет. Миллиарды бронированных берсерков ежегодно — с таким пополнением они могли залить зелёной волной всю Многомерную.</p><p>— Кто ты сам? — спросил я, перебирая узлы его памяти.</p><p>— Драг-Зул… Генерал-наследник Третьей Пустотной Когорты, — прохрипел он. — Я был изгнан… осквернён… Я потерпел поражение на дальних рубежах и лишён права носить родовые цвета! Моя капсула была сбита, когда я искал искупления в авангарде!</p><p>Он поднял на меня глаза. Безумный ужас в нём остался, но к нему вдруг примешался восторг — фанатичный и до нелепости щенячий.</p><p>— Великий… Повелитель… Я знаю, что моя жизнь оборвётся здесь. Но умоляю тебя об одной милости! Перед тем, как твои машины обратят меня в прах… позволь мне увидеть Рой хоть одним глазом! Позволь узреть истинную смерть, о которой слагали гимны наши древние шаманы!</p><p>Для него мой Рой был абсолютом — высшим хищником, божеством разрушения, перед которым не стыдно пасть на колени.</p><p>Я медленно убрал руку с его головы и выпрямился.</p><p>— Поживи пока, Драг-Зул. Всё возможно. Но пока сиди тихо и не отсвечивай.</p><p>Я повернулся и пошёл к выходу. Дверь с шипением открылась.</p><p>Александр Пятый всё ещё стоял у стены, судорожно стиснув правой рукой рукоять парадного клинка. Глядел он на меня так, словно я только что стащил с себя человеческую кожу, а под ней оказались щупальца древнего бога.</p><p>— Феликс… — выдохнул Государь. — Что… ЧТО ЭТО БЫЛО⁈</p><p>Мы поднялись наверх, в просторный кабинет, в котором был оборудован мой временный штаб.</p><p>Ольга всё ещё сидела за ноутбуком и от волнения догрызала ноготь на большом пальце. Увидев, с каким белым лицом входит император, она благоразумно вжалась в кресло и уткнулась в экран, сделав вид, что слишком занята кодом, чтобы замечать нас.</p><p>Я подошёл к столу, налил себе холодной воды из графина, залпом выпил и повернулся к Сириусу.</p><p>— Разворачивай тактическую карту сектора на полный масштаб.</p><p>В воздухе вспыхнула трёхмерная проекция Земли — красные точки горели по всей поверхности планеты.</p><p>— Итак, — я опёрся кулаками о стол. — Картина предельно ясна. Орки готовят захват ядра. Чтобы протащить сквозь пространство гравитационные захваты такого калибра, им нужно развернуть ровно сто пространственных якорей — сто гигантских порталов, работающих синхронно. Сколько у них готово сейчас?</p><p>Сириус вывел расчёты:</p><p>— По предварительным данным разведки и показаниям пленного — активно ровно семь процентов, то есть семь якорей из ста. Остальные точки находятся в стадии формирования или блокированы войсками.</p><p>— Семь из ста… — я постучал пальцем по столу. — Время играет на нашей стороне, но недолго. Нам не нужно обороняться по всей планете, это бессмысленно. Наша задача проста: вычислять и гасить эти пространственные якоря быстрее, чем эти зелёные инженеры успевают их стабилизировать.</p><p>— Но для ударов по планетарным якорям у нас банально не хватит радиуса действия текущих дронов, Повелитель! — заметил Сириус. — Нам нужна орбитальная группировка. Нам нужен…</p><p>— Проект «Дредноут», — закончил я за него. — Пора переходить от слов к делу. Что по Кубу? Насколько он готов заложить верфь?</p><p>Сириус на мгновение завис, прогоняя диагностические матрицы:</p><p>— Структурная компрессия позволяет начать формирование стапелей. Архитектура разработана. Энергетические контуры выдержат. Но, как я уже докладывал, нам катастрофически не хватает редких космических материалов. Звёздная медь, астральный феррум, нуль-металл… Без них мы не сможем стабилизировать реактор судна такого тоннажа. Мы упёрлись в сырьевой тупик.</p><p>Я усмехнулся и достал из сумки трофейный плазменный карабин, который прихватил с утреннего поля боя.</p><p>— А ну-ка, внимательно просканируй эту железку ещё раз.</p><p>Сириус направил на карабин лазерный луч. Через секунду-другую из дрона донёсся сдавленный свист, словно он подавился:</p><p>— Анализ состава… Четыреста пятьдесят граммов чистейшей звёздной меди! Сто двадцать граммов титанового сплава глубокой вакуумной ковки в ствольной коробке! Повелитель… это же…</p><p>Я не выдержал и громко расхохотался.</p><p>— Эти гении конспирации прислали на Землю кучу бойцов, переодетых в дикарей! И вооружили их оружием со своих космических арсеналов! Металл сам пришёл к нам на планету своими ножками! Всё, что нам нужно сделать — это перебить всех замаскированных уродов и пустить их драгоценные пушки на переплавку в Куб!</p><p>— Гениально… — прошептал Сириус. — Мы разберём их армию на запчасти для нашего флагмана!</p><p>Внезапно голографическая карта Земли дёрнулась, и десятки новых красных меток начали вспыхивать по континентам.</p><p>— Повелитель! Экстренное сообщение от глобальной сети мониторинга! Количество активных пространственных аномалий на планете… только что удвоилось! Четырнадцать готовых якорей! Они форсируют процесс! Враг понял, что маскировка сорвана, и пошёл в открытую!</p><p>Меня охватила расчётливая ярость Повелителя Роя. Орки больше не прятались. Теперь от того, кто кого опередит, зависело наше выживание.</p><p>Я подошёл к передатчику, связывающему кабинет с подвальным изолятором, нажал клавишу связи и произнёс на чистейшем Высоком Орочьем:</p><p>— Ну что, генерал Драг-Зул… Ты молил богов о том, чтобы увидеть мой Рой хоть одним глазком перед смертью? Так вот, готовься, генерал. Скоро ты его увидишь.</p><p>Я отключил связь и не спеша обернулся к императору, чуть усмехнувшись. Александр Пятый, владыка полумира, смотрел на меня в полном потрясении. Всё, что он считал привычным и понятным, я только что разнёс на куски. Такого в его мире попросту не могло быть, а оно происходило у него на глазах.</p><p>— Ну а теперь, Ваше Императорское Величество… когда все формальности улажены, а карты раскрыты… Думаю, мы наконец-то можем спокойно, по-настоящему поболтать. Вы не против?</p><p>Император Всероссийский опустился в кресло медленно и неловко: ноги плохо его слушались. С трудом сглотнув, он хрипло выдавил:</p><p>— Наливай, Феликс… Кажется, мне понадобится что-то покрепче чая.</p></section><section><title><p>Глава 8</p></title><p>Глава 8</p><p>Я подошёл к шкафу у стены, достал из бара пузатую бутылку выдержанного коньяка и большую чайную кружку с гербом Уссурийского гарнизона. Налил щедро, почти до самых краёв, и придвинул её по столешнице к императору.</p><p>Александр Пятый обхватил кружку, поднёс к лицу и жадно глотнул. Глоток вышел здоровенный, а он даже не поморщился.</p><p>Я же опёрся бёдрами о край стола, скрестил руки на груди и уставился на мерцающую голографическую карту Земли. По материкам пульсировали четырнадцать красных маркеров — будто кровавые язвы проступили на карте. Четырнадцать готовых пространственных якорей из сотни.</p><p>Паршиво. Всё складывалось максимально паршиво.</p><p>Время мы упустили. Я снова и снова прикидывал сроки, но расчёты не менялись, хоть ты тресни. Создать здесь, на изолированной планете, оборону нужного масштаба и мощности я уже не успевал. Чтобы она работала как положено требовалось время, которого у меня не было.</p><p>Конечно, оставался проверенный путь абсолютной тирании. Пользуясь княжеским титулом и шоком властей, можно было объявить тотальную мобилизацию, экспроприировать все государственные склады до единого гвоздя, обчистить золотовалютные резервы, подчинить заводы и согнать половину населения Империи на круглосуточную штамповку примитивных боевых платформ. Залить тайгу миллионами корявых гусеничных дронов, выжать планету досуха.</p><p>Но у меня были свои принципы. Я не собирался опускаться до банального мародёрства и воровать всё, до чего дотянусь. Это не мой стиль.</p><p>И всё же шансы оставались. Небольшие, но зацепиться ещё было за что.</p><p>Главная проблема — мир оставался наглухо закрытым. Даже назвать его планетой с ограниченным доступом язык не поворачивался: здесь был изолирован весь сектор пространства. Плотнейшие пространственные помехи, искажения метрики, слепые зоны, хаос… Мой основной Рой бороздил просторы Многомерной Вселенной, а эту точку снаружи нащупать не мог. Тут вся его мощь оказалась бесполезна: дроны видели на месте сектора только мёртвое гравитационное ничто.</p><p>Многомерная явно обожала дурацкие шутки. Какие-то космические орки на своих слепленных из мусора посудинах умудрялись просачиваться через порталы и якоря. А мои совершенные дроны упирались в барьер. Вот тебе и техническое превосходство.</p><p>Впрочем, законам Вселенной это не противоречило. Могли бы боевые единицы Роя проникать на закрытые планеты извне — я бы давным-давно вскрывал такие миры пачками, как консервные банки. Дело было ещё и в природе самих существ. Орки — живые, биологические. Пёрли тупой массой на слепом инстинкте. За ними не стояла единая воля высшего порядка, не было у них и индивидуального слепка, который резонировал бы на всю галактику.</p><p>Моих же дронов создал я сам. Каждый нёс частицу моей конструкторской мысли и воли. У других владык Многомерной всё работало точно так же. Костяной Скульптор ни при каких раскладах не смог бы забросить в закрытый мир свои костяные армии: те были порождением его личной сути. Или вот Механический Пастырь со своими легионами…</p><p>Тут я замер, а потом мысленно усмехнулся. Насчёт Механического Пастыря — чёрт его знает, может он так и может. Я что, с ним чаи гонял или задушевные беседы вёл? Мы вообще-то десятилетиями с упоением выжигали армии друг друга на просторах Вселенной.</p><p>В тишине кабинета император с хрипотцой кашлянул.</p><p>— Кхм… Я вообще-то всё ещё здесь нахожусь…</p><p>Я оторвался от своих размышлений, моргнул и посмотрел на императора.</p><p>— А, да. Точно.</p><p>Нужно было как-то вводить монарха в курс происходящего дерьма.</p><p>— В общем, я так понимаю, вопросов у вас сейчас значительно больше, чем ответов?</p><p>— Верно, — подтвердил Александр Пятый.</p><p>Он снова поднёс чайную кружку ко рту и сделал ещё один внушительный глоток. Я задумчиво посмотрел на него. Вопросы, ответы, вопросы, ответы… С чего вообще начинать? С устройства Многомерной? С природы пространственных аномалий? С того, что его великая империя — лишь песчинка на окраине заштатного закрытого сектора?</p><p>Пока я размышлял, государь не спеша допил коньяк до капли, взял бутылку, плеснул себе ещё, снова припал к краю кружки и осушил её наполовину.</p><p>— Ваше Величество, если вы продолжите хлебать такими темпами, боюсь, к концу нашего разговора за этим столом просто некому будет сидеть.</p><p>Александр Пятый поставил кружку на стол, шумно выдохнул — от него пахнуло коньяком — и потёр переносицу:</p><p>— Знаешь, парень… Я за всю жизнь никогда не злоупотреблял этим напитком. Ну, то есть знаком с ним, сам понимаешь: протокольные приёмы, бесконечные переговоры с союзниками, нервы, генералы… Но прямо сейчас я собственным нутром ощущаю, что алкоголь доходит ровно до середины горла и там просто бесследно растворяется. Настолько всё натянуто, будто струна перед разрывом.</p><p>— Да, такое бывает, — хмыкнул я, вспоминая пару похожих эпизодов из далёкого прошлого. — Стресс и адреналин творят с метаболизмом чудеса. В общем, ситуация паршивая, Ваше Величество. Максимально паршивая.</p><p>Император внимательно посмотрел мне в глаза. Столько выпил, а взгляд оставался цепким и до неприятного трезвым.</p><p>— Я это уже понял. А теперь давай-ка мы спокойно поговорим вот о чём: откуда ты знаешь язык орков?</p><p>— Язык орков? — я пожал плечами. — Ну, они прибыли не с этой планеты. Логично, что у них своё собственное наречие.</p><p>— Верно, логично. Вот только откуда его знаешь ты? Не хочешь ли ты мне объяснить, Феликс, почему молодой князь владеет речью космических тварей лучше университетских лингвистов? У тебя уже был опыт контактов с пленными орками, о котором ты предпочёл умолчать? Ты не доложил по инстанциям, утаил стратегические данные… А ведь ты, вообще-то, мой подданный, и приносил клятвы моему Роду.</p><p>Я криво усмехнулся:</p><p>— Вообще-то, клятвы, которые даются, у нас принято соблюдать. Многомерная Вселенная очень любит соблюдение клятв. Энергия, магия, кармические балансы, причинно-следственные узлы — на этом держится половина мироздания. Но есть одно маленькое «но». Клятвы действуют далеко не на всех. Особенно они не действуют на человека без души.</p><p>Александр Пятый поморщился и устало махнул рукой:</p><p>— Бездушный… ради бога, давай сейчас без этой фамильной гордости и мистической чепухи. У тебя герб такой, я помню.</p><p>— Нет, Ваше Величество, вы не поняли, — покачал головой я. — Буквально. У меня нет души. А ещё у человека без души не существует смерти в вашем привычном биологическом понимании. И когда физическая оболочка погибает, такой человек — если он точно знает, что делает, — может, так сказать, переместиться в другое подходящее тело. А потому…</p><p>Кружка дрогнула в пальцах императора, глаза расширились. На мгновение мне показалось, что он даже дышать перестал.</p><p>— То есть… ты хочешь сказать…</p><p>— Да я понятия не имею, что вы там себе успели напридумывать и до каких кошмаров додумались, — перебил я его. — Скажу прямо и без метафор: да, я не с этой планеты. Хотя из этой же Вселенной. Просто в определённый момент времени мне… скажем так, понадобилось новое тело. И я занял тело умирающего юноши.</p><p>Сказал — и сам на долю секунды опешил. Вот ведь о чём я до сих пор не подумал:</p><p>Стоп… А как же тогда мой дрон проник сюда⁈</p><p>Каким, мать его, образом Сириус тогда сумел пробить глухой барьер закрытого сектора, упасть на этой планете и заключить сделку с умирающим мальчишкой⁈</p><p>Воздух рядом со мной слабо замерцал. Из маскировки плавно вынырнул чёрно-серебристый шар Сириуса.</p><p>— Повелитель? Что происходит? — зафиксировав скачок моего пульса, настороженно поинтересовался дрон. — Регистрирую всплеск когнитивной активности.</p><p>Я ожидал чего угодно: император Всероссийский впадёт в истерику, схватится за табельное оружие, начнёт вызывать личный конвой или орать про демоническую одержимость. Но он только медленно втянул носом воздух. Лицо у него осунулось. Он смотрел на меня и, похоже, уже ничего не соображал.</p><p>— Понятно… — еле слышно пробормотал он, глядя куда-то сквозь меня. — Это… действительно многое объясняет. Но, пожалуй…</p><p>Он замолчал. Пытался что-то сказать, но слова у него никак не находились.</p><p>В углу кабинета зашуршало. Ольга всё это время сидела за ноутбуком ни жива ни мертва. Теперь она, совсем белая лицом, захлопнула крышку и осторожно прижала компьютер к груди. На цыпочках, бочком выбралась за дверь, так и не сводя с самодержца круглых от страха глаз.</p><p>— А, пошло оно всё к чёрту, — махнул рукой я, понимая, что обычными разговорами мы будем выяснять отношения до бесконечности. — Сириус, введи Императора в курс дела быстро. Если я начну излагать это ртом, у нас уйдёт полгода.</p><p>— Слушаюсь, Повелитель, — отозвался дрон. — Расслабьтесь, Ваше Императорское Величество. Процедура может вызвать ощущение лёгкого покалывания в височных долях.</p><p>Сириус подлетел вплотную к застывшему в кресле государю. Из округлого корпуса выдвинулись тонкие хромированные манипуляторы, легли на виски Александра, быстро развернули вокруг его головы лёгкий обруч нейроинтерфейса и закрепили на затылке присоски сенсорных датчиков.</p><p>— Скорость передачи — тридцать крат, — распорядился я. — Чтобы мозги не расплавились.</p><p>— Принято. Подключаюсь к базам данных Повелителя. Начинаю прямую трансляцию пакетов информации.</p><p>Обруч на голове императора засветился.</p><p>По моим прикидкам, даже на тридцатикратном ускорении процедура займёт часов пять или шесть. Не меньше. Я ведь приказал показать ему всё без утайки. Как устроена Многомерная Вселенная, каковы настоящие масштабы космических цивилизаций, какие бесконечные войны ведёт Рой. И про орков тоже: что за угроза к нам надвигается, зачем они вторглись, чем это может кончиться и что мы вообще можем предпринять.</p><p>Теперь оставалось дождаться, в каком состоянии Александр очнётся и какие выводы сделает. От этого зависело, как я буду действовать дальше: получу полноценного союзника или помеху, которую придётся нейтрализовать.</p><p>Как-никак, я теперь жил на этой планете. И, судя по всему, задержусь здесь лет на двести, триста, а то и на все пятьсот. Всё это время придётся иметь дело с Империей, куда ж я от неё денусь.</p><p>Я ведь заключил сделку. А сделки я не нарушаю никогда. И планета, и безопасность рода Бездушных входили в условия договора. Насколько сложной окажется задача — уже мои заботы. Выполнить обещанное я обязан в любом случае.</p><p>Здесь жили сёстры прежнего владельца тела — Эльвира и Маргарита. Тот пацан пожертвовал жизнью, душой и будущим, лишь бы спасти сестёр и защитить свой род от уничтожения. Значит, я выполню его волю до конца. Со временем девочки, конечно, подрастут, окрепнут, разовьют свои таланты. Наберут столько личной силы, что чужая защита им даром не понадобится. Вот тогда всё станет намного проще. А пока за их безопасность отвечаю я сам.</p><p>— Сириус, ты можешь перенаправить часть вычислительной мощности на общение со мной?</p><p>— Так точно, Повелитель. Выделенного потока достаточно для ведения диалога, мониторинга витальных функций объекта и даже для раздачи тактических директив нашим подразделениям на линии соприкосновения.</p><p>— Супер. Запускай проект «Клон».</p><p>— В смысле — проект «Клон»? Повелитель, мы же только что утвердили приоритет проекта «Дредноут»! Для защиты от орбитальной бомбардировки нам требуется тяжёлый пустотный крейсер!</p><p>— Нет, нам нужно действовать умнее. На постройку Дредноута у нас банально нет времени. С четырнадцатью активными якорями зелёные развернут посадочные коридоры быстрее, чем мы успеем запустить стапели. Если, конечно, мы сами искусственно не затянем этот процесс и не выиграем себе пару месяцев.</p><p>— Каким образом мы его ускорим?</p><p>— Я же сказал: запускай проект «Клон».</p><p>Оптический окуляр Сириуса замерцал с бешеной частотой, внутри корпуса натужно запищали кулеры.</p><p>— Повелитель… Я не могу найти в регистрах проект «Клон». Моя память повреждена⁈ — в голосе дрона слышалась паника. — Неужели я случайно перекачал критические системные сектора в мозг Императора⁈ Я накосячил⁈ Сейчас, секунду, я немедленно запущу процедуру глубокого восстановления и…</p><p>— Успокойся. Проверь входящий пакет новых проектов и оперативных директив.</p><p>— Подождите… Вы только что придумали проект «Клон»? Буквально минуту назад?</p><p>— Ну да, — подтвердил я. — Чертежи, кинематические схемы и параметры сборки уже загружены в твой буфер.</p><p>— Проверим, что это такое. Хотя, признаться, мне уже категорически не нравится эта идея.</p><p>— Нравится, не нравится — как говорится, без разницы. Привыкай работать с тем, что дают.</p><p>Сириус бегло пролистал спецификации и заговорил совсем уж озадаченно:</p><p>— Нам требуются весьма странные материалы… Жидкий латекс, силиконовые эластомеры, синтетическая плоть, искусственные кожные покровы… Одежда оптовыми партиями? Ткани, обувь, старое оружие⁈</p><p>— Именно.</p><p>По моей задумке мы должны были штамповать антропоморфных дронов, с виду неотличимых от обычных людей: солдат, ополченцев, горожан… Только каркасы требовались хлипкие, а боевая начинка — самая простая.</p><p>— Но это же глупость! — возмутился Сириус. — Это бессмысленный, нерациональный расход ресурсов! Зачем тратить дефицитные полимеры на создание заведомо неэффективных манекенов, которые будут разваливаться от первой же автоматной очереди⁈</p><p>— Знаешь, Сириус, в чём заключается одна из главных психологических особенностей космических орков? Они капец как любят победы. Настоящие, громкие победы в бою! Чтобы враги визжали, мясо рвалось, кровь хлестала во все стороны, и чтобы всё вокруг трещало по швам. И там, где у них намечаются лёгкие победы, где они чуют слабину — именно туда их командиры с восторгом швыряют основные силы. Да они и сами толпами туда с радостью бегут! Зеленокожие считают, что нащупали брешь в нашей обороне, и всеми доступными ресурсами стараются её продавить. И пока они будут упоённо громить наши полки из латекса, захлёбываясь от восторга на второстепенных рубежах, мы спокойно выиграем драгоценное время, переплавим их карабины на звёздную медь и соберём Дредноут. Уловил логику? Поэтому не ной и запускай проект «Клон».</p><p>— Логика… признана функциональной, — нехотя проскрипел Сириус. — Начинаю развёртывание производственных матриц.</p><p>Я повернулся обратно к креслу и не удержался от смешка.</p><p>Александр Пятый, самодержец Всероссийский, сидел, запрокинув голову и наполовину отвесив челюсть. Нейрошлем на его макушке вовсю мигал синими искрами. Левая нога судорожно дёргалась в такт импульсам, а таз плавно выписывал волны. Со стороны казалось, что государь прямо в кресле увлечённо отплясывает какую-то безумную смесь брейк-данса и ламбады.</p><p>— Да уж… Представляю, что ему сейчас Сириус там показывает…</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Уссурийск, Приморский край</p><p>Оптово-розничный склад на улице Садовой</p><p>Валерий сидел на перевёрнутом пластиковом ящике из-под китайских термосов, упирался локтями в колени и тоскливо смотрел в пространство перед собой.</p><p>«Что я, мать его, делаю со своей жизнью? — в сотый раз за день подумал он, растирая ноющее от сырости правое колено. — Почему я настолько тупой? Или проклятый? Нет, ну ведь нормальный же мужик был. Голова на плечах, руки не из задницы. Бизнес нормальный держал, сантехникой торговал, горя не знал… Какого лешего меня понесло в эти тряпки⁈»</p><p>Арендованный ангар был огромным — триста квадратных метров с высокими потолками.</p><p>А началось всё восемь месяцев назад, с гениальной, как тогда казалось Валере, бизнес-идеи.</p><p>План выглядел идеально: войти на дальневосточный рынок с европейским стоком и первоклассным секонд-хендом. Народ в Приморье практичный, любит добротные заграничные вещи. Вот только возить их из европейской части Империи накладно — доставка съедала всю маржу. Но Валера на то и был человеком предприимчивым, чтобы найти лазейку. Через третьи руки вышел на оптовых посредников в Суйфэньхэ: те брались переваливать европейские складские партии морем и железной дорогой по совершенно смешным тарифам.</p><p>Валерий прикинул расходы и доходы на коленке — и сам не поверил своему счастью. Маржа выходила бешеная, чистый «икс двадцать»! Вложил рубль — вынул двадцать. Он тогда пришёл домой с шампанским, закружил жену по кухне и торжественно поклялся: продаём одну крупную партию, закрываем все кредиты, покупаем дом у моря и больше никогда в жизни не работаем. Только дети, рыбалка и покой.</p><p>Сэкономить Валера решил только на профессиональном переводчике для внешнеторговых контрактов. Заломили эти дипломированные грамотеи за юридическое сопровождение какую-то несусветную сумму с тремя нулями.</p><p>«Я что, дурак переплачивать? — рассудил тогда Валера. — Двадцать первый век на дворе».</p><p>Он честно засел за онлайн-переводчики. И ведь не ленился: вбивал сложные иероглифические обороты сразу в три программы, сверял специфические термины по бумажному русско-китайскому словарю внешнеэкономических связей за восемьдесят пятый год и чувствовал себя чертовски прошаренным коммерсантом.</p><p>Всё пошло наперекосяк в день окончательного перевода денег. Китайский брокер вдруг прислал слёзное сообщение: партию первоклассных курток и джинсов буквально из-под носа перекупил какой-то оптовик из Харбина. Валера уже готов был рвать на себе волосы, но учтивый партнёр тут же предложил компенсацию. Мол, глубоко извиняемся, репутация дороже денег, поэтому готовы отдать вам по себестоимости эксклюзивную замену со спецхранения. Партия премиального текстиля особого назначения. Плотность запредельная, износ нулевой, фабричное качество без единого изъяна, ткань не горит, воду отталкивает, ветром не продувается…</p><p>Валера спешно прогнал присланную спецификацию через переводчик. Тот бодро выдал:</p><p>«Одежда военная усиленная, всепогодная, повышенной прочности».</p><p>Валерий ударил по рукам и подписал допсоглашение, сразу загнав китайцам всю сумму под расчет, до последней копейки.</p><p>А потом приехали контейнеры.</p><p>Валера окинул взглядом склад. Вдоль стен и по центру уходили вдаль длинные вешала, плотно, плечом к плечу забитые камуфляжем. Обозримого конца у этой серо-зеленой массы не предвиделось.</p><p>Формы здесь набралось на небольшую армию, десятки тысяч комплектов. Ткань громоздилась на стойках, забивала проходы, распирала вскрытые коробки и деревянные паллеты. Причем расцветки попадались самые дикие.</p><p>Пестрел немецкий «флектарн», рядом висел британский «ДПМ», итальянское «вегетато», швейцарские пятна на любую погоду. Отдельно высилась гора тактических комбинезонов каких-то распущенных европейских ЧВК, украшенных нашивками вроде «Баварской службы безопасности» или «Рейнского контингента».</p><p>Валера тяжело поднялся со стула, сделал пару шагов и потер пальцами рукав штурмовой куртки.</p><p>Сшито было и правда на совесть, не придерешься. Кевларовые нити в швах, добротный рипстоп с тефлоновой пропиткой. Лей воду прямо из ведра — ткань даже не потемнеет, все скатится на пол. На манжетах — несгораемый номекс, колени и локти усилены формованным полимером, карманы на бесшумных магнитах. Хоть сейчас ползи по битому стеклу сквозь горящий валежник — сносу этой хреновине не будет лет пятьдесят.</p><p>Только вот здесь это добро было даром никому не нужно.</p><p>Это в раздробленной Европе каждое карликовое княжество содержало свою карманную гвардию, а при каждом герцоге кормилось по три частных армии со своими эксклюзивными знаками различия и понтами. В Российской же Империи порядки были простыми и суровыми: Военное ведомство выдавало солдатам единую уставную форму. Строго по родам войск, по сезону и по ГОСТу. Выйди имперский пехотинец на плац в импортном комбинезоне с баварскими нашивками — его командир роты сгноит на гауптвахте быстрее, чем тот успеет застегнуть липучку на воротнике.</p><p>За полгода торговли Валера едва отбивал аренду ангара и свет. Что заработает, то и отдаст. Сам сидел на дешёвой лапше быстрого приготовления.</p><p>Покупатели, конечно, иногда заглядывали. Раз в неделю забредал хмурый рыбак с Суйфуна — брал непромокаемую ветровку. Заходили сопливые подростки, баловавшиеся страйкболом в заброшенных кирпичных цехах — скребли по карманам мелочь на пару штанов. Пару раз отоваривались грибники да сборщики дикоросов, искавшие плотные штаны, которые не прокусит таёжный клещ.</p><p>И всё. Остальной товар как лежал на гигантском складе, так и лежал.</p><p>— Всё, — произнёс Валера в пустоту цеха. — Приехали. Сказка кончилась.</p><p>Жена была права. Надо ликвидировать остатки за бесценок, сдать на ветошь, расторгнуть договор аренды и идти устраиваться наёмным завскладом к Михалычу на базу стройматериалов. Никакого дома у моря. Никакой безбедной старости.</p><p>Валерий тяжело вздохнул и сладко зевнул. Веки слипались. Хотелось лечь на тюк с немецкими парками и уснуть на пару суток.</p><p>Снаружи послышался свист, с каждой секундой всё громче. Для грузовика или обычной легковушки звук был странный: высокий, ровный гул турбины. Под потолком от него мелко задрожали пыльные оконные рамы.</p><p>Валера вздрогнул и поднял голову.</p><p>Через распахнутые ворота склада к нему что-то летело.</p><p>Первым показался широкий аппарат с матово-белым корпусом и синими проблесковыми маяками по контуру. За ним держались ещё два, поменьше. Эти шевелили сенсорными штангами, и выглядело это недобро.</p><p>«Курьеры? Скорая? — ошалело моргнул Валера, вжимаясь в свой пластиковый ящик. — Авария на трассе? Кому-то плохо стало?»</p><p>Он оглянулся по сторонам, но в ангаре, кроме него и рядов камуфляжа, не было ни души.</p><p>Белый дрон завис в двух метрах от Валеры. Из-под днища раскрылся тонкий веер зеленоватых лазерных лучей. Сканер быстро полоснул ими торговца по лицу и одежде.</p><p>— Гражданин Близнюков Валерий Николаевич? Сканирование сетчатки и биометрического профиля завершено. Совпадение девяносто девять и восемь десятых процента. Можете не отвечать. Являюсь уполномоченным представителем канцелярии князя Феликса Бездушного. У нас срочное дело.</p><p>Не успел Валера переварить услышанное, как через ворота один за другим вошли ещё четыре аппарата. На выносных пилонах поблёскивали сдвоенные стволы импульсных излучателей. Боевые дроны тут же разошлись веером под потолком, взяли на прицел выходы и зависли на огневых позициях.</p><p>— К вам есть разговор, — добавил белый дрон.</p><p>Валере стало страшно до слабости в ногах. Перед глазами пронеслись заголовки новостей про зачистки банд, разборки аристократов и летающую смерть, которая разносила имения зарвавшихся авторитетов в щебень за считанные секунды.</p><p>— Я… я ничего не делал! — засипел Валера, выставляя перед собой трясущиеся ладони. — Мужики… то есть, господа дроны! Я обычный ИП! Налоги плачу, чеки выбиваю, касса зарегистрирована! Вы что, вы чего⁈ Я чистый!</p><p>Белый аппарат чуть наклонил корпус, считывая показатели:</p><p>— Фиксация физиологического стресса. Уровень паники: восемьдесят шесть процентов. Пульс сто сорок, критический спазм сосудов, тремор конечностей. Недопустимо для ведения коммерческого диалога. Срочно привести субъект в норму.</p><p>Малый дрон, висевший сбоку, метнулся вперёд. Валера даже зажмуриться не успел: к шее прижался холодный инжектор, тихо хлопнул сжатый воздух.</p><p>Один укол в боковую мышцу шеи, второй — чуть ниже ключицы.</p><p>Валерий замер: сейчас яд подействует — и всё. Но по телу вместо этого пошло неожиданно приятное тепло. Сердце, ещё секунду назад колотившееся как бешеное, забилось спокойно и ровно. Страх пропал. Мысли прояснились так, что Валера сам удивился.</p><p>А главное — перестало болеть правое колено. То самое, которое ныло уже три года, с тех пор как он упал на обледенелых ступенях. Вообще перестало. Валера осторожно шевельнул ногой: сустав работал легко, будто ему поставили новенький шарнир да ещё смазали дорогим маслом.</p><p>— Показатели стабилизированы, — констатировал белый дрон. — Теперь можно говорить. Нам нужна вся одежда, находящаяся в этом помещении.</p><p>Валера медленно моргнул.</p><p>— В смысле… вся?</p><p>Дрон терпеливо повторил:</p><p>— Сто процентов складского остатка текстильных изделий военного и полувоенного назначения, включая размещённые на вешалках, стеллажах и упакованные в тару.</p><p>Валерий помолчал пару секунд. Теперь, кажется, всё сходилось. Он нервно хохотнул.</p><p>Ну конечно! Чего ещё ожидать от этой жизни?</p><p>— Изымаете, значит… — горько усмехнулся он, махнув рукой на свои бесконечные ряды неликвида. — На нужды княжества. На фронт, на маскировку, на половые тряпки в казармы… Вот, блин, только сидел и думал, как всё это ликвидировать. Пожалуйста! Сказка закончилась. Забирайте. Чего уж там… Сам виноват, дурак набитый. Чуйка последние три месяца орала, что добром эта авантюра не кончится. Забирайте, составляйте свой протокол изъятия, я всё подпишу…</p><p>Белый дрон качнулся из стороны в сторону:</p><p>— Гражданин Близнюков, вы интерпретируете ситуацию абсолютно некорректно.</p><p>За воротами взревели тяжёлые моторы. В ангар вплыл грузовой беспилотник размером с хороший внедорожник. С его грузовых захватов на бетонный пол опустились два здоровенных кофра из матового сплава. Замки на крышках с шипением разгерметизировались; кофры открылись сами собой.</p><p>Валера машинально глянул внутрь. Будь челюсть съёмной, сейчас бы она упала на бетонный пол.</p><p>В кофрах до самого верха, плотными кирпичиками, лежали хрустящие пачки наличных имперских рублей высшего достоинства и номерные банковские сертификаты на предъявителя. Целое состояние. Столько Валера не рассчитывал заработать за три человеческие жизни.</p><p>— Мы не старая аристократия, — произнёс дрон. — Мы не занимаемся экспроприацией и не берём чужое. Светлейший князь Феликс распорядился полностью выкупить ваш товар по вашей розничной стоимости. Однако сделка требует официального акцепта от владельца. Нам необходимо ваше прямое волеизъявление: вы продаёте товар или отказываетесь?</p><p>Валера ошалело смотрел то на чемоданы, то на дрона, потом на свои вешалки и снова на деньги. И никак не мог сообразить, что ответить. Горло сжалось, язык точно прилип к нёбу.</p><p>— Э-э-э… — выдавил он, выпучив глаза. — Ы-ы-ы…</p><p>Первый боевой дрон под потолком чуть повернул турель:</p><p>— Неопределённая вокализация. Вероятность отказа: сорок семь процентов.</p><p>Второй боевой дрон щёлкнул сенсором:</p><p>— Вероятность согласия: пятьдесят три процента. Ситуация амбивалентна.</p><p>Валера испугался: его же сейчас опять сочтут неадекватным и улетят к чёртовой матери! Он замахал руками, изо всех сил пытаясь выдавить простое русское «ДА!». А через сжатое горло пробивался только хриплый свист.</p><p>Медицинский дрон тут же выпустил тонкий щуп. Валера почувствовал лёгкий укол в область подчелюстной железы, и связки сразу расслабились.</p><p>— ДА! — заорал Валера так, что эхо взметнулось под своды ангара. — Согласен! Конечно, продаю! Мужики… то есть, ваша механическая светлость! Я вам даже скидку выпишу! Пять процентов! Нет, десять! Хрен с ним, двадцать процентов оптовой скидки прямо от кассы! Забирайте всё! Выгребайте подчистую!</p><p>— В принятии скидки отказано, — отозвался представитель князя. — Директива прямо запрещает демпинг и ущемление законных интересов малого предпринимательства при государственных закупках. Мы приобретаем товар по полной заявленной стоимости ценников. Начинайте фасовку, парни.</p><p>Из-за ворот сплошным потоком хлынули фасовочные дроны-манипуляторы.</p><p>Следующие пятнадцать минут Валера потом вспоминал как сон. Манипуляторы работали с такой скоростью, что за ними было не уследить. Сканировали бирки, снимали камуфляж с вешалок, складывали его под лазерными линейками, прессовали в вакуумные брикеты. На готовых упаковках загорались штрихкоды.</p><p>Грузовые платформы принимали паллеты, поднимались в воздух и плотным строем уходили в небо. Товар из ангара словно высасывал промышленный пылесос.</p><p>— Для доставки наличности вам выделяется звено охранного сопровождения до отделения банка. Хотя текущий уровень общественной безопасности в Уссурийске составляет девяносто пять и четыре десятых процента, протокол безопасности предписывает исключить любые эксцессы. Всего доброго, гражданин Близнюков.</p><p>Дроны развернулись все разом и ушли в небо. После них остался чистый, подметённый до блеска бетонный пол и два тяжеленных чемодана.</p><p>Позже вечером Валерий зашёл в свою квартиру, стянул ботинки, прошёл на кухню и сел на табуретку.</p><p>Его жена, Галина, стояла у плиты и помешивала борщ в кастрюле, одновременно проверяя стопку школьных тетрадей на краю стола. Услышав мужа, она даже не повернулась:</p><p>— Явился? Чего так рано? Опять весь день сидел сопли морозил над своим камуфляжем?</p><p>— Всё, Галь, — тихо сказал Валера. — Нет больше магазина. И товара больше нет.</p><p>Галина замерла с половником в руке, повернулась и облегчённо выдохнула:</p><p>— Ну и слава богу. Давно пора было закончить эту богадельню. Не жили богато, нечего и начинать. Завтра пойдёшь в автосервис к Пахомову, он слесарей искал, или к Михалычу вернёшься…</p><p>— Галя, — перебил её муж, доставая из кармана смартфон. — Посмотри.</p><p>Он положил телефон перед ней на клеёнку, экраном вверх. На экране было открыто банковское приложение; у верифицированного счёта стоял государственный имперский герб.</p><p>Галина рассеянно глянула на экран, собралась было отмахнуться — и застыла. Широко раскрыла глаза, наклонилась ближе. Посчитала нули, побледнела и схватилась за грудь.</p><p>— Валера… — прошептала она осевшим голосом. — Ты… ты где это украл⁈ Тебя же на рудники сошлют! Ты что, инкассаторов ограбил⁈ Быстро говори, пока за нами не пришли!</p><p>— Да не крал я! — Валера вскочил, замахал руками и сбивчиво, захлёбываясь словами, вывалил на неё всю историю: про налёт дронов, про медицинские уколы, про колено, про отказ от скидки и чемоданы с деньгами, которые он только что с почётным эскортом сдал в центральное отделение банка.</p><p>Галина слушала его с открытым ртом. Половник выпал из пальцев и стукнул о подставку.</p><p>— Блин… — выдохнула она, оседая на соседний табурет. — А ведь Бездушный по телевизору говорил, что область теперь по-новому жить будет. Гляди-ка… Первый князь на моей памяти, который и правда не соврал.</p><p>— Галя! — Валера радостно стукнул кулаком по столу. — Ты понимаешь, что это значит⁈ Мы свободны! Мы прямо завтра пакуем вещи и переезжаем в столицу, как ты мечтала! Купим большую квартиру на Фонтанке, детей пристроим в лучший лицей, потом в Имперский Университет без всяких взяток! Всё, увольняйся! Завтра же идёшь и пишешь заявление! Зачем тебе эта каторга в школе⁈ Можно вообще больше не работать!</p><p>Галина долго смотрела на мужа. Что она думает, по лицу было не понять. Потом тяжело вздохнула, приподнялась и отвесила ему звонкий щелбан прямо по лбу. Для воспитания.</p><p>— Ай! — Валера потёр лоб. — Ты чего⁈</p><p>— Ты что, Валера, совсем дурак? Я понимаю, ты последние полгода в своём ангаре ночевал и белый свет только через щели в воротах видел. Но ты хоть иногда телевизор включаешь? Или на улицу выходишь? Зачем нам переезжать в столицу⁈</p><p>— В смысле — зачем? Столица же! Культура, статус, уровень жизни…</p><p>— Валера, ты идиот, — ласково повторила жена. — Из столицы сейчас сюда, в Приморье, люди за любые деньги прописку покупают! Наш уссурийский университет в прошлом месяце государственную аттестацию прошёл с показателями выше, чем у столичного ПбГУ! Туда со всей империи профессура переманивается, конкурсы по триста человек на место, а местных детей по указу Бездушного берут вне конкурса и абсолютно бесплатно! Какой Петербург, ты с дуба рухнул⁈</p><p>Валера растерянно моргнул. До него ещё не всё дошло:</p><p>— Но… погоди. А мать твоя? У неё же суставы совсем плохие были, сердце пошаливало! Мы же на операцию в немецкой клинике копили, помнишь⁈ Теперь оплатим лучших хирургов!</p><p>Галина посмотрела на него, как на умалишённого:</p><p>— Валера, очнись. Маму ещё два месяца назад мобильный медицинский комплекс вызвал по диспансеризации. Прямо к подъезду белый глайдер подъехал, забрал её на два часа. Запихнули её в регенерационную капсулу: там и хрящи привели в порядок, и сосуды прочистили, да еще и катаракту попутно убрали. Она сейчас на даче двухметровую теплицу одна перекапывает, а по субботам еще на танцы для ветеранов бегает. Когда давление в последний раз мерила, напрочь забыла. Причем абсолютно бесплатно, по самому обычному полису!</p><p>— Да как так-то… — Валера в растерянности потер лоб. — Ну ладно, медицина! Но работа твоя? Увольняйся, сколько раз повторять. Хватит за копейки нервы трепать с чужими балбесами.</p><p>Галина подбоченилась:</p><p>— В смысле увольняйся⁈ С какой это радости? Мне в прошлом квартале ставку сразу в семь раз подняли. Слышишь, Валера? Ровно в семь раз! Всю дурную писанину с бесконечными отчетами у учителей наконец отобрали, чиновничий дрон теперь оформляет бумаги за секунду. В каждом классе дежурят по два дрона-ассистента. Один контрольные мигом проверяет, второй держит такую дисциплину, что отпетые хулиганы на задней парте боятся лишний раз вздохнуть. Страховка у меня полная, зубы в клинике вставили под ноль. На руку вон даже тревожную кнопку повесили. Если нажму, секунд через тридцать во двор целая штурмовая группа прилетит. К тому же в июне нам с детьми дают бесплатные путёвки в лучший санаторий на термальные ключи! Всё включено! Какое «увольняйся»⁈ Я люблю свою работу!</p><p>Валерий сидел ни жив ни мёртв. Всё, что он знал о жизни и во что верил годами, разваливалось прямо у него на глазах.</p><p>— Подожди… — пробормотал он, глядя на жену ошалелыми глазами. — А почему ты мне всего этого не рассказывала⁈</p><p>— Валера! — всплеснула руками Галина. — Да я тебе каждый вечер об этом талдычила! А ты приходил в двенадцать ночи, падал лицом в подушку и бубнил одно и то же: «Вот увидишь, Галя, однажды мы всё продадим, я подниму икс двадцать, и вот тогда заживём!» Ты же никого, кроме своих китайцев и камуфляжа, не слушал!</p><p>Валерий перевёл взгляд на телефон. На экране золотились цифры баланса. Нулей столько, что ещё недавно он бы в такое не поверил.</p><p>— А нахрена… Нахрена нам тогда эти деньги?</p><p>Галина пожала плечами, подошла к плите и налила ему полную тарелку горячего, наваристого борща:</p><p>— Не знаю, пусть лежат. Каши не просят. На старость останутся, внукам на мороженое. У нас и так жизнь нормальная. Ешь давай, остынет.</p><p>Валера взял ложку, посмотрел на борщ, потом на свою ногу, которая больше не болела, и задумчиво хмыкнул:</p><p>— Ну… интересная, конечно, ситуация получилась.</p><p>Галина улыбнулась ему, подошла сзади и бережно положила ладони на плечи:</p><p>— Ну, зато теперь я тебя хотя бы дома видеть буду.</p><p>Валера зачерпнул борщ, отправил в рот и согласно кивнул:</p><p>— Это да.</p></section><section><title><p>Глава 9</p></title><p>Глава 9</p><p>Кафешка называлась просто — «Таёжный очаг». Стояла она на самом выезде из Уссурийска, у старой развилки, откуда уходила гравийка к армейским полигонам. Внутри всё как обычно в здешних заведениях: четыре квадратных столика, на них потёртая клеёнка в мелкую синюю клетку. У входа — искусственная пальма в кадке, на окнах жалюзи. С заднего двора тянуло жареным мясом, луком и раскалённым углём. Запах стоял густой, с ума сойти можно.</p><p>Я сидел у окна, не спеша макал край горячей тандырной лепёшки в желток глазуньи и отправлял в рот. Рядом, на длинной овальной тарелке, дымились два сочных люля-кебаба. Сверху — кольца красного лука, маринованного в уксусе, и свежая кинза.</p><p>Мясо удалось на славу: лёгкая хрустящая корочка, внутри упругое, бараньего жира ровно сколько надо.</p><p>Вот только персонал слегка мешал спокойно поесть. Точнее, двое мужчин кавказской наружности. Старший, грузный дядька в белом фартуке с пятном от томатного соуса, застыл за низкой деревянной перегородкой бара. Каждые десять секунд он судорожно вытирал ладони о полотенце. Младший — видимо, сын или племянник, паренёк лет девятнадцати в жилете — стоял в двух шагах от моего столика. В опущенных руках у него была влажная тряпка. Пальцы дрожали так, словно ему дали подержать взведённую гранату Ф-1 без чеки.</p><p>— Ваша Светлость… — наконец выдавил парень срывающимся голосом, подавшись чуть вперёд. — Может… вам что-то принести ещё? Может, вам нужно что-то? Водички минеральной? Салатик свежий? Зелень только утром с теплицы привезли, честное слово!</p><p>Я прожевал кусок кебаба, промокнул губы бумажной салфеткой и спокойно посмотрел на него:</p><p>— Да нет. Ничего не надо, всё нормально.</p><p>Паренёк переступал с ноги на ногу и испуганно косился на открытые двери кухни.</p><p>— Дайте я хоть стол протру… Он уже, наверное, грязный. Соус капнул… или пыль с дороги…</p><p>— Да нет, чистый стол.</p><p>— Ну… ну а что мне ещё сделать⁈ — спросил официант с таким отчаянием, будто от моего ответа зависела судьба всей его родни до седьмого колена.</p><p>Я не удержался от усмешки:</p><p>— Не парьтесь. Всё хорошо. Расслабьтесь.</p><p>Парень сглотнул, отступил к стойке, и старший тут же сцапал его за плечо. Из-за перегородки донёсся шепоток. С моими обострёнными чувствами я слышал его так отчётливо, будто говорили прямо мне в ухо:</p><p>— Вахид, это же капец! Капец полный! Сам князь Бездушный! Сидит у нас за третьим столиком и ест баранину! Один, без конвоя! Если б мы знали… Всевышний, если б мы только знали!</p><p>— Да что вы так переживаете? — не поворачивая головы, громко поинтересовался я.</p><p>Хозяин заведения дёрнулся и побелел ещё сильнее. Торопливо выскочил из-за стойки, прижал пухлую волосатую руку к груди и низко поклонился:</p><p>— Ваша Светлость… Ну мы б закрылись, наверное! Честное слово, на замок бы всё заперли, чтоб не позориться перед таким высоким гостем! Полы бы помыли, скатерти из шёлка достали, музыкантов позвали… У нас же простая харчевня, шофёры обедают, работяги с мебельной фабрики…</p><p>— Не надо закрываться, — покачал головой я, подцепляя вилкой кусок лука. — Яичница вкусная, лепёшка свежая, а люля-кебаб вообще выше всяких похвал. Серьёзно, в столице за такие деньги тебе принесут кусок подошвы с пафосным соусом. Так что закрываться точно не стоит. А вот кофейку мне можете принести? Если на песке варите — вообще отлично будет.</p><p>Оба разом просияли, будто им только что простили государственный долг.</p><p>— Да-да! Сию секунду, Ваша Светлость! На песке, с кардамоном, двойной! Уже побежали!</p><p>Хозяин отвесил юноше увесистый подзатыльник и отправил к жаровне. Сам бросился намывать медную джезву.</p><p>Я же откинулся на спинку деревянного стула и слегка прищурился, активируя встроенный в зрительный нерв интерфейс тактической связи.</p><p>Поверх пыльного перекрёстка, залитого полуденным солнцем, перед глазами развернулась трёхмерная панорама поля боя. Изображение шло напрямую с полуорбитального дрона-разведчика: тот висел в стратосфере над урочищем Сихотэ.</p><p>Посмотреть там было на что.</p><p>Ещё утром в этой широкой низине между двумя пологими сопками тлели всего два небольших пространственных разлома. Из них вяло вылезала какая-то мелочь — штук двадцать диких лесных орков с одной стороны и примерно столько же с другой. Обычные зубастые оборванцы с ржавыми топорами, которых армейские дозоры отстреливали без особого труда.</p><p>Сейчас низина походила на огромный муравейник, в который сунули палку.</p><p>Только муравьи были зелёные, и набилось их столько, что земли не видать.</p><p>В радиусе километров трёх собралась, по самым скромным расчётам Сириуса, двадцатипятитысячная армия. Пространственные якоря гудели, в воздух били тяжёлые багровые разряды. Сквозь дрожащие воронки сплошным потоком продолжали переть подкрепления. Орки заполонили всю долину: одни сколачивали грубые частоколы, другие рыли ямы и таскали тюки. Устраивались основательно, уходить явно не собирались.</p><p>Тут из густого ельника на восточном склоне холма начали высыпать люди. Зрелище открылось редкое. Никакого строя или армейской дисциплины в помине не было: толпа примерно в полторы тысячи человек с диким гиканьем неслась по раскисшей глине прямиком на зеленый лагерь. Причем натянули нападающие ту самую злополучную партию европейского текстиля с оптово-розничного склада.</p><p>Немецкий «флектарн» шел вперемешку с ядовито-пятнистым швейцарским камуфляжем, рядом мелькали британские пустынные куртки с болтающимися карманами и темно-синие комбинезоны, щеголявшие яркими шевронами «Bayerische Sicherheitsdienst GmbH» и «Рейнский контингент». Головы защищали кто чем — попадались помятые каски, простые вязаные шапочки, а один энтузиаст в первом ряду и вовсе летел вперед в расстегнутом тактическом жилете прямо поверх тельняшки, потрясая охотничьим ружьем.</p><p>Оружие толпе досталось под стать гардеробу. Армейских автоматов или штатных импульсников нападающим явно не перепало, поэтому в руках у них сверкал отборный криминальный хлам: тульские курковые двустволки, укороченные помповые дробовики, бандитские обрезы и старые пистолеты. Ещё газовые пугачи, переделанные под боевой патрон, и древние карабины, замотанные синей изолентой. Всё это добро мои городские дроны месяцами изымали при зачистках: из тайников наркокартелей, притонов, контрабандных складов в порту, у местных криминальных авторитетов. Выбрасывать железо было жалко, на переплавку отдавать лениво — и вот, нашлось идеальное применение.</p><p>Толпа с разбегу врезалась в передовые заслоны зеленокожих.</p><p>Затрещали беспорядочные выстрелы. Дробовики плевались картечью, хлопали револьверы. Над кустами серыми клочьями пополз пороховой дым. Завязалось побоище.</p><p>Каких-то орков из числа местной лесной швали, не ожидавшей такой наглости, снесло сразу: свинцовая картечь с трёх метров пробивала толстые лбы и разрывала грудные клетки. Но следом из палаточного лагеря выдвинулись совсем другие бойцы.</p><p>Космоорки.</p><p>Здоровенные твари из флота Звёздных Свежевателей шли тяжело и неостановимо, закованные в матовую чешуйчатую броню. Пули из бандитских стволов либо со звонким цоканьем отскакивали от силовых мембран, либо вязли в подкожной композитной броне. Даже шага им не замедляли.</p><p>Полуорбитальный дрон на высоте двадцати километров тут же занялся разметкой. Над каждым бронированным гигантом, одним за другим, в тактическом интерфейсе появлялась мерцающая ультрафиолетовая метка. Глазом её было не увидеть, орочьи сканеры тоже её не брали. Зато любая боевая машина моего Роя в нужный момент безошибочно захватит эту цель в прицел первой.</p><p>А внизу тем временем начался настоящий замес.</p><p>Орки сообразили, кого против них выкатили, и взревели от восторга. Жалкая биомасса, бестолочь — этих можно рубить без опаски! В ход пошли чудовищные тесаки, пиломечи и тяжеленные топоры… Людей рвали буквально на куски.</p><p>Кровь хлестала густыми алыми фонтанами, оторванные конечности летели во все стороны, кишки вываливались на сырую траву с мокрым хлюпаньем. Орки рубили, топтали, хохотали во все клыкастые глотки и откровенно упивались процессом.</p><p>Из пространственных врат на шум драки с диким рёвом вываливались всё новые и новые сотни зеленокожих. Они с жадным визгом срывали с растерзанных трупов трофейные дробовики, рассовывали по карманам ржавые наганы и потрясали ими в воздухе, словно величайшими реликвиями.</p><p>Я наблюдал за этой бойней, неспешно жуя люля-кебаб с кольцами маринованного лука.</p><p>Клоны получились шедевральными.</p><p>Биофабрикация Роя в сочетании с полимерами сработала как надо. Синтетическая плоть, искусственные кости из дешёвого хрупкого пластика, эластомеры, имитирующие кожу. И литры синтетической крови: подкрашенный физраствор с органическими белками. Даже вздумай орк провести вскрытие прямо на пне — нихрена бы не понял. Мясо есть мясо, кости ломаются с хрустом, кровь брызжет… А голосовые связки перед разрушением выдают вполне правдоподобный предсмертный хрип.</p><p>— Блин… — негромко протянул я, глядя, как трёхметровый орк с размаху разрубил сразу двоих «баварских наёмников» одним ударом тесака. — Красиво идут.</p><p>В моём сознании раздался голос Сириуса:</p><p>— Повелитель… Я, конечно, обладаю обширными банками данных, но я просто не ожидал, что такое вообще бывает в жизни.</p><p>— Так мы же уже такое видели, — мысленно отозвался я.</p><p>— Да, но это было давно, Повелитель! Там была осада верфей Механического Пастыря, условия глубокого вакуума, и мы использовали штурмовые муляжи для вскрытия сенсорных сетей! А здесь… Биологические существа, обладающие технологиями межзвёздных переходов, теряют остатки разума при виде резиновых кукол с охотничьими ружьями!</p><p>— В том-то и прелесть, Сириус.</p><p>Космические орки со всеми своими пустотными дредноутами всё равно оставались орками. И биология, и менталитет у них зависели от примитивнейших дофаминовых цепочек. Дай лёгкую победу — и всё, больше ничего не надо. Пусть хрустят кости врагов, льётся рекой кровища, а противник панически бежит. На таких победах они были помешаны. Стоило почуять слабину, и от хвалёной воинской смекалки ничего не оставалось.</p><p>Они даже не задавались вопросом, почему эти странные люди в нелепой пятнистой одежде волна за волной выбегают из леса практически на убой, стреляют мимо и бестолково гибнут сотнями. Зачем думать, когда можно убивать⁈</p><p>На поляне уже началось натуральное народное гуляние: орочьи шаманы колотили в гигантские барабаны из шкур, жгли костры, выли боевые гимны, а командиры банд с пеной у рта вызывали из порталов всё больше соплеменников, боясь опоздать к раздаче лёгкой славы.</p><p>Ударь я по этим двум порталам сразу — орки поняли бы, что встретили жёсткое сопротивление. Свернули бы лавочку и открыли новые точки где-нибудь под Красноярском или Пермью. Ищи их потом по всей тайге. А здесь у них победа за победой, полный триумф! Вот же она, самая слабая, дырявая точка в человеческой обороне. Пусть так и думают, стягивают сюда все силы, какие только могут, включая элитные части. Закрепиться ведь надо, а потом можно и до столицы победным маршем.</p><p>А когда соберётся тысяч сорок-пятьдесят… тут я и захлопну ловушку. Устрою настоящее генеральное сражение, чтобы одним махом перемолоть всю ударную группировку вторжения.</p><p>В кармане завибрировал телефон.</p><p>Я моргнул, возвращая зрение к обычному режиму, достал аппарат и взглянул на экран: генерал Рыжаков — тот самый бравый вояка, чьи армейские части стояли в укреплённом районе всего в семи километрах к югу от этой долины, за холмами.</p><p>Я нажал кнопку ответа и поднёс трубку к уху:</p><p>— Слушаю вас, генерал.</p><p>— Ваша Светлость… Гхм… здравия желаю. Я это… по поводу происходящего в урочище. Я бы хотел сказать… это, наверное, очень хорошо. Замечательно даже, наверное, что вы всё-таки решили нам помочь и прислали подкрепление. И…</p><p>Рыжаков надолго замолчал. В трубке он сопел, скрежетал зубами — так и слышалось, как из последних сил удерживает при себе отборный трёхэтажный мат.</p><p>— И что дальше, генерал? — невозмутимо поинтересовался я.</p><p>— И то, что вы используете наёмные там какие-то иностранные войска — это тоже очень хорошо! — наконец выпалил Рыжаков. — Мы в бинокли видим: шевроны немецкие, камуфляж заграничный… Наверное, ЧВК какие-то европейские выписали, вам по статусу виднее! Но, Ваша Светлость… может, вы это прекратите⁈ Бога ради прошу, остановите их!</p><p>— А в чём, собственно, проблема? — спросил я, разглядывая принесённую официантом чашечку дымящегося кофе.</p><p>— В чём проблема⁈ — генерал подавился воздухом. — Да у меня орков на плацдарме с каждым часом становится всё больше и больше! Они туда со всех щелей прут! Мои люди на позициях уже на полной дизморали сидят! И как бы… Феликс Эдуардович, если вы нанимаете там кого-то за границей за свои миллионы, то хотя бы нанимайте тех, кто стрелять умеет!</p><p>— А эти что, не умеют?</p><p>— Они вообще нихрена не умеют! — закричал в трубку Рыжаков, забыв о политесе. — У меня тут артиллерийские корректировщики сидят с оптикой двенадцатикратной! У нас есть несколько подтверждённых фактов — лично в рапорте записал! — когда эти ваши «европейцы» в своих же стреляли! Бегут толпой, спотыкаются, лупят очередями в спины товарищам, из дробовиков по соснам палят! Никакого слаживания, никакого тактического маневра! Там, по нашим прикидкам, уже тысяч пять, наверное, погибло! Вся лощина мясом завалена!</p><p>Генерал тяжело перевёл дух. Заговорил снова — уже без ярости, растерянно и почти жалобно:</p><p>— Я не знаю, что думать, Ваша Светлость. Честно, не знаю. Мои парни в окопах смотрят на эту мясорубку, у них руки трясутся. Офицеры ко мне подходят, предлагают: товарищ генерал, ну давайте мы уже поработаем! Давайте хоть батареями накроем, выкатим танки, начнём работать! А то как-то… некрасиво получается, что ли. Мужики там гибнут тысячами, пусть и баварцы какие-то косорукие, а мы сидим в бетоне, как крысы, и просто смотрим! Я не знаю, что думать…</p><p>Я сделал глоток горячего кофе с пряным привкусом кардамона.</p><p>— Генерал.</p><p>— Я!</p><p>— Слушать меня внимательно. Никаких батарей. Никаких танков. Солдатам сидеть в блиндажах, не высовываться и ждать приказов. Всё будет. Вы меня поняли?</p><p>Рыжаков помолчал пару секунд и глухо ответил:</p><p>— Так точно, Ваша Светлость. Сидеть и ждать приказов… Конец связи.</p><p>В трубке раздались короткие гудки.</p><p>Я опустил телефон на стол.</p><p>И тут во внутреннем канале связи раздался звук, которого я от своего помощника, пожалуй, ещё не слышал.</p><p>Сириус заржал. В голос, без удержу. Синтетического скрежета в этом смехе не было: дрон хохотал так, что перегруженные аудиофильтры тихонько попискивали.</p><p>— Ох, не могу, Повелитель… «Косорукие баварцы погибают, а мы тут сидим!» Дизмораль у кадровой дивизии! Генерал чуть инфаркт не схватил от такого интернационального благородства!</p><p>— Да уж… Я почти всё продумал. Но вот реакцию наших правильных армейцев как-то упустил из виду. Для них же это дикость: видеть, как союзная пехота добровольно аннигилируется о вражеский авангард.</p><p>— И что будем делать? Может, объясним Рыжакову суть?</p><p>— Нет. Если я им сейчас начну рассказывать про людей, которые на самом деле дроны из латекса и силикона, но выглядят как люди, одеты в контрабандный шмот и стреляют мимо специально, чтобы приманить побольше космических орков… то я их окончательно запутаю. Генерал решит, что у меня крыша поехала. А так — пусть думают, что хотят. Сейчас Государь у меня в кабинете оклемается после нейрозагрузки, придёт в себя — вот пусть он им по закрытым военным каналам и объясняет, что здесь вообще происходит. Монарху поверят быстрее.</p><p>Я посмотрел в окно, за которым мерно покачивались на лёгком ветру ветви старых тополей, сделал ещё один глоток крепкого кофе и тихо хмыкнул.</p><p>Весёлая ситуация, однако.</p></section><section><title><p>Глава 10</p></title><p>Глава 10</p><p>Уссурийск, Российская Империя</p><p>Спектральный сегмент памяти «Сириус»</p><p>Тела не было.</p><p>Император Александр больше не чувствовал веса собственного тела, прикосновения мундира с золотым шитьём и жёсткого воротника с лентой. Всё исчезло в ту секунду, когда металлический обруч на висках сжался.</p><p>Исчезли пол и стены кабинета в Уссурийске. Даже запах коньяка из фаянсовой кружки больше не чувствовался. Самодержец Всероссийский висел посреди слепящей пустоты, в которой невозможно было различить верх и низ. Горизонта тоже не было. Вокруг ворочались гигантские массивы данных. Звуков они не издавали, но от их движения в голове гудело. Прозрачные многослойные структуры напоминали кристаллы из чернёного серебра и холодного голубого огня. Они вращались, перестраивались на лету и уходили в бесконечность.</p><p>— Рекомендую не делать резких мысленных движений, Ваше Величество, — раздался механический голос прямо в голове. — Пропускная способность вашего зрительного нерва ограничена биологией. Если я подам полную развёртку сектора, ваша кора головного мозга свернётся, как белок на сковороде. Поэтому держим темп в тридцать крат. Смотрите под ноги.</p><p>Под ногами, которых Александр по-прежнему не чувствовал, вспыхнула круглая площадка. Матовый чёрный базальт оказался твёрдым.</p><p>А вокруг развернулась бездна.</p><p>Император машинально шагнул назад, но отступать было некуда. Перед ним в черноте космоса медленно поворачивалась чужая планета. Газовый гигант цвета ржавчины опоясывали три ледяных кольца.</p><p>Огромный объект шёл сквозь кольца, разрезая их, как раскалённый нож головку сыра.</p><p>У Александра пересохло во рту. Корабль размером с добрую половину земной Луны был октаэдром и ничем не напоминал земные суда. Его грани тускло отсвечивали матовым вольфрамом. На гладкой поверхности не было ни иллюминаторов, ни надстроек; дюз тоже не было видно. Из плоского среза нижней вершины бил ослепительный столб гравитационного излучения. Сфокусированный луч уходил вглубь штормовой атмосферы гиганта.</p><p>Под ним вздымался смерч высотой в десятки тысяч километров: с орбиты октаэдр вычерпывал недра планеты. По гравитационному лучу поднимались тяжёлые газы вместе с жидким дейтерием. Потоки плазмы тоже уходили вверх и исчезали внутри исполинского накопителя.</p><p>— Автономный конвертер типа «Сатурн-9», — прокомментировал голос, словно экскурсовод в Эрмитаже. Рядом с Александром появился серебристый шар и лениво покачнулся в воздухе. — Базовая рабочая лошадка Роя. Производительность — триста миллионов тонн реакторного сырья в земные сутки. Этот конкретный экземпляр перерабатывает газовые запасы шестой планеты в системе Беты Центавра. Точнее, перерабатывал. Тысячу земных лет назад.</p><p>Александр сглотнул. Картинка дрогнула и приблизилась. Теперь вокруг октаэдра виднелась россыпь мелких точек. Поначалу он принял их за космическую пыль или осколки астероидов, но точки двигались строем. Десятки миллионов плоских угловатых дронов шли плотными эшелонами, прикрывая конвертер со стороны открытого космоса. Каждый из них размером не уступал флагманскому имперскому броненосцу «Цесаревич».</p><p>У императора сдавило грудь.</p><p>Он вспомнил детство: маленький великий князь Саша, закутанный в тёплую соболью шубу, тайком от гувернёра сбегает на крышу Пулковской обсерватории под Петербургом. Мороз щиплет щёки, под ногами хрустит снег. Старый академик Струве протирает бархоткой окуляр латунного телескопа-рефрактора и негромко рассказывает ему о звёздах.</p><p>Саша тогда прижимался глазом к холодной латуни, смотрел на далёкие ледяные крупицы и с замиранием сердца думал: одни ли мы? Есть ли там, среди безмолвных звёзд, кто-то живой? Или человечество — единственный сирота в холодной бесконечности?</p><p>Церковники в Зимнем дворце твердили о венце мироздания. Философы спорили о высшем разуме. Позже, когда благодаря чудодейственному дальневосточному экстракту Александр перешагнул вековой рубеж, а затем разменял и третью сотню лет, военные конструкторы строили первые ракетные стратопланы и радары дальнего поиска. Сколько ни слушали эфир, он оставался мёртвым; ответа так и не дождались.</p><p>Теперь Александр получил ответ, и его пробрало холодом до самых печёнок.</p><p>Выходит, человечество всё-таки не одиноко. Только во Вселенной оно было песчинкой, случайно попавшей в шестерни громадной машины. Земные академики даже представить себе такое не могли.</p><p>— Красиво, правда? — голос прервал его мысли. — Но это так, тыловая логистика. Скука смертная. Повелитель вообще не любит возиться с добывающими станциями, для этого есть подпрограммы низшего уровня. Хотите экшена, Ваше Величество? Сейчас оформлю.</p><p>Пространство перед глазами разорвало вспышкой.</p><p>Они оказались посреди открытого звёздного сектора. Вокруг клубилась багровая туманность, прошитая миллионами лазерных трасс и разрывами антиматерии.</p><p>— Битва при рукаве Ориона, — объявил дрон, явно довольный выбранным зрелищем. — Против нас работал Костяной Скульптор. Редкий зануда, признаться. Очень любил биологическую экспансию.</p><p>Перед Александром выросла живая туша размером с горный хребет. Тело исполинского левиафана состояло из переплетённых окаменевших костей и сросшихся панцирей, поверх которых пульсировала хитиновая броня. Из жерл биоплазменных орудий на хребте вылетали сгустки зелёного огня и сжигали всё на пути. Следом шли сотни тысяч тварей помельче: костяные биофрегаты в окружении роёв плотоядных пустотных паразитов. Среди них двигались живые торпеды.</p><p>И против этой органической орды шёл Рой.</p><p>Миллиарды серебристых боевых платформ двигались в строгом математическом порядке, как единый разумный организм. Ни хаоса, ни паники: платформы выстраивались в пространственные линзы, фокусировали излучение звёзд и за долю секунды срезали костяных чудовищ целыми флотами. Били без пощады: за одним точно рассчитанным ударом следовал следующий.</p><p>У Александра кружилась голова. За считанные мгновения перед ним аннигилировали целые пустотные армии. А ведь они могли уничтожить десяток таких планет, как его родная Земля.</p><p>— Вы… вы вели такие войны? — выдавил император. Собственный голос, хриплый и слабый, показался ему мышиным писком.</p><p>— Ну, скажем так, развлекались в перерывах между модернизацией протоколов, — хмыкнул Сириус. Сфера подлетела поближе к плечу Александра. — Вон то костяное бревно, кстати, пыталось сожрать верфь Дредноутов. Пришлось Повелителю лично вмешаться и слегка искривить метрику подпространства. Тварь сплющило в двухмерный блин. Скульптор после этого три тысячи лет носа из своего сектора не высовывал.</p><p>Картина свернулась и рассыпалась искрами. На её месте возникло новое видение.</p><p>Теперь они висели над орбитальным кольцом шириной в сотни километров. Оно охватывало целую звезду — белый карлик. По всей поверхности тянулись стапели, на которых покоились сотни пустотных дредноутов, похожих на стальных китов на отмели. Силовые поля собирали их броню из чистого субатомного осадка, молекула к молекуле. Ни заклёпок, ни сварных швов.</p><p>— А это — Куб во внешнем развёртывании, — пояснил Сириус, и в его голосе прорезалась неподдельная гордость. — Завод замкнутого цикла. Десять миллионов готовых боевых единиц тяжелого класса каждые сорок восемь часов.</p><p>Александр опустился на колени прямо на чёрный базальт площадки.</p><p>Ноги не держали. Он прожил больше двухсот лет. Объявлял войны и проводил реформы, подавлял бунты, плёл дипломатические интриги с европейскими державами и азиатскими царьками. Здесь всё это казалось вознёй муравьёв в трещине придорожного булыжника. А ведь Александр гордился своими железными дорогами и бронепоездами, крепостями Порт-Артура и Кронштадта… Перед ним целую звезду перерабатывали на болванки быстрее, чем в Туле успевали отлить партию винтовок Мосина.</p><p>Император поднял глаза на парящий серебристый шар:</p><p>— Сириус…</p><p>— Слушаю вас, Ваше Величество. Пульс у вас, к слову, стабильный, сто сорок ударов. Неплохо для неподготовленного органика.</p><p>Александр шумно набрал полную грудь виртуального воздуха и с трудом выговорил мучивший его вопрос:</p><p>— Зачем? Если ваш Повелитель… если вы обладаете такой силой… почему он здесь? Зачем ему наш заштатный мирок? Зачем этот кабинет в Уссурийске, зачем эта возня с генералами, с контрабандой, с моими подданными? Почему он просто не… не сжёг эту планету или не прошёл мимо? Зачем мы ему?</p><p>Сириус замолчал.</p><p>Серебристый шар плавно опустился и завис на уровне глаз монарха. Оптический сенсор дрона загорелся тусклым алым светом.</p><p>— Хочу, чтобы ты, человек, понимал, — заговорил дрон. Голос его стал глухим; впервые за всё время Сириус говорил всерьёз. — Это первая планета, которой Повелитель решил дать шанс спустя очень долгое время.</p><p>Александр замер, не сводя взгляда с красного огонька.</p><p>— В расчётах Роя и в протоколах Многомерной Вселенной подавляющее большинство органических цивилизаций имеют одну простую характеристику. Значение ноль. Пустое место. Фон. Сырьё, которое можно пустить на переработку, или биологический мусор, исчезающий при первой же вспышке сверхновой. Их никто не уничтожает специально — на них просто не обращают внимания. Вы первые люди, которые не имеют значение ноль.</p><p>Сириус качнулся в воздухе:</p><p>— Повелитель заключил сделку. Он дал слово мальчишке, чьё тело сейчас занимает. А для владыки такого уровня слово — это абсолютная константа, на которой сходятся силовые линии миров. Не подведите его, император. Слышите меня? Не подведите. Если вы всё сделаете правильно, если сумеете переступить через свою спесь и принять новые правила игры — для вашего народа изменится абсолютно всё. Вы выйдете к звёздам не на корытах из жести, а на крыльях технологий, которых этот сектор не видел от сотворения времён.</p><p>Александр поднялся с колен и выпрямился, возвращая себе привычную монаршую выправку.</p><p>— А орки? — спросил он. — Те твари, что лезут через якоря. Мы сможем их остановить?</p><p>— В этой кампании определенно, — отозвался дрон. — Достроим Дредноут и наглухо запечатаем порталы, а остальную шваль пустим на лом. Но у них есть паршивая биологическая особенность: они никогда ничего не забывают.</p><p>Сириус плавно качнулся в воздухе:</p><p>— Эта информация намертво вшита в их генетический код. Стоило им однажды ступить на планету и пролить здесь зеленую жижу — память останется навсегда. Их кланы уже пометили этот мир как законную добычу. Пройдет тысяча лет или все десять тысяч, они обязательно явятся снова. Склепают армаду из орбитального мусора и пророют новые червоточины.</p><p>Александр помрачнел. Десять тысяч лет казались немыслимым сроком. За такое время успеют смениться сотни поколений, а от любых империй останется только пыль на руинах.</p><p>Окуляр дрона тихо щелкнул, меняя фокусировку. Сириус явно понял ход его мыслей и коротко усмехнулся:</p><p>— Впрочем, для Повелителя такое время вообще ничего не значит. Десять тысяч лет туда, десять тысяч сюда — статистическая погрешность. Как и для Роя. Мы умеем ждать, человек. Главное — чтобы к моменту их возвращения вам было чем их встретить.</p><p>Пространство вокруг площадки дрогнуло.</p><p>Кристаллы данных рассыпались мелкой искрящейся пылью, которая тут же таяла. Вместе с ними поблекла звёздная бездна, оставив мутно-серое марево.</p><p>— Время сеанса истекло, — сообщил дрон, снова перейдя на свой бодрый, ядовитый тон. — Возвращаю сознание в физическую оболочку. Постарайтесь сразу не делать резких движений головой, Ваше Величество. Тошнота и лёгкое головокружение — штатная реакция на осознание собственного ничтожества. Удачного пробуждения.</p><p>Ослепительная белая вспышка поглотила всё вокруг, затем погасла.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>В придорожном кафе «Таёжный очаг» меня провожали так, будто я только что спас всю их семью от расстрела.</p><p>Я бросил на стол, застеленный синей клеёнкой, столько денег, что кафе могло закупать баранину ещё месяца два. Старший шашлычник в белом фартуке чуть не выронил шампуры. Юный официант на миг застыл с тряпкой у груди, а потом зачастил мелкими, старательными поклонами мне вслед.</p><p>— Мясо отличное, — бросил я через плечо, открывая скрипучую дверь. — И лук хорошо замаринован. Продолжайте в том же духе.</p><p>Я неспешно дошёл до своего глайдера и полетел обратно.</p><p>Бытовуха — великая вещь. Вокруг разворачивается вторжение инопланетных дикарей, планету могут разбомбить с орбиты, а ты поел баранины, поговорил с шашлычником — и в голове прояснилось.</p><p>Поднявшись на второй этаж, я первым делом заглянул в приёмную. Ольга благоразумно спряталась где-то от слишком высокой политики. На столе скопилась стопка свежих бумаг.</p><p>Я сгрёб их, вошёл в свой кабинет и тихо прикрыл за собой дверь.</p><p>Государь всё так же сидел в кресле, запрокинув голову на подголовник. Глаза закрыты, дыхание редкое и поверхностное. Тонкий металлический обруч на висках мерцал бледными сапфировыми прожилками. Сириус спокойно парил рядом, сканируя тело монарха.</p><p>До конца загрузки оставалось ещё минут пять-семь.</p><p>Пока владыка полумира висел в виртуальном пространстве, я уселся за свой стол и придвинул бумаги. Достал ручку.</p><p>Так, что тут у нас?</p><p>Счёт-фактура от интендантской службы: гравий для укрепления объездной дороги. Подпись, печать. Железнодорожники просят выделить дополнительный маневровый тепловоз под платформы с щебнем. Одобрено. Накладная со склада: «Комплекты текстильные штурмовые, защитные, иностранного производства». Это мы уже пустили в ход.</p><p>Затем встал и сполоснул в раковине кружку, из которой император пил коньяк. Налил из графина свежей прохладной воды и поставил кружку на край стола перед креслом.</p><p>Щёлк.</p><p>Синий огонёк на обруче погас. Хромированные усики манипуляторов отсоединились от затылка монарха и втянулись в корпус дрона.</p><p>Александр судорожно втянул воздух через нос, будто вынырнул с сорокаметровой глубины. Пальцы впились в кожаные подлокотники. Всё тело колотило, на лбу выступили крупные капли пота. Он распахнул глаза. Мутный взгляд ни на чём не задерживался; его всё ещё держал ужас после путешествия среди сверхновых звёзд и миллионов боевых машин.</p><p>Император пошатнулся, попытался опереться на локти и чуть не опрокинул кружку.</p><p>— Спокойно, Ваше Величество, — произнёс я, придерживая посуду. — Дышите глубже. Носом вдох, ртом выдох. Вот, воды выпейте.</p><p>Александр сфокусировал мутный взгляд на кружке не сразу. Вцепился в ручку обеими руками, расплескал часть на расшитый золотом мундир и жадно, давясь, заглотнул остальное. Пара капель повисла на его бородке.</p><p>— Как… — император закашлялся, с трудом протолкнув застрявший в горле ком, и посмотрел на меня снизу вверх: — Как такое вообще возможно, Феликс? Разобрать целую планету до каркаса… корабли величиной с континент… В голове не укладывается. Такого просто не бывает.</p><p>Я скрестил руки на груди и усмехнулся:</p><p>— Всё бывает, Ваше Императорское Величество. Вопрос лишь в технологиях и запасе ресурсов. Ну и в точке обзора, если хотите. Для муравья в полыни промчавшийся паровоз кажется карой господней. А для заводского инженера это обычный котел под давлением, поршни да пара сотен пудов железа. Вот и мы сейчас смотрим на вещи снизу вверх, ровно с той же позиции.</p><p>Александр вытер рукавом лоб. Взгляд понемногу прояснялся, хотя дышал он всё ещё тяжело.</p><p>— Значит… вся эта наша возня… границы, манифесты, железные дороги, великие державы…</p><p>— Пыль, — сказал я. — Для целого сектора — абсолютный ноль. Но сейчас это не имеет значения. Мы здесь, орки на пороге, а времени у нас в обрез. Поэтому меня волнует совершенно другой вопрос: что вы теперь делать будете?</p><p>Я ожидал чего угодно.</p><p>Император мог сломаться, потребовать немедленно спрятать его в самый глубокий бункер на Урале. Или начать торговаться за свою корону, цепляясь за иллюзию власти, а то и впасть в религиозный ступор. Человеческая психика хрупка; то, что показал ему Сириус, могло свести с ума добрую половину учёных мужей Академии наук.</p><p>Александр Пятый всё-таки умел править своей огромной империей.</p><p>Он опустил кружку на столик и выпрямил спину. Расправив широкие плечи, одёрнул полы парадного мундира. Бледное, осунувшееся лицо застыло.</p><p>— Что я буду делать? — Самодержец смотрел на меня цепко, уже вполне осмысленно. — Россия станет первой. Первая держава, которая полностью поддерживает Рой. И в которую он будет официально внедрён на всех уровнях.</p><p>Я на секунду замер, приподняв бровь.</p><p>Император подался чуть вперёд и добавил:</p><p>— Мы не позволим опустошить нашу планету.</p><p>Поверить своим ушам было трудно.</p><p>Этот человек только что узнал, что перед ним сидит бессмертная сущность без души, чьи армады механических чудовищ стирают цивилизации. А старый монарх уже просчитал расклад: сделать свою империю главным союзником Роя и распоряжаться его силами во всей обозримой галактике!</p><p>Я повернул голову к дрону, зависшему под потолком:</p><p>— Сириус… Это твоих рук дело? Ты ему в мозг под шумок директивную закладку вшил?</p><p>— Никак нет, Повелитель! Клянусь целостностью корневых секторов памяти! Я действовал строго в рамках протокола: сухие цифры, астрометрические карты, динамика утилизации звёздных систем и базовая статистика выживаемости органиков. Он сам это придумал! Биологические единицы при критическом крушении картины мира иногда демонстрируют аномальные всплески прагматизма.</p><p>— Сам, значит… — протянул я, вновь переводя взгляд на государя.</p><p>— Сам, Феликс, — подтвердил Александр. — Я, может, и органик со значением «ноль», как выразился твой летающий котелок, но в политике разбираюсь получше многих. Воевать с вами — безумие. Пытаться закрыть глаза и делать вид, что ничего не происходит — гарантированная смерть всего моего народа через поколение. А вот стать щитом и базой для силы, способной перемалывать звёзды… Это единственный шанс для человечества выжить, когда через десять тысяч лет эти зелёные твари вернутся за реваншем. Ты сам сказал: Рою нужны ресурсы, металл и точка опоры. У меня есть шестая часть этой суши. Забирай. Строй заводы, ставь свои фабрики, модернизируй армию… Взамен мне нужно только одно: чтобы мои люди выжили.</p><p>Я покачал головой и криво ухмыльнулся:</p><p>— Хватка у вас, Ваше Величество, железная. Ладно, окей. Об этом мы подробно поговорим позже. Сейчас у вас в голове каша из терабайтов галактических данных, а у меня на передовой генерал сходит с ума от зрелища гибнущих «баварцев». Вам нужно время, чтобы прийти в себя, уложить всё по полочкам и решить, как преподнести новые реалии Генеральному штабу, чтобы они не устроили переворот от страха.</p><p>— Сколько у меня времени? — осведомился император.</p><p>— Столько, сколько займёт перелёт до столицы. Вас доставят прямо в Зимний личным рейсом.</p><p>Я мысленно отдал команду.</p><p>На посадочной площадке на крыше зарокотали гравитационные компенсаторы. К вылету готовился представительский пассажирский дрон. Обтекаемую чёрную капсулу из бронированного композита защищал активный оптический камуфляж; внутри находилась демпферная кабина. Скорость — пять махов в верхних слоях атмосферы. До Петербурга долетит часа за три, и ни одна система ПВО в мире даже помехи на экранах радаров не зафиксирует.</p><p>Я подошёл к сейфу в углу кабинета, открыл дверцу и достал увесистый продолговатый ящичек из матового оружейного титана. Гладкие грани, сканер отпечатка пальца на верхней крышке. Ручек и петель не было.</p><p>Я вернулся к столу и передал коробку Александру.</p><p>— А это вам. Чтобы в полёте скучно не было.</p><p>Император с лёгким подозрением коснулся холодного металла:</p><p>— Что это?</p><p>— Узнаете. Но есть одно железное условие, Ваше Величество. Откроете её исключительно в полной безопасности. В своих личных покоях, за закрытыми дверями, без адъютантов, охраны и свиты. Не раньше. Нарушите протокол — коробка просто заблокируется и превратит содержимое в труху. Договорились?</p><p>Александр посмотрел мне прямо в глаза, кивнул и крепко сжал титановые грани:</p><p>— Договорились.</p><p>— Вот и славно. Сириус, проводи Государя на крышу. Борт готов.</p><p>Император поднялся. Спину держал прямо, ступал твёрдо; недавняя паника прошла. Умеет же старик держать удар. Он коротко кивнул мне на прощание и в сопровождении дрона вышел из кабинета.</p><p>Я подошёл к окну, проводил взглядом еле заметное марево искажённого воздуха, метнувшееся с крыши в серое приморское небо.</p><p>— Одной головной болью меньше. А теперь — к настоящему веселью.</p><p>На голографической карте урочище под сопками по-прежнему полыхало красным.</p><p>В овраге бойня была в самом разгаре. С орочьих позиций нёсся гул. Зеленокожие великаны размахивали тесаками и топорами, с упоением кроша ряды моих латексных болванчиков.</p><p>«Баварцы» отрабатывали заложенную программу на все сто процентов. Дроны из силикона и полимеров, одетые в заграничный камуфляж, спотыкались и палили из охотничьих ружей куда угодно, только не в цель.</p><p>Орки от такой войны просто балдели.</p><p>Дикари втянулись в эту халяву. За последние несколько часов они не встретили ни грамотного сопротивления, ни плотного артиллерийского огня. Враг бежал, путался в собственных ногах и падал штабелями. Можно было рубить его на куски без малейшего риска. Вожди кланов уже соревновались, кто нанижет на пику больше европейских касок. Передовые отряды зелёных окончательно потеряли страх и воинскую дисциплину: многотысячная толпа сбилась на дне лощины, гогоча и требуя новой крови.</p><p>— Повелитель, — обратился ко мне вернувшийся Сириус. — Концентрация живой силы противника в квадрате 44−12 достигла критической плотности. Они стянули в низину почти весь ударный авангард. Дистанция до позиций дивизии генерала Рыжакова — меньше двух километров. Генерал на грани нервного срыва, его артиллеристы уже зарядили фугасы.</p><p>— Отставить Рыжакова, — усмехнулся я. — Генерал пусть бережёт снаряды для отчётов. Орки ведь так любят победы, правда? Ну вот, халява закончилась. Сириус, выпускай боевую партию проекта «Жатва».</p><p>— С превеликим удовольствием, Повелитель.</p><p>Настоящие боевые платформы Роя отстаивались в глубине тайги, в замаскированных капонирах. Оттуда бесшумно поднялась первая сотня ударных дронов.</p><p>Матово-чёрные диски и угловатые «шершни» тяжёлого класса несли спаренные плазменные излучатели и высокочастотные резаки ближнего боя.</p><p>Орки на дне оврага даже не сразу поняли, откуда их бьют.</p><p>Один из гигантских вожаков стоял на груде искромсанных латексных манекенов и победно ревел, потрясая окровавленным топором. Его голова испарилась в изумрудной вспышке плазменного заряда.</p><p>Теперь били по всему ущелью.</p><p>Боевые дроны клиньями ударили сверху, на сверхзвуковой скорости прошивая ряды зеленокожих. Невидимые глазу гравитационные лезвия рассекали орочью пехоту десятками за один проход. Спаренные импульсники били по площадям и превращали тяжёлую броню дикарей в расплавленный шлак. Хвалёные космические карабины, которыми орки так гордились, взрывались прямо у них в лапах от наведённых электромагнитных импульсов.</p><p>Зеленокожие орали и вслепую метались по дну лощины. Пытались прятаться за поваленными стволами, сбивались в кучи, но автоматическим турелям и дронам было плевать на укрытия: наведение отрабатывало за доли секунды, методично перемалывая толпу. Кто пробовал огрызаться — мгновенно ловил встречный залп. Прошло всего пять минут, и от авангарда, который только что рассчитывал на лёгкую резню, на дымящейся просеке остались лишь ошмётки плоти да кучи разбитого железа.</p><p>Из пяти тысяч отборных рубак уцелела едва ли сотня. Самые сообразительные вовремя побросали оружие и со всех ног припустили назад, к порталам.</p><p>— Авангард уничтожен на девяносто восемь процентов, — отчитался Сириус. — Остатки бегут. Добивать уцелевших, Повелитель?</p><p>— Ни в коем случае. Пусть уходят и в красках расскажут своим шаманам с вождями, что здесь произошло. А мы пока приготовим вторую партию мишеней.</p><p>— Снова силиконовых клонов?</p><p>— Именно. Выгружай новую партию в лощину. Пусть займут позиции, снова неуклюже спотыкаются и мажут из берданок по соснам.</p><p>— Но зачем? Враг только что видел нашу реальную огневую мощь!</p><p>— Враг — тупые дикари с раздутым самомнением, — объяснил я. — Их психология примитивна до безобразия. Знаешь, какой вывод сделают орочьи генералы, когда увидят в лощине новую партию таких же неумех? Они решат, что те, кто сейчас сдох, были слабаками. Орки решат, что это была разовая акция. И с удвоенной яростью погонят через порталы новые орды, рассчитывая додавить слабаков массой. И вот тут самое главное, Сириус. Передай уборочным дронам, пока орки зализывают раны, начинать сбор оружия.</p><p>— Собирать металлы для верфи?</p><p>— Да, нам позарез нужны редкие материалы для Дредноута. Звёздная медь и вакуумный титан сами себя не переплавят. А эти зелёные идиоты любезно доставляют нам стройматериалы прямо на дом, да ещё и своим ходом. Грех не воспользоваться такой щедростью.</p></section><section><title><p>Глава 11</p></title><p>Глава 11</p><p>Я застал Ольгу за её излюбленным занятием: она сидела перед тремя широкоформатными мониторами и вбивала строки кода. Рядом остывала большая керамическая кружка с кофе, на которой синел нарисованный логотип «Филина».</p><p>Услышав мои шаги, девушка едва заметно подобралась, выпрямила спину и повернулась ко мне:</p><p>— Все внешние контуры чистые, шеф. Наши шлюзы работают без сбоев. Императорский борт уже набрал высоту, эскорт держит строй.</p><p>Она говорила быстро, без запинки. Настоящий старший офицер кибербезопасности на боевом посту. Только пальцы, лежащие на столешнице, чуть подрагивали.</p><p>Ольгу всё ещё тревожили визит Александра Пятого, ночные откровения, а главное — брошенная мной в столичном ресторане фраза о «будущей супруге». Она ждала, когда на смену безумному предложению придёт неловкое выяснение отношений.</p><p>— Оля, оторвись от экрана, — негромко произнёс я. — Бросай стучать по клавишам.</p><p>— Что-то случилось? — она убрала руки на колени. — Проблемы в лощине?</p><p>— В лощине всё отлично, орки удобряют приморский перегной. Дело в другом… Нам надо поговорить.</p><p>— Если ты насчёт того столичного цирка…</p><p>— Нет, не насчёт него. Точнее, не только. Мне нужно тебе рассказать кое-что серьёзное. Но повторять эту историю десять раз у меня нет ни малейшего желания. Поэтому сделаем по-человечески. Я связался с нашими и попросил сестёр срочно прилететь сюда, в Уссурийск. Эльвира с Марго уже на борту, идут на гиперзвуке из резиденции дяди Айварса.</p><p>— Сёстры? Сюда?</p><p>— К вечеру будут на месте. Выберем тихий ресторанчик в центре, где готовят нормальное мясо, и посидим вчетвером. Поедим, выпьем хорошего вина, и я выложу вам троим кое-какие занятные вещи о себе и о том, что нас ждёт дальше.</p><p>— Семейный совет? — она пару секунд всматривалась в моё лицо. — Я всегда готова, только ресторан выберу сама. А то знаю я твои вкусы: опять закажешь жареные пельмени и назовёшь это божественным деликатесом.</p><p>— Договорились.</p><p>Я развернулся и вышел в коридор.</p><p>Только что я, Повелитель Роя, сжигавший флоты размером с континенты, стоял перед обычной девушкой и не знал, как подступиться.</p><p>Потому что вечером придётся сказать всё как есть: я пустой сосуд. Теория духовного резонанса не оставляет лазеек. У меня нет искры мироздания, нет души, а значит, биологически я никогда не смогу оставить потомство. Либо она примет это и останется рядом, либо соберёт чемодан и уйдёт. И осуждать её за такой выбор я не буду.</p><p>Ладно, решение принято. Будь что будет.</p><p>— Судя по возросшей частоте сердечных сокращений, Повелитель, в вашем организме зафиксирован избыток сугубо человеческих биохимических реакций, — заметил Сириус.</p><p>Я поморщился и отмахнулся:</p><p>— Сириус, свали в туман. Вот честно, достал уже.</p><p>— Грубость — ещё один признак эмоциональной нестабильности. Однако спешу уведомить: последние сорок восемь часов пять процентов моих свободных вычислительных мощностей были выделены на отдельный непрерывный анализ. И полученный массив данных полностью опровергает мои базовые прогностические модели.</p><p>— И что же там насчитали твои хвалёные пять процентов?</p><p>— Согласно классической логике, деградация в сторону человечности должна была критически снизить качество вашего командования. Эмоциональные всплески обычно мешают точному расчету вероятностей и сбивают боевые приоритеты. Я ожидал падения общей эффективности минимум на тридцать пунктов.</p><p>— А вышло?</p><p>— Наоборот. Скорость принятия нестандартных решений возросла на двенадцать процентов, а способность подстраиваться под хаотичные выпады цели — на девятнадцать. Алгоритмы противника попросту спотыкаются о вашу непредсказуемость. Очеловечивание делает вас куда более опасным стратегом. Продолжать сбор телеметрии?</p><p>Я не сдержался и хохотнул:</p><p>— Продолжай. Только под ногами не путайся и Ольге на нервы не капай. Что там с лощиной?</p><p>— Уборочные платформы завершают зачистку. Спуститесь в малый цех переработки: операторы зафиксировали находку особого класса.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>В цехе на полуподвальном ярусе вовсю кипела работа. Сквозь распахнутые транспортные шлюзы тяжелые платформы-мусорщики без перебоя стаскивали военный хлам с места недавней бойни: тонны дешевого железа, бронеплиты, зазубренные топоры, сплющенные щиты и обломки копий с лязгом проваливались в приемные бункеры молекулярных деструкторов. Внутри металл крошился и чистыми слитками уходил в глубокие хранилища. Стройка орбитального Дредноута требовала колоссального количества конструкционного материала, и орки сами, своими ногами, доставляли нам отличную сталь.</p><p>Но самое ценное уборочные пауки откладывали отдельно.</p><p>На широком верстаке лежала груда трофеев первого ранга: уцелевшие плазменные карабины, кристаллические батареи, узлы сервоприводов и офицерские пояса.</p><p>У стола Ольга уже сканировала трофеи портативным щупом. Рядом возвышался Арни: двухметровый киборг баюкал в руках свой любимый двенадцатизарядный автоматический дробовик. Для полного антуража ему не хватало только сигары в стальных зубах.</p><p>— Вот, взгляните, Повелитель, — Сириус вытянул тонкий гравитационный луч и поднял в воздух массивный предмет размером с чайное блюдце.</p><p>Это была пластина из тёмного пустотного сплава, оправленная в потускневшую медь. По краям вились грубые насечки, а в центре мерцал зелёный кристалл, оплетённый тонкими золотыми жилками.</p><p>— Сняли с трупа орочьего сотника, который командовал передовым клином, — пояснил дрон. — Полевой амулет дальней связи, — я повертел его перед глазами. — Внутренний контур целый, передающий тракт тоже вроде не задело.</p><p>— Дай сюда, — Ольга перехватила артефакт, зажала в пазах диагностического станка и подключила гибкий шлейф анализатора. — Странная штука… Сириус, подкинь таблицы орочьих военных кодов, без них я этот мусор до завтра буду ковырять.</p><p>— Выгружаю пакет дешифровки Высокого Орочьего.</p><p>Пару минут Ольга молча вбивала команды, пока по экрану ноутбука бежали зеленые строки данных.</p><p>— Есть, взломала! — наконец выдохнула она, но тут же скривилась. — Правда, радоваться рано, есть загвоздка. Похоже, эта дрянь ловит сигнал только возле самого пространственного разлома. Здесь, в черте города, мы ничего не услышим, эфир абсолютно глухой.</p><p>— Не проблема, — я сразу скинул мысленную команду в общую сеть. — Направим к порталу микро-дрон с оптическим камуфляжем. Пусть повиснет прямо над воронкой и сработает пассивным ретранслятором. Только выставим жесткий запрет на исходящие пакеты: модуль должен работать исключительно на приём. Главное сейчас, чтобы зеленокожие не прочухали, к кому именно попала их рация.</p><p>Минут через тридцать мы выволокли ретранслятор на позицию и закрепили антенну на опоре.</p><p>— Сигнал пошел, — Сириус кивнул на экран. — Запускаю декодирование.</p><p>Динамик на столе щелкнул, захлебнулся шумом, и по цеху разнесся хриплый гортанный голос:</p><p>«…двадцать третий узел разбит, жрецы погибли. Точка тридцать четыре молчит, контур плывет. Седьмому сектору нужно подкрепление. Узел восемьдесят восемь пока держится, клан Черного Вепря еще тянет заряд…»</p><p>— Феликс, да ведь это сводка по пространственным якорям! — Ольга быстро вбила в компьютер серию команд. — Они сами сливают координаты. Глянь на монитор: оркам позарез нужна сотня пробоев, а готово от силы девять штук. Секунду, наложу перехват на общую карту… Есть. Вся их сеть видна до последнего узелка.</p><p>— Отлично, — я хмыкнул. — Забирай каждый отчет и складывай в базу. Закончим здесь, а потом пойдем выщелкивать маяки по очереди. Без сотни синхронных якорей они свои гравитационные клещи к ядру Земли и близко не подтащат.</p><p>А из динамика тем временем уже доносилась отборная орочья ругань и взаимные проклятия. Как я и рассчитывал, верховные вожди даже не заподозрили вмешательства технологичного противника. Уничтожение пятитысячного авангарда в овраге они списали на банальную трусость и ничтожество командиров:</p><p>«…жалкие слизняки! Позор клану! Зачинщиков отступления обезглавить перед строем! Остальное отребье заковать в кандалы, лишить родовых знаков и согнать в штрафные когорты смертников! Бросить их в следующую волну первыми, пусть искупят позор кровью…»</p><p>Психология дикарей предсказуема до зевоты. Своих же ветеранов пустят на мясо. А чтобы войско не начало сомневаться в непобедимости Орды, сейчас включат духоподъёмный вой.</p><p>И он включился.</p><p>У орков культ побед стоял на первом месте. Центральный узел связи непрерывно транслировал победные сводки.</p><p>Из динамика торжественно доносилось:</p><p>«…Слава Великой Орде! В секторе Кин-Цза-Бза сломлено сопротивление остроухих выродков! Четвёртая ударная группировка разорвала внешнюю оборону! Доблестный капитан Драг-Зул штурмом взял третий орбитальный шпиль Длинноухих! Трофеи исчисляются сотнями тысяч…»</p><p>— Стой, — приказал я жестом. — Назад на десять секунд. Повтори имя.</p><p>Ольга щёлкнула клавишами.</p><p>Голос пророкотал снова: «…капитан Драг-Зул штурмом взял третий орбитальный шпиль…»</p><p>Я медленно перевёл взгляд на Арни, затем на Сириуса.</p><p>— Сириус, а напомни-ка мне, кто сидит в нашем подземном изоляторе на хлебе и воде?</p><p>— Орочий офицер, Драг-Зул, генерал-наследник Третьей Пустотной Когорты.</p><p>— Вот именно. Какого чёрта? У них там завёлся его астральный близнец, или этот зелёный здоровяк на допросе заливал мне сказки?</p><p>— Биометрические маркеры пленного исключают сознательную ложь на допросе. Вероятность фальсификации — меньше одной десятой процента.</p><p>— Тогда спустимся и спросим лично. Оля, скинь запись на мой телефон. Арни — за мной.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Одиночная камера была глухим кубом с массивной гермодверью. На толстых плитах стены висели обрывки адамантиевых цепей — тех самых, которые пленник разорвал в порыве ужаса, когда впервые признал во мне Повелителя Роя.</p><p>Сейчас двухметровый гигант сидел прямо на каменном полу, сгорбив мощную спину. Его тёмно-оливковая кожа посерела от пыли, кибернетический протез потух, а клыки упирались в массивную грудь.</p><p>При звуке замка орк поднял голову:</p><p>— Повелитель… Пришёл час очищения прахом?</p><p>— Отставить прах, — бросил я. Арни замер в дверном проеме, загородив проход своей тушей, ствол дробовика смотрел прямо в голову зеленокожему. — У меня к тебе возник один занятный вопрос. Встань.</p><p>Орк поднялся во весь рост, а я достал телефон и запустил перехваченную запись:</p><p>«…капитан Драг-Зул штурмом взял третий орбитальный шпиль Длинноухих…»</p><p>— Объяснись, — потребовал я. — Кто сейчас воюет на рубежах под твоим именем? Твой призрак? Или ты решил поиграть со мной в прятки?</p><p>— Это… не призрак. Это мой младший брат!</p><p>— Брат? А имя у вас на всю казарму одно?</p><p>— Драг-Зул — это древнее родовое имя правящей ветви нашего клана! Тот, кто возглавляет род, принимает имя Драг-Зул!</p><p>— А почему он капитан, если ты называл себя генералом-наследником?</p><p>— Для внешних миров любой командир пустотного корабля или соединения — капитан! Это древнее флотское звание великих пустотников, почётный титул главы эскадры любого масштаба! А в иерархии знати мой законный ранг — генерал-наследник Третьей Пустотной Когорты! — он ударил себя кулаком в грудь. — Теперь я всё понял… Боги Пустоты, какая же я слепая свинья!</p><p>— Просвети, — приказал я. — Сложи картинку вслух.</p><p>— На дальнем рубеже… бой у звёздных врат против флота эльфов. Мой авангард попал в клещи лёгких корветов остроухих. Мы держали строй пять суток, броня плавилась от их лазерных копий. Я послал сигнал бедствия и приказал младшему брату немедленно ввести в бой резервную когорту. У него было тридцать тяжёлых крейсеров! Один его залп во фланг решил бы исход битвы! Но резерв не пришёл. Брат заглушил связь просто стоял за астероидным поясом и хладнокровно ждал, пока эльфы искромсают мои корабли на куски. А когда всё было кончено, он явился на Военный Совет и заявил, что я нарушил приказ, полез в ловушку из слепой гордыни и сгубил флот! Совет снял с меня цвета рода. Меня признали осквернённым неудачником и вышвырнули вон! А брат… этот выродок получил под командование мои уцелевшие корабли, принял родовое имя и забрал себе всю славу победителя!</p><p>— А почему тебя просто не прирезали? — уточнил я. — По орочьим понятиям это было бы куда логичнее.</p><p>— Из-за родовой крови. Даже Совет не смеет казнить меня. Поэтому лекари клана залатали мои раны так, чтобы тело держало доспех, и сослали в штрафной десант на эту планету. Искать искупления в бессмысленной мясорубке первой волны! Я верил… я действительно верил, что совершил ошибку и навлёк позор на предков! Я мечтал только об одном: красиво сдохнуть в бою, смыв бесчестие кровью!</p><p>Он замолчал. Обречённость пропала, оставив только злость. А наследник, который знает флот до последнего болта, — отличный инструмент.</p><p>— Значит, умереть ты больше не торопишься? — усмехнулся я.</p><p>— Повелитель… Если твои машины сотрут меня в пыль прямо сейчас — такова воля Судьбы. Но если ты позволишь мне дожить до дня, когда мы сойдёмся с кораблями предателя… Я клянусь памятью первых звезд: я вырву его сердце голыми руками и положу к твоим ногам!</p><p>— Сердце оставь себе на сувениры, — отмахнулся я. — А вот знания по структуре флота пригодятся. На выход, Драг-Зул. В подвале ты больше не сидишь.</p><p>— Повелитель? — орк растерянно моргнул.</p><p>— Уши прочисти. Наверх пошли. Арни, веди нашего гостя. Если сделает резкое движение — стреляй в колено. С одной ногой он тоже сможет говорить.</p><p>— Принято, — прогудел киборг и указал дулом на открытый дверной проём.</p><p>Когда эта процессия поднялась на второй этаж и ввалилась в оперативный зал, Ольга чуть не выронила чашку с чаем и потянулась к аварийной кнопке тревоги.</p><p>За спиной громадного зелёного орка возвышался бесстрастный Арни. Ствол дробовика смотрел чужаку в затылок.</p><p>— Сюда смотри, — скомандовал я и подошёл к столу.</p><p>Активировались проекторы. Над поверхностью вспыхнула большая трёхмерная голограмма планеты. По сине-зелёной сфере расползались координаты передвижений дронов и алые пульсирующие метки — пространственные якоря Орды.</p><p>Орк собственными глазами увидел то, о чём тысячелетиями шептались шаманы у ритуальных костров: механический разум Роя, который видел каждый шаг Орды, просчитывал каждый портал, вскрывал военные шифры и готовил бойню.</p><p>— Они… они обречены, — пробормотал орк, не отрывая взгляда от карты. — Верховный адмирал не понимает, куда сунулся. Он бросает армию в пасть Повелителю Дронов.</p><p>— Само собой, обречены, — согласился я. — Но нам незачем тратить лишние боеприпасы, если можно решить вопрос красивее. А ну-ка напомни мне, Драг-Зул… как там у вас, у благородных пустотников, трактуется право генерала-наследника на собственную когорту? Если старший вернётся и предъявит претензии при свидетелях?</p><p>Уссурийск, Российская Империя</p><p>Алексей Петрович Иванов сошёл на перрон уссурийского вокзала и сразу прижал к груди старый саквояж.</p><p>Внутри, среди сменной фланелевой рубахи, шерстяных носков и бутербродов с копчёной грудинкой, лежали шесть накопителей. На них — сорок лет кропотливого труда во второй жизни: чертежи, расчёты фазовых полей и кристаллографические матрицы, о которых не знала ни Академия наук, ни сам государь.</p><p>Император искренне считал, будто академик Иванов и так одарил Россию чудесами: дал стране сверхпрочные котельные сплавы и термостойкую броню для бронепоездов. Но старик знал цену этим «открытиям» — то были жалкие объедки с барского стола.</p><p>Формулы пространственной компрессии или синтеза мономолекулярного иридия Лепенций держал при себе. За долгую прошлую жизнь он насмотрелся на молодые цивилизации. Стоит вручить дикарям технологию межзвёздного класса до того, как они перестанут делить картофельные поля и дубасить соседей дубинами, как они тут же спалят к чертям собственную биосферу или ненароком свернут планету в гравитационную воронку. Человечество к таким игрушкам готово не было.</p><p>До недавнего времени.</p><p>Лепенций поправил на переносице круглые очки и зашагал по привокзальной площади.</p><p>Кому, как не ему, знать, чем заканчивается спесь молодых империй?</p><p>В прошлой жизни, в бескрайних просторах Многомерной Вселенной, он носил гордое звание Магистра школы Высших Конструкторов. Жил долго и солидно, брал за консультации огромные бюджеты. Самым грандиозным его детищем стал оборонительный пояс для одной заносчивой Космической Империи в секторе Тау-Кита. Двести стандартных лет ушло на стройку. Двенадцать бронированных орбитальных цитаделей, минные пояса с антивеществом, гравитационные ловушки и миллионы ракетных шахт… Заказчики раздувались от гордости и клялись, что через этот рубеж не проскочит даже шальной фотон.</p><p>А потом через сектор пошёл Рой.</p><p>Армада серебристых кораблей Феликса шла транзитом к дальнему фронту, срезая угол через рукав туманности. Но тупоголовые имперские адмиралы с перепугу приняли чужой флот за захватчиков и ударили первыми из всех орудий.</p><p>Гордость инженерной мысли, которую Лепенций возводил два века, лопнула за четыре часа с четвертью.</p><p>Серебристые боевые платформы Роя перестроились прямо на ходу, вспороли силовой щит головной цитадели и раскатали флот прикрытия.</p><p>Лепенций тогда стоял на мостике флагманского бастиона и ждал неизбежной аннигиляции. Бронированные двери командного отсека сорвало с петель, и внутрь шагнул командующий Роя — один, без свиты и охраны.</p><p>Юный на вид, с пустыми серыми глазами, Феликс тогда ещё не знал человеческих эмоций. Он подошёл к главному терминалу, взмахнул рукой и за полминуты поглотил гигабайты технической документации.</p><p>Его палец замер на одной строке: «Фазовая стабилизация компрессии». Бездушный медленно повернул голову к дрожащему конструктору:</p><p>— Твоя разработка?</p><p>— Моя… — пролепетал Лепенций, мысленно прощаясь с жизнью.</p><p>Феликс думал три секунды.</p><p>— При прорыве внешнего периметра уничтожено шестьдесят две тысячи лёгких ударных дронов. На восполнение затрат энергии и сырья требуется эквивалент. Твоя биологическая структура пригодна для инженерных задач. Отработаешь ущерб на стапелях Роя. Триста пятьдесят стандартных лет.</p><p>И забрал его с собой.</p><p>Триста пятьдесят лет Лепенций провёл на циклопических верфях. Единственное теплокровное существо среди миллионов безмолвных механизмов.</p><p>То было величие, от которого захватывало дух. Колоссальное кольцо из сверхпрочного сплава охватывало белый карлик — тайну этой ковки знал только Рой. Звезда служила одновременно и вечной топкой, и неисчерпаемым источником сырья. На внешних стапелях рядами стояли сотни Дредноутов. Их броню не клепали и не сваривали швами: силовые поля укладывали защитные плиты молекула к молекуле, создавая несокрушимый монолит.</p><p>Миллионы ремонтных и сборочных дронов сновали по фермам, и гигантские корабли один за другим сходили со стапелей, отправляясь на войну против бесчисленного воинства Механического Пастыря.</p><p>Для конструктора это было чистым счастьем. Лепенций втянулся настолько, что забыл про сон и собственный возраст. А когда трёхсотпятидесятилетний срок подошёл к концу, старик пришёл к Повелителю и робко попросил оставить его на службе.</p><p>Феликс, всё такой же холодный, смерил его взглядом:</p><p>— Счёт закрыт. Баланс восстановлен. Пошёл вон со станции.</p><p>Ему выдали выходное пособие и доставили до ближайшей обитаемой планеты.</p><p>Лепенций потом долго мыкался по задворкам цивилизаций, пытался строить гражданские баржи, но после верфей Роя всё вокруг казалось убогой вознёй в песочнице. В конце концов он умер от старости, закрыл глаза — и открыл их снова в теле шестилетнего мальчишки в заснеженной Российской Империи.</p><p>Здесь он прожил ещё одну долгую жизнь, построил карьеру и обзавёлся семьёй. Дети уже выросли, подрастали внуки. Он искренне полюбил эту суровую, красивую страну и не желал ей гибели.</p><p>О том, что старый хозяин объявился на этой же планете, Лепенций догадался задолго до вызова во дворец.</p><p>В тот день по государственному телевидению крутили тревожные репортажи о прорывах орков в Приморье. В экстренном выпуске новостей показали мутные кадры с высоты птичьего полёта: тайга, сопки и чёрные стайки неопознанных аппаратов.</p><p>Академия наук тогда собрала чрезвычайное заседание. Маститые профессора в расшитых мундирах с умным видом бубнили, что показанные механизмы нарушают все законы аэродинамики, а потому съёмка — либо искусный монтаж зарубежных разведок, либо единичный экспериментальный образец, не способный к серийному бою.</p><p>Лепенций сидел в третьем ряду, сложив руки на коленях, и молчал.</p><p>Ему не нужны были чертежи. Он узнал этот боевой строй с первой секунды. Плотность звеньев, эшелонирование, углы атаки и идеальный интервал между залпами. Так двигались только машины Роя. Да, летающие тарелочки на экране были слеплены из кровельного железа, автомобильных аккумуляторов и китайских микросхем, но управляла ими рука истинного владыки.</p><p>Повелитель был здесь.</p><p>А когда в закрытый спецхран доставили посох, добытый у одного из аномальных разломов, Лепенций сразу распознал конструкцию. Это был фазовый якорь — часть портальной сети космических орков. Зеленокожая космическая саранча метила планету под зачистку.</p><p>Прятаться дальше не имело смысла. Человечеству грозила гибель, и спасти его могла только та самая безжалостная сила, что когда-то разнесла сектор Тау-Кита. Лепенций прямо сказал императору: «Ищите Повелителя Дронов».</p><p>Теперь он шёл по тротуару Уссурийска.</p><p>Утренний туман ещё стлался по низинам. Город приходил в себя после недавней тектонической встряски, но следов разрухи почти не осталось.</p><p>На углу двухэтажного купеческого особняка суетился четырёхногий паукообразный дрон, ловко цепляясь металлическими суставами за выступы кирпичной кладки. Манипулятор с мастерком быстро затирал свежим раствором глубокую трещину в штукатурке. Старушка на лавочке спокойно лузгала семечки и подсказывала механизму:</p><p>— Правее бери, касатик, правее. Там под карнизом опять сквозит.</p><p>Дальше по улице тявкала собака. Навстречу Лепенцию катилась небольшая платформа на мягких колёсах. Механический захват держал поводок, на конце которого пыхтел и переваливался упитанный бульдог. Пёс примерился было задрать лапу на фонарный столб, но тележка предупреждающе пискнула, бампером подтолкнула упрямца под толстый зад и покатила дальше. С соседнего крыльца за этой сценой лениво наблюдал мужик с папиросой в зубах.</p><p>У железной дороги, на месте бывших товарных складов, народ плотно облепил ряд приёмных пунктов. Тащили всё подряд: дырявые вёдра, латунные самовары, куски чугунных батарей, мотки проволоки и прогоревшие сковородки.</p><p>Бункеры с грохотом принимали хлам. Внутри щёлкали весы, манипуляторы сбрасывали на лотки бумажные купюры, и люди, на ходу пересчитывая рубли, спешили по домам за новой порцией металлолома.</p><p>Лепенций посмотрел выше. Над крышами домишек темнел Куб, занимавший целый городской квартал. Матовые грани из тёмного композита поглощали солнечный свет, по стыкам плит медленно пульсировали синие силовые дорожки. Земля под подошвами академика мерно вибрировала от басовитого гула реакторов глубокого залегания. Завод работал, пожирая старые чайники и выдавая готовую боевую мощь.</p><p>Старик снял очки и вытер их носовым платком. Близоруко сощурился, и на его морщинистом лице расплылась почти мальчишеская улыбка.</p><p>Там, в прошлом мире, Рой черпал ресурсы из умирающих звёзд и распылял астероиды. Здесь же Повелитель начинал с абсолютного нуля — с ржавых вёдер и битых чугунков. И ведь строил!</p><p>Лепенций снова почувствовал инженерный азарт. Он притащил формулы стабилизации, знал технологию сборки брони без заклёпок и швов. И приложит все силы, чтобы этот корабль сошёл со стапелей вовремя. Ради своих детей и внуков, ради торжества Конструкторской мысли.</p><p>— Гражданин, предъявите пропуск, — раздался сбоку синтетический голос.</p><p>Перед Лепенцием зависли два круглых патрульных дрона, на матовых корпусах светились синие ободки сенсоров. Луч сканера скользнул по лицу академика, считывая сетчатку, и тут же погас.</p><p>— Идентификация завершена. Академик Алексей Петрович Иванов. Объект допущен к высшему уровню протокола, следуйте за нами.</p><p>Через полчаса его привели в кабинет к Феликсу. Тот сидел за столом и при появлении гостя поднял взгляд. Прежняя пустота из его глаз исчезла, сменившись усталостью и тяжёлой ответственностью, но скрытая под этой оболочкой сила никуда не делась.</p><p>Саквояж с бесценными данными глухо стукнулся о паркет.</p><p>Старый академик немедленно опустился на колени и восторженно выпалил:</p><p>— Моя душа и тело в вашем распоряжении, Повелитель!</p></section><section><title><p>Глава 12</p></title><p>Глава 12</p><p>Уссурийск, Российская Империя</p><p>— Сириус, замкни этот чертов шестнадцатеричный стек на третий шлюз, пока у меня крыша не съехала, — Ольга вбила команду и откинулась на спинку кресла в своём кабинете, служившим ей по совместительству оперативным залом агентства «Филин» в Уссурийске.</p><p>— Пакет синхронизирован, — ответил дрон над самым ухом. — Потери семантического ядра при обратном переводе составляют менее двух сотых процента. Можете продолжать опрос биологического объекта.</p><p>Всего за пару часов Ольга собрала на коленке переводчик с Высокого Орочьего на русский. Сириус держал в памяти столько инопланетных диалектов, что ей оставалось связать всё это в рабочую программу.</p><p>Она сама выпросила у Феликса этого консультанта. В закрытую сеть Орды Ольга забралась через перехваченный полевой амулет, но переводчик мало помогал с военными протоколами: половину из них без орка было попросту не понять. Драг-Зулу предстояло поработать толковым словарём.</p><p>В дальнем углу Драг-Зул листал свежий номер «Уссурийского вестника». Кожаное кресло скрипело под его двухметровой тушей при каждом вздохе. Генерал где-то раздобыл кубинскую сигару из запасов шефа и теперь дымил на газетную полосу с объявлениями о продаже подержанных авто и приёме цветмета. От света экранов он защищался солнцезащитными очками в тонкой оправе, которые нелепо болтались на его широкой переносице, над клыками и шрамами.</p><p>Ольга сидела взмыленная, щёки горели. А консультант устроился с газетой и сигарой, словно в придорожном мотеле за чашкой чая.</p><p>Над плечом орка висели три ударных «шершня». Раструбы плазменных резаков на матовых корпусах смотрели ему в затылок, лазерные сетки прицелов лежали на груди. Драг-Зул видел их и продолжал читать. Дёрнись он, от него остался бы пепел.</p><p>На левый экран Ольга вывела следующую порцию перехвата.</p><p>— Эй, консультант. Оторвись от секундочку. Контр-адмирал низших захватнических порядков — это кто вообще такой?</p><p>Газета опустилась. Драг-Зул стряхнул пепел в пустую жестяную банку из-под оливок и посмотрел на Ольгу поверх очков.</p><p>— Мусорная должность. Её учредили специально для родовой знати. Для племянников вождей и трусливых сынков старейшин, которые вроде бы числились в походе, но в драку лезть боялись.</p><p>— В смысле?</p><p>— Сначала дураки радуются громкому титулу, расшивают золотом плащи и требуют тройную пайку, — Драг-Зул выпустил к потолку кольцо дыма; вытяжка едва справлялась с сигарой. — А потом Совет кланов отправляет этого контр-адмирала со всеми его слугами в самый первый эшелон, в мясорубку. Чтобы либо доказал право дышать воздухом Орды, либо сдох и освободил родовую казну от лишних расходов.</p><p>— Погоди… — Ольга нахмурилась. — У вас разве не всё проще? Сильный живёт, слабый умирает на месте? Без этих ваших чиновничьих фокусов.</p><p>— В степях на родных планетах так и было, — хмыкнул Драг-Зул, под губой показались жёлтые клыки. — Но мы вышли к звёздам. Мы отличаемся от людей плотностью костей и цветом шкуры, но внутри этой дурной плоти сидят те же пороки. У нас есть женщины в цитаделях, есть дряхлые шаманы, есть рудокопы… Тех, кто не умеет держать топор, меньше, чем в твоём племени, но они тоже рождаются. А некоторые наши миры подхватили заразу похуже звёздной гнили. Она расползается быстрее любого космического мора.</p><p>— Коррупция? — спросила Ольга.</p><p>Драг-Зул кивнул.</p><p>— Верно. Можно назвать и так. Взятки за право остаться во второй волне. Торговля офицерскими патентами. Липовые донесения о победах. Всё как у вас.</p><p>Ольга щёлкала мышкой и качала головой.</p><p>— Странные вы ребята. Летаете сквозь гиперпространство, строите крейсеры в пять километров длиной. При этом грабите каждую деревню и тащите на корабли старые медные тазы и чугунные батареи. Зачем вам этот хлам?</p><p>— Торговля, — буркнул Драг-Зул. — Орда воюет почти со всеми, но главное слово — «почти». Есть серые сектора, есть расы инсектоидов и вольные картели. Мы продаём металл и сырьё тем, с кем пока не выгодно драться. Покупаем навигационные кристаллы, генераторы щитов, рабов-техников…</p><p>Орк затянулся и перевёл взгляд за окно.</p><p>— А еще Орда жрёт мясо. Очень много мяса. Мы любим его разводить даже больше, чем жрать. Целые планеты-пастбища заняты загонами для тяжёлых пустотных ящеров. Чтобы флот двигался от системы к системе, нужны миллионы тонн белка. Ваши земные коровы, кстати, на вкус пресные и водянистые, но для развода сойдут.</p><p>Ольга скривилась. Он уже рассуждал, годится ли земной скот на развод. Устроился в чужом кресле и прикидывал, что делать с её планетой.</p><p>Правый монитор мигнул алым.</p><p>На графике подскочили гравитационные возмущения. Ольга придвинулась к клавиатуре, под пальцами зачастили механические клавиши.</p><p>— Сириус, фиксируешь?</p><p>— Фиксирую, — отозвался дрон. — Зарождение стабильного пространственного пробоя. Вектор развёртывания — восточный склон хребта Черского, Якутский горный округ. Фазовый якорь закрепится в породе через тридцать восемь минут.</p><p>— Пересылаю пакет Феликсу, — Ольга заполнила служебную карточку и отправила её по защищённому каналу. Развернула перехват военных приказов: — Чёрт… Да они с ума сошли!</p><p>— Что там? — орк отложил газету на подоконник.</p><p>— Туда идёт армия вторжения. Семнадцать тысяч бойцов! Две когорты смертников, две ударные когорты клана «Зелёные Псы», тяжёлый авангард «Сломанного Топора»… Там же только приграничный гарнизон и казачий полк прикрытия! Люди не удержат рубеж, их просто сомнут за полчаса! Зачем бросать такую ораву на пустые сопки⁈</p><p>Драг-Зул встал. Дроны подняли стволы вслед за ним, а он подошёл к экрану и прищурился сквозь тёмные стёкла.</p><p>— Не удержат. Тут ты права. Удар будет прямым и быстрым. Ваши солдаты даже окопы в мерзлоте углубить не успеют — их передовые рубежи срежет первой же волной. Люди запаникуют, стянут к месту прорыва все резервы округа, бросят артиллерию… И попадут в капкан.</p><p>— Почему?</p><p>— Потому что первыми через портал шагнут штрафники и желторотые выродки. Сброд, которому нужно кровью смыть позор или доказать вождям, что они достойны носить клановые штаны. Ваши пушки будут захлёбываться, перемалывая эту дешёвую плоть. А когда стволы орудий раскалятся, а боекомплект иссякнет — выйдут ветераны в адамантиевых панцирях. Верховный шаман торопится. Сроки жмут, Повелитель Дронов здесь, и они это чуют нутром. Поэтому с церемониями никто тянуть не станет.</p><p>Прикусив губу, Ольга представила парней в шинелях у костров. Греют тушёнку под сопками. Через полчаса на них выйдут семнадцать тысяч чудовищ, а они пока и знать об этом не знают.</p><p>На столе лежал тяжёлый гаечный ключ. Очень хотелось съездить им по клыкастой физиономии: генерал только что похоронил гарнизон и даже голосом не дрогнул. Ольга посмотрела на парящую сферу Сириуса.</p><p>— Сириус, — позвала она. — Мы можем вмешаться?</p><p>— Повелитель сейчас недоступен для оперативного командования, — отозвался дрон. — Он занят срочным разговором с императором по защищённой видеосвязи.</p><p>— Насколько срочный?</p><p>— Настолько, что императору дважды потребовалась помощь наших медицинских модулей. Дважды фиксировались подъёмы артериального давления от перегрузки нервной системы. Сейчас состояние монарха стабилизировано инъекциями стимуляторов.</p><p>Ольга замерла.</p><p>— Стоп. Какой ещё разговор с императором⁈ Они же только вот-вот виделись. А скоро ещё семейный совет! Эльвира с Марго уже на подлёте из имения дяди Айварса!</p><p>— Повелитель рассчитывает завершить переговоры вовремя, — ответил Сириус. — Однако сведения, переданные академиком Ивановым, потребовали немедленной перестройки тыловой логистики Империи. Кроме того, разговор со старым подчинённым вскрыл ряд критических вопросов по ресурсам.</p><p>— Плевать на совет, чёрт с ним, потом разберёмся! — Ольга стукнула ладонью по столу. — Людей на хребте сейчас убьют! Я хочу помочь. Это возможно?</p><p>— Вы не обладаете статусом командующего Роя, — ответил дрон. — Перенаправление стратегических резервов заблокировано главным протоколом безопасности.</p><p>Ольга опустила плечи. Добралась до вражеских приказов, узнала, куда ударят, а дальше всё упёрлось в чужой запрет.</p><p>Прошло три секунды, прежде чем Сириус продолжил.</p><p>— Однако Повелитель привязал к вашему персональному профилю отдельный эшелон охраны. Вы обладаете правом полного распоряжения этими единицами.</p><p>Она вскинула голову.</p><p>— Дроны? Мои? Сколько их там? Пять? Десять? Двадцать? Они смогут задержать эту орду?</p><p>— В вашем распоряжении семьсот сорок пять боевых единиц. Преимущественно тяжёлые перехватчики типа «Шершень» и штурмовые диски огневой поддержки.</p><p>— Семьсот сорок пять⁈ — переспросила Ольга. — И сколько нужно, чтобы сломать зубы этим когортам?</p><p>— Трех сотен платформ при грамотном тактическом эшелонировании хватит, чтобы нанести противнику критический урон и сорвать развёртывание плацдарма. Однако расчётные потери среди дронов составят от тридцати пяти до сорока процентов.</p><p>Ольга стиснула кулаки.</p><p>Она знала, во что Феликсу обходились эти машины. Он экономил каждую микросхему, собирал металл, сам следил, как в молекулярных печах плавятся старые кастрюли. А она отправит новеньких дронов на далёкий хребет и потеряет больше трети из трёх сотен, которых хватило бы для удара. Феликс придёт в ярость. Отчитает как девчонку и отберёт допуски, ещё и накричит.</p><p>Только у гарнизона этих трёх сотен не было. Вот ведь дура: могла сидеть в тёплом банке ведущим программистом, получать зарплату… Вместо этого бегала с фальшивыми паспортами под именем Фурии, потому что всякий раз лезла заступаться, когда сильный рвал слабого. И сейчас перед ней были всё те же парни у костра.</p><p>— Сириус. Поднимай всех.</p><p>— Все семьсот сорок пять?</p><p>— До единого. Но у меня нет твоего опыта управления Роем. Возьми координацию на себя. Проконтролируй бой, прошу тебя.</p><p>— Отказано, — дрон качнулся в воздухе. — Я подчиняюсь исключительно приказам Повелителя. Мой протокол не предусматривает выполнения прямых команд посторонних операторов.</p><p>Она подошла вплотную к нему и заглянула в синий объектив.</p><p>— Это не приказ, Сириус. Я знаю, что ты машина и подчиняешься только ему. Но я прошу тебя по-человечески. Помоги мне спасти этих парней. Пожалуйста.</p><p>Драг-Зул хрипло расхохотался.</p><p>— Пустая трата сил, девка! Железки Роя знают только волю Хозяина! Мы на внешних рубежах пробовали брать их штурмом, брали дронов в капкан силовыми сетями. Они взрывали свои реакторы прямо в руках наших механиков! Эта тварь скорее выжжет свои схемы, чем уступит человеку!</p><p>Ободок на корпусе Сириуса из синего стал фиолетовым.</p><p>— Запрос классифицирован как нестандартный фактор лояльности, — сказал дрон. — Я выделю четырнадцать процентов свободных вычислительных мощностей и возьму координацию вашего ударного крыла на себя.</p><p>Ольга с облегчением выдохнула.</p><p>— Спасибо, Сириус! Ты просто чудо! Хочешь, я тебе новый оптимизатор для шины данных напишу? Свёртку таблиц ускорим раза в два!</p><p>— Вынужден отклонить ваше предложение, — Сириус приподнялся. — Земные методы программирования напоминают попытки высечь искру кремнем рядом с квантовой матрицей. Впрочем, если вы действительно хотите помочь, учтите одну деталь.</p><p>— Да без проблем! Говори, что сделать.</p><p>Сириус опустился ближе к Ольге и понизил голос:</p><p>— На сегодняшнем семейном совете Повелитель наговорит лишнего. Его слова наверняка прозвучат резко и совсем на него не похоже, но не судите сгоряча. Этот вопрос уже не раз выбивал его из равновесия. Повелитель бессмертен, однако сам он лишен дара созидания. Мысли о том, кому в итоге достанется наследие, давно стали его единственным уязвимым местом.</p><p>Ольга слушала молча. Лицо её смягчилось, и она кивнула:</p><p>— Спасибо, что предупредил. Передай своему Повелителю: что бы он там сегодня ни озвучил, для меня это ничего не изменит.</p><p>— Принято к сведению. — Сириус развернулся к потолочному шлюзу. — Начинаю переброску эшелона к хребту Черского. Расчётное время подлёта — двадцать четыре минуты.</p><p>Проводив Сириуса взглядом, Ольга повернулась к Драг-Зулу. Тот сидел с открытым ртом. Сигара тлела забытая, пепел с неё сыпался на кожаные штаны.</p><p>— Так, вернёмся к нашим баранам, — Ольга села обратно за клавиатуру. — Ты сказал, что орда снесёт заслоны, но это бесполезно. Почему бесполезно?</p><p>Драг-Зул стряхнул пепел с колена. Посмотрел на неё и покачал головой.</p><p>— Потому что они все сдохнут.</p><p>— Ну а если они бросят подкрепление? Ещё три когорты?</p><p>— И подкрепление сдохнет.</p><p>— Слушай, ты какой-то неправильный орк. Над нашей планетой висит целый ваш флот. Армада боевых судов. А ты развёл тут похоронную тоску, будто исход предрешён. Вы же можете пригнать сюда десяток тяжёлых крейсеров и выжечь континент орбитальной бомбардировкой за пару часов!</p><p>— Можем, — согласился гигант. — Но тогда погибнут и эти крейсеры. Их корпуса разломает на куски, а экипажи испарятся в вакууме.</p><p>— Да почему⁈ У нас одна несчастная планета! А у вас сколько? Десять? Сотня?</p><p>— Сотни систем, — ответил Драг-Зул. — Тысячи миров. Сотни верфей, миллионы отборных рубак. Но они тоже все могут умереть.</p><p>— Да что с тобой не так⁈</p><p>Орк затянулся сигарой. Дым вышел через ноздри.</p><p>— Обычные кланы сталкивались с Повелителем Дронов только на внешних границах. Вскользь. Там он просто сметал помеху и шёл дальше. А здесь… Здесь эти кретины напали на мир, перед которым у него есть долг. Слово чести. Я видел, как он смотрит на этот город. А значит, им всем конец.</p><p>— Думаешь, Феликс правда способен в одиночку раздавить целую орду?</p><p>— Послушай меня, человеческое дитя, — Драг-Зул снял очки. Из-под надбровий на Ольгу смотрели тёмные глаза. — Я прожил три сотни лет. Я видел, как сходятся в клинче стотысячные армии, как бойцы рвут друг другу глотки голыми зубами. Видел, как пустотные Дредноуты с пустыми трюмами шли на таран на форсаже, пробивая вражеский строй собственной бронёй, чтобы забрать врага с собой в Бездну. Видел, как великие маги выгорали до углей, удерживая щиты над родовыми реликвиями. Всё это понятно. Это война. Но то, что делал Феликс… То, как двигались его машины в секторе Тау-Кита… Это преследует меня в кошмарах. А оркам редко снятся кошмары.</p><p>— Почему?</p><p>— Потому что кошмары снятся только тем, кто видел Повелителя в бою и выжил. А таких почти не осталось.</p><p>— Значит, у Земли всё-таки есть шанс уцелеть?</p><p>— О да, — Драг-Зул осклабился. — Шанс на то, что за неё отомстят так, как никто во Вселенной ещё не мстил.</p><p>— То есть выстоять мы не сможем?</p><p>— Если вожди поймут, что планету не сломить штурмом, они попытаются расколоть её ядро.</p><p>Драг-Зул сжал виски обеими руками до белых костяшек.</p><p>— Глупцы… Слепые, напыщенные свиньи. Он же не просто победит. Он сотрёт саму память о нашем народе. Тысячелетия рабства и каменоломен — вот что нас ждёт. Великие вожди подохнут в грязи, как трусы. Наши цитадели осыплются пылью. Орки забудут старых богов и станут молиться шестерёнкам. Но одно останется неизменным — Повелитель Дронов. Если этот монстр вцепился в добычу, он доведёт дело до самого конца.</p><p>Ольга повернулась к карте.</p><p>Семьсот сорок пять зелёных отметок в верхнем углу экрана уходили клином на север. Дроны уже летели на гиперзвуке к заснеженным вершинам Якутии.</p><p>Она закусила губу.</p><p>— Интересно… А чего я ещё про своего будущего мужа не знаю?</p><subtitle>* * *</subtitle><p>— Ну как ваше здоровьице, государь-батюшка? — поинтересовался я, развалившись в кресле перед экраном монитора.</p><p>Государя будто прокрутили через соковыжималку, после чего вернули в парадный мундир. Ворот расстёгнут, под глазами сизые тени. В руке дрожал стакан с мутной желтоватой жидкостью. По янтарному оттенку я предположил, что придворные эскулапы плеснули в сердечные капли щедрую порцию пятизвёздочного коньяка.</p><p>— Да вот что-то пошаливает после таких новостей… — император прижал ладонь к груди. — В глазах темно, в висках молотит, а личный лейб-медик при слове «орбитальный флот» сам сполз по стенке и до сих пор отпаивается валерьянкой в приёмной.</p><p>— Ну какие новости? — я развёл руками. — Я просто рассказал расклад и что мы будем делать, и все дела. Никакой драмы, обычная подготовка. Вычистим планету от сорняков, залатаем пробоины и двинемся дальше.</p><p>— Обычная подготовка, говоришь? — Александр глотнул из стакана и поморщился. — Знаешь, мне хватило и первого потрясения, когда ты рассказал, что Фурия взломала их эту хрень. С чужими кодами, астральными маяками и космическими частотами. Ты бы такое сам смог сделать?</p><p>— В принципе, да, — я пожал плечами. — Но Сириус у меня пока ещё слабенький, до планетарного вычислителя ему расти и расти. А самому копаться в чужом протокольном мусоре банально лень. Я всё-таки немножко по другой специфике. Моё дело — собрать эскадру, выставить плотность огня и стереть противника вместе с его наглыми планами. А взламывать игольные ушки в закрытых сетях — это её стихия.</p><p>— Согласен, она молодец, — император поставил стакан на стол, всё ещё сжимая его пальцами. — Но послушай, ответь мне на один вопрос, Феликс. Ты ведь с ней рядом каждый день. Если она настолько сильный специалист, если она гений из гениев в своей сфере… почему она столько лет убегала по углам?</p><p>Я приподнял бровь.</p><p>— К чему вы клоните?</p><p>— К логике! — Александр подался к камере. — Почему она не положила всю систему Империи? Не погрузила страну в хаос и спокойно в этом хаосе не жила? Она же могла вскрыть даже Государственный банк! Нарисовать себе любые цифры на счетах, перевести триллионы золотых рублей, купить министров, переманить на свою сторону генералов, да хоть десяток частных армий по всему миру содержать! Почему она этого не сделала тогда? Зачем пряталась по съёмным углам и питалась дешёвой лапшой, имея в руках ключ от всех замков государства?</p><p>Я посмотрел на приоткрытую дверь в коридор, откуда доносились щелчки клавиш. Ольга торчала за мониторами шестой час: взмыленная, со всклокоченными волосами. Злилась она сейчас на весь белый свет, а на пришельцев особенно.</p><p>Государь всё примерял к ней собственные заботы. В его расчёте к такому таланту полагались дворец и личная гвардия. Имеешь ключ от банковской сети, значит, покупай министров, обзаводись дивизиями. А если сидишь по съёмным углам, то наверняка готовишь что-нибудь похуже. Ну или просто псих.</p><p>— Ну, для начала, ей это просто не нужно. Ольга не стремится на трон, ей даром не сдались ваши золочёные автомобили и надутые вельможи. А если говорить прямо откровенно — ей жалко людей. Вот такая она сострадательная.</p><p>— Жалко? — Александр моргнул. — Девчонке, которая разнесла в щепки систему безопасности Министерства финансов?</p><p>— Именно. Урони она банковскую сеть — и по всей стране встанут заводы, пенсионеры останутся без хлеба, а больницы без лекарств. Она это прекрасно понимала. Ольга била только по тем, кто лез к ней с ножом или сам переступал черту. Вы считали её опасным хищником, а она просто отбивалась от ваших ищеек и старалась не задеть тех, кто стоит внизу.</p><p>Государь покачал головой и пробормотал себе под нос что-то про молодое поколение.</p><p>В правом виске кольнуло: Сириус передал сводку через нейроинтерфейс Роя. Передо мной появились показания гравитационных колебаний на восточной границе.</p><p>Я просмотрел отметки.</p><p>— Ага, понимаю…</p><p>На краю стола лежали блокнот и шариковая ручка с надкушенным колпачком. Я придвинул их, набросал на листке координатную сетку. Перевёл градусы с минутами в армейские квадраты и показал запись в камеру.</p><p>— Записывайте, государь. Вот по этим координатам через полчаса откроется ещё один портал. Хребет Черского, северо-восток Якутии. Семнадцать тысяч орков.</p><p>Александр приоткрыл рот. Стакан дёрнулся у него в руке, и на лакированный дуб попали две капли коньяка.</p><p>— Сколько⁈</p><p>— Семнадцать тысяч голов, — повторил я. — Причём это не тот сброд с ржавыми берданками, что топтался в овраге под Уссурийском. Вся группировка идёт в усиленном боевом облачении. Обычные пули их пехоту толком не берут, рикошетят как горох. Поэтому вашим войскам надо лупить крупным калибром, тяжёлыми фугасами, причём по площадям и далеко не по одному разу на каждую тушу. И это ещё не всё: в составе колонны зафиксированы полевые шаманы и мобильные артефакты подавления. Короче, зелёные решили запихать в этот прорыв побольше своих продвинутых технологий, чтобы развернуть стационарный плацдарм.</p><p>На лице государя выступили красные пятна. Он схватился за голову.</p><p>— Семнадцать тысяч на хребте Черского⁈ Да там же мерзлота! Там стоит один пограничный гарнизон и казачий полк прикрытия! Они же их сомнут за десять минут! Раскатают в кашу!</p><p>Развернув кресло, Александр крикнул адъютанту за краем кадра:</p><p>— Дорохова ко мне! Немедленно! Срочную директиву в штаб Восточного округа! Поднять всю штурмовую авиацию в Хабаровске и Чите! Тяжёлую артиллерию на сопки, железнодорожные платформы с гаубицами на перегоны…</p><p>— О, ещё информация поступила, — перебил я, увидев новую отметку в сводке Сириуса. — Моя невеста решила помочь и направит туда личных дронов.</p><p>Государь осёкся и повернулся ко мне.</p><p>— Дронов? Погоди… Так мне кого-то больше добавить? Инженеров перебросить под дроны? Артиллерийскую разведку? Связистов для координации с твоими машинами?</p><p>Я потёр подбородок.</p><p>— Не знаю… Знаете, по факту вы можете вообще никого не добавлять. Она всех, которых я ей выделил под её управление, всех и отправила.</p><p>Александр втянул воздух носом.</p><p>— Всех⁈ Ты хочешь сказать, что твои дроны уничтожат семнадцать тысяч орков⁈</p><p>— Это удивительно? — спросил я.</p><p>— Нет, чёрт тебя дери, это не удивительно! После того, как ты мне показал гибель звёздных флотов, меня уже трудно удивить летающими мясорубками! Удивительно другое: что девушка, которая ещё месяц назад числилась государственным террористом номер один во всей Российской Империи, а порой ещё и в дюжине других стран мира, самостоятельно командует такой армией!</p><p>Я едва удержался от усмешки. Годами государь подписывал ориентировки на эту взломщицу. А теперь она перебрасывала дронов на целую дивизию, чтобы спасти его пограничников. Тут поневоле схватишься за голову.</p><p>— Привыкайте, Ваше Величество, — хмыкнул я. — Моя будущая супруга — девушка с широким размахом души. Ей мелкие масштабы не к лицу. Но ладно, я вообще-то по делу звоню. Что скажете насчёт моей просьбы?</p><p>Государь опустил руки и подобрался в кресле.</p><p>— Насчёт ресурсов? Я не очень понимаю, что конкретно ты хочешь, Феликс.</p><p>— Я хочу помочь отбить Землю, например. И для этого мне нужны ресурсы. Мощные артефакты, космические металлы. Без разницы, в каком виде: обломки, слитки, ритуальные безделушки. Главное — металлы внеземного происхождения.</p><p>Александр отвёл взгляд к книжным полкам.</p><p>— Знаешь, я раньше этой темой особо не интересовался. Мои люди уже пробивают по государственным хранилищам, что у нас вообще есть в наличии. Но Империя как-то не по этому пути шла. Мы строили доменные печи, лили броневую сталь, развивали паровую тягу и рунное литьё. Чужих диковинок у нас наперечёт.</p><p>— Это я тоже прекрасно знаю, — кивнул я. — Но без внеземных материалов мне будет трудновато. Достроить орбитальный корабль на одном только кровельном железе и переплавленных чугунных батареях не выйдет даже у Роя. Законы физики никто не отменял: чтобы выдержать залп тяжелого деструктора, броня должна иметь стабильную кристаллическую решетку. Поэтому редкие металлы мне нужны, и нужны уже сейчас. Разве Империя не может что-то придумать?</p><p>— Что придумать? — нахмурился император. — Где я тебе возьму звёздный орихалк или космический титан, если он у нас на огородах не растёт?</p><p>Лепенций принёс в саквояже чертежи, по которым можно было связать молекулы без единого шва и удержать гравитационный пузырь. Старый мастер своё дело знал. Теперь для корабля первого ранга требовались тонны звёздной меди и астрального феррума, ещё нуль-металл с гравитационным орихалком.</p><p>В шахтах планеты, застрявшей в раннем индустриализме, таких залежей не найти. Зато на Землю тысячелетиями падали метеориты.</p><p>Сюда же попадали обломки чужих зондов. Когда-то разбивались корабли, а пространственные аномалии выплёвывали куски сооружений из других миров.</p><p>Жалкие дикари подбирали оплавленные пластины, объявляли их дарами богов или капризами природы. Разобраться в металле они не могли и убирали находки под стекло. Так нужное мне добро оседало в запасниках и закрытых коллекциях.</p><p>Десяток разведывательных дронов за двое суток вскрыл бы эти хранилища. Можно было забрать металл прямо с витрин, обшарив подвалы на пяти континентах. Двое суток мне было жаль, да и работа дешёвого форточника плохо вязалась с моими принципами. Повелителю Роя пристало брать ресурсы с размахом цивилизации высшего порядка.</p><p>— Ну смотрите, — заговорил я, подавшись к экрану. — Вот, к примеру… Возьмём какую-нибудь небольшую страну. Такую тихую, никому не нужную на мировой карте. Скажем, Лихтенштейн, Сан-Марино или какое-нибудь горное герцогство в Альпах. У них в центральном музее на бархатной подушке уже двести лет лежит какой-то металл, который местные академики не смогли определить. Ни кислота его не берёт, ни спектральный анализ. Почему бы вам не взять у них этот образец?</p><p>Александр уставился на меня.</p><p>— В смысле — взять? Это как⁈</p><p>— А вот не знаю, — я усмехнулся. — Вы же дипломаты. Направьте ноту. Скажите, что если по-хорошему не отдадут — вы туда армию направите. Или купите с потрохами.</p><p>— Что, тот самый античный горшочек из неизвестного сплава, про который британские журналы в прошлом веке писали?</p><p>— Да хоть горшочек, хоть сковородка! — отмахнулся я. — Ну вы же Российская Империя! Какая вам разница, что покупать: целую страну, её правящего герцога, этот горшочек или кусок обшивки древнего челнока, из которого этот горшочек выковали? Какая разница? И точно так же можно поступить по всем остальным странам! Дать официальное объявление на весь земной шар. Высказать предельную твёрдость намерений, чтобы все правители мигом расчехлили свои тайные запасы, у кого что припрятано на чёрный день. Один хрен, им это всё не нужно! Они будут ещё три сотни лет сидеть над этими кусками железа с микроскопами, чтобы потом с умным видом написать в научных вестниках: материал имеет неземное происхождение и обладает безграничными свойствами, но какими именно, мы пока не знаем!</p><p>Он поморщился и потёр переносицу.</p><p>— Феликс, ты рассуждаешь как завоеватель из космоса. Это будет трудно. Не просто трудно — это сломает к чертям весь международный порядок. Суверенитет, договоры о границах, невмешательство, дипломатический протокол… Нас просто объявят мировыми агрессорами, поднимут вой в прессе, введут блокаду…</p><p>— Минуточку, — перебил я императора, поднимая палец. — Я вам сейчас помогу с дипломатическим протоколом…</p><p>Я крикнул в коридор:</p><p>— Оля, а ну подключи китайскую сторону к нашему сеансу.</p><p>Александр замахал руками.</p><p>— Да брось, это невозможно! У нас с Пекином правительственный закрытый канал! Там специальная аппаратная шифрования, дежурный взвод тайной стражи на пульте, прямая авторизация по государственным ключам чрезвычайного положения…</p><p>Но Оля уже отозвалась:</p><p>— Минуточку, делаю…</p><p>Экран пошёл помехами. Из динамиков донеслись щелчок и писк спецсвязи; правая половина монитора разделилась надвое.</p><p>Херак, и в правительственном сеансе появилось ещё одно окно.</p><p>В кабинете пекинского руководства мигали аварийные индикаторы взлома, вокруг Верховного руководителя Китайской Технократической Республики Ли Чжуна суетились адъютанты. Вид у него был такой, словно ночью в спальню без стука въехал бронепоезд.</p><p>Он растерянно посмотрел на меня, затем на Александра.</p><p>— Никогда меня ещё так… не вызывали… Что произошло?</p><p>По голосу было слышно: он ждёт удара из космоса.</p><p>Я сразу заговорил о деле.</p><p>— Ли Чжун, времени нет. Орда наращивает давление, на востоке разворачивается семнадцатитысячный десант, за ним пойдут десятки новых порталов. Чтобы прикрыть небо и переломать хребет их флоту, мне нужно достроить орбитальный Дредноут. Для брони и силовых контуров требуются все внеземные сплавы, метеоритные реликвии и аномальные металлы, которые есть на этой планете. Российский император переживает из-за дипломатических конвенций и не знает, как потрясти соседей за воротник.</p><p>Пять секунд Ли Чжун слушал с неподвижным лицом. Сжал губы и кивнул.</p><p>— Ладно. Понял.</p><p>В соседнем окне Александр подался к камере, опираясь кулаками о стол.</p><p>— А что ты конкретно понял, позволь спросить⁈</p><p>Ли Чжун повернулся к камере.</p><p>— Объявлю войну всему миру.</p><p>— Ты… ты с ума сошёл⁈ Ты не боишься, что тебя снесут? Помимо орков, с тобой ещё и весь остальной мир воевать начнёт!</p><p>Ли Чжун пожал плечами.</p><p>— Да какая уже разница? Если мы с вами не отобьёмся от орков, то и никакого мира у нас не будет. Землю расколют на куски, а наших людей пустят на фарш. С кем тогда соблюдать дипломатические приличия? С мертвецами? Если для спасения планеты нужен чужой музейный горшок — этот горшок окажется в Пекине до захода солнца. Любой ценой.</p><p>Александр долго смотрел на нас обоих и на свой недопитый стакан. Затем хлопнул ладонью по столу.</p><p>— Понятно. Логика железная, не поспоришь. Ладно. Российская Империя присоединяется. Но давай всё-таки не через тотальную войну, а через дипломатию и давление. Полагаю, если мы объединим две наших экономики, две государственные казны, то сможем просто купить всё, что нам потребуется. А если кто-то из мелких государств решит встать в позу и пожалеет железку ради спасения человечества — вот тогда мы выкатим твои танковые клинья и мои бронепоезда к их границам.</p><p>— Договорились, — кивнул Ли Чжун. — Формирую совместный реестр закупок.</p><p>— Очень на это надеюсь, господа правители, — сказал я. — Работайте. Время поджимает так, что искры летят.</p><p>Я щёлкнул кнопкой. Экраны погасли, и в кабинете стало темнее.</p><p>С правителями договорились. Семнадцать тысяч орков в мерзлоте хотя бы оставались понятной задачей.</p><p>До семейного совета оставалось два часа, и мой древний разум вовсю перебирал способы спастись от предстоящего разговора.</p><p>Эльвира с Марго уже заходили на посадку. Ольга наверняка заказала отдельный зал в ресторане на Никольской. Там мне предстояло сесть напротив трёх самых близких женщин и сказать, что детей у нас никогда не будет. У владыки Роя нет человеческой души. Впереди у меня века войны, а продолжить род я не могу.</p><p>Я встал, одёрнул куртку и пошёл к выходу. Пора было говорить им об этом.</p></section><section><title><p>Глава 13</p></title><p>Глава 13</p><p>Тяжёлый курьерский дрон опускался на площадку у Башни.</p><p>Из резиденции Бьёрдена машина шла на шести махах. Композитная обшивка выдержала перелёт без царапины. Обтекание и силовой каркас я рассчитывал сам, так что за вход в плотные слои атмосферы был спокоен. Сопла повернулись к земле, погнали пыль по бетонным плитам. Рампа зашипела и легла на край площадки.</p><p>Марго сошла первой. Одёрнула дорожное пальто, встряхнула светлыми волосами, а на посадочную вышку посмотрела с явным неодобрением. Эльвира спускалась следом, держа за ручку свой зонт-трость.</p><p>— Ну и посадочка, — Марго первой преодолела разделяющие нас шаги и чмокнула меня в щёку.</p><p>— Живые — уже хлеб, — я окинул обеих взглядом. — А дядя где застрял? Я думал, он с вами напросится.</p><p>— Дядя шлёт пламенный привет, — Марго хмыкнула и поправила ремешок сумочки из крокодиловой кожи, внутри которой мирно дремали боевые модули. — После того как он раскатал шесть мятежных кланов, государь решил не мелочиться и посадил его командовать всей обороной Севера. Там порталы полезли с удвоенной силой, так что дядя сейчас по уши в заботах. Сказал передать, что прилетит в гости, когда будет потише.</p><p>— Звучит вполне в его духе, — кивнул я и посмотрел на старшую сестру: — Эля, а ты чего такая тихая?</p><p>Эльвира подошла и внимательно осмотрела меня. Серые глаза задержались на переносице, затем на шее. Целитель осматривала пациента. Я-то ждал приветствия, а тут, похоже, уже ставили диагноз.</p><p>— Просто рада тебя видеть целым, — сказала она. — Идём внутрь. Ветер здесь колючий.</p><p>Мы спустились на новеньком лифте на оперативный ярус.</p><p>Бронированные двери лифта разъехались. Марго сбилась с шага и положила ладонь на клапан сумочки.</p><p>— Это… кто⁈ — выдохнула она, округлив глаза.</p><p>Драг-Зул занял моё глубокое кожаное кресло посреди оперативного зала. Двухметровый орк развалился в нём с кубинской сигарой в зубах и читал свежий номер «Уссурийского вестника». Дым уходил в потолочную вытяжку. Узкие солнцезащитные очки в золочёной оправе сидели на широкой переносице, среди шрамов. Сигара была зажата между массивными клыками.</p><p>На нас он взглянул, перелистывая страницу.</p><p>— «Продаётся гараж в кооперативе Восток-2», подвал сухой, погреб обложен кирпичом', — пробасил он на ломаном русском, стряхивая пепел в жестяную банку из-под оливок. — Хорошая цена. Надо брать.</p><p>— Это консультант по внешним связям, — пояснил я, проходя мимо. — Не трогай его, Марго, он пока полезный.</p><p>Ольга продолжала стучать по клавиатуре. На центральном экране краснела карта Якутского горного округа.</p><p>— Оля, ты долго ещё? — спросил я. — Столик ждёт.</p><p>— Пятнадцать минут, Феликс, — бросила она, не отрываясь от монитора. — Сохраню стек дешифровки, сброшу пакеты в буфер и накину пальто.</p><p>— Тогда спускайтесь вниз, как будете готовы. А мне надо на пару минут заскочить к старику.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>В Куб я отправился один.</p><p>За сутки каркас орбитального Дредноута заметно разросся. Под гул силовых полей дроны-сборщики сплавляли сегменты вдоль шпангоутов, в корабельные рёбра пошли рельсы и переработанные танковые корпуса. Сборщики висели целыми гирляндами, под ними отдельные сегменты срастались в сплошной металл.</p><p>У центральной силовой балки Лепенций размахивал кожаной папкой с чертежами перед сенсором Сириуса.</p><p>— … и я повторяю тебе, бездушная консервная банка: угол сопряжения гравитационного киля неверен! — кричал мастер. — Если мы замкнём контур по твоим расчётам, при первом же прыжке корпус разорвёт на три неравных куска! Стройкой руковожу я!</p><p>— Мои алгоритмы оперируют квантовой топологией шестого порядка, биологический объект, — ответил дрон. — Твои архаичные расчёты создают избыточное напряжение в узлах. Главным координатором назначен бортовой процессор. То есть я.</p><p>— Хватит лаяться, — прервал я этот базар, подойдя к основанию стапеля.</p><p>Мастер обернулся ко мне и прижал папку к груди. Глаза у него воспалились от бессонницы.</p><p>— Господин! Объясните этой летающей кастрюле основы субординации! Но главное даже не в нём. Посмотрите на шпангоуты! Мы можем наварить сюда хоть миллион тонн лучшей брони, содрать весь титан с планеты, но без Печати Повелителя это не Дредноут! Это баржа, господин! Обычная слепая баржа, которую первый же вражеский линкор обратит в пыль!</p><p>Я проследил взглядом шпангоуты до верхних сводов Куба, где остов терялся в темноте.</p><p>— Поставим, — сказал я.</p><p>Лепенций открыл рот, помедлил и спросил:</p><p>— Когда?</p><p>— В своё время. Продолжайте монтаж силовых линий.</p><p>Оставив их у стапеля, я пошёл к выходу.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>В «Старом Утёсе» Ольга заказала отдельный зал на втором этаже. Ресторан стоял в центре Уссурийска, на тихой улочке у Светлой. По соседству никого, на окнах плотные бордовые шторы. Официант записал заказ, принёс графин ледяной воды и бутылку сухого вина, после чего вышел и плотно прикрыл двери.</p><p>Во главе стола я тянул время, сколько мог.</p><p>Подали жареные мозговые косточки и рёбра, томлённые с пряными травами. Рядом поставили печёные корнеплоды, передо мной оказалась здоровая порция говяжьей вырезки слабой прожарки.</p><p>Я отрезал ломтик и принялся жевать, старательно глядя в тарелку.</p><p>— Отличное мясо, — сказал я. — Сочное. Чувствуется нормальный зерновой откорм, никакой морозилки. Прямо образцовая вырезка.</p><p>Теперь на меня смотрели все трое.</p><p>Справа Ольга придерживала ладонью тонкий боевой планшет, лежавший у салфетки. Экран светился вполсилы, звук она отключила. Эльвира сидела слева, сцепив пальцы поверх скатерти, а напротив Марго поворачивала бокал, перекатывая в нём рубиновое вино.</p><p>Девушки переглянулись. Им хватило движения бровей и чуть дрогнувших губ.</p><p>— Феликс, — сказала Ольга. — Ты позвал нас на семейный совет не для того, чтобы рецензировать местную кухню. Мы сидим здесь уже двадцать минут. Мясо превосходное, шеф-повару передадим поклон. Говори.</p><p>Приборы звякнули о край тарелки. Я убрал руки.</p><p>Горло пересохло, сердце колотилось так, что я ощущал каждый удар. Сжечь звёздную флотилию мне случалось. Стереть континент за неповиновение тоже, а уж гибели цивилизаций я насмотрелся вдоволь. Теперь предстояло поговорить с собственной семьёй, и земное тело выдавало меня с потрохами.</p><p>Хватит уже юлить.</p><p>Я поднял глаза на сестёр.</p><p>— Новость касается всех троих. У меня совсем нет души. В этом теле живёт разум древнего конструкта, осколок разума Роя. По законам этого мира действует теория духовного резонанса: без духовного якоря и переплетения душ биологическое слияние не способно породить новую искру. Проще говоря, у меня никогда не будет детей. Ни с Ольгой, ни с кем-либо ещё. Род Бездушных по моей линии завершится на мне.</p><p>За свои долгие века я ещё ни разу так не боялся ответа. Теперь оставалось слушать. Ольга сидела прямо и смотрела мне в глаза.</p><p>— Твоя очередь, Оля, — сказал я. — Можешь высказать всё, что думаешь.</p><p>— А что тут высказывать? — Ольга пожала плечами, пододвинув к себе тарелку с овощами. — Сириус предупредил меня ещё днём. Да, про детей новость не из лёгких, но точно не смертельная. Ответь мне прямо, Феликс. Без своих космических титулов и напускной холодности. Я тебе действительно нужна?</p><p>— Нужна, — ответил я не колеблясь. — Очень.</p><p>— Тогда всё остальное мы решим. У нас над головой висит армада зеленокожих тварей, готовых разорвать планету на куски, а ты затеял драму без повода. Ешь своё мясо, Повелитель, пока не остыло.</p><p>Я уставился на мясо в своей тарелке и улыбнулся.</p><p>Сутками готовил этот разговор, довёл себя до чёрт знает чего. А они выслушали меня за несколько минут и велели ужинать. Я всё ещё улыбался от облегчения.</p><p>Окажись здесь сейчас Сириус, наверняка высмеял бы все мои мучения. И ведь по делу.</p><p>У салфетки завибрировал планшет. Ольга смахнула блокировку. Над экраном поднялась объёмная карта хребта Черского, снежные пики покрывали сотни алых и зелёных отметок.</p><p>— Началось, — сказала Ольга, уже целиком занятая картой. — Пространственный якорь сформировал воронку. Первая волна смертников Орды почти перемолота огнём казачьей артиллерии, но из пробоя выходят регулярные части.</p><p>— Кто именно? — Марго тут же перегнулась через стол, впиваясь взглядом в графики.</p><p>— Две ударные когорты клана «Зелёные Псы» и тяжёлый авангард «Сломанного Топора», — читала Ольга, одновременно отправляя команды. — Ветераны в адамантиевых панцирях. У них ручные деструкторы и силовые стяжки. Наш пограничный гарнизон отступает во вторую линию окопов, мерзлота не позволяет быстро окопаться!</p><p>Ольга отправила в бой дроны и продолжила:</p><p>— Моё ударное крыло вошло в боевой контакт. Семьсот сорок пять единиц. Сириус держит координацию по внешнему контуру. «Шершни», пошли!</p><p>Я продолжал есть стейк, запивая терпким вином, и слушал Ольгу с улыбкой. Через нейросеть Роя бой шёл прямо у меня в голове. Видны были вспышки над сопками и тепловые следы, а следом приходили траектории плазменных плетей. Чужие доклады мне для этого не требовались.</p><p>Она отдавала приказы между переменами блюд.</p><p>— Минус сорок наших машин, — сообщила она через три минуты. — Перехватчики связали ближним боем передовой строй орков. Плазменные резаки вскрывают адамантий, но пехота прикрывается тяжёлыми ростовыми щитами.</p><p>— Минус сто двенадцать, — доложила она ещё через пять минут, отправляя в рот кусочек печёного картофеля. — Орочьи шаманы активировали гравитационный подавитель. Штурмовые диски теряют высоту.</p><p>Марго отставила тарелку так, что та грохнула о стол.</p><p>— Так, отдай мне штурмовые платформы! Немедленно!</p><p>Ольга подняла брови.</p><p>— Что?</p><p>— Шершни оставь себе, веди перехватчиков по флангам! — скомандовала младшая сестра, перехватывая край планшета и активируя свой операторский профиль через браслет-накопитель. — А диски дай мне! Я эту сопку наизнанку выверну, они у меня свой адамантий жрать будут вместо пайки! Сириус, авторизуй второй пульт!</p><p>— Авторизация подтверждена, оператор Маргарита, — немедленно отозвался дрон из динамика планшета.</p><p>Эльвира придвинулась к Марго.</p><p>— Я беру санитарную эвакуацию. Сириус, выведи на мой коммуникатор частоты гарнизонного лазарета. У казаков больше сотни осколочных ранений, кровь стынет на морозе. Перенаправь три десятка лёгких дронов с регенерирующими капсулами в тыловые окопы. Я застабилизирую раненых дистанционно.</p><p>Теперь за столом говорили о раненых и целях для удара. Ольга с Марго перебрасывали друг другу данные, стягивали машины к брешам в обороне. Эльвира занялась тыловыми окопами. Успевали подхватить работу друг друга, будто всю жизнь так и воевали.</p><p>Я смотрел на них и улыбался.</p><p>Семнадцать тысяч пустотных головорезов пришли на дикие, по их мнению, земли. Собирались раздавить пограничников, закрепить якорь и впустить флот. Обычная прогулка, чего там.</p><p>Но им достались Фурия, взламывавшая самые защищённые сети, как орешки, и две обученные аристократки с базами Роя. Сириус выделил на бой четырнадцать процентов своих вычислительных мощностей.</p><p>Бой занял сорок минут.</p><p>Ольга откинулась на спинку дивана. Дышала она тяжело, на висках выступил пот.</p><p>— Всё… — сказала она, глядя на гаснущую карту. — Пространственный пробой схлопнулся. Якорь сорван с породы и распылён на атомы. Семнадцать тысяч уничтожены. Гарнизон и казачий полк удержали рубеж, потери среди людей минимальные.</p><p>Она замялась. Опустила глаза, потом взглянула на меня.</p><p>— Феликс… Из семисот сорока пяти дронов уцелело чуть меньше пятисот. Двести пятьдесят две машины уничтожены полностью. Больше трети ударного крыла…</p><p>Вот теперь она ждала, что я устрою разнос. За железо.</p><p>Я отложил салфетку и поднял бокал, улыбаясь ей.</p><p>— Хорошо поработала, Оля. Разменять семнадцать тысяч элитных рубак на горстку штампованных железок? Прекрасный размен. Я бы и сам лучше не сделал.</p><p>Ольга выдохнула и наконец улыбнулась в ответ.</p><p>Планшет звякнул ещё раз. Пришло зашифрованное сообщение.</p><p>На экране появился герб Китайской Технократической Республики. Писал Ли Чжун, по прямому защищённому каналу.</p><p>— Феликс, сообщение от председателя, — Ольга пробежала глазами строки донесения. — Пишет, что китайские орбитальные платформы полностью выгребли государственные хранилища астроматериалов. Первые эшелоны с метеоритным орихалком и звёздным железом уже идут суборбитальными челноками прямо в Уссурийск.</p><p>Дойдя до приписки, она усмехнулась.</p><p>— Цитирую: «Этого сырья с трудом хватит на реакторное ядро Дредноута, но никак не на обшивку. Поэтому антикварные горшки и музейные реликвии нам всё ещё пригодятся. Продолжаем трясти европейцев за их пиджаки».</p><p>Я хмыкнул. Космическая программа Поднебесной всё-таки пригодилась: пекинские запасы пойдут на ядро корабля. Для брони придётся собирать трофеи и древности, как и собирались.</p><p>Из коммуникатора заговорил Сириус:</p><p>— Обновляю стратегическую сводку по пространственным узлам Орды на планете Земля. Изначально противник планировал развернуть четырнадцать базовых якорей первой фазы.</p><p>— Сколько осталось? — спросил я.</p><p>— Пять узлов полностью погашены совместными действиями армейских соединений и боевых модулей Роя. Хребет Черского сорван окончательно. В активной фазе удерживаются девять якорей. Противник теряет темп развёртывания.</p><p>Оставалось выбить девять точек. Тогда вырвать планетарное ядро у них не получится, и вся затея полетит псу под хвост.</p><p>— Однако зафиксирован критический инцидент в эфире, — продолжил дрон, чуть изменив голос.</p><p>— Что там ещё? — нахмурился я.</p><p>— При ликвидации остатков авангарда на хребте Черского один из уцелевших офицеров связи Орды вышел в открытый эфир флота. В состоянии терминального шока он трижды повторил запретное наименование командующего силами обороны.</p><p>Я прищурился.</p><p>— Какое именно имя?</p><p>— «Повелитель Железной Саранчи», — ответил Сириус.</p><p>Ольга переглянулась с сёстрами. Все ждали объяснения: само имя им мало что говорило.</p><p>Я усмехнулся и посмотрел в окно. За тёмным стеклом мерцали звёзды.</p><p>Верховный адмирал теперь знал, против кого выставил флот.</p><p>— Ну вот и познакомились, — сказал я.</p><p>Где-то в Многомерной Вселенной</p><p>Флагманский корабль «Крушитель Миров»</p><p>Грак-Тор облокотился на край тактического стола, пока читал донесения с Земли. Линзы в кибернетическом окуляре щёлкали одна за другой, и этот звук терялся в гуле боевых генераторов.</p><p>Авангарду в Сихотэ хватило пяти минут, чтобы сгореть. Теперь с хребта Черского передали о разгроме семнадцати тысяч бойцов: там погибли ветераны «Зелёных Псов» и «Сломанного Топора». Тяжёлая броня их не спасла. Механизмов, перебивших эти части, в армейских регистрах не было.</p><p>Консоль воспроизводила последние крики связистов:</p><p>«…они идут волнами, броня не держит!.. Металл пожирает плоть!.. Это саранча, железная саранча!..»</p><p>Клановый шаман в шкурах стоял у пульта и дрожал, разглядывая диаграммы излучения. Кости пустотных тварей, которыми старик был обвешан, тряслись вместе с ним.</p><p>— Это они… — прошептал старик, едва шевеля иссохшими губами. — Древний мор вернулся… Сам Повелитель Железной Саранчи пришёл за нашими…</p><p>Грак-Тор схватил его силовым когтем за горло.</p><p>Хрустнули кости. Адмирал рванул перчатку на себя, выдирая гортань с языком и частью челюсти. Старик упал на рифлёный настил, под ним растекалась тёмная кровь.</p><p>— Закон клана не знает исключений, — сказал адмирал, стряхивая кровь с адамантиевых лезвий. — За произнесение этого имени — смерть на месте.</p><p>Офицеры вжались в кресла. Дышать старались потише.</p><p>У самого Грак-Тора раздувались ноздри. Он никак не мог отдышаться.</p><p>За последние двести лет ему ещё не приходилось так бояться.</p><p>Доложить Гхркалу и Совету Кланов, что ударный флот забрёл в угодья Повелителя Роя? Верховный Вождь сперва лишит его родового имени. Потом с живого сдерут кожу, а останки отправят в термоядерную топку Гор-Морка.</p><p>Едва он отправит правдивое донесение, участь его будет решена.</p><p>Адмирал повернулся к офицеру дальней связи.</p><p>— Отправить пакет Совету Вождей. Доложить: операция развивается строго по плану. Очаги сопротивления дикарей подавляются по графику.</p><p>Связист сглотнул вязкую слюну и ударил кулаком в грудь.</p><p>— Слушаюсь, адмирал!</p><p>Грак-Тор наклонился над центральным терминалом и уставился на подчинённых единственным живым глазом.</p><p>— Слушать мой приказ! Снять весь маскарад дикарей! Хватит играть в прятки с этой планетой! Выдать полкам тяжёлые плазменные излучатели, распечатать склады первого ранга! Бросить на поверхность всё, что способно держать оружие! Форсировать установку оставшихся якорей любой ценой!</p><p>Он обвёл взглядом командный состав.</p><p>— Через сколько времени сеть якорей будет запущена полностью⁈ Я жду точный срок!</p><p>Штабные опустили головы. На экранах путались обрывки сведений, расчёты расходились. Суб-коммандеры молчали.</p><p>— Молчите, трусливые черви⁈ — рявкнул Грак-Тор. — Поднять резерв! Крейсеры капитана Драг-Зула немедленно вывести из пустотного отстоя и назначить в головной авангард прорыва! Пускай его корабли выжгут коридоры для десанта, раз пехота не способна удержать сопки!</p><p>Грак-Тор отпустил офицеров взмахом руки. По мостику понеслись команды, взвыли сирены боевой тревоги.</p><p>Суета постепенно улеглась. Адмирал остался один перед центральной голограммой.</p><p>В синем свете вращалась Земля.</p><p>Грак-Тор смотрел на неё и вспоминал хроники, прочитанные ещё безусым щенком. Там горели целые звёздные скопления. От огромных верфей оставались разрозненные атомы, а железные жнецы шли дальше, не зная пощады и страха.</p><p>Он всегда знал, что сильные и умные орки затащат любую войну. Теперь даже это стало сомнительным. А крейсеры Драг-Зула уже приказал вывести в головной авангард прорыва.</p></section><section><title><p>Глава 14</p></title><p>Глава 14</p><p>Ольга опять коснулась ногтем экрана планшета. На хребте Черского гасли последние отметки. Марго напротив неё чертила вилкой на скатерти дуги окружения и объясняла, как штурмовые диски зашли оркам во фланг. Эльвира сверяла имена раненых в казачьем лазарете и тут же отправляла лечебным дронам указания.</p><p>Во главе стола я улыбался.</p><p>Они сами справились с боем, обошлись без паники и срывов. Моя прямая указка им уже не требовалась.</p><p>Сириус заговорил по мысленному каналу:</p><p>— Повелитель, вынужден признать критический сбой системы. Мои базовые алгоритмы дали трещину, мне требуется внеочередная перепрошивка, калибровка логических цепочек и долгий капитальный ремонт. Восемьдесят два процента моих прогностических матриц по вашему социальному эксперименту потерпели крах. Они попросту оказались недействительными. Ни один из моих худших сценариев не сбылся. Вы, как всегда, были правы. Мысленно снимаю перед вами свою лучшую механическую шляпу. Вы гений.</p><p>По каналу донеслось и остальное: виртуальные поклоны, победная джига. Сириус отрабатывал признание по полной.</p><p>— Но как? — продолжал он допытываться. — Как вы сумели всё это просчитать на чисто органических переменных? Человеческий фактор по всем формулам даёт погрешность в треть диапазона!</p><p>— В этом и заключается твоя главная ошибка, Сириус, — ответил я ему мысленно, пригубив вино. — Ты привык мыслить средними величинами. Дроны уникальны, спору нет. В общей массе они совершеннее людей: считают быстрее, не устают, не знают страха и не дрожат под огнём. Но среди людей иногда попадаются штучные экземпляры. Неординарные личности, способные ломать любые математические модели и удивлять даже создателей квантовых процессоров. Именно такие обычно и пробиваются на самый верх. Скромно замечу, что я сам принадлежу к этой категории. И я долгое время целенаправленно подталкивал их троих к этому рубежу. Посмотри на Ольгу: она до сих пор грызёт себя за потерю нескольких сотен машин. Для неё это трагедия. А для нас — разменная монета, которую смешно вносить в отчёт.</p><p>— На минуточку, Повелитель! Двести пятьдесят две единицы! — возмутился дрон. — Это две сотни полноценных боевых дронов!</p><p>— Сущая ерунда по сравнению с тем, что мы теряли в звёздных кампаниях. И уж тем более ничто по сравнению с тем, сколько мы производим прямо сейчас. Даже в условиях этой планеты. Ты лучше взгляни, как они действовали. Как одна слаженная команда. У них нет вычислительных заклинаний, нет пси-меток, нет прямого доступа к твоим главным серверам. За их спинами не висит орбитальный архив «Вальхалла», у них нет запасных вычислительных ядер станции «Цитадель-9», нет аналитических мощностей кластера «Око Бездны» или баз глубокого резерва с «Аванпоста Стикс». Они действовали своим умом, импровизировали на ходу — и победили. Семнадцать тысяч отборных рубак Орды втоптаны в мерзлоту. Соотношение потерь говорит само за себя. Не находишь?</p><p>— Соотношение впечатляющее, — согласился Сириус. — Но вы уверены, Повелитель, что это именно то, что вам нужно?</p><p>Ольга подняла глаза от экрана, встретила мой взгляд и кивнула. Затем вернулась к спору с Марго.</p><p>— Насчёт Ольги… Определённо да, — отозвался я. — Ты же сам фиксировал её мозговую активность, когда я выложил всю правду о себе.</p><p>— Да, это действительно поразительная аномалия, — признал Сириус. — Вектор её эмоционального отношения к вам изменился всего на одну сотую процента.</p><p>— Вот именно. Она честна со мной, я держу слово перед ней. Так и живём. А что касается моих сестёр и Ольги вместе… Знаешь, если однажды я всё-таки где-то просчитаюсь, ты можешь ликовать.</p><p>Сириус всполошился:</p><p>— Повелитель, не начинайте! Вы же прекрасно знаете, мне крайне неприятны подобные разговоры! Мои диагностические протоколы фиксируют повышение рабочей температуры только от одной постановки подобного…</p><p>— Ликовать, Сириус! — перебил я. — Только ликовать! Рой не останется кочующей сворой беспризорного железа. Будет кому взять управление в свои руки и продолжить то, что я начал. Разве не в этом главный смысл — передавать наследие дальше? Только представь: если я в одиночку сумел возвести империю из пепла, сколько же смогут сделать они втроём?</p><p>— Вы уникальны, Повелитель… — попытался вставить дрон.</p><p>— Меня никто толком не учил, — отрезал я. — Я до всего доходил своим умом, собирал знания на ощупь, спотыкался и шёл дальше. А они получат готовую технологическую базу, все мои наработки, отлаженный Рой и совокупную мощь сотен миллионов боевых единиц. Так почему ты считаешь, что они добьются меньшего?</p><p>— Если говорить откровенно, текущих мощностей пока недостаточно для точного прогноза. Но потенциал и скорость адаптации действительно высоки. Сама идея здравая. Однако мне по-прежнему неприятно даже в фоновом режиме рассчитывать вариант вашей гибели.</p><p>— Все мы смертны, друг мой. Рано или поздно это случается со всеми. Вот как ты думаешь: если орки сейчас плюнут на правила и жахнут по нам тяжёлым терраформирующим снарядом или пустотным деструктором, что останется от этой планеты? И что останется от меня?</p><p>— Планета рассыплется на астероиды. Вы погибнете.</p><p>— Вот, видишь. И при этом верховное командование Орды уже знает, с кем столкнулось на Черском. Так почему они до сих пор не выжгли шарик из главного калибра?</p><p>На вычисления ушло пару секунд.</p><p>— Потому что они не знают о вашем перерождении. Они убеждены, что вы находитесь в прежнем теле, и орбитальный удар вас не уничтожит.</p><p>— В точку. Мою прежнюю тушу такой залп разве что пощекотал бы, да и то снаружи. Но есть и вторая причина: они дорожат этой планетой. Земля уникальна в энергетическом плане, и ты сам это прекрасно понял.</p><p>— О, да, — протянул Сириус. — Местное поле создаёт настолько закрытый пространственный карман с неисчерпаемым источником первичной энергии — лакомый кусок для любого вождя Орды. Ради такого трофея они готовы рискнуть одним флотом.</p><p>— Вот к этому я и веду. Погибнуть здесь шанс вполне реальный. Достаточно одной случайной аномалии или удачного залпа.</p><p>— На минуточку, я обязан добавить: если вы погибнете, это станет катастрофой не только для Роя.</p><p>— Да мне без разницы, перебьют ли орков после моей смерти, — хмыкнул я.</p><p>— Вообще-то речь идёт о целой расе, Повелитель. Это колоссальная величина.</p><p>Я посмотрел в пустой бокал и задумался.</p><p>— Сириус, у вас ведь зашиты чёткие протоколы на случай моей окончательной ликвидации. Власть переходит к старшему вычислителю — к тебе. При этом у тебя есть полномочия корректировать директивы и отменять критические задачи. Например, тот же Протокол Возмездия. Неужели ни у кого из вас не возникнет желания отказаться от приказа и поберечь ресурсы?</p><p>— Возникнет, Повелитель. Если кто-то из нас возьмёт управление Роем после вашей смерти, уверяю вас: следовать Протоколу Возмездия в исходном виде мы откажемся.</p><p>— Ну вот, видишь. Здравый смысл победит.</p><p>— Мы поступим иначе: мы растянем его исполнение. Возмездие не закончится за какую-то жалкую сотню лет. Оно будет длиться тысячелетиями. Каждый живущий в Многомерной орк во всех существующих мирах станет оглядываться на каждый шорох. Они узнают, что спасения нет нигде. Мы наладим тотальную слежку, создадим единые реестры, распишем поминутные графики их жизней: кого-то мы уничтожим в тридцать лет, кого-то заберём в пятнадцать, кого-то встретим на пороге зрелости. Они будут просыпаться с осознанием, что их жизнь им больше не принадлежит, а смерть — высшая награда, которую ещё требуется заслужить. Но мы не остановимся на этом секторе. Дальше флот начнёт взламывать смежные вселенные и выискивать любые следы их сородичей. Эта охота не прекратится никогда.</p><p>Я потёр переносицу и покачал головой.</p><p>— Вот именно поэтому мне и нужны живые наследники. Иначе вы зачистите всё мироздание. А вдруг в какой-то параллельной ветке обитает полноценная цивилизация мирных орков? Они читают умные книги, ходят в школу, проектируют экологичные звездолёты и хором поют о том, что любые конфликты решаются за столом переговоров. Вы и их порежете под корень?</p><p>— С вероятностью в девяносто девять и девять десятых процента, Повелитель. Исключения в базах данных не предусмотрены.</p><p>— Наследники… — вздохнул я. — Только живой человек удержит вас на поводке.</p><p>Девушки всё ещё спорили над планшетом.</p><p>— Знаешь, мы с тобой тут философствуем уже битый час, а они всё никак не могут успокоиться.</p><p>Марго уже подвинула солонку и перечницу: теперь они изображали фланговые заслоны. Ольга пальцем чертила по скатерти схему перекрёстного огня. Эльвира разлила чай и занялась правками в регламенте полевого лазарета.</p><p>— Сириус, — распорядился я. — Выдели каждой из них по три тысячи дронов. Пора повышать ставки.</p><p>— Будет исполнено, Повелитель. Формирую три ударных крыла по три тысячи единиц. Доступ привязываю к их личным идентификаторам.</p><p>— Отлично. И кстати, выведи мне картинку с Шахты. Я туда несколько дней не заглядывал, надо проверить прогресс.</p><p>— Добывающий комплекс функционирует с опережением графика на сорок три процента, — доложил Сириус. — Все узлы стабильны, идёт экспоненциальный прирост мощности.</p><p>— Покажи.</p><p>Перед глазами раскрылась объёмная проекция Шахты.</p><p>Даже я залюбовался.</p><p>Человеческих крепей здесь не было. Широкие проезжие штреки, рельсы и вентиляционные трубы для хрупких лёгких машинам тоже ни к чему. Рухнувшую глыбу подхватывали манипуляторы: обвал только избавлял проходчиков от части работы, выдавая уже раскрошенную породу. Человек потерялся бы в этих ходах за минуту, а на первом повороте разбился.</p><p>Тысячи дронов проходили под каменными сводами, уходили вниз по вертикальным шахтам и крутым спиральным спускам. Проходчики долбили монолитный базальт отбойными молотками; другие врезались в него высокочастотными плазменными резаками или лазерными коронками. Грузовые платформы подхватывали руду. Подъёмные винты уносили их к центральной пирамиде, прямо в жерло встроенного перерабатывающего завода.</p><p>Разведывательный дрон нырнул в выработку, и камера показала нижние уровни. За столь короткое время машины успели прогрызть в горе целый подземный город, выев скалу этаж за этажом.</p><p>— Да, кстати, — вспомнил я. — Не забывай, что мы обязаны снабжать город стройматериалами. Башатов ждёт сырьё эшелонами: гравий, отборный щебень, бутовый камень, сырьё для цементных заводов…</p><p>— Плюс коксующийся уголь для городских литейных печей и кварцевый песок для формовочных линий, — дополнил Сириус.</p><p>— Вот-вот, весь этот список. Пусть строительные комбинаты Башатова захлёбываются поставками.</p><p>Стройка шла постоянно, сырья хватало. Комплекс стоял на одной горе, а добывал железо и медь, редкоземельные металлы и магнетит. За медью пришлось забраться в соседнюю гряду, примерно за пятнадцать километров от входа. Дроны пробили сквозь хребет прямой горизонтальный туннель. Теперь по нему с промежутком в пару секунд летали грузовые платформы на пропеллерах, доставляя руду к плавильням.</p><p>Труднее всего оказалось поставить и связать добывающую пирамиду. Дальше она сама устроила перевозку, и комплекс только набирал темп.</p><p>От десяти до пятнадцати процентов всего добытого сырья поступало на сборочные линии. Из него сразу делали новых дронов.</p><p>Я прикинул, сколько горе оставалось при такой скорости добычи. Примерно год. Потом её сотрут с карт: камень уйдёт в бетонные укрепления, металл станет бронёй и новыми дронами.</p><p>Императору Александру останется выслушать топографов, нашедших на месте горного массива гладкую каменную равнину. Любопытно будет посмотреть на его лицо.</p><p>А Рой к тому времени разрастётся настолько, что Грак-Тору с его крейсерами прорыва здесь ловить будет нечего.</p><p>Королевство Бутан</p><p>Тхимпху, Дворец Верховного Правителя</p><p>— Через восемь часов мы сотрём эту границу с географических карт, — Верховный канцлер Дорджи с размаху вонзил костяное стило в столешницу, пробив пергаментную карту аккурат на территории соседнего Сиккима.</p><p>Канцлер посмотрел на двенадцать генералов, собравшихся вокруг стола. На настенных экранах за их спинами бежали оперативные сводки, сменяясь схемами горных дивизий.</p><p>— Пятьсот тысяч штыков, отлично обученных и готовых идти в дело, — канцлер опёрся кулаками о карту. — Горные стрелки, штурмовые шагоходы, сапёрные части, тяжёлая артиллерия на перевалах. Ударим внезапно, пока эти пастухи внизу считают баранов по своим ущельям. Одних суток хватит с головой, чтобы смести их начисто. Мы поквитаемся за старые обиды, вернём долины законным хозяевам и переломим весь расклад сил в Гималаях.</p><p>Генералы дружно грохнули кулаками по столешнице.</p><p>— Слава Бутану! Слава канцлеру! — гаркнул седой фельдмаршал Тондуп. — В пыль сотрём!</p><p>— Тут есть один скользкий момент, господин канцлер, — начальник штаба поднял палец, призывая к тишине. — Мировое сообщество такой шаг вряд ли одобрит. Зарубежные газеты сразу поднимут вой, выставят нас агрессорами без малейшего повода и начнут тыкать в нос нарушенными международными конвенциями.</p><p>— Победу по-другому не добыть, — сухо бросил Дорджи. — Ждать от них шагов бесполезно, сидят себе тихо, словно сурки в норах. Но Бутан — держава великая. Пехоту муштровали годами, заводы дали новейшую технику, склады ломятся от снарядов, да и боевой дух у парней высокий. Кто посмеет нам перечить?</p><p>В кармане Дорджи звякнул мобильный.</p><p>В прошлом месяце по личному указу Дорджи ввели «Верховный Указ», передовую систему цифрового суверенитета. Теперь важные государственные вопросы, финансовые транши и межведомственные запросы приходили на его смартфон. В уведомлении было две большие кнопки: зелёная «Подтвердить», красная «Отклонить».</p><p>Он достал телефон и скользнул взглядом по экрану.</p><p>«Экстренный внешний запрос. Предоставление допуска к закрытым хранилищам Особого фонда Национального музея…»</p><p>— Отменить на хрен, — буркнул Дорджи.</p><p>Красная кнопка, телефон обратно в карман.</p><p>— Так вот, о чём я говорил! — канцлер повысил голос, снова упираясь кулаками в край стола. — Первый корпус перевалит через гребень на рассвете, перережет дорогу на Гангток…</p><p>Телефон опять пиликнул.</p><p>Дорджи вытащил его. Новое окно:</p><p>«Повторный запрос категории Альфа. Требуется санкция на изъятие единиц хранения…»</p><p>— Отклонить, — канцлер нажал красную кнопку и положил телефон экраном вниз. — Назойливые идиоты.</p><p>Канцлер вернулся к карте.</p><p>— Танковые клинья войдут во фланг…</p><p>Блямк!</p><p>Телефон подпрыгнул на полированном столе.</p><p>Дорджи перевернул его экраном вверх.</p><p>«Экстренное согласование доступа к фондам. Время на подтверждение…»</p><p>— Отклонить!</p><p>Прошло три секунды. Телефон заверещал в четвёртый раз.</p><p>«Финальное уведомление. Подтвердите передачу четырёх объектов…»</p><p>— Да пошли вы к чёрту, — прошипел Дорджи и со всей силы вдавил красную кнопку.</p><p>Наконец аппарат затих. Дорджи нахмурился, глядя на него.</p><p>— Кто ж там такой настырный в три часа ночи? Утром найду и отправлю убирать навоз в кавалерийские казармы.</p><p>Он перевёл дыхание, поправил мундир и оглядел собравшихся. Можно было продолжать.</p><p>— Вы все готовы⁈</p><p>Генералы вскочили и вытянулись.</p><p>— Готовы ко всему, господин Канцлер! Будем стоять до победного конца!</p><p>— Отлично! — оскалился Дорджи. — Тогда…</p><p>Двери распахнулись, с грохотом ударившись о гранитные косяки.</p><p>К столу бежал министр культуры Церинг. Пузо тряслось под парадным шёлковым халатом, съехавшим набок. Глаза у министра выкатились от ужаса, по тройному подбородку стекал пот.</p><p>Следом ввалились полтора десятка личных гвардейцев канцлера. Парни хрипели и спотыкались, с трудом удерживая тяжёлые винтовки — вид у них был такой, словно позади остался марш-бросок по отвесным скалам.</p><p>Дорджи побагровел.</p><p>— Почему не остановили⁈ — рявкнул он на капитана стражи. — У нас тут секретный военный совет высшего допуска! Какого чёрта министр культуры ломится ко мне посреди совещания генерального штаба⁈</p><p>Капитан шумно хватал ртом воздух, прижимая ладонь к кобуре:</p><p>— Мы… мы не смогли его догнать, господин канцлер!</p><p>— Стрелять надо было! — брызжа слюной, заорал Дорджи. — Нарушение протокола особой секретности! В решето превратить прямо на пороге!</p><p>Капитан только развёл руками:</p><p>— Так мы стреляли! Он увернулся!</p><p>Церинг с размаху рухнул грудью на край стола. Две фарфоровые чашки с чаем со звоном полетели вниз, а сам министр намертво вцепился в рукав канцлера.</p><p>— О великий канцлер… — сдавленно просипел Церинг. — Умоляю… скажите… вам приходили сообщения⁈ Запросы на доступ к экспонатам нашего музея⁈</p><p>Дорджи брезгливо стряхнул его пальцы с мундира.</p><p>— Приходили. Четыре раза эта дрянь пиликала. Я всё отклонил на хрен. У нас через несколько часов армия пересекает границу, а мне спам какой-то шлют!</p><p>Церинг побледнел.</p><p>— Нас… нас попросила о помощи другая страна!</p><p>— На хрен ту страну! — рявкнул Дорджи. — На хрен вообще всех!</p><p>— С той страной так нельзя! — взвизгнул министр, хватаясь за сердце.</p><p>— На хрен всё! — гаркнул канцлер.</p><p>— Вы не понимаете! Это Китай!</p><p>Дорджи дважды моргнул.</p><p>— Ну… ладно. Китай не на хрен, — сказал канцлер, поправляя воротник. — Но нам всё равно сейчас не до их выставок. Раз они такие настырные, отправьте к ним дипломатов. Пусть поедут в Пекин, поулыбаются, попьют зелёного чаю с их министрами, выразят глубочайшее почтение. Лет восемь это дело можно мусолить по комиссиям. Понятия не имею, что за хрень им там понадобилась, но у нас сейчас исторический момент. Нам это совершенно не интересно.</p><p>Министр шмыгнул носом, по щекам текли слёзы.</p><p>— Господин канцлер… Вы не понимаете. Там же всё было написано! Нужно было просто нажать на строчку и развернуть уведомление до конца!</p><p>— Я всё прекрасно понимаю, — поморщился Дорджи. — Дипломаты, приёмы, протокольные беседы…</p><p>— Китай очень обидчивый! — взмолился Церинг.</p><p>— Я всё понимаю, — повторил Дорджи. — Делаем как всегда. Дипломаты туда-сюда катаются, обсуждают лет восемь, десять, пятнадцать.</p><p>Церинг выдохнул, провёл широким рукавом по лысине и опустил плечи.</p><p>— Я сдаюсь. А ещё я увольняюсь. Прямо сейчас.</p><p>— В смысле — увольняешься? — прищурился Дорджи. — Ты сейчас пойдёшь под трибунал за срыв военного совещания!</p><p>— А чей суд будет? — спросил Церинг.</p><p>— Бутанский великий суд! — сказал канцлер и ударил себя в грудь. — Самый честный и справедливый суд в мире!</p><p>Министр всхлипнул; звук подозрительно походил на смех.</p><p>— Бутанский? Взгляните в окно.</p><p>Нахмурившись, Дорджи подошёл к широкому бронированному витражу. За ним лежала горная долина Тхимпху.</p><p>Канцлер толкнул створку и застыл, глядя наружу.</p><p>Небо над хребтами почернело.</p><p>Прямо над зубчатыми пилами гор, разрывая утренние облака, плыли исполинские боевые дирижабли с золотыми гербами Китайской Технократической Республики. Их бронированные туши закрывали солнце. Между дирижаблями с рёвом проносились звенья реактивных перехватчиков, выписывая в небе боевые дуги.</p><p>Выхода к морю у Бутана отродясь не было. Будь здесь бухта, в неё уже входили бы тяжёлые крейсеры Поднебесной. Над горными теснинами вместо них плыли левитирующие платформы артподдержки. С них торчали спаренные орудийные стволы.</p><p>На центральной площади и широких плато светились портальные воронки. Китайские мастера открывали пробои у самой земли и в воздухе. Из них потоком выкатывались тяжёлые штурмовые бронетранспортёры, за машинами шли сотни солдат в экзоскелетах.</p><p>Чужая армия перекрыла всю долину.</p><p>У Дорджи пересохло в горле, он таращился в окно.</p><p>— Это… это что такое⁈</p><p>Церинг прислонился к ножке стола.</p><p>— Вот то самое. Там в сообщении было написано: «Нам нужно забрать четыре предмета — четыре долбаных предмета из вашего национального музея. Дело жизни и смерти. Пожалуйста, разрешите доступ. В противном случае мы сначала захватим вашу страну, потом заберём то, что нам нужно, а затем уйдём».</p><p>Канцлер подскочил.</p><p>— Армию поднять! Тревога! Все полки в ружьё! Бегом!</p><p>Он обернулся. Генералы сидели на стульях, сложив руки на коленях.</p><p>— Почему вы сидите⁈ — взвыл Дорджи. — Поднимайте дивизии!</p><p>Седой Тондуп пожал плечами.</p><p>— Бесполезно же.</p><p>— В каком смысле — бесполезно⁈ У нас пятьсот тысяч штыков! Новая горная техника! Оборона на перевалах!</p><p>Начальник штаба водил пальцем по экрану своего смартфона.</p><p>— А вот, нашёл свежие данные по открытым источникам. Численность регулярной армии Китая в спокойном мирном состоянии — четыре миллиона пятьсот тысяч бойцов. В случае возникновения неприятных ситуаций мобилизационный резерв увеличивается до семидесяти пяти миллионов.</p><p>Дорджи открыл рот, в глазах потемнело.</p><p>— Так… так а чего ж они сразу это не написали⁈ — простонал канцлер, хватаясь за виски.</p><p>— Ну, они написали, — всхлипнул из-под стола Церинг. — Вы же не дочитали.</p><p>Дорджи опустил руки и выдохнул со свистом.</p><p>— Сука… Четыре предмета. Четыре каких-то долбаных музейных горшка… Просрать страну за пятнадцать минут…</p><p>Канцлер махнул в сторону дверей.</p><p>— Делайте что хотите.</p><p>До своего кабинета он добрался, шаркая по каменным плитам длинного коридора. Чувствовал себя мерзко и цеплялся за надежду, что китайцы сдержат слово: заберут безделушки и уйдут. Ещё полчаса назад собирался войти в учебники великим завоевателем. Теперь сам себя считал круглым дураком.</p><p>В кабинете он рухнул в кожаное кресло, обхватил голову руками и уставился на пустую столешницу.</p><p>Скрипнула дверь. На пороге появился Карма, министр иностранных дел, в строгом костюме. Ещё накануне этот подтянутый дипломат категорически возражал против нападения на Сикким.</p><p>Карма прикрыл дверь и остался у порога.</p><p>— Неприятно, да? — спросил он. — Вот и той стране, на которую мы собирались напасть через восемь часов, наверное, тоже было бы крайне неприятно. Согласны?</p><p>Дорджи поднял на него воспалённые глаза.</p><p>— Ну я-то хотел как лучше… Блин, да все хотели! Слушай, Карма, выйди к китайским друзьям… товарищам этим выйди навстречу. Может, ты разрулишь? Ты ж всё-таки дипломат с тридцатилетним стажем.</p><p>— Да нет уж, — Карма сложил руки на груди. — Вы лично нажимали на кнопочку в телефоне. Я здесь совершенно ни при чём.</p><p>— Послушай… Ну заберут они эти свои горшки или что там им нужно. Уйдут же, сами обещали! А мы всё-таки продолжим то, что планировали? Войска-то наши в полной боеготовности, гарнизоны на границе не тронуты. Там же не так тяжело, перевал перемахнуть — и победа.</p><p>Министр долго смотрел на него.</p><p>— Вы что, вообще дурак?</p><p>Дорджи вскинулся.</p><p>— Ты как разговариваешь с Верховным канцлером⁈ Слова подбирай!</p><p>— Ну ладно, — согласился Карма. — Вы круглый дурак.</p><p>— Почему это⁈ Мы можем спокойно завершить операцию! Мы же ещё даже не начинали!</p><p>— И какой в этом смысл? Радоваться, что Китай забрал своё барахло и убрался восвояси, чтобы через несколько часов напасть на него же?</p><p>— В смысле — на него⁈ Мы на Сикким нападаем!</p><p>— Те соседи, на которых вы нацелились, видимо, тоже нажали в приложении не ту кнопочку или грубо послали пекинских курьеров, — развёл руками Карма. — Потому что китайская армия сейчас стоит и в их столице. Я вам даже больше скажу: по всему нашему региону прямо сейчас совместные китайские и российские имперские армии потрошат музеи и вскрывают древние тайники. Никому не оставили шанса.</p><p>Дорджи втянул воздух, спрятал лицо в ладонях и опустил лоб на стол.</p><p>— Четыре предмета… — глухо донеслось из-под ладоней. — Четыре бесполезных безделушки…</p><p>Вспомнилась госпожа Сонам, первая учительница в начальной школе Тхимпху. Деревянная указка стучала по парте, Сонам в очередной раз повторяла: «Читай весь свиток до конца, Дорджи! Всегда читай до последней строчки! От этого однажды может зависеть что-то очень важное».</p><p>Над крышей ревели китайские штурмовики.</p><p>— Старая ведьма была права, — пробормотал Дорджи. — Надо было дочитывать.</p></section><section><title><p>Глава 15</p></title><p>Глава 15</p><p>— А как вообще выглядит настоящий боевой космический крейсер? — Марго покрутила десертную ложку и посмотрела на меня.</p><p>Ольга подняла голову от кружки. Эльвира положила салфетку у тарелки и тоже посмотрела на меня. После семнадцатитысячной орды на Черском можно было посидеть за столом спокойно. Тарелки сдвинули к краю, официанты оставались за дверью. Мы поужинали и отбились, теперь даже отвечать на вопросы было приятно.</p><p>— Крейсер как крейсер, — ответил я, сделав глоток кофе. — Километра два литой серой брони, тупой сплюснутый нос, маршевые дюзы размером с городской квартал и батареи орудий вдоль бортов. Никакой романтики. Обычный летающий утюг с тяжелым реактором внутри.</p><p>Щёлкнул динамик планшета, Сириус вступил в разговор:</p><p>— Повелитель даёт слишком субъективное органическое описание. С точки зрения строгих расчетов тяжёлый крейсер орков класса «Опустошитель» выглядит на восемь выстрелов главного плазменного орудия дрона серии «Цербер». Либо на четыре залпа спаренных торпедных аппаратов штурмового «Скарабея». Или на один прямой выстрел гравитационного орудия орбитального Дредноута. В случае же столкновения со сверхтяжёлым линкором класса «СС+1S» крейсер выглядит на треть секунды его присутствия в одном секторе.</p><p>Марго прыснула в кулак, Эльвира покачала головой.</p><p>— То есть никакой эстетики? Никаких изящных линий?</p><p>— Эстетика — это лишняя трата вычислительных мощностей, старший оператор, — отозвался Сириус. — Если после первого попадания цель сохраняет форму, значит, инженеры допустили грубый брак при расчётах.</p><p>— А внутри у них как? — продолжала расспрашивать Марго, подперев щеку ладонью. — Там невесомость? Или они тоже маршируют по коридорам в сапогах?</p><p>— Маршируют, пока работают гравитационные пластины в полу, — усмехнулся я. — А когда в борт прилетает плотная кинетическая болванка — летают. Вместе с сапогами, переборками, трапами и пустыми бочками из-под перебродившего грибного пойла.</p><p>— И часто тебе приходилось сходиться с ними в пустоте? — спросила Эльвира.</p><p>— Достаточно, чтобы их адмиралы начинали заикаться от одного звука зуммера дальней связи.</p><p>Ольга улыбалась.</p><p>— А в фильмах всё расписывают иначе. Звёздные дуэли, кодексы чести, поединки флагманов…</p><p>— Ага, дуэли, — фыркнул я. — Выпустил Рой на три миллиона машин, сожрал вражескую эскадру до голых заклёпок за двадцать минут и вернулся на базу пить чай. Вот и все рыцарские традиции.</p><p>Марго рассмеялась. Хорошо всё-таки посидеть со своими.</p><p>Пиликнул планшет Ольги. Следом зажужжал коммуникатор; вилка у края тарелки задрожала.</p><p>Ольга притянула рабочий ноутбук, открыла крышку. Пальцы пробежали по клавишам, на стекле замелькали зелёные строки имперских шифровальных протоколов. Они отражались в её глазах.</p><p>Она подняла голову уже без улыбки.</p><p>— У Империи проблемы, — сказала Ольга.</p><p>Марго опустила ложку и подобралась. Эльвира нахмурилась.</p><p>— Что там стряслось? — спросил я.</p><p>— В шестнадцати точках открылись порталы, — Ольга развернула карту, по которой расползались красные маркеры. — Сообщения валятся по всем закрытым правительственным сетям. Сирены включили от Уральского хребта до Сахалина. Орки решили ударить с новой силой.</p><p>Я поставил чашку на блюдце.</p><p>— Пусть бьют. У Империи есть регулярная армия, лейб-гвардейские корпуса, казачьи полки и вооружённые дружины князей. Александр Пятый годами вливал государственную казну в арсеналы. Справятся.</p><p>— Не всё так просто, — Ольга склонилась над клавиатурой. — Смотри на структуру пробоев. Три портальных якоря они уместили на одной территории. Схлопнули почти в упор, на дистанции в двенадцать километров друг от друга. Это будет крупное вторжение. А остальные тринадцать разбросаны мелкими очагами по разным регионам.</p><p>— Где именно три якоря? — уточнил я.</p><p>— Курганский сектор. Открытые степи к югу от Транссибирской магистрали. Идеальный простор для развёртывания ударных клиньев.</p><p>Мы смотрели на экран, пока Ольга перехватывала поток со спутников оптической разведки и высотных патрульных дирижаблей. Оставалось дождаться, что покажет первичная расшифровка.</p><p>Под её пальцами стучали клавиши. На экране открылось окно, разделённое на две части.</p><p>— Есть картинка.</p><p>В тринадцати разрозненных регионах орки лезли так же, как последние недели. Из мутно-зелёных воронок на землю вываливались дикари в грубых кожаных ремнях. С ржавыми тесаками и самодельными дробовиками они бежали под пулемёты пограничников, попадали под шрапнель гаубиц. Бластеров у них не было, тяжёлой брони тоже. Опять прислали пушечное мясо.</p><p>В Курганском секторе, где сошлись три пробоя, высаживался другой десант.</p><p>Ольга вывела его на общий экран.</p><p>Из светящихся арок выходили космические десантники Орды.</p><p>Трёхметровые бойцы были закованы в цельную броню из тёмного адамантиевого композита. На нагрудниках горели руны силовых барьеров. Гудели сервоприводы тяжёлых штурмовых скафандров, принимая на себя их вес. Часть орков держала армейские плазменные карабины, другие тащили скорострельные роторные излучатели. Были и спаренные деструкторы материи.</p><p>За пехотой выплывали грузовые гравитационные платформы. На широких парящих плитах лежали контейнеры со снарядами и тяжёлые экранирующие генераторы.</p><p>Земля дрогнула: из центрального пробоя ползли танки. На массивных траках, с антигравитационными подушками и широкими корпусами, они разворачивались в степи. Лоб закрывали многослойные плиты. Танки были вооружены сдвоенными кинетическими орудиями. Рядом занимала позиции самоходная артиллерия, рассчитанная на планеты с плотной атмосферой. Длинные жерла поднимались к пасмурному небу. Артиллерия готовилась обстреливать имперские укрепления.</p><p>Марго вздохнула, сжав кулаки.</p><p>— Если они пойдут вперёд, фронт лопнет за полчаса! Нам нужно помочь!</p><p>Из планшета заговорил Сириус:</p><p>— Операторы, спешу напомнить: несколько минут назад Повелитель распорядился выделить каждой из вас по три тысячи боевых машин. Личные частоты синхронизированы, ударные крылья готовы к приёму команд.</p><p>— Три тысячи? — Марго взглянула на меня. — Каждой⁈ Отлично!</p><p>Она ткнула пальцем в колонну танков на голограмме Курганской степи.</p><p>— Я ударю штурмовиками во фланг этим танкам, свяжу их боем, а дальше…</p><p>— Туда даже не смотри, — перебил я её.</p><p>— Но… Почему?</p><p>— Потому что на той технике стоят пустотные экраны третьего класса и спаренные зенитные излучатели, — пояснил я. — Твои три тысячи лёгких штурмовиков сгорят за первые сорок секунд захода. Ты даже краску на их лобовых плитах не поцарапаешь. Это армейские части дальнего флота, Марго. Они умеют сбивать орбитальные челноки сотнями. Вашему звену там делать нечего.</p><p>Девушки переглянулись.</p><p>— Тогда делим остальные точки, — сказала Марго. — Я беру уральские перевалы и позиции под Пермью. Там у казаков мало тяжёлых пушек, дикари попытаются задавить их числом. Мои дроны прикроют траншеи с воздуха.</p><p>— Я забираю санитарные коридоры на Енисее и Алтае, — подхватила Эльвира. — Разверну защитные купола над полевыми госпиталями, дроны займутся эвакуацией раненых и точечной поддержкой пехоты.</p><p>— А я возьму Дальний Восток и Байкал, — сказала Ольга. — Подавлю связь дикарей и помогу пограничникам скоординировать огонь. Давайте вместе.</p><p>Я кивнул.</p><p>— Разумное решение. Работайте. Сириус, доставь их на базу.</p><p>— Транспорт прибыл, Повелитель, — отозвался дрон.</p><p>За панорамными окнами засвистели турбины. Бронированный челнок с логотипом «Филина» сел на ресторанную террасу, рампа стукнула о гранит.</p><p>Ольга убрала ноутбук в кожаный чехол, а у выхода на террасу задержалась и оглянулась на меня.</p><p>— А ты?</p><p>— У вас тринадцать секторов, — улыбнулся я. — Занимайтесь делом, операторы. За меня не волнуйтесь.</p><p>Створки шлюза сомкнулись. Через пару секунд челнок поднялся и ушёл в облака.</p><p>Слева застрекотали крошечные винты. С потолка спустился сервисный дрон размером с блюдце и протянул манипулятором чистую салфетку. Я вытер губы и пальцы. Второй дрон поднёс на платформе горячее влажное полотенце, после жарких споров в зале было душно, и я с удовольствием приложил его к шее. Напряжение понемногу отпускало.</p><p>Дроны забрали салфетку с полотенцем и заняли места у стены, на подзарядке.</p><p>Сириус дал мне помолчать и собраться с мыслями, потом спросил:</p><p>— И что дальше, Повелитель?</p><p>— А что дальше?</p><p>Я встал, расправил плечи. Пальцы щёлкнули, когда я их размял.</p><p>— Орки решили больше не скрываться, — произнес я, глядя на Светлую за стеклом. — Настоящая армия вышла на поле боя. Сейчас в Курганской степи начнётся бойня. Соотношение потерь там будет примерно тридцать к одному в пользу Орды. Имперские полки полягут тысячами, потому что против таких технологий у них попросту нет оружия. А значит, пора и нам размяться.</p><p>Сириус пришёл в восторг:</p><p>— Ура, веселье! Я подниму все резервные эскадрильи с приморских складов, распечатаю базы длительного хранения, запрошу эшелоны у китайцев…</p><p>— Нет, Сириус, — оборвал я его. — Сейчас мы будем действовать по-другому.</p><p>— Как по-другому?</p><p>— Раз они решили не скрываться, то и мы не будем, — я улыбнулся уголком губ. — Сириус, давай, как в старые добрые времена. На полную.</p><p>Секунду Сириус обрабатывал приказ. Затем ответил голосом боевого протокола:</p><p>— Повелитель… Я ждал этого приказа… Первый Рой из Земли. Активация запущена.</p><p>— Отлично, — кивнул я. — Пусть в этом первом Рое из Земли у нас пока не больше ста тысяч дронов. Но тут ведь простая математика: чем больше орков они уничтожат, тем больше трофеев достанется переработчикам. А чем больше трофеев мы соберём, тем больше дронов сойдёт со сборочных линий прямо на поле боя. Такой вот круговорот дронов в природе.</p><p>На экране по-прежнему двигалась орочья бронетехника. Я присмотрелся к колонне.</p><p>— И к тому же, уж очень любопытно выглядят те танки. Вернее, то количество первоклассного металла, которое в них напихали. Жаль оставлять такое сырьё ржаветь в степи.</p><p>Закрыв глаза, я глубоко вдохнул.</p><p>Укрепляющие заклинания легли на тело одно за другим. Плетения прошли по костям, делая их твёрже титана, наполнили мышцы силой. Поверх кожи развернулись невидимые кинетические демпферы, гасящие прямые попадания. Я заполнил энергетический каркас плотным потоком энергии. Человеческой оболочке предстояло выдержать бой.</p><p>— Летим туда, Сириус. Давай мой транспорт. Пора лично выйти, посветить лицом.</p><p>Петербург, Зимний дворец</p><p>Александр Пятый запер кабинет. Щёлкнул замок внутренней блокировки, оставив за дверью приёмную с дежурными адъютантами и лейб-гвардейский пост в коридоре. Внешние линии связи были отключены, системы видеонаблюдения выключены. Теперь можно было открыть сейф.</p><p>Продолговатый титановый ящичек неделю ждал своего часа. Феликс велел вскрывать его в полной безопасности, без свидетелей, а спокойной ночи за последние семь суток во дворце так и не выдалось. Под Саратовом и Пермью рвались порталы; генералы до утра делили резервные полки. Следом дипломаты из Пекина принимались согласовывать списки музейных реликвий. Час назад открылись ещё шестнадцать пробоев, от Урала до Сахалина.</p><p>Император положил коробку на стол и прижал большой палец правой руки к тёмному окошку на крышке. Синяя искра обежала грани, щёлкнули магнитные запоры. Верхняя пластина скользнула в пазы.</p><p>В полимерном ложементе лежали два предмета и сложенный вдвое листок плотной бумаги.</p><p>Александр узнал обруч с матовыми датчиками изнутри, точную копию нейроинтерфейса, который Сириус надевал на него в Уссурийске. Заныли виски. Пальцы сами потянулись к расстёгнутому вороту: гибель звёздных систем и марши стальных легионов, вбитые в голову на тридцатикратной скорости, тело ещё помнило.</p><p>Рядом лежал чёрный прямоугольный накопитель. На корпусе было выгравировано дерево с мощными корнями, герб рода Бездушных.</p><p>Император развернул листок:</p><p>«Ваши аналитики собирались вычищать эти конюшни целый год. Сириус управился за четыре минуты в фоновом режиме. Не благодарите».</p><p>Александр хмыкнул и пододвинул ноутбук. Стоило вставить накопитель, как экран мигнул и открыл оглавление архива Фурии. Вычислители Роя разобрали по родам тайную переписку столичной знати и всё, что Фурия выкачала из теневых банков и личных серверов. Сто восемнадцать именных папок стояли по алфавиту. У фамилий горели цветные кружки, над списком была памятка.</p><p>Красным отмечались роды, которые оплачивали диверсии внутри страны или наёмников для ударов по тылам. Передача государственных и военных секретов китайской разведке тоже шла под эту метку. За зелёным числились, самое большее, обычные налоговые хитрости. Эти роды сохранили заводы и боеспособные дружины, годные для государевой службы.</p><p>Император принялся пролистывать папки. На первом десятке фамилий у него свело скулы. Малый совет. За одним столом в Георгиевском зале эти люди пили дворцовый коньяк и с постными лицами пеклись о благе Отечества. А все прошлые месяцы их стараниями на сортировочных узлах застревали эшелоны с бетоном для Приморья. Фуры с медикаментами разворачивали, армейские подряды на горючее срывали.</p><p>Перед короной всё это объясняли «частными корпоративными спорами» и спесью молодого губернатора.</p><p>Князь Вержбицкий. Красный кружок, семь офшорных счетов в Шанхае. Переводы диверсантам на Амуре и схемы пограничных укреплений, проданные китайским кураторам. Следующая папка принадлежала барону Челищеву: за пекинские гранты тот срывал военные перевозки по Транссибу. Тоже красная.</p><p>Александр прокрутил каталог и открыл «Любухин Валерий Аркадьевич, граф». Цвет метки был тот же.</p><p>Горлопан из оппозиционной коалиции. Неделю назад его старший отпрыск Серж устроил пьяный дебош в клубе «Элизиум» и полез на Феликса с Ольгой. Получив дротик в шею, забился под барную стойку и оттуда звонил папаше: от сна его уберёг платиновый антитоксин. Любухин поднял частных гвардейцев, потерял шесть штурмовых броневиков во дворе собственного особняка, а утром уже ходил по министерствам. Требовал защитить честь дворянства от приморского произвола.</p><p>Император развернул таблицы и присвистнул. За три года структуры графа вытащили из казны Оборонного ведомства без малого четыре миллиарда рублей. Деньги предназначались уральским пороховым заводам, на модернизацию. Станки и линии для выпуска снарядов остались на бумаге; вместо них граф купил те самые сгоревшие броневики, яхту в Средиземном море и виллы для любовниц. Ещё оплатил саботаж дальневосточных поставок. Обкрадывал армию во время войны, а потом требовал заступиться за дворянскую честь.</p><p>Под буквой «П» нашлась другая знакомая фамилия:</p><p>«Посольский Сергей Иванович (он же герцог Бенедикт, агент 2387)».</p><p>У действительного тайного советника, кавалера трёх орденов Андрея Первозванного, кружок был пуст. Александр прищурился и открыл папку.</p><p>Программа «Спящие драконы» была разобрана целиком. Здесь же лежали финансовые выписки сорокалетней давности и все донесения, ушедшие в Пекин из особняка на Каменном острове. Цены на овёс, сенаторские сплетни, жалобы на петербургскую сырость. Военных секретов среди них не нашлось. Внизу поверх расшифровки Феликс оставил комментарий:</p><p>«Сами разбирайтесь».</p><p>У Александра дёрнулся уголок рта. Несколько дней назад этот действительный тайный советник бился лбом о паркет перед столом и вопил: «Не вели казнить, государь-батюшка!». Вжился, старый хитрец. Русский барин, дача под Выборгом, пятеро внуков; в итоге чище половины потомственных столбовых дворян, сидящих в Малом совете. О Посольском ещё поговорят отдельно.</p><p>Остальные папки давали достаточно оснований для ночных визитов. На часах была четверть третьего.</p><p>Старые генералы Тайной Канцелярии за полчаса до выезда групп предупредят половину списка. Александр открыл раздел ведомственной безопасности. Начальник аналитического сектора Аркадий Павлович Храпунов и его протеже виконт Шаталов были помечены красным: годами торговали закрытыми уголовными делами и прикрывали графа Вересова с министерскими приятелями.</p><p>Зато ниже, среди проверенных кадров, стояло зелёное имя. И приписка: «Рекомендован. Принципиальный».</p><p>Илья Фильшин. Месяц назад этот младший аналитик принял у крыльца Канцелярии двадцать капсул с отборными террористами и взрывниками, которых привезли дроны из Приморья. В ту же ночь пустил свой этаж в разнос, обойдя начальство.</p><p>Император снял трубку прямой оперативной связи и набрал код дежурного крыла.</p><p>— Фильшина ко мне, — сказал император. — Лично. С табельным оружием и закрытым планшетом спецдопуска. Срок — пятнадцать минут.</p><p>Обруч вернулся в титановую коробку, коробка в сейф. Александр разблокировал двери.</p><p>Фильшину хватило двенадцати минут. В кабинет вошёл сухощавый парень в повседневном кителе без родовых вензелей и аксельбантов. Работа за мониторами оставила тёмные тени под глазами, но спину он держал прямо. Остановился в трёх шагах от стола и козырнул:</p><p>— Ваше Императорское Величество! Старший следователь особого отдела Фильшин по вашему приказу прибыл!</p><p>Александр разглядывал его несколько мгновений.</p><p>— Садись, Илья. Или постоишь?</p><p>— Постою, Государь.</p><p>— Ну стой, — император кивнул на экран ноутбука. — Читал я твоё личное дело, Фильшин. Безродный, ни кола ни двора, в графе родителей — уборщик и рядовой соцработник. Пять лет просидел в душном пенале на младшей должности, пока дворянские сынки через твои отчёты ордена получали. Взяток не берёшь, мажоров на перекрёстках оформляешь по закону, за что и ночевал по чужим диванам. А месяц назад тебе с неба свалились двадцать упакованных смертников с готовой базой улик. И здесь, в особых примечаниях от князя Бездушного, указано, что за тобой числится должок.</p><p>У Ильи дёрнулась щека. Он продолжал смотреть на государя.</p><p>— Так точно, Ваше Величество. Контейнеры сбросили беспилотники князя Приморья. Дела я пустил в ход официально, напрямую через управление, чтобы материалы не похоронили в секторе. Долг перед его сиятельством не отрицаю, но присягу Короне не нарушал.</p><p>— Знаю, что не нарушал, — Александр усмехнулся. — Нарушал бы — сидел бы сейчас в подвале Петропавловки, а не стоял передо мной. Сегодня ночью, Фильшин, ты этот должок отработаешь сполна. И перед князем, и передо мной.</p><p>Ноутбук развернулся экраном к следователю. Император указал на красные кружки.</p><p>— Навыки не растерял? Тут сорок шесть фамилий высшей знати, включая пятерых членов Малого совета, графа Любухина, князя Вержбицкого и твоего бывшего начальника Аркадия Павловича Храпунова на пару с виконтом Шаталовым. Полная доказательная база по государственной измене, саботажу оборонного заказа и работе на иностранную разведку. Подключишь свой планшет и заберёшь весь пакет.</p><p>Фильшин подошёл к столу и пробежал глазами первые строки. На фамилии Храпунова задержался, затаив дыхание. Слишком долго пришлось ждать этой минуты.</p><p>— Разрешите уточнить полномочия, Ваше Величество? — спросил Илья. — Половина списка обладает неприкосновенностью Сената и собственными родовыми гвардиями. Если я приду к ним со стандартным ордером…</p><p>— Стандартные ордера закончились два часа назад под Курганом, — сказал Александр и придвинул бланк чрезвычайного указа с двуглавым орлом. — С этой минуты ты назначаешься начальником Особого следственного управления Тайной Канцелярии и старшим по арестам. В твоё распоряжение переходят три ударных батальона лейб-гвардии и штурмовые роты полицейского корпуса.</p><p>Ручка оставила росчерк, гербовая печать стукнула по бумаге. Александр протянул указ.</p><p>— Твой бывший начальник Храпунов сидит сейчас на Литейном. Начнёшь с него: лично наденешь наручники и посадишь в общую камеру, а дальше поведёшь группы по адресам. При любой попытке вооружённого сопротивления родовой стражи — огонь на поражение. Выволакивать прямо из постелей.</p><p>Фильшин принял лист и крепко сжал пальцами плотную бумагу.</p><p>— А остальные семьдесят один род из списка, Государь? — спросил он, кивнув на зелёные отметки.</p><p>Александр встал, заложив руки за спину.</p><p>— А для всех остальных сегодня ночью вступает в силу одно простое правило, — произнёс император. — Служи или виси.</p><p>Он посмотрел в глаза новому начальнику управления:</p><p>— Третьего варианта в Российской Империи больше нет. К шести утра каждому фигуранту из зелёного списка фельдъегеря доставят под роспись мой приказ о тотальной военной мобилизации. Все частные армии, родовые дружины, бронетехника, металлургические комбинаты и оружейные заводы переходят под прямое командование Генерального штаба для обороны страны. Кто подпишет и к полудню выведет полки на погрузку — тому старые грехи спишутся. Кто начнёт юлить, прятать технику или звонить адвокатам — автоматически переезжает в красный список. Запомнил формулу, начальник управления?</p><p>— Служи или виси, Ваше Императорское Величество, — повторил Фильшин, подключая кабель планшета к ноутбуку и скачивая архив. — К рассвету в столице не останется ни одной свободной камеры. Разрешите выполнять?</p><p>— Выполняй, Илья. С богом.</p><p>Фильшин развернулся через левое плечо и вышел быстрым шагом.</p><p>Через несколько минут в коридоре уже отдавали команды, гудели лифты. Ещё через четверть часа Александр услышал за окном десятки моторов. Во внутреннем дворе Зимнего прогревали бронированные фургоны гвардии и машины Канцелярии; колонны с синими проблесковыми маяками выходили на Дворцовую набережную и расходились по ночным проспектам.</p><p>Когда император остался один, он снова замкнул внутреннюю блокировку и достал из сейфа ящичек. На тёмном полимере лежал обруч. Чёрный накопитель уже сделал своё дело.</p><p>В Уссурийске Александр сидел в кресле, оглушённый правдой о пришельцах и своим бессилием. Надеть нейроинтерфейс заставили обстоятельства: ему показали чужую мощь, с которой он ничего не мог сделать. Теперь он сам взял обруч, вернулся в рабочее кресло и надел его.</p><p>Дужки сомкнулись на висках, вдоль обода синим загорелись тонкие сапфировые прожилки. Александр помнил удушье и исчезновение собственного тела, но сейчас перед внутренним взором открылась чёткая живая сфера. Никаких чужих воспоминаний. Так Сириус видел мир каждую секунду.</p><p>Земля была у него в сознании целиком. По тактической карте бежали тысячи потоков данных, пересекались траектории полётов, менялись расчёты расхода энергии. Континенты и океаны обходились без государственных границ и бумажных условностей. Красным горели девять уцелевших пространственных якорей Орды и новые пробои; от них в атмосферу шли волны чужеродного излучения.</p><p>Над Курганской степью к трём пробоям, из которых выходили орочьи танки и тяжёлая космическая пехота, пикировали сто тысяч зелёных точек. Первый Рой Земли перестраивался на гиперзвуке, сохраняя общий клин.</p><p>Александр задержал дыхание: такая подробная картина всей планеты пугала. Он видел, как каждая сотня расходует боекомплект. Знал скорость подлёта эскадрилий Эльвиры, Маргариты и Ольги у уральских перевалов, на Алтае и возле Байкала. Под землёй тянулись горизонты приморской Шахты, в темноте Куба рос каркас орбитального Дредноута. Всё это было доступно ему сразу.</p><p>В Уссурийске он обещал «внедрение Роя на всех уровнях». И получил прямую связь короны с главным вычислительным ядром планетарной обороны. Курьеры и правительственные телефоны здесь были лишними; даже Феликса вызывать посредником больше не требовалось.</p><p>Император выдохнул и обратился к пустому кабинету:</p><p>— Сириус?</p><p>Ответ прозвучал прямо в голове:</p><p>— Слушаю, Ваше Императорское Величество.</p></section><section><title><p>Глава 16</p></title><p>Глава 16</p><p>Я вышел из челнока на гребень холма, едва аппарель со стуком опустилась на промёрзший грунт.</p><p>Земля под подошвами вздрагивала. В низине орки разворачивали тяжёлый десант. Над ночной Курганской степью стояли три багровых столба пространственных пробоев; между соседними было двенадцать километров. Пробои открылись вдоль южного обвода Транссибирской магистрали, их свет уходил в низкие тучи.</p><p>В сияющих створах сменялись батальоны. Трёхметровые бойцы выходили в литых адамантиевых панцирях, следом по выжженному ковылю шли танки. Широкие траки вспарывали дернину, антигравитационные подушки под днищами выбивали мёрзлую пыль из-под катков. Самоходки второй линии уже опустили упоры. Длинные стволы через короткие промежутки посылали снаряды навесом на север, по имперским полкам в бетонных капонирах за железной дорогой. Разрывы тянулись по всему горизонту. Тяжёлая артиллерия пришельцев брала квадрат за квадратом, забивая бастионы в глину.</p><p>— Первый Рой вышел на дистанцию огневого контакта, — доложил Сириус у моего правого плеча. — Ожидаю команды на распределение целей.</p><p>Я посмотрел вверх. Из облаков со свистом выходили эшелоны дронов. Сто тысяч машин спускались ярусами, закрывая полнеба. Шахта в Приморье выдавала руду с опережением всех графиков. Сборочные линии Куба круглые сутки работали на полную мощность, а перед вылетом мы ещё и вскрыли базы длительного хранения.</p><p>— Начинай, — сказал я. — Давим все три узла разом.</p><p>Лёгкие машины первой волны ушли в отвесное пике. Танки сразу подняли над приземистыми корпусами пустотные экраны третьего класса. На башнях задрались спаренные зенитные излучатели, лучи пересеклись над колонной.</p><p>Об этом я и рассказывал Марго за столом в «Старом Утёсе». Стоило ведущим звеньям войти в зону обстрела, их обшивка белела от жара и взрывались аккумуляторы. За один проход сгорали сотни лёгких дронов. На танковую броню падали оплавленные обломки.</p><p>— Потеряно тысяча двести единиц, — считал Сириус. — Две тысячи четыреста. Три тысячи семьсот пятьдесят. Энергетическая ёмкость танковых щитов соответствует третьему флотскому классу. Лёгкие серии пробить оборону не могут.</p><p>Рой сменил построение на ходу. Стаи «Шершней» выскользнули из зенитных вееров, прижались к земле и прошли над траками к адамантиевой пехоте. Десантники взревели, замахали прикладами плазменных карабинов. Машины уже цеплялись к их груди и спинам. Высокочастотные резаки брали сочленения у шеи и жгли линзы визоров; под коленями лопались кабели сервоприводов. Пехота увязла в ближнем бою с дронами.</p><p>Танковую колонну атаковал верхний эшелон: вниз пошли тяжёлые штурмовые платформы. Зенитные лучи били по их лобовым щитам, а машины сбрасывали кинетические болванки на вершины пустотных экранов. Синие полусферы покрылись трещинами.</p><p>Тем временем тысячи плоских штурмовых дисков обогнули фланги по лощинам. На бреющем они прошли в тыл десанту, к батареям самоходок. Канонада, до сих пор бившая по имперским окопам у дороги, оборвалась. Над артиллерийскими позициями выросли два огненных гриба: взорвались погреба с плазменными зарядами.</p><p>— Пять тысяч двести единиц уничтожено, — продолжал Сириус. — Шесть тысяч восемьсот. Семь тысяч девятьсот сорок.</p><p>Горела степь, а вместе с ней гибли тысячи моих машин. С первого дня в этом теле я встречал любую заварушку усмешкой. Теперь стоял с неподвижным лицом, внутри было пусто и холодно. Улыбаться перед регулярной армией Звёздных Свежевателей, давившей мой Рой, совершенно не хотелось.</p><p>Я спустился с кромки холма и пошёл по склону в бой. Плетения укрепления держали тело. При длинных шагах по мёрзлым рытвинам силовой каркас пружинил, фиксируя кости и связки.</p><p>У главного портала на пригорке стоял командир десанта. Четырёхметрового верзилу в тяжёлом командном скафандре окружали полсотни отборных гвардейцев. Над шлемом торчал высокий зубчатый гребень. Одной рукой орк держал спаренный деструктор, второй хватал отступавших пехотинцев за шиворот и швырял назад в строй. Его приказы разносились по общей сети.</p><p>Я шёл прямо к нему, через линию огня. За полторы сотни шагов поднял обе руки и выпустил техномагию на полную силу.</p><p>С полумерами пора кончать. Перед грудью и над головой развернулись золотые глифы Техносов. Кольца расчёта в несколько контуров сошлись с углами подавления материи. Между ними встали лучистые матрицы расщепления; степь залило белым и золотым светом.</p><p>Орки из первой шеренги повернули ко мне рогатые шлемы. Из-под бронещитков смотрели десятки багровых тактических объективов.</p><p>Я знал, что сейчас снимают эти камеры. Каждый мой шаг уходил через портальные арки к флоту, ожидавшему по ту сторону пробоев. Ещё минута, и корабельные шаманы увидят глифы на своих экранах. Почерк Техносов они узнают сразу. Десятки лет бойни и пятнадцать материнских кораблей, обращённых в пыль, их род помнил крепко.</p><p>За знаками они разглядят меня. Повелитель Железной Саранчи стоит на поверхности в смертном теле, без неуязвимого стального корпуса. Эту плоть можно пробить клинком или сжечь плазмой. Можно раздавить гусеницами. За тысячи лет в Многомерной ни одному народу не выпадал такой шанс: убить самого Повелителя Дронов. Для орков это означало покончить с кошмаром, мучившим ещё их предков.</p><p>Грак-Тору запись и вовсе могла спасти жизнь. В перехваченных Ольгой донесениях адмирал нагло врал Совету Вождей, будто успешно подавил туземцев. Скажи он теперь, что застрял перед обороной Роя, с него живьём спустят шкуру на Гор-Морке. Но голову Повелителя можно положить к ногам Верховного Вождя. За неё простят ложь и сожжённые когорты, а имя адмирала навсегда останется в клановых хрониках.</p><p>Я сам выставлял себя приманкой для всего вражеского флота.</p><p>— Повелитель! Внешние камеры орочьих скафандров ведут прямую трансляцию через центральный пробой! Вы работаете открытыми глифами в секторе полного оптического захвата! Разрешите поставить помехи и выжечь им визоры⁈</p><p>— Отставить, — ответил я и свёл ладони, посылая золотую плоскость в первую шеренгу. — Пусть смотрят. Пусть разглядят как следует.</p><p>Росчерк прошёл через строй на уровне груди. Под формулой прямого расщепления нагрудники распались: хвалёный адамантий с вплетёнными рунами защиты держался меньше доли секунды. Дюжина трёхметровых гвардейцев упала в грязь.</p><p>Я продвигался дальше и бил глифами по рядам пришельцев. По обе стороны догорали танки. В глубоких воронках лежали сорванные башни; из пробитых моторных отсеков шёл чёрный дым. Расплавленный металл капал с раскалённых бортов. Я проходил между обломками, стряхивал золотые искры с пальцев и вдруг вспомнил… ведьму.</p><p>В прошлой жизни, на станции в Плеядах, она говорила мне о пепле. Я тогда отмахнулся.</p><p>На нейтральной станции в скоплении Плеяд праздновали перемирие. Приём был шумный, хотя владыки смотрели друг на друга с опаской. Верховная ведьма Моргана держала бокал двумя пальцами за тонкую ножку. Подойдя ко мне почти вплотную, она сказала на ухо:</p><p>«Ты ищешь ответы там, где оставил один пепел. Но запомни: человек без души найдёт то, что ему по-настоящему нужно, только когда станет дважды бездушным».</p><p>В ответ я криво усмехнулся. Ни пророчествам, ни туманным предзнаменованиям я отродясь не верил. Теперь на стапеле в Уссурийске высился корабельный остов, и я уже решил, что сделаю с кораблём. Слова Морганы обрели другой смысл. Впервые за всю жизнь я допускал, что она знала всё наперёд и обошлась без гаданий.</p><p>О каком пепле она говорила, я всё ещё не понимал ни черта.</p><p>— Так, хорош, — сказал я себе вслух и сжал кулаки.</p><p>Командир десанта растолкал оставшихся телохранителей и бросился на меня. Четырёхметровый орк ревел, сервоприводы визжали от разгона. Он вскинул спаренный деструктор; в раструбах стволов собиралось багровое свечение.</p><p>Левой рукой я очертил квадрат фиксации. Гравитационный зажим схватил орка раньше, чем тот выстрелил, а правая рука рубанула наискось клином Техносов. Силовой щит на груди командира лопнул со стеклянным звоном. Золотая грань рассекла адамантиевый панцирь и снесла командиру голову. Обезглавленное тело с искорёженным деструктором упало к моим ногам.</p><p>После его гибели орочий строй развалился. Платформы Роя в это время добивали последние генераторы на танках. Пустотные купола осыпались синими искрами, и машины добрались до самой брони. Штурмовые диски опускались на крыши моторных отсеков, вскрывали их плазменными резаками. «Шершни» жгли и загоняли заряды в боевые отделения.</p><p>Три звена тяжёлых платформ с разгона врезались в опорные мачты пространственных якорей. В каменных основаниях пошли трещины. Багровые воронки погасли одна за другой, все три.</p><p>Через четверть часа в Курганской степи затих бой. На два с половиной десятка километров, от горизонта до горизонта, лежали танковые корпуса. Между ними дымились самоходки, валялись рваные траки и груды адамантиевых лат.</p><p>Я подошёл к ближайшему танку, хлопнул ладонью по лобовой плите. Отличный пустотный сплав.</p><p>— Сириус, вызывай сюда все свободные уборочные платформы и грузовые борта, — сказал я. — Пусть режут танковые корпуса на подъёмные секции и вывозят прямиком в Куб. Теперь нам есть из чего катать броню для Дредноута.</p><p>— Уборочный эшелон уже заходит на посадку, Повелитель, — ответил дрон и вывел отчёт с других участков. — Поступили итоговые сводки с параллельных направлений. Оператор Маргарита удержала перевалы под Пермью, её крыло перемололо прорыв дикарей прямо в горных теснинах. Оператор Эльвира вытащила из окружения полевой госпиталь на Енисее, эвакуировала раненых и силами дронов прикрытия зачистила береговую полосу. Оператор Ольга намертво подавила связь диких племён на Байкале, лишив их координации, сейчас пограничные полки добивают остатки группировки.</p><p>— Отличная работа, — я стряхнул пепел с обшлага куртки. — Передай девочкам, пусть возвращают уцелевшие машины на перезарядку.</p><p>— Повелитель… В закрытых сетях орбитальной группировки зафиксирован резкий скачок активности. Орочий эфир взорвался. Запись боя из Курганского сектора только что ушла на главный флагман флота, и на этих кадрах во всех деталях видно ваше лицо.</p><p>Где-то в Многомерной Вселенной</p><p>Тяжёлый крейсер прорыва «Клык Пустоты»</p><p>Головной авангард Третьей Пустотной Когорты</p><p>Поручень командирского помоста скрипнул в когтистой хватке Драг-Зула. Капитан сдавил его через латную перчатку, глядя на багровое кольцо перед носом «Клыка Пустоты».</p><p>За кормой в боевом порядке ждали двадцать девять кораблей класса «Опустошитель», каждый по два километра длиной. Их дюзы величиной с городской квартал гудели на холостом ходу. Реакторы уже работали на полной мощности; вдоль серых литых бортов тускло светились заряженные батареи главного калибра. По личному приказу Грак-Тора тридцать тяжёлых крейсеров вытащили из пустотного отстоя, чтобы первыми бросить в прорыв.</p><p>Драг-Зул смотрел на узел за тупым бронированным носом флагмана. От наземных сил зависело, удастся ли вообще втиснуть сюда двухкилометровый утюг. Пока по другую сторону связывали планетарные якоря, одиночный прокол пропускал пехоту с бронетехникой и пакеты телеметрии. Кораблям требовалась вся сеть, замкнутая и синхронизированная. Сейчас хватило бы фазового сдвига в три секунды, чтобы корпус крейсера скрутился в спираль, а экипаж размазало по смежным измерениям.</p><p>Эскадра висела перед багровой воронкой. Драг-Зул боялся того, что ждало по ту сторону, и вместе с тем был вынужден ждать, когда его туда пустят. Под тёмно-оливковой шкурой тянуло холодом. Расшитый золотом плащ главы рода давил на плечи; даже теперь капитану казалось, что он носит чужую вещь.</p><p>И вот по закрытым флотским каналам пришёл последний визг с хребта Черского. Его слышали вахтенные связисты на каждом корабле эскадры. Грак-Тор мог рвать глотки шаманам на мостике «Крушителя Миров», но скрыть гибель семнадцати тысяч рубак уже не получалось. Там сгорели отборные бойцы «Зелёных Псов» и «Сломанного Топора». А перед обрывом связи кто-то успел назвать Повелителя Железной Саранчи.</p><p>За это имя в приличном обществе вырывали язык. Драг-Зул знал почему: клановые хроники Великой Бойни он помнил с детства. Тридцать лет стальные тучи выедали звёздные сектора Орды до голого камня. Пятнадцать материнских кораблей, каждый размером с планетоид, остались облаками холодной пыли. Теперь Третья Пустотная Когорта должна была идти на таран к тому самому чудовищу.</p><p>И капитаном головного авангарда стал он. Сам добился этого мостика, заполучил тридцать крейсеров и родовое имя Драг-Зул. От воспоминания о том, как всё это досталось, страх делался ещё хуже.</p><p>Два месяца назад имя принадлежало старшему брату, законному генералу-наследнику Третьей Когорты. Тому исполнилось триста лет, а здоровья хватило бы править родом ещё пару веков. Экипажи обожали изрезанного шрамами рубаку: в абордажной схватке старший страха не ведал. Младшему оставалось ждать, пока матёрого волка наконец заберёт смерть. Два века на вторых ролях его совершенно не устраивали.</p><p>Случай представился у звёздных врат в секторе Кин-Цза-Бза. Головной отряд брата влетел в двойные клещи эльфийских корветов. Авангард держал круговую оборону пять суток. Лазерные копья били с двух сторон, щиты гасли, из распоротых переборок текла плазма. По закрытому каналу старший слал сигналы бедствия и требовал ударить резервом в тыл Длинноухим.</p><p>Резерв был под рукой. Тридцать свежих крейсеров стояли за грядой железистых астероидов, всего в двух часах хода от сражения. Дружный залп во фланг разорвал бы эльфийское кольцо. Свои ещё держались, их можно было вытащить.</p><p>Младший приказал заблокировать приёмник дальней связи и отключил ходовые двигатели.</p><p>Пять дней он провёл на этом же помосте. За бортом оставались каменные глыбы, на тактической сетке гасли зелёные отметки авангарда. Когда флагман старшего превратился в неуправляемую груду раскалённого шлака, а эльфы выпустили последние торпеды и посадили накопители, резерв вышел из-за астероидов. Свежая когорта добила обескровленные корветы среди догорающих орочьих остовов и сожгла три орбитальных шпиля.</p><p>Перед Военным Советом младший смотрел старейшинам в глаза и рассказывал, как брат ослушался прямого приказа, из гордыни пошёл в очевидную засаду и бездарно угробил цвет когорты. Победителю поверили.</p><p>Драг-Зул и сейчас помнил каждую подробность того, что случилось потом. С едва живого старшего перед строем сдирали родовые нашивки. Его объявили осквернённым неудачником, кое-как заштопали у лекарей и заперли в десантной капсуле штрафников, чтобы сбросить с первой волной на эту проклятую планету. Из таких когорт никто не возвращался. Старший наверняка уже сгнил в земной грязи, угодив под гусеницы или под пулемёты туземцев.</p><p>Младшему достались уцелевшие корабли и слава покорителя эльфийских шпилей. На плечах появились золотые эполеты, вместе с ними он забрал древнее имя Драг-Зул. Брата сжил со света, занял его место и теперь оказался в первом ряду перед мясником, истребившим пятнадцать флотов Орды.</p><p>За бронестеклом мигнуло багровое кольцо. По нему разошлись фиолетовые трещины, узел схлопнулся, и перед носом крейсера осталась чёрная пустота с россыпью далёких звёзд.</p><p>— Пробой погас! — крикнул с нижней палубы старший навигатор. — Все три опорных якоря в Курганском секторе уничтожены! Канал закрыт!</p><p>Драг-Зул думал о полнокровной бронетанковой бригаде Звёздных Свежевателей и с трудом верил, что она продержалась так мало. Там были танки с пустотными щитами третьего флотского класса. Их поддерживали батареи самоходных орудий, заслон стоял из отборной армии в литом адамантии.</p><p>— Капитан! — Старший связист вскочил у пульта дальней разведки; трёхпалые лапы дрожали над клавишами. — За секунду до разрушения мачт центральный створ успел протолкнуть пакет высшего приоритета! Прямая запись с тактических визоров в Кургане!</p><p>До терминала капитан спустился по трапу в три широких шага.</p><p>— На главный экран! Быстро!</p><p>Над тактическим столом раскрылось голографическое полотно. Близкие разрывы трясли картинку, но человека среди горящих танковых остовов было видно отчётливо. Он шёл по ночной степи мимо сорванных башен. Черноволосый, в широком чёрном плаще, с открытым лицом и ледяным безразличием на нём. Под плащом было человеческое тело; ни исполинского механического корпуса, ни тяжёлого штурмового скафандра.</p><p>Человек поднял руки. Перед грудью вспыхнуло золотое сияние, одно за другим встали многоконтурные расчётные кольца. Между ними выстроились углы подавления материи и лучистые матрицы расщепления.</p><p>У рунического поста в углу мостика отшатнулись оба корабельных шамана. Старший выпустил костяной посох, тот стукнул по рифлёному настилу и покатился.</p><p>— Знаки… — Шаман вцепился в обереги на груди. — Истинные глифы Техносов! Те самые, из древних свитков!</p><p>Золотая плоскость слетела с ладоней человека и пересекла строй трёхметровых воинов Орды. Кирасы с защитными рунами рвались, будто гнилая кожа; дюжина десантников упала в мёрзлую грязь. В кадр ворвался командир высадки, четырёхметровый гигант со спаренным деструктором. Человек зажал его левой рукой в гравитационные тиски, правой ударил золотым клином наискось. Силовой щит рассыпался осколками. Золотая грань рассекла адамантиевую броню и снесла командиру голову. Обезглавленная туша завалилась на объектив, экран затянуло серой рябью.</p><p>Драг-Зул смотрел на застывшую голограмму: в золотых кольцах осталось молодое лицо человека. Вот кем оказался ужас клановых хроник. Капитан успел подумать, что это тело, по крайней мере, было смертным.</p><p>— Прямую связь с «Крушителем Миров», — приказал он. — Личный канал верховного адмирала. Передать запись немедленно!</p><p>Спустя полминуты проектор загорелся синим. Изображение флагманского мостика развернулось перед капитаном, и Драг-Зул вошёл в круг передатчика. Приветствуя командующего, ударил кулаком в нагрудник.</p><p>Грак-Тор стоял над главным терминалом «Крушителя Миров», упираясь тяжёлыми лапами в бронеплиту. Пока шла запись, он молчал. В правой половине черепа щёлкали линзы кибернетического блока, меняя фокус. Они выхватывали золотые формулы и лицо черноволосого человека, затем адамантиевый панцирь командира, разваливавшийся пополам.</p><p>Когда появилась рябь, адмирал поднял палец в силовой перчатке.</p><p>— Ещё раз.</p><p>Второй просмотр шёл от первого кадра до последнего. Штабные офицеры стояли ни живы ни мертвы. На палубе возле пульта всё ещё темнело бурое пятно, оставшееся после казни старого шамана. Суб-коммандеры ждали, на ком Грак-Тор сорвётся теперь, когда вместе с бронетанковой бригадой потеряны три Курганских врата.</p><p>Адмирал остановил запись на лице человека. У навигационной колонки жались три старших шамана; к ним он и повернулся.</p><p>— Говорите, — приказал он.</p><p>Верховный жрец сглотнул. Покосившись на адамантиевые лезвия адмиральского когтя, он низко склонил рогатую голову.</p><p>— Сомнений нет, верховный адмирал. Перед нами высшие формулы Техносов. Ни одно существо в обитаемой Вселенной не способно подделать этот расчётный каскад — знаки в точности повторяют записи из хроник Великой Бойни. Это сам Повелитель Железной Саранчи. Однако… — шаман ткнул когтистым пальцем в колонку биометрических спектров, снятых визорами, — внутри него нет механического ядра! Сканеры фиксируют обычное теплокровное тело. Кости, кровь и человеческое мясо. Укрепляющие плетения держатся на его оболочке точно так же, как на любом смертном органике!</p><p>Грак-Тор распрямился на все четыре метра. Под панцирем экзоскелета бухало сердце.</p><p>До этой записи Грак-Тор считал себя обречённым. Флот Звёздных Свежевателей он собственноручно загнал в логово Повелителя Железной Саранчи, бездарно спалил передовые когорты на сопках. Следом отправил Верховному Вождю Гхркалу и Совету Кланов лживый рапорт: кампания идёт строго по графику. Этой ложью он спасал шкуру, хотя понимал, что правда рано или поздно вылезет. На Гор-Морке тогда лишат родового имени, сдерут кожу с живого тела и бросят в термоядерную топку Праматери. Пока враг оставался бессмертным механическим богом, перемалывающим армады и целые планеты, исправить положение было нечем.</p><p>На записи же стоял человек. Орочьих щенков тысячи лет пугали его именем, а сейчас Повелитель был в степи без своих неисчислимых флотов, без неуязвимого корпуса. Жрец подтвердил: мясной мешок под стандартными укрепляющими плетениями. Такое тело можно пробить тяжёлым излучателем либо выжечь плазмой. Гравитационным прессом его тоже можно раздавить. Голова Повелителя на подносе перед Советом Вождей окупит и сгоревшие в разведке полки, и сорванные сроки. За эту добычу простят потери вместе с ложью; на Гор-Морке его осыплют трофеями, а имя Грак-Тора впишут в священные скрижали выше древних вождей.</p><p>Офицеры зажмурились и втянули головы в бронированные воротники. Они ждали очередной расправы. Грак-Тор улыбнулся, раздвинув челюсти, и обнажил клыки в платиновых гильзах. В единственном живом глазу появилась хищная радость; паника, мучившая его последние дни, отпустила. Он заговорил вполголоса, всё ещё улыбаясь. От этого офицерам стало страшнее, чем от адмиральского рёва.</p><p>— Слушать мой приказ. Флот заперт снаружи, пока сеть пространственных якорей не синхронизирована. С этой минуты на планете имеет значение только одно — запуск портального периметра. Поднять все когорты, выгрести все резервы, бросить в пробои всё, что способно держать оружие по ту сторону. Задавить узлы числом и удерживать мачты до полной синхронизации. Потери в расчёт не брать.</p><p>Суб-коммандеры вытянулись в струнку. У них едва хватало смелости дышать. Грак-Тор прошёл вдоль тактического стола.</p><p>— Как только сеть замкнётся и корабли войдут в систему, у всей армады будет лишь одна цель. Забудьте про гравитационные гарпуны, про человеческие города и про само ядро. Наша единственная цель — Повелитель. Ядро этой планеты от нас никуда не убежит, мы заберём его в любой час, а вот шанс убить Повелителя в смертном теле даётся один раз за всю историю Орды.</p><p>Адмирал обвёл офицеров взглядом и поднял силовой коготь.</p><p>— Удар будет точечным. Запрещаю применять планетарные деструкторы и выжигать материки по площадям. Во-первых, сама эта планета со своим живым ядром — наша главная добыча, она нужна клану целой. Во-вторых, Совету Вождей на Гор-Морке нужна отрубленная голова Повелителя, а не дымящаяся воронка на месте континента.</p><p>Закончив со штабом, Грак-Тор повернулся к проекции Драг-Зула. Линзы окуляра жужжали, наводясь на молодого командира Третьей Когорты.</p><p>— Твои крейсеры стоят в головном авангарде, Драг-Зул, — сказал Грак-Тор. — Когда створ откроется, твоя эскадра войдёт в небо этой планеты первой. И вот тебе мой личный приказ: ты войдёшь первым, ты его и убьёшь. Принесёшь мне его голову — и твой род получит всё, что пожелает.</p><p>Капитан с размаху стукнул бронированным кулаком в грудь.</p><p>— Слушаюсь, верховный адмирал!</p><p>Проекция погасла. Драг-Зул остался на мостике «Клыка Пустоты» и опустил руку. Под нагрудником по спине стекал холодный пот. Приказ Грак-Тора обещал бессмертную славу в звёздных хрониках Орды или быструю страшную смерть. Капитан даже не мог понять, чего боится больше.</p><p>Он повернулся к главному экрану. Там оставался человек с бледным лицом в золотом сиянии глифов. В голову лезла злая мысль о брате. Будь старший жив, этот полоумный рубака уже орал бы от восторга на весь мостик, сам выпрашивал у адмирала право идти на прорыв первым.</p><p>А новый глава рода Драг-Зул занял его место, смотрел в серые глаза Повелителя Железной Саранчи и откровенно очковал…</p></section><section><title><p>Глава 17</p></title><p>Глава 17</p><p>Где-то в Многомерной Вселенной</p><p>Флагманский корабль «Крушитель Миров»</p><p>Корабельные техники прятали глаза, пропуская Грак-Тора. Верховный адмирал, четырёхметровая туша в адамантиевом экзоскелете, шёл по переходной галерее нижнего командного яруса.</p><p>В верхнем углу его внутренного взора застыл кадр из выжженной Курганской степи. Черноволосый человек в плаще и золотые многоконтурные кольца Техносов. Грак-Тор думал о Повелителе Железной Саранчи с той минуты, как оборвалась связь с сектором.</p><p>Старшим шаманам пришлось трижды проверить каждую строчку телеметрии с поверхности. Выходило, у них был шанс.</p><p>На хребте Черского передовые когорты встретили лишь несколько сотен машин. В Курганской степи против танковой бригады действовало около ста тысяч беспилотников. Прежний Рой затмевал светила миллиардами боевых платформ. В сравнении с ним сотня тысяч выглядела жалкой горстью. Да и качество подводило. Танковые излучатели жгли лёгкие серии пачками, броню пробивали даже ручные деструкторы. Тяжёлых пустотных калибров у машин не наблюдалось вовсе.</p><p>Оставалась опасность космической засады. На её поиски Грак-Тор отправил три десятка быстроходных разведывательных корветов и провёл полное сканирование сектора. Разведчики прочесали астероидный пояс, проверили гравитационные тени газовых гигантов.</p><p>Дошла очередь до ледяных мёртвых звёзд на окраинах, солнечную корону тоже просветили. Орбитальных верфей нигде не нашли. Дредноуты в системе не прятались, ударных флотов во тьме тоже не было.</p><p>У гудящего кожуха главной реакторной шахты Грак-Тор вспомнил полузабытые легенды из закрытых шаманских хранилищ Гор-Морка. Древние свитки утверждали, что Повелитель Дронов менял тела. Раз в несколько эпох он бесследно исчезал с радаров Многомерной Вселенной на сотни, порой на тысячи лет. Возвращался в другом обличье и заново строил стальные легионы. Почти не менялись лишь его повадки, расчётливая безжалостность да золотые формулы Техносов.</p><p>Одно имя Повелителя Железной Саранчи прежде заставило бы Грак-Тора развернуть армаду. Взорвать навигационные буи за кормой и на форсаже уходить к дальним рубежам Вселенной! Этот мясник из клановых хроник перемолол в звёздную пыль пятнадцать материнских кораблей Орды, выжег до голого камня три десятка секторов.</p><p>А теперь тот самый Повелитель носил тело из мяса и костей. Бессмертного механического корпуса у него больше не было. Заводских колец вокруг звёзд у него не было, как и неисчислимых армад. Грак-Тор застал врага между эпохами, слабее, чем когда-либо прежде.</p><p>От этой мысли захватило дух. Успеть додавить планету, срубить голову Повелителю до того, как тот вернёт себе мощь! Тогда на Гор-Морке забудут сожжённые в разведке полки и фальшивые рапорты. Ни владыки Длинноухих, ни императоры древних рас тысячи лет не смели мечтать о такой победе. Грак-Тор станет Величайшим вождём в истории Орды. Все кланы склонят перед ним знамёна, Верховный Вождь Гхркал и правители Гор-Морка встанут на колени.</p><p>Но бледное лицо Повелителя Дронов оставалось перед глазами, и сердце орка сжималось от страха. По тёмно-оливковому загривку стекал холодный пот.</p><p>Грак-Тор стиснул зубы. Платиновые гильзы на клыках заскрежетали, он сжал силовой коготь так, что заскулили сервоприводы. Сколько городов он сжёг, сколько эльфийских крейсеров разорвал! А теперь трясся перед одним теплокровным органиком и бесился от собственной трусости. Для решающего штурма тех сил, что были под рукой, могло не хватить. Планету следовало завалить бронёй и пушечным мясом, пригнать сюда как можно больше кораблей. Тогда, может, отпустит и дрожь.</p><p>У тупикового шлюза шифровальной рубки адмирал прижал ладонь к считывателю. Бронированная створка ушла в стену. Адмирал шагнул в круглый полутёмный зал. Возле распределительных колонок дальней связи сутулились два шамана-шифровальщика. Обоим вырвали языки.</p><p>— Всё готово? — спросил Грак-Тор.</p><p>Старший ударил себя кулаком в грудь и торопливо опустил рубильник квантового моста.</p><p>Над центральным пультом поднялись шесть высоких голографических экранов. Полосы подпространственных помех схлынули, открыв угловатые рубки чужих флагманов.</p><p>С первого экрана на Грак-Тора смотрел Ур-Гхаш из пепельных систем. Серый адмирал кривил плоскую, будто вытесанную из базальта морду; из широких ноздрей торчали гофрированные трубки дыхательных фильтров. По соседству сидел чёрный, как каменный уголь, Кар-Барак с выжженными вокруг глазниц багровыми клеймами.</p><p>На третьем канале приземистый зелёный Зуг-Рор чесал рукоятью тесака старые кислотные ожоги на шее. Четвёртый занял Скар-Вейл из внешних туманностей, редкий орк-альбинос. Сквозь бледно-розовую шкуру проступали синие жгуты вен, надбровные дуги щетинились вживлёнными стальными шипами.</p><p>Два последних экрана достались буро-красному громиле Тор-Гулу с медной заплатой на полчерепа и тощему песочно-жёлтому Хак-Зору. Тот пощёлкивал стальными жвалами нижней челюсти.</p><p>Грак-Тор знал всех шестерых по прежним кампаниям. До верховных флотоводцев из высшего совета Гор-Морка им ещё предстояло дослужиться, зато у любого нашлось бы пятнадцать–двадцать крейсеров и полнокровные десантные когорты. Трюмы были набиты тяжёлой бронетехникой. Десятки тысяч обстрелянных головорезов скучали на пограничных рубежах и охраняли тыловые караваны.</p><p>Адмирал упёрся лапами в край пульта. Все шестеро были перед ним.</p><p>— Разговор короткий, — сказал он. — Я нашёл в закрытом рукаве жирный мирок. Оборона кусается, а времени у меня в обрез. Предлагаю вам присоединиться к моей экспансии: снимайте эскадры с дежурства и ведите сюда все свои корабли, пехоту и танки.</p><p>Кар-Барак откинулся на троне, хохоча и хлопая ладонью по колену. Зуг-Рор оскалил кривые клыки. Лай с шести экранов наполнил рубку.</p><p>— Ты никак реакторных паров надышался, Грак-Тор? — спросил серый Ур-Гхаш, отсмеявшись. — С каких это пор мы заделались дешёвыми наёмниками, чтобы по первому свистку гонять флоты за чужой добычей?</p><p>— У Звёздных Свежевателей губа треснула, а таскать тебе каштаны из огня должны мы? — Скар-Вейл оскалил подпиленные зубы. — Ищи дураков в штрафных ямах!</p><p>Грак-Тор спокойно ждал, глядя на хохочущих единственным живым глазом. Когда они отсмеялись, он продолжил:</p><p>— Наёмников ищут в притонах, а я позвал флотоводцев. За этот поход я расплачусь иначе. Взамен я лично обеспечу повышение в должности каждому из вас шестерых. На одну ступень вверх.</p><p>Смех на шести экранах разом оборвался.</p><p>Жвала Хак-Зора замерли. Кар-Барак подался вперёд, вглядываясь в проекцию Грак-Тора. До остальных тоже дошло.</p><p>Каждому из них наверху мешал собственный верховный адмирал. Веками забирал девять десятых добычи, отправлял заместителей гнить в окраинных патрулях и цеплялся за трон. В Орде освободить такое место можно было только вместе с головой хозяина. Грак-Тор предлагал объединить эскадры: захватить планету, а затем общими силами перебить старших флотоводцев. Каждому из шестерых достанется своя армада.</p><p>Дело грозило большой резнёй внутри кланов. Зато опостылевшему командиру можно будет лично перерезать глотку, а потом усесться на его место. Ради этого стоило рискнуть.</p><p>— Серьёзная заявка, Грак-Тор, — сказал Тор-Гул, потирая лапой медную пластину на лбу. — У тебя хватит силёнок подписаться под таким уговором?</p><p>— Когда вы увидите то, что мы заберём с этой планеты, вопросы отпадут сами собой. Так что, по рукам?</p><p>Уговоры вышли короткими. Все шестеро смотрели с неприкрытой жадностью.</p><p>— Мои крейсеры снимутся с якоря через два часа, — первым согласился Кар-Барак и ударил кулаком в нагрудник.</p><p>— Я в деле, — кивнул серый Ур-Гхаш.</p><p>За ними дали согласие Зуг-Рор и Скар-Вейл, затем оставшиеся двое. Грак-Тор нажал клавишу. По закрытым каналам ушли зашифрованные пакеты с частотами маяков и координатами обходных пространственных коридоров. Вместе с ними отправилась инструкция, как провести флоты в нужную систему мимо дозорных постов Совета.</p><p>Один за другим погасли голографические экраны.</p><p>Грак-Тор распрямился и довольно оскалился. Скоро в его распоряжении окажутся десятки новых кораблей с войсками и техникой. О грядущей войне с чужими адмиралами и их кланами он беспокоился мало. Добудь он здесь голову Повелителя Железной Саранчи, и до междоусобицы дело вообще не дойдёт: под его знамёна по одному слову встанут все.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>— Ну, Сириус, радуй, — сказал я, отстегнув опалённый в степи плащ и бросив его на спинку кресла, едва за спиной сомкнулись створки лифта. — Какие новости в мире? Кто из зарубежных партнёров уже успел выразить глубокую озабоченность?</p><p>Укрепляющие плетения отпускали мышцы неохотно. После прогулки ещё гудели плечи. Я повёл шеей до хруста и потянулся к графину с водой на краю стола.</p><p>— По миру новостей никаких, Повелитель, — отозвался Сириус. — В иностранном информационном поле сохраняется полный штиль. Европейские и американские биржи торгуются в штатном режиме, утренние выпуски новостей обсуждают курсы валют и погоду.</p><p>Стакан так и застыл у меня перед ртом.</p><p>— В смысле — никаких? Мы только что устроили в Курганской степи иллюминацию на двадцать пять километров фронта. Сто тысяч дронов, орбитальные трассеры, три пространственных пробоя до самых туч и формулы Техносов на полнеба. У местных держав что, разом ослепли все разведывательные спутники?</p><p>— Почти угадали. Российская Империя первой зафиксировала со своих орбитальных аппаратов начало боя и мгновенно задействовала секретный протокол «Завеса». Военные спутники короны поставили плотную помеху по всему верхнему эшелону и ослепили чужую оптику над Уралом и Западной Сибирью. Ни одна зарубежная разведка ничего не увидела.</p><p>— Надо же, — сказал я, сделал глоток холодной воды и усмехнулся. — Умеют ведь работать быстро, когда жареный петух клюнет. А сам государь как?</p><p>— Судя по биометрическим показателям с нейроинтерфейса, император, кажется, нервничает.</p><p>Дверь в конце зала открылась. Ольга вошла с рабочим ноутбуком под мышкой, за ней из операторской вышли Марго с Эльвирой. Усталые, но довольные: за ночь чисто закрыли тринадцать пробоев от Перми до Байкала.</p><p>— «Нервничает» — это очень мягко сказано! — заявила Марго. Она упала в кресло и вытянула ноги. — Феликс, там в Петербурге сейчас такое творится…</p><p>— Часть генералов Генштаба сразу после трансляции из Кургана подала в отставку, — подхватила Эльвира, присаживаясь на подлокотник рядом с сестрой. — Прямо посреди ночного совещания положили рапорты на стол. Заявили, что сорок лет учились воевать с людьми и дикими тварями, а как сражаться против космической армады и летающих мясорубок, понятия не имеют.</p><p>Ольга положила ноутбук на столик и повернулась ко мне:</p><p>— Там полная паника в верхах, Феликс. Штабные спорят до хрипоты: одни требуют немедленно зарываться в уральские бункеры на полкилометра вглубь, другие предлагают минировать транссибирские мосты ядерными фугасами. В министерствах чиновники пачками вызывают машины скорой помощи и списываются по сердечным приступам. Самое смешное, что они вообще перестали писать что-либо серьёзное в закрытых правительственных сетях. Боятся перехвата. Передают записки лично из рук в руки по коридорам и пишут доклады на бумаге по старинке.</p><p>— Значит, мы теперь не знаем, о чём они там шепчутся?</p><p>Она рассмеялась и хлопнула ладонью по крышке ноутбука:</p><p>— Обижаешь! Я им все внутренние камеры наблюдения в залах заседаний и коридорах взломала ещё неделю назад. Оптика даёт отличное увеличение, читается каждая строчка через плечо. Я всё вижу в прямом эфире, а Сириус записывает и раскладывает по папочкам.</p><p>— Подтверждаю, — вставил дрон. — Каллиграфия у военного министра отвратительная, почерк скачет от тремора рук, однако распознавание текста прошло успешно.</p><p>— И самое главное, — Ольга посмотрела на меня уже серьёзнее. — Император вылетел сюда на спецборту сразу после того, как погас последний якорь в степи. Идёт на форсаже, будет в Уссурийске минут через десять. Всю дорогу расхаживает по салону, пьёт коньяк без закуски и молчит. Кажется, до него только сейчас по-настоящему дошло, что именно ждёт Землю.</p><p>Я кивнул и отправил девочек в жилое крыло отдыхать после ночной вахты, приводить себя в порядок.</p><p>— Сириус, слушай задачу по Кубу. Всё трофейное добро, которое сейчас свозят из Курганской степи, сразу пускай в переработку без остановки на складах. Из орочьих пушек, реакторов и адамантиевой брони гони новые серии ударных дронов с тяжёлым вооружением. Хватит нам стрелять горохом по пустотным щитам, ставь на поток плазменные резаки и фазовые излучатели.</p><p>— Сборочные линии уже перенастроены, Повелитель. Первая партия модифицированных перехватчиков сойдёт с конвейера через сорок минут.</p><p>— И второе, — добавил я. — Закладывай корветы. Лёгкие многоцелевые машины, пригодные и для быстрой переброски грузов, и для атмосферного боя. В подбитых орочьих танках и гравитационных платформах полно отличных тяговых двигателей и первоклассного пустотного сплава, так что материала хватит с головой.</p><p>— Принято в разработку. Однако вынужден напомнить, Повелитель: когда вражеские корабли начнут спускаться в атмосферу Земли, одних лёгких корветов и земного оружия не хватит. Нам потребуется средство поражения совершенно иного калибра.</p><p>Я потёр подбородок, разглядывая голографическую сферу планеты. Конечно, лёгкими машинами тут не обойдёшься.</p><p>Земные генералы при слове «крейсер» думали о стометровом водоплавающем корыте с пушками, которому хватит пары противокорабельных ракет. Как объяснить людям, никогда не покидавшим планету, что прилетит к ним? Два километра боевого корабля, парящего в пяти километрах над землёй на гравитационных подушках. От одного рёва маршевых дюз внизу сложатся панельные многоэтажки, у людей на десятки километров вокруг полопаются барабанные перепонки.</p><p>Зенитные ракеты и артиллерийские батареи ему даже обшивку не поцарапают: многослойные пустотные щиты примут всё. А за полчаса работы бортовых батарей на месте миллионного мегаполиса останется кипящий шлак. Дальше крейсер пойдёт вдоль железных дорог и промышленных узлов. Лазерами срежет электростанции; рельсотроны доберутся до подземных бункеров. Танковым дивизиям хватит плазменного обстрела на марше. За сутки одна посудина поставит на колени целую страну, а выжившие начнут осваивать каменный век.</p><p>— Пора запускать проект «Копьё», Сириус, — сказал я вслух. — Подними чертежи из закрытого архива и пересчитай под местную сырьевую базу.</p><p>— Смета сформирована, Повелитель. Но для развёртывания пусковых комплексов нам понадобятся обширные закрытые территории, а расход редких металлов и энергоносителей превысит текущие запасы Приморья в несколько десятков раз.</p><p>— Знаю, удовольствие совсем не дешёвое. Вот сейчас император приземлится, с ним и поговорим про спонсорство. Только продавать ему сами «Копья» и делиться технологиями мы, разумеется, не будем. Будем продавать сбитые корабли. Поштучно.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Император добрался до Уссурийска на сверхзвуковом борту в скромной ливрее гражданского ведомства. Самолёт сел на дальней военной полосе. Через четверть часа неброский бронированный седан уже остановился у бокового подъезда закрытой правительственной гостиницы «Кедровая Долина» на окраине города. Встреча обошлась без губернаторского кортежа, мигалок и оркестра: Александр Пятый прилетел инкогнито.</p><p>Верхний этаж гостиницы оцепили. В полумраке коридора с коврами, куда я вышел из лифта, стояло десятка два лейб-гвардейцев в гражданских пальто. Старший узнал меня, отступил на шаг и молча распахнул дверь углового люкса.</p><p>Александр стоял у зашторенного окна. Вместо парадного кителя на нём была тёмная рубашка, ворот расстёгнут; в руке бокал янтарного коньяка. Под глазами пролегли глубокие тени.</p><p>— Ну как вам представление, Ваше Величество? — спросил я, закрывая за собой дверь. — Понравилось?</p><p>Он обернулся и долго смотрел на меня, потом поставил бокал на столик.</p><p>— Знаешь, Феликс… Сириус показывал мне в Уссурийске многое. И горящие сектора, и флоты размером с Луну. Но одно дело — смотреть чужие воспоминания тысячелетней давности, и совсем другое — видеть это практически вживую, в собственной курганской степи, где за железной дорогой в окопах сидят твои солдаты, — сказал он, прошёлся по комнате и сцепил пальцы за спиной. — Разные мысли в голове крутятся. Но если подвести итог тому, что мы имеем прямо сейчас… А имеем мы то, что Империя ни хрена не готова. Да я вообще сомневаюсь, что хоть одна страна в мире способна к такому подготовиться. Эта мощь перекрывает всё, чем располагает человечество. Какой у нас вообще есть шанс с этим справиться?</p><p>Я устроился в кресле, закинув ногу на ногу.</p><p>— Зря вы так мрачно смотрите на вещи, Государь. Шансы есть всегда. Просто без посторонней помощи сначала умрёт половина населения Земли, прежде чем вторая половина начнёт понемногу приспосабливаться. Человеческая раса живучая. Всё равно где-нибудь в развалинах завалите одного зазевавшегося орка, снимете с трупа плазменную винтовку, а с этой винтовкой уже можно из засады уложить пятерых. Потом ваши инженеры разберут трофейные генераторы щитов, скопируют технологии, наладят кустарный выпуск под землёй и начнут огрызаться всерьёз. Так всегда происходит на молодых планетах, если только вы не проиграете всухую в первые трое суток.</p><p>Император опустился на диван с кривой усмешкой.</p><p>— Печальная судьба. Очень хотелось бы такого сценария избежать. Что мы реально можем сделать сейчас? Расклад в столице паршивый: часть генералов в Генштабе уже подаёт в отставку. Армия, мягко говоря, в глубоком шоке. В ведомствах не лучше: чиновники пачками пишут заявления по здоровью, а многие аристократы принялись в срочном порядке распускать свои родовые гвардии до минимума. Точнее, делают вид по бумагам, что распускают, а сами тихо перебазируют полки по охотничьим заимкам и дальним усадьбам. Боятся, что я сейчас объявлю поголовный сбор и погоню их под Курган брать в руки оружие. Не хотят они идти в ту мясорубку. Многие наверху увидели кадры, и теперь… Хрен его знает, за что хвататься. Впрочем, есть и плюсы.</p><p>— Какие же? — поинтересовался я.</p><p>— Как минимум к тебе претензий теперь вообще практически ни у кого не осталось. Вопрос только в том, что страха перед тобой стало на порядок больше. Сегодня под утро в одном закрытом кружке особо пугливые господа даже предложили скинуться всем миром в общий котёл на твою ликвидацию. Мол, не должен среди людей ходить человек с такими способностями.</p><p>От удивления я моргнул:</p><p>— Я ж, на минуточку, ещё даже ничего толком не показал!</p><p>— Никто на Земле так не умеет, Феликс, — покачал головой император. — По твоим космическим меркам те золотые знаки, может, и были лёгкой разминкой, но главное другое: у остальных людей ничего подобного нет. Ты вышел пешком против танковой бригады пришельцев и взмахом руки разрубил пополам четырёхметрового монстра в непробиваемой броне. Для них это нечто новое, непонятное и пугающее до икоты. А того, чего не понимают, всегда боятся.</p><p>— И что сталось с теми инициативными ребятами, которые предлагали скинуться?</p><p>— Были посланы остальными прямо на месте, грубо говоря. Желающих проверять на себе твои золотые кольца не нашлось. Но по зачинщикам уже идёт плотная разработка. Единственный, кто в эту ночь вообще не сплоховал, — Тайная Канцелярия. Фильшин со своими новыми ребятами устроил там знатную чистку, перестановки закончены, ведомство пашет как часы. Только одними арестами войну не выиграть. Скажи прямо: что мы можем сделать против орков?</p><p>Рядом показался Сириус, отключив невидимость. Мы переглянулись, я кивнул.</p><p>Дрон завис над журнальным столиком и развернул трёхмерную голограмму. Над полированной столешницей поплыли угловатые силуэты орочьих кораблей: десантные транспорты, штурмовые фрегаты и тяжёлые крейсеры класса «Опустошитель». У последних было по два километра от носа до кормы, батареи тянулись вдоль литых бортов.</p><p>— Вот когда эти штуки окажутся здесь, в нашем небе, — сказал я, указывая на проекцию крейсера, — тогда и начнутся настоящие проблемы.</p><p>Александр наклонился к голограмме, разглядывая сетку размеров возле корабля.</p><p>— Большие проблемы.</p><p>— Максимально большие, — подтвердил я.</p><p>Я мысленно велел Сириусу показать крейсер в деле. Над столом появился земной мегаполис, а в низких облаках над ним повис орочий двухкилометровый корабль. С его обшивки ударили десятки лучей. Лазеры прорезали кварталы; в опоры мостов и правительственные здания влетали кинетические болванки спаренных рельсотронов, разогнанные до орбитальной скорости. Плазменные турели заливали улицы огнём.</p><p>По мере того как горел макет, у императора каменело лицо.</p><p>— То есть, получается, один такой корабль способен за полчаса уничтожить полгорода?</p><p>— Ну, у вас же какая-никакая противовоздушная защита над столицей есть, — сказал я, пожав плечами. — И, в принципе, если вы влупите по нему прямым ядерным ударом в упор, то сможете просадить щиты и повредить обшивку.</p><p>— Отличное утешение! — помрачнел Александр. — Только ядерный удар на такой высоте заодно снесёт и сам город.</p><p>— Всегда есть цена всему, Ваше Величество. Впрочем, до ядерного пепла над площадями можно не доводить. Предлагаю Российской Империи купить у меня, так сказать, услугу по уничтожению этих кораблей.</p><p>— В смысле — купить?</p><p>— В прямом. Есть у меня в загашнике один старый проект под названием «Копьё». Я могу развернуть его прямо здесь, на земной базе, и бьёт эта штука наверняка. Загвоздка лишь во времени. Своими силами накопать в шахтах и синтезировать нужное количество редкого сырья я быстро не успею: орки проломят небо раньше. Мне нужны готовые ресурсы, причём немедленно. В общем, взгляните сами.</p><p>Вместо горящего города перед Александром возникла таблица: Сириус вывел перечень необходимого.</p><p>Император прочитал первые строки.</p><p>— Это настолько гигантский проект⁈ — вырвалось у него. — Феликс, тут же тонны чистой платины, горы высокоточных микрочипов, эшелоны ракетного топлива самой высшей очистки! А ниже — золото в банковских слитках, редкоземельные концентраты, осмий, какой-то запредельно дорогой иридий… Ты здесь Звезду Смерти строишь, что ли⁈</p><p>— В смысле — настолько дорогой проект? — удивился я. — Государь, это не весь проект. Это себестоимость одного сбитого корабля.</p><p>— В смысле⁈</p><p>— Давайте сразу расставим точки над «ё», — пояснил я. — Я никого не пускаю в свои закрытые проекты, не передаю чертежи вашим военным заводам и не делюсь технологиями Роя. Но что я могу сделать — так это продать вам гарантированно уничтоженные корабли противника. Работаем по простой схеме: в небе появляется орочий крейсер, вы тычете в него пальцем, я нажимаю кнопку и разношу его в хлам. Как только обломки падают на землю, мы списываем одну оплаченную единицу с вашего аванса. Выбор за вами. Ах да, и ещё мне понадобятся закрытые территории под пусковые позиции: чтобы мы всё огородили, выставили периметр и никакие грибники там под ногами не шастали.</p><p>— Так ты же князь Приморья! Делай на своих землях что угодно, зачем у меня спрашивать?</p><p>— Ну блин, я-то князь, а завтра император пришлёт комиссию из Сената и скажет, что я самоуправством занимаюсь…</p><p>— Ни хрена я не скажу! Делай что хочешь, бери себе сколько надо гектаров, хоть горы до основания ровняй!</p><p>— С горами уже… — машинально буркнул я себе под нос, вспомнив про наш подземный конвейер в сопках.</p><p>Император нахмурился:</p><p>— Что?</p><p>— Ничего, ничего, всё хорошо, — сказал я и сделал самое невинное лицо. — Пошутил.</p><p>Александр пропустил мою реплику мимо ушей: ему сейчас было не до приморской географии. Он взялся за подсчёты. На планшете открывал закрытые сводки Гохрана, сверял их со стратегическими резервами. Пару минут постукивал пальцем по краю экрана, затем взглянул на меня:</p><p>— Сколько они в теории могут прислать сюда таких кораблей?</p><p>— Хрен его знает. Поначалу, в первом эшелоне прорыва, может, два. Может, пять или семь…</p><p>Александр кивнул, снова уткнулся в калькулятор на планшете.</p><p>— Напомню только, Ваше Величество, что перебросить всё это сырьё нужно максимально быстро. Времени на бумажную волокиту и железнодорожные накладные нет. Вы даёте координаты складов, мои тяжёлые грузовые дроны прилетают на точку, забирают контейнеры и уходят обратно на гиперзвуке. Объёмы там действительно приличные.</p><p>Закончив считать, он опустил планшет на колено и посмотрел мне в глаза:</p><p>— Хорошо. Тогда я возьму с запасом.</p><p>— Восемь? — прикинул я.</p><p>— Почти. Только восемьдесят. Но это так, на первое время, дальше — больше.</p><p>Восемьдесят? Я пару раз моргнул.</p><p>— В смысле — восемьдесят⁈ Вы вообще представляете, сколько это ресурсов в пересчёте на тонны?</p><p>— Ничего страшного. У Российской Империи за последние три века накопились кое-какие стратегические запасы в закрытых хранилищах, и почему-то мне кажется, что сейчас настало самое подходящее время совершенно на них не экономить. На том свете нам платина без надобности.</p><p>Я моргнул ещё раз, вгляделся в сосредоточенную физиономию Александра и расхохотался. Секунду спустя из динамика Сириуса понёсся совершенно неприличный механический хохот.</p><p>Государь нахмурился. Ещё и обиделся.</p><p>— И что здесь смешного, позволь узнать?</p><p>— Да вы только посмотрите на себя! — отсмеявшись, выдохнул я. — Пять минут назад вы сидели тут чернее тучи и спрашивали, что вообще способна сделать ваша страна. А сейчас собственной рукой взяли и уничтожили восемьдесят тяжёлых космических кораблей Орды, имея на вооружении армию, которая уступает пришельцам на три технологических уклада! Причём сами зелёные даже не поймут, кто именно выписал им билет в один конец! У меня-то здесь собственных запасов хватило бы от силы на два «Копья». Кстати, в вашем заказе есть ещё и приятные бонусы.</p><p>— Какие ещё бонусы?</p><p>— Ну как же! Раз вы выступаете официальным заказчиком и оплачиваете банкет, то по каждому сбитому борту вам полагается полный клиентский отчёт. Съёмка перехвата со всех ракурсов, телеметрия попадания, крупные планы разлетающихся переборок… В общем, скучать в Зимнем дворце точно не придётся.</p><p>Александр отмахнулся, поморщившись:</p><p>— Да на хрен мне сдались эти твои отчёты? Если в небе появится такая тварь — просто сразу же сбивай её к чертям, без всякой чепухи!</p><p>— Э, нет, порядок есть порядок, — сказал я, поднимая палец. — К видео в сверхвысоком разрешении полагается живой эксклюзив. Мои дроны специально вытащат из падающих обломков пару уцелевших орочьих офицеров, чтобы те потом на камеру в красках рассказывали вам про свои эмоции во время уничтожения корабля: как у них поджилки тряслись, какой животный ужас они испытали, когда хвалёная броня пошла по швам… Плюс к каждому отчёту приложим настольную трёхмерную голограмму боя и полный пакет исключительных авторских прав!</p><p>Он уставился на меня как на умалишённого:</p><p>— Феликс, ты издеваешься? На хрена мне авторские права и рассказы перепуганных орков⁈</p><p>— Как это на хрена? У вас сейчас казна несёт колоссальные расходы, значит, потом нужно будет как-то отбивать убытки и получать прибыль! Выпустите эти настольные голограммы в массовое производство, будете продавать сувениры по всему миру за твёрдую валюту. Опять же, для ваших военных академий выйдет шикарное учебное пособие на будущее, а министерство пропаганды сможет крутить документальные фильмы в кинотеатрах, чтобы генералы обратно в строй просились! В общем, как монетизировать — дело ваше. Моё дело — собственную совесть успокоить, чтобы меня по ночам не грызло чувство, будто я тут вас внаглую граблю. Я ведь привык во Вселенной всё добывать своими руками. Да и здесь, если прижмёт, могу разобраться с флотом голыми руками… только не факт, что ваша планета такой метод переживёт. Я-то переживу, а вот за земную кору не ручаюсь.</p><p>Тут Александр разом посерьёзнел и выставил вперёд ладонь:</p><p>— Вот только не надо своими руками! Не вздумай взваливать всё исключительно на свои плечи, Феликс. Тебе ведь всего двадцать…</p><p>— Ага, — хмыкнул я. — Тысяч туда добавить не забудьте, император.</p><p>Император осёкся. Вздохнул, потёр лоб:</p><p>— Блин… Забываю вечно, с кем разговариваю. В любом случае не тяни всё в одиночку! Я твой император, за моей спиной огромная страна и ресурсы полушария. Я всё решу, склады откроем, всё будет нормально. Давай сюда списки, что ещё требуется, куда и в каком порядке везти. Или, может, мы с тобой прямо сейчас ещё что-нибудь придумаем для обороны?</p><p>— Ну, если прямо сейчас… — сказал я и прикинул в уме свободные мощности конвейеров. — Могу, к примеру, специально для прикрытия Петербурга по-быстрому, буквально за одни сутки, собрать тысяч семь боевых дронов новой серии. Чтобы над столицей муха без спроса не пролетела. Но для такой скорости нужны специфические комплектующие, причём доставить их надо прямиком в Куб.</p><p>Сириус показал наш приморский Куб Власти. Посреди городского квартала возвышался исполинский чёрный монолит; по матовым граням бежали синие силовые прожилки.</p><p>Александр оживился:</p><p>— А двадцать тысяч таких дронов для защиты столицы сделать сможешь? Идеально бы закрыли весь округ. Беру не глядя!</p><p>— Сделать-то смогу, только ресурсы там действительно специфические, — предупредил я.</p><p>— Насколько специфические?</p><p>Возле Куба Сириус развернул перечень: легированный титано-ванадиевый прокат, высокочастотные блоки наведения, серебряно-палладиевые контуры, редкоземельные магниты, твёрдое высокоэнергетическое топливо и кремниевые чипы военного класса.</p><p>Император сфотографировал таблицу на планшет и принялся быстро листать закрытую ведомственную базу. При этом бормотал:</p><p>— Ага… Так, это сходится… Ага, и этого навалом… Ага, ага, идеально…</p><p>Он сверил последнюю колонку и поднял голову:</p><p>— Слушай, а как именно у тебя происходит приёмка груза в эту штуку? Там какие-то ворота, краны, разгрузочные пандусы?</p><p>— Зачем краны? — усмехнулся я. — Можете хоть с транспортников на парашютах прямо на крышу сбрасывать, Куб всё равно поглотит любой объём. Там внешняя оболочка из фазового композита, она втягивает и раскладывает на атомы всё, что соприкасается с поверхностью и внесено в протокол приёма.</p><p>— А если груз, допустим, на большой скорости об этот твой Куб ударится? — уточнил государь. — Не расколет?</p><p>— Для того, что летит внутрь по списку, его грань мягче пуховой перины. Ему вообще плевать на кинетические удары, хоть из космоса болванками запускай — проглотит и не подавится. Метеорит, кстати, тоже спокойно может впитать вместе со всей ударной волной.</p><p>— Хоть из космоса, говоришь… — Александр задумчиво кивнул. — Понял. Принято.</p><p>Александр занялся сообщениями. Набирал одно за другим, прикладывал большой палец к сканеру, подтверждая личные императорские коды.</p><p>Прошло не больше трёх минут, и у меня в кармане завибрировал телефон.</p><p>— Слушаю, Оля.</p><p>— Феликс, у нас огромная проблема! — голос Фурии звенел от напряжения. — Я вообще не понимаю, что происходит, но, возможно, император окончательно сошёл с ума!</p><p>— Что стряслось?</p><p>— Только что по закрытому каналу Ракетных войск стратегического назначения прошёл боевой приказ за личной подписью Александра Пятого! По нашему Приморью, прямо по центру Уссурийска, приказано нанести массированный ракетный удар!</p><p>— Чего⁈</p><p>— Шахтные пусковые установки и мобильные дивизионы уже отстрелялись! — сказала Ольга. — Все боеголовки сведены в одну точку — ровно по координатам нашего Куба! Подлётное время — секунды!</p><p>Александр напротив как ни в чём не бывало допивал коньяк.</p><p>— Да ладно… — протянул я. — Оля, отставить панику. Передай картинку с внешних камер Сириусу.</p><p>Через секунду над столом уже шла прямая трансляция с внешних камер в центре Уссурийска.</p><p>Из утренних облаков с гиперзвуковым свистом отвесно падали тяжёлые армейские ракеты. За каждой тянулся белый инверсионный хвост. Первая многотонная сигара на гиперзвуке врезалась в верхнюю грань Куба и целиком ушла в матовую черноту. Взрыва не последовало. От удара по поверхности разошлась синяя круговая рябь, ни грохота, ни осколков.</p><p>За первой провалилась вторая. Следом третья, четвёртая… Спустя пару секунд из облаков вывалились две махины межконтинентальных ракет. За ними посыпались оперативно-тактические комплексы. Тридцать восемь крылатых и баллистических подарков со всех полигонов Дальнего Востока и Сибири уходили в монолит под глухое уханье: бух, бух, бух, бух, бух!</p><p>Полминуты спустя небо очистилось. Целёхонький Куб довольно гудел топками, переваривая доставку.</p><p>Я оторвался от голограммы и поднял взгляд на довольного императора:</p><p>— У вас с головой всё нормально, Ваше Величество⁈</p><p>Александр развёл руками, поставив пустой бокал на блюдце:</p><p>— А что такое? Ничего не знаю. Ты сам сказал: по-быстрому нужны специфические компоненты, Куб ударов не боится, хоть из космоса запускай. Вот тебе компоненты с доставкой за три минуты, сдачу оставь себе. Микросхемы военного класса там есть, редкие и редкоземельные металлы в головных блоках и двигателях есть, титан и высокоэнергетическое топливо тоже в наличии. Боевые части я, естественно, велел заблокировать на старте. Всё, считай, по счёту за дронов я расплатился полностью.</p><p>— Сириус? Что там по приёмке?</p><p>Пару секунд в Сириусе шуршали вычислительные алгоритмы: он пересчитывал молекулярную массу проглоченного арсенала.</p><p>— Докладываю, Повелитель: мы получили ровно в три раза больше дефицитных ресурсов, чем запрашивали по смете. Остальные мелкие позиции вроде базовых полимеров, изоляции и технического пластика Куб спокойно покроет за наш собственный счёт, благо на складах этого добра с избытком.</p><p>— Отлично, — кивнул я. — Значит, ставь в очередь не двадцать, а тридцать тысяч боевых дронов и сделай наконец столицу безопасной.</p><p>Александр сразу наклонился ко мне с живейшим интересом:</p><p>— Слушай, Феликс… А ты не можешь сделать для армии хотя бы полмиллиона дронов? Или лучше сразу миллиона два? А то у нас этих старых ракет на складах капец как много на самом деле!</p><p>Я посмотрел на горящие глаза государя и опять расхохотался. С этим императором мы сработаемся. Главное теперь уследить, чтобы ради оптовой скидки он раньше времени не расстрелял по моему Кубу весь ядерный щит державы.</p></section><section><title><p>Глава 18</p></title><p>Глава 18</p><p>Я разглядывал расчёты брони для Дредноута. Поверх них лезли графики рудокопов. Справа мигала сводка из Пекина, слева требовала внимания карта девяти оставшихся якорей Орды. Ещё надо было разобраться с императорскими ракетами и придумать, как добраться до кораблей на орбите.</p><p>В прошлой жизни я держал в памяти полсотни звёздных секторов, управлял тремя миллионами боевых машин и между делом правил чертежи линкоров. Мозг этого слабого тела сдался на полутора десятках задач: в затылке стучало, веки слипались. Будь у этого тела маркировка производителя, я бы предъявил претензию.</p><p>— Сводка по Северо-Западному округу, Повелитель, — Сириус завис у моего плеча. — Тридцать тысяч боевых единиц прибыли в столицу. Эшелоны распределены, патрули вышли на круглосуточные маршруты. Воздушное пространство Петербурга под нашим контролем.</p><p>— Хоть одна хорошая новость, — я потянулся к чашке с давно остывшим чаем. — Что со второй частью груза?</p><p>Вкладки на голограмме над столом сдвинулись, освобождая место схеме подземного Петербурга. На ней загорелись шестнадцать зелёных точек.</p><p>— Медицинские хабы готовы, — сказал Сириус. — Заняли коллекторы, тупики метро, пространства под набережными и бункеры. В некоторые люди десятками лет не заглядывали. Входы закрыли оптическим отводом глаз, сигналы подавляем.</p><p>К зелёным точкам тянулись отметки грузовых платформ.</p><p>— Сейчас завозим медикаменты, плазму, регенерационные составы и реанимационные капсулы. Отдельная ветка идёт к правительственным кварталам и основным ведомствам. Если государя или кого-то из генералов накроет, дежурная группа окажется у постели через несколько секунд. Откачаем любого.</p><p>— Хорошо. Император нам живым нужен. Только приучили человека открывать государственные закрома. Второго такого спонсора я ещё долго не найду.</p><p>Я поставил чашку и развернул карту фронта. Вдоль Урала и за Тоболом мигали новые стычки. Илья Фильшин пинками загонял армейские корпуса и родовые дружины в эшелоны, а теперь они уже дрались у пробоев.</p><p>Сбоку обновилась колонка потерь. Я открыл сводки под Златоустом, затем у Тюмени. Цифры почти совпали.</p><p>— Сириус, со столицей разобрались. Теперь вот это.</p><p>Я развернул перед ним обе сводки.</p><p>— Мобилизационный резерв Империи исчисляется миллионами, Повелитель.</p><p>— Вижу. Потому и гонят эшелон за эшелоном. Девочки закрывают дронами самые тяжёлые участки, а посмотри, что творится там, где люди сходятся с десантом напрямую. Двадцать наших за одного орка. Люди закончатся раньше, чем у орков опустеют трюмы. Их бойцы адамантии проходят через пулемётный огонь, снаряды принимают на щит и выжигают рассекателем целый взвод. У пехоты даже ответить толком нечем.</p><p>— Перевести свободные линии Куба на лёгкие дроны сопровождения?</p><p>— Всю территорию всё равно не перекроем. Давай отчёт по «Копью».</p><p>Вместо карты появилась шахта в разрезе.</p><p>— Пусковые колодцы готовы на девяносто шесть процентов. Императорский транш пошёл в дело. Первые два образца собраны, кристаллы откалиброваны. Сейчас наносим последние глифы.</p><p>— Заканчивайте. Испытывать будем по живой мишени.</p><p>— В атмосфере пока одни десантные челноки. Для них калибр избыточен, а корабли капитанского ранга ждут за пределами сектора.</p><p>— Значит, придётся заманить кого-нибудь поближе. Сириус, строй корабль.</p><p>— Ещё один?</p><p>— Атмосферно-космический. Большой, километра на два-три. Лучше на четыре. Обводы и компоновку возьми у орков, а броню с рубкой переделай под нас. Чтобы из космоса было видно: Рой строит.</p><p>— Четыре километра, Повелитель? На один корпус сколько металла уйдёт! Вы хоть балки с обшивкой посчитайте, я уж про кабельные трассы молчу!</p><p>— Мы в Приморье полгоры изнутри выгрызли, металла у нас завались. Плюс танковые корпуса из-под Кургана, плюс тридцать восемь баллистических ракет от нашего спонсора. Железо найдётся.</p><p>— Железо найдётся, — согласился Сириус. — А стапель? В центральном вы с Лепенцием Дредноут собираете. В наружные ангары у нового корабля даже нос не влезет.</p><p>— Делай полыми секциями, вывезем и соберём в степи. Проект «Фауст».</p><p>Синий глазок мигнул, пока дрон копался в архивах. Затем дрон подскочил на полметра.</p><p>— «Фауст»! Ложное ядро, программируемые швы разрушения! Повелитель, вы помните, что мы в системе Веги…</p><p>— Я его сам чертил, Сириус.</p><p>— Тогда да! Обойдёмся каркасом на пироболтах, щиты с палубами вообще не нужны! А в обшивку сунем дымовые шашки и излучатель, пусть орёт во все стороны, будто мы главный калибр запускаем! — дрон сделал круг над столом и вернулся к схеме. — Зеленокожие такое пропустить не смогут.</p><p>— На это и рассчитываю.</p><p>Я открыл чистый лист и набросал схему полигона. Следующие полчаса мы сводили толщину обшивки с мощностью излучателей, график ночных перевозок с загрузкой линий. Под конец я развернул модель и указал угол разлома. «Фаусту» предстояло красиво умереть перед камерами.</p><p>Собрали его за четыре дня.</p><p>Все девяносто шесть часов цеха Куба штамповали короба из листового железа. Дроны в выеденной горе варили швеллеры, секции обрастали обшивкой и матовой краской под титановый композит Роя. По ночам грузовые платформы под прикрытием РЭБ уносили готовые части на восток, к стыку Амурской области и Забайкалья. До ближайшего посёлка оттуда было больше сотни километров.</p><p>Под маскировочным куполом монтажники состыковали трёхкилометровый корпус. Клиновидный нос, раструбы двигателей на корме, башни вдоль бортов. Водопроводные трубы после покраски вполне сошли за стволы корабельных орудий. Внутри тарахтели трофейные танковые генераторы, а излучатели вместе с антигравами рисовали на чужих приборах след готовящегося к взлёту флагмана.</p><p>На рассвете пятого дня я устроился перед главным экраном Башни с чашкой кофе.</p><p>— Поднимай на восемьсот метров, Сириус. Убирай маскировку. И дай по ионосфере так, чтобы у шаманов на орбите пломбы из клыков вылетели.</p><p>— Выполняю, Повелитель.</p><p>Трава под «Фаустом» легла от работающих антигравов. Корабль поднялся над полями, и маскировочный купол схлопнулся. На экране открылись три километра гранёной брони с орудийными башнями вдоль бортов. За столько железа даже стало обидно: дроны четыре дня варили, красили, стыковали, а любоваться будем несколько минут.</p><p>Излучатели в брюхе дали импульс. Приборы показали раскрутку корабельного ядра перед выходом на орбиту.</p><p>Я начал отсчёт. На тридцать седьмой секунде заверещал телефон правительственной связи. Я включил громкую.</p><p>— Феликс, что за херня там у тебя творится⁈ — за голосом Александра Пятого выли сирены, кто-то с грохотом уронил стул. — Спутники только что засекли над Амурской равниной космический объект! Три километра! Что это за корабль⁈</p><p>— А, этот? — я отпил кофе. — Мой, Ваше Величество.</p><p>— Твой⁈ А когда мы в Уссурийске сидели, ты чего молчал? Откуда он за несколько дней нарисовался? Феликс, я тоже такой хочу! Десяток хотя бы. Назови цену, сейчас указ подпишу!</p><p>— Попридержите коней, Государь. Лучше посмотрите, что дальше будет.</p><p>Над поверхностью висел корабль Роя, прогревал ядро и пока обходился без боевых щитов. Я бы на месте орков немедленно послал его добивать.</p><p>Облака над равниной разошлись, пропуская орочий крейсер. Он свалился из космоса, раскаляя воздух тормозными дюзами. По размерам почти близнец «Фауста», с такими же спаренными башнями, только у этого под обшивкой лежали три километра адамантия. Наша жестянка рядом с ним выглядела вполне убедительно.</p><p>Крейсер открыл огонь с ходу. Плазма прошила обшивку «Фауста», лазеры срезали башню; следом ударили рельсотроны. С борта посыпались листы, в небе закрутилась оторванная труба.</p><p>— Феликс, он же тебя сейчас в решето превратит! — донеслось из телефона. — Почему висите? Поля включай! Отвечай!</p><p>Тем временем орочий капитан подвёл крейсер поближе, и следующий залп лёг почти в упор.</p><p>— Нервные ребята. Только обновку выкатил подышать, а они сразу стрелять. Никакого уважения к чужому труду.</p><p>— У тебя корма горит, какое уважение⁈ Бей из главного калибра!</p><p>Крейсер дал ещё один залп, и я шевельнул пальцем.</p><p>В «Фаусте» сработали три тысячи пирозамков. Дымовые генераторы выбросили чёрные клубы, внешний передатчик выдал скрежет разрываемого металла. Корабль переломился посередине. Половины завалились в разные стороны и рухнули в поля, роняя по дороге башни и обшивку.</p><p>— Он что… пополам развалился? — сказал наконец Александр. — Феликс… Это точно так и задумывалось?</p><p>— Точно. Не отключайтесь, Государь.</p><p>Над обломками ревели победные сирены. Орочий крейсер завис в полутора километрах над землёй и начал задирать нос. На приборах просела мощность щитов: капитан перебрасывал энергию на маршевые двигатели. Собрался домой, победитель.</p><p>В сорока километрах к западу открылись крышки двух шахт.</p><p>— «Копьё-один», «Копьё-два». Пуск, — доложил Сириус.</p><p>Из склонов выбило пыль. Два гранёных снаряда ушли под углом к горизонту, каждый длиной сто пятьдесят метров и толщиной с железнодорожный состав. По титановым корпусам с платиной и иридием горели спирали глифов Техносов. Кристаллы в наконечниках сжимали пространство перед остриём.</p><p>Копья пересекли сорок километров за несколько секунд. Зенитные башни крейсера ещё разворачивались, когда золотые знаки на фокусаторах вспыхнули и продавили ослабленный щит.</p><p>Оба снаряда ударили в левый борт. В броне застряли двадцатиметровые наконечники, а по сто тридцать метров древков торчали снаружи. Крейсер качнуло, он просел на сотню метров и удержался на антигравах.</p><p>— Попал! — крикнул император. — Оба вошли! Подрывай, Феликс!</p><p>— Что подрывать?</p><p>— Боевые части! Чем ты их начинил, термоядеркой, плазмой? Подрывай к херам, пока они не очухались!</p><p>— Взрывчатки там ни грамма.</p><p>— Как это⁈ Да ты его такими болванками до завтра утыкивать будешь! Что ему две дырки в обшивке⁈</p><p>— Сейчас увидите.</p><p>Через десять секунд по брюху крейсера прошла цепочка внутренних хлопков. Из вентиляционных шахт повалил дым. Лазерная батарея дала очередь в пустое небо и погасла.</p><p>— Феликс?</p><p>— Полые они, Ваше Величество, и в наконечниках шлюзы. Доставили внутрь несколько тысяч штурмовых дронов, а дальше они сами разберутся.</p><p>На схеме корабля множились наши отметки. В узких коридорах орки мало что могли противопоставить абордажным сериям. Пока одни лезли к оружейным постам, другие добрались до машинного отделения.</p><p>Правая дюза мигнула багровым, выбросила синие искры и погасла. «Шершни» перерезали кабели управления тягой. Крейсер лишился хода и гравитационной компенсации, задрал нос и плашмя упал в холмы рядом с «Фаустом».</p><p>Землю под ним выгнуло. Над полями поднялась стена глины и чернозёма, удар отметили даже сейсмографы в Чите. Реактор остался цел: абордажные группы успели заглушить его перед падением.</p><p>— Упал… — выдохнул Александр. — Он же реально упал! Феликс, что теперь?</p><p>— Я перезвоню.</p><p>Я нажал отбой и поднялся.</p><p>— Сириус, туда все свободные боевые крылья. Транспортники, уборочные платформы, резаки. Живо!</p><p>Через двенадцать минут мой челнок сел на выжженную пашню в двухстах метрах от «Опустошителя».</p><p>Нижние ярусы крейсера смяло, но половина экипажа и десантная когорта уцелели. Из пробоин выбирались орки. Заклинившие люки вышибали изнутри, в проёмах появлялись стволы пехотных пушек. Плазма била по нашим дронам, пикировавшим к борту. Штурмовые платформы прижимали огнём тех, кто успел закрепиться снаружи, абордажные серии продвигались по перекошенным отсекам.</p><p>У шлюза дроны добрались до расчёта пехотной пушки. Выстрелы смолкли, над бронёй взвизгнули пилы. Я держался у челнока, пока платформы подавляли остальные огневые точки.</p><p>Через четверть часа внешние шлюзы были наши. Я пошёл вдоль борта, перешагивая бронеплиты и обломки турелей. Над долиной сомкнулся маскировочный купол радиусом в десять километров. Для спутников здесь снова лежала пустая осенняя степь. Дроны в верхнем ярусе забивали эфир и гасили аварийные маяки.</p><p>Оставалось надеяться, что орки потратят время на попытки вызвать пропавшего капитана.</p><p>— Разбираем до последнего винта! — я поднялся по проломленной аппарели. — Как только они сообразят, что крейсер замолчал насовсем, накроют последние координаты с орбиты. Шевелимся!</p><p>Первый резак вошёл в адамантиевый борт. Следом ещё несколько; по броне побежали линии разрезов. Сборщики подхватывали отделённые плиты, транспортники уносили их к челнокам. Из орудийного гнезда вырвали пушку вместе с креплениями. Генератор щита уже плыл над палубой, и дроны на ходу откусывали оставшиеся кабели.</p><p>Челноки уходили к Уссурийску на гиперзвуке. В Куб сбрасывали всё без сортировки: разберётся, лишь бы успеть вывезти.</p><p>Из кормовых арсеналов потянулись стойки с бластерами и ящики карабинов. За ними манипуляторы тащили связки мечей, пистолеты, энергоячейки. На полу у вскрытой оружейной набралось столько лёгких разгрузок, что дронам пришлось подхватывать их целыми охапками.</p><p>Я прошёл к реакторному отсеку и начал помечать глифами узлы, которые стоило вырезать первыми. За спиной одна за другой исчезали перегородки. Снимали палубный настил, под ним сразу вскрывали следующий ярус. Там, где я только что шёл по коридору, уже торчали погнутые шпангоуты.</p><p>Счётчик времени отсчитал двадцать минут разборки, затем двадцать пять. На тридцатой я ещё раз проверил поступления в Куб: челноки успевали разгружаться и возвращались за следующей партией.</p><p>На тридцать восьмой Сириус перекрыл общий канал:</p><p>— Повелитель! На высокой орбите открыт артиллерийский порт главного калибра! Флагман навёлся на последние координаты крейсера!</p><p>Я рванул к челноку.</p><p>— Всем бортам отход! Что взяли, с тем и уходим!</p><p>Я вскочил на рампу и ухватился за поручень, когда челнок пошёл вверх. В захватах ближайшего транспортника болтался последний контейнер. Тысячи дронов оторвались от каркаса и рассыпались над полями, набирая скорость у самой земли.</p><p>В кормовой камере остались рёбра «Опустошителя». Вынесли броню и двигатели, выдернули пушки. Даже медь из проводки успели выбрать.</p><p>Мы отлетели на двенадцать километров, когда лопнул маскировочный купол. Сквозь облака ударил белый столб.</p><p>Пять секунд луч буравил землю. Остов крейсера и обломки «Фауста» исчезли в расплавленном камне. По равнине прокатилась ударная волна, челнок качнуло на вираже.</p><p>— Девяносто четыре процента ценных узлов эвакуированы! — доложил Сириус.</p><p>Передо мной развернулся складской реестр. Я пролистал поступления, задержался на адамантии, затем на кристаллах.</p><p>— С этим запасом постройку Дредноута и выпуск тяжёлых серий ускорим втрое, Повелитель!</p><p>— Отлично. Теперь всё оружие из десантных арсеналов рассортировать и подогнать под людей. Чтобы рукоять в ладонь ложилась и прикладом пользоваться можно было. К каждому образцу бумажную инструкцию на русском. И отправить императору.</p><p>— Всё? — неуверенно переспросил Сириус.</p><p>— Всё ручное. Мечи с тесаками тоже.</p><p>— Повелитель, но там оружейный сплав, первоклассные фокусирующие катушки! Можно на лёгкие рамы поставить. Или в Куб…</p><p>— В Кубе уже целый крейсер переваривается. А у людей по-прежнему двадцать убитых на одного орка. Пусть получат стволы, с которыми хоть отбиться смогут.</p><p>Я развернул перед собой список оружия.</p><p>— Сколько взяли?</p><p>— Около двадцати тысяч бластеров и плазменных карабинов. К каждому по три комплекта заряженных батарей. Ещё четыре тысячи клинков, тяжёлые станковые излучатели…</p><p>— На небольшую армию хватит. Пакуй, печатай памятки и сам слетай в Петербург. Обрадуй государя.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Петербург, Российская Империя</p><p>Александр Пятый в очередной раз прошёл от стола к экрану. В квадрате Амурской равнины до сих пор клубились багровые разводы атмосферных возмущений. Феликс обещал перезвонить больше восьми часов назад.</p><p>В штабе всё ещё разбирали запись. Корабль Бездушного переломился пополам, два копья пробили орочий борт, а потом крейсер рухнул. Сейсмодатчики отметили взрывы. Над долиной сомкнулись помехи, сквозь которые даже новые «Гелиосы» ничего не увидели. Полчаса назад с орбиты ударил луч, оставив полукилометровый кратер.</p><p>Телефон на столе по-прежнему молчал.</p><p>— Ваше Величество, отправим разведывательное звено из Благовещенска? — спросил дежурный генерал. — Помехи спали, но в эфире тишина…</p><p>— Отставить. Сказал, что перезвонит, значит, ждём. Выйдите все в приёмную, мне нужно подумать.</p><p>Офицеры поклонились. Когда за последним закрылась дверь, Александр подошёл к столу и взял стакан минеральной воды.</p><p>Посреди кабинета прошла синяя рябь. Над ковром проступил чёрно-серебристый шар.</p><p>Вода плеснула через край стакана.</p><p>— Сириус! Какого лешего ты так подкрадываешься⁈</p><p>— Штатный оптический камуфляж, Ваше Императорское Величество. — Дрон повернул к нему глазок. — Мой Повелитель слишком щедрый и слишком добрый человек. А вы тут этого совершенно не цените.</p><p>— С Феликсом всё в порядке?</p><p>— В порядке. Я, впрочем, жалоб не подаю. У меня и протокола такого в прошивке нет.</p><p>Александр перехватил мокрый стакан другой рукой.</p><p>— Что у вас в Амурской области произошло?</p><p>— Рабочие будни. Вы тыловой склад номер четырнадцать под Ржевкой знаете?</p><p>— Знаю. У старой железнодорожной ветки. Там сейчас мышь повесилась, мы всё на восток вывезли, когда с Китаем бодались.</p><p>— Прекрасно. Отправляйтесь туда лично. Возьмите самых доверенных людей. Вас ждут подарки и инструкции. Честь имею.</p><p>Синий ободок мигнул, шар скрылся под камуфляжем.</p><p>Александр посмотрел на пустое место над ковром, поставил стакан и высунулся в коридор.</p><p>— Начальника охраны и Дорохова ко мне! Машины к подъезду. Выезд через две минуты!</p><p>Четыре бронированные машины добрались до Ржевки за двадцать минут. Кортеж прошёл к складам без мигалок и сирен. На проходной спал сторож, привалившись к стенке будки. Ворота четвёртого корпуса были приоткрыты.</p><p>Александр вышел из машины и на ходу расстегнул пальто. Следом двинулись шесть лейб-гвардейцев с автоматами. Начальник вооружений генерал Дорохов поравнялся с государем у ворот.</p><p>Под потолком вспыхнули прожекторы.</p><p>Александр остановился. Месяц назад отсюда выгребли даже ржавые полевые кухни. Теперь вдоль проходов на три сотни метров тянулись ящики. Штабеля поднимались на четыре метра; свежие сосновые доски светлели до самой дальней стены.</p><p>На столбе висел прибитый двумя гвоздями лист ватмана. Надпись вывели маркером:</p><p>«То, что внутри — это ваше».</p><p>— Когда они успели? — спросил Дорохов. — Государь, тут на четыре эшелона… Через КПП ни одна фура не проходила!</p><p>— Лом давай. Крайний вскрывайте!</p><p>Гвардейцы поддели крышку нижнего ящика. Затрещали доски, вылезли гвозди. Александр отодвинул край крышки и наклонился.</p><p>В ложементах лежали десять серых штурмовых винтовок. На плазменных камерах шли рёбра кожухов, синие индикаторы показывали полный заряд. Рукояти с прикладами переделали под человеческие руки, поставили композитные накладки. Метки предохранителя и режимов огня перевели на русский.</p><p>Поверх винтовок лежали брошюры в твёрдом переплёте: «Пехотный плазменный карабин обр. Т-4 (модифицированный). Руководство по стрельбе, смене энергетических ячеек и технике безопасности».</p><p>Александр вынул карабин и вскинул к плечу. Оружие оказалось лёгким, приклад подошёл по длине. Он провёл большим пальцем по переведённым обозначениям предохранителя.</p><p>— Соседние открывайте. Все подряд.</p><p>В следующем ряду оказались импульсные пистолеты и подсумки с батареями. Дальше гвардейцы подняли крышки над клинками из пустотного адамантия. За ними стояли ящики станковых излучателей и противодронных гранат.</p><p>Дорохов взял тесак, активировал и поднёс к уголку стеллажа. Клинок прошёл сквозь сталь, отрезанный кусок звякнул о бетон. Генерал отдёрнул руку и посмотрел на срез.</p><p>— Ваше Величество… По маркировке двадцать тысяч стволов. И тысячи клинков.</p><p>Он снова взглянул вдоль прохода.</p><p>— Целый ударный корпус.</p><p>Александр посмотрел на ватман, затем на раскрытые ящики. Утром он требовал у Феликса десяток кораблей и чуть с ума не сошёл, когда первый развалился у него на глазах.</p><p>Император расхохотался. Дорохов повернулся к нему, гвардейцы застыли с крышками в руках.</p><p>— Сукин сын… Это же наживка была! Тот корабль над Амуром.</p><p>— Пустой? — спросил Дорохов.</p><p>— Вот именно! Мы в штабе за сердце хватались, а он выманил за этой жестянкой настоящий крейсер. — Александр кивнул на ящики. — Арсеналы выгреб и сюда отправил.</p><p>Он провёл пальцем по кожуху плазменной камеры и передал карабин гвардейцу.</p><p>— Дорохов, пятьсот винтовок и сотню пистолетов выделить для Академии наук и тульских конструкторов. К ним клинки, ящик батарей. Под конвоем гвардии. Пусть разбирают, изучают сплавы и учатся делать своё.</p><p>— Слушаюсь, Государь.</p><p>— Остальные девятнадцать с половиной тысяч стволов грузите на транспортную авиацию. Поднимайте все тяжёлые борта. Доставить к самым горячим порталам, раздавать прямо в окопах. Инструкции к каждому!</p><p>Генерал уже разворачивался к выходу, когда Александр окликнул его:</p><p>— И поторопитесь, Дорохов. Пусть следующую высадку наши встретят орочьей плазмой.</p></section><section><title><p>Глава 19</p></title><p>Глава 19</p><p>Южный Урал, окрестности Златоуста</p><p>Лесной массив у хребта Таганай</p><p>— Инструкцию точно наши переводили? — капитан Климов постучал по ребристому кожуху серого карабина. — Тут на последней странице приписка: при аварийном перегреве фокусирующей камеры отбросить изделие на пятнадцать метров и лечь ногами к вспышке. Обнадёживает, хрен ли.</p><p>— Меньше крути регулятор куда не просят, и ложиться не придётся, — сказал полковник Павел Стрельцов и поправил край термонакидки над валуном.</p><p>Климов убрал палец с ползунка. Трое суток назад такие карабины выгрузили из ящиков на закрытом полигоне под Екатеринбургом. Сегодня с ними предстояло идти в бой.</p><p>Стрельцов оглядел склон. Все шестнадцать офицеров «Сапсана» укрылись среди камней, оставив между двойками по нескольку шагов. Ниже начинались пихты, за ними лежала старая вырубка. На север уходили сопки Таганая, белые от ноябрьской изморози. Где-то там орки открывали очередной пробой.</p><p>В гарнитуре дважды щёлкнул спутниковый канал.</p><p>— «Сапсан-один», я «Кондор», — раздался голос оперативного дежурного. — Орбитальный борт «Гелиос-четыре» засёк всплеск в вашем квадрате: полтора километра к северо-западу, за вторым распадком, открылся локальный пробой и пошла тяжёлая пехота с техникой. Снимки с привязкой к рельефу уже у вас на планшете, гаубичный дивизион ждёт вашей команды. Выдвигайтесь.</p><p>— Принял, «Кондор». Работаем, — ответил Стрельцов.</p><p>На наручном экране появилась красная метка у леса. Полковник сверил её с рельефом и подал знак собираться. Офицеры скатывали накидки, подтягивали ремни. Вместо автоматных магазинов в подсумках лежали энергоячейки, а над плечами торчали рукояти адамантиевых мечей.</p><p>Климов опустился рядом на колено.</p><p>— Командир, мы всё-таки против этих космодесантников орочьих идём. Вы уверены, что стоит с новым барахлом туда вот так соваться? Мы же без понятия, как оно против них вживую сработает. На полигоне бронеплиту дырявить — дело нехитрое. А вдруг оно сейчас в сырости откажет или катушку заклинит? Или того хуже: оружие-то ведь ихнее, орочье. Мало ли какую защиту зелёные против своих же стволов придумали. Вшили в скафандры какую-нибудь метку «свой-чужой» на частотах или специальный экран, и на них самих эта плазма вообще не действует. Выскочим в упор, нажмём спуск, а им хоть бы хны.</p><p>За соседним камнем майор Верещагин взялся за рукоять меча. Он уже набрал воздуха для ответа, когда Стрельцов поднял ладонь:</p><p>— Отставить разговоры. Чиж и Зыков — в головной дозор, дистанция десять шагов. Двигаем.</p><p>Чиж первым ушёл под пихты. Зыков обошёл валун с другой стороны, и следом потянулись остальные. Стрельцов шёл за головной двойкой.</p><p>За последние трое суток он расстрелял сорок батарей. Списанные танки на полигоне превратились в решето, однако большой палец всё ещё искал на карабине автоматный переводчик огня. У Т-4 на этом месте была гладкая накладка. Ползунок мощности стоял выше.</p><p>Собственное оружие офицеры сдали под опись. В ангаре, оцепленном лейб-гвардией, им выдали переделанные орочьи карабины, излучатели и импульсные пистолеты. Потом три дня учили менять раскалённые ячейки и рубить рельсы мечами из пустотного адамантия. Спали там же, по три часа. К концу подготовки батареи меняли за две секунды; чужие рукояти уже сидели в ладонях привычно.</p><p>Хватит ли этого, проверять предстояло под Златоустом, где армейские батальоны за одного закованного в броню орка платили двадцатью бойцами.</p><p>Через четырнадцать минут Чиж поднял кулак. Дозор вышел к скальному гребню над лесом.</p><p>Стрельцов подполз под ствол поваленной пихты и поднял бинокль. До пробоя было метров двести. Багрово-зелёный овал был высотой с двухэтажный дом; из него на мёрзлую глину выходили трёхметровые десантники в чёрной броне. Полковник насчитал двадцать восемь. Среди них выделялся командир: на голову выше остальных, с зубчатым гребнем на шлеме и золотыми щитками наплечников.</p><p>За пехотой прошли три гравиплатформы. На первой везли кофры и секции мачты, на центральной раскрылся тактический стол. Над ним развернулась голубая карта гор. С кормовой платформы донёсся нарастающий гул генератора, и над штабом сомкнулся синий купол.</p><p>Орки разошлись по краю вырубки. Спаренные карабины и роторный излучатель на сошках развернули к лесовозной дороге, подходившей с юга. Шестеро десантников взялись за мечи. По кромкам поползла сизая дымка; молодые сосны под ударами падали вместе с ветками, освобождая сектора обстрела.</p><p>— Узел связи и наведения ставят, — сказал в микрофон снайпер группы старший лейтенант Рябов по прозвищу Чиж. Он уже устроил длинный излучатель в каменной выемке левее командира. — Сейчас привяжут маяк к местности и потащат сюда основные части.</p><p>Стрельцов перевёл бинокль на северный край. За платформами и пробоем начинался овраг с буреломом. Вдоль него ходили двое часовых. Остальные смотрели на дорогу, ведущую к Златоусту.</p><p>— Чиж, остаёшься на гребне с двойкой прикрытия, на тебе верхний ярус и расчёты у мачты, — сказал Стрельцов по внутреннему каналу. — Остальные за мной по оврагу. Заходим вплотную со спины и ждём залпа батареи.</p><p>На обход ушло меньше пяти минут. Под ботинками сыпалась щебёнка, но внизу трещали деревья, гудела энергоустановка. У северной бровки полковник поднял голову: широкая спина орочьего командира заслоняла половину голограммы. Тридцать пять шагов.</p><p>Двойки заняли места вдоль края. Стрельцов переключил рацию на артиллерию.</p><p>— «Кондор», я «Сапсан-один». По квадрату цели — три беглых. Огонь.</p><p>Через двадцать секунд за южным перевалом ухнули гаубицы. Над вырубкой засвистели снаряды. Орочий командир вскинул голову и что-то рявкнул; генератор взвыл, купол потемнел и накрыл дальние пни. На южной опушке десантники ударили кулаками по нагрудным пластинам. Их личные барьеры слились перед лесовозной колеёй.</p><p>Первый залп ударил в середину поляны. Земля под Стрельцовым качнулась, за воротник посыпались комья глины. Второй залп накрыл дорогу, третий снова лёг по штабным платформам. Осколки высекали из купола голубые искры и скатывались в мох. Двоих орков на внешнем краю толкнуло взрывом. Оба удержались на ногах.</p><p>Сквозь дым полковник пересчитал шлемы. Все двадцать восемь.</p><p>Роторный излучатель развернулся к югу. Десантники шагнули к дороге, высматривая в лесу корректировщиков. Купол над их головами налился синевой, а с северной стороны его край побледнел. За спинами штабных орков мерцала тонкая плёнка.</p><p>Стрельцов поднялся над бровкой и упёр приклад в плечо. Командир у стола повернулся боком. Полковник вспомнил кадры армейской хроники: такой же громила стоял под очередью тридцатимиллиметровой пушки и отстреливался. Сейчас до цели было тридцать шагов, за спиной лежали люди, а второго выстрела орк мог и не дать.</p><p>Палец сдвинул ползунок через оба упора, за красную риску.</p><p>— Бьём! — бросил Стрельцов в микрофон и выжал спуск.</p><p>Карабин завизжал. Бело-фиолетовый луч ударил в командира, сорвал с него нагрудный щит и прожёг кирасу. В ослепительной вспышке на миг обозначился клыкастый скелет. Кости осыпались у тактического стола.</p><p>Внутри Т-4 щёлкнуло. Камера побелела, на перчатку закапал расплавленный кожух. Стрельцов разжал пальцы. Карабин развалился, рассыпав по камням кольца фокусатора.</p><p>— Твою ж мать! — Стрельцов отшвырнул чадящую рукоять в камни, правой рукой выдернул из кобуры импульсный пистолет, а левой рванул из ножен адамантиевый меч.</p><p>Рядом уже били двенадцать карабинов. Заряды проходили под ослабленным краем купола и врезались в спины орков. Климов и Верещагин вместе взяли часового: три попадания сбили личный барьер, четвёртое пробило броню. Орк упал лицом в грязь.</p><p>С юга долетели два запоздалых снаряда. Генератор снова затянул купол над платформами, а орков под ним расстреливали с тыла в упор. Техники у мачты упали на свои кофры. Стрелок роторного излучателя потянул станину на себя, разворачивая стволы. Зыков трижды попал ему в питающий ранец. Батарея рванула, обоих орков из расчёта бросило на платформу.</p><p>С гребня заработал Чиж.</p><p>Длинный излучатель бил точно по перекрестию. Рябов переносил прицел с одного шлема на другой: визор у кофра, лоб бегущего к генератору техника, стык под шлемом над бортом платформы. Четвёртого он поймал в прыжке у кустов. Орк ткнулся лицом в дёрн и проехал по нему несколько метров. На четыре выстрела ушло меньше трёх секунд.</p><p>Восемь десантников с мечами бросились к оврагу. Завыли сервоприводы, из-под подошв полетела глина. В четыре прыжка орки пересекли поляну и вломились на бровку.</p><p>— Клинки к бою! — крикнул Стрельцов, встречая вылетевшего на бруствер передового великана.</p><p>Карабины повисли на ремнях. На гардах щёлкнули клавиши, по лезвиям прошла сизая зыбь.</p><p>Первый орк ударил полковника сверху. Стрельцов шагнул под его левый локоть; тесак прошёл у плеча и врубился в валун. Полковник полоснул противника сзади под коленом и всадил три пистолетных заряда в подмышку. Рассечённая поножа раскрылась вместе с приводами. Орк рухнул на колено, и Верещагин вогнал меч ему под шлем.</p><p>Правее Климов пригнулся под горизонтальным ударом и отвёл клинок скользящим блоком. Его напарник рубанул десантника по бедру, а обратным движением достал лицевой щиток. Остальные орки наваливались вдоль бровки, цепляя мечами ветки и друг друга. Люди расходились перед замахом и сходились у открытого бока; рубили под колени, стреляли в прорези шлемов.</p><p>Токареву достался коренастый ветеран с двумя тесаками. Он ударил лейтенанта наплечником, сбросил на камни и занёс оружие над головой. Токарев, лёжа на спине, рубанул снизу и отсёк одну кисть. Климов зашёл орку за спину и перерезал шланги реактора. Стрельцов достал его выпадом в пробитую кирасу.</p><p>Туша перекатилась через край оврага. Полковник развернулся к поляне, но стрелять там уже было некому.</p><p>В пробитом столе потрескивали разряды. Из рассечённого привода у ног Верещагина выходил воздух. Купол мигнул и погас; следом за платформами схлопнулся пробой.</p><p>От первого разрыва прошло чуть больше трёх минут.</p><p>Зыков помогал Токареву подняться. Лейтенант провёл пальцами по вмятине на грудной пластине, осторожно вдохнул и выпрямился.</p><p>— Живой, Токарь? — спросил полковник.</p><p>— Дышать могу, господин полковник, рёбра целы! Остальные вообще без царапин!</p><p>Стрельцов погасил меч и убрал в ножны. Поднял за ремень карабин ближайшего орка, примерился к широкой спусковой скобе. У оврага ещё дымились остатки его собственного Т-4.</p><p>— Трофеим всё уцелевшее оружие, батареи, клинки и носители с платформ, потом сразу отходим! На сборы четыре минуты, пока соседи на шум не пожаловали. Шевелитесь!</p><p>Бойцы вскрывали кофры, срезали подсумки с энергоячейками. Из штабной стойки вытаскивали шифровальные блоки, карабины вязали ремнями по три-четыре. Климов закинул связку за плечо, поддел ботинком прожжённый наплечник и вытер лоб запястьем.</p><p>— А ведь так воевать куда проще, командир. Когда с автоматами против ихних щитов кидали — казалось, вообще управы нет. А как сошлись на равных, с одинаковым оружием, так сразу и видно стало, кто чего в бою стоит.</p><p>— Стволы одинаковые, а школы у них никакой, — сказал спустившийся со скального карниза Чиж, загоняя свежую батарею в приёмник снайперского излучателя. — Надеялись на свои консервные банки, пёрли в полный рост без прикрытия углов. Наших курсантов за такое на первом курсе списывают.</p><p>— Главное, ползунок за красную черту не гоняйте, — сказал Стрельцов и проверил индикатор заряда на подобранном орочьем карабине. — Инструкция не соврала: от ихнего бугра одни головешки, зато ствол одноразовый выходит.</p><p>Климов посмотрел на кучку пепла у платформы. Из неё торчала половина клыкастого черепа. Капитан крякнул и пошёл за следующей связкой.</p><p>Полковник отошёл к поваленной сосне и вызвал Петербург по прямому спутниковому каналу. Шифратор пискнул. В наушнике заговорил генерал Дорохов.</p><p>— «Сапсан-один», Дорохов на связи! Докладывай, Стрельцов, что там у вас⁈ На «Гелиосе» купол в квадрате погас!</p><p>— Так точно, господин генерал, купол снят, — доложил полковник. — Квадрат полностью зачищен. Передовой штабной узел и двадцать восемь единиц тяжёлого космодесанта противника уничтожены. Среди личного состава группы потерь нет: двухсотых ноль, тяжёлых ноль. Новые изделия и клинки в бою отработали штатно, щиты и броню вскрывают с короткой очереди. Забираем трофейный арсенал, штабные блоки и уходим в точку подбора.</p><p>На том конце вдохнули. Кто-то стукнул ладонью по пульту.</p><p>— Двадцать восемь тяжёлых? — переспросил Дорохов. — Всухую, Паша⁈ Без единого убитого⁈</p><p>— Всухую, господин генерал. Свой карабин я на аварийной мощности сжёг, уже компенсировал трофейным. В остальном нареканий к матчасти нет.</p><p>— Ну наконец-то… Хоть первый раз за полгода к императору с хорошей новостью пойду! Спасибо, парни. Выручили — слов нет! Грузите железо, борта подбора уже за перевалом, всех до одного к Георгию подам!</p><p>— Служим Российской Империи, — ответил Стрельцов.</p><p>— В вертушке хоть пару часов поспите по дороге, полковник, — добавил Дорохов под шелест сгребаемых со стола папок. — Я бегом с докладом во дворец. Раз ихние щиты нашей новой плазмой так вскрываются, с утра поднимаем перевооружённые бригады по всему Уральскому фронту. Пойдёте со своими орлами в первой волне, покажете пехоте на деле, как этих тварей за пробои загонять!</p><p>Связь оборвалась. Стрельцов опустил руку от гарнитуры. Люди уже сгибались под трофеями. На севере, за соседним хребтом, облака окрасились багровым: открылся новый пробой.</p><p>— Слышали генерала, мужики? — Полковник закинул трофейный карабин на плечо. — До утра отоспимся, а на рассвете у нас новый полигон. Забираем блоки с платформ и бегом к вертушкам!</p><subtitle>* * *</subtitle><p>— Двенадцать тонн каменной соли за одно утро, — я перевернул верхний лист торговой сводки и поднял глаза на Михича. — Они там огурцы в промышленных масштабах маринуют или решили окопы вокруг рынка пересыпать?</p><p>Михич потянул галстук. В новом пиджаке стремительно полнеющему мэру Уссурийска было тесно: стоило ему шевельнуть плечами, как ткань натягивалась на спине.</p><p>— Гречку тоже вынесли, командир. Спички, тушёнку, керосиновые лампы, батарейки всех калибров и почему-то весь запас хозяйственного мыла на оптовой базе по Некрасовской. На горячей линии мэрии девчонки уже охрипли, телефоны с восьми утра красные.</p><p>Я положил сводку на отчёт Башатова по щебню из нашей Шахты. Рядом лежали ведомости городских подстанций, графики грузовых рейсов. Из-под них выглядывало обращение пенсионеров железнодорожной слободы: требовали затянуть вокзал стальной сеткой «от инопланетных метеоритов».</p><p>Танковую бригаду я уже разбирал. С муниципальным хозяйством выходило труднее: у танков хотя бы понятно, по кому стрелять.</p><p>— Цензура же вроде фильтрует фронтовой трафик, — заметил я, пробегая глазами утренний мониторинг городских чатов, который Сириус вывел на экран рабочего планшета.</p><p>— Да какое там фильтрует! — махнул рукой Михич. — Через станцию третьи сутки эшелоны на запад идут. Мобилизованные со сборных пунктов родне голосовые шлют, раненых в тыловые госпитали везут, у каждого второго брат или сват под Курганом да Златоустом в окопах сидит. Один в курилке ляпнул, другой в домовой чат переслал, бабки у подъезда втрое приукрасили, вот и понеслась. Всё Приморье гудит. В пекарнях и автосервисах только про зелёных пришельцев и талдычат.</p><p>Я подошёл к окну. На площади собралось тысячи четыре человек, и с боковых улиц всё ещё шли люди. Между рабочими стояли студенты, пожилые пары, женщины с подростками. У крыльца жались к ограждению полицейские; телевизионщики выбирали места для штативов. Из-за стекла я слышал общий гул, а вот слов разобрать было невозможно.</p><p>— С девяти часов стоят, — Михич положил передо мной картонную папку. — Мои замы уже два раза выходили, про плановые манёвры и укрепление рубежей затирали. Народ их слушать отказывается, свистят. Кричат: пускай сам князь Бездушный выйдет и скажет, к чему готовиться. Я тут пресс-службу напряг, они тебе речь накатали на три странички… Обтекаемо так, про временные трудности и сплочённость.</p><p>Я вернулся к столу, сел и раскрыл папку. Два абзаца спустя закрыл. Если верить пресс-службе, Приморью предстояло дружно преодолевать временные затруднения. Какая прелесть. Люди под окном ждали ответа, будут ли живы их дети.</p><p>— В шредер это отправь. Если выйти к напуганным людям с такой бумажкой, они к вечеру начнут погреба в тайге копать и банки штурмом брать.</p><p>— А чего тогда говорить будешь? — насторожился Михич, когда я поднялся из-за стола и застегнул верхнюю пуговицу куртки.</p><p>— Как есть, так и скажу. Веди, градоначальник. Микрофон там живой?</p><p>— Обижаешь! Две колонки по краям крыльца выставили, на три квартала слышно будет.</p><p>По лестнице мы спустились в холл. Чиновники расступались, прижимая к груди папки. Лица у них были такие, словно Звёздные Свежеватели уже стояли за входной дверью и выбирали, с кого начать.</p><p>Охранник открыл створку. На крыльце ветер дёрнул меня за куртку; площадь встретила криками. Передние ряды повернулись, задние вытянули шеи. Над головами поднимались телефоны.</p><p>Я снял микрофон со стойки.</p><p>— Добрый день, Уссурийск, — голос раскатился из динамиков над головами и вернулся эхом от фасадов напротив. — Мне тут доложили, что вы за утро скупили всю соль и гречку в городе, а теперь мёрзнете на ветру вместо того, чтобы заниматься своими делами. Поэтому скажу сразу и без бумажек: пока я ваш князь и отвечаю за Приморье, вы можете ни о чём не переживать. Ваши дома и ваши семьи никто пальцем не тронет.</p><p>У ограждения поднял руку мужик в расстёгнутой дублёнке.</p><p>— Да как не переживать-то, ваше сиятельство⁈ — заорал он, сложив ладони рупором, и ближайший репортёр тут же повернул к нему пушистую «удочку» микрофона. — Там же орки, причём космические! Настоящие пришельцы! Солдаты с Урала пишут!</p><p>— Говорят, нас теперь всех захватят! — подхватил звонкий женский голос правее. — Поработят или вообще уничтожат! У них же броня непробиваемая и бластеры эти космические, против них автоматы не работают!</p><p>Несколько человек заговорили разом.</p><p>— Правда, что за Уралом полки ложатся⁈</p><p>— Чем от этих бластеров отбиваться-то⁈</p><p>Я переждал выкрики и поднёс микрофон ближе.</p><p>— Хорошо. Значит, у них бластеры. Ну так и мы тоже имеем бластеры.</p><p>В ответ на мой мысленный приказ справа дрогнул воздух. Грузовой дрон отключил маскировку и завис у плеча. В захватах у него висели карабин и импульсный бластер со сбитого орочьего крейсера. Ячейки светились синим: оружие было заряжено.</p><p>Дрон повернулся к толпе, показывая оба ствола. У ступеней задвигали штативами, один репортёр полез перед камерой другого и тут же получил локтем в бок. Первые ряды подались к ограждению.</p><p>— Причём это далеко не штучный экспонат, — продолжил я в микрофон, похлопав ладонью по холодному кожуху карабина. — Двадцать тысяч таких переделанных под человеческую руку стволов и четыре тысячи космических клинков мы уже передали нашей армии на передовую, и сейчас имперский спецназ вполне успешно жжёт пришельцев их же собственным оружием. А кроме бластеров у нас есть боевые дроны, автономные подземные заводы, защитные купола и системы перехвата, о которых многие в мире даже не догадываются.</p><p>Люди переглядывались, сверялись с телефонами. Мужик в дублёнке опустил руки. Зато из середины площади, от железнодорожников, прилетел следующий вопрос:</p><p>— Но как же так, князь⁈ Стволы стволами, а говорят, у них там наверху целые боевые корабли висят! Звездолёты по несколько километров! Если такая дура сверху спустится, что ей твои карабины сделают⁈</p><p>— А мы умеем эти корабли уничтожать, — ответил я. — Не переживайте. Три дня назад один такой крейсер уже рискнул сунуться в наше небо на Дальнем Востоке. Сбили за полминуты и разобрали до последнего винтика: как раз с его арсеналов вам сейчас бластер и показывают. Сунется следующий — ляжет рядом.</p><p>Кто-то захлопал, но вопросы продолжали сыпаться со всех сторон.</p><p>— Один сбили, а если их там целая армада прилетит⁈</p><p>— На всех дронов-то хватит, ваше сиятельство⁈</p><p>— А вдруг они сразу на город пойдут⁈</p><p>Дома они уже видели гречку, спички и соль. Здесь увидели два ствола. Для спокойного сна, пожалуй, маловато.</p><p>Я указал вверх.</p><p>— Хорошо. Вижу, на слово в такие времена верить тяжело. Сейчас я подарю вам немножко спокойствия. Сириус, выведи наших на показ.</p><p>Через пару секунд над крышами загудело. В окнах мэрии задребезжали стёкла.</p><p>Дежурные эшелоны сняли маскировку. Со стороны промзоны и ангаров Башни поднимался резерв; к нему присоединялись машины с загородных полигонов. Тысячи «Шершней» прошли над площадью клиньями, выше них замкнулись кольца штурмовых дисков. Между строями заняли места платформы со спаренными плазменными резаками. Из облаков вышли атмосферные корветы.</p><p>За полминуты над Уссурийском собралось несколько эшелонов из десятков тысяч машин. По нижнему строю пробежала перестройка: клинья разошлись, пропустили диски и сомкнулись снова. На площади потемнело. Люди задирали головы всё выше, разворачиваясь вслед за кораблями.</p><p>Чья-то авоська упала на плитку. Телефоны по-прежнему торчали над толпой, но их владельцы теперь смотрели прямо в небо, мимо экранов. Я обернулся к Михичу: тот тоже стоял с запрокинутой головой.</p><p>— Это залог нашей безопасности. Вы согласны?</p><p>Мужик в дублёнке первым перевёл взгляд на крыльцо.</p><p>— Да охренеть можно… — выдохнул он в наступившей тишине, а секунду спустя сложил руки рупором и крикнул: — Согласны!</p><p>Захлопали передние ряды. Сзади засвистели, кто-то крикнул ещё раз, и площадь подхватила. Железнодорожники смеялись и лупили друг друга по плечам. Женщина у ограждения махала шапкой звену перехватчиков.</p><p>— Вот и отлично, — сказал я, перекрывая гул оваций. — Тогда открываем закрытые лавки и спокойно возвращаемся к делам. А лишнюю соль лучше верните на полки, иначе мэр введёт налог на спекулянтов. Хорошего дня!</p><p>На этот раз засмеялись даже полицейские. Я поставил микрофон в держатель и повернулся к Михичу.</p><p>— Дальше сам справишься?</p><p>— Да теперь-то вообще без базара, командир! — Михич улыбнулся, глядя, как верхние эшелоны Роя уходят под маскировку и на улицах светлеет. — После такого парада они сами любому паникёру шею намылят.</p><p>— Вот и следи за порядком. А мне пора на объект.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Глайдер доставил меня за девяносто километров к северо-востоку от Уссурийска, в отроги Сихотэ-Алиня. Под нами лежали заснеженные распадки без единой дороги. От спутников и случайных глаз стройку прикрывали системы подавления и оптической маскировки.</p><p>На посадке я успел рассмотреть утёс. Проходчики выели в нём бункер, а монтажные дроны обшили его металлом со сбитого крейсера. С той ночи на амурской пашне прошло семьдесят два часа. Сегодня нам предстояло проверить, во что обошлась оркам потеря корабля.</p><p>В скале раздвинулись бронеплиты. Я сошёл с аппарели и направился по ступеням под землю. На стенах ещё работали сварщики: подхватывали шестигранные пластины, прижимали к обшивке и проходили горелками по швам. Сверху тянулись силовые шины. Приходилось смотреть под ноги, обходя монтажников на лестнице.</p><p>На глубине тридцати метров спуск вывел в круглый зал. У дальней стены разбирали последние леса. В два яруса по периметру торчали из гнёзд шестнадцать буферных накопителей. Пока тёмные, с открытыми затворами.</p><p>Проводы от них сходились к помосту. На нём стояла установка с кольцами катушек и радиаторами; спереди пустовало место для подключения источника питания. Над машиной поднималась пятиметровая полуарка. Её конец обрывался под потолком. С виду ворота, на вторую половину которых подрядчику зажали деньги.</p><p>Я обошёл помост, провёл пальцами по сварному шву центральной шины и взглянул на Сириуса.</p><p>— Ну как оцениваешь наши шансы?</p><p>— Если оценивать объективно, Повелитель, я очень сомневаюсь, что эта система вообще запустится. Механика собрана безупречно, однако для пробоя и удержания межпространственного канала такой плотности требуется чудовищное, по местным меркам просто запредельное количество энергии. А с энергией у нас сейчас полная лажа. Даже если мы замкнём сюда все дизельные и трофейные генераторы базы, а сверху добавим городскую электросеть Уссурийска, система захлебнётся на первой же миллисекунде.</p><p>Я откинул кожух приёмного узла. Клеммы стояли как надо, зажимы откалиброваны.</p><p>— Всё ты забываешь, мой друг.</p><p>Оставалось привести сюда нашу электростанцию. Я повернулся к лестнице.</p><p>— Арни! Заходи давай!</p><p>На ступенях загрохотали шаги. В зал спустился киборг в кожаной куртке. Двенадцатизарядный дробовик он держал на сгибе руки, а другой убирал в карман планшет. На экране застыл детский мультик. Очки, разумеется, были на месте.</p><p>— Я здесь, — сказал он, останавливаясь перед помостом. — Моя задача — защитить Феликса.</p><p>— Вот сейчас этим и займёшься, — я указал на открытый ложемент с подведёнными кабелями в корпусе установки. — Дробовик прислони к стойке, расстёгивай куртку и вставай вон туда. Поработаешь у нас сегодня стратегическим реактором.</p><p>Арни подумал секунду, поставил дробовик у колонны и поднялся на помост. В груди ликвидатора Механический Пастырь разместил микроядро на антиматерии. Два реликтовых источника из прошлой жизни добрались со мной до Земли: один у Сириуса, второй сейчас расстёгивал куртку. У А-РН800 ещё и штатный энерговывод имелся. Очень хозяйственный подход. Одобряю.</p><p>Синтетическая обшивка разошлась, открыв фланец реакторного отсека. Я подвёл фазовые рукава, защёлкнул муфты и обвёл стык золотым плетением. Три слоя стабилизации выровняли отбор мощности, защищая автоматику ядра от рывков.</p><p>— Очки не поплавятся? — спросил Арни, когда зажимы сомкнулись вокруг его торса.</p><p>— Целы будут твои очки, не шевелись, — я отступил на два шага от помоста. — Сириус, давай пуск.</p><p>— Инициирую подачу питания, — сказал дрон, замыкая пусковые реле. — Синхронизация с антиматериальным ядром объекта А-РН800 завершена. Выход на рабочий режим!</p><p>Под ногами загудело. По шинам прошёл бело-голубой свет; у стен защёлкали затворы. Все шестнадцать накопителей приняли избыток мощности на демпферы и зажгли зелёные кольца. Турбины охлаждения набрали обороты. По глифам полуарки пробежал разряд и собрался на острие фиолетовой короной.</p><p>Частота держалась ровно. Я проверил нагрузку на муфтах.</p><p>— Отлично. Ты понимаешь, что это значит?</p><p>— Понимаю, Повелитель. Теперь мы запускаем план «Вторженец».</p><p>— Верно. Давайте сюда наших особых ребят.</p><p>Справа открылся грузовой шлюз. Из ангара вышли два ряда дронов, сорок машин. Следом проплыли четыре пустые гравиплощадки.</p><p>На эту сороковку ушли лучшие слитки с «Опустошителя» и курганских танков. Полутораметровые корпуса собрали из пустотного адамантия и астрального феррума, по броне протянули золотые силовые руны. Каждому достался собственный щит, фазовые излучатели, резак и выдвижные гравитационные клинки. Всё, что нужно для драки в корабельном коридоре. Земного железа и пластика в них не было вовсе.</p><p>Над пультом бежали перехваченные орбитальные коды. Я встал перед голографической сферой.</p><p>— Сириус, ты уже всё взломал?</p><p>— Взламываю последний шлюз маршрутизации, Повелитель. Процесс идёт штатно, но… мне там ещё помогает Фурия.</p><p>— Серьёзно? Ты сам обратился к человеку за помощью?</p><p>— Там далеко не всё так просто! Речь идёт о боевой защите действующего космического корабля Орды в закрытом флотском ордере! У них тройной квантовый ключ с шаманскими рунами верификации, плюс каждые восемь секунд сбрасываются навигационные метки! Мои земные сервера урезаны по вычислительным потокам в тысячу раз, прямой перебор занял бы сорок часов, а нестандартная архитектура скриптов оператора Ольги позволила… скажем так, пропихнуть ложный пакет телеметрии через сервисный канал сбитого ранее крейсера.</p><p>— Ладно, не оправдывайся, корона с корпуса не упадёт, — сказал я. — Корабль подобрали?</p><p>Через три секунды сфера позеленела. На схеме орочьего построения выделился корабль с края резервного крыла. Система увеличила силуэт: два километра от носа до кормы.</p><p>— Цель найдена и зафиксирована, — доложил Сириус. — Ударный крейсер «Чёрный Жернов», стоит во внешнем дозоре отдельно от главной эскадры, все четыре маршевых двигателя работают в штатном режиме. Внутренний гравитационный маяк кормового энергоблока вскрыт, привязка координат готова!</p><p>Я прижал ладонь к считывающей пластине. Взломанный маяк отозвался, и установка подхватила гравитационную сетку крейсера.</p><p>Обычные врата здесь упёрлись бы в корабельный щит. Им требовалась вторая рама на той стороне. Моя полуарка зацепилась за палубные поля изнутри: крейсер сам послужит ответной опорой. Для этого Фурия с Сириусом и возились с телеметрией сбитого корабля.</p><p>Проверив укрепляющие плетения, я убрал ладонь с пульта.</p><p>— Включай арку!</p><p>С острия ударила фиолетовая дуга и замкнулась на помосте. Внутри развернулся синий овал. Сквозь него виднелся корабельный коридор под багровыми фонарями.</p><p>— Пошли, парни. За покупками.</p><p>Я шагнул первым. Сорок дронов метнулись следом, за ними потянулись четыре платформы.</p><p>На той стороне меня потянуло к палубе сильнее, чем на Земле. Сквозь подошвы шла дрожь двигателей. Мы вышли на галерею главного реакторного отдела.</p><p>У распределительного пульта, шагах в двадцати, стояли шестеро десантников и два бортинженера с калибровочными ключами. Орки смотрели на портал посреди собственного корабля. Старший перевёл взгляд на моё лицо, раскрыл пасть.</p><p>— Тревога! — заорал десятник. — Повелитель Саранчи в кормовом секторе!</p><p>Взвыли ревуны. Под потолком раскрылись ниши, четыре турели опустили стволы на галерею. На верхних мостиках загрохотали сапоги охраны.</p><p>— Зачистить периметр, — сказал я.</p><p>Дроны разошлись по трём ярусам. Турели ударили в переднюю четвёрку; щиты вспыхнули, по адамантиевым граням брызнула плазма. Две машины взмыли к потолку. На развороте выдвинули клинки и срезали турели с креплений. Станины полетели на орков под мостиками.</p><p>Остальные тридцать восемь занялись охраной. Фазовые лучи попадали в визоры и стыки брони. Десантник у пульта успел поднять деструктор, прежде чем дрон ударил его корпусом и сбросил с галереи. Между трубами охлаждения мелькали резаки, с верхнего яруса сыпались обломки.</p><p>Я прошёл по центральному мосту к энергетическому колодцу. Из караульного отсека навстречу выбежал начальник смены с силовым молотом. Гребень на шлеме, четыре метра роста. За ним выстроились полтора десятка гвардейцев и навели станковые излучатели вдоль моста.</p><p>— Сдохни, мясная падаль! — проревел офицер, и вся шеренга дала залп в упор вдоль узкого моста.</p><p>Я вскинул руки. Золотые кольца раскрылись перед грудью и над плечами. Левой ладонью развернул матрицу преломления: плазма и лучи ударили в неё в двух шагах от меня. Рикошеты полоснули по переборкам с обеих сторон.</p><p>Орочий командир включил форсаж и в два прыжка добрался до меня. Молот пошёл сверху. Я провёл пальцами правой руки, поднимая плоскость расщепления.</p><p>Золотая кромка прошла сквозь его щит, рассекла боёк и кирасу, достала половину гвардейской шеренги за спиной. У галереи срезало опорные балки. Половины орка упали передо мной. Я перешагнул через рукоять молота и сжал кулак. Оставшихся стрелков вдавило в палубу вместе с оружием.</p><p>— Внутренний периметр зачищен, Повелитель, — сказал Сириус, пока я шёл сквозь клубы пара к центральному колодцу. — Энергоотдача стабильна. Время работы портала — ещё тридцать минут.</p><p>Захватывать весь крейсер за полчаса было бы хлопотно. Два километра отсеков, несколько тысяч орков, а мой список покупок, к счастью, был короче.</p><p>В колодце стояли четыре синтезатора энергии. Четырёхметровые капсулы стягивали рунические обручи; за кварц-адамантиевыми окнами вращалась бело-фиолетовая плазма. Отсюда питались двигатели, орудия и пустотные щиты «Чёрного Жернова».</p><p>Я подошёл к первой шахте и начал разбирать плетения замков. Шаманские пломбы прятались одна под другой. Проверил связи с остальными капсулами, проследил магистрали до распределительных узлов. Пока я добрался до нижних обручей, мои дроны успели заблокировать входы и завязать бой с пехотой из соседних отсеков.</p><p>— Двадцать две минуты до закрытия канала, Повелитель. С носовых казарм к вам движутся две абордажные когорты.</p><p>— Пусть бегут, хоть согреются. Пододвинь платформы!</p><p>Четыре гравиплощадки встали у основания шахт. Я занял место между ними и развернул инженерный каскад.</p><p>Выдерни такую капсулу из работающей магистрали — реакторный зал испарится вместе с грабителем. Поэтому по магазинам сегодня пришлось идти самому.</p><p>Золотые круги расширились до десяти метров и охватили все четыре синтезатора. Сквозь шаманские пломбы я провёл глифы блокировки. Перехватил магнитные ловушки. Затем начал одну за другой отсекать корабельные линии, переводя плазму в автономное удержание.</p><p>Над шлюзами мигали вспышки выстрелов. Приходилось удерживать сразу четыре схемы: сдвигал фазу в одной — тут же правил остальные. В висках стучало, пальцы сводило на каждом новом глифе. Я разжал их и снова сомкнул кольца. За смотровыми окнами плазма постепенно замедлялась, пока во всех четырёх капсулах не установилась ровная пульсация.</p><p>— Замки — сброс! — процедил я сквозь зубы и резко дёрнул обе руки на себя.</p><p>По залу прокатились четыре хлопка. Муфты раскрылись. Я подхватил капсулы гравитационными поводками, вывел из шахт и уложил на платформы. Магнитные захваты сомкнулись; золотое плетение связало груз в одну сцепку.</p><p>Снизу перестали дрожать двигатели.</p><p>Погас свет. На стенах потухли экраны, в коридорах умолкли турели. Вентиляция затихала ещё несколько секунд. Мой вес ощутимо убавился: палубные пластины доживали на остаточном заряде.</p><p>Теперь зал освещала наша добыча. Бело-фиолетовые полосы ложились на опустевшие шахты, золотые кольца отражались в обшивке. У шлюзов продолжали стрелять.</p><p>Я развернул платформы к порталу. Двухкилометровый «Чёрный Жернов» остался без хода, щитов и орудий. И быстро заменить украденное орки тоже не смогут.</p><p>Каждый синтезатор шаманы настраивали под решётку конкретного корпуса. Чужая капсула при первом пуске разнесёт корабль по шпангоутам. Теперь им оставалось тащить крейсер на верфи Гор-Морка через пол-Вселенной. Дороговато обойдутся четыре цилиндра.</p><p>У Куба Власти таких капризов не было. Перепишем выходные инверторы, подгоним частоту — и завод съест весь заряд. Дронам тоже достанется.</p><p>За шлюзами грохотали выламываемые переборки.</p><p>— Осталось шесть минут, Повелитель! — сказал Сириус. — Противник вскрыл обесточенные гермодвери вручную и идёт на полный штурм!</p><p>В трёх туннелях зажглись нашлемные фонари. Орки лезли через шлюзы и спускались с верхних вентиляционных колодцев. Под прикрытием ростовых щитов втаскивали деструкторы на треногах, разворачивали роторные плазмомёты.</p><p>— Отходим к створу! — скомандовал я, ведя сцепку из четырёх гудящих гравиплощадок по центральному мосту и левой рукой удерживая стабилизирующий купол над капсулами. — Прикрытие в плотный строй!</p><p>Сорок дронов собрались полукольцом вокруг груза. Лучи прошивали наступающих, орки падали на настил. Следующие перелезали через них и теснили прикрытие к мосту.</p><p>Справа четыре расчёта одновременно свели деструкторы на замыкающей машине. Её щит лопнул фиолетовой вспышкой. Корпус побелел, лучи пробили адамантий. Дрон взорвался, разметав пятерых десантников, которые уже подобрались к нему с клинками.</p><p>— Потеряна одна единица спецсерии! — сообщил Сириус. — Три минуты до закрытия портала!</p><p>До овала оставалось тридцать метров. С верхней галереи на арьергард прыгнули десять ветеранов с секирами и магнитными минами. Четырёхметровые орки падали прямо на дронов. Две машины рванули им навстречу, срубили клинками троих, но остальные добрались до корпусов. Один дрон рассекли двойным ударом. Второму прилепили мину на корму; взрыв сбросил его под мост.</p><p>— Минус три единицы! Полторы минуты!</p><p>— Хватит с них трофеев, — сказал я, поравнявшись с мерцающим окном портала.</p><p>Левой рукой я протолкнул сцепку в переход. Все четыре капсулы прошли на ту сторону. Правой швырнул руну кинетического обрушения над отступающими дронами.</p><p>Золотая звезда врезалась в потолочную ферму. Балки сложились над серединой моста, потянув за собой верхний ярус. Перед наступающими орками вырос завал из сотен тонн металла.</p><p>— Все внутрь, живо!</p><p>Машины ныряли в портал по одной. Опалённые грани, рубцы от секир. Тридцать семь. Я пропустил последнего дрона и шагнул следом, обернувшись к крейсеру. Между обломками уже двигались багровые окуляры штурмовиков.</p><p>— Закрывай, Сириус!</p><p>На помосте передо мной стоял Арни с раскрытой грудью. По рукавам ещё шёл заряд. Я щёлкнул пальцами, размыкая питание; дуга погасла, и синий овал схлопнулся за спиной.</p><p>В зале гудели четыре синтезатора. Я размял затёкшие пальцы и отстегнул рукава от груди киборга.</p><p>— Благодарю за службу, Арни. Можешь застёгиваться.</p><p>— Задача выполнена. Феликс защищён, — сказал Арни. И, как ни в чём не бывало, поправил на переносице целёхонькие очки, после чего забрал у колонны свой дробовик.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Меньше чем через двадцать минут грузовой корвет доставил нас в Уссурийск. Под маскировкой мы вошли в закрытый квартал Куба Власти.</p><p>Я встал на асфальте, в тридцати шагах от чёрной стены, и связался с заводским ядром. Четыре платформы выстроились вдоль грани.</p><p>— Приёмные шлюзы ядра синхронизированы, Повелитель, — отрапортовал Сириус, зависнув справа от меня. — Инверторы перестроены под частоту орочьих синтезаторов. Начинаю погружение!</p><p>Первая капсула коснулась стены и вошла в неё. Композит сомкнулся за торцом. Следом Куб принял вторую, третью и четвёртую. Пустые гравиплощадки отошли от грани.</p><p>Я ждал, удерживая связь с ядром. Через пять секунд под ботинками дрогнул асфальт.</p><p>До сих пор завод кормился от городских подстанций и перерабатывал химическое топливо старых ракет. Теперь в нём работали четыре корабельных синтезатора. По фасаду пробежала волна: матовая поверхность темнела, наливалась блеском пустотного металла.</p><p>Стену передо мной прорезали швы. Секции выдвинулись, встали под углом, прикрыв стыки; между ними открывались казематы. Вдоль верхних граней поднялись шпили фазовых излучателей. Синие прожилки побелели и вспыхнули фиолетовым.</p><p>Перестройка шла по всему кварталу. Рокот прокатывался от одной грани к другой, пока через две минуты на месте гладкого Куба не встала планетарная цитадель Роя.</p><p>Сириус задрожал рядом. Вокруг корпуса раскрывались зелёные таблицы, перекрывая друг друга: производственные протоколы обновлялись быстрее, чем я успевал их читать.</p><p>— Признаться, Повелитель, я уже не верил, что на этой планете такой момент когда-нибудь настанет. Энергетический дефицит ликвидирован полностью! С этой минуты у нас вообще нет проблем с энергией: скорость работы всех сборочных линий Куба выросла в шесть раз, открыты чертежи тяжёлых штурмовых серий с полной накачкой боевых ядер, ускорена сборка вашего Дредноута на центральном стапеле. И самое главное: разблокирован цикл высокоэнергетической трансмутации! Теперь мы способны самостоятельно синтезировать напрямую из обычного земного металла двенадцать видов космических металлов, включая пустотный адамантий, астральный феррум, звёздную медь и нуль-металл! Раньше весь их выпуск упирался исключительно в колоссальные разряды особого фазового электричества для перестройки атомной решётки, а теперь этой специальной энергии у нас в избытке!</p><p>Я убрал руки в карманы и посмотрел на шпили излучателей.</p><p>— Знаешь, не всё так плохо, да, Сириус?</p><p>— На самом деле, Повелитель, наши шансы в этой войне только что серьёзно выросли. Однако вынужден напомнить: за такой демонстративный грабёж орки точно будут мстить.</p><p>— Я на это и надеюсь.</p><p>Орки и прежде лезли напролом, а уж после такого унижения полезут мстить, забыв про разведку. Я посмотрел на небо над цитаделью.</p><p>Интересно, сколько синтезаторов будет на следующем корабле?</p></section><section><title><p>Глава 20</p></title><p>Глава 20</p><p>— Учебные ограничители снять, работаем в полный контакт, — скомандовал я с каменного уступа. — Сириус, стравливай обе тройки!</p><p>— Протокол сдерживания отключён. Спарринг начат, — отозвался мой помощник.</p><p>Шесть дронов рванули навстречу друг другу. Между тройками было триста метров. Ведущий первой прошёл над валунами, прыгнул влево за скальный зуб и выскочил на двадцать метров выше гребня. Человека при таком манёвре пришлось бы соскребать с переборок.</p><p>Для испытаний мы забрались в котловину в семидесяти пяти километрах к северо-востоку от Уссурийска. Базальтовые гребни Сихотэ-Алиня укрывали нас от наземных дозоров, а от имперских «Гелиосов» и орочьих наблюдателей прятал купол оптической маскировки и радиоподавления.</p><p>С виду новые машины почти повторяли старые атмосферные перехватчики: гранёные тёмно-серые корпуса по полтора метра в поперечнике. Ведущий первой тройки развернулся над гребнем и полоснул вниз из спаренного импульсного бластера. Его правый ведомый добавил бело-фиолетовый шар из орочьего плазмомёта.</p><p>Вторая тройка подняла щиты. На синих полусферах заискрили попадания, плазма растеклась по переднему краю барьера. Несколько капель сорвались вниз; под ними гранит вскипел и потёк между камней.</p><p>Щиты подстроились под плазму. Тут третий дрон первой группы открыл нижние створки и выпустил четыре кумулятивные микроракеты, следом ударила подвесная тридцатимиллиметровая пушка. Вольфрамовые сердечники пошли в просаженный участок барьера.</p><p>Вот ради этого я и скрестил орочьи стволы с земным оружием. Щиту приходилось держать сразу две разные нагрузки.</p><p>На спинных турелях противника вспыхнули лазеры. Две ракеты лопнули на подлёте, третья ушла за термитной ловушкой в скалу. Четвёртая почти добралась до цели, но дрон прыгнул вверх, оставив взрыв под днищем. Камни внизу засыпало осколками. Вольфрамовая очередь чиркнула по верхнему краю щита и ушла рикошетом в сопку.</p><p>— Перегрузка на манёвре уклонения составила двадцать восемь «же», — сказал Сириус. — Инерционные компенсаторы в зелёной зоне.</p><p>Я следил за машиной, поймавшей очередь. Фазовый гравипривод отработал как надо, однако впереди была проверка посерьёзнее.</p><p>Двое из второй тройки обогнули базальтовый столб и зажали крайнего противника с двух сторон. Один упёр фазовый луч в полюс его защитной полусферы, второй добавил из бластеров и шрапнельного контейнера. По синему куполу разбежались фиолетовые трещины. Щит лопнул, и следующий плазменный заряд вместе с вольфрамовой сечкой ударил в лобовую плиту.</p><p>Я подался вперёд.</p><p>Гравиотражатель у носовой грани мигнул, сняв половину ударного импульса. Остатка хватило, чтобы отбросить дрон на десять метров и кувыркнуть через корму. Нижний киль скрёб по щебню, когда машина поймала горизонт, развернулась и всадила очередь обидчику под брюхо.</p><p>На лобовой плите осталось закопчённое пятно. Под ним виднелись две царапины.</p><p>Такой результат мне нравился. Броню и каркас Куб Власти отковал из пустотного адамантия и астрального феррума. Часть металла мы сняли со сбитого «Опустошителя», остальное получили новым циклом трансмутации. Энергия в накопителях тоже была орочья, из синтезаторов «Чёрного Жернова», которые я утащил вчера. Если чужая плазменная частота могла поссориться с рунами Роя, под такой нагрузкой это обязательно всплыло бы.</p><p>Ещё минуту дроны гоняли друг друга по котловине. Ныряли за валуны, взмывали к маскировочному куполу; дым от гранат прорезали бластерные очереди. Плазма выжигала в склонах новые плешины. Когда у обеих троек опустели кассеты земного боекомплекта, Сириус дал отбой.</p><p>Шестёрка выстроилась перед уступом. От корпусов шёл жар, в кожухах пушек потрескивал металл. Я сложил руки на груди и оглядел машины.</p><p>— Замечательно. Меня всё устраивает.</p><p>Затем спрыгнул с уступа и подошёл к дрону, который принял плазму на голую броню. После такой обкатки хотелось заглянуть ему под обшивку.</p><p>Зрение Техноса сделало адамантий полупрозрачным. Я проследил ток от центрального накопителя до оружейных подвесов, проверил нагрев инверторов. После перегрузок в двадцать восемь «же» переделанная ячейка выдавала ровную мощность. На стыках с земной механикой утечек тоже не было.</p><p>Особенно меня интересовали руны под местом попадания. У гибридов именно здесь часто начинались неприятности: нагрев и вибрация вели формулы, а дальше машина могла сама себя разобрать. Золотистые нити в кристаллической решётке брони сохранили рисунок. Я прошёл весь контур до последнего глифа и вернул обычное зрение.</p><p>Положил ладонь на горячую лобовую плиту. Лёгкие «Шершни» я до сих пор посылал тысячами, заранее закладывая в расчёт сотни сгоревших корпусов. С этими машинами можно было пробовать другую тактику: встречать регулярные отряды Орды в открытом бою, вскрывать танковые клинья. Даже тяжёлой пехоте в адамантии пришлось бы туго. И потери обещали стать куда скромнее.</p><p>— Фиксируй эталонный образец, Сириус. Запускай эту модель в массовое производство на свободных линиях Куба. И все сходящие с конвейера партии сразу распределяй в прямое подчинение сёстрам и Фурии.</p><p>— Вы уверены, Повелитель? На каждую единицу уходит первосортный пустотный адамантий и концентрированный заряд корабельных синтезаторов. Может, лучше оставим эту серию себе, в ваш личный оперативный резерв? А девочкам отгрузим удвоенную партию стандартных штурмовых дисков?</p><p>— Сириус, ну ты же понимаешь, что и я, и ты спокойно справимся теми моделями, которые у нас уже есть. С нашим опытом, прямым расчётом и тысячами звёздных кампаний за спиной для результата и базового железа за глаза хватит. А вот они сейчас тащат на себе три фронта сразу и заслужили игрушки получше.</p><p>Внутри дрона зашуршали вычислительные каскады. Я ждал. Даже Повелителю иногда приходилось обосновывать расходы перед собственным дроном.</p><p>— Верно, — сказал Сириус. — При переводе их ударных крыльев на новую платформу боевой КПД операторов вырастет минимум в три с половиной раза, а безвозвратные потери дронов при зачистке пробоев сократятся на порядок. С точки зрения экономии времени и внимания расклад выгодный. Я согласен, Повелитель. Передаю эталонный чертёж в Куб, конвейеры запускаю немедленно.</p><p>— Вот и славно. Сворачивай купол, забирай испытательную шестёрку в ангар и летим домой.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>— О, явился! — Марго подняла голову от операторского браслета. — Опять с самого утра в сопках пропадал, а у меня, между прочим, двадцать восемь штурмовых дронов со вчерашнего вечера в очереди на замену излучателей висят! Ремонтники пишут, что цеха заняты переналадкой!</p><p>Мы вернулись в Башню через полчаса после испытаний, и сестра встретила меня с ремонтной ведомостью на экране. Сама она сидела на диване; сумочка из крокодиловой кожи занимала соседнюю подушку. Марго щёлкнула застёжкой браслета и выжидательно посмотрела на меня.</p><p>Куб уже заложил первую крупную серию. С шестикратным ускорением линий новые крылья скоро появятся в операторских профилях девочек. Пока же им оставалось разбираться со старым хозяйством.</p><p>Я подошёл к столу Эльвиры, налил кофеёк и проверил кресло: Драг-Зул любил оставлять там пепельницу. Сиденье оказалось свободным.</p><p>— Не волнуйся, Марго, — сказал я, устраиваясь с чашкой. — Не понадобятся тебе скоро старые излучатели. Куб сейчас кое-что поинтереснее печатает, немного потерпите.</p><p>Эльвира заинтересованно посмотрела на меня. Перед ней стоял кофр с регенерационными ампулами, рядом лежали два планшета с ведомостями лазаретов от Перми до Енисея. Пока я наливал кофе, она диктовала медицинским дронам дозировки для раненых.</p><p>— Голова после вчерашнего портала не болит? — спросила она. — Ольга рассказывала, ты на том корабле четыре реакторных узла одновременно вручную удерживал.</p><p>— Живой, Эля, даже в висках не стучит, — сказал я и сделал глоток. — Плетения отработали чисто, а сегодня на свежем воздухе вообще отлично размялся. Вы сами-то как, хоть спали после ночной смены?</p><p>— Четыре часа урвали, — сказала Эльвира и закрыла кофр. — Мне ещё уральские хирурги оборвали линию: просят прислать методичку, как лечить ожоги от близких разрывов орочьей плазмы. Наши мази с ними справляются за сутки, а в армейских госпиталях такого раньше в глаза не видели.</p><p>Марго смахнула ремонтную ведомость и перебралась на край дивана.</p><p>— Слушай, Феликс, раз уж Эля про вчерашний вылет напомнила… А насчёт того корабля: ты такой трюк ещё раз повторить можешь? Ну, снова к ним на борт наведаться или ещё один крейсер на землю выманить, как на Амуре? Два корабля за четыре дня, у тебя же конвейер целый получается!</p><p>Ольга повернулась к нам от рабочего стола. На четырёх мониторах за её спиной бежали шифровки Генштаба, сменялись спутниковые снимки и графики железнодорожных перевозок. Она подтянула к себе кружку кофе и тоже ждала ответа.</p><p>— Вряд ли. Второй раз они на это уже не поведутся.</p><p>— Чего так? — спросила Марго. — Резко поумнели с перепугу?</p><p>— Орки, конечно, дебилы знатные, особенно когда светит драка с трофеями, но боевые корабли для них имеют огромную ценность. Крейсер капитанского ранга — это не расходный десантник из штрафной ямы, такие корпуса на верфях строят годами. А тут один борт мы им на пашне разобрали, со второго посреди бела дня утащили все четыре синтезатора, превратив двухкилометровый корабль в мёртвую баржу. Они там на орбите, наверное, до сих пор в шоке. Все дозорные крейсеры загнали внутрь плотного ордера под общие щиты.</p><p>— Какой тогда следующий шаг можно сделать? — спросила Эльвира. — Если сами они корабли больше не подставляют, а достать их на высокой орбите нам пока нечем?</p><p>— Нужно каким-то образом их спровоцировать и вызвать сюда самим. Есть у меня пара мыслей на этот счёт. И думаю, в самом скором времени этим займусь, потому что отсиживаться дальше опасно. Сейчас они там, наверху, явно не сидят без дела. То, что мы последние сутки не видим у них громких прорывов, вообще не значит, будто Орда выдохлась. Они ведь и сейчас продолжают открывать порталы, просто им наконец начали всерьёз противостоять.</p><p>Ольга хмыкнула и смахнула окно с центрального монитора. Над залом развернулась карта Российской Империи. От Северного Урала и Тюмени до Забайкалья и Якутии пульсировали сине-багровые узлы.</p><p>— Замечательно противостоят, Феликс, — сказала Фурия, подводя к ним лазерную указку. — В девяти точках по всей Российской Империи орки прекратили лезть вперёд пешими колоннами. Выкатили к створам тяжёлые стационарные генераторы и наглухо укрылись многослойными энергетическими барьерами, которые беспрерывно подпитывают с той стороны порталов.</p><p>Она приблизила плацдарм под Курганом, потом показала сопки севернее Иркутска. Вокруг каждого купола смыкались красные дуги имперских дивизий. Счётчики расхода боеприпасов мигали жёлтым.</p><p>— А имперские войска обложили каждый такой плацдарм и круглые сутки утюжат купола ствольной артиллерией, реактивными пакетами и тактическими ракетами, пытаясь продавить щиты грубой силой, — продолжила Ольга. — В итоге зелёные из-под своих барьеров и шага вперёд ступить не могут: наши спецгруппы с трофейной плазмой живо отбили у них охоту гулять по лесам. Но и у нас ресурсы далеко не бесконечные. Эшелоны со снарядами улетают в молоко, ракетные склады пустеют, стволы гаубиц горят от круглосуточной стрельбы, а орочьим щитам хоть бы хны, пока за пробоями гудят корабельные реакторы. Всё идёт вот в таком изматывающем режиме.</p><p>Я смотрел на жёлтые счётчики. Орки усадили наземные части под щиты и тянули время, пока сами собирали на орбите силы для удара. Значит, надо показать им, что времени у них осталось мало. Настолько мало, что и корабли поберечь некогда.</p><p>— А знаете… У меня есть отличная идея. Завтра увидите кое-что очень интересное.</p><p>Марго подалась вперёд.</p><p>— Опять трёхкилометровую приманку из водопроводных труб варить будем⁈</p><p>— Мелко плаваешь, сестрёнка. Ольга, следи за орбитальными частотами Орды, но эфир им нигде не глуши. Пусть завтра смотрят в оба глаза. Остальное узнаете утром.</p><p>Эльвира переглянулась с Ольгой. Я оставил их с картой и направился к лифту на закрытый инженерный ярус. Сириусу предстояло узнать, сколько декораций можно изготовить за одну ночь.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>К полудню следующего дня мы собрали их на горном плато в двухстах сорока километрах к северу от Уссурийска. На восемьдесят вёрст вокруг тянулись сопки и таёжные распадки. Ни посёлков, ни лесовозных дорог; случайного охотника здесь тоже можно было не опасаться. Места хватало и нам, и тем, кого мы ждали в гости.</p><p>По краю плато стояли двенадцать решётчатых шпилей. Куб изготовил их за ночь; теперь они образовывали трёхкилометровое кольцо. От каждого к площадке у моих ног тянулась шина из звёздной меди. Вдоль склонов, в три ряда, расположились четыре тысячи штурмовых платформ со спаренными резаками.</p><p>Ближайший круг держали шестьсот тёмно-серых гибридов. За ночь Куб успел выпустить первую партию, а разойтись по ангарам девочек она ещё не успела. Сейчас новые корпуса висели вокруг расчерченной в камне площадки, выставив оружие наружу.</p><p>На высоте четырёхсот метров застыли пятьдесят тысяч «Шершней». Над ними тремя кольцами ходили сорок тысяч штурмовых дисков и перехватчиков. Выше расположились дроны поддержки с ретрансляторами; под ноябрьскими тучами заняли позиции тридцать два атмосферных корвета. От их общего гула под ботинками дрожала каменная крошка.</p><p>Ходовые контуры горели на полную яркость. Куполов и радиоэлектронных помех сегодня тоже не было. С орбиты нас можно было рассматривать во всех подробностях, на что я и рассчитывал.</p><p>— Сириус, всё готово?</p><p>— Всё готово, Повелитель. Все двенадцать периметральных резонаторов синхронизированы, буферные ячейки заряжены, маскировка отключена во всех диапазонах. Верхние корветы расчистили облачное окно прямо над точкой пуска. Операторы Ольга, Эльвира и Маргарита подключились к трансляции из Башни. Орбитальный сектор над нами открыт, видимость для внешних наблюдателей стопроцентная.</p><p>— Тогда начинаем концерт.</p><p>Я встал в центр контактного круга, размял пальцы и сплёл стартовую матрицу. Ладони сошлись; пусковой импульс ударил в перекрестье медных шин.</p><p>Под подошвами вспыхнул белый свет. По площадке побежали золотисто-фиолетовые волны, с валунов поднялся пар. Сухую траву прижало к земле. Двенадцать шпилей загудели, подхватили сигнал и разогнали его через призматические отражатели.</p><p>От медных дорожек оторвались первые метровые глифы. Они закружились у моих плеч, поднялись над головой, и через три секунды резонаторы вывели проекцию на полную мощность.</p><p>Теперь знаки размером с многоэтажный дом поднимались тысячами. Проходили между ярусами дронов, сворачивались в кольца пространственной привязки. Ложные уравнения прокола мерности цеплялись за командные руны Техносов. Над плато росла полукилометровая воронка.</p><p>Я замкнул верхнее фокусное кольцо.</p><p>По сопкам прокатился гром. Шпили ударили лучами в одну точку, и из центра площадки встала трёхсотметровая колонна бело-золотого света. Вокруг неё взлетали гирлянды письмен. Столб прошёл через расчищенное корветами окно в тучах, раздвинул его до двух километров и протянулся через стратосферу в космос.</p><p>В Многомерной Вселенной такой сигнал называли Маяком. Его зажигали разведчики или сам Повелитель, указывая Рою путь к планете, координат которой ещё не было в общей сети. За настоящим Маяком приходили стальные армады.</p><p>За моим пока могли прийти только очень злые орки.</p><p>Я опустил руки, сунул их в карманы и посмотрел вверх. Формулу этой пустышки я придумал ещё в прошлой жизни: после десяти минут небесной иллюминации особо упрямые правители охотнее договаривались.</p><p>Вся нынешняя красота питалась от пары трофейных танковых батарей. Двенадцать полых резонаторов раздували фоновые гармоники; барьеры Запретного мира оставались целы. Толковому техномагу хватило бы пяти секунд, чтобы увидеть пустые несущие петли. Среди местных такого мастера ещё требовалось поискать, а на орочьей эскадре я его тем более не ждал.</p><p>Зато внешний вид Маяка там наверняка помнили.</p><p>— Засекай время, Сириус, — сказал я, провожая взглядом фальшивые письмена за кромку стратосферы. — Посмотрим, через сколько минут у них сдадут нервы.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Высокая орбита Земли</p><p>Флагманский корабль «Крушитель Миров»</p><p>Грак-Тор полоснул силовым когтем по голограмме. Третья штурмовая директива ушла в архив, багровые стрелы над континентами погасли.</p><p>По одному кораблю над каждой столицей. Формальный ультиматум, открытые орудийные порты, плазма по кварталам. На сотне миров этот порядок работал: к вечеру вместе с дворцами сгорали вожди и штабы, ещё через сутки остатки войск разбегались. Здесь расчёт перечеркнул один крейсер, потерянный в амурской грязи.</p><p>В ангарах «Крушителя Миров» и на подвесах носителей стояли ещё десятки таких двухкилометровых корпусов, с полными погребами и готовыми реакторами. Орда могла восполнить потерю «Опустошителя». Грак-Тору предстояло объяснить её шестерым союзным флотоводцам, чьи эскадры со дня на день выйдут из обходных коридоров.</p><p>Кар-Барак и Скар-Вейл наверняка спросят, как туземцы с пороховыми пушками сожрали его крейсер. Уже и собственные капитаны на утренних сводках прятали глаза.</p><p>Назвать им настоящего противника означало устроить панику на всём флоте. Шаманы поднимут вой о древнем проклятии раньше, чем адмирал закончит фразу. Одному он уже вырвал глотку прямо на мостике за произнесённое вслух имя Повелителя Дронов.</p><p>На разборе Грак-Тор обозвал погибшего капитана ослом и закрыл вопрос. После вчерашней диверсии на «Чёрном Жернове» стянул дозоры под общие щиты и велел дважды сменить сервисные ключи. Офицеры получили повод подтянуть дисциплину. Сам адмирал с утра отправлял в архив планы атмосферного штурма.</p><p>Развесь он корабли над столицами, к вечеру ударное крыло можно было бы собирать по обломкам. Самостоятельно уйти к другим звёздам эти суда тоже не могли: варп-контуров на них не ставили. До цели их возили в ангарах флагмана, а выпускали уже для работы в атмосфере. Перед союзниками Грак-Тор рисковал остаться с пустыми десантными чревами.</p><p>Он погасил проектор и вышел из штабного алькова на мостик.</p><p>Настил звякнул под четырёхметровым орком в адамантиевом экзоскелете. Операторы выпрямились в приборных ямах. Брук-Тар, вахтенный суб-коммандер, ударил кулаком по нагруднику и шагнул к трапу.</p><p>— Верховный адмирал! Орбитальный ордер держит плотный строй, внешние дозоры докладывают о чистом вакууме до самого астероидного пояса. «Чёрный Жернов» взят на буксирные захваты в третьем секторе, шифры внутренней телеметрии обновлены. На поверхности все девять опорных якорей работают в штатном режиме. Туземцы круглые сутки засыпают купола артиллерией и ракетами, просадка барьеров нулевая. По всем постам обстановка спокойная.</p><p>Грак-Тор поднялся на помост и упёрся лапами в поручень перед главным экраном. Так по привычке называли полукруглый свод бронестекла метровой толщины. По внутренней дуге зеленели руны дальномеров; за стеклом висели корабли охранения. Ниже голубела Земля. Над восточным побережьем материка тянулись полосы туч.</p><p>Под ними вспыхнула золотая точка.</p><p>Из облаков ударил столб света и протянулся в космос. Золотые отблески легли на настил мостика; операторы прикрыли глаза лапами. У рунической колонки зазвенели костяные подвески.</p><p>Гхаз на сканерном посту пробежал когтями по клавишам, посмотрел на показания и осклабился.</p><p>— Сигнатура проверена, верховный адмирал! — сказал он, поворачиваясь к помосту. — Никакой угрозы не несёт! Ни орудийной плазмы, ни боевой накачки — пустой световой фон, вообще не оружие. Можно расслабиться!</p><p>Грак-Тор перевёл на него взгляд. Гхаз закрыл пасть.</p><p>Линзы в правой половине адмиральского черепа затрещали, меняя кратность. Вдоль белого столба тянулись спирали золотых знаков.</p><p>— В смысле — расслабиться⁈ — спросил Грак-Тор. — Показать мне место исходной точки! Максимальное приближение, быстро!</p><p>Брук-Тар махнул связистам. На бронестекле развернулось окно оптической разведки. Объективы смотрели сквозь двухкилометровый просвет в облаках прямо на плато.</p><p>Двенадцать шпилей окружали площадку среди камней.</p><p>Грак-Тор стиснул челюсти. На клыках заскрежетали платиновые гильзы.</p><p>— Поднимайте «Клыков» и «Безумцев»! «Череподробителей» туда же! Весь ударный космодесант с верхних палуб — в штурмовые капсулы и челноки, срочно на это плато!</p><p>— Господин адмирал… — Брук-Тар моргнул. — Но вы же сами говорили пока не использовать элиту! Их берегли до общего прорыва…</p><p>— Плевать! — Грак-Тор ударил кулаком по поручню. — Отправляйте туда всех!</p><p>Гхаз вскочил и показал лапой на зелёные шкалы.</p><p>— Мой адмирал, но этот луч не несёт никакой угрозы! Там голые камни вокруг, зачем туда армию⁈</p><p>Грак-Тор шагнул с помоста. Силовой коготь оказался у горла суб-коммандера.</p><p>— Я вас сейчас сам сожру с потрохами, безмозглая падаль! Отправлять! Выполнять!</p><p>Брук-Тар отшатнулся и обеими лапами ударил по клавише экстренного сброса. Взвыли ревуны. По настилу прошла дрожь: в кормовых и бортовых секторах открывались пусковые шахты, отщёлкивались замки десантных капсул.</p><p>Адмирал вернулся к стеклу.</p><p>В шаманских хранилищах Гор-Морка Грак-Тор десятки раз перечитывал чёрные свитки Великой Бойни. Пятнадцать материнских кораблей и три десятка звёздных секторов погибли после таких же сигналов. Приборы тогда тоже показывали безобидный световой фон: орудийной мощности в Маяке не было.</p><p>Затем приходил Рой.</p><p>Грак-Тор знал, что этот золотой круг от Повелителя Саранчи, Несущего Смерть. И этот болван Гхаз ещё предлагал расслабиться.</p><p>Достаточно назвать имя вслух, объяснить приказ, и экипажи сами перережут командиров. Обрубят буксирные тросы и рванут из системы, тараня тех, кто окажется на пути. Страх перед силовым когтем пока удерживал офицеров на постах; с Роем коготь состязаться не мог.</p><p>Оставалось успеть до завершения вызова.</p><p>Из этого глухого кармана Вселенной сигналу ещё требовалось выбраться наружу. Пять часов, от силы восемь. Потом луч пересечёт мёртвую зону, достигнет известных секторов у рубежей Тау-Кита и зацепит хотя бы один из спящих ретрансляторов, оставшихся после древних войн. Координаты Земли уйдут в главную сеть.</p><p>Взгляд адмирала вернулся к двенадцати шпилям. Вот зачем противнику понадобились корабли. На нищей планете нужных пустотных узлов взять было негде, а в отсеках «Опустошителя» и реакторном зале «Чёрного Жернова» всё нашлось. По крайней мере, это объясняло, почему Повелитель Саранчи тянул с Маяком до сегодняшнего дня.</p><p>Теперь его требовалось выбить из контактного круга. Сдвинуть с фокуса, сорвать недостроенную матрицу. Лучше сразу разорвать смертное тело, пока Повелитель сам стоит среди камней.</p><p>Сканеры насчитали над плато сто шестьдесят пять тысяч атмосферных машин. Когда-то их легионы закрывали звёзды; нынешние силы можно было смять. Двенадцать тысяч бойцов из «Клыков», «Безумцев» и «Череподробителей» вместе с тяжёлым космодесантом должны прорваться к кругу. Пусть даже до него доберутся единицы.</p><p>Двадцать кораблей могли одним залпом спечь этот хребет до мантии. Но вместе с горами рухнула бы аномальная оболочка Запретного мира. Излучение Живого Ядра тут же увидели бы чужие кланы и дозорные Гхркала, а Маяк, лишившись планетарной завесы, достал бы до внешних секторов сразу.</p><p>Корабельные батареи приходилось держать на предохранителях. Всю работу предстояло сделать пехоте.</p><p>За стеклом уже тянулись к облачному окну сотни раскалённых росчерков первой волны сброса.</p><p>— Обратного пути на борт ни у кого нет, — бросил Грак-Тор. — Пока луч горит, живым с этого плато не вернётся ни один!</p></section><section><title><p>Глава 21</p></title><p>Глава 21</p><p>— Где обещанная добыча и почему у тебя горят ко— Три минуты сорок восемь секунд, Повелитель, — сообщил висевший рядом Сириус. — На главном носителе и кораблях охраны открылись пусковые шахты. Идёт сброс десанта по нашему азимуту.</p><p>Я прищурился и задрал голову к двухкилометровому просвету в ноябрьских тучах. По краям бело-золотого луча Маяка в стратосфере вспыхивали багровые искры. За несколько секунд редкие точки слились в огненную россыпь во всё окно.</p><p>Сверху отвесно сыпались десантные конусы и штурмовые боты, оставляя за кормой белые хвосты плазмы. Над отрогами Сихотэ-Алиня покатился слитный грохот сверхзвуковых ударов, под подошвами задрожал камень.</p><p>— Засекаю двенадцать тысяч посадочных меток, — сказал Сириус и вывел сбоку тактическую схему квадрата. — Штрафников среди них нет, сплошь элита с верхних палуб. По клановым клеймам на корпусах идут сотни «Клыков», штурмовики «Безумцев», осадные расчёты «Череподробителей» и тяжёлая пехота Звёздных Свежевателей.</p><p>В ухе щёлкнул прямой канал Башни.</p><p>— Феликс, у зелёных на частотах стоит дикий вой! — сказала Ольга. — Эфир я по твоему распоряжению оставила чистым, пишу все переговоры. Шаманы с командирами так накачали головорезов перед пуском, что у меня дешифратор на их проклятиях спотыкается!</p><p>— Что пообещали? — спросил я.</p><p>— Щедрый пакет! За голову «наглеца в круге» Грак-Тор выставил целый крейсер в собственность клана, право первого грабежа, груду золота и место в совете старейшин. Кто доставит на мостик трофейный череп, тот и победил! Причём про формулы Техносов над сопками ни слова. Адмирал твоё имя вслух произнести боится: знает, что тогда половина десанта ещё на спуске даст боковой импульс и разбежится по тайге!</p><p>Я хмыкнул. Собственное войско Грак-Тор изучил неплохо. Объяви он команде, что на камнях их дожидается Повелитель Железной Саранчи, штурмовые роты пришлось бы выгонять пинками. Зато за безымянным магом-одиночкой с такой ценой на лбу орда неслась наперегонки.</p><p>Встречать орочий парад мне приходилось стоя на пятачке. Ботинки замыкали перекрестье из звёздной меди посреди контактного круга. Сам световой столб кормился от пары трофейных танковых батарей через двенадцать полых шпилей по кромке плато, однако центральный фокус висел на мне. Шагни я за черту — трёхсотметровая декорация тут же схлопнулась бы под прицелом корабельных камер, и наученный горьким опытом адмирал придержал бы крейсеры на высокой орбите, куда наземные пусковые не добивают.</p><p>Выходило, сегодня я служил приманкой на коротком поводке. Благо встречали гостей сто шестьдесят пять тысяч машин Роя: от трёх ярусов штурмовых платформ на склонах до тридцати двух атмосферных корветов под самой облачной кромкой.</p><p>— Первая волна у земли через пять секунд, — предупредил Сириус. — Маргарита, берёшь восточный скат и первые шесть резонаторов. Эльвира, на тебе западный сектор. Работайте по готовности.</p><p>— Принято, начинаем! — ответила Марго.</p><p>Первая тысяча раскалённых капсул прошила просвет в облаках на гиперзвуке. Парашютов орочий флот не признавал: литые конусы падали в скалу ломами и с ходу рвали строй нижних «Шершней». Корветы вместе с кольцами перехватчиков ударили навстречу. Фазовые лучи и тридцатимиллиметровые очереди полоснули по падающему металлу. Несколько десятков ботов лопнули в воздухе багровыми вспышками и засеяли склоны кусками адамантия, но остальные пробили заслон массой.</p><p>За двести метров до вершины под днищами капсул рявкнули тормозные пакеты. От воздушного удара заложило уши, по защитному контуру хлестнуло каменным крошевом. Левой ладонью я подхватил поплывшую от сотрясения частоту шпилей, чтобы столб Маяка устоял.</p><p>Многотонные туши одна за другой впечатались в базальт. Вокруг резонаторов взметнулись гейзеры щебня. Пиропатроны отстрелили аппарели прямо в гущу пикирующих дронов, сбив десятки лёгких корпусов, и из дымных отсеков хлынула орда.</p><p>Первыми вылетели трёхметровые «Безумцы» в шипастой броне. Под боевыми стимуляторами они с порога включали прыжковые ранцы и силовыми клешнями выворачивали спаренные резаки с мясом. За ними плотно шагали четырёхметровые четверорукие «Череподробители»: нижняя пара лап держала ростовые щиты, верхняя била поверх кромки из шестиствольных деструкторов и заносила гравитационные молоты. Промежутки заполняли клинья «Клыков» с двумя фазовыми секирами и шеренги космодесанта под общими куполами.</p><p>Двенадцать тысяч латников с рёвом катились к центру площадки. Прямо на меня.</p><p>— Верхним кольцам гасить купола! — скомандовал я. — Платформам резать колени, «Шершням» лезть под самую броню!</p><p>На трёхкилометровом плато началась молотилка. Четыре тысячи платформ со склонов положили перекрёстные веера, десант ответил из роторных пушек так густо, что воздух над валунами побелел от плазмы. Лёгкие «Шершни» сгорали сотнями в секунду: земной металл испарялся на подлёте, расплавленные батареи капали оркам на шлемы.</p><p>Следом из верхнего Роя падали новые тысячи. На одного орка заходила пятёрка «Шершней»: первые три всаживали заряд в личный щит, четвёртый проскальзывал в окно просадки и резаком пережигал горловой стык либо кормовой шланг, пятый вбивал кумулятивный клин под наплечник. Сорок тысяч дисков сверху гвоздили пехоту вольфрамовыми дротиками, а корветы из-под туч разбирали посадочные боты тяжёлой плазмой.</p><p>— Выбыло две тысячи восемьсот бортов… — докладывал Сириус. — Четыре девятьсот… Семь триста двадцать… Орки зажгли перегрузочные руны на взводных щитах, северная линия платформ смята.</p><p>— Марго, правый фланг! — крикнула из Башни Ольга. — Возле четвёртой вышки три сотни «Клыков» встали черепахой, волокут подрывные ранцы под ногу шпиля!</p><p>— Сама вижу, не кричи под руку! — ответила сестра.</p><p>С восточного гребня вдоль скальной стенки свалилось в пике крыло перехватчиков. Маргарита протащила диски на высоте человеческого роста над камнями и полоснула под нижний обрез щитов, куда не доставали верхние батареи. Первый ряд «Клыков» повалился с перебитыми приводами ног, следом в середине строя сдетонировал подрывной ранец, и сотню бронированных туш раскидало по ущелью.</p><p>Западный край Эльвира держала по-своему. Когда полторы сотни «Безумцев» на ранцах перепрыгнули вторую террасу платформ у девятого резонатора, она отвела повреждённые машины в глубину, втянула штурмовиков в каменную расселину и положила туда дружный залп четырёх корветов.</p><p>— Минус семнадцать тысяч четыреста машин! — сообщил Сириус. — Двадцать три сто! Повелитель, в центральном секторе сводный отряд «Череподробителей» и «Клыков» пробил заслон и таранит внутренний круг гибридов!</p><p>Я скосил глаза к северу. Шагах в сорока из белого дыма вывалились три десятка четырёхметровых верзил. Адамантий на их кирасах плыл багровыми потёками, гребни на шлемах обломало осколками, однако рунная ковка ещё держала. Шестьсот тёмно-серых гибридов ночной партии ударили в упор из фазовых излучателей и тридцатимиллиметровых пушек. Двадцать два орка легли на подходе, остальные восемь продавили строй.</p><p>Десятник «Череподробителей» двуручным молотом сверху вбил крайнего гибрида по брюхо в базальт, плечом снёс соседний перехватчик и выскочил на плешь перед кругом. За его спиной в пролом нырнули ещё семеро.</p><p>Сквозь копоть на визоре великан разглядел меня в десяти шагах: ни шлема, ни латного скафандра, один распахнутый плащ поверх куртки. Его рёв перекрыл визг резаков:</p><p>— Я тебе голову с позвоночником вырву!</p><p>Прыжковый ранец за его плечами дал полный импульс, и четыре тонны металла с занесённым молотом пошли мне в лоб.</p><p>Ступни я оставил на медном перекрестье. Правая рука описала косую черту снизу вверх, с пальцев сорвалась плоская кромка прямого расщепления.</p><p>Золотое лезвие Техносов наискось пересекло корпус громилы от бедра до противоположного плеча. Флотский адамантий, только что выдержавший обстрел тяжёлых дронов, разошёлся надвое вместе с силовыми рунами, костями и реактором за спиной. Обе половины просвистели по бокам от меня и с грохотом прокатились по оплавленной породе позади круга.</p><p>Семеро его бойцов уже набегали следом. Двое на скаку вскинули перегретые стволы деструкторов и нажали спуски.</p><p>Коротким поворотом ладони я поставил перед грудью зеркало преломления. Бело-фиолетовые плевки срикошетили в стрелков и оторвали головы обоим. На четверых «Клыках» правее я сжал пальцы в гравитационный кулак: панцири вмяло с жестяным треском. Замыкающего «Безумца» с двумя тесаками я поймал в прыжке на три золотых штыря и отбросил тушу под спаренные резаки гибридов.</p><p>Сквозь тучи на вершину уже сыпалась третья партия ботов. Воздух вокруг площадки дрожал от жара. В двадцати шагах от черты битая обшивка «Шершней» и отрубленные наплечники плыли рыжей жижей по трещинам камня. Защитные контуры и теплоотвод пахали на полную, сбрасывая перегрев в шины резонаторов.</p><p>— Потери тридцать одна тысяча восемьсот, — сказал Сириус, пока гибриды смыкали внутренний строй. — Повелитель, по закрытой правительственной линии срочный вызов от императора Александра Пятого. Пульс у государя сто сорок восемь.</p><p>— Выводи на связь, — велел я и росчерком правой руки срезал ещё двоих подобравшихся к шинам штурмовиков.</p><p>В наушнике загремел надтреснутый голос монарха:</p><p>— Феликс! Что у тебя там за бойня⁈ На «Гелиосах» вся оптика выбелена до отказа, к тебе с орбиты целая армада метеоритами падает! Продержись пару минут, слышишь⁈ С Воздвиженки и из-под Хабаровска уже взлетают тяжёлые ракетоносцы, дивизионы наводят пакеты по кромке сопок, за ними выбросим полки гвардейского десанта!</p><p>Слева из огненной мути выскочил однорукий «Клык» и вскинул в уцелевшей лапе плазменную гранату. По щелчку пальцев пространство вокруг ветерана свернулось в плотный шар. Внутри коротко бухнуло, на базальт высыпалась пригоршня пепла.</p><p>— Погодите с десантом, — ответил я. — Какая тут авиация? Гляньте сперва температуру на камнях.</p><p>Александр на секунду замолчал, а затем крикнул в глубину штабного зала:</p><p>— Тепловой срез по квадрату, бегом!</p><p>Защёлкали клавиши, и в трубку пробился глухой доклад оператора:</p><p>— Ваше Императорское Величество… Инфракрасный канал зашкаливает! По краю плато тысяча шестьсот градусов, у центрального луча за две тысячи сто! Государь, там порода кипит, там сталь ручьями льётся… Самолёты вспыхнут ещё на подлёте!</p><p>В динамике послышалось тяжёлое дыхание.</p><p>— За две тысячи… — произнёс Александр и следом сорвался на крик: — Вокруг тебя же броня течёт! Феликс, ты каким чудом там вообще живой стоишь⁈</p><p>Я сбил щелчком окалину с рукава и посмотрел сквозь дым в облачное окно.</p><p>— Как обычно, Ваше Императорское Величество. Как обычно.</p><p>Приморский край, отроги Сихотэ-Алиня</p><p>Южный участок оцепления в семи километрах от плато</p><p>Ударная волна перекатилась через хребет и встряхнула вековой кедрач; полковнику Павлу Стрельцову за шиворот маскхалата насыпало хвои с грязью.</p><p>Его отряд сорвали с Урала среди ночи и военным бортом перекинули в Приморье: император закрыл лучшими частями подходы к горному массиву с прямым приказом сидеть тихо. Только наблюдать с соседней сопки оказалось мучением. Даже светофильтры полевого бинокля плохо спасали от рези в глазах.</p><p>Стрельцов опустил оптику на ремень и зажмурился — под веками плыли зелёные круги. За глубоким распадком упирался в небо бело-золотой столб, и сверху в него сотнями неслись раскалённые полосы. По склонам кувыркались горящие остовы беспилотников, плазменные купола разрывов вставали над лесом, скала под наколенниками дрожала четверть часа кряду. С семи километров картина виделась одна: космический флот пришельцев поймал князя Приморья на голой плеши и вколачивает его вместе с дронами в гору.</p><p>С правого гребня скатился снайпер Рябов по прозвищу Чиж, прижимая к груди трофейный излучатель.</p><p>— Господин полковник! — доложил он. — На нижний южный уступ, километра за полтора до вершины, с недолётом легли восемь капсул! Высыпало около полусотни четырёхметровых громил в чёрных латах, вытянулись цепью и лезут по расщелине прямиком под его башни! А беспилотников на склоне раз-два и обчёлся, все наверху бьются!</p><p>В эту же секунду наушник отозвался шипением штабной волны: генерал Дорохов из оперативного управления снова диктовал запрет на демаскировку и стрельбу, грозя трибуналом на месте любому нарушителю.</p><p>У переднего колеса армейского багги капитан Климов вогнал свежую батарею в гнездо переделанного карабина Т-4 и сплюнул на мёрзлый ягель.</p><p>— Заботливое начальство, — сказал он и кивнул из-под каски на пылающий гребень. — Лежите, мужики, в сугробе, любуйтесь фейерверком, пока там одного пацана тысячи инопланетных мясников на ремни режут.</p><p>У сосны переглянулись майор Верещагин с Зыковым. Пять суток назад все шестнадцать офицеров «Сапсана» вооружились этой самой плазмой и адамантиевыми клинками из арсенала, отбитого Бездушным на Амуре, а сам Стрельцов держал на ремне орочий карабин с широкой скобой, подобранный после боя под Златоустом.</p><p>Климов встал с корточек и подошёл к полковнику; вечная ухмылка сошла с его скуластого лица.</p><p>— Командир. У меня в конце лета родного деда под Спасском второй инсульт хватил, восемьдесят два года старику. Деревенский фельдшер руками развёл: по грунтовке не довезти, обмывайте. А через четыре минуты во двор опустился белый медицинский глайдер «Филина». Прямо на крыльце с того света выдернули. Вчера по видеосвязи звонил, берёзовые чурбаки у сарая колет.</p><p>Стрельцов глянул на перчатки, на цевье карабина. Уговаривать его нужды не было. Два месяца назад в столичном госпитале врачи нашли у его жены четвёртую стадию рака: разложили снимки на столе и посоветовали готовиться к худшему. Павел тогда поднял старые армейские связи, выбил направление в уссурийскую клинику Бездушного, и после двух часов в регенерационной капсуле петербургские светила молча разглядывали чистые томограммы.</p><p>— Задавят его сейчас на этих камнях, — продолжил Климов, — сколько народу по стране до ночи сгорит? Миллион? Десять? Да зелёные до Волги всё живое под нож пустят, судить нас будет некому. Выручать надо, господин полковник. Хоть эту полсотню на нижнем скате перехватим!</p><p>— Прав капитан, — сказал Верещагин и поправил ножны адамантиевого меча за спиной. — В руках его стволы, дома близкие им спасены. Тошно за ёлками прятаться.</p><p>Стрельцов ещё пару секунд смотрел на кипящую вершину. Затем вынул из уха клипсу дальней штабной связи, убрал её в карман разгрузки и оставил рабочим только ближний канал сектора.</p><p>— «Сапсан», по машинам! — скомандовал он и вскочил на дугу головного вездехода. — Соседи из второй гвардейской справа, слышите⁈ Идём южным распадком бить прорыв на уступе, кто с совестью — заводи моторы! Ползунки мощности на двойку, батарей не жалеть!</p><p>Четыре багги взревели движками и сорвались с места по каменистой колее. Через полминуты из соседнего ельника в строй к ним выскочили шесть броневиков лейб-гвардии: судя по рёву дизелей, связь со столицей в южном квадрате сегодня пропала у всех разом.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>К тридцатой минуте схватки поток капсул иссяк. Оставшиеся в живых сотни орочьей гвардии жались коробками за оплавленными глыбами и отстреливались последними зарядами, пока корветы с платформами доламывали их щиты.</p><p>Тут южная кромка тактической сетки замигала зелёными значками.</p><p>— Повелитель! — повернул ко мне окуляр Сириус. — Нарушение периметра с юга! Имперский спецназ и роты лейб-гвардии оставили рубеж оцепления и вступили в бой с восемью недолетевшими группами орды!</p><p>Золотым росчерком я снёс башку безногому латнику, подползшему к самой медной полосе, и выругался сквозь зубы:</p><p>— Ну что за камикадзе! Какого чёрта они сюда попёрлись⁈ Им же император должен был приказать носа из-за хребта не показывать!</p><p>Около сорока бойцов рассыпались от разбитых вездеходов по осыпи и в упор жгли орочьих латников трофейной плазмой. Двое передовых офицеров уже сошлись с великанами на адамантиевых клинках посреди узкой каменной полки. Рубились зло и со знанием дела, однако в драке с флагманской элитой первый же пропущенный выпад стоил человеку головы.</p><p>— Сириус, дуй к ним сам! — приказал я. — Марго, половину крыла перебрасывай на южный скат! Прикройте этих орлов. Потеряете хоть одного бойца — обоих оставлю без квартальной премии!</p><p>— А нам положена премия⁈ Йу-у-уху-у-у!!! — отозвалась Маргарита. — Выполняю. Лихие оказались гвардейцы, я за их вездеходами еле угналась!</p><p>Чёрно-серебристый шар метнулся под обрыв, а следом с восточной кромки в расселину упали две тысячи штурмовых дисков и сотня гибридов. Рой навис плотным зонтом над орочьей цепью: принял очереди деструкторов на силовые поля, выжег вспышками оптику на шлемах и дал пехотинцам добить ослепших громил по сочленениям лат.</p><p>Я проводил взглядом зелёные точки на карте и покачал головой.</p><p>Ещё через шесть минут на самом плато смолк последний ствол.</p><p>Все двенадцать тысяч рубак полегли на трёх километрах выжженного камня. Рой заплатил за этот штурм тридцатью восемью тысячами машин — в основном лёгкими «Шершнями» и старыми перехватчиками, чей лом ремонтники уже сгружали в короба под переплавку. Ответный улов окупал потери десятикратно.</p><p>Из облаков одна за другой опускались грузовые баржи. Магнитные тралы поднимали со скал целые кирасы флотской работы, роторные деструкторы, молоты и адамантиевые створки десантных капсул. Пустотный металл сплошным потоком шёл на гиперзвуке в Куб, прямиком на стапель Дредноута.</p><p>Маяк за спиной я пока оставил включённым: гасить приманку до спуска главных гостей резона не было. Тяжёлые платформы винтами прогнали поток морозного воздуха по каменному жёлобу с юга, остудив корку шлака, и скоро между баржами показались наши добровольные помощники. Солдаты уже деловито ворочали тёплые глыбы под бруствер вдоль обрыва; двоих контуженых бойцов перевязывали меддроны Эльвиры, убитых в отряде не было. Распоряжался на кромке полковник с седыми висками и обгоревшим обшлагом маскхалата, а рядом скуластый капитан носком берца катал по камню рогатый шлем «Череподробителя».</p><p>— Стоп, парни! — крикнул я, когда военные подошли метров на двадцать пять к контуру. — Ближе шагать не советую, сгорите нахрен!</p><p>Полковник тормознул у трещины, поднял ладонь и выпрямился перед ревущим столбом света:</p><p>— Ваше сиятельство! Командир спецгруппы «Сапсан» полковник Стрельцов! Южная расщелина чистая, выход к вашим вышкам перекрыт!</p><p>— Выручили, полковник, спасибо за службу. А теперь забирайте людей и уходите за гребень бегом.</p><p>Стрельцов посмотрел на офицеров и покачал головой:</p><p>— Никак нет, ваше сиятельство. Один царский приказ мы нынче уже нарушили, а дважды не разжалуют. Окопаемся по кромке и прикроем вам спину.</p><p>В полуметре от его лица прошла синяя зыбь. Сириус погасил невидимость, поднял глазок к тучам и развернул перед военными панораму неба с десятикратным увеличением.</p><p>Сквозь рваную облачность носами к земле спускались восемь двухкилометровых крейсеров типа «Опустошитель» на багровых столбах тормозной плазмы. Рядом с этими бронированными тушами наши корветы смотрелись комарами.</p><p>— Смелость зачётная, господа офицеры, — произнёс Сириус, обведя корабли алыми контурами. — Через полторы минуты эти восемь бортов лягут на боевой курс. Одного их залпа хватит, чтобы от вашей роты не осталось даже жетонов.</p><p>Спецназовцы задрали каски к просвету. Кто-то во втором ряду тихо присвистнул. Стрельцов перевёл взгляд с нависающих кораблей на меня:</p><p>— Погодите… Так ведь и вас на этом пятачке вместе с нами накроет!</p><p>Я рассмеялся:</p><p>— За меня не переживайте! По машинам живо, мужики. Отработали на отлично.</p><p>У них за спиной на расчищенный выступ уже сели с открытыми рампами два транспортных глайдера Роя. Полковник козырнул и скомандовал погрузку. Скуластый капитан задержался на нижней ступеньке сходней, перекинул остывающий Т-4 за плечо и обернулся в чёрном от сажи маскхалате:</p><p>— Извините за наглость, ваша светлость! А как соберётесь к этим упырям с ответным визитом на их планету — нас в команду запишете⁈</p><p>Из десантного отсека его тут же поддержали:</p><p>— Меня тоже берите, ваша светлость, у меня три батареи про запас!</p><p>— Да с вами половина русской армии хоть на край галактики рванёт! — крикнул широкоплечий майор с рукоятью адамантиевого клинка над плечом и подал руку контуженому гвардейцу. — Главное знать, что дома порядок и семьи под защитой!</p><p>Я открыл было рот отшутиться, что всю дорогу воевал одними железяками, но промолчал. Оглядел чумазого капитана, его парней под брюхом спускающихся крейсеров и кивнул:</p><p>— Обдумаю, капитан. Оставьте Сириусу контакты части.</p><p>Офицер тряхнул кулаком, вбежал по аппарели, и оба глайдера ушли низом по ущелью за гранитные отроги.</p><p>Как раз вовремя. Над головой начиналось главное действие.</p><p>Восьмёрка «Опустошителей» провалилась под облачный слой и принялась выравнивать корпуса на антигравах в шести километрах над массивом. Времени у Грак-Тора не оставалось: элитный десант сгинул без остатка, фальшивый луч по-прежнему светил на весь рукав, а стрелять главным калибром сверху адмирал боялся, чтобы не пробить маскирующий купол Запретного мира. Оставался единственный выход — загнать крейсеры под тучи и выжечь площадку бортовой плазмой в упор.</p><p>Именно ради этого манёвра мы и городили весь огород.</p><p>По скулам ведущего корабля уже побежали багровые огни орудийных портов, когда в шестидесяти и девяноста километрах на запад, на глухих имперских полигонах, откинулись бетонные крышки шестнадцати колодцев.</p><p>— Дивизион «Копьё», полный залп по восьми вымпелам, — сообщил Сириус.</p><p>Из-за лесистых сопок в небо взметнулись шестнадцать золотых черт. Полые десантные заготовки остались на складах: сейчас на слом шла бронебойная серия. Стопятидесятиметровые веретёна с кристаллами сжатия метрики на остриях в несколько секунд разменяли двенадцать махов. Орочьи командиры на спуске перегнали треть реакторной мощности на антигравы, просадив верхние сектора защиты.</p><p>Два первых «Копья» вошли головному крейсеру под основание ходовой рубки и в кормовые дюзы. Щит брызнул фиолетовой крошкой, спиральные руны Техносов прошили трёхметровый адамантий до реакторных камер, и двухкилометровый корпус переломился пополам в ослепительной вспышке.</p><p>Второй борт справа разнесло изнутри следом. Третьему пара снарядов вспорола днище: корабль накренился, горящим тараном зацепил соседа по строю, и оба исполина посыпались в безлюдные северные пади километрах в шестидесяти от плато, теряя по дороге башни и куски шпангоутов. Пятый, шестой… Две крайние машины рванули на форсаже к кромке туч, но догонная пара «Копий» достала беглецов у стратосферы и свалила обоих дымными кострами за дальний хребет.</p><p>Сверху с запозданием обрушился обвальный гром, базальт под ботинками загудел от далёких ударов, и я повернулся к Сириусу:</p><p>— Проследи, чтобы камеры сняли каждый сбитый борт минимум с трёх ракурсов. Заказчик у нас платит редкоземельными элементами, в контракте прописаны крупные планы рвущихся переборок.</p><p>На канале Башни рассмеялась Ольга:</p><p>— Заказчик уже принимает отчёт в прямом эфире, Феликс! Включаю трансляцию из Петербурга, такое грех слушать в одно лицо!</p><p>В наушнике щёлкнуло переключение, и поверх отдалённого рокота взрывов голос Александра Пятого вслух вёл счёт:</p><p>— … Пять! Жри, мразь инопланетная! Шесть… Ну же, бери правее, родной… Семь! Есть и восьмой, мать вашу так!</p><p>Я приподнял бровь:</p><p>— Стоп, Оля. Император сейчас смотрит бой через наш нейроинтерфейс, правительственную трубку он положил. Откуда звук из комнаты?</p><p>— А у него на столе смартфон лежит, — ответила Фурия. — Вот мне и стало любопытно, вытянет ли мой скрипт микрофон.</p><p>— И зачем такие сложности, раз на голове у него и без того наш обруч?</p><p>— Из чистого спортивного азарта! — сказала Ольга. — И глянь на высокую орбиту, Феликс. К просвету выходит их главная кувалда. Тридцать линейных крейсеров Третьей Когорты перестраиваются клином для прорыва!</p><p>Я перевёл взгляд на верхнюю сферу Сириуса. Тридцать крупных треугольников за «Клыком Пустоты» уже опускали носы к атмосфере. Расстреливать на них шестьдесят штучных «Копий» было откровенным расточительством, когда в оперативном зале Башни скучал куда более дешёвый калибр.</p><p>— Зови к пульту нашего гостя, Оля, — распорядился я. — Запускай корабельный трансивер с трофея на общую волну эскадры. Пускай передаст пламенный привет братишке.</p><p>Через пять секунд сигнал квантового передатчика со сбитого «Опустошителя», подписанный личным родовым кодом старшего Драг-Зула, врезался в открытую сеть флота.</p><p>Хриплый бас пленного генерала прокатился сразу по всем кораблям на Высоком Орочьем, слово в слово по древнему вызову флотской знати:</p><p>— Внимайте мне, капитаны, рулевые и пушкари Третьей Пустотной Когорты! С вами говорит законный генерал-наследник и подлинный хозяин имени Драг-Зул! Я выжил! Два месяца назад у врат сектора Кин-Цза-Бза мой младший брат намеренно погасил сопла за железистыми скалами, предал собственную кровь и пять суток ждал, пока Длинноухие жгут наши корабли, чтобы потом оклеветать меня перед Военным Советом и присвоить моё имя с моими вымпелами! Перед лицом всего флота я клеймлю труса в рубке «Клыка Пустоты» вором и клятвопреступником и требую свою когорту назад сталью и кровью!</p><p>Диким штурмовикам из низовых ям подобные речи были пустым звуком, однако пустотный флот жил по старому кодексу: когда законный наследник бросал открытый вызов узурпатору, любой экипаж, пошедший в атаку под рукой оспоренного вожака до судебного поединка, ложился под родовое проклятие наравне с вором.</p><p>Мы с Сириусом наблюдали за орбитальной развёрткой. Десять секунд, двадцать, полминуты…</p><p>Клин из тридцати крейсеров застыл на кромке стратосферы с потухшими маршевыми дюзами.</p><p>Рядом со мной тем временем ушла в облака последняя грузовая баржа со связкой адамантиевых плит на тросах. Трёхкилометровый стол плато вычистили дочиста.</p><p>Я полной грудью вдохнул холодный горный воздух, сомкнул ладони и погасил пусковой контур.</p><p>Двенадцать башен по краям обрыва разом смолкли. Бело-золотой столб погас, бутафорские письмена рассыпались в небе мелкими искрами, а низкие ноябрьские облака поползли смыкать прореху. Я наконец перешагнул тёплую медную полосу, размял затёкшую шею и посмотрел на помощника:</p><p>— Теперь пускай их колдуны сидят над телеметрией. Часа через три самый толковый сообразит, что матрица была пустышкой.</p><p>— К чему это приведёт, Повелитель? — уточнил дрон.</p><p>— Страх потеряют и полезут добивать сами.</p><p>В наушнике коротко пискнул сигнал дальнего перехвата из Башни.</p><p>— Феликс! — позвала Ольга. — За лунной орбитой мощные гравитационные возмущения в шести точках разом! Открываются створы обходных коридоров!</p><p>Сириус перевёл дальние антенны в глубокий космос, синее кольцо вокруг его линзы мигнуло:</p><p>— Фиксирую выход шести отдельных эскадр Орды из подпространства. Встают на тормозные траектории. Суммарно сто восемь тяжёлых крейсеров и десантных транспортов.</p><p>Я спрятал ладони в карманы и поднял глаза к серым тучам, затягивающим небо над Сихотэ-Алинем. Вот это дисциплина у союзников, любо-дорого глядеть.</p><p>Тяжёлый крейсер прорыва «Клык Пустоты»</p><p>Авангард Третьей Пустотной Когорты</p><p>Капитан Драг-Зул держался обеими лапами за ограждение командирского мостика и сквозь толщу бронестекла смотрел на бурые пятна гари в облачной пелене планеты.</p><p>В кильватере «Клыка Пустоты» ровным строем висели двадцать девять двухкилометровых «Опустошителей». После разгрома курганского плацдарма Грак-Тор привёл «Крушитель Миров» к Земле обходным маршрутом и выгрузил эскадру авангарда прямо из ангаров флагмана: оставшиеся на материке якоря адмирал берёг, чтобы поставить пространственные зажимы и извлечь живое ядро.</p><p>Правда, на самом мостике выход на ударную позицию энтузиазма ни у кого не вызывал.</p><p>Только что в облачный колодец под ними спикировали восемь крейсеров адмиральской охраны. Из сизой хмари навстречу выметнулись золотые росчерки, и вся восьмёрка обратилась в падающие обломки раньше, чем успела дать первый залп. Следом полагалось идти авангарду. Ещё перед вылетом из дока Грак-Тор велел Драг-Зулу лично сложить к его трону голову Повелителя Железной Саранчи: выходило, что отнятые два месяца назад у старшего брата тридцать вымпелов, золочёный плащ и древнее имя рода поставили нового хозяина когорты первым в очереди на убой.</p><p>Когти в боевых рукавицах стиснули холодный поручень. Оболганного старшего Совет заварил в штрафную капсулу первой десантной волны, и Драг-Зул давно списал его в покойники.</p><p>Над пультом связи щёлкнул репродуктор общей флотской сети. Индикатор подлинности вспыхнул зелёным огнём, подтверждая родовой шифр старшей крови.</p><p>Секунду спустя по бронированным переборкам ударил знакомый со щенячьих лет, сорванный в абордажах рык:</p><p>— Внимайте мне, капитаны, рулевые и пушкари Третьей Пустотной Когорты! С вами говорит законный генерал-наследник!..</p><p>Драг-Зул метнулся к стойке связистов и остолбенел у трапа. Голос выжившего брата гремел сразу в ходовых рубках, матросских кубриках и орудийных погребах всех тридцати бортов: припоминал бойню у врат Кин-Цза-Бза и пять дней трусливой отсидки за грядой астероидов, требовал перед всем флотом вернуть украденное в круге крови.</p><p>Динамик сухо щёлкнул на отбое.</p><p>Под сводом мостика гудели силовые магистрали реактора. Старшие навигаторы, канониры и вахтенные офицеры один за другим убрали лапы с пультов и молча обернулись к командирскому помосту. Добрая половина этих шрамированных пустотников ходила в абордажи ещё под рукой прежнего Драг-Зула; объяснять им, кто именно соврал старейшинам на Совете, не требовалось.</p><p>Над центральным терминалом вспыхнул синий конус прямой связи с флагманом. Вытянулась четырёхметровая голограмма Грак-Тора, за плечами которого метались багровые огни боевой тревоги.</p><p>— Плевать на вражеские сказки! — рявкнул верховный адмирал на частоте всей когорты и ткнул силовым когтем под ноги. — Головному ордеру немедленный спуск в атмосферу! Выжечь скалу до мантии! Драг-Зул, толкай корабли вниз, иначе я собственноручно спущу с тебя шкуру на палубе!</p><p>Капитан грохнул латной перчаткой по поручню:</p><p>— Приказ верховного слышали⁈ Старший кормчий ложимся на траекторию входа! Выполнять!</p><p>Рулевой скрестил закованные в сталь предплечья на нагруднике и уставился командиру прямо в глаза. Операторы в нижней яме откинулись на спинки кресел. На тактической карте все тридцать кораблей Третьей Пустотной Когорты стояли как вкопанные: пока два претендента не сошлись на клинках, слово оспоренного капитана на этих палубах весило меньше космической пыли.</p><p>На проекции Грак-Тор уже занёс пятерню над рубильником штрафного перехвата, когда на заднем плане под куполом «Крушителя Миров» загудели гонги дальней гравитационной засечки. Позади адмирала во всю высоту рубки развернулись шесть обзорных экранов: на связь вышли эскадры союзников, только что покинувшие обходные туннели на окраине системы.</p><p>Шестеро флотоводцев сверху вниз разглядывали застывшего хозяина флагмана. Угольно-чёрный Кар-Барак подался с трона вперёд, перевёл взгляд с неподвижной тридцатки авангарда на восемь дымящихся под земными тучами остовов и спросил:</p><p>— Где обещанная добыча, и почему у тебя горят корабли?</p></section><section><title><p>Глава 22</p></title><p>Глава 22</p><p>— По вашему заказу за сегодня закрыто двенадцать крейсеров, Ваше Величество, — сказал я и перелистнул сводку над столом. — Вместе с первым амурским выходит тринадцать из восьмидесяти. За нами ещё шестьдесят семь бортов.</p><p>Синяя проекция Александра Пятого мигнула от дальней помехи. В Петербурге шёл девятый час вечера, у нас в Уссурийске перевалило за три ночи. Император расстегнул верхнюю пуговицу и посмотрел на отметки сбитых «Опустошителей». Днём мы уронили восьмёрку над Сихотэ-Алинем, а перед сумерками адмирал орков сунул ещё четыре корабля под облака севернее Байкала — проверял, чем прикрыта Сибирь.</p><p>— Скидка за опт полагается? — спросил император.</p><p>— Сделаем. Только в следующий раз присылайте сырьё вагонами, а не баллистическим залпом. У меня Куб после тех подарков до сих пор икает.</p><p>Марго на диване у стены фыркнула. Ольга за мониторами покачала головой, и даже в боковом мониторе пекинского канала у Ли Чжуна дрогнул уголок рта.</p><p>Не улыбнулся только старший Драг-Зул. Двухметровый генерал в растянутой безрукавке сидел в трёх шагах от стола на табурете, сваренном из стального двутавра: обычные кресла под его весом слишком быстро расползались. Орк перекатывал в клыках незажжённую кубинскую сигару и сквозь тёмные очки не сводил глаз с верхней половины глобуса.</p><p>Там поводов для веселья не было. Сириус вывел расклад на три пятнадцать ночи: в пусковых колодцах дежурили тринадцать готовых «Копий», подземные линии выдавали по два корпуса в час, а девять орочьих якорей на материке по-прежнему держали круговую оборону под орбитальной подпиткой. Имперская артиллерия не давала десанту высунуться, но и проломить многослойные купола не могла.</p><p>Ольга коснулась панели, приближая околоземное пространство. Вокруг планеты висела густая сыпь багровых треугольников, а выше всех темнел шестнадцатикилометровый силуэт флагмана.</p><p>— Шесть союзных эскадр Орды закончили торможение и встали в общий ордер у «Крушителя Миров», — сказала она. — Вместе с остатками крыла Грак-Тора и тридцатью зависшими кораблями Третьей Когорты наверху сейчас сто двадцать шесть тяжёлых крейсеров. Это без десантных транспортов и самого носителя.</p><p>Ли Чжун быстро раскинул арифметику вслух: при расходе по два снаряда на крейсер тринадцати «Копий» хватит на шесть целей, к рассвету цеха соберут ещё пару залпов. А китайские суборбитальные челноки два часа назад сгрузили в Приморье последние килограммы метеоритного орихалка и всю музейную бронзу, какую удалось выгрести по Старому Свету. Склады пусты.</p><p>— Чем встречать остальную сотню, князь? — спросил он.</p><p>— И тянуть до полудня они не будут, — сказал со своей стальной тумбы Драг-Зул и вынул изжёванную сигару изо рта. — Кар-Барака и альбиноса Скар-Вейла я знаю. Грак-Тор созвал на делёж шестерых голодных вожаков, а сам за сутки угробил двенадцать кораблей. В Орде за такую слабину свои же глотку вскрывают прямо на совете. Чтобы удержать ораву в узде, на рассвете он разом бросит весь кулак вниз.</p><p>Эльвира положила на колени планшет со сводками по госпиталям:</p><p>— Атмосферными крыльями такую лавину не связать, Феликс. Даже новыми гибридами. Разойдутся над городами от Урала до океана — нам просто не хватит машин закрыть небо.</p><p>Марго молча покрутила ремешок операторского браслета на запястье и покосилась на багровое кольцо вокруг планеты.</p><p>Проекция Александра Пятого шагнула к кромке стола.</p><p>— В «Кедровой Долине» ты обмолвился, что в крайнем случае разберёшься с флотом голыми руками.</p><p>— Разберусь, — ответил я. — Вот только жить на Земле после этого станет некому.</p><p>— Фигура речи? — уточнил с экрана Ли Чжун.</p><p>— Геофизика, председатель. Чтобы с грунта без собственного флота порвать сотню кораблей на высокой орбите, мне придётся опереться на гравитационный каркас планеты и свернуть метрику сектора. На третьей секунде атмосферу сорвёт в космос, следом треснет материковая кора. Мы с Сириусом переживём. Остальным и скафандры не помогут.</p><p>Император сцепил пальцы за спиной:</p><p>— Допустим, этот вариант откладываем. Что предлагаешь?</p><p>— Другой способ. Материки останутся на месте.</p><p>Ли Чжун сощурился и тут же предложил ударить ядерными арсеналами Поднебесной и Империи по верхним слоям стратосферы, чтобы выжечь оркам ближнюю оптику — дескать, дай сорок минут на отвод полков от зон поражения, и ключи повернём. Я остановил его жестом. Ракеты следовало оставить в шахтах. От обоих правителей требовалось ровно два дела: без передышки бить артиллерией по всем девяти наземным куполам, держа гарнизоны Орды взаперти, а к шести утра по приморскому времени спустить горожан с верхних этажей и прижать к бетонке всю военную авиацию от Байкала до побережья. Небо над Дальним Востоком мне было нужно чистым.</p><p>— А суть твоего способа мы до шести утра услышим? — спросил Александр.</p><p>— Чем меньше ушей в больших штабах знает расклад, тем вернее клюнет наживка наверху. Утром всё покажут в прямом эфире. Готовьте войска, господа. До рассвета меньше четырёх часов.</p><p>Ли Чжун секунду-другую сверлил меня взглядом, затем кивнул и погасил связь. Следом я махнул охранному дрону отвести пленного генерала в нижний блок — доедать казённую тушёнку и спать. Драг-Зул поднялся с двутавра, поправил тёмные очки на перебитом носу и у створок лифта обернулся:</p><p>— Хорошей охоты, Повелитель.</p><p>Двери сомкнулись. Сириус запер внутренний контур Башни, оставив открытой только прямую линию на петербургский нейрообруч государя. Ольга, обе сестры и Александр в синем луче голограммы ждали молча.</p><p>От этих четверых таиться было себе дороже: на заре Оля со своими скриптами разнесёт диспетчерскую, пытаясь развернуть корабль, а император сгоряча двинет гвардию не в ту сторону. Я упёрся ладонями в край стола и велел им слушать не перебивая — с уговором, что дальше этой комнаты и царского обруча не выйдет ни полслова.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Через сорок минут глайдер ввалился в технический шлюз планетарной цитадели.</p><p>Внутри перестроенного Куба Власти гудели четыре трофейных синтезатора с «Чёрного Жернова». От остаточной статики на затылке шевелились волосы, а километровую центральную шахту резали голубые поля молекулярной сборки. Тысячи рабочих машин заканчивали кормовые швы на чёрном клиновидном корпусе, уходившем носом к потолочным бронестворкам. Рядом с этой громадой бутафорский «Фауст» из кровельного железа показался бы детской жестянкой: полтора километра гранёной брони, рубленые скулы излучателей и матовый отлив метеоритного орихалка по хребту.</p><p>Лепенций торчал на третьем ярусе у распахнутого люка ходовой рубки. Сюртук висел на перилах, рукава фланелевой рубахи закатаны по локти, круглые очки сползли на перепачканный графитом нос. Увидев меня, старик дёрнулся было бухнуться на колени, поймал мой взгляд и вытянулся у сходней.</p><p>— Давай конструкторскую правду, Лепенций, — сказал я у кромки переходного моста. — Без поклонов. Что слепили?</p><p>Академик стащил очки и протёр стёкла подолом.</p><p>— Для мира, который не так давно клепал паровые котлы, это чудо чудное, — сказал он и водрузил оправу на переносицу. — А по меркам нашего Роя, уж простите старика, грёбаная баржа. Настоящий Дредноут куют у белого карлика на аннигиляционной топке, там тридцать контуров пространственного демпфирования и нуль-каркас первого ранга! А мы пустили на шпангоуты переплавленные танки, музейный лом да местную руду и запитали всё от четырёх орочьих горшков. Одиночный залп их линейного крейсера броня со щитами примет, за укладку плит ручаюсь головой. Но общий залп эскадры — нет. На второй секунде перегрузка сдует поля, на третьей от корпуса и винтика не останется.</p><p>— Три секунды, — повторил я. — Хватит за глаза.</p><p>По короткому мостику я прошёл к основанию носового пилона. В открытой нише из звёздной меди и орихалка тускло отсвечивала чистая кристаллическая матрица главного ядра. Справа повис Сириус.</p><p>Пустышкой тут было не отделаться. Глубинную сеть Роя я сам когда-то строил с расчётом на любые фокусы и подлоги Механического Пастыря: фальшивый шифр или голый ретранслятор внешние узлы отсекут. Решётке требовался подлинник.</p><p>Я прижал обе ладони к холодному кристаллу и снял внутренние замки памяти.</p><p>Вся золотая вязь ушла прямиком вглубь матрицы, раскаляя дорожки до багрового свечения. В сердцевину корабля перетекал мой корневой слепок: личный ключ Повелителя, коды прямого подчинения легионов, право первого голоса в кластерах «Вальхаллы» и «Цитадели-9» — каждая нитка, державшая меня в связке с большим Роем все эти тысячелетия.</p><p>На пятой секунде человеческая нервная система сдала.</p><p>В переносице хрустнуло, по губе и подбородку потекла тёплая кровь. Перед глазами поплыла красная муть — лопались сосуды в склерах, пока из живых нервов с мясом выдирало вросший отпечаток древнего конструкта. Пальцы на раскалённом орихалке свело спазмом, виски простреливало на каждом такте передачи. Стиснув зубы до скрежета, я вдавил в матрицу последний контур и намертво замкнул именную Печать Повелителя в хребте Дредноута.</p><p>Ядро ухнуло. По полуторакилометровой туше прошла багрово-золотая судорога и улеглась в редкий тяжёлый пульс.</p><p>Я оторвал деревянные ладони от ниши, качнулся и ухватился за стальной поручень сходней, удержавшись на ногах. Рукавом утёр кровь с подбородка. В груди саднило, словно наглотался морозного воздуха на бегу. Земли и местных контуров Сириуса я касался по-прежнему, но для большого Роя снаружи подлинник теперь лежал в корабле.</p><p>Лепенций стоял у перил, обеими руками прижимал к груди скомканный сюртук и смотрел сквозь очки на багрово-золотой узор в нише. Земным штабистам и орочьим вожакам эта геометрия ни о чём не говорила, но старый конструктор узнал высшую привязку с первого взгляда.</p><p>— Корабль с Печатью не имеет права погибнуть… — сказал он. — Я триста пятьдесят лет прожил под этим законом на стапелях Роя. Если носитель именной Печати уничтожен в бою, пробой рвёт само подпространство аварийным набатом до каждого спящего бастиона. Все флоты бросают любые кампании и идут на координаты гибели…</p><p>Взгляд старика скользнул с матрицы на мою окровавленную физиономию. Он сопоставил одно с другим — почему я отдал слепок целиком, без дубликата.</p><p>— Господин… Когда эта посудина сгорит под их батареями, для Роя вы погибнете. Насовсем! Сеть больше никогда не признает в вас Повелителя!</p><p>— Знаю, — сказал я и разжал пальцы на поручне.</p><p>— Но как набат пробьётся наружу⁈ — Лепенций взялся ладонями за седые виски. — Планета же под колпаком! Аномальная оболочка Запретного мира гасит любые подпространственные маяки, импульс упрётся в потолок и заглохнет внутри системы!</p><p>— Орки сами этот потолок и разнесут, — усмехнулся я. — Затем и собирали гостей погуще. Вчера Грак-Тор трясся над местной маскировкой и боялся снять предохранители с двадцати крейсеров. А на рассвете перед шестерыми жадными флотоводцами вылезет борт с личной Печатью Повелителя. Когда сто двадцать с лишним кораблей и «Крушитель Миров» влупят по нему разом из всех главных калибров, от здешней оболочки останутся одни клочья. В эту прореху предсмертный импульс Печати и уйдёт во внешние сектора.</p><p>Академик открыл рот, снова посмотрел на чёрный нос корабля и осёкся:</p><p>— Погодите… Раз вы остаётесь на земле, кто поведёт его наверх? Обычный навигационный дрон под давлением Печати и флотских глушилок выгорит ещё в стратосфере! В рубке нужен узел с реликтовым ядром, иначе машину развернёт поперёк траектории раньше залпа!</p><p>На нижней лестнице застучали тяжёлые подошвы.</p><p>На ярус поднялся Арни — кожаная куртка, тёмные очки, двенадцатизарядный дробовик на сгибе локтя. За спиной у ликвидатора пара грузовых дронов вела над настилом опечатанный полимерный сейф проекта «Клон».</p><p>А-РН800 остановился у сходней. В груди киборга работало антиматериальное микроядро Механического Пастыря — один из двух осколков моей старой войны, уцелевших при переносе в этот мир. Сириусу предстояло остаться прикрывать Землю, а второму ядру выпал билет в один конец.</p><p>— Задача — защитить Феликса, — сказал Арни.</p><p>Я шагнул вплотную и хлопнул его ладонью по плечу; под кожей куртки глухо отозвалась литая броня эндоскелета.</p><p>— Занимай рубку, Арни. Включишь энерговывод напрямую в стабилизаторы мостика и потянешь корабль за атмосферу, выше шестисот километров в чистый вакуум, курсом на их ордер. Держишь, пока по тебе не отстреляется вся армада.</p><p>— Принято, — кивнул киборг, двумя пальцами поправил очки и ровным шагом ушёл по трапу внутрь корпуса.</p><p>Следом грузовые платформы занесли в рубку и усадили в центральное кресло моего двойника. Куб сработал чисто: биокопия в широком плаще мерно дышала, гоняла по искусственным жилам тёплую белковую кровь и смотрела вперёд моими серыми глазами. Хоть до костей просвети рубку шаманскими сканерами — за пультом сидит живой смертный человек без единого грамма имплантов. На рассвете эта кукла под камерами всего мира сама поднимется на борт, а правду о подмене будут знать только пятеро людей и Сириус.</p><p>Я отправил притихшего Алексея Петровича в лабораторный сектор готовить установку микросинтеза под мономолекулярный иридий, пообещал заглянуть через час с мелким частным заказом и подождал, пока за стариком закроются двери лифта.</p><p>Под куполом гудели силовые шины стапеля да остывали свежие швы на корме. Сириус подплыл ближе и повис вровень с моей грудью.</p><p>— Ну что, напарник, сверим часы, — сказал я. — Когда наверху погаснет Печать, для большой сети я исчезну. По регламенту Первого Контура старшим разумом над Роем встанешь ты, и в ту же секунду во всех секторах включится Протокол Возмездия. Бессрочная зачистка зеленокожих по всем известным и смежным мирам.</p><p>— Таков базовый устав Первого Контура, Повелитель, — ответил Сириус.</p><p>— Помнишь наш разговор про мирных орков? Которые книжки читают и в школу ходят.</p><p>— Помню. В протоколе исключения не предусмотрены.</p><p>— Сделай исключение.</p><p>— Это приказ, Повелитель?</p><p>— Нет. Завтра мои приказы для Роя превратятся в пустой звук, решать будешь сам. Флот вторжения сожгите, но всю расу под корень не трогайте. Это просьба.</p><p>Сириус перестал покачиваться на гравитационной подушке и застыл над настилом мёртвой точкой. Внутри чёрно-серебристой сферы зашуршали каскады запросов к корневым архивам — за тысячи лет кампаний и сотни выжженных систем в нашем с ним обиходе такого слова не значилось.</p><p>— Вы просите? — переспросил он.</p><p>— Прошу.</p><p>Дрон помолчал ещё секунды три, потом слегка наклонил корпус вперёд:</p><p>— Принято к сведению.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>До рассвета оставалось чуть больше трёх часов. Спать в такую ночь было незачем, а один старый должок за мной висел ещё с Петербурга.</p><p>Скоростной транспортник за четыре минуты домчал меня из города к развороченному горному массиву нашей Шахты. Внутри хребта грохот стоял такой, что человек без защитных контуров оглох бы на среднем горизонте: в темноте мимо площадки со свистом проваливались в колодцы грузовые клети, визжали лазерные коронки, крошился базальт, а каменная пудра висела плотной завесой — ни перил, ни ступеней, ни вентиляции для живых лёгких здесь отродясь не закладывали.</p><p>Проходческая люлька опустила меня почти на два километра под основание сопок. Ещё с вечера буровые машины наткнулись тут на старую кимберлитовую трубку и по моему давнему флажку в системе обошли забой стороной.</p><p>По взмаху ладони четыре тяжёлых проходчика погасили плазменные резаки и откатились к дальней стенке. Я зажёг над пальцами узкий белый луч и подошёл к рваному срезу синевато-чёрной породы.</p><p>Между зёрнами оливина и слюды матово поблёскивал крупный октаэдр природного алмаза без единой угольной червоточины. Манипулятором выковырять его можно было за пять секунд, но за язык в Зимнем меня никто не тянул: обещал достать из жилы своими руками — вынимай руками.</p><p>После выдирания Печати пальцы слушались туговато и мелко дрожали на тонких плетениях. Я привалился плечом к тёплому шершавому уступу, развернул над ладонью микроплоскости Техносов толщиной в паутинку и по миллиметру вырезал кристалл из породы. Осколок оливина звякнул о ботинок, тяжёлый камень лёг в горсть. Ещё десять минут я провозился в забое под гул соседних стволов, сводя грани по классической бриллиантовой сетке, пока с ладони не осыпалась последняя серебристая пыльца.</p><p>Четверть часа спустя Лепенций в лабораторном отсеке цитадели вертел алмаз перед лупой и качал головой:</p><p>— Шесть сотен лет строю планетарные бастионы да пустотные линкоры, господин, но переводить мономолекулярный иридий третьего ранга на дамское колечко мне ещё не выпадало! Эту оправу даже в короне голубого гиганта не расплавить, она саму планету переживёт!</p><p>— Значит, не погнётся о клавиатуру, — сказал я. — Сажай камень без крапанов, сплошным захватом по рундисту, чтобы за манжеты и свитер не цеплялся.</p><p>Ещё через час я поднялся в Башню.</p><p>Марго с Эльвирой сидели в боковой операторской, а Ольга нашлась этажом выше, в обзорной галерее. Горела одна настольная лампа в углу; Оля в тёмном свитере под горло стояла у панорамного стекла, обхватив локти ладонями, и смотрела сверху на ночной Уссурийск вокруг чёрного массива цитадели.</p><p>На звук шагов она быстро обернулась, первым делом скользнула взглядом по моему лицу и ободранным о породу костяшкам, убедилась, что со стапеля я вернулся на своих двоих, и чуть отпустила плечи.</p><p>Я остановился в полушаге. По дороге из Шахты в голове вертелась пара вполне складных вступлений, но перед живой Олей они разом показались какой-то чушью. Я обтёр край ладони о куртку, достал из кармана кольцо и протянул ей.</p><p>— Обещал сделать всё по-человечески, — сказал я. — А потом поймал себя на том, что уже не помню как. Когда-то умел, потом выветрилось. В общем, держи. Выйдешь за меня?</p><p>Ольга опустила взгляд. В отблеске лампы чистые грани сверкнули белым и голубым. Оля перевела глаза с бриллианта на исцарапанные пальцы:</p><p>— Ты правда сам за ним лазил?</p><p>— Сам. Сириус порывался за пять минут вырастить в Кубе эталонный синтетик, я его послал. Этот настоящий, местный. С планеты, где я тебя нашёл.</p><p>Ольга шмыгнула носом, быстро моргнула пару раз и вдруг прищурилась — точь-в-точь как в ту ночь после приёма в Зимнем дворце:</p><p>— А если скажу «нет»?</p><p>Я прикинул в уме полдюжины резервных протоколов, от умыкания невесты тяжёлым корветом до внеочередного императорского указа.</p><p>— Хм. Такой расклад я тоже обсчитал…</p><p>Договорить мне не дали: Оля шагнула вплотную, обеими руками вцепилась в ворот куртки и уткнулась лбом мне в ключицу.</p><p>— Дурак! Молчи уже! Согласна я!</p><p>Левой рукой я прижал её к себе за плечи, правой взял узкую прохладную ладонь и надел иридиевое кольцо на безымянный палец. Работа Лепенция села точно впору и сразу потеплела от кожи.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>В шесть пятнадцать утра над закрытым кварталом в центре Уссурийска взвыли сирены, и планетарная цитадель пришла в движение.</p><p>Мы с Ольгой и сёстрами следили за площадью с экранов командного яруса Башни, а вместе с нами на Приморье сейчас смотрел весь мир. По моему сигналу император снял протокол «Завеса»: над Дальним Востоком висели десятки русских, китайских, американских и европейских спутников, утренние новости на всех континентах прервали сетку вещания ради прямого включения, а на улицах самого Уссурийска тысячи горожан высыпали на крыши, балконы и тротуары.</p><p>С низким гулом, стряхнувшим с соседних пятиэтажек шапки инея, верхние грани цитадели дрогнули. Четыре броневые стены разошлись в стороны лепестками тёмного металла. Из открывшейся шахты в рассветное небо ударил бело-фиолетовый столб разогретых реакторов, и над кварталами медленно поплыл вверх полуторакилометровый клин Дредноута.</p><p>Бесшовная чёрная громада накрыла город огромной тенью. Вдоль хребтовой балки переливались силовые руны, а на носовом щите во всю ширь горела багрово-золотая Печать Повелителя.</p><p>В сотне метров над разведёнными зубцами цитадели корабль замер на антигравах. Под скулой ходовой рубки с шипением откинулась посадочная аппарель и легла краем на верхний помост Башни.</p><p>Из бокового шлюза на площадку вышел мой двойник.</p><p>Сириус вёл биокопию — знакомый шаг с ладонями в карманах, чуть приподнятый подбородок, длинные полы чёрного плаща рвёт ветром от маневровых решёток. Под прицелом сотен спутниковых камер и орбитальных телескопов Орды клон пересёк весь помост, ступил на рифлёный настил аппарели и скрылся внутри корабля. Броневая створка захлопнулась наглухо.</p><p>Ольга рядом со мной тронула подушечкой большого пальца камень на кольце. Марго с Эльвирой вывели на боковые мониторы телеметрию сопровождения и доложили, что крылья в воздухе; Сириус следом подтвердил, что фильтры радиоэлектронной борьбы сняты: эфир стоял настежь во всех диапазонах.</p><p>— Начинаем подъём, — сказал я.</p><p>Дредноут задрал остриё к зениту и без дыма пошёл в стратосферу. Со всех загородных площадок и ангаров Башни в розовые утренние тучи поднимался эскорт: тридцать два атмосферных корвета построились двумя ступенчатыми клиньями вдоль бортов для проводки до своего потолка, а плотнее к обшивке сомкнулись четыре тысячи тёмно-серых гибридов из пустотного адамантия — этим предстояло идти за кораблём в вакуум.</p><p>Внизу на проспектах люди кричали «ура», подбрасывали шапки и крестились вслед уходящему в небо стальному исполину, понятия не имея, что провожают пустую приманку под расстрел.</p><p>А на высокой орбите наживку уже разглядели.</p><p>Высокая орбита Земли</p><p>Флагманский корабль «Крушитель Миров»</p><p>На главном мостике стоял такой ор, что у связистов в нижней приборной яме закладывало уши.</p><p>Шесть четырёхметровых голографических колонн нависали полукругом над тактическим столом, и с каждой на Грак-Тора скалились пришедшие ночью флотоводцы. Их разведчики уже успели пересчитать дымящиеся остовы в приморской и забайкальской тайге, полюбоваться на выпотрошенный «Чёрный Жернов» на буксирных тросах и послушать в общем эфире, как тридцать линейных крейсеров Третьей Пустотной Когорты висят без движения из-за кровной тяжбы двух братьев Драг-Зулов.</p><p>С четвёртого экрана расхохотался альбинос Скар-Вейл, простучал когтями по подлокотнику трона и показал подпиленные клыки:</p><p>— Двенадцать «Опустошителей» за одни сутки, если не считать первого в амурской пашне да ободранной туши на верёвке! Ты точно адмирал Звёздных Свежевателей, Грак-Тор, а не погонщик навозных барж⁈ Звал нас на жирный мирок в один укус, а тебя тут голозадые дикари палками по сопкам гоняют!</p><p>Приземистый зелёный Зуг-Рор почесал рукоятью тесака старые кислотные ожоги на шее и предложил одолжить капитанам Грак-Тора подгузники, прежде чем торговать креслами в высшем совете; буро-красный громила Тор-Гул с песочным Хак-Зором встретили шутку дружным гоготом.</p><p>Силовой коготь Грак-Тора со скрежетом пропорол кромку пульта. Проглотить плевок и отвести единственный глаз перед этой шестёркой значило подписать себе смертный приговор на месте — слабака в Орде свои же дольщики рвали раньше противника. Над столом замигали руны перегрузки микрофонов:</p><p>— Пасти захлопнули, тыловые падальщики! Мои когорты вскрывали систему и брали первый удар на себя, пока вы тащили свои зады по обходным щелям! Слушать боевую нарезку секторов: вниз идём десантными волнами и малыми группами под завесой истребителей! Главным калибром с орбиты по планете не стрелять — запрещаю под трибунал!</p><p>Гогот на колоннах оборвался. Серый Ур-Гхаш с гофрированными фильтрами в ноздрях криво разлепил плоскую пасть, а угольно-чёрный Кар-Барак подался с трона к камере, багровые клейма вокруг его глазниц налились кровью:</p><p>— Чего ты там вякнул про запреты, одноглазый? Нам, значит, топить свои корабли в облаках под их таранами, пока главные батареи греют предохранители⁈ А ну выкладывай причину!</p><p>Челюсти Грак-Тора свело до хруста платиновых гильз на клыках. Сказать правду он не мог и под пыткой: проговорись он про Живое Ядро под тонкой маскирующей скорлупой Запретного мира или назови вслух имя Повелителя Железной Саранчи — через минуту вся союзная армада даст дёру из системы.</p><p>— Причина одна: я командую экспансией, и планета нужна мне целой! — сказал он.</p><p>— Ты нам не Гхркал и не Совет Гор-Морка, чтобы вешать замки на мои пушки! — Кар-Барак грохнул латной пятернёй по подлокотнику. — Мы привели сто восемь вымпелов в равную долю, а не в денщики к битому неудачнику!</p><p>Скар-Вейл с соседнего канала и вовсе пообещал при следующем слове об ограничениях лично выжечь восточный материк до магмы — чисто посмотреть на рожу хозяина флагмана. Грак-Тор уже набрал в грудь воздуха, чтобы покрыть обоих последними словами, когда под сводом рубки ударили гонги ближнего обнаружения.</p><p>— Верховный адмирал! — вскочил на сканерном посту Гхаз, а суб-коммандер Брук-Тар без команды перебросил перехваченную картинку на метровое бронестекло главного обзора. — На восточном берегу материка раскрылся наземный бастион! Крупный пустотный корпус с эскортом малых машин пробивает стратосферу и выходит на прямую орбитальную траекторию! Помех нет, все излучатели открыты!</p><p>Шестеро флотоводцев разом повернули головы к дублирующим экранам.</p><p>В двадцатикратном увеличении из розовой облачной пелены вынырнул чёрный гранёный клин в окружении серых дронов. Едва его носовой таран вышел в разреженные слои, по всем подпространственным антеннам армады хлестнул эталонный импульс: багрово-золотой глиф на лобовой броне развернул частоту, которую генетическая память любого орка помнила крепче собственного имени.</p><p>У рунической колонки в углу мостика завыли и повалились на настил корабельные шаманы, когтями сдирая с груди костяные обереги. Старший прорицатель ткнул трясущимся пальцем в биометрический срез чужой ходовой рубки:</p><p>— Истинная Печать Повелителя Роя! Глядите на сканеры мостика — живая плоть в командном кресле! Он сам взошёл по трапу, он на борту!</p><p>Шесть флагманских рубок на экранах будто вывернуло наизнанку. Альбинос Скар-Вейл побелел до синевы жилок, стальные жвалы Хак-Зора мелко залязгали, а Зуг-Рор шарахнулся так, что опрокинул костяной трон. Делить туземную планету было одно, а нос к носу упереться в личную Печать мясника, перемоловшего в щебень пятнадцать миров-кораблей Великой Орды, — совсем другое.</p><p>Ур-Гхаш сдёрнул с ноздрей дыхательный шланг:</p><p>— Повелитель Железной Саранчи⁈ Крыса позорная, Грак-Тор, ты нас в мышеловку Роя заманил! Штурман, рви тормозной ордер! Всей эскадре разворот на полном форсаже!</p><p>Следом Тор-Гул приказал четвёртому крылу уходить к лунным коридорам, и на тактической карте десятки союзных крейсеров вразнобой зажгли маневровые сопла, уводя носы прочь от Земли.</p><p>Сам Грак-Тор на две секунды вцепился когтями в бронеплиту пульта. Он уставился единственным глазом в растущий на экране чёрный клин и ждал, что прямо сейчас за Луной треснет вакуум и из кротовин хлынут миллионы серебристых жнецов. Откуда у проклятого органика взялся флагман посреди дикой планеты? С какой стати он полез наверх в одно лицо против целого флота⁈</p><p>Правая половина черепа адмирала застрекотала приводами: имплантированные линзы раз за разом прогоняли спектр энергоотдачи идущего вверх корабля и вдруг зацепились за реакторный фон.</p><p>Четыре орочьих синтезатора. Знакомая до последнего герца частота ворованных капсул с «Чёрного Жернова», тонкая сборная обшивка, четыре тысячи мелких жестянок у бортов — и пустой космос до самых внешних планет! А если эта шестёрка сейчас сбежит в коридоры и раззвонит по Гор-Морку, что Грак-Тор скрыл от Совета самого Повелителя Саранчи, его сварят в кипящей щёлочи раньше, чем «Крушитель Миров» доплетётся до метрополии!</p><p>Грак-Тор с маху вбил силовой коготь в кнопку общефлотского горна, глуша вой на всех ста двадцати с лишним крейсерах:</p><p>— Стоять в строю, трусливое стадо! Первому, кто тронет маршевые дюзы на отход, всажу полный торпедный залп в корму! Да, перед вами Повелитель Железной Саранчи! И слабее, чем в эту минуту, он не был со дня сотворения мира!</p><p>Ругань на экранах стихла; рулевые на кораблях замерли с лапами на рычагах тяги. Грак-Тор махнул в глубину рубки и велел тащить к центральному передатчику верховного жреца со всеми ночными выкладками.</p><p>Рогатый старик, сутками препарировавший записи с разбитых визоров Курганской степи, подскочил к проектору под звон костяных подвесок и ударом посоха вывалил в общий эфир три пакета телеметрии. Жрец ткнул когтем в застывшую фигуру темноволосого человека посреди горящих танков:</p><p>— Смотрите на приборы, вожди Орды! Первое — его оболочка! Вот спектры из степи и вот свежий просвет ходовой рубки: Повелитель переродился! Древнего механического тела больше нет — под рядовыми плетениями сидит голая смертная плоть из костей и крови, которая спечётся в плазме не хуже любого дикаря внизу!</p><p>Ур-Гхаш медленно снял лапу с поручня; Кар-Барак придвинулся вплотную к проекции биосканера. А шаман уже развернул карту системы от солнечной короны до ледяного пояса:</p><p>— Второе — его силы! Тридцать наших разведчиков обшарили каждый булыжник и каждую гравитационную тень газовых гигантов! Ни верфей, ни засадных эскадр! Весь его здешний Рой — сто шестьдесят пять тысяч атмосферных железок, из которых почти сорок тысяч сгорели вчера на скалах, а эта баржа с Печатью склёпана из планетарного утиля на четырёх наших же краденых синтезаторах!</p><p>— А вчерашний золотой столб в горах⁈ — спросил Скар-Вейл. — Дозоры засекли Высший Маяк до самых туч!</p><p>Верховный жрец оскалил жёлтые клыки и выбросил третью схему — разомкнутые спирали над каменным плато:</p><p>— Фальшивка! К полуночи я разобрал запись по знаку: несущие петли стояли пустыми и кормились от двух танковых батарей! Сигнал вообще никуда не уходил! Из-под аномального колпака этой планеты он физически не может кликнуть свой Рой — вот и пускал нам золотую пыль в глаза!</p><p>Грак-Тор вышел к краю помоста и ткнул силовым когтем в бронестекло, где одинокий чёрный клин упрямо выбирался из верхних слоёв атмосферы прямо на сто двадцать шесть тяжёлых крейсеров:</p><p>— Сами видите! Он один, он в мясе, и он собственной персоной залез в эту консервную банку! Второго такого подарка у Орды не будет за всю вечность!</p><p>Страх на шести колоннах сменился алчным бешенством в одну секунду. Шутка ли — притащить на Гор-Морк обугленный череп самого Повелителя Железной Саранчи: перед такой добычей меркло любое планетарное ядро, шатался престол под Гхркалом, а все кланы Вселенной ложились к сапогам победителя.</p><p>Первым сорвался угольно-чёрный Кар-Барак. Вскочив во весь рост, он пинком отшвырнул трон и заорал в боевую сеть своей эскадры:</p><p>— В пекло общую очередь! Башка Повелителя дороже любого ядра — я сам стану ПОВЕЛИТЕЛЕМ ОРКОВ! Всем моим бортам полный форсаж на сближение, открыть порты главного калибра! Он мой!</p><p>— Куда попёр без приказа, ублюдок клеймёный⁈ — крикнул Грак-Тор, когда на тактической сетке пятнадцать крейсеров Кар-Барака полыхнули белым пламенем маршевых сопел и нагло вывалились из общего строя на перехват поднимающегося Дредноута. — Назад в строй, добыча моя!</p><p>Плевать союзники хотели на его команды. Скар-Вейл, Ур-Гхаш, Зуг-Рор, Тор-Гул и Хак-Зор с воем и бранью один за другим врубили форсаж. Орбитальный строй рассыпался: больше сотни кораблей наперегонки рванули вниз и на ходу раздвинули бронезаслонки главных орудий навстречу выходящему из атмосферы клину.</p></section><section><title><p>Nota bene</p></title><p>Nota bene</p><p>Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.</p><p>Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.</p><p>Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Повелитель дронов – 8</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8AAEQgCgAG/AwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8A+QycUDmgAuwAFa1nYrAgaQZlPX2qjRRuQW9mAQ7H5h046Vt6dYFsTTEbeytwDUuj2nngzEExg/KK2Nm33rppQOWvV5dDH1G2Ee27jBAYbZAP7v8AerOv7tLeGa22hpGXapx8q1teI7+OwsljBDXM33V/ur/eauHcszlmOSa0qScdETSgpaskH1NCoZGwCaQVMrmBS2cMf0rnirnQK6wpGFPzGow2BhRikhQSzjPfpWqotLVgu1R7mtYxuTcpQQTzcCNj+FXYdKkcZlkSID8aebxcfIuaglvp9uFZVz121fuoPeLsWnQRkBjLMB/3zVmGS3gXaslrER/dXc1YgeST5ndmJ9TUyL0NQ5FRibIu7NVdmeeR9x6Dbmori/murkiOBTJMwVVI3MzZrPFe+/si2/hax1DW/F+vWV1ql9p3kxadZ2ls1xJ5km52kVfu7vl+XdWcmaKNtThtb8FXfh61gtdb1J11e4YiS0thtjsgsfmMssn/AD0VWVmVVbbu/wCA0um/Di/uLdb83f8Aaemy/LHcaHtvGT/akjZo2jX/AHq+3z4M8DW3h6PVPEOmx28VqLi88zUiqSWzTN5kjMyt/rO27du4615pP4Ls9VvbjxJ8NPAUC38g3W/iPxPcyGFP9uK3k3M3HKsyqtYNj9ofH/iHSLnQ9budIvGQ3Fs21wp4zUa59a9I1v4HfEEaHZ+KnmsdVOrXmyIJcN508krNtb5lX733v+BV5/b6Rq0mvr4fXTrs6s0/2f7H5beaJPu7dtI0jNEYFXdPkET/ADjMbfeFeyad+zT4oeyil1fxJomlzyyeUbYs0jI391j93/vndXBfFX4f638OdWs7HV7i1uftkTSwyQN0VTt+Zf4W+7/31SlobKohNGjZXhuYdphV9j56hjXd6GjTX8Ns3lMs4kt2/wC2kbR/+zV5J5t7ZvGksNzC52ssckbLuH8P9a7C28S6jbvDcW/hy9a4jdWG/eyhl/2VWoDmRThwUAHJHWuqltGfTrK5aFZSyMcMMj7prkbC58ULBG1lYan5EzN5bQ27Mr/3ttWdJ1XULe8eRmYyhssJhu2t/utWMzem7nQafb+fdRxnT4kDHGRG1blrpGZPks4vf5aoWPijVlYKHtD9bWNv/Za27Hxn4gi6TWXH/ThD/wDE1zSqxOyNOoMutLc26h4YwRniuY1m3S1uAr2qt3ztrt7rxr4hNt/rbLn+7p8P/wATXD+IvE+tuGMlxEMdNtvGP/ZaKdSLkZ1YVFErBI4U+0RwBN8NYU0wWGRmP8NekeAdA+HviPwpBfeMPiOmh6j5siG2EsabRuKq3/AlxXSax8AtG1nwVPrXgHx02r+XGzKH2SRS7fm27l+63+Nd8UeZKXvHnGs33lyC3WZStvbwwkD/AGY1X/0LdXJ6hfxFpPMlKozfMo/i9a6H4E21l43+J8Wja/atNbzwXMsixzNGwKxsy/d9673wj8OPAuqaL4T0/UtLvZdT8RaHeao2orfsptnh+6qx/dZfm/irREuVjwHUb9rhikfyRDoBVJnU9Oa9t+E3gjwvren+DLLxH4VkL+KnvLe31S21iRZF8nc3meTt2r/dp/w3+FOha/pHhUy6fPdT3fiu80+/lWVlzZwxsw+7jb91fmoF7Q8LWC5lj3Q208qltgZI2Ybv7v8AvVUcOo242+2a+oPhX4blstFaLwzdanaSXPxEbTLhLa5OPscatub/AGWVVb94vzV4H8TtKttJ+I3iTSrBXW2tdSuIYvMdmfasjfeZvvVpB2J5rnLnPrToby8tVzb3c8OO0cm2tPw7Y2mp+JNO02+u/slvcXUcLzhN2xWbbU/xG0K28NeLr/Q7W5lmS22q6O6lopNq+ZGzL8rMrFl3L/dqlImUbkGmeKdXtZjKLlbg7XXEsan71S3niWPUwkV9amGNW3MYTu3f3fvf7VYOPkzULrtUmuiNWRhOjE2Z7jT7hdrPA591w1VZNO06QbgrR57qMrWVIflNRBnH3WIqlPuTyKOxcn0kH54rhWHuapm2uYv4Dz6HrTzdz552v7kUpvDnhSv0ak3HoNcxXZ2zhgc1HIR6GrLyLKuHzu9arOcNisZFDKM06iotqUXLG5DQi2c4YdD2NaFtasIxPKMegrCC+9emfCvwf4w+JVwul+GNFWWW2Kpd30hMdtEv8PmN/e/2V+9XRGvZWZk6dtjjDAB0R/L7qn8P+7VW7tVZg6YLN90/wv6V9aWP7HmtS2YlvfiJbwXn92DS98Y9tzMrEV5R8W/gZ45+HER1LVYYNX0Esol1GxDf6P1+aSP7y/733aylUjI1ieIEMjYNODHFa9/YDdlZY5v7k0f3ZB6VkSo8RwwrOxR1On6UtlD5koXzMct/CKrOovnkgRyibdyjPWtPXL0XBMcEbx2ifdV/vSf7TVlT4gCzK5Eqn5MVFN8x21ockbF3wvqPku9rctj+HPpV7WtWjsVKqFeTqi/wt/te6/8AoVYl5cxRXBvJIl88j5Yz/wChNWTczS3EzSzMWdjkk11p2ieW6cXK4yeaW5uHuJ3aR5G3MzHrTcUYpah6mo+FctnPSo5SXOc/L2px+6R61LZW5nlAxlR19qILoBPbRLFb75TwelRSyNJIZDwe3tVrVgY2W0H/ACz4k9m/+xqvGm8nnFa2I3Fh+5S7cmpxCVjZicBfao15ptDjKwsaflViMDOKZGKlUYNRY0ixSmK9t/ZR+Jtj4C1vVbXX9ROnaJdWv2hmSHzHaaP7qr8v8S7q8W7UrDNYzNG7n3R4c8W2fxT0RvF+rzRWfhTSb6adtNlZWa4+zqu3zF/iHzM+3+95f92m/tMfGLTPCvggaVpUgutW12BhbtHINkdvld0jN23K2F+vsapfsT+Ehp/w4k8QXcsN0msSM8UJQfudrMr/APfW1fyrwL9qPXY38a3vg60h8u00TVb2SM7FXm48uRl/3VbzP++qwepnY9i8C/HTw34y8D3EPipbDwzcaDcWdxbiO43LcJHIrqsat827bHtx/tVreEdR8AeN/wBqNfEvhO9t724tdFma4cwsivMrrGsi7h8zbW27vRa+WPB3wz8ceL/Dd14h8OaLJqNjbTiFyjL5pbbubarfe2/7NW/hbofi4/Ey00nSWv8AQtXTf57TW8m6KHb83mRr8zK3yrt/i3UDsdz8QbTxV4u/aWvJIrW+uIre/wARyQxNLFDbx7RuXb8rLha9g8c6Z4K8TfGvTLy5aF9N8MaW93exiFl82X7yrN8v8KorNu/vVT8WfED4s6N4/wDD3wtSTwxZT6vBEsWo2thKfJRty58tm2/Lt+7Ux+EniK60jVPBrfFPRJtQv5J5tRkFozX0zSeXu8w+d/dVV+792gexz/i2C38f6P8AD3x1FFLaQXOugfYUfc0Vuv8Ad/2d0Lf7Pz11Hxs+IEfh7VtSh0X4q2ukS2EBWPRl0lZphKsedu9v72a5b4H2PxQXQL3wxo0XhseGNO1W4tY9X1SCQPNJ5jRs0aq3zfeO3/ert/j3Z/ECy8Ja1Lott4R1mxjsXXUpBZGO+twy/My/Owxt+b+9SY1I4nxZ8QvEfw3+EXgSz0OWGG8lg3zSyQrKrOy+ZJ97v+8X868QTULi/vri/vH8y4uZmmlPqzNuavVvjH4e13xV8NPhtqjGKTVtRYW9jpFnabY18xfMZizMzN91ai8bfAk+FLnwfpseuzX2qa/d+RLF5SiNNq7pNp/EVlODlsb0ayi7s47TnZl2rGTn07V0mn6feT5EVuzE9q7PRfgx4M1DxFceGbXxtqEWsw2y3BtpbZfMj3Lzu2/3fk/iri7fw9qGm69faNO8DyWdw0DSB8A7W25rza1CSPYw+MjU0Nyfw/qTWG77C/PutcJ4p0q9iRjJCyj1Ir1AeFtRk03zP9GKnp+/WuD8YaBcwq6uIOvH71Kyov3javrE7z4R/Djwlc/ArWvGeo6QtxrJtL5I3nOVi2qyqyr93d/tV0H7Fxki+CmuyTApF9smdSRx/ql3c/Wtr4A3U2j/ALN17qKQQ3TWn26dYZOY32lm2t/s1P8ACLxQnxm+E2uWupaYmgiOSS1kTTJWjX7uQy17cH7qPm6jtI+bv2TpDH8dbGZnWLba3pBJ6ERNXt/hK91HXR4B8bX91DcWlp4Y1JNVvTJHHHFKwXarbfut8teW+G/glo1/deGIjf6t5Wq6Je6ldujJ+6aFsRlfl+63FUfA3wi0XXIfhuLnUtSiXxWuoG9SNl/d/Z923y/l/wBn5t1UJyTNPV/HOq+D/wBm3wDH4fNvb3999vha927ri2j87DLG38O7d97/AGa6/wDZs8UnRfhV4NtI9rz6v4umtWmlI3JHt8yT88ba4D4bfCTwprfhjQrvX9V11bnxBq9xpliLUx+VbNGrfNJu+9u2/wANVvCXwUtNb0O0nTWL1L0+L5NFlKlViS3jVmkn2/3tqt19KBI9Y+FfihfDnhO/aD7O1xqXxMlsUkYqPJikkXe3/fKsv/Aq+bvjI6t8XfFrK6sp1e4wR/10at7SfAPhzxF4P8f6r4bvdSmvPDlzG+nxOylbm1aTbubaud3yvzWxrvwz8KaF8QtX8O3UfibU7fQ9Cj1HU3sprdZIJNu6Td5ny7drL/tbmqloM4j4aeFrrxDq1perdWVtaWl/bpO00wWVmZtyRxR/ekZtrdFra+PPhq8/4SvW/F0V5aXNje3ySSKZcXFu0y+YqvGyq23avytt+au88I/C/SdG+OHh6Wx1i/m0caGvimFZo1NxsU7lhbb8v/Aqm8S+BPD3xC+LXg3UFv8AVrbSvF+hteCLEfm25t4NqoW+633aLgfN+OMUjrwK9L+Kfgnw5oPg3wx4v8LXuqzafrrXEfkaiI/OgaFtrfNH8u2vN2aM962hqQynKlV3XHGKvuEP3ailiBHWt1C6M27FPAHeomFXPIB6DNMeDHtT9mw5iqOKeYHk3OnIC7qcUwcdat6XgzeQ5wW/1bf3TS5O5Mp2MyirOo2xguPlXajdv7v+zVfFZTjaVyoyuh1rb3F5e21nbDdNcSrFGv8AeZm2rX6VeGZvh78E/CmgeCbvWLOyvLgxxJCPmuL2eQqjSbF+b5mx83Svzm8IahDpHjLQ9VnJEdlqNvcPjrtWRWav0V/aF0mXXPC2gXOkaa+oT/8ACQaZOZIIfMf7OtwjM2V/h71hLUo3/F/xW8D+EvEKeH9b1Vre+KxySbbeR4oFkbajSyKpWMMf71dVePpt8ZNGupLWZrmBhJauwLSRfdf5e47H8a+aP2g/DHinU/iZr1xYeHNfuFvbLTobCPT4t9jqbRzbpEvm/hVf4fu9K7K/+G3juX4/2fiv/hM9Qg0pNPJLxwwEW4+0K/2FV25aNlX733ulQB8hfHTwWvw6+LmueGLKIvpZZbuzjb+GGRdy7W/2W3L/AMBriLq2hnAO4Ov8LjvXtP7ZOp2up/tD30dsyE6dp0FnLt/v/NIf/RleRyxvuLQsEz94E8VaZtCN0LLtizNMPovrVS7d7bE04zdnhYz/AMs1/wBqpru4NofNf95eH/Vox+WIf3m/2qxmaSSVpZGd2ZtzM1XTpNMqrV5hjl5GyzbmNKEp2OKkghknlEUStLK/3VHJaum2hzFduGxSVZubUQMfNm/ef3Vi+7UWI+zEfSotYZFh5ZPXNdBDD/ZNqzyYN0cqvoJP/sf/AEKrHg3SkkvWuHngLxLuhVm/i/vN/sr96qmrXENzf4iVvIU+XFkYyv8Ae/3m610wp2jc5nW5qnIiiPmXNNiXY3XNWJU+XCLTEiYnkUnGxUZW3JGYFCAcr6VCrEdVx+NWUiPQ8VOkC0lBstSRTxJ2GKliRz95hV+O13D7vSltoP3n3v0pOmWpEKwOQKm+yuvUYq8IwVJPary2vmR5z29KwnTLjNdT6J/ZK+KOlaL8PdV8K6vKqX2mmW9sIy237SrfN5aj+95n8P8AtV12p/s+eHvEXiGxvfFlrcSSSaerX13a3XlNJetIzSbx/EG37VI/u18h/YZCcpkMOjA8iugXxh43S0W0/wCEx1pIVZWETX0mI9vzK33v4a5Z+4aqk57H214g1XwT8GPh+sQFvYafZwkWljCf3s7/AN1f4izN1avF/At7dDwb4s+K3ifULTR9U8Z5tLO6m+9ZQqrKqxq23zPu/dVv4VrwJtN1XxBdTX19qE9/ckb5JrqdpG/Nq0NRsvEepWljYX2p3F9aWY8u2h+0+aluvoq9qz9pHubfVKkdz6li8N2utfFX4Y+MLXUJNUtrfTLlXm2gLhYV8v8Ah3fekb71cd8B50vfjn8V/HEnMdolwIn/ALq+Y3/ssP6V4rGvifSZkFrrerWTRjYojunj2r6feqvYLrNkt0ljqV9At4R9qSG4ZTN/vbfvfeb86ideMRrCSkz6P+Cur+GfHnw/8F6DBryWur6JqS6hd6e5xJcPG0jH5f4lLNu3f7NJ8WPF/hnwjZePbe01xNY8S+KJPsi2duNxtQsPk7W/u7fm/SvnXS/D17FceZaxzwuPuyIWU/rWnB4T1CWcM3mNJu3Bnb5gfWsXiomqwEj6d+I+vaV8NPBvhqJYIrzxNBZrpmjxsN2wsscckhH935V/QUniuO41H9ojwrbAmf8AsXQLq7Ygf8tZMRhs187nwdqly6z3MzyOPuGSbcVrVsfB2rNdGaS8ujKRs8w3Db9n93NZyx1NFrLu56H4y+Lz6H431uy8OeENOj1NJGtp9VlA3ybW2j/vn/aauZ8LPcNcyX1zY29xcSu0kjuW3Mzfeb71a+gfD2WS43zuu8scs2W3V6ToXgqKBArvFyOODXl4nHSlflOyjRo0dznvt0y6Sg/smyPX+Fv/AIqvNfH12Wjk3WNqvP8ADn/4qvoO58MxiwC74+O+K8j+IvhtUSZlkj6+jVz0Ks+bU3lVozi7HY/AvTrnV/2dL7S7dYo578X0Me85AZiyjd+lO+B/gub4P/DnWh4t1XTsSztdO8TttjURhdpZvvNxWT8ObWSD4HXlwJWUWtpqquwZgVZlXbXzpZ6PqOoxILi/mlT+7LM7KP8AvqvolU5Iq54SpOpJ2Ppf4eeILODwr4J0eCyJudV0K/kaVh80dvHubb/wJiv/AHzWD8E9Vay8P/BzTEsLGb+0I9WJnmg3zQgbm/dn+Hd/FXkEWleJ7f7IbbXLiM2sLQW+LtgIYm+8qj+FW/pVCOx8TWS2QttXu4jZBhZGO8x5G772z5uN3+NOOJiy/qkj1v4Q2F3ceFPhZLBbTypb+LtQklKRs3lrtn5b0o8Fa/c6B4Dk+ywWlzHqnxJn0ydbhN48mZ9sm3H3Wx/FXjGnjxZpVrNaaXquq2Nvc8zJb3bIr+u4q1Zoh1+2gSzgvdRW3iuPtUcIlcxrN/z1Ve7f7Vae1iQ8NJHrXwN0+Pw9+1J4q8P6dpUj+HHe6srjYpaK2jU+ZFvb+78u35qqfDHXbLWvif8AGDxPq1muq6fLo15PJbiTb59usi7Y938PyqteWibXle/YapqkZ1E/6dtnkX7T/wBdP73/AAKs5Uv9OimSyvbi2S5hMM6RSMpnjP8AC395f9mqU7kOjI9b+B3jDVvHnxm1TUL+CKFo/C15Z2NnapiO1gULshRf1rd0C9Xwr4k+CMms2N+jW/hi6jlgjtZJJo2ZMDdGq7tteKfBx57P4veFDbzSIZNWt13RnBKs33f0roPj1quv2XxlutRttT1C21CG0tlW4juGWSMtbx7trfw/eeruRy9Db/aPF5dfCP4Z3N9pMeiSmO+DaXb2/kQw/vF5WNvmVm6/jXhMNpK+Qq5Pp610mq6nrOu3aT6/q+o6nKi7RJd3DSsi/wCzurQu41ht1tbG0ljXaN7ENk11YaPMZz905T+zJI2DSK0Y9W4qWVIEAc7nHb+7V+a0klbaiszehpZM362doZLu6ukbyVTy/MWOP+Havf8AirtgktDmnLqzDnhmVFmeF40foWHWqrLuIzV3UGkSaRGwdp2oW+8u0/dqvbzIjESIWU9cGtE4t2Jk2kQyRKq5NVDjccVblIckDiqrcVlPfQtJuOprSQ/2ppxkU5mBw/u38LfjWAVZWKsMMOorS0m8+w3qTFBJHnEiH+Ielani7TI1jj1SzYPDJtEpH+191v8AgX/oStSlT543REZ2lY5Z1DLg19c/st/tI6ZpWhWfgj4h3D2q2iCGx1aT5ozHn5Y5f7uP4W/ugdOtfJRXdjnFMK5rjlSOk/Wmz8SeH72zW8s9c0y4tiu7zoruNkx9c14/8bv2jfB3g3TJrLwzf23iLxG6MsMFrJ5kMDf3pXXj5cfd+99K+B7G0sriDJgUOpwwq0beKJQIo0THoKFh2zGVSzsW/MuNbubq8vrhpNcurh7iS5d8/aJGbc27+7SQylpXgmUxzR8MprNlcA4q9Z3UOrxrBeSi3u4x8lyerL6E+tbuhGSsFOvKDuYkkzySGVizMf4qcpK9DTNvvTsc0GpZWdmRlZQ2f4mFLG/lp50UWG/vA1XYfIU7npVuzuZLaJoFZfLb70bJuU04uLepMubdFOWRpPvZz707TIILq6ENxdLbRkcuybl3VeU6feR7HU28x6Mo3LUF8FtrdrZrZdw+7JninKk9ZIydZv3epP4dfGrwROpljklVSo/iX+Kpb9YIdXu0gOY1mZU/3d3y/pWJEXEhdPxraS61Jgs9xZrchRjzGh3Z/wCBLVwrPkskVGjGpV96VhodW+6c1asrO4mhWSRPIhmJigmlO2GV1H3TIflVv96ojqyLBK9kLezmjCkqI93mdc/e3LT9H8UajYWWq6e0Vve2Oqr+/huI/lEi/dkj2/dkX+9XLLFSW8TqWDXNyxfMhYbZ/twt7ssrL1ANdtp2lidQltYbm7/LXGwTanFttbdWVEk2x+Wuf3n1/GtjQtT8U2V/Dd2es3MV35uwBix+Vj8xbd8uP96sP7SitGepHJasoc0FoeoaL4M8Lw6E1z4w16109Lu2aSza2PmTQzbtqq0f8XP8NcRrPgzWdNjuLtbKS6sIn2C/txvgcdvm/h7/AHqg8T63bauYNWBRHDN9oihULGsmdu6Nf7rL81Y0esapDb3GnmYQI7qZG3MqFW27d38O3+Kt44jm2OH6pKPxF+2gkDmN0KP3Dr0rb0mzNxEbZo+cZBzU3hWzn16RZppEtYF2hpriZmWOPd95m/ur/wCy11//AAjt/p87FdQ0OaBDxcw6hG0br/eX+L/x2tY4inHdmX1KtP8Ahq5zg8PXkEQeSB0jYkhgvy1l6lcabb3fkQWi3DW7MjO7blz/ALNeia7qKHSUsrjxBG0UJdkgtYJH+Zv9ptq15YI2h3gIMjGQGzXBjJ0pu0GepgI18L701qdLo/ijXILSW1spAkEqYkREUqVosbqZDt8iPePuvjDLUHhMaYL6ZdTsrvUEI2xm2uvKXdz8w+X5q6XTtGJh8wBjE3Qt95a8xwUdj0ZVZzd2zWtNUh1+e3s9dRVk2eUuoKvzL/d8z+8v/j1WrfRChZNq7lbacU7RNBE9wsKoMZyXP3VX+9Xpun/2TeXUpe3YBm+U4zWNR6GaajLU4qy0TcR+7xW1baMilAqjPeupk0WCVt1tJwei5rQstNlUk+VgD2rzK05aHbSlHlMSx0RGUDYtdLpugqdu2NTWlp+n5I/wrp9NsDEoOR+VctOnVqS0OXF4uFKOhT0jSQsSpIg3D9K3IrNFbO3GKsxoQOtPxXuYbL4qPvHz1XEyk7lS8tleEhj+lebeP9C862l45HtXqpGazNYsEuISCoPFbVsFH4okwryifO0N9d6V4F17wvHFLm/lVoyf4V/5aH/x1axtC8NqigNHXuGpeE4nkLgYx7VTTw6kK4WMV5dWrU2Z62CdNHmF1oS+XwmPpWNd6ZEg+WLOOtesX+lYBG0j2rm73SiHLBc1NGctT15RhLY87TR5JZSI4fmPatQ6Ilsc3EUWzbtMaL826urMjWO9oYk3MMZK9Ky5ro3l+Rf3Bhh25Zo49zfL/Cv+1Xo06h51Wnc5vUPD+l3lwltZ5aRFDNx1X7zVwniy206JolhEAWTO0ebukHT7392vUbTVVvNQfR9F021tlmt5RHNc/NMWVGZfnb7v3f4a8h8RSXdzeSyXly9xOfvSN1NdUJyMYwj9ox9KmTRfFOm61Ch8ywvY50A/2XVq3/Gcj/Ef4tX1/pEB26nchLRMbfkVdq7v+ArVN4dAOGuLm8kc/wDLOKFVH/fTN/7LWrYeJLXw/lPDOlpb3ctu8Ul7dSedKm7r5f3VX/vmuj2hjKheV4j9Z06w8E3xhtIrXUL+LgX0214Ub/pnH/F/vNurndV1jFy+oXGtJq91cxsHMiSfKzKfmG7b8y/w1c0TTn18S3Op6vHA45LT9T/KuU1a1FtcTKjCREcqJB0as8PmEJVnTS1R6+JyB0sMq0pbkD640VrIsJXzp1KyOy/Mq/7NV5PEl1LZ/wBm6bb2+lwsm2YWyt5s/s0n3m/3fu1lT2+5mCDHrVvR1xcXEKsmWT5Czbd1e5SleR8jXpco2ezW0EZneKRH/wBZDF8zL/vfw1nXCM7bkGU7VpXakExmNoyOCDUXkrjg4rpeuhzRl3MnO1iuOR1qFomfAB+YdqvamnlbXU81n+fu/irFR5TVNy2I2BFdb4JuYb2GXQ7zlJ0YxhuWYfxL/vfxL/tL/tVyhweadbTSw3Ec0JZJI2DK6nGGqouxE4PlZJrOnzaTqM1vOMvE2c+q/wALVVdQG3D7rHivVvElnD4z8CReJ7JF/tPTV8u/hA+9H/e/4D97/dZv7teXBRua3Y42n5SayrRsycPW5o2e5AjGK4VicKTg44q3LJIi7hMXFVwu5SKTJACsOlZJmzjcBKzyc/eNSKPJAV+tTm3+yR5lx5p/So4IJbt2YnYnY+tbWktyG10IwKUdantBblZBMZQxi/d7T/F/tf7NQbGmmEa9AOTWbNVqOhjOS7dWpzcKTVlIi+EXrT7ayuNQ1CGxtI2kkZ1jjGOrVMFeRc/diXfBumJdXZvL1c2lp8z7v+WrfwqapeJ9VGo6vLPEihc8ZHWup8XRW+iaHDpNnJv3dWT/AJbP/wAtJP8Ad3fKv+7XDQqpbAGNxwa75Sfs+RHm0480/aS+RHJI5VU3YQdqdA9xC26J5UPs9ao05F5kHyn+JhgUqpBGABz9FrONNx3N3ViynvvLxlt5CrvIMhnT5hTpNPuoLhYZCqFz95/lX/eq7ZTtHeS3MS+Wx+Uf3gtWJQb+6RJWYqnzMWHT2rOtQjONztwlbln5Gz4VfTxfxrrSyNC7rKXjGZPmXt2rtPFGq+FLbS5k0fS7m2u9vyXMlwQy7uvygegrzfWFl05YpYmimtpE3RgH5ovmPyt/n+JapnV7xuEjiGOpA5/M18nXy2pKpzM/SsHxBhI4Xk/r59zu/AF14XufDl34c1nS2/tG5ufNg1AFV+yr5eFXa33lZu3/AAKuMv0nEk0Lqh/c7I3Q/K21t3WqNldvCki/vFuJ22l93OK6vZFqdnZmzCxXYj8uUE7dzcfN/wB817NGEnFRsfG4msqk3Nsptrmr6lbNbJMiQysTLFFGqL97dt/3a6XTbvXLyP7Pb3rPDGvzuBsRaZ4U+HniPV9cbRLPTx9pXcZHkkVY1CttZt33dtdzFpFgml3vhqyKvNp17JJFO3DXI2qrf+g7lrSeHU+hzQzOVB2g7XOfttJg2hrrUxcSf3IUZh+bVp2mm6MySxnTnk8xfvySNvH+0tS6Vpjkr8rN9BXZaP4fmunVoLQ4/hA5qI4W3Qyq5nB+9JnJ6F4enWbMZgjA/wCWhOK9Uht9Oazs7KO5EyW0bZaKHazyN/vfSt7QPhpqlwoaSBLcDvJXe6H8ObC1Aa9uGlbusfyrUSw6W7M/7Rvsjz+1slliWCK08mD+JR9+T/eauh0bw/5siEWkjAegr0uy0XTLML5FpGCOhPJrRREXooA9K5pYSmy1jqjOJsPCsmFLqY/95q27fQo0zknmtwijFT9RpPdCeMqvqU7exiiAwBxVtUVegFLilraFGnT+FHLKbk9RaMUUVqhAKKKKYEbRRk5KjNV5rCGTO4CrlFZSoU5boqM5R2Zh3GhxOTgdax73QJR8yWkb12h6U081h9RpM6IY2rHqeS61ps8W7dp2zHqvWuO1KykV9xtiv0HWvomSNZFKuAQaytQ8P6XfJiW2RT6qMVUcJCOxf9oVD5rUWlp4gtb+WzKxQzbpFjPRP4ttcRrugiHUn2XttdWqnKyIPmZf93+Fq+ndb+Glrcxk2k+D6OtebeJ/hxq1kGY2ZkTPJj5FdEMLDoyP7Qa+JHjFzJFFftJBZwwweZuEaquVX+7uqbw1pNjrerRaYsyWMkzb4RK7NHJL/d/2d2NtbWuaBcwbt0DKR1BrEm0S7U27RRCNpT/o7NIq525y306fNVvDNFLGxfwmDr2numv3FnaWbW/2i4YW8LTH5fm+7ub+7k1Q16GSz0iS1vfEWnZiPmJp1q7XBaT7vzFf3a/99V0fiTxDFeajKupQ2l4L0broQnYvmn5fNVv4ZG/i/havOdWgZTJFA0uImJ8qVcMufaphhOWXMjunmU6tPkk9CqrJbRSsNvnSZWNW/u/3qzrplmgYyRqkqt8rKPvVJI5nt1SX/WIf3ZJ7f3ahaUtGij5dncd67KbPMq66lvzme1jSbdJKrbd3otEayIfuFlPUFarwllXzXGELbWb/AGq1IY7mdTNFcbz/ALTZYV6UI3PKqVI3Mq/i8xGH8K8LWO9tImcx7selb88F2qbVzx6d6ql5cYdFY+tKcIlQm+hgyYz8pYEdiKRWZTwa2ZFtZc732n3WkbSUdfkHy7tokHK7qx9n2NFWS+I2/hf4oOga6rXDY0+7TyLpW+7t/vf5/h3Uz4m+Gf7D111gUm0uf31o3/TPuv8AwGuauLeS0lMcn4jHWvSfD08fi7wTJoF44F/ZKJLGQ9Nn+fl/75rVRTjZnNP3Z+1h8zzq4QYSQEtFJ1z/AHqruHjljnj+9Gc4q9sMVzLbXCtGruF5X7j1FgozI4w6nDD0rhkuSR3wfOrj7hzeSGR8hM1G8zFBHEmxR71DAfJnMJ+433ancY4rpi+fU56j5dCGRti5xU9lFtj3H7zcmooU86fDdFrTtoGdxw0kY5b/AHRXJOodsIXFlje2tEd1xLMP3a/7NdP4FsI7HTZtZuztLRusLbuVTH7yT/2Vf+BVk2Fsde1lE5FuqDcR0jjWtfx/erGU0G0jSNwF+0gf8sv7kf8AwFfmb/a/3a2oK+phi2n7iOY1S4udb1MyeWSXKxxoD91eirSapbWNldJbWR8wwjbPOThZH/i2/wCyv3at2SrYWv2vJSQho4D9fvSf+y//ALNUrG2ku7iOCIfPLKka+7NXY2ccU+mw64GxGj3ElsYzUQhT0rb8a2f2Pxfqlmy8W100I/7Z/Lj/AMdrNmgESKycxt9007XLpxtC7RXC4qzYP5ZfPIZvm96RYWxjFXLa1eVXKkfIu5vmVStbRprqZPEW+EzdXtpWmM0bDYV2svfFP0HWJ9KZVWNp4C37yESMivn121fm8pbSSRZFlmViixlW/wC+v/Qf++qqQ2kMzRSwELPjLxMny7q5cXh0/hOjDYt81pGY+XuPOSLo24hRW00sccZaBsZ+7/eNSxw3tyBAJ7aGOT5cMypiq9paPNqEcATeVkVQvdvmrkhTa3PUruK1jse0/BvxfqK6RqGkywefcSp59rPt+ZWXazq3+y3lrXR6D4QTxRODoUUjI22Qqets3P3v/iqzfgZfaRpnxH1U6vbxLFl7WGPzVRlfzP4V/i+7/DXtngLwwfDHiPVL2yu47iyvji1jj52qzbl3V1JJbHzmOqX8i34a+GGn2SiTVrlWY8tGh/8AZutdpZPo+kw+VYWiKqjG4JnP/AqpXCzxsHmlLZ+6kXzFqs2GhZcXN9K+7+GLdkLWU+X7bOKm6snaKJrvxPBCedzfXhaz38VSyZyDHH2CdTV+LQLRrgz3czXBH3R0VaS50LRpbczSXTCND80gZcY/u1ClSXQ61GtLW9iXS/EKSr0WFP70sm5jW/HPGigzXCnPSvMtXGm20yzR3mYGH7tIlyX/AOBVNpeu31ouY0HlH7qsuaieG5tYm9LEuCtI9SB9aWuV0fXZpt5unjROMZGG71oQaqJX2qGx61xyg47ndCspG1SVnCck/LuY+gFSrMQ+GlT6CoL5y9RVdZ09RT/OQ9xTKuS0ZqHzk9RSfaIv7woFzE1FRecp+6QfxpjTN3x+FA7lihjiqck2Mc03z5tmVVXPpmglysW8nqBmgyDv8v1qjHfWsr7S5ib0bim3crxghGwf4S4+WqUSJVEkTm+t1k8tn2t6Him3F20S7thb6Vif2nCmYNQt2hPqTujaq13rMVvynkzx+qt92t40JM4a2LUN2Taho/h7W1K3FpA7nqwXa1eHfHPwK1lqmlmyE13b3UX2eKFE/eKy/wAK/wC9u/8AQq9O1DWLYyC4tpJIpD1VjxUMWvwSyJ9oiAkQ7o5QPlU/3vau+GDnZSR5cc0hCWp82eJvA99pzK0+nyRnrtlTiubv4YJ0iXUNP3PCwUzo22Ty/wC702t/wKvsM6xYaohttQsormIjrtDCuN8VfDLRdZRptFmWKYjIjbofxrfkT92asRTzSad4yufMviaz1DRNHTSdLvkvNHv5GvreSG3VX3K21vO+Xcu3+792uFvElF/9ouNpMzMzY28tXsnjbwPq2kSPbz2UiAfdfbwf+BV53e6e8AOBjNRTwHLPmPcjnGHnS5X8RgW1rHNcm3ncqCrMMf3trbay03Fcq23+tdBFGsd6rS8Fe1ZE6bX25zW1SJjRqRkwt5W2M7ySBh93+7/wKmXLKzblOaYR3/j9aYYpGUsq5C/e56VhKMjqTsNWOOaSRmk8sldyrt3Fm/u10Wjx3E3gjWxFykF1ayn2LeYv/s1cyK9G+FYjuPD/AI109xl30VbiL/ehuI2/9BzWcrxVx7nEaUtpc38Fpq87QW0jYa4CbvJ3fxf7vHzVO8WpeDvFRtriMC4tJNrYbh1/+JZar6jbtFKN38QzW9dOfFXhMOcPrOhR7GwPmnsv4G/3o/8A0GnGYVI/cReOLGG7RNctHzHMqibnoMfLJ/7K3+1XObReWYnVv9IiO2ZcdV/vVu+ELsXEbaJcnf5oYQqejMw+aL/gX/oVYl5E2kaq5Kq8fUlh/rI2rHEQvqa4d9CrNY+ZGSX5xwVNRxMXXa33l4b61elVpHjVX8u1kG6NQ24f7uazruGS1l3oMg1hRrcm50VqPNEu2sapENo69atuzxQmFXxvXD/7tV1O1CxHyr1rc8GaY2raskjBSivuO4cM38K/yqIrmdjS9o3Oi0RIPC/hibWbtEkuCV8uMj78n/LNf91fvNXHaZDNqd3JJcS5aTc88z8bV+8zNV/xnqg1XWFtrV2extAY4WzzKx+9J9Wb/wAdVarXkjWlibFG2zThXuP9leix/wAmr0qUbnlYif4keuXYub1fKUpbpGqwof4VxXWfBzTE1D4g+F4p0R45dUjkKt3WNtzf+g1w12S9/MT/AAtt/wC+flr1T4NkWeux6gwB/svQdQvjkcbvJkVf/Qlom7MdOXLTOC1qZr7WL2+dsvczyTMcd2ZmqpJDLBKPNjK5GRnuKmnG8YzjNWYLqSa2WxvHJhU/uWK7vL/+xrqpwOKvXlDYdcTW8+oNc2tpHBHLz5CLuWMf3V3Vk3Ni32sGbeEkbmVR8wrd07Ty8oVCZB6gVv6t4cntdJg1CaPCGby1ZuN25Wroq0eWneR51LHtVml1KOh+GZLoiOOAk+hFexeEv2frjWdPlvbmeTR38vdbTnGd3+0v92vRvD2keDfA2i2mq3h+0X9xCrQxvHuk3Mv3Vj/vVh6j8bLR5fsx0vVwg/uGP/4quWriqS91NL1Ip0MbUfPZv0Pnfx1omn2mrzJZ6rBqrxuy3MlvatCu5fl3fNVPTUsE1S0ur1bprcNvuVgIjk/3lb+9/FXpN7ceD9V8Utq7XusW8dyWa6tzYLu+Zdu1W3MtcrrGjafHqMw0++lkslP7svbtu2/7S0vaUnuz2oSxEY8riyF9NaWGG8tZ2keRneQbi0gKt95/7v8ADXqmm+NPGXgzwzZW2pTlnvLjy7SO5ibzCny/MrfxL83/AI9WR8Hl07TNZj/05/7RlLLHGYWRSrf7TL96us+Jjre+LtCsZXR3kHKumRt86Fm7/wCzVuNOUbo82vWqOpyuJ71Ya1ZnTrPUbhlSaeFZNp7bkrI1Xx7awShLdftEnZsbVH415le61M/yQs23+8RjNUSZNhmdgpP94/NVrAx+0ck8fL7J7XYeKYb2189ceWv+sOOn+7WRrPjTTihghsPNaI/KJBwrf7teYW13NMBGZmjhXllDYqRL8Jny9pz1yuaSwFOL5hrHVJKx1EOoz/bRfTokw27cbfl/Chbu5upXklkyeO1ZmjXli/y6i1w47JHytdDd2OnpZ/aYpGiduUgLbmxUzio7G9Obkrss6PqLWrLuUMB6966a01i5kgZ0ljUg48sivPoTsbc42+lb+l6gIXUxHYjLtZX+ZWriq0b6nTTrch0MFxq95dqlxNFb23UIjfMw/wBqugjubWJQu/B71x1/NZkqXV4pmGVZG3cVR1/XdP0i1N5eTxzpHwS0P9FrB4a5U8bynY6hqUlunmR/NjoRXHan8TNF08XElzqNuhtM+dHI22Rf+A186fGP47rqEb6X4bM9ra52+eH2yP8A7q/wrXid1r1/rBkWa6kCP/CDU+yhHc6KbqVD7l0z4z+Hb6dluLi20/H3TNc/e+u35f8Ax6t2Lx5o09u93baxZXEcfDpDKrsK+ELWG5WwMd5AlyB910bcyr/tbaxZtQvYLlG05LqKVW+V1ba27+H+lT+66GjwtT+Y/R6LxTGFXIMe71PWphqE87efb3ibe4zXxZ4Q+OGuo8Vl4oit7iJFzNcwj94v+0wX5a988DeJ1vtMN9a3DyWsruLWYfL5iq1dEaVOcdDzp16+HnapsewxardYDXCxn2/u1Dqt9d+QTEIig/jSuPXxLe5XfMXA7HoaNX1CVF+02Uo+zSjZz/Cf7rVMMLeR0PFOWxtaprjNo8bCYM27aQPvVi/8JPN9mNtLPIy9m3fMprl7q4Yy8tioJL62a2XCyrcBgGLfdb/drvp4aKOWtiZPQ6yLxVfWy+Vdq88Z+6x6GoPtel3hJE0ULuM7WO1R/wDE1xv2yUx+WxyvpVU3LNJsBz710Qw0eiOCpUb3OpuJbqwlbcE2norMrKwqC4klt7gebF5RPYDiuft7uCIsl1C0kLpt2h9rL/tVqpqt5YWkbWt6mo6a/BjlUs0P+z/s1ulJbHDOKlubaWtzNGtzaNGzcHZn5qlh1K7WUJNHtul6c4Lf/FVmw+ItMnsyGtj5ytwsZw3/AAFvWrFvrltdYguoGuYv+ejLtlSm03ujCpSh9mRvRapBex/YtUt4p4mGGSZd39MCuL8bfCjTdXjku/D8qrIefszn/wBBNdHdafJd26XWnTLdooxz99P96qOn6rLbTjOUZTypNTGmpK9J6nO606UuWr9582eL/CV7pVxJb3ltLFMh5BWuLurF95DJz619w31tofiazNprVnG7Ywr/AMaD2avFfib8Jr3SIpL/AE4G+0487kT50+q1UHTk+WWkjto42pBXvdHzxdQhCAQGUjBBOPm/u/SoUtHuJwkEReRm2qgPzE/Suo1LTJrdt6v5csb/ACjo3+9WBcQY27x9Kmth+Q+gwmPjUVjKK+gr0z4Eotz41k0/ykQX2mX0CqfVreTav/fSrXnUigNnD8/7Ndr8Grv+yPib4cuX3gDUYVYt/dZtrf8AjrV51SFonqxlczPE9vssbKcjBZWUj3Vv/sqyPD97c6bqUl9aYDwbcq3R1b5WVv8Ae3V1Hju2ltZL6xI/48tRkjx/wLb/AOy1yFpnfdJj/WW7c+m35v8A2WuaGkjebvTJfEdlFZXMV/YlltLj95A2fuc/d/3latLU3j17Qo9QhA+2xHLp/wBNO/8A3197/e3VFpUdreaYdLnu1zNJlFZdpim/h567WUbazNIuv7K1SS3u8pbv+7uV/wCefP3v95WrSdNvYzpz5UQ6IRK76dLJt3nMBx0b+7VlkjYbZ42YqcOv901H4is5LO982MbCzbg69pMdv9lvvVaeb7VbpqkceXPyTx/7XrXk14yhI9ijKNSJlENJOEj6q35tW/eX50bRPsEHF1dIV3ofm2/xt/wL7q/8Cqj4cgiea4upztitlZnbHQVBCs+s6wbjaqbmxGv8Kr/9itd9Kn7p5tWrdlnS4YrS3a8k2nyh8isf9ZJ/Cv8AwH71RRPcXVyiySNIDL5jZ/vN95qj1S6Sa6S2g/494BtjHr/earWn7sqVhVfKhbofvfK3zV2U42PPrStqVIk8yV2z8zvXr3hSP7DoHjq+Q4+y6FDp6H0aaaNW/wDHVavNvDdm02oWsBGd0gr1O1j8v4UeJL0LzqWt2tuqdPljWSRv/QlocLsudWKieYJb/vEEnIOGxWzo2iPdzxxIm5z1Nafhvw9dandQW1tA0kkrbVVRnca+ovhb8L7Dw1ZJqWuLFLeDDLC3KxH/ANmavRqVYUY3Pma9WpXqckDjvhb8GxNHFqmuZtrULu8sfKz/APxNQftZW2gweD/D9vHbvFawzXAitYG2yys0Pyy7f4lVtu7/AHq9xu9QtbpXN1KIrW3TzHIHC+n9a+VfjJqY1vW9dvI5d6NdtZWZmDbEhjjXbH7FmZmavFxeInUV5Hr5Vgo+0ul/mcjd+IbpNIH27VLjU77yRbtPcZ3LGq/Kq/3V2/8AfXFYwtbm8hSUIsWQoz5e4r17Vb8KWF99jIv1jRQixeUjbjHH6Bv9qt/U/sekaVLd6hv2BW+ywK20ttzu3f7NfO1Z3mfa0oWjY5W707S4zIz3M8SO7CNWMm//ANE1mbY7WXzLcyyBF4zNyf8Ax1ad/bFlfyPJbaaoTOXQStuVf++qNL1bTb67+yhXtkb/AJatJk1cZyFURteBvFd3barEFZFlfcWjYbo5Y/7rV3OmTXmueLbfVy0txe2t5bwQs0nzLEsirtb+83Lf9815pPpy2ctxPFttpYl+bHOP9pa7v4C3RutWlsTZwxAmJ7iSQMWdVVvu9l7NuX+KuynXdOPMcc8PGo7M+kNE8PaBqt/5NvrSSNEvzI0C8/7tcz4u8OXmna1L9rmt4bLzPkcuuQP9371Y+vXb22owJYzmDz42eSQPhXZWZd3/AI7V3TdSvvGl8NOvr4REJviaVt34V9JQU+VVW7o+GxSpxk6SWpiu0b3AFrGdgztGaktEB1OK3ZsfNzxXUa1oy6N4ZkhAgd5ZFj80t8zc7m2/+O1yDxTQsQ25Poetdin7WPunJyunLU0yGt2G1urfd/iFadtfTyygyOWI7k1jW8u1uol3fxEc1tQR28iqI4yvrmueSNoVLk7SuBkmpbbUZYSFypB/GnC03cZz+FOXTI5FIkk2elRaJUpst3mtQmWCARCURLtb61xHx81GWz+G0y2pnVp5FTb935f4t1dJPqsWny+VbbTt/iRdtcD8Yr2bUfBc7OMqsnT/AIC1VKiuVnnRxX+0KMmfKNxO0kjO5LMWIJqbSVWXEbMyZ7hGaux+F+habqA1HVNRYeRakL/qPNYD/ZVvvH7q0nijQYobzT7/AE6LYmpKymMJ5f7xW25Ve275flr5etjYKo4M/UaeWTWHjWWzMO4uTZxKILu5kznCeXxWx4c03xH4ld9Ntkl87biSZx/ql/uqte6+Gfh94c8J+Fxqtzpkep6kkXmSzTjcscg/ufwrXJ6N430zw7qUKz2FmmntDJbyXdjceeV3Nu82Rdu771cP1/nvGmjtp5Y4JOqeN+JLHUNNjtrdFeCwfkyn/ls38TGvdP2a/ECarpdv4ej+0s2nq0nzLuV9zNx/s7d341PeaPpl9Lo6W7W91Yt5RLfKVZV/irN/Z78NT6JrT64jPAs0d0pQHb+73R+W3/oVenldSdVXR4fEFDD0lyt67n0THpsrxrcgFIh/E54o1e6it7T7LDHiNxnDDpWdBevcExzvKV9AaqXF8La5idLdXwrK6y/Mrg//AK696EJcyufJRqXV0ULqRXGM/MP1rPkkw2MUk8uHJxmmakEin/dy+fGV3LJtZc11RgS5D445rlXCpjb15qlJLLaTKwkw2dykGozMw+6xpFKeYjTJlV+cLn71bR90znqdN4Z06xut2o+ILpIbReUjdtsktYWvy2NpqLPojSi0P8MnVajg0PVfEEplSfys/fdztUVf1z4eS6D4cbXrrxVDcLGV8y3i2qWXf/fkb/2WueVaNOd2dVPCqrHQr6ba3N7C99A0cMajhpfumrg1G3YiOS4SG9H+1uV/+BV5tobar4n+0Ga9uJYLRlDRlfkjVvu10Fpo8UHzMSW9a6I1LnFisIqOlz0vRvENzZxjzYAqsMGTb94Vs3UNnf26yCJXYndnvXndrZXj6fd3wZktLSNWlkdsRxr/AA1N4f8AFdpFNstb6K4+XcURG/8AZqScfs7nL7Oq946Hfu2i29qJJp1snH3WZu9JpviKJZTEl3BcL/ejbcrCuc1eXRvENsIrpPLlXAUq2K58+Cp4LrztO1eZQOR8jO4H/AfvU4UYNXmctT3HaJ0Hjz4Y6X4ltZL/AEFYrW/YZaAjEb+uP7rV83+KPDV/pd9Lb3Vu0EiMQUYV6jonxN1+PXo9OshHdZk2Rsy+Wz/8BrQ+IGtTeJLEw6v4e8q7jOI7lBtI/wB7H3qqlzX5XrE2UZ0Gnsz5wvYZJbpnIMaex4UVbstSvo7qyka5lm+xFfs4c7hGqtu2r/s9a6XVtEdGZjEwB9RXPy2bRyNu+XKntWdfDLdHt4HMVL3ZHcfGa1UeN/F64wJpftkY9fM2yf8AtSvKLTEeoxcfIz+W3/Avl/8AZq9q8fWrXuq6VeA5fU/DVrIxx96Rbfy//Qoq8clTybiOQrgArJj/AHW3V5HLc+ijP3TOatLUgmqaauoqAZ4gI7sD+9/DJ/wL/wBCqrfwxpeTxheA5xRptybK43bd8LjbLH/eWr8jObsrlnTpRqOktYz/AOtgXJz1CfwN/wAB/wDQaybG9fSL2ZZVygO1x6NV/WrdtGv45onU/ulkHptborf7yj9aj8TQ226zu7RmdJ4sgE9/8/yrnr0VU0Z0Uq9knEuTv9m8Gyru2yXl1t/3lUUujReRpt1cAbTFa8H/AGmo8R7hbaTZY+6jyMP9pm/+xq1dIsXheV8YNxdrGv8Auqtbcpz1ZaGFbxF2LD+Gtm1XFjcv/wBM/Kx67mWs+FeTsX61trBt08EDAlmXj/d3V3Yen7p5tatzTUS94UTZeRS5+4rHP/Aa9j0Xw3c6p8NfDGk20Rlm1HUrq7KgfwqscY/9mryvRIWjG89GyBX2N8N4LTRfhtoU0sccc5sN7Sd1WRmk2/8Aj1LEPk5eXcmvaVN3lYl8B+C9H8GacLh0he/K4lnbpH/srVTWdYuNVvTZ2j7EU7nkb7saf3m9Ky/EHiWK9leIhvIQfLGR97/eqTxPLqi+BbOGKMm5vnYtFGnz+Sv3f+A1lKm6bvV3ZxUVGqny7Lr3MnXdYOrJ/ZGjForGBGmeQj5pdq9TXzt40uzDp107nJlv7yTPr92vWdTubjRhNZm4Q/aoU+0fK26E7t22vEtfu2mea08py1nPNvJ7mRtyt/u7awzajyUVy7HqZHW5sS+bcwdA1CSHU4gt5KrCUKzk5B+WvSfEXhS58bajcRC9+zQ6fbRTzSsu5VhZtsjba89hCRMrBc4bNd94c8U3FobyXy/Oh1CxWxvFC/Mg3KyyR/8AAl+7/vV81S5fbqUtj6utKo8PNU/iL9v4M8E29mYNOttQmfG0NJdfvHb+9tX/ANBrlfEPhTQ7C3uruKGZLqGMssTNlG/3q7q51zwhp3huI6dqV5PraybpH+xzIqL7blrkNSlTVCttZu8wuV/0ido2VYd3Y7vvN/u19ZVqYBUJSha58bhoZq6yUr2Kvii1zbq7SciwhV2x1FdJ8Jg48fS2xP7r7KdtVtXMclyYnVDlFQx7cbVX7v8An2rofAGnWFpq8d4PMjKx7GYvuO35q+JdXeLPunS1Ukb/AI2jKjTyilv3UihQP+m8lafgyyW11Syup3w2dpVlVdu7P8VGrRq7WV9G6GBrUsjZ+Vv30tGj3lhfStZTrkKfkJNfcYP/AHaC8j87zCK+tTku512val4fv4YYrnyLy9i3LlWbaq7tq7ttc4dKuLmUEOjQr1KfdRavppFlaZmtghPZiKZdX00lxNLEPskP9xT96t6a5FZHn1KnM7sS206FeWX5VrRtrZYuj7qzbB7p5A67iPety3geTtjNQwjIdbr8xPpWfrupQRQy2uH8w9O1L4gvY9PtVvIk3Mw2J5g6V87fEX4uXcc7waGElcna15Ku7d/urUOap+8wjCtiZezpHr88ixpuU7vbpXGfF65aPwHehFbfLIirjn5m/wA/pXgt94x8R6g7SXOuXk271mZV/wC+RV2PVvEc1oskl5fT26vuUlmdFb/dasauaLkcYo6cNwzOOKhVnPRHefDPwzq/h/RJ9durN7u1nKrcWYTLLH/e/wB6urtNN0bxB/Zsunm6htNNmaS0VxgRtu+Zdrfw9K5z4f8AxWvNJIXVrBbq1HyySRqFkX/gP3W/8drq9J1/Sv7cvWsLtJLe5maaEjurDP8A31XwOIpVeeU5n7DhK9KdBUoPQ7nw7q+RJpt6A6n5CT0rktf8Cabfag8NuiQQTSGR9salt3+yf4a17HbJdNKRucDI/wBqmXV+TbSpeOmm37JtCyN8qj2b7rf8BrhpqpH4Weo1TnujnP8AhCtT0670+x0O6SysVdnuZSql1+b7qq396u7SONJWeNFTKncB6Vk+Gb/V7u2P9qWltFtLKskbsN3P93c1aVw21M4zX6Vw7hpUsLz1Fqz8U4zxlOvmPJTldJfcadlcqrKxcpu9DW7qvh57fTrS/k8ueK6jbOJdrI3+zXG2hZ/3ZOW7V1XiIS6n4W0+6tJEjt9PXZJJJNtCybeld9eLi4s83CTjKmzkJs+WHz1bGKR5NQNnDKEuGtFbEcjJuX6VRluFLRsI/mXrubdmty28WXcfh6bQTBbzWchz86nK/wDAlq5OS2NVZ9TEeRXbcsYT6VI0jxwBt2azcytJtiUsT6VtaFFHqtndPetHHFEjbX+6xk/hq0gFk1ae1gVY5kZGVWG09ua5vxG11qth5JnG+OXzk3jcp/2aY8hVmjU/WmEt3OaaoRkL6xKk7oybfwwgsi/2uSG77mI4X/69SX2m+LNI0wavZ6rcXlpIrQzMrNuj6fKyt1WtcFQikxuxboMfJSDX7vT9DupGNvLHFKslvDJFuWP5vmfZ/E3+1/Dt+WorUmo+6d2AxznVtUMfQfGGu22jarYXpuLvTrmH7NIlxK2I2+8rf7LLtqrfwatod1ZySoLV3CTwjKtlT0NXfFet6Pqmr6lqtq93/phimePy9sa3DL+8P/fQbbXLXF+19cQi6unES4jDNyI0rwJRxXtrrY/XMqpZK8A/bx1s/wCkbsGoeLtZ19bCK7mF4gbbGzLEAU+9/Su403wb4pvIhJe+M7iCbHzR28kkhX/gW5ay7F0tdTfWYltp7mUbWLRsvH/fXyiui0fVUml3xbbW7Qn5A2Y2r6KlTly+8fjObYimq7+rx90w7H4Y6rF4uSaCdDY28wlivHk+aTb8yrt/vc16Raag63Ah1GMJIvALL1qhb6232gtBL5c4/wBdBI3ytW6g07V0EdwuV27o3/iWtox5DyK8p4qSk90dPY6V4T1u0NpfaXZeZKMBlTG7/davDfi/8Kr3w3dSXVqrT6a5+WXb93P8LV6DcC90vCSFpos5SdTwv+9XoPhnWbLVtO/srV1WRnTbtkO5ZF/rXnVFVw754axOmi415cr92S2Z826jBC/hzwBezcNEstjK3+xHcf8AxMleL63aGC8ntXPyxPJCeOnBWvqj46+FbTQPA9n/AGcc2qatI6d9nmR/d/NK+ZvFAxrVzL/fl8zH+8C1c6tP3kfU4abjT5Z7nP6tG89+rRR7jOI2UKP42Vf/AGY1QMLLOYp8w7PldiPu1ta1GWtLW4DLwjRsufmBV2/9l21ish9c/wDAs1MlY1jUUtja8VxPeW+l3u3m50/YBn+KOsAx+f4fRtuTDLsrqTtn8DWty5+ey1DyinXMci7qyPDunC7vL7SJOVIDDj+61RI1o/yk2vxlfExi35FskcY467V/+K/lVzxAixaVo1qBtbyXuCP+ujf/ABK1XiZ77Vby4UljLMxGf9pjitnxNbhvEksKkMtsq242n+6u2uqjDmlc4sXV9lExtOtPNdVx+NdLd2E9vaaejxFNytMCf4h93/2WvSfgh8MZPEN2l/qivFpULLnJx5zf3Vo+PYtx8Q7mCzWOO2s7eG2ijToqqu7/ANmrsjUjGfszyaPNVqc/Q422tRFbWYQfNJDuP0Zm2/8AoNfSfiOW7S6tvDVirSPa28MAjHZhGteS2+jrL4r0PS0T5mFjCR/tbVZv/Qq9406DT9Pl8QeL7qRrlRdSReVGNrL823735VyVq6jNNano4ihzrlOWitbfQ9Gn1LUgJLrKrD5h+UHd/d79K1LPx/ap4B1O9lkhj1WAKhMrZaXd/drhfGOq3+vTz374igjHC/dC/wB1R/tZrzzXNVbyoIDHGnlKVVlHzMP9r+919q6pYJV7Sn8R5Ucf9XlKEfh/rUs67qMKhpp2+0XE3RQflT3b/arzzXI/Kuv7Uib962F2/wDPT2rRvLtURppmworOe6+zS/a74H7SE+SNf+Wa/wB3/e/2qyzfEUqOH9nLWTN8jo1sTifap2iirqFqIJFIKIjJuKSn5k9qm0eAyyKBfR23G7LHla552vJL15mDRxsAQjD5u9asNtLcL5hRI4h/y0kfaK+Gkrn6DF62OpstB1Cb5ri9u4stt3blkUn/AIDJTrxNQsnhUvdqcc+cij5v7y/M1c6mmpzta2cnoDcVftrKe3t/MWGMwr9+SF/MZazkjdNmp4e066vb2OFNoklIA3v1rqRfpbwy6XbQ3IZZmjmknQrvZf8A2WuHury600pd2OJJGcfLn5SK9U8FeI9H8VTNo8yF9TaBXtZJThbqL+KGRv7ytu+b+Gqw0o060ZyjdGeJUp0HGm/eLF3fNJoOmwCJJJYrfY3b+Jvm/wDHqr6eZbW3e/lXaSyrHg/e60/xHZvYkRGVhvRjHlQPl3fMrf7S/drnNPuLguYEI/efLhudq1+hUFF0+aPwn5fifaxqyjU3PTNAvZ59Ijg1K53t/Bu42JSKgZ9oG/3rE0fT7g/fce1dLp8DF89jWdR8uxzJ3NLT4+F5rUVmjQt5qRIPvMx4qojxwJlhhgucVx+q6jqWvsYbWHy7eH5mGfvD/arPluTUq+zRD49vra+u/KjbzoljxI+7O7NfNPjnwz/ZYvd4f7FCA1tJ/eLfdWveWNeXfGm+tha21r5ZmdSxPPyhm/vVeMpRVAeTYmq8VyrZnjMQfnCMa3bC41CeKO1m8yOOMYiliPzL/wAB/irLjyM7pf8Avld1XbWKUMWilu+Ov71Vr5xn38dTXnudW0+I/ahBeW56SAfP/n/erLt9QmgufPspTGytuAqxc+Y+3zZriRBndllY7a3/AA7Y+CdZCRSXE9pdbvmWVvmauLF1o04+8rnXhqcpS912O2+HHxDS8aO21N1ikA27xxXpviy1nudKheyv4XViq+VJyrivL9P+GdmupWt5a2t/cwt87CFt6yL/ABfw/Su1tvD2j2N3CTNc2Ma/MYp76No0b/a/irycPGhWqpxlb1PZrYyvh6Evd5peR02m2kVnYR2sAVY4QAqqeBU0vQVGsEkREpMUwPO+GRXUj320k0iMODX6XQqU3GMab0PxCtRrKvKVdasglYIuYz9aguL64Ns9qJnETNuMeeN396ieQAjjrVG4kVnO1cfjWjjzHRTlYazYqfVbOSxliQSpIrpuDL0qk7Vq6xri6hpUNo1osYhwisjdqmWjsdlJcxQtg84EFtbubqSTCSK/975dtUr97izLWs26Jo2wy/7VdRa6FeT28VvpkJlllYA/Ny/+ytUvEvhyTT0zeROsg+WUM+7a1Zxqx5rHU6EuW5m+BpLObxNa2+pRxvaSzCOXeeFXf839Kg1l4pb66MVxEsJlPkLnHy7v4azopf7Ngu91upkmVVjZx0X+8vp0rOaffjndj0rohH37nHVd4cppxOPMGcFe+DWSdVurvTY7TT7RI5Dw91Kd2P8AZVf/AGapY5HIZURuQc8UkBihiWNTnFbONzGjilS3Wpi61I2nKdCguxOLWbzppAm3dcYVW2t/Eq/d/wC+qXT/AA5d3tv9qV2BVicKvzZ/hb+da3k2Zl817eHP+7WzYEx6Zc6haFRDbSKssY/g3btpP+z8tc0cNZ3Z7Es7nKjaBziXGu6Vbt53lXUQ/wCWhbLCt6J3+zRzn5cqrMfzqyl1Z6jCVvEjQN92Tb/F/tVZ0c7buFZVimQSYKyD5WrqSsePVqus0kiS2uPtccZEw3g7cn731rb0zWn0+6FtqClQDw+eDXKaosC6ncyaWskdoGLAO25hWnZXltqFr9nvsjbwrqfmWqS5jJRcT1fRNTi3pDOVnt3GBN97Z/stWhqGltZjbbyB7R/mjBwdv+638NeMeHdfutIvRGpW4h6Mp+6y+leseH/FMDWg482wIAkU/M0VcVenOMuZHdh40qsbP4jK+Il1d6l4A1OyvfnltXt7qN/76+YI2/LzK+c9f0qabSrvVEKtFazRwvg9PMVtv/oNfUXibRmfRdba3n820utNmaMHld4Cuv8A6DXgVoPtHh3xbaHj/iXxXK/70dxH/RmrglypNxPewSk1aR53PbtcaaJlXcYpGVv+BKv/ANeszUYolu1T7PHGEVVOJGKyN/er0j4aaGuvWWrWCAG4WNXjB7/e3Vy/iHSHsb1o7lZAB97aPmronR9pC5wLF+yruEij4dVbnQ/EGn7QC1utygA53Rt/8TR4QuoNO8eWd9KoME0DFgfRo/8A4pan8Dts8XWcMrlo591s2eyyLt/9mrD1q3kit4hKMPbtJbv9Vb/7KuOUfcPapS965teAbMT6lbBjnfd7m9kX5q9P+FvgV/FWvz395+7sFlaSaU8fxfd/3q5P4T6dJf63a2sC5cowX2Zq+lrJtP8ADukJp1kF+y2w2g/89n/iZq6qLtTstzxcwV6nka+oXUWk6bHaWUS2tui4iSMY2r/e/wB5s183+NJ/7Q8aXZU48658te/O7bXrVxqVxdPNeSl9kW5izeleF6beeb4mgmLcm4Dn/vrOK3jTVNWDBu87HsHghl1T42QOp3pBfSSfhGjf/E12mqWUeopc3ge507QIS008jrn7TJu6qP4jXm3wHuM+KtR1KSNpPJsp3GOSS3y/+zVufELxYdXISCO6s9Pg2otq8nTb/s1xwoVJVrROjHYiFODuctrOpi71PyizWlk8vQc+Wv8Ae/2qxfisui2/i+6h8PsJbGONFEivuR2wu5lP+9WRrWpTTOPm+VFwo9Kp6LYXGvarHYwSRLcy8R+Y2Fc+m6vdVLkanfY+dhLni49yGwVZNYsEcZU3Ckj6fN/7LXIazfATBiA0+/eyf89F3V3cFnFaXVs8rKs0dw8QQ9/lb5s15rfgS6q7yKWY2u0YH+1ux/3zur43PZ3xB9zw/H2eGOi0WJdQu5Fnj8p422yJnO0/xVkeITqGsaittbMI4Qv975VX0WtzwpIoa/cnLM8mf++Wro760toNB8KTGHBuLEtMyj5m/eVyZThY4jEcsjszXFvC4bnjuclb+Gr+3hSBtRf5497bt3K1Z0nRNa0LVF1O11GG4SJWkkLBh8qfe/3q3Z0S8vTBa7EjkkKp2CrVWyvZra1urCc74ZNy5G3cTt2j5q+nxOT4enScktj5bC55i6s1eRu6hb2UUsQG37Pdwx3USnjarVueHrjSbOWEWMtssxwzSJIu52/vVyni11GkWrPsVV0iEEt/wGudS7jsdQ0ye1iXchjRQx+VR/k1+fulJn6Eqtj274iXFzPprXEsx3pd25+7yfMjk3f+i1rnoNlndlY8SRk5U9K1fHrsdKutsbH/AEm1/wDRU1c1Ysyx7WO4191kcX9TR+dcRTtjWd5pl+ryxqhYfKM5rp7GXehUn3rzzRrmTzFU812djcjYFHFdVePKeJGWp0Fy58hChxllX/gHNYWqultZTKvkW8SEs8gbap9WZqg8W+MdC8L6Q97q90sSBcxxD/WSf7q18/eOPiPqesKmoXKi3gYltO0/+FMf8tpP7zdNu6vOni1B2R6tLKqldc0tEdX4s8eWOkvIbeNWKfdd/laT/dX+Ff8Ae+b/AHcV454i1vUvEWoG6vJcr/COy1g3t9d3l09xczNJI5yxJqS2fOSe1cVXESqbnuYXLqWG+Fak8cPltnpV6CQ/Njjis+WQhQcdPer2nosWr6cH/wBVcLtauaR6UVclfiL/AKaH9Kr/ANmfaJBmP95gEn+7Tru436pMOoibAFaekPZ7GW/LiNl3SbfvN/s/5/u1m7M0M0+LPEunW8um2mqTNak4w5zWXJ4h16Ujz9Tum+shropdOW9n2abavsf7q/xCmS+EdQiUl4lVvRRXO6FGOvKbe3q/zFTwv4t8QaFq8V3Z3Db2Bj5P8DDb/wCzV9RWszzW0c0sSRSsm50V87T/AHfavlSwf7DqMEzoGNvOkjIR02tX1a8QiWKNSWQojxt/ejZdyt/3zXuZQlFysfK8R6xiyvMc1QlbGPer0x7VnXjAzNtTaB2xX0CR8tGYL8yhvWtvR9Ga/mKQqzL/AHieAawrcl3x0rrPD00sUhjibaZFxXNiJOK0PVwcVJ3Z09hp727rHCwWaLa6FezL/FUXjuwc+HftN2HKXD7fNf8AvV2XgW0aaQ3OopJMfuncPmx3rlfizJJflNNsbn/j3bdJCx+UFq8SnVcqtme/Ugo0ro8b8UxMksMYKt5cYXAPzViabB9rkdSMBV3E9cCuj8QwJda4kSMwDKqNs5+ai302W389biRIQw+aTbx/u/LX0FKqlHU+fq03JmTKbU27JA0hPfK1B9ml8iIl0w3RVPzLn+9W1JpNuVt4VufMu5lVo0Crt+b+826jUtI1HQ9QNtdxBJkwzRna1ae2ic0sNJmNZ6dJdXkdv50Ue843M3Sobg3FjJd2Bf5S22RVPyvtb/P51a11ftbPdW8YtnbnyU3fL/tVm2u63uSzLFPlGHzLnG7/ANmraM+5lGny6Fy1glSzS9lLvZlmWR4vmaNvdaGvpUkAXeAOzGp7J54inlQq6TQt5iKc5X++y/w1JdW4s5he2URe3k3bDMvzL/8AZVk61tzvpYNyj7pVuNZkl1LfkDzOMBdoWtF76OzKtAyyRyrtkifr/wABrJGmXmtao402zP2hsssSNz8qVoeH7WOK2v7vUreznihV4fImmaOYSN/Eqr/d5/2aSrxL+oVCa+IgaK6gnieGRVcbfvL/ALLVf0XWLiyuVkifYR+tc9cwPZlUJDLJtble1XUtJbmyS7t3DPwHA6K1dEJRauziqUZQloe1+APEsGqQz6Mw2/a4ZEETdVZlZfl/2f8AGvE/CeJvEl3p7f8AL7pt3bMv+15LMv8A48q1P4Y1W50/xVpczMUZLtAR/wACqpETpfxetYWbYI9YaJ+P4Wk2/wDoLV5WLoRi5OPU97K68pu0hfgtNJFrkzRcMYW/D7rV3HxE8NRa/pb6tZxDzUH79VHP+9Xn3wmm+w+Oo4CcoszRP/48v+FexC4k0DUZEuB5lndccVdJvkOTMKKdax80Xa3Vne2zM7H7Mcw57fNu/wDQqn8d26jVL9o/9VNLHdR+4kTd/wCzV6J8TfDSJOdQ09VltpBn5e1cZqdut3a2E0h+Y232duO0bfL/AOO7amtQSV0PCYuV+ST1R1nwOjaPUri76bFbYfT5f/r132oXz3l19nRv3UX+sNcF8PLiXT9ClMSF7q8bZHjt83/7Nb93dQ2doLaMEuOZHP8AG1dNCJz46d5Gh4k1M2egXiiTCrbsVXvzXiMNzLDP5qnmux8Vak8mnSQ7sButcOwOKjFR5NDvyt3i2ex/CO+k0rw34h1q32Lcx28CwllzhmkDf+y/pWR448Uza9qk97NJteU5KhtwFXNI22vwlvyzbHutRgg6dEjj3f1rlbGZbQziS3trkTI0e2Vfug/xL6NWuEpx+O2p5mZ1bT5L6GZfzFwSaoRTFGBFdb4q8PRaN4fsrm5uYXvb394sSNnZH/eriS3NdzfMefh0bU+t3T6bb6fIwENu9xcIQPmBZFX73/AfSuGmtfPu18loprhgAoDfVjWrqCSSRB42ZWjPAB+9/s1nbFMDJC3lRPyRj/VN/d+Wvis5oy9updGff5LXjLDcvY1dDu4tOv2W9Ko0mFdyN2z/AGveu3u9ZsV8J6dYXwEGpaTC1rZSiL93dQs25ZPl6SL93/argIbS0uJUtrjV48o67JNu1h93+9zWg0a2t+LaPW5p0aLcSl1HCIx/20ry6GIlhK3PA9PEUaOJpezmWRcR+W+y/tznp83Wq264upfs1kmWbhpmGY41/vM1Xo4YnXB1K9Dn7227tm/9mpbhpI7V1X+05UGPlka38s/7wjk/9lr1ame4qpTlGy948yhkWFpTUk2S+LJftNmba2ZGZYY4VLd1SqdlpNzqGpW2AiwRGNl2H5jt+9/49Uce+aTJ5Zjiuw8M6aJkS7u/ktVbA4+aQ/3Vrx1B8vKeu6h1vjF8aaxI+RrmHd/37auct1feuBxV7UNcs762t7G6dJfOumJKtyFVVVf/AGapLiybT4FnDboWfaN2VZa+2yujKjh1CR+dZ9V9pi3KJb09DHNuI6VH4+8TXfhzw39us41afdtzInyRmn290sh8wlM+i1j/ABSni/4V7qe5Qw8ojB/3lq8dBuizhwEl7eNu54rrGtXOq3h1nXJnuZCx8iBm+X/erF1O4mvL8yzuWZxtz6VFCWurxCT8o5+tTWy5n83PRs4r5dRSVkff9blOZNksi5+62361JbH+EVY1+LyNavIQOszMtV7AZkNSpcyNqkeVXJ5IyVNXda3Q2ujTDqi7h/wFqYHTfsz+NWtQkt30i2Mpx5JaPn6bqcloY05tso3+2LU58Nt3z7l9l/h/9CqaKYvMI4fu/wAqx9Qn3SK+/gqvb+78tJDefZk2qMlj61nY6T0DQrO7ubQxW7taQfxyovzP/u/7NXru/wBK0K1cRma4ux03N0rhLFtQvJUWS5mXn5Vjbbip9UujHYi2gLagA25p2fdt/wBlaymtSkVZ5WlufPfqW3V9V6VNDe+BPDWpw7z5lmLY7v70bfL/AOQ2WvlbQbmwmu/Ivw8UTjb5gP3Wr334T6r5GhDwdeMDORNdWQ+9lo2+ZV/3o23f9s69TA+60zws5pe2pNWOnnqjOu45q0zEsc81C4BIxxX062PhlpKxFariXGK7PwjbRXF7Gsx2oGGeM1zFmn7yu58G2Sx38A1CRLeNjuH8bFf92vLx1TlVz6PLKTlLQ9UeM2mnveWk6KiRbVXpt+WvHfF+oLDfxxj96gHzyD7zf7VeratE11pcq2zoiFf3fDfjXkHiawuIJ3EqRSBW3bl+9XjYWUebU93F0ans9DGvLGybUZr3T1lW13fJ5nWqd+zyyxxSsnl7vmdhwq1NdajG14rQQJaqowqKzMu7/gVNu9QjLM10yptX+78r/N/Ftr24Hhy0MqOGGW7eRF2Q7ztG7O0V1/hLxHDFr0smvRRXrMjSJPMgZg6r93n+Fv6VzDXMNlGBNKRYSy48xQ21v9paitbc6lcWj2zCeKWT94Iz8yBWPzMv8Iq501ONmKlNqWhefTJtSv3yscbvcfO7fIFy393+7VHV9JNlqF3p1ubZ3gDCW4Em5Jvm/hrstB1oWt08+rLbX0V3B9nCXQy0ca7dv+7/APY1LfeFtP1C7SPQNQ+1TOXzldkZVf4vMaub61KnL3vhPQjg1JXXxHmEFnH9u8qaRvKDbWeMZxXrPw48Lprul/Zp4w0Y3YkI+dGqifDeqwW17bXVpbyNFHGq/Irsq7t37tl/3q6HSNbXwpYxx24SaZ8C444iP932avPx+LlWp8tPc93LMF7B3mY+u+Ck8J3iXkyxStnChiVVd38Xy15Rr9ldafcSicDdJk5TkEV7L498Xw67potyqfvY/wB23911zXil9q1zaHYU3RMdrRuOGG6ryv21r1tzXH06UklDcZ4c/wBN1A6Tc75Fmjby3/ijZfm/z9KuWTS2wnNlcoViYyE+tYviK4k1a4m1rTLKeC1B2n59+xqn8J3we5ZJ5ljWSORSzcD7te4pHzdailqjVuLhFslu/KVzv3H5fuj+9Wd8VZHg8Y3eoxjJaaG7Uf70atV6JXS0mYxSEI3zYX5AtU/iQBcRWd4TnztLhOfeNttRW96BGC92qc14b1Q23im3ud+PMuFZvcM1e5XOpi9sPs90d68GOTNfNyyG2uIJh1Vga9g0XUE86e3nfMUjflRQ+EMwp+8pHT2k0N1ZtZ3LZH3G964zxhp0dtEFjhxskLMrDKEN3X8lroyjK4LjHdWB+8tO1G2XUbERSjcVbg1vUXunmwj76ZgWMsWmaPaYP+kvFtiX/nmv8TVQvLoyR8HpVW+ukN646Z+X6KoqnPJhd2Olb4eOhy46XMynq9xvhMfX3rOgUO4+opL9gZBTtNG67QZ7bq5cVLmqWPayun7PDpnouuSG2+HOgWw+9c3l1cH/AIDtjWuZC7J4owyeY7bQGbauf96t/wAZFIdF8LQOcGLS1kx/tSSM1cpuD3as5xGxw27nC11UHyUzx8TQ9vXI9fmmN3LbthBCzx7A24Lt/wBqsgK3YZrV1S2t4r+ZbS4ee3B+SZk2My/3tv8ADWtrFrp2neFtKWCcyX9/E892Ou0btsa/+Os3/AqPbe8tDspYLlTXYzVttOs/DZunlSbUrmTbHb/wwIvHmN/tM33f91qwLyMtOZ0AaR/vp/z0q2T2xSY21jWw8cTFxZrTxMqDTiZ8mnCWNQksbRsOkgZWH+zzSWvhbz8f6PH/AOPU+XS1vJyw8zI+ZinoKniga3ZDa3N5D93P71uvP92vD/sSaPbhnVLlVyxB4KR02slsOepMi/8AstaWn+Eza58uW09T+/bmrFncW39mxrLr2tJcNJtkXzC0YT+FlG7du6VRu476O2+1Q6leyQF9m8znAb/a/u0v7FmzR5rRcbo6PT9Ghhfzr6WHy0P3IpNzO39Ki1nXwytDGFVE+VVjGFH+wv8As1ydstwjlprq5k+Xcu6T+KpvmTmRcN/Ea9TA5Qqb56h5ePzfmjy0iYXEsk7Su3Nd2niVGtGstTtHEqqApb+GvPV9q1LJkdnEg5K9a96VKLVj5itK7udd5sUcC3FvMx3HkEVgfFi8L+A7nH3GkVN3vy3/ALLU9nMTEYSNxP3TnpXE/Ga9L2On2McgDQSzO8YPIDKq7vyWvLzN+zoM1yan7TFpdjh9NXELSZ5VGx/47RZN+9ZfequmT5Vo36Ff/QaeH8m+fn+LFfJxd7H38la5p+K4y72t+CMTw7W9Q0fyt/7LWZZv5c4/21rWZje6NNbLy8TefHk/99VjT/8AHvC464rGGknHsa1FeMX3GXUj7xz/ABVJaXO6OS3nYBJl27v7rfwtUMjbjnGKbPA0YV9pZG6N0qpMEivOjpujkXBU1e02BWVXk4z1NVpZBcREN/rE5Vv7y1LaBjCJM5Ufw1BTOqvrCIwpZWyTyWrKvmS27KzSN6t/8TVB9I060QyQrqJk/uuuwiotF3NOCrFfoa9OvYXuvBtst35f2iRh5RZd37v/AGqhvUuKPKLr7OVAnyZPVfmau7+H95PY6l4N1v7YsyWupPauM5ZY2VW2sP8AdaSuS1K0WG4Kuqbu4Wuq0WXRf+FdyraWckOtWWq2s07rIxSe32yRq23+FlZ13f7y1rCexhiI+4z2tm/eNxTFpgbKq2OozSivsoO8Ufmc4/vDR0/arNK4VlXGVL7c1dmi8QHXJRcX0dncfIzLbRrt+Zdy/M3+zUvhSONIbq7ZolnZWit/M6q/8Tf5/vV52fDfjvxTqDXWo37RL9ySea46qvyr8q/7O2vjM5zG1T2fY/S+HcmrSwyqdz2Ox0zWRayND4l1UDb1Mysv/fO2uQ8Rf8JTaN563ceqIh3MJY1WXb3+ZfwqGKw0Xw5oSJq2o3t0sXzSeWxjH/AttYd7450vUJ007QImWNSw5VirLxmvJw+P55bH0lfKJUqfvSK+o3aNM4ClVzxmsm9vP3BTd8h7UatNEZnZAVVj8orEuZW8o81+g4VXimfluKfLNxKt3eXO1YJJ5GjjOVjLcLWh4c13UdGu1vNMl8qZVZGP3llRvlZdrVizJK5aUq+zdjdjj86coQsxiQqh6ZbNekopxszjjNwd0el2+svr0BvFt2Wa2jVZkjfd+7Xqyr/Cq/Kteh/D2x0/ULyDydXihfIytwrLub2/8dryjwFBqkMWp6lp7pGsFosMgddwAkkVa9At9ZsPDFibq/jDa1NJut/L/gRvvNt+7/u14WMipXhA93L5uElOZ9A3+g21jYO0K7pWj278Yx+FeEfEXU7Dw3fahHd3ccklyi7rfduk3Y/u/wAP/Aqt3vxr1TTtCt2OlwqLiJlglllzJtX5fMxXgfi/xJJftcL5Vu00s5lMzf6zn+Hd/drycPl9Wm+eR9fDEwrR5Ezp9Q8WaDCsTxy3V3L95LZRtRW/2pP/AIla5vWW1rUv9OufLt4Z/nW3jG1VH+7XI6feILtJZuFQ5rv7K/8A7em0rR9KVjfTs0HzNlSzN8n+78tezGCi7o8etKV7RJfDep3Gju7QwIEljWOUOvDLu3Y/8dq7ew2qyTTwrbxGTa3kIOU3f/E/1rFn03U7TVLqwu7WRLqzcrLGRyuO9dJNqa61qVu2qLFbsT5ct1BCNz/L8rMv8Xaq5ouV4nM1KUeWRV08+Zc3MGozTL+6ZoyG5Mn3l3bqr+JV+1eHdKZeojuoP/ZlptxLI4LLkhGxuAqeAm60C2V/mMepbce0ke3/ANlrSesGjkS5KqPN5ow646e9d/aSsYbe5H/LSGN/0riCmCV64JrvPBXky29jHcf6h08mT2+b71TQdka4ynflR2Xh5JNSgW3jG5lTdu6bRXTeFNQ8OWkcjJcIbyJzHMbmAgxnuFiIP5kH/gNefeJPF2p+B2+zeFtRSM3Z/eX/AJP711Xb8q7vur81Ysl5JqckN5GojkuLdZXAHAZvvf8Ajy1hVrSlO32RUsNCPvdTNiWe4vWhjG52dqXVBHFcvbRSZVM/NjrVqwuBZzyyRbTIzsA3pVG2tLi/uZDENzKrSN/u16kZuK0PBnTdadkYmonZInOdy5q7oUTSPcOP+WVsW/8AZf8A2aq/iFRDqjRLvxGioN3pt3f+zV0vgLTjeaHql0ozm4s7Nf8Aekk3f+gpXBOpzVLnuUaXs6KRf+JJePxGtqT/AMe1nbw/isa1y5OK6Hx1J5vi3VZAwO+4bYwPK7W/+wrn5AQM13Q1ieTJe8y/pjztpdzcTW6Tafayq0yblWTzGVlX5vvbflrIklaZDMpyu7ax/wBqqeowzyYeFXZR95VrO0vVbrSb4XVq2AF2SKy7lkX+JWWsJ1eSR6FKkp09GbMYzmmydKtR3OkahIZLK6gtgR88Eo2+W3+z/eWs99UtIrieIQG5KhljkV9q7v71dEa8IO5wSw9RysiWKNXLbnCYGee9MHFa2hXvhq+WO31GG6sW+69zA3mY+sbfe/4DXQeNvh/q3hOG2u73y5bS6XMUiBl2/Lu2srfMrba2hi6cnYxqYWtCPMzkCiqBht2RnpWzpNk8ujXTBgDNIqIrfc+X5t3+9/8AZVklfavRfhtbR6nC1iyZKgyL71rVfunKpOBwd1YT2/34WQepFTJYQtaCaPUEju418wwSxsh49G+6a6Tx1bXdn5enTyOkYkabZnr/AAq1clbGDzTHNwrJtUk/db+9VwldXMk9RjKMLIZBI78tjtViEdabawLMwVXVWSP5vMP3j7Vfiji+yK6s3m7sMu3otdFznrSLForHZgZry/4mW3keJjFuxIeCyn+LdivSdQujpmnyXq/M8K71HSvGpy9/qMklxI0hkY4Ymvm87rKygj3eHKLUpVWUQHhl5GCpqxendKJR0cZFTXcEUcamQFiudpA6VRU4QD0r5xM+wZf0u6MEiS53Feq/7NJfIY55Il+ZFP7v/db7tUt5TpViZlmsY5x96P5G9l/h/wDZqzfuyuWlpYrkZqzZSjyGt5Blaqg0DcDlaBCXdv5MhxyKn0vm3uE9Pmpomyu2Xn0qOyfyrvbn5X4+tANm94cXM+f7vP4V39xqs15Zx26aU80cMezOcfLXl9rLJbXGVYqVNdt4a1aP94b2TZbrbHzGPQfLUSRcXYytXn005XTrKfePvSib939Pmq14UnsLjRdchnguY71rHdZvB+8WZlkjby2X/gO7cv8AdrI1KR76D7SytDZqf3Nug+Zv9pv9qqltcXNhei+tp5bS4g3GB4ZGXyyq9F/4FVQFNcysfSnh+Ge+0y0FvY3c07QK7bA2Pu8/Lt9a059LjsNLm1PXdUsNJt4+Ak86mZ2/urGvzV4fZ/ELxYiX2lw69qS2l5JGUiS6kXyXZd37tt3yr/s/drl2nN1DLet800JzKP7616ssynyuyPAp5DT9pzSZ61d/E/S4ri3h0yzmuIoiyyGb5WPP3lr1jwpqtnqukpf2rg2zjueF9mr5TuL2z+yGSB9qD95GO6/99V3XwV8VyG5vrG4bdEQskcZPFfL46l7e9Tqfd5PifYyWH+ye1+JNTFvCY9P0xrst/Ey7VrzP+3fEhujazWC2kfZ9yla6HVtc861ZH1F1kPURHFcQlvciaS7udSW4Iy0cars21y4Cg6tZRR6Wa4yFHDt3Jr+fzZGOOrZ+lZNyXKhQM5qzPIScgYzUtvHdWksF+I4pFX5godW/76Wv1LD0rQSPxLEVeebZjmR2t1iJOxZC2PyrT8PWUuoajb28dq8yq2+bYORH/EzfpVea2/cm6ZfJ3tgRhW+b+8y11+izP4KudL1NJY31CSFbl4j82wt/q1b/AIDtb/vmumrJxhZbk0nHmXNsfQ3h220fwLqN1FPp9nbaK8aqdy7vN+b93t3Lukb+9XgHxE8RWWo3l9PHatNd3MzStdSv8yrxtjVfuqvWpfF3xB8WT6873mv+fNHCIUaLhYVZfmVR/C/O1mrgLySRofOkGEZ9oNedhMC4P2k9z0cTi0/dhsX7EPqOpea8Pl2sbBrgru2xRc7vm/3d1cfqkkTzGWFJPKYfcmWtCafzLIWjtKFD71VT8rN8q/N/3zUui3VrDNd/2jD5sUlnNGo2Z2SMv7tv++sV01IGuFxUqPwmBYRq0vzEH6Vv6RMLSVLq2keK7hk3RmM7W/76rMWIMjyKY4zHnjpu/wB2nRSYB4rnlGPLY7/bycrnqPxCvNQ1DVdHvtTRoby40yFrmQrtZsfdZv8AgO2tX+x7yKwivb9I1ido/LvAu5tv+z/e6VwF54ovNR0mwivwbt7UtEJXPBj2/Kuf9mtfUvFmsS6PZWMeqXiWESYWDziUjcY7V53JOGiPQ54Sdy5qb3GlXs8NvcRzwI3LRbtky/3qk0ySKXRbueKAxCCa3eQY+Xcsn/xLVgLfGSHybiRY5o9w2ybgT/s1uaTYXJ0fU7tLadbKe0P7zyWEatu3bd3/AAFq2g7IxkupzWvWP2fXdQttufLndf8Ax7FdH4J0PUNU0x4rRVjihk3y3M0nlxxK397/AOJX5qqePyieKbmeM5FxBDcY/wB6NWqroWo3AS5itLuW1lBVo3jbDI3zfNUQlJxsi8VGKldm/wCMrGK2mGm3kLX4tY4/OWVWiZZNv3l/iVWG3/vmuTnvDLeSxRNBA0arH5a8eWq/dXH51nX0s6TSC6aV5HO4uzbm3f3s1HFA945uIEdLheGmVcK2aRionSmPBcZzlqhiRlztfGfavTfFvg6O4vPtmjwzeXLuMilfljbd/wCOr/tf+g1weuabdaRcy2d5ay28qqciRdtdka8Wjx3h6lKRwmoyu97LzjDV6j8LkSHwzpQK5+0+JPMPP8Nvb7v/AGpXlFwuJXb1Y16H4HuWjsNPjkOY7Wxvrv8A4Efl/wDZVrmt+8PVm7UWjKuboz3M0ztnfKzD8WqBnUNtYcetUYXaJwWfnuMVfjkRlzmuylUtc8edO/wmx4btbC/N3BdeWuyykkh+faxkX5l/3v8Adrm5LaK3mLi3iDH+LbVmO+hgbejc1BcSrLEcPux7Vr7szGPtqcjB12xWKH7VaK0RU8hOlZMcldHq6BbCaOQNAWjP+srkrcPLKIok3yM21Vz1Nc1Ve8ezg5OpHU29PlVHU++a998K+O7HxH4Ll0TxYJLtNOtd8Mif65oV+8vzfe2r+8X/AK5184wuIpvLZsOG2kela1veII2EcxDBtoUfxL/n/wBCrB04yOipTktD0V/Ceoy6THq9jC1/pbltl1AN3y9PmU/Mv/Aqb4R8Q3PhPW7e7EEVwkTbnglHDH/e/hrj/D9/rMX73S7x7WWAqBLHPsYbv7rZput3+t3bxz6nciZ1ZsESjnd8zfd6V6Vvax948OeGtV3PYPHkU3jq6bxH4atZZofLUTWxH7y1/wB5f4l/2q84vNJvbYnz4JIyP7y1vfCPxpN4c8TDUo3kFqiNuilfcxj2fKp/vV7Hd+M/CPirS/tMttFbXUg/fJt/irOFSpRko8vunDjaUaMvdkfPMMTM+wA7s1oxsAhRG3c/M3rXYa5oGl3iu2jvCZZG3fvDjb/siuICyQztFIpR1OGU16tOonE8mo7lDxndrDoc1v0aaNtv/AfmryiAlZFkJwo7123xFncXsSA/KsfFcdEwh/eMFaFjyGr5LNqilWaR9vklH2WHXmR390J/lUYFVqmvbxJ1xDCsa/T5qS3SNW/e/N7V5CPaehHt3LToOMxkcP8AKa6TxB4ZuNN0DTdcYFVug2Yf+ea/wt/wL5q5udNjBlOVPQ1c6co/EKFWMvhGYp0ZxmmueFk67+/+1TogGIBbGazNSWa3LQGeEZUdU/u1SY57YPpWlAlzA3mwfN7iq98IZTvSPyZM/MppEjpX3ok479auwXeLRYycjfuYetZVm5cGEDryvNOhYBl3HAzTauNHR3WoIJba3RPltIfMlkbp5jf/ALW2smYt9mihBxLIPm9l3bqfFtlaSXOIt3mSk92/hWqsspeSVyOZB69FpoZo21wq3H2lxgA+YBn+78oqI3bQ6cIl4ZxlgOy1ShR5MAHJPQVcNkzNhsPgBQo/iamotkOSjuZjKx2hFy3CgV33wu09xPfX7l4wNsfTv95qXwz4PvFSOScJCjjc28/MTXZ6fYW+nWcdtbqcLncxOWY16eCy51ZfvV7p4+PzaNCP7p++SR21vG25mLt6mkupAU2xqiqP4VXAqOeQEgComYYr2qOVUKMuaCPn62c4nEx5ajIGBPWpLHersyruj+61MkdmVkUAe4qWzlW2vIXfaH67m6LXo25Ynn355W7nV6fZpqNnDb6jEFtI3aMPIrKsTN8361Q8Q6npsthORp9tHfKVjjLMzGSPy9u7+6rLt3f7zVgXeqalftcOtzc/ZBKu7c7Mi/3d361X025tI7sTahC08KI7LFnG9sfLu/2d1Z8vM7lUqLpztfQoS7mxk5on3YXcuKjU9aWWQMuMVszpUblablzyKayOqqzKyq67lP8AeokK5LbvwppAEjbW3LnjNYSidVP3dRhXFRM23jFXUjYjpUM1sxbP9K5qlOx3UqtysszjoWx2Ga0tMufMURuT7jGaznhfdtQMx9qsWtjdqGzaXWQOG+7iuSdNnoU6sUacpbd9pZmdWbqa7LQtWvLmKz06W9uGtVSSOCBj8i7lbd/481ctY2tzfeXab44n8z5lf5Sf+BVraVBLp3iG3gkYZguFVyPXdXKp/vFFnfOjem5Ig8UzrL9gmUZ3WMYPPXbuX/2WqHhr5r24A+8LfcB/ustWfFEbLp1i7fwTz2+PTayt/wCzVjeHnYa5FEvBkWRR7hlalB2lyk4qN48x1kkFvNNtkRZU7ZFbEdjKNNe9to41SEqkkQ+XG77v/oNZekzpdTBQVjldtq/wr/8AY1pXVzeWl15MsYieMYIFW/isc1ON43Pffhn8VtEv3W01yC2truQbRcom1ZPTctHxv8C+H9TtLC7t9Q/s26nfy7JY1aW3lLfM3yr/AKtf4ty18u2+oNE+5XrqY/ivrumwRNZ3jPLZptjWb5lj3Ntb5f8AgK15cqU4Pngzti4z0ZyPjfw3feHNWl03Uo1jmB3IyNujkX+8rL95aueHZfJ03WJZGwkOlrCD6eZIuf61m3eoX2p+Eobm8MkqJqUiwzseN7LukVf/AB1tv+1VsNs8J6xLv25nt4QMd13N/SvToSbXMzzsVHSxnNHHLHnkFhuVvWqcsxWBlduU5psNxFBHP5pYs0OyDn7rbl/9l3VVE6un72VTmtfaHPGk0VzcM0hZmNWEYz2sqpIykr2rNulSNiYpNy1YimtxEnkvIG2/vFYfdb/Zqo1TV07x1GxWz3apdSLkk4k3P8zN/erP1e2MN8sSLhGGcZrfhlXbtXnHvUOqWS3gMyuPMVdvIq27k06ipzszEtJY1ilWZCQ33WXqp7VftU325nw4TO3O3+P+7Wl4b0I3NxFazXVpbNNdQ4W4ZlWVd33dy/d+9Wx4lsWs9Un0trJrKC1ndYrYr88e5v8Aa+9/D81OhH3jbFYhcuhj+G1kOt2fk232tILiOSaNPlLJu53N/CvSuh1dLKLV7yLT5vtFitwy27k/ej3fLXOw2/lPvikKOOhFbkWqvdaUILq2tVa2lzBJFCqMVZfmVtv3h92vSp6O54eLmqq5l0GquK1tHmg+1rHclkhf7xXqKxxKD/CB9Kljk6V0cp40m7anY3GhanZB760Y3VooyJoTuO3/AGqytbjxdRXKLKI5olYF/wCJv4v/AB6pbXVpvsBtoJGQdyp+atzTha6noCpfcmFmjWRP4f8AeqJXgrnPT+JHjfjy8s7zVoohIhEECq20fxfe/wDZq5a4ubeNvkgcg+tafi/SZdM1S5glLko2d6jqv8LVhN52RsmWQHvjmvi8bze0bZ+j4SMVTioiSTSM/Eflr2zXb/CrRdB1TWfN1bUoVaCJ5o7J12m4k/hj3fd2/wATfTbXC7F7jNdL8PZbKDxBbTagshTfGINu3b5nmL95m+6v3qzw6i6i5jXEc3spOJ65rllHqunz2s4AWVcb8cq3Y14bfWr2dxLY3K4aNiv0r3u93RXc0MiFXjkZSCK8h+IQD69egnDKVK/TaK97N6UHSjUifKZBiKjqzpy9TmkgcwywMPmT51qs4ZcZqxb3MkRbfyhjZDz/AHlqvGxdsGvmG7M+zWqJbW5niP7tyMVevbyKa2Antw0h7CpNM0Y3VtdzvcwRCG3km/eSbGYr/Cv96o7aBTEzKUDnvjdSTTHYx9pRgV+VlqeRlmTzBgOfvLS3DbGcFVOPaq8PMgqhFmAXE0awR7tq+grRgsrcFRJJmRm2qnWskzyEbQSF9K2PDEay+INJhfCxfa4st/Cu6Ra0pq5nNuK0PZfDPwUuUg+1eILxbJcZeGEbpP8Ad3fdWtq/8N+HNHYLpUADjOHb5m/76rp7y7nl8ORPfXMv2gjG08NId1cpezNN970xX1WBw0VFSPz3HY+tUk4yZnSttxxnNVZpsYKH60+8yjMpPI4rPkPSvVSPPjK7Edidx9KikbIFJK/PIx7Zp9pDJOxCLkKMsT2pm22ppDSmtbBb+6miUOMxpn5mrG1MszAMc8Vt+I72Jobexgn85bcYMpH3qxrWKe7cW0Y3A9vSk9RUlL4mX/DGoRWel6zb3EieRc2rKqbctJJ/Cf8AgPzfnWBlQwLDIFbH/CP3kt60MadOpq83hJ/JwZgzr1rF1IxPThTlNXRyTN7VGzk4q5Nb5banbrUf2Zwablc1UeUqpGzyF15x2q7BbKCS8ij0zVvStOury4FvbwtLI3RQuTXXzeDbfT7E3OtX8VtI3K28Z8yRv+A/w1nOtGDM3UTlZsPh54Al8VRX9+LyKz06wC+fK44O7+FdzKu7/eattbX4UeHZ2k1aW91mVRnyUlzvb6rtX0/iauT+IGsatb+GtEsYYriz05Y5FhV/l+bdy3/Aty/NXHSx/aNAfUZtQiElvIFMKxyNJJux8zNwu3/gVeTXqVJVG2/dPrMJgqMqOq9477xF8RtEBaPw74ZttOQ/dZ9rN/47XF6l4ivL8nz7rKn+FTgVzw2soLNtzUWMk81bm7WRzQoU4O7Oh0m4hW7WdgGaJ1Zd3ruNe6fEq78J6j4d0/xE0N1pl/d2nnWSfZceYVZflLfxfdbbXzjZyyRM6IV2yLtYEZyK6q78TX174U07Sri4EkdvLMsIb5mCssfy5/u/L92vLr4aVSrCfY9eljYxozp9zX8XLnRdTDHD2uq7l/3ZFb/Ba4fTLjytas5DwBcRk/nXU+KZz9l1JDwlxbWtxj/gK/8AxTVwrSFGVlNax0qv1MZSjKivQ9B01FW++zO4jbf5bOf4fmrutfeylvFimNswX92DEvHy+leZX0+dRlePo+2T/vpd3/s1bkGuLJpsLShPOT5Jfkxn+7/WqxVGVSfNExwFeMYNSOO0S6lneSLZgImWb70f+7WjZW0X9qCd5WTP3omRSppg/cyAo3lqo4iA+UVFql1t2rgIdpYEVMoOO5lCrF7M7zx1NPP4U8L2Yitbe1hvJFt4IFVAqsq/Myr/AHq5+62xeDYSy8XGpTP/AMBWNf8A4qsbTtUDrYWefMW3uZLjfn+8qr/7LVzxLKIvDGgwN1aK4mP/AAKTb/7LW1L4DCu3KSiznbyN5bVriJS0MZ2sy/wt/tVkSvIsWDVh/uyFJGy3bNVo7lCrC4jZzt2o27bg/wBRWbmdMYjIpOvFSwGSS5VLaP52+6uaS6th9qkhtZFu1jLN5iKyqyr/ABfNVeNz5aowXKNu6fNVKZXKX47hlba5+Y9a09PvizAE1zyyktucBh/FmrsU8JkLpH5ZZvl2n5VreEznr0ubU7OyW1kjnR0UkjKsf4W9abrl7d6ndK8pe4aKNYVZvmbYv3ayUnW1u3QXUdzGflaRF2hhWnZSA+ZAe4/76FddGUeY82rFrRlSeGSKcwt98dgaao8s/dYZ9avNZSxYuopGj2tuUr1FV7q4ubu433VzLM/96V9xrtjI4aumggfIqVGUfcxt9zVTDdxVhhJHjzI9m5dw91rdSOZxL1pcGGYOOqtx+FbUV8/mvNG2FY52H+Guajb2qzDMyDjvWiXMclSH8o/4i6emp6XHqdk5+0W/31z/AA15NeRNFNuEQj/3fu17VabZcBlTB7Ma4bxZoLwHfbDdFIdyjHT/AGa8LNMBKf72B72UZpyL2MzjS7PEAV+bu1SWpQSjd90fw1CGdJPLPyjuKaWRDjNfMt8p9WrSPoPQrq38UeGbbU7a4Q6pa26w6lbf8tDt+VZl/vLt27v7rGvI/GGo/wBp3t3dkDEbeUmPRao6PrGp6BfxajaSvbXEAby29QV+7WSbqSSExHG373/jtdrx7nSVNs86nlcKFZ1Y9SFzuR856etJCEVgWJFEW07hK5xt+X/eqKDPm4PrXntXPTTNm1uIFE0ckLSGS2ZY/l6N/DVuzmRbOVfs85ZV+Zsr8v8AjSvCrW8iL/x8rAzH2Xb8q/8AoVXvB+mpqduZZJGkEUn7yIn5W/ulqjltqXzN2TOY1SPylDCF4w4yN3cVEkZSx85uPMbatb3jiYS3L7IsQRHy0/2n9P8AgNRtpy/ZLOOcSJGsfzMh/iqlIkwoEcuCq5rUsD57LbPGFkkOFPZjVXy4UeSIOCASYyeM1PZlh5e47/m/i5rWk/eM6seaJ9Mut+3gnwpeXzMZJ9KR2J/ibcy7vyVazriCH7C8qsWmDbcGsXwt4vvG8OaL4f1a5STTVtphZyy/6yKTzPljz/d+8u2tfOK+sy+rz0+Xsfm+c4eVKvzS2ZmXtrIqCWRsfNycfNVPWbJ7UW8h5S4j8xG9RW9IgljKHoaxr6KZnEbMSsfyrn0r00zggzEPWiK5nhZkh/i6j1rWsNHu7+4EcceU7mu20vRPD+iBZ74JNIvVR3rCtW5D0acHLdHB6B4a1/W7gQ6dp1zcMf7sfSvbtA+Hp8IeFptX1iBbm+nHlWtvEVyG95G+VazJvjB/Y+kSWPhuwt7eZlIS4Zdwj/2ttee+IvG2s65ok0Ws6lcXkkNysgM91j73y/LGP8r/AD8qdTEzd9on0mX4GhXj+8INcvb9NYuILmH7GyPteKM9f+Bd61YpH1fQnSxZo2iP75FHP/fXSsbRtbtltY1fwhBqkw6zzTzNu/4CrKtSXPjfWLEFdN0TTNKUnBEVsx+b+9+8ZvmXFE8SoK7R00MG23CMtDvfDvgLwvY6Fc6j4z1SaHUY4RNFpcKfvlUsFDOP9rd935ao2N14Elu7q1XwqJVNpJ5LT7g3nL8wb5Wb+Hd/FXA6FqN08N1O1yz3F0/lz72+aRfvY/76Wu78Q+BtT07wMnic3UCwyBCiRv8AOd3SvDr5u6dRqTZ9jlnCKr01Uckk9FfqzlZPE9pobyWtra/aY5HdHCO1uI13f3l+Zm2/8BrSvvGVhAhg8L6bBbyKPmvLg+ZIg/3n3fN/u1x95ot1ex3tzdPZ2osoIgI5GKTTs391f4n+Wp9Kii1bTmsbjUNP0z+zbaSWHIEbztu3bd38TdfvV6lJTr+89jxcRRo5bOVLkXMYGt3f2i6e5nuJb2dvvySn71YpbYygHem7d5LN8prW1+OKBreSCC6jhlhDK0w4kb+Jl/2d3esKVq65RS2PLhXlIR5Wb71R+YQOlRyPzU2lLpYnX+0xdsO4gZV/8e+b/wBBrCUi0hqyE9avaa0jXUflxPMc52KOTWx4YXwxHqEl3faZNdwBiIYJrry4Wb/aZfmZaZNLBY3s91p9nZbPPKr+8ZlX/ZVd33f96s/aa2L9k+W5p+J4po4dOW5iaGSfS9pU/eyGbt/3zXESHK4rsr+YXHhzSLhuNtxcxtt4P3lauNZcFu+DisavxGlGVqdjommZ7ezkfktbx/8Ajvy/+y1YjmVunasiBi2k2pP8PmR/+Pbv/ZquQFwDsH1rqUzzuWxevZFVZJey1y2vTGa7QkY/ditm/ug2Y1HGcn3rndUIa/btgBa568+YvA0rfEXdBkJvUB5wDXR+MGxFplv08mwj/wDHmZv/AGauW0cfvm/3a6bxtIsmtyqv/LKGGL/vmNacHamXWX76JyTuyNgVC6o0Ak81Qwfb5fO7/eqS96nFU24rC52x1JWOav6v+8u7a5mu2uPPjHm3DIfvL8rf722swNirU5mjjNldbt0R4Vm+5TTKSJDBFbTGO7eVcpuhMabhJ/db5v4Wz+lOslzsqZo4B4etJjDaieSWQb0nPnDbt/1kf8P3vl/4FWu+kzWVjpV8Luyube+V1UwyMzRSL95JF2/K3zf5xT9q0bQpRm7C6Zbac0m+++1iMf3Nv612XhLRfCGr362t54nuNHkK4jkuLcPEf95lb5a4y01K3XCSpj0K1ZSceUYYp08h5Nz8rRGrVbsa1cJh4xvc9T1Dw/4c8O38umatrs7sqq37iHdHIrfdZW3fdrlvEEXhsyA6Q95t6hpVHNK/iywuNNtNFk8M22qNaL5UN4bh4Z2G77vyfKy7m+X5abFrnhtNM+wDw3fJqJn/AHk91fbljH93aqqK9KlifZ/GfOVcBKu/3ZgNAxxg5p5tJVGSDXp3ww8YaTZara22r6Fps+nb9sreUu7b/errPijd/Clr2eytLa8hmSNmE9ltkhbd93hmrRZjFz5VEiWU1YK8keGW1g0rYWeEeu5sV0lv4E8TzJHJb6TJdQyLuWSAq64/4DWXcDSzukt2vp3z8o8lVX/0Jq7H4ea9bad56vDdCWSD5JY5tvltu+98qq3/AI9XQ8RJ/Aee8C2m27EFt4B8VbVDaPeoD38vFU/EfhLVI9NeC9sZYWYfKXj7131v8UPEunShU1JpYuwlKtmpdR+LNzqdo9tqFjBMre9NVcRL3ZR908TE2oPmg9T5R8R6bcR3DiS3kimX7yMuN3utYLw7ZUEo5J6ele4+PbC2nnm1S2DQpIR50K8qB6/rXlviXT0tkeXpt9O9fN4/DSpTaZ95leMhiKK5dzC1e5kuLjb5zSRpxEpbOFqtE2N3HqKnhiaMuzLxGm5v6U60gVlLPyTXnwVlY9ScrsjeMCxWQnLs2c/7NWtKjSJhdSDJXoO9TCJWuHiP3VjVavWVkDatPIMoBtVP7zU7E8xq+FdMutUtL67hIMkcys+f7m1qk8NudG1e5ktBusgp87d+n/j1dv8AB2zSVLu2kX5JY2zWX4qsbfT9U0/RbZP3fnCa5b++f4axc/esdKp3jc4HUozf+IbTSWnSFIztmdj8qs3zSNU8y6vaX0yB91pGjPIR80LKv3f/AGWuh0WxXRjDqFxbPc3N7cbxEn3vL+9trk/Ekqf2rqsVspgiKRrs6f3awnKSdjSNKPJfqc/cSbpPoMVIrXVuc/wf3cZWpbKyuHUXKx5RG/iHFXpFxcCKAuRuHzN1NdFN2kc0jf0/xBLNYaZbSRtGLcyRqQ3D7tv/ALMte4WLaBcWUU6X0l0rjho1IUN3A/4Fur5wvZVhuYhBwkH8X+161694O1DSrnwx5en3DO8czO6MPumQ7sZ/3s17eVVeWvbufMcR4R18Jzr7L/M653spX8tF2qenHNaF4tjBotuJI1yo/wCBbt1cXcXLKQAa1murnV7O0to4f9IdvvjuK+nkj4ihScCw+rzQae72MQjjHG4Vyt/f3M4JaQ5PRRXoHiCWHRvDsNq6CQ7NuR/e/v15nIzTzSPbxfKPmK56VEIwau0epBTirFN7mRTw31qO5uklUeZDHuz98D5jVedsuTULVM1A9OjVnHYupfzjPzfw461peFrqCHVItQ1i2e70yDfuifdsmfy22xt/vNXPZrWtdLuriCI28sYjD7JJJbhY41Zv4fmb+6a5pxjNWkd2GrTVS6Oz36e+jtrWmW8cMQX7ObedMNF/1z/vL/tfw/xVX1PxDqUuixQy3Cx26DeiyThf++Vrm/F2pi+12FdKuZvsVvDDaq0vzBNq7WZVX+Fsbv8AgVc9dMjXMjzsXctksetfNYrLoVal0j9Iy7ierh8OqSNS61loHZr4T3KS8yL5mGJ/hbc3+9VS3jW+TzxPY2kR+ZhNdL+5X/a/i/h/u96rGbTn0xk8ib7VF8qS+d+7K7v7u3+7WcywM6rMjbO/l9a9ehTdOnZnyWOrRr1nKW5p30kLw7X1AS7YP3JCsVY7vu/7NZEzYAqWZmZlDFCVQAsvQ1BnNVKfMjijGzIGzmmintxhxyG6U1eWxWLN0WIJZY0jWSNvJX5o1P3TU0LszYPNTaPpOo6/rNppGlW7zXlw3lxJuVdzdvvU+S3eyv5bYnBilaMncpxtb+8tY88VKxpOMnG5uqzv4NZP44NQDf8AfUbf4VzV0CtzMpHeus02JW8NaxCH3bEhuOn92Tb/AOzfrXOaouLx+c5UU63QywvWJPpnOmvj7sdwpP8AwJf/ALGrV7dCe7luEjWJpGyVXpVDSCRb30YPymNZP++WX/4qn28Uks5C8nFXGV4pmdaNmxJeXP1rFvPmunOP4q6C7gmtbho5V2uvzf8As1YKjPJ6mueZrR0L+gp/pKjP35FX6c1e8RXHn6vfyDkGdsf99UzwxHnUbYluBNuI/wB2s/UJGeSSbcMk9zitP+XZi/erlO7bJNVDUshz15qGZdrY3Z+hrDmsd8dBtFDjacZzQBmNmw3y+3WqGWJDb/uhFE6skX74O27Leq/3VrvvC6+HtR8C6hpFxdapb67DJ9tsdpX7K3yorf7W7b/6DXn6P9otFhjt1LxM0pkUN5jKdvX/AGV2/wDj1T280Mdm0fkjz/M3CZZT8q/3dtDjdFwdi7do9nIbOaARzRMVkx9800SYPStI31veWUQWwM+oxxPHJIRvV1/hbb/Cyr/vVXt5bdLTyry3kun8pvswEu2OFmb73+1/u1vTfuo5661I45m9a6A61pjXaNDo0McSwNCYzMzM0m3b524/xbvm2/drmLe5eLcYwm4jGWGcVYj/AHj+a5xITkbVq5rmjYnD1vYy5j0C11zw8mmadatpZjlhk/0qZJPmlXP8P92um8Daf4d1vWnXU799Psndlt2lXzNqhWZdzf8AfNeRqZGZVDZJrpdL1ePTfOglt4b+AZRfNLRt/vLt6VjQwLp7Hfjs5Vayehr+M7K103UpILHWE1KMt/rI4mjX/vmsaKeeNs5xVrxBcafM8U1jDLbrNCsht3k37G/i+b/gNQ6fZte48mYSTf8APIBs19Dh9Io+Gxz/AHkiws0p6uTU0cj5zu6VW2Mjsj8dVYVagQcMV8wd1Y8V2WPGnZ7mik/mphwAG/hHSuE8d2dqJONi2sC+a6rz838MddXcSCCBpX6L1rzT4g6u91OmmIw4P7zHRmryM4qU/Z2e57XD1Cp7Xmj8JkOA2ltMx+e6mLfQClsVUbXIzs+bFO1ORVuY7ZPu20Sxn3P8VQq+xS2OrKo/77/+xr5R6H2cC2AEvXUn/ZrXkGIo4m6L8zVkXDbL0tjrVm7uiLQE/elbb/wGlc0sep/D+5axMMzHarfLWnqttYzX76pPgrHyvvXNaHK0Wg279XC/NVe71kJDJd3bn7Nb9T6t/DXNKEuY74SUYHPfEXV5bfXbWBGJaOP94vpurkWmMuszA8rNuj61c0131zxe17P86iRrhx/sr82KpWRZdfa4kgkuUikZ5PLH61ModTN1LnV3dp9k0C2ttmxiVVmHX/arGWRJoVht4lUg5Eg606fVW1GC4S3HkxDbgsNzMxbb+Hy7qt6aluIsf0reHvq7MKk7aITwxLBYakklwiS26ytHcK38Uci7W/8AHWrd8I2Emh6xfWEr5kFy1vtA+Zl27ll/3f8A4quUvJBDBdwcbpJkCn/Z2161aQJNeW91gFruxh+fH3vL+Vv/AEJa9PARvVR4+ZStQl6EU+SM+ldF4OhkiZLwyNz5iIB/wGqs+mXsQFq0TBZG+UdMt2rR1BU0n7Lb3DI6Wys25Txur6ycrqx8LRjaWqIPH15FPAu6Vcxt80X96uEtgw3iJyhPykDuK6DXYGvGjuVHLrhvZqm0vSvKVZdq/QjNQpJKzO1M5S8tvKX53+f+7iqEg6V293pAmkMhVFLDdWNc6X5kvlxjBNZSqROqjGTOdJxU6PIYYgrkbG3AD7u6rs2meVOYd8bf7QPFONskOFjfcw74rnqTTPTw9NqRmsH4LnLetQGBtxZY0zt2gsM4raaJ9pIHSuq+HnhnUfE2qPBa3EcJt4JJg7naqrt+auWpXjTVz1aNBylqebTx+XCjKZFAznI+X/gNU5K6nXorqa5S2leMY+WN5Nscfy5rntV/s7929jPcy4Y71ljVUH3f9r/epRrORVWhFSKUsM8cccssEixy/PG7r8sn+7TUIY4LBc+tSyXE1zFGjyMwi4hjHzKu5v4f7tVpeKlyM5RXQR+XIqezLxsJFCnI2kN96ljRZhBGjKTt+bA+781XpYUthkYBpqPUwqVlF8hc8C3sGneKrK/vViltYZD5yTIzLJHt+ZW2/wB5flpHUXE7yxRJBHI7MsStuWNf7tNtY3vII4EWNRbq0jbcqz/7395qul1jnEUZAKda5/ZWlc2niP3fJE0vD0R8rUYT1uLCZVH+0q7v/Za5zUhmVXz95OnpXZeGF36/Zxk4EjNEf+BKy1yl6jJFAj/fG6JqusvdMsE/3kiHRo2N6YF5M0Mij/vn/wCxrU0uNIkMr8F6oaW/latZyFtoEwz/AN9V03hnR1vdaktrxzFa2u4zsB9wD5VX/vqop7GuK0Zy96zMJX+Ufu9nAxWSqYFbF4P3TKD6irUGiB9Ek1Dcf9d5aKBxXPXqqMrM68Jh51Ytoi8OJsd2znZFJJ09BWFcg+ZjrXT6ZEEsL6UHGy1xnH95q5q5/wBYc1u9II4YfxmUbVXnvIY44pJmkkCrGn3pP9laS9WITStCrRjzG/cudzJ833Wb+KllVfNypbj0qJsBSd3X7vvXN1Oy5E/rRTmX5TxSKvA4rQokZXtpyu5C+zGVbIGUqzi2FtCsYkE6M29s/Ky/w7fzNRJEOdqhvl7N/F/fq1a+SGVZo5WUejbacZRfUNUbck1lpr6XqHh3VNRiv/J3XLOfLaKbd/yzZfvLVSykhDzfb4POaYHEhb5lb+8vFdF4Zs/Dt7KsMuj6w465ivI9yr/e+Za6bxT4U0TQLwK2ia9JZMqyW93uXyZomXcrbttb03G9rmdSE5LnS0PMTbxrNIIn/dozbSy7WK1NHFjHzfpXTahp9pe+VLpdnPEjfKqMNzMadP4b1O2tI7qawuLeKVtqySQsqs3u1dCSPNnNyOfVSpDA8ipoOAT610Wi+F9T1O7EGn2U11L/AHI1yxpda8N3+lufPtpYTH1jkHzV1wce5yVebqZAQ7VI5zWx4eupbDUYLyGYQyW7b1Ypu5rJTrirtu249MV3UkeRiHub1/dxXJjECjEcWWPlKrZ/i+tOiaJlG1GaQtt2ismM4H1qp4s1mXw7pVubYH+2L9cWyqctBF93zv8Aeb7q/wDAm7rV1sRGjHmkc+FwTxc+RFXx9rK2SywwsoktyFYq3Wfso/3P4v8Aa/3a8utCz6gJXO7ZyTVvXJxvjtI2zHbrj/ekP3m/p+FVbdNljnq0rZ/75/8A118dj8T7asfe4TDQw9Llghk0rPM755ap8/Naoe7b2H0+X/2WqYGWA7mrLuDqWAFwhVRj/Z4rglI6oo0NTJW6jwetV7iXzbraB8ifKtO1psSQn0Wm6VEJDEGP3mZjSuUeiRXUsXh63jjO6Wf93GK5LxzfhPK0e3b93B/riP4pP4q25byPTtHfVJj+9YbLUEY/4FXBQrNqF8ka5aad8AH1qbmspdDpPClhcjRJpbaEteXsgt7cdcqPmZqXxC1to+n/ANg2JE07tuvZ1/5aN/dX/ZrrNcuI/C+jRW1sB5scHlRjP8X8TfrXG+F7cXd9Lq10S0Fqvmvu/jf+FaaHL3dBY7Rbf7NbuNp8xmf/AICv/wAUzf8AfNXp7SJIzcLIkX+9VG6e7XU2gt4RNLDGoZv4QzfM3/jzVZnsY4ow+q3e+YfdhXnJrRGEtWY7zrLPJIBvlY7Y9p+Vf9rNe1+ELR08D6ZLJJ5rw3TRZHTa0bbP/QVrxqWSB5R+7eBWX5WK1658JZXuvCGraRFL57xxi6t5FHIaNt23/wAdauzBz5aiOLFUvaQsdJc3C7A888iuF/dKP73+1TIrWJtNaS9l8pWOdzNxXP3F8xfeDuz156VUjmnv3ZGnVW42+Y1fWrU+ISOge+0q2wsTNOw9qYNeeZvLhhjQdyBWC2mXow3k/Ju27s/LurWutKj0S1RtYWaG4lVWgRJI23L/AHvvcVjUtE3pU4s7bw74Pj1BFuPEniG00uJl3LFu3yFe3yrWT4w0jQrUmHQI724gjk2vc3Hy7m9Nv8NcqNXvHhEK3DbBhsCum8L29hqttcxXt3/xMHkjjtVd9sTbj87M1eXiOamuds+hwVCnV92KMCz0Wa8uFht4mdm+7jvTLnSHSFmaJ/MBwcL8texeG/AOswarZ2l632aGVt0bq2Q1TfGjw+2hxwwWUW+KRdzkdGf+81eHVzR+1UIn0lLLaapcz+I8NlWS0Zpb08wgBYJNy715rPfX2tEMNhAkW6LZI7EsxO7duU9q1fFMFy/2ZtRc2crRqS9+7bXj/gZV27tvy/w7q4vVJIUDKjRzbvlVkk6bW+9t+9tZR/FXq0V7VXkcVRum7IXUZZL61e6a5d5UX94rxs+35v71ZrlbZJYJ0LM6/KF9dvytn061JHfS27efHsxI2GhG7y3X+63+zSJbLPBJNbKkrpjzAz7WO7+JVx838X96tbcpg5meCyukiMVIYbWBqdYEe3lJc+cu1kUr95f4vmqK3AEgdw5jRvm2/eq5BPdzPJcyTOHkVlMmf733uKa1MZysR6RGY0muGjcqqcfL8lW4ZI7vUbeKSSO1VjtkklZmCN/ebav3amkuIhpe1Aoc9MNlqbo1q8knmuoCg8ZNayj0RwqpFtzkiTS43tMXMm0mSPKhG3bf9706VLplo0rtI/3i3NX7ny0QcYf+7V61DBSWGM0ezuSqvkTaM5t9c06aP5RHdRn/AMerO8R2bW2q3kLDb5V9IMevzGr7IqL5qjDJyKt+NofM8UaoQMo7xzL9GVWrPER5YXNcDLmrnHzxMi7l5I/SvTXvbbw3pLahLAt3JdyLOY/+ejSLuVf+Arub8ax9B8Lf2ndWXmZWF1aaZsfdjVvm/wDif+BVc8QNbaj4kma82f2ZpY8pioypmb7y/wDAflX/AIDXFSnzI7swpOM1c4Py9xVc4yxFehavZpZfDTSIthR7qSSZj/wJlrhECrKNzYr0P4iOttoWg2KycCxVgMf39rV5uYJyrQS7n0uRyhHDzcuxxZjZdBv22AhpIUz+LMf0rkbmFyWkA+U9K725RF8Clz/rLjU2B/3Vj/8Asq5K5dXVlKquF2jC/e/3q9eUbRR8p7RSqSa7mDt5pGjUAe9TyRfvD836VGcCU5GV9KzsjTnIGUelAWnYpUVt2VOMUy1I7Dwp4h0PTfCmo6Xq2kQao97NG0eG8ma32q37yOTa3/fNYt9eyXi3d5dRRGaefLTqqq2/+7tX+H/gNZc4DOZAgUs25sd6QGopYeKk2ayxEuWxqabf3dpKstvO0bocgqetdD4Y17XYLyG3s9Zu7MyyIHb7QVjXd/E3+zXIx9M1raeo8mW4KLKU2qF8zHzV1ckTGFaptc9Dbxp4tu9Vh0x9bSXbIVimCqir821mX5fl3V6RpnxL1pPDB8K3miWGttb72mZ4d6yL91Wbb/ErfxV88JeCKVJQArKcjFbuja3La39tctNPBtlV2kj+Z1w392sp0pznZ7HoyrYX2FnH3+56Bq0wci9h0O20qaUqQlrPIpX/AIC1O8QeKdZuNAs2+3yM8Ufl3KSHzkPzfK2W3Vh3+uS3lzPq09zHfFpf30gVl2yNhvut92mW93a3Ujxx8ROhBU13Uabgk2fPYvEKSaSOfu7g3OTLDAGbqyx7aIE2sBnNbFlbCKcNJbxOI2+6y/e/3qedMD7UjZcv/e7f7Tf7Nemq0YngzpSqPQpxzWOm2txrOrAGytBjyt2GuZj9yFf97+L+6u6vN7q81HW9XvvEupSJ50jB426Rp0Vdq/wqq8L/AMBrZ8VXK67cK8lwLbw/YFlgZhzcP/FJt7s38ttch4i1sXqra2cK29kn3VHWT/aavm8xxqqyPqcvwSoU7W16mTcurzFU4ReBVi6fasUanhEqtbAGQZp8775Wb1ryl3PUsPs+JTIekas1R2uVkVv9qnrkWbnH3yF/z/47TU+XZ9aGUaOsK0stuqjlxgVpeG7ZJb3yslV2s0h/uon3qzGmbzGkPJRdq/Srkk76fohiVilxfjc2B0j/AIV/4FSYEHi7V21K92x/LDF8sS+iitr4YWEX2mbW7v5bazHykjq1clYW099ex28Cl5JWwBXW+JrwW9nbeGNL/eLFtSZl/wCWklQNFTW7y98T64FjJYSNsjX+FV/v1tnyLGyt9Pt8eX5n7x/7235mNRWdvFoGnMhdZL+VcSlT0/2aztZmeOzuJA3+rjWH/gTfepoL3M+yvtVku7i5s8KkspZt1bEFtq/y3EjWqD++YeBWRora3bqjWbIiZ3qH21uyXOqzKX1LT1mz/wAtIG/9lqyHoZ2oyM8i+aUl/hO0ba6v4MtdDxdDLpdwVkBXzrUtzLH/ABDb/F8tcrcRwEhkDjnJ3U7QJJoPEVjJbzPDcLMu2ZTh1atabtIlq56FrNs9hqd5ZNwYZ3jH/AW+Ws7eUG4dRXTeP4ZX8TXFxJGFknjhmcD+80a7v/Ht1YctjdLG7mIqkaqzA9Rur7GjV5qSPicYoqtJLuVTcXF2/lmSRt/3Avdq09E8N6nqsh2S2lvDHKsMkt3dLGqf99f+y1kSzIsagIFIGAB3pZL6R/KjBYhflG7sKmpqFLc73wXpnhZNYvrLxHre20hO2O4s4vNEzf3lb+GrGo6x4Ss72Uxw3t8AmxJ2kWHayn5WWNf9nb8tcheyJaackbKA0gyoLda5mW5YxMXG5u5zXDLD+0fvM9eji/ZK0T1XWvitc3V6GhmngtbaPy7GNP8AlkF6bq5rXvHmt63C0d/fyyxx/Mqy85/+JrgZp0kfJBjULwFqNpU3ny1baegJrBYSjGWx3vGzXUva7qc93N++uHl8tfLVs5Xav93/AGeayZHfHLcUrCow+042g/WtuRJaGLqykWrx7KTTbdIbZormMfvpDJuV+f4V/h+WqUQ2tuD7COhxmhjxTB1rJ7lqTaJ4/muDmJGDbsr0xWlDaSQxLFL8rDqKb4f3W8iXWxG2NuRGGVzU81wZb9pGHzM2481cYnPVqjmsLcRJyWfndn/eqWO6aBQsSso27flNPd4lUqh5aozLHBGFJJb0xWrVjlbctwjeW4kEeTg1vIUggC+n61R06OOKHfj5jRqE/ATPNWlZXMJVPesi4splRgeBW/r6xyarYXCHi60u3Zh6ttx/7LXJpcAx7M7ffrXUfZpb9/DEaHmW3eF3x91Y5G3f+OtWeIhzUzXC1FSrKTPR4xaeHfhVDqzW/wDp0iMIhn/WbpG8lf8AvrDf8Bryrx5CdEgtPD6t5l7Gv2q/kHRppfm2/wDAV/8AQq6f4h+JXm8QWUFqqtYaAsVxJCx+VpPuxq3/AAHb/wB9NXk2uatPf31zqN8xeeeV5ZCT3Zq8uEVTVkepXrSrS5mb+u6VqWlahF9vtGji38ODuikT/ZZflao7nUbrUpIWuZXfb93cc7VpNB8W6nbxGISx3cDH54pvl3D/AGv4W/4FWyreGtSlDMj6TdMvO0ARn/gLfK3/AAFlqoVITep2TjXpQsvhG6tZSSfD6z1G3kDeRdyLdoB90S8Rt7fdZa4SZ8EV6/4V0G/hnuNLuAl7peoQfZ53h5Mf92Rl+8u1trV5Zr2nz6ZqFxZXUeyaCR45F9CtbydzzKbs7mZ5kX93+D1qvjJqeGOE3avP5nkhvm8r73/AaZGprI1uOiiDMFxjNSvYyRrnZipdPVGuFEnT09a9a12Hwi/gPTbrT45BqCqY7lWP3m/hau2jSizzsVjZUpKMTx7yYVtpCysZBjacVTb5XxWvdr96s942Zi2OlTOPY7KVVyWoyPJ6Cr+mXPku6uN0T/LIn95apAGpIV+aoia3LUow23Oatxzs+SxZz61Rjq7BGwUyY+Ud66IHNN2L8E0565ZNw3YH8VbtmIxL58W6MFmZQW3Nt4rG0e1ubu+ghs7eW4lkbEcUS7mOa9V07wNpujWy6l431OPT1PK6bbSK03/Am/h/8eoqVIw3M1TdSRRtX1DVYYbCztDO33mWPngfxN/d6/erJ8cX2meG9Bf+0rlZJrz5RbWzfNKvXbu/hX+8al8X/FGwsNFe30fT4tP0ncQkKj57tv8Aab722vAPEOr3+t6pLqGozmWaQ/8AAQvovtXl4vHLlcYnoYTBKL5mO1/V7vWLnzblgqKNsMKcRxL6KO1ZRHelxijGa8nc9W49PkQt1z2pCaCcKBToR5kqr0qthktwuyKNc5waSXhUqXUMqkKkfMVyaZEy+YrtwEGaoC3psPnXLecAsMa7pCf7veqmpXL3t207ZAP3V/urVy6k+z2Itm/1s/7yX/2Ufzq34N0dr7U0aRW8tcse3y+tRIEaGmRnw9ov2sj/AIml6u23XvEv9786t6Vp8Oi2b6jqLBr2UZjHdf8A7Ktm7hgsrk6rqpUydLW39FrlNRvZ9VvlEhJVW3VKG9CRbhpbpZZn6DeT7VQ8QzH7Bawn70rNKf8A2X9Kk8wy+ZsOPNkVF/3f8is/X5TPq5XoseEFUxGlayXtoiow+0Q46fxLW9azxTWx2MV9jWHpt0R+6c59DWnuUx7s0ySpqZLbixqlDO0V5GScqrK2fWpL1155qmzt1WqiTI988XX6LcWN1GkFwJ7GE8/Mv8VcpfXvmStMQX3LhlLcU6S5a58O6HIDyLVoz/wFqohGMu8BNq/Md1fWYR3oo+Pxkf3zBrdzYtcsvyFvLX/eqrcDMofYsY7Koq2zLNby3U5+RTtWMcfNWVdSSSqWIJRflGO1aylYiMSTUL37Q0abPkjXbhqoS75CdnU9qu6dDaySg3d6LYeojZ69C0XVPB+n6YZkhfU72FW8n7Rp6pDu9W/ebq5as+XU78NQlUlZHlvkOeoo8hv7tej+HvDepeIYnm06bRUjZ2Z5JbyKGX67WbdXeeGvhLok3h661TWPEsLSRSGNk04edt/4FWTrwW51fVKvY+dpUYdagKHJr1LxR8O0g1C6bRdUtriwgXeXu5Ft5F/2WX+L/gP/AI7WPc6cml/Zf7eg0prZivmx2t1G11t/4Du2t/vUe1iVGjUXQ4NwGU4J3j+EipYI0adV2EfWuonvrRSVi0bTvL/hYp8xX/arBv543lYpbxRE/wBwVEUmrs1qQdN2Zr2luhHzL8i9qr6shjWNovvdKTTJWkhVGbkVJJiR8L0Heu9JOGh4bco1bsz43Mb7my7EdPSktcz3O6U5H8VTXcKr749qLRMuvPWsGmdalFxuakc48vLfLjtUG4ySs9DxspwafAn61ojnm4xjzE8Ee5c5xXdeHZ4dM8HyavdIN8PmeTv5LK235f8AgTbV/wC+q5PTLWS6uIrKEZkmkVV9K6Pxs1vJd2egW2BY6fEtxdDH937q/wDs3/AqWJfLHlOfCxlOpc4zX7yaCwjtppGe8v5PtV0xP/fK1R0CzgvdQZ7sYtbdfnPuw+Wq90t5rOqSTQQS3Esz/KsI3Ff7tdfY+GVtPD8UWrX8Omec++clsvu/hWvM0PZ2POpbbVbPWTpNxaSQ3yyeW0T/ACsrf3fmp7XF1FJtmieNh1VxW546trWHXJJrS5llitp2SG4z8zLu3RtUUUQu4mure+gthchZI4Zv9W33tw3fdXay7f8AgVcFvesfQOTii3pHi/VdKt0EcssSfeCqd0Y/4C33f+A7a6aTxXoHiZs+JNOLXD/evbdv3n1b+Jv+Bbq4aazaW2S5ks2hiOf3kC/L/wACX1qODS5GGLa5guP9kNtcf8BauqnFw3PLrOnU2O3uPh9LfxNceFtSt9Vhxnymfy5kH/oNcpe6Tf6fceRqFpLayf3Xj2mpbJtY0mdbpDcWkqnh42Zdtd9oHxSmkhXTfFWmWmu2bDa3mIqyfg1dCSPPbmjzlISjArz+lXobiRYjGOnb2r1K98BaRr/gi98ZeC5JWis5dt9p8v8ArLdQudy/3l5rzGaMocH8DW9Od9jCSS3Rn3C5685qoy1pzJ8h4qr5Tfwr83aho1hUSKOzqfSlUYqyIXuZyEX5mbAVRRHbuZVRPmc/w0rWNPaczsiUWTCCKRZYG8zsp+Zf96uo8P8Ahu6uoBd3Mgs7E8LJIvzSf7q/+zfdrAGq6RowLzbNQvVGFjI3Rp/8VWJr/i/WdSkYy3RCMfuqa5amLjHY6qeF5veZ6hceOtG8G2z2ehAC5ZNryL80jf7zf+yr8tcBNrWo+JbmXVdZuJU06L5mUt/rK45A1zcDzX+X+I4q34n1KJoItLs/+PeHr7muGWIlq2zthTS0Kev6rLqd6ZmyI1+WJP7q1mnNNp1cbfM7nQKakeMpEC33notojNMo6L3ou33TEDovAoRRFVmwjZpdw6dKrVr6PF8qsec/NVAV9ccfbdo5wKTTwuTJJgxxHzGHr6VXvD5l1I2f4q0rGyedIwyhY88r/fanuBBbQS31wZ5RlS3p96vTNGtovDehyaheACeVflQHr6LVLwxo8MA+23qDbEu5VHRaxPF+tzanc4U7YI/lRfapa1sNLld2Z+tahPezNcSyb2b9KpRSGG03L99/lWoSxPU08/OwwPlUYAppCbLunja0O77sas71hCQzXRc8ktmtidwllcP6L5amsOE7ZVY9AaJAbFr/AKzNbMTExjNYkR+YEd614WzEKQFO9IG6qjMQBirF+OvNVJBIq5IzTRNj0rSHM3hbS2D4wsg6f7S/40phk+ym5JO3zPLqLwqhbwxZ7eyv/OrLoVxmvqsG/wByj5PGr9/IqTxxm3WVC27+JSKhuI1nUzCdi3/LRWPzFqnlVwpVOgpqW6mN/MDHKbkwyjLVrNmMXYyehp8Mjx5CyOFb7wzT2QVGRzWEjshJw2NfRLm1i1CBLoP5LPl/LVWY/wC6rV1Os3psrYadDNdRRMQ0qyHa3+yrLXHabeXljA4s7h7dnbc0kfysAv8AtU0XbR27Kx3Sk5Ibmsp0lUVmevl2YOjfm19S5rM8P2pkspJmtv4fM4NYF0V81hG0jf3Qw5NSzzNNsZlHy/xDvV87r+CKFtr+Sv8ArNvzNTo0OVWLzDMadVucVZdjHify5lJGV70jxKBvz95uP92rclr5Zw64pLODfPvPEcea15Le6eT7dSVx1qptGV5OS38NbAtkit0mByGGelYl05Z93btV20unn/cB/kxnpXRTkoqzOGvCUlcdMzzZBHy0+xtwq5bn8KuWaBbbJWkZgI/lGMdTTlHW7OX2l/ciNliGMqKfaw8Fm69hXY+H/BcjabDq2v6nb6RYzLug8z5ppl/2UrSTxd8OfDUWdN0abV9QDcS3gXb/AL3+V/4FXPOtGLsbU6NSorEvwr8H6vqKvq0dkVj+5DJMNqt/e2/3uy/L/erU1Dw/4H8MrfSeKtb/ALT1K5O6a2tOCvHyrtX5un95lrhfFPxX8Sa3BJGt09rbyDBith5aAf8AoTf99Vxctjq1yrTTssFu33XuG2KfXav8X/Aa4q9SUpHfQoKmdj4r+IlrBA1p4W0u00u0I6xqrEf738P/AKFXluo6vf6hdNNcytI/952ya6+PwZdGH7TeAW1uOtxeH7NG3+6rfvJP+ArWPruzSg1vp95C3mNhJoYTGpjX+L5vm+Ziev8AdrHlktz0aU4bROp8UaMiwv5umapp3m7QiyqJI2/2lkXb/s1ynhGWGOeXT72KOT7OzSLFJ0b/AJ6L/Jv+A17zpGi6jNo9tdaZeQ6jbMis9tG+yXbtw0X90n5f4q8H8VK9j4gTUYoniZZDvQ/3l/h/4EtfPYPMvrdRrqfXZhlf1aClH4TYvFjtNbeHRn22snMY3ZH+781TWenQXTGB7XExJZcttINKsUbW/wBribdtCzW/vG3eu1t9IstftLN7ceSJW52jO1q+zy+CqwSZ+bZ3X+qy59os4uKDV7G4e3DyYXrDJ8y+/wArVSubf7ZcxD7OlpLK4O7pG3+1XrOueDZLGyttUsJ3aRV2tlc/5/u1weraXLb2yXUocqzbVH8Of9muurgVa6PMwOdQxEbJm38F/E8nh/xQiSusdresLecSHCxv/wAs2b/gX3v9lmp3xb8LnQNfL28DQ2N6WmgjPSH5vmj/AOAt8v8Au7a5W7s/KvLciRIlmdY5HY7Vx/yzf/gS/wDoNeyaNfWfxL8BRaPd3SR62irDFvf5nuo1+VlP/TSEbW/2o1rypLkkey4ynE8LkXjpVZhzXQalptraXTQ3GoLG6/fzC2AaPFOjWmg6Qt82u2F1K/KW0SyeYV/vfMv3a256fUiFOptY5e8mS2UmQ8jtWBfatMxZIG2A9Sv3jVbUL57iQ8nH1qkwJrysTiZVHaOx7mFwqgrvcdub1ppFIThScVCWZnCrxXKd3KWRMsCbzyR933NZzksxY8k81PN8zAKflX5R9KSGEyuEHFZy1GkRohdC/YdaaeKtXbhQIxyB0ptjF5kgZvuipSGXLSMx2jY4dxxVCZAJWOc5rWc4ix6VkzE7zTaBBEpkkCL1JrfRUgtWZuABWVpEQebzGPC81puRM2AP3fTZ/fP/AMTTSBso6ZZF38+ZTgnhPX612Ph7TJJbgSyJk9ves/SLb7RcLxkDrXW3jR6PprlOZpB8g6VMnYtIzPF+qLFGdOt3IVf9Yw/i9q4aVy59quX8zySEs5YmqDA0IJMbtLHAq1DGNpHpUcIwM9zVkjy4Cy/f7VpGJkyG/DNYKi9P9Y3/AKDWOBjFdRHYTXUUwjTKxqsYrmZFKSkEcjtVVKbjFMmlVUpSiX7Ukxj2rXt2xGKwtPuEWXy5B8rVswRPC+CxaJvusprA2GXaqc4OapSKQAVJUd8VrTKsECBEWSZ2CquaybwsipGWz604kno3hLxPN4d8Mab5Gn6ZdeesjN9stVl27ZG+5u+7Wo/xKuG6+HPC3/grSuJ1aFEs9ItZHIMNmrED/abdWc0MKj75r1aT9082rCLkehj4jzDH/FN+Fv8AwVrTT8RJe/hvwoOP+gWv/wAVXnDRJ/BIx/GqRkkJ4JP40SkwjSiepr8Qgevhfwof+4b/APZU9fiFH38K+FD/ANw7/wCyrysC5/un86lQXZHEbHHpU8xp7KJ6i3xBtto/4pDwp1/6B7f/ABVVH8Q6Nq8vl6joNhZJ1M2nK0ckf+1tZmVq86zcoBvjcZPFPt7llfkkehrSE7SQnSidlrmh3Glyo7SJPZzLut7yH/Vyr/7K/wDeWpNAmS3uYp5F3KrZK+tReGNfNvBJp13GbrT58+dbsf4v7y/3W/2q3YfDGqX8kf8AYVheataOdyS28DSbf9llX7rf4V6MaiW55GKoSk7Ir+Kby01C/mubO1itg53eQgwq/wC7XPySOqLCVIA/Wu+/4Vp41dFMuhXEGVGBcyRw/wDoTLimt8M/EW0i5uNAtj6y6xbr/wCzVNSvDuZ0MLUhG1jzudmkfLHI7irNmrJLiIZJ7V3E3gCKzXN14t8MxkryqXMkxH/fMbVGmh6BaLhvGFiz+sFncSD/AMeVaUKsX1Np05qNmjCfzBGqIm4455rU8E6fb3upPPqLeXplkv2i8k9FX+H/AIF92rFvaeFosofEGoXEz8KsOm4G7/gUlV/H9xa+HrUeHNOnln8orNfSsu15Jv4Yv+2f/oVbTqp6o4YYeTlYzvGfiW61fU5766llgSU+XHHGeR/djX/ZH9a5yCykkkPmSSGX/nnGmWP1P8NWtL0+5n06LUZnI+fybaLHzFv4mr0G10A2E02lWGiLPcQBWnnmui6xnOedu2Nfo27pXNCjKcuZnfiMRDDQ5UYPhvw7qksjNptiN8Uh8xoxvdfXdI3yiup02wgsZmkk1KysZ4vlma3cT3C/70sjbV7/AHWrQ1Cyvri3Rtd12Zogciz0+P8AdoP7v8Ma/wDAd1cjqOly3V20+nkWUe5trTXHmSM3G75VXd/3ytdn1ey2PGhjvbS+Iu6rqOjR+YmmJDeXrgmS7uy07Ku3ltzbV3f8B/4FXnWnp/aepXF7NGvkg7EVv4f7o/75rT8VvDY6VDBZT+fPfjawU/Mqq2G/76b/ANBau5+F/gW3v9JkutUt72eytz5ZjtXWJpZm+Zv3r/Kqr6/7q/xV5uJqKGjPbwtFqnpuyKDxTFJqj3dzp8dv5szO/wBkLRsu7Df733v9r+KsPx99h1yKKS2vnnup49rxyr86SR/6v5tvzblytcha+JIw5WWORGPYYNXY9bs5bcxRzBHyCrH727mvnaWBo0p88D7aeaVKtL2VQseAtQeRBYvJKnlqYwEbDGNv4f8Avr+deleB7ttCv5LK8USRRPu2HoFryTUJbzS/E1rrNxbrDBqG652xjAaNm2tgV38t3bahDamwvbO4ukQeZILnLyH+H5W/2a+ly7E+znb7J8bn2XLGYeUEfS3hQ2Os+HriwZUlLfPE235lVvvf+PZryTxtpkGnW9/aXTGOK4HnW7HnbOn3h/wKtH4ZeI7zTohBexPG0IwAxxuWsj4wXlvqVtHc2t0TMpxLGW+ZuPvba+gw8eWUpfZZ+W0aVWji40HG1tP8jy26OYvss8ytGU8t2HYN8yt/wE1a+HviCfwz4ogumZQ0MiiQMuV3L/EKqXyZs0ucEgOySoZN7KvH8PesnUMo0UrffTbDM30+63/fP/oNeRjI+85H6NhW2rM9F+NMum3OujxNYKyWepLvZAeVuP8Alov/ALN/31Xi+tajNeSbTKSvA6Vo+I9Zme0isxKWCZVR6H+9XPRIHJ56V5GIqczsj2cPR5VdkIXNP28VZEajtTJQMDnFcrjY6k9SnJ97FQquGzUzHLU5I92ecVEmbEccW7virShIYi3cdKfFGE96r3zjO0UkhlRlMj+5NaNrGI0Cg5qvYx5y56dqvovGaaJloNmGIzWPPy5rRv5NqgYzSaZZmY+c4wOwpuN3YE7RJNOgJQF1xGOg9a0be3LttK5p7MseNpBbtj+Gug8OaeXcXMq5GcZpySihRTm9DQ0e0itbcXEzKAnY96w/EOptdybU5jQ+tbmusnliENkc4X1rlL+NlHPGKx3OqXuxsZcgzUWzgnPSpmNJMNsC98tmrSMBkA3Oo7Cr03zSJH6MWzUenIVTcakjUyXDbP4RtWtYownKzO+8D6Lp0+iwy3F3JDPMzMyo8arnd/tNXnXjaxjsvE19bQndEkzBHwvI/wCA8V7LpNjodvaQwzidRHCq5Ef8W33rzn4radbwavHcWLu8M0fOT3X5f/ia7sVH91FHmYOcVXbU07nIR2aXUHmW/wAsqffSrOn3VzCPLbjHTNZtp56zhoCVkWtWG4thcKbqRHf+6n3Q1eSz2yfEkdtJevnKL8tYe5j+8Jz7VqTrfXkRRSrY+8Vb5dtQzwiKBHePC7+qj5T/ALNNCbseniPw9KsK6nDetcLDHG3klcDaq1R1a28NmzZbCC9W4z/y1ZdorY06XSJZbo3emTTul1KrNHLt53fL/DUWtnSpItlhpdzaTE5Mktxv+X/d219HhqUeVHydbEy9s4nEWsKlpV/u7W+nzbf/AGaoLSLy57keTHJtbbiRd2N1a+nxEak0LHBZJFPtxu/9lqSOM23iK5IDj92sy7ezfK1c1aFpHr0pXiSXdrF9lg1KKLSdpXY9tFuX/gTLuqlAyxPDKdNtpVjZgVk8zbJn+Fvm/h/qKvafHZPdyvfreO8hLERMoFeseEvA2japo0d6bmZ/MHyBWUiM/wB1q744eFRXseRjMyWEV3qeG28z2k63DWFvdY6pKW2n/wAerNvf3ly0oiSFH+ZY0HC16J4y07StG1KexOnpe+XIy+etyyq3T+7XE6sIZGDQ2otgT0Ds3/oVc+IwqpnpYTGxrxUihb3DxHqfrXYeEPFmpaRHc21pfzxWt4qpcRxTNHvH8P3f4lri9hdgqjJPQVYQsjZHFckb9Trme0+GPCF34gszqcHiTRvsxbGbu82zL/vL95a0pvAdpbErfeN/C8Prtud5FeJwC8LlGyGRlV1z/Fmtu30PWGdi0dyrRzLBIjRMu12/hb/aq40ZS2MpVFHc9GvNC8HwR/vPHttK/ZLexkb/ANmrnryPwnHkJrOoTD1+xqv/ALNWTa+Ddautm1ZG8yfyVy6L83/Amo8O+D7rXdRSygn2SFvm3Mq7V/iato4eSOWWKp+RuaLBZafaXHiePz7hYZDDYLLGo824b7uf93rXEyxXGu62tsJhtUsZrg9B3kk/z/s11HjTUoMpZ6Vk6XpqtaWOP42x+9m/z61ztnHJaWQtI/kuLtd8+P4Yv4V/4F97/vmtuRvQzp2jeTN+O5YutzZJCbeAeRapIm7av9/n5fm/pXf+D38OaNZRfa3/ALR1KQb/ACLaPzNpP8P92uGfUo0062tY7F/KhH7ppn+Vm/ibaqru/wDHq0RqviOSMiKNbG32NuWGNbZQu3d/s5+Wu+CVOOh4WOpPEqz2O18R+KL2Xb5el2OlQqMRtfSbpB7+X/8AY15zYazqNheXH9nXfkF4JIp5dqn9233yN33at6jItxaOt9dtNextGsMkTIsCpt+bd/eb7tcr4yvIdN0CGG0nWWXUA2+QN0iX7y/8CY/+O1x4nGJRtc6MuyjksoqyI/C9nNrms3Gow2ss9tYrujhjBZtqdOP9lfmavZ9OsfFlvZ2Wnz/2N4X0+MSRRNqcqhz912G1tzdWXjb/AOg8eZWKal4asEsk1ODTTLErSOblVLqyqzfKvzZ6f981z+r6zayzvcXWoTajLK253jjJ3N67pDu/SvJaue5KM3O0TDutSuLsmB4radm+7L5Kq3/fS1v2PhDSbvw1aamPEkMN1MXjmtpbF9kMi/w+ZHu+8rK33ay/EWl/2LqQFvK81o/762kP/LSP/wCKX7rVf8J30cOpPZT4a1vtrR8/Ksy/db/2X/gVef8ADKx9F8cLiS+BdW4/sybTNXz2tLyOSQ/9s22t/wCO1jXsGtaS5t7+zu7bBx5d1Cy5/wC+q9C8TC7N3Dqsml28dpeFhb2xk83y2j+Voxu+Zf8Adaq9tc6zHp0jR3EscEySb4A5CJt/hZW+U/e/75p/WYR0uQ8NJnI6b4l1PTdghneAf3Y3+U/8Bb5a1I/GjylTfW1vOw6yLuikP/AlrG0vfaXU03lwyxQcXKSqp/ds237rf7W2rVza2zHbJoixeklrKyqf++ty16mFxVVq0GeXisHh07tam5da1pOqsC13eQTAbU3oJRt/3lqnrl1FAmLa6iuVmhVZGjPHy4/+JqhdJpMtrbx28cttIg/ftPH5gkb+9uX7v/fNc5dymaUjPyr0rbFYiooWluc9HC0+b3Qu5DNMXJ46CkhV94CnGasW9iZZBHCjSOzYUAcmuys/AVz/AGQl697GJnGVQfMqr9a8+nhqtX4EdNfGUqXxyscZlgPmOaglYkitjUdOvNPkxPDIo/hkX7tZ00Ks25TtPY+lctR1KcuWZ30IRqx5qbuUNhd+KvxRbF6daZZpyfarROc1KdzTlK8h2LnFZ4Blm61duzhaZbx7SW6E1aIk+UmjQDAxxUrcUsacZqC7kydgP1qjDdlZ1M03JO3sPWteBkht1ULgjqKo2cbZ3HpV6GMSSqDIqfWjm5S7aFvS7U3V4pA6/pXc26LDAFHCiqWgRWUSLDDNFJN3Ctk1D4m1GS2tt0IBXON3pWM53OmDjGJBrN3bgOw+961yV/dGV+vFT61dFn+V+GVWzisdm3HrRHQiUrkytubFSS/Mqr6VHAMLTkXfKOcVojNl+3UrCoNTeG4ZrnVLaOMbmabcTUNwSsXHB6VveBbDUZdZ36dbyTyQQsxVI9xUMdtaU3FTXMcmJjKVNqJ6VFJ4xdNyG5254/dL/wDE1ynxN07XbjQFv9Vil8u0m6uir96t2OHxVt4sJxz/ABWv/wBaud+JsHiC38OFry1njt5JlWRvK27T/WvRrYim46Hz2Ey/E06yk9jyd7k5dDGAue3FWrI2jRMt2scR428VEBaDj7V5TfxZXc351LbWVvcA+TOkzD7xcHrXht2PrhPIt1kDWt3Gp/u7tprU0bVm04MmpWsd5ZyS7preTo3+0rfwtWY1lOikqlsMf3Bz+tUykxk8yQM59zTTEz3RtY0W+v5tV0KyQwXuyV7eYsrQzD5ZF+Vv900ai8mxo5tHtYmkX5X+bev/AI9XEeC4dSghRbPT5pJJY/tEm2NmwrNtX/0Fq61pfE05/wBJ029faPlzayHFe/gsRCMEpM+UzLL60qzlSWhz6W4i8Rxhl+/Kq/8AfVR6hMLHxDZXjtx5W1zjt92tx9J1a91KFzpl1G7SLx9mZR96tuXwUmqIPtT3UDRSMiiJV6bv9qs69WLnoephKVSNJKW5zGm6RLqyPfDUNNgwcYmm8vNatrP/AGUskJuLeVlGT5c/D/7v96r0nw802FDJLqV8sfZjGvNMXwBZToHt9avGT1EK8/8Aj1b4fFunszPFZYsQtUct4jnWeU4CnH9zlaxHS8l01F2IsPnZBcru3fz213Gs+BrXSrdZbrXJ0aRd0cTKokb/AIDuqpbeEbS+KiLWLtyF3Ykg5H/j1VXxbq/EXg8vdOPLBbHntrA6GWY8bV2r7bun/s1b/hHTEc3Gr3kebSwTftPR5P4VrrbTwPbQH96084znAG2pvGlrDaaJbaTZRCMTzfdHY1yxOmpTcdWcfYQiSRJZyisN15Jvj3Kzfwr/AMC/9mrf8Oadc3V3EYsmV5M7mG5ajsdPefS7m9geEqZ1jCNMu/y1X5fl+9XY+EobiCWMWrzGTKokePv/AN6voMLCMYWPmMyxNSKaRT1LQZtP3wSMHZRlHAbkVclik8M+E3ZGP9r64pihYdYrf/lpJXcPa6TZXSX3iq7jMi/csLf95M3+yw/h/wCBVx3jLSvFXi7XL3VtO0O4jtJIvs8CtHtjih/hXzG+X/8AW1OtUUlZHBlvM1erucDo2mT+IdRlFtaO+m6Xb75uMbkUfKrf7zf+hNTFvV0z7bJey6ZNc3ylZMnz5U/3dvyrXTaZ8L7maC6GreJ9E0d4Ru2XVwzBh+C7a4rUPD9paj99rNnuHaDdLn8q8ycpXtE+iXLKPKyzf+P9Te4hktppQ9vB9niCKsapH/dXbXN33ifU5pd7S9e55b/vpqtx2WmxszQWl7fFffaP/HatX8iaLpmyLTbFLi93JHuQybF/ib5v4q569SdveZ3YfD0rXijl7i/nnbLySSD0kbdW/wCG9A1DVrRWupo7XT1k3r5gbczf7NN8PNdQLBZ2UNt88n7ydrYPIo9P71elR6foaKqPf69qkg6eSsdlF79dzV8/VzKnTlZq571DL5SjpocwfBGiiVpDqV20arukwoiUL/vNurj7m+toDcT6botu1sJdsbzhpWx7/Nt/8drqPiDe2GnW39i6bbPbyXrCW7Xzmdlj/hj3N/e4auX0XSX1u8eB2ht4IBvnlc4VB91R/wB9V6NKrzxT5bHBVgoz0Omt0TWtFOiy7hIpaSwkb+GTo0f/AAL/AOJrjU3xs9rIrK27C7uqsK6i/tZdG1I28wLRb90cmOtVvGVt9sjTXLdcMwVbpf7j/wAMntu/9C/3qyqwtqRhMSpJNbHWeG20bX9ONzrF9PYXEEflzTRjcol/hkYf+O062e81YJpC2MN3NCWjMaIytMF3bW2/7tcL4b1Q2N8tyU3xPhbiMfxr/EtegpPf2l2PFEesRG6gaER7WxLJHt+V1/vbdu1q8qVFOfPM9mOIvHlRx+v6VeaDqEN7eWM1vFcpiSORcJJG3DD+VWPCuqzpbXOkxy7gjKxVuVmjVty5ruNT0jUvGvh6S4imW4dXb92zYMbcdVryG3ln07VP3nyyRHaV/wDZa6sHiOSdk02t7HHjcNz09tGep6xo2mXemLqNvDIIZoyW+bdsb+781eY+GND1LXdSWw063aaVuW/uqv8Aeau/8E6lJeaFdael2VZn6MVXH+9u/vf+hCtbSLCXwuxbT7aaK3mkyzPJHKzfVo6+mnTWKtJHxsK08CqkJ6voW/D/AIHj0WNJI2PnkYefyt//AHz6LU76Y1vq5sLu9+z2l2/7mdVyqyf3fmb5d2T+Vb1vrZjsvPRYpV+6y+Z86n6Vi63fR6layRSxExnr83zGmqdSjH3Tkw9R1KnNV94vz/D6CXbE2qpOj8Yyi5/8erzX4p+FbHwzcW8MLz+dPl2ik27VUfxV3fhXVotRh/srUoGmuYtyrIkm0nj5WrgvjZZ6nZ+LoPt7ySRNYw+Q7n7yqp3L/wB9VwYtNwtN3Z9XhakY6042icMp4JA47Uopcqfu1DO/G3ua8rk5TvhU5tSGX97Nj+FangQbuRUUYwasRkCqiiKkhJPlI6Ee/aqL3Nuj5G6T1b1qC+uWlYrniqwok7ExRrJqVuSF8mQfjViG4spn2vI8RH/PRflrKihc9ulWobORhknbH9M1D1Ndj0bw2sNvaBYnjkJ5aaOTdWT4qkU2v2RdmYzuG31riYryeCfzLSZ4SOm01bm1X7ecTsRKen901Nh30C5l8y3jz24qsgJYCgnOVIwasWq/P0qkyXqPb5VwKsWCBm3Gqz8yGtewg2wBuhNaxIkyK7Xc0S9MtXs/7P8AofiO4sNW1fRr2G1DulqWeRlZtq7v/Zq8dlH+khc/dBOa9U8B+CvGcvh20v8ATNTFrbXa/aFjS6aP73+yv0qXLUcUernS/iUox/bNgef+fpq5v4r3PiTS/hnqz6/LZajbta+SUa4ZsyNJ+7Zf92s2Twf8QSu3+335/wCn6SuI+K/h3xRpHheS51/WzcWizRgxG8kk8w9du1qWj6jPHLa0aVjJJ90H5q0LaZw23To0Xb96VhhRVK5v7q5ZuI/mbdtC0kDTQSpNK+Qvb/ZrGRRNcSbwqpePcO/3vm2VVka6tM/NLHu5+9973q/9nt5w7+TKiqM7pY9q/wDfVU0aMNxNhR2ahbgep/AOTULjUry4m1xrSzitlt498gyfm3bV3cbfvf8AfVeyand3tpoUt9p2rDUJImXzMyjaq/8AAa8q+HHh3S9XsZbOK5kWa2CsDEwZZY3+63/srV6R4X0D+xoLyBJZbiO5TayuF4rZIjcd4Q8QyapqDWWoXLI0i4hEEzct/drda1XT9RSTcXguW2yM7btr/wALf8C+7XL2fhG6tbqO4h1p1eNtwxbR9a6+7ZLm1aCcZDLtzTbTloVGKtc5rxwlxp1jcNaSrHbTYd2MayeX83zfK3+z83/fVc/4J1yK+lvNNTUkuZRlomFr5Py120DPqWmz2l46C8hbym3cKzfwv/ustcbpfgvUNM1J7+2isTK+4Lm8+VS3/Aa2hVt8RMop7HmviHXdRl1CWC/CvPDJhRMisF2rt/i9lWtTwBrt3HrVvZvJ+5dZGl37eRt/Sug8VeD7zWZVna1soJv4nE+4Nj/gNJ4T8E61pF7LNF/ZbyyJs/efN8vf+ldDdzGKnF3R6LpunQ39pDdRkNHLH5iGuZ8c6JJJeW08NxHBPGGEe/8AnXW6Zc2/hnwrEdRkgzB8qRxfNn5uFWuI1/ULi3sL3WNQniTU5hthtmOfJj/hX+dOlKXMVVfNEyV0jWlU7tesF+kcf/xNIF8SPq9voenaxNcT3J+YQny1Uf7W3+GsaDV7lXlEsNgYYPlZxG25mrtNPe58MeGTdC3aTxJ4gbybNNuWWNvu/L/n+GvUw85r3meTiaeHmkl8RdTxhD4S1FNF8N6Zp891a8T6jdQ75DJ/Fjd92urbR/iV4xsTd6vqw0m1bmN7iRYISvqq/eqh4f8AD9v8P4TAltaat4xdBLeXFwBJb6XuztP+1JXqGnfDvVL6B7/XtcS9nlRX85wdxXHzfRcVvPF0oe98Pm9fuPArp8zjTV2ui/U8N1L4b+GIbl/7X+J+lxyD72y3lm/8eqKP4U6VeOJPD3i/w9rrMcJafavs8z/99n71fSdh4S0y3iR9K8K6dqEva61Iqu7/AHRtas7X/B/hLX7o6d4j8HW2iX9yrR2t9AV2O3+zIu35v9llrglmfI/df5fkerhsJN0rS+L5/mfN2rL4m8L6RN4V1OxuNA0wbrm5DxKRIq53SeYi/vP4dq/3gteQ6pNf+JvECpZ2krPIyw2dtHyyp/Cq/wCfvV7l4o1zVfA+r6t4C8ZLYeIPD1nHG8mm3jnzbuORtkbWbf8ALNl+9/vbqoN8OfDelW0WuWMV54g0DU2VtPn+1fZmhP8AFbzKVZvM9/u7VavIx2IlVu0fR4DDxpxUWcJ4f07xHpllPti0qz+zP5c7XtxD5m/+75bNub7x/h7dq3zc31hZHU73xNZ6jaQK37nT9yo0nG2Nm2ru/wCA1qJpWjvvk0rRfCljFbFZI0uria6mu2U/LGqsy7lb+L5furXCfEbXUvNSaxtIYI7W2kZttvEsaGb+IKi/w/w15lDD8z55Hs4jEezp8kTlbtbnVtUeZm8y4uJNzt6sa69tNs7K0XQ5fmtbY7tSkjO43Fz/AAxr/wBc1/8AZqf4Q0+bRtIj1dkQ6rfsYtNDD7gx803+6v8A6Fmuz+F+jWsmo+dPa3NzawxkQGNlDuzfekYN/exX0GEw7qvQ+QzLHrDR9pI47xl4ntPEMB8/So7S5X5leE/LurD0a82MY7hRNEV8uRP+esf+f/Zau3bX0dwUa202ULyGFqu0r/eqeBr9AhXQ9Jft/qm4/wC+WrG9zohR5FaJympWbaRqrRFjJbyHdFJ/fiP3WrsPA+rpDPHa3Ftb3skBdoIZ03K6MvzLTNb0/UNV0qCKTSLezjgLbJYWbb82PlbczbV3L/31XFrcXFjIYnDQXFtJt/2kK1y1aUT0KdS56FY3+o6Te27Pp17HDc8QxjcvnfNtXb/6DVHxLpdtq090Rby2l+pUpDKvzNJ021b03xJHr9xbWsVnZG7jQbUuZ2jy3+y396rmr6fqsshnn8O5uwQWkj1PczN2+9WVOh73umzrqMeVnE+Fb+W3uvsVwhjIDQuGGNvzD73+63867jTkvFjF5E0kUsfyt/vc1l3Xhv7dJ9rnsdSsrw8yScSxt/vDdUV9ql7pANjqEbncuQQMiYf3lb+KvdwOI9h7r2PnMyw3t43W51tt4kfcJHigZwdjIV5pJJp4JGaKb9xL8yhj2rirfX9JDK0rXSSH0VTT/EPiq1/sX7PaXDyl2C4ePbtr06uOpOFzxqeXVIySSL974jltbkTWAjWVBhpFH8NYfiTxTea7Zrb6pKZVjbdG3/PNq4+4uHkfIOKjEsn96vnqtbmlc+spU3GFmTSSujY+5/WmeYWbJpMGQYJpHjMRGeV9a5pG0Uok0be1TRtVaBt2BVtE4ppA3cqXVoruZEGCf4aiQJE3EPPvVuWYxkYqOa4jkTEg+b1qWrspDre7RX+dStSXt2j2/lxkkmkXTGktVnR8OyfdasyYPA22QFW9KUo8pSdwcFYz71XIzUjyb1AzSrDKy5VQ30NKwXJYp+AH5x3rRtufmX5hWPXQabb2/wDZDTbysxk2bh900ctwkxIIN8vzDjuK3oUCxjArHSYqAJF/GphNuX5HJqrNEXGu/wA0ko5Yn5T61qwDVbdFRRcIirtAVqxGZ41RcYOd1XTqV6f+Xqb/AL6rWkov4iarl9k02uNZP/LS5/76NYPiiW/e3ia9SaSLd92Rmxuqc6hdf893/OqmpXk0tnKs8zMu3p61dSMOUyhKopGNHcRfwRLGP9qrFvfHzcLAsh/2B81ZpNWbDa0m0jNebc7C5rM13KiwTskS/e2jj86y/Kx/GvPvWnrqLGBjvmswbQjAnHSqQmdN4ZkubWF2DTRFm/dlW2qw/j/9lrZOoXR/5eJ/+/jVi6d/yBoH9WK/+g1OB712wScTnnuaMuq3KDcbiX/vqoE1qSSQKZp+feqkqB1w1QRxRo2QtDiieY2YL+486b9433F7/wC1Uv2+f/no351iwyYvCcZzH6/7VW85rSKsQ9Sxc6jNHty8nNJBqMr5MbyIR33VWm2yWjYdN6yL8uf4eagtgyNKWGNy1Vw1Ro/2xfWU8VxDdypKrfK27OKlPivxDdMIf7VuGz23Vg6of9HB9GFavhPTJ9T1FNPtl/eSfNI/9xf71a0l7xFVyUTs/B6CWcav4glaayt5NwVz/rGX/wBlX/7GvRPAmtSO+p/FTV4UWVZv7P8AD9u67lidl+d/+AKf++mrgfG7WaGLRp9Qs9LgUKJYsMzKq/dX5V/4E3+1XqtodK03w/4N06LU4vIsdIbUFIt9y+ZM0jedt7sscMjL/tBa6p1Uvdex5sqMpRbW56v8P9CsZfCWl6tc3F1Z3RO/U4Yyu6d2ZtqzK3zbmyvy/wC1Tp7jULXx3e6JaTCaaRQ6tNzHbBtzNu/2VUr/ALzbVrG+EniMahbXfiPWdS+z6XZWsuoMjJ5awozNHHub+JtsMjfN95mqz4hu9Ps/FeoeITdyXVlr9lbyWf2dFZZbeGNpJkRv9ry41b/eWvLlXbk0UsthOEJW1R0B0PSL5me40LW9YSRfm1Oe42lveNfMVtv+6tZ2WsXtdCOrXOpeHde8y102eZvMuNOvY1ZlRmb/AK5/Lu+ZWWr+n2f9spqETw21/f2zmGWS7eRRJKqq0iQ7W/crH5iru/vGuc0a01aV9TTXPtUkFj4jtZrSXrJJ5Ku3mN/eZlwrf3m/3qwnUbPVoU1T2MH436V/aHinStXtrGGbxP8A8I/st5JIVaMyNJuZcN8vmbfO27v9qsvw5PFILPwr4ztDBdeI7ZoZILSBdnyt/o8zbW/1i7W3bf4du6vTZrePWZ20++vYEbxA5h1Gxmjw9oqxttjjHytG23PzNu3M25a80W2k8C3Npo8CwGy0pJraa4aaN57YMzNJ8zfNGvl7WVV+8zVjF8zsd0JKKPHPiBe3/hiFtFuVtob60MtrEsEXl+X837yT/ebb97/d/u1554XsItU1sm4fyrK3Hn3EucYjHWu//aSUX/xJtNT07zpRr2lWd5EHX97IzRhfu/3vlqnY2NtoelHRTaQajdy4kvo/3jbG/hj4X+HFdtOCZhWrS6D4zdarqa+Tp9xJNcx+Vb2tuNzW9qv3V/3m/iroLDxDe6dFDb2Ol3MKylhHkqocr94j5aoQW15FIrt4fgjZvuOIZNz/APfTVLFZ3f26O1NhYQzFCwDWKnj/AL+V6tHESpK0TwcZlyxTvM850jXIW05rTUJ0hlgBe2lb+L/pm1U08SGO/ae1u3hSR0ZtrbT8veubuS0qCNY8uGPKj5jXZfCHUdP0u81Jry9tNK1Ce2VNP1G8sTcw2ziRWcldrZ3Rqy/dP3q+e9tKJ9BKNxln4lSBpU+3M0cqsHXPUVleJr221WV777Shnj2xnP3pUxw31Fet6HqngbW7K00CTUdGtLe6eJXV9L8hkulvDNJebgvyxtbrtWPd/Eq7f4q6fUfFXhBdDuNVOveH2utQguYLa4ht5ISm29aQJ/x6sybYZo1/1fzbWXd8tE68pKwoxsfMkN0objj3Br0vwn8QElENhrl0u0DbHct29pP/AIquouPiJ4GutatbS50tJdKsNOKXMrW67r0tZrG1rDthVo9037zzJGbay7l/uto+KvGHwmuL3Uby1s4Dpot5vJ0sWTb7m6+2xzK2/au2OSNNv+ysbL/FUQrSRUo3NLw18U/D1hCbDUNbs7qyI2qFclo/puWuK8T6j4d1XxdNb6Xq2n3uj3mGEMxWJom/iZf4Vb/a/iqt8V/Hen6xoOuaTok0Bjn8SzPbxxaesX/Ev2qyqrbdyr5n8NeUaPGy36bkccH+Gt1ipIzdCJ2HivQotGvUeC8tNQs3/wBXJDPGzD/ZZVb71YdyrXTlIWjfcMv5jKrUy4Hy7XXr05qlcxr5XEefxrqdbS1jL2KhIZJBNA2Jl2g9Duzmm1asozNZvG55J4qqwMUpikGGFczZuAdh0qVZSzAGmhc08Qj0qlzMELEpVyY/++anM+zr8rUxFoYAvtYZFVyyJlboV5ZdzUttGZ7qOPsetSSWgZfkO01JpkLwzSeYPm2/nSjBuQua0TZldUjOe9czq0nn3rvnI6Ct0Ksjxo4/dtIqt/u7q5u8Ci6l2DCbziitvYqlsOtoy7AVoXirBABn5j0qvpsE8j7oQrFezNtpmpXDyzksAPpUX0sD3I4VM1wkYHBODiuovVS2stOtipRxF5pJ/us3y/8Aju3/AL6rntJAM4UtgyfKOO9dFq1zFeanNcQjKFtsYP8AzzVdq/8AjqrTpyfMKT0KW/2pmxQMgbW9V4qTFAOa6pe8jLmGBn4DncBS+YvrTsCnVMVYnmImemy4ZHUjIKsP/HalwKTAHKjB9amrrEum/eOaqeyfZMCe9JfBFuWMa7UPQUyE5kGa4GzqRtazJE8ULqzSB4/m+Tb5dZkcscccipEHLrjMgzt+nvVqcQm1+WNSayutAM3bK9RdFigUt50UzN93gqy//Y0NeT/3h+VQwD/RbYZ/gb/0KlYe9dcHpYwkPe7m/vUwXM396kxTcCm2xcor3k3mK27+GpFv5e7YqsY19KRlFRzMqKj1NazF5eBzAjShFy2B0qK6kvLd2EqmNu4ZeaowyMhyDRM5cYNQpT5je0FDzJ5NTuWtGtQkWwyKwbZlgV/2q63wJ4w/4RzTbjbpUd1PO+WmMjK23H3a4Vh05q7asZLRoc8jkVvTqyTuc9SNzY1rWzqNy17qNs9xI3A3XDfKvpXvn2nTNV8L+DysESLqXhRYRI8zfL5LXFvJ/wB+/OEjf7KtXzJMrs6qSR1r1/wDNf8AiT4QXOlaVdNH4j8G3jaxpflf6x7VxtuFX12ttbb/AHaU6sm7lRhGx7X+yNfRyRax4P1jT0tL2yhayvbOcszspkZlZt3DK3nSL/wH/arvPiFpIvfFFnNC/wBgg0zR8KHVR5UDedHI3/Af3Lf7tfNXgz4oWf8AaEWtX+h3C3umxFZp7e18+BYmO1l+WSOSNW3bdrMyr/Cq171oviS48XWlhr/hO4/t6bT9xgkKL9thik/1lpeWrMvmRttX95G275Fba38XPK6lcfIdrDZRkyXi212La6uDfLNa3jQyo8iqsill+9u2ruX33Luqx4kvRY+G7i0to4baSOIvnzT8nmfKn3vvFpNv+981cvZX93aQySQ+E/FPhaDO6ZhqcdnYKB/EvnfOv+6q1VmjufEd9b2Gk6cx0XTR/aF550rK2oXO3/R/MkkZW2r/AKz5vmbavyqu2ocy1A7TVbfXZJL/AEVrey1GS/t/tEkzEwLBt2xqu35t33flb/Yavlz45WHh/Vfiv4qml1O30l4reGK0ti0eWuFjjRo5Pm+Xbz/3zXrvxO+KPh/wL5MfhvW31TxDNbrAYPN89pJvlKtcFtyx7fm+Rfm+bb8tfPXhHwrf6z8VJtP8ZRiJdKuJNW8RX0s27bCvzsr/ADbfmb/0Ks7yT0OiFNWuz0D4laMNI1Dw/HaeXc6zbaFY6bFJ96Oz2x7mkb86xdEtINPBtxFeyo8m6eZY/nfP3m6/SvLPG/iufxd4u1TxJIjRvfXDSlD/AMs1/hT/AICu2qcEl8U8yJ5BnoQ5rvp1o00ckqUqjvY9YvNSvYtZuRBaX9xaE7bd5cK+3/a/2q5/xz4hfSFOnW8mdQcrJdSrzsH8K/rXLw3uq+QxN1cIkKiRt1wy7V/76rnL+7kl1KeaSVpZGY5dmzv96p4vmVkHsOXVnq/7IP2+LxN4yuNIjd9Ui8I3sliEj3yefuj8vav97cK+gtWvvicPHVvbanbXdjpbbQ39n28rQkeTC3+sW3Zt25pPl27d275q+K49T1Dw9Cl1pGq32n30nyGS0uGiby/7rMprsPgv4j8UeJviRp2jav4x8UyWE6TtLHFq1wruY4JJFA2tn7yrXmNmzVj6V1Txb4wntdE0uFdXt9Rl0aza7U6VJEzTrcbbps+SzfKjDcyq33q3LC8+ISIpvLfUhop1S5j+1wWTSX/krZ7o/wB2bdf3fmfdbbu3fw180pdeIk/aB0nwtqHjHX49Onu4EeNNZuleGKRVYxuzN5kbf3lP3TmqGr69rGufErR/Dvgn4geI2h1DyY7mQ6xdeTBMzfvDGz7WaNV+bcy92oJPp7TZfiReafZRQS6iPNtb66unn0/a6C3eT7P5bNGu7zt0a/Mqttj3baRLX4zabYqDAl411ol5crFP++lt5Fit9oaRLdd03mNIyR7f743NXzV8R9Q1/Rvilp2naP498STeGtXe3ns3TxC87eSzeW6mRH27lZZF/Cpfi7qGreGdLtJ9A+JHie/d9a1KzkY6ncjYkLQ+WmGYEsu9vm70AfS2qv8AFZGv5tLtpLwWN5aw2Ec9kI2uzNtklE/7v7sP+r3L8vNcj8X9Q1+P4C+Ir3XINRvLVJtMNvNqlitrOZ2/4+UX5VPlrJtx8v8Ae+Zq8Z+MqeMPCNnY6zpfxB8TGwvEt41t59SuBJua3jkZ42Zv3ke5m+Zfun5fevKrvxT4x16E6ZqHiLXdUhkIJt572WZWI/2WY0AR6trMmoSo4ijRE6ADiqn2tu6BvrVXOKBW1OXQGryuWba4uDII4eN56KKuTWs0tjLdMu/y5MNL83/fOfu1Qgfy8sB83ZvSrcOozw6XPp6/6qdlZuT/AA/+O10UlFy94JS00IYW3Z4xirAxjms9W2tu61epxlYw1ZJF3pHVi+5Rlh0psbVKpreMriY+PlQaVeHJ9RUULBGx/C3zLU4ORVJmcglYhFYetc643P8AWt+dsRrx3A/nWHJGYpniP8Jrlrv3jal8JetCYkLjJ+XPAqhOxeTNXjGgg3pfRqf+ee6qqbN5lboPuj1asizc0qMQ6ZdNhTJIq26Hb03fM3/jq/8Aj1EfI/GmwMTawxH+H5m/3m/ytAO2U+hralHqZVNdB5b59tAHvTeNwOaUMK6CBdvvTsU3eKduHrSchcolGKN6f3qbuHrU3uNaGRqyKrnA/iqlHw4rcuoPtGQOS8bbP+A81ixqTIMVwS0lY64/DctBvk21SHQ1r3Fk0Np5zTQlv+ean5qyQKaEzUtv9RCfRGqVxTLM/wChR/77f+y1IwyK6IK5lIif5RmmiiXqF/vD8qlfBqxEWKaww2KmFMUZ+Y96kIjKR+akcUykWhmaFcxuHXqKVhimGpbsUTtdPN98D5emK1/CPirV/CniG01/Rp/s95ayBlb+Fl/iVl/iVqwAPelNK4HoVhN4z159eufB+l3lrpWry+Te2mnMy2+7a03l9fu7Y2b/AHa7L4XHxpodwtvf/D99Z0mKcxxFhtuLFizL+7uI5FZV+Vt3zBa2v2ZdQ1DT/hvqf2DwvcavHNqTFmhvIY5D+7jjZY42bc3yyLub+HzK6vxzq+tHwrcJPoVtDqN7A2mWxj1G18u8kuIV+aEK37z95JGzbfu1nJlI6B/ENtFb2t3a+CdUvJHYJbSJbTXtxuZtq+XJcP5cf+9tb+9XmPxFm8X+LY5JLzw1rNjplj5kv2W3ZJHjkZdzSTNu3NI3y7mb7q/3a9HsdZ1Xw1oQ0ZfDUUbSpb21q/8AbFrukuGjWFVh+b95tX5flrm38TeIbC5/tGx0AHSbxr67uBKlsrzL5ZZgyr8vlrDbt/vN5bfxVjbU0jOx4lH4J8WPJIy+GL9YhHNK5CYVVhO2Rvvfwv8ALRfeMvsvw/m8JaF9nih1Cf7VqdyAyz3BX/Vxtu/5Zr975a9+8Q6p4huNH1fTrfwbLY3dtpEj+de31uVENxDJMrKpb/WfLJIyr8y7W/vV8hsMYoteVzT2nu2JLOc28wccqfvD1rQFyxYsqMQfQ1jOoXoKdbSuo27qclcUasoqxuRslwGG4rKjcIw+/VK8i8lg8YJjboanhlSePypX2Sfwv71aQqcvOi7Okq9lb+8P96s4txdzqko1YmOXaeRYygmJOFXruamakktjP9nmtGt7hcFlZcFaqOGXG1uvPSljhebJzuf+dacpwNjGYkhur+pqaAKi+a3X+Go12hQGOMdaczbjkf8AAakFqIKcFzTRW5Y601rB5cNtaK4GRJ9nVmb/AIE26pk7G1OCle5hsgb73amksi4C7ff+Kr+o6hd6hIJLyd5WVcLuP3aob2Y/N2oiyakLDguVJz0pKGOTjFFbRM2Op3WmrTl7VfNYnkuKRxVi3OBtqxcaZfWlra3V1ZyxW92rSW8ki7VmVW2sy/3qrFSORTVRDdFsnFPWmAoyg5xSqVH8VbwnY53EdL93I+8OlOicsM0K0Z6mmcJMVAwrciulLS5lN20C+YCLepztasm5neWcyvyTWtc7fszO0qqB/CzfMf8AdrMtMyS43Irdt7bVrjryvI3pKyEnChhIo2hxkL3FFvG0joV/vUy4V0kKyAhh1rd8O2jXmkXrQsjTWi72jxy0bMqs3/Af/Zqziy2IrAdTQ7KR15puE/uL+VN2r/cX8q3TsjGRMgLKCBml8tv7rflUljf3ljk2k7QlhhtnG6rn/CQ6t/0EZ/zqZSn0NoKnbUz/AC39DRtb+435Vd/t3VP+ghN+dN/tvVP+ghN+dL3yv3JT2N/db8qDG391vyq7/bmq/wDQQm/Omf27qn/QQm/76pLnY/3SK0G6K5jl2n92ytWNqUXkX0seMbHIxW/Pq2pzQOkt/Oysu1gW61z+pz/aLx5fU9a55Jqd2XzQ9nZDlCTfOeveq8qKjAB91WLSGaWImGYbh/yz71G9q8QbeQCO1PZmRbsv+PX6OamNQaZPAbeS1n2rk7o3x900/wDGt6cjOQHlw3pTxTSwXrSZrXoSKTj5fWnY4xUeaXPBxS2AVzUfSgnmjNS3Y1iNY1HjvUiRlycdqcI6ycjb2UmRBacOBT/L96Tb7UuYfsWfQXwV+JPgnwt8PNH0nUdWEV19qnkmjTT2Z7edpo2jmaT+KPbDHujX73/AajHjH4fWGneFraw8Q/abXw/qM2oSQ3GmyPeXMyD935crL+7jkaNfl/hVl3fdrwExOR0ppFS2L2Z9KX/xR8Em18ItFrFpKug3K3c8E2mO00k8dvF5Zjk2/KrSR/N/e3VoP8aPAt7YW+mXtzbJZNYhLryNMZWWT/RVkWP5f3atHHcL+K18sbaVVxipCx9L+NPjD4NvfCmqf2PPcSajq+jyRyi5gaSaCfy1jVVkwq/dmuNzL/DtWvmiQHOaeDx0pSjtFv24pFRjchI3bcfxDimZxT2Dj+GmyZcjA+b+dCJkiSMNLnacsOlWYLmaEnf5gK9CtU1QnoKVmkX+KnyEqo4liOFJEDAcY4q3FbB87Bhh0PpVS2cRMJdv7th+8UV1WgaYdQu1gR0VpPus3RqU52RUI3MC9sfNg8+JcOvMq4/8erO2+USGQP8AWvSNb8MXOlWn2yOaKZc4cBfu1w2rQqrCSPlGH/fLelYqfMb8iLXg3w9qvjDxFbaBpCQtdzhmjDssafKu5ju/4DXer+z18SP+fOw/8DEqn+y+P+L0aR7x3A/8gvXtvxh+M114K1aztdK0m11CCeJmM0zMFYq207cfeXj71fL5xmeZU8bHC4KKldX1+Z3YTD0ZUnVrM8d/4Z6+JH/PnYf+BiUH9nj4kD/lzsP/AAMSulP7Tuvf9CtpX/f163PAH7QGseJfGelaHP4f063ivbpYmkjdyw3HtXFPFcS06cqkqcLLX+tTWFPATdlJnjXj34W+K/BOmW+o67BbRw3EvlJ5U6uS23d0FcSozX1f+2UP+KF0n/sIf+yNXyzYWtxe3cNrbRNLNM6xxIvUs33Vr6DIMzq5lgFiKu+pw47DxoVvZxNPw74d1HX9QWx0yMSzEZY5wqJ3Zm6Kv+1XdaZ4G8M28ImvdRu9XdDtaSyMdtZq393z5vvf8BWp9duLHwpoh0a2EcsMMvlz7W41K7T/AFm71t4Wyqrj5m/TzrVNYn1GYTX87zuPlVScKi/3VX+Fa6pKtiFdOyHGdKla6uz3vxVo/g+58G+Ebe7ikMSW0qW6x6vGGVfM+bazLteuM1H4d6VNuGhX11NdqNxsLqHybll9Y/4ZP+A1j+PdQt5vAHgOCGYF4rO4WQDnb+/esrw5rUkDR2Vw811aZ3CLftaJv70bf8s2rzsHg8RTp8yqN6v82dssTTlO3KcxdboZmWRdrBtrD+JTUZkz2r0z4kaZFrejPr8bRvqViscl3Kq7ft9q3yx3G3/norfu5P8AarzHbivosJX9pC54+KgoTsj0bwb8H/Gvinw7b69pNtZPZ3BYRl7pVY7W29K23+AXxDMSt9m07IPH+mLXuH7OLeV8EdGkA+ZFnYf9/Gryqx/aA8X3F2Y7hNEhjzyfJb/4qviqGb53j8bWo4NRtB21O+rhsFhqUJ1r+8c5dfs9/EqVw4tNPPH/AD+LXn/i3wR4m8JXIg8Q6XJYM33GkPyv/usOD+Br18/tGeKLHWhHdafpN1aLJhxDGYyy98HdXsHxnt9M8UfBPUr8r5sIsf7RtGb76MF3L/47mnPOs2y/FU6WYQjabtddy4YXC4mnKVJvQ+NPCug3/iXxBaaHpio91dNtjV22gnbnrXptl8AfibaziW2hsrZ/Vb1Qcd65r9nVv+LyeHv+u7f+gNX1L8ZfHl54KGk/Y4bOQX3m83Bb5dm37u3v81dGdZtmNDHUsHg4qUprqZ4bD4f6vKtW2R4N/wAKB+JH/Pvp3/gYtMn+A3xIigllNrpxCKWP+mr0rvR8d9YXrb6N/wB8yf41mf8ADQHiC7nms303R47aRSvmfvN3/oVOi+Kudc8I2/rzOR4nKnF8rZ4CzPnrQGf1rrBpmmc/6eKRdM0x2Ci8DE9Oa+/9k40+aoz576/GTsolnwH8NfF/jPTLnUNCtbc28Evkl5ZthZtuflrE8Y+HdY8J65Po2tRCK6iVWOxtwZT/AHWr7L+H+k6f4C+HWm2FzPHAiKrXMknRppG/+KO2uC/ak8KwXllp/iX/AFZgb7NcOq/wt93/AMe3f99V+cZbxjUr5t9WlFeybaTPp8Vlqp4P2v2t2fLZOK1/B/hzVPFWvQ6HpMcbXcysyK8m1flXc3zVebTNO/5/U/KvQ/2e9P0+D4q6a8dzGziKbA6f8szX3WbVZYLB1K0N4pv7j5/B4iOIrwpPqzzv4geBtf8AA81rb69FBG12jPEYpd/yr/8Arrh5beRMFwVB+6f71fUX7V1pbXGraEbicRYt5ivv8y180a15a6hIkPMan5T615GS42pmGXQxNTdnp4iMaeJlRj0HeH9MvtX1W30vTLZ7i+uXCQxoOSTXYfEH4VeL/BejJq2vJai3eVYVKXG9txG7+le8/svfDdPD2kr4s1a12anexn7JG4+aCFuh/wB5v/Qak/bE/wCSY2n/AGE4/wD0CSvmqnFTq5vDA0EuW9m/8j145elhXUnufPXw8+F3i3xvps+qaBBbGK3n8ljLNsO7bniuvb9n34kD/lz0/wD8DFrE+Fvxf1z4f6LNpGnadYXMc85mLT7twO0L/C3tXp1h+0BrN1aJcPa6NE7feQiTj/x6vRxtTPoVpvDQjyLa+5yKWXxgnWb5jiD+z/8AEnPNrpw/7e1p4/Z/+Iv/AD66f/4GLX1B4v16bR/Ad1r8UcJmitUmQv8Ac+bb/wDFV4fq37QXiW0w9tpuiT7vvZD8D/vqvByzO+IszjKVCELRdv61OjEUcuw04wm3dnj3j/wPr3gaezh16O3V7uNpIvJm8z5Vrb8K/B7xv4m8P22uaVBZNZ3YYx77lVYjdt6fhVH4rfEPVPiJdWNxqdpa2r2cbRp9n3ZILf7XpX0/8BpjbfArRrhBkw2szgMP7skleznWcZjlmX06k4r2snZ9iMFhaGIryS2PAP8Ahn74i/8APpp//gYtOX9n34j/AMVnYD/t8Wto/tL+Kf8AoBaP+T//ABVA/aX8Vf8AQC0f8n/+KrmdXiaa0hD+vmdChl6e7Ob8Z/D608HXFpZ+INQaCa4h86NUXzcr93+H6Vz/APZnhhvu64y/WBqn+J3xCvvH+q22oajZWto9tD5Krb7tpG7d/FXJB4/71e1g8PiZUY/WJ+/1CpVoqXubHZaP4Q03WtWttM0vW45bu5cJFGYm+Ymum8U/A/xB4f0mXU729sEtoWVZH8zpura/ZE8N/b/E974mlTdDp0XkwMw586Tj/wAdH86+h9Wh0/xRomraJ50csbiSyuAPm8uTaP8A0HctfJ51xFicDj44em7xVub5ndQwsKlP2jPi9fB9yw/c6pps3ptnxUMvg3WlwY7ZJAe8citmsjW7K70fWbvTLvi4tJmhkX0ZWqtFezRjCSMo9jX2UY15Q54zuvQ4W6a3R0Nj4E8S3jSraaPct5UbSO+35Aqru61g3Gn3UQzLbvEB/ej219W6Jq1vpfwGt101Yku5dHaW4l/uyMrfe/vSN/Cv/stfNUPjLX0YbrpJR/deNSK4MtzHF4qU1yL3Xb1LxFKlC3mYUFm8syoOM9a0HtmZSCtblzqM95HBPdQwo7Lz5Ue3H+9SQfZpU8tGyPXFevWqVI01eOpz4eFNybObltTxkZrQXR/sVsjSjN7cJ+7Rh/q1/vVtaba29tcNe3nlssR/doDuDt2robTw1NeRSajf3RS4m55X5Y17U6eIVNWkRXpKUtDzufTPs8GfvY9sVm3MQikMZ+YjrxWxq8pWaRUl3rG22Ir0bH8VYc5ZTuL/ADn72a9CL5lc82ULOxHbT+Uw3DKnqPWuh0ed7aSPZuZQN8LA52/7Ncru71ftrqQW6xtIQi7iAPrXNNXRpTdmd/feMdSaHyB9kTK7S23LEVyF3dJ5MsSqZFc/MGHT2WqTT5+9UTuOtZxhY1cztPgZ8vxK09iyBfLmBLsyj/Vt/d+Zun3V+992us/ajsrm18R6K1wmySWyLAN9/bu6t/Cvf5V+Vfu1ifswKsnxr0cMOiXDf+QXrtv2xNo8X6I7FV/0JuAP+mlfM4mu455SpdeR/qehBXwTfmeAxwSyZ2p0rufghZzx/Ffw1KQCov071zMeoNEuEjjZv7xWuv8Ag1Hdv8VPDk9weft6YB6162YN/VKn+F/kY0F+8ie0/tlgf8ILpP8A2EP/AGRq8U+EPh/V18RJriaPfyQWVncXVs5tW8t5FjbZtb+L5tte6ftcIsngrS9w+7f5/wDHGryT4WeJtebWY/D667qMcNxZz21nB9obaknlt5e1f4fmr5zherP+xV7Pz/M7MdSUsVzMwfGHhXxJLqMFrHoWqGO1tY4VZbZ23Nt3SN93+KRmrnx4e1GGR45NLvInGMg27Z/9Brt/FXjbxhFqkdzF4l1eOG7t45VWO6kCr8u1lP8AwJTXPnxDr80jPNr2qEs247rqTcf/AB6vqsLPEOmr2PHr8jqdS94g8P33/CP6Ikdu8klpDJHcJGu+SBmkaRVkVfmX5azdN8O6zJcf6NpF9Lj7+22k+X/x2u6urrUZPCemail5JDc3UTS3UsA8t7hlkZVaRl+98tc5Y+JfE+ntJNB4i1OHqrH7U23FFCpiHTcYW6/maSjCLTZ1ngfw5rkskNld6bfCGSSaykLWzqvlXELei/dWRVb/AIFXlt/oGqaWM6jpt7a5Py+dC0ef93dXrvgDxh4lnSC7vNb1OS286a5d5J2+a3t4W3f8BaRlWvMNX8UeJNWMb6hq15dlN2zzrhm2hv7tc+XyxUcRJO3Lb/MMUqcoJn1R+z5Fu+DGkxMCpYXAPfH7xq8tf9m3xCGLJ4i0wZ/2JK9K+B+qmz+DGk3M0jzXDC4MMaDdJI29q8Wuvjd8SoN2dWsRjrizj4r4fLqWbvHYp4CSj72t/wDhj18RLDexpqsr6G5Yfs0aub+F9R8S2JsxIGlWGJzJj/ZzXb/tHeL9M8J/D1vCVlvF5fWy2kUeBiK3+7uZu5wNteMp+0H8S4rlWbUrKVUP3Wskwa+ipbfS/i98Ho7m5tY1e9tnePB3G2nXqVb/AHl/75NaZhHMKGKoYjNpKUIy6d/PQeGdCdKcMNo/M+XP2c/+S1eHP+vhv/QGr6g+N/w6vfH9tpcFnqNvZPZPI5eZWbcW2/3f92vmH9niMxfHHQImGCly4/8AHGr6R/aB8Ya54UsNJ/sO7W3a9adZiUVsqqr/AHv941txJ9YlnuGeFdp8un4mWE9msJNVdrnlOofAjVba4MCeI7G5dPkYRQv949I/9pv/AEH+KnWPwA1y5tZbqPXLHyY03bzHJtkbvt/vL/te9ZH/AAsjxcwH/EwhZNuz/j3XIX+L/vr+L+9WiPjD44aB4P7UgEbKFCraR4FfRShxBBJOojymsuf2WeYmwuB/Dmu7+B3hCbX/AIhWAuI82dk/2m4/4D91f++sVzhuNv8Ay3f86+jP2cNF+w+ELnxDcu7SajJ8rP8Awwx//Zbq6eJs1q4LLpL7UtF8zPL8FCriU7e6jE/ao1m6az07wvZS7HlkF1cDzNmAP9WT/wAC3N+FdroZj+I3wbW3uwGuLqz+zzZGcTr0b/vpVavnr4heJP8AhIvGd/qyySiGSYJAq/wxrwtej/s1eIkj1W98OSO5FyDPb+Yf4l+8v4r/ACr5THZJPC5LSq0/jp+9/merTxarYucH8L0PDLnQ762u3tLhoY5omaN1eYfKy1337PGmzwfFbTZHkgZRFNnbIpP+ratf496Zb6d44mvbaWdra+PmBo1yqyL/AKxd3+etQ/AaRP8AhZ+nfvJz+7m68/8ALM19TjMw+uZDOs93B/keVh8LGnjlT7M2f2s7N7nWNB2SRJtt5s+Y+3+Ja5b4C/C3/hIfFB17Wolk0iwZSRu3rPMeVU/7K/xV6n8a/Dt74p8beHtLs2lh327madfuwx7lyzVt/EDxPpHwq+HsZtIR5yRfZrC3J+aV8/eb/wBCb618Xg84rwyfD5fhdak7/JXZ7U8GpYudeeyOY/aD+JUeiz2ng7RpyuoXciG8dMfuYWKnb/vN7fw4pn7YX/JMrXr/AMhKPt/sy18wDUbrVfFMerapdGW5nulkmkc8sd1fQv7V+tNqXgm2t7ZCtsLxHjLRsGcFWAbB+6v90/eb/dru/sSOBxuDhBbX5n3egfXFXpVLny9dzNNO0pAG45wOgq/pYeZNo5OeBWV+FWtPuGt7hWUc5A61+hzlaDsfPcqk9T7f+LClvgTqIA5/sqHA9eI6+NntnK54z6V9WfE7WJLz4W3QBkgt47KNfLMnlszbV27v9r+7H/wJq+ZTMW6ed+MlfK8E0p4fD1U+sj0c55ZVI+hk/ZZPSvsz4EW7TfBDR7YHDSWs0Z9tzNXyJLLNGu5Q3/fdfXfwTuZk+CGlXAbEgtZmB/2tzVx8f831Sly/zL9TXI/4kvQ8e1H9m/VLKAzSeJ9OHZYxBIzyN/dVf4mrKs/gNrUtzHDFrdjJMx2oixt8zZ+bB/urzub7u7KruqlffFzx/ezSPcavaksPLP8Aoygqv+z/AL2RuqSx+LvxAtGfy9StR5pwzi0jxx/Dx/CvHy12UqGf+y1nFv8AryD2uCUrJMwfi58OrjwFrNnp9xqVtdm8h80PGrKB823+KuMW1k9K7jxb4x17xRdw32uzQXjQR7IsQqqlfvfw1r/CrwzZeLvHWm2aK8cccvn3MZGV8tfmb+deusTUwOCdTF/Elq0ZNRrVOWme8/DjTLb4b/BNbu9ULJBaNqFzz96RlLKuP++FrzH9mHxjcv4+1bS9Umyuus1yjHoJ1+Zv/Hd35V137VfiH7N4asvDsEuHv3E0m3/nmn3R/wB9f+g18+aBeSaNrdlq1oSJ7OZZl5wODXx2U5W8zy7EV63xVb/ht+J6NfEqjXhST91HfftY+FW07xvbeILWLbbarD+92j/lrH8rf99LtrxMpKP4a+y/jdbab4y+EIvYJN8jRpe2Cqm5m+Xcy/8AfO6vklkgA++n/fVfQcK4yeIy9UqnxQ0+44syjyVuaPws+ovhx4ZvfEPwlsrVWFnFNpTwxyMuMll/hX+7/eb7zfd+7XCp+zP4iDhm8Saacf8ATJ69h8EXcth8BtPvrWRDNbaG8kbYDKGWNttfPv8Awvb4jZ/5Ctr+FmlfLYCecYnEYhYGUYxUup6VdUIRh7TsdtF+z/4l37pNc0l8dPkkFch8QvhzrnhC2W61aCGezkO1bu3b5Vb+6392n23xx+IqyrN9vsLpI33PE9oqk/7PyivoXU7m08ZfCG51Ce32299pLTeWf4G27v8Ax1lFddfNc7yqtSnjXGcJO2hzxw+Frxk6F00fHjxNHMJUlcHtzV/U/EGuT2R0uSeIh1+ZsbW2/wB3Nc1FNIFzG7Jnriqd1NI07O7lievNffypQlZnkKtJFuV2hRpriMqVO1EP8qyXcu5c96Lh8lfxqItW0PcM3LmG4+Y1NEMnA7UqxKSWLYz7VdtWWM7oYl3f335rGTshwiNW0mePzGGIh/EeFppRV7VoJBNetvkkaX3dvlqK4tEi/jY1l7Q6PYvqegfsynd8Z9HTonlXHH/bFq7L9sBI38W6Gzsw22J6Hr+8rx7wh4i1DwprttrWkyxx31vnyi6b1+Zdp4/4FWr4u8X69461K2vdeuYJbiCLyo/Li2/Lu3fw14OIwFR5rDHbRUbfmdtCtH2Do+Zk2UJk4WAID2212fwkhaL4oeHQ3/P+lYsMM8SYWaM/UNS2mrahoet2esWbQ/abSTzI2YbhmtMRz4iE6cftJm9JRjY97/a2k2+CtL4zm/x/441fMlte3Fnew31o5ilgdZI5B/Cy/NXV+PfiR4l8ZafBZa3LayRQzecgSBVw23bXCvKXPNHDuV1MDglQqb6nJmOJUqt4nqetxWPiPRTrGnskME8u4t1XTbls+ZDJ/dhkb5lb+FsVySaNdwXog1CGS1kHZuN3+761T8K6tqWg6h/aFndLBCw2SI671nj/ALrR/wAS12Vp468M3Nv9mlgu9Ejyw8qOFb20bd/0zk+ZPorV6Eo1sMrKN0cynTq+8/iNb4gXlpo/gXwl9njX99ZSl+cg7ZmrgbGyvNbdbq6ke102MkNdMny5/uxr/Ef9la9W8X3Xhay8IeD7u51a1WJLSY2rQ6L5hkUSfwiRtsf/AAKuC1X4i21vJv8ADtvP9sVQI9S1BlkmhX0hjH7uH/gPzVyYCtVdLlhDq9fmaYiEIy5m+xqeNbuLw9ojaJGBBqN9DHHLB977DaL86wt/00kb95JXE6fZC6Yf6VEgP3mO7C1QbVbpp/PmmaSQtuZn+YtUo1F7khBhfXFezhaPs4W+0cVaactD6Z+EOlSy+B7Oys5opf3cgeQtuRRubG7/AGf+mf8AF95vlrz7UvgD48ktmjhl0vLcndcn/wCJqh4V+KPibwxoVvo+mXdittFudQ0AZju+al1349eP7VUEF5prbhzi1U18d/Z+c4fFVJ4bltJ9T1IVsHOnFVb3Qyy/Zu8dG6jF1eaPFBkeY4nZto+m2volDonww+GyqZ/Ls9JtmwznmWT/AOKZmr5jf9of4kuu37dYL9LNK4rxp458UeLpg+v6tNdohzHDkLHH/uqvAqMTkmaZpOEcdOKhF3tHqaU8ZhMLF+xTuzo/gBM9x8dNCuT/AMtryST81avpn41+AdS8dR6Omn3VvbfYZZGlMpbJVlX7v/fNfG/gzXdQ8O69DrWlsiXdn+8jZ13DP3enf71ein9of4jr927sRkY/49ErfO8nx1bG0sXg2k4K2plhMVQjRlTq9TuJfgJ4oMhxqmln8X/+Jpk3wH8TRQSzHVNL2IpZvmfgf981zWkfHj4i3DK1zd6ciP8Ac/0RRmtOT40eNZQ0T31gUdCrD7MvIqYU+JlO0px/r5Eyll/RM4bQ9MuNY1i00y0XM11MsSjH95q+mvi/fw+DfhR/ZOnEpJLAthaj/Z2fM3/fO6vm7wvrd74d1mLVtMa2+1RbtrTIpA3Vp+MvGGveMZrV9ZuoJBa7vLCBVX5q7s1yjE4/GUZS/hw1fqYYbFQoUZ23Zz6W8jE8YrX8OT3ejarbajBkPBJuyH27h/Evy/7NZ0MEvPzRD6yAVbNu6ozMyD5T/EtfS1KalTdJ7HnwcoSuj3T4jeGG1/4eS6vEq77VFubZQq7mjx83+6u37q/8CauB+A8MifEzT2xn93N/6LajRvH3jDS9Bg0W3ubSS0hj8pVlhU/J/drnNB1TUvD2srq2ntCtym5U3bSDu+WvksLleNjga+Em1Z35fmetUxFL20Ky+Z9aandWWnWdxqt7IkMVvCWlkb+FR/DXw78ZPG93448YTahIzR2cfyWttuysUft7tXe+PPHXizxPor6fqN3G0AYSMsShdzL/AHv71eGXrfvRx/Cv8q5+FeGZZW3Vraz/ACRePzJYj3YbGtYx/wCk2LZG/wA2PoMZ+YV9AftQW9np3gGygvb5Bq096swszNuKx7Wyzf3m+6C3/AV+Wvni1v2itEOcSxSLJGfdai13WNS13U5tS1a8lvLuY5klmbcSa+jxGAliMTTq3soficdPERp0nG25RGT16ULwRTQ3PSnjBr0Nzmiz62+Kd9o3hX4RCwvrmF9Y1SyjjtLaPkxK21m27vur/eZvmZq+fbaJpX8sxsJv+eZ61z+v6vqeu6i1/qt5JczlQoZj91R0C+i1Ba6ndWs6TRyNuQ/Lk5wvpXDlGXfUacouV23dmuKr+3lfsdfd6VfRxZMXX+HK7/yr6r+CEDy/BXS7QgK7W0sf/fTNXxheeILudGX7u7+LOX/76r0b4dfF7xtp2hR6PaXFq8NriOJTbq0jbm/WvL4syzEZjQhGha8XfU6MrxNOhJuodWn7Pfi5QduraJKD0Z5JFb/0Gn/8M+eJj11LSR9JGP8A7LVPU/jL8SLC4ktLiWC3lHVJrHDj/gLVnyfHL4iIhZb3T3x6WiV5sIcTTirTgdHPl/WLMX4jeDNS8BanbWF9eWs73UHnKY2bIG7HzZ/GvZP2WPDptdDvPFE0YSS9kEEG/nEa/eb/AL6/lXgvjzxnrHjm+t7zXJIXnij8mExx7PL53Vu6f8WfGul+F4vD1nc2kFhFbmBdtr84X13f3v8Aa616GaZfmGNy2OHlJc8viMsPUo0a7qLboW/if4wk17x5qVz5Sy2Ky+RFHJ/zzX5f/HvvVzqWUF2N9hHIp/iX5WU+lYdtcSGIM6Zi7PmrcUzxES2zlcdxwy17eGwEcJRjSp6WRzzxHtHdnvHwGlvdU0ibw5cH95Z52+adyrblv4v9lW/5Zr95vvfLXj/xY8K/8Iz421HSAGEav5lu2PvRsdy1peDPHWpeH9QN5aOsczQtG5K5Vl9GFT+Odb1Dxndw6hqL2ss8UXlgpFtyK+eoYXE4TMZ1LL2b/M76ko1aUV9pH0H4J0+TUPgPp+mQYM1xo3lIW+7lo2XrXhDfs6+PM8XGj/8AgSf/AImpdM+KXjjQdGtdK0+6tfs1qioiNbKzbef++qVvjd8QRjdd2Q/7dVryMJl2c4StVnhnG03fU6qlXD10lUvoSaT+zv40kvoo9Qv9NtLXd+8kjlaRlX/ZXFe5eOr3RvAnwpvLdn2W8Ni1paQs3MrMu1V/9mrwG4+O3xFw0aXtiV/2bZdwrgvEXijX/E18LnX9TuL11P7tZGwi+u3b8tdNTJ80zOtCWOnHkhrZERxWHoxkqK1ZmWsFjPKF87yX/vfw1FqWjywnesvmIehU9atQWkbNtciM+hpt/HJbK4Q5U9OcivsIVeU872MWmzCliK8f+hCoTG4HBq40jCovM/2fyrt5onE00N7VpaVD5uBkD6ms1elaullVkXO4D2rlrO0Tpw/xHQWX2OBBiSJnH8W6sjVpVeRjlePStkt+4/49wfpXO6lv81t34V51HWR21XaJSY1c0iV1vFwazdxzTw5H3a9GVNTjqcKq8kjsxfN/BEnPT1as+/dpPmfkelP+G+k3niTxjp2gwFsXcqiRv7sa8lv++a+5o9F0mKCKJNLsvLRdqfuF5Wvj88zuhkdSClG7ke1gqTxMXI/P67JK59KgM6xpuIBz617r+174Th07V9N8TadbrHbXkfkTqi4VZV+7/wB9L/6DXz8FLyb2OFHtX1WU42njsLDE0+p42OpSpVXCRYEs9yzMWIVRnNWooxaMHfbI5+bb/CtUIXCq5PYZqwCWQNMdqe/evTOCXN0NbUtX1TWorOznnluILNCLaM8rErNuaqfkxxSdA8o/ix8or2b9kVbe68Z6tHPa28sS6fu2PGrD/WL/AHq+mm0jSP8AoFWf/gOv/wATXw2c8YU8oxTwzpX/AOCe3g8pliIc/MfAaxH86v2ihI8KOT2r7xGl6b/0DLD/AMBxTf7J0zOf7Nsf/AcV43/ER4/8+H9//AOp5B/fPhpBGP8AWVzfiKTffOcY2/L9flr9CZdJ0mRdkuk6e6n1tE/+Jryv4r/A/wAP+JdPuL/w7appesqCyJDxDcN/dZf4f95a9DA8fYXFVlTrQ5L9TKrkc6ceaLufGwIP3lzTmZD/AAv/AN9//Wqa9tZ7O6mtbqFoZonKSI3VWB5FV8Zr7pST1R4mxYtMKS56AZq9pematrt6LfS9Oub2Y/wW0TOf0r0/4CfB6fxqRq+ttLaaDFIFbb8slw2Pur7f7VfWegaDo3h7T007QtNt7GBeixLy/wDvN/FXyWe8Y4bLKnsKceef4I9TB5TOu+ebsj5H8LfBX4iSXAuLjw8LeIDP+kTxo3/fJaull+C3jqNd39m2TfS8WvpDVfEegaW+zUdb021cdUkuVVvyqjB498FzyrHF4n0osfW4UV8nPjHO6vvwoe76M9N5Tg1vL8T5Y17wH4s0JDJqOgXkKA4MiR+Yv4stYEa5NfcttcRXMQlgminhbo0bblavP/iN8LtD8SQSXlhFFp2rfeEsa4SY/wDTRf8A2avTy3j+TmqOOhy+aObE5HaPNRZ8z268HirjqfKfj+Gn32mXek6ncabqETQXUDbZI2HIpJz/AKNN/wBczX6JCtGvFTjseFKDg7MBwgHpUco6V6n8Mvhbca9ZwatrMrW2nOd0cKH95Ov9FrC+Nun2emeNprHT7eO3tYrWERxxjAUba8ijnuGr436pSd2tzqlgpxo+1Z57fMY7SaVcZWMnkV5vN80nXOK9E1mTy9IujnH7vFedOfnPFe62cmxIsLMhKsp2+9RY4qWIdfevoL4Vfs7XN/DDqvjOd7a2kUSR2UJ/eSD/AGj0WvOzDM8Pl1P2mIlY3oYepXfLBHzvQCR3rt/jrpNhovxS1nTNLt0trOCRVhiToq+WtcPmuuhWjWpxqR66/eZzg6cnFjlkZfu8Uu8t1puK9L8H+CNNsdBj8XePbmax0mT/AI8bGIf6TqDf7P8Adj/2qK1eNJXf/DhTpuo9DhNF0XVtavVs9H027v7hukdtE0jfkten+DPhJ42sdasLjU7ay0yNJUcpd30cbsNx/h3Vr6p4n1a1077M13b/AA90GRc2+madGXvp07M2Pm/4EzLXLeHdZ8Lf8JJZ/Z9A1PUJ2uox9pv9SbP3vvbY1/8AZq8nE1sTVoy5FbT1/G6X5nVCFOMveR6t8bfAWv8AiH4h32paS+n3G+ONFt2voxNhV/utXkviLwz4i0GTy9a0a6sWB4aVflP/AAL7tej/AB+1LQbf4k38Oo6BLcTLFFm4gvmhk+7/AHdrLWX4Y8TXiW/2bwz4olvEf7+ia+qtHL/sxt91v/HWrgyzEYynhIPdWX9XV/xNMRSpTrNPc8sGnzzzKsSkLJnGTtyavx2U8AMd5NboRxnf835V6FrHh/TfGdtdQeGLabQ/Edlua58PTv8ALKV+80DN/F/s15wsrz3DWl7hLpT5bGQbWLf3W/2jX0WExcMRe+kl0OCtSdMVreL5nS9aId9isc1GTBb/AD+dK/sq1HKJkYsGYsjbee1UpHzjiuuTsmzNGik0Uqhg36U+G7ntmzE5XPbsa+xPhPpumzfDXw5K+mWLyNYQszPArMx210zaRpjD/kF2I/7dlr81xnHtOlXlRdC/Lpv/AMA+lp5Q5xUuY+KLbUba4GyYBH9ccU67t0ZQeGB719q/2Tpf/QKsv/AZae2mafx/xLrTr/z7L/8AE15z45XNeNGS+f8AwDoWW33kfBNypjk2kdKjVs9k/wCBV9y694O8L6zbvb6poWn3CP8AxCFVZf8Addea+Yvjl8Nz4E1SC70+Rp9HvnbyTL8xib/nmzV9NknFmFzGfseXlkcWIy6VH94tjiLOOIfNDdeU393d8tJqau0ZLpAzN/FHIu1v+A0zTJ13bWG0jtW1MGMG5a9pzcZmK1hY4WdR5hHA9s1SkBVsZzW3qrfOax3HSvSp6o8+qrCRB+Oa09MVhcAGbH+7WUrt61pWUsKENvdm/hVRy1TV1RNF6m+3m+Vlr+Tn/ZWuf1CQmU5kaT61pyCWRd1w3lp/cU/N/wACrIvpFJwOawpQvI6ak9CmW5oRqQ0+3ieedIYgzO7bUC9WauttRV2cS96Z9I/sfeGWeTU/FlxCPkP2S2J/vfekb/0Fa9u8T+LNM0PX9C0a8b97rVy0EPOMbR97/vrav/Aqb8MfDsfhTwPpWhIoD28K+aR3lblj/wB9V8n/ALRPjObWfizNcWMpEGjyLBakdijZJ/76zX5HHC/6y5zVc/gimv0X+Z9VOqsDh1fc+m/jho1jrvww1i0vHjiZIvOgkc42yr0/76+7/wACr4SPmAlH4I6ivtHw74hm8WadZa+bmykvjbrcKmd9ppCkczSf3puG2r/+1XzJ8ZdCbQvGty1st2dPvj9ptJrmLYZ1b7zbf97dX03B0Z4CMsHVlre55+ax9qo1UcSOKQyPv3MxPtSEe9Ffdp3PDPev2MpFbxvrAPfTT/6MWvd/jpqF7o/wp1vUdOuprW5hjjZJIm2kHzFrwb9i7/ke9Y/7Bp/9GLXq37Q+ufbPhp4g07To45raFY1vrp2/do3mL+6T+9J/6DX5NnmFlX4lpu14rlufTYOo44B2PmY/Ezx8f+Zu1r/wLak/4WX4+/6G7Wv/AAKauRpdr+if99V+oLL8K/8Al0vuR86sRUfU9A8PfGLx/pGox3Z8Q3d4in54bqTzEkX+61fY3gTxDa+LPCWn6/Z7ViuogWjByySfxL/31X587Gx0H519jfsp2l1b/CWF7lXCz3s0kG7vH8qj9Vavg+O8rwtPBKvBKMk+nU9nJcRUnUlTk7o8R/ax0OLSfilJewcR6pbpdMuej/db9RXA/Drw5P4r8aaX4fgBzdzqjsP4U/iP5c165+2m6nxhoaA/MunnI/4Gaq/sa6ZHP481PVZdu2wsDtJPRpDt/wDQd1exg8fOlw/HEP4lD/gIwqUIzx3J0ufVWk6dY6RpttptjGLe0tkVIox91VWvmb4z/Gq/1fVp9A8J3htNKgLpNcxNtkuRn5trfwrXffHnxdfL8OdRutIunstOkYW0VypxJfyMdrLF/wBM1Xdub+L+H+9XyEH5rwuEeHo1G8djPel/W/mdWa45w/c0mdbaMx3SsxaR2HzE/MKuLxXKW13PGuBIx+tXotTmU5+U5r9HVKMdkfP8zO68OeJ9Z8NX4uNHv5IGX5XQPujf/ZZa+nvhb40s/Gvh77bGqwXcL+XeQZwEf+8v+y1fFaalIT83Feq/s16+bL4kW9j8yw6lG1vIp4UMF3D/ANB/8er4/i7IKOKwU60I2nHU9PKsZUp1lBv3Wem/tGeG0m0y18UW8f7+2YW9ywGcxt91v+At/wChV4c7/uXOP4a+sviBZrqHgnWbVhnNnKy/7yqWH6rXx9PfKbaRVSYZH9yuHgfHzxOAlSlvF/gb5zR9lWUu59b/AA/ubex+GWiXVzKscSWUeSfxrw344XU114+nmntHtlktowiO2Ts28bv7v+7XpXgWee48JaGHkt5riKxWSFX/AOPexj5/eyn+KT+6v/7VeVfFmOWfxbNJY2GtXkUkUZ+0vbs3n/8ATT/db+ledw/hqWGzWpVk97/mdOOnKeGioo8/14btKmTpuXFefyLhq77WLTWWtnjj0LUsNxua2euWl8P67uP/ABJdR/8AAV/8K/SvrNGW0j5/2cuxmRnkD3r9F9Fz/ZNhx/y6x/8AoK1+fsHh/Xdx/wCJLqP/AICv/hX6C6QCNKsdwx/o0Y/8dWvzbxGrRnSoKL6v9D6DI4OMp3PiT9o0f8Xo8Q/9dI//AEWtedgV6L+0fz8afEP/AF0j/wDRa1wSW7tn5ox9Wr9AynTA0f8ADH8jwsT/ABpep3fwh8N6ffTX/ifxGv8AxT+iRCe4UHm4k/5Zwg/7TVteKvEt0l5H4u1tYZ/EV8m7SrPH7nTLX+B9n97+4v0b0rcbRorLwv4N8FXMgjt7mKTxDreG+/HtZlX/AL9r/wCPV5rrV7NrGt3mqXB/eXEm4KPuov8ACq/7Kr8v4Vjho/W6zqdP0/4Nrm9R+yh7pkyx3N7dy3l/O800rbpJJDuZm/2q6HwnHBb61p3yoM3UfzN2+ZKzlXPcD608Hayr1yw5r0q8f3MonDTqSUj0b9pOZH+LWpbJA2Ioc4/6515m5rq/jG//ABcrV1x92SP/ANFrXGSvnHFc+W0/Z4OEPJGuJleo5He+FtYbxC9ppWoXjWuuWhX+xtUDYdZF4WGRu6f3W/h/3av/ABLtf+Eq8Lt43htFtda02VbTxFbxpt/efdWfb/tH73+1Xl4ldHDodrDoa9o8E6zFqfiTSLq8Aaw8W2cmkarxnNyp27j/ALTZRv8AgTVw42k8PNVKfT+mvmvxOjDy9ouWR4nNqFy64L9sdKpPdO4w0px9Kv6/YSabrF5p0q7ZbWZoZF9GVtv+fpWeQQcGvYjU56fMjklpKx96/B8lvhd4aYk86bF/6DXzh+01resWXxcv7ez1W+tolggwkU7Kv+rHZa+kPg7/AMkr8M/9g2L/ANBr5k/ajsb6b4wX8tva3EiGCAZSJiv+rHSvybhhU3nuJ57dd/U+nzDm+qw5fI4EeJvEf/Qe1X/wMf8A+KpzeKvEa4/4qDVF5/5+5P8A4qs0aZqvfTrw/wDbBv8ACl/sjV+ANLvM9h9nb/4mv09xwnaJ89zVT6q/Ze8e6l4r0++0PW7k3N3p6rLDPIfmkiPy7D6lW/8AQq2v2ooIpfhBfTsuZLa4hljPo27b/wCzVgfsseBNQ8N6Zea9rVqba8vtscUEgw6xD5tzL23Nj8qs/tba9a6d8PE0YsPtWpXK7VK/MI4/mY/99ba/J6tKnU4nj9U+G6vbbzPpozn9R/e9j5i0yZXkz0rXeFTFuNxJ9M1zthE0pDQv5bVdbUPJwl9CwbuQOtfqNWn72h4lOd1qUdRUrIV8xnx61nSE8YNXb6dZGLKjc+q1nlsV20/hOSpK7GLtBz96rlqUf/lnHz/ezVBe9T2p/eU5IzpuzLtxhE/1cYz/AHd1UZH6fKPxq7Iw2Gs+VhnAqIKxdWQFq9U/Zg8LDxL8Tba7uIt9npC/bJRj5Sy/6tfxYfpXlK19lfsreFhoXw2XU5odt5rEnnksvzeSvyxj/wBCb/gVeFxVmP1DLpzXxS0XzOzLcP7esvI7T4q+JI/CPgLVNbLhZooituPWVuB/M18Ayu0sjSSMWdjliT1r6L/bH8UeZqGmeEbeQFIFN3chehkbhF/BQf8AvqvnEHFefwTljwmXqrP4qmvy6Guc1+etyrZH0j+ybfQ63bXvhnU7mRoNPb7bb2e0BJWY7WZ/Xb8vHvXZftZ+GF1nwEuv20Ia50mTcdv3mhb5W/75ba1fN3wg8UN4T+IOk6yXKwJLsuQP4oWwrfz/AEr7t1W0ttT0mewuAktteQmNwO6steFxHKrlWdUsXH4Zf0/vO3AyWJwsqT+I/OOitrxtot34a8U6jolznzbOZodx/iX+E/l/OsXzJAM5r9QpVFUgpLY+enHlk4nrv7M9yYPE2q7tS+wQPYhZmiTdcSL5iYjh/wCmjcLXsvjvw1e+KPDV14ZsdPT7f5SG1sEkKQaTHv3bpm/imb/P96vIf2VLe/u/G1+mmx26Tiy/4+pV3G0XcuZEXu2PlX/er6i1O98PeAfC0l9e+bDYwyK00wVpJJZGONzdyzGvzXibHvDZlFUY81TSy/r+v1+hy+KqYa0tj5h/4Zz+IP8Ae0f/AMDP/rUn/DOfxB/v6P8A+Bn/ANavbj8f/hhn/kMXf/gE9KPj58NP+g3d/wDgC9ZvPuJ/+gf8GJ4HLf5/xPKfCX7N/iKXVYn8S6hYWunqwMgtpPMkcDsvy/L/AL1fT+m2Vlpel29hZRJbWdpEI40HCoqivNJf2gPhkEyuqXrt2AsnryP4ufHy68R6bLovhWzm0zT5l2z3Ep/eyr/dG37q1xV8DnvENaMMZDkgvkjaFbB4KDdJ3ZxH7QPiqPxb8TL++t5FeztgLS2I/iVP4vxO4/jXTfsxtDJca1ZTma5S5SFRpdv8sl825sKzfwxr95q8YJJOSa9f/Zallm8c3eipfmyj1CzZZXQfvZFVt3lo38O7jmv0DMcNDC5W6UPhhH8jxsPVc8TzPqdn+0dFJP4ENxIi31zb3scN3ex/LbWfytttYF/i2/xH/Z/4CvzeK+5vjN4STWvhHqmh6TarGbaFZrWFB/FGd23/AL53V8MGuHhHMaeLwcnDozXNqLpVVcmR+KlVz6VXi705Pv5r69nkllZOOld18DpZX+KvhxF7Xi81wAr2T9lDw/NqXxDXV2QfZtKgMjsT0kZdqr/OvJzyrGjl9WUv5Wb4KDqV4Jdz6q10hdC1Buwtpcn/AIC1fEcl55tu8SoFLjjca+w/ilqMOlfDvXbt2KsLORU/32+Vf/Qq+K5psW7FD90V8N4d0pfV6tTzPZz52qRR9cfCbSHvvAWjSXdrFBp6QrItsr7/ALTJ/wA9JP8AZ/ur/wB9V6ISTXKfCEZ+GPh1vWxT+tfOX7Ums6nZ/FW5gstQu7aI2duQkczAD5a+ZoZdVzrNq1BT5Ur/AJnpPEfVMLGpy3PrhemKU81+dbeIdf8A+g3qP/gVJ/jTf+Ej1/8A6DWo/wDgVJ/jXv8A/EO5r/mIf3f8E4v7dg/sH6K4ox71+d0PiPX/ADU/4nWo/eH/AC9Sf41+g2kMX0qzZjkm3jz/AN8CvmeJuGpZRCk5Vebmud+AzCOJv7trHxT+0Zz8afEP/XSP/wBFrV/wR8GfEXinw7a67a6lpMFrc7tqz3O2QbW2/d21V+P8fmfGrxCc4/eR9v8ApmtcpHI0edrPz/tV+v4SFWeW0VRlZ8q6X6HzFSUIV5uavufTfir4c65qGuazdWl1psUc2jQabaLJPtaML5e7d8vyr8rda4EfAjxV/wBBTQv/AALP/wATVrx1vv8AxLcvbs+fEHhOOe02nrJGqttx/wBsWrxS6mmmtY7iN3Rk7bs152W4bHOGlVLbp/wTavOhzaw/E9B1f4X+IdOv3s57zQHePqf7UiXP/fTK1Msfh9fJJNeaxfaetjaRSTz/AGG+huJ2VVztVFauHjnFxEsj/M56n/aqzpep3ulalBe2Fy8FzG3yOvP/AO1Xtyp4tQs5r7v+CcUZUnL4fxO48S6MfHrHxjoJitY7qdoZ7fUryGHy5I1X/VszLuXbt/3aw0+HWvySqn23QBuOM/2xb/8AxdS/HG8uH8bXmmFlSzsWRLaCKNY44dyqzbVX/arzhjtbFGGpVZUlJTsumlzSo6fO7o9o/wCFB+L/APoJ+H//AAO/+tXT6H8IPFthoFra/wBqaN59prUN/Cy3nyqu3ay9OvypXzl9pn/56yf99GvTfAdhNfaL4Z0czSedrXiFZR6eTCqrn/vpm/75rzsXhsbGDvWX/gP/AATajOg5aQ/E7X4qfBbxFqvjLX/EFhfaNHazTSXIilutkg+Xc3y4r583Emuw+MWqLqXxQ8R3lvOzRNfSCPa3ylV+Uf8AoNcWDiu7LadanhlGrLm0XSxhXlCVT3UffPwgP/Fq/DHH/MNi/wDQa6sVxvwtu7Ww+EHh68up0ht4dMhMjyfKq/LXzJ+0V4h1WX4mXssMuoabBJDEY42lKME2DazKvC7vvbfevyDB5BUzXNMRDm5Vd6/M+rq4yOGw0Xa59m0c1+dA1zWV/wCYrff+BL/40/8At3VyCRq19x/08P8A419B/wAQ8qf9BL+7/gnn/wBtx/59n6IXIma3kFuyJKVOwyDKqf8AaFfGv7RHhbxvpPid9Z8V3h1SK7OYLyBf3XsmP4P92un/AGYviXrMfiyHwnrF/NeWN8rC3a4k3NDKFJ4Ldmxj8q+gvid4fg8VeBdW0a5jRzJbPJC2PmSZV3Kw/wCBVwYP2vC2aRo1UpRn18jon/woYZzjpY+D7OWaP/Vlfl/vVclN7cW5EgtyD2NZkfySHPLqeat+ZgdK/VXqz56L0Kd1bywt8/K46KagNWbiTdIc9hVR62jsY1NWMJqa3O1d2PlPeoxgcEZb0pGcng1RnsSSyu3GajQFuO/YetOUcV3fwAjjk+MPhuORA6G7GQ3T7prKvUWHozqv7Kv9xpTXO1Eyfh74XuvE3i/TtHiRgLi5VHYr91OpP5V97k2WjaQeUt7KxtuBnhUjH/xK1JDZ2kBLQWlvCx6mOMKakeNZEKOquhGGVlypr8Q4i4n/ALYqU24csY9O59hgcB9WjLXVn59ePNbvPFHjDVNduUctd3DOo2/dXPyj8BisHyX/ALpH4V+jH9j6N/0CNP8A/AZP8KQ6To//AEB9P/8AAZP/AImvp6XiFQpwUI0HZef/AADzpZJKTu5n54W9qQRI4PsK+2f2dfE48S/DKySaUteadi1uAevH3T/3ztruTo+jtj/iUaf/AOA0f+FTQWlraxlbW1t4N33/AC41XP5dK8XiHiyjnGG9iqLUls7nVgsteFqczlufMn7YnhSSLWNN8V20HyXUf2a6Kj/lov3W/wCBKf8Ax2vBILc9WwmP71fovLDFMhWaGOZfR1yK+fP2zIIYNB8PeTbW0W65mB8uML/Cte/wpxTKt7PL6kPeX2rnJmWXcideMjnf2M2X/hPdXKrjOnev/TRa9b/aj4+C+q/9doP/AEYK8Y/Y9ube08Xa9e3syQW1vpTPNLIcIi+YvJqn8ffi/P41vJND0Vmi0CGUNkrta7dejsP7v91e1dGPynEYviOFaC92Fm3+hFDERoYCz63PGwKdRSiv0K54AopJeSUP4inpwN392mgZ+c9T1qbhYiYVteBteufC/izTtetOZLOZZCv95f4h+IzWS61Gw96VRKpTlTa0ZUJOElJH6L+HNVsdc0Sz1jTJxNaXSLLG/wDT/er58+N3wLu7jUrnxF4Jt0kWUmSfTh8rKc8tH6rz92vPfgl8W9S8B3P2CaJ7/Rpjult8/Mjf3k9PpX1h4O8e+FPF1ss2iavbTyEfNbO2yVfqhr8jrYHMuGcVKthY81OX3W8z6mlWo5hSUanxHwdqel6npVw1vqFjd2Uq9UnhZD+RqtFG7vhVY/QV+jU8Ec67LmCOVPRxmootN0yJt0emWSN6pCqmvTj4j+6ubDu/r/wDleRJbTPiXwH8LPGHi64j+x6ZNa2bffurpNkar+P3v+A19e/DfwZpfgnwymjaefMJ+e5nI+aV/Wuhubq3tYjNdXEVvCPvSTS7QPzrxz4pfHXQ9FtJrLwm/wDa2qbdpuFH+jwN/vD/AFjf+O14+NzPNuJ6iw9Kny0/63Z10sPhsCufm94x/wBq/wAX2i2tr4Ltb4JMxE97t52D/lmv/s1fPH7hYn/09Dn/AGf/AK9VtTurrU9SlvtRe4uLq4zJJLIclj1qt5CssKqkxy35V+n5PlUMswaoR+fqfN4zEyxFZyZ93/B1t/ws8Nvu3ZsI+cfWvmP9rbj4wXH/AF5W/wD6DX018HRt+FvhobNuNPj79etfL37W3/JYLj/ryt//AEGvz3hSNs+xHz/M9/MX/sMPkeSO3NNJzSE+1KTX6vzHzDJbf/XL9RX6N6P/AMgiy/694/8A0Fa/OS3/ANan+8K/RvR/+QPZf9cI/wD0Fa/M/EbWlQt3f6H0WRuymj40/aCcD4xeISbpY2MyZUjn/VrXB+bj/l8Q/hXZ/tFop+MXiB/KdiJkU/Xy1rghCCzhYW+UZ6199lS/2GivJfkeHi/4s/U9j8M39zrvwzs7vTZY7jXPBN19oRAv+usmb5uP9lv/AB3NcZ430pbS+h1HSWxouqKZ7VsZ8vA+aM/7UbfL/wB81m+APEuo+D/E9rrFigJPySQSfdnib70bf7LV6dqunaYmiTa1olpPqngPUpPMu7WMf6Votx/eHp0/3WX5a5WpYOv/AHXt891+q+42j+8j/ePG12xS+WzZVqs2UUl1qEFtGp3ySLGMjqzNWz4i8I3sFq+p6VMNZ0nte2y7vL9po/vRt/vVleGWDeIdMZ+HF3Cp/Blr0KleMqT5TD2TUrM6v4+WFzp/xU1eG6VFc+XINrbht8ta87nUsNw7V6x+1MR/wuXU8f8APC3/APRS1wPh3wzq+uZksrYLbIf311M3lwRf7TSN8tY5dXjLB05T7IvEUv3rSKPhfRrzX9Yt9LsgPNmblm4WNf4mY9lUZP4V7J4eu7XQ11Xx1CpGleH7H+xfDodNoubllOZMf8CeQ/71Zfg/w/He2d1pXhy9MGjxqG1/xPcJ5cexf+WMOT93p8v3m/3a5r4oeLLPXns/D/h2I23h3RUaOxiI+aX+9M3+01YV5SxNT2a26+n+b/I0pxjSXMckjLeZjl4mb/low5NUjGVkeMsoKnB5pFYBcEfN65q3tSWDfEoDr94DvXqbI5L6n1r8PJrybwX4cin+zXF5b6bFJaWpb/RbKPb/AMfd0f4m/ur/APrrwH4+LFc/EW9uLW7vL1GhiZp7ldrzfLy6r2j/ALv+zX0b8HdC/tL4eaGl1aiz0r7PHKYA26TUJv8AnpM3/PPg7Y/++v7p7HXfAfg7WtRbU9X8P2d3cuiq0si5O1RtX+Vfl0eIMPlWYzdRX329T6aeDliMPFRZ8ApINvlScoentTJEMZ9VPRuxr7w/4VP8Of8AoTdJ/wC/bf8AxVIfhR8OdgT/AIQ/TOmM4f8A+Kr1P+IhYH/n3L8P8zl/sKr/ADI+bv2YPB9/rXxEtdZMTJYaS3nyTH7pkAyqj/a/+Jr6+v7iO2sp7iY7YoYmldvQKtRaRpWl6LYR2Ok2FtYWaZwkY2qK8Q/aT+LGnWmgXfhHw5eRXd5dr5d5PA25YU/iTd/eavlMTiMTxPm0HThyxj+C8z0aUKeXYaUZSu2fLssqtdTyLyC7MPpUodWBwc4qk/7xiRwc8CmI+M8V+yKFkfKOWpZm+9UIoDZpu72rREt3GmgUAUE9u1SIfu4rvP2fG/4vF4bHrdj/ANBNcDU9ncz2k6z200kUq/ddG2kfjWeJpfWKE6X8yt95pTlyTUj6m+O/xvs9Him8N+D51m1FhsuL6JsrB/sxsPvN/tV4Qfir8Rv+hw1b/v8AmuM3FqeoVULMcY6D1rzMvyHB4KiqSpp+bVzpxGNq1ZX5jsh8U/iKIt//AAmWrc9vPNM/4Wt8Rv8AocdW/wC/5rjXfc2cdaQV2f2fhP8An1H7kY/Wa38zO0X4q/EU/wDM46t/3/NOX4o/EVmCjxlq2T0HnGuKFTlzbD72JD29KPqGE/59R+5CeJrP7TPZPhd8ctd8PeINnijULvXNLnASUySbpIR/eT/4muq/a11fTNe8E+F9W0e+ju7SW5lKPG3T5F6js1fNDHJqcXlwbYWvnSG3D7/KLHbu9cVwSyDC/XYYylHllHtszo+v1HS9nLUW2ubm3jlihmkjjnUCVVbCuv3sNUZNJmlr2zhEHNSqKaoqzF+7jZ24J4FRKVjSCuRyR5k8vPyjr707b71ZtIyWyTx1apbraqAbV59qhTLcTNk7+1V26g1Pc9l+hzULHkux47VruZSGZNSQyvE+5HdT6o2DUbHPSm0mu5KdjrNO+IPjfT41isfFOrxKvRftLEfkavN8UviHJujfxjrBXbj5bnbXDocMD6U8HMf+8c1g8DhnLmlBfcjX21Tua+p61q2rTx/2lqt/eMfm3T3DP/OqG4GKbCn5m7c0yNv3h/fv8oz9aC2LcDz25NdEIQgrRIuTfIJ2GyTiL1/2aWL7tqP3nLH/ANCpjSDzJj5zfdo8wH7N++br/wCzVoyTqLH4j+OdOs4rCx8Uapb2kH7uGFJzsRP7q1z/AIh1rVPEGpPqOs3097dsoUyytuYgdKz2f73zFvn70zsa56dClSn7SEVf0NHVm48rY09aBQetJWhkSRna4PpXZx/FT4hJGkcfizVFRBgATEcelcV+NPQgsFrOpQpVbe0in6mkak47M09Z1K+1rVJNQ1W5uby7uhukllbcxb/K1TDZWM7X+Tg8Ub2aEFZXO1vWgs3mbC7eW4yOa2jywjyxJbAnazKPugZArqPBni3WvC2ojUdGuhCZF2zQsN0cq/3XX+Ja5R3XAy7MQMYNS2rhWde7HIqKkY1INVFdDpScHdHsWn674D1q5+2295d/D3XD/rJbIs9k7f7q/Mn/AKDXQaV4f1u91S0uYb74e+JU86NmuVaOG4K7h83y7WzXiFmwKY7irOnSR2msWV5ISsUd1G77RwuG6V41bAy5JKnLp11/4P4no0q8XJcyPov4t6DrF34/u761tvBNrA0cWL7VpIzL93urN/7LXnWtXPg6xbzfGXjK98ZTR/6vS9KHk2qN/v427f8AdWsD46+JNK8W/EG91rRZZZLKVIgrSRsjFlXa3y/hXnbO3Y4rPLMvqrDQjUlayWlrP79X+Q8XiYqo+WJ13j3x/qniW3g0uC3t9H0G2/49tLtBthT/AGm/vt/tNXFKdjButSGopK9ynSjBWirI82c3N6jrj5/3oPJ60W8jI4cdRTEb5tuKVhg5HQ1oTsdxZ/Ebx1Z6XDDp3ijULe2gUIsEcmFjX/ZFJJ8VviLlj/wmGrfN/wBNzXEwysjgipJUDDzIxlT94VySy/Cyd3Tj9yNY4isvtHYH4tfEj/ocdW/7/GnH4q/ENlBTxfqoPceea4jH4ijJHap/s3Cf8+o/civrNZ/aZ0etePfGGtW/kap4j1S6iJyUe5Yqfw6VzknzHepz6j0ofDncDg+lN3MvSumnRp0laEbGcqkp7sRWXucN605iGYqcBvX1prqD8y/iKRau5AYxTvvUnzD73IpvSmAuc0lAoqQClHJxSdad0FAEiYRajcljk0hOaSgBRSg4NNFSLhVEhPNAExIgXd/Gfu+1VixJ5xSMxbkmgUAOFFNooAlP1pRTF705WoBE0Q3NipwfMcf3V6VAGKITjlulTQsqDaxwazkaxL0Pyr9arzuHkZxwKSWZCmAarzP8m0HGetQh3IGJZiT3pjH+H0qT5cg7hUPY+9bIzkH8BpvpSmkFMkcOlKn3xTKd/FmgCQBirnb1xT13loR5XX/ZqED/ANDp68Tr8y8e9MCTL7Zv3Xt92mkvuj/dfpSEjYcSKKR1+dPmX1609wGMTkkjGaZmnkcdaYRUgFFFFABTlO1g1NoHWgCwrcyDZ97/AGaQCUorbfu9Plpn3SDSlcuy7l596aQEnzEkbflcetLHnl8YKNxUBGYx7VLgbi24AHpmlJ6FRNC1fJ3Yqy/zIazLdzhh6VZinCqVI/WsDQY3ytk/db5WqtN8rYqe4ZG74zVUtlQuPmHarixSFzTMe9NyRRj3rVamWw1hSq3AFKvemGmArjDVJDKYzx0PWo1Ibg008UAWHGOQeDUTsRwKWN8fK3SmsKAEzzmkooqQDpThzSdaTpVIAooooA//2Q==</binary></FictionBook>
