<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Звоните Манькову! Том 4</book-title><author><first-name>Денис</first-name><last-name>Деев</last-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/denis-deev</home-page></author><annotation><p>Еще вчера, в 2026 году, я был успешным юристом и вел дела на миллионы. Но сегодня вдруг оказался в 1992-м, в своем двадцатилетнем теле. На дворе дикий капитализм и правовой беспредел. А моя семья вынуждена считать копейки на макароны.</p><p>У меня больше нет ни связей, ни репутации. Зато остались опыт, железная хватка и странный «Индекс судьбы», требующий пробиться в Высшую лигу. Законы только пишутся, а бизнес делается на коленке? Отлично! Я покажу, как работают настоящие профессионалы. Вот только... как вообще можно работать без мобильника, принтера и портала Госуслуг?!</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><sequence name="Маньков Великолепный"/><genre>proza</genre><genre>boevik</genre><genre>detektivy</genre><genre>sovremennaia-proza</genre><date value="2026-11-19">19.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-19 22:50:22">19.11.2026 22:50:22</date><id>zvonite-mankovu-tom-4</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Звоните Манькову! Том 4</p></title><section><title><p>Глава 1</p></title><p>Глава 1</p><p>Я возвышался ледяным айсбергом посреди этого бушующего, пахнущего корвалолом моря. Абсолютно невозмутимый и спокойный.</p><p>Зимов, едва положив трубку, зачем-то экстренно вызвонил Степана, и теперь они втроем — красный как рак генерал, перепуганная Люда и хмурый начальник «Рубежа» — судорожно соображали, что же предпринять в сложившейся катастрофической ситуации.</p><p>— Да успокойтесь вы, — крикнул я, перекрывая их гвалт. — Всё, выдыхаем. Дело с ЦКИБом можно официально считать закрытым.</p><p>— Да⁈ — взревел Зимов. — А вот тебе кукиш, Маньков! Я этого так просто не оставлю! Заводы они, понимаешь, по своим карманам решили рассовать! Народное имущество на куски порвать! Я до Москвы дойду! Я такой порядок в областной администрации наведу, мало не покажется! Прокурорское расследование инициирую! Расстрельные команды отправлю!</p><p>— Юрий Иванович, — я мягко, но с нажимом повторил: — Выдохните.</p><p>— Да как… да вообще… — генерал тяжело дышал, одергивая китель. — Они себя кем возомнили⁈ Бизнесмены хреновы! Хапают и хапают! Никак не нажрутся, всё им мало!</p><p>Еще до того, как Зимов сбросил звонок, у меня возникло стойкое предчувствие, которое генерал своими криками только подтвердил. Очередной завод решила прибрать к рукам молодая и голодная команда губернатора. И я ни на секунду не сомневался, что мой старый знакомый Свиридов в этом рейдерском захвате поучаствовал самым активным образом. Схема-то классическая, понятная и обкатанная: убирают непокорную старую гвардию, а на ее место сажают своих, ручных «птенцов».</p><p>— Ну и пусть хапают! Подавятся, — отмахнулся я. — Вы своего знакомца Филиппа Васильевича плохо слушали. Он же вам с невероятной гордостью рассказывал, как они тамдесятки стволов делят. Десятки! Это же курам на смех. Не наш это уровень, Юрий Иванович. Плюньте и разотрите.</p><p>Степан, дитя суровых девяностых, неуверенно поскреб подбородок:</p><p>— Ну, Олег… десять ружей — это уже хорошая прибыль…</p><p>— Слезы это, Степа. Копейки, — отрезал я. — Не стоит из-за них глотки рвать, нервы жечь и в Москву по кабинетам ездить. Нафиг нам вообще все эти подковерные игры, дележки и блат. Нам нужны поставщики совершенно другого класса. Такие, чтобы всё работало как швейцарские часы: мы им деньги — они нам товар. И без вот этого вот извечного советского политеса.</p><p>Люда, до этого сидевшая ни жива ни мертва, робко подала голос:</p><p>— И где же таких взять?</p><p>— Я над этим работаю, — уверенно заявил я.</p><p>На самом деле никакого подтверждения от Влада я еще не получил. Выгорит польский канал или не выгорит — бабка надвое сказала. Но своих дорогих сотоварищей нужно было срочно успокоить, задать им цель и показать перспективу, чтобы они не опустили руки и не погрязли в унынии.</p><p>Зимов недоверчиво прищурился:</p><p>— Когда результат будет?</p><p>— Завтра доложу, — пообещал я, не моргнув глазом. — И еще кое-что узнать хотел… Товарищ генерал, у вас случайно знакомых на таможне нет?</p><p>Генерал мгновенно подобрался, сменив гнев на профессиональное любопытство:</p><p>— Решил буржуйское добро таскать?</p><p>— Не таскать, а обеспечивать насущные потребности населения в качественной продукции, — поправил я его с легкой усмешкой. — Так что со знакомыми, Юрий Иванович?</p><p>Генерал с сожалением развел руками.</p><p>— Вот тут, к сожалению, Маньков, ничем тебе помочь не могу. Таможня — это закрытая епархия. Государство в государстве. Менты, армейские, прокурорские — здесь я свои рычаги имею и подсобить могу. А там… Там свои законы и свои генералы.</p><p>Про таможню я спросил совершенно не ради праздного интереса. Я прекрасно помнил, как у Влада в свое время намертво завис товар. Четкий и исполнительный поставщик — это, конечно, прекрасно. Но возможность внезапных сюрпризов от родного государства нужно было минимизировать. Без надежной «волосатой лапы» в таможенных структурах любая, даже самая выгодная поставка может в мгновение ока превратиться в кучу неразрешимых проблем и принести сплошные убытки, а то и уголовное дело.</p><p>Я начал напряженно прокручивать в голове варианты, как можно аккуратно залезть в эту специфическую кухню. Вспомнил даже то самое бандитское кафе, где мне популярно объяснили правила игры и предложили для начала заиметь миллион, а уже потом соваться в серьезные дела. Ну что ж, миллион-то у меня теперь есть. Вот только доверия местному криминальному контингенту — абсолютный ноль. Кинут и глазом не моргнут. Но что делать? Других рабочих вариантов на горизонте всё равно не предвиделось.</p><p>И тут Люда подала голос:</p><p>— У меня… есть один человек.</p><p>Мы втроем синхронно повернули головы и уставились на нее.</p><p>— И? — поторопил я. — Не томи!</p><p>— Ну, он… такой… — девушка замялась, теребя край папки с бесполезным теперь договором.</p><p>— Какой? — нахмурился Зимов.</p><p>— Криминальный элемент, — выдохнула Люда.</p><p>Степан набычился:</p><p>— Уголовник, что ли?</p><p>— Хуже, — она обвела нас взглядом. — Авторитет.</p><p>Брови Зимова поползли вверх, скрываясь где-то в седых волосах.</p><p>— Людмила, позвольте полюбопытствовать, — с интонацией следователя на допросе произнес генерал. — Откуда у такой приличной девушки, как вы, в знакомцах значится вор?</p><p>— Сосед бывший! — мгновенно сориентировалась Люда.</p><p>— А-а-а… — понимающе протянул Зимов, сразу растеряв весь свой обличительный запал. Соседский фактор в нашей стране объяснял абсолютно всё. С кем в коммуналке или на одной лестничной клетке вырос, с тем и общаешься. — Тогда понятно. Ну что ж, попробуй переговорить со своим бывшим соседом. Я, со своей стороны, тоже попробую клич кинуть по старым каналам. Вдруг кто-нибудь да и найдется. Но вообще… кошмар, конечно. Дожили.</p><p>— Что именно кошмар? — не понял я.</p><p>— Живем в Туле! В оружейной столице! — генерал в сердцах всплеснул руками. — И вынуждены теперь оружие из-за бугра возить! Позорище!</p><p>Я с огромным трудом сжал челюсти, чтобы удержаться от комментариев. Знал бы Юрий Иванович, что ждет страну буквально через год-другой. Скоро рухнут последние барьеры, и на наш неискушенный рынок хлынет такой бесконтрольный поток импорта, что заграничные товары перестанут быть хоть какой-то диковинкой. Причем на любые деньги и вкус: от жуткого китайского ширпотреба до действительно крутых, фирменных вещей. Очень скоро таскать товар «из-за бугра» станет не просто нормой, а основой всей экономики страны.</p><p>Но зачем травмировать психику заслуженного советского генерала раньше времени? Ему на сегодня и так новостей хватит.</p><p>Степан, как человек сугубо практичный и отвечающий за безопасность, тут же нахмурился: — Слушайте, если вы к этому вору поедете… вам силовое прикрытие нужно будет?</p><p>— Нет, ты что? — Люда замахала руками. — Всё будет нормально. Со мной же Олег поедет.</p><p>Я аж поперхнулся от такого безграничного доверия к моим «боевым» навыкам.</p><p>— Да? Спасибо, конечно. Но, может быть, взять с собой Кабана хотя бы? Для солидности?</p><p>Соваться в не пойми какую малину мне одному, да еще и в компании красивой девушки, совершенно не хотелось. Раз уж у нас в штате имеются профессиональные амбалы с квадратными челюстями, то было бы верхом глупости не брать их с собой на такие специфические выезды.</p><p>— Нет-нет, — упрямо мотнула головой Люда. — Он нормальный.</p><p>Ничего не поделаешь, пришлось сделать вид, что я поверил девушке на слово. Но выговор я ей всё равно сделал, едва мы вышли из кабинета Зимова и направились по коридору в свою часть крыла.</p><p>— Ты зачем от помощи Степана отказалась⁈ — зашипел я на нее. — Ты вообще понимаешь, куда мы едем? К криминальному авторитету!</p><p>— Нам ничего не грозит, — отмахнулась Люда. — Да и знаешь ты этого вора.</p><p>Я остановился как вкопанный. Мозг начал судорожно перебирать в памяти немногочисленные контакты из криминального мира. Вроде бы в девяносто втором ни с кем из серьезных тульских уркаганов в этой реальности я пересечься еще не успел. В прошлой-будущей жизни — да, приходилось по долгу службы разруливать всякое, но здесь-то откуда⁈</p><p>Люда, не обращая внимания на мой ступор, толкнула дверь нашего кабинета:</p><p>— Всё, я пошла. Сейчас созвонюсь с ним и договорюсь о встрече.</p><p>Она скрылась за дверью. Проходящий мимо меня по коридору Степан притормозил и вполголоса предложил:</p><p>— Олег, может, вас всё-таки докинуть до места? Мало ли…</p><p>— А давай! — с облегчением выдохнул я, моментально забывая про Людкины гарантии безопасности. — Ну их нафиг, эти приключения на ровном месте. Жди нас внизу.</p><p>— Добро. «Вальтер» свой возьми на всякий случай, — серьезно посоветовал безопасник.</p><p>— Точно.</p><p>Я кивнул ему вслед. Какой-то осознанной подлянки или засады от Люды я, конечно, не ожидал — она девчонка надежная, не из тех, кто плетет многоходовочки с бандитами. Но береженого, как говорится, Бог бережет. А в лихие девяностые береженого бережет еще и заряженный газовый ствол во внутреннем кармане пиджака.</p><p>Уже по дороге я сказал Степану спасибо раз десять, не меньше. Без него мы бы бесконечно кружили по этому малознакомому для меня району с очень говорящим названием — Криволучье. Глядя на проплывающие за окнами нашего желтого такси пейзажи, я понял, что сюда лучше без навигатора и телохранителя не соваться.</p><p>Степан на роль персонального бодигарда подходил идеально, а вот с навигацией в девяносто втором году была настоящая беда. Хоть по пачке «Беломора» дорогу ищи!</p><p>Райончик выглядел на редкость депрессивно, являя собой классический пролетарский пейзаж на окраине промышленного города. Унылые ряды одинаковых обшарпанных панелек и потрескавшихся кирпичных хрущевок. Разбитый в хлам асфальт, глубокие лужи, покосившиеся заборы и угрюмые, плохо освещенные дворы.</p><p>В очередной раз свернув не туда, Степан притормозил возле одинокой прохожей, торопливо идущей по обочине.</p><p>Я опустил стекло:</p><p>— Девушка! Подскажите…</p><p>Девушка, даже не обернувшись, вжала голову в плечи и перешла на полубег, стремительно удаляясь от нашей «Волги».</p><p>— Вот ведь дура пугливая, — тихо проворчал я, закрывая окно.</p><p>— Ничего не дура! — шепотом, но горячо вступилась Люда. — Был бы ты девушкой и шел бы один по такому райончику — от каждой тени бы шарахался!</p><p>Она решительно распахнула дверь, выскочила из машины и легкой трусцой догнала беглянку.</p><p>— Девушка, простите пожалуйста! — окликнула она ее. — Не подскажете, где здесь ДК завода комбайнов?</p><p>Увидев, что к ней обращается прилично одетая девушка, а не братки из машины, прохожая наконец-то вступила в диалог.</p><p>— Ой, да вы вообще в другую сторону едете, — она махнула рукой в обратном направлении. — Разворачивайтесь. Доедете до первого перекрестка, там направо. Потом всё время прямо-прямо, и на светофоре налево. Там упретесь в сквер. ДК прямо в нем.</p><p>— Спасибо вам большое! — искренне поблагодарила Люда и вернулась в салон.</p><p>Мы развернулись и поехали строго по инструкции: направо, прямо, налево. В какой-то момент асфальт стал совсем паршивым, пейзаж за окном помрачнел, и мы с Людой уже начали всерьез думать, что снова заблудились. Но тут улица действительно уперлась в обещанный сквер.</p><p>Правда, на классический сквер это место походило меньше всего. Больше оно напоминало дремучую непролазную чащу. У города закончились деньги на благоустройство, и за деревьями с кустарниками бросили ухаживать еще на заре перестройки. Ветви сплелись в плотный навес, сквозь который едва пробивался свет, а от асфальтовых дорожек остались лишь воспоминания, скрытые под слоем прелой листвы и грязи.</p><p>Степан заглушил мотор и недоверчиво огляделся по сторонам. Мы припарковались у самого края этих зарослей.</p><p>— Не нравится мне тут, — мрачно констатировал Степан, постукивая пальцами по рулю. — Оставим машину без присмотра — ее в этом районе мигом разуют и на кирпичи поставят.</p><p>— Да брось, Степа, сейчас же вроде день, — попытался я его успокоить. Мне совершенно не улыбалось идти сквозь эти «джунгли» без охраны. — И потом, мы же туда и обратно. Одна нога здесь, другая там. Не успеют.</p><p>Степан тяжело вздохнул, нехотя заглушил мотор желтой «Волги», проверил, заблокированы ли двери, и пошел с нами. Правда, он поминутно оглядывался через плечо на оставленную машину, словно ожидая, что местные умельцы начнут скручивать колпаки прямо у него на глазах.</p><p>Мы углубились в сквер. Реально, еще немного — и нам бы понадобилось мачете, чтобы прорубаться сквозь эти дикие заросли акации, бузины и клена. От некогда культурных асфальтированных дорожек остались только направления, густо засыпанные гниющими листьями, битым стеклом и окурками. Но, аккуратно лавируя по одному из таких направлений, мы наконец вышли на широкую площадь и добрались до самого ДК.</p><p>Здание Дворца культуры завода комбайнов представляло собой монументальный памятник советского классицизма, который сейчас медленно, но верно умирал вместе с эпохой. Это была внушительная постройка с высоким портиком и рядом массивных, некогда белоснежных колонн. Сейчас же фасад выглядел так, словно здание пережило затяжную осаду. Штукатурка пошла глубокими трещинами, а кое-где и вовсе обвалилась целыми пластами, обнажив серую, выветренную кирпичную кладку.</p><p>По парадным стенам змеились белесые соляные разводы, похожие на засохшие потеки слез. Венчал всю эту тоскливую архитектурную композицию тяжелый лепной герб СССР на фронтоне. Колосья вокруг земного шара местами покрошились, красная краска выцвела до грязно-бурого цвета.</p><p>Центральные стеклянные двери парадного входа были наглухо заперты изнутри и для надежности прихвачены ржавой цепью с амбарным замком. Зато сбоку, возле служебного крыльца, обнаружились явные признаки жизни — пара затонированных вишневых «девяток» и стайка крепких, коротко стриженных парней в кожаных куртках, лениво лузгающих семечки.</p><p>— Нам, судя по всему, туда, — я кивнул в сторону служебного входа, зачем-то нащупывая сквозь куртку рукоять «Вальтера».</p><p>Мы подошли к крыльцу. Парни в кожанках тут же перестали лузгать семечки. Взгляды у них были тяжелые, цепкие, профессионально оценивающие, кто мы такие и стоит ли с нами вообще разговаривать.</p><p>Один из быков — с квадратной челюстью и лицом, не обезображенным лишним интеллектом, — сплюнул шелуху под ноги, шагнул вперед и небрежно преградил нам дорогу.</p><p>— Тормози. Нам сказали, что только двое будут. Пацан и телка. А вас тут трое нарисовалось.</p><p>Степан вышел вперед:</p><p>— А какая разница? Двое, трое… Тебе жалко, что ли?</p><p>Быки у «девяток» тоже перестали жевать и напряглись. Я понял, что еще секунда, и эти «гладиаторы» начнут выяснять отношения прямо здесь, на ступеньках, сорвав нам важнейшие переговоры. Надо было гасить конфликт в самом зародыше.</p><p>— Спокойно, парни, — я мягко, но уверенно положил руку Степану на плечо. — Договаривались двое — значит, двое. Зайдем вдвоем. Я — тот пацан.</p><p>— А я — телка, — неожиданно звонко и с абсолютно невозмутимым видом подтвердила Люда из-за моей спины.</p><p>Я едва не поперхнулся от такой самопрезентации, но лицо сохранил каменным. Бык тоже слегка завис, переваривая услышанное, затем усмехнулся и коротко мотнул головой в сторону двери: — Проходите.</p><p>Я повернулся к нашему безопаснику, который всё еще буравил местную фауну тяжелым, недобрым взглядом.</p><p>— Степа, ты нас лучше возле машины подожди, — тихо сказал я, убивая сразу двух зайцев: давая ему повод отступить без потери лица и заодно напоминая о его переживаниях о машине. — Мы недолго.</p><p>Степан еще несколько секунд задумчиво разглядывал братков, словно прикидывая в уме, скольких успеет вырубить, если начнется заварушка, затем неохотно кивнул, развернулся и зашагал обратно в сквер.</p><p>От группы «смотрящих» отделился еще один амбал, постарше и покрепче первого. Он распахнул перед нами обшарпанную дверь служебного входа.</p><p>— Топайте за мной, — бросил он, шагая в полумрак коридора.</p><p>Не забудьте добавить новый том в библиотеку! А также высказать свое мнение о нем в комментариях)</p></section><section><title><p>Глава 2</p></title><p>Глава 2</p><p>Служебный коридор старого ДК встретил нас гулким эхом шагов, запахом сырости и облупившейся зеленой масляной краской на стенах. Мы шли за нашим провожатым по этому тускло освещенному лабиринту, пока впереди не замаячил свет и не послышался оглушительный грохот.</p><p>Вскоре мы вышли в огромное помещение. Раньше здесь располагался крытый спортивный бассейн. Сейчас же тут вовсю кипели ремонтные работы.</p><p>Высокие стены зала когда-то украшала красивейшая мозаика на спортивную тематику — мускулистые пловцы, чайки и синие волны. Но сейчас хмурые рабочие в заляпанных робах остервенело сшибали эту красоту зубилами и кувалдами. Пыль стояла непроглядным столбом. На смену настоящему, кропотливому искусству приходил писк коммерческой моды девяносто второго года — дешевые, безвкусные, но зато ослепительно белые турецкие панели. Тот самый зарождающийся дикий «евроремонт», из-за которого в стране совсем скоро уничтожат тысячи интерьерных шедевров, зашивая всё в бездушный пластик. Для Тулы образца девяносто второго года это был абсолютный шик и показатель статусности владельца.</p><p>В самом центре зала зияла огромная прямоугольная чаша бассейна. Воды в ней, разумеется, не было. Старую голубую плитку со стенок уже содрали, обнажив шершавый, неровный серый бетон.</p><p>Наш провожатый остановился на самом краю и небрежно кивнул вниз:</p><p>— Спускайтесь.</p><p>Он указал на вертикальную металлическую лестницу, намертво вмурованную в бортик. Я заглянул за край. Там, внизу, на самом дне этой бетонной ямы, стояла небольшая группа людей и о чем-то негромко переговаривалась.</p><p>Спускаться в замкнутое пространство к криминальным авторитетам мне совершенно не улыбалось. Это выглядело слишком уж кинематографично и слишком опасно. На дне бассейна отстреливать или забивать неугодных арматурой — милое дело, даже кровь потом смывать легко.</p><p>— А можно мы здесь подождем? — я включил дурака, с надеждой глянув на быка. — Мы не торопимся.</p><p>— Нет, — отрезал амбал, скрестив руки на груди. — У него нет на это времени. Спускайтесь.</p><p>Спорить было бессмысленно. Я вздохнул, ухватился за холодные металлические поручни и быстро полез на дно. Для меня это не составило никакого труда.</p><p>А вот Люде пришлось нелегко. Ее стильные сапожки на каблуках были явно не лучшей обувью для подобных альпинистских подвигов. Девушка сдавленно охнула, неуверенно нащупывая носком узкую металлическую ступеньку.</p><p>— Давай, не бойся, я держу! — я встал прямо под ней, направляя ее ноги и страхуя за талию, чтобы коммерческий директор нашего холдинга не спикировала на бетон спиной вперед.</p><p>С горем пополам она преодолела этот спуск. Когда ее нога наконец твердо коснулась усыпанного строительным мусором дна, Люда судорожно выдохнула и поправила растрепавшиеся волосы.</p><p>Мы переглянулись, я ободряюще кивнул ей, и мы вместе, хрустя крошкой под подошвами, направились к собравшейся в центре бассейна кучке людей.</p><p>Спиной к нам, заложив руки за спину, стоял мужчина в длинном черном кожаном плаще и надвинутой на лоб шляпе. Перед ним, нервно переминаясь с ноги на ногу, выстроилась небольшая толпа рабочих в заляпанных краской и цементом спецовках.</p><p>— Вы мне когда обещали всё тут доделать? — негромко, но так, что эхо разнеслось по всей бетонной коробке, спросил человек в шляпе.</p><p>От лица рабочих вперед шагнул невысокий, коренастый мужик в оранжевой каске. Судя по всему, прораб.</p><p>— Ну… у нас по графику еще неделя осталась… — неуверенно промямлил он.</p><p>Мужик в плаще хмыкнул. Да и Люда мне заранее сообщила, к кому мы едем. Этот персонаж сначала помогал нам со Степаном продать «Чайку». А потом Люду на счетчик поставил из-за утраченных баксов.</p><p>Рудик широким жестом обвел окружающее пространство, указывая на голые стены и кучи строительного мусора.</p><p>— Неделя. Скажи мне, уважаемый, как думаешь, вы за эту неделю управитесь?</p><p>— Напряжемся, — прораб стянул каску и вытер вспотевший лоб рукавом. — Постараемся.</p><p>Мы с Людой подошли чуть ближе. Я поймал взгляд Рудика, когда он повернул голову, и коротко кивнул ему — мол, здорово, помнишь меня? Он скользнул по мне цепким взглядом, чуть прищурился, явно узнавая, но отвлекаться от воспитательного процесса не стал. В чужую беседу я благоразумно решил не лезть.</p><p>— Стараться, дорогой мой, вы должны там. У себя в тресте, где вы на зарплате сидите и штаны протираете, — обманчиво мягко продолжил авторитет. — А здесь вы должны сдавать объект точно в срок. Понял?</p><p>Мужик в каске понуро кивнул.</p><p>— Ты деньги у меня брал? На материалы, на аванс рабочим? — напирал Рудик.</p><p>Строитель снова обреченно кивнул.</p><p>— Я тебе всё отдал? Отдал. Копейка в копейку.</p><p>— У нас форс-мажор был! — вдруг выпалил прораб, видимо, недавно выучивший это модное коммерческое слово. — Проводка старая, замкнуло…</p><p>— Ты мне тут воду не лей, — жестко оборвал его Рудик.</p><p>— Да! И воды ведь тоже десять дней не было! — отчаянно ухватился за спасительную соломинку прораб. — Трубу на трассе прорвало! А как нам раствор без воды замешивать⁈</p><p>— Как хочешь, дорогой! От колонки ведрами таскай, цистерну пожарную заказывай, хоть сам туда плюй! Как хочешь, так и меси. И знаешь что? Если ты и твои друзья-строители этот объект мне вовремя не сдадут, то я вас сам в этот раствор замешаю! Да-да, вот прямо тут, на дне этого бассейна. Залью в бетон, и сверху красивой плиточкой выложу. Икебана будет.</p><p>Строитель на глазах побледнел, став цветом почти как тот самый бетон.</p><p>— Мы… мы очень постараемся…</p><p>— Старайся. По ночам работай, прожектора ставь, но ровно через неделю я приеду с приемкой. И если что не так — воду и раствор я с собой привезу, — Рудик сделал паузу, давая угрозе осесть в мозгах рабочих. — Ты хоть понимаешь, кто здесь отдыхать будет? Чью ты базу сейчас строишь? Тут «пролетарские» базироваться будут. Ребята приедут с тяжелой работы, уставшие, им расслабиться надо. И что я им скажу? Что у тебя, сопливца, воды не было и проводка погорела, так, брат? Не-е-ет, так дела не делаются. Ты меня услышал?</p><p>Строитель испуганно закивал с такой скоростью, что чуть не выронил каску, и тут же начал пятиться, уводя свою бригаду обратно к лесам.</p><p>А я стоял и слушал этот диалог с искренним восхищением. Вот ведь бандиты борзеют! Целый заводской ДК себе под личный санаторий захапали! Хотя, если отбросить эмоции, почему бы и нет? Схема-то гениальная. Будь у меня такая возможность, я бы тоже не отказался. В административном крыле можно было бы сделать шикарные рабочие кабинеты для холдинга, а тут, на месте бассейна — сауну, джакузи, бильярдную, массажные кабинеты для ВИП-клиентов… И ведь всё это огромное здание Рудик, скорее всего, выкупил у загибающегося завода комбайнов за сущие копейки. Сейчас руководство завода только радо избавиться от непрофильного актива, который жрет кучу денег на отопление и коммуналку, а в ответ не приносит ни рубля. Это потом, через пяток лет, стоимость такой коммерческой недвижки взлетит до небес.</p><p>Рудик, закончив с воспитанием бригады, неспешно повернулся к нам. На его лице не дрогнул ни один мускул.</p><p>— Люда, — произнес он вместо «здрасьте», смерив нас немигающим взглядом. — Ты зачем своего жениха сюда привела?</p><p>Девушка, и без того напуганная разыгравшейся перед нами сценой со строителями и обещаниями закатать людей в бетон, заметно стушевалась.</p><p>— У него… дело к вам есть, — чуть дрогнувшим голосом ответила она, невольно делая полшага за мою спину.</p><p>Рудик перевел взгляд на меня и нехотя протянул свою широкую ладонь.</p><p>— Как тебя зовут? Забыл, — бросил он.</p><p>— Олег, — я крепко пожал жесткую ладонь, стараясь, чтобы мое рукопожатие не казалось ни слишком вялым, ни вызывающе сильным.</p><p>Авторитет кивнул, отпуская мою руку, и снова посмотрел на мою спутницу.</p><p>— Не приводи его больше, слышишь?</p><p>Люда растерянно хлопнула ресницами, не зная, что ответить, но за нее вступился я, стараясь, чтобы голос звучал максимально спокойно и уверенно:</p><p>— Рудик, а что я вам плохого сделал? Вроде всегда же нормально общались.</p><p>Мужчина в шляпе усмехнулся, но улыбка совершенно не отразилась в его холодных глазах.</p><p>— Я как тебя встречаю, так потом деньги теряю. Примета у меня теперь такая.</p><p>Я искренне удивился.</p><p>— Погодите-ка. Это когда такое было?</p><p>— Когда Люде долг простил, — сухо сообщил Рудик.</p><p>— Ну, вы же его потом с тех «торпед», которые у меня машину покупали, удержали? — парировал я, припоминая нашу прошлую сделку и тех незадачливых братков, пытавшихся меня прессовать. — Или вы их тогда так и не нашли?</p><p>— Нашел, — лицо авторитета потемнело. — Наказал. Но всё равно — это лишние телодвижения и лишние хлопоты. А я суету не люблю.</p><p>— В этот раз никаких лишних хлопот точно не намечается, — твердо пообещал я, выдерживая его тяжелый взгляд. — Исключительно взаимовыгодное сотрудничество. Только прибыль.</p><p>Рудик смерил меня долгим, изучающим взглядом. В гулкой тишине пустого бассейна было слышно только, как где-то наверху рабочие продолжают робко позвякивать своими инструментами, боясь лишний раз стукнуть кувалдой.</p><p>— Правду говоришь? — наконец произнес авторитет, чуть склонив голову набок. — Смотри, пацан. Если врешь или, не дай бог, подставить меня хочешь… Бассейн тут большой. Глубокий. Здесь много кого уложить можно. Плотно ляжете, в один слой.</p><p>Он выдержал театральную, откровенно давящую на психику паузу, а затем коротко кивнул:</p><p>— Что за дело у тебя? — Рудик чуть склонил голову набок. — Выкладывай.</p><p>— Мне нужен контакт на таможне, — прямо ответил я, глядя ему в глаза.</p><p>— Для чего? — авторитет прищурился, сканируя мое лицо. — Что возить собрался?</p><p>Врать или вилять было абсолютно бессмысленно. Рудик всё равно узнает, что именно за товар лежит в фурах, ровно в тот момент, когда они пересекут границу. Если у него и правда есть «свой» человек на таможне, то декларации он прочитает раньше меня.</p><p>— Оружие, — коротко ответил я.</p><p>Лицо Рудика мгновенно стало злым. Глаза превратились в две колючие щели.</p><p>— Да ты с ума сошел, брат! — резко, с угрозой бросил он. — Ты с улицы приходишь ко мне и просишь помочь тебе нелегальные пушки возить⁈ Ты за дурака меня держишь⁈ Думаешь, я под статью из-за сопливого коммерсанта подпишусь?</p><p>— Не пушки! — торопливо перебил я его, пока он не отдал приказ своим быкам выкинуть нас из ДК по частям. — Оружие. Исключительно гражданское. Охотничье, спортивное. У нас всё абсолютно легально, на руках есть все необходимые разрешения от МВД и лицензии. И даже собственный магазин.</p><p>Рудик чуть сдвинул шляпу на затылок, и в его взгляде мелькнуло откровенное недоверие.</p><p>— Свой оружейный магазин?</p><p>— Да. При городском ДОСААФ, — веско добавил я.</p><p>По Рудику сразу было видно — человек он крайне осторожный, тертый жизнью. Втянуть такого в дешевый блудняк было нереально, он просчитывал каждый шаг.</p><p>— А если я прикажу своим пацанам проверить то, что ты мне сейчас напел?</p><p>— Проверяйте сколько хотите, — я спокойно развел руками. — Можем прямо сейчас вместе поехать в ДОСААФ. Сами всё увидите. И ремонт, и сейфовую комнату, и бумаги с печатями.</p><p>Рудик помолчал, обдумывая мои слова. Затем вдруг недовольно поморщился, словно от зубной боли.</p><p>— А что ты мне всё «выкаешь»?</p><p>Я слегка опешил от такой резкой смены темы.</p><p>— В смысле? Культура общения, субординация…</p><p>— Засунь свою субординацию знаешь куда? — негромко, но веско перебил меня авторитет, шагнув вплотную. — Ты мне в ученики не годишься, а я тебе не профессор в институте. Запомни, пацан: нормальные, серьезные люди всегда на «ты» общаются. «Ты» — это доверие. Понял? Это значит, что мы с тобой на одной земле стоим, глаза в глаза смотрим и за свой базар на равных отвечаем. Без шелухи.</p><p>Он выразительно ткнул пальцем в мою сторону.</p><p>— А на «вы» только твари двуличные разговаривают. Чинуши кабинетные, фраера дешевые да прокурорские. Они тебе в лицо с улыбочкой «вы, уважаемый, присаживайтесь», а сами за спиной уже нож точат или дело шьют. Так что давай без этого гнилого комсомольского политеса. Договорились?</p><p>— Договорились… Рудик, — кивнул я, принимая правила игры. В его извращенной бандитской логике действительно было свое рациональное зерно.</p><p>— Вот и лады, — авторитет удовлетворенно хмыкнул. — Значит, магазин при ДОСААФе… Ладно. Если не врешь, дело может выгореть.</p><p>— Что я с этого иметь буду? — прищурился Рудик.</p><p>— Ну, мы готовы вам… то есть тебе, — вовремя поправился я, — выплатить солидную компенсацию за…</p><p>— Опять ты не понял, с кем говоришь, — разочарованно перебил меня Рудик, покачав головой. — Мне твоя разовая компенсация не уперлась. Это тебе не тачку продать. Если я в серьезное дело влезаю, рискую своими каналами и людьми, мне процент нужен. Доля.</p><p>Опа! А вот к такому повороту я оказался совершенно не готов. Опять не учел суровые нюансы отечественной коммерции начала девяностых. Здесь же в любой схеме каждое, даже самое мелкое звено цепи требовало свою долю. Таможне отстегни, бандитам за крышу занеси, ментам за спокойствие отдай, чиновнику за подпись конверт сунь. Оттого, кстати, и розничные цены на импорт в итоге получались просто конскими — там отдай, тут заплати, а в минус работать никто не хочет.</p><p>Но главная проблема заключалась даже не в жадности. Проблема была в том, что оружейный магазин — это стопроцентный бизнес Зимова. Я в нем участвую исключительно на правах приглашенного консультанта и идейного вдохновителя. У меня нет абсолютно никаких полномочий разбрасываться генеральской прибылью и раздавать доли криминалитету.</p><p>Однако, если я сейчас включу заднюю и честно блея скажу: «Ой, ты знаешь, я ничего не решаю, я всего лишь мальчик на побегушках, мне надо у старших спросить» — это будет полное фиаско. Рудик тупо повернется ко мне спиной и прикажет своим здоровякам вышвырнуть нас из ДК, навсегда закрыв эту дверь. Он только что сам повысил мой статус, предложил говорить на равных, «глаза в глаза», и мне было категорически негоже ронять лицо и расписываться в собственной несостоятельности.</p><p>Надо было срочно импровизировать. Мозг заработал на предельных оборотах, выстраивая спасительную конструкцию. Я выдержал короткую паузу, словно просто прикидывал цифры в уме, и спокойно посмотрел на авторитета.</p><p>— Процент — это справедливо, — невозмутимо кивнул я, ни мускулом не выдав своего внутреннего напряжения. — Любая качественная работа должна достойно оплачиваться. Но давай сразу обозначим берега, Рудик, чтобы потом непоняток не было.</p><p>Авторитет заинтересованно вскинул брови:</p><p>— Ну давай, обозначай.</p><p>— Ты получаешь долю не от самого магазина. Магазин и всё, что продается внутри страны — это вотчина генерала ДОСААФ, туда я тебя при всем желании не пущу, там погоны всё контролируют. Но! — я поднял указательный палец. — Мы делаем тебя полноправным партнером в логистической цепочке. Ты получаешь свой твердый процент с чистой прибыли откаждой зарубежной партии, которая пройдет через твой канал. Без задержек, без конфискаций и без проблем с таможней. Товар пересек границу, лег на наш склад — ты получил свою долю. И так с каждой фуры. Как тебе такая схема?</p><p>Рудик думал. Этот напряженный мыслительный процесс явно отражался на его рубленом лице. Он молча прикидывал варианты, взвешивал риски, просчитывал, где именно в этой схеме он может подставиться под удар, а где я могу попытаться его нагреть.</p><p>Наконец, выстроив в голове конструкцию, которая, по его мнению, была достаточно безопасной и прибыльной, авторитет протянул мне руку.</p><p>— Пять процентов от стоимости груза, — веско уронил он.</p><p>Я опустил взгляд на его холеную ладонь с татуировками, но отвечать на рукопожатие не спешил.</p><p>— Три, — ровным голосом произнес я.</p><p>— Борзеешь, пацан, — недобро прищурился Рудик. Его рука, всё еще висящая в воздухе, чуть напряглась.</p><p>— Ни грамма, — я спокойно посмотрел ему прямо в глаза. — Ты пойми, мы же не наркоту возим. И не брюлики в заднице через границу тащим. Во-первых, как я и говорил, по бумагам у нас всё будет легально. Твоим людям не придется прятать контрабанду под двойным дном. Во-вторых, прибыль в этом бизнесе не такая огромная, как тебе кажется. Там налоги, тут логистика, магазину тоже на что-то жить надо. Всё, что мы реально можем дать, не пуская бизнес по миру — это три процента от стоимости груза. Но зато — честно, стабильно и постоянно. Поток будет хороший, я тебе гарантирую.</p><p>Рудик молчал. Он не торопился давать ответ, сверля меня оценивающим взглядом. Руку он, впрочем, не убрал.</p><p>А я стоял с непроницаемым лицом опытного переговорщика, пока внутри меня всё обрывалось. Мозг лихорадочно крутил цифры, пытаясь свести дебет с кредитом. Вывезет ли вообще наш товар эти лишние три процента расходов сверху? Не съест ли эта бандитская доля всю генеральскую прибыль? Я ведь даже окончательных закупочных цен от Влада еще не видел! Я раздавал проценты от бизнеса, которого по факту еще не существовало!</p></section><section><title><p>Глава 3</p></title><p>Глава 3</p><p>— Три процента, — медленно повторил Рудик, чуть пошевелив пальцами всё еще протянутой руки. На его губах вдруг промелькнула скупая, но вполне искренняя усмешка — кажется, моя наглость и нежелание прогибаться пришлись ему по вкусу. — Уговорил, языкастый. Пусть будет три. Но с прицепом.</p><p>Он загнул один палец на свободной руке.</p><p>— Первое. Мой человек на таможне будет видеть все ваши инвойсы. Реальные закупочные цены, а не те бумажки, которые вы там для налоговой нарисуете. Узнаю, что пытаешься занизить стоимость груза и крысить мою долю — разницу вычту из твоего здоровья.</p><p>— Справедливо. Мухлевать не собираюсь, — кивнул я.</p><p>Рудик загнул второй палец:</p><p>— Второе. Расчет — наличными долларами, день в день. Фура прошла пост, товар упал на склад — вечером мои три процента должны лежать здесь. Никаких «завтра», «в кассе нет нала» или «подожди, пока мы эти ружья продадим». Твои проблемы с оборотными средствами меня не волнуют.</p><p>— Принимается.</p><p>— И третье, — авторитет жестко посмотрел мне в глаза. — Если мне или моим пацанам понадобится красивый импортный ствол… ну, скажем, в подарок какому-нибудь очень полезному человеку на юбилей. Мы приходим к тебе в магазин и забираем его по себестоимости. Строго по цене закупки, без ваших коммерческих накруток. Считай это абонентской платой за дружбу.</p><p>Я не стал торопиться с ответом, выдержав короткую паузу. Условия были абсолютно рабочими, но прогибаться до самого пола было нельзя — такие люди, как Рудик, уважают только тех, кто умеет защищать свои активы.</p><p>— Принимается, — ровно ответил я. — Но с одной оговоркой, Рудик. Такой «подарок» по себестоимости — не чаще, чем раз в квартал. То есть один ствол в три месяца.</p><p>Авторитет чуть приподнял бровь, и я веско пояснил:</p><p>— Иначе мои партнеры из ДОСААФа с большими звездами на погонах начнут задавать очень неудобные вопросы: куда это у нас элитный товар по закупке уплывает. Бизнес есть бизнес.</p><p>На губах Рудика промелькнула улыбка, больше похожая на оскал — кажется, моя твердая позиция пришлась ему по вкусу.</p><p>— Раз в квартал, значит? Годится. У нас не каждый день юбилеи, — он, наконец, сделал неуловимое движение навстречу. — По рукам.</p><p>Я уверенно вложил свою ладонь в его.</p><p>Рукопожатие вышло крепким. Авторитет сжал мои пальцы так, что едва не хрустнули суставы, фиксируя нашу договоренность.</p><p>— По рукам, Олег, — кивнул он. — Завтра пришлю к вашему ДОСААФу своего брокера. Отдашь ему копии лицензий и номенклатуру, что именно вы там везти собрались. Он свяжется с таможней и даст зеленый свет. И смотри… не разочаруй меня. Я суету не люблю.</p><p>Брокера? Я едва не поперхнулся, но лицо удержал, лишь коротко кивнув в ответ.</p><p>Мы попрощались с авторитетом и полезли по холодной металлической лестнице вон из этого бассейна. Люда, напряженно дыша, карабкалась впереди, а я страховал ее снизу. И пока я лез наверх, в голове моей кружились весьма невеселые мысли.</p><p>«Форс-мажор», «пришлю брокера»… Твою мать! Местная фауна прогрессирует и приспосабливается к новым капиталистическим условиям гораздо быстрее, чем я помнил по своей прошлой жизни! У меня до этого момента было устойчивое ощущение, что я имею огромную, просто бешеную фору перед всем этим неискушенным народом из девяносто второго года. Эдакий мудрый прогрессор среди наивных аборигенов.</p><p>Но сейчас я с леденящей ясностью осознал: эта фора стремительно тает с каждым днем. Криминальный авторитет в старом ДК, который обещает прислать мне не бригаду отморозков с паяльниками, а таможенного брокера! Ну это вообще куда годится⁈ Этак они скоро инвестиционные портфели начнут обсуждать и акции на бирже скупать.</p><p>Вывод напрашивался сам собой: почивать на лаврах мне категорически некогда. Мои знания о будущем, весь этот мой инсайд из двадцать первого века — всё это невероятно ценно, но ровно до того момента, пока будущее само к нам не придет и не постучится в дверь. А судя по всему, наступает оно здесь семимильными шагами.</p><p>А это значит что? Это значит — пахать и пахать. Расслабляться, пить шампанское и отдыхать мне пока рано. Хочешь оставаться на вершине пищевой цепи — беги в два раза быстрее остальных.</p><p>Мы выбрались из ДК на свежий, хоть и по-весеннему промозглый воздух. В конце заросшей аллеи приветливо желтела «Волга» со скучающим Степаном.</p><p>Степан, завидев нас, стремительно пошагал навстречу. Лицо у него было встревоженное — он явно успел накрутить себя, пока ждал у машины.</p><p>— Ну как? — спросил он, оглядывая нас с ног до головы, словно проверяя, все ли конечности на месте.</p><p>Я не успел и рта раскрыть. Затараторила Люда, которую после пережитого стресса наконец-то прорвало:</p><p>— Всё отлично! Договорились! Маньков — просто зверь! Ты бы видел, Стёпа… Там такое страшилище было, при нас чуть целую бригаду строителей живьем в бетон не закатали! А Олег стоит такой, как статуя, и на Рудика этого давит! Торгуется! Я там чуть со страху не о… — она вовремя запнулась, проглотив слово. Затем, нервно выдохнула. — Короче, очень страшно было.</p><p>Степан перевел взгляд на меня.</p><p>— И как?</p><p>— Условия отличные выбили, — спокойно кивнул я, открывая дверь такси. — Вроде как. По крайней мере, зеленый коридор нам обеспечат, а жадность воров я слегка умерил. Надо Зимову доложиться.</p><p>Люда плюхнулась на заднее сиденье и радостно заявила:</p><p>— Да он тебе лично благодарность объявит! И орден выпишет.</p><p>Мы со Степаном одновременно улыбнулись и переглянулись.</p><p>— Мне орденов не надо, — я усмехнулся и забрался на переднее сиденье. — Я человек скромный. Мне бы просто премию. Желательно — внеочередную. И поехали уже отсюда, мне вот та группа алкашни не нравится. Уж слишком пристально они к нам присматриваются.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Мы сидели в кабинете у Зимова. Ну, как сидели — мы-то с Людой находились за приставным столом, а вот хозяин кабинета нервно вышагивал от стены до стены, заложив руки за спину. Половицы под его тяжелыми шагами жалобно скрипели.</p><p>Генерал резко остановился и посмотрел на меня так, словно я был расхитителем народного добра.</p><p>— Три процента⁈</p><p>— Да, — спокойно кивнул я. — Всего лишь три. За них мы получаем гарантированный «зеленый коридор» на таможне. Груз зашел — груз вышел без задержек и досмотров с пристрастием. И тут же лег на полки нашего магазина.</p><p>— Сука! Три процента! — я впервые за всё время знакомства услышал, как Юрий Иванович грязно ругается.</p><p>Генерал скрипнул зубами и снова начал мерить шагами кабинет, от окна к двери и обратно.</p><p>— Юрий Иванович, это очень даже по-божески, — я начал понемногу заводиться сам, не понимая такой острой реакции генерала. — Мы эти непредвиденные расходы просто заложим в отпускную цену товара и вообще не заметим потери…</p><p>— По-божески⁈ — рявкнул Зимов, развернувшись на каблуках. — По-божески надо вывезти в чистое мартовское поле этих ваших авторитетов! Раздать лопаты и заставить себе могилы рыть! А потом поверх голов в воздух стрельнуть, чтобы они, гниды, там же и обосрались! Вот это будет по-божески!</p><p>— Но это же немного… — очень тихо, вжав голову в плечи, пискнула Люда.</p><p>Генерал снова остановился, тяжело оперся кулаками о стол и посмотрел на нас сверху вниз, как на нашкодивших школьников.</p><p>— Немного за что? Нет, вы поймите, мне не денег жалко. Три, пять, десять процентов — без разницы, бизнес есть бизнес. Но кому мы их платим⁈ Уголовникам, бандитам и зажравшимся рожам из таможни! За что, я вас спрашиваю? Что они полезного для страны делают, чтобы мы им мзду несли⁈</p><p>Я смотрел на побагровевшее лицо Зимова и, кажется, начал понимать, от чего именно он так вскипел. Дело было вовсе не в экономике предприятия. Настоящему советскому генералу, привыкшему к порядку и закону, стало до боли в сердце обидно за державу, которую на глазах рвали на куски всякие проходимцы.</p><p>— Вы же понимаете, что мы сами, своими собственными руками эту шваль кормим? — голос Зимова дрогнул. — А они жрут и борзеют с каждым днем! Вот ты говоришь — в цену включим… И получается, что обычные граждане, наши с вами покупатели, из своего кармана им эту мзду платят! Ну куда это годится, а, Олег? Скажи мне!</p><p>— Никуда, — честно признал я, выдерживая тяжелый взгляд генерала. — Это в корне неправильно. Но! Если мы не будем платить, у нас фура на границе встанет намертво. А может, и две. И сгниют там.</p><p>— Да она не должна стоять, если у нас по бумажкам полный порядок и лицензии государственные! — Зимов грохнул кулаком по столешнице.</p><p>— Юрий Иванович, я эту схему поменять не могу, — я постарался, чтобы мой голос звучал максимально прагматично и отрезвляюще. — Государство сейчас такое, правила игры изменились. Тот, кто не платит, того показательно карают. Мы рисковать всем делом не можем. Всё-таки импортное оружие — тема крайне скользкая. Нам за малейшую запятую в декларации устроят конфискацию товара до выяснения обстоятельств. А выяснять они будут месяцами. Для нас это колоссальные убытки, срыв поставок и закрытие магазина. Мы умрем, так толком и не открывшись.</p><p>Генерал, не сдаваясь, снова впился в меня взглядом: — И ты на полном серьезе считаешь — нужно платить⁈</p><p>— Пока — да! — отрезал я, повысив голос, чтобы наконец пробить его генеральскую броню. — Пока нормальные законы и прозрачные схемы не появятся, надо платить, и мы будем платить! Как только появится хоть малейшее легальное окошко — я вам первому скажу. Будем спокойно платить пошлины прямо в государственную казну и не трепать себе нервы. Но сейчас выбирать не из чего.</p><p>Зимов тяжело опустился в свое кожаное кресло. В кабинете повисла густая, тягостная пауза. Ярость в глазах генерала постепенно сменилась горькой усталостью пожилого офицера, наблюдающего крушение привычного мира. Ему по-прежнему было не денег жалко — его выворачивало наизнанку от моральной стороны вопроса. Мы своими же руками, добровольно несли мзду вчерашней уличной шпане, возводя ее в ранг хозяев жизни. Неправильно это было, дико и противоестественно для советского человека.</p><p>— Правильно, неправильно… — негромко, но с нажимом произнес я, глядя прямо на Зимова. — Юрий Иванович, выживать нам сейчас надо. На дворе девяносто второй год, всё рушится. Погибнуть из принципа на старте — много ума не надо. Будут другие времена, будут другие законы — станем действовать по-другому, по всей строгости. А пока наша главная задача — выстоять, запустить магазин и заработать ресурсы. Мертвым принципы ни к чему.</p><p>Генерал медленно отвел взгляд в окно, разглядывая серое мартовское небо и голые ветви деревьев, лишь бы не смотреть нам в глаза.</p><p>— Ладно. Хорошо, — глухо бросил он, махнув рукой. — На этом и остановимся.</p><p>По лицу Зимова было отчетливо заметно, что он только что наступил на горло собственной песне. Каждое слово далось ему с колоссальным трудом, но как опытный стратег он понимал: в текущей диспозиции этот компромисс с криминалитетом — неизбежное, необходимое зло.</p><p>Повисла неловкая тишина, которую хозяин кабинета сам же поспешил разрушить.</p><p>— Кстати, — оживился генерал, явно радуясь возможности сменить паршивую тему на что-то позитивное. — Я тут Люде первого сотрудника в штат взял.</p><p>Люда от неожиданности даже моргнула.</p><p>— Кого?.. И главное — зачем? Мы же еще даже двери не открыли. Работы по магазину пока — полный ноль, один ремонт в разгаре.</p><p>— Там спец высшего класса, — с гордостью в голосе заявил Зимов. — Такие кадры на дороге не валяются, надо было забирать первым, пока другие не перехватили!</p><p>— И кто же это? — заинтересовался я.</p><p>— Филипп Васильевич теперь работает у нас! — торжественно объявил генерал. — Лучший инженер ЦКИБа! Легенда!</p><p>— А что он у нас делать-то будет? — растерялась Люда.</p><p>— Да ты что, Людмила! — искренне возмутился Зимов ее непонятливости. — Он же с любым оружием на «ты»! Он с закрытыми глазами, с нуля любой ствол разработать и собрать может! Человек-энциклопедия!</p><p>Люда нахмурилась, всё еще искренне не понимая, зачем нашему скромному торговому предприятию понадобился уникальный оружейный конструктор:</p><p>— Но у нас же не оружейный завод, Юрий Иванович. И не конструкторское бюро. У нас же простой розничный магазин…</p><p>— Ну ведь оружейный же! — упрямо сдвинул брови Зимов.</p><p>— Но магазин! — не побоявшись вступить в открытую конфронтацию с генералом, отрезала Люда.</p><p>Я прекрасно понимал, что именно сейчас так злит нашего коммерческого директора. Во-первых, Зимов грубо нарушил субординацию и взял человека в штат, даже не удосужившись посоветоваться с ней, как с непосредственным руководителем. А во-вторых, с точки зрения коммерции генерал только что повесил на еще не открывшийся бизнес откровенный балласт. Человека, которому нужно платить немаленькую зарплату, но который не будет приносить предприятию ни копейки прибыли. Я, честно говоря, и сам думал как и Люда, пока меня вдруг не осенило!</p><p>— Слушайте! — я поднял руку, прерывая их зарождающийся спор. — Я, кажется, понял, что Филипп Васильевич будет у нас делать!</p><p>Генерал с надеждой посмотрел на меня, продолжая гнуть свою линию:</p><p>— Сядет за разработку?</p><p>— За разработку, Юрий Иванович, он сядет, когда мы в придачу к магазину свой собственный оружейный завод откроем. Ну, или хотя бы небольшой сборочный цех, — спустил я его с небес на землю. — А сейчас он станет нашим главным…</p><p>— Инженером! — торжественно закончил за меня Зимов.</p><p>— Инженером чего⁈ — Люда окончательно вышла из себя, сверкнув глазами. — Юрий Иванович, вы хоть в одном коммерческом магазине инженера видели? Что он там проектировать будет? Стеллажи для патронов⁈</p><p>Я поспешил вклиниться между ними, пока дело не дошло до хлопанья дверьми.</p><p>— Спокойно! Так в этом-то вся и соль, Люда! Он будет не инженером. Он будет нашим главным консультантом!</p><p>Зимов побагровел, но на этот раз весь свой гнев обрушил не на дерзкую девчонку, а на меня.</p><p>— Консультантом⁈ — взревел генерал, оскорбленный до глубины души. — Ты в своем уме, Маньков⁈ Чтобы лучший конструктор ЦКИБа, человек с государственными премиями, стоял за прилавком, как обычный торгаш-фарцовщик, и втюхивал покупателям товар⁈ Да это же унижение!</p><p>— Юрий Иванович, да вы не так поняли! Никто не собирается ставить Филиппа Васильевича за прилавок чеки пробивать или ценники клеить! — я примирительно поднял обе руки, останавливая генеральский гнев. — Выслушайте меня. В западной коммерции есть такое понятие — уникальное торговое предложение. Наш абсолютный эксклюзив. Главный козырь, которого нет и никогда не будет ни у кого из конкурентов.</p><p>Генерал нахмурился, но кричать перестал.</p><p>— И в чем же наш эксклюзив?</p><p>— В Филиппе Васильевиче! — горячо продолжил я, ловя момент. — Железный занавес рухнул, импортное оружие скоро начнут завозить многие, коммерческие магазины будут открываться один за другим. Чем мы будем от них отличаться? Витринами? Так их все красивыми сделают. А вот мы будем не просто магазином, мы станем солидным оружейным салоном. Местом для уважаемых людей.</p><p>Я сделал паузу, видя, что Зимов внимательно слушает, и начал рисовать картину:</p><p>— Представьте: приезжает к нам серьезный человек с большими деньгами. Покупать дорогую винтовку или охотничье ружье. Он в них, может, половину нюансов не понимает. И кто к нему выходит? Не мальчик-продавец в дешевом пиджаке, а легенда ЦКИБа! Человек-эпоха! Он выйдет к клиенту не как торгаш, а как профессор к студенту. Он будет не «впаривать» товар, он будет выступать высшим экспертом.</p><p>Люда, до которой коммерческий потенциал идеи дошел быстрее генерала, слегка округлила глаза и подалась вперед, ловя каждое мое слово. А я продолжал давить на правильные точки:</p><p>— Филипп Васильевич оценит приложистость, баланс, посоветует нужную оптику, расскажет про баллистику ствола так, как знает только тот, кто сам эти стволы чертил. Да вы понимаете, что к нему охотники, коллекционеры и бизнесмены со всей Тульской области в очередь выстроятся⁈ Да что область — из Москвы специально ездить будут, лишь бы сам инженер ЦКИБа им лично ружье одобрил и руку пожал!</p><p>Взгляд Зимова потеплел.</p><p>— Это же не унижение, Юрий Иванович, — мягко, но веско закончил я. — Это колоссальный статус. И для магазина, и для самого Филиппа Васильевича. Мы ему там не прилавок поставим, а организуем солидную зону для консультаций. Кожаное кресло, стол из дуба, хороший чай. Он будет принимать клиентов с достоинством, как признанный мэтр.</p><p>— Олег… да это же просто гениально, — поддержала меня Люда. — Люди будут готовы переплачивать просто за сам факт, что им ствол подобрал и одобрил главный инженер ЦКИБа!</p><p>Генерал перевел взгляд с меня на оживившуюся Люду. Гнев на его лице окончательно испарился, уступив место глубокой задумчивости.</p><p>— Профессор, говоришь… Мэтр… — Зимов удовлетворенно хмыкнул, и в его голосе снова зазвучали властные генеральские нотки. — А знаешь, Маньков. В этом что-то есть. Филипп Васильевич мужик гордый, но если ему задачу именно так поставить — как наставничество и экспертную оценку…</p><p>Конфликт был изящно погашен в самом зародыше. Получилась просто идеальная комбинация, при которой и коммерческие волки оказались сыты, и генеральские принципы остались абсолютно целы. И солидную наценку на товар красиво обоснуем, и заслуженного человека от нищеты спасем, и гордость Юрия Ивановича на пьедестал возведем. Все в плюсе. А мне за такую импровизацию точно орден полагался.</p></section><section><title><p>Глава 4</p></title><p>Глава 4</p><p>Вернувшись в наш кабинет, я буквально рухнул в кресло. Но не как подбитый гусь, а как гордый орел-победитель. Это же просто одуреть можно, сколько я всего провернул за один неполный день! И с криминалом логистику утряс, и генеральский гнев в коммерческое русло перевел.</p><p>Люда смотрела на меня с нескрываемым восхищением.</p><p>— Олег, ты… ты… — она никак не могла подобрать подходящие слова. — Я даже не знаю, как тебя благодарить! После всех этих проблем с заводами я уже всерьез думала, что нам закрываться надо, так и не открывшись. А ты…</p><p>— В качестве безграничной благодарности принимается кофе, — великодушно отозвался я.</p><p>— Да я серьезно!</p><p>— Да я, если честно, тоже, — я устало потер виски. — У меня что-то мозг ушел в перезагрузку…</p><p>Люда непонимающе моргнула.</p><p>— Это как?</p><p>Я мысленно прикусил язык. Девушка и так на меня периодически посматривает с легким подозрением, а я опять бросаюсь словечками из двадцать первого века направо и налево. Ну какая еще «перезагрузка»? Это после повсеместного появления персональных компьютеров в каждом доме стало модно так говорить. А сейчас на дворе девяносто второй — в ходу еще остались огромные ЭВМ, перфокарты да пузатые мониторы, которые не «перезагружаются», а просто виснут намертво.</p><p>— Короче, — я быстро исправился, — в ступоре я. Устал как собака. Кофе выпью и, наверное, домой поеду.</p><p>А кстати, почему бы и нет? Срочных юридических дел на горизонте вроде не намечалось. Да и где-то глубоко внутри у меня вдруг возник закономерный вопрос: а нужны ли они мне вообще, эти чужие дела? Мечта о собственной крутой юрфирме у меня, конечно, никуда не делась. Но, как показала практика последних недель, продвигать собственные коммерческие интересы оказалось намного выгоднее и увлекательнее, чем защищать чужие. Может, мое истинное призвание теперь в другом? Не помогать другим разгребать их проблемы за гонорар, а строить свою собственную империю?</p><p>— Всё поняла, кофе, — кивнула Люда, отрывая меня от глобальных размышлений. — Сейчас всё будет. А ты пока отдыхай, заслужил.</p><p>Она захлопотала над растворимым напитком, а я с наслаждением откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Мозг, несмотря на усталость, по инерции продолжал генерировать идеи. В воображении почему-то всплыл образ элитного массажного салона… А вот, кстати! Это же какая замечательная, совершенно пустая пока ниша! Сауны, хороший массаж, релакс для уставших коммерсантов типа меня… Жаль только, рук не хватит, чтобы столько бизнесов сразу захапать и потянуть!</p><p>В дверь негромко постучали.</p><p>— Да-да, открыто, — отозвался я, нехотя открывая глаза.</p><p>В кабинет заглянул Сергей.</p><p>— Свободен? — спросил он.</p><p>Я сделал неопределенный жест рукой.</p><p>— Ну-у-у… пока да. Заходи.</p><p>Сергей шагнул внутрь. В одной руке он держал плотный почтовый конверт, а в другой — стопку свежих бумажных распечаток. Придвинув стул, он по-деловому уселся напротив меня.</p><p>— Скажи, что у тебя хорошие новости? — с надеждой спросил я, глядя на пухлый конверт.</p><p>— Неплохие, в общем-то, — Сергей чуть улыбнулся и пододвинул конверт по полированной столешнице ко мне. — Держи! Вот, твоя доля.</p><p>Я непонимающе уставился на бумажный прямоугольник.</p><p>— В смысле⁈ От чего доля?</p><p>— От доходов нашего «Принт-Сервиса», — обыденно пояснил Сергей. — Первый месяц отработали, пора подбивать бабки. Всё строго по нашему учредительному договору.</p><p>Я взял конверт, заглянул внутрь и увидел плотную пачку новеньких купюр.</p><p>— Сколько здесь?</p><p>— Двенадцать тысяч, — с нескрываемой гордостью произнес Сергей. — Твои сорок процентов чистыми.</p><p>Я мысленно присвистнул. Двенадцать кусков! Весьма солидные деньги. Причем абсолютно пассивного дохода! Ну для меня так точно, Серега с Аленкой выкладывались по полной.</p><p>— Ксерокс пашет, считай, круглосуточно, — охотно пояснил Сергей, видя мое удивление. — Очередь стоит как в Мавзолей. Коммерсанты пачками тащат копировать уставы, учредительные договоры, накладные. Студенты конспекты множат. Плюс мы еще печать фирменных бланков и визиток наладили, принтер тоже без дела не простаивает. Тонер и бумагу, конечно, они жрут как не в себя, но при текущих ценах на копию окупаемость просто бешеная. Так что фирма веников не вяжет, Олег… Борисович.</p><p>Я взвесил конверт на ладони. Приятная тяжесть. В очередной раз убеждаюсь: кто первым привозит в страну дефицитную технологию — тот и снимает самые густые сливки. Пока остальные по старинке мучаются с копирками и печатными машинками, наш ксерокс печатает живые деньги.</p><p>Но чтобы всегда оставаться на переднем крае прогресса и снимать эти самые сливки, в бизнес нужно постоянно вкладываться. Делать реинвестиции. Иначе не успеешь оглянуться, как через полгода-год кто-то более шустрый привезет аппарат мощнее, и ты уже будешь уныло болтаться в хвосте.</p><p>Деньги для бизнеса — это как отборный уголь для топки паровоза. Пока ты не жалеешь закидывать их в раскаленную печь, твой локомотив летит вперед, набирая скорость и сминая конкурентов. Но стоит только пожадничать, решить, что угля и так хватит, как состав какое-то время проедет по инерции, а потом неизбежно остановится и начнет ржаветь на запасном пути.</p><p>Свободные деньги у меня сейчас водились, поэтому, вдоволь налюбовавшись на хрустящую наличность, я задвинул купюры обратно и протянул пухлый конверт Сергею.</p><p>— Держи. Оставь на оборотные средства. Ну, или купи что-нибудь новое из техники. Расширяться надо.</p><p>— Во-о-от! — довольно протянул Сергей, словно только этого и ждал. С видом фокусника он положил передо мной увесистую распечатку.</p><p>— А это что? — поинтересовался я, глядя на ровные ряды букв и цифр.</p><p>— Экономическое обоснование расходов, — гордо отрапортовал мой партнер. — Я тут прикинул на досуге, что нам еще из оргтехники надо докупить, во сколько это обойдется и сколько мы с этого будем дополнительно зарабатывать.</p><p>Я уважительно хмыкнул. Основательный человек всё делает основательно. Я прикинул на глаз толщину пачки бумаги — в бизнес-плане было страниц тридцать-сорок, никак не меньше.</p><p>— И ты хочешь, чтобы я это всё прочитал? — я взвесил в руке плотную стопку белоснежной бумаги.</p><p>— Ну да, ты же сам просил всё оформлять на бумаге, чтобы по-взрослому было, — пожал плечами Сергей. — Я и оформил.</p><p>— Логично, — кивнул я.</p><p>— Ну ты как ознакомишься — подходи, обсудим детали.</p><p>Я, не тратя времени на лирику и введения, сразу перелистнул бизнес-план на самую последнюю страницу. И, как я и ожидал, финальная цифра, подбивающая смету, оказалась именно там.</p><p>— Сколько⁈ — у меня глаза на лоб полезли.</p><p>— Ты бы выкладки сначала посмотрел и сразу бы понял, откуда что берется, — невозмутимо парировал Сергей, хотя в глазах у него плясали азартные искры. — Мы хотим взять офсетный станочек…</p><p>— Станочек? — перебил я. — Вы что, заводик собрались открывать⁈ Мы же вроде с ксерокса начинали!</p><p>— Да это только называется громко — «станок»! — отмахнулся Сергей. — По сути, это компактная печатная машина. Чехословацкий «Ромайор». Он, конечно, не новый, со списания из одной конторы, но механик смотрел — аппарат после полной капиталки! Валы свежие, резинки все поменяны, механика работает как часы. Он нам еще лет десять прослужит верой и правдой. И к нему в пару я еще хочу взять мощную гильотину для нарезки бумаги. Понимаешь, мы будем брать бумагу прямо на комбинате, огромными нулевыми листами, и сами рубить в нужный формат. Себестоимость копеечная! Это выйдет в разы дешевле, чем покупать готовую бумагу пачками. И еще… нам нужен толковый дизайнер. Человек, который хорошо шарит в компах и верстке. Думаю пригласить Вовчика на нормальную зарплату…</p><p>— Погоди, — я поднял руку, останавливая этот неудержимый поток полиграфического энтузиазма, в котором я совершенно не разбирался. — Я смотрю, ты в эту бумагомарательную тему конкретно влез? Прямо с головой?</p><p>У Сереги аж глаза засияли. Лицо преобразилось, куда-то делась вся его привычная чопорность.</p><p>— Да-а-а! — выдохнул он. — Олег, это же прям живой бизнес! Понимаешь? Не скучные законы! Юриспруденция — это что? Ты пишешь иски, носишь бумажки из суда в прокуратуру, копаешься в пыльных архивах, месяцами ждешь заседаний, судишься-рядишься, и всё это какая-то абстракция. А тут — реальное дело! Физическое! Ты закладываешь в машину чистый белый лист, она грохочет, краска ложится, и на выходе — готовая, красивая продукция! Фирменные бланки, визитки, буклеты! Клиенты берут это в руки, у них глаза горят, они радуются и сразу платят нам живую денежку! Это же настоящий производственный процесс, и мы можем стать первой нормальной коммерческой типографией в городе!</p><p>Меня этот энтузиазм откровенно подкупал. Чтобы наша зарождающаяся типография и в самом деле стала безоговорочным лидером в Туле, в ее «топку» всё-таки надо было подбросить хорошую охапку денег. И мне было совершенно не жалко их отдавать — в Сереге я был уверен на все сто. Риск, конечно, в любом коммерческом предприятии тех лет присутствовал всегда, но с таким основательным подходом и с Сергеем во главе он сводился к приемлемому минимуму.</p><p>Я придвинул к себе телефонный аппарат и покрутил диск, набирая номер Степана.</p><p>— Алло, — раздался в трубке бас нашего безопасника.</p><p>— Степа, к тебе сейчас Сергей подойдет, из «Принт-Сервиса». Ты ему выдай, пожалуйста, наличных из сейфа. Из моей доли. Сумму он назовет.</p><p>— Сделаем.</p><p>— Спасибо.</p><p>Я повесил трубку и кивнул Сергею, который уже нетерпеливо ерзал на стуле:</p><p>— Иди к Степе. Спуститесь с ним вниз, в оружейку, он тебе нужную сумму отслюнявит. Бери свой «Ромайор», гильотину и Вовчика в штат.</p><p>Сергей удивленно заморгал, собирая со стола свои распечатки:</p><p>— В оружейке? А зачем вы там деньги держите? Сейфов нормальных нет?</p><p>— Сам увидишь, — усмехнулся я, вспомнив бронированные двери и стены нашей сейфовой комнаты, которую Зимов оборудовал по высшим армейским стандартам. — Всё, беги, капиталист. Удачи в развитии!</p><p>Сергей, окрыленный получением инвестиций, пулей вылетел из кабинета. А Люда наконец-то поставила передо мной на стол обжигающе горячий стакан с кофе.</p><p>— Спасибо, — с благодарностью произнес я.</p><p>Я обхватил стакан обеими руками, прикрыл глаза и с наслаждением вдохнул густой, терпкий кофейный аромат, готовясь сделать первый, самый вкусный и живительный глоток…</p><p>И тут дверь кабинета резко, без всякого предупреждающего стука, распахнулась. Я со вздохом оторвался от горячего стакана и поднял тяжелый взгляд на нарушителя спокойствия.</p><p>— Батюшки-светы, — непроизвольно вырвалось у меня, — это какими же судьбами вас к нам занесло⁈</p><p>На пороге стояла старушка. Знакомый до боли, весьма колоритный персонаж! И, честно говоря, лучше бы нам вообще никогда в этой жизни больше не встречаться. Я впервые увидел ее еще в самом начале своей бурной коммерческой карьеры. Тогда мы с сокурсниками организовали примитивный, но прибыльный бизнес — с раннего утра занимали очередь в райисполком, а потом продавали свои места страждущим за живые деньги. И эта самая бабка тогда как раз стояла во главе той самой очереди. Именно она потом нажаловалась на нас Евгению Михайловичу, и он приехал отбирать наше дело. Я даже отчетливо вспомнил, как зовут этот божий одуванчик — Анна Леопольдовна!</p><p>Женя-Медведь как-то обмолвился, что в свое время она была одной из самых крутых, жестких и авторитетных валютчиц во всей Туле. Чего по ее внешности тогда было совершенно не сказать. Если у дверей райисполкома она зябла в стоптанных валенках, наглухо замотанная в какую-то безразмерную пуховую шаль, из-под которой торчал один только острый нос, то сейчас…</p><p>Сейчас передо мной предстала эдакая пожилая «тургеневская девушка». Модное, явно дорогое пальтишко кремового цвета, идеально сидящее по фигуре, элегантная шляпка с кокетливой вуалеткой — ни дать ни взять царствующая особа выбралась на неспешный променад!</p><p>— Добрый! — начала она скрипучим, требовательным голосом, переступая порог и оглядывая наш кабинет. — Мне Манькова как найти…</p><p>И тут ее цепкий взгляд намертво зацепился за меня.</p><p>— Ты⁈ — старушка аж попятилась, словно привидение увидела.</p><p>Вопросы с Евгением Михайловичем мы вроде бы давно закрыли. По крайней мере, вздрагивать от каждого шороха и бояться, что он мне голову открутит, я перестал. Да, терпеть он меня по-прежнему не мог, но из-за дочери по одному лишь наущению этой злобной старушенции, на разборки бы точно сейчас не прилетел.</p><p>Поэтому я позволил себе небрежно откинуться на спинку кресла и посмотреть на незваную гостью с самым самодовольным видом, на который только был способен.</p><p>— Я, — с расстановкой произнес я. — В смысле, я и есть тот самый Маньков. Олег Борисович. А вам, Анна Леопольдовна, на этот раз от меня что надо? Опять пришли требовать, чтобы я свой бизнес прикрыл?</p><p>Старушка стояла как заговоренная. Она хватала ртом воздух, а ее взгляд лихорадочно метался по моему лицу, словно она пыталась совместить образ наглого студента из очереди с нынешним вальяжным хозяином кабинета.</p><p>— Маньков… это ты⁈ — сдавленно, с ноткой потрясения повторила она.</p><p>— Да я, я, — вздохнул я, всем своим видом показывая, что мое время стоит дорого. — Чего хотели-то, говорю?</p><p>— Вот ведь курва-судьба! — в сердцах сплюнула старушка, мигом растеряв весь свой напускной аристократический лоск. — Идешь себе, по чистому тротуару, никого не трогаешь… и тут — бах и в коровью лепешку вляпаешься!</p><p>— Но-но-но, — я предупреждающе поднял палец. — Не надо этих обидных аллегорий и сравнений. Я вас в этот раз, Анна Леопольдовна, терпеть не собираюсь. Если начнете тут скандалить — лично на руках донесу до проходной и выкину за дверь… гуляйте себе дальше!</p><p>Люда, ставшая невольной свидетельницей нашего теплого общения, возмущенно ахнула и округлила глаза:</p><p>— Олег! Ты чего⁈ Это же… женщина! Повежливее с ней нельзя⁈</p><p>— Нельзя, — жестко отрезал я, не сводя прищуренных глаз с гостьи. — Ты, Людочка, не покупайся на эту благообразную внешность. Перед тобой стоит хищница и аферистка, каких свет не видывал. Акула теневого рынка! Подгадила она нам с ребятами один раз так знатно, что пришлось потом чуть ли не со стрельбой уходить и весь бизнес сворачивать.</p><p>Старушка брезгливо поморщилась, будто у нее разом заныли все зубы. Но в долгу она, разумеется, не осталась.</p><p>— Ты говори, сопляк, да не заговаривайся! — скрипуче огрызнулась она, вперив в меня злой взгляд из-под полей шляпки. — Оставил тогда бедную бабушку без куска хлеба, паршивец эдакий, а теперь еще и хамит!</p><p>— Ага, сирота казанская! — я откровенно рассмеялся. — Да на одно ваше пальто можно целый вагон хлебобулочных изделий купить! Вы мне на жалость не давите, не на того напали. Зачем пришли в мой офис, говорю⁈ Чего вам от меня надо?</p><p>— Ничего мне от тебя не нужно… но… — она замялась, явно переступая через собственную гордость и неприязнь. — Работать мы с тобой теперь будем.</p><p>Я откровенно расхохотался, откидываясь на спинку кресла.</p><p>— Да ни за какие коврижки! Вы меня за идиота держите? Нашли дурачка, второй раз я в ваши схемы не полезу!</p><p>— За кого хочу, за того и держать буду! — рявкнула Анна Леопольдовна так, что вуалетка на ее шляпке возмущенно дернулась. — Меня Рудик прислал.</p><p>Мой смех резко оборвался. Хохоток буквально застрял в горле, сменившись тревогой.</p><p>— Рудик⁈ — я непонимающе заморгал. — А при чем здесь вообще Рудик…</p><p>До Людмилы, дошло гораздо быстрее, чем до моего уставшего мозга.</p><p>— А-а-а… — протянула она, переводя ошарашенный взгляд с меня на старушку. — Так вы и есть тот самый таможенный брокер⁈</p><p>Анна Леопольдовна презрительно скривила накрашенные губы.</p><p>— Сама ты, милочка, шмокер! — фыркнула она с нескрываемым раздражением. — Или как там Рудик это непотребство выговаривает… Брукер? Брякер? Тьфу, звучит как болезнь какая-то срамная! Толкач я по таможенным делам. Решала, если по-вашему, по-молодежному. Мое дело — нужным людям конверты занести да так сделать, чтобы ваши фуры без досмотра пролетели. А уж бумажки эти ваши — вы сами заполнять будете!</p></section><section><title><p>Глава 5</p></title><p>Глава 5</p><p>Люда перевела удивленный взгляд на меня и тихо хмыкнула:</p><p>— Ага, а бабулька-то не промах.</p><p>— О, это Анна Леопольдовна еще даже на один процент свой истинный потенциал не раскрыла, — хладнокровно отозвался я, глядя прямо на гостью.</p><p>— Эй! — возмутилась старушка, гордо вздернув подбородок. — Обсуждать человека в его присутствии в третьем лице — это верх невоспитанности!</p><p>— А мы вообще крайне невоспитанные люди, Анна Леопольдовна. Капиталисты, что с нас взять, — я развел руками. — Привыкайте, нам с вами работать. Что конкретно Рудик просил передать?</p><p>— Во-первых, мне надо магазин ваш посмотреть, — деловито заявила она. — Рудик велел лично убедиться, что вы тут фуфло не гоните и реальным делом занимаетесь, а не воздух продаете…</p><p>— Вот с этого и начнем, — решительно перебил я. — Людмила, не будете ли вы так любезны провести подробную экскурсию нашей дорогой гостье?</p><p>— Но мы же еще о делах не… — попыталась вставить слово Анна Леопольдовна.</p><p>— Давайте не будем торопиться, — снова безжалостно оборвал я ее. — Быстро только кошки родятся, да блохи ловятся. А такие серьезные дела, как у нас с Рудиком, суеты не терпят. Идите, посмотрите помещение, пощупайте стены, убедитесь, что фуфло, как вы говорите, мы не гоним, а уже потом сядем и будем вдумчиво разговаривать.</p><p>Людмила со звоном достала из ящика стола тяжелую связку ключей и поднялась с места.</p><p>— Ну что, бабушка, пойдемте. Покажу вам наши хоромы.</p><p>— Какая я тебе бабушка⁈ — старушка вспыхнула так, что кокетливая вуалетка на шляпке снова возмущенно затряслась. — Тоже мне, внученька выискалась! Я… этот… как его там… во! Брокер! Поняла?</p><p>Людмила не стала вступать в бессмысленную конфронтацию. Она лишь очаровательно, улыбнулась и плавным жестом указала на распахнутую дверь:</p><p>— Хорошо, мадам брокер. Прошу следовать за мной.</p><p>Когда за ними закрылась дверь, я вдруг поймал себя на весьма неожиданной мысли: а ведь они похожи. Нет, конечно, не внешне. По повадкам. По этому неуемному напору, деловой хватке и хорошей, качественной коммерческой наглости.</p><p>Подумать только: если бы я в свое время не выдернул Люду из ее сомнительных дел и не пристроил сюда, в ДОСААФ, она бы со временем в легкую могла эволюционировать в подобие Анны Леопольдовны. И стала бы легендой, но с жирным знаком «минус».</p><p>Да и мне сейчас невероятно повезло, что Люда у нас есть — я с чистой совестью сгрузил на нее эту вредную бабку. Общаться нормально с Анной Леопольдовной, тем более вести дела после наших прошлых приключений, у меня бы физически не получилось. А так — я смог-таки спокойно допить свой остывающий кофе! И почти допил, прежде чем в кабинете нарисовались новые гости.</p><p>На этот раз — Сергей с Аленкой.</p><p>— Ну что? Деньги получили? — спросил я, отставляя пустой стакан.</p><p>— Да, спасибо, — кивнул Сергей, любовно похлопывая себя по оттопыренному карману куртки. — Едем закупаться. Кстати, мы тут с Зимовым в коридоре пересеклись… Он сказал, что служебным «УАЗиком» теперь ты заведуешь. Вроде как у тебя появилась персоналка!</p><p>— Расту! — я усмехнулся. — Целый «УАЗик» под задницей! Элита!</p><p>Я улыбнулся своей шутке, но быстро заметил, что партнеры моего сарказма совершенно не разделяют. Для Сереги и его девушки иметь персональное авто с водителем казалось чем-то нереально крутым, атрибутом высшего общества практически!</p><p>— Ладно, — я примирительно махнул рукой. — Идите к водителю и скажите… короче, берите машину и катайтесь за своим оборудованием на здоровье. Загрузите всё спокойно.</p><p>Вроде бы вопрос был закрыт, но я увидел, что они не уходят, неуверенно переминаясь у порога.</p><p>— Что-то еще?</p><p>— Да, — Аленка чуть смущенно улыбнулась. — А можно он нас потом домой забросит?</p><p>— Мы сегодня хотели пораньше с работы уйти, — добавил Сергей, оправдываясь.</p><p>Я пожал плечами, откидываясь в кресле:</p><p>— Ну, в принципе… вы теперь сами себе хозяева. В этом и заключается главная прелесть свободного предпринимательства. Выходные, график работы, отпуска — всё это вы устанавливаете себе сами, ориентируясь исключительно на собственную прибыль. Куда собрались-то?</p><p>— Мы в театр идем! — гордо похвасталась Аленка. — И не на какой-нибудь там нафталиновый балет, — она забавно, с вызовом дрыгнула ножкой, изображая балерину, — а в самый настоящий! На постмодерн!</p><p>— Ого, — уважительно протянул я. — Серьезная заявка. Ну, желаю вам насладиться высоким искусством по полной программе. Завтра расскажете, как сходили.</p><p>Серега с Аленкой ушли, а я вдруг поймал себя на мысли, что у меня, собственно, дел на работе больше и не осталось. Бумаги подписаны, Люда с Анной Леопольдовной прекрасно разберется сама, клиентов в неоткрытом магазине не наблюдалось… А почему бы, действительно, и себе не устроить заслуженный отдых?</p><p>Я придвинул к себе телефонный аппарат и по памяти набрал домашний номер Кати.</p><p>Трубку сняли почти сразу. Ответила ее мама, Валентина Сергеевна.</p><p>— Алло! — раздался в динамике ее голос.</p><p>— Добрый день! — вежливо поздоровался я. — Можно пригласить Екатерину?</p><p>— О! Олег! Привет-привет! — Валентина Сергеевна мгновенно узнала меня и, судя по теплому тону, искренне обрадовалась моему звонку. — Как у тебя дела?</p><p>Я хотел было по привычке бросить дежурное «нормально», но вдруг прислушался к себе, реально оценил итоги сегодняшнего дня и честно ответил:</p><p>— Да вполне! Нет, знаете, даже еще лучше. Жаловаться грех. А как ваши?</p><p>— Ой, Олег, да просто замечательно! — охотно поделилась Валентина Сергеевна. — Погодка-то какая сегодня на улице разгулялась, весна настоящая в воздухе пахнет! Я с утра по магазинам пробежалась, очень удачно, кстати. А потом решила прямо через Белоусовский парк пешком прогуляться. Там уже снег на аллеях сошел, солнышко припекает, птички поют — ну просто прелесть какая-то, а не день!</p><p>Ее искренняя, бесхитростная радость оказалась на удивление заразительной. Она так вкусно расписала эту весеннюю прогулку, что мне и самому вдруг нестерпимо захотелось плюнуть на все великие свершения, неспешно пройтись по оттаявшим аллеям, подставить лицо солнцу и просто послушать птичек, выкинув из головы прибыль и проценты, Рудика и чехословацкие офсетные станки.</p><p>— Здорово, — искренне улыбнулся я в трубку и мягко напомнил о первоначальной цели своего звонка: — А Катя…</p><p>— Ой, а Катя просила передать, что если ты позвонишь, то набери лучше часа через два, — спохватилась Валентина Сергеевна. — Они с отцом поехали в бассейн.</p><p>— Ага, в бассейн, — эхом отозвался я, пытаясь понять, что она там делает.</p><p>— Ну да! Она же у нас без воды жить не может, кандидат в мастера спорта по плаванию, — с явной материнской гордостью в голосе сообщила собеседница. — Обожает, как она сама говорит, разрезать волну.</p><p>— Понял, — усмехнулся я, оценив красивую метафору. — Разрезать волну — это дело нужное. Тогда не буду вам больше мешать, перезвоню через пару часов. До свидания, Валентина Сергеевна!</p><p>— До связи, Олег! Хорошего дня!</p><p>Мне казалось, что я о Кате знаю уже достаточно много. Ну, почти всё. Однако она оказалась настоящей девушкой-сюрпризом. Красавица, круглая отличница, будущий юрист, а теперь, на тебе — еще и спортсменка. Кандидат в мастера спорта, обожающая «разрезать волну».</p><p>Пара часов в запасе — это хорошо. Я как раз успею доехать до дома, принять душ, смыть с себя напряжение этого сумасшедшего дня и переодеться.</p><p>И тут меня вдруг поглотило одно желание. Такое, знаете, которое нельзя просто так взять и проигнорировать. Пробирающее до самого зуда на кончиках пальцев. Я решительно придвинул к себе рабочий блокнот, быстро пролистал исписанные страницы, нашел нужный номер и покрутил диск телефона.</p><p>— Рудик? — спросил я, как только на том конце сняли трубку.</p><p>— Да. Это кто? — раздался в динамике хриплый, недовольный голос.</p><p>— Олег.</p><p>— Какой еще Олег?</p><p>— Олег Маньков, оружейный магазин в ДОСААФ, — попытался я освежить авторитету память.</p><p>— А-а-а… жених Людмилы.</p><p>Я на секунду завис. Странно, что я запомнился ему именно в этом качестве. Когда-то давно, разруливая проблемы, я действительно бросил фразу о том, что Люда — моя невеста. Сказал просто для того, чтобы жестко обозначить границы: это мой человек, я ее прикрываю. Я про эту мимолетную легенду уже и думать забыл, а Рудик, поди ж ты, запомнил, отложил в голове и зафиксировал статус. Надо быть с ним в разы осторожнее и крепче думать над каждым сказанным словом. Серьезные люди чужих оговорок не забывают.</p><p>— Ну, можно и так сказать, — ровным тоном ответил я. — Твой брокер до нас успешно добрался. Кстати, я ее знаю…</p><p>— Да-да, Анну Леопольдовну половина города знает, — усмехнулся Рудик. — Ты ее нормально встретил? Не обидел старушку?</p><p>— Я? Более чем. Ее уже водят по нашему роскошному магазину, показывают будущие владения.</p><p>— Ну вот и хорошо. Остальные вопросы по границе будешь решать с ней. До свидания.</p><p>— Стой! Погоди! — быстро бросил я, услышав, что он собирается положить трубку. — У меня к тебе еще один вопрос есть.</p><p>— Коммерсант, — в голосе Рудика зазвучал холодный металл, — мы должны сначала решить одно дело, обкатать схему, а уж потом приступать к другим…</p><p>— Нет, это никак не связано с таможней и нашим бизнесом, — перебил я его. — Помнишь, ты говорил, что нашел тех покупателей «Чайки»?</p><p>— Нашел. И наказал, — коротко и веско отрезал авторитет. — Это мои дела, не твои. Зачем тебе вообще про них знать?</p><p>— А у тебя их номер телефона случайно не остался?</p><p>— Мстить собрался? — подозрительно хмыкнул Рудик. — Месть — занятие глупое. На бабки я их уже выставил, наказал как следует. Что тебе еще от них надо?</p><p>— Да я тоже считаю, что месть — это глупо, — миролюбиво согласился я. — Я просто машину хочу обратно выкупить.</p><p>В трубке повисла долгая, красноречивая пауза.</p><p>— Чего хочешь сделать⁈ — недоверчиво переспросил авторитет, словно вдруг начал сомневаться в моем психическом здоровье.</p><p>— Выкупить. Обратно, — терпеливо повторил я.</p><p>— Зачем⁈ — искренне возмутился Рудик. — То продать, то купить… Ты что, коммерсант, так развлекаешься от скуки?</p><p>— Ну, тогда мне срочно деньги на оборотные средства нужны были, — резонно пояснил я. — А сейчас вот немного заработал. Хочу вернуть аппарат в гараж, солидная машина, нужная.</p><p>— Пятнадцать косых для тебя это теперь «немного»? — в голосе Рудика проскользнули новые, оценивающие нотки. — Ты меня удивляешь, Маньков. Я номер у своих спрошу и позже тебе позвоню.</p><p>— А сейчас его нет? Прямо под рукой? — понаглел я, не желая откладывать дело в долгий ящик.</p><p>Рудик тяжело, с расстановкой выдохнул в динамик:</p><p>— Слушай, ты вообще по жизни борзый, да? Хорошо. Жди, не вешай трубку.</p><p>Я послушно ждал. Минуты две на том конце слышалось какое-то шуршание, скрип стула и приглушенные голоса, а затем Рудик вернулся к аппарату и диктовал мне заветные цифры.</p><p>— Большое спасибо! — искренне поблагодарил я, старательно перенося номер в блокнот.</p><p>— Запомни, ты мне услугу должен теперь, — припечатал Рудик. И вдруг, совершенно не меняя серьезного тона, добавил: — И это… береги Люду. Хорошая она девушка.</p><p>В трубке щелкнуло, и раздались частые короткие гудки.</p><p>Я медленно опустил трубку на рычаг аппарата и откинулся в кресле, пребывая в глубоком недоумении. К чему вообще сейчас была эта странная, почти отеческая рекомендация про Люду? С чего вдруг сурового криминального авторитета, решающего вопросы бетоном и паяльником, озаботила судьба моей «невесты»?</p><p>Ладно, это всё лирика. Странные бандитские сантименты оставим на потом, сейчас есть дела поважнее. Передо мной на раскрытом блокноте красовался заветный номер.</p><p>Мечты надо исполнять, а одной из моих самых сильных и заветных хотелок было вновь оказаться за рулем своей черной «ласточки». Я уже в красках представил себе лицо Кати, когда я лихо подруливаю к ней, небрежно открываю тяжелую дверь хромированного советского антиквариата и говорю: «Садись». А маму с сестренками по городу покатать? Представляю, сколько будет визгу, гордости и восторга.</p><p>Всё, решено — звоню.</p><p>Я решительно придвинул к себе телефон и старательно набрал записанные цифры. Прижал трубку к уху.</p><p>Длинные гудки. Один, второй, пятый… Никто не берет.</p><p>Я сбросил вызов и набрал еще раз, на случай, если палец соскользнул и я ошибся цифрой. Снова мимо. Только мерные, тоскливые гудки.</p><p>Я со вздохом положил трубку на рычаг. Да уж, стационарные дисковые телефоны — это тебе не сотовые из моего родного времени, которые всегда лежат в кармане и намертво привязаны к абоненту. Здесь нельзя просто взять и достать человека в любую секунду. Тут надо ловить момент, выгадывать время и надеяться, что нужный тебе человек случайно окажется в радиусе пяти метров от дребезжащего аппарата. Придется звонить вечером, шансов застать их дома будет больше.</p><p>Но я решил подготовиться заранее. Закрыв кабинет на ключ, я дошел до помещения «Рубежа». На мое счастье, Степан был на месте. Я поманил его рукой и пригласил выйти в коридор, подальше от лишних ушей.</p><p>— Степа, я за деньгами, — сразу перешел я к делу.</p><p>Степан недовольно поморщился и проворчал:</p><p>— Да что за день-то сегодня такой растратный? Сначала Серега твой прибегал, теперь вот ты. Сколько надо?</p><p>Я на секунду задумался, прикидывая в уме все возможные затраты по выкупу «Чайки», закладывая сверху сумму на возможный торг, оформление и непредвиденные расходы.</p><p>— Двадцать тысяч, — ответил я.</p><p>— Ну, ради такой мелочи лишний раз в сейфовую комнату идти нелогично, — добродушно буркнул Степан, доставая из внутреннего кармана пухлый кожаный бумажник, чтобы отсчитать мне двадцать тысяч рублей.</p><p>— Долларов, — уточнил я.</p><p>Степан замер. Рука с раскрытым бумажником так и повисла в воздухе. Глаза у нашего безопасника округлились, и он уставился на меня, как на умалишенного.</p><p>— Долларов⁈ — сиплым шепотом переспросил он, инстинктивно оглядываясь по сторонам. — Маньков, ты часом не рехнулся? Ты же сам распинался, что это наш неприкосновенный запас! Наш стратегический резерв на случай атомной войны, дефолта и полного краха экономики! А теперь что? Сначала типографским отсыпал, теперь двадцать косарей зеленью разом выдернуть хочешь⁈ Ты же этот резерв такими бешеными темпами за месяц до дна вычерпаешь!</p><p>— Это в дело, Степа. Всё в дело, — успокаивающе произнес я, слегка покривив душой, но стараясь звучать максимально убедительно. — Исключительно коммерческая необходимость.</p><p>Степан тяжело вздохнул, убрал бумажник обратно в карман и, укоризненно покачав головой, пошел за ключами от сейфа.</p><p>А свою слегка кольнувшую совесть я быстро успокоил аргументом — это ведь и правда, в каком-то смысле, прямая инвестиция в бизнес. В девяностые имидж решает всё. Если я буду приезжать на стрелки и деловые переговоры к серьезным клиентам на роскошной черной «Чайке», мой статус взлетит до небес. Встречают-то по одежке и по машине. Солидный автомобиль — это доверие. А доверие — это новые выгодные контракты. Так что всё абсолютно логично, никакого транжирства.</p><p>Мы спустились вниз, и Степан, лязгнув замками, открыл тяжелую дверцу сейфа. Вытащил оттуда две тугие пачки зеленых купюр и молча протянул мне. Тяжело вздохнул, глядя, как я небрежно убираю их во внутренний карман пиджака.</p><p>— Не волнуйся, — я весело ему подмигнул. — Еще заработаем!</p><p>В принципе, в этом я был уверен на все сто. Времена сейчас стояли такие, что тот, кто не поленился лишний раз пошевелить мозгами и нагнуться за деньгами, всегда будет обеспечен. Наши дела шли в гору, денежный поток ширился, поэтому настал момент немного побаловать себя и реализовать старую мечту.</p><p>К себе в кабинет я возвращался, буквально паря на крыльях. Вот-вот — и с лихвой окупятся все мои тяжкие труды и нервотрепки! Насвистывая какую-то веселую, прилипчивую мелодию, я распахнул дверь.</p><p>Люда уже успела вернуться с экскурсии и сидела за своим столом. Рядом с ней стояла Анна Леопольдовна. Я уже открыл было рот, чтобы отпустить в адрес старушки очередную колкую шуточку, но слова так и застряли в горле.</p><p>Я увидел лицо Люды. Оно было абсолютно белым.</p><p>— Олег! — голос девушки дрогнул. — Срочно позвони домой! Даша звонила, очень просила.</p><p>— Что-то случилось⁈ — эйфория от пачек долларов во внутреннем кармане испарилась в ту же секунду.</p><p>— Не знаю, — Люда растерянно покачала головой.</p><p>Я рывком бросился к столу. Схватил трубку, начал лихорадочно крутить диск, сбиваясь и путаясь пальцами в отверстиях. Длинные гудки. Никто не берет! Да что ж такое! Что могло случиться в середине дня? Мама? Или неугомонная Маша опять что-то отчебучила?</p><p>Паника начала волной подниматься от живота к горлу. Я уже почти отчаялся и хотел сбросить вызов, чтобы перенабрать снова, как на том конце щелкнуло.</p><p>— Алло⁈ — рявкнул я в трубку.</p><p>В динамике раздался голос Даши — сдавленный, прерывистый:</p><p>— Олег! Срочно домой езжай!</p><p>— Что случилось⁈</p><p>— Мама… — сквозь неконтролируемые рыдания выдавила сестра. — Маме плохо… очень…</p></section><section><title><p>Глава 6</p></title><p>Глава 6</p><p>Я совершенно не помню, как ноги донесли меня до дежурки «Рубежа». Кажется, я летел по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки разом, и с размаху распахнул тяжелую дверь.</p><p>Степан, сидевший за столом, вскинул голову. Увидев, как я влетаю в кабинет, он хмыкнул:</p><p>— Что, опять деньги понадобились⁈</p><p>— Степа, мне домой надо! — выдохнул я, едва справляясь с дыханием. Сердце колотилось где-то в горле. — Срочно! Выручай!</p><p>Усмешка мгновенно слетела с его лица.</p><p>— Что? Что стряслось⁈</p><p>— Маме плохо!</p><p>Степан подорвался из-за стола так резко, что стул с грохотом отлетел к стене. На ходу срывая с вешалки куртку и накидывая ее на плечи, он бросил:</p><p>— Бегом за мной!</p><p>Как мы бежали к стоянке, как ехали — всё это отпечаталось в памяти какими-то рваными, смазанными кусками. Взвизгнули покрышки, Степан безжалостно вдавил педаль газа в пол, и машина сорвалась с места, игнорируя весенние ямы и все мыслимые правила дорожного движения. Лицо у Степы было каменным, взгляд прикован к дороге, а руки намертво вцепились в руль. Он не задавал лишних вопросов, просто выжимал из мотора Волги всё, на что тот был способен.</p><p>А у меня в голове, под аккомпанемент ревущего двигателя, бешено билась только одна мысль. Проклятый пещерный век! Чертов девяносто второй год! В своем времени я бы уже сто раз перезвонил сестре по сотовому, выяснил все симптомы, сам бы параллельно вызвал реанимацию, дал бы инструкции, что делать до приезда врачей…</p><p>А здесь? Здесь ты глух и слеп! Из-за отсутствия нормальной, мобильной связи, которая помогает мгновенно узнать, что за беда свалилась на твою семью, оставалось только сидеть, сжимать кулаки до побелевших костяшек и сходить с ума от страшной неизвестности. Что там случилось? Инфаркт? Инсульт? Приступ? Что, черт возьми, кроется за этим дашиным «маме очень плохо»⁈</p><p>— Гони, Степа… — выдавил я, глядя на мелькающие за окном серые улицы. — Гони!</p><p>Степан ничего не ответил. Не проронил ни звука, чтобы ни на секунду не отвлекаться от дороги. Мы с визгом покрышек залетели в наш двор, рванули к подъезду, и… сердце у меня снова ухнуло куда-то в желудок и, казалось, остановилось совсем.</p><p>Прямо возле нашего подъезда стоял красно-белый «Рафик» скорой помощи. Мигалка на крыше тревожно вращалась, отбрасывая красные блики на стены дома.</p><p>«Волга» Степана еще не успела полностью остановиться, а я уже рванул ручку на себя, распахнул дверь и на ходу выпрыгнул наружу. Чуть не споткнулся, но чудом удержал равновесие и бросился к машине медиков. В распахнутые задние двери «Рафика» санитар и водитель как раз заносили носилки.</p><p>Я успел подбежать в ту самую секунду, когда они собирались захлопнуть створки. Запахло чем-то резким — корвалолом, спиртом, больницей. На носилках лежала мама. Лицо белее мела, глаза закрыты. Рядом суетился врач с чемоданчиком. Тут же стояла зареванная Даша, крепко держа маму за руку.</p><p>— Здрасьте! — выдохнул я, вцепляясь побелевшими пальцами в край открытой двери. — Что… что случилось⁈ Я сын!</p><p>Услышав мой голос, мама дрогнули веками. Она с усилием приоткрыла глаза, сфокусировала на мне мутный взгляд и вдруг вымученно, едва заметно улыбнулась.</p><p>— Олежка… — одними губами прошептала она.</p><p>— Садитесь в машину, быстро! — рявкнул на меня врач. У него был предельно взволнованный вид человека, у которого пациент балансирует на грани. — Время дорого, счет на минуты!</p><p>Мой мозг, несмотря на панику, вдруг заработал с пугающей, холодной ясностью. Задерживать скорую сейчас — это преступление. Пытаться выпытывать диагноз прямо здесь — безумие. Но и садиться к ним в салон нельзя. На дворе девяносто второй год. В больницах шаром покати, не хватает элементарных бинтов и шприцев, не говоря уже о сложных препаратах. Если я сейчас поеду в «Рафике», то окажусь в приемном покое без транспорта. А мне нужно сохранить мобильность. У меня под боком Степан с машиной и полные карманы валюты — если потребуется метнуться на другой конец города, поднять на уши спекулянтов или скупить половину аптеки, я должен быть на колесах.</p><p>— Я на машине! — крикнул я врачу, делая шаг назад и освобождая им путь. — Поеду след в след за вами! Закрывайте!</p><p>Врач с пониманием коротко кивнул — видимо, мой расчетливый тон показался ему убедительным.</p><p>— Всё, гоним! — бросил он водителю и крикнул мне, — Мы едем в БСМП!</p><p>Двери с лязгом захлопнулись, отрезая меня от бледного лица матери, и скорая, взревев мотором, рванула со двора. Я развернулся и бегом бросился обратно к распахнутой двери степановской «Волги».</p><p>Степану даже ничего говорить не пришлось. Едва я захлопнул за собой дверь, он воткнул передачу и погнал «Волгу», устремившись вслед за «Рафиком».</p><p>Он умело пристроился прямо за кормой скорой и словно привязал нас невидимым буксировочным тросом. Степан четко повторял все маневры медиков, играя газом и тормозом, и умудрялся не отставать ни на метр. Мы неслись за мигалкой по весеннему городу, нагло вылетая на встречку и проскакивая перекрестки на откровенный красный свет, заставляя другие машины шарахаться в стороны под аккомпанемент возмущенных клаксонов.</p><p>Даже сквозь пелену паники я отстраненно, краем сознания отметил про себя одну вещь. Просто очень опытный водитель так управлять неповоротливой «Волгой» не смог бы при всем желании. Здесь чувствовалась жесткая, вбитая на уровне рефлексов школа. Скорее всего, наш немногословный безопасник проходил какую-то серьезную спецподготовку — где-нибудь в гараже особого назначения.</p><p>Когда скорая свернула на территорию БСМП, наша машина нагло проскочила прямо под опускающимся полосатым шлагбаумом, едва не чиркнув по нему крышей, и с визгом замерла на бетонном пандусе, прямо перед стеклянными дверями приемного покоя.</p><p>— Я здесь буду, — Степан ткнул пальцем в сторону небольшой служебной стоянки, где ютились медицинские авто. — Не теряй!</p><p>— Степа, я постараюсь побыстрее… — бросил я на ходу, распахивая дверь.</p><p>— Беги! — он нетерпеливо махнул рукой, обрывая меня на полуслове.</p><p>Я рванул со всех ног внутрь. Двери приемного покоя с лязгом захлопнулись за спиной, и в нос тут же ударил тяжелый, густой больничный дух. Помещение выглядело удручающе. Под высоким потолком с раздражающим гудением тускло мерцали люминесцентные лампы, бросая мертвенно-бледный свет на обшарпанные стены и протертый до дыр линолеум. Вдоль стен тянулись ряды жестких деревянных кресел, соединенных между собой железными рейками. На них сидели люди.</p><p>Атмосфера здесь стояла гнетущая, пропитанная страхом и ожиданием. Кто-то баюкал на груди наспех замотанную в бинты руку, тихо постанывая сквозь зубы. Какой-то мужик сидел, запрокинув голову с зажатым в носу окровавленным платком. Но большинство присутствующих просто молчали. Сгорбившись, глядя в одну точку невидящими глазами, люди с изможденными тревогой лицами ожидали вестей. Они ловили каждый звук открывающейся двери, каждую тень человека в белом халате, надеясь и одновременно до одури боясь услышать новости о своих близких.</p><p>Среди них была и Даша.</p><p>— Олег! — она подпрыгнула с кресла.</p><p>— Даша! Мама? Что с ней? — я подбежал к сестре и опустился перед ней на корточки, заглядывая в заплаканное лицо.</p><p>— Увезли… Сразу в реанимацию увезли, — всхлипнула она, растирая по щекам слезы.</p><p>Я инстинктивно дернулся к тяжелым белым дверям, но тут же заставил себя остановиться. Реанимация — это не шутки. Там счет идет на секунды. Мне там не место, я своими расспросами, паникой и попытками «порешать вопросы» буду только мешать. Врачам сейчас не до меня.</p><p>Я тяжело выдохнул и вернулся к сестре, присаживаясь рядом.</p><p>— Как это случилось? Сердце? Инфаркт?</p><p>После всего, что маме пришлось пережить за последнее время, инфаркт казался самым вероятным и логичным сценарием. Она ведь всё держала в себе, никогда не жаловалась, только я не раз замечал, как она украдкой, отворачиваясь, кладет под язык таблетку валидола.</p><p>От осознания собственной слепоты хотелось завыть в голос прямо здесь, под этими гудящими лампами. Идиот! Коммерсант хренов! Сосредоточился на карьере, на зарабатывании денег, на каких-то бандитских разборках и «Чайках» — и упустил! Самое важное в этой жизни упустил!</p><p>Но выть сейчас было нельзя. Дашу и так била крупная дрожь, ее нужно было успокоить, стать для нее точкой опоры, а не впадать в истерику самому. Я обнял сестру за плечи, прижимая к себе.</p><p>— Она с утра говорила, что живот болит, — сбивчиво, сквозь слезы заговорила Даша. — А потом ее совсем скрутило… Начало тошнить, побледнела вся. А потом мама даже сознание потеряла! Ну я скорую и вызвала…</p><p>— Молодец, — я крепко сжал ее плечо. — Ты всё правильно сделала. Ты молодец, Дашка. Слышишь? А врач что сказал?</p><p>Мой мозг судорожно цеплялся за соломинку. Живот? Тошнота? Я отчаянно молился всем богам, чтобы это был какой-нибудь банальный аппендицит. Господи, ну сделай так, чтобы это вообще оказалось ложной тревогой или сильным пищевым отравлением! Только не сердце!</p><p>— Сказали ждать, — покачала головой сестра.</p><p>— Лекарства какие-нибудь нужны? Бинты, шприцы, системы? У меня машина на улице, деньги есть, я всё из-под земли достану!</p><p>Даша снова отрицательно помотала головой:</p><p>— Ничего не сказали… Просто увезли.</p><p>Говорят, хуже нет, чем ждать и догонять. Но ждать в приемном покое БСМП — это вообще самое худшее, что может случиться в жизни человека. Время здесь словно загустело, превратившись в липкую смолу. Секундная стрелка на больших настенных часах двигалась с издевательской медлительностью, а каждый ее щелчок отдавался тупой болью в висках.</p><p>Я сидел на продавленном кресле, чувствуя, как под пиджаком, во внутреннем кармане, жгут грудь две пачки долларов. Двадцать тысяч баксов. Огромные, бешеные деньги. На них можно купить квартиру, машину, можно подкупить чиновников или нанять охрану. Но здесь, перед этими закрытыми белыми дверями, они превратились в бесполезную резаную бумагу. Мой статус, мои связи, мой успешный бизнес — всё это обнулилось. Я был тотально беспомощен.</p><p>От этого бессилия ломило кости. Я бы прямо сейчас, не раздумывая ни секунды, лег под скальпель вместо нее. Наживую! Без наркоза! Пусть бы меня резали на куски, лишь бы не сидеть здесь, вслушиваясь в каждый скрип открывающейся двери, в каждый торопливый шаг медсестры по коридору. Эта пытка неизвестностью выматывала душу, выкручивала нервы, заставляя внутренне сжиматься в ожидании приговора каждый раз, когда кто-то в белом халате выходил из дверей.</p><p>Ожидание затянулось настолько, что казалось, будто время в этом пропахшем хлоркой коридоре вообще остановилось. Я уже всерьез начал обдумывать, не отправить ли совершенно измотанную, дрожащую Дашу домой на степановской «Волге» — смотреть на ее мучения было невыносимо.</p><p>Но тут створки реанимации распахнулись.</p><p>В холл вышел врач — крепкий, сутулящийся брюнет лет сорока в помятом белом халате. Свою медицинскую шапочку он почему-то снял и сейчас нервно комкал ее в руках. Он устало обвел взглядом притихший приемный покой.</p><p>— Пациентка Манькова! — громко, на весь коридор бросил он. — Есть кто-нибудь?</p><p>Мы с сестрой сорвались со своих мест одновременно, словно нас подбросило тугой пружиной.</p><p>— Я сын. Олег! — выпалил я, подлетая к нему. — Что с мамой?</p><p>— У вашей матери острый деструктивный панкреонекроз.</p><p>Мозг зафиксировал информацию, но отказывался ее расшифровывать. Не аппендицит. И слава богу, не инфаркт — сердце выдержало. Но что, черт возьми, такое этот панкреонекроз⁈ Звучало это длинное, режущее слух медицинское слово пугающе.</p><p>Врач, мгновенно прочитав на моем лице полное непонимание, вздохнул и заговорил проще:</p><p>— Это проблема с поджелудочной железой. Если говорить совсем примитивным языком — она начала переваривать саму себя. Агрессивные пищеварительные ферменты прорвались в брюшную полость. У нее уже начинается ферментативный перитонит и стремительно развивается токсический шок.</p><p>Понятнее от этих разъяснений мне не стало от слова «совсем». Разве что от фраз «переваривает саму себя» и «токсический шок» по спине прокатилась волна первобытного ужаса.</p><p>— Это… опасно? — выдавил я севшим, чужим голосом.</p><p>Врач не ответил. Вместо этого он перевел долгий, очень выразительный взгляд на стоящую рядом со мной Дашу. Сестренка была белее больничной стены и жадно ловила каждое его слово.</p><p>Я всё понял мгновенно. Новости были не для детских ушей.</p><p>— Даш, — я мягко взял ее за плечи и развернул. — Посиди на кресле.</p><p>— Но, Олег… — она попыталась вырваться, в ее глазах снова заблестели панические слезы.</p><p>— Я прошу тебя. Одну минуту! — с жестким нажимом, не терпящим никаких возражений, отрезал я.</p><p>Даша нехотя, тихо всхлипнув, подчинилась и побрела обратно к жестким креслам. Я дождался, пока она отойдет на достаточное расстояние, и снова повернулся к врачу, внутренне сжимаясь в ожидании удара.</p><p>— Она… поправится? — мой голос предательски дрогнул, выдав с головой весь тот ужас, что творился сейчас внутри.</p><p>Врач тяжело вздохнул и опустил взгляд, избегая смотреть мне прямо в глаза.</p><p>— Ну, лечение мы уже назначили. Базовую терапию начали.</p><p>И пусть я ни черта не понимал в тех жутких симптомах и зубодробительных терминах, которыми он сыпал, я просто не мог не спросить. Мне нужно было хоть за что-то зацепиться.</p><p>— Какое лечение? — я вцепился в него взглядом. — Что конкретно вы будете делать?</p><p>— Сейчас стабилизируем гемодинамику, поднимем упавшее давление и сразу берем на операционный стол, — чеканя слова, ответил хирург. — Сделаем лапаротомию, всё там вычистим, промоем брюшную полость, поставим трубки-дренажи, чтобы отводить скапливающиеся токсины…</p><p>— Операцию⁈ — меня словно обухом по голове ударили. В моем понимании операция — это всегда крайняя мера, балансирование на грани жизни и смерти.</p><p>— И чем быстрее, тем лучше, — жестко отрезал врач. Он сунул руку в карман халата, достал помятый бланк и шариковую ручку. Быстро заскрипел по бумаге, пристроив листок прямо на ладони. — Вот. Я выпишу вам рецепт на «Контрикал». Бегайте по аптекам города, ищите у знакомых, поднимайте связи, тормошите спекулянтов — делайте что хотите, но найдите его. У нас в больнице этого препарата нет.</p><p>Я машинально взял протянутый клочок бумаги, глядя на корявый врачебный почерк, как на спасательный круг.</p><p>— Это лекарство… оно ей точно поможет?</p><p>Доктор замер. Он вдруг отвел глаза в сторону, уставившись на облупившуюся краску больничной стены.</p><p>— При такой молниеносной форме смертность — восемьдесят процентов, — тихо, произнес он, лишая меня последних иллюзий. — Почки могут отказать уже к утру. Органы просто не выдержат такого колоссального отравления.</p><p>Восемьдесят процентов. Эти слова ударили наотмашь, выбивая воздух из легких.</p><p>— Но что же можно сделать, доктор⁈ — в полном отчаянии воскликнул я, едва сдерживаясь, чтобы не схватить его за грудки. — Деньги вообще не вопрос! Любые! Хоть валюта, хоть рубли — я всё оплачу, всё достану! Мы можем маму прямо сейчас отправить в другую клинику? Туда, где есть нормальное оборудование и все нужные лекарства⁈</p><p>— В какую? — спросил хирург.</p><p>— Ну… а если в Москву⁈ Я машину найду, если надо, то оплачу скорую!</p><p>— Транспортировать в Москву категорически нельзя, — припечатал врач так твердо, что у меня перехватило дыхание. — Ехать далеко. Тряска убьет ее быстрее болезни. Она просто умрет у вас в машине от болевого шока. Я бы на вашем месте… готовился к худшему. Ну, только если…</p><p>Он внезапно замялся, комкая в руках свою медицинскую шапочку.</p><p>— Только если что⁈ — я шагнул к нему вплотную, готовый вытрясти из него эту надежду силой. — Да не молчите вы, говорите! Что надо сделать⁈</p></section><section><title><p>Глава 7</p></title><p>Глава 7</p><p>Врач кивнул, словно приняв какое-то тяжелое для себя решение, и бросил мне:</p><p>— Иди за мной.</p><p>Он развернулся и быстрым шагом направился к белым створкам. Мы вошли в пустой коридор, и хирург сразу же юркнул в соседнюю дверь — в перевязочную. Как только я перешагнул порог, он плотно прикрыл за нами дверь, отсекая шум приемного покоя. Пахло спиртом и запекшейся кровью.</p><p>— Я хочу, чтобы ты знал правду, — заговорил он тихо, но жестко, отбросив официальное «вы». — Если мы сейчас начнем полостную операцию, то это… верная инвалидность. В лучшем случае. А в худшем…</p><p>Он замолчал, выразительно глядя мне прямо в глаза.</p><p>— Я понял, — отрезал я, не давая панике взять верх. — Давайте дальше. Что можно сделать?</p><p>— Пациенту экстренно нужны методы экстракорпоральной детоксикации и полная медикаментозная блокада железы…</p><p>— Доктор, я ни черта не понимаю! — перебил я, чувствуя, как от этих сложных терминов закипает мозг. — Пожалуйста, давайте попроще. Куда конкретно ехать и что достать?</p><p>Врач смерил меня оценивающим взглядом.</p><p>— Это будет дорого. Очень дорого.</p><p>— Вопрос вообще не в деньгах. У меня есть средства. Что нужно?</p><p>— Нужны аппараты плазмафереза и гемосорбции. Кровь надо чистить непрерывно.</p><p>— У вас здесь их нет?</p><p>— Откуда? — он горько усмехнулся. — Такое оборудование в нашем городе есть только в одном месте — в медсанчасти завода «Тулачермет».</p><p>— Понял. Готовьте маму к транспортировке туда.</p><p>— Там не всё просто, — врач покачал головой. — Это закрытое спецотделение, его оборудовали в конце восьмидесятых специально для партийной элиты и заводского руководства. Туда человека с улицы не кладут. Даже за очень большие деньги не кладут, понимаешь? Нужен звонок с самого верха.</p><p>Я не имел ни малейшего, даже призрачного понятия, как я буду решать вопрос с руководством гигантского металлургического комбината. Но отступать было некуда.</p><p>— Всё. Считайте, что я уже договорился, — кивнул я. — Что-то еще?</p><p>— Ну, это вообще трудновыполнимо… — хирург потер переносицу. — Но надо достать швейцарский препарат «Сандостатин». Это новейший синтетический гормон, он способен мгновенно «выключить» поджелудочную и остановить некроз. В Туле его нет.</p><p>— Вообще нет? Ни на каких складах?</p><p>— Вообще. Я о нем только читал и на симпозиумах слышал. В Москве он бывает, но только в валютных аптеках или у спецбарыг, которые крутятся при Минздраве. Найти невероятно сложно, но в теории… можно.</p><p>Как искать в гигантской Москве барыг при Минздраве, я тоже не знал.</p><p>— Я найду, — коротко бросил я.</p><p>Врач кивнул, принимая мой ответ, и продолжил:</p><p>— Далее. Маме категорически нельзя будет есть и пить. Минимум месяц. Вообще ничего. Даже одна капля воды запустит выделение ферментов и убьет ее. А обычная глюкоза не спасет от истощения. Нужны импортные питательные растворы для внутривенного введения. Шведский «Интралипид» и немецкий «Аминоплазмаль».</p><p>— Вы, главное, мне всё это на бумаге запишите, — попросил я, чувствуя, что голова идет кругом. — Я просто не запомню, чего и сколько надо брать.</p><p>— Запишу, обязательно запишу, — хирург отошел к металлическому столику, достал из кармана бланк и начал быстро строчить. — Запомни, у тебя есть двадцать четыре часа. Максимум. Мы пока подержим твою маму на сильных обезболивающих и капельницах здесь, в БСМП. Но если завтра к вечеру не начать аппаратную очистку крови и не ввести «Сандостатин», то начнется необратимый токсический шок и откажут почки. И тогда уже не помогут никакие деньги.</p><p>— Сутки. Я понял, — кивнул я, принимая из его рук исписанный рецептурный бланк. — Сейчас прямо что-нибудь надо привезти?</p><p>— Нет, на ближайшие сутки базовые растворы у нас есть. Ты… ты точно справишься? — он посмотрел на меня с нескрываемым сомнением.</p><p>— Да, — твердо ответил я. — Делайте обезболивающие и…</p><p>Я сунул руку во внутренний карман пиджака. Пальцы нащупали тугую пачку. Я отсчитал пять хрустящих стодолларовых бумажек и протянул врачу.</p><p>— Это вам.</p><p>Хирург отшатнулся, округлив глаза:</p><p>— Нет, уберите. За одну консультацию это слишком много…</p><p>— Это не за консультацию, — я вложил зеленые купюры в карман его белого халата. — Я прекрасно понимаю, что у вас в больнице нет ни нормальных лекарств, ни условий, ни зарплат, и вообще всё держится на честном слове. Но сделайте всё возможное и невозможное, чтобы маму эти сутки поддержать. Не отходите от нее. Я всё привезу. Скажите, сколько стоят эти препараты? На полный курс?</p><p>Врач достал из кармана блокнот и ручку.</p><p>— Очень много, Олег. Если брать полный курс «Сандостатина» дней на десять-четырнадцать и питание на месяц… московские барыги сдерут с тебя три шкуры. Готовь тысяч десять-двенадцать долларов. Наличными.</p><p>Я даже глазом не моргнул.</p><p>— Я потяну.</p><p>— Это только препараты, — хирург поднял на меня взгляд, быстро строча на бланке латинские названия. — Медсанчасть «Тулачермета» — это отдельная история. Расходники для плазмафереза, импортные фильтры для очистки крови, отдельный бокс, круглосуточный пост… Если вообще сможешь туда пробиться, готовь еще тысяч пять-семь на взятки и оплату счетов. Ну этот так, если совсем грубо прикинуть. Может будет дороже, может дешевле — как договоришься.</p><p>Он отдает мне исписанный листок. Я крепко, до хруста в пальцах жму его руку:</p><p>— Спасибо! Огромное вам спасибо!</p><p>Я уже берусь за ручку двери, когда хирург торопливо бросает мне в спину:</p><p>— И еще одно, Олег. Запомни: «Сандостатин» — это гормон. Он хранится строго в холодильнике, при температуре от плюс двух до плюс восьми градусов. Перегреете его в машине — привезете бесполезную воду. Ищите сумку-холодильник.</p><p>Стремительно выхожу обратно в приемный покой. В голове лихорадочно крутятся мысли, наскакивая одна на другую: где, черт возьми, мне искать портативный автомобильный холодильник в девяносто втором году⁈</p><p>Ловлю взгляд вскочившей сестры и коротко киваю на выход:</p><p>— Идем за мной.</p><p>Мы выскакиваем из пропитанного болью и горем больничного воздуха на весеннюю улицу. Я сразу нахожу глазами знакомый силуэт степановской «Волги» и бегом направляюсь к ней.</p><p>— Олег, стой! — Даша, наконец очухавшись и осознав, что мы уходим, тормозит на полпути. — А как же мама⁈</p><p>— В больнице мы ей сейчас никак не поможем, — бросаю я на ходу.</p><p>— В смысле — не поможем⁈ — в ее голосе снова начинают звенеть панические нотки.</p><p>— Нам надо срочно достать очень редкое лекарство и перевести ее в другую клинику. Здесь нет нужного оборудования, Даш.</p><p>Сестра вдруг замирает на месте. Весенний ветер треплет ее волосы. Она смотрит на меня снизу вверх блестящими от слез глазами:</p><p>— Олег… а она поправится?</p><p>И тут меня накрывает. Жесткое, беспощадное дежавю бьет под дых так, что на секунду перехватывает дыхание. Эта сцена уже была в моей жизни. Там, в моем прошлом, которое на самом деле будущее. Вот прямо один в один. Мы точно так же стояли перед зданием клиники, и повзрослевшая Даша задавала мне ровно этот же самый вопрос. И я тогда пообещал ей, что с мамой всё будет хорошо… А потом мы ее потеряли. Маме тогда не смогли помочь ни самые квалифицированные врачи, ни лучшие современные препараты, ни высокотехнологичная аппаратура.</p><p>Я с трудом сглотнул колючий ком в горле, прогоняя призраки того, жуткого будущего. Шагнул к сестре и крепко взял ее за худенькие плечи.</p><p>— Даша, всё будет хорошо, — вкладывая в эти слова всю свою уверенность, сказал я. — Я тебе обещаю. Ты огромная молодец, что не растерялась и вовремя вызвала скорую. Это самое главное. Теперь всё будет хорошо.</p><p>— Правда? — всхлипнула она и с надеждой цепляясь за мой взгляд.</p><p>— Правда, — я коротко обнял ее, подталкивая к машине. — Но нам надо очень торопиться.</p><p>Я распахнул перед ней дверцу «Волги», давая себе самому нерушимую клятву. В этот раз всё будет иначе. Я этот чертов мир наизнанку выверну, зубами землю грызть буду, в лепешку расшибусь, но маму я спасу. Чего бы мне это ни стоило.</p><p>Мы быстро долетели до нашего двора и закинули Дашу домой. Я проводил ее до дверей подъезда и наказал сидеть дома и ждать новостей. Не дай бог они с Машей к маме в больницу сорвутся, ведь будут только врачей от дела отвлекать и под ногами путаться. Сестренка держалась из последних сил, губы у нее дрожали, но она послушно кивнула.</p><p>Едва хлопнула дверь подъезда, я бегом вернулся к ожидающей машине и запрыгнул на переднее сиденье.</p><p>— В ДОСААФ, Степа. Гони на работу, — бросил я, бросив лихорадочный взгляд на наручные часы. Отсчет пошел. Тик-так. У нас сутки.</p><p>Степан молча воткнул передачу, и «Волга» стремительно рванула со двора.</p><p>— Что врачи сказали? — хмуро спросил он, не отрывая взгляда от дороги. При сестре он меня тактично не расспрашивал о мамином диагнозе.</p><p>— Плохо всё, Степа. Очень плохо. Острый панкреонекроз, — я устало потер пульсирующие виски. — Сутки у нас есть, чтобы ее спасти. Максимум сутки. Лекарств в БСМП нет. Оборудования для очистки крови — тоже. Мне надо срочно, прямо сегодня, доставить из Москвы дефицитные импортные препараты. И параллельно пробивать место в спецмедсанчасти «Тулачермета».</p><p>Степан нахмурился, переваривая информацию.</p><p>— Давай я в Москву рвану, — тут же, без малейших колебаний предложил он. — Дорогу знаю, гнать умею. Дашь баксы, объяснишь, кого искать при Минздраве — из-под земли достану и привезу.</p><p>Я покачал головой:</p><p>— Нет, Степа. Спасибо, конечно, но ты мне пока здесь, в Туле, нужен как воздух. Я один просто физически не разорвусь, а беготни предстоит выше крыши. Если до вечера никого из свободных таксистов не найдем — тогда поедешь ты. Но есть еще одна засада, самая дурацкая. Главный препарат — это гормон. Его везти можно только в строгом холоде. Нам кровь из носу нужно найти сумку-холодильник. Иначе не довезем. А где достать портативный холодильник в нашем городе — я вообще без понятия.</p><p>Степан сжал челюсти и тяжело забарабанил пальцами по оплетке руля, обдумывая услышанное.</p><p>До здания ДОСААФ мы долетели в рекордные сроки. Я пулей выскочил из машины и бегом преодолел лестничные пролеты. Ворвавшись в свой кабинет, я проигнорировал удивленный взгляд Люды, бросился к столу и сгреб телефонный аппарат. Мне срочно нужна была связь. Нужно было звонить, поднимать все свои крошечные, едва наработанные контакты, умолять, договариваться, предлагать любые деньги… Рудик? Евгений Владимирович? К кому вообще можно сунуться с выходом на руководство металлургического комбината?</p><p>Степан, зашедший в кабинет следом за мной, не стал проходить внутрь. Он задержался у порога.</p><p>— Я к Зимову поднимусь, — коротко бросил он. — Мыслишка тут одна есть.</p><p>Я, уже лихорадочно листая страницы блокнота и зажимая трубку плечом, отреагировал совершенно рассеянно:</p><p>— Да-да, Степа… иди.</p><p>Палец уже крутил диск телефона, набирая первый номер. Время утекало сквозь пальцы.</p><p>Услышав щелчок на том конце провода, я тут же выдохнул в трубку:</p><p>— Влад, привет.</p><p>— Здорово! — раздался расслабленный, довольный голос моего поставщика техники. — Еще один компьютер нужен? У меня тут как раз партия наклевывается, могу…</p><p>— Слушай, — жестко перебил я, не давая ему расписывать подробности новых поставок, — у тебя в Москве барыги знакомые есть?</p><p>— Смотря что нужно, — деловито отозвался Влад. — Если оргтехника, то…</p><p>— Медпрепараты, — снова оборвал я его. — Импортные, очень редкие и дорогие.</p><p>— Ой, Маньков, не советую я тебе медициной заниматься, — Влад снисходительно хмыкнул. — Во-первых, там разбираться надо, причем серьезно, во-вторых, там мафия своя, на пушечный выстрел не подпустят…</p><p>— Мне не на продажу, — мой голос сорвался, прозвучав хрипло. — Мама в больнице, в реанимации. Срочно нужны лекарства.</p><p>Из голоса Влада мгновенно, за долю секунды, испарилась вся его коммерческая ленца и снисходительность.</p><p>— Погоди, старик, — тон стал собранным и предельно серьезным. — У меня самого прямых выходов на фармацевтов нет, но знакомые коммерсы в столице крутятся, у них связи везде. Я сейчас их наберу, обрисую ситуацию и попробую пробить твои препараты. Как только что-то выясню — тут же перезвоню. Сиди на трубке.</p><p>— Спасибо, Влад. Я в долгу не останусь, любые деньги…</p><p>— О чем ты вообще говоришь? Какой долг? — искренне возмутился он. — Мама — это святое. Короче, жди звонка.</p><p>Я положил трубку на рычаг и тяжело откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза и запуская мыслительный процесс на максимум.</p><p>— Олег… — раздался сбоку тихий, встревоженный голос Люды. Я и забыл, что она сидит за своим столом и всё это время слушает мой разговор. — С мамой что-то случилось?</p><p>— Да. В больнице, — я открыл глаза и посмотрел на девушку. — Состояние критическое. Нужны препараты, а они есть только в Москве.</p><p>Люда побледнела.</p><p>— И что… делать будешь?</p><p>— Искать. Ехать, если придется, — я пожал плечами, чувствуя, как внутри натягивается стальная струна. — Других вариантов нет. Слушай, Люда, напряги память. У тебя есть знакомые с «Тулачермета»? Кто-нибудь из руководства, из профкома, кто угодно со связями наверху?</p><p>Люда растерянно заморгала.</p><p>— Э-э-э… дай подумать… Нет. Точно никого нет. А зачем тебе металлурги?</p><p>Я не стал ничего объяснять. Нельзя терять ни минуты, время сейчас — самый ценный ресурс, который утекает, как песок сквозь пальцы. Я снова придвинул к себе блокнот, подхватил трубку и начал торопливо крутить диск.</p><p>Услышав, что на том конце сняли трубку, я с облегчением выдохнул:</p><p>— Рудик? Здравствуй!</p><p>— Опять ты, Маньков? — недовольно проворчал авторитет. — Ты мне звонишь чаще, чем моя родная мама. И это, скажу тебе…</p><p>— Рудик, выручай, — резко перебил я, наплевав на субординацию и авторитет вора. — Мама попала в больницу, состояние критическое. Надо ее срочно перевести в ведомственную медсанчасть на «Тулачермет». Я знаю, что ты полгорода знаешь и решаешь вопросы. Может, посоветуешь, к кому обратиться?</p><p>На том конце повисла секундная пауза.</p><p>— Мама?</p><p>— Да. Дело очень серьезное, счет идет на часы. Реально помочь и вытащить ее могут только там, у них аппаратура. Я всё оплачу по любому тарифу, любые деньги отдам, лишь бы ее туда положили.</p><p>Рудик тяжело вздохнул в динамик:</p><p>— Я ничего обещать тебе не могу, Маньков. Но сделаю всё возможное. Этот завод… там свои круги. Своя мафия, в общем. Я сделаю пару звонков. Если найду концы — перезвоню.</p><p>— Спасибо… — выдохнул я.</p><p>— Потом спасибо скажешь. Если у меня вообще что-то получится, — коротко бросил он.</p><p>Едва я успел опустить трубку на рычаг, как в дверях кабинета появился Степан.</p><p>— Всё, — с порога уверенно заявил он. — Считай, с курьером в Москву вопрос решили.</p><p>Я уставился на него, как на спустившегося с небес спасителя.</p><p>— Как⁈ Кто поедет⁈</p><p>— Зимов подсуетился, — Степан прошел в кабинет. — Выбил по своим старым каналам машину медслужбы. Сразу с термоконтейнером на борту. Им надо только конкретно сказать, куда ехать и у кого забрать лекарство. Полетят шустро, со спецсигналами и мигалками. Такую тачку ни братва на трассе не тронет, ни гаишники не тормознут.</p><p>— Степа… я тебе по гроб жизни обязан!</p><p>— Не мне. Зимову спасибо скажешь, — мотнул головой бывший опер. — Я могу поехать с ними, проконтролировать передачу и…</p><p>— Нет. Поеду я, — вдруг раздался решительный голос.</p><p>Мы со Степаном синхронно обернулись. Люда поднялась из-за своего стола, глядя на нас совершенно серьезным взглядом, без малейшей тени привычного кокетства.</p><p>— Ты оставайся здесь, — она посмотрела на Степана. — Олегу твоя «Волга» и твоя помощь сейчас здесь нужны. Мало ли куда сорваться придется, если вопросы по больнице решать. А я… я справлюсь.</p><p>В голове молнией пронеслась мысль: а почему бы, собственно, и нет? Я вдруг вспомнил, как эта хрупкая на вид девчонка хладнокровно разводила на деньги матерых олигархов и бандитов в подпольном казино. Смелости, цепкого ума и природной коммерческой изворотливости ей было не занимать.</p></section><section><title><p>Глава 8</p></title><p>Глава 8</p><p>Влад отзвонился довольно быстро. Я по слогам зачитал ему с больничной бумажки зубодробительные названия препаратов. Он попросил подождать, а когда набрал снова, уже говорил четко, по делу, называя реальные цифры и контакт.</p><p>— Короче, пиши телефон и адрес, — продиктовал Влад. — Ждут твоего курьера ровно сутки. С учетом того, что берешь большой объем и препараты специфические, они сразу сделали скидку. С тебя десять косых зеленью. Они сказали, что за такой эксклюзив это вообще по-божески.</p><p>— Да, цена более чем адекватная, — ровным голосом ответил я, старательно переписывая адрес в блокнот.</p><p>Что-что, а цена меня сейчас интересовала в самую последнюю очередь. Запроси они хоть пятнадцать, хоть все двадцать — я бы отдал не раздумывая. Лишняя стопка резаной бумаги в данной ситуации не решала ровным счетом ничего.</p><p>— Ну, тогда всё. Можете выезжать прямо сейчас, — подытожил коммерсант. — Сказали, звонить и стучать в дверь можно в любое время дня и ночи.</p><p>— Влад… — я запнулся, пытаясь выразить словами то, что крутилось в голове.</p><p>— Маме скорейшего выздоровления, — мягко перебил он и повесил трубку.</p><p>Я слушал короткие гудки, и мне на какое-то мгновение стало невыносимо неловко. Совсем недавно я, хитро используя Вовчика, довольно жестко срезал цену с его компьютеров при закупе. Отжал по полной программе. А он… Но мучиться совестью времени сейчас не было, я просто твердо пообещал себе с ним обязательно рассчитаться.</p><p>Я положил трубку и посмотрел на Люду:</p><p>— Всё. Можно выезжать, как только к нам приедет скорая.</p><p>— Без проблем, — Люда решительно поднялась. — Я сейчас быстро сбегаю в магазин на углу, куплю кое-что в дорогу, чтобы на трассе не останавливаться. И всё — я готова.</p><p>Я не стал рассыпаться в долгих благодарностях. Слова сейчас были лишними. Я просто молча кивнул, глядя ей в глаза. И мысленно поставил еще одну галочку в своем внутреннем блокноте: сочтемся. Обязательно. И с ней, и с Зимовым, и со Степаном.</p><p>Но дело было решено только наполовину. Какой прок от дорогущих лекарств, если мама не получит полноценное лечение по протоколу? А Рудик всё никак не звонил. Телефон молчал, и каждая минута этого молчания съедала мои нервы.</p><p>— Думайте, родные, думайте, — я обвел взглядом Люду и Степана. — Кто еще может с «Тулачерметом» помочь? Хоть какие-нибудь выходы на их руководство или главврача медсанчасти?</p><p>Степан хмуро покачал головой:</p><p>— У меня таких знакомых нет. Зимов кому-то по своим каналам звонил, спрашивал, но, видимо, пока ничего не ответили.</p><p>Нельзя мне было полагаться на авось. Ну никак нельзя. Найдет Рудик концы или не найдет? Дозвонится Зимов или нет? Вилами на воде писано. Мой жизненный опыт буквально кричал: если что-то нужно сделать срочно, делай это сам. Хватит сидеть и ждать у моря погоды.</p><p>Я встал, запустил руку во внутренний карман и вытащил пачку баксов. Быстро, но безошибочно отсчитал двенадцать тысяч — с хорошим запасом на случай непредвиденных трат. Положил увесистую стопку на стол перед Людой.</p><p>— Держи. Здесь с запасом на всякий пожарный. И вот, — я положил рядом рецепт. — Проверь, пожалуйста, на месте, чтобы всё совпадало буква в букву. И помни: вот этот препарат, «Сандостатин», надо везти строго в термоконтейнере.</p><p>— Да, конечно, — Люда аккуратно убрала деньги и рецепт в сумочку. — Всё проверю на десять раз.</p><p>Я повернулся к безопаснику, который уже стоял у дверей.</p><p>— Ну что, Степа, — я решительно поправил пиджак. — Поехали на завод? Попробуем найти там хоть кого-нибудь из руководства и тупо сунуть деньги прямо в руки. Другого выхода у нас всё равно нет.</p><p>Степан неопределенно пожал плечами. Уверенности в успехе этой отчаянной авантюры не было ни у него, ни у меня. Завалиться с улицы на завод и пытаться всучить пачку долларов первому попавшемуся начальнику — план откровенно дрянной и опасный. Но других вариантов на горизонте пока не наклевывалось, а сидеть сложа руки и ждать чуда я физически не мог.</p><p>Я уже взялся за ручку тяжелой двери, собираясь выйти в коридор, как вдруг в голове назойливой мухой забилась мысль. «Тулачермет… Тулачермет…». Я же буквально недавно, вот совсем на днях, что-то слышал про этот чертов комбинат! Только что именно? И от кого?</p><p>Я замер на пороге, напрягая память до искр из глаз. И тут меня словно молнией прошило!</p><p>Бабушка Вовчика! Ну конечно! Она же на «собеседовании» упоминала, что проработала на этом комбинате какое-то время. То ли в бухгалтерии, то ли… Да какая, к черту, разница кем⁈ Главное, что раз она там работала, значит, сто процентов должна была знать кого-то из управленцев, врачей или партийного руководства. На таких предприятиях старые связи просто так не ржавеют.</p><p>Отпустив дверную ручку, я резко развернулся и буквально в два прыжка бросился обратно к своему столу.</p><p>— Олег, ты чего? — удивленно окликнул меня Степан, но я даже не обратил внимания.</p><p>Схватив скользкую трубку, я лихорадочно, сбиваясь и ломая ногти о пластиковый диск, набрал домашний номер Вовчика. Прижал трубку к уху так сильно, что стало больно.</p><p>Длинные гудки. Один… Второй… Давай же, возьми, окажись дома!</p><p>— Алло, — раздался в динамике строгий голос. Трубку взяла сама Инесса Павловна.</p><p>— Алло! Инесса Павловна, добрый день. Это вас Олег Маньков беспокоит, — торопливо выпалил я, едва дождавшись ответа.</p><p>— Да, Олег. Слушаю вас, — ее тон оставался сдержанным. — Если вы звоните насчет моего выхода на работу, то…</p><p>— Нет. Выход… выйдете, когда будете готовы, это сейчас вообще не важно, — перебил я. — Я хотел спросить… вы же говорили, что работали на «Тулачермете», да?</p><p>— Да. Заместителем главного бухгалтера, — с достоинством ответила пожилая женщина. Очевидно, она решила, что я проверяю ее послужной список. — Если вы вдруг считаете, что этого опыта недостаточно для вашей…</p><p>— Инесса Павловна, да вообще не о том речь! — я чуть не взвыл от того, что мы сейчас тратим время на эти интеллигентские расшаркивания. — Я… мне очень нужна ваша помощь.</p><p>В трубке повисла короткая пауза.</p><p>— В чем дело, Олег? — ее голос мгновенно изменился. Из него ушла чопорность, сменившись собранным, настороженным вниманием.</p><p>Я на секунду зажмурился, собирая разбегающиеся в панике мысли в кучу. Замглавбуха огромного металлургического комбината. В советское время — это не просто должность. Это небожитель. Человек, через которого шли все фонды, премии, путевки и распределения. Она знала всех, и все знали ее. Это был не просто шанс, это был счастливый лотерейный билет!</p><p>— У меня мама попала в больницу, — хрипло начал я. — Состояние критическое. Ей требуется экстренный перевод в вашу ведомственную клинику, в медсанчасть «Тулачермета». Врач сказал, там есть аппараты для очистки крови. Без них…</p><p>Я запнулся. Произнести это вслух оказалось физически тяжело, словно я сам подписывал приговор.</p><p>— Если мы ее туда не переведем, она не… не выживет, Инесса Павловна. Мне сказали, туда с улицы не кладут даже за большие деньги. Нужны связи. Помогите. Умоляю. Любые деньги, любые условия.</p><p>— Какие деньги, Олег? — в ее строгом голосе прозвучало искреннее непонимание, смешанное с легким укором. — Зачем вы вообще об этом говорите? У меня сохранена личная медицинская квота, как у бывшего сотрудника руководящего звена. Я сейчас позвоню главному врачу медсанчасти, и мы всё устроим.</p><p>— Подождите… — опешил я, совершенно выбитый из колеи такой будничной готовностью спасти чужую жизнь. — Но это же ваша личная квота? Ваше здоровье…</p><p>— Ну и что? — фыркнула Инесса Павловна так, словно речь шла о талоне на сахар, а не о доступе к закрытой элитной медицине. — Я в этом году ложиться в больницу совершенно не собираюсь. А с плановым обследованием прекрасно потерплю до следующего года, ничего со мной не случится. Положите трубку и никуда не уходите. Я сейчас договорюсь и сразу вам перезвоню.</p><p>В динамике щелкнуло. Я медленно опустил трубку на рычаг и осел прямо на край столешницы.</p><p>Вот так⁈ Неужели всё оказалось так просто⁈</p><p>Я был готов пробивать стены лбом, выходить на бандитов, подкупать номенклатурных чиновников, раздавать валюту пачками. Я готовился к изнурительной, кровавой войне с бюрократией. А спасение пришло оттуда, откуда я совершенно не ждал. От пожилой женщины, которой я просто дал нормальную работу. Она отдала единственное, что у нее было ценного — свой ведомственный блат и сделала это бескорыстно. Просто по-человечески. В этом циничном, продажном девяносто втором году такое казалось немыслимым.</p><p>От резкого выброса адреналина и внезапного облегчения у меня задрожали руки.</p><p>Тишину кабинета снова разорвал телефонный звонок. Я подскочил, как ужаленный, моментально хватая скользкую трубку.</p><p>— Алло! — рявкнул я, готовый слушать инструкции от Инессы Павловны.</p><p>— Алло, Олег! — раздался в динамике испуганный, срывающийся голос Маши. — Мы с Дашей тут…</p><p>— Маша, не занимай линию! — грубо оборвал я младшую сестру, до одури боясь, что в эту самую секунду Инесса Павловна пытается мне дозвониться и слышит короткие гудки. — Жду жизненно важного звонка по маме! Ничего не говори. Я сам вам перезвоню, как только всё решится!</p><p>Я с силой впечатал трубку в аппарат, обрывая связь, и замер над телефоном, гипнотизируя его взглядом.</p><p>Резкий, дребезжащий звонок ударил по натянутым нервам. Я схватил трубку так, что едва не вырвал провод с корнем.</p><p>— Алло!</p><p>— Олег, всё готово, — раздался в динамике спокойный голос Инессы Павловны. — Я договорилась. Записывайте номер телефона главврача медсанчасти. Ее зовут Маргарита Сергеевна. Она сейчас на рабочем месте и ждет вашего звонка.</p><p>— Инесса Павловна… — у меня перехватило дыхание. — Благодарю! Вы нас просто спасли. Я у вас в неоплатном долгу!</p><p>— Не стоит, Олег, ну что вы, право слово, — в ее тоне проскользнула легкая, искренняя неловкость. — Люди должны помогать друг другу. Звоните Маргарите Сергеевне, не теряйте времени.</p><p>— Я потом вам обязательно перезвоню! Еще раз спасибо!</p><p>Я бросил трубку на рычаг, мгновенно поднял ее снова и, глядя в блокнот, начал лихорадочно крутить диск. Сердце колотилось где-то в самом горле.</p><p>— Да? — ответил уверенный, поставленный женский голос.</p><p>— Добрый день! Маргарита Сергеевна? Вам звонила… Инесса Павловна насчет места…</p><p>— Да-да, здравствуйте, — деловито перебила главврач. — Инесса Павловна мне всё обрисовала. Мы ждем пациентку. Мои люди уже начали готовить палату.</p><p>Ого! Вот это вес у нашей бабушки-бухгалтера! Один телефонный звонок пенсионерки, и закрытая клиника тут же, без лишних вопросов, начинает готовить реанимацию для человека с улицы.</p><p>— Хорошо, спасибо вам огромное! — выдохнул я. — Скажите, сколько мы должны… Кому занести, как оформить?</p><p>— Всё строго по нашему прейскуранту, — ответила Маргарита Сергеевна. — Приедете, оформите договор в регистратуре и оплатите в кассу бухгалтерии.</p><p>Я словно оказался в какой-то доброй сказке! В девяносто втором году оплата медицинских услуг «по прейскуранту» для своих и оплата «по блату» в конверте для чужих отличались даже не в разы — на порядки! Для сотрудников и номенклатуры цены в рублях оставались более чем гуманными, почти символическими по сравнению с темными коммерческими расценками. То есть Инесса Павловна не просто пробила мне место в закрытом спецотделении. Она провела маму по своей личной квоте, сэкономив мне нереальную, космическую кучу денег, которые сейчас как раз уезжали с Людой в Москву!</p><p>Осознав, что передо мной открылись двери, в которые обычным смертным стучать бесполезно, я решил совсем обнаглеть.</p><p>— Простите, Маргарита Сергеевна, — я вцепился в трубку двумя руками, — а у вас случайно есть своя перевозка? Мне надо маму экстренно забрать из БСМП. Хирург сказал, что обычная машина ее может убит, тряска вызовет болевой шок.</p><p>— Да, у нас есть такая услуга. Которую вы также можете оплатить в кассу по прейскуранту, — без тени сомнения ответила главврач. — За ней поедет наш реанимобиль. Это закупленный заводом «Мерседес» из ФРГ. Там носилки установлены на специальной подвеске — пациентку даже на кочках не тряхнет. В машине есть кислородная станция, аппарат искусственной вентиляции легких и кардиомонитор. С машиной поедет наша бригада реаниматологов. Они сами заберут вашу маму у коллег из БСМП и подготовят к транспортировке.</p><p>Западногерманский реанимобиль с пневмоподвеской… У меня отлегло от сердца. Это был не просто шанс довезти маму живой. Это была абсолютная гарантия.</p><p>— Всё, я всё понял, — мой голос наконец-то зазвучал твердо и уверенно. — Я лечу к вам. Готовьте счета, договоры, я всё оплачу на месте.</p><p>Я положил трубку и обернулся. Степан стоял у двери, внимательно наблюдая за мной. По моему лицу он уже всё понял.</p><p>— Едем? — коротко спросил безопасник.</p><p>Вместо ответа я подорвался с места. Надо было торопиться.</p><p>Я планировал сначала заехать в клинику металлургов, оплатить всё по счетам, а уже оттуда ехать в БСМП, чтобы лично контролировать процесс транспортировки мамы.</p><p>Но я жестоко просчитался.</p><p>Оформление через официальную ведомственную кассу — это тебе не коммерческая сделка на рынке, где швырнул котлету налички на стол, ударили по рукам и разбежались. Здесь, в тихих коридорах медсанчасти, по-прежнему безраздельно властвовала ее величество советская бюрократия. Бессмысленная, беспощадная и никуда не торопящаяся.</p><p>В регистратуре мне торжественно вручили пару договоров, отпечатанных на сероватой бумаге. Отдельно — на оказание экстренных медицинских услуг и стационарное лечение, отдельно — на предоставление спецтранспорта. Я, разумеется, подмахнул их не глядя, даже не вчитываясь в пункты и параграфы. Лишь бы быстрее. Но тут меня ждал следующий сюрприз — окошко с надписью «Касса» оказалось наглухо закрыто изнутри, а кассирша отсутствовала на рабочем месте.</p><p>Я мерил шагами пятачок перед кассой, то и дело поглядывая на часы. Секундная стрелка безжалостно отсекала время.</p><p>Когда минут через пятнадцать неспешным, полным собственного достоинства шагом подошла дородная женщина в роговых очках, дела тоже не понеслись галопом. Начался сущий ад для человека, у которого счет идет на минуты. Пересчет купюр, сверка сумм, заполнение каждого бланка, каждой квитанции шариковой ручкой через синюю копирку… С ума сойти можно было от того, насколько долго и тягуче всё это происходило! Она слюнявила пальцы, педантично перебирала банкноты, раскладывая их по номиналу, потом звонко щелкала костяшками конторских счет, перепроверяя калькулятор, и снова что-то обстоятельно записывала в толстый, прошнурованный журнал. А в финале следовало медленное, вдумчивое прицеливание и штемпелевание каждой бумажки печатью.</p><p>Внутри меня всё кипело так, что темнело в глазах. Я готов был рычать на весь холл, требуя шевелиться быстрее. Мои ногти впивались в ладони до крови. Но вместо этого я стоял, намертво сцепив челюсти, и изо всех сил тянул на лицо вежливую, понимающую улыбку. Покорно кивал, когда она просила расписаться «вот здесь и еще вот тут».</p><p>Такова была система. И я сейчас находился совершенно не в том статусе и не в том положении, чтобы качать права, скандалить и пытаться менять ее правила. Любая ссора с персоналом могла обернуться задержкой или внезапно «неправильно оформленными документами».</p><p>Однако у этой сводящей с ума, неторопливой ведомственной системы обнаружилась и обратная сторона. Железобетонная надежность. Когда всё расписано по пунктам, когда каждое действие подкреплено инструкцией, штампом и оплаченной квитанцией, этот механизм работает медленно, но неотвратимо и четко, без малейших сбоев.</p><p>Пока я изводил себя у кассового окошка, скрипя зубами от бессилия, маховик уже был запущен.</p><p>Когда я, наконец, сгреб все бумажки с синими печатями и пулей выбежал через главные двери на улицу, то замер на верхней ступеньке крыльца.</p><p>К широкому пандусу больницы плавно подкатывал массивный микроавтобус. Яркий, красно-желтый «Мерседес» с синими проблесковыми маячками на крыше смотрелся на фоне тульских пейзажей как настоящий космический корабль. Машина мягко, без единого рывка замерла у самого входа.</p><p>Задние двери тут же распахнулись изнутри. Двое крепких санитаров в опрятной униформе, вместе с врачом-реаниматологом, ловко и бережно, по специальным полозьям выкатили наружу металлическую каталку.</p><p>Я бросился к ним, перепрыгивая через ступеньки крыльца.</p><p>На каталке, укрытая по грудь белоснежным лежала мама. Ее лицо казалось почти прозрачным, приобретя пугающий, восковой оттенок, но под маской, от которой тянулась гофрированная трубка к кислородному баллону у изголовья, угадывалось спокойное дыхание. К ее руке была подключена сложная система с капельницей, закрепленная прямо на стойке носилок.</p><p>Она была без сознания, глаза были плотно закрыты.</p><p>Но в этот момент, глядя на ее осунувшееся лицо, я почувствовал, как к горлу подкатывает ком, а на глаза наворачиваются злые слезы невероятного облегчения. Она была здесь! Мы успели ее вытащить. Первый, самый тяжелый этап мы прошли. Дело оставалось за малым — дождаться Люду с сумкой-холодильником.</p></section><section><title><p>Глава 9</p></title><p>Глава 9</p><p>Маму я смог увидеть лишь мельком на лестнице. Дальше врачи меня жестко оттеснили, а перед самым носом захлопнули тяжелые белые двери реанимационного блока. Не положено. Я, конечно, попытался было прорваться вслед за каталкой, поговорить с реаниматологом, выяснить хоть какие-то детали, но и тут меня ждал глухой облом. Дежурная медсестра вежливо, но со стальными нотками в голосе посоветовала не путаться у персонала под ногами, твердо пообещав уведомить, как только мама придет в сознание.</p><p>Я вышел на крыльцо медсанчасти совершенно опустошенный. Так бывает, когда ты долго и отчаянно за чем-то гонишься, выкладываешься на триста процентов, наконец догоняешь и… организм вдруг говорит: «Всё, стоп. Завод кончился». Адреналин резко отхлынул, оставив после себя звенящую пустоту и свинцовую тяжесть в мышцах. Пора бы уже и выдохнуть, ноги я переставлял с огромным усилием, словно брел по колено в густой грязи.</p><p>Возле главного входа меня уже ждал Степан. Он видел, как на пандус залетел яркий «Мерседес» и как санитары бережно вынесли носилки с мамой.</p><p>— Ну что? — он испытующе посмотрел на меня. — Всё удачно?</p><p>— Удачнее и быть не может, Степа, — я устало потер пульсирующие виски.</p><p>— Вот и хорошо. Куда дальше? Домой?</p><p>Вроде бы да. Но мы завершили только половину плана по спасению. Если препараты не приедут вовремя, современная аппаратура и профессиональные врачи окажутся бессильны. Тревога снова начала когтями скрестись в груди.</p><p>— Слушай, — меня вдруг опять затрясло от нервного напряжения, — а давай прямо сейчас в Москву рванем?</p><p>Степан удивленно сдвинул брови:</p><p>— Э-э-э… Зачем?</p><p>— На трассе УАЗик медслужбы перехватим! Поедем вместе, заберем ампулы…</p><p>— Как ты его на трассе перехватишь, Олег? — вздохнул безопасник.</p><p>— Ну сколько они проехали уже? Можно же как-то рассчитать примерную точку встречи!</p><p>Степан шагнул ко мне, крепко взял за плечи и заглянул прямо в глаза, заставляя сфокусироваться:</p><p>— Не можно. Мы не знаем ни точной скорости, с которой они идут, ни сколько раз они по дороге останавливались.</p><p>— Ну как-то же можно прикинуть… — упрямо пробормотал я, пытаясь вырваться из его стальной хватки.</p><p>— Никак нельзя, — жестко, как отрезал, произнес Степан. — На трассе мы их уже точно не догоним. Они въедут в Москву, и всё. Мы там их тупо не найдем.</p><p>— Ну как не найдем⁈ У нас же точный адрес барыг есть!</p><p>Степан не стал спорить. Он просто потянул меня за руку, увлекая за собой к машине.</p><p>— Слушай меня внимательно. Я всё понимаю. Тебе сейчас дико тяжело, тебя кроет, и ты физически не можешь остановиться, — спокойно и размеренно заговорил он. — Но это именно тот самый момент, когда нужно выдохнуть. Всё, Олег. Ты сделал всё, что мог.</p><p>— Да нет же! — я уперся ногами в асфальт, останавливаясь перед открытой дверцей «Волги».</p><p>— Да! — рявкнул Степан, чуть повысив голос, чтобы пробиться сквозь мою панику. — Люда справится! Пойми ты — она точно со всем справится. У нее делов-то — приехать по адресу, отдать деньги и забрать лекарство.</p><p>— И положить его в холодильник! — выкрикнул я, вцепившись в эту мысль. — Там от двух до восьми градусов! Иначе привезут воду!</p><p>— Да ты ей это раз сто повторил! И я повторил! И термоконтейнер ей в машину загрузили! — Степан встряхнул меня за плечи. — Ты думаешь, девчонка, которая везет двенадцать косарей баксов ради спасения человека, может про это забыть⁈</p><p>— Но…</p><p>— Всё. Никаких «но». Ты всё продумал до мелочей. Всё блестяще организовал. Сейчас — отдых. Едем домой и ждем Люду.</p><p>— А если она не приедет? — меня всё еще колотило. — Если их кинут?</p><p>— Вот если она к назначенному сроку задержится, — Степан говорил медленно, как с маленьким, ничего не соображающим ребенком, — тогда мы с тобой прыгаем в машину и сами на всех парах летим за ней в столицу.</p><p>— И деньги с собой берем… запасные! На лекарства!</p><p>— Да. И деньги с собой берем. Всё возьмем, — примирительно, успокаивающе кивнул он. — А сейчас — домой. Ждать.</p><p>Он буквально усадил меня на пассажирское сиденье и захлопнул за мной дверь.</p><p>Степан быстро и без лишних разговоров отвез меня домой. Точнее туда, где жили мама и сестры, ведь у меня теперь было как бы два дома. Когда мы затормозили у подъезда, он не стал глушить мотор.</p><p>— Иди. Выпей чаю, умойся. И постарайся хоть немного поспать, — сказал он, глядя на меня сочувственно, но твердо. — Звонить мне можешь в любое время дня и ночи, я всегда на связи, машина под парами. И, Олег… всё будет хорошо.</p><p>Я зашел в квартиру и не успел даже толком закрыть за собой входную дверь и щелкнуть замком, как в прихожей раздался топот, и на меня буквально налетели Маша с Дашей. Обе бледные, с покрасневшими от слез глазами. Из кухни следом за ними вышел Машин друг. Стас молча махнул мне рукой в знак приветствия.</p><p>— Ну что⁈ — с порога вцепилась в меня Маша.</p><p>— Мама где? Как она? — тут же перебила ее Даша.</p><p>Я тяжело выдохнул и поднял руки, успокаивая сестер.</p><p>— Девочки, тихо. Выдыхайте. С мамой всё хорошо. Сейчас она в ведомственной клинике «Тулачермета» под присмотром лучших врачей.</p><p>— Ты с ней говорил? — Маша схватила меня за рукав пиджака. — Как она себя чувствует? В сознании?</p><p>— К ней пока не пускают, — я аккуратно высвободил руку. — Там сейчас идут серьезные процедуры, подготавливают к лечению.</p><p>Маша тут же решительно развернулась к вешалке и потянулась за своей курткой.</p><p>— Стас, одевайся, — бросила она приятелю через плечо. — Мы едем в больницу.</p><p>— Стоп-стоп-стоп! — я шагнул вперед, преграждая ей путь. — Это лишнее. Вас туда на пушечный выстрел не подпустят. Тем более, пока она в реанимации…</p><p>— В реанимации⁈ — Маша замерла, выронив куртку. В ее расширившихся глазах появился ужас. — До сих пор в реанимации⁈</p><p>— Ну, это у них просто отделение так называется, — поспешил я сгладить углы, внутренне ругая себя за то, что ляпнул про реанимацию. У меня из головы разом вылетели все те зубодробительные медицинские термины, которыми сыпал хирург. — Короче, там стоит специальная импортная аппаратура, к которой ее сейчас подключают для очистки крови. В палату нельзя никому. Как только она придет в себя, нам сразу позвонят из регистратуры.</p><p>— А что… что ей туда передать надо? — робко спросила Даша, теребя край кофты. — Может, бульон куриный отварить? Или морсик?</p><p>В голове тут же всплыл голос врача из БСМП:«Категорически нельзя есть и пить минимум месяц. Даже капля воды запустит выделение ферментов и убьет ее» . Меня передернуло от этого воспоминания. Разумеется, сестрам я про эту жуткую правду говорить не стал.</p><p>— Нет, Даш, передачи пока строго запрещены, — я постарался, чтобы мой голос звучал максимально обыденно. — У мамы будет жесточайшая диета. Ничего лишнего, никаких домашних бульонов.</p><p>— Ну хоть что-то из вещей… — не сдавалась Маша.</p><p>— Придем и всё принесем. Но потом, когда переведут в обычную палату, — отрезал я, не принимая возражений. — И дежурить возле нее тоже будем посменно.</p><p>— А может, лекарства надо какие-нибудь достать? — Маша все как-то пыталась помочь. — Ты только скажи, мы со Стасом все аптеки обежим!</p><p>— Лекарства уже везут, — я наконец-то стянул с себя пиджак и принялся расслаблять узел галстука. — Очень редкие, швейцарские. Прямо из Москвы.</p><p>— Кто везет⁈ — ахнула Маша.</p><p>— Люда…</p><p>— Люда⁈ Соседка наша⁈ — Маша непонимающе уставилась на меня. — А как она… с Москвой… одна… с такими редкими лекарствами?..</p><p>Маша никак не могла сопоставить образ нашей соседки с экстренным медицинским вояжем в столицу.</p><p>— Ой, Маш, долго объяснять. Целая спецоперация с мигалками, — я устало потер лицо ладонями, чувствуя, как песок скрипит в глазах от нервного истощения. — Вы вообще своего вымотавшегося брата кормить намерены? Или так и будете в дверях в прихожей держать и допрашивать?</p><p>Этот нехитрый прием сработал безотказно. Чувство вины и сестринской заботы мигом пересилило панику.</p><p>— Ой, прости, Олежка! — Даша всплеснула руками, моментально переключаясь. — Мы просто так переволновались все, места себе не находили! Проходи скорей. Мой руки, мы на кухне как раз чай пили, сейчас я тебе быстро поесть разогрею.</p><p>На кухне, пока я механически, не чувствуя вкуса, закидывал в себя разогретую Дашей картошку с мясом, сестренки продолжили терзать меня расспросами. Я старался отвечать максимально односложно и обтекаемо. «Всё нормально», «Врачи хорошие», «Лекарства будут». Гнул свою линию: всё хорошо, и всё тут. Нечего дергать себе нервы понапрасну.</p><p>Хотя сам я, честно говоря, совершенно не был уверен в том, что всё пойдет по плану. Внутри всё скручивалось в тугой узел от липкой тревоги. Эх, Людка, Людка… как там у тебя дела в Москве? Как пройдет встреча со столичными фармацевтическими дельцами? Лишь не нагрели, лишь бы ампулы с водичкой не продали.</p><p>И тут меня словно током дернуло: надо же было обязательно сказать ей, чтобы она звякнула мне на домашний сразу, как только заберет препараты! А я не подумал. Ой, не подумал в этой суматохе! Голова совсем не варила. Но заниматься самобичеванием сейчас было абсолютно бесполезно, оставалось только ждать.</p><p>Поняв, что сидеть и сверлить взглядом стену я больше не могу, я решил последовать разумному совету Степана. Надо было кровь из носу урвать немного времени для отдыха. Черт его знает, что принесет предстоящая ночь и когда у меня еще появится шанс хотя бы на пару часов отдыха.</p><p>Я отодвинул пустую тарелку, выпил залпом остывший чай и поднялся из-за стола.</p><p>— Так, дорогие родственники, я отойду на часик в опочивальню, — я обвел их взглядом. — И вот вам приказ: телефон не занимать. Вообще! Трубку не снимать, подружкам не звонить, проверять, работает ли гудок — тоже не надо. Линия должна быть свободна. Мы ждем важных звонков из больницы и от Люды. И еще: если я вдруг провалюсь и засну слишком крепко — ровно через час разбудите меня любым способом. Хоть водой ледяной поливайте. Договорились?</p><p>Маша с легким укором посмотрела на меня:</p><p>— Олег, мама в таком состоянии… ну как ты вообще можешь сейчас спать?..</p><p>— Маш, а ну отстань от Олега! — неожиданно резко вступилась за меня Даша, забирая со стола грязную посуду. — Он целый день мотается, как проклятый, вопросы решает, пока мы тут сидим и плачем! — Она повернулась ко мне и добавила уже мягко: — Конечно, иди отдыхай. Я засеку время и ровно через час тебя растолкаю.</p><p>Тут подал голос Стас, который всё это время тихо сидел на табуретке.</p><p>— Олег, это… приятно было увидеться, — ляпнул он совершенно невпопад, видимо, просто не выдержав общего нервного напряжения.</p><p>Я остановился в дверях кухни.</p><p>— А ты, Стас, никуда не торопись. Ты у нас посиди пока, — скомандовал я. — Развлекай тут барышень разговорами, чтобы они себя дурными мыслями не накручивали и в панику не впадали. Понял задачу?</p><p>Стас покладисто мотнул головой — мол, всё понял, сделаю в лучшем виде.</p><p>Я зашел к себе в комнату и плотно прикрыл дверь, отсекая приглушенные голоса, доносящиеся с кухни.</p><p>Движения были механическими, какими-то вязкими и заторможенными, словно я двигался под водой. Я стянул брюки и, повинуясь въевшейся привычке, аккуратно перекинул их через спинку стула. Следом отправилась рубашка — непослушные пальцы с трудом справлялись с мелкими пуговицами. Оставшись в одном белье, я даже не стал расправлять постель. Просто рухнул лицом вниз на застеленную покрывалом кровать, чувствуя, как жалобно скрипнули старые пружины.</p><p>Глаза закрылись сами собой, мышцы обмякли, но мозг и не думал отключаться. Стоило только оказаться в тишине, как под веками тут же закрутилась безумная, изматывающая карусель.</p><p>Перед мысленным взором опять мелькало уставшее лицо хирурга из БСМП. В ушах набатом стучали его слова: «Восемьдесят процентов смертности…». Потом перед глазами вставало восковое, осунувшееся лицо мамы с кислородной маской на каталке, и сердце снова сжималось от липкого ужаса.</p><p>А Люда? Где они сейчас? Доехали ли уже до Москвы или еще несутся по ночной трассе? А если у столичных барыг что-то сорвется? Если их кинут на эти десять тысяч баксов? А если машина сломается по дороге? А этот чертов термоконтейнер — точно ли он держит нужную температуру? От двух до восьми градусов… от двух до восьми… Малейший перегрев, и все…</p><p>Я с раздражением перевернулся на спину, уставившись в темный потолок. Вслушивался в тишину квартиры, каждую секунду ожидая, что вот-вот разорвется телефонный звонок, который принесет хорошие или, не дай бог, плохие новости. Пульс гулко отдавался в висках, гоняя по венам остатки адреналина. Казалось, что уснуть в настолько взвинченном состоянии физически невозможно. Я был уверен, что так и пролежу весь этот час, изводя себя тревогами и сомнениями.</p><p>Но чудовищный стресс, вымотавший меня до самого предела, и накопившаяся усталость оказались сильнее возбужденных нервов. Я даже не заметил момента перехода. Беспокойный поток мыслей просто оборвался, словно кто-то безжалостно щелкнул рубильником внутри моей головы. Я не заснул, а тяжело рухнул в абсолютно непроницаемую темноту, в которой не было ни сновидений, ни времени. Лишь полное небытие.</p><p>— Олег! — я почувствовал, как кто-то настойчиво трясет меня за плечо. — Олег, просыпайся!</p><p>Я дернулся всем телом, словно от удара током, и распахнул глаза. Сердце мгновенно сорвалось в бешеный галоп, в одну секунду вышибая из головы остатки вязкой дремы.</p><p>— А? Что? — хрипло выдохнул я, пытаясь сфокусировать взгляд.</p><p>Увидел, что в полумраке комнаты надо мной склонилась Даша.</p><p>Первая мысль ударила по воспаленным нервам раскаленным хлыстом.</p><p>— Из больницы звонили⁈ — я рывком сел на кровати. — Что сказали⁈</p><p>— Нет, не из больницы, — Даша мотнула головой. — Люда…</p><p>Внутри всё оборвалось и ухнуло куда-то в желудок. Я похолодел, кожей чувствуя приближение огромной, непоправимой беды. Ночная трасса, бандиты, авария, кидалово…</p><p>— Что⁈ Не доехала⁈ — вырвалось у меня.</p><p>— Да нет же! Она у нас! — торопливо замахала руками сестра, поняв, что я сейчас накручу в голове самое страшное. — Всё в порядке! Вставай, там внизу у подъезда машина ждет.</p><p>— Люде скажи — бегу! — сказал я, вскакивая с кровати.</p><p>Я схватил со стула брюки и начал лихорадочно, путаясь в штанинах, натягивать их на себя. Рубашку накинул на ходу, застегивая пуговицы вкривь и вкось. Мне казалось, что я копаюсь целую вечность, хотя прошло от силы секунд десять.</p><p>Я и правда буквально выбежал из комнаты в прихожую.</p><p>Люда стояла у двери, прислонившись плечом к косяку. Она выглядела страшно вымотанной. Под лихорадочно блестящими глазами залегли глубокие серые тени, привычная безупречная прическа растрепалась, плечи поникли. Сумасшедшая гонка до столицы и обратно выжала ее без остатка.</p><p>— Ну⁈ — выдохнул я, замирая перед ней.</p><p>— Ты прости, что разбудила, — виновато начала она, — но я же не знала, куда именно это всё везти, в какую больницу…</p><p>— Привезла? — нетерпеливо перебил я.</p><p>На бледном, осунувшемся лице Люды вдруг расцвела широкая победная улыбка.</p><p>— Да, привезла! — с гордостью выдохнула она. — В машине всё лежит.</p><p>Я даже не стал тратить драгоценные секунды на шнурки. Просто сунул ноги в ботинки, безжалостно продавив кожаные задники, и на ходу накинул куртку прямо на криво застегнутую рубашку. Сон слетел окончательно, снова уступив место бешеному, пульсирующему в висках желанию действовать.</p><p>— Поехали! — скомандовал я, распахивая входную дверь.</p><p>— Олег! — Маша подалась следом, тревожно заглядывая мне в глаза и ухватив меня за куртку. — Ты только обязательно спроси у врачей, как там мама! Узнай, пришла ли она в себя, умоляю!</p><p>Я на мгновение задержался на пороге. Мягко накрыл дрожащую руку сестры своей ладонью, заставляя ее отпустить куртку, и уверенно, транслируя спокойствие, которого сам пока не чувствовал, ответил:</p><p>— С мамой теперь точно всё будет хорошо, Маш.</p><p>Я с чувством безграничной признательности кивнул на измученную ночной гонкой Люду.</p><p>— Всё будет хорошо благодаря вот этой спасительнице.</p><p>Люда смущенно опустила глаза и слабо отмахнулась, пробормотав что-то вроде «да ладно тебе».</p></section><section><title><p>Глава 10</p></title><p>Глава 10</p><p>Ту неповоротливую бюрократическую систему, которую я еще пару часов назад мысленно костерил на чем свет стоит, сейчас я готов был боготворить.</p><p>Дежурная сестра в отделении приняла у нас термоконтейнер с такой торжественностью, будто это был ядерный чемоданчик. Она неспешно, с педантичной точностью сверила названия на упаковках с записями в медицинской карте, вслух пересчитала ампулы, заставила меня расписаться в толстом прошнурованном журнале учета. А затем, прямо при мне, подошла к белоснежному медицинскому холодильнику «Саратов», строго проверила показания термометра внутри и аккуратно составила коробки на среднюю полку.</p><p>И только в этот момент меня по-настоящему отпустило.</p><p>Спустя некоторое время к нам вышел врач-реаниматолог.</p><p>— Всё, Олег, — он устало стянул шапочку. — Полностью стабилизировали. Кризис миновал, угрозы жизни на данный момент нет. Вы вовремя успели с препаратом, еще бы пара часов — и пошел бы необратимый некроз. А так — шансы у нас отличные. Идите домой, отдыхайте. Посещение пациентки будет возможно не раньше, чем через день-два, когда отключим от основной аппаратуры.</p><p>Армейский УАЗик медслужбы, на котором примчалась Люда, нас не стал дожидаться, поэтому мы оказались одни на пустынной ночной улице. Весенний воздух был стылым, редкие фонари светили тусклым желтым светом.</p><p>— Ты давно не гулял по ночному городу? — Люда зябко повела плечами, пряча руки в карманы плаща.</p><p>— Прости, — я виновато потер лицо. — Мозги совсем не варят. Надо было продумать, как мы отсюда уезжать будем.</p><p>— Да ладно, — она тряхнула растрепанными волосами. — Пошли по обочине в сторону проспекта, перехватим первую же попутную машину.</p><p>Идея была здравой, и я решил воспользоваться тем, что мы могли наконец-то спокойно поговорить без суеты и чужих ушей.</p><p>— Слушай, — я посмотрел на ее осунувшееся в свете фонарей лицо. — Огромное тебе спасибо еще раз. Ты даже не представляешь, как ты меня сегодня выручила. Знаешь, тот твой долг… можешь его не отдавать.</p><p>Я-то, дурак, искренне думал, что делаю красивый, широкий жест. Жест благородного человека, который Люда обязательно оценит. Но вышло ровно наоборот. Девушка вдруг резко остановилась и развернулась ко мне. Из ее глаз чуть ли не молнии били!</p><p>— Ты что⁈ — ее голос сорвался, звеня от едкой обиды. — Решил, что я в Москву погнала из-за денег⁈ Я⁈</p><p>И тут я почувствовал себя сказочным идиотом.</p><p>— Нет, конечно, — я попытался сдать назад. — Просто я подумал…</p><p>— Хреново ты думаешь, Маньков! — воинственно перебила она, наступая на меня. — И вообще ты дурак! Ты всё деньгами меришь, да? А ты не подумал, что Степан тебе сегодня помогал и суетился не из-за зарплаты⁈ А ты не задумывался, что мы тут вообще все тебе должны⁈</p><p>— Кто… все? — опешил я от такого напора.</p><p>— Я, к примеру! — она ткнула себя пальцем в грудь. — Ты мой долг закрыл и из такой глубокой жопы вытащил, что страшно вспомнить! Устроил на нормальную и безопасную работу! Степан бы сейчас баранку по ночам крутил, рискуя каждую смену нарваться на отморозков с заточкой! А Зимов…</p><p>— Ну, у генерала-то всё в порядке и без меня было, — попытался я вставить слово.</p><p>— Это ты так думаешь! — не унималась Люда. — У него люди без зарплат сидели месяцами! И только твоя идея с платными курсами подготовки охранников помогла ему начать регулярно платить своим сотрудникам! Да еще и с премиями! Тебе, Маньков, должны все вокруг спасибо говорить! И не по одному разу!</p><p>— Я… я ничего такого особенного не делаю… — пробормотал я.</p><p>И тут меня словно обухом по голове ударило. А ведь она права. Я внезапно осознал, что, пока я рвался к успеху, крутился и зарабатывал деньги, я невольно тащил за собой всё свое окружение. Вытягивал их наверх. Взять хотя бы тех же Толика и Серегу — если бы не я, сидели бы они сейчас на парах в институте и коптили потолок.</p><p>— И ты мне говоришь, что за поездку в Москву ты «прощаешь» мне долг в шестьсот долларов? — Люда тяжело дышала, ее глаза влажно блестели. — Я тебе завтра же их верну, Маньков!</p><p>Она круто развернулась и возмущенно поцокала каблуками по ночному асфальту.</p><p>— Стой! Да подожди ты! — я бросился за ней. — Я правда повел себя как дурак, прости!</p><p>Люда остановилась, но глядела на меня с немым укором.</p><p>— Я просто забегался, мозги в узел скрутило от нервов, — примирительно поднял я руки. — Извини. Всё. Договорились: долг остается.</p><p>На лице Люды отразилась целая гамма чувств: обида сменилась удивлением, потом непониманием, а следом — явным возмущением от моей наглости. Я не выдержал ее взгляда и начал хохотать, сбрасывая остатки напряжения этого безумного дня.</p><p>— Да шучу я! Никакого долга. Ты мне помогла, я помог тебе. И бабки здесь вообще ни при чем. Всё. Забыли.</p><p>Она хотела что-то ответить, но тут сзади нас раздалось осторожное бибиканье. Я обернулся. К обочине, приглушенно тарахтя мотором, подкатывал старенький, потрепанный «Жигуленок». Я поднял руку, останавливая машину.</p><p>Бомбила на «Жигуленке» довез нас прямо до подъезда. Возле двери своей квартиры, прощаясь, Люда вдруг шагнула ко мне, крепко обняла и по-дружески, тепло похлопала по спине.</p><p>— Ты молодец, Олег. Большой молодец, — тихо и очень серьезно сказала она, отстраняясь и заглядывая мне в глаза. — И маму спас, и нас всех на плаву держишь. Только ты сам держись, хорошо? Не сдавайся.</p><p>Я хотел было по привычке натянуть броню и отделаться банальным, дежурным «а куда я денусь с подводной лодки», но безумная усталость и чудовищная нагрузка на нервы взяли свое. Маска железного и неунывающего коммерсанта дала трещину.</p><p>— Я постараюсь, Люд, — искренне, без всякой рисовки ответил я. — Я сильно постараюсь.</p><p>Мы попрощались. Щелкнул замок, она скрылась за своей дверью, а я медленно, переставляя гудящие ноги, поднялся к себе на этаж. Похлопал себя по карманам куртки и пиджака в поисках ключей. Хлопнул по нагрудному. Пальцы нащупали изрядно похудевшую «котлету».</p><p>Я машинально вытащил деньги и задумчиво взвесил их на ладони.</p><p>Вот и купил себе роскошную «Чайку», называется. Мечта о представительском советском авто, на котором я собирался с шиком раскатывать по городу, откладывалась на неопределенный срок. Десятка улетела в Москву, еще солидный кусок откусила ведомственная касса металлургов.</p><p>Но я смотрел на эти зеленые бумажки и не чувствовал ни малейшего сожаления. Наоборот. Только сейчас до меня начал доходить их истинный, фундаментальный смысл. Деньги нужны вовсе не только для того, чтобы тешить собственное эго статусными игрушками и делать роскошные подарки себе любимому.</p><p>В этом суровом, ломающемся мире девяносто второго года пачка долларов была самым настоящим, могущественным магическим артефактом. Концентратом чистой силы. Этакой волшебной палочкой-выручалочкой, способной менять реальность.</p><p>Вот не было бы у меня в кармане этого пресса баксов — и что тогда? Да, Инесса Павловна дала квоту, но кто бы оплатил швейцарский «Сандостатин»? На какие шиши я бы нанимал немецкий реанимобиль? Никакое обаяние и никакие знакомства не помогли бы мне заморозить время. Черт его знает, чем бы вся эта страшная история закончилась. Точнее, я прекрасно знал — чем. Без этого «артефакта» я бы просто стоял в коридоре БСМП и беспомощно смотрел, как уходит самый родной человек.</p><p>Я сжал деньги в кулаке и убрал их обратно во внутренний карман.</p><p>Деньги — это не просто власть или статус. Деньги — это броня. Они нужны именно для того, чтобы твоим близким жилось хорошо, спокойно и, самое главное, долго. Чтобы в тот момент, когда в твою дверь постучится беда, ты мог просто достать из кармана этот магический щит и выкупить у слепой судьбы самое дорогое.</p><p>Я достал ключи, вставил их в замочную скважину и шагнул в темную прихожую своей квартиры. Теперь можно было, наконец, выдохнуть.</p><p>Моя уверенность — пусть во многом и напускная — быстро передалась сестренкам. Они наконец-то нормально выдохнули, утерли слезы и даже начали слабо улыбаться, сбрасывая с себя чудовищное напряжение этого дня.</p><p>Правда, сразу завалиться в кровать и отрубиться мне не дали. Мы всей гурьбой оделись и вышли во двор — провожать Стаса. Но стоило нам отойти от подъезда, как из темноты, со стороны детской площадки, вынырнула грузная фигура нашего участкового.</p><p>Он вышел на ночную охоту за припозднившимися гражданами, любителями выпить на лавочке и пошуметь.</p><p>— Привет, молодежь! — зычно окликнул он, надвигаясь на нас.</p><p>Сестренки и Стас тут же послушно замерли и нестройно, с легким испугом поздоровались. Все-таки у советских подростков страх перед людьми в синей милицейской форме был намертво вшит в подкорку.</p><p>— Чего по ночам гуляем? — дядя Миша строго сдвинул брови, привычным жестом поправляя портупею. — Чего дома не сидим, а?</p><p>— Дядя Миш, — я добродушно развел руками, выходя вперед, — да и вы вроде не на диване в обнимку с супругой сидите. А зря! Сегодня же такой матч по телевизору показывают!</p><p>Участковый сначала набрал в грудь воздуха, чтобы возмутиться моей наглости, но мужское любопытство пересилило:</p><p>— Матч? Какой еще матч?</p><p>— Так первенство страны же! — не моргнув глазом, вдохновенно соврал я, благоразумно не уточняя вид спорта.</p><p>— Чемпионат? — дядя Миша недоверчиво прищурился.</p><p>— Именно! — горячо закивал я. — А вы тут по темному двору бегаете, соседей пугаете. А там, поди, уже три-ноль! И наши выигрывают, жмут по всем фронтам!</p><p>— Так ведь это… — участковый растерянно почесал затылок. — По программе не объявляли вроде.</p><p>— Как не объявляли⁈ — возмутился я так искренне, что сам почти поверил. — В газетах вторую неделю про это пишут! Быстрее домой бегите, дядя Миша, а то самое интересное пропустите!</p><p>Участковый перевел сомневающийся взгляд с меня на девочек. И тут внезапно включился Стас. Не зря парень в своем драмкружке занимается!</p><p>— Да-да! — он нервно посмотрел на часы на запястье. — Я вот тоже тороплюсь, не дай бог финал пропущу!</p><p>Участковый еще пару секунд потоптался на месте, явно борясь с чувством долга, но любопытство победило.</p><p>— Ну… вы это… тут до утра не гуляйте, — неуверенно буркнул он, уже разворачиваясь в сторону своего подъезда. — И глупостями всякими не занимайтесь.</p><p>— Так точно, дядя Миша, не будем! Всё, мы тоже побежали! — бодро отрапортовал я.</p><p>Мы дождались, пока его фигура скроется в темноте, и быстрым шагом направились к дороге.</p><p>Даша толкнула меня локтем в бок и укоризненно покачала головой:</p><p>— Ну вот вы даете, артисты. Взрослого человека, еще и милиционера, так нагло обманули.</p><p>Я остановился, засунул руки в карманы куртки и устало посмотрел на сестру. Нотации читать не было ни сил, ни желания. Однако кто научит жизни молодежь, если не я?</p><p>— Даш, спустись с небес на землю. Менты — они такие же люди, как мы с тобой. Просто в форме, — сказал я. — И делятся они, как и все остальные, ровно на два сорта: нормальные и гнилые. С нормальными надо по-человечески. А вот если человек гнилой, неважно, мент он или бандит… вот таких надо сразу слать на… — я осекся под строгим взглядом Маши, — … домой. Смотреть телевизор и каналами щелкать. Так всем будет лучше.</p><p>Даша фыркнула, пытаясь скрыть улыбку.</p><p>Посадив Стаса на ночное такси, мы с девочками наконец-то вернулись домой. Едва я повернул ключ в замке, как из глубины квартиры донесся резкий телефонный звонок. Внутри снова всё сжалось в ледяной комок — первая мысль была, конечно же, о больнице. Я влетел в прихожую прямо в грязной обуви и схватил трубку.</p><p>К счастью, это оказался Степан. Он не находил себе места, переживал и звонил узнать, не было ли вестей от Люды. Я с огромным облегчением успокоил нашего безопасника, коротко обрисовав ситуацию: курьер приехал, швейцарские ампулы уже лежат в больничном холодильнике, а состояние мамы врачам удалось стабилизировать.</p><p>Убедив Степана, что на сегодня тревога отменяется и он может со спокойной совестью ложиться спать, я повесил трубку. Следом отправил по комнатам окончательно выдохнувших сестер, а сам на автопилоте добрался до спальни и рухнул на кровать, даже не раздеваясь. В этот раз не было тревожных мыслей, сон был приятным и восстанавливающим.</p><p>Из клиники утром так и не позвонили. Сидеть дома и гипнотизировать взглядом молчащий телефон не было никакого смысла, хотя и работать сегодня не было абсолютно никакого желания. По-хорошему, после вчерашних адреналиновых гонок мне нужно было взять хотя бы день перерыва, чтобы просто прийти в себя и выдохнуть. Но время не ждет, конкуренты не дремлют.</p><p>На работу мы поехали вместе с Людой. В здание ДОСААФ тоже зашли вдвоем, всем своим видом невольно подтверждая местную легенду о том, что мы якобы парочка. По крайней мере, толпа сотрудников, смолящих сигареты на утреннем перекуре у крыльца, проводила нас весьма многозначительными взглядами.</p><p>Зайдя в кабинет, я первым делом потянулся к телефону. Мелочиться я не стал — набрал напрямую номер главврача. Маргарита Сергеевна уже с раннего утра была на рабочем месте.</p><p>— Алло? — раздался в трубке ее бодрый голос.</p><p>— Доброе утро! Это Олег Маньков, я вчера маму к вам…</p><p>— Да-да, Олег, я вас прекрасно помню, — перебила она. — С вашей мамой всё хорошо. Я с утра узнавала. Кризис миновал, состояние стабильное, процедуры идут по плану.</p><p>— Огромное вам за это спасибо, я поэтому и позвонил… — выдохнул я.</p><p>— И вам спасибо, Олег, — вдруг с какой-то глубокой усталостью произнесла Маргарита Сергеевна. — Я вашими деньгами, которые вы вчера за лечение внесли, с утра смогла наконец задержки по зарплатам своим сотрудникам погасить.</p><p>Я на секунду замолк, переваривая услышанное. У меня в голове это просто не укладывалось! Как у такой крутой клиники вообще могут быть какие-то проблемы с деньгами⁈ Я понимаю, у бюджетников типа БСМП — там вечные задержки, нулевые фонды и пустые шкафы. Но ведь медсанчасть Маргариты Сергеевны висит на балансе у «Тулачермета»! Это же самое прибыльное и мощное предприятие во всем городе! Металлургический гигант! Люди взятки давали, только чтобы устроиться к ним на любую позицию и получать гарантированный доход.</p><p>— Погодите… — я почувствовал, как внутри просыпается профессиональный интерес. — Как это вообще возможно? Вы же на балансе у «Тулачермета» сидите?</p><p>— Ой, простите. Вырвалось, — тут же спохватилась главврач, явно пожалев о своей спонтанной откровенности с посторонним человеком. — Наболело просто. Забудьте, это не ваши проблемы…</p><p>— Вообще-то, мои, — уверенным тоном ответил я. — Я корпоративный юрист, Маргарита Сергеевна. Я как раз решаю подобные вопросы. И если у вашей клиники есть какие-то сложности с заводом или финансированием, то я могу помочь.</p><p>— Олег Борисович, я только-только, можно сказать, главную финансовую дыру залатала с этими зарплатами, — с горькой усмешкой отозвалась Маргарита Сергеевна. — Поэтому вряд ли наше предприятие сейчас потянет еще и оплату услуг профильного юриста. У нас банально нет свободных средств.</p><p>— Маргарита Сергеевна, вы мои услуги уже оплатили, — твердо ответил я. — Авансом. На десять лет вперед. Так что давайте сделаем так: я заеду к вам проведать маму, и вы мне заодно спокойно расскажете, что у вас там за чудеса с финансированием стряслись. Хорошо?</p><p>В трубке повисла короткая пауза.</p><p>— Ну… если вас это действительно не затруднит, — в ее голосе проскользнула легкая неуверенность, сквозь которую, однако, пробивалась робкая надежда. Видимо, проблемы клиники давили на нее очень сильно.</p><p>— Нисколько не затруднит, — заверил я. — Когда к маме можно будет приехать?</p><p>— Думаю, ближе к вечеру. Мы как раз закончим все необходимые процедуры, и я сама вам позвоню.</p><p>— Отлично. Жду звонка, спасибо.</p><p>Я повесил трубку, прекрасно осознавая, что добровольно вешаю себе на шею тяжелое ярмо. У таких крупных ведомственных контор мелких проблем не бывает — там всегда замешаны большие деньги, номенклатурные интриги и чьи-то серьезные интересы. Влезть в их дела означало нажить себе изрядную головную боль. Однако по-другому я поступить просто не мог. Прямо сейчас, в эту самую секунду, врачи клиники боролись за жизнь самого близкого мне человека, и если я мог применить свой опыт, чтобы отплатить им за спасение мамы, я был обязан это сделать.</p></section><section><title><p>Глава 11</p></title><p>Глава 11</p><p>Я только-только положил трубку, как аппарат тут же разразился новой трелью.</p><p>— Да?</p><p>— Здравствуй, дорогой. Бери ручку, записывай, — раздался в трубке вальяжный голос Рудика.</p><p>— Что записывать?</p><p>— Как что? Ты пил, что ли? Ты же сам вчера просил пробить подвязки на «Тулачермете». Я нашел. Там есть человек, который многие вопросы решает. Некий Рощин Андрей Михайлович…</p><p>— Рудик, тормози, — перебил я, чувствуя укол совести. — Прости, я совсем забегался и забыл перезвонить, дать отбой. У нас ночью всё разрешилось. Мама уже в их клинике, состояние стабильное.</p><p>В трубке повисло тяжелое сопение. Я уж было подумал, что авторитет обиделся на то, что зря напрягал своих людей, но Рудик удивил:</p><p>— Нет вопросов, Олег. Когда мать болеет — всё остальное забываешь, это святое. Выздоровления ей.</p><p>— Спасибо.</p><p>— А Леопольдовне твой магазин понравился. И Люда твоя, кстати, тоже, — добавил он уже более деловым тоном. — Будем работать, Олег, будем работать. Всё, бывай. Береги родителей.</p><p>Я медленно опустил трубку. Приятным человеком Рудика при всем желании не назовешь — бандит бандитом, — но какие-то правильные, благородные понятия в нем всё-таки имелись.</p><p>— Слушай, — я повернулся к Люде, которая перебирала бумаги за своим столом. — Анна Леопольдовна в восторге от нашего магазина.</p><p>— Да она и сама дама замечательная, — пожала плечами Люда. — Не знаю, что мы там с ней не поделили.</p><p>— Не-не-не, Людочка, ты с ней будь предельно осторожна, — предостерег я. — Она только с виду милая-милая бабулька, а на деле у нее внутри яда на десять королевских кобр хватит. Укусит — не заметишь, как помрешь.</p><p>— Ну, еще неизвестно, будут ли у нас вообще поставки, чтобы она нас кусала, — логично заметила Люда.</p><p>И тут меня словно током ударило. Я со всего размаху хлопнул себя ладонью по лбу. Влад! Всего один стрессовый день, и все тщательно выстроенные в голове бизнес-цепочки вымело подчистую! Я схватил трубку и торопливо по памяти набрал номер.</p><p>— Привет! Как твои проблемы? — сразу узнал меня Влад.</p><p>— Решились. Влад, огромная тебе благодарность, твои столичные кенты сработали четко, лекарство привезли вовремя. Мама в лучшей клинике в городе. Слушай, я же тебе до этого делал запрос по оружию…</p><p>— А ответ уже готов, — спокойно ответил москвич. — Я просто тебя не беспокоил. Сам понимаешь, думал, тебе сейчас явно не до коммерции. Давай номер факса, я тебе коммерческое предложение скину.</p><p>Факс Серега с Аленкой уже купили вместе с другим оборудованием для типографии, так что я быстро продиктовал их номер.</p><p>— Добро. Прямо сейчас отправляю, ловите, — сказал Влад.</p><p>Я бросил трубку и подскочил с места:</p><p>— Влад товар нашел! Сейчас в типографию факс с прайсом придет!</p><p>Люда мигом сорвалась с кресла:</p><p>— Побежали!</p><p>Пока я мотался по больницам, Влад поработал на славу. Мы ворвались в типографию как раз в тот момент, когда из аппарата со скрипом лезла термобумага. Лента ползла и ползла, я наматывал этот бесконечный свиток на руку, а он всё не кончался. Люда приплясывала вокруг от нетерпения. Аленка же сверлила нас неодобрительным взглядом — импортной рулонной бумаги на нас сейчас уходило немерено.</p><p>Смотав, наконец, всю эту простыню и наскоро поблагодарив Аленку и Серегу, мы умчались к себе в кабинет. Там мы расстелили факсовый рулон на столе, разрезали его на отдельные листы, разложили по порядку и сшили степлером. Получился солидный талмуд.</p><p>— Так… — я принялся листать страницы, вглядываясь в бледный шрифт. — Тут всё на английском.</p><p>На каждой странице было по четыре позиции. Мутные черно-белые фотографии, а под ними — колонки технических характеристик и описания. Ружья, винтовки, пистолеты. Всё то, в чем я лично не разбирался от слова «совсем».</p><p>— Я английский понимаю, — вдруг подала голос Люда, заглядывая мне через плечо.</p><p>Я удивленно вскинул брови:</p><p>— Ты-то откуда?</p><p>— У меня вообще-то иняз за плечами! — слегка обиженно вздернула она подбородок. — Незаконченный, правда…</p><p>Я усмехнулся. У меня юрфак, у нее иняз. И у обоих — незаконченный. Веселое мы всё-таки поколение недоучек. И как такие «высококлассные» специалисты собираются страну обустраивать?</p><p>— Ну, держи, полиглот, — я протянул ей прайс. — Понимаешь здесь что-нибудь?</p><p>Люда нахмурилась, вглядываясь в слепые строчки спецификаций. Водила пальцем по бумаге, шевеля губами.</p><p>— Понимаю… — медленно протянула она. — Но не понимаю.</p><p>— Блин. И где мы сейчас будем нормального переводчика искать?</p><p>— Проблема не в том, что я язык не знаю, — пояснила Люда, поднимая на меня глаза. — Перевести слова я могу. Здесь просто термины такие… чисто оружейные. Калибры, типы… замков или затворов, энергия какая-то. Я по-русски-то не знаю, что половина этих слов значит!</p><p>Я на секунду задумался, сопоставляя факты, и тут же щелкнул пальцами.</p><p>— Ага! Я понял, в чем проблема! Нам нужен не один переводчик. Нам нужны сразу два!</p><p>— Два⁈ — округлила глаза Люда.</p><p>— Да! Пошли!</p><p>Люда абсолютно ничего не поняла, но послушно схватила сумочку и пошла за мной без единого дополнительного вопроса. Вот что значит заработать авторитет и доверие сотрудников!</p><p>Мы с Людой на всем ходу влетели в помещение «Рубежа». А там полным ходом шли практические занятия по индивидуальным средствам защиты. В центре кабинета, растопырив руки-кувалды, как огромное огородное пугало, потел Кабан, а Степан деловито и жестко утягивал на нем тяжеленный армейский бронежилет.</p><p>«Курсанты» из первого набора сидели вокруг на стульях и конспектировали, ловя каждое слово инструктора.</p><p>— Запоминаем, орлы! — зычно вещал Степан, дергая за лямки. — Это армейская классика, «шесть-бэ-пять», афганское наследство. Внутри титановые пластины и арамидная ткань. Весит эта дура прилично — в полной комплектации до одиннадцати кило. Главная ошибка любого салаги — накинуть его на плечи, как школьный рюкзак, и кое-как залепить липучки по бокам. Запомните: если повесите весь этот вес на ключицы, через два часа на ногах вы просто сдохнете, а к концу смены у вас позвоночник в трусы осыплется!</p><p>Степан обошел Кабана кругом и с силой хлопнул его ладонью по животу.</p><p>— Правило номер раз! Вдохни! Полной грудью! — скомандовал он. Кабан послушно втянул воздух, раздув и без того необъятную грудную клетку. — Вот! А теперь, на максимальном вдохе, затягиваем поясные крепления так туго, как только можем. Для чего? Чтобы весь вес этого изделия жестко лег вам на тазовые кости и бедра! Плечевые ремни должны только придерживать конструкцию от сползания, а не тащить массу! Если затянуть на выдохе — когда вам придется бежать или драться, вы тупо задохнетесь в собственной броне.</p><p>Степан снова обошел Кабана, поправив стык ткани на боку.</p><p>— И правило номер два. Грудная панель всегда — слышите меня, всегда! — идет внахлест поверх спинной! Накладывается сверху! Если по запаре застегнете наоборот, спиной поверх груди, и поймаете пулю по касательной сбоку… она срикошетит от передней пластины, зайдет в образовавшуюся щель и выпотрошит вам печень. Вопросы?</p><p>Курсанты впечатленно замотали головами, а Степан, наконец, отпустил измученного, но довольного своей ролью манекена Кабана и обернулся к нам.</p><p>— Случилось чего, Олег? Чего запыхались?</p><p>— Всё в порядке, — я перевел дух. — Нам просто нужна квалифицированная помощь.</p><p>— В чем? — нахмурился Степан.</p><p>Я торжественно протянул ему сшитый факсовый талмуд от Влада: — Вот! Прислали поставщики. Но… мы с Людой тут ни черта не понимаем.</p><p>Степан взял прайс, пролистал пару страниц, с сомнением вглядываясь в английский текст и размытые фотографии.</p><p>— Я… как бы, тоже кроме картинок ни хрена не понимаю.</p><p>— В этом и смысл! — радостно возвестил я. — Ты не понимаешь английского. Люда не понимает оружейных терминов. Но если вы объедините свои усилия, то всё у нас получится!</p><p>— Что получится? — Степан непонимающе почесал затылок.</p><p>— Смотри, нам надо прямо сейчас составить грамотный заказ. Чего и сколько штук мы будем брать для магазина. Без тебя это нереально. Я в оружии полный ноль, Люда пока тоже. Поэтому вы с парнями нужны нам как эксперты. Она переводит слова, а вы догадываетесь, что они значат.</p><p>Степан хмыкнул, оценил идею и скомандовал своим «орлам» сдвинуть столы. Работа закипела.</p><p>Люда, водя наманикюренным пальцем по строчкам факса, неуверенно читала:</p><p>— Так… тут написано «действие скользящего куска дерева»…</p><p>— Помпа! — тут же хором и с восторгом гаркнули Кабан с Гариком, поняв принцип перезарядки.</p><p>— А тут… «оперируется газом»? — Люда озадаченно подняла глаза.</p><p>— Газоотводная автоматика! — авторитетно перевел на нормальный русский Степан. — Это полуавтомат. Отличная вещь, такое нам точно надо. Записывай в список, Олег!</p><p>Процесс пошел бодро. Парни тыкали пальцами в картинки, Люда переводила характеристики, а Степан выносил вердикт. В какой-то момент Гарик указал в очередную страницу:</p><p>— О, командир, смотрите, какая красивая! Изящная прям.</p><p>Степан прищурился, разглядывая силуэт ружья.</p><p>— Помпа. Итальянская «Бенелли». Красивая, спору нет. Но на фиг нам эта красота и нежные механизмы сдались. Нам для работы надо что-то более функциональное, простое и дуракоустойчивое. Вот! — он решительно ткнул в соседнюю фотографию. — «Ремингтон восемьсот семьдесят»!</p><p>— А чем он лучше? — поинтересовался я, записывая название в блокнот.</p><p>— Тем, Олег, что это легенда, — со знанием дела ответил Степан. — Сплошная сталь. Надежный как кувалда. Его можно в грязь ронять, топить, в песке валять. Патроны кончатся — можно за ствол взять и как дубиной отмахиваться, ему ничего не будет. Вот их и берем! Пиши смело десяток штук минимум.</p><p>Мы увлеклись. Выбирали с азартом и горящими глазами, как малые дети, дорвавшиеся до каталога новогодних подарков. Степан с парнями диктовали свои «хотелки», Люда переводила, а я только успевал фиксировать. Навыбирали, конечно, от души — арсенала хватило бы, чтобы вооружить небольшую латиноамериканскую республику.</p><p>У меня ушло добрых три часа на то, чтобы систематизировать этот хаос, отсеять откровенные излишества и аккуратно перенести всё стрелковое великолепие на бумагу. И вот когда я наконец подбил дебет с кредитом и вывел итоговую цифру, до меня резко дошло, что мы очень сильно погорячились.</p><p>— Ого! — у заглянувшей через мое плечо Люды глаза округлились до размеров юбилейных рублей. — Ты видел, сколько в итоге получилось⁈</p><p>Я молча потер подбородок, не отрывая взгляда от свежего листа, на котором красовалась цифра с пугающим количеством нулей.</p><p>— Да, — медленно протянул я. — Кажется, мы слегка переборщили.</p><p>— Слегка⁈ — пискнула Люда, ткнув пальцем в итоговую сумму.</p><p>— Ладно, признаю, — я со вздохом отбросил ручку на стол. — Общая стоимость — просто конская! Цифра откровенно неприличная.</p><p>Люда нервно моргнула и посмотрела на меня с явным сомнением.</p><p>— Слушай… интересно, а Зимов такую сумму вообще потянет? Его же инфаркт хватит от наших аппетитов.</p><p>Я сгреб распечатку со стола, свернул ее в аккуратную трубочку и поднялся с кресла.</p><p>— А чего гадать на кофейной гуще? — я усмехнулся. — Пошли прямо сейчас к нему и выясним это!</p><p>Генерал Зимов смотрел и листал. Листал и снова смотрел. Нервно курил, пуская сизый дым под потолок, а потом опять углублялся в изучение нашей заявки на закуп. Наконец он тяжело вздохнул, шлепнул распечатку по столешнице и поднял на нас взгляд.</p><p>— Олег, Людмила… я не понял. Вы решили, что у нас здесь филиал Центробанка?</p><p>— Не совсем, — примирительно начал я. — Мы, конечно, понимаем, что сумма получилась довольно внушительная…</p><p>— Внушительная? — Зимов саркастично хмыкнул и раздавил окурок в массивной хрустальной пепельнице. — Внушительная, Олег, это воронка от пятисоткилограммовой авиабомбы. Или когда дивизион «Градов» залпом по квадрату отрабатывает — вот это внушительно. А эта ваша цифра — она не внушительная. Она неподъемная! Космическая! Мы на эти деньги можем «Буран» на орбиту вернуть, а не помповики с газовыми пистолетиками закупить!</p><p>— Ну, вы слегка утрируете… — я позволил себе легкую усмешку, но тут же поправился: — Хотя нет! Вы абсолютно правы. Это реально будет просто космос, когда мы всю эту партию в Тулу привезем! И знаете, я даже не буду пытаться вас переубеждать. Давайте лучше позовем эксперта?</p><p>— Какого еще эксперта? — насупился Зимов.</p><p>— Степана.</p><p>Зимов коротко хохотнул, явно предвкушая нашу полную капитуляцию.</p><p>— Ну хорошо, давай позовем. Степан — мужик тертый. Хоть и прапорщик бывший, и две контузии за спиной имеет, но с головой дружит. Вопреки, так сказать, медицинской карте. Вот он вас сейчас быстро с небес на землю вернет.</p><p>Генерал потянулся к аппарату связи, набрал номер и попросил Степана срочно подняться к нему.</p><p>А пока тот шел, Зимов не переставая ворчал. Он мерил шагами просторный кабинет и вполголоса распинался о сошедших с ума молодых коммерсантах, о том, что мы перепутали скромное охранное агентство с мотострелковой дивизией, и что у ДОСААФ, к нашему сведению, нет собственного печатного станка для денег в подвале. Люда под этим генеральским напором виновато опускала глаза, а я лишь молча улыбался, ожидая выхода нашего главного козыря.</p><p>Дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул Степан.</p><p>— Разрешите, товарищ генерал?</p><p>— Заходи, Степа, заходи, спаситель, — проворчал Зимов, жестом указывая на свободный стул.</p><p>Степан присел за стол. Зимов с мстительным видом сгреб нашу сшитую распечатку и швырнул ее по полированной столешнице прямо к рукам безопасника.</p><p>— Вот. Полюбуйся, что наша молодежь принесла, — язвительно произнес генерал. — Посмотри на их аппетиты и объясни им популярно, почему они не правы.</p><p>Степан невозмутимо взял документ. Даже не открывая его, просто скользнул взглядом по верхнему листу, а затем поднял глаза на начальника:</p><p>— Так это я уже видел.</p><p>Зимов аж дымить папиросой перестал.</p><p>— Что ты видел? — не понял он.</p><p>— Заказ этот из Польши, — пожал плечами Степа. — Я же его им и помогал делать. Мы часа два сидели, каждую позицию выверяли.</p><p>В кабинете повисла тишина. У Зимова от возмущения лицо пятнами пошло. Он перевел потрясенный взгляд с меня на невозмутимого Степу. Люда рядом со мной изо всех сил прикусила губу, чтобы не рассмеяться.</p><p>— Да вы что тут, совсем ополоумели⁈ — голос генерала громыхнул на весь кабинет. — Заговор? Вооруженный бунт против меня готовите⁈ Степа, ну вот от кого-от кого, а от тебя я такой подставы не ожидал! Ты-то куда смотришь⁈ Куда нам столько всего⁈</p><p>— Ну, там не так уж и много на самом деле, Юрий Иванович, — примирительно отозвался Степан. — Только самое необходимое для продажи.</p><p>— Да как немного-то⁈ — взревел Зимов, тыча пальцем в сторону прайс-листа. — Ты на итоговые суммы смотрел⁈ Мы без штанов останемся с таким «необходимым»!</p><p>Степан даже не дрогнул.</p><p>— Суммы я видел. А вы, Юрий Иванович, видели, как наши мужики сутками по городу из магазина в магазин мотаются, ружья выбирают?</p><p>Зимов нахмурился, сбитый с толку таким неожиданным переходом.</p><p>— Это вам хорошо рассуждать, — прямолинейно продолжил Степан рубить правду-матку. — У вас-то дома стволы штучные, по генеральскому спецзаказу деланные. А на полках в обычных охотничьих сейчас такой кривой шрот лежит, что плакать хочется! Брак гонят сплошняком. Берешь это весло в руки и не знаешь, кого ты из него на охоте ухлопаешь в итоге — зайца или самого себя!</p><p>Генерал под напором Степана сдал назад.</p><p>— Ну, может, мы всё-таки горячиться не будем? — с сомнением произнес он. — Давайте для начала понемногу закажем, на пробу. Привезем партию скромнее, прощупаем почву, так сказать…</p><p>— А не надо понемногу, Юрий Иванович! — я решительно подался вперед, перехватывая инициативу. — Понемногу — это путь в никуда. Понемногу торгуют бабки семечками на рынке. А мы, если сейчас завезем большую партию, разом, одним ударом подомнем под себя весь оружейный рынок!</p><p>Зимов недоверчиво хмыкнул, но слушать не перестал.</p><p>— Поймите психологию, — продолжил я с напором. — Пока конкуренты будут чесать в затылке, оформлять бумажки и возить помалу, наш покупатель будет уже плотно прикормлен. Возникнет у любого нормального мужика или охранного предприятия вопрос: нужен надежный ствол? Куда он пойдет? В «Арес», без вариантов! Потому что только у нас есть шикарный импортный ассортимент, качество и нормальные цены. К тому же, это чистая экономика: чем больше партию мы сейчас берем у Влада, тем мощнее оптовая скидка. По итогу один ствол обойдется нам в разы дешевле! Прибыль будет сумасшедшая.</p><p>Я хлопнул ладонью по распечатке:</p><p>— Более того, Юрий Иванович, мы красиво утрем носы всем этим умникам из обладминистрации! Да, у них ресурс, у них оружейные заводы. Только вот лежать на их складах будет кривой отечественный брак, который даром никому не нужен, когда рядом продается безотказный «Ремингтон». Мы не просто привезем товар, мы монополизируем всю Тулу!</p><p>Тут меня понесло еще дальше, перспективы в голове разворачивались с фантастической скоростью.</p><p>— И, кстати, а почему мы вообще ограничиваемся только Тулой? С такими поставщиками и ценами мы через месяц-другой сможем начать открывать свои филиалы в соседних регионах! Рязань, Калуга, Орел! Оружие сейчас нужно всем. Времена такие. И главное здесь — не осторожничать, а быть первыми! Кто первый встал — того и тапки, Юрий Иванович! Заберем всё, пока остальные спят.</p><p>— Красиво говоришь, Маньков, — наконец нарушил тишину Зимов. В его голосе не было ни гнева, ни генеральского рыка — только жесткий прагматизм человека, который привык оперировать реальными ресурсами. — Гладко стелешь. Заслушаться можно. Стратег. Только один маленький вопрос у меня к тебе имеется. Деньги на всю эту стратегию мы где брать будем?</p><p>Вот так всегда. Планов громадьё, перспектив до горизонта, в голове уже филиалы в трёх областях… А потом любой, даже самый гениальный план упирается в одну скучную и до обидного приземленную вещь — в деньги.</p><p>Друзья, подписка на четвертый том открыта!</p><p>Огромная благодарность всем, кто читает, комментирует и переживает за нашего героя. Без вашей поддержки этот путь был бы совсем другим… а так — мы едем дальше!</p></section><section><title><p>Глава 12</p></title><p>Глава 12</p><p>— Я, к великому своему сожалению, миллиардов за долгую безупречную службу не нажил, — развел руками генерал. — Люда, у тебя там, случайно, в деревенском подполе денег в кадушках не припрятано?</p><p>Люда совершенно серьезно, не оценив юмора, отрицательно покачала головой.</p><p>— Я так и думал, — вздохнул Зимов. — Значит, из всех реальных вариантов я вижу только один. Ехать в банк, договариваться с управляющим и закладывать наше здание…</p><p>— Ни в коем случае! — резко оборвал я, даже подавшись вперед от возмущения. — Юрий Иванович, это вообще самая большая глупость, которую можно сейчас сделать!</p><p>— Это почему еще? — насупился генерал.</p><p>— Потому что недвижимостью рисковать нельзя ни при каких раскладах! — отчеканил я. — Оружие, шмотки, машины — это всё пыль, расходный материал. А вот стены и земля в центре города — это фундамент. Вам сейчас кажется, что это просто старые кирпичи и бетон, но я вас уверяю: лет через десять эти стены станут настоящим золотом. Закладывать базу под коммерческую авантюру — это рубить сук, на котором сидишь.</p><p>— И что ты предлагаешь? Кредит под бешеные проценты брать? — хмуро спросил Зимов.</p><p>— Вариант с кредитом неплох, но есть огромный минус в виде этих самых процентов, — спокойно ответил я. — Зачем нам идти на поклон к чужим людям и кормить банкиров, если можно взять у своих?</p><p>— Это как это — у своих? — генерал непонимающе свел брови.</p><p>— Ну, скажем так… у нас со Степаном на двоих имеется почти вся необходимая сумма. Порядка восьмидесяти процентов от заявки. И мы готовы вложить ее в ваш, то есть в наш общий бизнес.</p><p>Зимов замер. Он медленно перевел тяжелый, полный подозрения взгляд с меня на прапорщика. Я, признаться, возможность вложения наших «трофейных» капиталов со Степой предварительно не обсуждал. Но, как я и ожидал, протестовать безопасник не стал. Мы с ним уже успели стать, что называется, своими людьми, связанными одной тайной.</p><p>— Достали, — скромно ухмыльнулся Степан, правильно оценив ситуацию.</p><p>— Где достали⁈ — Зимов напрягся так, словно готовился к прыжку.</p><p>— Там уже нету… — еще шире улыбнулся Степан, выдавая старую армейскую хохму.</p><p>— Ты так со мной не разговаривай! — начал закипать генерал, лицо которого стремительно наливалось краской. — Кого грабанули⁈</p><p>— Ну почему сразу «грабанули»? — примирительно поднял я руки.</p><p>— А где вы, два оболтуса, могли такие деньжищи взять⁈</p><p>— Заработали… — скромно потупился я.</p><p>— Да где сейчас можно столько взять и заработать⁈ — почти сорвался на крик Зимов.</p><p>— Степа же говорил: там уже нет, — развел я руками. — Юрий Иванович, поверьте, вам ради вашего же спокойного сна правда лучше не знать, откуда мы со Степаном их взяли. Деньги есть. Они наши. И они готовы работать на «Арес».</p><p>Вложить эту гору купюр, которую мы до сих пор мертвым грузом держали в оружейных сейфах «Рубежа», я хотел по двум веским причинам. Во-первых, это давало нереальный, просто термоядерный старт продажам нашего магазина. Мы бустанем оборот так, что конкуренты заплачут кровавыми слезами. А вторая причина была более прозаичной — нам со Степой жизненно необходимо было эти деньги отмыть. Дать им кристально чистое, легальное происхождение. Превратить опасную черную наличку во вполне официальные оборотные средства.</p><p>Задачу, как именно легализовать этот финансовый вброс через займы или уставный капитал, я планировал в ближайшее время поставить перед нашим гениальным бухгалтером Инессой Павловной. Уж она-то найдет нужную лазейку.</p><p>— Но я вам гарантирую лично, — добавил я твердо, глядя Зимову прямо в глаза. — Никаких проблем с их вложением не будет. Криминального шлейфа за ними нет.</p><p>— То есть, налоговая и менты нам на хвост не сядут? — всё еще с подозрением, но уже остывая, уточнил генерал.</p><p>— Однозначно нет. Всё будет проведено чисто, комар носа не подточит, — заверил я. — Единственное условие: мы сейчас, прямо здесь, на берегу, должны четко договориться, по какому графику магазин «Арес» будет возвращать эти деньги агентству «Рубеж».</p><p>— Погоди, — Зимов отмахнулся. — То есть, нам надо сейчас придумывать, как я буду Степе и тебе деньги отдавать? Да ерунда! В баню на выходных сходим, посидим, пивка выпьем и договоримся по-свойски. Какие проблемы?</p><p>— Нет! — я рубанул ладонью по воздуху так резко, что Зимов даже моргнул. — Это так не делается, Юрий Иванович. Мы составим официальные договоры займа между «Рубежом» и «Аресом». Все взаимоотношения, проценты, если они будут, и сроки возврата будут жестко прописаны на бумаге, с подписями и печатями.</p><p>— Мы что, друг другу не доверяем? — нахмурился Степан, которому явно была непривычна такая бюрократия между своими.</p><p>— Дело вообще не в доверии, Степа! — я повернулся к прапорщику. — Дело в деловой гигиене и здравом смысле. Сегодня мы все друг другу братья, доверяем как себе. А завтра что угодно может случиться. Вы с Юрием Ивановичем, не дай бог, разругаетесь вдрызг…</p><p>— Мы⁈ Да никогда! — возмутился генерал. Но Степан, к слову, выглядел уже не настолько уверенным.</p><p>— Да всё бывает! — парировал я. — Или, не дай бог, кому-то из нас завтра кирпич на голову упадет. Или бандитская пуля прилетит. И что тогда? Придут наследники, жены, родственники. Начнут делить бизнес. Кто кому сколько занимал? Кто кому сколько обещал в бане под пиво? Никто ничего не докажет, начнутся обиды, суды, а в наших реалиях — еще и стрельба.</p><p>Я обвел их обоих серьезным взглядом.</p><p>— Поймите, бумажные договоры между «своими» нужны не для того, чтобы кого-то кинуть. Они нужны для того, чтобы сохранить хорошие отношения! Когда всё на берегу прописано на бумаге — никто ничего не забудет, никто не переврет условия в свою пользу через год. Плюс, не забывайте про бухгалтерию: Инессе Павловне нужны официальные основания для перевода крупных сумм со счетов, она не может вписать в баланс «Договорились в бане». Так что, только бумага и только четкий график. Согласны?</p><p>Зимов переглянулся со Степаном. Повисла короткая пауза, после которой генерал удовлетворенно хмыкнул.</p><p>— А юрист-то наш, Степа, дело говорит. Жестко, но по уму. Добро, Маньков. Готовь бумаги.</p><p>Генерал поднялся из-за стола, давая понять, что аудиенция окончена.</p><p>— Ладно, господа коммерсанты. Раз восемьдесят процентов суммы вы закрываете, я прямо сейчас сажусь на телефон — буду трясти свои связи. Недостающие двадцать я найду, — Зимов кивнул нам. — Маньков, жду документы.</p><p>Мы вышли из генеральского кабинета. Люда тут же деловито прижала к груди пухлую папку с нашими распечатками.</p><p>— Я тогда cведу все цифры по закупке и запуску магазина, — сказала она на ходу. — Точные суммы ведь для твоих договоров понадобятся.</p><p>— Да, давай, — кивнул я. — А я подготовлю сами бумаги и озадачу Инессу Павловну. Пусть морщит лоб и придумывает, как мы эту гору наличности легально по балансу проведем.</p><p>Люда умчалась по коридору, а я Степана придержал. Я выдохнул, сбрасывая напряжение от генеральского прессинга, и повернулся к начальнику «Рубежа».</p><p>— Степ… ты это, извини, что я так с ходу наши общие бабки в оборот пустил. Ты точно не против вложиться?</p><p>Бывший опер неторопливо достал сигарету, помял ее в пальцах и усмехнулся. Взгляд у безопасника был с характерным профессиональным прищуром человека, который насквозь видит людей.</p><p>— Знаешь, Олег… — протянул он своим басом. — Ты вот сейчас так красиво генералу вещал про деловую гигиену. Про то, что всё надо обсуждать на берегу, чтобы потом проблем не было. А своего компаньона, получается, спросил в самую последнюю очередь. Прямо перед фактом поставил.</p><p>Сказано это было спокойно, по-дружески, без малейшей попытки раздуть конфликт. Но попало настолько точно в цель, что меня аж кольнуло. Учил генерала жизни, а сам нарушил собственное же правило.</p><p>— Твоя правда, Степ. Каюсь, — я примирительно поднял руки, не пытаясь оправдываться. — Увлекся процессом. Коммерческий азарт в голову ударил, когда понял, как мы этот рынок порвем.</p><p>— Да я без обид, Олег, — Степан щелкнул зажигалкой и пустил дым. — Дело ты предлагаешь верное, деньги должны работать, а не в сейфе пылиться. Просто давай сразу договоримся: в ноль мы нашу заначку не выгребаем. На текущую работу «Рубежа» — на бензин, агентурные, премии парням, непредвиденные оперативные расходы — запас оставляем железно.</p><p>— Само собой, — согласился я. — Люда сейчас точные сметы подобьет, и мы с тобой сядем, прикинем, сколько именно в «Арес» закинем, а сколько у себя придержим. До копейки всё высчитаем.</p><p>На том мы и расстались. Только я зашел в кабинет, как на моем столе требовательно зазвонил телефон. Я подбежал и снял трубку.</p><p>— Олег Борисович? — раздался в динамике чуть усталый голос главврача Маргариты Сергеевны. — Мы все процедуры закончили. Ваша мама сейчас отдыхает, но не спит. Можете приезжать.</p><p>В ту же секунду все американские помповики, миллионные сметы, хитрые договоры и генеральские амбиции просто перестали для меня существовать. Вся эта коммерческая шелуха мгновенно отступила на пятый или даже на десятый план.</p><p>— Понял. Спасибо. Выезжаю немедленно, — бросил я в трубку.</p><p>До клиники я доехал на «персоналке». Как бы я до этого ни иронизировал над тем, что меня возит «уазик» в камуфляжной армейской раскраске, сейчас это было абсолютно неважно. «Бобик» не «бобик», трясет или не трясет — главное, что водитель домчал меня до места быстро и без приключений.</p><p>В регистратуре мне выдали накрахмаленный белый халат, и дежурная медсестра проводила меня по тихому, сверкающему чистотой коридору к нужной палате.</p><p>Я приоткрыл дверь и шагнул внутрь.</p><p>Современная функциональная кровать, тихий шелест приборов, пара мониторов, бдительно и непрерывно следящих за показателями жизнедеятельности. И среди всего этого стерильного, высокотехнологичного великолепия — моя мама. Она казалась непривычно маленькой, хрупкой и какой-то беззащитной в окружении всех этих больничных трубок и проводов.</p><p>Пока ехал, я приготовил целую речь — бодрую, уверенную, с шутками и дежурными фразами, чтобы сразу задать позитивный тон. Но сейчас, глядя на ее бледное лицо на белой подушке, я вдруг растерял все слова. В горле встал комок. Я просто замер у дверей, боясь пошевелиться.</p><p>Она повернула голову. Увидела меня. И слабо, но совершенно осознанно улыбнулась.</p><p>— Олег… — голос был шелестящим.</p><p>Я мигом оказался рядом, придвинул стул и осторожно взял ее за руку.</p><p>— Привет, мам. Как ты?</p><p>— Нормально, сынок, — она слабо сжала мои пальцы. И тут же, даже не дав мне спросить о ее самочувствии, тревожно заглянула в глаза: — Как там девочки? Маша, Даша? Они поели? В школу пошли или дома остались? Ты проследил?</p><p>Я невольно улыбнулся. В этом была вся она. Только-только выкарабкалась с того света, а думает о том, пообедали ли дочери.</p><p>— Мам, стоп. Отставить панику, — я мягко погладил ее по руке. — Девочки в полном порядке. Накормлены, напоены. Всё под контролем.</p><p>Мама перевела внимательный взгляд на мое лицо, изучая круги под глазами и общую помятость.</p><p>— А сам-то? Выглядишь так, будто вагоны всю ночь разгружал. Ты спал вообще, Олежек? Совсем себя загонишь со своей работой…</p><p>— Спал, мам, честное слово, спал. Сплю как сурок, ем за троих, — я решил сменить тему, возвращаясь к заготовленному бодрому тону. — У нас там дома вообще, знаешь ли, жизнь бьет ключом. Времени всего ничего прошло, а там уже новый жилец завелся.</p><p>Мама удивленно приподняла брови:</p><p>— Какой еще жилец?</p><p>— Да Стас этот, ухажер Машкин. Вчера весь вечер ее успокаивал и от нее ни на шаг не отходил. Так что ты, мамочка, давай-ка выписывайся поскорее и бери хозяйство в свои руки. А то неровен час, пока ты тут прохлаждаешься, у нас дома внуки появятся!</p><p>Мама тихо, с легкой хрипотцой рассмеялась и погрозила мне пальцем.</p><p>— Ох, болтун… Смотри мне за ними там.</p><p>Напряжение окончательно спало. Разговор плавно перетек в обычное семейное русло. Я рассказал ей еще пару домашних мелочей, успокоил, что в холодильнике полно еды, и пообещал, что обязательно привезу девочек, как только лечащий врач даст добро на массовые посещения.</p><p>Наконец, заметив, что она начинает уставать, я поднялся со стула.</p><p>— Ладно, отдыхай. Тебе сейчас силы нужны. Завтра еще заскочу.</p><p>Я уже развернулся к двери, когда мама вдруг негромко окликнула меня.</p><p>— Олежек… Погоди.</p><p>— Что, мам? Что-то принести?</p><p>Она обвела взглядом палату — светлую, просторную, с мигающими экранами. Для нее, привыкшей к обшарпанным стенам и панцирным сеткам обычных больниц, всё это оборудование и комфорт казались чем-то из области фантастики.</p><p>— Сынок… а как ты за всё это платить собираешься? Это же, наверное, сумасшедшие деньги стоит. Где мы их возьмем?</p><p>Я вернулся, снова взял ее за руку и тепло улыбнулся.</p><p>— Мам. Вообще выкинь это из головы. Всё уже давно оплачено, закрыто и решено. Ни о каких деньгах даже не думай. Твоя единственная задача сейчас — слушаться врачей и выздоравливать. Договорились?</p><p>Она с облегчением прикрыла глаза и кивнула.</p><p>Выйдя из палаты и плотно прикрыв за собой дверь, я прислонился спиной к прохладной стене коридора и глубоко выдохнул. Впервые за эти безумные, наполненные животным страхом сутки я почувствовал настоящее спокойствие. Мама жива. Она в сознании, она разговаривает со мной, шутит, строит планы на завтрашний день. Самое страшное позади.</p><p>Но насчет того, что «всё оплачено», я, конечно, немного покривил душой перед ней. Да, деньги за лечение я в кассу внес, здесь вопросов нет. Но есть вещи, которые не измеряются купюрами. Моральный долг — штука куда более тяжелая. Маргарита Сергеевна и ее врачи совершили чудо, вытащив маму. И теперь я был им обязан. Обязан по гроб жизни. А значит, я должен помочь клинике, спасшей самого близкого мне человека, вылезти из той ямы, в которой они оказались.</p><p>От палаты я прямиком направился в кабинет главврача. Дверь была приоткрыта. Маргарита Сергеевна сидела за массивным столом, устало массируя виски над стопкой каких-то накладных.</p><p>Я постучал по косяку и зашел внутрь.</p><p>— Маргарита Сергеевна? Еще раз здравствуйте.</p><p>Она подняла глаза, узнала меня и попыталась выдавить дежурную улыбку:</p><p>— А, Олег Борисович. Навестили маму?</p><p>— Да. И я просто не знаю, какими словами выразить вам мою благодарность. Вы и ваши люди вытащили ее с того света. Я у вас в неоплатном долгу.</p><p>— Ну что вы, это наша работа…</p><p>— Вот о вашей работе я и пришел поговорить, — я придвинул стул и сел напротив нее. — Вы спасли мою семью. Теперь моя очередь. Рассказывайте, что у вас происходит.</p><p>Главврач тяжело вздохнула. Видимо, усталость и напряжение последних недель давали о себе знать, потому что она не стала отпираться или играть в гордость. Ее прорвало.</p><p>Она рассказала всё как на духу. О том, что финансирование со стороны «Тулачермета» сначала просто задерживалось, а теперь и вовсе сократилось до смехотворных подачек. О том, что любые обращения к заводскому руководству разбиваются о глухую стену пустых обещаний и ссылок на «тяжелое экономическое положение в стране». Поставщики медикаментов грозят судами и требуют оплаты, а лучшие медсестры и врачи, не видя просвета, начинают потихоньку искать другие места.</p><p>— Понимаете, Олег Борисович, ваши вчерашние деньги — это было просто чудо, — она горько усмехнулась. — Я ими закрыла самую горящую задолженность по зарплате перед коллективом. Но что я буду делать в следующем месяце? Чем мне платить людям? У нас отличные специалисты, великолепное современное оборудование, к нам очереди выстраиваются! Потребность в лечении никуда не исчезла, люди как болели, так и болеют. Однако мы не можем принимать людей с «улицы», так как являемся ведомственным учреждением. И получается замкнутый круг, завод нам денег не дает и сами заработать мы не можем.</p><p>— Давайте по порядку, — я достал из кармана блокнот и ручку. — Когда именно начались жесткие задержки?</p><p>— Месяца три назад. Сначала урезали премии, потом заморозили фонды…</p><p>— Всем подразделениям завода одинаково урезали пайку, или ваша медсанчасть пострадала как-то по-особенному? — я пытался вычленить проблему.</p><p>— Заводчанам зарплаты не задерживают. Вы знаете, что «Тулачермет» чуть ли не единственный завод в городе, где проблем с деньгами нет.</p><p>— Что пишут в официальных ответах? Письменно как-то объясняют отказы? И главное — что предлагают взамен? Не могут же они просто сказать «денег нет, умирайте».</p><p>Маргарита Сергеевна замялась, опустив глаза на свои накладные.</p><p>— Письменно ничего. А на словах… В общем, в заводоуправлении уже вовсю обсуждают передачу нашей клиники в частное управление.</p><p>— Вот как, — я усмехнулся. Мозаика сложилась.</p><p>— Да. Нашлись какие-то инвесторы. Будущий управляющий уже приезжал. Очень вежливый и такой… знаете… уверенный в себе. Обещает полное погашение долгов, стабильное финансирование, бесперебойные поставки препаратов и стопроцентное сохранение рабочих мест. Для нас это сейчас звучит как спасение…</p><p>— Маргарита Сергеевна, — я покачал головой и посмотрел на нее с искренним сочувствием. — Вас просто «отжимают». Классическая схема.</p><p>— Что значит — отжимают? — возмутилась она. — Заводу правда сейчас тяжело! Да и время такое…</p><p>— Заводу тяжело, я не спорю, — мягко, но непреклонно перебил я. — Но посмотрите на последовательность. Вас намеренно сажают на финансовый голод. Искусственно создают невыносимые условия. Знаете зачем? Чтобы через пару месяцев без зарплат вы и ваш коллектив взвыли и согласились абсолютно на любые условия. Вы сами, своими руками откроете двери этому новому «управляющему» и встретите его как благодетеля и спасителя.</p><p>Главврач побледнела, осмысливая сказанное.</p><p>— А потом, — жестко закончил я, — когда бумаги будут подписаны, этот вежливый человек приберет к рукам вашу больницу и будет ее доить, получая сверхприбыль.</p><p>Маргарита Сергеевна смотрела на меня широко раскрытыми глазами.</p><p>— И что делать? — растерянно спросила она.</p><p>— У меня встречный вопрос, — я подался вперед. — А почему спасать клинику обязательно должен какой-то посторонний дядя с улицы? Почему коллектив клиники не может взять управление в свои руки и вести дело самостоятельно?</p><p>— Мы⁈ — она даже отшатнулась от неожиданности.</p><p>— Вы. У вас на руках все козыри. Золотые специалисты, репутация, лучшее в области оборудование. У вас готовая коммерческая машина! Платный прием пациентов с улицы, комплексные обследования, контракты на медобслуживание других предприятий города — не только «Тулачермета». Деньги лежат у вас под ногами.</p><p>— Олег, вы о чем говорите? — главврач замахала на меня руками. — Какие мы коммерсанты? Мы врачи! Мы лечить умеем, а не деньги считать. К тому же, у коллектива нет ни копейки, чтобы выкупить клинику у завода! И мы даже не понимаем, кому сейчас по документам принадлежит это здание, земля, техника. Завод нам просто не позволит уйти в свободное плавание!</p><p>— А вам и не надо становиться коммерсантами, — спокойно улыбнулся я. — Для этого у вас теперь есть я. Маргарита Сергеевна, мне нужны документы. Все. Положение о клинике, уставные документы завода, если есть. Бумаги на имущество, техпаспорта на здание, выписки по финансированию. И главное — любые проекты договоров или соглашений о той самой предполагаемой передаче в частное управление, которые вам показывали.</p><p>Она недоверчиво посмотрела на меня:</p><p>— И что вы с ними сделаете?</p><p>— Я найду точную юридическую конструкцию, как нам оторвать вас от завода и при этом оставить всё имущество за коллективом. И как послать этих вежливых рейдеров куда подальше. Соберете бумаги?</p><p>Маргарита Сергеевна смотрела на меня несколько долгих секунд. В ее уставших глазах снова блеснул огонек надежды — той самой, настоящей, а не подсунутой лощеными переговорщиками.</p><p>— Я всё соберу. Завтра к обеду копии будут у вас.</p><p>— Договорились. Но бумаги бумагами, а вам сейчас жизненно важно провести разведку. У вас с руководством «Тулачермета» как сейчас отношения?</p><p>— Да, в принципе, нормальные, — пожала плечами Маргарита Сергеевна. — Рабочие. Конфликтов не было.</p><p>— Замечательно. Тогда прямо сейчас берите телефон, звоните им и договаривайтесь о личной встрече. Вам надо провести разведку.</p><p>Главврач неуверенно моргнула, словно я предложил ей прыгнуть с парашютом:</p><p>— Разведку? Олег, помилуйте. Я же врач, а не Штирлиц…</p><p>— Это только звучит так грозно, — я успокаивающе улыбнулся. — На деле вам нужно просто приехать и поболтать. Оценить обстановку в кабинетах. Понять, как к вам реально относятся, прячут ли глаза. Аккуратно выяснить, почему вдруг вообще возникла идея «продать» клинику. И самое главное — кто конкретно додумался выстроить вокруг вас эту финансовую блокаду. Ваше главное правило на эту встречу: меньше говорите, больше слушайте. Вы должны понять три вещи: кто, что и почему. Справитесь?</p><p>Маргарита Сергеевна поправила очки, явно нервничая.</p><p>— Ну… не знаю… — она с надеждой посмотрела на меня. — Может, вы со мной поедете? Как мой юрисконсульт?</p><p>— Исключено, — я отрезал этот вариант мгновенно. — Стоит им только увидеть в кабинете незнакомое лицо, они тут же захлопнутся, словно устрицы. Сразу насторожатся, уйдут в глухую оборону, начнут отделываться казенными фразами или вообще переведут разговор в плоскость официальных отписок. А так — вы их давний сотрудник, уважаемый врач. Приехали по-человечески поговорить о происходящем, о судьбе коллектива. Это вполне нормальная, естественная практика, она не вызовет подозрений. Ваша линия поведения понятна? Не требовать, не качать права. Просто поболтать, как хорошие знакомые. Напрягать их сейчас вообще не стоит.</p><p>Главврач задумчиво кивнула, прокручивая в голове предстоящий разговор.</p><p>— В принципе… с генеральным директором у меня всегда были неплохие отношения. Он мужчина адекватный. Чего бы и правда не поболтать по душам?</p><p>— Вот! Это абсолютно правильный настрой! Как только выйдете от него — сразу ищите телефон и звоните мне. Будем анализировать информацию и решать, что делать дальше.</p><p>Попрощавшись, я покинул кабинет.</p><p>Из здания больницы я вышел в очень странном, подвешенном состоянии. С одной стороны, на душе было светло: мама шла на поправку, и я делал ровно то, что должен был делать нормальный сын и мужик — отдавал долг чести людям, спасшим ее.</p><p>Но с другой… весенний ветерок приятно освежал лицо, а вот внутри появился совсем не приятный холодок. Такой роскошный, упакованный под завязку лакомый кусок, как эта ведомственная клиника, абы кто сожрать не попытался бы.</p><p>Люди, затеявшие этот рейдерский захват, точно были не простыми. Раз они смогли убедить, купить или банально продавить руководство «Тулачермета» — металлургического гиганта, одного из самых прибыльных и могущественных заводов всей области, — значит, это очень серьезные хищники. Игроки высшей лиги с огромным ресурсом. И я только что добровольно подписался с ними тягаться. От осознания того, куда я сейчас влезаю, даже самому на секунду стало страшно. Но отступать-то было уже некуда!</p></section><section><title><p>Глава 13</p></title><p>Глава 13</p><p>Уже садясь в свой персональный уазик, я окончательно понял, что замотался до предела. Батарейка села. Ехать сейчас на работу не было абсолютно никакого смысла — я бы просто сидел, стеклянным взглядом смотрел в стену и тупил. В принципе, никаких горящих дел, требующих моего немедленного вмешательства, на сегодня больше не предвиделось, а выходной… точнее, хотя бы половинку выходного устроить себе очень хотелось.</p><p>Я попросил водителя Леху отвезти меня домой. В мои зеленые урбанистические джунгли. Которые, кстати, давно пора было полить. Не дай бог загублю какое-нибудь редкое экзотическое растение — будет крайне неудобно перед хозяйкой квартиры.</p><p>Леха без лишних вопросов довез меня до подъезда. Ну наконец-то я дома. Я так «часто» тут бываю в последнее время, что мне пришлось слегка напрячь память, чтобы вспомнить дорогу к собственной двери.</p><p>Поднимаясь по ступеням, я морально готовился к тяжелому звонку Кате. Да, я пропал с радаров, да, у меня был для этого самый серьезный и уважительный повод из всех возможных. Но все-таки, как ни крути, я должен был выбрать момент, чтобы ей позвонить и предупредить.</p><p>Я собирался сделать это сразу же, как только зайду в квартиру и сниму ботинки. Достал ключи, привычным движением открыл замок, шагнул внутрь… и как вкопанный застыл на пороге.</p><p>В прихожей горел свет!</p><p>В уставшую голову мгновенно залетели параноидальные мысли: квартира стояла без присмотра, наводчики отследили и воры залезли! И как назло, я так и не завел полезную для здоровья привычку постоянно таскать с собой газовый «Вальтер». Этот прекрасный немецкий аргумент прямо сейчас лежал бесполезным куском металла в ящике моего рабочего стола.</p><p>Я медленно попятился, намереваясь потихоньку отступить на лестничную клетку, тихо закрыть за собой дверь на два оборота, выбежать во двор и оттуда уже звонить в милицию и парням в «Рубеж».</p><p>Но не успел. Из комнаты в ярко освещенную прихожую вышла Катя. В руке девушка крепко сжимала тяжелую чугунную сковородку.</p><p>Я шумно выдохнул, чувствуя, как колотится сердце в горле.</p><p>— Привет! Ты меня так… напугала.</p><p>Катя угрожающе помахала сковородкой:</p><p>— Думаешь, а ты меня нет? Я вообще решила, что в квартиру воры залезли!</p><p>— Ну вот, взаимно напугали друг друга, — я примирительно поднял руки и попытался улыбнуться. — Но хорошо, что это всего лишь я. Убирай свое грозное оружие.</p><p>— Не уберу! — она вдруг замахнулась.</p><p>Я рефлекторно отпрыгнул назад, едва не впечатавшись спиной во входную дверь.</p><p>— Эй! Ты чего⁈</p><p>— Ты где был⁈ — в ее голосе зазвенели слезы пополам со злостью. — Почему даже не позвонил⁈</p><p>— А это… очень длинная и невеселая история, — я стянул куртку и повесил ее на крючок. — Пошли в комнату, всё расскажу.</p><p>Катя пошла за мной, но сковородку так и не выпустила из рук. Мы сели на диван. Я, глядя на ее напряженное лицо, начал рассказывать. Вывалил всё как есть: про внезапный приступ мамы, про скорую, про ужас в реанимации, про судорожные поиски дефицитного лекарства, про поиск связей для устройства в клинику. Я говорил, а она слушала, и ее лицо постепенно менялось, гнев уступал место сочувствию. Сковородка незаметно опустилась на пол.</p><p>— И почему ты мне не позвонил⁈ — тихо, но с жестким нажимом спросила она.</p><p>— Кать, не поверишь, я думал об этом. Но каждый раз то одно, то другое, просто не успевал добраться до аппарата…</p><p>— Я не о том, что ты не предупредил, что пропадешь! — перебила она. — Я о том, почему ты помощи у меня не попросил⁈ У моего отца связи практически везде есть! Мы бы и лекарство из-под земли достали, и с любой клиникой в городе за пять минут договорились!</p><p>Как мне ответить на этот вопрос, я не знал. Точнее, знал, но сказать это вслух, глядя ей в глаза, не мог.</p><p>Я прекрасно понимал, что Евгений Владимирович мог мне помочь. Мог щелчком пальцев решить вопрос, на который я убил кучу нервов, подняв на уши половину города. Но я сознательно оставлял этот вариант на самый крайний случай. Если бы мне отказали все, если бы не сработали связи, если бы времени оставалось в обрез — вот тогда бы я пошел к ее отцу. Да что там пошел — я бы на коленях к нему пополз и землю бы жрал.</p><p>Но я слишком хорошо знал людей его калибра. И я примерно представлял, что именно он попросил бы у меня взамен за услугу такого масштаба. За жизнь моей матери.</p><p>Он попросил бы меня навсегда забыть о его дочери.</p><p>И самое страшное заключалось в том, что на это условие я бы согласился не раздумывая.</p><p>— Прости, я просто не подумал…</p><p>Вышло донельзя неуклюже.</p><p>— Не подумал⁈ — Катя вскочила с дивана. — У тебя мама при смерти была… а он не подумал⁈ Знаешь что, Олег, нам надо прямо сейчас определиться: я для тебя вообще кто⁈ Так, повстречались, повеселились и всё⁈</p><p>Я понял, что думать над этим вопросом нельзя. Любое промедление с ответом — смерти подобно. Девушки, задающие этот сакраментальный вопрос, ждут ответа немедленно. За каждый лишний миг тишины они успевают построить в своей голове такую теорию твоего предательства, что ты ее потом за год не разрушишь.</p><p>— Ты для меня — самый дорогой человек, — выпалил я твердо, глядя ей прямо в глаза. — Самый близкий. И именно поэтому я не стал тебя дергать! Пойми, я не хотел втягивать тебя в этот кошмар. Не хотел использовать тебя как инструмент, как удобный выход на связи твоего отца. И уж тем более не хотел, чтобы ты видела меня в таком состоянии — жалким, в панике, мечущимся по городу. Я должен был решить эту проблему сам. Как мужик. А не бежать прятаться за твою спину при первой же настоящей беде!</p><p>Катя замерла. Гнев в ее глазах дрогнул и начал стремительно таять.</p><p>— Ну ты и балбес, Маньков… — тихо выдохнула она, качая головой. — Для чего еще нужны дорогие люди, как не для взаимопомощи⁈</p><p>Катя села обратно. Только сейчас, когда напряжение немного схлынуло, я наконец-то огляделся и обратил внимание на детали. В комнате пахло сырой землей, широкие резные листья монстеры в углу блестели свежей влагой, а на подоконнике скромно приютилась пластиковая лейка. Ну конечно. Она пришла полить «зеленых детей». Ключ у нее остался еще с того самого дня, когда Вера Ивановна, хозяйка квартиры, предусмотрительно выдала нам два комплекта.</p><p>Я поднял сковородку за тяжелую ручку, взвесил в руке и с максимально серьезным видом посмотрел на Катю:</p><p>— Скажи, а фехтование на сковородках теперь официально входит в программу подготовки кандидатов в мастера спорта по плаванию?</p><p>Катя фыркнула, попыталась сохранить суровое выражение лица, но не выдержала и, сама того не желая, рассмеялась. Мы сидели рядом на диване, и разговор потек уже спокойно. Она расспрашивала про маму — как она себя чувствует сейчас, что конкретно говорят врачи, какие прогнозы.</p><p>Я не стал озвучивать ей всего. Не сказал, что там, в холодном коридоре реанимации, мне было до ужаса страшно. Тот пятидесятилетний мужик, который жил внутри моего молодого тела, однажды уже потерял маму. Он прошел через этот ад, и сама мысль о том, что история повторяется и мне придется пережить это снова, парализовала разум и волю.</p><p>Вслух я сказал гораздо проще:</p><p>— Я думал, что не успею, Кать. Время уходило сквозь пальцы.</p><p>Она не стала ничего советовать. Не стала говорить дежурных утешительных слов, которые обычно бесят в такие моменты. Она просто накрыла мою ладонь своей и крепко сжала.</p><p>— Пообещай, — тихо, но очень твердо сказала она, глядя мне в глаза. — В следующий раз — сначала звонишь мне. Не отцу, не его связям. Мне.</p><p>— Обещаю, — ответил я. И вдруг ясно понял, что действительно хочу сдержать это обещание. Это была не просто красивая пустая фраза, брошенная, чтобы успокоить девушку. Это было первое за очень долгое время обещание, которое я давал как человек, а не как умелый переговорщик.</p><p>— Так, — Катя внезапно сменила тон на деловой, окинув меня критическим взглядом. — А когда ты последний раз нормально ел?</p><p>Мой ответ оказался настолько невразумительным, что она решительно потянула меня за руку, ведя на кухню. Там мы быстро и слаженно соорудили совершенно нехитрый, но божественно пахнущий ужин из того, что нашлось в холодильнике. Я пытался суетиться, но мне безапелляционно поручили только нарезать хлеб и заварить чай.</p><p>Наблюдая за тем, как она хозяйничает у плиты, я вдруг поймал себя на мысли, насколько мне сейчас хорошо. Спокойно. В собственной квартире, вдвоем с ней. Без бандитов, генералов, многомиллионных сделок и бессонных ночей.</p><p>Когда мы доели и Катя потянулась, чтобы убрать со стола пустые тарелки, я перехватил ее запястье. Она удивленно обернулась. Я мягко потянул ее на себя, усаживая к себе на колени, и поцеловал. Сначала в этом поцелуе была только огромная, безграничная благодарность, но уже через секунду он стал долгим, горячим и по-настоящему увлеченным…</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Я проснулся раньше будильника. И впервые за целую неделю открыл глаза не от тревоги, а просто потому, что отлично выспался.</p><p>Сквозь резные листья монстеры пробивалось яркое утреннее солнце. А с кухни доносились аппетитные запахи и характерное шкворчание. Я накинул спортивные штаны и заглянул на кухню.</p><p>Катя стояла у плиты в моей рубашке, с закатанными по локти рукавами. Волосы после душа были еще влажными и смешно топорщились на кончиках. Она торопилась — ей надо было в институт, а мне на работу.</p><p>— Доброе утро, — улыбнулась она, ловко переворачивая яичницу. — Отчитываюсь: орхидеи политы строго по графику. Ни один цветок не пострадал.</p><p>— Знаешь, — я подошел сзади, обнял ее за талию и уткнулся носом в пахнущую шампунем макушку, — ты — главная экзотика в этой квартире. И требуешь самого бережного и внимательного ухода.</p><p>— Не-не-не, поливать меня не надо, — хихикнула Катя, выключая конфорку.</p><p>Мы быстро позавтракали, спустились во двор и поймали такси. Доехали до ее института, коротко, но крепко поцеловались на прощание, и она убежала на занятия. А я назвал водителю другой адрес, откинулся на сиденье и поехал на работу. Пора было возвращаться в строй.</p><p>Ноги сами несли меня вперед, в груди словно гудел пламенный мотор, но до кабинета я добежать так и не смог — меня перехватили прямо в холле здания ДОСААФ. Причем избежать этого перехвата у меня бы при всем желании не получилось. Да и кто бы вообще смог незаметно проскользнуть мимо заслуженного снайпера Северного флота?</p><p>Инесса Павловна поджидала меня у вахты вместе со своим внуком Вовчиком. Было заметно невооруженным глазом, что парню крайне неуютно под строгим бабушкиным конвоем. Увидев меня, он обрадовался настолько искренне, что замахал рукой, будто пионер на первомайской демонстрации, узревший Политбюро в полном составе.</p><p>— Олег! Привет! Мы тут! — гаркнул он на весь холл.</p><p>Я приветственно махнул рукой в ответ и свернул к ним.</p><p>Вовчик тут же повернулся к бабушке и затряс пластиковым пакетом с потертым логотипом «Marlboro». Я вспомнил, что такие пакеты ценили, берегли, стирали и таскали до дыр.</p><p>— Ну всё, ба, я пойду! — скороговоркой выпалил он. — Мне эти железки еще срочно протестировать надо.</p><p>— Ну беги, тестируй, — царственно разрешила Инесса Павловна.</p><p>Вовчик мгновенно рванул с места и радостно унесся по коридору. Он до сих пор колдовал над нашими компьютерами, обещая явить технологическое чудо чуть ли не каждый божий день. Чуда пока не случалось, но вовсе не из-за того, что Вовчик был криворуким или ленивым. Просто каждый раз он, как истинный фанатик своего дела, ставил перед собой всё новые, более объемные и глобальные цели. Я его не дергал. Компьютерщики — народ специфический. Если не стоять у них над душой с секундомером и не мешать, они в итоге действительно могут сотворить невозможное.</p><p>Инесса Павловна проводила внука взглядом, поправила строгий жакет и повернулась ко мне.</p><p>— Здравствуйте, Олег Борисович, — произнесла она поставленным голосом. — Я полагаю, что готова приступить к своим обязанностям.</p><p>— Доброе утро, Инесса Павловна! — я широко улыбнулся. — Только давайте сразу договоримся терминологически: приступать мы будем к работе. Обязанности — это про воинский устав или мытье посуды, удовольствия от них никакого, одна сплошная каторга. А вот работа — особенно интересная и хорошо оплачиваемая — может и должна приносить радость!</p><p>Инесса Павловна удивленно вскинула тонко выщипанные брови. Для человека старой, еще советской закалки, да еще и с военной косточкой, концепция «радости от работы» звучала как минимум подозрительно, если не сказать — антигосударственно.</p><p>— Радость? — с явным сомнением переспросила она. — Олег, вы меня, конечно, простите, но работа — это в первую очередь долг. Это суровая дисциплина, личная ответственность и неукоснительное выполнение поставленных задач. А радость… Радость — это на пенсии на даче помидоры выращивать или вот внукам пирожки печь. На рабочем же месте сантименты излишни.</p><p>Мы неспешно пошли по коридору по направлению к дверям «РеалLex». Меня с самого утра переполнял такой невероятный, пьянящий душевный подъем, что я готов был философствовать на ходу, заражая своим оптимизмом всех встречных.</p><p>— Долг и дисциплина — это только фундамент, Инесса Павловна, — горячо и искренне возразил я, заглядывая ей в глаза. — А сама работа — это же настоящая поэзия! Высшее искусство! Особенно в вашем случае. То, что вы делаете — это чистая, концентрированная магия цифр. Вы же берете абсолютный хаос из разрозненных накладных, счетов и чеков, а потом изящным движением руки выстраиваете из них идеальную гармонию баланса. Разве это не творчество? Вы — композитор, только вместо нот у вас дебет и кредит!</p><p>Она на секунду задумалась, переваривая эту неожиданную мысль. Ее строгое лицо вдруг неуловимо потеплело, морщинки в уголках глаз разгладились.</p><p>— Магия цифр… — эхом, чуть задумчиво повторила она. И добавила уже совсем другим, почти беззащитным тоном: — А разве так вообще бывает? В нашей-то скучной бухгалтерии…</p><p>— Инесса Павловна, — я остановился перед дверью офиса и посмотрел на нее со всей серьезностью, на которую был сейчас способен. — В вашем случае именно так и будет. Если бы не тот ваш звонок… Я вам этого никогда не забуду. Я вам по гроб жизни обязан за маму. И поэтому я сделаю всё, чтобы превратить ваше новое рабочее место в персональный бухгалтерский рай. Обещаю: никаких начальников-самодуров с бредовыми идеями, никакой нервотрепки и бессмысленной суеты. Только вы, чашечка отличного кофе, новейший компьютер, идеальная отчетность и абсолютный финансовый дзен. Вы будете у нас не просто главным бухгалтером, вы станете нашим теневым финансовым диктатором, чье слово — закон. Согласны на такой рай?</p><p>— Да… — едва слышно, почти с благоговением выдохнула Инесса Павловна.</p><p>— Тогда добро пожаловать в обитель гармонии! — торжественно провозгласил я, нажимая на ручку и широким жестом распахивая перед ней дверь.</p><p>А там… Там творился полный, невообразимый кавардак.</p><p>За время моего недолгого отсутствия Толик развил бурную деятельность и успел нанять двух помощников. Первым был хмурый, не по годам серьезный паренек лет двадцати. Второй оказалась худенькая девушка-тростиночка с двумя смешными русыми косичками и лицом, щедро усыпанным конопушками.</p><p>Впрочем, разглядеть их более детально я просто не смог — оба новых сотрудника носились по офису как угорелые!</p><p>Наш некогда уютный кабинет напоминал растревоженный муравейник. Внутри толпилось больше десятка клиентов. И, разумеется, каждый из них торопился по своим чрезвычайно важным делам. Воздух гудел от голосов.</p><p>Команда «РеалLex» изо всех сил пыталась прокрутить эту живую очередь как можно быстрее. Они выхватывали друг у друга паспорта и выписки, с пулеметной скоростью стучали по клавишам, с громким хрустом скрепляли листы степлерами, шлепали печатями и шумно что-то обсуждали с посетителями. Бумаги летали из рук в руки, кто-то требовал ручку, кто-то возмущался, что в договоре опечатка.</p><p>Никаким «абсолютным дзеном», поэзией цифр и бухгалтерским раем здесь и близко не пахло. Офис больше всего напоминал натуральный, кромешный ад!</p><p>Инесса Павловна посмотрела на меня со вселенской тоской.</p><p>— Решим! — твердо пообещал я ей.</p></section><section><title><p>Глава 14</p></title><p>Глава 14</p><p>Решать вопрос с размещением Инессы Павловны я пошел прямиком к генералу Зимову. Понимая, что оставлять нашего драгоценного бухгалтера, нашу новообретенную финансовую жемчужину в том дурдоме, который творился во фронт-офисе, категорически нельзя, мы вместе направились в его кабинет.</p><p>У Юрия Ивановича шло какое-то совещание с сотрудниками ДОСААФ. Но стоило ему только увидеть нас в приоткрывшуюся дверь, как он тут же оборвал докладчика на полуслове. Я грешным делом на секунду возгордился, решив, что это из-за меня. Куда там! Оказалось, персона я тут далеко не самая важная.</p><p>— Инесса Павловна! — Зимов буквально выскочил из-за стола, раскинув руки в стороны. — Вы к нам какими судьбами⁈</p><p>Инесса Павловна при виде генерала моментально пошла густым румянцем и в ответ так крепко сжала Юрия Ивановича в объятиях, что мне послышалось, как у того хрустнули ребра.</p><p>— Да вот… Олег пригласил, — скромно потупилась она.</p><p>— Олег? А зачем вы ждали его приглашения? Вы же знаете, дорогая моя, мы вам всегда рады! Да вы не стойте в дверях, проходите, присаживайтесь!</p><p>Мы прошли и устроились за столом.</p><p>— Олег меня не просто в гости пригласил, — пояснила Инесса Павловна, поправляя прическу. — Он меня к вам на работу устроил.</p><p>Чисто технически я взял её не в структуру ДОСААФ, а в свой коммерческий холдинг. Но Инесса Павловна, как и многие люди советской закалки, искренне считала, что раз контора физически находится в здании у армейцев, значит, имеет к ним самое прямое отношение.</p><p>— Как? К нам⁈ — опешил генерал. — Куда? В тир⁈</p><p>— Инесса Павловна с сегодняшнего дня начинает работу в качестве главного бухгалтера нашего холдинга, — поспешил я внести ясность.</p><p>— Бухгалтера⁈ — брови Зимова поползли на лоб. Он посмотрел на женщину с неподдельным изумлением: — Инесса, я чего-то о тебе не знаю?</p><p>— Я полностью изучила новую нормативную базу, — Инесса Павловна залилась румянцем еще сильнее, — и готова приступить к обязанностям… — она запнулась, вспомнив наш недавний разговор в коридоре, и быстро поправилась: — Готова приступить к работе.</p><p>— Замечательно! Просто гениально! — генерал с восхищением хлопнул ладонью по столу. — Это Маньков придумал?</p><p>— Да, каюсь, моя идея, — я скромно развел руками, всем своим видом показывая, что гениальность для меня — сущая рутина.</p><p>— Да за такое тебе орден надо вручить! — рассмеялся Зимов.</p><p>— Юрий Иванович, вы звание зажали, какой уж тут орден, — припомнил я наш давний разговор, решив поддержать шутливый тон.</p><p>— Звание? — удивленно переспросила Инесса Павловна.</p><p>— Ага! — радостно сдал меня генерал. — Он парень-то вроде неплохой, но наглец первостатейный! Хотел, понимаешь ли, чтобы я ему погоны выдал. Капитанские причем! Сразу! Представляешь нахальство? А ведь он даже не служил!</p><p>В кабинете повисла нехорошая тишина. Инесса Павловна медленно повернула ко мне голову. В ее взгляде читалась крайняя степень подозрительности и легкое разочарование.</p><p>— Вы не служили, Олег? — уточнила она.</p><p>И тут я понял, что мой длинный язык только что чуть не довел меня до настоящей катастрофы. Разговор нужно было срочно переводить в другое русло! Для людей старой школы, таких как генерал Зимов или Инесса Павловна, мужчина, который не служил в армии — это не просто тот, кто в цирке смеется. Для них неслуживший мужик — это вообще человек недоделанный. Заводской брак. Биологически неполноценный организм, которому по какому-то нелепому недоразумению выдали брюки вместо юбки.</p><p>— Болел, — я сделал максимально серьезное лицо, на ходу выстраивая линию защиты. — Очень сильно переболел в подростковом возрасте. Врачи чуть инвалидность не дали. Потом сразу институт, дневное отделение. А потом… потом как-то уже не до плаца и марш-бросков стало. Пришлось вот, например, доблестный ДОСААФ от неминуемого банкротства спасать.</p><p>Упоминание банкротства сработало как хороший огнетушитель. С генерала мигом слетела вся его покровительственная армейская спесь. Он кашлянул, переложил на столе какую-то бумажку и слегка отвел взгляд.</p><p>— Но мы отвлеклись, — я решил закрепить успех и сразу перешел к делу. — У нас возникла серьезная проблема. Инессе Павловне совершенно негде организовать рабочее место.</p><p>— То есть как негде? — нахмурился Зимов, быстро возвращаясь в привычное русло хозяйственника. — Маньков, имей совесть. Я же тебе совсем недавно дополнительные кабинеты выделил.</p><p>— Так кончились кабинеты! — развел я руками. — Вы бы видели, что там сейчас творится. Шум, гам, суета, принтеры воют, клиенты толпами ходят. А Инессе Павловне для работы нужна тишь, гладь да божья благодать. Ей же с цифрами работать, с балансовыми ведомостями. Не дай бог запятую где-нибудь не там поставит — мы же потом налоговой и государству одни только пени три года выплачивать будем!</p><p>— Так-так… — Зимов почесал подбородок. — Понятно. Нет, ну тут ты абсолютно прав. Деньги суеты не терпят, деньги любят тишину. А знаете что? — генерал вдруг радостно щелкнул пальцами. — Давайте мы Инессу Павловну к нашему главбуху посадим!</p><p>Как по мне, идея была просто катастрофической. Всем известно, что двух хозяек на одной кухне не бывает в природе. А уж два главных бухгалтера на одной, не поделенной капитальными стенами территории — это прямой вызов здравому смыслу и первый шаг к ядерной войне локального масштаба. Главбухи — существа территориальные, конкуренции не терпят.</p><p>Однако Инессу Павловну этот суицидальный вариант нисколько не смутил.</p><p>— Да? — она даже слегка оживилась. — А знаете, Юрий Иванович, это было бы неплохо. Специфика смежная, коллеги всегда найдут общий язык.</p><p>Зимов, воодушевленный тем, что проблема решилась так легко, лично вызвался проводить Инессу Павловну к ее новому рабочему месту. Я пошел следом, готовясь в случае чего разнимать финансовые потоки.</p><p>Когда мы зашли внутрь, я едва удержался, чтобы не присвистнуть. Кабинет оказался чуть ли не лучше, чем у самого Зимова! Просторный, очень светлый, с отличным свежим ремонтом и солидной мебелью.</p><p>В самом его центре, за массивным Т-образным столом, словно императрица, восседала дородная женщина лет пятидесяти. Венцом ее образа была сложная, высокая прическа, настолько щедро и монолитно залитая лаком, что, казалось, она могла бы выдержать падение кирпича.</p><p>Зимов представил их друг другу и вкратце обрисовал ситуацию: холдинг стремительно расширяется, а посадить главбуха физически некуда.</p><p>Сперва дамы посмотрели друг на друга так, словно на таежной тропе внезапно нос к носу встретились медведь и уссурийский тигр. Я уже всерьез прикидывал, не сбегать ли превентивно в коридор за пожарным огнетушителем. Но внезапно всё решилось на удивление мирно и быстро. Хозяйка кабинета, оценив строгую интеллигентность Инессы Павловны, оказалась совершенно не против «новенькой».</p><p>У генерала хозяйственные вопросы вообще не задерживались. Уже через десять минут крепкие мужики приволокли со склада добротный стол, стул и тумбочку. Сделали быструю перестановку, освободив угол у окна — и всё, можно было приступать к работе.</p><p>Инесса Павловна расположилась за своим новым столом, окинула взглядом территорию и удовлетворенно кивнула.</p><p>— Ну вот, всё вроде бы просто замечательно.</p><p>— Не хватает только одного маленького штриха, — заметил я, мысленно прощаясь с очередной пухлой пачкой вечнозеленой наличности.</p><p>— Какого еще штриха? — насторожилась Инесса Павловна.</p><p>— Вам нужен компьютер.</p><p>— Нет, не нужен.</p><p>— Нужен, — надавил я.</p><p>— Мне нужен хороший калькулятор, — безапелляционно заявила она.</p><p>Инесса Павловна деловито порылась в принесенном ею пакете и выложила на стол японскую машинку с крупными кнопками.</p><p>— И счеты.</p><p>Она снова нырнула в пакет и с солидным стуком водрузила на столешницу самые настоящие деревянные счеты. Большие, тяжелые, с отполированными до блеска костяшками. Из тех монументальных советских артефактов, которые гарантированно переживут любой апокалипсис, а если понадобится — ими можно насмерть забить налогового инспектора.</p><p>— Инесса Павловна… ну а как же прогресс? — спросил я, глядя на это «деревянное чудо» вычислительной техники.</p><p>— Зачем нам ваш прогресс? — веско вступила в разговор главбух Зимова, поправляя свою пуленепробиваемую прическу. Бухгалтерская солидарность сработала мгновенно. — Наша задача, молодой человек, не в заморские игрушки играть, а цифры сводить! Чтобы дебет с кредитом копеечка в копеечку сходились. А эти ваши компьютеры — тьфу, одно баловство! Сегодня свет моргнул, завтра вирус какой-нибудь залетел, и всё — баланса нет, отчетность горит, а владелец предприятия в предынфарктном состоянии. А костяшки — они не соврут, не зависнут и электричества не просят.</p><p>— Надежность — наше всё! — припечатал Зимов, поднимая вверх указательный палец в знак полной солидарности с бухгалтерией.</p><p>Я окинул взглядом эту живописную картину. Генерал старой формации и две суровые жрицы советского баланса, готовые насмерть стоять за свои деревянные счеты против надвигающейся компьютерной эры. Я быстро прикинул шансы и понял, что словесную дуэль сразу с тремя убежденными «староверами» я сейчас просто не потяну. Затопчут массой, авторитетом и жизненным опытом.</p><p>Поэтому я принял единственно верное тактическое решение о стратегическом отступлении.</p><p>— Хорошо, сдаюсь, — я примирительно поднял обе руки. — Не настаиваю.</p><p>— И правильно делаешь, Маньков, — назидательно кивнул генерал. — Нечего тут свои электронные революции устраивать.</p><p>— Пока не настаиваю, — добавил я с легкой улыбкой, берясь за ручку двери и плавно ретируясь из кабинета в спасительный коридор.</p><p>Я шел по коридору и думал: ну уж нет. Прогресс не остановить!</p><p>Мои знания из будущего прямо-таки вопили о том, что автоматизация предприятия — это вопрос элементарного выживания. Если бы мы свалили все финансовые заботы наших разрастающихся предприятий на Инессу Павловну с ее счётами, ей пришлось бы переехать в кабинет с раскладушкой и жить на работе в прямом смысле слова. Круглыми сутками, без выходных и перерывов на сон.</p><p>А так издеваться над этой почтенной женщиной я просто не имел морального права. Поэтому оставался только один выход — насильственная цифровизация бухгалтерии!</p><p>Я зашел к себе в кабинет и увидел именно то, что очень хотел найти. Вовчик сидел за столом и увлеченно долбил по клавиатуре.</p><p>— На ловца и зверь бежит! — радостно возвестил я с порога.</p><p>Парнишка вздрогнул, поднял покрасневшие глаза от экрана и непонимающе заморгал:</p><p>— В смысле?</p><p>— Ты-то мне сейчас больше всех и нужен!</p><p>Вовчик гордо расправил плечи и торжественно произнес:</p><p>— А я что… я сетку доделал!</p><p>— Да ну! — я подошел к столу, с любопытством заглядывая в мерцающий монитор. — Покажешь?</p><p>Вовчик аж просиял. Для него это был настоящий звездный час.</p><p>— Смотри! — он быстро застучал по клавиатуре, открывая на экране привычные синие панели «Нортон Коммандера». — Я поднял сеть. Теперь у нас общие принтеры. Ты можешь прямо отсюда, из своего кабинета, пустить документ на печать, а вылезет он, например, у Толика в офисе или в типографии!</p><p>Я скептически хмыкнул про себя. Подумаешь, сетевой принтер. В моем родном времени любой утюг можно было подключить по вай-фаю за пару кликов. Но потом я вовремя одернул себя и вспомнил, какой на дворе год. Никакого привычного «Виндовс» с его удобными иконками и автоматическим поиском драйверов у нас не стояло, всё работало под непонятным для меня DOS.</p><p>— Круто, — кивнул я. — Что еще умеет?</p><p>— Вот! — Вовчик гордо ткнул пальцем в экран, где появился новый логический диск с буквой «H». — Это общий сетевой том. Расшаренный каталог! Скидываешь в него файл, и он мгновенно становится доступен на всех компах в офисе. Больше не надо с дискетами по коридорам бегать и информацию туда-сюда переписывать!</p><p>Внутренний сноб из двадцать первого века снова скривился: эка невидаль, корпоративный «облачный диск» на минималках со смешным объемом в пару мегабайт. Но, глядя на горящие глаза Вовчика, я осознал масштаб проделанной работы. Из разрозненных, собранных с миру по нитке железок этот пацан своими руками только что выстроил нам настоящую корпоративную инфраструктуру. По меркам девяносто второго года он сотворил абсолютное чудо.</p><p>— Вовчик, да ты просто гений, — с неподдельным уважением произнес я, крепко похлопав его по плечу. — Это же охренеть как ускорит работу. Мы теперь раза в три быстрее документы оформлять будем. Слушай, а переписываться по ней как-то можно? Текстом?</p><p>— Обижаешь! — парень быстро вышел из «Нортона» в черное поле командной строки. — Полноценную почтовую программу я еще не развернул, софт надо доставать. Но я настроил внутреннюю отправку. Пишешь команду, потом текст, потом имя пользователя — и сообщение выскакивает у него на экране прямо поверх любых программ! Хочешь попробовать? У Толика комп сейчас точно включен.</p><p>Я ухмыльнулся, усаживаясь на место Вовчика и придвигая к себе дребезжащую пластиковую клавиатуру. В голове моментально всплыл старый добрый мем из моего будущего, который идеально подходил к ситуации. Грех было не воспользоваться.</p><p>Я старательно набрал нужную команду и вбил текст транслитом:</p><p>«Nu kak tam s dengami?»</p><p>После чего с искренним удовольствием вдарил по массивной кнопке «Enter». Сообщение улетело в сеть.</p><p>Мы немного подождали. Экран оставался девственно чистым — Толик не отвечал.</p><p>— Да он там, наверное, сейчас в полном афиге сидит и по сторонам озирается, — радостно хмыкнул Вовчик. — Пытается понять, откуда глас с небес. Я же ему не говорил, что у нас теперь такая фича есть. Пойду сбегаю, научу его…</p><p>— Погоди секунду, — я жестом остановил готового сорваться с места парня. — Толик никуда не денется. У нас нарисовалась новая, крайне приоритетная задача.</p><p>Вовчик слегка замялся и виновато потер шею.</p><p>— Слушай, ну если ты про ту мою программку… то я ее еще немного не доделал. Прям совсем чуть-чуть осталось, честное слово! Только лоск навести. Ну, понимаешь, интерфейс там прикрутить человеческий, чтобы кнопки красиво нажимались…</p><p>— Интерфейс тоже подождет, — отрезал я. — Тут задача куда более ответственная. Можно сказать, стратегического масштаба.</p><p>— Какая? — насторожился он.</p><p>— Надо твою бабушку научить обращаться с компьютером. Ну, и заодно подумать, какие программы для автоматизации и облегчения бухгалтерского учета ей туда поставить. А то она со счетами пришла. Деревянными.</p><p>Наш местный гений, которому любое цифровое море было по колено и который без страха и упрека ковырялся во внутренностях «железа» и сетевых протоколах, вдруг отшатнулся от меня в самом настоящем, первобытном ужасе. В его глазах плеснулась паника.</p><p>— Что сделать? — севшим голосом переспросил он, словно ослышался.</p><p>— Научить Инессу Павловну работать на компьютере, — раздельно и предельно четко повторил я.</p><p>Вовчик замотал головой с такой скоростью, что она едва не оторвалась от шеи. Он сделал еще один шаг назад, словно я только что предложил ему добровольно прыгнуть в клетку с голодным тигром.</p><p>— Ни за что! — категорически выкрикнул он. — Вообще без вариантов!</p><p>— Да почему⁈ — искренне возмутился я.</p><p>— Ты мою бабушку вообще видел? — Вовчик посмотрел на меня так, словно я предложил ему голыми руками разминировать противотанковую мину.</p><p>— Замечательная, глубоко уважаемая мной женщина, — пожал я плечами. — Которая, на минуточку, прекрасно умеет обращаться со снайперской винтовкой. И с таким неорганизованным оболтусом, как ты, тоже справляется. Что не так-то?</p><p>— А ты в курсе, что она до сих пор искренне считает кибернетику продажной девкой капитализма? — зловещим шепотом выдал наш гений.</p><p>— Чего⁈ — я аж поперхнулся.</p><p>— А того! — Вовчик нервно взмахнул руками. — Она когда узнала, что я всерьез компами занимаюсь, чуть натурально проклясть готова была. А потом вообще хотела к родителям на Север отправить, от тлетворного западного влияния подальше.</p><p>— Всё настолько запущено? — я начал осознавать истинный масштаб проблемы.</p><p>— А ты как думал? Это ж целая идеология! — парень горестно вздохнул и попытался изобразить бабушкин голос. — Володя, разве ты не знаешь, что это «человеконенавистническая наука». Капиталисты хотят заменить взбунтовавшихся рабочих послушными машинами!</p><p>Вернув себе обычный голос, парень продолжил:</p><p>— На меня-то она со временем просто рукой махнула, поняла, что не исправить. Смирилась. Но ты сам подумай: как ее саму заставить за компьютер сесть? Или к клавиатуре прикоснуться? Да для нее эта техника — как чеснок для вампира, как святая вода для беса! Она же меня этими самыми деревянными счетами насмерть и забьет, стоит мне только с системным блоком к ее рабочему месту сунуться!</p></section><section><title><p>Глава 15</p></title><p>Глава 15</p><p>Вот что называется — нашла коса на камень. Точнее, слабенькая струйка из детского водяного пистолетика ударила в глухую танковую броню. Однако отступать от плана насильственной цифровизации я не собирался.</p><p>Сам «аппарат» удалось раздобыть без малейших задержек. Влад привёз новенький компьютер буквально по первому же звонку — уровень доверия и сработанности между нами к этому моменту достиг идеала.</p><p>Главная проблема заключалась в другом: как этот «проклятый бесовский ящик» незаметно водрузить на рабочий стол Инессы Павловны? Лобовая атака здесь захлебнулась бы в первые же секунды. Но там, где бессилен кавалерийский наскок, всегда выручает коварная партизанская хитрость.</p><p>Мы с Вовчиком засели в засаде и терпеливо дождались, пока обе наши финансовые королевы чинно удалятся на законный обеденный перерыв.</p><p>Действовать надо было молниеносно. Включив всё своё обаяние, я выпросил у сонного «стража» на вахте запасной ключ от кабинета. Едва в коридоре затихли шаги главбухов, мы с Вовчиком на цыпочках, как два заправских домушника, просочились внутрь, таща тяжёлые коробки с техникой.</p><p>Операция «Внедрение» началась. Внук прославленного снайпера взялся за дело так, будто всю жизнь только и делал, что тайком подкидывал компьютеры бабушкам: с хрустом втыкал толстые серые шнуры, закручивал на разъёмах массивные винты с накатанной головкой, распутывал кабели питания. Я же стоял на «стрёме» у приоткрытой двери, вглядываясь в щель и прислушиваясь к каждому шороху на этаже. Не дай бог наши дамы вернулись бы раньше времени и застали нас на месте преступления — последствия были бы непредсказуемыми.</p><p>Где-то на лестнице хлопнула дверь. Следом — цок, цок, цок — неторопливые каблуки. Я похолодел и уже прикидывал, куда запихивать Вовчика: под стол или сразу в шкаф с папками. Но каблуки свернули в соседнее крыло и стихли. Отбой тревоги. Я выдохнул.</p><p>— Олег, всё готово! — наконец тихо окликнул меня Вовчик, вытирая взмокший лоб.</p><p>Монитор встал прямо рядом с монументальными деревянными счетами, создавая в пространстве стола странный временной парадокс.</p><p>Я бросил быстрый взгляд в пустой коридор, убедился, что горизонт чист, и махнул рукой:</p><p>— Валим!</p><p>Мы, как два нашкодивших второгодника, выскочили наружу, торопливо провернули ключ в замочной скважине и со всех ног рванули по коридору прятаться в моём кабинете. Партизанская фаза операции благополучно завершилась, теперь оставалось только ждать неизбежного.</p><p>И оно, надо признать, ждать себя совершенно не заставило.</p><p>Только-только я успел налить в кружки себе и Вовчику растворимый кофе, как за закрытой дверью по коридору гулко, словно залп из тяжёлого орудия, прогрохотало:</p><p>— Володя!</p><p>У Вовчика предательски дрогнула рука, и коричневый кипяток выплеснулся прямо на манжет его рубашки. Он даже не охнул от ожога — лишь замер и медленно поднял на меня взгляд, полный такого вселенского ужаса, что у меня внутри что-то дрогнуло.</p><p>— Ну всё, боец. Твой выход, — я аккуратно забрал у него дымящуюся кружку, пока он не залил мне весь стол. — Иди. Помнишь, что говорить надо?</p><p>— А ты⁈ — в панике прошептал он, будто бабушка уже стояла в коридоре со снайперской винтовкой.</p><p>Я, конечно, успел в общих чертах проинструктировать его, какую сказку про «учебный тренажёр» и «распоряжение руководства» нужно скормить главбуху. Но самому лезть в логово тигра сейчас категорически не хотелось. Не то чтобы я бессовестно бросал пацана под танки… Но трезвый расчёт подсказывал: родному внуку бабушка в худшем случае просто уши надерёт и прочитает лекцию. А вот наглого начальника, который втихаря подсунул ей «бесовский ящик», вполне может и деревянными счетами приложить. Хотя смотреть в умоляющие глаза Вовчика, честно говоря, было тяжеловато.</p><p>И тут тишину кабинета разорвал телефонный звонок. Сама судьба пришла на выручку!</p><p>Я шагнул к столу и снял трубку:</p><p>— Алло!</p><p>— Привет, пропащий человек, — раздался в динамике звонкий, чуть насмешливый голос Кати.</p><p>— Подожди секундочку, — я плотно зажал трубку ладонью и с предельно серьёзным, скорбным лицом повернулся к Вовчику: — Прости, брат. Экстренное дело государственной важности. Сам видишь, не могу бросить линию. Иди один.</p><p>Вовчик обречённо вздохнул и понуро поплёлся к выходу, волоча ноги, словно приговорённый на эшафот. Дверь за ним тихо щёлкнула. Люды в кабинете не было — куда-то отлучилась по делам, — так что я остался в блаженном одиночестве.</p><p>Я убрал ладонь с микрофона и откинулся на спинку кресла:</p><p>— Привет! Только-только о тебе вспоминал.</p><p>— Да неужели? — в её голосе послышалась лукавая смешинка. — И в каком же контексте, интересно? Снова как о редком цветке из комнатного сада?</p><p>— Исключительно в самом трепетном, — хмыкнул я. — Как у тебя в институте дела?</p><p>— Скука страшная, — вздохнула Катя. — Но…</p><p>— Что «но»?</p><p>— Я придумала нам интересное приключение на вечер.</p><p>— И какое же? — насторожился я.</p><p>— Мы идем тебя одевать!</p><p>— Что делать⁈ — я от удивления выпрямился в кресле.</p><p>— Прости, конечно, что я за тебя такие вещи решаю… — в ее тоне послышались шутливые нотки. — Но перспективному молодому бизнесмену негоже везде разгуливать в одном и том же костюме. Надо купить тебе еще один… а лучше сразу два!</p><p>От этой идеи я восторга, прямо скажем, не испытал. Всё-таки я привык подбирать себе деловую «спецодежду» сам, под свой вкус, а не таскаться ведомым манекеном по рядам. Но сама мысль о том, что я увижу вечером Катю, перевешивала любые неудобства.</p><p>— Ты меня в ЦУМ затащить хочешь? — с легкой иронией уточнил я. Ну а куда еще могла пойти за покупками обеспеченная чиновничья дочка в девяносто втором году?</p><p>— Не скажу, — загадочно протянула она. — Это сюрприз.</p><p>— Обожаю сюрпризы, но есть нюанс. Мне кровь из носу надо заскочить к маме в больницу.</p><p>— Ой! — Катя осеклась. — Прости, я совсем не подумала…</p><p>— Всё нормально, — поспешил я успокоить ее. — Допоздна я там сидеть точно не буду, долгие посещения врачи пока не разрешают. Так что из клиники я сразу к тебе…</p><p>— Зачем тебе мотаться через весь город на такси? — перебила она. — Давай так: я сама заеду за тобой на работу, мы вместе махнем в больницу, а оттуда — за сюрпризом!</p><p>Я снова почувствовал легкий, неприятный укол уязвленного мужского самолюбия. Ну вот что за расклад такой: девушка катает меня по моим же семейным делам на роскошной иномарке своего влиятельного отца? С покупкой собственного нормального автомобиля определенно надо было что-то решать, и решать как можно скорее. Не солидно взрослому мужику зависеть от чужих колес. Но предложение Кати было объективно самым быстрым и удобным, спорить с этим было глупо.</p><p>— Хорошо, уговорила, — сдался я. — Постараюсь скинуть хвосты и закончить работу часам к пяти.</p><p>— Договорились! Всё, не буду отвлекать. Беги, зарабатывай свой первый миллион!</p><p>В трубке раздались короткие гудки. Я медленно опустил ее на рычаг.</p><p>И только сейчас до меня запоздало дошло: на внезапный поход в какой-нибудь валютный салон или фешенебельный бутик у меня может банально не хватить свободной наличности!</p><p>Парадокс эпохи. Вроде бы я крутился как проклятый и зарабатывал деньги какими-то бешеными темпами… но они умудрялись улетать сквозь пальцы, словно вода. Серега отвалил процент от типографского бизнеса — но почти всё ушло на развитие и новое оборудование. Мы со Степаном урвали некислый куш — так он почти целиком перекочевал в оборот оружейной темы. Мамино спасение, швейцарские лекарства, счета медсанчасти… Заначка таяла прямо на глазах.</p><p>Вот ведь выйдет конфуз века, если в пафосном магазине мне тупо нечем будет расплатиться на кассе. Да и тратить последние кровно заработанные деньги на шмотки мне откровенно претило: капитал должен работать и приносить прибыль, а не висеть в шкафу на плечиках. Я не моль должен кормить, а семью.</p><p>От невеселых финансовых размышлений меня внезапно отвлек короткий, неуверенный стук в дверь.</p><p>— Заходите! — бросил я, возвращая невозмутимость на лице.</p><p>Дверь распахнулась, и на пороге появился Толик. Вид у него был слегка взъерошенный, но на редкость довольный. Золотые пуговицы его малинового пиджака были начищены до зеркального блеска.</p><p>— Привет, братан! — он прошел внутрь и с размаху плюхнулся на стул для посетителей.</p><p>— Здравствуй. — я кивнул, отгоняя прочь невеселые мысли о тающих финансах. — Я смотрю, ты зря времени не терял? Видел мельком, ты себе сотрудников в помощь набрал?</p><p>— Ага! — Толик широко улыбнулся и с гордостью выставил вверх большой палец. — Светку и Андрея. Во такие ребята! Шустрые, хваткие. На лету всё схватывают, мне даже разжевывать особо ничего не приходится.</p><p>Мне стало немного не по себе от того, что я полностью самоустранился от дел собственной конторы.</p><p>— Ты прости меня, Толь. Забегался я совсем. Всё на тебя одного скинул…</p><p>Толик отмахнулся с такой искренней легкостью, что мне сразу стало легче дышать.</p><p>— Да забей ты. Я же знаю, что у тебя произошло. Мама — это святое. Не бери в голову, я полностью справляюсь. Конвейер работает — люди идут, документы регистрируются.</p><p>— Ну и отлично, — я с облегчением откинулся на спинку кресла. — Рад это слышать. Ты молодец. Но если в чем-то вдруг нужна помощь, или где-то затык с клиентами — сразу говори, решим.</p><p>— Вообще-то, — Толик вдруг перестал улыбаться. — Это я хотел помочь тебе, старик.</p><p>Он сунул руку во внутренний карман своего пиджака, вытащил оттуда плотный, увесистый цилиндр купюр, туго перетянутый желтой аптечной резинкой, и с приятным стуком положил его на стол.</p><p>— Вот, — Толик коротко кивнул на пухлую скрутку купюр и пододвинул её поближе ко мне.</p><p>— А что это? — я тупо уставился на деньги, всё еще пребывая мыслями в своем надвигающемся финансовом кризисе.</p><p>— Ну ты же сам написал! — Толик усмехнулся. — Сижу, никого не трогаю, и тут прямо посреди экрана эта шайтан-машина мне выдает: «Nu kak tam s dengami». Я уж думал, допился, или Большой Брат следит. Но посыл понял четко. Хорошо всё у нас с деньгами, братан, не переживай. Вот, я тебе твою доляну принес. Из чистой прибыли за вычетом текущих расходов, зарплат молодым и моего честно заработанного бонуса.</p><p>Я медленно перевел взгляд с денег на сияющую, абсолютно довольную собой физиономию Толика.</p><p>— Ты… мне… деньги принес⁈ — только и смог выдавить я.</p><p>Мое глубочайшее удивление можно было легко понять. Если уж быть до конца откровенным с самим собой, я оставил Толика «на хозяйстве» исключительно от безысходности. Я был на двести процентов уверен, что мне придется разгребать авгиевы конюшни, постоянно бегать в кабинет, тушить «пожары», извиняться перед разъяренными клиентами и в ручном режиме вмешиваться в деятельность нашего направления по регистрации юридических лиц.</p><p>Но вышло ровно наоборот. Толик оказался каким-то феноменальным чудо-менеджером, который не просто справился сам, но и масштабировал процесс.</p><p>Глядя на него, я вдруг прямо здесь, за столом, вывел для себя потрясающую управленческую теорию. Оказывается, в природе существует особый подвид людей. Классические, эталонные балбесы. В обычной, рутинной жизни на них категорически нельзя полагаться — они проспят, забудут, перепутают или просто забьют. Но если на такого человека внезапно, без всякой подготовки свалить огромную ответственность и дать ему полный карт-бланш — происходит невероятная химическая реакция.</p><p>Под колоссальным давлением их врожденная, неискоренимая лень внезапно превращается в гениальный навык делегирования. Зачем пахать самому с утра до ночи, если можно нанять толковых Светку и Андрея, которые за зарплату сделают всё в лучшем виде? А их привычное разгильдяйство и склонность к мелким авантюрам чудесным образом кристаллизуются в мощную бизнес-креативность и нестандартное мышление. Из таких вот вчерашних шалопаев получаются самые эффективные топ-менеджеры, способные выстроить автономную систему и делать деньги буквально из воздуха, при этом не забывая вовремя заносить долю соучредителю.</p><p>Деньги мне сейчас были нужны как воздух, особенно в свете предстоящего загадочного культпохода с Катей по магазинам. Но тут вырисовывалась одна малю-ю-юсенькая проблемка морального толка.</p><p>Совсем недавно я сам, надувая щеки и делая умное лицо, рассуждал перед подчиненными о строгой деловой гигиене, корпоративной этике и абсолютной финансовой прозрачности. И что в итоге? А в итоге я сижу в кресле директора и радостно, без единой бумажки, принимаю от своего менеджера неучтенный «черный нал». Инесса Павловна, с ее советской закалкой и железобетонными принципами, такое вопиющее нарушение кассовой дисциплины категорически бы не одобрила. Скорее всего, она бы меня за это теми самыми деревянными счетами и прибила.</p><p>Поэтому, как любой уважающий себя коммерсант начала девяностых, я быстро пошел на сделку с совестью. Торжественно и клятвенно пообещав самому себе, что уж с завтрашнего-то дня мы обязательно, всенепременно введем на предприятии кристально чистый бухгалтерский учет, я с легким сердцем отправил увесистый цилиндрик с купюрами во внутренний карман пиджака.</p><p>— Спасибо, дружище, — я искренне пожал Толику руку. Выручил он меня просто невероятно.</p><p>— Да не за что, старик. Обращайся… — Толик хитро прищурился, — через месяц. Раньше кассу снимать не дам, оборотные средства нужны. Всё, я убежал! У нас там завал продолжается.</p><p>Он энергично тряхнул мою руку, подскочил из кресла и пулей вылетел в коридор, оставив после себя лишь легкий сквозняк.</p><p>Оставшись один, я похлопал себя по оттопырившемуся карману пиджака и улыбнулся. Жизнь определенно налаживалась. И тут, в контексте моих недавних мыслей о финансовой прозрачности, я снова вспомнил про Инессу Павловну.</p><p>Решив, что партизанская акция с компьютером не должна оставаться без контроля, я поднялся из-за стола и направился проведать нашего новоиспеченного главного бухгалтера. Пора было посмотреть, кто кого победил: кибернетика — деревянные счеты, или наоборот.</p><p>Бухгалтерия встретила меня тишиной. Но не той благостной, «рабочей», которую я обещал Инессе Павловне. Тишина была наэлектризованная, как в боксёрском зале за секунду до гонга.</p><p>Я замер на пороге. За столом Инессы Павловны, плечом к плечу, сидели бабушка и внук. Перед бабушкой — калькулятор и счёты. Перед внуком — монитор, клавиатура и серая мышка на резиновом коврике. А чуть поодаль, на правах рефери, восседала главбух ДОСААФ. Я тихонько прикрыл дверь и подошёл к столу.</p><p>— Олег Борисович, проходите, только тихо, — не поворачивая головы, бросила она. — У нас тут соревнование.</p><p>— Какое ещё соревнование? — шёпотом спросил я.</p><p>— Человек против машины, — тихо ответил Вовчик, не отрываясь от экрана. Вид у него был бледный, но решительный. Как у камикадзе перед вылетом.</p><p>Как выяснилось, сказку про «неудержимый прогресс» Инесса Павловна выслушала с каменным лицом. А потом поставила условие: раз уж этот «ящик» такой умный, пусть докажет. Условия дуэли такие: ведомость на зарплату. Десять человек: оклады, подоходный, пенсионный, всё до копейки. Кто быстрее и без ошибок просчитает — тот и прав. Проиграет Володя — «ящик» уезжает обратно, а сам Володя до конца месяца носит бабушке сумки с рынка.</p><p>Про то, что достанется Вовчику в случае победы, история умалчивала. Видимо, сам факт выживания.</p><p>Бухгалтер Зимова положила перед каждым по листку со списком фамилий и окладов. Посмотрела на часы.</p><p>— Начали!</p><p>И тут началось.</p><p>Пальцы Инессы Павловны залетали над калькулятором с такой скоростью, что я даже не успевал разглядеть, куда она жмёт. Тук-тук-тук-тук — короткая очередь. Взгляд в листок. Запись в ведомость. Снова очередь. Тридцать два года стажа превратили её руки в отлаженный станок с ЧПУ. Время от времени она, не глядя, отбрасывала пару костяшек на счётах — то ли для проверки, то ли для острастки противника.</p><p>А Вовчик… Вовчик щёлкал мышкой как оголтелый. Щёлк-щёлк-щёлк. Протащил что-то по экрану. Щёлк. Начал набирать фамилии. Набирал он, надо признать, не быстрее бабушки, а местами даже медленнее — с остервенением тыкал в клавиши, бормотал под нос «да где тут эта зараза…» и судорожно елозил мышкой по коврику.</p><p>— Третий, — невозмутимо сообщила Инесса Павловна, переворачивая строчку.</p><p>Вовчик ещё вбивал второй оклад.</p><p>— Пятый.</p><p>Вовчик вытер лоб рукавом.</p><p>Я стоял у них за спинами и чувствовал, как во мне умирает человек из будущего. Нет, я, конечно, знал, что новые технологии побеждают не сразу. Но не думал, что настолько не сразу.</p><p>— Седьмой, — главбух Зимова со злорадным удовольствием вела счёт.</p><p>И тут Вовчик вдруг перестал суетиться. Закончил набирать оклады. Что-то вписал в одну клеточку — какую-то закорючку с буквами и знаками. Ухватил её мышкой за уголок и протянул вниз.</p><p>Весь столбец мгновенно заполнился цифрами.</p><p>Ещё одна закорючка. Протянул. Ещё столбец.</p><p>— Готово, — тихо сказал Вовчик.</p><p>— Девятый, — одновременно с ним сказала Инесса Павловна. Ручка в её пальцах замерла над ведомостью.</p><p>В бухгалтерии стало так тихо, что было слышно, как жужжит вентилятор в системном блоке.</p><p>— Это ещё ничего не значит, — первой опомнилась главбух Зимова. — Надо сверить!</p><p>Сверили. Инесса Павловна досчитала последнюю строчку, взяла распечатку Вовчика и прошлась по ней карандашом. Медленно. Строка за строкой. Мы все смотрели на этот карандаш, как болельщики на пенальти.</p><p>Карандаш остановился.</p><p>— Копейка, — сухо сказала Инесса Павловна.</p><p>— Чего? — не понял Вовчик.</p><p>— У тебя в четвёртой строке ошибка в одну копейку. Машина твоя округляет неправильно.</p><p>Вовчик уставился в экран, побледнел ещё сильнее и что-то лихорадочно защёлкал.</p><p>— Не машина, ба… — убито выдавил он через минуту. — Это я формулу криво написал.</p><p>Главбух ДОСААФ торжествующе выпрямилась, будто только что лично отбила атаку немецкой танковой дивизии. Инесса Павловна сложила руки на столе. Победа. Чистая, безоговорочная победа счётов над «проклятой кибернетикой».</p><p>Я уже начал мысленно прощаться с компьютером и прикидывать, кому из сотрудников его отдать… но тут на меня снизошло озарение:</p><p>— А теперь, Володя, представь. Директор поднял оклад троим сотрудникам. Сколько тебе времени надо, чтобы всё пересчитать?</p><p>Вовчик посмотрел на меня с подозрением, словно ожидал подвоха. Потом пожал плечами, щёлкнул мышкой по трём клеткам и вбил новые цифры.</p><p>Весь столбец налогов, удержаний и итогов перещёлкнулся сам. За секунду.</p><p>Инесса Павловна долго смотрела на экран. Потом перевела взгляд на свою ведомость, исписанную аккуратным бухгалтерским почерком, где теперь пришлось бы переделывать с нуля каждую третью строку. Потом снова на экран.</p><p>— Покажи ещё раз, — тихо попросила она.</p><p>И я понял, что войну за прогресс мы только что выиграли.</p></section><section><title><p>Глава 16</p></title><p>Глава 16</p><p>Я понаблюдал за Вовчиком и его бабушкой еще минут десять и сделал для себя удивительное открытие. Наша суровая, непоколебимая Инесса Павловна вовсе не была упертой ретроградкой, намертво застрявшей в эпохе деревянных счетов. Вся ее идеологическая неприязнь к «продажной девке кибернетике» оказалась лишь надежной защитной ширмой. Ее просто до одури пугали новые технологии.</p><p>Для человека, привыкшего всю жизнь опираться на осязаемые вещи — гладкие костяшки, запах типографской краски на бланках, тяжесть бумажных гроссбухов, — этот гудящий пластиковый ящик с выпуклым мерцающим экраном казался чем-то вроде инопланетного корабля. Она откровенно боялась его. Боялась нажать не ту кнопку, сдвинуть не тот рычажок. Боялась, что одно неверное движение сотрет важные данные, или, что еще страшнее, безвозвратно сломает этот жутко дорогой, стоивший как чугунный мост аппарат. В ее напряженной позе и осторожных взглядах так и читалась застарелая неуверенность: «А вдруг я сейчас что-то нажму, и оно всё сгорит?».</p><p>И тут Вовчик раскрылся с совершенно неожиданной стороны. Куда только девался тот перепуганный пацан с пролитым на манжет кофе? В родной цифровой стихии он оказался удивительно чутким, деликатным и терпеливым инструктором. Без тени снисходительности или насмешки он придвинул свой стул вплотную к бабушкиному, бережно взял ее сухую ладонь и мягко положил поверх неуклюжей серой мышки.</p><p>— Не бойся, ба. Она железная, ей ничего не сделается, — спокойно произнес он. — Смотри на экран. Видишь эту белую стрелочку? Это теперь твоя рука внутри ящика. Двигаешь мышку по коврику — стрелочка ползет по таблице. Попробуй.</p><p>И на моих глазах произошло маленькое чудо. Инесса Павловна, затаив дыхание, сдвинула мышь на сантиметр. Курсор послушно перескочил в соседнюю ячейку. Язык сухих цифр, дебетов, кредитов и балансов был знаком ей досконально, это была ее родная стихия. И сейчас, на экране монитора, этот язык не менял своей сути, он просто обретал новую, невероятно удобную форму.</p><p>Она начала работать. Очень неуверенно, с опаской вглядываясь в клавиатуру и тыкая в клавиши одним указательным пальцем, она постоянно поглядывала на внука, ища подтверждения правильности своих действий.</p><p>— А если мне нужно вот эту итоговую сумму… перенести сюда? — робко спросила она, не отрывая взгляда от монитора.</p><p>— Наведи стрелочку. Нажми левую кнопку, вот эту, под указательным пальцем. А теперь на клавиатуре нажми знак равенства, — методично, шаг за шагом направлял Вовчик.</p><p>Клац. На экране мгновенно скопировалась нужная цифра. Лицо Инессы Павловны озарилось, напряженные морщинки разгладились, а в глазах вспыхнул неподдельный, почти юношеский азарт исследователя.</p><p>Процесс обучения был прерван появлением еще одного действующего лица — в дверях появился Степан. В руке глава «Рубежа» держал огромный черный баул.</p><p>— Олег, мы с Людой все расчеты закончили, — заявил он, увидев меня, — Деньги готовы.</p><p>Степан с усилием потряс баулом.</p><p>— Инесса Павловна, у нас срочная оперативная задача, — с ходу взял я быка за рога, решив не откладывать дело с передачей денег от «Рубежа» «Аресу». — Завтра мы должны перевести деньги за первую партию оружия. Поставщик ждет безнал. В сумке наличность. Ее нужно перекинуть с «Рубежа» на счета «Ареса» и отправить платеж.</p><p>Инесса Павловна поправила очки в строгой роговой оправе, посмотрела на большую сумку, потом на меня, и в ее взгляде не было ни грамма раболепного почтения перед начальством.</p><p>— И как вы себе это представляете, Олег Борисович? — ровным тоном осведомилась она.</p><p>— Да элементарно. Схема же простая, — я пожал плечами, чувствуя себя абсолютно уверенно. — Оформляем внесение денег физическим лицом в кассу. А потом делаем договор займа между предприятиями. «Рубеж» дает «Аресу» деньги в долг. И всё, они легализованы, договор займа я уже подготовил. Делайте приходник, и пусть Степан везет их в банк.</p><p>Я ожидал, что она просто кивнет и потянется за бланками, но бывший замглавбуха «Тулачермета» сложила руки на столе и посмотрела на меня, как на студента-двоечника.</p><p>— Элементарно, говорите? — в ее голосе зазвучало сомнение. — А теперь ответьте мне на три простых вопроса, Олег. Первое: чьи именно это деньги? Второе: почему заимодавцем выступает именно охранное агентство? И третье, самое главное: какими первичными документами подтверждается поступление этой горы наличных в кассу предприятия?</p><p>— Ну я же говорю, внесем как… — начал было я, но тут же осекся, понимая, что в моей безупречной юридической схеме действительно зияет логическая дыра. Договор займа между «Рубежом» и «Аресом» никак не объяснял налоговой, откуда эти деньги вообще материализовались на балансе самого «Рубежа».</p><p>— Давайте оформим как взнос учредителей в уставный капитал, — быстро перестроился я, выдавая классический ход из учебника. — Я и Степан вносим наличные.</p><p>Инесса Павловна тяжело вздохнула.</p><p>— Вы предлагаете взнос в уставный капитал? Прекрасно. Значит, мы прямо сейчас садимся, переписываем учредительные договоры, собираем собрание, протоколируем изменение долей и идем в райисполком регистрировать новую редакцию устава. Это займет недели три-четыре. Ваш поставщик оружия подождет месяц?</p><p>Я скрипнул зубами. Со своими связями я мог зарегистрировать документы быстрее, но время на этом мы бы все равно потеряли.</p><p>— Месяц он ждать не будет. Деньги должны уйти завтра. Хорошо, тогда проведем это как выручку «Рубежа» за оказанные услуги! Выпишем квитанции…</p><p>— Вы с ума сошли? — она даже голос повысила, искренне возмутившись моей небрежностью. Ее возмущал не сам факт «серого» нала, а мое легкомысленное отношение к документам. — Вы забыли, что с первого января правительство ввело НДС? Двадцать восемь процентов, Олег Борисович! Плюс налог на прибыль! Если я сейчас оприходую эту сумку как выручку от охраны, мы в ту же секунду станем должны государству половину этих денег! Вы готовы отдать полсумки в бюджет завтра утром?</p><p>Я замер. Чертов НДС. Двадцать восемь процентов — грабительская ставка начала девяностых, о которой мой мозг в горячке просто забыл.</p><p>Мы уперлись в стену. Мне нужно было срочно отправить деньги за стволы, чтобы магазин заработал. Но я не мог просто принести сумку в банк, не попав под налоговый удар или не нарвавшись на штрафы за нарушение кассовой дисциплины.</p><p>Инесса Павловна смотрела на меня, выдерживая воспитательную паузу. Она видела, что я осознал масштаб проблемы.</p><p>— Ладно. Мы сделаем так — оформим это как договор беспроцентного займа от вас лично, как от физического лица — предприятию «Рубеж». На пополнение оборотных средств.</p><p>— А разница? — нахмурился я.</p><p>— Огромная. Заемные средства налогами не облагаются, — нравоучительно произнесла главбух. — Я выпишу приходный кассовый ордер. Вы распишетесь. Дальше мы несем эти деньги в банк и сдаем с четкой формулировкой источника взноса: «Поступление заемных средств от учредителя». Никаких вопросов у налоговой к НДС не возникнет. А уже завтра безналом, с расчетного счета «Рубежа», мы переведем их «Аресу» по договору о совместной деятельности или тому же внутреннему займу.</p><p>Я мысленно поаплодировал. Элегантно, чисто, в рамках закона и без времени на перерегистрацию устава. Идеальная лазейка.</p><p>— Инесса Павловна, вы гений, — искренне улыбнулся я. — Оформляйте.</p><p>Но она не улыбнулась в ответ. Бухгалтер сняла очки, положила их на стол и посмотрела на меня очень серьезно.</p><p>— Олег Борисович, мы оформляем это так в первый и в последний раз, — твердо заявила она. — Я согласилась здесь работать не для того, чтобы подделывать документы задним числом и прикрывать ваши спортивные сумки с неучтенкой. У меня чистая репутация. На «Тулачермете» я пережила десяток проверок ОБХСС, и ни один ревизор не нашел у меня ни единой помарки. Я эту репутацию сохраню. Во что бы то ни стало.</p><p>Она выразительно постучала пальцем по столу.</p><p>— Если вы планируете какие-то финансовые операции — вы сначала приходите ко мне. Мы проговариваем схему, готовим юридическую и бухгалтерскую базу, и только потом вы берете в руки деньги. Сначала бумага — потом действие. Мы договорились?</p><p>Я смотрел на эту принципиальную женщину, и внутри меня разливалось чувство глубокого удовлетворения. Она была абсолютно права. Я строил холдинг. А серьезный холдинг не может жить на коленке, рисуя документы после того, как петух клюнет.</p><p>Инесса Павловна была бесценна.</p><p>— Мы договорились, Инесса Павловна, — я уважительно кивнул. — Обещаю: отныне сначала бумага, потом деньги. Больше никакой самодеятельности.</p><p>Она удовлетворенно кивнула, надела очки и пододвинула к себе первый бланк приходного ордера.</p><p>— Ваша ручка, Олег. Расписывайтесь.</p><p>Я протянул заполненный ордер Степану.</p><p>— Держи. Бери Леху и пулей летите в банк, вам кровь из носу надо успеть сдать деньги до конца операционного дня. И, Стёп… Обязательно прихватите с собой еще парочку крепких ребят из резерва, сумма-то приличная.</p><p>Степан лишь снисходительно хмыкнул, закидывая баул на плечо, и широко, белозубо улыбнулся:</p><p>— Не надо меня учить, как наличку по городу возить, командир. Ты забыл? Мы, вообще-то, этим теперь профессионально занимаемся.</p><p>Я разумно промолчал. Ну куда бы деться! Куда ни плюнь — кругом одни профи. Что в бухгалтерии, что в «службе безопасности». Временами это слегка бесило и задевало самолюбие, но, если смотреть правде в глаза, такой расклад был просто идеальным. Пусть уж лучше мои люди время от времени вот так надо мной добродушно посмеиваются и профессионально ставят на место, чем однажды из-за моего упрямства мы всем холдингом крупно куда-нибудь вляпаемся.</p><p>— Всё, всем спасибо, вопрос закрыт, — я с облегчением выдохнул. — Я свободен.</p><p>— И я! Мне тоже надо идти свою прогу дописывать! — встрепенулся Вовчик, делая попытку выскользнуть из-за стола и пристроиться в кильватер к уходящему Степану.</p><p>— Володя, сидеть, — не повышая голоса, произнесла Инесса Павловна. Тон у нее был такой, что даже у меня спина рефлекторно выпрямилась. — Ты должен продолжить мое обучение. Мы остановились на формулах.</p><p>Вовчик замер и бросил на меня взгляд, полный щенячьей мольбы о спасении. Но поддержки он не нашел. Как ни крути, а главный бухгалтер, в совершенстве владеющий электронными таблицами, был для меня сейчас стратегически важнее, чем очередная гениальная, но неизвестная программка, которую парнишка ковырял в свободное время.</p><p>— Терпи, Володя, — философски заметил я, отступая в коридор. — Бабушка тебя в детстве ходить учила? Учила. Кашку с ложечки есть учила? Вот. Теперь твоя очередь отдавать долги.</p><p>Инесса Павловна с достоинством и легкой улыбкой кивнула мне в знак признательности. Вовчик окончательно скис, осознав абсолютную безвыходность своего положения, и с полным мировой скорби вздохом снова потянулся к компьютерной мышке.</p><p>Идя в свой кабинет по коридору, я выглянул в окно и увидел целую кавалькаду, выезжающую через кованые ворота ДОСААФ. Первой неторопливо выкатывала желтая «Волга» Степана, а следом за ней, прикрывая тылы, ехал лехин УАЗик. Да уж, кого я собрался учить? Степан для перевозки денег задействовал не просто пару ребят, а самый настоящий конвой. За судьбу наличности можно было абсолютно не переживать — эти довезут хоть золото партии.</p><p>С поставками из Польши вроде бы всё окончательно решилось, остался только финальный штрих. Последний, завершающий аккорд.</p><p>Я зашел в кабинет. Люда сидела на своем рабочем месте, с головой зарывшись в какие-то бумаги, и только тихо скрипела ручкой.</p><p>Не говоря ни слова, я прошел к своему рабочему столу, с наслаждением опустился в кресло, снял трубку и покрутил диск телефона.</p><p>— Алло! — раздался в трубке знакомый голос.</p><p>— Влад, привет!</p><p>— И снова здравствуй, Олег!</p><p>— Ну всё, дорогой, — произнес я голосом победителя. — Засылай счет по факсу. Завтра всё оплатим.</p><p>— На всю партию⁈ — недоверчиво, с легкой хрипотцой переспросил Влад.</p><p>— На всю, — гордо подтвердил я.</p><p>Я прекрасно понимал, какая бешеная прибыль заложена у Влада в этой сделке. Будь я на его месте, я бы сейчас от радости до потолка прыгал. И, судя по взволнованному сопению в динамике, он там, на другом конце провода, именно этим сейчас и занимался.</p><p>— Только я тебя очень умоляю, Влад, — мой тон моментально посуровел. — Не надо пытаться эти деньги где-то «крутить-вертеть». Знаю я ваши коммерческие фокусы. Сразу, как только безнал упадет на твои счета — в ту же секунду конвертируй и отправляй поставщику. Осечек быть не должно. Ни на одном из этапов. Когда груз физически будет у нас?</p><p>— Обижаешь! — Влад мигом взял себя в руки, и в голосе снова зазвучала уверенность делового человека. — Какие прокрутки, Олег? Всё будет чин чинарем, мне с вами еще работать и работать. Расклад такой: завтра деньги падают мне, послезавтра — уходят в Варшаву. Там ребята шустрые. Я им сегодня отзвонюсь и считай, что товар у них уже собран. Сутки на погрузку, потом бросок до Бреста. На границе у нас коридор, погранцы мозги делать не будут, поэтому груз пройдет зеленым светом. Дальше транзитом через Минск и Смоленск. Фура пойдет с хорошим сопровождением, так что рэкет на трассе нам не страшен. Короче, дней через восемь, максимум через десять, жди грузовик на СВХ в Туле. Ну а дальше остается только растаможку провести. Но ты говорил, у тебя свой человечек есть?</p><p>— Есть-есть. Ты главное доставь груз вовремя, а дальше мы разберемся.</p><p>— Тогда готовь склад, — рассмеялся Влад, — Буду держать тебя в курсе, если какие-то новости появятся. Отбой.</p><p>Влад повесил трубку, а я крепко задумался. Насколько Анну Леопольдовну можно было считать «своим человеком», я пока не знал. Рудик, конечно, гарантировал, что с ней никаких проблем не будет, однако тот факт, что эту заслуженную даму прекрасно знал отец Кати, меня сильно настораживал.</p><p>Люда уверяла, что старушка обещала быть немой как могила. Даже договор о неразглашении коммерческой тайны обещала подписать. Но я-то, как юрист, прекрасно понимал: толку от этой красивой бумажки в реалиях девяносто второго года — ноль целых, ноль десятых.</p><p>Риск был вполне реальным. То есть Евгений Владимирович в любой момент мог узнать, что мы завозим партию оружия. И самое паршивое — он будет знать досконально, что именно и в каких объемах мы завозим. Ведь у Леопольдовны на руках будут все инвойсы.</p><p>Учитывая ту бульдожью хватку и скорость, с которой областная администрация сейчас подминала под себя тульские оружейные заводы, нетрудно было догадаться: этот специфический рынок чиновники считают своей безраздельной вотчиной. И тут на их радарах снова появляюсь я. И на этот раз — уже не как малозначительная помеха в лице нежелательного ухажера дочери, а как наглый конкурент, влезший на их территорию с импортным товаром.</p><p>Взбесится ли Евгений Владимирович, когда узнает? Однозначно! Чем мне это грозит? Что ж… поглядим! Я усмехнулся собственным мыслям. В конце концов, бизнес есть бизнес. Сворачивать с пути я не собирался, а решать проблемы предпочитал по мере их поступления.</p><p>Я вдохнул поглубже, отгоняя невеселые мысли.</p><p>В дверь коротко стукнули, и, не дожидаясь ответа, в кабинет заглянула Катя.</p><p>— Можно? Я чуть пораньше освободилась…</p><p>Я поднял голову и невольно расплылся в улыбке. Светлое пальто, румянец с улицы, волосы ещё чуть влажные. Наверное, после бассейна. В нашем досаафовском кабинете она смотрелась как весенний букет на складе ГСМ.</p><p>— Конечно, заходи!</p><p>Я поднялся из-за стола и только тут сообразил, что эти двое ни разу в жизни не виделись. Про Катю Люда знала, я своих отношений не скрывал. Про Люду Катя тоже слышала: коллега, толковая, помогает с магазином. Но вживую они виделись впервые.</p><p>— Кать, знакомься, это Люда. Наш… — я на долю секунды запнулся, подбирая слово, — заместитель по коммерции. Но на самом деле — страшный человек!</p><p>У Кати на секунду округлились глаза. Поэтому я поспешно добавил, уже шутливым тоном:</p><p>— Оружейный барон! Танк купить или самолет — это все к Людмиле.</p><p>Люда встала из-за стола и обворожительно улыбнулась:</p><p>— Не слушайте его! Он шутит. Я — Люда! — девушка протянула Кате руку.</p><p>— Очень приятно, — Катя улыбнулась. — Олег про вас рассказывал. Говорит, вы тут всё на себе тащите.</p><p>— Ой, да прям уж всё, — отмахнулась Люда. — Мне тоже очень приятно.</p><p>Наша вечно позитивная, неунывающая Людочка, которая всегда фонтанировала энергией и улыбалась так, что светлело в коридоре, вдруг как-то напряглась. Ее улыбка получилась абсолютно дежурной, вежливой, но не затронула глаз. Она машинально, почти нервным жестом одернула на себе офисную кофточку, словно внезапно почувствовав себя неловко на фоне Кати.</p><p>— Вы садитесь, — Люда кивнула Кате на стул для посетителей. — Чаю хотите? Или кофе? У нас и печенье есть.</p><p>— Спасибо, не надо, — мягко отказалась Катя и повернулась ко мне. — Я же не рано? Если хочешь, я в машине подожду.</p><p>— Нет-нет, мне только одеться и подпоясаться.</p><p>Пока я натягивал куртку, Люда вернулась за свой стол и принялась выравнивать стопку смет. Стопка и так лежала идеально ровно. Она постучала её краем по столешнице, подравняла уголки. Положила. Снова взяла и снова постучала.</p><p>Катя тем временем с любопытством разглядывала кабинет — плакат по гражданской обороне, сейф, мой стол.</p><p>— А вы, значит, тут вдвоём сидите? — спросила она без всякой задней мысли, просто чтобы поддержать разговор.</p><p>— Ага, — коротко ответила Люда, не поднимая глаз от стопки. — Олег Борисович ко мне подселился, когда у них в офисе место кончилось.</p><p>«Олег Борисович».</p><p>Я едва попал в рукав куртки. За всё время, что мы знакомы, Люда ни разу не назвала меня по отчеству. Даже при Зимове. «Олежка», «Олег», в крайнем случае, когда я её по-настоящему доставал, — «Маньков». Но «Олег Борисович»?</p><p>Катя ничего не заметила. Да и откуда ей было знать о наших взаимоотношениях?</p><p>Я подхватил портфель. Катя взяла меня под руку и чуть шутливо спросила:</p><p>— Можно я украду у вас Олега? Буквально на вечер. Обещаю вернуть в целости.</p><p>— Конечно, забирайте, — Люда оторвала взгляд от бумаг. — Ему отдыхать надо. А то пашет как вол. Скоро на ходу засыпать начнёт.</p><p>Я не мог не вклиниться:</p><p>— И сено есть!</p><p>Катя улыбнулась, а вот Люда нет.</p><p>— До свидания, — попрощалась Катя.</p><p>— До свидания.</p><p>Уже в дверях я обернулся. Люда смотрела не на нас, а в окно, где за мутным стеклом догорал мартовский вечер. Ее руки лежали на стопке бумаг.</p><p>Мы спускались по лестнице. Катя что-то весело рассказывала про свою преподавательницу по политэкономии, я кивал, а сам никак не мог выкинуть из головы странное поведение Люды. Что с ней не так? Устала? Вполне возможно. Она за последнее время сгоняла в Москву за лекарствами, заказ формировала, магазин весь на себе вытянула. Тут любой выдохнется. Или… у нее что-то стряслось? Надо будет завтра аккуратно спросить.</p></section><section><title><p>Глава 17</p></title><p>Глава 17</p><p>Мягкий ход иномарки, за рулем которой сидел молчаливый водитель Евгения Владимировича, убаюкивал, но я, сидя на заднем сиденье рядом с Катей, все еще мысленно находился в кабинете. В голове крутились проводки, фуры, заказы и хитрые схемы легализации наличности.</p><p>Все это вылетело из головы только тогда, когда «Мерседес» остановился перед центральным входом в больницу. К больничной палате я подходил с мрачным предчувствием: внутренне собирался, сжимал зубы и готовился к худшему. К запаху лекарств, к бледной коже, к тихому писку приборов. К едва слышному шепоту.</p><p>Я осторожно толкнул белую дверь и замер на пороге.</p><p>Мама полусидела на высоко взбитых подушках. На ее щеках — впервые за очень долгое время — играл здоровый румянец. И она, энергично жестикулируя, вполне бодрым голосом доносила до молоденькой медсестры то, что больничная каша сегодня «жидкая, как вода».</p><p>От внезапно нахлынувшего, почти физически ощутимого облегчения у меня на секунду пропал дар речи. Я стоял в дверях, не в силах вымолвить ни слова, и просто смотрел на нее.</p><p>— Ой, Олежка! — мама наконец заметила нас и радостно всплеснула руками. А потом перевела взгляд на мою спутницу. — Катенька?</p><p>Она узнала девушку и неуверенно, но с явным теплом потянула к ней руки. Катя подошла к кровати и достала из сумочки не дежурную сетку с апельсинами, а увесистую книгу.</p><p>— Здравствуйте, Татьяна Викторовна! — Катя тепло улыбнулась и положила книгу на прикроватную тумбочку. — Это вам — «Унесенные ветром». Надеюсь, поможет скрасить больничные будни.</p><p>Мама ахнула. В девяносто втором году этот бестселлер был чудовищным дефицитом, достать его в хорошем издании было почти нереально. Она растроганно, почти с благоговением погладила глянцевую обложку.</p><p>— Катенька… ну зачем же такие траты, это же такая редкость сейчас… Спасибо тебе огромное! Садись… присаживайся, не стой!</p><p>Не прошло и пяти минут, как они уже болтали так, словно были знакомы всю жизнь. Мама с живейшим интересом расспрашивала Катю про учебу на юрфаке и в какой-то момент с нескрываемой материнской гордостью заявила:</p><p>— А Олег у нас ведь тоже юрист! Недоучившийся, правда.</p><p>Я попытался что-то вставить, но меня элегантно проигнорировали. Женщины мгновенно спелись и начали обсуждать меня в третьем лице, будто меня вообще не было в палате.</p><p>— Кать, ты мне скажи, он хоть ест нормально? — сокрушенно вздохнула мама. — А то носится со своими фирмами целыми днями.</p><p>— Плохо ест, Татьяна Викторовна, — стараясь говорить серьезно, «заложила» меня Катя. — Кофе растворимый глушит ведрами, а про обеды забывает.</p><p>Поняв, что я здесь окончательно стал третьим лишним, я тихонько присел на свободный стул.</p><p>— Ой, да он с детства такой! Упертый коммерсант! — махнула рукой мама, и глаза ее хитро блеснули. — Представляешь, в первом классе, что отмочил — выменял у соседского мальчишки с пятого этажа велосипед «Школьник». Почти новый! Знаешь на что? На свой альбом с марками! Наполовину пустой! Зато, как он ему заливал, «с редкой венгерской серией».</p><p>Катя округлила глаза, сдерживая улыбку, а мама, войдя в раж, продолжала сдавать меня с потрохами:</p><p>— Но это еще что! Он же заставил этого бедного мальчишку написать расписку! Печатными буквами, на тетрадном листе. С подписью и печатью!</p><p>Катя, глядя на меня со слезами на глазах, спросила:</p><p>— Как это с печатью? Где он ее взял?</p><p>— А вместо печати Олежка взял пятикопеечную монету, натер ее синими чернилами из ручки и приложил. И когда вечером возмущенная соседка прибежала к нам разбираться и требовать велик назад, мой «предприниматель» вынес ей в коридор эту бумажку и заявил: «Всё по-честному. Вот документ!». Я тогда еще мужу сказала: наш Олег в жизни точно не пропадет!</p><p>Катя не выдержала и звонко рассмеялась.</p><p>А я сидел, привалившись к холодной стене, и слушал. Я узнавал не столько саму полузабытую историю, сколько мамины интонации. То, как она ласково тянет это свое «Оле-е-ежка». То, как она заразительно смеется в конце фразы, прикрывая рот ладонью. Господи, я ведь не слышал этого… казалось, уже целые десятилетия. За всей этой суетой, болезнями, безденежьем и борьбой за выживание эта светлая, смеющаяся женщина была спрятана так глубоко, что я начал забывать, какая она на самом деле.</p><p>— Между прочим, — я негромко кашлянул, включаясь в разговор, — сделка была юридически безупречной! Там стояли подписи обеих сторон!</p><p>Они снова засмеялись. Стул у стены был жестким и неудобным. Но я вдруг поймал себя на очень странном желании: не вставать. Никогда отсюда не уходить. Пусть они сидят и дальше смеются надо мной. Лишь бы только этот разговор не кончался. Лишь бы этот покой длился вечно.</p><p>Но больничные правила были неумолимы. Дверь скрипнула, и в палату заглянула строгая дежурная медсестра:</p><p>— Так, родственники, время! Больной нужен покой. Закругляемся.</p><p>Мы послушно поднялись. Я подошел к кровати, поцеловал маму, велев ей слушаться врачей. А потом Катя наклонилась к ней попрощаться.</p><p>Мама вдруг крепко перехватила ее ладонь, притянула чуть ближе к себе и тихо, но так, чтобы я этого «не услышал», сказала ей, а не сыну:</p><p>— Ты за ним присматривай, Катенька. Пожалуйста. Он же себя совсем не бережет…</p><p>Катя не стала отшучиваться. Она посмотрела маме в глаза и очень серьезно кивнула. Я усиленно сделал вид, что страшно заинтересован пейзажем за окном.</p><p>Когда мы вышли из палаты, Катя мягко, но уверенно взяла меня под руку.</p><p>— Катюш, — негромко сказал я, — мне нужно буквально на десять минут заскочить к главврачу. Деловое.</p><p>— Не торопись, — она понимающе кивнула. — Я подожду.</p><p>Мы поднялись в административное крыло. Катя осталась сидеть на диванчике в приемной, а я, коротко стукнув, открыл дверь кабинета.</p><p>Маргарита Сергеевна сидела за своим рабочим столом, задумчиво глядя на какие-то бумаги. Увидев меня, она тут же оживилась, встала из кресла и приветливо указала на стул за длинным приставным столиком.</p><p>— Олег, здравствуйте! Рада вас видеть, присаживайтесь.</p><p>— Добрый вечер, Маргарита Сергеевна. Взаимно, — я опустился на стул. — За маму — огромное вам человеческое спасибо. Только что был у нее, выглядит она замечательно, ей явно намного лучше.</p><p>— Держу ее лечение на своем личном контроле, — улыбнулась главврач. — Хотя… у нас и без того отличные специалисты работают, переживать вам совершенно не о чем.</p><p>— Отлично. Тогда давайте перейдем к вашим делам, — я переключился в рабочий режим. — Вы документы по клинике приготовили?</p><p>Маргарита Сергеевна потянулась к ящику стола и вытащила оттуда картонную папку с тесемками. Но передавать ее мне она почему-то не торопилась. Вместо этого главврач положила папку перед собой и накрыла ее ладонью.</p><p>— Короче… я собралась с духом и съездила! — выпалила она, словно бросаясь в прорубь. — К начальству! На завод.</p><p>— Ну-ну? — я заинтересованно подался вперед. — И чем же закончилась ваша аудиенция?</p><p>— Я… я даже не знаю, как вам это рассказать, — она заметно заволновалась, нервно теребя тесемку на папке.</p><p>— А вы прямо с самого порога и начинайте, — посоветовал я. — Вы же у генерального директора были?</p><p>— Да, у Егора Андреевича. Приехала, посидела в приемной. Он сам вышел, принял с распростертыми объятиями. Завел в кабинет, начал расспрашивать, как у нас тут дела идут…</p><p>Она выдохнула и, наконец, смогла разговориться.</p><p>— Ну, я и говорю: дела-то идут хорошо, мы работаем, людей лечим… только денег у нас на это нет.</p><p>— А он что?</p><p>— А он сразу сник и затянул волынку про тяжелые времена для промышленности. Но знаете, Олег, что самое интересное? Я так поняла, он вообще не в курсе нашей реальной финансовой ситуации! Говорит: «Мы же вам вроде что-то переводим, какие-то средства выделяем, но точно не знаю, надо разобраться». И вызывает своего заместителя по экономике. Молодой такой… заносчивый до ужаса.</p><p>— Так, — кивнул я. — И что молодой?</p><p>— Этот зам прямо с порога, не здороваясь, начал рубить, что мы — черная дыра. Что мы глубоко убыточные и только и делаем, что тянем из завода оборотные средства. Потом заявил: «Сейчас принесу выкладки», — развернулся и ушел.</p><p>— Насовсем?</p><p>— Если бы! Быстро прибежал обратно с какими-то распечатками и давай ими перед Егором Андреевичем трясти. А там расходов — на миллионы рублей!</p><p>— Прямо-таки на миллионы? — я скептически изогнул бровь. Цифры при нынешней инфляции, конечно, скакали, но всё же.</p><p>— Ну поймите, траты у нас действительно высокие! — начала горячо защищаться Маргарита Сергеевна. — Расходники к импортному оборудованию стоят бешеных денег. Персонала у нас много, квалификация высокая… Но мы же экономим! Мы честно стараемся экономить на всем, чем можем!</p><p>— Экономия в медицине — это не всегда хорошо, но мы сейчас не об этом, — мягко перебил ее я. — Давайте к сути. Что сказал Егор Андреевич, посмотрев в эти бумажки?</p><p>— Сказал, что это слишком много. Что завод сейчас такую нагрузку просто не потянет.</p><p>— И на этом всё? — уточнил я. — То есть вы расстались на той радостной ноте, что вы слишком дорого обходитесь родному предприятию и вас надо срочно сбрасывать с баланса?</p><p>— В общем-то… да, — главврач виновато опустила глаза. — Я не смогла пробить эту стену цифр, не смогла его убедить. Но…</p><p>— Обожаю, когда в таких историях появляется слово «но», — я слегка улыбнулся.</p><p>— Я приехала обратно в клинику, немного остыла и… перезвонила его супруге.</p><p>— Жене генерального? — я искренне удивился. — А вы с ней настолько близко знакомы?</p><p>— Ну конечно! Она каждый месяц у нас процедуры проходит.</p><p>— Она серьезно больна?</p><p>— Да бог с вами, нет! — отмахнулась Маргарита Сергеевна. — Косметология. Омоложение, морщинки убрать, кожу подтянуть… У нас же для этого лучшее оборудование в области. Мы с ней за эти годы, можно сказать, даже сдружились.</p><p>— Полезный контакт, ничего не скажешь. И что же поведала вам первая леди завода?</p><p>— Ну, вы понимаете, она сама крайне заинтересована, чтобы клиника осталась под ее… то есть под заводским крылом. Она же тут регулярно «лечится», к врачам нашим привыкла. Так вот, она сказала, что этот молодой замчик Егору Андреевичу все уши прожужжал! Постоянно твердит, какое мы тяжкое бремя для заводского бюджета. Они на прошлых выходных приглашали этого зама к себе на дачу, так он умудрился даже там эту тему поднять. Прямо между шашлыками и парной!</p><p>— Понятно. Ну вот мы и вычислили нашего главного врага. Инициатива избавиться от вас исходит от молодого реформатора, который хочет оптимизировать баланс предприятия, — резюмировал я. — Теперь нам надо выстраивать грамотную оборону…</p><p>— Так я уже! — с гордостью перебила меня Маргарита Сергеевна. — Мы с супругой генерального всё обсудили и договорились. Она пообещала, что дома, как-то невзначай, переговорит с мужем и…</p><p>Я скептически покачал головой.</p><p>— Маргарита Сергеевна, при всем уважении. Что она ему скажет? Что ей негде будет морщинки разглаживать? Это не аргумент для бизнес-решений такого уровня. И потом, что ей будет мешать проходить процедуры здесь же, когда придет частный инвестор со стороны? Ну, будет клиника коммерческой, будет она свои услуги оплачивать через кассу. Я не думаю, что в семье генерального директора завода есть проблемы с деньгами.</p><p>Маргарита Сергеевна посмотрела на меня торжествующим взглядом.</p><p>— Нет, Олег, дело совершенно не в оплате! — в ее голосе зазвучали интригующие нотки. — Она хочет… попробовать сама этой клиникой поуправлять!</p><p>— Что… простите? Чем поуправлять? — я поперхнулся, почувствовав, как у меня отвисает челюсть.</p><p>— Ну, нашей больницей, — совершенно не замечая моего потрясенного состояния, воодушевленно затараторила Маргарита Сергеевна. — Понимаете, так-то она это умеет! Она же до замужества была далеко не последним человеком — начальником планово-экономического отдела на железной дороге. И образование у нее великолепное, профильное, она Московский институт народного хозяйства имени Плеханова с красным дипломом заканчивала. А потом — декрет, первый ребенок, следом второй… Но сейчас дети уже выросли, в институт поступили, а ей дома сидеть откровенно скучно. Ну вот она и решила с мужем переговорить. На тему… ну, как вы тогда советовали — аренды! Чтобы мы у завода как бы в аренду взяли и само здание, и всю медицинскую технику. А она станет директором этого нового предприятия.</p><p>Я медленно откинулся на спинку стула и потер лоб, переваривая услышанное. Господи, за что мне это?</p><p>Если выбирать между сторонним инвестором-рейдером и скучающей директорской женушкой, внезапно решившей поиграть в бизнесвумен… я, честно говоря, даже не знал, что из этого хуже.</p><p>С одной стороны, классический пришлый коммерсант — это безжалостная, но понятная машина по выкачиванию денег. Придет такой ушлый делец, первым делом хладнокровно уволит половину врачей, пустит с молотка уникальное оборудование, а саму клинику жестко перепрофилирует. Сделает тут круглосуточную платную стоматологию на три кресла или, что еще прибыльнее в наше время, анонимный кабинет венеролога. А освободившиеся кабинеты просто сдаст в субаренду под офисы и склады челнокам. Грустно, цинично, зато акулы капитализма мыслят предельно логично. Они понимают язык цифр, юридических договоров и взаимной выгоды. С ними можно просчитывать риски, вести переговоры и договариваться.</p><p>С другой стороны — жена генерального директора. Человек с покрывшимся пылью дипломом советского экономиста, которая последние пятнадцать лет варила борщи, командовала домработницей и ходила на омолаживающие процедуры. В реалиях дикого рынка девяностых такие персонажи были страшнее обезьяны с гранатой. Она же будет не управлять, она начнет играть в «большую начальницу»! Станет закупать в холлы итальянские кожаные диваны вместо жизненно необходимых лекарств, начнет изводить персонал дурацкими придирками, введет какой-нибудь нелепый дресс-код и неминуемо полезет в медицинский процесс, ни черта в нем не смысля.</p><p>И самое паршивое — когда ее игрушечный «бизнес» начнет генерировать миллионные убытки, виновата в этом будет не она. Виновата будет главврач, которая «не так лечила». И юрист, который эту схему с арендой ей подсунул. А жаловаться на нас она побежит, естественно, к своему влиятельному мужу, который ради спокойствия любимой супруги сотрет нас в порошок административным ресурсом. С точки зрения долгосрочного выживания, эта энергичная дамочка несла в себе угрозу похлеще любой местной ОПГ!</p><p>Видимо, все эти невеселые мысли слишком явно отразились на моем лице.</p><p>— Да вы не подумайте ничего плохого, Олег! — замахала руками Маргарита Сергеевна, безошибочно считав мой скепсис. — Она замечательная женщина! И хваткая, очень деловая!</p><p>— Вот это-то и страшно… — едва слышно пробормотал я.</p><p>— Что, простите? — не расслышала главврач.</p><p>— Да нет, ничего. Не берите в голову, это так, мысли вслух, — отмахнулся я.</p><p>Маргарита Сергеевна испытующе посмотрела на меня, а потом ее лицо внезапно озарилось:</p><p>— Знаете что? А давайте я вас с ней просто познакомлю! Вы сами пообщаетесь и увидите, что с ней можно иметь дело.</p><p>Я уже открыл было рот, чтобы вежливо, но твердо отказаться от сомнительной чести погружаться в эти внутризаводские интриги. Но потом на секунду задумался. А, собственно, что я теряю?</p><p>Во-первых, эта клиника мне не принадлежит, и бросаться на амбразуру, занимаясь ее проблемами плотно, я не собираюсь. У меня свой бизнес горит. Помог составить схему, проконсультировал, вернул моральный долг за лечение мамы — и до свидания, умываю руки. А во-вторых… а вдруг я в личной беседе смогу отговорить этого непризнанного управленческого гения от безумной затеи? Напугаю уголовной ответственностью, налогами, рэкетом — да чем угодно. И таким образом изящно верну бразды правления клиникой самой Маргарите Сергеевне.</p><p>— Хорошо, давайте, — согласился я. — Вы тогда с ней свяжитесь, договоритесь о встрече, позвоните мне, и мы…</p><p>— А чего звонить? Она завтра придет, — радостно перебила Маргарита Сергеевна. — К двум часам дня. Вам будет удобно подъехать?</p><p>Срываться с работы в самый разгар дня и нестись через полгорода в клинику мне было категорически неудобно. Но чего не сделаешь ради людей, которые так трепетно следят за здоровьем твоей матери?</p><p>— Очень удобно, — соврал я, не моргнув глазом. — Завтра в два буду у вас как штык. Документы по клинике я могу пока взять, заранее посмотреть выкладки?</p><p>Я потянулся к заветной папке.</p><p>Но Маргарита Сергеевна проворно накрыла картонку ладонью и мягко, но непреклонно придвинула ее к себе.</p><p>— А давайте… давайте я вам все документы дам уже после вашей с ней беседы? — с несколько виноватой, но твердой улыбкой предложила она.</p><p>Я медленно поднялся со стула. Ежу было понятно, что этот внезапный финт с бумагами — вовсе не инициатива простодушной Маргариты Сергеевны. Директорская жена, еще не получив клинику, уже начала играть в подковерные игры, диктовать свои условия и дозировать информацию. Хваткая и деловая, говорите? Ну-ну.</p><p>— Как вам будет угодно, Маргарита Сергеевна, — вежливо кивнул я, застегивая пиджак. — Значит, до завтра.</p></section><section><title><p>Глава 18</p></title><p>Глава 18</p><p>Мы спустились на первый этаж и вышли из здания клиники на прохладную вечернюю улицу. У крыльца, тускло поблескивая полированными боками в свете фонарей, нас дожидался солидный черный «Мерседес». Водитель вышел и открыл Кате заднюю дверцу.</p><p>Мы устроились на мягкой коже сидений, дверь захлопнулась, отсекая уличный шум, и машина плавно тронулась с места.</p><p>— Ну что, — Катя повернулась ко мне и хитро, с предвкушением прищурилась. — А теперь настало время обещанного сюрприза!</p><p>Я не успел ей ответить. Водитель, бросив короткий, цепкий взгляд в зеркало заднего вида, вдруг произнес взволнованным голосом:</p><p>— От клиники за нами пристроилась «Волга». Это ваши знакомые?</p><p>Я обернулся, вглядываясь сквозь тонированное заднее стекло. Действительно, метрах в тридцати позади, в потоке машин, как приклеенная, шла черная «Волга» с выключенными фарами.</p><p>— Понятия не имею, кто это, — напряженно ответил я.</p><p>Водитель ничего не сказал. Он просто опустил правую руку куда-то вниз, в нишу дверцы, и в следующее мгновение с негромким металлическим стуком положил на пассажирское сиденье рядом с собой пистолет.</p><p>Вся романтическая атмосфера вечера испарилась в ту же секунду. Выветрилась без остатка, уступив место холодку надвигающейся угрозы. Я никогда не был великим спецом по стрелковому оружию, но эти грубые и угловатые формы я узнал сразу. Это был легендарный тульский Токарев — ТТ. Оружие серьезное, убойное, пробивающее милицейский бронежилет навылет. Да уж… А водитель у Катиного отца, оказывается, не просто баранку крутит.</p><p>Его профессиональное напряжение мгновенно передалось мне. Рука сама скользнула под пиджак. Я вытащил свой «Вальтер» и снял его с предохранителя. Пусть он был всего лишь газовым пугачом, но сжимать в руке рифленую рукоять было психологически в сотню раз легче, чем сидеть с пустыми руками в ожидании развития событий.</p><p>Катя перевела широко раскрытые глаза с ТТ на переднем сиденье на мой «Вальтер» и побледнела. Я перехватил ее обеспокоенный взгляд, ободряюще подмигнул и постарался улыбнуться как можно беспечнее, всем своим видом показывая, что всё под контролем. Хотя сам я в этом совершенно не был уверен. В девяносто втором году черная машина на хвосте редко означала что-то хорошее.</p><p>— Так, — водитель сжал руль крепче, — давайте-ка покрутимся.</p><p>«Мерседес» резко, без поворотников, рванул вправо, ныряя в узкий переулок. Завизжали покрышки. В зеркале мелькнул силуэт «Волги» — она, не сбавляя хода, послушно свернула за нами. Водитель сделал еще один крутой левый поворот, подрезая случайные «Жигули», потом выскочил на параллельную улицу и снова ушел вправо.</p><p>«Волга» не отставала, четко повторяя наши маневры.</p><p>Водитель, не отрывая взгляда от дороги, правой рукой отщелкнул крышку бардачка. Внутри, тускло поблескивая кнопками, покоился аппарат системы «Алтай». Я, признаться, в суматохе последних недель совсем забыл про это чудо технологий — радиотелефон, который в наши дни стоил как чугунный мост и был доступен только высшим эшелонам власти. Это же была практически мобильная связь!</p><p>Водитель снял трубку, ловко набрал номер большим пальцем, прижал ее к уху и приготовился говорить.</p><p>Впереди показался перекресток. Наш водитель ударил по тормозам, резко крутанул руль, и тяжелый «Мерседес» с креном влетел в очередной боковой проезд. Я вцепился в спинку переднего сиденья, ожидая, что преследователи сейчас вывернут следом и начнется стрельба.</p><p>Но «Волга» пронеслась мимо. Она не стала поворачивать, а просто проехала перекресток прямо, набирая скорость, пока ее красные габариты не растворились в вечернем потоке.</p><p>В салоне повисла тишина. Водитель еще с полминуты смотрел в зеркала, затем медленно положил трубку «Алтая» обратно в бардачок, взял свой ТТ и спрятал его в кобуру.</p><p>— Показалось, — коротко констатировал он прежним ровным голосом, словно ничего и не было.</p><p>Мы одновременно шумно перевели дух. Я поставил «Вальтер» на предохранитель и сунул его обратно во внутренний карман, чувствуя, как по спине стекает холодная капля пота.</p><p>Тяжелый «Мерседес» свернул с шумного проспекта и въехал под гулкие своды арки старой «сталинки» в самом центре города. Это был классический «обкомовский» дом, за глухими стенами которого когда-то жила партийная верхушка, а теперь обитали те, кто успел прибрать к рукам осколки советской империи.</p><p>Мы остановились в тихом, отгороженном от внешнего мира дворе. Катя потянула меня за собой к неприметной, выкрашенной в унылый серый цвет двери в полуподвал. На ней не было ни яркой вывески, ни часов работы — только облезлая эмалевая табличка с надписью «Ремонт часов» и тусклая медная кнопка звонка.</p><p>«Часы, значит. Ну-ну», — хмыкнул я про себя, чувствуя, как остатки недавнего адреналина окончательно выветриваются, сменяясь любопытством.</p><p>Катя уверенно надавила на кнопку, выдав явно условный сигнал: два коротких звонка, один длинный. За дверью было тихо.</p><p>— Кать, — я с сомнением покосился на облупившуюся краску, — а тут точно костюмы шьют?</p><p>— А что тебя смущает? — она невинно захлопала ресницами.</p><p>— Да как тебе сказать… Мне кажется, в таких местах обычно левыми паспортами торгуют. И биографии меняют тем, кому срочно бежать надо.</p><p>Катя наклонилась ко мне и заговорщицки зашептала, обдав легким ароматом духов:</p><p>— Тебе пока сошьем только костюм. Но если что, с биографией вопрос тоже решить можно.</p><p>В замке лязгнуло. Дверь приоткрылась ровно на длину толстой стальной цепочки. В щели показалось изборожденное морщинами лицо старика. На его предплечьях красовались старомодные черные нарукавники, а на шее висел тряпочный метр.</p><p>— Закрыто, — скрипуче отрезал он. — Часы не чиним, мастера нет.</p><p>Он уже собрался захлопнуть дверь, но тут его взгляд сфокусировался на моей спутнице. Старик мгновенно оттаял, морщинки вокруг глаз собрались в теплую улыбку.</p><p>— Катерина Евгеньевна… Батюшки-светы! А я вас вот такой еще помню, — он показал рукой куда-то на уровень своего колена. — Папе вашему брюки подшивал, а вы под столом моим с обрезками ткани играли. Проходите, проходите скорее!</p><p>Цепочка звякнула, освобождая путь.</p><p>— Здравствуйте, Павел Григорьевич, — Катя шагнула внутрь. — Знакомьтесь, это Олег. Олег, это Павел Григорьевич, лучший мастер в городе.</p><p>Мы пожали руки. Ладонь у старика была сухой, крепкой и чуть шершавой.</p><p>Внутри было тесно и тепло. Здесь густо пахло нагретой шерстяной тканью, портновским мелом и горячим металлом утюга. В центре небольшого помещения стояло огромное, в рост человека, зеркало в резной раме, рядом — массивный раскройный стол под зеленой лампой и потертый диван для гостей.</p><p>Я скользнул взглядом по стенам. На выцветших обоях висело несколько черно-белых фотографий солидных мужчин в идеально сидящих костюмах. Никаких подписей, никаких фамилий. Но пару лиц я безошибочно узнал — они регулярно мелькали на первых полосах областных газет. В углу, словно безмолвные часовые, застыли манекены в недошитых пиджаках, сметанных белыми нитками. На каждом бумажка с фамилией заказчика. И судя по тем фамилиям, что я успел разглядеть, обшивалась здесь исключительно элита.</p><p>Старик цепким взглядом окинул мою фигуру, словно уже снимая мерки. Он не стал спрашивать ни мою должность, ни уровень дохода. Такие мастера оценивают людей иначе.</p><p>— Костюм на работу или жениться? — деловито осведомился Павел Григорьевич, снимая с шеи сантиметр.</p><p>— На работу, — ответил я.</p><p>— Это правильно, — удовлетворенно кивнул старик, подходя ближе. — Если костюм сшит для работы, то жениться вы в нем потом тоже сможете. А вот обратно — не всегда хорошо получается.</p><p>Краем глаза я заметил, как Катя чуть порозовела и поспешно отвернулась к зеркалу, делая вид, что поправляет прическу.</p><p>Я деликатно сделал вид, что ничего не заметил.</p><p>Павел Григорьевич попросил меня снять куртку, а пиджак велел пока оставить. Он неспешно обошел меня кругом, цепко оглядывая фигуру, затем взял двумя пальцами ткань лацкана и слегка потер ее.</p><p>— Этот покупали или шили? — скрипучим голосом поинтересовался он.</p><p>— Покупал.</p><p>— Понятно, — старик спокойно отпустил лацкан. — Он на другого человека. Просто примерно вашего роста. Пойдемте к зеркалу.</p><p>Мы подошли к мутноватому от времени зеркалу. Оказавшись перед своим отражением, я непроизвольно расправил плечи, втянул живот и вытянулся в струнку.</p><p>— Перестаньте.</p><p>— Что? — не понял я.</p><p>— Изображать себя, — произнес Павел Григорьевич. — Мне не нужен манекен. Мне нужен человек, который будет костюм носить.</p><p>Дальше начались странности. Он заставил меня пройтись от зеркала до входной двери и обратно. Потом велел сесть в кресло, встать, подойти к раскройному столу и положить на него руки.</p><p>— Такое чувство, что я вместо ателье попал на медкомиссию в военкомат, — попытался отшутиться я, чувствуя себя немного глупо.</p><p>Старик вообще никак не отреагировал на шутку. Лицо его оставалось абсолютно непроницаемым. Павел Григорьевич тяжело вздохнул, подошел вплотную и вдруг неожиданно ткнул пальцем мне прямо под ребра. Я от неожиданности вздрогнул. Инстинкт сработал быстрее разума: я рефлекторно ссутулился, прикрывая рукой левую сторону груди, и мгновенно сбросил фальшивую выправку. Напряженная спина расслабилась, плечи сами собой опустились, принимая свое естественное положение.</p><p>— Вот, — удовлетворенно кивнул старик, полностью проигнорировав мое начавшееся было возмущение. — Теперь вы на себя похожи.</p><p>И только тогда он снял с шеи сантиметровую ленту. Заработал он поразительно быстро. Мягкий сантиметр летал в его сухих руках, обвивая мои плечи, грудь, спину. Павел Григорьевич ничего не записывал, лишь изредка, словно ставя медицинский диагноз, ронял вслух короткие фразы:</p><p>— Правое плечо ниже. Много пишете.</p><p>Лента скользнула по спине.</p><p>— Сидите на краю стула. Всегда торопитесь.</p><p>Павел Григорьевич внезапно остановился, опустил сантиметр и задумался. Что-то невнятно пробормотал себе под нос, а затем несколько раз расчертил воздух сухими пальцами, словно кроил невидимую ткань.</p><p>— Подождите. Я сейчас, — бросил он и скрылся в соседней комнате.</p><p>Вернулся старик с целой кипой тяжелых шерстяных отрезов. Он с глухим стуком свалил их на раскройному стол, а затем аккуратно отделил два и положил их отдельно. Это были ткани плотного темно-синего и глубокого серого цветов. Никакой искры, никакой клетки, никакого броского рисунка.</p><p>— Лучше вот эти два, — безапелляционно заявил портной.</p><p>Я с сомнением потрогал роскошную, но совершенно неприметную на вид ткань.</p><p>— А почему так скромно?</p><p>— Потому что разговаривать на встречах будете вы, — Павел Григорьевич посмотрел на меня поверх очков. — Костюму совершенно незачем вас перебивать.</p><p>Он аккуратно разгладил ладонью темно-синий отрез и, словно прочитав мои мысли о том, как сейчас одеваются люди с деньгами, добавил:</p><p>— Сейчас по городу сплошные малиновые пиджаки бегают. Но поймите, молодой человек: малиновая дрянь это не пиджак, это вывеска. А вывеска хороша на магазине, а не на живом человеке.</p><p>— Заворачивайте оба, — усмехнулся я.</p><p>Павел Григорьевич спокойно кивнул, принимая заказ как должное.</p><p>— Синий наденете на серьезные переговоры, серый — на каждый день. Правильно мыслите. Но это еще далеко не все, нужен полный комплект.</p><p>Старик подошел к дубовому шкафу и достал оттуда несколько сорочек. Белых и нежно-голубых. Самые дорогие варианты с вычурными манжетами он даже не стал мне навязывать. Вместо этого он деловито поинтересовался, часто ли я ношу галстук и кто будет эти рубашки стирать и гладить. А затем начал прикладывать ткань к моей груди, объясняя, почему плохая сорочка неизбежно соберется уродливыми складками на животе, как только я сяду в кресло.</p><p>— И что, достойный человек обязательно должен носить только белую рубашку? — решил я немного поддеть мастера.</p><p>— Белая, Олег, — это для дела. А голубая — для людей. Белая сорочка говорит вашему собеседнику: «Я предельно серьезен». Голубая говорит: «Я вам доверяю».</p><p>Он взял белую рубашку и чуть приподнял ее жесткий воротничок.</p><p>— Запомните: воротник — это рамка для вашего лица. Вы можете купить лучший в мире костюм, но мятая или дешевая рамка испортит любую, даже самую дорогую картину. Далее. Сорочку меняют каждый день. Даже если она у вас последняя. Значит, вечером стираете, сушите и утром гладите. И последнее…</p><p>Старик наклонился чуть ближе и понизил голос:</p><p>— И никогда, слышите меня, никогда не носите под пиджак рубашку с коротким рукавом! Это уже не костюм получается, а убожество.</p><p>— Убедили, — рассмеялся я. — Беру четыре. Две белые и две голубые.</p><p>Портной кивнул, взял огрызок карандаша, что-то быстро прикинул в уме и написал на клочке бумаги итоговую сумму. Цифра была внушительной, но вполне подъемной для моего нынешнего бюджета.</p><p>Я полез во внутренний карман за деньгами, но Катя, до этого тихо сидевшая в кресле, вдруг вклинилась в разговор:</p><p>— Павел Григорьевич, а давайте вы это просто на папин счет запишете?</p><p>Старик перевел взгляд на меня.</p><p>— Нет, Катерина Евгеньевна. Платить будет молодой человек. Он из тех, кто платит сам. Я это по плечам вижу.</p><p>Я молча отсчитал нужную сумму, положил на стол и попросил:</p><p>— Павел Григорьевич, когда можно будет забрать?</p><p>— Примерка ровно через неделю, — сказал портной, пряча деньги. — Готовые костюмы заберете только после нее.</p><p>— А без примерки никак нельзя обойтись? — с надеждой спросил я.</p><p>— Можно, — сухо отрезал старик. — Но не у меня, а в универмаге.</p><p>— Я его лично привезу, обещаю! — произнесла Катя, пряча улыбку.</p><p>На пороге старик галантно, по-старомодному поцеловал Кате руку:</p><p>— Папе большой поклон передавайте.</p><p>А затем повернулся ко мне и протянул газетный сверток.</p><p>— Это небольшой презент новому клиенту. Он позволит хоть как-то скрасить вот… это, — Павел Григорьевич выразительно кивнул на мой пузырящийся на локтях пиджак.</p><p>Уже сидя в теплом салоне «Мерседеса» я развернул газету. Внутри лежал классический галстук из тяжелого, плотного шелка. Глубокий, благородный бордовый цвет с едва уловимой серебристой диагональной нитью. Никакой аляповатости, чистая классика.</p><p>— Какая красота! — искренне восхитилась Катя.</p><p>На мой вкус он был слишком уж спокойным, даже консервативным, но вслух я этого, разумеется, не произнес. Девушки из высшего общества в таких вещах разбираются куда лучше моего.</p><p>— Знаешь, а подарок портного прямо совпал, — глаза Кати хитро блеснули в полумраке салона. — Потому что у меня для тебя тоже есть маленький сюрприз.</p><p>Она достала из сумочки небольшую прямоугольную коробочку, обтянутую синим бархатом, и протянула мне. Я щелкнул тугой крышкой. Внутри, на белом атласе, лежала заколка для галстука. Но это была не громоздкая советская штамповка с гербами, листочками или пошлыми фианитами. Это была тонкая, хищная серебряная геометрия в стиле ар-деко, увенчанная узкой, идеально гладкой вставкой из матового черного оникса. Дорого, строго и невероятно стильно.</p><p>Я осторожно достал заколку и приложил ее к подаренному бордовому галстуку. Холодное серебро и черный камень на фоне темного шелка смотрелись так, словно их создавали в одном ателье.</p><p>— Да они просто созданы друг для друга, — восхитился я.</p><p>Катя мягко накрыла мою руку своей ладонью и тихо, глядя мне в глаза, сказала:</p><p>— Как и мы с тобой.</p><p>— Спасибо, — я переплел наши пальцы и притянул ее к себе. Сюрпризы этого вечера определенно становились все лучше и лучше.</p><p>— Погоди-ка, — с легкой улыбкой сказала Катя и забрала у меня из рук бордовый шелк и бархатную коробочку.</p><p>Ловким, уверенным движением Катя перекинула галстук под воротник моей рубашки. Ее тонкие пальцы быстро принялись вязать узел. Это было удивительно интимное действие, которое резко контрастировало с хмурым водителем с боевым ТТ под мышкой и недавней погоней по темным переулкам. Я сидел, стараясь не шевелиться, и просто наслаждался моментом, чувствуя легкие, почти невесомые прикосновения ее рук к своей шее.</p><p>Затянув аккуратный, классический узел, Катя заботливо расправила ткань. Затем достала из коробочки серебряную заколку с черным ониксом. Раздался тихий металлический щелчок.</p><p>Катя чуть отстранилась, критически оглядела результат своих трудов, привычно разгладила лацканы моего потертого пиджака и удовлетворенно кивнула.</p><p>— Выглядишь на миллион, — резюмировала она. — Куда теперь?</p><p>— А поехали вместе поужинаем? — предложил я.</p><p>Ее глаза радостно блеснули в полумраке салона.</p><p>— С удовольствием.</p><p>Я чуть подался вперед, к спинке переднего сиденья.</p><p>— Друг, — негромко обратился я к нашему молчаливому водителю-телохранителю, — отвези нас, пожалуйста, в какой-нибудь хороший ресторан.</p><p>Водитель бросил короткий вопросительный взгляд в зеркало заднего вида, дождался едва заметного утвердительного кивка Кати и, не произнеся ни слова, плавно крутанул руль, перестраиваясь.</p></section><section><title><p>Глава 19</p></title><p>Глава 19</p><p>Я прекрасно понимал, что Евгений Владимирович меня, мягко скажем, недолюбливает. И имел все основания предполагать, что сегодня утром эта нелюбовь приобрела новые масштабы, став еще шире и глубже.</p><p>Дело в том, что после ужина в ресторане Катя домой не поехала и решила остаться у меня. Повод был выбран самый благовидный и хозяйственный: кто, как не она, польет комнатные растения? Я-то в этой суете их либо засушу до состояния гербария, либо залью так, что корни сгниют.</p><p>Но, надо отдать должное, дочку влиятельный чиновник любил трепетно. Поэтому, когда мы с Катей ранним утром выбежали из моего подъезда, во дворе нас уже дожидался знакомый черный «Мерседес».</p><p>Водитель-телохранитель выбрался наружу, предупредительно открывая перед Катей заднюю дверцу.</p><p>— Доброе утро! Папа прислал, — ровным тоном сообщил он.</p><p>— Доброе! — лучезарно отозвалась Катя и, как ни в чем не бывало, села на роскошное кожаное сиденье.</p><p>Я сел следом, но вся эта ситуация начала меня откровенно напрягать. Всюду, куда бы мы с ней ни пошли, за нами незримой, но очень весомой тенью следовал строгий образ ее всемогущего папы. С этим надо было что-то срочно делать. Как минимум — обзаводиться личным транспортом, чтобы перестать зависеть от Евгения Владимировича и его служебного автопарка. Быть под постоянным присмотром «вражеского» водителя — сомнительное удовольствие.</p><p>И эту здравую мысль тут же подтвердил следующий эпизод. Мы доехали до института, где училась Катя. Вышли из машины, обнялись на прощание и договорились увидеться вечером. Она убежала к дверям корпуса. Я проводил ее взглядом, развернулся, подошел к «Мерседесу» и привычно дернул ручку дверцы.</p><p>Заперто.</p><p>Тонированное стекло с тихим жужжанием приоткрылось ровно наполовину.</p><p>— Евгений Владимирович сказал только Катю завезти, — без малейших эмоций сообщил водитель. — Так что ты уж как-нибудь пешком топай.</p><p>Это был изящный щелчок по носу. Прозрачный привет от папы: «Знай свое место». Я моментально понял, что качать права, возмущаться или наглеть — вообще не вариант. Водитель просто выполняет распоряжение шефа.</p><p>Я миролюбиво улыбнулся и кивнул телохранителю:</p><p>— Пока.</p><p>Стекло поползло вверх, «Мерседес» рыкнул могучим мотором и отвалил от тротуара.</p><p>Я поднял руку, чтобы поймать попутку. Впрочем, долго голосовать мне не пришлось — практически тут же у бордюра с жалобным скрипом колодок остановился зеленый «Москвич». Он лихо довез и высадил меня недалеко от здания ДОСААФ. Еще только подходя к парадному крыльцу, я услышал натужный, захлебывающийся рев мощного автомобильного мотора и почувствовал запах дизельного выхлопа.</p><p>Картина, развернувшаяся на площадке перед входом, была поистине эпичной.</p><p>У крыльца сизо дымил выхлопной трубой автокран на базе ЗИЛа. Его тяжелая гидравлическая стрела со скрипом медленно сгружала с припаркованного рядом грузовика массивный, наглухо замотанный в плотную полиэтиленовую пленку печатный станок. За всем этим действом, буквально затаив дыхание, наблюдали Серега и Аленка.</p><p>Глядя на размах происходящего, я внезапно почувствовал легкий, почти детский укол ревности. Это было действительно эпохальное событие для нашего холдинга — первая по-настоящему серьезная покупка крупного промышленного оборудования. И она происходила практически без моего участия! Пока я решал многочисленные личные и деловые проблемы, мои ребята сами купили и привезли этот агрегат.</p><p>— Привет, первопечатники, — негромко произнес я, подходя ближе.</p><p>Серега и Аленка синхронно повернулись ко мне. Глаза у обоих горели неподдельным восторгом.</p><p>— Смотри, Олег! — выпалил Сергей, указывая на покачивающуюся в воздухе махину. — «Ромайор» привезли!</p><p>В этот момент стрела автокрана дрогнула, и восьмисоткилограммовая чугунная гиря с глухим стуком, от которого, казалось, завибрировал асфальт, опустилась на землю. Стропальщики ловко отцепили крюки, ЗИЛ перестал натужно реветь.</p><p>К Сереге вразвалочку подошел бригадир грузчиков — кряжистый мужик в засаленной спецовке. За его спиной маячили еще трое хмурых рабочих со стальными ломами в руках.</p><p>— Ну что, хозяин, принимай аппарат, — хрипло басанул бригадир. — Куда тащить будем?</p><p>— В подвал, — не раздумывая ответил Серега.</p><p>Я аж опешил от такого заявления.</p><p>— Стоп. Как в подвал⁈ — я непонимающе уставился на друга. — Его же к тебе в кабинет надо?</p><p>Серега повернулся ко мне и принялся объяснять:</p><p>— Олег, я тут прикинул… Типография-то наша расширяется. Этот «Ромайор» весит под тонну, он нам на этаже все старые перекрытия продавит. Да и бумагу паллетами таскать по лестнице наверх — это с ума сойти можно. Поэтому я вчера сам сходил к генералу Зимову и обо всем договорился. Выбил у него просторное подвальное помещение. Сделаем там полноценный печатный цех!</p><p>Я замер, переваривая услышанное, а затем мысленно, от всей души похвалил друга. Укол недавней ревности мгновенно сменился жгучим чувством гордости. Серега не побежал ко мне с этой проблемой. Он не стал ждать, пока «старший товарищ» придет и всё решит. Он проявил инициативу, всё грамотно просчитал и сам, в одиночку, решил сложный административный вопрос с начальником ДОСААФ, сэкономив мне кучу времени и нервов.</p><p>Моя команда взрослела прямо на глазах!</p><p>Тем временем грузчики, не теряя времени даром, приступили к работе. Технология была первобытной, как египетские пирамиды, и очень трудоемкой. Рабочие подсунули под деревянный поддон станка толстые стальные трубы и, орудуя ломами как рычагами, натужно сопя начали перекатывать «Ромайор» к дверям здания. Скрежет металла по асфальту и грохот стояли такие, что, казалось, сотрясается весь фасад ДОСААФ.</p><p>Я с опаской посмотрел на то, как эта глыба чугуна ползет к крыльцу, и легонько толкнул друга в плечо:</p><p>— Серег, слушай… а как они его по лестнице вниз покатят? На этих же трубах? Не уронят?</p><p>— Обещали, что нет, — ответил Сергей. В его голосе скользнуло легкое сомнение, но он изо всех сил старался держать лицо уверенного руководителя. — Сказали, на лебедках спустят.</p><p>— Следи за ними в оба, — совершенно серьезно напутствовал я, провожая взглядом скрывающийся в дверях станок. — Если эта чугунная «гиря» сорвется со ступенек, от первого промышленного актива нашего холдинга останется только груда металлолома.</p><p>— Ну, а мы здесь что, просто так прохлаждаемся? — бойко заявила Аленка и тут же повысила голос, обращаясь к пыхтящим работягам: — Эй! Осторожно, косяк зацепите! Осторожнее, я вам говорю! Вы за этот станок за всю жизнь не расплатитесь!</p><p>Девушка решительно зашагала к грузчикам, на ходу отдавая новые команды.</p><p>— А из нее прораб неплохой бы получился, а? — тихо, чтобы не привлекать внимания «начальства», сказал я Сереге.</p><p>— Угу… — так же тихо отозвался он. И, немного помолчав, задумчиво добавил: — И жена… наверное…</p><p>Я опешил. Да так, что даже заикаться начал.</p><p>— Вы… ты… ты ей предложение сделал⁈</p><p>— Нет, — Серега пожал плечами, провожая Аленку влюбленным взглядом. — Но серьезно об этом думаю.</p><p>— Серег, это, конечно, совершенно не мое дело… но ты бы не торопился, а? — осторожно посоветовал я. — Повстречайтесь еще немного, притритесь друг к другу.</p><p>Серега искренне рассмеялся:</p><p>— Повстречайтесь? Да мы уже вместе живем.</p><p>— Когда вы успели-то? — я окончательно выпал в осадок.</p><p>— Ну, вчера, — будничным тоном ответил друг. — Сняли квартиру и переехали.</p><p>— А новоселье отмечать? — с легким подколом поинтересовался я.</p><p>— Да, наверное, уже сразу со свадьбой совместим.</p><p>Я внимательно посмотрел ему в глаза, пытаясь понять, шутит он или нет.</p><p>— Ты сейчас серьезно? Или надо мной прикалываешься?</p><p>— Почему ты мне не веришь? — Серега вдруг слегка обиделся, его голос дрогнул. — Или считаешь, что Аленка какая-то… не такая?</p><p>— Такая, — поспешно и примирительно поднял я руки. — Вполне такая. Умница, красавица и деловую хватку имеет — вон как мужиков строит. Ваша личная жизнь — исключительно ваше дело. Хотите жениться — женитесь на здоровье. Только предупредите заранее, чтобы я достойный подарок успел подобрать.</p><p>— Хорошо, предупрежу, — уже совершенно серьезно кивнул Серега.</p><p>— Ну всё, старик, я побежал. Дела не ждут.</p><p>Серега остался на улице, чтобы рассчитаться с водителем грузовика и крановщиком, а я зашел внутрь.</p><p>В фойе царил рабочий хаос. Грузчики в засаленных спецовках, уже изрядно взмокшие, обвязывали чугунный «Ромайор» толстыми канатами, готовясь спускать его по крутой лестнице в подвал. Аленка дирижировала процессом с таким азартом, будто всю жизнь только и делала, что руководила сложными такелажными работами.</p><p>— Куда ты узел вяжешь, дядя⁈ — звенел под высокими сводами ее возмущенный голосок. — Он же по краске скользнет, когда угол наклона пойдет! Вяжи за станину, вон за ту толстую балку! Петлю давай внатяг! И трубы, трубы подкладывайте ровнее, у вас правый край провисает!</p><p>Бригадир, мужик размером с двустворчатый шкаф, только крякал, вытирал пот со лба и послушно перевязывал канат.</p><p>Я живо представил, кто у них с Серегой будет дома полноправным «начальником», и мне стало слегка жалко друга. Но в избитой поговорке о том, что за каждым успешным мужчиной обязательно стоит сильная женщина, определенно имелась немалая доля правды. Будущий муж Аленки был просто обречен на грандиозный успех.</p><p>Улыбнувшись своим мыслям, я аккуратно обогнул суетящихся вокруг станка рабочих и привычным маршрутом поднялся по лестнице на свой этаж. Пора было возвращаться в реальность и браться за дела.</p><p>Едва я открыл дверь и переступил порог кабинета, как тут же был едва не сбит с ног внезапным ураганом в лице Люды.</p><p>— Олежка! — радостно завопила она, с разбегу заключая меня в крепкие, почти удушающие объятия.</p><p>Увидь Катя сейчас эту сцену, она бы ни за что в жизни не поверила, что мы исключительно деловые партнеры и коллеги.</p><p>— Стой-стой! Задушишь! — рассмеялся я, аккуратно отстраняя от себя распереживавшуюся помощницу. — Что случилось-то?</p><p>— Звонил Влад! — выпалила Люда. От ее вчерашней грусти не осталось и следа, глаза горели неподдельным азартом. — Деньги ушли! Товар готовят к отправке!</p><p>— Ну… отлично! — я с облегчением выдохнул, чувствуя, как с плеч свалился огромный невидимый груз. Но тут же заставил себя вернуться в прагматичное русло. — Только давай от радости плясать тогда, когда всё это добро благополучно приедет к нам на склад. А еще лучше — когда мы всё это без остатка распродадим.</p><p>— А ты что, не веришь, что продадим? — лукаво прищурилась Люда, наконец-то отпуская меня.</p><p>— Верю, — я прошел к своему столу и опустился в кресло. — Но не люблю говорить «гоп» раньше времени. Однако то, что пошло движение денег — это отлично…</p><p>И тут я с размаху хлопнул себя ладонью по лбу. Блииин!</p><p>— Что случилось? — испуганно подскочила Люда.</p><p>— Деньги!</p><p>— Да все нормально, я же говорила, что они ушли… — непонимающе заморгала она.</p><p>— Нет, наши деньги!</p><p>Не успев толком усесться, я подорвался с кресла. Быстро обежав три соседних кабинета, я провел общий сбор «командиров». Выдернул отвлекшегося на бумаги Толика, позвал Степана и даже прихватил приплясывающего от нетерпения Серегу. У него там в подвале как раз в самом разгаре шла фаза распаковки «Ромайора», но то, о чем я собирался объявить, было куда важнее любого станка.</p><p>Собрались у меня в кабинете. Люда с нескрываемым любопытством прислушивалась к нашему разговору.</p><p>— Итак, уважаемые партнеры и подельники, — торжественно начал я, оглядывая свою команду. — У меня для вас потрясающая новость. Денежная вольница в нашем холдинге официально объявляется скончавшейся. У нас появился настоящий бухгалтер.</p><p>Народ озадаченно переглянулся.</p><p>— Теперь все денежные потоки надо в обязательном порядке согласовывать с ней, — продолжил я. — Взяли денежку — тут же оформили и провели через бухгалтерию. Потратили — отчитались бумажкой. То есть с сегодняшнего дня любые приходы и расходы оформляем исключительно «в белую». Нам проблемы с налоговой инспекцией сейчас ни к чему.</p><p>— Ну воооот, — тоскливо протянул Толик, кисло скривившись. — Началась бумажная кабала…</p><p>— Это называется словом «бизнес», Толя, — жестко парировал я. — Ларечно-денежные отношения мы уже переросли. Поэтому сейчас мы дружно идем знакомиться с Инессой Павловной. Она вам прочитает короткую, но очень емкую лекцию о том, как и что нужно проводить. Слушаться ее — беспрекословно. За попытки нарушения ее финансовых правил — расстрел на месте.</p><p>Мои подельники дружно рассмеялись.</p><p>— А я не шучу, — я выдержал паузу, обведя их суровым взглядом. — Того, кто накосячит в оформлении бухгалтерских документов, мы ведем в тир и пускаем пулю в затылок. Всё, вопросы есть? Вопросов нет. Айда знакомиться.</p><p>Мы всей толпой вывалились из кабинета и направились по коридору прямиком в бухгалтерию.</p><p>Там полным ходом шел процесс обучения. Вовчик сидел рядом со своей бабушкой как привязанный. Инесса Павловна, судя по всему, вошла во вкус компьютерной автоматизации.</p><p>— Володя, ну-ка покажи еще раз, как ты это сейчас сделал, — требовательно, но с живым интересом попросила она, глядя на экран.</p><p>Вовчик покорно потянулся к клавиатуре и терпеливо, шаг за шагом, повторил операцию. Инесса Павловна удовлетворенно кивнула и старательно записала алгоритм в тетрадку.</p><p>— Знакомьтесь, господа, — громко объявил я с порога, — Инесса Павловна — бессменный хранитель наших денег и главный бухгалтер холдинга. Инесса Павловна, а это начальники наших подразделений. Прошу любить и жаловать.</p><p>Представив всех друг другу и дождавшись, пока Инесса Павловна поправит очки, строго оглядит притихшую команду и начнет свою вводную лекцию о финансовой дисциплине, я технично свалил из кабинета в коридор. Свой лимит прослушанных лекций я с лихвой исчерпал еще в институте.</p><p>Закончив реорганизацию финансовых потоков, я с чистой совестью отбыл в клинику. Но сначала на своем служебном УАЗике заскочил на рынок. Апельсины, бананы и пузатые ананасы предназначались сестрам и дежурному персоналу отделения. Маме обычную еду врачи есть еще категорически запрещали, но один апельсин я всё же выложил ей на тумбочку — просто чтобы в палате вкусно пахло тропиками, а не лекарствами.</p><p>Надолго я у мамы не задержался. Ее явно клонило в сон, и, чтобы не мешать организму восстанавливаться, я тихо прикрыл за собой дверь палаты.</p><p>Глянул на часы. Без пятнадцати два. Не спеша прогулялся по тихим больничным коридорам до административного крыла. Пусть я приду чуть раньше. Прийти на встречу раньше — это всегда лучше, чем опоздать.</p><p>Я открыл дверь кабинета Маргариты Сергеевны и… удивился прямо с порога. Кого я, собственно, ожидал там увидеть? Типичную номенклатурную тетеньку хорошо за пятьдесят. Причем мне почему-то казалось, что она непременно должна была быть грузной. Эдакая расплывшаяся дама в нелепой соломенной шляпке. Черт его знает, откуда мой мозг вообще взял эту дурацкую шляпку, но на самом деле ничего похожего в кабинете меня не ожидало.</p><p>За длинным приставным столиком вместе с главврачом сидела женщина, возраст которой я со спины определил в корне неверно. Сначала, глядя на точеную фигуру, мне показалось, что это совсем молодая девушка. От силы двадцати-двадцати пяти лет. Но когда она повернулась на звук открывшейся двери, я заметил, что она старше. Намного старше. Но насколько точно — сказать было решительно невозможно. Качественная косметология и большие деньги умели стирать возраст.</p><p>Взгляд ее холодных, пронзительно-аквамариновых глаз скользнул по мне, быстро и тщательно изучая.</p><p>— Добрый день! Я приехал, как мы и договаривались, — негромко произнес я.</p><p>Женщина грациозно поднялась со стула. Она была одета в изящный, идеально скроенный по фигуре костюм — приталенный пиджак и узкая юбка чуть выше колена насыщенного, благородного изумрудного цвета. На ногах — дорогие туфли-лодочки на тонком каблуке. Макияж на ее лице был нанесен настолько безупречно и тонко, будто она прямо сейчас готовилась к съемкам в большом кино, а не к встрече в провинциальной больнице.</p><p>— Добрый день, Олег! — засуетилась Маргарита Сергеевна, вскакивая со своего места. — Алевтина Андреевна, вот, познакомьтесь. Это Олег Маньков, про которого я вам вчера рассказывала.</p><p>Женщина уверенно шагнула мне навстречу и первой протянула ладонь с безупречным, ярко-красным маникюром.</p><p>— Алевтина Андреевна! — бархатным, чуть грудным голосом представилась она.</p></section><section><title><p>Глава 20</p></title><p>Глава 20</p><p>— Олег, — ответил я, пожимая её ладонь.</p><p>Рукопожатие было на удивление уверенным. Почти мужским. А вот всё остальное в ней было каким угодно, только не мужским.</p><p>— Присаживайтесь, Олег, — Алевтина Андреевна вернулась к столу и кивнула на стул напротив себя так, будто это был её личный кабинет, а Маргарита Сергеевна тут работала у неё секретаршей. — Маргарита мне про вас много рассказывала. Говорит, вы молодой, но очень хваткий.</p><p>— Маргарита Сергеевна мне безбожно льстит, — я опустился на стул и раскрыл свой блокнот.</p><p>— Маргарита никому не льстит, — чуть улыбнулась она, грациозно опускаясь на стул. — Она для этого слишком честная. Поэтому ей и нужны мы с вами.</p><p>Главврач смущённо закашлялась, чувствуя себя немного не в своей тарелке, и торопливо засуетилась у тумбочки с чайником.</p><p>— Алевтина Андреевна, хотите, я вам чаю налью? Свежий, только заварила.</p><p>— Спасибо, Маргарита, но я бы предпочла кофе. Если вас не затруднит. Черный и без сахара.</p><p>Маргарита Сергеевна засуетилась еще сильнее. Загремела дверцами шкафчика, звякнула посудой и, наконец, извлекла на свет пузатую жестяную банку растворимого. Щедро сыпанув порошок в чашку и залив кипятком, она поставила дымящийся напиток перед гостьей, не удержавшись от профессионального комментария:</p><p>— Вот, пожалуйста. Только вы уж простите, но, как врач, не могу не сказать: кофеин — это не очень полезно с точки зрения медицины. Сосуды сужает, давление скачет…</p><p>Алевтина Андреевна взяла чашку за ушко, сделала крошечный глоток и спокойно парировала:</p><p>— Маргарита Сергеевна, дорогая, если мы сейчас грамотно не решим вопрос с нашей арендой, мои сосуды сузятся от стресса гораздо сильнее, чем от банки растворимого кофе. А давление подскочит у всего вашего коллектива.</p><p>Она поставила чашку, неторопливо закинула ногу на ногу, и узкая изумрудная юбка послушно поползла вверх — ровно на те пару стратегических сантиметров, на которые ей было положено ползти.</p><p>И мой взгляд предательски и непроизвольно пополз туда же. Я тут же усилием воли уставился в блокнот.</p><p>Так, Маньков. Соберись. Возьми себя в руки! Ты пятидесятилетний мужик с огромным жизненным багажом, ты видел в своей прошлой жизни столько всего, что можно было бы снять сериал на двадцать сезонов. Ты пришёл сюда по конкретному делу. Аренда. Трудовой коллектив. Рейдеры. А взгляд снова прыгает… да что ж такое-то! Чертовы гормоны двадцатилетнего тела!</p><p>— Итак, — я прокашлялся и постучал ручкой по бумаге, возвращая себе деловой тон. — Маргарита Сергеевна сказала, что вы хотите… — я попытался подобрать максимально корректное слово.</p><p>— Управлять, — веско закончила за меня Алевтина Андреевна. — Не играться, Олег. Управлять. Вы ведь именно этого испугались, когда Маргарита вам вчера всё рассказала? Что придёт скучающая директорская жена с пуделем под мышкой и начнёт закупать в больничные холлы дизайнерские диваны, хрустальные люстры и зеркала в полный рост?</p><p>Я чуть не поперхнулся. Она что, мысли читает⁈</p><p>— Я… такого не говорил.</p><p>— Но именно так и подумали, — она чуть наклонила голову, и в её холодных аквамариновых глазах заплясали откровенные смешинки. — У вас это прямо на лице было написано. Маргарита пересказывала вашу беседу очень подробно.</p><p>Маргарита Сергеевна, сидевшая с краю, густо покраснела до самых корней волос и с громким звоном уронила чайную ложечку на пол. Я рассмеялся и поднял руки вверх, открыто признавая поражение. Ну что тут скажешь? Один-ноль в пользу «директорской жены».</p><p>— Каюсь, Алевтина Андреевна. Была такая мысль, грешен. Но, судя по всему, она была в корне ошибочной.</p><p>— Посмотрим, — она чуть заметно повела плечами. — Давайте к делу.</p><p>И к делу она перешла так стремительно, что я едва успевал делать пометки в блокноте.</p><p>— Начнем с матчасти, — заговорила она, отодвинув чашку. — Здание клиники и земля находятся на балансе завода. Оборудование, включая импортное — там же. Нам нужен договор аренды всего имущественного комплекса. Целиком.</p><p>— С правом последующего выкупа? — уточнил я.</p><p>— В идеале — да, но сейчас это не пропустят. Для начала нам нужна долгосрочная аренда. Минимум лет на десять. С жестко фиксированной арендной ставкой, чтобы нас не задушили инфляцией через полгода. Но будут серьезные проблемы.</p><p>— Тот самый молодой зам по экономике? — кивнул я.</p><p>— Именно. Он спит и видит, как выслужиться, и обязательно посчитает упущенную выгоду. За ним кто-то стоит и нам жизненно необходимо узнать, кто именно. Плюс поднимет хай заводской профком — они начнут вопить, что мы отбираем у работяг бесплатную медицину и продаемся коммерсантам.</p><p>— Хорошо, с замом и профкомом понятно, — я покрутил ручку в пальцах. — А ваш супруг? Как мы преподнесем эту схему генеральному директору? Как мы объясним ему, что завод должен отдать жирный актив, а он при этом не должен выглядеть в глазах совета директоров подкаблучником, который просто подарил жене дорогую игрушку?</p><p>— Егор Андреевич — прагматик до мозга костей, — отрезала Алевтина. — Мы не будем просить у него игрушку. Мы должны показать ему с цифрами в руках, что клиника — это не актив, а зияющий пассив. Черная дыра, сосущая заводские деньги. Мы должны убедить его, что забираем на себя глубоко убыточное подразделение. Он не дарит клинику жене, Олег. Он как грамотный управленец сбрасывает с баланса финансовый балласт и снимает с завода тяжелую социальную нагрузку. Понимаете?</p><p>Говорила она чётко, структурированно, по пунктам, без единого лишнего слова или женской эмоции. Красный диплом Плехановки, похоже, никуда не делся за пятнадцать лет варки борщей. Просто лежал где-то в глубоком ящике комода, наглаженный и накрахмаленный, и ждал своего часа.</p><p>Хотя… у меня вдруг появились смутные сомнения. А точно ли она всё это время только щи мужу варила? «За каждым успехом мужчины стоит женщина» — снова вспомнилась мне мысль. А не обязана ли карьера генерального директора её холодному расчету? Да, на завод с ним под ручку она могла не ходить. Но дома вечерами проводить допросы, анализ и инструктаж — запросто.</p><p>А я ловил себя на том, что слушаю её как-то… в два слоя.</p><p>Первым слоем — холодной головой опытного юриста — я записывал цифры, прикидывал юридические риски, соглашался и кивал. А вот вторым слоем, тем самым, который отвечал за глупое двадцатилетнее тело, я отмечал совершенно не относящиеся к делу вещи. Как она, на секунду задумавшись, касается кончиком золотой ручки нижней губы. Как ритмично покачивается на носке изящная туфля-лодочка, держась буквально на честном слове. Как от неё при каждом движении тянет дорогими духами — чем-то тёплым, восточным, обволакивающим, совершенно не похожим на резкую «Красную Москву» или приторные цветочные компоты, которыми пользовалось большинство женщин вокруг.</p><p>Туфля качнулась ещё раз, балансируя на грани падения. Я моргнул, снова уставился в свой блокнот и с ужасом обнаружил, что уже секунд десять старательно вывожу на полях одно и то же слово: «уточнить, уточнить, уточнить».</p><p>Тьфу ты, блин!</p><p>В прошлой жизни я провёл сотни сложнейших переговоров. Сидел за столом напротив суровых директоров заводов, скользких банкиров, отмороженных бандитов, хитрых депутатов. И с женщинами переговаривался не раз — жёсткими, умными, потрясающе красивыми. Я знал этот извечный женский приём. Женщина, которая умеет грамотно пользоваться своей сексуальностью на деловых переговорах, — опаснее любого бритого братка со стволом. Бандит хотя бы честно кладет ТТ на стол и показывает, чем конкретно тебе угрожает. А тут оружие бьет по площадям и незаметно.</p><p>Но знать, как это работает, — это одно. А вот объяснить это юному, накачанному тестостероном организму, в котором гормоны прямо сейчас кипят, как вода в электрочайнике у Маргариты Сергеевны, — совершенно другое.</p><p>А самое неприятное в этой ситуации — я даже не был до конца уверен, что она делает это нарочно. Похоже, она просто так была устроена. Есть такие люди, которые входят в комнату, и в ней сразу неуловимо меняется атмосферное давление. Алевтина Андреевна определенно была из таких. Мощная, яркая, заряженная до предела, как трансформаторная будка с желтой табличкой «Не влезай — убьёт».</p><p>Я мысленно, с усилием представил себе Катю. Её искренний смех, её прохладные, влажные после душа волосы, её трогательные подарки. Помогло. Но лишь частично.</p><p>— Олег? — Алевтина Андреевна прервала свою речь и чуть приподняла идеальную бровь. — Вы меня вообще слушаете?</p><p>— Внимательнейшим образом, — я мгновенно вскинул голову и поспешно вернул на лицо непроницаемое выражение профессионального юриста. — Вы говорили про амортизацию оборудования.</p><p>— Я говорила про это ровно три минуты назад, — очень мягко, почти ласково заметила она, глядя мне прямо в глаза. — А сейчас я спрашиваю, сколько конкретно времени займёт государственная регистрация нашего нового предприятия?</p><p>Мне показалось, что Маргарита Сергеевна изо всех сил, до слез, пытается не рассмеяться в голос. Два-ноль. Разгром.</p><p>Я прочистил горло и заставил себя заговорить исключительно по делу. Чётко, сухо, без лирики.</p><p>— Регистрация займет недели три. Это при условии, что нам не будут искусственно вставлять палки в колёса на уровне исполкома. Но есть вопрос гораздо важнее регистрации. По действующему закону об аренде, арендатором государственного или ведомственного имущества выступает не физическое лицо, а организация. То есть — трудовой коллектив. Решение о взятии предприятия в аренду принимает общее собрание коллектива клиники. Тайным голосованием. Вы можете быть сколько угодно гениальным директором и экономистом, Алевтина Андреевна, но если врачи, санитарки и медсёстры на собрании не проголосуют большинством «за» — никакой аренды не будет. Закон это категорически запрещает. А потом, даже если проголосуют, в любой момент коллектив может собраться ещё раз и просто вас переизбрать.</p><p>Я выдержал паузу, глядя ей прямо в ее голубые с зеленцой глаза, стараясь не моргать.</p><p>— Нам без коллектива никак. Вообще никак. Если лезть в эту авантюру с арендой, люди должны добровольно пойти за вами. Не за Маргаритой Сергеевной, которую они знают сто лет, а именно за вами. А для них вы пока — просто жена генерального директора, которая раз в месяц приезжает сюда на косметические процедуры.</p><p>Я ожидал, что она нахмурится. Начнёт возмущаться, спорить. Скажет что-нибудь типично-номенклатурное вроде: «Ну, эту ерунду мы легко продавим через мужа и административный ресурс».</p><p>Вместо этого Алевтина Андреевна обворожительно улыбнулась. Она расслабленно откинулась на спинку стула и снова закинула ногу на ногу — теперь в другую сторону.</p><p>— Коллектив? — переспросила она чуть насмешливым голосом. — Олег, вы серьезно думаете, что я пятнадцать лет просидела дома и напрочь разучилась разговаривать с живыми людьми?</p><p>Она посмотрела на меня так, что у меня по спине пробежала стайка мурашек.</p><p>— Обворожим. Очаруем.</p><p>Сказано это было без единой капли бравады или женского кокетства. Абсолютно спокойно, как холодная констатация неизбежного факта. С такой же интонацией люди говорят: «Завтра наступит вторник» или «Зимой выпадет снег».</p><p>И самое удивительное — я ей поверил. Сразу, полностью и безоговорочно. Глядя на неё, я вдруг очень отчётливо, в деталях представил себе грядущее общее собрание. Душный актовый зал, сто уставших людей в белых халатах, недовольные лица, скептические, враждебные шепотки по рядам. И тут она выходит на скрипучую сцену в этом своём безупречном изумрудном костюме. Встает к трибуне. Говорит минут десять своим обволакивающим голосом. И зал встаёт. Мужики-хирурги начнут аплодировать ей еще до того, как она вообще откроет рот. А женщины… женщин просто добьет и раздавит ее харизма уверенного в себе лидера.</p><p>Если она так легко, играючи, сбила с толку меня — человека, у которого за плечами был полвека жесткого жизненного опыта, — то с испуганными врачами, которым завод три месяца не платит зарплату, она справится за пять минут.</p><p>— Не сомневаюсь, — совершенно искренне сказал я, закрывая блокнот.</p><p>— Вот и прекрасно, — Алевтина Андреевна протянула руку и, даже не глядя, безошибочно взяла со стола главврача заветную картонную папку с тесёмками. — Маргарита, ты позволишь?</p><p>Главврач, словно завороженная, торопливо закивала.</p><p>Алевтина Андреевна положила пухлую папку передо мной и легонько, как бы невзначай, прижала её сверху ладонью с ярко-красным маникюром. Прижала так, что я мог взять документы, только неизбежно коснувшись её пальцев.</p><p>— Это всё, что у нас есть на данный момент. Вся документация, баланс, штатное расписание, — тихо сказала она. — Ваша задача, Олег, — найти способ, как оторвать клинику от завода юридически чисто, чтобы ни одна бюрократическая сволочь не смогла придраться. Моя задача — люди и коллектив. Договорились?</p><p>— Договорились, — я потянул папку на себя. Пальцы скользнули по ее коже.</p><p>Она убрала руку. Я забрал документы и почувствовал, как у меня предательски горят кончики ушей.</p><p>— Ну, тогда на сегодня пока всё, — Алевтина Андреевна грациозно поднялась с кресла, поправляя пиджак. — Мы же всё основное обсудили, незакрытых вопросов не осталось?</p><p>— Да вроде нет, — пробормотала Маргарита Сергеевна.</p><p>— Надо контактами обменяться, — я тоже поспешно встал. — Вдруг какие-то срочные вопросы возникнут.</p><p>Я достал из кармана свою визитку и протянул Алевтине. Она в ответ извлекла из сумочки свою. Я мельком пробежал по ней взглядом — только ФИО и номер телефона. Ни должности, ни звания, ни места работы. Но выглядел этот кусок картона невероятно элегантно, крича о статусе владелицы — глубокое золотое тиснение на плотной, бордовой бархатистой основе. Стоило такое удовольствие в типографиях баснословных денег.</p><p>Она так же внимательно посмотрела на мою визитную карточку, чуть качнула головой, оценивая качество. Над этим дизайном наш Серега колдовал два дня, и это было едва ли не лучшее, что вообще можно было изготовить в нашем городе.</p><p>Попрощавшись с главврачом, мы вместе с Алевтиной вышли из кабинета и направились к лестнице.</p><p>Внизу, у парадного выхода, я на секунду поймал своё отражение в тёмном стекле входной двери. Довольная, уверенная физиономия, солидная папка под мышкой. Встреча прошла гораздо лучше, чем я ожидал. Документы на руках. Союзник найден — и союзник этот оказался сильным, дьявольски умным и энергичным. Мы шли с ней рядом, и, надо сказать, отлично смотрелись вместе. И наша разница в возрасте с ней совершенно не бросалась в глаза. С таким локомотивом коллектив пойдёт за нами не раздумывая, клиника вырвется из лап рейдеров, и Маргарита Сергеевна наконец-то сможет спокойно лечить людей.</p><p>Обворожим. Очаруем. Вдвоем — без вариантов. Теперь я был в этом абсолютно уверен.</p><p>Мы вышли на крыльцо. В этот момент, увидев меня, к ступеням лихо подкатил Леха на нашем служебном армейском УАЗике.</p><p>Алевтина Андреевна остановилась и немного удивленно, с легкой иронией посмотрела на зеленого угловатого монстра.</p><p>— Это… ваш транспорт?</p><p>— Угу, — я решил немного прихвастнуть. — Армейский вариант. Пуленепробиваемый, проходимый. Очень полезное свойство на наших дорогах в наше неспокойное время…</p><p>Я не успел договорить. К входу в клинику, плавно и бесшумно, подкатила еще одна машина и остановилась прямо за моим УАЗом.</p><p>Черная «Волга» с наглухо тонированными стеклами. Я аж сбился. Сердце екнуло.</p><p>— Вы большой оригинал, Олег, — рассмеялась Алевтина, не заметив моей заминки. — А у меня всё банально, скучная классика. Ну ладно, жду от вас звонка, как изучите бумаги.</p><p>Она спустилась по ступенькам и направилась к «Волге». Задняя дверь услужливо распахнулась изнутри.</p><p>Я прыгнул на переднее сиденье УАЗика, захлопнул дверь и, пока Леха выжимал сцепление, торопливо вытащил блокнот, лихорадочно записывая номер отъезжающей черной машины.</p><p>Зря я не сделал точно так же вечером, когда за нашим «Мерседесом» увязался хвост! Ведь та черная «Волга» была точной копией этой!</p><p>Мозг заработал на удвоенных оборотах. Неужели Алевтина решила погрузиться в дела клиники настолько глубоко, что начала собирать обо мне подробную информацию еще до нашей официальной встречи? Но зачем ей это было нужно? Одно дело — наводить справки, и совсем другое — запускать наблюдение за машиной, в которой едет дочь одного из высших областных чиновников!</p></section><section><title><p>Глава 21</p></title><p>Глава 21</p><p>Как только мы вернулись в ДОСААФ, я первым же делом направился к Степану в «Рубеж». Однако дверь кабинета оказалась заперта. Я нетерпеливо постучал — тишина. Достав свою связку, я провернул ключ в замке и распахнул дверь.</p><p>Внутри было пусто. Ни Степана, ни его парней в кабинете не оказалось.</p><p>Меня это напрягло. Куда они вдруг все сорвались в разгар рабочего дня? Степан, человек с армейской выучкой, при любых раскладах и заказах всегда оставлял в конторе «дежурного». Кто-то обязательно сидел на телефоне, принимал звонки и осуществлял общее руководство группами на выездах.</p><p>А тут — никого! Что за ЧП могло произойти, на которое Степа решил бросить все свои оперативные резервы?</p><p>Я быстро спустился на первый этаж и подошел к дежурному «стражу».</p><p>— Не знаешь, куда все наши с «Рубежа» пропали? Тревога какая-то?</p><p>— Да какая тревога, Олег, — отмахнулся «страж». — В зале номер три они. На тренировке всем составом потеют.</p><p>Я с облегчением выдохнул и быстрым шагом направился по коридору в сторону спортивного крыла. Еще на подходе к залу я услышал характерные звуки: глухие удары тел о маты, резкие выдохи и скрип борцовок по покрытию. Распахнув дверь, я шагнул внутрь. На огромном ковре из видавших виды татами кипела работа — Степан гонял своих орлов по полной программе. Десять человек, разбившись на пары, отрабатывали элементы армейского рукопашного боя. Справа двое парней раз за разом крутили броски через бедро, впечатывая друг друга в маты с таким грохотом, что звенели окна. В центре группа крутила акробатику — страховочные кувырки, падения, перекаты с выходом в боевую стойку. Чуть поодаль шла контактная работа: короткие, злые связки ударов по лапам и отработка защиты от ножа.</p><p>Начальника «Рубежа» я заметил сразу. Взмокший, в одной футболке, прилипшей к рельефному торсу, Степан тренировался наравне со своими ребятами. Он как раз технично ушел с линии атаки своего спарринг-партнера, провел жесткую подсечку и зафиксировал его на ковре болевым приемом.</p><p>Я подошел к краю татами.</p><p>— Степ, помощь твоя нужна.</p><p>Степан отпустил партнера и легко поднялся на ноги.</p><p>— Извини, старик, — он развел руками, окидывая взглядом зал. — Видишь, занят. Твоя просьба не подождет?</p><p>— В принципе, да. Подождет. Через сколько вы освободитесь?</p><p>Степан посмотрел на меня с хитрой, оценивающей ухмылкой.</p><p>— Почему это «мы»? Ты тоже давай подключайся. У тебя форма спортивная есть?</p><p>— Ну да. В кабинете лежит, — я начал лихорадочно искать отмазки. — Но сейчас совершенно нет времени…</p><p>— На себя всегда надо время находить, — жестко перебил он. — Условие простое: я тебе с твоей просьбой помогаю, а ты с нами эту тренировку проходишь до конца.</p><p>— Степан, ну что за детский сад? У меня дел по горло!</p><p>— Я тебя последние недели вообще не трогал, — Степан шагнул ближе, понизив голос. — Понимал, сколько всего на тебя навалилось. Но ты и рад стараться — совсем на занятия забил, форму теряешь, осунулся. Надо это исправлять.</p><p>— Ну сейчас же рабочий день! — попытался я включить начальника.</p><p>— Вот именно, что рабочий! — хохотнул Степан. — Переодевайся — и вперед, за работу!</p><p>— Да блин! — возмутился я. — Это чистой воды шантаж!</p><p>— Оценивай как хочешь, — Степан философски пожал широкими плечами и повернулся к залу. — Так, бойцы! Смена спарринг-партнеров! Работаем двойками! А у тебя, Маньков, время пошло. Жду тебя на ковре через десять минут! Иначе твое дело откладывается до завтра.</p><p>Я хотел было упереться. Отговориться занятостью, срочными звонками и кипой неразобранных бумаг на столе. Но, глядя на то, как бойко и азартно тренируются бойцы Степана, я вдруг и сам захотел выйти на ковер. Тряхнуть, так сказать, сединой и костями, размять забитые стрессом мышцы. Стрясти жирок, ведь я на собственном опыте знал, что если его время от времени не трясти, то к пятидесяти годам он накопится солидным пластом. Да и ругаться со Степой совершенно не хотелось — как-никак, человек мне исключительно добра желает, хоть и выражает это весьма специфическими методами.</p><p>Зашел в свой кабинет, вытащил из-под стола задвинутую в дальний угол спортивную сумку.</p><p>— Ты куда это собрался⁈ — изумленно воскликнула Люда, оторвавшись от накладных.</p><p>— Иду получать профилактических люлей от Степана, — хмыкнул я, закидывая сумку на плечо. — Пошли со мной? Нам как раз нужны красивые девушки с помпонами для моральной поддержки. Заодно поможешь моё тело обратно в кресло затащить, когда он закончит.</p><p>Люда только покрутила пальцем у виска и с улыбкой уткнулась обратно в свои бумаги.</p><p>В раздевалке я быстро скинул с себя пиджак, рубашку и брюки, натянул майку, треники и кроссовки. Вышел в зал… и замер у края ковра, не зная, что делать дальше.</p><p>Степан, заметив меня, одобрительно кивнул и махнул рукой:</p><p>— Иди сюда!</p><p>Я осторожно подошел, лавируя между парнями.</p><p>— Мне тоже кувыркаться? — с сомнением спросил я, кивнув на ребят, отрабатывающих страховку при падении.</p><p>— Нет, — Степан полез в свою сумку. — У меня для тебя сегодня особое упражнение.</p><p>Он достал толстые кожаные тренерские лапы и начал натягивать их на руки, а мне бросил пару потрепанных боксерских перчаток.</p><p>— Бегать от проблем ты уже более-менее научился. Пора начинать учиться драться.</p><p>Я натянул перчатки, Степан помог мне их зашнуровать.</p><p>— Значит так, — Степан поднял лапы на уровень моего лица. — Левой, правой. Бей.</p><p>Я послушно ударил. Сначала робко, потом сильнее. Степан терпеливо поправлял мою стойку, заставлял не заваливаться вперед и бить не только силой руки, но и вкладывать массу тела.</p><p>— Уличная драка, Олег, — это не спортивный ринг, — начал он рассказывать свою философию боя под ритмичные шлепки моих перчаток о кожу. — Здесь нет гонга, рефери и правил. Главное правило одно — если чувствуешь, что драка неизбежна, бей первым. Всегда.</p><p>— А если можно поговорить? — пыхтя, спросил я, неумело наваливая двойку.</p><p>— Если можно поговорить — говори. Но если понимаешь, что сейчас точно будут бить — бей первым. Так ты мгновенно перехватываешь инициативу. Тот, кто начинает защищаться, уже наполовину проиграл. И второе правило: бей точно. Не маши кулаками по воздуху, как ветряная мельница.</p><p>— Точно — это куда? — я на секунду опустил руки, переводя дыхание.</p><p>Ответ прилетел незамедлительно.</p><p>Степан коротко, почти без замаха, двинул мне правой лапой.</p><p>— Челюсть, — констатировал он, когда жесткая кожа неприятно впечаталась мне в подбородок. Удар был дозированным, зубы не выбил, но в голове звякнуло. — Выключает свет моментально. Потом — глаза.</p><p>Его левая лапа мелькнула перед самым моим лицом, заставив рефлекторно отшатнуться, поднять руки и зажмуриться.</p><p>И в эту же секунду, когда мой живот полностью открылся, правая «лапа» Степана вошла мне прямо в солнечное сплетение.</p><p>— Дыхалка, — невозмутимо закончил он.</p><p>Воздух разом вылетел из моих легких. Я охнул, согнулся пополам и повалился на мат, судорожно хватая ртом пустоту. Мир перед глазами потемнел.</p><p>Степан не стал мне помогать. Он неспешно снял лапы, бросил их рядом и сел.</p><p>— Мы здесь не кулаки тренируем, Олег, — негромко продолжил он, глядя, как я пытаюсь сделать хоть один полноценный вдох. — Кулак — это просто кусок мяса и костей. Мы характер тренируем. Стержень.</p><p>Я наконец-то смог вдохнуть, со свистом втянув воздух, и перевернулся на спину, раскинув руки в перчатках.</p><p>— И в жизни, и в делах всё работает абсолютно так же, — голос Степана звучал ровно, донося до меня суть сквозь стук крови в ушах. — Видишь, что конкуренты или бандиты сейчас нападут — бей первым, не жди. Нашел слабое место — бей точно, не трать ресурсы на пустую возню и махание руками. А если пропустил удар — терпи. Падай, но вставай и иди дальше. Понял?</p><p>— Понял, — прохрипел я, с трудом садясь на матах и держась за живот. — Философ… хренов.</p><p>— Отдышался? — спросил Степан, глядя, как я пытаюсь распрямить спину.</p><p>— Более или менее, — прохрипел я, всё ещё морщась.</p><p>— Ну тогда погнали дальше! — он легко поднялся с матов и снова натянул тренерские лапы.</p><p>— Ты меня убить решил, да? — я с трудом заставил себя оторваться от татами.</p><p>— Наоборот, — рассмеялся Степан. — Спасти.</p><p>— От чего⁈</p><p>— От слабака, который внутри каждого из нас живет, — жестко и без улыбки ответил он. — Вставай!</p><p>Следующие полчаса слились для меня в бесконечную, изматывающую карусель. Запах пота, скрип кроссовок, шлепки перчаток о кожу, резкие выдохи. Сначала я был просто грушей. Неуклюжей, медлительной, предсказуемой. Я раз за разом проваливался в пустоту, когда Степан убирал лапы из-под моих ударов, получал обидные, хлесткие тычки в бока и плечи, задыхался и мазал.</p><p>— Не маши руками! Ты не мельница! — рявкал Степан. — Держи челюсть! Защита! Ноги где? Почему стоишь как столб⁈</p><p>Казалось, я никогда не пойму эту науку.</p><p>Но где-то к концу этой адской потогонки, когда легкие горели огнем, а майку можно было выжимать, что-то вдруг изменилось. Мой мозг юриста, привыкший годами искать закономерности, просчитывать риски и читать оппонента на сложных переговорах, внезапно переключился на новую задачу.</p><p>Я перестал бездумно кидать кулаки вперед. Я началсмотреть .</p><p>И вдруг понял, что движения Степана — это не хаос. Это строгая, почти математическая система. У неё есть свой ритм, свой пульс. Я начал замечать детали, которые еще десять минут назад ускользали от моего затуманенного сознания.</p><p>Вот он чуть-чуть, на долю миллиметра, опустил правое плечо — значит, сейчас пойдет боковой слева. Вот перенес вес на опорную ногу — приготовился к уклону. Вот сузил глаза — сейчас будет проверять мою защиту.</p><p>Раз. Два. Уклон.</p><p>Я вдруг почувствовал этот ритм. Поймал его на каком-то подсознательном уровне, как ловят волну.</p><p>Степан сделал резкое движение, показывая ложную цель левой лапой, собираясь ударить правой. Я не стал защищаться. Вместо этого я скользнул в сторону, уходя с линии атаки еще до того, как он начал движение, и коротко, с разворотом корпуса, выбросил руку вперед. Я ударил не туда, где его лапа находилась секунду назад, а туда, где она неизбежно должна была оказаться через мгновение.</p><p>Шмяк!</p><p>Влажная перчатка плотно и гулко впечаталась точно в центр «мишени».</p><p>Степан от неожиданности даже крякнул и сделал полшага назад. В его глазах мелькнуло удивление, мгновенно сменившееся одобрением.</p><p>— О! Просыпаешься! — довольно оскалился он. — Давай-давай, развивай успех!</p><p>И мы продолжили. Теперь это больше напоминало жесткий, агрессивный танец. Я всё ещё пропускал тычки, всё ещё тяжело дышал, но я начал попадать. Я больше не гнался за его руками — я ждал их там, куда они шли.</p><p>Шмяк! Шмяк!</p><p>Двойка вошла ровно в цель. Пусть в этих ударах не было сокрушительной мощи профессионального бойца, пусть мне не хватало техники и резкости, но это были четкие, зрячие попадания. Мои кулаки находили цель не случайно, а закономерно. Я читал его, как он читал меня.</p><p>— Хорошо! Держи темп! — подбадривал Степан, принимая мои удары. — Еще! Точнее!</p><p>Когда он наконец опустил лапы и скомандовал отбой, я рухнул на маты прямо там, где стоял. Тело гудело от усталости, костяшки пальцев саднили даже сквозь перчатки, но внутри разливалось горячее, пьянящее чувство маленькой, но очень важной победы. Я смог договориться с собственным телом!</p><p>Когда мы вышли после душа в раздевалку, Степан наконец спросил:</p><p>— Ну и что у тебя была за просьба?</p><p>Я подошел к шкафчику, где висел мой костюм, порылся во внутреннем кармане пиджака и достал блокнот. Вырвав листок, я протянул его Степану.</p><p>— Вот, — сказал я, стараясь звучать как можно непринужденнее. — Хотел тебя попросить пробить эту машину.</p><p>Степан взял бумажку, бросил короткий взгляд на записанный номер и нахмурился:</p><p>— И что это за машина? Зачем ее пробивать?</p><p>Пришлось рассказывать. Я выложил ему в деталях историю о том, как к катиному «Мерседесу» приклеилась наглухо тонированная черная «Волга». Описал, как наш водитель даже положил ТТ на сиденье, как мы петляли по темным переулкам и как хвост в итоге отвалился на перекрестке.</p><p>Степан слушал, и его лицо с каждой секундой становилось все более жестким.</p><p>— И ты ходишь и молчишь? — спросил он, когда я закончил свой рассказ.</p><p>— Я не молчу… — попытался оправдаться я. — Я же тебе как раз сейчас и рассказываю!</p><p>— Так надо было рассказывать в тот же день! Сразу же! — рявкнул Степан, отбросив полотенце. — Это номер той самой «Волги»?</p><p>Он потряс листком у меня перед носом.</p><p>— Не совсем, — я вздохнул. — Номер той я не разглядел. У меня сегодня встреча была деловая, и мой визави приехал точно на такой же машине. Прямо один в один.</p><p>— Подробности нужны. Он сам за рулем был? Кто это вообще?</p><p>— Нет, за рулем был водитель. И это не он, а она.</p><p>Степан замер.</p><p>— Она? — переспросил он, и вдруг как-то странно, с резким подозрением посмотрел на меня. — Э-э-э… а она… точнее, ты с ней… ну…</p><p>— Степа! — возмутился я. — Вообще не туда тебя понесло! Это… короче, это супруга генерального директора «Тулачермет».</p><p>Степан побледнел.</p><p>— Только не говори мне, что у тебя с ней шуры-муры, и что ее муж что-то подозревает. Я тебе в таком случае не помощник, Олег. Тебя просто катком переедут, и всё!</p><p>— Не-не-не! — я отчаянно замахал руками, чувствуя, как у меня начинают гореть уши. — У нас наклевывается общий бизнес! Ну, как бизнес — просто я ей помогаю. Ну, не в том смысле, что лично ей, а вообще целой клинике…</p><p>Я осекся. И тут же со стороны понял, насколько путано и неубедительно звучат мои слова.</p><p>А лицо Степы тем временем вытягивалось всё сильнее и сильнее.</p><p>— У вас точно ничего не было? — с нажимом спросил он.</p><p>— Да блин! — взорвался я. — Говорю же — нет! Ничего! Только сугубо рабочие отношения! И я ее вообще сегодня первый раз в жизни видел! В кабинете главврача и… если тебе так интересно — полностью одетую!</p><p>Степан несколько секунд сверлил меня оценивающим взглядом. Затем шумно выдохнул, расслабил плечи и мгновенно перешел от заговорщицкого на свой привычный деловой тон.</p><p>— Хорошо. Номер пробью, потом тебе всё подробно расскажу.</p><p>— Заранее спасибо… — пробормотал я, закидывая влажное полотенце в спортивную сумку.</p><p>— Но давай договоримся на берегу, — произнес Степан, натягивая чистую футболку и поворачиваясь ко мне. — Ты должен… нет, не так. Ты просто обязан всегда рассказывать мне о любых странностях и неприятностях, которые с тобой происходят. Неважно, насколько мелкими они тебе кажутся. Тонированная машина за тобой едет, мужик какой-то подозрительный от подъезда сопровождает, да пусть даже кто-то тебе кучу под дверь наложил — я обо всем этом должен знать первым!</p><p>— Да зачем тебе это… — отмахнулся я.</p><p>— А затем, Олег, что ты нам всем очень дорог. И не потому, что ты такой милый и очаровательный парень, а потому, что на тебе сейчас весь наш холдинг держится. Случись с тобой что — и всё, что мы с таким трудом строим, рухнет как карточный домик.</p><p>— Могу гордиться собой, да? — процедил я, начиная откровенно психовать и с силой дергать молнию на сумке.</p><p>— Можешь, — кивнул Степан, проигнорировав мой сарказм. — С полным на то правом. Но, ради всего святого, держись от жен генеральных директоров как можно дальше!</p><p>— Обещаю, клянусь, — я примирительно поднял руки. — Ты же знаешь, у меня Катя есть.</p><p>— Вот пусть всё так и остается, — веско припечатал Степан, застегивая сумку.</p><p>Я внутренне дернулся. По большому счету, начальника службы безопасности моя личная жизнь вообще не должна была волновать ни под каким соусом. Но я сдержался, проглотил готовую сорваться с языка резкость и молча вышел из раздевалки.</p><p>Вернувшись в свой кабинет, я бросил спортивную сумку в угол и опустился в кресло. Странное дело, но, несмотря на ноющие с непривычки мышцы, я чувствовал мощный прилив сил. Тренировка выгнала из головы лишний стресс и отлично взбодрила.</p><p>Я пододвинул к себе переданную Алевтиной Андреевной папку, развязал тесемки и погрузился в изучение документов.</p><p>Бухгалтерия, накладные, счета, штатное расписание… Я просматривал листы бегло, по диагонали, прекрасно понимая, что для детального, въедливого анализа мне в любом случае понадобится помощь Инессы Павловны. На первый взгляд, ничего откровенно криминального в бумагах не находилось. Задумавшись над очередной сметой, я поднял голову и поймал на себе взгляд Люды. Она смотрела на меня со своего рабочего места как-то очень странно. Оценивающе и с явным прищуром.</p><p>— У меня что? — я машинально провел ладонью по голове. — Волосы взъерошены?</p><p>— Нет, — Люда чуть склонила голову набок, не отрывая от меня внимательного взгляда. — Выглядишь отлично. И галстук у тебя… интересный.</p><p>— А-а-а, — я рефлекторно коснулся плотного бордового шелка. — Это подарок.</p><p>— И заколка тоже классная, — протянула помощница.</p><p>В ее голосе явственно сквозило жгучее женское любопытство. Или… откровенное подозрение? Да что они сегодня, сговорились, что ли, все⁈ Один в раздевалке про жену директора допрашивает, вторая тут к деталям гардероба присматривается, выискивая подвох!</p><p>— Мне их в ателье подарили, — брякнул я и сам не понял, зачем соврал. — В качестве бонуса за заказ дорогого костюма.</p><p>— Ну да, ну да, — хмыкнула Люда со снисходительной интонацией.</p><p>Я уже набрал в грудь воздуха, чтобы ответить ей что-нибудь язвительное, как вдруг мой взгляд снова упал на открытую папку. Точнее, на один конкретный документ, случайно выглядывающий из-под пачки скучных накладных.</p><p>Слова застряли у меня в горле. Я медленно, стараясь не спугнуть удачу, вытащил тонкий лист бумаги из общей стопки и поднес его поближе к глазам, вчитываясь в сухие строчки.</p><p>— Ага… попался, дружок!</p></section><section><title><p>Глава 22</p></title><p>Глава 22</p><p>Люда тут же отвлеклась от разглядывания моего галстука.</p><p>— И что там? — в ее голосе прозвучал неподдельный охотничий азарт.</p><p>— Пока только зацепка, которую надо тщательно исследовать, — уклончиво ответил я, не отрывая взгляда от текста.</p><p>Бумажка, которую я держал в руках, называлась совершенно скучно и повседневно: «Акт осмотра оборудования». Но привлекла она мое внимание отнюдь не заголовком. В самом низу листа, в блоке подписей стояло: «Инвестиционный фонд „Аметист“, г. Москва».</p><p>И тут в голове щелкнуло. Какого, спрашивается, черта в провинциальной заводской клинике забыл инвестиционный фонд из столицы?</p><p>Я вчитался в документ повнимательнее. По сути, это была полнейшая опись всего самого ценного медицинского оборудования: точное наименование, заводской номер, год выпуска, текущее техническое состояние. Скучнейший хозяйственный документ, каких в любой бухгалтерии пылятся сотни. Эдакая глобальная инвентаризация техники. Но проведена она была сразу после новогодних праздников — то есть как раз накануне того момента, когда у больницы внезапно начались серьезные проблемы с финансированием от завода.</p><p>Еще раз пробежавшись глазами по строчкам, я пододвинул к себе телефонный аппарат и набрал номер клиники. Трубку сняли почти сразу.</p><p>— Слушаю, — раздался усталый голос Маргариты Сергеевны.</p><p>— Здравствуйте еще раз. Это Олег Маньков. Я тут с вашими документами знакомился, и возник один вопрос. У вас в январе инвентаризацию проводили…</p><p>— Да-а-а… — протянула главврач, явно силясь вспомнить события. — Что-то такое было. А! Вспомнила! Данил приводил…</p><p>— Данил — это кто?</p><p>— Данил Дмитриевич. Это как раз тот самый молодой зам генерального по экономике, который добивается того, чтобы нас от завода отделили.</p><p>— Интересно, — я сделал пометку в блокноте. — А под каким соусом он вообще к вам приперся?</p><p>— Ну, он сказал, что надо срочно провести инвентаризацию фондов. Причем наряду с комиссией от завода в ней будет участвовать какая-то фирма из Москвы… Как же это модное слово-то… А, аудиторская!</p><p>— Тот зам так прямо и сказал, что приезжие — это аудиторы?</p><p>Я почувствовал, что взял верный след. Зачем этот Данил откровенно врал врачам? Ведь акт подписывала не аудиторская контора, а инвестор.</p><p>— Да, там с ним всего один человек был… и звали его… нет, не могу вспомнить, — сокрушенно вздохнула Маргарита Сергеевна. — Представительный такой мужчина, в хорошем пальто. Сразу понятно, что высокого класса профессионал.</p><p>«Профессионал по отжиму чужого бизнеса, ага», — мрачно подумал я, но вслух произнес:</p><p>— Ну, если вдруг вспомните имя — сразу звоните.</p><p>Я продиктовал ей домашний номер телефона.</p><p>— Маргарита Сергеевна, меня сейчас интересуют все детали той проверки. Любая мелочь может оказаться важной.</p><p>— Да не было там никаких деталей, Олег. Походили по кабинетам, посмотрели технику, номера переписали. Составили акт и дали подписать нашему завхозу.</p><p>— Вот смотрите, — я зачитал строчку из акта: — В акте написано: «Комиссия в составе… действуя на основании договора о намерениях № 7/92 от 14.01.1992 года, произвела осмотр…». Вы случайно не знаете, что это за «договор о намерениях» и с кем он заключен?</p><p>— Да я этот акт и не читала даже! — призналась главврач. — Я же говорю: с ними ходил наш завхоз. Да и он толком не смотрел. Нам руководство завода поставило задачу: содействовать проверке и не мешать. Вот мы и не мешали.</p><p>— Все понял. Спасибо за уделенное время.</p><p>— До свидания, Олег. Вы не стесняйтесь, звоните в любое время, если что понадобится.</p><p>Я повесил трубку. Ох, как не нравился мне этот всплывший из ниоткуда «договор о намерениях». Я эти корпоративные намерения из своей прошлой жизни знал как облупленные: приехал какой-то столичный крутик, чтобы своими глазами оценить потенциал активов. И намерения у него были самые что ни на есть обычные — прибрать оснащенную по последнему слову техники клинику к рукам за бесценок. А зам генерального по экономике ему в этом активно содействует, искусственно банкротя больницу и подготавливая почву для сброса актива.</p><p>Но пока это были лишь мои догадки. К делу их не пришьешь, в суд с ними не пойдешь. Маргарита Сергеевна мне в решении этого юридического пазла помочь явно не могла. Однако я точно знал, как мне добыть недостающие кусочки.</p><p>Я достал из кармана визитку с золотым тиснением и уверенно набрал номер. Длинные гудки шли один за другим. Трубку не брали так долго, что я уже было потянулся к рычагу, решив, что не дозвонился.</p><p>— Алло, — раздалось в трубке.</p><p>— Здравствуйте, это…</p><p>— А я вас узнала, Олег, — перебила Алевтина.</p><p>— Да, это я… — я на секунду смутился, но тут же взял себя в руки. — Алевтина Андреевна, у меня для вас есть задание чрезвычайной важности.</p><p>На том конце провода повисла секундная пауза. А затем она ответила с откровенно смешливой интонацией:</p><p>— Да вы что? Жуть как люблю такие задания.</p><p>Я опять сбился с мысли. Харизмой эта женщина действительно могла танки давить!</p><p>Однако я тоже не лыком шит, поэтому быстро вернул разговор в деловое русло:</p><p>— В переданных вами документах я нашел один прелюбопытный факт. Между заводом и одной столичной конторой заключен некий договор о намерениях. И мне кажется, что именно эта московская контора хочет прибрать к рукам клинику. У Маргариты Сергеевны подробной информации нет, но вы можете аккуратно расспросить мужа…</p><p>— Зачем я буду отвлекать супруга по таким мелочам? — опять перебила меня Алевтина.</p><p>— Это совершенно не мелочи! — возмутился я. — Нам надо кровь из носу узнать суть этого договора…</p><p>— Диктуй номер и дату. Я у девчонок из юротдела спрошу.</p><p>Ага! Вот оно что! Оказывается, металлургический гигант «Тулачермет» был плотно пронизан неформальной шпионской сетью! Ай да Алевтина Андреевна — настоящий серый кардинал.</p><p>Я продиктовал ей номер и дату найденного документа.</p><p>— Хорошо. Как будет информация — я тебе перезвоню. Счастливо, — она повесила трубку, даже не дождавшись моего прощания. И мы, кажется, незаметно перешли на «ты».</p><p>— Да уж, с этой мадам нам точно скучно не будет, — пробормотал я, опуская трубку на рычаг.</p><p>— Это ты про кого сейчас? — тут же насторожилась Люда, отрывая взгляд от накладных.</p><p>— Долго объяснять, — я отмахнулся. — Но в целом — это наша новая любимая клиентка. Наверное.</p><p>В этот момент телефон на моем столе зазвонил. Я аж вздрогнул. Неужели Алевтина настолько быстро справилась⁈ У нее там что, тайная тропа к сейфу начальника заводского юротдела проложена?</p><p>Я торопливо схватил трубку:</p><p>— Алло?</p><p>Но вместо бархатного голоса Алевтины я услышал взволнованную скороговорку главврача:</p><p>— Олег! Я вспомнила, как зовут того представительного мужчину из Москвы! Который инвентаризацию проводил!</p><p>— Отлично, диктуйте, я записываю! — я пододвинул к себе блокнот и взял ручку.</p><p>— Рощин! — выпалила Маргарита Сергеевна. — Имени-отчества, к сожалению, не помню, но фамилия совершенно точно — Рощин!</p><p>— Спасибо, вы мне очень помогли, — я быстро записал фамилию.</p><p>— До свидания, Олег! — с облегчением выдохнула она и отключилась.</p><p>Я положил трубку на аппарат и впился взглядом в написанное слово.</p><p>Рощин.</p><p>Где-то я уже слышал эту фамилию. Причем совсем недавно, и контекст был какой-то неприятный, царапающий память.</p><p>— Люд, — я поднял голову и посмотрел на помощницу. — Никого с фамилией Рощин не помнишь? Не пробегал у нас такой в делах или разговорах?</p><p>Девушка наморщила лоб, на секунду задумалась, перебирая в уме наших знакомцев, а затем уверенно и отрицательно покачала головой.</p><p>— Ну точно же, был такой… — пробормотал я, лихорадочно роясь в памяти. — Точно был!</p><p>И тут меня внезапно осенило! Рудик!</p><p>Он же давал мне контакт очень влиятельного человека, который якобы мог по щелчку пальцев помочь с переводом мамы в элитную ведомственную клинику! Я тогда этой возможностью не воспользовался, решив вопрос своими силами, но контакт записал.</p><p>Я торопливо схватил свой блокнот и начал торопливо листать страницы.</p><p>Вот! Нашел!</p><p>В прошлый раз обошлось без звонка этому «решале». Но теперь… теперь мне было просто жизненно необходимо срочно выяснить, кто он вообще такой, этот загадочный Рощин, и какие у него реальные возможности и интересы.</p><p>Самым простым и логичным вариантом было набрать того же Рудика и в лоб разузнать у него, что это за птица. Однако я тут же откинул эту мысль.</p><p>Во-первых, каждый раз названивать авторитету с просьбами я не мог — он, в конце концов, не мой родной папочка и даже не двоюродный дядя. Во-вторых, и это было самым главным — существовала вероятность того, что Рудик, заподозрив неладное, мог сам стукнуть Рощину: «Слышь, Андрей Михайлович, тут есть такой резвый паренек Олежка Маньков, он тобой почему-то очень живо интересуется».</p><p>Этого допустить было никак нельзя. Спугнуть рейдера или, того хуже, привлечь его внимание к своей персоне раньше времени — равносильно провалу.</p><p>Пришлось снова идти к Степану — с очередным клочком бумаги и просьбой нарыть информацию.</p><p>Едва Степан увидел меня на пороге с очередным белым листком в руках, его лицо растянулось в широкой, понимающей улыбке.</p><p>— Опять жена директора? — усмехнулся он.</p><p>— Точно нет, — я подошел ближе к столу и протянул ему бумажку. — На этот раз мужик.</p><p>Степан взял листок. Прочел.</p><p>— Рощин… Рощин Андрей Михайлович, — медленно прочитал он. — Не знаю такого.</p><p>— А надо узнать, Степ. И как можно подробнее.</p><p>Я опустился на стул напротив и вкратце, без лишних эмоций, выложил ему расклад: инвентаризация швейцарского оборудования, подставные аудиторы, всплывший из небытия «Аметист» и московский инвестфонд, который явно готовится отжать клинику у завода за копейки.</p><p>Степан выслушал меня, не перебивая, только лицо его становилось всё более жестким.</p><p>— Ты лезешь в какое-то очень серьезное кубло, Олег, — мрачно констатировал он, когда я закончил. — И масштаб тут явно не местечковый. Смотри… я пробил номера той «Волги», на которой приезжала Алевтина.</p><p>— И на кого она записана?</p><p>— Машина официально числится за гаражом «Тулачермета» и закреплена за приёмной генерального директора. Это служебная машина, Алевтина просто ездит на мужниной, с заводским водителем. Пока всё логично и объяснимо.</p><p>Я мысленно выдохнул, но Степан тут же поднял палец, требуя внимания.</p><p>— Мои парни пообщались с мужиками из заводского гаража. У них таких черных «Волг» — три штуки. Точные копии, номера идут подряд, отличаются только последней цифрой. Так вот, одну из этих машин ровно месяц назад забрали из общего графика и вместе с водителем отдали под «московских гостей».</p><p>— Каких гостей?</p><p>— Гаражные не знают. Не их уровень допуска, — Степан пожал плечами. — Знают только одно: водителю этой «Волги» теперь щедро приплачивают наличными, и идут эти деньги явно не из заводской кассы.</p><p>Картинка в моей голове внезапно сделала кульбит. Получается за Катиным «Мерседесом» могла следить и Алевтина и «дорогие гости из Москвы». Проклятая двусмысленность сохранялась, и от этого становилось только тревожнее. Кто из них пас меня в тот вечер и с какой целью?</p><p>— Рощин… — Степан снова повторил фамилию вслух и нахмурился, барабаня пальцами по столешнице. — Дай мне пару дней, старик. Я потрясу свои ментовские каналы. И, Олег… пока сам никуда не суйся. Слышишь?</p><p>— Есть сидеть на попе ровно, — козырнул я и, прихватив пустую кружку из-под кофе, вышел из кабинета Степана.</p><p>Однако пустить дела на самотек, безропотно дожидаясь результатов от безопасника, я физически не мог. Шило в одном месте — профессиональная болезнь любого бизнесмена. Поднявшись на свой этаж, я сгреб со стола картонную папку с документами клиники и прямиком направился в бухгалтерию к Инессе Павловне.</p><p>Я решил изложить ей всю ситуацию с больницей без утайки. Попросил просмотреть бумаги своим наметанным глазом профессионального финансиста — вдруг она найдет среди сухих цифр что-нибудь такое, за что мой замыленный взгляд просто не зацепился. Тем более, Инесса Павловна сама не один десяток лет проработала на «Тулачермете» и местную заводскую финансовую кухню знала от и до, со всеми ее схемами и закидонами. Но, если честно, я понимал, что не факт, что она вообще что-то найдет. Отнес больше для проформы, чтобы очистить совесть и занять делом.</p><p>В бухгалтерии картина не изменилась. Инесса Павловна всё так же сидела рядом с внуком. У них, как я понял, шел интенсивный процесс обучения работе с таблицами.</p><p>Однако, внимательно выслушав мой вопрос, она преобразилась. Она поправила очки, строго посмотрела на Володю и скомандовала тоном, не терпящим возражений:</p><p>— Володя, ты пока свободен. Иди разомнись, можешь с ребятами в зале побегать. Вернешься ровно через час, продолжим с актами сверки.</p><p>Вовчик с явным облегчением отодвинулся от клавиатуры, потягиваясь до хруста в костях.</p><p>— Нет, я лучше пообедаю по-человечески, а то уже живот к позвоночнику прилип.</p><p>Я оставил документы на столе и вернулся к себе в кабинет, особо ни на что не надеясь. Все-таки Инесса Павловна обычный бухгалтер, а не профессиональный разведчик. Но не прошло и пятнадцати минут, как дверь открылась, и на пороге появилась Инесса Павловна. В руках она держала несколько листков из моей папки. Лицо у главбуха было донельзя серьезным.</p><p>— Олег, — она подошла к моему столу и положила листы передо мной. — Я бегло просмотрела баланс и сметы и обнаружила кое-что весьма интересное.</p><p>Я тут же подобрался.</p><p>— Слушаю вас внимательно.</p><p>— Смотрите. Сразу после того самого январского осмотра, про который вы мне говорили, кто-то в руководстве завода вдруг дал отмашку и заказал полное техническое обслуживание всего импортного оборудования в клинике. Вот акты выполненных работ.</p><p>Она ткнула пальцем в строчки.</p><p>— Приезжали специалисты из Москвы, меняли расходники, калибровали оптику, проверяли электронику. Работы выполнили в полном объеме, и завод их моментально, без единой задержки, оплатил по самому высшему тарифу.</p><p>— И что в этом такого? — не понял я. — Обычная профилактика.</p><p>— А то, Олег, — Инесса Павловна выразительно посмотрела на меня поверх очков, — что при этом все остальные, обычные текущие заявки клиники на медикаменты, шприцы и бинты экономический отдел начал жестко отклонять, ссылаясь на отсутствие средств. И именно с этого момента пошли систематические задержки по зарплатам врачам и медсестрам. Деньги на дорогущее обслуживание техники у них нашлись мгновенно, а на копеечную зеленку и зарплаты людям — нет.</p><p>Я откинулся на спинку кресла, чувствуя, как внутри разливается азарт охотника. Мозаика складывалась в идеальную картину.</p><p>— То есть, — медленно проговорил я, сводя факты воедино, — они целенаправленно, за государственный счет, приводили ценную технику в идеальное состояние, подготавливая ее для будущего частного владельца. При этом саму клинику намеренно топили в долгах, чтобы сбить ее оценочную стоимость и создать повод для скорейшего избавления от «убыточного актива».</p><p>— Именно так это и выглядит с точки зрения бухгалтерии, — кивнула Инесса Павловна. Она вдруг тяжело вздохнула и с искренней тревогой посмотрела на меня. — Олег… я многих врачей в этой клинике лично знаю. Это прекрасные, самоотверженные люди. Большая просьба… помогите им. Не дайте этим стервятникам угробить больницу.</p><p>Ее голос чуть дрогнул. Я и не подозревал, что эта монументальная женщина способна на такие глубокие эмоции.</p><p>— Инесса Павловна, я пока не знаю, с кем мы связались. Но мы этих стервятников на пушечный выстрел к больнице не подпустим.</p><p>Главбух благодарно кивнула и, оставив акты на моем столе, тихо вышла из кабинета.</p></section><section><title><p>Глава 23</p></title><p>Глава 23</p><p>Уже перед самым уходом с работы, когда я собирал со стола разрозненные листы в аккуратную стопку, тишину кабинета разорвал телефонный звонок.</p><p>Я машинально потянулся к трубке, бросив взгляд на часы. Почти конец рабочего дня.</p><p>— Алло?</p><p>— Нашли, — голос Алевтины Андреевны звучал по-деловому сухо, без намека на прежние игривые интонации. — Договор о намерениях с «Аметистом». Суть — передача всего имущественного комплекса клиники в доверительное управление сроком на двадцать пять лет. С закрепленным правом последующего выкупа оборудования по остаточной балансовой стоимости.</p><p>Я скрипнул зубами от откровенной наглости схемы. По остаточной стоимости — то есть буквально за сущие копейки. И это за то самое высокотехнологичное оборудование, которое завод буквально только что, не считаясь с затратами, привел в идеальный технический порядок за свой собственный счет! Клинику отжимали умные и наглые типы!</p><p>— И кто же со стороны завода подмахнул эту прелесть? — мрачно спросил я. — Конечно, молодой гений Данил?</p><p>На том конце провода повисла пауза.</p><p>— Нет, Олег, — наконец ответила Алевтина, и ее голос стал похож на звенящий лед. — Договор подписал Егор. Мой муж.</p><p>Я замер, переваривая информацию. Ситуация из неприятной мгновенно переросла в критическую. Одно дело — воевать с зарвавшимся заместителем, и совсем другое — ломать схемы первого лица градообразующего предприятия.</p><p>— Алевтина Андреевна, — я тщательно подбирал слова, стараясь говорить как можно более мягко, но при этом четко обозначая риски. — Чисто для понимания ситуации. Если мы сейчас, как и планировали, начнем выводить клинику из-под завода под вас… у вас с супругом могут возникнуть, скажем так, непреодолимые семейные разногласия. Вы готовы к открытой конфронтации?</p><p>— Это наименьшая проблема, Олег, — без тени сомнения отрезала она. Никакой паники, никаких бабских истерик. — Готовьте полный пакет документов для общего собрания коллектива. Что там по закону надо? Решили, проголосовали, оформили?</p><p>— Да. Нужен протокол голосования и итоговое решение об образовании нового предприятия на базе коллектива.</p><p>— Отлично, — продолжила она нарезать задачи. — Ну и сам проект договора долгосрочной аренды сразу готовьте. Между новой клиникой и «Тулачерметом».</p><p>«Ого! — мысленно присвистнул я. — А мадам-то позиций сдавать совершенно не собирается! Прет напролом, несмотря на перспективу открытой войны с могущественным мужем».</p><p>— Хорошо, — согласился я. — Сделаем.</p><p>— Мне можно с черновиками документов заранее ознакомиться? — спросила Алевтина.</p><p>— Да в этом, собственно, нет никакой острой необходимости… — начал было я, планируя не тратить время на согласования.</p><p>— А я думаю, что есть, — перебила она. — Я беру на себя личную ответственность за судьбу этой больницы и за работающих там людей. Поэтому, Олег — как и когда я могу получить копии для изучения?</p><p>«Блин! Ну вот какого хрена я во всё это лезу⁈ — взвыл я про себя. — Денег мне за спасение этой клиники никто не заплатит, это чисто благотворительная акция, а плешь проедают, как наемному адвокату, уже сейчас! Да еще и фиг его знает, кем этот московский Рощин в итоге окажется. Вполне возможно, что он рыба покрупнее и позубастее Евгения Владимировича, и способен подвезти мне проблем вагон и маленькую тележку».</p><p>Но совесть — это совершенно нелепое, неуместное в бизнесе и рудиментарное чувство — не позволяла мне просто сдать назад и бросить Маргариту Сергеевну на съедение рейдерам.</p><p>— Был бы у вас факс… — с сожалением вздохнул я.</p><p>— У меня он есть, — невозмутимо парировала Алевтина. — Аппарат на этом номере.</p><p>Я чуть со стула не упал. Ни фига себе! Факс в домашнем использовании в девяносто втором году — это по уровню крутизны и достатка было почти как личная вертолетная площадка на заднем дворе!</p><p>— Отлично, — я быстро справился с удивлением. — Я вам их обязательно вышлю на этот номер, как только всё будет готово.</p><p>Я положил трубку на рычаг, тяжело выдохнул, прогоняя из головы мысли о грядущей войне, и перевел взгляд на Люду. Девушка тем временем уже активно собиралась домой, убирая со стола бумаги и канцелярские принадлежности.</p><p>— Люд, у тебя на вечер какие планы? — спросил я.</p><p>В голове уже крутилась мысль, что надо бы заехать проведать сестер, посмотреть, как они там и не нужно ли чего. У Кати сегодня по расписанию был бассейн, так что вечер у меня выдался на редкость свободный.</p><p>— Да никаких особых. Домой собиралась, — буднично отозвалась Люда. Однако бегунок молнии на ее сумочке замер на полпути. Она перестала застегивать сумку и выжидательно посмотрела на меня, явно понимая, что за вопросом последует предложение.</p><p>— Я собираюсь заехать проведать сестер, — сказал я, поднимаясь из-за стола. — Поехали за компанию? Купим к чаю чего-нибудь вкусного. Посидим по-домашнему, заодно хоть немного отвлечемся от дел.</p><p>Она чуть склонила голову набок, лукаво прищурилась и уточнила:</p><p>— А сестры вообще знают, что ты к ним сегодня с проверкой заявишься?</p><p>— Это почему сразу с проверкой? — я слегка опешил от такой постановки вопроса. Вроде бы искренне в гости собрался, с тортиком.</p><p>— Да ты на свое лицо посмотри, — фыркнула она, — С таким только на судебные заседания ходят!</p><p>Эта меткая подколка мигом вернула в наш разговор привычную непринужденную легкость. Я невольно рассмеялся, чувствуя, как отпускает напряжение тяжелого дня.</p><p>— Обещаю лицо юриста оставить в кабинете. Ну так что, едем?</p><p>Поймав мотор, мы велели водителю по пути притормозить у «Лакомки» — самой популярной кондитерской в городе. В девяносто втором это было культовое место, настоящий островок сладкого изобилия, где еще строго блюли советские ГОСТы, но уже начали внедрять смелые коммерческие новинки.</p><p>Внутри одуряюще пахло ванилином, свежим бисквитом и шоколадной глазурью. Очередь к нашему счастью оказалась небольшой, и мы быстро пробрались к сверкающей стеклянной витрине.</p><p>— Девушка, нам, пожалуйста, десяток заварных эклеров, — уверенно скомандовал я, скользя взглядом по полкам. — И вон ту «Сказку» с кремовыми грибочками. Бессмертная классика.</p><p>— Какую еще «Сказку», Олег? — Люда возмущенно дернула меня за рукав пиджака, чуть не сбив весь мой деловой настрой. — Ты откуда сейчас вынырнул, из восемьдесят пятого года?</p><p>— А что не так со «Сказкой»? — искренне не понял я, глядя на привычное «сладкое полено» с масляными цветами. — Вкусно же.</p><p>— Да это скука смертная и вчерашний день! — отрезала она и выразительно ткнула наманикюренным пальцем в самый центр витрины. — Вон, смотри! Вот что надо брать. Ты что? Это же сейчас самый писк!</p><p>Я присмотрелся к объекту ее вожделения. На хрупкой пластиковой подложке гордо возвышался торт, совершенно не похожий на привычные тяжелые советские десерты. Сверху он был залит толстым слоем дрожащего, прозрачного желе, под которым, как диковинные рыбы в аквариуме, застыли яркие ломтики настоящего зеленого киви, кружочки консервированных ананасов и сочные дольки персиков. В наших широтах такая глянцевая экзотика выглядела как инопланетный артефакт. На ценнике шариковой ручкой было гордо выведено: торт «Тропиканка».</p><p>— «Тропиканка»? — скептически хмыкнул я.</p><p>В двадцать шестом году я этих «тропиканок» наелся досыта. И дико скучал по «Сказке». Жирненькой, вредненькой, но невероятно вкусной. Ее еще поди с натуральных продуктов сейчас делали.</p><p>— Именно! — глаза Люды загорелись. — За ним весь город гоняется. Его кооператоры только-только делать начали по импортному рецепту. Привозят по пять штук в день, и их сметают за полчаса! Сестры твои в обморок от восторга упадут, я тебе гарантирую! Девушка, эклеры оставляем, а торт нам дайте вот этот, с киви!</p><p>Продавщица в накрахмаленном чепчике уважительно кивнула и бережно, как величайшую драгоценность, принялась упаковывать наше желеобразное сокровище в картонную коробку, ловко перевязывая ее шпагатом. А я смотрел на «Сказку» прощаясь, но обещая себе обязательно этот тортик купить и схомячить. В одно лицо. Без свидетелей.</p><p>— Ладно, писк так писк, — сдался я, доставая бумажник и расплачиваясь. — Тебе виднее. Главное, чтобы эта экзотика потом в животе у нас не запищала.</p><p>Люда только снисходительно закатила глаза, всем своим видом показывая, что с такими дремучими ретроградами спорить о высокой кухне бесполезно.</p><p>Мы решили нагрянуть сюрпризом. Без всякого предварительного звонка. Отчасти Люда была права — я всё-таки собирался проверить, как там сестрёнки живут одни, без меня и мамы. Ничего серьезного, просто плановая инспекция бдительного старшего брата. Никакого криминала я найти не ожидал, заехал исключительно для успокоения собственной совести.</p><p>Я провернул ключ в замке, и мы с Людой зашли в полутемную прихожую. Однако дома меня ждал неприятный сюрприз.</p><p>— Ты понимаешь, что я ради тебя всем пожертвовал⁈ — донесся из-за закрытой двери зала грозный, полный ярости и отчаяния мужской рык.</p><p>Следом раздался истеричный, почти с надрывом голос Маши:</p><p>— А я тебя просила⁈</p><p>Внутри у меня всё похолодело, а потом мгновенно вскипело. Я, даже не скидывая куртку, в три шага пересек прихожую. Судя по голосам и интонациям, перебранка там шла нешуточная. Нет, ладно бы где-то на лестничной клетке отношения выясняли, но у нас дома… Что вообще себе этот малолетний Ромео Стас позволяет⁈</p><p>Я с силой толкнул дверь и влетел в комнату, готовый рвать и метать. Картина, представшая моим глазам, заставила меня резко притормозить.</p><p>Стас стоял посреди зала в невероятно драматичной позе, сложив руки на груди. Напротив него стояла Маша, сжимая в кулаках потрепанные листки. А за столом в углу, низко склонившись под светом настольной лампы, Даша невозмутимо строчила что-то на швейной машинке.</p><p>Она первой заметила моё эффектное появление. Отвлеклась от шитья, подняла голову и радостно улыбнулась:</p><p>— О! Привет!</p><p>Я замер на пороге, не понимая, что происходит. Боевой запал улетучился, оставив после себя лишь недоуменное выражение лица.</p><p>— А… а у вас тут… что происходит?</p><p>— А, не обращай внимания, — Даша отмахнулась и поправила ткань. — Они тут уже полчаса расстаются.</p><p>— В смысле? — я окончательно потерял нить происходящего.</p><p>— Я помогаю Стасу роль выучить! — Маша потрясла смятыми листами, и глаза её счастливо блестели. — Представляешь, его в настоящий спектакль поставили! На главную роль!</p><p>Я с облегчением выдохнул, чувствуя, как расслабляются сведенные плечи.</p><p>— Стас, это правда?</p><p>Парень смущенно переступил с ноги на ногу, мгновенно растеряв весь свой театральный пафос:</p><p>— Да… вы… ты прости, пожалуйста, что мы у вас репетируем. У меня дома мелкие орут, не сосредоточиться вообще…</p><p>— Да ты что, старик! — я широко ухмыльнулся, проходя в комнату. — Места жалко, что ли? Всё лучше, чем по детским площадкам по вечерам сигареты смолить…</p><p>— Олег! — угрожающе протянула Маша, сурово сдвинув брови.</p><p>Поняв, что припомнил парню старые грехи и явно перегнул палку, я примирительно поднял руки вверх:</p><p>— Ладно-ладно, молчу. Кто старое помянет, тому глаз вон. А мы, между прочим, не с пустыми руками явились…</p><p>— Кто это — мы? — тут же навострила уши Даша.</p><p>В этот момент из-за двери выглянула Люда. В руках она бережно держала перевязанную шпагатом картонную коробку с тортом.</p><p>— Привет, девчонки!</p><p>Сестрёнки тут же расплылись в улыбках. Люду они обожали совершенно искренне и были ей безмерно благодарны. Ведь именно она нашла для них отличные курсы, сама договорилась, да еще и водила их туда, пока я занимался делами холдинга.</p><p>Они наперебой бросились с ней здороваться. Люда торжественно, как кубок победителя, продемонстрировала им коробку с тортом — мне нести этот хрупкий шедевр она категорически не доверила.</p><p>— Девочки, ставьте чайник! — скомандовала моя коллега-соседка.</p><p>Даша тут же сорвалась с места. Я стянул куртку и с усмешкой посмотрел на замерших посреди комнаты «актеров».</p><p>— А вы репетируйте, репетируйте, мы вам совершенно не мешаем. Страсть, слезы, расставание — продолжайте в том же духе. У вас очень… жизненно получается. Пусть я и не Станиславский, но я вашим разборкам поверил, едва услышал их с порога.</p><p>— Ну уж нет! — Маша решительно бросила сценарий на диван и схватила Стаса за рукав. — Знаю я вас! Вы сейчас всё самое вкусное слопаете!</p><p>Чай пили на кухне, впятером едва помещаясь за маленьким столом. «Тропиканку» Люда разрезала сама, торжественно, как элитный праздничный торт. И, надо признать, она с выбором не промахнулась. Девчонки ахали над каждым кусочком киви, будто им вручили по золотому слитку. Я тоже попробовал. Ничего. Даже вкусно. Но со «Сказкой» даже рядом не стоит!</p><p>Люда на этой тесной кухне смотрелась так, будто жила здесь всегда. Подкладывала Дашке добавку, обсуждала с Машей какую-то певицу из «Утренней почты», Стаса называла «наш народный артист», отчего тот краснел до ушей. Я сидел с кружкой чая у окна и ловил себя на мысли, что никогда не видел ее такой. Легкой. Смешливой. Домашней. Для меня Люда была хищницей. Ловкой, предприимчивой. В общем и целом даже опасной.</p><p>— Олег, ты же придешь на премьеру? — Маша повернулась ко мне. — В субботу! Стасу дают пригласительные!</p><p>— Куда я денусь, — улыбнулся я.</p><p>— И Катю обязательно бери! — тут же добавила Даша, облизывая ложку. — Она же у тебя такая красивая. Пусть все в театре обзавидуются. Актрисульки вообще от зависти позеленеют!</p><p>— Возьму.</p><p>Ответил машинально, не задумываясь. И только краем глаза заметил, как Люда, все так же улыбаясь, аккуратно поставила чашку на блюдце. Беззвучно. Слишком аккуратно.</p><p>— Люда, а вы? — встрепенулся Стас. — Приходите тоже! Я еще один пригласительный достану, мне режиссер не откажет.</p><p>— Спасибо, Стас. Но у меня в субботу дела. Давно запланированные.</p><p>— Люд, ну пожалуйста! — протянула Маша.</p><p>— Не могу, солнышко. В другой раз обязательно.</p><p>Мне почему-то показалось, что никаких дел у нее нет. Я открыл было рот, чтобы поддержать Машу, но передумал. В конце концов, человек имеет право провести выходной по собственному усмотрению.</p><p>— Стас, ты главное на поклонах не зазнавайся, — сказал я. — Мы свистеть-то умеем.</p><p>— Олег! — возмутилась Маша, а Стас засмеялся.</p><p>Разговор снова оживился. Даша попросила передать торт, Маша принялась объяснять мне правила поведения в театре. Я слушал и кивал с самым серьезным видом.</p><p>Минут через десять Люда посмотрела на часы.</p><p>— Девчонки, мне пора. Завтра вставать рано.</p><p>— Тебе ж только на этаж спуститься! — запротестовала Даша.</p><p>— Вот именно. Но если я съем еще кусочек, я и этот этаж не осилю.</p><p>Она чмокнула Дашку в макушку и повернулась к Стасу:</p><p>— Учи роль, народный артист. Не подведи.</p><p>Я тоже поднялся: пора было ехать к себе. Мы вышли на площадку вместе. Дверь закрылась, отрезав веселый гомон сестер, и в подъезде сразу стало тихо и зябко. Тускло горела лампочка, пахло котиками и пережаренными котлетами.</p><p>Люда спускалась впереди, держась за перила. Я шел следом. Хотелось что-то сказать, пошутить, как обычно. Спросить про субботу. Но возвращаться к разговору, который она так явно закончила, было бы глупо.</p><p>У своей двери Люда достала ключи, потом обернулась ко мне. Как-то грустно улыбнулась.</p><p>— Стой. У тебя заколка съехала.</p><p>Она шагнула ко мне и поправила на галстуке серебряную заколку. Я послушно замер, чуть приподняв подбородок. Ее пальцы разгладили шелк и задержались на секунду у меня на груди.</p><p>— Вот. Теперь правильно.</p><p>Она стояла так близко, что я чувствовал запах ее духов. Подняла на меня глаза. Я хотел поблагодарить, но почему-то слова застряли в горле.</p><p>Этажом ниже бубнил телевизор. За стеной коротко зашумела вода.</p><p>— Спокойной ночи, Олежка.</p><p>— Спокойной ночи.</p><p>Ключ провернулся в замке. Люда скользнула в квартиру и мягко закрыла дверь.</p><p>Я машинально коснулся заколки. Подарок Кати. Поправленный Людой.</p><p>Надо было идти. Вместо этого я все смотрел на закрытую дверь, думая, что она снова откроется. Я не стал этого ждать, засунул руки в карманы и быстро пошел вниз.</p></section><section><title><p>Глава 24</p></title><p>Глава 24</p><p>Утро началось с мерного постукивания по клавиатуре. Я сидел за монитором и, тихо чертыхаясь сквозь зубы, набивал проекты документов для судьбоносного собрания клиники: протокол общего собрания трудового коллектива, решение о создании арендного предприятия и, самое главное, проект долгосрочного договора аренды с «Тулачерметом».</p><p>Я печатал довольно быстро, опыт у меня в наборе документов был колоссальный. Но дело все равно шло медленно. В прошлой жизни я бы просто открыл базу типовых договоров, скачал нужный шаблон, вбил реквизиты и через пять минут отправил бы всё на печать. Сейчас же приходилось «рожать» каждую строчку с нуля, вспоминая формулировки из Гражданского кодекса девяностых.</p><p>За соседним столом сидела Люда. Подчеркнуто деловая, собранная и молчаливая. Она перебирала бумаги, что-то писала, но за всё утро не произнесла ни слова. Говорила она ровно, сухо, вежливо и исключительно по работе, даже не поднимая на меня глаз.</p><p>Я пару раз попытался разрядить обстановку, отпустил дежурную шутку про свой сломанный палец и непослушную клавиатуру, но шутка повисла в воздухе. Люда даже не улыбнулась. Я прекрасно понимал, откуда ветер дует. Вчера на лестнице, после того как я проводил ее домой, между нами повисло неловкое напряжение, которое я так и не разрядил. И теперь эта неприятная тишина в кабинете давила на психику тяжелее любого, самого бурного скандала с битьем посуды.</p><p>Наконец, принтер выплюнул последний лист. Я собрал теплые страницы в стопку. Документы были готовы, и их нужно было срочно отправить на согласование Алевтине. Своего факса у меня в кабинете, увы, не было. Единственный аппарат во всем холдинге стоял в вотчине Сереги и Аленки — в «Принт-Сервисе».</p><p>Прихватив бумаги, я вышел из кабинета и спустился вниз по лестнице.</p><p>Я впервые оказался в «Принт-Сервисе», после того, как типография официально переехала на новые площади, и масштаб развернутого здесь производства меня впечатлил. В большом, свежеотремонтированном помещении стоял ровный, деловой гул. Грохотал, выплевывая листы, чешский «Ромайор», утробно гудел мощный копир, за тремя компьютерами сосредоточенно сидели новые сотрудники — наборщики и дизайнеры. В углу, с отверткой в зубах, что-то настраивал в системном блоке сбежавший от бдительного ока бабушки Вовчик. Серега, измазанный типографской краской, метался между оборудованием, а Аленка, зажав трубку телефона между плечом и ухом, что-то быстро строчила в журнал, принимая заказы.</p><p>— Ничего себе! — я огляделся, присвистнув. — Как вы тут с таким размахом устроились⁈ Настоящая фабрика!</p><p>Аленка положила трубку и с легким укором посмотрела на меня:</p><p>— А ты бы, Олег Борисович, почаще к нам в гости заходил. А то являешься, только когда тебе что-то срочно надо.</p><p>— Справедливо, — признал я, чувствуя укол совести. — Каюсь, виноват. Исправлюсь. Слушай, мне факс нужен.</p><p>Аленка махнула рукой в сторону тумбочки, на которой стоял аппарат. Я подошел к нему и набрал домашний номер Алевтины.</p><p>— Алло, Алевтина Андреевна? Это Олег. Документы готовы. Дайте старт, пожалуйста.</p><p>Услышав характерный писк факса, я вставил листы в приемник. Пока бумага медленно ползла в нутро аппарата, сканируя текст, мой взгляд упал на яркие рекламные листовки, сложенные стопкой на столе Аленки.</p><p>И тут в голове родилась идея. Простая и гениальная.</p><p>— Алло, Алевтина Андреевна, вы еще на линии? — спросил я, когда факс выплюнул последний лист. — У меня тут мысль появилась. А что, если нам до собрания раздать всему коллективу клиники небольшие цветные буклеты? Коротко, емко, простым человеческим языком объяснить людям, что такое аренда предприятия и что конкретно она даст каждому врачу и медсестре. Без сложных юридических терминов. Главный посыл на обложке: «Мы теперь сами себе хозяева!». Как вам?</p><p>— А мне нравится, — после секундной паузы одобрила Алевтина. — Это снимет напряжение и ответит на половину вопросов до того, как они их зададут. Сделаете? Я расходы оплачу.</p><p>— Сделаем. Счет и накладную предоставлю.</p><p>Я положил трубку и повернулся к Аленке.</p><p>— Так, у меня есть заказ! Жирный! — я потер руки, подходя к столу, за которым сидела девушка.</p><p>Девушка подняла на меня замученный взгляд и демонстративно вздохнула.</p><p>— Олег, у нас завал. Визитки, бланки для завода, меню для двух ресторанов… «Ромайор» не остывает!</p><p>— Да ладно, — я подмигнул. — Для меня-то сделаете небольшое исключение? Надо кровь из носу, очень быстро. Штук триста буклетов.</p><p>— Каких?</p><p>Я взял с ее стола буклетик и помахал им.</p><p>— Да можно вот прям таких.</p><p>— Ага, два фальца. Полноцвет. — застрочила Аленка непонятными для меня терминами, — Текст ты сам напишешь?</p><p>— Ну да.</p><p>Девушка задумчиво постучала ручкой по губам.</p><p>— Ладно. Сделаем. Но тогда, Олег Борисович, скидку даже не проси. Наценка за срочность — тридцать процентов.</p><p>— Чего⁈ — возмутился я, округлив глаза. — Какая еще наценка? Аленка, побойся бога! Корпоративная скидка совладельцу — это же святое дело!</p><p>— Бизнес есть бизнес, — невозмутимо парировала Аленка, записывая мой заказ в журнал. — Ничего личного. У нас график сверстан. Из-за твоей «святой» срочности мне придется Серегу в ночь оставлять и Вовчика после работы задерживать. А им платить надо. Так что счет я прямо сегодня Инессе Павловне наверх передам. Оплата строго по безналу, по всем правилам, счет выставлю на «РеалLex»</p><p>Я мысленно поаплодировал. Мои же собственные правила финансовой дисциплины только что вернулись ко мне идеальным бумерангом.</p><p>— Ладно, акула капитализма, — рассмеялся я. — Сдаюсь. Выписывай свой счет с наценкой. Текст кому скидывать?</p><p>— Володя! — звонко крикнула Аленка, перекрывая шум оборудования. — Бросай железо, у нас срочный корпоративный заказ от большого начальства!</p><p>Вовчик повернулся, вытащил отвертку изо рта и обреченно вздохнул:</p><p>— Опять надо сделать еще вчера?</p><p>— Позавчера, Володя, позавчера, — обрадовал я парня.</p><p>— Володя, оплатим по двойному тарифу из фонда срочных заказов, — великодушно добавила Аленка, сжалившись над верстальщиком.</p><p>Володя тут же радостно потер руки, и вся его обреченность куда-то мгновенно улетучилась:</p><p>— А-а-а… ну тогда хорошо! Сделаем в лучшем виде, шеф!</p><p>Я оставил кипящий работой подвал и вернулся к себе в кабинет в весьма приподнятом настроении. Вроде как день задался прямо с утра. Договоры написаны, идея листовками для коллектива вообще вышла бомбической — теперь наша затея с отторжением клиники от завода просто была обречена на успех!</p><p>Однако в кабинете Люда оказалась не одна. На стуле для посетителей, придвинутом к ее столу, сидел какой-то пожилой мужчина интеллигентного вида.</p><p>Услышав шаги, он обернулся и пригляделся ко мне. Я, остановившись на пороге, присмотрелся к нему. Он снова прищурился, явно пытаясь вспомнить, где мы могли видеться. Но я узнал его первым. Это же был тот самый главный конструктор с легендарного ЦКИБа, который приходил к нам в гости в баню по приглашению Зимова!</p><p>— Филипп Васильевич? — я широко улыбнулся, подходя ближе. — Здравствуйте!</p><p>Тот посмотрел на меня с вежливым недоумением. Не узнает.</p><p>— Простите, мы знакомы? — тактично поинтересовался он, поднимаясь со стула.</p><p>— Да, — я хитро прищурился. — Только вы представьте меня в белой простыне, с дубовым веником в руке. Ну?</p><p>Филипп Васильевич на секунду замер, потом его лицо озарилось догадкой, и он широко, искренне улыбнулся:</p><p>— А-а-а! Олег! Баня! Добрый день, рад вас видеть!</p><p>— Добрый-добрый, — я пожал его сухую ладонь и прошел к своему столу. — Решились-таки к нам на работу выйти?</p><p>Филипп Васильевич после того, как его Зимов официально на работу позвал, все до нее никак «дойти» не мог. Генерал уже сокрушался, мол, потеряли ценного кадра, переманил кто-то.</p><p>— Да вот, понимаете, Олег… из ЦКИБа меня «ушли». Сократили должность, оптимизировали. И как-то разом руки опустились. Юрий Иванович тогда сразу позвонил, позвал к вам… но настроя вообще не было. Пустота какая-то внутри образовалась. Да и жена дома говорит: «Что ты так расстраиваешься, Филя? Ты всю жизнь горбатился, ночами не спал, света белого не видел. Чего убиваешься? Всё, считай, заслуженная пенсия пришла». Ну и потащила меня на эту самую пенсию. На дачу. Сейчас же как раз самая пора там убраться, участок в порядок привести, грядки подготовить…</p><p>— Ну, это какая же пенсия? — рассмеялась Люда, откладывая ручку. — На даче пахать надо еще больше, чем на заводе! Там же от зари до зари кверху воронкой стоишь, спину не разогнуть.</p><p>— Нет-нет, вы что! — оживился Филипп Васильевич, протестующе взмахнув рукой. — На даче как раз очень хорошо отдыхается! Голова светлеет. Свежий воздух, солнце, зелень… И знаете что? Я там вдруг… помолодел!</p><p>Он посмотрел на нас так, будто сам только что сделал невероятное открытие.</p><p>— Нет, серьезно! Неделю с лопатой походил, листья пожег — и силы вернулись, и желание работать снова проснулось. Не могу я без дела сидеть, на грядках этих. И вот я здесь! Готов к труду и обороне.</p><p>— Это отличная новость, — тепло улыбнулась Люда. — Ваш кабинет уже готовят, скоро можно будет заезжать и обживаться. А пока вы ждете Юрия Ивановича, я готова передать вам документы по нашему ассортименту для первого ознакомления. Оружие мы завозим импортное, так что вам, как специалисту, должно быть интересно.</p><p>— Импортное? — Филипп Васильевич заметно оживился, плечи его расправились, а в глазах блеснул профессиональный азарт. — А ну-ка, покажите, что вы там везете.</p><p>Люда протянула ему папку с нашими прайс-листами и спецификациями. Старик степенно достал из нагрудного кармана пиджака потертый футляр, извлек оттуда очки, водрузил их на нос и с жадным, почти мальчишеским интересом погрузился в чтение таблиц с характеристиками зарубежных стволов.</p><p>Тут дверь кабинета снова открылась, и на пороге появился Степан. Окинув привычным, цепким взглядом присутствующих, он вежливо поздоровался с Людой, кивнул Филиппу Васильевичу и целенаправленно направился к моему столу.</p><p>Подойдя вплотную, он наклонился и почти неслышно, так, чтобы разобрать слова мог только я, произнес:</p><p>— Я пробил того человечка.</p><p>— Степа, ты просто герой! — так же тихо, но с искренним воодушевлением ответил я. — И что разузнал?</p><p>Степан помрачнел, опираясь костяшками пальцев о мою столешницу.</p><p>— Местные знакомые по Рощину вообще ничего не знают. В Туле он не светился.</p><p>— Темная лошадка?</p><p>— Хуже, — Степан покачал головой. — Есть у меня один старый, очень надежный контакт в Москве. В Конторе. С утра я с ним созвонился. Так вот, он, едва услышав эту фамилию, напрягся и прямым текстом мне сказал: «Степан, не лезь к Рощину. И другу своему, который им интересуется, передай, чтобы не связывался с ним ни при каких обстоятельствах».</p><p>Я нервно усмехнулся, чувствуя, как по спине пробежал колючий холодок.</p><p>— Немного запоздалый совет, Степ. Я уже влез. По самые помидоры, если не глубже.</p><p>Но Степану явно было не до шуток. Его лицо оставалось каменным.</p><p>— Сдай назад, Олег. Вот прямо сейчас бери и всё бросай. Понимаешь… когда люди из Конторы боятся даже рассказывать хоть какие-то подробности, это значит только одно. Этот твой Рощин летает где-то очень высоко. Сильно над ними. На таком уровне, где нас с тобой просто сотрут в порошок, не разбираясь.</p><p>Я впал в ступор, совершенно не зная, что ему ответить. Воздух в кабинете вдруг показался невыносимо тягучим, горло перехватил спазм. В паре метров от нас Филипп Васильевич увлеченно шелестел оружейными прайсами, что-то восхищенно бормоча себе под нос, Люда скрипела ручкой, а в моей голове билась тревожная сирена.</p><p>Голос разума буквально кричал: Степан абсолютно прав. Надо немедленно сворачивать удочки, звонить Алевтине, придумывать любые отговорки и выходить из этой самоубийственной игры, пока мне не оторвали голову московские тяжеловесы. Я могу прямо сейчас всё бросить.</p><p>Но мама… Мама же прямо сейчас лежит в палате этой самой клиники. И, по прогнозам врачей, пробудет там на реабилитации еще минимум три недели. Как я после этого буду смотреть в глаза Маргарите Сергеевне? Врачам, которые буквально вытаскивают маму и которые искренне поверили, что я смогу защитить их от рейдеров? Как я потом, в конце концов, буду смотреть в зеркало на самого себя?</p><p>Я сидел, молча глядя на Степана, и с ужасом понимал, что капкан захлопнулся. Сдать назад я уже просто не мог.</p><p>Мы со Степаном молча смотрели друг на друга, осознавая всю глубину ямы, в которую я так неосмотрительно прыгнул. Тишина в кабинете стала почти осязаемой. И вдруг раздалось деликатное, очень интеллигентное покашливание.</p><p>Мы синхронно повернули головы. Филипп Васильевич аккуратно снял свои роговые очки, бережно убрал их в потертый футляр.</p><p>— Простите великодушно… — начал он, виновато опустив глаза. — Я ни в коем случае не имел намерения… Совершенно случайно вышло… Понимаете, слух у меня сугубо профессиональный. Сорок лет на испытательном полигоне, привык по малейшему звуку затвора скрытый брак определять. А вы так… выразительно шептали…</p><p>— Филипп Васильевич, — нетерпеливо перебил его Степан, которому явно было не до политесов. — Давайте ближе к делу.</p><p>Но старик, воспитанный в строгих традициях другой эпохи, все никак не мог закончить каяться:</p><p>— Нет-нет, вы поймите, подслушивать чужие разговоры совершенно недопустимо! Меня иначе воспитывали. Мама в детстве за такое сразу ставила в угол на горох, и я усвоил урок на всю жизнь…</p><p>— Филипп Васильевич! — взмолился я. — Мы вас прощаем! Заранее! На десять лет вперед!</p><p>Старик благодарно кивнул, поправил галстук и тут же, по привычке увлеченного рассказчика, свернул куда-то в сторону:</p><p>— Ох, спасибо. А вот у нас в ЦКИБе, помню, в семьдесят восьмом году был очень похожий случай. Один молодой инженер тоже совершенно случайно услышал в курилке…</p><p>— Филипп Васильевич!! — скрипнул зубами Степан, теряя последние остатки терпения.</p><p>Я скосил глаза и увидел, как Люда буквально прячет лицо в накладные, чтобы не рассмеяться в голос. Ее плечи мелко тряслись.</p><p>Старик наконец глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Вся его суетливость мигом исчезла, уступив место выправке опытного руководителя.</p><p>— Я знаю Рощина.</p><p>Шутки кончились. Смешок Люды оборвался.</p><p>— Рощин появился у нас в ЦКИБе этой зимой, — негромко, но очень четко начал рассказывать Филипп Васильевич. — Приехал с какими-то весомыми бумагами и полномочиями, чуть ли не из правительства. И с тех пор там всё и завертелось. Начались странные перестановки, бесконечные реорганизации, слияния отделов. Неугодных, задающих лишние вопросы людей начали тихо, но методично убирать.</p><p>— Кто он такой вообще? — хмуро спросил Степан.</p><p>— Он из Москвы. И связи у него на самом-самом верху, — старик покачал головой. — Знаете… когда он задавал вопросы, наш директор — боевой генерал, между прочим — вставал из-за стола и отвечал стоя. Я такого «прогиба» у него за сорок лет работы ни разу не видел.</p><p>— А должность у него какая? Кем он официально числится? — спросил я, пытаясь нащупать хоть какую-то зацепку.</p><p>— А никто не знает. Он ни разу не назвал ни должность, ни ведомство. Знаете, какая у него визитка была? Совершенно странная. Белый плотный картон, а на нем только фамилия, инициалы и один-единственный номер. И больше ничего. Ни герба, ни названия конторы.</p><p>Я внутренне вздрогнул. У Алевтины Андреевны была точно такая же визитка — просто имя и номер. Никаких должностей. Стиль людей, которым не нужно никому ничего доказывать.</p><p>— И как вы с ним пересеклись? — подал голос Степан.</p><p>— Однажды Рощин пригласил меня на беседу. Один на один, — Филипп Васильевич сцепил пальцы в замок. — Был предельно вежлив, очень спокоен. Предложил чаю с бальзамом. И так же спокойно предложил мне подписать бумаги о передаче всего гражданского направления ЦКИБа — то есть всей нашей документации, патентов и перспективных разработок — в доверительное управление некоему инвестиционному фонду. Ради, как он выразился, «повышения коммерческой эффективности в условиях нового времени».</p><p>— А вы? — я уже примерно догадывался, чем дело закончилось.</p><p>— А я отказался, — ответил старик. — Сказал ему: «Это не моё, чтобы я этим распоряжался. Это государственное. В это вложены десятилетия труда сотен людей». Рощин спорить не стал. Только кивнул и улыбнулся. А ровно через неделю пришел официальный приказ о сокращении моей должности. Формально бумагу спустила областная администрация, в рамках какой-то там программы оптимизации фондов.</p><p>— Областная администрация? — я нахмурился. — А кто именно подписал этот приказ?</p><p>— Свиридов, — выплюнул Филипп Васильевич, и в его голосе проскользнула плохо скрываемая горечь.</p><p>У меня перехватило дыхание. Свиридов. Отец Кати.</p><p>Неужели отец моей девушки тоже как-то замазан в схемах этого московского рейдера? Или, что еще хуже, работает с ним в одной связке, обеспечивая административный ресурс на местном уровне? Пазл складывался в совершенно кошмарную картину, где я оказался обложен красными флажками со всех сторон.</p><p>Я с трудом сглотнул вставший в горле ком и, глядя прямо в глаза старику, задал последний вопрос, ответ на который уже знал заранее:</p><p>— Филипп Васильевич… Этот инвестиционный фонд, которому вы отказались передать разработки… Он, случайно, не «Аметистом» назывался?</p><p>Старик медленно, словно не веря своим ушам, поднял на меня глаза:</p><p>— Да. Именно «Аметист». А вы… откуда знаете?</p></section><section><title><p>Глава 25</p></title><p>Глава 25</p><p>Как только Люда, мягко взяв старика под локоток, увела Филиппа Васильевича знакомиться с его новым рабочим местом, я повернулся к Степану и, уже ничего не утаивая, выложил ему всю историю с заводской клиникой от начала и до конца. Рассказал про Маргариту Сергеевну, про договорнячки и про дерзкий план Алевтины Андреевны увести больницу из-под носа собственного мужа.</p><p>Пока Степан переваривал услышанное, я снял трубку и набрал домашний номер супруги генерального.</p><p>— Алло, Олег? — Алевтина ответила сразу же, и в ее голосе звенело удовлетворение. — Я посмотрела документы. Бумаги составлены просто идеально. Должна отметить, что ваша молодость не мешает вашему профессионализму. Я думаю, мы готовы — на следующей неделе собираем коллектив.</p><p>— Алевтина Андреевна, — перебил я, решив не тянуть кота за хвост. — Я тут по своим каналам пробил, кто хочет клинику к рукам прибрать. И я вас сейчас, наверное, сильно огорошу.</p><p>Скрывать информацию не было никакого смысла. По сути, кто я такой в этой большой игре? Начинающий бизнесмен Олежка Маньков, двадцати лет от роду. А тут из Москвы приехал какой-то тяжеловес с неограниченным административным ресурсом. Вставать у такого на пути — чистое самоубийство. Сотрут в порошок или просто сметут, как смели Филиппа Васильевича.</p><p>Я коротко пересказал ей историю про то, как лихо и безжалостно Рощин нагнул легендарный ЦКИБ, и упомянул, что в столице даже люди из серьезных структур боятся произносить его фамилию вслух.</p><p>На том конце провода повисла тишина. Я уже думал, что она спасовала, но ошибся.</p><p>— Понятно, — тоном, в котором не было ни капли страха, произнесла Алевтина. — Значит, играем по-крупному. У нас в Москве, Олег, тоже свои люди есть. И рычаги найдутся.</p><p>— Вы уверены?</p><p>— Я пошла эти связи поднимать, — сказала она и положила трубку.</p><p>Я перевел взгляд на Степана. Тот всё это время сидел молча, сцепив руки на груди, и внимательно слушал.</p><p>— Звони Свиридову, — коротко скомандовал он.</p><p>— Чего⁈</p><p>— Разрулит Алевтина ситуацию с Москвой или не разрулит — это одному богу сейчас известно, — пояснил безопасник. — А может получиться так, что ее саму, как жену генерального директора градообразующего предприятия, никто пальцем не тронет. Договорятся кулуарно. А вот все шишки в итоге посыплются на тебя. Звони тестю, Олег!</p><p>— Да он мне еще не тесть! — уперся я. — И что я ему вообще скажу? Спасите-помогите, меня злые московские дяди обижают?</p><p>— Нет, — Степан покачал головой. — Ты честно расскажешь ему всё как есть. Что твоя мама лежит в этой самой клинике. Что ты по доброте душевной пообещал врачам помочь с бумагами. Что реальное «шефство» над больницей берет жена директора «Тулачермета», а ты там никто, звать тебя никак. Просто ведешь юридическое сопровождение сделки как обычный юрист. Всё! Только так, заручившись поддержкой Свиридова, у тебя есть реальный шанс остаться в стороне от этих серьезных разборок.</p><p>— Степа, ты не понимаешь, у нас с Евгением Владимировичем отношения просто хуже некуда. Он меня на дух не переносит.</p><p>— Значит, самое время эти отношения налаживать, — Степан сменил тон на поучительный. — С будущим тестем тебе по-любому контакт выстраивать придется, если у тебя с его дочкой всё серьезно. Ведь серьезно же?</p><p>— Да… но… — я замялся.</p><p>Крыть было нечем. Да я и сам в глубине души прекрасно понимал, что наши затянувшиеся конфликты с отцом Кати пора было завершать. И тут вроде как подворачивался вполне легальный повод для разговора.</p><p>— У меня даже его рабочего номера нет, — вздохнул я, сдаваясь.</p><p>Степан молча пододвинул к себе телефонный аппарат, сделал пару коротких звонков, быстро черканул что-то на бумажке и протянул ее мне.</p><p>— Номер канцелярии областной администрации. Звони.</p><p>Я набрал номер. Трубку сняла секретарша. Я представился, и она, немного помявшись, продиктовала мне прямой номер кабинета замглавы. Ну, как прямой — набрав его, я снова попал на секретаря, но уже личного. Девушка сообщила, что Евгений Владимирович сейчас на месте, у себя в кабинете.</p><p>Я уже было открыл рот, чтобы попросить нас соединить, но в последний момент передумал. Разговор предстоял не телефонный.</p><p>— Будьте добры, запишите меня на личный прием, — сказал я, стараясь звучать солидно.</p><p>— Приемные дни граждан у Евгения Владимировича по вторникам с десяти до двенадцати, — сообщила секретарь. — А сегодня пятница.</p><p>— Девушка, передайте Евгению Владимировичу, что Олег Маньков добивается немедленной аудиенции, — произнес я. — Скажите, что я буду у вас ровно через полчаса. Вопрос не терпит отлагательств.</p><p>— Но… это против правил! Евгений Владимирович не…</p><p>Я повесил трубку, обрывая ее возмущения. Если Свиридов меня выгонит — значит, выгонит. Но попытаться я был обязан.</p><p>Степан понимающе усмехнулся и поднялся со стула.</p><p>— Подвезти?</p><p>— Если не сложно.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Степан припарковал машину недалеко от крыльца областной администрации. Я глянул на тяжелые, подавляющие своим величием дубовые двери здания, и, честно признаться, внутри у меня всё неприятно сжалось. Одно дело — воевать с заводскими замами или строить бизнес, и совсем другое — идти на разговор к человеку, который наделен реальной государственной властью, терпеть тебя не может и при этом является отцом твоей девушки.</p><p>Степан заглушил мотор, бросил на меня внимательный взгляд и, видимо, заметив, что я слегка «поплыл», решил дать пару «отеческих» наставлений на дорожку.</p><p>— Мандражируешь? — спросил он, поворачиваясь ко мне.</p><p>— Есть немного, — не стал отпираться я, поправляя галстук.</p><p>— Слушай сюда, — Степан положил руку на руль. — Разговор с человеком такого уровня — это тот же самый рукопашный бой. Вспомни, чему я тебя в спортзале учил.</p><p>— Чему именно?</p><p>— Базовым принципам, Олег! В кабинет зайдешь — назад не пяться, спину держи прямо. Заискивать не вздумай. Но при этом и не борзей с порога, на рожон не лезь — он там на своей территории, хозяин положения. Попытается задавить авторитетом или голос повысит — в глухую оборону не уходи. Если просто закроешься и будешь мычать, он тебя сожрет и не подавится.</p><p>— А что делать? — я внимательно ловил каждое его слово.</p><p>— Маневрировать, — усмехнулся бывший опер. — Держи дистанцию в разговоре, принимай его словесные удары вскользь. Отвечай спокойно. И главное — постоянно ищи слабые места в его позиции. Он тоже человек, у него тоже есть уязвимости. Как только он открылся, совершил ошибку — тут же бей аргументом. Понял логику?</p><p>— Слабые места… Это куда? Челюсть, глаз, дыхалка?</p><p>Степан на секунду завис, а потом запрокинул голову и раскатисто расхохотался. Он с силой хлопнул меня по плечу.</p><p>— Вот-вот! Именно так! Только бить будешь фактами и логикой, без рукоприкладства. Давай, иди и не робей. Я тебя здесь подожду.</p><p>— Езжай в офис, — сказал я, взявшись за ручку дверцы. — У тебя своих дел по горло, а я понятия не имею, на сколько здесь зависну. Если что — сам потом доберусь.</p><p>Степан спорить не стал, только коротко кивнул. Я вышел из машины, хлопнул дверью и решительно направился к дверям администрации. Внутри меня встретил классический интерьер советского госучреждения: высокие потолки, гулкое эхо шагов и красные ковровые дорожки. И, разумеется, пост охраны прямо на входе.</p><p>Путь мне предсказуемо преградил турникет и милиционер в форме.</p><p>— Гражданин, вы куда?</p><p>— К Свиридову Евгению Владимировичу, — я постарался, чтобы голос звучал максимально уверенно, словно я открывал эти двери каждый день. — Мне назначено.</p><p>— Паспорт давайте.</p><p>Я протянул документ. Дежурный раскрыл его, потом склонился над растрепанным журналом посетителей, водя пальцем по строчкам. Видимо, секретарша Свиридова, несмотря на свои возмущения по телефону, все-таки внесла мою фамилию в список на вход — сержант протянул мне разовый пропуск вместе с паспортом.</p><p>— На третий этаж. Как по лестнице подниметесь — сразу направо по коридору. Триста двенадцатый кабинет.</p><p>Я убрал паспорт во внутренний карман пиджака и, проходя через щелкнувший механизм турникета, кивнул:</p><p>— Спасибо.</p><p>Впереди была широкая лестница с красной ковровой дорожкой. Я сделал глубокий вдох, мысленно прокручивая в голове предстоящий разговор, и начал подниматься на третий этаж.</p><p>Секретарша в приемной Свиридова встретила меня полным бюрократического презрения взглядом, как очередного надоедливого просителя, явившегося без предварительной записи. Но стоило мне назвать свою фамилию, как ее лицо перекосило. Она торопливо, без лишних вопросов, исчезла за дверью кабинета шефа.</p><p>Вернулась она буквально за секунды.</p><p>— Проходите, — сухо сказала она, кивнув на дверь.</p><p>Я шагнул в просторный кабинет. Свиридов сидел за длинным Т-образным столом. Он не поднялся мне навстречу и даже не подумал протянуть руку для приветствия.</p><p>— Явился! Наглец! — вместо «здравствуйте» выдал он. — Дочь у тебя ночует, водитель мой ее по твоим личным делам возит, к моему портному через нее пролез… А теперь еще и ко мне на работу приперся! Везде без мыла лезешь! Ты вообще берега видишь, Маньков⁈</p><p>Я вспомнил наставления Степана: спину прямо, назад не пятиться, в глухую оборону не уходить.</p><p>— У меня очень важное дело, Евгений Владимирович, — выдерживая его взгляд, ответил я. — Телефону такое доверить нельзя.</p><p>Свиридов осекся. Он уловил мою серьезность, и его гневное раздражение мгновенно, как по щелчку выключателя, сменилось плохо скрываемой отцовской тревогой.</p><p>— С Катей что-то?</p><p>— С Катей всё хорошо, — успокоил я его. — Разговор у нас будет несколько… эммм… интереснее.</p><p>— Тогда садись, — он мотнул головой в сторону стула. Было видно, как он внутренне группируется, ожидая известий о внезапной беременности, тайной свадьбе или какой-нибудь другой совместной молодежной глупости.</p><p>Я опустился на стул и начал с того, что моя мама сейчас находится в заводской клинике «Тулачермета».</p><p>Свиридов понимающе кивнул, и его лицо неожиданно смягчилось.</p><p>— Катя говорила. С лекарствами помочь надо? Или врача хорошего найти?</p><p>Я мысленно поставил галочку: значит, Катя всё-таки рассказывает отцу обо мне и моих делах. И он, несмотря на всю свою неприязнь, готов был помочь сам, прямо сейчас, без всяких условий и торгов.</p><p>— Спасибо, Евгений Владимирович. Нет, всё необходимое есть. Всё еще интереснее.</p><p>Я включил режим «юриста» и ровным, лишенным эмоций тоном выложил ему всю картину. Рассказал про то, как клинику «Тулачермета» прямо сейчас технично обхаживает некий Рощин из московского инвестиционного фонда «Аметист». А затем добавил, что до этого точно так же, при прямом участии областной администрации, «прибрали» ЦКИБ. И что приказ о сокращении должности Филиппа Васильевича был подписан лично Свиридовым.</p><p>Свиридов менялся в лице с каждым моим словом. Когда я закончил, он встал, подошел к двери и щелкнул замком, запирая нас изнутри. Затем вернулся к столу, нажал кнопку селектора:</p><p>— Ни с кем не соединять. Меня нет.</p><p>Он опустился в кресло, потер лицо руками и посмотрел на меня так, словно видел впервые.</p><p>— Маньков… Откуда ты на мою голову свалился?</p><p>«Из две тысячи двадцать шестого, Евгений Владимирович. Только вы всё равно не поверите», — хмыкнул я про себя. А вслух ответил уклончиво:</p><p>— Из Тулы. Земляки мы с вами.</p><p>— Ты не мог в Ростове родиться? — с искренней тоской спросил замглавы администрации. — Или в Воронеже?</p><p>Я вспомнил наставления Степана в машине. Пришло время прощупать дистанцию и несильно, но четко пробить в «челюсть», обозначая свои границы.</p><p>— У меня к вам аналогичный вопрос, Евгений Владимирович, — парировал я. И тут же сам себя поправил, смягчая удар: — Хотя нет… я бы с Катей тогда не встретился.</p><p>Свиридов не стал лезть в бутылку и отвечать на мои выпады:</p><p>— Катя об этом разговоре знает?</p><p>— Нет.</p><p>— И пока не должна, — надавил он. — Она девушка с характером. Если узнает — способна вмешаться, начнет тебя защищать, требовать от меня объяснений. Я не хочу, чтобы она оказалась участницей этого конфликта. Это не ее заботы, мы должны все решить с тобой, как мужик с мужиком.</p><p>Я кивнул, принимая его условия, но тут он задал вопрос, которого я совершенно не ожидал услышать в стенах областной администрации:</p><p>— У тебя с ней серьезно?</p><p>— Да. Абсолютно серьезно, — ответил я прямо, без всяких шуток и недомолвок.</p><p>Свиридов долго смотрел на меня, а затем признался, с трудом выплевывая слова:</p><p>— Насчет того, что ты ей не пара… Погорячился я. Ты парень хваткий. И не идиот. Катя рядом с тобой счастливая ходит. Я это вижу.</p><p>Он сделал паузу. Это было ограниченное, очень дозированное извинение — он пересмотрел свое отношение к моим способностям и к моей личности.</p><p>— Только, Маньков, ей живой мужчина нужен. Понимаешь? Живой.</p><p>После этой реплики Свиридов поднялся и подошел к встроенному в стену сейфу. Открыв стальную дверцу, достал бутылку дорогого виски и два пузатых стакана.</p><p>— За рулем?</p><p>— Нет, привезли.</p><p>Он плеснул на донышко янтарной жидкости. Пододвинул мне стакан, из своего пригубил.</p><p>Я тоже сделал маленький глоток и решил вернуть разговор к изначальной сути:</p><p>— Евгений Владимирович, вам-то эта клиника зачем? Вам мало заводов и комбинатов в области?</p><p>Свиридов ответил без малейшей обиды на дерзость:</p><p>— Мне она вообще не нужна.</p><p>Он помолчал, глядя на стакан на просвет.</p><p>— Ты действительно думаешь, я здесь сижу и выбираю, как в магазине, какой бы актив себе еще забрать?</p><p>Он коротко, без подробностей, обрисовал свое истинное положение. Из центра, с самого верха, поступили жесткие указания: содействовать Рощину в регионе. Организовывать нужные встречи, обеспечивать зеленый коридор в инстанциях, устранять любые местные задержки и административные барьеры. Ни точных фамилий своих кураторов, ни конечную цель этого передела он называть не стал. В частности потому, что мне от этих знаний стало бы только хуже.</p><p>— Но подпись под бумагой о сокращении строптивых людей — ваша, — упрямо гнул я свою линию.</p><p>— Моя, — не стал отпираться Свиридов.</p><p>— И людей после этого ломают и увольняют.</p><p>— Увольняют, — он не отвел глаз, принимая удар. — Я тебе не говорю, что у меня руки чистые, Олег. Я тебе объясняю, куда ты полез.</p><p>— Давайте не будем воевать со всей московской схемой, — предложил я компромисс. — Бог с ним, с ЦКИБом. Помогите вывести из-под удара одну-единственную клинику. Это же крошечный, просто смешной объект в масштабах области.</p><p>Отец Кати усмехнулся краешком губ, преподавая мне жесткий урок номенклатурной логики:</p><p>— Это для тебя он небольшой. А для Рощина это будет место, где ему посмели отказать. И не просто отказать, а отказать после того, как я лично гарантировал ему полное содействие в этом вопросе.</p><p>— Но с ним же можно договориться? — я не сдавался. — Отложить передачу, встретиться лично. Я покажу ему расчеты, мы договоримся о гарантиях сохранения профиля врачей и оборудования…</p><p>— Разговаривать с ним можно. Торговаться можно, — допустил Свиридов. — Только сначала представь, что ты вообще можешь ему предложить взамен.</p><p>— А если я юридически прав? Если закон на моей стороне?</p><p>— Закон? Маньков, о чем ты вообще говоришь? — жестко отрезал чиновник. — Сейчас закон один работает — закон сильного.</p><p>Я понял. Рощин был не всемогущим демоном, а функционером. С ним можно было обсуждать условия, но сама по себе моя «правота» в его мире не стоила ломаного гроша.</p><p>Я сделал еще один небольшой глоток вискаря и задал последний, самый главный вопрос:</p><p>— Евгений Владимирович. Если я всё равно продолжу заниматься клиникой… вы сможете хотя бы не дать меня раздавить?</p><p>Свиридов ответил не сразу. Он взял свой стакан, осушил его одним глотком, и со звонким стуком поставил стекло на стол.</p><p>— Нет.</p><p>— Не хотите или не можете? — уточнил я, чувствуя, как внутри всё сжимается.</p><p>— В этом конкретном случае — не могу.</p><p>Я медленно кивнул, принимая эту реальность.</p><p>— Я уже пообещал помочь коллективу. Отказаться от своих слов просто потому, что мне вдруг стало страшно, я не могу.</p><p>Свиридов устало смотрел на меня.</p><p>— Вот теперь я понимаю, почему Катя за тебя так держится, — тихо произнес он.</p><p>На какую-то долю секунды я принял это за высшую степень одобрения. Но Свиридов тут же безжалостно добавил:</p><p>— И теперь я понимаю, почему я с самого начала так боялся, что вы сойдетесь.</p><p>Он убрал недопитую бутылку обратно в сейф, но стаканы оставил на столе. Разговор был окончен.</p><p>Я поднялся со стула, собираясь попрощаться, но Свиридов остановил меня негромкой, лишенной всякой угрозы, и оттого еще более страшной фразой:</p><p>— Ты ведь сейчас уйдешь и всё равно сделаешь по-своему. А мне потом что Кате говорить?</p><p>Я попытался было открыть рот, чтобы ответить, но он поднял руку.</p><p>— Нет, ты подумай, Маньков. Ее ведь потом мне утешать придется. И на кладбище к тебе возить — тоже мне.</p><p>Смотри, что у меня есть. Да! Это 5 том!</p><p>https://author.today/reader/672555/6465065</p></section><section><title><p>Nota bene</p></title><p>Nota bene</p><p>Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.</p><p>Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.</p><p>Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Звоните Манькову! Том 4</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8AAEQgCgAGiAwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8A+aRSSHpQvWldCy5Hav0GbPmkNPNWLSXZIoqkDtpfMROfNj4965/rdOG7NJ0nJbGhqAYSkkfK1Vo2IJNaUo8+xR1CsV+Xiq8en37thLC8kP8AsQs1aSxtCG8iaVKc1blIRz2py4rXsvC/ie64g8M61IewFjJ/hV238DeMppPLTwvqgcjdtlttrfrSWbYWO8196L+qVpbRZm2s/lIE6e9R2jeXMDuxXYaX8K/Hd8GktdBdxH94NPCpH/fTUt/8LvGFiUlvo9Ksg3QTatbg/wDjrNWrzbCKN/aL70YrCVZSsoswrdsTiQc1vfEmyeDT9JfH+ttlbHp8zVpWfgS6tUH27xT4QtWXnbJqu4/+OK1b/jTTdEv9M06Kbxz4athbWohZxJI+7/aX5a83E57hXOMlK/pr+R04XBVowkpqx5Dpty0EgLn93/Ea07qzEqGeI7j/ABDFT3mk+DLaaHzfH32lWYbmtdJkYL/301bOi3ngBFUyeItemK/eKaQBu/8AHq3XEVBK0Yt/J/5GNTLam+n3oydJ+0yRCJouFX86ZLCC+xVyw7V0NuyXNvJLaErHuYhmHzMv8OaytWs/NmEsQZWb722vfpP2kbnjVY8krFC8gTylZlwW7elYtwuXwoxiuslsXkSNmDsMfMG/hrLXTWMqgcEn0qwhKxiOvvUlrA0rqq9WarGpWjQzHNSaeJEAdduKr2fMzWVT3dCWRfJhfc+XU7VAqi27ywMZz71clO6Vju3e9Ol8yTHG3C7eK29nYxjNR3KCfISGqVI2lf5RS+VyRipSpj+VutTylSkV5o1RUHXiqvlHJIWrroTGGqPFS6ZpGRTC0FasFMd6YIyelZuBpciUY71HJxirBGaCme9TylRkQKMUpbPanOvTmmlfep5SuYaDQTUm33pgX3o98BqjGaV2+XGOtDKabg1I73Gq+O1SGdm6U3yj606CHzJlWs/eY/de4hG6mxQszDjr3q/NZNGOmRSmVEOCrA1XIT7W+xSPFRmrDRscsB8vaqtT8JUSTNJio8Uufak3Y0auLmmlWl+6vSr89ptsIZ1bc0vpV200+RbBZyojDf3u9RLUXtORGFMmPlz+lRpAXbaqkmtGe1kabgZBqysUkK/Jwe5rKKF7exnXEf2eNYiVZiPmxVRULyFV61ZuiWZiasWUIW1NzInU8UONy+ayuUbhlUeWvQVVxVm4G+Unpmq7cVi42NojaKloqOUouKuataNfLpepw339n2WoeVn/AEa7j8yF/l/iFVM4pshwCfWt61OMo2kY05Wlc73T/EXi+7TzdK+FugSq3KyW/hppFb8dtWvDerfFzxHFJJ4Y8MW1xHFNslls9BjKxt/d3ba+rvAXiC903VvBHg4CH7BJ4NW+uCR8/mL5Mce0/wB35mrx74KTeJo/2e/iBdeDhe/25/bb/Yxaxb5s/uS21f8Ad3V8P7DDtybjf1uz33OfKtTk9Kl+PWra7feHrNLmHUbKJZLi2jtLeFow33Wb/e4pmq+H/j3P4osfCl1q2pwarewSXUEDX0KAxx/eO5W2rXof7Ms/io+KfiDL4gbUH8UDTI1la4OZVk2t5a/733ayPgFYeNrX9oO1k8e3Gqvqq6PcShL+481ljYKvHzHb826tXg6KclGC0RjCvUVtXqecfEDwr8XvAthat4p1jWY7W7dlSSPUmkjMn3trbW+Vq4/SbHVtc1/T9NGsXj3N7cJaxSSXEnytI23Of7vzV7r8cINX8MfAnRvDXiq9ln1u78QTXkY8xpvLh3SNtMn+yrD5f9qvNfgzZRXPxg8IwMOP7Wt2P/AW3f8Astexl+DwzwU6jgrq/Q5cTiK6rRp871Ot8bfs7az4O8F6n4lvvFOn3aabD5k0EQdi3zBdvzfd+9Unh34GeGrvwTovirxJ8RNN0ODVYfNijubdf++VZpF3V6d8Xb9H8HfG5W+bdf2sO7/dt7Ws3xL4T8K+IfgN8OYvEvjGz8MpY6aJoTcGP/SWaNflG5l/y1ebTnemtLa9vI6qkfePMdK+GGhn4b6f4vXU2m+1+IV0pEjRdpj85o/M3f7qlq9Gu/hN4af4qah4SuZb6TT9M0RrwS+YqyNJ8nDNt+781W/hLpvh6/8A2ffCUGv6kdOtv7e+0WpV1UTTpcSeXH8yt97Jrs7J/wC2vjn4t07Ihkm8N+Ru2/daTy13VlVryjNrsFGlGzfex4D4u+GFhpXwa8Da4kM3/CQeJdQggkLvmOOOZWZF2/7vl16hqfw3+FPleJfAukaVd2/iLw/pCX8mqySMfMZlZl3Yb5vu/Mu3+L5a1/jtdWk+m+ArCGPEFh40tbKIgfww7o/5q1eUftCaJ4k1n45+LJfDMV/JHb2lq18bW48tRH9n3fN8y7l+Vq6sLUqYlxXNbdkVqcKcXZHGeGbx7i3KqQAq7l/9Cqa5hVLnzomVWdeBmsvwhBLJPHFFP5ca4Y/Njcar32YNXnhM2VV2XcpyNtfoFKFlc+PqO7sdGt3H5n2bq7/K3+yf61JaWDsVkhCyNkc0GwkiEEu1XV1VmP50WW61mBhcfNztHOaKsLu8QpydrMj17w+bmNp1XOF3NgdK5i2VTayQE/vBnbXs9jZf2xpC2bW/kyv94/d2/wC9XnOv+F5dN1CWJUPlg/e9awoYqLk6UtzerSlGPOtjmPL96sxjAxVhrNywBGajZQjYFexGKsefKfMV5o1POOlQhSX4/hq9sz3qNV2vuqfZjVQgFozICp3Z7YqK5geFsNn8a0w5BBLVDdSNIfmOTUSgONV3MwW8jD5UJx6CrkGmsbFpVO+Q/dVetdFokMb2kluq4LDrUNpax2sN3GzyedtPl49a5JSs7HQqkmrnKNHhwuf0pjJjHNdBDpsBZnZz5jfcWsy7gMU7KVxVW5ilIzimO9Jip2GaPL96bg0ac5Cq4703b71PtpCKjlGpkGKQpnvipNnvT8YqeUvmIoo03fvAzD0Wrg0uUPE8R2hujMOlQDg5qxZ3M0MiiNj16ZqfZomU5dC3dxOirEeQv8S/dqh5CXF4Q77VPetcAumxNru5/wCBU67t4bTbEw2yfNuq+Q541LFDUBAbMQou3b93A+9WE8ZB54rVvmDS4Vty4qm6Y71lKmdVOTiisEz3pu0qTmrBT3qMisJRNVI7yysbLW/D1sbQpG6DM0Sfw1lX9v8AZ1MPTZ8uK7n4T6QP+EMu9QmijiR5mSE/xNtPzVy/i2HybqRd29mOemK4KVXmqyiaVafLC9zm7ooGMaHJqvqV3ut1jRNoxVxNJvJLWS88vbbqfvO33v8AZrMvyrzko3y9uK7LGMNGN060lvLgRhlUH+Nvu1Y1SN0lEGSyRLtq/ollJ9sUE7f4un8PpSagIUmZY+SeWNKwSneRzxRt7bgy/wBajMWf4quy7nct1pBGxTdip5O5v7R9Cn5C+1FWdtFHs0P2rGhC3SnLatO6W6jLyNtH/AuK0V0+XO6Fdy+vrXWfCG6TS/iVpF9exytbQvJJI0Vu0zKvlt/Cqs33ttLFx9lScmFCalUSR9GWM0y/tIWtiQWttO8GrArj7qn7UnH6VxHwt13WPDf7PPiw+HBeW+urqz/Zmjt/MkDbrdWG3a3zbWb+GrVn8VvE0/jSS2fwZqD+HFncC6h066a4mj2t5bbW2rvY4/hrlNK1b4pQa7r1voGj3FrY3+rXF+ou7GPzl8xurbm5+VVr4OFaklJSml6s+hqp8t0n8jc/Z0u/Fk+r/EK+1cX76/cWUL754THK0m2by/lx/srt+Wq37P8AdeN1+Nol8etqjas2hyGNr7HmeX5kf/ju7dWFNc/FrTNXvtTjv4rG/wBSWFJ3kezXesaFY/lb7tVJLP4iXGqP4juvHFlb6sIfsrXX9pwxuId27b+7/wBqtZYuipN861RlGNRx+Fm/8Q7LXtH/AGcdI0zxS039qNrzykXU/myKrecyru3N2/nWP+zZoVxqPxJt9eXYLTQw00wJ+YyPHIse1f8Ae/8AQaxr3Q77VLsz+J/idot5Nbptj+2anJKUVv7vFaXh3W7TwDZara6b4w0G+/teIwyywwSzNAu1l3KFZcN+8rqp5nSjhJUYO7fZMxdGcq8ZNWS72PXfEnhDXLnwH8Q7G+ubIXHiHU5tSt5MSNshVYwqN8v3tsNYHizwjp3xB+E/w9hfxbpOi/2XpcckvnyKzMZIo/4dy7fu15j4U1/T/BtveppvjubUW1WIWtz5ukSSMsfzZZfMk+8N1Y40z4d21zEn9oeIr2M/6yQaekO3/vpmrkoOzvaX3M6K0r9V96PS9I13Rbf4KfDnT59ZsI7m38TW93cxPcqXijFxMzSMv8K8rXXaf8QPC2mfGPxN4ruddtI7CfS7eG1miZnWVlK7lXb/ALteLufh7GPLtLHxZPKOm5oEX8flq5qdz4eg062z4T1SZmj+US36KNob/ZXNa1eaU/cpSd79LfmYQqy5dJR08zS1f4i2N58OPBStNJc63p3idtYvrcRMvDTTS/eC7f8Alotdb4w+LPgKG38SX/hm31C51/xHZLby+bA8ajbG0as275V2qzfd+9XlVzrPh1ZEEHgJmC43CfVJPm/75pZPElubtZ7b4eaHGFXAE000g/8AHmrenQrXjyUJfgZvERfxVF+P+Rj2LSWxXDEY9O9a3iG3tdlpf27Iolj2yxqPuN71nFHZjIQiljkqv8NdZ4Eg0m4hvrC8QyXUq5i8xeBtr9Gor92m0fIzl7zE8NatbXFlDp9wZvtXzIrO25f9msXU2uLTV98gcZPyhqpxl7S+WTBOxvuiu1nax8WSx29nEYZUXzGAP3ac1yq5Ldxljr2pR6fItsf3p28M2flresL+DV7JoLtlV1/ixXK6nBHplykroxdW2lQKtaPP9qz5MBh3Jv8AmP3q4K2HjNc0Dro4icfdkN8RaPHaqjx7slfWuYEEu7YydO/rXplnPDqNkbW42LIo4yvNc5e2SrPJFIuNq8n0ow2NcfcqdArYWLjzxOVCZFJ5PP3v0rXh0m4ubgRWylmZsBQKytWvLKxmitop1nkkm8pZF+7uX73/AHz/AHq2xOcYbDxvUdjDD5bicRK0ESRWplB2jdt5P0potV3bX2Zb7ozzXPx6xrWr6tJaW15FptusLNcMG2gJ/Du/2m+Ws6GO002+e20ppdT1ZyyHaPlX/a/urXzNbjGKlanC57tHhmo1787HotjAY8RMu3IyvzYqvq9yY4kZ95kx5asx5ryrVp9btG8yTUgoQ5Xy5Ny0WHivxBH5sRu7uaBmVplVv9YF+7urOHFMKkvfhY0nkM4R5YTueiRNFEuxt+4fx561RmYyNlqr6HrWn6tKsELNDcyNxE4rRmgkjDKUNfXYOvSxUOamzwq9Oph5cs0Z233pKteUT3/Sm+Wa6+QzUyttX0pCvvVjFQkVna5SkM2+9MxU22jbWbiVzEOKlseJlHrSEVZsoScO3T0pcopS0L0dq7ujQjLOvTpioNQ2y3rFmO01qaPK+Z5fKJAXaoxWTqMjPOSy4oRipe9Yo3EfzbUHAqnIhXGa1SixxHIyWqoy+9KUbHTCoiqFzWvoWgXWq2U09t8wjkC7fWs4x4OM/pXWeENbk8OT7TDvW428f3W/vVzVYtrQ19ojvrSSWbwRZ2VugDWTssjbcM+6uLl0m61rXPJk2pHu/eSf3V/irYvrrU7O+ZLiXylnHmCMfw5re8KXFo+jOj7ZHO4yN1yleLGEqTk0dfN7VJM4XxVHb2dmlnZQ/uYx97du+auY0Gzhl1FZbobkjbcvozf3a6PxmdsziJAY8/LhvlFUfD1oyxyXtxwir8q+rV6MI+5c55TtMtzrDBbzTmNlUr97OGWuYmhee787BRT3IrpdZvGlsFSRUC54AWsC6nI/dooHoBW1Gn7uplKpeWhWEKurH7qrVSf5mPpVvDybS/Q/xAUp2ICoCsPUVt7NMtS5Sj5Ten60VPt96Kj2ZXOyzp13JDMPmre3zM8l3Y3clpN5e2RoG8ttrferAaEsfl5q7asYcFevrWs6EKkeSaujllNQlzw3FuLvxBujhm1/VmVPuqbpuKSBZbib/Sr+5dz/ABtM241tW8KapCfupLEPvetZ1zapHPhGUAds1zxyXAdKa+41eZ4iSs5MfdaMjRqZ3aRWzh2O6rmm6PaRQgrDDIzcYYcVCt04gEZbcvpU0EZljBXcCO611LLcJCPwI5VjsT/MP1nQLW2QSxwR5HPArGFmB/AK9GgtYr/TI4RJyq8VVn8NyLp7xKytIvMIY/w0UYYbZxLq1aq1TOFWFP7tWYxSvG8cjRyLtZW2kU9VxXpxpQXQ4pVG9yezYJMCa6zxHaSnRdPm6BocD/vquSgTLjmu78WQlPB+iEHd+4k/9CrmxXs41YGmHvJTa7HnpXHeh0xls1IiMJcYqIHLYruaRhcUDNOs5Zra6W4t3AkXpSH5QT1pvRS3cGolEadjobTw3qGrSJLZwzzRSKZJJvJbbH/ezT/BssOkeJhxEGUbXkm+b/e27fak8K+Jb/TLRtFdjNpk0vmSQbclW/2apX+nWySNLAdkDH/Vt94Vw2qSm4T2NpVIU2mmdv4v0tdRsC9sFdw25selchqNpdaUyTRsFI6bf7tWvCF7Ho+qOLh5DDMvlna/3fm610vi+wElsY2OSY8jivPlN0Kqpv4TphGNem5rc5eO/byLe8iYiRm2ybeM1qXN5Hd27SLHhxXMRJKjtZkbdzbcV1sWmLofg648SapJEIIl3RxjlpvmVflX+7uZV/4FWWaToYWHtpmmAVWvJUoHS+F9Dmn0LUNTa5htnhs5G81z/q+2a8M+LcQ0XX7hLSWLZDaR29ug/h+RfMk/4F83/fTVt+Nfi/4jufDc+n29u9npT+Zbqm0ENGy7d3/oLf71eX+M9VvNf1MXk6NLO0EYYp06V+V4vFVcXifaS0j0P0rCUIYbD8iXvdSje3l5FYrHC+1JVWScr0ZieP8A0GmQ6tJYW8q2iqrTJtkfuy1Kum6reWwijt5JN6qoAHPy1qQeAfEjw/aX0e4WFkzvkX5Q1QqlNbMSoVZu6iZ+kX1vFul1CL7Y+dyROWCq3b+vy1uXLx3Wl/bhcRWYibbNKGx+8/55xov3v9pq5t9Ou7W4aOGNpHVtpAH3TT30bVzaCZ7O4aFfu/u/lqZTg+oKlU/lFtluPNMhuDKo6KeGb/dr0PT/ABLbXbRW18rQzmJfLfO7zf8A7KvNbu5kktYYpraOBk3LlU27vr+dbUNuYbHT9QXY++Qs5L7WikX+7/vLtavYy/M6+FaUGeXjsBTrx99HfSRjCyRMskbjKsDxVcoPSq3hvUftdlcosG2ITeYu37qfw7V/4DVs81+r4DEfWsPGofCYmlLDVXArGmEVbkX5TzSIPkdSF+YelayWpipFTHvTm64qXYPSnSQ4jDD+VNxK5rkG3PepGJEeBSDipzGTAQKXKDlcuaXcMsDRZ5IzVO8hw+4dMZpLEKtwol4UmptZx57bTuXbWbjYj7ZnSN5jAZxURqcRAdBQVpyjc3TXQqREI+5lDVMLydLpLvfl42+WpYYQ8ioGRdzYy1SWMFu0+2Q7wG/gPy1yScW+U15rK5sG5vtYs3vL6QKWbYg27a1NNgms7Sb7KNyTx7c7qie7tvsUkzJ5djaqqu2Plj/2mp/hHUbPUMR29wpWTJADV58qtOM/ZrfsbRjNx9qloQajDNZRo6jzpHj2N/dpun3tvHp8sUgi8wrvUAdal1oQJrkaySKybuVY/KtZOuWyRzGeOSN1c8bK9CFG+jOT2l9g1cwNpE1zA8YjgCtMG+8u5mXd/u7tq/8AAlrO0iK1MEs1025tuI48Nlm/3qjhj3eYpRpUaNt8Y/j+Ws201GPcbNw80sX+s8obv/Hvu1xvF+wrezqfI9COHU6XNT+Zu6pfG+8siCG1REVVjhXauV/9mrKdcHGaktmmlj3TW6wHptU5/wCBVbsIbae8hjuX2Rs2Gb+7XowkqkFJKxyzi6bsyH+ypv7o/OivSh4VsQAMycf9NGop3pmPtah5fDC8aiba2w9zWjAizJuUfNThcT2az2kbZhc/MrL97/gNNtZTBLvTgZ4rV0+V6E1JXFjLwzYxitZre3urTzEAFwo+dVoeKDUoTJEvlzLyyqPlpkLy2VwrsCHx8wPetYrQ5ZSKDW8m4rtyw60sMssUm1XIrdulgdoruIfKRhl/u1BqFnAxF3AuF/iAp2F7REularNbXyrI427/ALwWuj15vKWO6h3NH8rKqtXHQqpzurr9CjXUNNazYYlHzx/71YYinySUzWlU9pHkOZ1SET3L3UfR33N9arvBhtwGAela13B9lMtuUwnakmiElirYzsNdsXdI5KvMpFa1t4/tUZYZUda7fxRbM3hjT2x+4Kyba4204kQV3/iZkPgPSSG3MvmK3Hc15mOlavT9T0MAvcn6HmtvHmSRiMhVrNlC5+Wt+3hbyblv9mseVDvNet8bOBe6Qkbk64zUY5YCroUBd2OtNtoAz8DpQ42HGZPaQyoPNjbke1af2ZvJwRncu4GqK7mmxH8w/u1vSwLJZxzqflX1Nc9T3TK3MYk6SRlo068stdZ4avH1ezuLa9uJprkMXVnPb/ZrONv8hMmNw9f7tV9F3W2o4BaNd1efiYRqU7r4jrw05Upa7CX9ozarGkEckjNIBiNct+FO/aTuobDw7ZaUsxeaMNDJCqtGsPlt/D/e+Zm3N/e+X+Guw0ua2s9Wi1Ntqy2yNMku4qpZFLf+y14l+0DqGvavr1vqeuJbK9xaxvbxwn5hDt3bmX+Fm3M2P9qvz7ijEynOnh5adT7nhrDQjGdc5L+2pZYrWxjtkmZWBRWXf8//ALM1exfDjwTZWVxBf38fn3MitkOPulvvfzrzL4T6fbf21bXF6W8yJd0cZ7M33f8A4qvovSoLa7SCWOVVZFwAa+FzGty+5E+9yympvnZ1WhafZLGIoLSFeey10ttpWJo8+Wy54Vl3Ka5vQY5Ibgb2Yr6rXUG4tVk2Msv1zXmUtT1KyjpYxL3wLoUN3PNHp9lDJLlmkjt1+9WBrugwWlm1vsiZV7kda7u6vrZ5EjWB3A+ZcetZWvwrJuRIWVQv8VVWd9TOmuV3PnL4oeA476ETWO2Eo245FeK3v23TZG026LQtDNllJ6V9gXlufM8iaAyxS/Ky14d8d/C0dr4vYwjKNDtzIfm3fw16eWYiT91nlZrhoayRy/gO91A6isUkYe2uT9xen+9/ersbxUE7FCdueM1wXgaae08Q2KQ3Mnlu65VvmVt3WvQ9R/1rL1r9g4XrTnRcG/hPyzPoKFZSXUpMM12/wv8ACNx4nu7gSSiK2tbSS6aQ52tt3Kq/L83zN/47uri1Fe4fBmW10z4aaxdNKlrLetJAXZv9ZtX5tq/e+VcL/wBta9POa1WjQ/dfE9DhwEITq+/stTxLxFZ/YZIY41uYW+6wd8r/AMBqbSrdbnQ9QmZj59qsc2wd03bW/wDQlriNXWW2vbq3cOoErLhf96q2j6ld2NwQZXmgDfPCxxuX/wBlrx8Jja1BWqSuepUwUKyutDsNmO+ad0NWGjMb7WQqw6g0OuK+tgueHMfPTfJLlZFEnzhsZwM1JqBWRty8HvT7SP5TIw4FOvCsjEqNi/wir5bGfN7xUdQmMt+lVtyt05rq/BPh0+I9c+yOs32aNfMnkixujT+9+oqz4z8O2FhrDwaTBJ9mX7rFtzV5tXG0qdX2XU9Cnhp+y9qYOm6PHeW/mJIGmPSNTj/d/WsZ7S+0nxBLaqGNs7eYshHy7h95V/2V/wDia9JfTdIsNDhuLBJluHhH2ne/O705/hrkvFc9yvhmydgJo7S9mMjqPmVZo49rf99Q7f8AgX+1XgYzFqE1WXR/gehh6UrSh3Rq+A9Wsls9Q8M6ndW1mNVubXdcTk/vVik3Lb/7O5m++3yrtX8eNs7PUdG1+wt2tpILn7R9lnVk3t5f8RO3/dPzVtfDrw/N8QbxLCxtmUOSslwwVUjVd25mP+7hqn8c+OPBt54s0qC40W8tYrFI4NQudNnWOa8aNfmk+795m/2vutXymaYqMMzjXpTunZvuj6TBYWU8FKlUjawasYTdSJAr7923Oc1Ru4pYLGOTUZUsLLduW4nLFfu/wqnzN97+Fa4m41HU9RvZLeQtDcyFvKA4VtzfL/6FW/p/guae6hvdXmSZ2XLKBuVj/vNX09POMVjpKGEhp3Z4c8vw+EV689eyJ9Q1V72CTTtElkttHZfLluhHsnvv725v4Y92793/AN9bqhishbxCKFUEY/hVcCta4tFtZzBhAI/l2r0BpsihcMB8nrXuYTCwoS/e6zfU87EY6VbSmrR7GWqsh5GK1vD9pDeXKrNF5ibtpG7Fc94ru7u0sGWCGT9+djOobfGv+z+dT+CvDd82rWV1byeSqjzVYv8ANI23vXLiMwqUsUsNTg2vwRssJGeGdaU7Hte2T+4/5UVh79e/57r+a0V6/sPM8f28O5m+PPDKaW8N1E0hEwZnO35fl/irnpoZra3XfEDG53DNeraDqmleMLYeGLy5ljWdVzL91t33qw/i5bXmhyWPhowL9htbdTDM4Vmk/wBrd/D/ALtZUMTJ1FSn8X6HVVorl54bGBeafZWtpY6hpl1LMJUzOjL/AKqTutTxWtvqsO5flue/+1WHAzqcK7Ln0OK2bad4rj7TFti9f96vSlTko6HkzqWlqV5oLqw3RPwW6U6yuhu8uVcA8cV00H2XWLXbNt889HxjdWLd6XLbMVw3HtURqRl7stGU4Nax1RSuLN4JPMCYRunNT6NdzW18sqOcDrmr9j+8QRSHIYVBdWrWc+5Bx396p+/7jGo8vvxN/wAR6eLqzTUYEwr9fZqxbWJzE0JGciut8BsmrpLpDnPmLlM9mrJ1izn07VJYJkKlW4ry6Fdxk6ct0ejWoxq01VRzcMbLOgYbTnFenazaQyfDjTZ1XY6yShj13fdrjJ7VGut6D5Wwwr0uaz2/C+GQDlZmUf8AfNcuaYi06T8zoy3D3jVXkeYC38vRZpl/idVH51zclu5bOK7nULTZoSO67SZOlc8sH7w7x93ke9ezhMQpXbPLxFD2dkYk8ZTah+uauQW5W2YKv749BWtpFml/PJJIuSBuxTp7RkaWdP4V+Rf7zVs60XKxiqclG5imGS0Ks+N7dcdq29K8qa029dn/AKFWdBNK0vl38e7d1Yr81NtvtFherNEC0Zp1FeJhzLnOivrGO900qFxLHyazbiMxKsjL8+7cymui0pzdWzO6qXz2/hqrfxCQPIRllG2vHdRqVjucVKIyyljkWOJhkYVuv+1XPfG2ezvrbSdENg8FwsslxcTkj51kmZmjX/tmv/fKqtWbWcx3OB1BwB61U+PFhdM1lr4OZprOP5sdPl2s1fE8Z4b2Xs6h9hwhiPaKdI858PWl/J8SDptnFunF35YCjO3/AHa96uLa38N6hnWLsWOf4XbvXOfs7aHZ6j8abq5nLO1ikd7PKfuqsdup/wDRjL/3zXB+LI18S6/qOp+ItVuDPLMxh52/Lub/AOtX59iIRqSXMfoWFn7OL5dz3m28d+GbCAedr1ozL6nrXVaB400HWbb/AEWaC6YLu4fb8tfHEGlaVqOowWuipNf3MjODF+8LDau7d92ur8KXN/outaW1jaXkVhdSLC+3cV+9/ernq4ZQV43OuniHN2kfUFzrVtaQyXM0EdrEqb1YmvL/ABD8dvDMbS28bz3Lg5J2fIK0fj1Y3Fx4GgOjJI8+5Y5FVvvK33q+fZvCOpQJcXMukeYLXy/OjTaz7mbbtowtOEviLxEpwV4nrq/G3wtJeQxNp07Ju5ZGy1YX7R99aa5c+HfE2gs0ml3KrDKxP/LT/nm3o22uU0+6stNtjqH/AAiIgt5Jmt90yqZCR/6D/wCg1302hWGo/BHX5LaB4ksXj1KMZ+80bfe/753L/wABr1cHCMW4JWPGxc5zhzNnifguFU8SQksGHmjAft833v8Adr0W8j/fSDP3WP6V5loNzHb+IELShfLkXJBxuX/ar1vUEgS4k+zHMQbA+Tb8tfqvCC5oTR+Y8Q+7UizGZD/CK7/4Y/aJ7c2sMmJUn3IGTd5MbLuZv/If/jtcg8eQRXafCO8l0vWrpot26e3ZCi7dzLu+Za+izSg54d8m542GxEIVE57HJftNmDTfHYt9Osree0ltoXabLK021Vj/AIW2/wDLP+7Xl09zYyFM2clvIyYLwy/KG3f3W9v9qvavjD4av9T0mx1OJJJpIzKkm0MzMu1dv3V/vRtXjOh6Zd3VxLaPa3Pms37pdjLv/wC+v4a+Gq8kJqkp6n2WGqupS5+Q7e1tbWPR9OuLKaS4t57dW8x49jeYrMsny/UUMc1X8MWdxp2l3lrdwi3uI51+V2bzJFZW+7H/AHVZW+b/AGqtGvuMq97DxjfY+XzFfv2CuVi2CnAbhnbn8aQCux0D4fa1q/w/8Q+LICIodNt/OhDjidlZWYf7u3d81PHY2lhIc9RmGHw08RPliP8AhX4k0rwnq0+oX9pJcyyJ5Mex9u1W+9XsPiTwfYXmlHWLZ0aO4j3BBt+X/vmvB/A+ueCHt7mx8TxXkd08O53WJXjj2/8APPa25t3y/wANfQGiX1jL8LLXUbCZVs5hvhXPLf7P/sv/AAGvzrPK0J4qNXDt3Z9nldOcaEqVa1keE6xpF81yyHfs6pz0Wt7Q/h7qOsaW9ok4Fhex7LgxP8x2srbWX/gKtWLeeI717ryrthHMJPmA6Cuy8FeJpdGUS22+V5925mkwo6bfl/Ou7MaWKeD5IrVnDl1XCxxXPJnn/wC0LDZ+Ab+0TwTdvYJMLqG5igbGVmWNXX/yHWFpvgaHUfCEfj24mtLPTmjdHmuCrNI0MO5pI41/56Ovl/M27d81UPG1ld+IPH1zDJ58ludjSvJzvLfPx7fMtVr7Uo4lXwroJOoaHC8jytJF5KyTN9/Z7L91d3zN/wB818DLB1qFJe2+I+1hi6NeUow2MGCDT7rVbbVFkm+yxXEbNHCPnZd3zbVWvWdK1LTPEFskmlKZbeCTb8y7WDf3WWvFZjp0N40FpBdrDKVijE02ZE2/e+Zdq/NWn4UvYvC2uxXV1cXEdrcwb+Gbbk/3q+nyLMnhZcr+Fng5vgY4iF18SOh8fambAJD9lcTXb4M6sy+TtZfu+/3qytD0O8t9QW486SO2wSQ8md7Nn+Gu4j23M4VlTmT1zhq0UsLmytZdSmsSsD/u4ZJF+8395f8A4qvt4ZUq2JWLdW8eiPlP7RlRovDxh73VnKvE744xiun8GKUW4tYoy0jfxjoKr6TpT3lvd3LbwIiqqF6s392ultbdfD9tPNGIJ5pIMxn+7717lWpCCbPK5pzlyorf2Rdf3zRWb/wnqf8APCL/AL+N/wDE0V539q4f+eP3o3/sqv8Ayv7mczp1zNa3AlhmeFv7ymu98S65f3fgzTbC7jF8C8jC+kTcxP8AEM/eVlrgkt38zbWnHdTJaLZu26FG3KjfwmvUlh4yqRlLoYSruPwiW0AXOTk1Zlt5o40keJ1jLfeYfLRZMDJnFdmn2GPw5OmotMxudvkxIeQ6/dZv+A/+hVrVquGqPOcnKepyVpJJBgocHvXW6Ld295arb3n3T/F/EK5yeyMbEwSCRfSktZpI3AB6VjiKKrROvD1JUpbHQ6voclpIZLdhNCx3Ky1Wt/Lu0FtNgH+Fq1fDOu+VKsN3H58DHkVu654QVrBtX0gvPFjcyj+GvKeKdGXs6v3npxw8a69pT+45LRxNpepRyxkoFkzXpXjfR49b0O01+zzvC7Z9vZq4awRZ4tkhbzVb5d1ek/DW5Nwsmg3UiiK5X5N3dq8nNqzg1Wp7r8j1Mup3i6UtmebxWpVkQ/Nt4zivTbOyaX4YOq/MVmxWLqfh+Sw1maFo8Ybiu50GyP8AwhV5Fx/rF5xXj5lmEalOE13R6mCwbp1JRfY8w8UWJj0KwUx7SwaQ8/7X/wBjXFT2shUFUxvfaPc16547sP3VlGB8wtlVV9qwPDXh2XUdU8tY8pE3516WCzNU6HOzjxOWynVsjKsNBi07SHupwybk+bmuE12YS3+6BsKBwa9G+I93Is5sIDmKJdrH+9Xnc1pO8oVYySfSvbyqp7SPt6j3PFzKHL+5gtizaLDqECMzBLjOM+tSRWkcMgVtwjb+Fh1qOGGHRp0mujunB3eV/dq7K5vFZZQjvt3RY7V6NSTl8Ox5MVFb7k1/DNYvHJbcJJ97BqSG6jlBSSNcnrkUts4+wNGcSTIPM2kVmyfMjedH5cqr6Vx8qloay93VFLUIFOokwn5fT0rI+L0muSaLokqlptLQrbFWZW2/Mv8AwLbu/i/vbq6GW7ha33ruaQ8sw5+apJNPW40Rdeb95JZW8m6OT5o2/wBIj+Vh/d2yf+g18rxp7uBVSS+Fo+o4KpqrjnTT3TOh+Cmh3GheFviLq1yBHdtDb2kLY+8JIFb/ANmrhNa8DXF5d2uoLHJMYcbEFe8fAr+y/Evwy8RRWUzyx+Yqr5g+ZWW3VV3f7XyiuR0DWYPP+ztH88Z2srdzX5JiKs04z8j9YwNBSc4PozG+Hngi7t7SS7eytNOeRnZpGWNpmVvvfw1F4peKNBaWixwrbFWUbdvmSfws1eovIgg/dKNp6CvGPi3ejQ9dF3G9v5qJuMcrqseW3LWfNKo7Hb7KNNNs9ImuRN4cje82hgclR3qhpen22q6ksslxdQvCcCUOfmXb/db5a4fxZ8VJ5dDjKWdkFSMfKzDafmX81rsfhvqEGt6B9ssWBYMjOrHJG5T/AN9VLg+W4XvKxHe+AppdQc3Op/aLfLbUS3VFZW7NWtp2nQtHeeHISpgurOSKZR/dZdv9avX955EBMjYPpVXwZeCTVbu6lBZY7dufTP8A+qu3K6sniYo4M0pKODlJbnzr4b0SSx8NzavFpttf6lPtXM8XmJHErKrf8CZf8/LXUahGTe3GE2qspXGc9K6b4Q+HbqfzVv7p2067KywjPzBJDtbb/tLWXrk8Fzq91PbBvJeViu4Yb73ev1LgStWq4itzfCj8y41o0aWGo2+P9CKw0a5n0DU9VVQILFoVZz93czbf/Zqy/DOt27+NdM0bz0gububyXkkbbHCG43Mf/Za9jvLeK7+EcHhrSiXW90xru7CphpCpbav/AAJg3/fK18tvrGraZ4kN3DfXglRl+aSTcrKvy7ef92vZxOZ4icpRp6RvY8HAYGhUjeerse/fH+4ltdFl0rRtVllsGS1vlSH5fJWOPbtZv7zNJIzf8Br5yu7++vJo7R7m7uZIywRXk3bf938q+gJoLXUfDEkTxtc/ak8lin95l+9/49XzNPI66hJhyGVyV+tePiaEaEE9337s9nLcT9ak9LJdOyO7+Hmr3b3tzply15ei6t2hhjZxIYWX94rLub5fut93+81bkw+YnHWvP9GM2ka/b3EsDERSZ5LKG/2srXrU9hbJFKkbeYYz8rZzuFfQZDiIpOHfU87PaahKM1tsXvhh4eHifxVZaK06wRytmSQ/3F+Yj6/LXsvxr8Ujwvpdh4M8JwGKSQAtIibo4lX+H/akbd/49u/u15P8P/PsfEFtd2s6wOgaWNj/AHl6Vp31o2po0tzdm61Lc8kkjN80jsu3du+7833f++a5M3wMsRiE60vcWtjmyzMPZUnGnH3m9z591VJ7O9nmlKF1kIJ64r2/4NeKry6+H72MsQlWzkkZ3uJFbcW+b5f7qrXEfGPQ4dGew1Kzgkij1K1LtBIM+XJu+63/AAGud+HVzMdWisrdChnUq2G+U/3a5oUaUq0U/hPXq1KqoOS+I7BdJvdVv5JbdE3SPvY7vu7q3p4Y4rVNLT90Exub729q2ruRdG0dbbT7hFuW2tIq7T83Nchezz/bX82Vm3DLEcV9MqftP8J8nOu4uy+Ik1zS5H16yu7e7kVTZLbyKsG1VaKT5GZt33trf7P3RW1rmiC5/Z20i70WJLptPvrmzvL+Jdm4/aJCZJF/2kaNvmP92qXhCxbWdYS2uZDFa45cfeLdv6136TWOkeFPEfhDWwq2WpaZdTQkD94bqGPf97/dX/x1a/P+KsLGnBd07/efbcPYmdSrd7NW+4+XdTt7aKCa+SQLc212gEZHyyR7fmb/AHtwX/vqofGqtNNZnetwiIXZI/upu/h/8d+9V3wlbC9vdRh1J4giRsxeT7u9V3df95V/OsD7VK2n3tzMp2Sr+7I/75r5KlJuWp9TKKUbI77w1qYku7a20RIvsrW7SXEO5g0Lbm+Vd33v4fxavb9SMlr4K0fSr+18uaWFtpZt7LubIVv/AInpXklv4YjsNS8H+LPD8SLp2p2jNfZZgqTQttmQ7uPm3LtUVu3mrat40tpNK8OySPqUpC2q5ZZI9u1mZVX5v9nc3y819bl+fUaGFaqS+F6LqfLZjklevik6Ed1q+g/Xph4cR9N1ByJZdsi20al5H3fdb+f3qTw1pni/xvdXul6XbRWOi2EjRXuoyybIVXdhnaQ7f++ai1TT9H8E+frnjC9vPEOsERxy2FlNI1rbPs+UXF1u3SNwdyx/99LXnnibxXrHiayt4bG7e2sQ7D+zYIVhtEfP3ljX5fu7fmbc3+0a8bMuIsVmCcZPlh5fqz2cuyDD4KXN8U/P9D2NfBfwnUBZPiRpG8cN8knXv/DRXndp4w1KytYbMeKZsQIsX+ub+EY/pRXynO/6ufT+yp9/yNp/ssjo6biduWXdypqV7MSr5iyKWx0q/wCCbSO4uvs1zHgS7cMR0/2qu+MNFl8Na/Jp0k6XSlI5Y5AvysGXdX9IrEQ9t7F7n4NVpTUedbGCkckJ3FTirltduw8l2yGbcwpYnSXKuME96ddabJGPNiRih71u3FbnJFczFlmKyERxlAPu45xU9tcJINk6n/eq5b6FcT21tLb5dpVUeWOWDVRSKRSQ55+lYudOWxvDnRtW+nNJEJ7WRZMdQD8y11Hg/wAR32jyiFhuhbgxt92uPsLhoSFDEV0Vk6XDDfGAfUV4eYRjOLjPVHuYKdmpQ0O9v/DWn69anUNAPlXH3pIPf/Zpmm2M1rcROyYu4j+dSeEvPsQlzb3G5N3516FbxafryM2xIr1V6etfC4vFToe5e8T6+hQhV9/ZkN9p8Wt2yakpInT5ZcVoaDpnl6TfWzLnftb9KtaNYy6e7QyLkN8rYrWtrUJJKCPvLXz0qs3otj2FCJ5/4i0R57vcgDbFVcVPeWUfhrw8Y4EX7Xc9Pf8Azmu1hskMxlcfLu3Cs3XLZLwAzfwnbu9K2hipJKEtifZx5pNHhOqaLd3d3JsUSSscufSse9toNIgNvbHzrs/K8rfdH+7XsF7ol5N5kOmQ7YpB88mOWrEvPC+k6eqzalKLiXO4xr92vrcFm8YqKf3Hz+KwD1/M8cn0e5v54UjikmcnA2pWtYeHjpExuL+4RQDtZMbmrpdU13ZcmDSVjt1bgKgrh9efU2uLhnB8tVKj5v4q+ooV62I0eiPmcTTpYdXSuy3r80DEfYE8pjyvHWua1HzQY2eQEsvatWwhmEKNITuVRn/ZWotXsllXzoBkDrXdR5acrHj13OSuZlqoMfzCuk0WzvLnw3q1pZwLOZp7eRo93zMv7xflX+Jt3l/LWKtsYVVVzjg8mul0C/fTdStrtI0nTcrNHIPldf7rV5PEeFljMFOnDqenw5jPqWOhXn0Ox/Zpi+xz+ItLmjntrm1ijiuLYD5Tt3ESKPzH+8WryzxbBeeH/HV3bg/unuN8ZA4YN/FXqXw81iKL47SQWkDw2uvaXcMrPt3NNHtdl/4D8351zp0hfEfjW/0y4Cq9sWiic9W2/wAVfhOMpVKCjSmtdT9zwGLhXqzq03poa2iahGsKmQ9Y+K4jx94Ot/FGoC9kupEZY8eXj71WtWi1XRTNaG2knurQ8RKPmauc1fWvF+pSrZ2Oly6XGy7pLiVvmA/u/LXHQ51e7PWqKNT4R2kfCS2t9eaG5uGu4Xj/AHcUkbDaxXdu/wB371d54a0i08LpNaWsTQqW3yZfd81cR/ZHjBLKFZvGFglq4XdtlkYjr/DuqDR4/G8c72dtrtpf28p2qbzcoRv9n71dLUnuxuiqUdD0nWmW6R5IjuLVJ8PXNj4ie1kCmZl53LmqPhu0v4zZ2mpyWxumkyxifdHu3VaW1eHxmt3EvH8fvlmr08lw/PVTj3Pns7xns6TjLsZGlbLGwWWK+WNlCyRNt8xj/sr/AHVrmJ7KCN9ol3HtxVXT4Ps8CRRDyRGv3fNZs1sWoSe2OfvjrX7Xw7kzymm23rLc/EuJM/8A7TqpQWi2PU/gellJorfaFy+ZE64Kqu1v/Zq+ZvidBo/9sXVotpd2t3bTMssbvGyhkbb93/vqvo74Q3j29lqsbKPPDLhj9Gr5q/aE0qaH4m6lcsrR/aCsiqRywK/e/wCBMGryMWpRxNVnbks4zoRV/e1PW7Kcax8J9G+z2sscYha1yo2k+W21vu/dZvl/4DXzh480+bTfFGo2VxGiMl1KCoj24617R+zjrX2vwkdKknYnT7x3hhUdHkU/P/47XHftBaZaWviSKW13iExeWSwyWkVtzf7331rCf76krHoYZfV8VKPc4q5kkls7WV9wWWJXGG/u/Kx/76U17r8KdHufGOgRXLhY/IgxPcypsWRl3f8AfXy7dzV4lZ3EX9grayrv+ztIithSwWT5t3/fQr074WahPa6DqK6PeXVzZqI/OSSHaFkZW+X73+yfXdRg5yhONnZ7fibZhRhOlOT1S1Oqu7nSxaw2Vt+8OxlLbf6V6B4J8MmW1s9QuAcWi8PM/lpM33VkX+8q/Ltb/a3V5Ppmka1q0El7BbM/lNtYHivpX4Im5vvBFnpuoIpey3RlR/c3fL+lepxLX+q4aLhK7vqeJkFD2+IfPtY8w+IPw2l8TaJd3Nuhmv7P94WjjVs/e/8AHfvV8u6nZyQX7QsvlXcTmNlVBHtZfSv0H1fQ1ktb6zZVK3isG3ru/hGa+KfiT4Rt/D+qTRPeBpYX2OoXZzXzmTZk8TVlCp8j6zF4GNCkpQOh+GzwX/huS5uJd9zbbll3N83+z/Wqv2S6vtSQeXKBJKse1Tkru+7WL8OLu3sdcktpPma6t/ndiu1dvzLXaSajDDLEy2+MTBtyttZq++wspOFj4PH0o0MR6m/q2lDwnL9nS8WVMbU2rj/gVY/jHWbq5vPC8b2fn6Y2qx2t3P8AxQ+d+727v7rRtJ+VP1aeXUnjKxzspcbi6/xVnaxYvKL/AMJSpdi5uLeKVpIo/MRF8xW6f3vl+9XyvE3saWCc6sve/M9zh6pUnjVGnG8fy8zhfHfhO60XxZJ4XiR0unubiC4mjj3+XHuVVb/d2xyN+ddT8P8A4UvP5Nprsc7FOsMK/vJW3N91eu1sK25tv/Aq9X0u20q3tE1rxe4sNYun+0G23IbkO21myv8Ayzb5v4vm+aub1Xxzc3t/eWPhfTb3Tppo/wB5JEqmab5v+Wkm1t3+6rbea/GK2Y1XHljol95+u0MApPnev5DtU0Xw14DgY6trNuY/lSHSLREaaLn5lklbcE/h3bf++a5HxP8AEC+nuJ/D3h7Q7fS9LWNv+PS4ZPtCt8qtuHzSZ/2qq6x4Z1fxDHBb61qUl46s7wxpH5kyru3Mq7f72G/OvQfC3wkvL1Vhl05NBsom5Gd07L3O7+GlCcKnvLX+u/U1qWhoeE22gqkYS71CSa6unz9kjbdIg/ut/Ca7W2+Gd7DZve+Jry20Pw5bKJWQrtkb/wCKavZNdj8A/DZf+JXpi3WuSS/ubQfvZ5GX5f8AgO7/ANmrh/iXbva2Vp4p+J1zIJpmxp/hy05dOflZt33V/wB6uyPPJX/r5HJOcep50/8AwiZdjbeGNVMBP7v/AHe36UVnN8Ub5WKjwnpQAOBzRV+yqdvxM+en/SO88Ias+mXVvE6LcKjZaKT7u3+Ja3tb0/d42ln1G5aeOaYtHFv8xVjZm2qrN/dxXHoPssLzM5aZ/vE1o6ak2sTQfZnVXVsFWk2rX9A1aUfae05rH4sqjUOTc674g+GdK0ObT9R0uGaSzvbbzTGp+WFl+VuKxNOvLNlwSy1atvF8k98iC3+0JaZkhjVdo3d/vVh6nY6pcQT6+bJktWuArEJt2bsbfl/u1nhlONNU6siMQoqfPTiegeGVUTwtZSqZgvyMDtZaytR0F/tDZXq2PlP8VclpGqzx3EYeXaufveldv4gsL+y0XTtX+0xfZ7vdsbzPvbaxq0nQqb/Eb0cRGpDWOxXtvDd0wXajP+HStnT/AA3qyOCtpIy9qw9P1Vo2U/2gw/3a7bw/4ong2uL2RvrHXlZhLEQj7p7GBWHqbGhptreWyIstnKnzcfLjNd74fjDKjEYb+9t24qnonisXK4lLOzdPu11Om34vF3RwR49cV8Hj8ROb5ZxsfXYOjCMbp3NWz/eRjdz71ZKbWIzUdvv2f6taeK46fw2NKz1FdNwxn5T+tUrtIIxuZN7H+HHFXS3JChWrOvZpFGNqD/eFKZVExtZuZ/JZY3EYPoK858TIsjSKY5XY+ld/rOpalbxM8MaSKOwC1w+t+MtahL/Ki/7PlrXqZZSnz8yObHSgo6nm9/pt55jTwQS8Nw3SnjQNf1Dw5LrC26hEuGjuFVvmj/2tv935q29V8aau1uQNobttVareEvFtwdZitNU1EQWbPmff91h/Ev8AwL7tfcqWM9jzJLQ+LxE8LGpaTepjnS7saZHd+WzBcK2wf+hVFa20hhe3wcbeBiux0ddTnnZ5JYJGYtHLbbvuNu+9/u7WqnfWn2XUCkcwMfbJrSOKlzWkc0qVOpG8Tj5rR3Ii8vFJa2t1Fb7ZU4Ruua2prjb5iP1Wsy4vJJQUZWy/fFdcZTkcdSMNzX8JK0fjPw5qcKxrNp99uDFtv7mRWjmX/vll/wC+as/Ea+Hh34uJeWi5jEm6VMZ3KwrF0kXKy7lJUr0Na/xw1XSotds/7baK1ivbWO4sb5S21dy/NHL/AHV3btrf99fdr814ywHs5qrHqfonBWYc6dKXRFP4h6ui/EKa7s3ilg1GGN4ztztZVVWX/P8AerEudKutR1BhAHh8wfMWPyrWFq1650xNzwzSJ80FykiyKw/u7l+9VTSvHhjuFW8aVAPvKy/IVr4H2cpyuj9DpVY042Z0/wDwp5NRgjnn1Z87t2xI/lP/AI9V5fCMekTxLbzeY0C7S7Hb/wCO0mufEHTdSsbKay1X7G1uyttXo1cz4p+JEF0IwtyZ5lON38RrVQnP3Re0gvfbOts2muNWhVm3iH97nOa3JdUtLKyluXdGnNuyqvcNXnFp4ulFn9jsbYNdz/KzkfKBWl4cu5JdD1u6vHW4mMkcYdRnK+Z/D/s8V9rw9h4QxFKkt7nxPEmJqPDVakew6OKO4lSJIDvZcKB/e/hqGMy2sjPjaFanWl5PHItxFKA6NuDD7ytU09rPLdQoi7Xul8xVZtp2s3+1X7NKbjLllsfg7UpbG54EvSNXcbiWdeK439pvRnGsafqdpCHN6kkch8znzI9v/wAV/wCO11Hh+M6dr1m8bi5kWXayJ3H3ayv2kYGnGn3FuYVjjkZJCw+YluK+aziDdW9M+i4fqxXNGZ5R8Epp9P8AEt9YNIqRzWrO5HUbDu/762s1ei/Fnwk+taPba7dy3FsI5jHtit/OZY9v3cbl+X+rNXlXhewYfEXRY2m+zwXdxGqs3Cybm2/luWvo/wCLtqzeCNY0z7ckdylmOc4ZTHz0X/gNfJ4rFVaUVQob33PuqGGpzqLEVHZWPnGTT7C1uRbW5luy9qVEbwqrH+LzFLf7X8X92tXRbvSfD2pR39vued5GDrdpJD5Csm75f4WZl3L8396uNsJ7s61ZNd6hcPBCANztny491bup+I/EFpNPYz3iTQwDyBG8Q4Cs3+NYqOLpyik9dzql7CUZJ7M960S/XwtaXqRz26m7Chpw25X/ALqr+Vdt8JPFbTahNaW90r/aXY7SvDMv+1/31Xm97q6SfDq2K26GCdV8mYrhpF3bv8f++a4Pwp4fvLyDxBfWV3NaR2Nn50DJcMrLJu3R7v8Av23/AH0te9jakMZT9m170j57CUZ4Srzp+6j7ifWbdYGeeNGccIC33z/F24Vf4mr5E/afh8vxuZ4lbyr9VZlyGxMvy/8AATtZW/4FU3gT466n+80vxnc2lxYC08lZjaqrqu9f7n3uN38NXvjC2ja14KtNUtruOeRz5sGOcwsu1t3+1/8AE1yZTl7wtZs9HMMwUqcV3PE7R4LS8iuhhHWQY3HivbdE06K6mt7r/lig+0CRRldq/Mv/AH1ivBvsscjNEOo719C+Dtfa6+FcelRWDn+y93mPGu6Qrzt3Gvqq+Klh6bk17j3fY8LEYJYiS5dZ9C1471q61Hw1Pc6fABdtNsWQx4/et39q4jxjrWr6at15l40OuSxwh7pY+Tt7D/a3bW/7520wa5qFpoEeta1JNaRvuNuiReYsLjd5fy/d27v4m+827+61cJ4dt73WvEiz3F893dzc20si/L/tSt699v8AtV+RZxjXj6/91bI/Qsjy/wCoUbv4nuXfDFhqWqlp9QP2m4WQyTysMN5n+01ex/Cn4e3+u3Et/PePZ6Y37srEvzXA5/irnPhj4MGsa3d6bDMsdis3mXNxnDMP7tfRt/dWnh3w1tkuIbGwtl2xhuDt/u14GIw8VLXU9ylXlyE3hXw3oGh2rRaXYwQGLcHmY5b5vm++frXH6940urnWLjw74Ht5b68dMy3JX5Lf/ppub7q9Pmb+7VHWNYk8R6Jc6jezT6L4XjiKQXEbYmu26LtjX5mb+6v/AKDXhnjz4l7NOk8E+Dre50bToYvLO2P95dHd96Zm+Zv5L81VTpLZbkSUpu/Q6PxZ468O/D62SXT2fxH4tuG8yTWriPEcDbmVntlZfm77Xb2avEvEV9feLteOvX89zcSzMWmaR+auy6VPNHa2N9cXE012RFE7DEYH3tq/nXV6l4KmsbjTUjR7q6un+W0jGZJwqn5lX+FV/ib7q13UlaJhJWZxO2H/AJ8f/IX/ANlRXsY+G/jnH/IH0lfbz5Dj9aKfuC942m8FRQvNLG0cltICpWN+jVU8GrZ6ZqqNPYyGEP8AebofrUOk+IdTtJFhuLffC/J2p0rr9FkOs6JKkMkMVw7+XFvj+YL/AHq/Y8TiK1OLjV1R+XtUpz5oaMs6h4aF7rkniO1sEh0mTc6wiEYQj7yt/e/+vTdYEE/w81G00CS2kZ5I2aLbvbyWbdgf3W5H3v4Vra1nULqx+Gv9hnUJYbsy7pDEu0sqr83/AAHivG4W1TSbErDJJEtzGY3Ab76tnrWOX0qmIhzVH8L0+Rnjpww65aa33H3Ohy2bWvmz28TTrl8uv7pv7rf8B+atdbqO40tNLmvW+yWzMYzCrNv3Y3cM395a56/ivoILZ7i3mhimVmgd1x5i52/L+tT6MLiKcJseUHrz0r28VQdZJuV7a6HlYeo6TatvodHp2lW5u4oo5z5LLuX9181dHZ6fGtx5T3ig9ljG5qTTVtTpm7UJmi2/Mqpzirdnr+nWQRdNtUkl/wCe0gy1eJi6lWqnyo9nCUYUnZs7vwxpSQq0pjNsB8rSXHDf9813+kyxNtS2DS46s33a8z8Eyahr90ZJ7hkhhfdI/RVrofEXiqHTtPFpo7FpGba0uK+Cx9KdSpy9T7PC1YU6PN0O9lvVjljtEffK/Tb2q5E6GUjPSuP8PTNbaONdvkkFxcR71jYfdWtPw1d+epkkOXwc15bm4ux3JKSuaRcT70U7ZE/GqLX+Wa31BQFVsFx61h6jrEljqruj7ULYIqv49H2/RotT09+E+/j+Ghc02mh2iixr+kvPb/adLuWkVTuZN3zfWvP9YePY8F+riQdMir3h7xDc3HmNDcbGi+U/9NBWwmraPrUYttUtI/PHSQda9/B+2oayV0eVipUqq5b+8eRa1bOzL5bs+G5w1Y+oWcFzlkSTzFUsyxjO7+7/AEr1PW/CkFlPJdrE11aOmI1V/usf4v0+7XE32mva3Rli80wx7pJj83lkfdb/ANC2/wDAq+2wGZU3E+MzPA1Ju7RpeAY1jubjVpLSCS5EapIN6rhpPlzj+H5V/hrU8Q2sdz5mpWNwt3bPJtR4hn5l/wD1VyHiOTR7q6WTRpZooSqbYz94fKq/M31WtvwrqWrW9mIbRIXgXcZ9ydenzN/EzVjVg2/br7jmpXjH2TWncq6xZGBowq43rmsMPBDMAec13OrWVg5L210zx7vLkVlwyt/e2/3a5K600yXYWMhyWHT7tb0MReOoVqeqUTS8Px/bbyC2hTa88gjXvyc1P+1JoSL4Ys9Lgit7m9iZvsQA2yRwN95WH/LRd3/AlqfxrfxfDvwdYX0a2ja09xHcJDIufLVW3bWH8O7/AL6rjNV+J2kfFDUfOaP7JewHa1u7f+g18Znkp4yyjsfbZBT+pvnnufP8ulXdqBLbTXNrKeTDu2srfSozrl7PAtteLFcIp+8y/MP+BV7V4l0ewvpTDfW22RV+WTv/AN9Vw2veAriFWksWScHnaRhq+Wq4WdPfU+shjo1NtDipL5YsYtGfP/TUcVGb2a3zJBarCx71q2Vr5CSJcRvHMOTG6/NWlpen2M+opNeRv9kb8N1cjmo7nVTpyq9TrPhJpcmuafcEN5V5b2ruv8RkZv4uldd4Ss3g8DTPKcO1ysZGO3zVX8GXumaVqmoT6Y8fk+Wse0ckV0ug6UL/AMJ+XHcwxJJd5VXdVaVvm4X/AGq+m4cr03i6dSelrnzHFGHqxwlSlDXmsVYYPD/9kPuuLtLssFidolxjPzf0qXxTqkOo6xDchFljhgjjwCF6DH8NU9Z0827rG68g07w9o95rWqDTbFUaYpuy7YAVRX6xy0YXxE5H4o5zj+4UfeK1peGK9jlGFPmg7jziun8XeFbnXfC13fRxNdwR2bSxGXrtX73/AAJqPD/h6VdcFpqUCgwtyrOr/wDjtd54i1i30fwx9jnUOZYfJt4zwszfN83+ytfN8Q4qpU5KWF3l1PpOGMNSpznWxOy6eZ85x+G7XTviNaQ6rcxrcaRCpgCMs0W9W3Ku5v8A0H+8zV6J4hvf7cv4p4nWRXZREHTzFdtm5mb/AKZ/3q8A+I8876vNNOsbSwt5bSR9G967zwr4gK+C7G4tJpZL5Slu8KpzNtXiNf8A2Y/5bzsJhGqjVR+/Y97H1/a04uC9255n4t05LDU5rFXhlEbkBlXjtTPEqrMLe+b71zArt/vfdaun+IOj6hdeK44IY5JbjUFEiYG3J+63/AV2/erk5pVk0uO3l2+Yg+XJ/hpVbQlqd1OanG6PTPCOvxaz8O7TQJT5l1Y3G5pm4Ece1tkf+f7tdfpGj3WlaLGi24V72Tz1XftLqv3d3+z8u6vF9Kvm0azdLcRObmPcFXtXpkPiO6Oj6FKdRia0jZs+b/rXLN/F/s/d2/71dWCo88uY4Mc3y2R5L4kijj1a7t7Rna0WeSOHjbld21a9A+Fs9jf+FNT0y6Z1dF2oI2+Y7v4fZfvVW+M/h2/gvbTXRGzx6la+blFyqMrMu3/x1azPgM8EfxGttOv32pexsAf9rbuXn81/4FXVGuqTlbXuXKj9Yo3+Zm2kEi6iLYxOWL7GPlsdo/vf98/NXYeHoJbKQSxXcy2BtvtU7+axWR2X7qq3y/dX5f8AvqtLxpFp1n8Rr210pkuZboNHOxiYQxfu2jZl/vN/FurivHmqi9g/4R5LNgLd23NcxeXt8v8Ad5H/AAH/ANlr5PP85eIthqXwn0+TZd7CHtp7lbxjqVxqWsTk3aTaeFVR5StG3lpxGn3m/hz/AOPNXe/DjwVfXl+umWg/4mF0FZpFHy28S/d2/wDj1c38MdCn1TUrbRorFpZJY1W1hK92+VpG9G5/4Cte92uu2nhBYfA/gWNdd8XPEReXZj3QRSert/s7f92vlJ2pq73PYi3Vdo7G1fS6F8MfDlpaWTJcajdW4XyEXM1wzd64/wAQ+JbDRda/t34ham0+oQ5ktdDEf+ryvyySL/D1P3vm/uqv3q4rxh4g0nwrqieZ4kh1zxhlvNvvL+0QWs235VjX+Jt3/LRvlXb8q7vmry+4u9e1TVJNR8Q6mxhnmzuHP2g/7v8AF96uP2bd5N/15HUoxUVc3fiT451jxzHaeTqF5FAHkEdskKxW9vGG+7GF/hVdvzVi27Wlvpc39nGS61WOMv5jfMqlSF/4F27U+4lvNXNtYW1kllp4t1ZXXlpI2bG//e/2Vr0/wB8NtLttKstV1q6uIIjD5l9aRKy3RXau5f7yruVWZV2tt/iWtVKFL3WEoTfwFfw94V/4SO20xtDhnuNQWWOe5upt32eyfbu/eN/E6/8APNf+BMq16BqLeGPhkj6heTzarrdyAzSMV+1XB/h/2YYem35dv/PNW/1lUvFvjvwlY2iaP8OdRW5MEKwpeQxqsVvzu/drt+b/AIF8q/w/N81eS6tdNqL3E907zXDtvklY7i7eu7vWNbF+zdorUdChOouZ7G9P8aNdaeRv+Ef8NcsT/qJT39c80Vwf2b/pt/49RWP1xnX9Uj2PV/C/ibR9f0fzbq2it7mF9sjwf6t/7uP7orTvktNNhjvdKiurvHzNHAV8z6/M1eaeDNDVN+o6elxHbDbFMHbO6Rl3Ftv+zhv93ctdKbm805JJIEWR0Xlfl3f8BzX7+sLKrRlLmtLtufiWLxKp4izV4/ceim/03W7eykW4aYxHd5hbaFb+7J/do1ZpNLee6umsZbG4YbUaPa0aKv6/xV5DqOoahrWuRatptg2l3kUe2S5kfb5jDsyD71dX8Mdei0++uZvGMU11qbBfIM0PmRc/3fzG35f++a+UdfF4ZpOno9Lu9j3Vh8LiU1z672W512pX+k+I9FgszLAUgn8y0n2Mqof4lYN/eGf++a5e7ktbRWexIf1JTFerSeHdH8Uaa1yAPtV5IqtJF8u3b/7NWd418K2+h6NHpcNlFLc3bbBI7+W3Tu392vXwOYUoWpN69TyMVgqtnUS93oea2899qHlxPMUUKf4uvSuw8NeGykK39ypisgyqWK/NJ1+7VHzLD7LFLfQSyaxCqvJs2qGRV4+Vf4v9qtG38WLrkUekXpmit5ysbCFlTyfm+Vl9vlruxbrTjy01aPU48JKFGXNVld9DS1zxOk5Gm6N+6s4WxuH8dWNH09b68S81eY2Nlp8TS3Dg4Zxu715//Yer2GrmHymNyzMIQrbtw3ferp7S1vr9ItOu7yV0iVvOEkmxcLu+83+81fO5lRhQXJT6rc9zLMTOu+eotnsdPdeKZr4RrG+xZDlYR91I1yqrXceC7+OW1uJMklIWJX0rxaa6DapMyCJxEPLBVNqbV/u16B8O71vst4w+ZTbnIz9a+bxeFjTpWR9JhsVKpU1JPGN8n2gOsnEsStn/AGqj8I+JYrfzNLv4zLDdSeWeM7feuW8X6nK0sFxENkIO3GOtZulXYmkZmcN824kVtSwidCzMquKkq90dtrPhubRrpjbyLJC/zqF+/t/vVgX0k7M15BhtvyyJiu80LW4r/RPst6sEkyp5aFvvVyWraRd2upFHQlHb93j+Ja9XLq9o8lXoedmFG8ueluyfRdduLW0a1uWV1lbdl16etaF/aWlxat9jRElfcpX/AJ6Bv4a5zVrez0u6jh1vUNP0s7PNC3NwqyMv+7/7LWhod94WmCXkfi2x8hRhjFulw393bXTV9mnz0zOEa3LyVDnb/wAOPaeYGhEc27d5Zq74WjudHvxeyRtJbSRtGSzf+PKtayeLPhnqjQRQeI0uZ5ZWDN9xgyn5lX/apPEXxM8I+HdKubWys/tNzbH92Z3WX/gVaPG1Zw5eQwnlqnK97F2z0+4vLq4drFnjb5xIBg1javqekeC7K61rVpYZZYXY2tmsiHMn3l8xv7vT/vmvEvGXxT1/XriR59UvPLxt8nd5ahfotec3+qRxpdSrbrdzSqOHZhxu+9/vfe/76NOpTq8tpl06FKLutWavxA8Y6t4w16bWNRcq0p4Ab5Vrk5DJbXQvdOlMM69HRuVqBdcgINvLBLG3qQDV/EU8Qliwyk/d6flRThSqx5YnVUdSm+Zs9y+DfivTfH+nt4d8QmK01+3H+iTAfu7gY+7/AL3+zXZyeB9StJRJJPEYl+9gV8uRO8E8VxFMwaNhskX5SjV9LfBT4s2/iEReHfELxrqpXbHKPu3a/wDxz/Z/izXj4zL+SLnHU7sNi1OVmdlp/gvwZrNg9rcaTBNKV6yD51/3WrgfiX8M9M0DRitpqUEBuZVt7O3upVVpJG/5Zxs33mr1e/0WW2kW60qdY3YbkP8AC1eJeKNSk+I3xUl+x33lWmhO0cEobb8y/wCskX/aZv8A0Fa8KeDhV3PVpYypSl7pyOm6deWBhtSDFuOGUHturc8datFb6XoGl7mEhvWuJGQY2rtZV/8ARleqw6bp+sWWy4jN1NF924ZsSHHvXgHxCuLlPGdnCYSgiLoFJ/j3L8v/AI7XlxhVwlXyZ7LdPG0rPdHtuk39tqGl2P8AbcRkCER/b4V3TJ/vD+L5a7fR9P03Sr2XU9FnE8LRttkP/LRGb+Jv++a8s0COdIHbY4DsoBU/J92uxXW5tC8C69f6NArYjV2juVZoVbzFX5f+AtX0uBzSu/3c3eJ8nmeR4aq/aQjafcglunfVX1ly6ZGAf4m+brWJqt5c63qq28qRSG1K9F4WMjd5f/At3zf7NdGG/wCJBp108EK3epDebfft2SH7w+b+HNYXxN0QaFNp97Zy3E97JbeXcvHJvjCbvu7f4v4Vz9K+4p1qc4xcd3sfAywdSnUlC+254x8TI43vNQS2O5Vk3fJ8sbMF27tv/fXpUnwe8wR3NsQrhHXYG5CK/Hy+m7+Kt34haVL/AGgtysUzJc27NEqsqkhvut/wGsvQdPl8JfD3VPFGsN5b6hbeRY20cw3BW4WRv+Bfw/71ePisbCjV53rL8z36OEqYmj7LaP5Hsuh+HLA6Zf6vqclv56wH7Ky9l+VljjZvu7tq18t+JbP7Nq9wyRlVM7FQfRvu17d8P/F1zqvgY3txpUUkcEEcdpbqxOZo1+Yt/s/LXl/xBtnfVmu5laSSQ7pnA4Lbv8NtY4bD1ZxdWpvLX0Np16VOfsae0dDI1K1RrKz1CzYtBJbR8bQrJMvyyKP9ncuf+BV7B+zXo+h654X1LXdTja81HR7sCG18pm2LsLbvRvu/L/u15U8tmsCWZtZGhWWRkkVlU/vFXb83orfNXZ/AXVLi18UXOlW7zywX1uzG2iX5maP5v/Qd1dLpT9n7srDdSnKdmrnbfG8w+JfBNprOmRzWD6dMW8qNP+en3gyq21fmZWryHwbBeR+Xrcdw1tJBKvlyjhyVbd8v/jtewSarow1TVPD19K8FrNBJi2to8sJMbvm3fd7f98r8tchd63pemRWkUz25hidkWJZFDM21vmC/+zbfvNXl4/HRwdF04/EzvwGHlXfPLZFLX5bDS9PeCc6oNX1BI5I5YAQqHd8qr/eZtorF8P8AhW61C7H2tpbgo2ZpWb5pG/u/7q/1qDw0b7V/EcyXWoTXAA/dGdfm+7t3f738K/7teiz3Oj6PBbXV1r1vFai13Lpse2OWUtx+8DLujX/a2/7v96vjo+6ueW59M5uX7uBrJGYbG4t/C99baZEyeTq3iRm+S2jZdzW9u38TNt+Zl/3V+61ef+JvGs1hb22g+B7G1/sclVnupR5k1+3/AE1z91c8+Wv3f9qs7xr4u8Q+J7hYFg0yLSLePyltLcN9nXn5Sqt/F8q/N96sTRYRa3sUWnoiZcpJc7flRmVv/ZlK1i05O7Oqm1RVkyaK0jtb2+1Ge2hm1BIGMkMZ4U/3mrR8L+E9c8RX8eoTI8hhaO4SFUxsX5ZFZv7qtG3+8235VavSPhj8MtUvNJt9X1hZNOhmtBDc3Eke6SddzNujVvu/LjLN/wABX+Ktvxl4q0nw5bSaH4PjheLbhnU7o93f5v8Alo3/AI7/AHmk/hwnVhBXcv68jWEfbO1v68yppPh7wx4et7J9I1iz1vX4Lbz7W3I8yGKBfvfdb9zu+7ubdJz/AA1wdz8T765n8QSaiiW0sttcQrBbj5V3R7VX+995j81UPFXjHVYU0ldIvrbT7iwl8yN0hxIZGK/6xtvzH5V/2azfGHg2W08N2GtSSXAup0kTULaKFv3Lq3yqxP8ADyrfxfeWooxjUtKfU2qqcfdieeyzXENvILedokx/q1djitbRdcNgjrqE8jzH7qsG3CqWv2saLDLalnI+9g9GrKurqbUr5Jbq43szclq9JUo1Y6nnKpKlLQ67/hMLD/ni350VznkQ/wB1v+/Zorn+oUOx1fW6x6v8KNX1qy8YW1jphtb9dQieJ4J4i6xrIv7zG77rfKvzL97atdzJpl7qL37wxsRYKwlA/gVfvMf0rkvhJt0fVzfTI0xSPdHjjazL/wDEqK9a0+8mv9M1GKCO3El2GLsx2gq33vmX/Py1+4QjUw0ueK+I/FsznCvLkvscDZWkks4XJCZxx3roZJ4LQERzLnYp2D8aseEtE0rUtOvjcSzwTWwabzQePl/h9+tY0Wm3dxK9xHHKyiQKzhc4JrucqNZyhPoeRGVWglKPU7e28W2VpHaLC8nn74/3KD5V+Wus8TT3uux2EX2qygdl3B5pMbf9lq8fFmqwE27O08U33VHP+fu1ZXV2tnVruNrmYjLZONrV5dbLKdR89HdHpUs3qr93V+Fnpvh34c2N9q6za7qfnQSRZiMMqqHYN+8Rht+7XL+MPBj6NLNqsWLbTxdNbC3nbbKeuNpX733a0NH8Q282iWtszTT3kU7eXH2jRvvFv+BV6d4e1BPE1k+na0ILlpGVkjRVXG3+LJrwMRisTgpc9TWPb/I9zC4HD46FoaPf/hzzVNZ1C98IPtDm4i2pPKo+ZI2+6u7+7uX9Kq+H7a4tfD91POd0Un7z5mxjbWl8XdIfw/bWum2U7szfvJUBb51Xdjd/D/ElZXiKC5sfAxeRiWaLY6n+EN/+qvOq1YVlzQ6nq0MPOl7rWxyhnUQJIzq5L5OD/FXpXw72R6RfS/wS20i7vU14s5ZREhXDHnGa9g8JlIfDksKOXCWshyaxx9P92dODl+8ON8Rz7p5lO4eW2V21Fp77Xi2PuZ+vybaS/FrcSSYuCJn+VUK7Rt/3qzIyYkjU7ldW+VS25q6YK1NIwm/3lz07S3mCI6YKMdy4PSqnxi+JcngGztrGxSK51uaHcplbi2z7VqeHNbtLfwlHqt7CfL0a3kvLjj5mVf4f++ttfKPiiDxr8SPE2t+IBZ5sILhpJruaVY7e2jZvl3SN8q/dqbxvdrY2oRcbtdTmta8QXuvatLqGr30s9xNJvZ2NVbTVYoXRTJIGDD5lbBWpZNH8P232Zm1WfVI0lX7W9jbssaru+6skm3c23/ZrP8/T3lZba18uIybk85t0n+z81awxEuhrOgurOtOp3V45a6ma5dY1aObHz/Ku75j/ABf8CpskpeFp4zgyN++H+1WNYXVuJFUS/KV2dP7y1btJDAJGxuUnnn+GvZw9SNrHlVYyhK5JdvnCxyNnHrVcx/d52+/92rnySRF1HzIflNI8CAHb/FyK6JUuZHP7SxjtJbWeoLLdwKA3Mc23O0/7tWsTPceaCjITuUbt3/fNSSRRTIYZY1dW9e1ZzJPpUm6AGa3z8yN95K85xnh58z+E9FTjVjb7RolHKn5i+5vvGrdk0ljeRy2jyRzRMsiMrfMrL91lqutz5luJ4XyjceYe/wDstUsJEjZLc9Wjb73+8tdcYwqRujknzQZ7ZafHOX/hWd9p9z5k/iVv3EAjXbu3fL5i8fw/+y1jfDTwxdAWwnaS3SMbTEkircMv+yrferyW+ja3nSeGRo5kbcHXrur6g+COt6H8RfCkemapYxpf6XGqT+Wdsin/AJ7K33trf+hV85mOAdH3oHtYLFOp8Q/QbPw1NJ9m03xJd2U7HaY59sTY/wCBV5n8YfDhOs6jaRSGWWGYTwyq33l8vdur0/W/A66bq7NqV5JG0rf6LqSn9zMP7sy/wt/tfxVGngF4xOZ0bzGT920TdT/s18zj4OrQ547o97L6saVWz2Z514M8R6s+gwiSJ5CJVjZX+8GXtVr4keLtW1e+tvC8TmDR7e1t5o40h8sTybdzNu/i2s23/eSt34feEln8UeJrHUJXljnt7W5jdT0b5lb/ANlrM+Lunx+G9MiutauoV825VYFXdvx91m2/7vzN/wABq8tfuqcf+GJx6s3E9B8O2d7faTpF1P8Aet7RZISe3zdaPEWl399cw3rv9otklaMk9t38NeWTfEKbwn8RP7Mt5HuLF7W1WW3LYUt5K/MPRtu3/ezXt3hTx1oWuaLdLpl1E1zbr5ktnOMToyjd93+L/eWvtIYirSoKUFfQ+HqYCDxLc5W1KfiTwAdYbQ7N4oh5quZkkk8toI1j4bH/AHzXj/xR8NvD4Wg09rua5vrW43mLcXUQ7vL/AO+fmX71er+IF1m61C51oXEtu6xq7SIPm8veu5V/4Durxrxv4jEWsX0aWlyLfUl+ztNPJjcqsrf8C+bb+VeJgofWE6tV6xZ6WMqvDNUqS0kjN+GV3d2fhjV4DCsjabcRyTIVz+73cqv/AI9/31Uni2znvtLS+uNsU007MkSr8saN93n/AGtv+flrn/h/dS/a7/S4jK0TSiRo9zKp+baxZf4vlNdfqFtPdeF2i80NLECznPLN22/kzV7tF3ieNWjyVLnBLbTJYySiKVoxguwjyqru27v++tq/8CqzpPm2OrJc6bdTW29Nu9AVk2t95ePXla1PBLRy32o6ZqzukN3ZtCjL82yRSsitt/i/1eP+BVJYaZNY64jygKYW3JvO5WXu3H+f++a0r4qOGoylUWiN6NKVeajT3NnTIdOsIL65W7jWytnZpZXjOcbfm/pXIeHtP1fx7rv2W3smS0+aWB3i/g3fw/8AxVd3caHbakjWuozxWeiQy+dczs26OdvvKvy/6zru29fl+b7tcx488exajp0mgeELZLPQ5nK3EAGxrtvl/eblb/Z/1f3Vx/FX5zVxcsTN1Zbs+5w2GjRgqcdjc1DXdP8AA7XFr4btRqeuTRxteX0KKI7dWX/li3/LRv8AaNc2mn6nr1tMNVvmv5bmTMaOF3/J/Ezf3vmasTwrYO8Xl2sbtdu0iLLv34ZV3bf94V6x8OvCN9NqNvLZyoskTSTSXG3MeG+Xb/tN83/jv/Aa5as9TqXLBWiZvgbw1NNdWapaTXTT7ZPLCbVWM/8Ajtd3Z+BvCHhG5RNd1KzhuZJRKttcM3llmbcu5fvSfe3f3f8Ad+9Wjq3iXQvCOkvp+i3hmndljnuI+fK+bO7/AGm/2V/8d+7XlHiw65491O9vksro3wXzoJQWMfkR7/l+b7vyr8v+61cssR0ubU8NJ+8Xvi18W/EH9r6h4Sh1KFtGtpNqiJQPMj2qyqzfe2/7PzfM38VeX3ev39/F5yQskAk8tnHrUHjDStSt766a4jiSSEqsvlssi452tuVmVqxNdEaWsL28sjOTnD/e+7XXGhTqWvuZ+0lRvY35rq0jlLQTee56swwy17N4RstU+JHgu0lvdf8A+JTo6LarCR+8kuNm5mf+99/av3vu181WrbJzBcybMjDbj0r3L9mO8mul8S+HlnkUT2qXls6HaytG21mX/a2yf+O0qmF5Y7mlPEykcP460q60q/u7TO4IzKrf5/3a4FFV3U25LOG3Zz0r074laNeWOpr9rvZbyJlWMzSSbmZl+X/vr5d3/Aq8/XTmsb6SMjGBXbDljC6OGbcp2ZUe7ut5/wBKPX+7RV/7N7R0UvrCK9kz2bQNQ8N2GnRtqd/D9oIaeRF5aNdyhS3p/D8tdxoy6Pf3LyaVqZuWMas0MavH5Z5+U14N8SPD8Ola61utypkYeb5cY+WEM3yrn+L5T1rQ+HkusTeJIU0uSZr2NN0ZVGZgu47v+A9K/Ua2Y4ineU17p+dyymjNXhuewCKWxE0Vrvt4J2w24Zau2+FDpFNd2mpRNd215G0byEtj/ZNQeMvCeraddG21AK0q7f38a7YpG2/+O1ymp3l1oVhJqP22VVt42kJVvSumdajisLdM8eFCdDE2cbmzouh6jH4duL7ULy0vIpNRmiee0XCxiNvLz1/i2/xVcv8AwRPLpNtq1pPBOskmyZdmwxN2+9ndU3wp1ZbrwHbRbDOskKyx+d13NluV/wB4+tdXp1xbXng240eQfvbieMKYn2sGVt3J/CvKjjcVh6a5WetPBUMRU2/pHltzpt3aZJjkQeo713HgDVRbSeXKUS7aTI4+8td9B4TtVggFyPtFw8AV5GXq1ct8SPCw0jQ/7SsGZLrftaWM/MtcGLzyhil7Ke56eHyerh/3kDP8fTnxF4uijiumDoNmSyhdirurmvHd9BNpNvY204uwJv3jg5+6vzN/9lWVoen319rU8V7cOpCfvJf4mP3mZg3u1P8AHV9b2tl9lsFCgxsu7qw+b/61cdOnGDSjqds5Npt6HJO/2rU44Au89h616p4VjdEvlZwVFh9wdBzXjOl3Ep1iOaGLG3bg7a9c8F+cJ9UMxwXtRuP8TfdrpzKHLA58DK9Q4zXikWsx+W2C/GKmUFruKJk+bd0zVTVlzdCQFR8zbQ38Ndd4A0hNV8RW9vI3ysFB3n7tKdWMcLzkxoyeIsdNr7eFNM+Fetf8JHcTW9lOsEF00ZXzGj3Kzbf96vmi0/t34u65d6dpdqdC8FaaPtEtpaKfJtl3bVJ/56Tt93c3/oK179+0r8Mte8S3XhPwz4ekzBPeyC6kK/u4VVf9Y3P3VX/x6uS+Jlra+G9AfwZ4euF0jRrGFoJpj965f5d9xJj+I1yUoqtsz1HD2Udjx3xxL4OtraDRPDFjcRvDNtuJZWb5pPl3fe+9/wCO1z9hbWT2UgdYy+9VXjp96otQbSGaBLR7r7u6d5dvzN/s/wCzSIkcVurGRQWbgZ/2a9eioxlboebWlOeqILrTIft6rEJFGFwBWhbMYoDDJ3ap4DGk28vHs/vM3+zVddjxSMz5GVxivQp0qcNYdTjqTlPSQWEwVpLcnOPu+69qvlkCqwHMbfMf8/8AAqxblPs2pWkpOcrg/XrWyAhjnGd1b4WbknB9BV4/CyFNod0P8P3RTHK+YGYffqRFUTxv/Cy7f/ZaikX5GOeldEoxkrGN7SuUZ4JbMvdWahkP+vhxwans3inhS4tXOxeqZ+ZKnXeWAUfw5rNvI5dPIvrQ7Rj96id/evJqU54aXPHY7aclVXLLc2rkpy0nzZX7q85rT8BeJ77wj4stNc08/Nbv80fRZEb70bf7Nc7Z3K3Vv56MNg5I/u1NH94KevcVpUUatPm7mcXKlOx9seHvEeleM/Dwv9OdJoZRia2mO7Y391lrbsoBa2C/ZppRFGeY5Wy8a+zfxL/49XxZ4G8X6v4R1mK8sGDw5xNAxwsqf3f97+61fV/grXbTxnoUOqaTcgwTJzk/MjfxK3+0tfP4vAcl5fZPXw2LvHcpf2U3hnx5qmpWK+bYXdgbsIo+7KrbnX/d/iX/AHv9mvnES6n448e3L+JvOe4naPy1PEdvGzf6tP8AZXivpPx/d31v4eighhPnOzWch/uearKrf99bf/HqwvhLoAFmmt3Nn5pckAOvRttefhKapxlY7cTWc+W580fGzwjceDvHDRQT3FxYXUEb20khywVV27f+A7f++aZp+qzajDBqVlN5Gp2i4uGVsGVR92Rf9r+9X0n8fPBZ8ReDZLq2QfarH99ExPOP4lr5LsJJdG1BbiMlQrZVT/C38S17eXV5U3y/Z6nl4uHOr9T3nwf8WHk0yHSfElv58JGFuIm2sSf4Sv8AF1/WuZ+KENs2lW1zZPFdSpMWeQbgy/7JX+Ff8K4i78s3I1CxiZLKZv8AV9dn95f+A/1WuiIe4sVSJ1luEXEX92Zf7jf7Lc/8Cr2p5bSrU2qej8up40sVUjKPPr69DN8PwTr4unhQukNwpWWRT8zeg/3f8K9t8HaSt/JcafdxZS4ZvJVF/wBWu3ax/wC+t1eL3mpvcXsd3pVhNBJKBxIxYRsu0su4/wC1X0n4RfT/AIc6Wb7VWF1NMm6Z3+bb/Ftj/wBn/wBC/l4VScsPBxW52RoxqVVz7Hnlx4GubGys/JjeTVVuVmMkW37m1/MX738O1W+7/erFsND1m3tTPceHbq5Rv3sU0USkP/F8yr61V8X+No9dvrlF06O1jkn8yNkYKyqGb5f/AB7bRFr3ifT7ZZrLWL77CygIpfcq7eGrolRnjKfs6utzNV6WDq81O+hkeObXxRqY04alpV/p1pDE32ItE0StH5jbmx/F/vUar4KmaOa0twImngE1uzBizSM21VGf/wBqvdPAGsSar4Wtby5sV1W7huFtZ455EWLa2z73/TOsj4h+IdP8A7r+80uLVxewyRW91Cv7i0b5flVW+8u1l+bc3/Aq+EzLAvB11CMr/ofY5ZjfrtN1HGxS8GfD/RPCnhOC9129aN5ZvtX2IxM0kvt8v3cL8vy/L/tVkfFr4jaXqXgeCy8MnVtLkW/VHRW8sGPy5FKtt/3tvzVwHjn4p6l4sGmWk0yR30F4pgvQjP8Au2+URtH8ytt6/wB7mtj4g+Cr3SdO0vULuCd4tQjW6R2j2oG2ru/2vvfN/usteW1OElKfU9WPJKMopbHmEfiPVprtbeG6XbnGWHSu8+H9++k+J7aTWLez1FJDtW3aU/vWZGVVY/wruZa4rVrN9PvFltkm8xm3o2zaq4/2dvH+9/smssX+oXt8bRZDuRywYNtNdE8OqnwJJEU67pfFqz2L4n6Td6Zq0dhcW8BnXy45DbLsj+6v8K15P4mZY74Q7RHCfmbatfR3xijN3YWeux2zNJd28c28N8rK0at/6E1fOPj+3WJrW9IZmkZh/s1ph6MLKxlXrTbbZzepSNPeA7m3yHuc16n8EdVg0Hx3pNwk8pk85bOQfwrHN8n/AKE1eXlJJ4HlZhGV6KvArS0K5KeVJCFSaPGGx0ZfmWuivG9Oxlh6nLO/c97+NXhNna4uF8t2hkZpbVh8zMzL83/fXy15Xd2ztcLFPGg3LscseAdtfSnivV7HWfDx1xbZ5Rq+nwzbccqzKrf8B2/NXzx4lWPUbm5s3+R2jHmR/wASMorOi+anyjqR5KnMZf8AZGh/9B+D/vhqKow+OvF1hCljbapcxwWyiKNRbp8qrwB930FFT9Uf8z/A1+uf3UXvE+ovqmv3eqNuYSz5G49F+6q/98rVeG9lt7z7VYmezV2xtiOPl/u7u9V8yK4t3C+ado3O2Pm/2W/z0q5Z20issS8SH+EfK3/fPf8ACv2erThKyPg5PkVz7V+C+tXfi74NWVlrV8NR1O4ikaOe4kZW3K7bNzL83y7VNeV/F3RdW03wEyahBLFJq7w2tsq7cv5j8/8Ajo/WtTwPp95oUFr5DvDNaLsVcYK1neMNfutW+IvhHRJFk+x2kzXEsc65jZlRmZlX+JVwtfJY+nVw6nGg9GRhcRSxNdSqRtY6a602XR7o6ZayxwPBJsJiZdq/7K1j6NeXWjatPNHPJhZDI245DGvVdRh0Txp/xM7G9jtbqOLbIpGUZV+ZmwvzVk/Ebw1ax6Zp11YCOK52KtzAiMrOP+eir/Ca68Lj48saNWOrObEYSblKrS6Gx4F1y81PyfOaQorMq7/QVqa7f2N5dSaJdqjtFII0MrbUb5d3NcV4avVjhWJWw6d/WuQ+I95qOseMJZdFaRlgXy/MB/u/e3f9818/j8t56jcXZH0GAzDlo2krs2b63e2tpUgjWdJ5GbcD8oJbH3v4vu15d8Wwlpq9qZZll82Hfhe3T/7KvRpJ002Iw6hLFJPHbiONMbfL/wDif96vMPGcRvtVe7vfKVlxvwOF/wB2uzARkrRuYYqaldod4PiuJriLyVXzJCuzj7zV2ujzPB4i1iFpGEjxbVI5/u1z/wAPr2N9aszlTGhyXatzUJY7TxzrFpI8bAptVojujYMqt96rxDnUqOEu1yaEYU6alHuLPDHc+Fllljg8+Gdl5Xl9275qtfC2+nsPF9vIifPFI3y4zmqGmSMz3qtcSHda7lLKPlb+Hb/n/wBBrd+DkVivi37bqDKYI1mefK/dXa1ZyjyU5IuM1KcWtz0D4yeNo/D3gN/FNyv+l28/l2MCcma42so/4Cu7f/wGvkvxvdwpJG/jTWLm4vvL3Npls3lu7fw+Y33Yf4m2/M3+7Xp37R/i3TVntI9K8VWNorRF4pFRria2Vv4o1X5VZv8Anpu+X+H+9XzZqcHhwBjp+qarqdzt3vK1ssKJ/e4ZmZqnD81KFzvq6l7xb4nn1eyj0uw02z0rTogvl21qnH+8zNuZmb725mrmrTS7i4P7yTb6bmq/a2FtJZTXTPOAu1BuXb97/wDZp8Nj5bq6XqqXx94cD5q6IUJ1J3ktPU5JVOVcqZTu9Hu0yI33BM0sEuqaYFE8bmEtj5uQf85rRhN5nIYPEo55+WpI7mDU2EAO8beE6bf4m/8AQa6HQgnzQdmYuq5K0ldENxdxXlo10pKum3g/7PetKzvDubP8a/l8tc5qsJtZ5FiDiB87c9qs2Nxu8rOeVrShi3GraW4q1FThodEru8KyA/Mu6mykrcTBR/e/+Kqla3HmKqgNxVuY7bmOQ9GRd3v/AA17MaynrE832fKET7jEfRttQS7ijxP/AAtz70RfLFuP392akmxuLKOHj3f+zU5LmVgi+RmK5l0y6NzESYn689K2YpEniWRGITuAen/2NVrlVNv84yjHB9qzLW4fSp2t2z5Dn5GPavKn/ssuWXwS/A9BRVaPmb8rNuyDgnqK7T4b+Pb7wNq6vbIZdOuGzcWpb/WL/Ft/usv8P+7/ALVcOuJI1lU9ehp0I8xGif13Rt6N/wDEtXSl7vK9YnJzWlc+ydfubLxf4GOq6NOk6y2+6OUfeXHX/gSmr/wZ1mTVfB0FveW6W+oxO0F5Gv8Az2Vvm/76+Vv+BV81/BL4iXHgnWUs79xNoc8m25iPJTd/y1X8vmr6X0mxitPFH2q2mB0/U7ZZojGflMkS5Xn/AGkb/wAhivCxWF9hK32WenQq+1jb7SOjlhillezvI1Cuu35R8slfGXx18Hp4a8ZXenwJttrj99Ceu0/5x/49X2m48y1knPzmNdxHSvFv2qPDyy+FbfxEfmkt2WLcOy/e/wDiqxws+WpboXVV0fOPw/uFnebQrtwqXjbAD/yynX/Vt/un7v8AwKtDT5Gsb2TTrpWjeF8qrdcVzGqBLC9jvV4D/JLj9GrtL121/wAPjV0OdQsCDcnG13j/AIW/9lb/AIDX1uXVuW8Zbo8HG0ouXN9l/mJ4kkubGR0tXAjvEMq8fdlB+b/vpf510q69cakLefVZWmjMIj8ksw3Nt+83/fNcveTjUfD5lRt11p0izx/7afxr+Q/8drr/AIa6VbahZvOGPlxthWb+BWXctefm9Jc7nErBOTUVIwNQ8N3N8iZRI7mSSRVTG1QPvKv+z/FVnUdR1e3sm8N6neQzQWVxJIoU7gJGUKzK3/Aa3/HgXR9C+0adGroJNr3Eit5pkUsuVX+FfmrhNInudXSb7Q5Mqru3EdV5rLA+0aUmVilTs0eheEdS1O38M39nZqwLyK42/eZvL4/4D8vpXnHjTSL+C5kMz3ZtbqWR48fKobo25Pm+VsL+VdZ4H8RTaLrWnyW7EGOdP3gbayLu2t/461d18XNBvrqzW8tbKx07T/O+zQKnFxP8v+skb/awK+V4my+rQxEcTDWMt/Jn03DeYUqlCWHnutvM+bLO2WeaFXZlWJRITP8AKrf7W7+7XvWkWN/4x+Hj6zqF7OsulH+z7a2L5SGGOJfun+LduFeNSW9ta3k0LLArpu3D/gX/ANjX1t4S0KytfhX9gtrYNm3WR2iUfOJFXp/FtX+83zc151fDKFKnVb+K+noepTxLcp0Y7xtr6ny74wurn+zPs5lBVMMueP8Ax6vPrsSQzo8L/O/zllk3Yr0nXYXTU2ZGwbefrj7rVy+tW80euQXHVvOXd7ndXPBRpScUi2vaQVz6DZpb74E+HrlrkXU9lay2cuDuVvLb5f8AgW1o68R8UWjXWhXRcKDDIrL7/Ntr3P4UrbX3ws1TTY2LSW98kixjuJo//io68j8T6elnqV1psfRQyqsn/j3/AKDUw3bRM3qeYxt5k7xK3y+X2X+KrnhqJpHkjK7SnOauaDGGuZ7eSMCVCVXHaodJiez1ma3d3VwcfT5q3n70WjOPutNn0h8I9Ze/+HSWk9usv9l3TQzMV/5d2/efd/3dy1598UdLbS/EdxqMTqXu3M3lN95d33v+A+Z5i/8AAa6L4AytBq+oaPd7Gjvbf5I+v7yP5l/8d3VU+LOjTxY1UBp7ZJFhjb/ZZd3/AKFuP/bRa8/D1o+05T0K9Byp8yPKPNb/AJ4L/wB80Ve+T+4aK9S6PPsV7MLFAcKVDn5sfOjL/u/w11HgqC2vfEOmW8qefGl0jvE+XjZV+barfe/hrE+zht8mRjAGFby5Mfxf7Lc16B+z9oy3+v39wZIUNrAqpIx2/vG/hZf91X+av1fEXj7r2PhqlXmjzR3PqHUNL/4SGVNSsvs8TR2xe5hijxub5mVl/vbuFrxiWznvvjlfXkcagaTo0a7VHyq8jKu7/wAd/wDHq77S/EWq+Form4C/an8lmRUGQ20VzfwQu5L7xD4v137MLqW/uViEtw2QixqrZbj1FfGYyc6MlTXc6sBThWU6jj0aOl0TUI/DuqvPZzwzypHiWDKs3zdPl/3q7LT5016+uXupPsb798cmPuttr5N8ZeJNRu/G2p3QltbiaKWQyPCMfMsjbmX7v/jtevfDfxLrN7plxBc5uJYudjJmaP8A3v8A7Kuith6tRKq9zahKnRThHY7vVfC11bX0l7bO1zZSZmLp/Cv+1/tV5xql/wDYHu76CRbLzIxuJky7/eb/ANmr0bWNeng8JS2lrG5vVjZo0X+9j5dv+e9fNNprUksyRXUYkLK2/wAwMdzVrDD1K0L1FexyurThNqlKx2aQprKDW9Qn/cRyfJGJNrSsv/stYficx6hqN5JFJstlk2gHv/s1nvq000xiDGRtohUAd6yNK1beLm0kdQWnaRVP92plSnCtCXN8jdVIzpSudh4TjS3njNvGWKlmYj73Rqi0yXzr65kEgV9rNz92rHgFXU314UPlRWsjc9G+Ws3RpMzzErt3Kc/w5reavNmUZWgjuw0usagLmKCCOa38s7YV2p91furT/GFhe2fwh122hPk6terHZM7/AC+UsjKsjM3+7u/4DT/h3AsWp3LlWZPK8zBPVV2//FVrftI6rpsXwsdzd/YYtQkSN0iO6Zo/vOqf7TfKu77q7v8Avr57EYubqqmke9hsPTcPaSPk6aDU/GOsXMWhWpk0iwt1hW5udqRwwLnEszt8qM3zN/e52rUHiS18L6HbpBpV++t35X9/c+Xst427rGrfM3+98tdHpWheI/F3h55klj8MeE7AeZbyXB8mzRT8rNuH7y4mb7vyqzN/srhawL638L2Ey2mmQ395tOZL25QRrJ6GONfur/vM1dVCNSbszOc4rcx5n1jVpC1w8hLtuJb5R+VNl0edD5c03lqv944raBnmYywWvlQlcjauAKoXtnI7GRrkLn/azXqvCxUb6s4PrDcuxLp1t5KqscyM2ckbqdqmlQ3S+fCBDOi9E/jPrWXJphMrf6azEdGxuqv9n1K3UTJKzKf7rVE6vLHknHQuNP3rqY+5mfyGtrmJt/JVu9V7CRwFAPSo727acjzwMqMADtTbJsEcV5sKqlV0Z1uHuG9Y+YkzZ6gcj/gVaryb0hkByNv/ALNWAsuZiydGX/2Wp0lbyQ3RYzXu0K6jsedVpcxoSvtd0U8Zz/49UtrtzDvHy9/++qz2l3Sea38S/wDstSrcL9lCk5YbuK7I1Fc53TsWJwzo6AZIOaq6jbi7G3PAj3f8Cqz5v72ZdvVfWmK2Ah9ODRWjCrHlkOm5QdzK0a9eGQ2c+V+bbmul2ouWc5bt7rXOaxbL5LSov7yM88/w1b0PUvtUYhc/MvIrz8JWdGfsqnyOjEUvax54GvdD5xPnIYYavZfgZ8R3C2ngy9cHY6zaXK7fcZfvQ7v9pd23/aO3+KvHYJVw0DuI1lT7x6xv/C3+7xt/3aqoJIZkuAdi/wAQH3h6/wBK760VVjys5qUnB3R+gcuoQWeoWyNKPIvoxskP3W3Vzvxh0t7j4Z65pMse9oo/NXn+Ff8A7GuW+AfiSLx/4HeDVXWTUtFkUuN2GZf4ZP8AdrtPibqiW/gy/lnVN8lrJHnHX5a+W5KlOtySPYioyhc+FL22W90/YhDBVxkmpvh7rx07VI0vPnhw0Fwh/jhb5W/rTdPZ4UZDxvRo2/nXPa0n2K8+0QHCSdf619HiJSouFaPzPKhCNWMqTPSdQ006BfywllmtiPMR1bKvC3yj/wBCrqfhbPHpVvMJpGktRtBO/G75tqf+Oyf+O1yfhq//ALU8MOLg757WPy25+ZoZOv8A3y3/AKFWp4ENtf339lXxKS28zbWA5f8Au/8Aj23/AL6r1MRThVo8y6r/AIJ5ClOnPlW6ep3niLQ9R8SQ39zIIlSKJvs+3+5tbp/wJV/3q5EeHNS8NrpHiC3mie2uJmj8yMcxNt5Denys3/j1ev8Ag26h0+ea2nKSII28wSc7jhfu1g3d1ouh2rRXP2qESuyrsZ9zbgysP++a+Zw2PnGc6VtD2KmEU4qq3uec2fgzWHFtJZ25uJJnXYqf8BC/+hV6Zpd8mpfAi9ikunurjTL9QTKn7xQy7tv97bnd96uJvvF1/wCHns5bN2lXKzLG7fKrKytxx7V1PwavF1fwv4wR0Uvdqt5LF/CrK0mVX/vsVpnMnPBN1fJhlcILFxlHzR4hqtt5mqLJGdxmGzrnNe//ALP3imRbaLwi9vD5R0u82zr8zO8ciyKv/fLNXhnimBtNd7mPfiF8KVrt/gS7weMfDeqPa74zqX2Wd8n5Y7mNo93/AI6teHhJQxWAkn9h/mj263NRxcfNHM/EKym07WNQhXl55ncjH8W6pviX4fh0zwTpXiKxWRLfUrCFmRpN8kcyrtk3f9tN1dL8T9Mnj8TyXtwk2ycMrCT7u5fvVQsR/a3wuvdKmkJ/s64kVFHaOT5l/wDHt1fM4uqqbUme5hqfMmi/+yNrUw1jVNKvWib7ZpDXFopXkSQyL/7KzUz4haMbfX5XmjaMSfMpbn5v87q4H9ni9bTPjP4XNyQttNeNp8m4/wAMy+Wf/Ri17P8AGi0lhvklEnmRxSMrpnlVXbt/9CauiTjGXqYRXOfPKRS2XjCaNgzo38X8P+zVfxesq+IEl2bWlA3e9dFrdqltqsdx03jceOrKazPHsDulvqyphhJsPes4Vk5pI2lSXIzW8C65Pp/jfTNTkd2gtLpXnP8A0z+7J+jV7h8SGjiQNC8ZhkMizA/dXevyt/u7lj/4DXgmim3axhneLzWZsOuM7v4ele6xaxp+o/BvTbs2vmz3VnJbXT/LuWSMeWd3/jrV5teTg+ZdD06KvDl7nhBWHNFd7/whMDfMZYkJ5K+ntRW/9oQOX6jPseexLH5W2SaUELtwTuQ/L/er274FWejWvhbV9c167ktd02PMj2s0gWNdq/N/wKvCLyaJUaQja7DzAsbfLnb3WvafEujrofwW8J28bh7jV4ZLxyn3dpban/odfs2LnDm9k37zPzSVKdlLodxfeJNP1fwbc67pttcGEQvAVk6svC7d3/AvvVmfBae70n4RaprruYYphNclsY8s/M24f7VVvE9nF4P/AGc9k8lutxcQxGKND83mTO0nT/Z+WsbxRd6xN8H9N0fSb2O0s3gjjmjKf6xisjN/D/urXyVde1xip/ynpYVexwznbdnmDxTpcRxjazSxsGZlB2hvvN/49Xsf7JemC+8Vaw99eXPl/wBnmJt7blDNIu1v/HWryPSLcRX4kupH2xwKrbDyN2773/fP/j1e/fs4yB9H1lYrR2tnnjQ7Tt/hb+L8Vr3MRrRaPMg/eSO+1nwy93fRvZXjXa/dHlrt2f71eNfFfwdDouojVduyC/3MgC/dk/iX/wBmr32S80u2eCKGKeEOv/LRtw/3q82+PkFynh/SbW6kiaOa6kmBEm75VXb/AOz1wUKtSc1G5vKnCmnJI8E1eT7AIL22ygU5XB7/AN6q3gtDd3MkrRqh8tjz/vVP41RYEEG1V/cbtu3b7f41r/Dy1AsjIrYIRe396it/vETWmr0GdZ4b/wBH0zWkVDh4VVWHb5qztDtmJlbb5h3fd6/NXSafELWKYPtdZuvmc521HotpNK88VoGJkkysecY+apdZXlboWqMnGJ03hWw1F7/bEVDBfLyF7N/D+lcT8ZG0Pw14ueTXrM+J5oFjt9A0fa32UydWkk/im+Zm+Vfl+ZV+b+H2VLSLTUv9YhuVto7eCRriTK/udq/7Xy/8C+7XzjrviXxZ4s8eXN38PtLvLzUpkjjGpoN3kQ7fljhkb5bePbn5mZZG+Zm252142GrRqTcpbnuzgqULIwfGNpq+qyHVfiR4n+x3MP7u10O3AM8PfZ5a/u7deV+X73+zXPXusQpCkOlaTZ2KqNplZfNmYf7zfd/4Cq1Tl0m30+W4/tnxLYi5U7UhtS1yztu+b5l2r2+9uqiNR0uGP9y8skgOQZG+XPr8te7Qqxi7s8mvGbd0WXM0jsJCxkH3tzZIqMWkksTuWYqMZwP++ajGpwn/AJawn5cc81WuZb91HlyB0HYLtrslXh01MFCfoQ3Vodn+tkDZwvNZ009/AzBpHYKNuanm1GVH8uWIKB2Ipkl9BIW3E/N1rysVUpSfuuzO2mpxVmrlC6uBcENsw/sKfbLui69KrygCQqOmas2x2gr/AA+leTCUnPU63G8dC9Z481MnHpVtT+7YerKazrckSjBrQyqrIOle3h5e6cNTcPmHl/N3qMksSCelPB+RP9ndSEbJT3xXRzGVi2p3ZZTwV/8AZafACq4IqppjfeGOjE1ZLgQkHvurop1eaNzKouhM4DiZWGQWrnZo5dMvlZW5xkYro967pGz1/wDsapaxAs9vluCoPNcuNpOpDmXxI1w8+WXLLZmhZXKX1v50XLIPnHpVv5nX5j8x71xuj301pcAxH73ymuqjbzoN8LYkX96n+8vatsvxnt6dnujHEYf2U/I6HwB4t1DwT4jt9Z07c4CmO4h37RcRnG6Nv8/3a+j/AIm69Za/8HjrGnXBNnNEtyuR8wX/AD/6DXydaXtrdwNDJ+5mLHy3z8vvurpNP8ZahZfD3VfBV2ZGjnmWe0O7dt/56L/7N/31TxNNTcakDbDvk5kzAimLwR7hkrHgn2UVl6+ivbF1OcfMtPluhb5DHgjcKpxRSyQPLJuUMPlzWmKrKdP2aM6NJxlzm74C1DbqMDPIywkeTJj+7XVzW50TxLDNCwcSFkUr/Eyt/wDs15bodx5FxtzivTvNN/oEN9Bk3UBVm/4D979Pm/GuzKMQ6tHle6ODMqPs6vP0loeu6TelrmK+YZ2xM8eP4n21zHiOxk1q6nv7m8bzGwY7dj9z/d/9CplrrBOlQpbWwklZWZQ33cVnw39xp0809xd2N9NPM7L5Z/1a9lNeTKPLi3T7/wDBNYzUsNFroZfiS0ljtIRN+6eOPaqt/F/F/Jq7n9nC5d9R1WwIxHNZMwOfm3blb+StXD31812hDqBldwL9BXVfAi9jsPHGnQoojE0jW8mP4xIrL/7MtdGYUpTwM4S1tcMBWjHEwMDx5aPbG+i3I2GbnOO9Q+D9Tl8rbav++h8m5jXbnaI5Fb/4qu9+LGi/Z9cusomJeSF6VwXw/WG21AAHEzRzW5Vo8Kvytj/2Wvz/ACivz061G26v9x9pj4ctWlV7M9f+O8P2yygu7RHjRy0nzD7yt/F+lcF8M3svt+taPMEaS705mXj/AJaRtu/9BZq9U1WeDW/hXplzIu+4j0/Yw9Wj+9/6DXhfhISaf8StLmZv3c1yIH+bbxJuj/H71eNUarUtD1qT5atzM8J6bbW2sz6lM6xy2d550QVd21lbdur3f4zWSTwNfFmP2khrcL0JkX5d3/ApP/Ha8IiWQeJtVsRHI0Uh3FT/AD/9Br3nSWOtfCnTFlgecrZfZGk3fNHJGzLG3/otqx9pKM7yfY6KtOPL7qPn3xPIxsklVMqjetZWqi4v/DJSN90cIyBitjV2iv7J44AQrFiuf7u6sfQoVVZ7LzGAaLaQa9Cm+WTOJ6xOV0+edpfJaXCqfmhzjd/3zXsfwY8QDXLLUtFls3NsjpNHDG3LFv3bN/315deN3En2HWpoYkDsw2nPrXT/AAe1y40Px/ZMdscNw7W0vOFCyfLn/gLbW/4DXViaMalNu3Q5MPWlCra571LrupW0jW9t4SF1BESkc+P9ao4DfiOfxoqZ9RuQ7BkWM55XZ932or5r2L7Hue1fc+e7exbUtRhtHVZS+FXeuD/30tep/HW8uy+j+GzIY49OsrWyjA+6oVf/ALKuB+GNrNe+NtNghldsPvi8v5yzKtdnZ+f4v+LNhaazfeYwlkknuZ/l+WNd25v++Vr9uxOJorEK/mz8xVKrKLsaHxvvU1mHwnZx7Qu5TGAPvKv/AO7rT+KoQeF9Pt9Nv2klt55I5LZJN0gWEeWflU7V3N91f7vzVl/G2JT480yHw9fWVwLT9xbzQzLJH5uY1Xb/AHv4m/4FXA+ILiS51SK7uYkLRytIPK3YkG4fMqtub/x5q+ew+IjWxc5xOyvQlRw8YTNS1jvNRmubwqRM8jebMq+WX/2dv3V6/wAP96vb/hVqcPw/+FMV/qUTOb68kkMmVTYq/Ku5m/3a8JXU7ne721ywaSPJSN/MYfL/ALX/AMTXoXhbTLIzaDFD4VN7rFjF/ad9qV5O1z5i7dy7Vk+VY1Ei7vl+9WuOxdSnSbnsc+Ew0KlVKJ1OpfG9D4mt01S3Nxp6RSLDJb/vBKrNtVi3/Af/AB6tfx89vr8em3VtMs9qts0kciN8rbm/vf8AAa+dtXe9bW47yXDW0m7axH8W6vW/AWv6rrdommas0txJb2/kw3EgWOOONV+Vf5/N96uahi40aii2dVfB+1+FHm/xLh23DsG4jWNQsYroPAMLtpHm/N+8Ze/y/drO+IFk7yXUbnBaZvmU87Vrb8CQfZvD0Gxs5ds8V1U6kZ1rmNSEqdM6i9jMGqwjcjt5f8XzVb0eWSC6R4Thg2VZRWPKLq68Z4maRSkas2T8vK//AGVW/F+tS+G7SygsLWW81jUm8jTbdhnzZPl+Zv8ApmrMv+d1FJqSmipQnzQNzxpp2s+MrK38OJPFPAJGmv7RGkSGRd3yfaGj+bav3tq/MzfL8u2vK/ijYaXY6raeGIFuNUuI5Not7qaOwsombaq+Tawtu/u/e+ao9d8ZX2meFJLXS768mvr+eS0S9hLCS8kG37Rcrt/vN5UMar92NW/iajRPDlj4Q0xr7XZLeLxLdjy7SOFFuJLDn5mVf4rjp838P+9VUMJCKstzqr4htWOGv/DD2FlI13NpFq8jFRFmQyH/AGlXy923/armdR03ytsYs7aRvvB42ZW/757V7a/hHwxYXM+q6teCWQw+co1a+8ua4m3fMu7/AFf/AH1XE65awa74vksdHXTgc7Y47GHf/vf6tW3f71d31em9zhdaonoeaz2tsZfLQyW7/wB2Q5p5jvbZcRylouxHSvaT8EmuJGW98QWpnH3YYF4H/Amqe4+BtpZRlZ9fmg3plQ6pIpauKWHtPSP3HRGpzo8JkkE5YSxYdjVWeNUGVr1nWfhbo+lRqL7xzZ2sjnbHBcWrbmz/AHdrNWR/wqrxHf2putD03WtYtB9+eDSJo41/76+9/wABrlxFNxXvnRT1PNE+Zz71Nbr96uk8SeAfGPh2I3OreGtVs7b/AJ7y2cix/wDfTLXPKrbvlPWuGCszSWhPAcNzV1hyPeqkS7jjOKtOduBXr4c46q1JI2xEFxUo+Z19l/8AZaqrxU8siqAVGa63JS2MQsh+8kX/AIF/46alZ/3eMdd38qgiGJ3/ANypB9xq1pu0SZfETiQl58Go52GyNG4DLTEbZNIMfKD+VJMUxb479f8AvqiU/dEl7xiyIFc4rR0G7aOT7O8mFY8VXEYeYgjvVa7VoJindW4NeJByw1X2i2O6VqseRm/4gs0iuzOuUE6eYu0/Lu/iFV4b+R2hR1MjIGwf71amglNT0Z3mYNPaEFlY/eRvlrN1d9hgkwg8skZX/er2KqUl7WErRZywm+b2b3RdmtbaOX7YI5/scjN5HmHcW2/eVvRqo3tyREyx8AHbV2FYzDIcbWlb5v8AapLrT1a0LAiNuCM961WGq+xvF3I9pDn1OchYR3QJ6V3/AIF1VYrtLObiGYbeT90/5+WvPbgGO4ww+6ea2dNmzEvfac1x5VXlh6+ppj6Ma1KzPXZ4Z4ojarcMoBK4A6j7y8/7rCofDGn6Nca46X96bI/6wMV+X/PzU3Rp4tY0VbhuZrdfLm/2l/hpbHRbq81PJhVLN0YM5b5vu7Rx970rXO3++54y5U+pxZSk6bhON2h/ijRbCDVwbLXbW+WeMTZjDfu/m/8AZTWJoOoXWj69Y6ks7Mkd3G8bqeGKtVrxDpVvo9wbu2kknkDr90f3fvbqascV0jxQpg4zFuFVRpyhTlCpO97BOrF1E4wPevjTp6/2qLphs887hsb5Sv1ryvw3PBZ+KpUNokx86OQnavT7rfM1eueN5v7S8I+H71zlptOhd/UN5fzf+PV4xrAk0vxPviYOkttKqjb827crDb+FfnuFrwwuMantqj7TFUp1sInDfRnpnwv1Ztb8A6xY28Bjm028uLYRy8t8yr/9lXkXiK0lXVp5/OKGOXeNvy8fe/8AZa9Z/ZnubE2/ieXdF5t8tvfNH/Ft53N/5Erzvx1pqW+vX1paBhHFKyouf4e1cTik5KOh6MH70WZvxruzYeJRrmlKYLe8gV/3e37rV3v7PWqy6v4Q1aymlkY2dzHNCpbLbZo9v/oUdcF4ztmuPAthI7q8kdr5Z2nONu5f5LU/7JmoB/Hd/ors6pqGlyIvzc+ZCyyL/wCzUUYxqYaXdBiqrp1o22Zo+LxY2ery+SIHUttSSN9wwrNH/wCyrXnMjS23iB1xtAbivSfiZ4c+yeIZLmCYOJgqlQflyv7vd/5D3V594oLxamksy7SVxnGK0pvYzqaJs5jxpbG31gAqwb725ejVmT71ERMyrs5XacnNb/iW3a9sY7xWbMaeW/Ofu/8A665+2KNbGHYCX5DHrur1aTUoadDzZxtO/c9/034ueDG062bUbbN6YUNx+6H+swN365or51+z/wC2fyoo+rU+w/b1T6L+A+lSab8SLzUNSiMaaVYzu+G2ZbbhfmX5W+8vy+9aPhvw0t5f3eo3DNc7o5RFH5e1SVwdzFf96rPwze7Hwx8ZeMrxIbO61u4VbeKz+aOFSzBo2Vt3y/d2/wDoVbfwq1plmSyuYVPkRzXTnHyqqsv3v8K6oTq43FTqVOi6HLWjTw9BRpdX1PGNZOrX/jy5a5vcXVldtMJo12qrbto+X7u7dUL6iunagFwkqovllZArK23b8tN07WBPq2tXVwGM91cbwY16fMzf+zf+O1Hr8FzcTrcQwSeQPlVpOEb7rN8q/wC8P4q78u5acPdWrPLzFSqTs3oaTX+mTaY95baVMspG5zE26P723j0r2jXfiFp1hoLaVoTz620Nn9iee3h8xLbdEqsPNVdqr8o+Vv7teLeCbEahGbKQTGR5dvl42r97sq/L/FXvPjfWpLDwFPpUmmWelyYjjaO3h8lZFC/KzR/dVvl27ttc+bxlUpQ/zNsopqE3Y8fgs9Q1a5kiu7cwBI9xUEb23V7l8HPBrX0CrNGqtabdu1fv/L/47XnssVtZ6VbzWc8bSTs3nABiw2/Kvzf7X3q7b4V+KpoLye1sCDKX3TqjbmRfl+9/49XgY2U5zjKPQ+hocsafL1MX4r+HLLTndmmMaxn95tO7czVX8HxINNsZooA0ckjDczZwuap/EXxE2r3F3pjQny9zOZnfbv2t9/b/AHa0PBULW2j6fEFKwm3juYiG4ZW+bNe1lMpuEpVHqeTmdNJxjBFTTJ7i61rWbm0mSY7+B5bFUXd/d/h521wXxJ1EjxVr+rRT+c1hs8O6XjqZmH+kSL/u5k/7+x133gy4W2udQvkRnt12ySqP4lX95/7LXmfhq1bVtY8P2M6pLHa2s2uXa/d3SSN53/jy/Z1r1MCnNcyOWrFwep1Vjp81t4yguLCJbiw8NQLpWnYXcrXCqGuJv9k+ZI21v/ia0ZNSsIH1C8trg/aIYmF7dlc4VefLVv8Ae/8AHqxfE1/caVZ2PhHS5ZEvrxfMmZPvAyHdn/e5rM+Kw0rwPoeleG5LiLUtYjt0uL6KP/VpcbePM9Qv8K/xfeb+63sc8ae5583zyfKYtjbprl5e+JPFutnSbFRuSJF824lU/djhX/2Zq6v4exahPZSappOnweH9L8z7zzfPOvbdI3zM3+z93/drgvCVrP4o1BtW127SDRrEb5hnaJD18tfXd/FXS6t4ru/E4nsTaw2Gn253RRxLtCqvtV0nzyt9kyqS9mr/AGjvb7xBFarJbqXkuBIDJI0e3bWWb3X/ABXrlj4Z8GSyHUpX3T3UjMFto/722uIa+l0yGS9uJHuIH/dwRM24Mf8AO2vcfh5CnwT+GGp+JdYtlm8S6sMQ+zt/q4//AIqsMxxUMNSsty8voSxFbXYreKtP8NfCVjY6FZxeK/H12FklvdTAmW145kb+7/srVzw/4B8S+MYY9W+IfiS6lj+UpZSTGOJOf+ef3V6/7VT/AAn8LS3KjxTrfm311qBaRixOHf8Avf8AxPpXpsq6f5UzXMgjjhZZJQDu9ePxr82xWPqYqV76H3+HwMKMdtTiovhr4Ji1MNpEEFo7rukaC8kU5/2trbdn+y3y1kTfBr4R2ai7vNIkctKU2xXTYJ/2VVvu1ta9qV3qHh+5XTbaOytpXZWnjOGZf7q1wPjHTdXttOtbzRrzdjDNG78n+GuKWKrQV4v8T0IZfTqK8l+BD4v+FHw5Nv5um6NfadHu+Upds+f95fmNeU+PfhVrFhbjVNAb+19PLNvRB++t/wDeX+Jf9pa9bg1NrzRzDIjLIy7VU/3q2vCtzPFbXZjfBESysfRlb5q7cvzevTnZyMcxyehyXhE+RpoWiA3d6r5zmvpyWw8K/Ea7mu59FtBcO5ZTCPLlj/2WZfvf8Crg/jD8JF8LaOniLw/NcXelBvLvIpRma0k/2tvVW/vf/FV9Rgc7p4mfI9GfL4zJKuGhzrVHkMO55mK8fJUsn3TUMfyyZ65WnZ/9Cr3oyaPEkSjgljyCvP8A3zTZuYkHoWpqnrx/DS4/c/8AAqpy0sSR28e6Xipb2zSeMsOGUcVLYjaHB6g81akRl25H8Iq4YeNaFpE+1cJGDpd5Jp9+k6jdtOJEP8S9xWjrMW8kxNviZd6N/s1X1S2XySyL8+e1S6azPY+WfvI238K5KVOVKTovZnTOUZJVFuaFsC+neeiNshRWdsfdP3f/AEJanebzI1/urx9N1Z9nPJFYuImYSRydB6N/lh/wKrkkwSBoFwUXbsZl2tt/2q9HC1mrxfY5KlNXuc/rkZ8zzCPvc06wl2qvvTtbmWRUVe2apWDhSuf4TmvErSUcT7p3Jc1I9E8E6kbO7KAZS4Ty3Ge1em3niXRk0yI29q8OoTpNDOu3co+5t2/3fmDV4bb3DRGIxnBBr0nSbOXU9KhvYlVplbBGPus3/wCpq9XFYWljMMnU6HmQqVcNUvHqZ/itnMcUc8hZZ23DavybWr1XwxrkUvg3T1ltjLKsKjeGXho22tXk1691dW0EUUZm2xoQyrlT3rpfD2oQ2Wmf2fcJIl08rCNRJtzuU/8As1ctSpRUY3ZpH2kU3FHuNvNba58LIdQs4wI7ZpYGATbjy5On/fNeD+L2M969z57wPG33lTd/Dtr1H4X69FqngvW9FtJmiSxulk3q+5n8yP5v/Hlrzrx9drY6VJcGy3NhlUt/COK+BzKUJYmcaWup9pgVJ4ePN2Oo+CFxY2Pi2zu7a3UR3+myWkzNt+ZvvDav+0235ar/ABC0yR/Es88RVUlbIU8ba5fRb258NW2gyC3s5IXvxdeYW2SCNm3b2/i+7wrf7NejfFHRbi2u11CO8FxBOJFWM/w/NuXiuHkvU30O616Z5fqM7T+CdSieRT9lm+6w+6GX/wCxasP4Ezx6N8QtC1SaXYq36xt/dWORfLbc3/AhXQ3caW8t/YTokguo/lZh91lbcv8A475n/fVeY3SvZa4ba3PLurxKv/PRW+WurA8tpQRljHZxnJH0L8UrY22ozMyN5Ym8sMF3fNt3HP8As7Y2/wC+q8h+IKeZbCeGX7qhju6rXv3xSlhm8LrrEaBkubdbgE/9NF+b/wAd3V4fHBHqmm3FhcSbWCkxyUUpcrvLoKo7q3c5nTR52m3tureZK0e6PBxyvzVydgrvIYGO1lPy1uaMZpJHhMxjmVtvmL95azdRt5NN1ZlkRmYHLNXq0na6PMqvVFLypfWT8qK0f++aKv2jI5Ueu+FPFiab4JsfCl7pgtlguTc3F3G37yQSfw7f9n/2U1a0HxAulx6pDLarO2p6ZJHHI0m3yg3zbj6/drH8KW0T6LqGpXEaMZZiiyOrNn5f/sq6L4n6aln4DDWsPl7vLjS42suCW+7/AN8rX0cqNHDQqcm7PBjOrXnDmOY+GelQ6hZhfJWQLE0w3SZHzM33v93+tYfiCSWy1ieSGRw/mMu6MFVyv+zXUeCIIdNeFFuIz/oyj9zJvc/981m6lbeGdQvI2tby4tbiWfazS/6mI/xbqihONGgna5NaDnXsiXwRLMNc0mCdCkEsnzEO0bFfvfw9K7DxRokun+H9OZwsKX8hmjzyzL91f977zUngTwxfRXFpqyJbzxL8yl925W8v/wCvWx8Tru/1vxhoGmTtBLb21tGoe1Xdhmbc27b/ALTba4MbiqdeSlGOmx34WhOkncraq93G0kWnQwlUXaibWXZ8xVmbP+1/F/tVq+CptX0OxgudO02SK5dZBNMpX94rNlt3+zn5apar4debxDdT2d7PBDFBHbLPdPGjDb821v8AgK/7tW/CurtYWV2k+oKk90kyxl5GLYdfl27fm27mrw6+mh7NGDVpMoeNrK6u9WTVEjgZnVizwtuRg23cv/ASK6abxfDPaC01DTkimOkrp8DsfLkgWNflb/gX8P8AvVjadpOnl9TElxcia3vGjt127lkO5tq/+OtXO65fyalHO17GxuXkEMcp69P/AK1a0qTqU4pdCKs1GbkzsvA1gdUh1tJrl9k0TKsSx/eHlt+VcH8MI1W88TansK+SLfTIxIvVVVd//ota9P8AhpAyeHLuVBt2szKd+Fyq15Zq+pHw9pmp7kWJpL6W7idBw26Ndp/z619Rla5YctzycVPmbZo6JqMA17xP8TLgxMNIV2toZh8sk33YV/76+b/gNeIXd1e+IdbnvrqV5L29maSSSQ/eZq6vxjdTad8KfDmllXWXVZptTuX/AL+1vLjH/fO5v+BVzOnAqqTH7wj3V11JRq1OU89XhDU0tUumt7S30GH5YofncqPvv/tVu2AkhsoogomDY+bH3f8AZrlrWP7ZfQCU/euFR2/i6V6LZ6SkMtrqETm50sRyTN823d5bbdrf3fmWujD7nJXTa0I/ClrBq3xi0TT/AJWs9NnWdkHK4X5v/QttevfHe4PjH4geHfCvnGOWCJ7pUx3Ztq/98qrf99V4f8Er1l+K8t5gfMkuzPPO5W/9Br3XRLU6v+0tZ6ntylj4daQr/tNMyrz/AMCrwM3XtaM5HvZN+5qwTO48PaddrZzaBaM0bW3lybVbaEjx2/75rzP49a9qFhDJo+kJKLC1nje4uFLZecfL/hXVfHfxifCOjtpFhI0Or37rJJJt+9H/ABLurhR4g0/xd4dj0pZPM875pV9Gr4JwUUj7+mnVk5M5fwZ8Tb26sn0G9mZVZV8s/Su20qWebw7dTiRuPm2scivLNc8OWui6l5LFovPjzE/vXf8Aw6vL82s2n6lCUDLgMV2qy81NTkduTY6qVST92W5l/D7XYNXlNnqXzXEEjR+Yo+7XpL20cKmfThsmjbovVq868XaND4H8UW+p2ZH2HUm+YKv+rl/+yBr0TwxIWtjqUUYZZlXeairBRldbFwStaR5vfST+CPFy6xYKV0fUyRHngQzK3zQ/T+Jf9mvTtI1u18Q2L2dwYohcRmKTzf8AVyBv4W/hZWrl/i1bxSeA7/S3tgfJm+02/mDP7xR/+0v/AAKvIvA62V5al7DX5NA1gHbC3nYhmb+FWX+Hp977v97bXbToqq1UjozlqzdN+ykrroaPxY+EmoeGrd9d0Zft/h8Nucr80lkfSUfxL/dk/wC+q8qANey6N4n8YaVqjaN4ltEgEDYuJLgbLd42HKs33drLn/erzjxZb6ZFrt6uiqBpZlk+x4k8z93u4+bvX2WT4upWk6dXdfifD5xg4UX7Sns+nY5/+MVKrZtyMUOuMe9Qtwcda9vmseGWof4m/vdqsvIT5eefvVBbNlAuOi/+y1IRj/vuu2nU9zQynpIZPGHRk/iDbVqKANbs6sNrPGdysP4lqC+aX7W2NzY9Kk0tm1CTy3ZpLiRsLz8zVwLEqVex1xp8sLiWwH292HRk3VZlbdCFI/ecg/pVW7hmspYLh0k2bsb9uFanbVj2v52S3Veuz/Of/HqcK8dUKdO+pS1FBvO7lu9UISVlxWzf2peMyofl27jWK4ZHz0rzsZTnTqcxvRkpRNeCXaQW5xXa+HboXOnxxOzbUmU4B615/bOSwzXYeBS0t08YlMa/KGkU/c3fLu/76Za9HCVvaU5Q7nFi42XN2Ot1Cf8Asnw+srBv7QdZNpU4z83FcnqWq3c6/wBpGDfqJyxePb5AVdu1lT/vqtXx/JZ/2zNb3V09xqMZYzTF2WM7f41x/wB9VyNpK6XP9qvK0cExkiIigDLu252ru+X+7XyPNUqTlKf9eSPUSjZKJ7T+yZql1NqevaOsNu8l5Zpcj5cEtHJ/F/38/wDHak+Itp9rSe3kjVVhduBWB+z3q9vY/FKwVY4kW9SS18xHZdzNC235f94LXfeKdMkS9uN8vmiZ8k7t1eJjXyzvax9Dg/epWOV8PQwR/DO8tr+3jZrWTztzjzJI41/2fvLx/DXrHiN01T4d6fftIQJbeOaPK/dbb8w/9CrxPVdavItD1BrJo5JYpHjumH8St90N/eX5G9PvNXqXwhlPij4NRteCNnsZJYl2BhsZfmUf98stc1OMrOpLudcpRS5DyXxDLPJcQzCRiA65Oe25f/iq43xta/YvEUUs0LMoHTplq73xfL8j21vbtGY2bcrBlYfM1cX46ubq4kiv7qKRRI29WI/vLurswn8W/qYV1zUrnvPgS+/4Sf4WaEky5WKGaynXdubCt5f/AKDtryyeaS3vrqCSKOMsqtwvXctdr+zFfR3Hg7XtNUeZcWk8d3Fz90SKysP/ACH/AOPVyXjyxuotcu76OWXyp52dQw+6u/dt/wCA7lqlD97OLRlz/u0zzk2cltqtzMkgAST5selL4wDG9W5VQ4lVeTWh4hhFrqA+Vt00fzd8VlzsbqxKyMx8v7vPIr0abslKRxVOXmaRi+Td/wB1vyoqcaHrTAMlhesp5BED8j/vmiuz3DitM9s8NW08eheH49JuS0Usi3DF921Ru3M23/vlf+BVJ8ZNLvI4zDPLIFuJcwxCbLBl+Xdt/h+Zq3/hhb2h1lJGthLFZWSpJFlQIcr0X/gQ/wDHa5nxrqElz4ttrRpknjVN+N23j5m/+Jrso4mc8NKc1ZyZyVqCWIjGErpIy7iNLOF5mLRweTujPTf/ALtctvaZomnlfeyqqtnkrt2rXW6hpdzPbXkHlGVo4Y/K8lvObd8q7WZfur8zVzvmW1/qihY1guTNjy0j2qPmb5VWu6NWKp+R50qc5VdTt9KuvJZpLezjKZVcI7YLL/s/N/31XUWHhS7utNt/EmnXEsEkcKlolHyllfd/6Fu/vVzWqXMK2cJimgAlRWiaOXbj73ysv8TV6fo9hLp+g6ZphW9uxJMkeGkaKPa0m1sfd3ffWuRJTSR6MLwVzzzxXPFpfivW73UrrULzySbKZZF+420qu5f4W+Vl+8flWsGa/vTrHmW8WJ4lWOFd3yqBt9v7tRapZ6RqXilbi5vDGb2aa6mt1hkYorM3lqrY2/Kv+1/FS6DYaJL8R5Xu9dnjtfPG19u3CLt2/L/7LXDWVJJnZCVU7238QGC8HlXpt7tY2YZX+JYz82G/2ty1yOmP5+ryA70leaaSNXbzI2H8VdBr5+1CJ47RJ90syrKq7mdfu7tuPl/+yrE0yZpdXt4vLffIzRKqp8xzUx0hzGk3zSseseELC9uPC7SxphDG5kjBzuZvl2r/AMCryT4taRqkmgJOwJhSHy5NybXjkVv4v95dtezeH/GMvhrQjpFpGrSKknmbl+ZvvVzEOvS3nh+bTLqyiuLe4VlkUjcWLUqOIrUKkakvhZc6dCcGl8R88eLtSbVNF8NxNjZaWcluuP8Aro3/ANjUUNtKbSF41ZxIyxrt/i3fLXVfELwRHZgS6PDMbcPueM/M0Zrlrfy2iXT5GCo/y7j935hXvUq8anvxPFr0nGXKxNPkMep2E7xlN0ysFdcLJtG1v975lZa7bwbqL3Pw+1i6cYaENHE2f4WZpMf99NXCSw3dnDJFb3h+zCFg6yMUAiWT+638TNtbau6uh0SW9k+H3ir7VHHE0OoQeZGFWNVMm9W2qvyr92ihi37TlZFSmuXQ5/wJrD2GvSXAba+BtOf4tu2vpb4beJLZLg+LbuLa9pp7JMqHPmIskbbv++q+S7OTZdIN20s3WvSPDnisaRLCLiZZbJi0dwiP8zRN8rLXiYyclTnCPU9nBqPtYOR6N4x1aHxxGdQuY1mmkRgMnlWxXn2lztoGqotkW85W/fxAfIw/vVpaju0S/WWxvllglAltWK7fMVvutVvVPCcurwL4h06Updxr5lxCw4f3FfKQXK5Rk9D7SdqlnTWqO01TR7Pxr4a2uWt7nO6B+8cnvXI+G/EF5Z3K6TfeZBd2paCWJ/73+zTvCnit4bqJGmjHlnDFe/1q78TobC8ltfFGmqBLt23ar/Ev8L1EbR9yRtH3/fR2uqCDxd4ZudHvQ3nNHutpAeRIv3f/AB6uU+G3jSbS4xpl46qyH96j9mX7y1n+D/En2ucg3AWWH/Vs1cV8U0a3157pJhK9yA8nl4O71qqNN1H7OQVK6hT50d78TPiDa6ukctvarGyBlwr/AOs/2q8Glae3vfOiO35chfSugsp7GWNWW9Qxr95ZWwy1mme1n1SQocRtlUNexhaDpXXKeFi8SsQ0ub0N2z1NtYmXVdfaa8soXEbmSVi3nsdzMB/Fn/artb+2+H2q+HP7Js9QFlrcIaXTg8ZEcjN96Fj91d38Lfd3D/aql4R03QV0ObTNcla1Gs3MdnLPnckTMrNDNt/2ZPvf7LNXAweH9Wgu7ie2eC5SxZm80SKF3R/7Lfe+792uvB1b1PaRly8pwYumoR5Jq7ZTmGVQ4/iqGVNr464/+Krt5vDK39+t7DNbRwXo81LaE7jbs33o2Ztv3W+Wrd9oGnabqlvpFpZf2hrUzbNxxLGvP8K/dbpt/wCAt/vL7U84w0rxT1PHWVYm13HQ4JFICkHrXReHvCWu63+8trTyrXj/AEqdvLhGf9o/e/4Dur0fRvh9qVzeNqmrLbQ5V5HkaNVKKO3lqu1f++a2tDn8LWUks+tFr+KGRo980n7uT/dX/P8ADXmYzia0eWij08Nw/wA3vVJGN4F+EHhvVFil1/W7+9mdWaG00q1ZtxX726RvlUdP7taXh3StJ8PWl54m0XTIoo9Lgd3R5dxmXcyKrM3zbd0b/kv8Ndpp/jizTwvqK6HBBHA1l5khjRYlto8bfLVfvfw/eb71eTXYlufhJq+oTg2jtJb2kbSjaGGxpmUf7zN/49XgU8ZiMVUvKVj2ll9KhSbpo4fxV8UfGPiTUFuNQ1WRreJmEVogC26qe3l/db/gW6nwHRfEEROmwxaZrKrlrRctDd+8f/POT/Z+638O35Vbltf0e40K6t4Lkwubi1iuozG+5Ski7l/4FVO1O1jOHaN4/mQj+92r6ShVdKXMj5upH2vuyNeaYndt49aw79dpBxXVahawX+hWutWd0HuSfL1GA/eST+CT/db/ANC/3lrlr0bpG969fE4j29LnPOhR9lOwlpulYKoUH3fFbOlXLwtiEtueNv4f4lbcP/QVrnk4YLirdtO0dwjk5ANY4Sq4yViq1NSie1eIIdG8RfDOwu7ZIbfUUeY3cq/8tF+Vhu/9B/u8V5leQz22mtfRLFJbSSeZGhGVX5ete1fAvTdNnuk03UkivInikFugP7uUunyfN/Cyt8tcrqWh36jVNO0+0WOKSIhrbZuT5e/zfMrfN/Dtrix1B0azc+upWCkp03boQ+DdMtx4v8OX9rcQLNBdwzTPG/lq3zLu/wCBctXsfxI8vTtZNpHbsI2kkXcDytef6Dp8Z+HOgX17DDHM6N5ZQeZlfu7m2/7S16p8QIWv7Cx19P8AVvHGZO/3l+9Xg5oqc5Jbs97AOXIzxS80dxeas6kLAYTNLhuprrv2SdY2eHPFWjsQ5t5o5o4yPm+ZXUn/AMdWsvV57OTW44FLMkqsk4jf/WLtbj/x2n/s5aew+I3ie+VobfSYrNvO3Hau5pF2qrf3tyt/3w1cWGk3Tmqna50Vot1YNC+OYLm2vriR4+ZC3f73vXB6zbXtz4Kie4RnQPsSRui7f4F/7+V658Vra3bUA1vcskTRmG3O53Uf3tu6NfX/AMeryi2s/Euq3kfhzSU8+Ke4ysrKwjjbbtbc38P3V/75q6OrTK5rXizd/ZfuZrXxpqEcSt9lk0qT7SRztZZFKt/31/6FXT/GS0t5o7W70+880OWSRPPj2s+7dnbHuG7n+9/DWj4NuPC3hezu9H8MWU+qSTFY79WB+eZdytjd/D/wFai+Kd54ol8Jsl/4agtNMV0YsNqhG6L975ufu/8AAqcq/PX90UaXLS948N1z7Y24XG6Ro/lhVd27/wCvXefDmDwhpmg2+o+JNGkudRuHLIN3mKyfwtsz8v8AwKo/hzr0dvssLqx02GcXKxjUmUtLD/CWy26vVdN0i1+1JDPeSaq7/KoeM+TH937zf8BrXF15RhyxRjhqUZyux/8AwlWk2v8Aoy+FIgIvkA3x9uPWit7/AIRfTP8An20r/wABP/sqK8H6zV7nr+zp9jyX4ZXUB0WW7it53+0NhGRtitt+8rf+O1zF9HOvjW7DTLcQxRsSZfmVm+Vef1rO0vxReG6tLSz3olv8y2qZ8uQt97d83P3aflre/kvJiJHnbaokGcH73/stfoCqOpCnBvrqfD8rjOckuh0l9rU1zoM+n2vmz7ZPMe3ig/doqt/EVX+9s+auY0maR/Eln9pj8xLMfuEUN+7U/NtX0+Zm/wC+qsW2p37Mhs7mOAptaYRxqm77391fm+aqegQ3d1ra3kaNLKZZAEH8f3Vx/wCPV6c6SjuvdPPjVk/U6a4lgm8RWMVmkrb7iH5JE2szfL8uF3fxGvap7fWW1XULlL2KJNHgbyYxGjMdsLMqb2/i3Kv8NebaSiaBqM2tamJIJrRpv3IVSxZY2+X51b7rbV+61dlaeJmm8MeMLnToIjbXkkjEqArLu8uMru/4F/49XDUeto/DsvmejS+Cz33+48l06+S0utlyIYbVfMMLSPlt2V5Zfu/3/wDvml/sqS719dUNtD5QmJjjhOPM4bazf8BqnYeD9c1vWdOhLXSQXa/6zy9qqPldm+Zvm2+ZXUeBz/ZuowzTWFy32vbKGkXAVCu5f/Ha86taUXbodlDnUo83UsCSe3sYrqNvJZF/1b+9UPCcskXjXTNUgWdm+1bsH+8zKu5l/u/LU+rGRb9YBcGX7S6r5TD7vzN938DTdCkl07xjaW8jyCOJvmLD5vvVtF81GwS/iXOj+KepTXWrKPtTQzKPMU42/eX/ANBqNkuI4o/sayz3Ijj5Vtq7vlrg/Gl153jC7uI7lj5kTFVP3du771dro0l9bIslhcbP3ars6YO2uTE1vZwiuhrQhzTb6j9P1K9s5klvoCJ4JGZ1kX5m/wCBVQ13wppHi+KKaKz+zTIuWkhXazN/tVZ1bUpZriFtStFkVt0ZcfK3zfxVq6FLa2NjDJYtIbdU3qzH5jXRgmnJSRljOaMGmec+MPhb4l0/T4bywvYNVikZo2t3Ta6lVXd/s/xf3q5mWfVNI0DUdBn0sw/bxHJJJ/Fuj+Za+j7DV44tFh1C6ktvJZ5FXcGP93c35Ve8DWFhrOoXUN1awX1vLA7YaNZF+8terRrpJtnnVabi1FHxVeQSKPmQgjsabH8sgd3yg9utfYGu/s8eHdd0G9m0/ULrQ75dRmjRdvnQsvy7fl3bl/i+7XI6L+zHdQ6Pe6x4i8T272thG07W1jEwkmVf4V8zaoZvu/8AAq5azpX3NqUZ22PJtKuLzTNPt7bWnVrW8tmlgiVtzWke75H/AN1v7vTa27+Kun0LXbnSJI4nlW4tHGVZDkMtcT4+nvovEepLqNn9kui/kra9rRI/lWNf91VRffFa/wAEvDeo+MvGtr4d8+4isp1kmumRd3lxKu5mXP8AFnav/Aq8XEYONaXMj38BjXQtGRveKtOtrNF8T6XJvtp2xcwE/wCrbu1WNJ1bSpdLke8vE8vym3Rq3zV0/jr4LeINL0mNl8Qmaw+0xQ7fsjKzeZIsa/Lu+98xryrx14ettBt8WMzv5bFHcv8AMzK21hVUsnq16XO/snRic+pUatqUdzHm1c6bdubCYuiyN5e7+5VHUNTuNRlaSY43fe5qGw029vw32OzmuCv3ti8LUx00xTBGmWRh1WAeYwr0KNPDUXzPc8qrWxNdaaIqcKQRT0JZsxruH97PStzTtCinffK5jQr+7807mY/7q/8A2X3a6nRPA0N1cxy3EsiRSxiSJQu/Dbfm+X/epV82px0SFQyupLVs5G3kv713ke7YyIm0ZXI2/wB3bXWeF/Bhe4trq9u/Jgb94UZvmZtyqrN+Lbv+A16XoHw9t7ZE1N4EULgKrNyT/easa8mWLx1HFDas1gzqr7TzuWGb/wBmbdt9q+fqY+dVSVPSx7+Hy+FOznqbGjeCtAt9R/tCXfcQPGsttGjbivHDN6VmeDpJ2+LI1iLa81qkRBKd5Nz/APAvvfers7G4iOmeRkReTHuVIgI8/wDsteaaHrZtvH8ksYZQ8dqoye628f8An8a8mmq06c9dbHpSlDmhG3u3L/xBs9euNSuRPeT7YkVdsD5XP3mJb+98w+7WHfeBJ7bRrfUZr66W3LAOwPf+I/yrYfWb7ULS/lZ1LSBmm5+aNRu4X/4qp9S/tDUNB0y0jkdrKNI0Xc7EuCvzbv7238KcK1WnFRbsbVKNOd5RVyr4Z1CKyi1rQIbaK4/tDTHjW5POxlUyf99dVpVjgg+B+s2M5hLW13b3kSwBtu5rdcNn+98vzf8AAq5SQ2uiavLOZG2SIw2ngjdxtrb8L3d5e+BNe0SZTtu7SGeJ2iUZVWePd/31uWu+ClH347aHn+1TTgt9TivEVo2oR6PdMyjOlRFgdxwqySR5+X733ah1m20m48P6e1jb2sF0iO1w0QkyV3bRu3N97j/x6tQzKuheGVih+dRcW8rt/FuZWx/6FWNrE0zpJDb+X5STyCOJRh/n8v7vG5uVr3Kc/ft0Pn6tL3XLqReF5LYXlxpvlYS+hMKyP/yzk/5Zsv8AwL+dYVxAyZLMMdyTV69SWOSGRflaP5Tj7y7adr7s19M7xshmbzGVhg7m+avSwslJOLPNxC2Zhr9/NS5oSCaaYCOJzubAwKvapps+mCMXDQ+Y55jSZHKf7237v+7SVVRlYzcG43Op+H/imXw5rmk6pI0klvBMsssIk28xt/8AE7a76/8AiJqmn61FqGlXCIrIxVkVV2fu/l+7/utXkejpZzaY9o0Ukly0mVPmbY+f/wBmum0yzkGlNpd4nzruZCD0Xb93/wBC/wC+lrorQjiEnU6GMZuleMOp2ng+81b+1Z/COnxS3Aa5/eIeQu75t7f7K5b869m1kaidAGjWsUsFjbQY81PKVTtXB/hZtv8AwKvGPCs99omqwzaZdwW15qQWKZ1UMyL/AArn+9/u11Pie4W/S1a91PULySP5UE8qxqW/h6fN618hjISlUSifTYVxhT1OE8SW2vR+JIT4dhnWa3dWacMv7tv95q9V8EWr6No8el+FNDivCEVbm/bzFWebnczbvm27t3y15T4WnmuNXuVnklkkl2yMZJWfBruI9dnsN9tpxi2TXK747hMIpf8Ai2r/ALrUV+aMFEqg05OSE+Kmj64mnxXep6rbpDuaNLdJPlVmX72P+A7a53w14q1my0WyS01KYWyRj93Eu35tv96t/wAW6rLr3gq+sA/2p1SO9i22/khF8xV+7/utXAeCLWURJYXKuMO0aBqnDxhOm+foFdyjUVj1/wAE+L47Lw7btqe9Sx8tfs9vvllkO7LM3975TSeOdVfxL4Z1OxeyvxDLYSSQvcSBd8i/Mu2Na5m0sl0fwEl4pRprW8+0GNW+b73zf+zfnVbSL69lvJ18p3sItxR0+ZYo1/hZq5t581PY6YuLhyy3PJvDolj1KTdKqRScjP3q7/w9qHiLSILfW47ua8t3laJLYybsN/7LXEeI7GTS/E13aSrgpMw/Wu68OzSjwvcWcUPmMsyz25P3S393/wAdr18S4ypxbPJw6lGpJHbDxtfMA39k6pzz/F/8VRXkF3ZJ9qm/4lF999v+WfvRXB/Z1Hudv1+r2KHgF7Xz57dpJEklHzTAdP8AZ+9/8VXQyrHvZILmOeSPds3L8y/L/wDZVznhJbSJZJrl2hhdcx5+bcv3WH+f7tael6a41j7X5sEVvcfLF5x8v5W+Vdv977vzV7eHqKlifaT2PHxEXVw7gtx99aXLT21tZSLbTzn59vDAdz/Krlh4gufDV1Ld6bNNa3YK7ljPzKu795t9Ny07xus2lNHZpcs1wIxHLHCV2n1bcvU1h+GvK1DU1srvznjmgZYFaRVCbW67m+9/F8v+1W+NxjxE3Km/cRwYPC+zSU9zp38ZXl/Fez2gY3lyzyu8zfe3f3f/AB7itKXxEdO+H99FHJHIs3kpNGdxYYbczbv96vO9Z1D7LLLb6TdPBZtlETzNzFd38S/3vmrr9LvrUaV/Z5066ngdm8x4iFmLNGq7d235VVlZl+X5c/xV5vPOhJSizvUVOTia7eKtUu7aCwsYzbPFbtaC4iXDLGq/N83+15f6VWbx9r2rWVnbSOyRabHbxxkQjO1FaNV/4Cv/AKFXYa5N4citLjT9JhuJbhrb91LI2Fb/AFfzbf8Av9/30tL4g1Lw7cWWn33hvTRbCHdLMZjuWR1/4E25fl/8er16cKKpcz1e5nKVRVGjmdS1mzfw/bahcssNxBcKsHDRs7KzfMv3t2P+A7azdPku5vE8eo2l1LqkEsar5b7maSRW+9t71y3jDxjc6lcSIsCpAGw6xrt3j+7x91f92rXhm/awm/tC23WkUYCySOG+Y8/Kp+7XmTlO/tNvI0g7s0tailh8V3dq1tOFjjWLbINrKu77tegWjwx20MybjarN+8ZT/rPm+Za86vfEFpN4g/tIJJcCTbHIJfm+X+Jv/QfmrdlvL3T5LMpELlJAskUJ+Ypub5d1c9ev7VxUlY6adottHb6zHpV/G19p4aFUX/Vu3Vf4v8+9Yf2qa3VYdjCCNV+XH1p/iDXLqe1h0y/to7e7a0WGPy1+ZfLZvvf7VRwW1wqeXNKxEnl/N67VrswUnCN0Z4xqWh3GmWcDaEijYLVHx5Zbbhf8r/49Wj4Fuo7DXrv7PO8CeS0fy/PxuWszRdrWCqxkwjuWwnmK4b/Zp+kQWf2q6g0+WYL5nmBWO1lG7b8zV2KpaNjnlHqfQHw1gF/oV6bn97uvpDu6Z+7/AI1k/E9LWDwTr95bSKILbT52miJYbjt9PrVTRfGWgeDPh1JrGv30draLdNGxLZYtt/hX+L+H7teT+NvGXi/4p2zaX8OfD2oNo15Iqz397b7IZQOcbm+Xbu+Xb81cc52OmnTZx/w5+E/gX4keF11LVfEBt/EN7cSLCkd1GrLGv7tQIW+98yt92tH9lZdA8F6z4/1HUtTtV07T5o9PgvbspGGVZJPm+bpu2Kdq1Rg+A8Gh2CyeMvE0PmWK+b9jgbcViLdNv3l+Zv8Ax6vK/H9t4cTV549IvZLi2lO5ooU2rB/s5/irOGJUpcqOqWEtD2j3PdPi/wDHzwpdWMeneEXn1K4gkjlW7Mfl28ci9/m+Zv8AvmvnjVpr++htIb794oZnG4bSSzbj/vVLYaNJYWiz2kUQL/MjSjPFad7ply7WVxeu7LDGiBcbty/ePzf7x96uWYSgvZxnZExy9VLTa1Mu4SXfDbRtcyholP2aL5IzWzong25uXVNptFd8zNGu5iv9xa0xq15PdW7W9ilsFG1fIj2tt/us38X+8a3lvYtN8sXd0ZJHTIDf3WZen5NXkVcY4Rslqe1Twim+ZvQs+GfBmlaNDMbmAXEjn93Ey/M7f3lZqrWulatbai2p6xGsLllWCEjAVV+WuntrlEVbmVJ54YATGkm792v8G3/gVc54t1q/8V3cdrbySwhcJueTg/7LV5/1mVSoztVCKijbudcNjolygFzIlzuXe7bVZuK83ee8SykNuXaVZ2IJC8LtbdJn/vquvvJI59DSxjIEdpGxFwZM+Y27/wAdrjoLr7TJf6W+2ELDkTj721Vb5f8AdajBNvmuGKdrEVtqV7Lc6dayyTSmMqpUPuVvm6N83/jtM8Sb7HW7WRDGu/SbXIBUfMse3/2WsYTNb33mhxKFyqKx27ulT+M5lu9V0slYoojY7GW2fcg2zTL8pr1qVK78jy6lSzJtd1iYxW9lEwjmmU7tjdVwu3d/n+GrvhzxPJo00Mc5V4woQBixG1v4vl/76rk7Z4ra8SeaQyoGAIPZdtbOiRX76ta3elQXEaum0Pcoq7t27dtZvl+7VVcNRdPla0Cli6kanMnqbvjizfVRPrGniOeHzZM+X8vlr6Bfx/8AHag+HU0dlpHiSK4ljikuNMcwhjj545o5F5/2tzLW74MspbBiNX1G3vLF4JFNvAd5Xt/urXO6En2TU7m3dEkZxdQogOZFDW/yt83y7VZV/wC+awoTjyuktkXVs5Kq+pzc94y+BIgpCtBqm4N/Eu6M9f8Avmq1jqUU2s2omi82y8+J7iMPgyKvyt8y4ZflZqtWNokGkXcF3cW0hmdZEiVfMdW/vcf7396tseCLqG2jTT9B1W/mmXiSfagZj/DHHGzNJ/31XqOtRh8TseTyVZPQ53UNTuZrQ6ZLaQXb7dqTYZpEX+Hms253bLaVBktGvzbQfmX/AHq9Pt/hj4u1CNZB4ct7eaOPcGeOaLy9v8P+18u373r/ABVs3vgf+wrS4g1Pxjo+mXe9iqRQLjZ937y7W8zpQsyoqS1v/XkZTwdWabSPDrk3giMJkkUbtzRs23LN/s/hVeONjLsLrk9Oa9T1bRvhtpBS4vvFmpa7fTR7nitLeN1Rv7rMzN838NWbKXR7aZNU0DwTc/Y3ikjimvo9kYkaP5f3jN/D/erSeYN+9Tg/ut+ZlDBu9pyS/H8jzPS7N3fd9kmmRx/Avzf8B/2q9D8LaV441qe0srTRph5fKrOqws8a/wAW5tv+7+NQePPihqviGeG0ms9KslteFMDbwzf3ty/erFi8a+IX1aTUpdfkjnA5kUFd6/3R/nvWlKri60VFJRfm7mVSjh6b5m2/Q9m/4Q3V7aSEznSLS4W4IRrqVWYxr8ysv3vm+9WZe6fpWg6xHaXGsJdedN5kz/Z/NeL5vl2/3f4f4q4JvEN3e6JI9pme5gwZJWO5m/umu10Twvfta3AlstRaeJsSW62rSMrf3futXg16FWnUarVPuPXpVoTjeMDPv4vC2g67M2nf2pNe7nLmUrGhUtu/2m+61a0Ov27WV7p1jpllHdylbg5/esGX7u5m/wCBVZ1r4RfEXUoLfWLG28lnbDw3lxFBJDHtVcyf3g23/wAdrQ0z4fax4b0W5vNQvdHhvIypMqzPIzeZtXbtVf72386yqVaMFFTnd+pcOebbirIwtJbWYZpTfvI9jPA9uVhj27dyttbb/wB81wvgx7qXxCLe2fHnFWUY+bH8XH5V1F1r+t31nakajFDGojVFBZnfn7zM25v/ANdXo71dNKR+G7C3a+IH2m9lg5G75m2/xdG/2etbwtHmstWTO8pJ9jY0iK3ubnVLLxHqkKWriWMBJFjYN8vXd/D83/j1XNb8ReCdK0l4V160uZYQqx23mtOp68bV+WuCi8F2V0zzyzzj723zT1b321lQaNoserAwKkyjKlk+aMtxTp0oWs2VOcuxU8b6lB4o8TzajpNvcGORYQyRodxZVVWbH935av2OveKtM0m40Kw060ljkcSGeSPdJHtVuN3/AAKr08/2TTvOtbdFaSTavm7Y/l3f7XtWMbx2fyzdNGZG3Mudy5/8erq9rZJW0OVUry5r6mJnxR/z3j/OirRaAEjF7x/0zaiujm8jLlG3Wn3Q0y3utPt5J7eTcC69EVW2/wDxVOk0rVIvC8l9e3Ef2cT4j3SKURm+9t+bd3+bb92vpHW4LnT/AIX3+nyT2cWnRzYMa20asPm3Nyqr/wCPbq+VtQcSTx29tLL9n2N5Stx8u7/65rswuHlOThPocuMlGEVOJ0VppulzXtsNR+IGlEtHtC21ndTPtbPyt+7Vf/Hq1E/4QzS7dEl17xFeRCOQKlroscOz+LPmNN/eG6uVjs30iSGRSjEruGK6efUFv9KjS6jDsfmG4V6by2C92Z5H19y1gQQXPwzhWS9n0zxRqburLALi8hhWOTg7vljb/wAe+X5qdc+LPCmoPbxf8IbqzpGMbv7Y2s3+95ca1gaha20cBSKYDK7SoH3aqOsdvEkcIKlhhiG+8396lUwEIuzCnjXLW56A3xH0GzQra+CSxVV+S51a4cK3qvzfdrOvviNA9lBZReD9HFvDHtjjkuLl8fN/10+auBfmi6gmWKPK8yLuUf7NN0KdONmae3nOV0djpPiLQ7rU401TwPpP2e5m2TTQz3KNGrfxKvmbdysd3/jtX7DQLTWWnt9AvHtpoizSWd5JvWb/AHWX/wCJ/wCBVzGn/ZoNCjmkQNNNKrIp+7tVq0/CN5c6X4n86COF3LTWjLj5Ssm6Nv8Ax1q5a0IRp3SvqbUpPm1ZTudH1bSL+F9VsZIZE3KkMinay7fvKy/e+b+7WrY6pqeiw21/b+VLMP3n76TcY/Tav511Hhm7uPFOt6X4fuJmvUDeZb28ku3En3W2/p8tYL6eJNXvLa1hubkx3U0DbUP8Mm1V2/w/drza0YTtdaM66fNF3vqdPZzPrtimoThFu3TcqvtUsy/e/wDiq6ZrUvpNvDEFaSHapPTd8vzf0qDwv4B8W6g6CPT3hh3by8vyoleoT+GvD3gqwa68X3rX8jbStnaNsBP+0zfNXOpqnaMXsdaoyn0MTTfDM2o6Pby6WZpbtVy0UXTZu27m/wDHq6Lwhp3h3wxZXGp6zLPc3V7MfssDTYLR8sv7v+Hd97r935vlrifFnxRu7S/uNK8GwJpPh2IKj7I8tcBvvfe+98qyNXnWlS6zqOr3/iLUNSENzNIsO7flrgN/Cu7ov3VrCpiZvSLO2hhF9svfE34gaf49+IVho+oK1l4XsrxI2gt8HcrS4Zv+/ef+BM1dL4k+MviA6jdeF/A9ktnpIf7Lp9wjLzCv7tfpzurxGwtW1HWtRKqzN9pZEyxdvl4X5v4q9UtrC2stBNnpqqt2iJvnzk7s5LNU4zExptR6nVhaDqXkvhOQ8Ut4mW6Ok6hq0s93NJIt3uk8zHzbvvVnxeFf7GEN7dzwSNN8q+WcqDXTapeXDyprmuXVrJdK2Csar5ki/wB5qxfEniFL94Yba0jSzVt1uNm3af8Aa9fm+lc8K1Sx0Tp007MvadH5l9BaNEJEeYRkqvzYrRv73T9O1K6sr25kW8hlaJYxH+6Tbn73ytWH595aSx3Lkwqw3Ehu/wB6q+qT28viW71KeRpY7iQTEH7zBlB/+xrBx55XkbKpyR906rw62naksUk92yzybSz/ACqpXb/Eq/d3ba4rxglyNTAEjMhf9yo4+Xd/DurT0TUY7OApapDlgY5GaFct833v975vvVjLLc6ldywRrJc3TviJYRvZVX5l+7To03GtKXQmpUXs0kdLfahf2ulQRJJNJKyZKr2rE0q6f7aUeaeF3ViGZf8AP3qG0rxBPMbIadeRTf6slhtG5l/8d6NVKW1mtEVLq5tLdoxuGX3Sf7u1d3/j1awoQUbJ6mXt5JXNfUNV8iJ7e0YvzngVh2tz5N/HdSQSMSmflOSf/ivvVDq50uKXzobie5uSuSGj2Rj5fvbm+Zvmz8u2ppb9rnTrcaNpjmUHa75adjJ8rbl+X/Z+7troo4VU1dLc5Z4p1JavYxtUuEvtSiNsjGMMsYWMfeNaF8gt/sMrRwwygTrIoXAxuVl+XPH+splp4d8RhBcvo2qCNCVWSW3kjjQf+y1u+FfCmq+Lrs6dptlbahf20eWjTUI41VWVV+bd/d2qv3q7HKEVZvRHGpOSu/iOek1SBrZ3t7OGOdXwrb/mZdu3b/eb1/hrdsbDxPdW8c32eWBpF3rcSHbGFK7lbd/F94f8CrvPDfwM+I7gsNY8P6TgEbLe43N/wLyVbP8A31XL/F7w7qfgN7TRW8VXGqFW/exASLGm7a38TfNu3c/L/drm+s0q0vZUpJv7x3qQjzSR2/wt8Fx3unyT+INds0txGu5FnjaSNdxG6TLfKvStb/hHfhrpXiK91HVNY/tW3FsZfIiuYzGhVWU7l3LuY7mVV+ZutVvh38MdP17wZYeIfE93q0gvLJ5lsrZUt4gu6QLhl/i+Xd93+Kux1L4b+BfBfg7UtRbQ7ifZalmN3qMjr5mdqhtvl7l3Mvy187VxVOFZxdV3vayR3uVTkVkee2XxR+FmhG+n8N+C5Z7qVdivNGjFAo+9t/h/76rmLj42+JJNL+w6NZQWbxMrA26MGb5vu/K3SuU8E6Inir4px6ZZ20NtZXl2z7UXEcFvuYsx/wB1DX2hpOm2mku/9k20FtGz/u1htI4zEv8ACMqu5v8A69dOZSweBlHnhzvfVmeHdarF62PjrUbb4kXmjprr2+tR2ke5nndJI4/4v4m+VuPzq38PPhZ428Sxwa5BpFvLp118sEtzdxwrI33em7cy5r379qHUriz+H9sJ0eV7qZvvHdgLGy5/76kWul+HunSWHgnQNNdFgeDTocgD5kZlMjf+hVVTOXHCKrTglcUcF7WXvSPEtM/Z58Vm7judR1/w9FbwSqXhtTJuG35tqtHH/wCPVuaj+z7oss8N1fa3fvCoWMW1nb9R/eEk0lfQEcYiiMJ3MFGR3aoW8mSWNd20j5Yw3Chq8OtxDjKkrxdjrp4OjBWZ5Lp/wG+GUXku+maxdkNsfzr1Y1z9YxXFeJ/C/glPjRoPg/SPDMFnZ21xHNeRIWmeVVXzJFZmZtysuPlr6Mu9U0nTcyXuq6fAA2399cRr/F/tNXifwza28UftCeJPEVp5bQWVrdNHKgypaSTyY/8Ax1a7MBjMZJTqVZPlS/Exq0qMZKMEeu6Homlacm/SdA0vTo3T5vs1pHGRn/a27q1Z2ljAaW8clcMTvwuf92lSUu0MCxAwlueeteP/ABg+Lmi+GfEE/h2bRWuZrKWNiz3TJG3Ctt+VS3y7v0rxqFPEY2py022zpk6dDc9DvbPyL9b+6Q+TPGyyhItz5VvlX/d+Y15r8ZdQGm+BblrS3FtC9wwPzfN+7jZl+7/tLH/47XE6l+03rj2pXT9G0yGQfKC8ck2f+BMwrzfxT8R/EvjCOWy1IwNDM5ZVhhVAjfKzfd/65rXuYHhzFRrxqVtkcdfMaTi4xF8M+MbdbFLK6tUBT7srNyq108V5Jeyho2eQBlG6MdV5rzrw3cwQlpFZllO4FR0bd/D91v8AarqNL0+5W1eW5uY7OELuUSOxkYf7u7dX1FenCMtNDzac5vfU6XUruGLy47VFupHiZhnaFi2/xfxVn3ssCae00M8AMUbybFMm0sv8G3atRab4Z1G60S21Gys3SOaRoRNDbtJ8vzfeXd/s1a8V6FdeFr+DT5dS0+4iaNmlnnEIVWb7uFb5u3/j1YwhFK19Tp55NXaOZbVVa6EfkrLFEd0Zhtt23b93/Wf3f61Uv9QWSyjVbS5nJX5mLfe/8drWWDEb77m6upCfMzDNtU7a5nWPt+6SP7D5Yk253y+Ztrqoxi3oc1aTitDEnaLz5P8AiXfxH/lsfWil+wr/AM/Vt/49RXfc4LzPpz4wfEPSr3wOul6ZfQahdX9xIZPKkWSOFfuqvy/3mdf+A7q8Ev7FYZg4kjiG7au9vmEa8DdXrB+GfgKPw/DbXPxM0QyEqzJJNCNnzM3zN5m7+Kob3wr4L0zQ5jqnj/TdWsRdCK3SwhXbH/tbty7ttejGbVpPf7jjrRc1Zs8w1W6+0XsaQ3CzRqqxq8bcbq15LUpokTS3MKsi/KGf7or0nTbP9n62gUX/AIpNwTjAWBmk2/3Wb/7GsPxanwlNksmieM9ZLJPlvMtRIqxH/lmq/L/7NXdCt7TWR506Hs7KB5xcR21rfQpcXMbpt8zMe5sinEW11EHW4QEDJDKwz93/AGf87a7G0/sDU3tYdC8U2OnRxnfcXd9ZJGyr/wACZv7v/j1Nu4tP0nW5ILi7k12W5hEks1xF5USt833V/wCA1y1cTNe6rHTSwqmrq5R0nwt4Xubd5rnx3YpJGqs0cVnI+4t/Apbbu6VzuraXYwavDbxawn2cth5D8u2Pd977tdb4f0Tw6PDkeqXibPtt1IljbxltzSxL95t38PzbdtZXijT5kvIN+lXVtDOi7HkjVFZW/iWuenSm5tSlzfp6G86qhFckbfqZ/jG+0UyWlloLtLY2kaxCaReZJMfM350mn61p9oqXU9gyXfmyMscZ+T733dv975qo69cabb2dtp9oMTQu3nSttbfk/wAPzfd/75qTQdKfVHgt5AlxMrKqItwsbKv/AKDSvyRS7MpPmvLub3gK+Z/EB1wt9iexmSaCNpPmk3SfNt+X+GvoixudC0bULvVLx4re01iWTXLuMJ8yxN92H/emm8xv+ua7f4mrwrRvh9d3HiCez0UfaZ4Z1gnaEeYIw395o2bb0b/vmus1zSNR8QeK70y6skGhafLHbGRD+8URxq0cMe3hm+Y15WKlzanrZfSU3dnq938UtV1S7n0nwnYRTypi3tY4ovKituvzN/d2/wDjteb6zIH1Ka51e+i1bVohtlKn9zuXoq+u3ils9ZvtTuYvDXgDSPslnLab3khi3SN97LSSf3WrbsPhfrs+mXlrc61plmHUGO1ll+cMv/LRmXc3NfPVsRTpy/eOx78YK3uo8w063vdb16KYn/WySbuFGfLjX5VX/dkb86wdd8T34ItLQCztkl2u0UyzLKuflX5flP8Ae/75r2fSPgik17JJrHiFrWFF+U2tmcnduX5Wb5vu/wCzXH/FrwBpfg7w9p9yNYW6sbmaREZLdly27+L/AICtdeFxuFqzSp+8ctalUSvLQ838CTRQXEl0z5cMz/X2rurfxOmn6xcxwgLDdyM0sTNubb975W/z0qp+zd4TsPEGs3t5q1nHeWmnWZfyZSwjM0h2xhivzf3m/CvpTQdG0IC6j0zwvpdgVVYfNFr5gYMvzbWb73VlrhzbHUMPXcZas1wDqqkrHyldS3Ot6gkFrZrM93Jth8lckt2X5a0tS8CeMrXVLiJfDOrzrA2yVYrWQqG+u3mvr2x02ytpf9CtoLGONt6i0hWEt/sttX7tVJAbq+vIY5r5oiF37ZGZdyttx/s/7teWuIoLSMDaWHbd7ny1rmmm0tbNdXtrmzmUeW0bbVHHTKt825W3fnTfFNr4S0u8jS21q4fy7WMTShPMbc3zbVXaq/8Aj1erftO6dd3Gh6dfQ7VeMi2uEKhZJB/CysPvbf4ttebfBj4Vy+KtXn1jX7hV0WxlUTW5l/f3L/wx7f4R/eZv4a9ihVpVKXt5ysjmnKopciR6P8ILLw5eaEJbDwhcyNeSSG3utQSOPzgv3mXdu+Xn+Hd96nah4d+JM11cDRpdC0G0M6vF5S+bOPm5KsI/Td2r2HTpYpI4YoLYQom2KKOMZVExt2qP4Vp0gsrWYSSTRr5nyqrkqc/jXy88fJV5Tpx5k++p2Je5yzZ49b/BKbU9Qa68SeJ9Ru4CfOWBZpG2s395pPvdB/Ctc18XfDOieFPAEMOlaJ9ouom8q9upWZwpU/L/AMBbcv3q+kXQSqyt7rXA/Gjy9H+G+u3WIzHPFHbtG44lVm+b/wAd3NXRgc0xFXFRhLWJE6dNQbifMXwP0mPxP8WNMtbm1he18w3NxCEHllI13bdv93dX2B4a0o6TpkNnBbafbywO21rawiiULu3bV2r/AHflr57/AGQrSCXxlq+qMAEsLDylYn+KVlVf/HVavqGA/KDg8+grq4ixlRYhUoy5VYxwlGMoXPnn9sXWrsQ6XpEkz+XKjSTLubb8zfL/AOi2pP2NNEi/sLxDrE8KsXuoLWJgfu7VZm/9lrg/2tNbe++IMlso2JbSGNeOu1VX/wBC8yvd/wBl7RhpvwW0diwEmpSzXsmP9pti/wDjqiu/Er6vkq/vHNRanidOh6NpdiLdnIUOW+XazM2P9n5q+NPj/r/9s/E/VYlV3VbqSCM93+by1/8ARa19oX2oQaLpl3fzMzeRDJNgn5iFXc3/AKDXxL4Shk8aftB6RZTK7b9RiEir02wjc3/oLVx8N04rnqy+yiswqy54xPsG+8Op/wAI3aeHUuTawW9rHa7Y/wC6saqy4/i/irg/2lNUu7P4MRRzvHHdXsyxvgfe2KzNt/4Eq/8AfVeqPdPJcR/6PKzSuzkhflT3b868N/atXUPEGveHPBGmweZPd7Qm3+BpJOAf+AxNXBlv7/HJy23N67fsdDK/ZD8HyW2g6p4tu4QJL1jYWW4c+Uv+tb/gTbV/76r35k8u1+4Fz6f3qr+GdMs9E0jT9D04ILPT7dLeIr95lX7zf8CbLf8AAq1La5Z13qkyJ/elC1y5ri/ruKc1stDbD0/ZU0jwH9qHXLSO60DT7wH7HHLHJchecxtJubH/AAGCuZ1n9pPVXvJ5dM0zTbTLfKpt2kCj/gTr/wCg1g/tbX5uvHc8Y4WFhGozngKuf/HmevIvDNhJqniDT9MjXLXVzHFj/ebb/Wvt8uy6jLBQdSPwnlVsVL27jE/QbwjNqtz4S02+12SN9QntVnl8qPy0Xd8yrj/ZVlrD+Kl89t4B1rYjpI8fkqW+XbJJtjVvl/3t1dbHGFaSFMvGjMiZbO1VG3bXmf7SOrSaR4EWJCFN0xkC9h5cbbf/AB5o6+HoL22PXL3PWcrUz42vL28eR/35xngjbzX0x+xxbSQ+F/EerSl3e7vIYBK5/wCeas23/wAeFfKzRvJcCFepbbX238AfDy6N8ItCH35rxXvZOc/6xvl/8dVa+34iqRoYHlj9o8nL06uI5n0PTrUbgjvtZlPBbrXwt8dr+LVPHt7fQ+aySySSfM3PMjbf/HfLr7ZliAhMcssiI8bJ8v8AtVyq/D7wnZ3ELp4P0S7jij2s95G087v8qr95tv8Ae/hr5HI8zo4Ccp1D1Mdh5VlaJ8KQ+ZKwWOIyH0C5NW9Ot70zvAkWx/uvuHzKa+5PGMunaN4FvpLLT7HTTLbGKP7JbxwhSw2rt2r/ALRr49c6Ve6reXt/dkLc3DSEgMzfMxb7q19pgM5WPhJxhypfM8avgZUZLmZv2eo6BoccSu0Uty0BDxpb+Wynyv4nX/2Xb/tUJ4rsrzdDo3h7SLEPAY/tV4rysW9fmZlVv7tYWoSQ3N8LbRbHbaKFEhEexTt67m+96febvUTW1zJfv5cdxdyEHCWcfmKg/hUba6o0Kcvelv8A10E3JO0TqX1XU002FLvU7maxsl3bLaby4o229FRcLub+9XMawLa5mSaO2vZ2ePzHbcf5fN8tdPpnhbxpdWMF9eW4sLSUKUlllWL5Vxuby1+ZvlqrqWm6VDapv1m4vpEiCL5MbbAPrJ/D/wABqac6alpr6f8AAHPncfeOXuruS1aZIbFYtvysrynKf+g1SlursIrsIgp/dqTW1FZi4ymiWW65RTudv3jN/eZd3yr2q3B4Pv7qdZL3UIElkfAOfM3L/e+WulVKcdzlUJy+EwBLKAB9q07j/piv/wAbortj8NoM/wDITtf++n/+JorP29P+kV7CZyOiLbmaADRtOl3W7z7rstGhVd38Xmf7NaC2UkaRJ5elqsrwhVUK/wB7btb7v+3u/wB2sVZJj4Z2GYoispYHnaPm2/8Ajxk/76q42ppdXN5qUbmGO4tltzEvAEi+Wq7f++d1eqpWPPlE1IrW/Okx3qXGnRw/Zbu7j22ce/bHIsfXy/4m+Vf7tN1f+049WubN9Vhdre5gtSUj2/NKrM33f7u1lrm4xI+mW6eUwH2ZsH1/0irsVobm7E8SiWT7QvnAKSqf6z/x3aq1SxHLFi9nzOx0fhSHWPEOrSSaXeNpk8kKI0lszRiTaWVd3zfe+Xdu/vV9LaT8J/EB0i41x/FWsCdtOZDHFcNIrSsNrZG7/wBB/wBqvAPgt4tXQ2lYW8G6KFWY+WTxub/Gvrnw38X/AAnJ4LVnv7O3mkjY+XM21Yj/ABZ/vbf9mvncTUrVK753ZdD3qNOlChHkV31Pk/4h6Jq/hPUba5+23p+xSZf7TMrmST7zMBt+Vfu/3vu9qw9OvrbxM8F/4guLo3MUcdvZ22n2cMyt5MaqzSK0i+Xu+X5tvzV1f7RviFNX1C3OkyBrENHtQKu5VVdu5lGc14xJLKrI9qYxk43KmDXp4CdaSTnqedjKdGLahodpBaWNzrd5qlxLfO1uPnVIIXyrbl+ZvO+WsnTbHR7ieWzTUp7Rg6qpfTvmLc8f6ym39/4gis9OV77yYXjwv+kZyqsy7m+b+9uq0k2hCymmv9Rv7i5kZWjj02FV/ebdreYz/N6fw/NuauqtOLloctOClHU6T4cLHb+OdLijvNRsbsXu5YIImDXKx/Ntb5lZfmj/ANr71avhnRdT8ZSLomlvIjXF5Jc3TuhEVvGrbd0jfe+6KyPhrrFjpmpSSJ4Zs4oY7O4mkub1JJ7hVEbfxfKq7t2PlWvWP2arjVdR07XNVkeQWP7qziRY+rKpkb/ab7w+9/DXgZtiJYelKoloj28ugr2vueteDNF0/R7VrTTLFIo1hhjkcLtachdvzf7P+z/6FWtFZxS5wsR/u4Gc1Umlg03w9qOssGUQ25mnxt3FY1ZulfKvhbxt4/8AEPxV0zSf7cvlnl1JRMsczJHGqtmT5R8u1VDf9818XhcDUzVSrOWx7FXEUqEuU+sdQtZG3Ihdsfuyu7DA/wC9Xl/x8g0/S/hzJp10q3cMz7YfNfdLC6qzeYv/AHz/AOg161MkFzJvmX5g+9fY188/ti6oFNjpsEoKQQqzIo5/eNu/lGv/AH8qMlp82NjGPQnFVf3TcjY/ZT0a2tvh7cXyBnmv9QxuKbVKQrt/9CZq9nkubTT9Pvr9wAkEJmc/7KqW/wA/SuO+Cejz6L8LfDdhNhX+xrcOp/vTM0nzf8BZab8d9WXQ/hbqc7H/AI+BHa5zj5ZCu7/x1WqcYnjczlFPd2HRfssMmYnhv43eEdd8SWegW2j36z3dysEZeONjj/aVWr0+2Q26ollEqYffMoXG/wDh/H/7Gvkn9lDSpNb+KUut3Cb4dNt5rpx/CJJP3a/+h/pX2Jaq24lYgiqcYFa57g6GGxEaVLtqRhK0q0OeR89/te6g1nb6bYLLkInnNHnON7bV/wDRcldj+zxoccPwm0eaSMhr1pLt93G75tq/+OrXhP7TmrXWufFu90yEMyx3CW0Ix95l+X/0PzK+uND07+yNLstEtlxFptrHZruH/PNVVv8Ax7dXfmMVhcqpwe8jChNzxLbIPE17HonhfUtUhRPtNvasIePvSbflX/vrbXxb4dbVvFfxV07Rby7e9NzqqwzTMdzSL5nzNu+991TX1L+0NfDTPhtcb3K/aJML8+3Plq0n/oUa/wDfVfPf7JeiDUPi0t7IW8nS7Oa4Yj+8y+Wv/odb8P040cFVrSRGMk3VjBM+yY9kcZwyrt6c14l+11rE8PhjT9GRsxTvI8g6bdq7V/8ARjf9817aFUsNycMVyM/Wvlz9sfV3fxHDp8Uv7i3jjh2Y/iVWkb/0cleVkNP22NTOnEzUIanUfsdaG8PgvUdalyv27UPLCnuIU/8AipK9/hjhSBnfhI0YsfRVrifgjoraF8JfDNgQFmeyF1Lg9GmbzP8A0Flrr7u1iu7C6sp9/l3MbRyNG21grLtbae3y1hmtaNXHTnLuGHi40Uj4D+JOry65rt1ezIUnkk+ZP9pj5jH/AL6Zq+5vAtgNF8I6Fp7bQtppdrEcevlqzf8AjzNWdZ/DP4f2c4lh8H6S05JYy3MbXBLevzV10KSNKz5ByckBdoruzfNqeKoU6NFWsZ4bDyhUdSRxvxj1ZrH4daoRhjcKsDEcfKzfN/47ur5x/ZPsItT+KmoazfFSlvZTvtP8ckreWq/jvavXv2ptRhsfCkNqrqJJ/Om3L32r5P8A7Wzj/Zrmv2KtI/4kfiHXpFLeddx2yA+kasx/HdItdmBboZVVqPdmOIUamJij6HsZPmARskdT615/oOnW2t/EjW/GakXdrYH+z9NKNuVm8pfMdf8Ad3Sf99V1Pi1J77TY9DtZxC1+xjmlDbWW3X/Xbf8Aa27V/wCBU7w3pdtomkw6bbQxqMySyED5N0jbm/753bf91a+ew9WNKm3f3paHbKN5WNCIt5YMahGC7SAPu+1WLI7HC1zPgfWLnXbS81kS79PlvJYbAFflaGNvL8z/AIEysf8Ad20eMb5tI8L61fxSSxtaWsgi3HCuzL8u38WWslTca3sXuXKpeNz4t+Nmoz6n41vrqY/62ZpVz/dkkaVf/HZFrc/Zf0iK/wDirpUlxHvW2aS6K/8AXNG/9mZa4Xxs8j+JLze7NtlZEz2VTtX/AMdWvbf2PtLik1DXNaePcYIVtw2enmZP/stfpGMq/V8tl6HiYamp4vU+nDN3Q/N614L+1dqW6yggK4WGJV9MtNJu/wDQYGr3GJHdtqMFHvXyx+1Bqi3viW9t0f5YJPL2/wDXONdv/jzSV8Nw7TdXGqR7OYe5R0PELNJLi/QK4VnbjPq3/wCqv0N0yzXR9H0/TkHlrZWkMCbv+mcarXxL8FtCg1f4o+HNNdTKj30ckueyr87f+OrX3BeXEcjtIZcl+flr2uMcQkqdM5Mmot80ilq+uafpyrJqd/a2iZw0lxKsaj/vquSvfij4AtLtjc+Jo7oo25Y7SB5F/h/uq277v96uP/at1IHwhaWiSEMWe446/LtjX/0Nq+T3kaRszSu31Oa5ck4eo43DqvNsrHZhLDz5Io+oPit8WtE1/wAPTaJozThf9cZZ41j+6rMqqv3vvCOvn/QI7R790vtXfTrZT8zRjczViW8saNn5j9FpghnmZ3SIlNxyw+6K+zwWWU8HBwpvQ8ivjXVtJo9B/tfwfpU/m6I2qXN2kRZXnihZRLx93du/76Vd1RaR4p1SKaS+0+Nba5Vd7SMzMxPqq/LGv/fNcpo2j3GqXLRxTW0Xl4y08qovLcctXV6tpi+Hp7SyvbiW9nZVk8m3/d7o3/vP8zf7NXOFKPu7tijVqTj7TaJpr4z17UJZZWkvroQqv2nznVYVXdz96syeS2OlzTLFIygKDIqM23ru/wB2rVxqmviIxW1pZ2kMTeX9mijRlH+9/erJuLm+kH2a5TDORmIDAZf4flqKdNQ6WHKd/tXEtdRu9NsXSKGHZKhQPHIBJ/30tSQ6zrUVzthhkidV4Qsy/L/e/wDHvvVWsU1K9drWK2Eiwq21PI3Mv96u78I+G7rU7tX8Sa7Dpazrh2cMszr977vy/L8q/wDjvy1NWrSpJyYUoTm7ROI/tW5/55L/AOB0lFe3/wDCIfD/AP6GjU/zb/4mivH/ALdofyv7j0P7OrfzI+brW51CGZZbO3lDbdm5QxGKu6jqWrX19HIbYx+QzeSkUO2KP02r92vao/HlhD4XtbJvElg19GymSYqyljuZvvbW3Lt2/L/49WdZ+OLfyZEvfGlk+5dirFHNHt+Zm3fLH/tL/wB+/wDar6zmctkfO2PIvN1kW5ha0kW2gt9gMkOdkfmeZ97/AHjuqKK/vLi4O3ylkd/MDrhfn9a9U8aeMNCk8F6vYS6umr392f8AR2WBhsX93/Ey/wCy3/fVcH8Mpb9Nfjmtm/eJ1bapP3l/vVdPli7yIm5JXic/b31zp85a33QMv8SSH9fWums/EXiKe0htrS6v47WFZFk+zMwX5lbdWB4muxd65cyKWCM21fkVThfl6Lhe1VtPN3sLIrMnoKyqqEtZG1Kc1omaV3qM0832eLd9oZfKMpfPyt/nbUi28lvaS6VPYwNPujmjuEm3BVb/AHflZW3L/wB81seOPh14l8E6fY3uvWAh+3wrcQhZd5WNl/ix91q5SK1mtolu2bbzjp0p0pU4x9wdSEpS941fDltc3l3NCkUU6wIMFxgNt+6q/wC01LY3Ulv582nBA5dTGXiSXauPu/MrVreHtC1p0ju9IS5YzfLHMEZEikZWUsxXptVt27tW6/hK68MRC51vVtJ+y3KjY1v5d2vP3sMPl3L/APs1y1sVSWl/e7GtCg57iaJqGvXWnaiuv3M8cSWPkQnO1lZpY/8Aln2XarL92u6+H3xh8OeBfA2laDY6St7KiGeeeWRlzNJ8zKu1WOF+Vf8AgNUNW0Lw9F4bWWLUrtk1KNZmuLkrufbuWNF27f4SzfxV47qUtnOi2tnAXliY5nPRlVcKMdK85xp4+DhUT5b+h3zUsNy8u56r4s+Pev6jZXWl2+nWdvY3fEpDOzsu77q7u3/Aa0f2S/Dt3qHjPU/F97Az29tC0KTOmA9xLwdvq23d/wB9V3P7NnhHRIfhlY6lqmgaVe6hqMs06TXdlHLIse7aNu7+H5f/AB6vVbZpZJolZQI4CUSOFRGsY/u7V+X+7XzeYZph8HTnhMNC19LndhsJUrTVWqzWZlCM8jRRIgy7OcKF75r41+JN3/wnHxiW2s2eZdRvY4olb+GNmVU/8cCt/wACNevftDa9rumWKiK1kGiuxh8wS70nk/6bf3V/2f4v4vl+WvLP2Z9OfWfjEdSui00lnbz3rMerSMdqt/31IKvJcNHDYeeLb1sXjJc1RUj61ZWFwYogVWP92u04wi/KtcF8XPC2pePLO28J2l7aadbRyPcXEs4YkbV2r8q/e/1jNXfEsrK8K+cP9k9Kr6l5FtKt8JFjjA3SMe/y/dr5XD4qrRq+1pq8j0J0VOHKzi/hL8P9N+GmmXunxas2oXt86ma4aPyVxH/DGP7vzfMzVb+J3xCtPAumtFHNG2qTRsYEPPl8f6xl7f7K/wATf8CrtPLia2W5C/Mfutn+HtXl3xw8F+H9T8C6lrN0qafq1syzQXi7v333V2SfkvzV6GGrLF45TxL1ZjOHscPaB4F8K47nxR8dNAmnRriMXy3Um9t22OPdI25v/Hm+tfa6XHmZkJyWOf8AgVfKX7Hek/2h4v1rVyo2WNiIQf8AppNIo/8AQVavqy0dUzGxxk5r0eJqv76NGP2Uc+Xx9xz7nz5+2FezW1rZ6arnyj+9lJbo0m3bhe3+pk/76pf2MNLeDwxrutsgxe3aWob/AGY13N+si1w/7UOv/wBt+NtRCkGK1k+zqP8Armu3+fmf99V7R+zxpjaX8K/D8MwEUlzG13tJ+9vk3K3/AHyq11YuX1bJow6yf/BMKK58Uerom+LBbDHqPSvib4pz3Hi74uC0R/Ma91Ly4hj+GR9q/wDjnl19jeINSTS/DGq6rv3yW1rI6Hd0ZV+X/wAer5K+E9qmvftG2Lxp5lrp8xnHPWO3j2r/AOgrXLw4uSNWv/KjbHS1VPufZMSxQbLZIyscSeSgXlNqnav/AI7iqepaxpGhxJLrGqWlhDN903Mqx5/766UQyucCVVVV5LDtXz3+2FrKmHTdNjfBt4zMgXjaZW/+Ji/8eryMuoLH4lRl1Oiu/YU73PdtF8b+EtZ1hNI0rX7a8vJVd1WAMxKqu5vm27a3zJIGIzXzV+xhp7i11vxDLhi0kdnGxOW+X95J/wCy19HFm8vzM4HerzbD08LiHRi9hYabq0+dnzN+13qksutrZRRFY4EjjV2GF3NukZV/7+R16p+zvpbaF8IdDtUbEl2JL2RsdfMb5fr8qrXzf8edcl8R/EW50+2bzCb2RIl9WysK/wDjsa19eaJp8+j6RY6VvjU2cEdqNg+X5V2rivXzWbw+V0qT3kc2EjGpXlLsbItgC00ioZNu1WA/hrzj47eKk8N/Da6ktbh477UALa3UNh41Zf3jf98/+PMtd8+QFeRZCxHz9+f92vmb406sPFvxr0HQreXzLOC7it40HKlFk+Zv+BMG/wCAqleRkuFWIxHNL4Y6/cdGJqOEFbqfQfgGxm0nwPpGly7Y5ILONHEZ+UNj5lP/AAJmrnvjVqTad4Dul8p/nvIVeM/KpWPdOxVv92Fv++q6lJWa5n1Eq/ktIzgKfl2/7teP/tDeJLa90rS7ceYqSRyT7XXa2JNsa8/7rSUsEvbZipSLrxUKWh8s+I7v7Zqe/qSMGvqv9lKwfT/hkbmXYn9pX7yBN3LRxqse7/vrdXyhq6xjWJxHyiSbV+gr7V+GWl/2J8OPD9u1vIbqKwVnjb+Fm3Sc/wDfVfXcT1vq+AUF9o83KV7TEybO4gf7PPiT5Yy33j0WviL4z6x/a3ii7uEclZWaQ/8AbSRpP/Z6+vfFt3DZ+DNTvGPzx2MrQsvH7zb8v/jzV8M+KZU/tC5t1O9Y7h1VvVV+Va8zg6hz81Q6M5qJR5T1T9k/TvtHjm81O1Z/M0/T5pFdh8oZx5a/+hGvpqOR5ldbto3fGWynB/WvFv2PdHmh8P65qz7RHc3Edvx9792rNj82Wvaba4iunDRDYuAzM3A7143FmI58c4p/DY78nhbDJnhn7Stpq2s69b6bo+k3t8scMastrG021uWb5VUfwtHXllp8HfiTqR8238H6nEh7zxrCP/Htor7LhW5igVbR545CwPlrKy7vm5ZmX/O2nQrC+IpmjmcBT5mM5612YTiiWCw8aNOGpliMqjXm5zZ8eeLfhjr3hXRE1jVZtFhYKAlpbXHnyNzt3Nt3L/F/e71iaBoPi/xbPBa6TZ3d5Gv7tQ3+pT/vr5Vr1r9onUpLTxMLWaUiIeWF2/Lt+Vmb/wBCSvDbvXNUmefF9Mizf6wIwXf/AL23rX2+W4mti6CqysmzwMZRo0anLE9m+FXw80KxkuNY8Va74bUWk6lreaZZfu/w7t3l/q1d/Jovwo1rWrjUrXUL2R0OJodJZmjlkZmb52/h/wB3cq14F4A8Dav4luInliWGxllRS88vkK27dt2/L83P92vpb4aeFJ/CizwWeheH0ZTsiuYriR5Hb+JizfdZdrcL/e215mZVVSnK1S8/wR2YSDqx5VD3TlIvD/gbSUS58SeKNVtpZQZPsMCJbtH7NGu5m/3mZlrl/F/jTQLHTFtvCfh6S5lf90Lu92+bHt/u7fmXd9771eg/EL4aeE2tp9e8V6zqn2iacE3BuY1UKzfdVdqr6s3y/wANYVt4h+G/gvT45NN03+1LqOYRR3rQGRp2Ee5pNzNtX5mX5lX+GuaFTmipu8322R0SpSp7WSPJok8ceI/FX2m0SW11DUf3TrEjRttXavzbV+Vfu10EngebQZHbxDqRDl/K3iRwrNtVm27VZ2+9/dWsjx54613XNQjt9Pju9PsWJaO2th5e9m/i2qF3VkjSNeuVE0BV0Jy0kzeXHH6M275fX+9XrxjVqwjzWiu3/BPPVSMG+XU783ujKdsBszCOIy1nNnb2z+89KK80+z6j/wBDBa/98zf/ABuisv7Pp9/6+42/tCX8pWg8A+Kbi3juItMdopF3K3mLyv8A31Uw+GvjNmVY9HkYtjpIv/xVZuma94mm8u0stSv2CIqrGsnyqq9PpV6+1PxswaG61DUXVxtZXuiw/wDQq+glKz0PBhHS7ZNa/DbxZc8x2CsPVZVYf+hVtaN4V8fabfAaZYxxTZZmLbfm3f8A7NcamoeIjcrZfar+OVeNhmZcVe07X/Fugah9ot9Yv4Jo2XLLdbvm+u6io+ZaIcVbdlXxZoeq6Lqkttqds8FxHIwfK/Lu+98tVdLldZR+6XavJEjYU1Y1zxDqXiK6NxrV7c3lx0WWSTc23+70+as9LaRmVVuIlwu7LPt+Wsknb3i21zaHfy+Mp9aeLTvF+uX17Z2do0Fv5IMjL8p2qNy/dVmC/hWNcavYJNBBp+jqIxw0103nP/vfwrVCz03UbswyafaNdKWDBkiypZR825m9P9r+9Xdx/DiRNDOp+J9Z0vRvNO+FZ5f3kmF/hWPdtRd33V+9/s1y1Z0ab9579P8AgI66dOpVV0itH4tvbbRX0+31v91LDGW2RNxJt/d/6z+7uP3f71caIp9f1ryvtE95dTHDTS7iq/7X8TV6bpWj/DnSLeC5vtabVZvLiMcVx+4hkPT5tqs23ay/K1VNR8WeGNK0q/tPDOLXUb1WiZ7WJlVFY/Ptb5d3dVrkhVgptUoP1tb/AIJ1Ok5fFNFbxDNqvh3RtT03WdQtrqWd0k8xJvMlEinbtX7u1dtcPYa35Fu1uLO1WMn5CU4BYbdzN96u88HfDHxH460mW+sNaghtYpjbBdRlaNtyqrPtX5j/ABf+PVvj9n+xsrR59W8awhQrNILTTpHAC5/vbaHjsHS9ypNcwSo1qjvFaG+3x30/QoLfTtD0ZZ7e0gS1Vprt9kiqqrvVVXau773/AAKvdrKf7VptrdrHJALmFZvKkGHVmXdtbbXxFonh2HU/ibpvhyx857W41CK3zO2W6r5mdv8AwKvt23Lh5WLI0btviEQ+6vbbXyXE+HwuHhBU93qerlmInUvzdDkPjPLbaf8ADjUnu4Ypre7aKF1Zctt+Zm2/7SqrV5n+x3ozJHr+vOz4Z4bKNvXP7xv5LW3+1HqRbw9p+mQSbAyzzSfN95tyxrx/u+dXR/s+6K+kfCrSYjlLi/L38gx/z0+Vf/HY/wDx6pjNYfJnb7bCcHWxav0PT4J42ult40ALjORXxD8YtdvtU+IGpXBnlCXMxkiiL5Cru2oo/wCAqtfX3i7WW0XwxqOoW675ooCUPpJt2r+u2vkPwJpreLPjbpFvLnyWvkZ/aGH/AOxjrTheEYqrXlskRmbleMIn2J4Ism0jwbpugtJ5j6bbx20h91X5v/Hq479onUfsHw9zlAZ7gbVboyxq0n/oUa/99V6HE0jJvI2EtuJ65NeAftf60EhsdEi5RbfexXhVaRl/9lib/vqvKypPGZinLvc6sSvZ0Gb37Kumrp/w2v8AURCcanqTFSO6wqVX/wAeZq9jW5QWxuZh5SKu5lbrx/8ArrlPhha2nhv4X6FY3X7nyNMjmmZuNrSL5jf+hVp6uJNT0C+021uYlmvIZIQ53bY9w2s3/fLVz5niPb5hOUn7t7F4any0FGKPi3x9ey614yEUR3tctEX/ANqST943/j0jV9qRW9vpFjbWEEcm21hjs0Cr97y12/0rxzwh8EP7J8cR+IPEWt6dPBbX3nW1nabpGuGVt0at/Cq/dr2ffPMcTbHlZt7sB8oNenxLj6NWlSpUXexz5dhpxnKpM4746alPp/w7mEW1ftMyxyL04XdN/wCgx15b+yBpKza94k1lolY21tHaRse7ySbi3/fMdb37T+tRHTI9Liky9qo84Kc/vJNu1f8Av2sn/fS1v/ss6Etr8IV1R02SarqTzFt2D5cf7tP/AB7dXZSf1bJpy25jGo1VxaS6HqivNZiNYE88HCFWP/j26vkz9qjUPtfj6dIjujgYxgD7oCqq/wDoXmV9Z286PBetLG8Yt/8Alof4owu7cv8A48v/AAGvhf4gagde8Qz3ERZnuZfkU+sjGT/2pWHCVJ+2dTt+pWZzXs7M+n/2bdFi0j4RaNJJ5S3F8016zHjCs21d3/fuvRNWvorPSry8ltS0drbvcOp2/wAK7lrL8P6bPovh7T/DFiG/4l9nHbvNIvyrIu07f/QqrfFm8js/Bl0pGFujHbNz/CzLu/8AHd1eXir4nMJS6ORvBezw/L5Hyz8PNNXUvj9olpcPvji1FZZmbv5fzSf+PK1fYlnqDXN3cygZUsGVs/L8zNur5q/ZT0ltX8fa34huYvPS2tWyPl5kuJNv/oO6vfNa1/StJvmtpNQtoHTClpZ1j/SvX4lhOtVhSgtkc+XRhCMpdyL4qeJm8P8AgO/1BJzDdS/ubZ+ys33m/wCAqrN/wGvm/wDZks49a+K0uo3aeYljYzXCBzu2/LsQf+Pit/8AaZ8WRa/BDb2dxHLbRDykaBt0UvCs7bv++V/4C9YX7OnibQPCGk6xqWsSS/abi4gggSIxhgibmbdvZfl3NH/3zXo5dgqmGyycor32c2IrReJivsn1DJMwSOzjkMYfCpj1r5u/aan/AOJzPa+c8nkJDEqsfu7V8xv/AEaK6nxD+0DpKRNHpmkHzF+5NJcruT+98qq1eQfELxFZeI5ZNdKsZrh5naEPtSORm6LuXc20eX/3zXFkGVYuliVVxELI6sbiqVSnywZzHgLS5fEPjTSNGRS7X17HE3qQzfN/47X3MirNqt5e21xJJCyeVDbb/wByqqPlZR/eb5a+KvAniibw14ih1PSbGJLmAP5Uy/M0bMu1Wy25fl3f3a19Y+KPjG6/dPqmoj1H2yRf/Re2vbz3Kq+ZTgoytFHDl2LhhIu+p9GfGTUFtfCDhXQea8bfL3WP98f/AEU1fHBtLu7vRBDBJcXDdQi5NdBba3q7Ss80jDz9yuQxZtrfe+Zt1YkjXLXlwqXDIjvskLSYB/3v71deT5a8upOne5hmGJWIkmj6r+FeqeHPBfw00nRtY1eG2vpvMvZ44RJJIPMbhf3a/wB1V/76q5efGTwLp0UNrE+oSxpjjyMMP+BSMtfKtzOsSrbtcyzlAEwxbav+6rVFciwgYGQvIwGQqivPr8O4evWlVqttyOqGYVKNNRj0PpS8/aB0C0Pm2OhPJMq7RJLeRj/0DdWBqn7Q9zcqxTS9Niw3HEsrn/0XXg6RvMo8i0nk3dMIa3dG8F+LtXTztJ8M3bx9WlkXZGp/vFm2qtb08gy+mm3H72RLMq7Og+IGszeMLH+15ZfNmWQeYRF5fLKsa7V3N/DGv8VdZ8NPAvhzVNPskaad70MssiR7lG5l/vbd3/fLV5Vo1zqFtry209ujvFPse3Eqp5kgbCruP+1X0VpPw88caHMmpal4k0rR1lAMcNv5s7Z43f6tNw+8v8S1eNp1aNLkpOxeHqU51Oea1Og8OW+j2BvrPSdOgtJ7OXy5WEbMzNn5W3P97jP+7u96q6Xp/iLxNqsFx4butJ0m2tGuURb18yRL91vLjj+Ux/KvzfM33vmrC+N/gO20PQbXxCPFmoFLxGaayMREc0ipuXK7lZf4V+63zMteufBjS7U/DTw+kcjxTrZrcuv3Qyt3/wB35a8elgHSftHK7kehLExlpHQ82b4QJda++t+KvEl1q0byLI1pHEywXD/8Cb7q/L8tc74z13wdpMsmhx6RbJZ2is8Zu1ZmaTdtx/s/Nu+X5vu19DyJElu8t5Kdkak7ZD8q/wB5f7tfE3ibX7mTxtJd2rNbyttZWRl3IZP3jbd38X7xq6MPRq4qf7x6RMqtanSjZfEy+dT8TwPPe2N0NAt7pPs73YtjFK6/e+U/NM27Ark7R75b24mvZVwj7ZJbmVlxj+EBtzbv9kV3nijV/D9xp8SXHisJHLGN6W8TXE0jY+WR8MoZtvyt5kjdPu15zr2r2l35dpYxy29tEdxDkfO3dtq4Vf8APzV9BhE57q3yPFxSUHdO5e/t2y/6e/yornf+3tP++m/+Jorrsc3tJGh4T1K30e3mklh815uvstQ6z4imvbgtGZUj/wCean5RWQ1tJnaCCw/hBq3Dpk4JkeznZAnYY+bb/wDFVq4xvcx5naw2TUbqaRQXflvulsCr76PrN9KZJbKdYwufNl/doV/vbm+Wi6uHOqQ3VhY/2YUiVVj+aTLbdu5t38TVX1W41K7uHutQvZJ5X+9ly3y03f7Og1yrc6aLwj4ftdNg1PXfF+mwpI3y2lmrXE5/3uNqr/tfN/wKo9H1vwfozmU+G5NdugflkvZ9kK+n7pfvf8Cb/gNcZtkKlQXIPXdSIj/3G/Ks3RdS/O2/w/IftuXZHoF98TNdvoZoIYLOygk5iisrWOFY2H8X3Sx2j/arnrCS8v75tRv7uWTD/PKZFkkd/vfxN/4992sWC3nl+7C3KM6+4XrWpYaebu3igRVYRs29YImaSX+L/wCx/Cp9jRpK6VjT29SfmdNdWuk6jtv5k22UcvlOBLmS4kYL91vu/wAP8K0+w1G30q/iuNNs9MgltjmOW8HmySN2XHVf96tLwR4U0eOG4vPGa3WnsoE0EG5Y94U/3fvL2/u1JPrnh/T7vb4f0+1t7YIFa9u4GYs3+zjd/wChGuCeIjJuEU3b7jtp4ZpKclb8z6B+G6TN4C0gyvBvnga7HkW4iC+c3G1V/h2qv3vmq54usZrjwlq+naVa3dzfT27RQqqbgNzKrfN3+VmP/AWqx4Ou7fVNCsru0wIfscMSk/6xPLXayt/usrV0WmRLFbRyJw4ztPo3p8tfl2IxEoY51Wuux9TThzUEj58+Avw78XaZ47j8W+ItDudLtLRZWiF4PLkkuJFZV2r95vvV72t9C6J5A2fMIwvX5aje5zdtFJukjkwGdw3LMflXP/fX/jtc98QfFVh4W052HlNqU0XmRq5+WJf+ej7f4cf99Mdq1tjcXWznExUY+VjChRp4WDuzxb9peS81L4mQaXbSMXWSPT1RfXCt/wChTMv4V9JaYiWGn2lpCpdLW3jgjZRxtWNVFfKvw4vLvxn8cdGkuHlu4rO6kvHdxl2VMzMzH/aZf+A7q+nr3VbWzgLXd9aW8pXcxuJlXa3+181exxBSlToUcLDdI58BJVJzqIfrOjJq1i9vfyyx2k0sLyQh9rNtZW2hv4dzbapeFvB/hPw5PKPD3h60sZZlMUkzu0szI3+0zfKvFUdT8feF7a4I/wCEosJnK/LCku5fRc43N/Dj/gVUJfip4Z0+H7Q73t1OUOPKtJFj3em6Ty68bD0MwjTdOEZcsjqlUot3e53l/dx6TpNxc6lPFFb2q75pi3CivkX41eKbPXfFDTyQyxxxzbzAu3cgwqqrN/exuZvl+VpNv8NdF8WvHWp+JYkcMsMMa+ZFFC2VhH8LMw+9J/46v+033fDrmcxh0lOZCcmvseHsnWHXPP4jx8xxn2D7p8CeJNP8XeHBq0MVsS21Wt+GC/L8v/jv+flrpSVa2CIuGPaviTwN4y1Dw5G0VjeXNs9xHsxC4ZSN33WDf5+9/eNdJP8AGHxk8cltb3s8KCTI2LCmGY7m+7Hu9P4q8jGcKV/bydGSs+504fM4Kkubc+rfJRZ18yMtK7NtZQxB+X/CuH+JXjq30CxuNP024t5NT2bXlc5W03f3h/FJ/dj/AO+vlr5v1T4heK74NDc3txKgO757yZs/8B8zb/47Tpr4T6Ebm4cRtH/rAqqg2n+6tb4Xht0JKdWXN5Gv9oqpFxRznizVbnUtRaeaaZ0BYgySbmkZvvSO38TN/wDY9Fr6p0D4ieCPBPhfSNAuHuJZdPtI4JfJtsL5m3dJ8zMqnlm+avkq+26nsljMdvArOqtI/XG3/Gqd9JaCRVh87AXkuvJr6rFZdTxlKNOpsjw4YiVGTlE+o/Evx/0A2l7aWlhcBbi3kiVnuIsxsy7Vk+Rm6f3a+eLLWLCL4gwa5Jb5s49R+0rFj+FW3Ku38q5wTQr/AAMfpXR+A/BniHxjqX/FP6PJfC3KmUAZVQ33d3tVYTLsNgacuTRETxc68rPU9J1z9oTxpMkogmitZSzFjDaJGdzN/tb65zVPiP4z8RMh1K/urqHayGOZvlUsrLuwqjnazVe1f4O/EweJGtH0CK0WRvlnkKpbxr/DuYfKtct40tfEXgzXRpF3qNqZ1jO82gwsZVmVl+6vzblapp4PDfFTirl+1qLSbdiHR9Q1NLW+02zjUQJL5sjCLcCcbfmb/P3mrMuJtVjnYtMsZbum1P8A0Gvob4Q/AmXxJ4L+0a9r+sW0t/arei1hX5UikdvLb5vlZm8tvl9q29a/Zt8G+FtIbWNYvdY1KzgiaSfbLHFhvuxxr/eaRyq1r7SlGTuiHfoz5fuNQlbTWimuxPKrfJuk3EZ//VVvT9L8rw2upzw3UizTFEfy8x52/X71bWt+GE8S+N5tL8I6UtvCo/dKrs0cUar80kkjfw/ebdX2B8IvAlp4Z8KaJYwXD3MDXKy3ET26OLmRl2q/7xd0ar8vyrj/AMeq5VYpJQ6ijF35p9D4Tt7Wa6u/Jt7C6kdv4Vj5rudD+EPxD8SRRpZeFp4oCwxPPIqLzX3Suj6PohWOLQrFbaVfLaRLZVZS395l+9u3f8BratNLtTJd3tulvBd3Ea7pUXJC7dq7v+AqtVKpNaRBRja7Pza8TeHdT8LlbDULYQXYVXkQNubP3gPlrR+Gvgqbxxcaj9q1ZtMgtUjYzm2aXczSCNRtX5vvGvoH9rPwBPB4Sstbhv7k6hpcUMckrIqLe/KzNIu37rL5bNt/+xqL9iOB5NA8QyyW0bQEqr3DBdq9G+bd977zN/wGs3Vmqb/muOMVOevwliL9mLw9DaWkereINYzFGPtE0ECtGzNJtVVX/Wd/7u2us0r9m/4X2zyJPpGsTuW2Yub9gsg/vfJ/wGvY7x1S12SJvEX7923KFZl+bH6Ul1q+lkxW32+ykLsqhFuAZG3Mqr8v3j97/wAdrOUZS6v7x+6tkeX2/wAGvBCaxGNM8M6U720a7XnErLFJuXaPvbT8v3vl+8a+eP2pPA/9l+KH1/S7eCHRtRLPF5cOzy5P7jL/AA5/h/8A1V9zw/JcxMd5QIN+303f+g14l+1NDa2Pwjtl1CRNQuEc25Ozarr5cjBv7275FppOLuCm5+69iT9nq1i1vwD4UvJJlMdmkizQKi4lbEax7vl3bfmb/e2r/dro/H1ulx4H128McReC2uljkiOI3YwyLuVf4fl+WuU/YvvWvfhe9rGuUiuWQPnjd5ceVH+1xur0b4qrHa/DnxE6MI1/sy6dy5yWbyW+WnWpxK525O58OfCjS31v496dZLZo+3VDK6Z/55szf+hLX3joWmN551K7Msc7rmSBJB5MDMF3Ko27m5/ir5S/ZE0L+0viJrniC4IVbcyRRsejPIzMw/75U19RR3qs2pm8vLO4sp4URY4j/q2WPdKzNn5VUfNWVbllVS+RTuoaHzL+2X4j83UYNGiuBMsaxodo53MqzSf+0P8Ax6voH4axm1+HnhyC2j2sbKHdI27q0Ybd/wCg18UfFLU5fEvxPLdPNuxlP7rSSeZt/wCAqyr/AMBr7r0G0lOi6ZDIrRQRWcJDK/OVXb93/gK/99UYlKEYpFYabd7mN8XCkPgPVQwzI8H2eJP7zS/u14/3mWvhLWLG91XxQ0dhEzSTzs8e042qW4+b+HvX2L+0Rrl3p/hO6hSIJJ9uWRZQ27cscPmKv3f+ejR/8CavktdQ1Uaky6LYyTTwW6qWRGLBucf+hVhg1KEpcptUSlHUvz+CNE8PhpvFHiFrW4Yfu7KzQ3Euf9psrtb+L/gVc/f33hWxkeLR9DvLuT/lncalOrZ/2vKjXb/30zVU1u11VQX1O7L3HmkbTdq7fN833VLfxbqZcWd9Zz+VqMcdo235gfmYKV3fdX6/xV7GHhb3pSv+R5daXve7Gwz+19W/5+bT/vzH/wDE0VW+0R+tFa+xh2/Aw9tU/pm5d+I7e3lP9i2TwJuzmeTd/wCg1k3WvatKx8y78vPVUFd7L8JNdibdJqNmsO/O7Lf+g7axdX0HRdIubhbqWW5aH7vkuqfN/tfeqFiKMpWjqVKhWUeZ6HGs0kpy0kjn1LVftdLv7lGMFrPNtXdtVcsyj+Krcmu26Qwx2mk2itHu3zSBppH/AO+vlX/vmnaj4i1fVXWS71CdlijWNfm8tVVf4dq1fNKWyMlHuxIdCdZ3Fy0NqsfyyPLNGvlN/u7v/Hafb6WsmiyXEuo2kaM3O4sx+9t+VVXd6VVtNM1LVblYreKQvIcfKu7FbGi/D7WtWk3b47ZGTzN026NVG7/d/wDQawrYilS+OdjppUZS+xcisYtBtdn2wahqKLCwjOfJjjP3vl+9/lqls/FF/A4tvD+lWlosrNtOWbJb/akbbXUaf8P9NtrNrrVr24ulgmMZjU7FI/hbA+b/AMeqzaN4c0q4N1bnTRJs+VIovMEfzfw+Yzfw7vu151XH0JJqCc/yOmlhJp3b5UVZtQ8ZnTPtuo+ITYQs/lyJDJulc/Lyqx/7P+1RqWmeHrbw+J9Vme5nEhbz5pizM3HH+7/s/wC9U2peOrfVkW3sba7naNl/eJuG/r97bt/9Bpwu2ubgQyWu7Yu5mdVIjb0/3q4p1akbc0eX00PRtH7Lv6mj8LPiTH4dt59NidZLUqZBFK7RkNt+/G21v7o3Ky/wq396ui1T48ww2qwWdtaPsGcNM8jL8vX5YlX/AMe/irzU+HNZu555rDR7uaQfOsqQs25v9nFVj8MviNcGS6bwff28Kp5kkssYiRV/vNu6LSlluX4mo6k9/Ul4nEUo2TOvv/jff3kbxsGjVzuPkw7CTtA+9I0n/oNcl4p1CbxBpZ1KKTfBFIPODOzHzNvDSM3zH/O3Fc55V2LiWxe3t4HEhjbKAgN6bu//AAGug+HfgjUPF+p3ug2GrhI4omuZ2WGTytqf7KruLc/d2130cBhsK/aQVjnliKtX3ZanO+HdVv8AS7iaSwMmyeD7PMyJuYruVsf+OrRJf3skhX7QoQADeEVd3/AttfTXhj9mWG1tJW1DxJd6k04VGW2tvLRFY/Mx8xvm+X+dU734FeCdAtbq/EWs6pFaKgkknmjji3NJCpAVfmb5ZG/75rSdelduxCpzW7Pmu41G4kZlk1OYA/wmdsH8KikuIOkcjyH0xUms6ZaWlyzSXi7XeRgiKWkReo3fw9/0r2T9jrTLW/13V3uJBE2y2ghcxq3LTbmVdyt/CjV01OWFL2i1MqcpufKzkPC9n4h1zSZNK0Xw1f3cufM89IWZYgo5+Xb9K5vXfDOtaAhm1nw5dWZlb93LqBaPcf4to+XdX6DW0KR69qCiSKPTsxxJBDHtXzfm3SN8v3t3y/8AAa+P/wBqLXBN8RbqzWd2MDPEJC25v3arF/6FCzf8Crkw9WcamkdzepCLj7zMb4d/BjxZ4ze1urCK1GnXCyNFPJcKjOqttZlRvm+VhXS6h8Bta0ozyX3jDToVWKWb9zbSXDtHGpZm3Ku3/wAe/iWvpD4MaRb6d4H8LxxWWLqHTYUllkj2sGYeYy59Pm/hqp8XZ5rDwXr+oz24ge+eGziZeiWysu5M/wB5t0zf8BqFXqzldP3SPZQitT5I8I+BJvEfxPm8Li+vprSB7gyTwRKJikaZ+Vd23c33du7vX0J4f/Zx8ERavDaXo1zUohCJpLue58lUbcB5flqv/s3avM/2S7qzbxjr2va3G0ka28cKoI9/mTTSfIMV9hQQSxaq08t9+4ng8v7EIVBEm5f3m5fm/iZfm/vVrVc+fkv9xSjFQ5rHyJ+0f4Z8MeH9G0nRdL0K10meOOG6nlgZppF3+duXc23d8scbV4XPNoawQiO0vJ50Y+Z5s6qm3/dVf/Zq9a/bC1dbn4m3EMEwZYj5eVPBVVjUf+PK9eI2aBmLs+1V74zXZh4NROStKN7IfeXCs7CGCGBd2VVF/wDZm+avqX9kLwxayfDzxDrerwefp8l1CvlrH5jHy2Vvur8275f/AB6vl64+z+Z+7kDn6V9s/si6XJp/w70bU7qCJoTJMbcZ+YyTSKv+791V/wC+qeIknFRY8OrNs9nLxf2pcRSxxvbQRRyzNKv3ZN3mYx/ugf8AfS18MaV4en+IPxyi0faJxcXay3LgFtkKhZHb/wBCH/Aq+y/iBqFxpPw+1m6ihe5kFrcGZ/MXfGvlybZGb+L7qr/3zXkX7J/gxjZ6l401GAeZq1y0Nvu3KwtY2P3cf3nVR/uq1cvuxdkbQdz6FsLeLT7QxQCbZGNqAN/q1/u/8BWvnn9rXxzHa6fH4dtpWzbN5sm0/edl/d4/3Y2aT/eeOvevFGp6do2lXmuXz+ZBZ28nmRCT73+yq/3mbav41+eHxY8UTeI/E08shBxIyttPyF2b5iv+z0Vf9mNaSpudkv6RLdpXPrT9nXRNDufD+k6vYWUtle3FpHcX7QN+6ZfmWOLn7y/KWZf73/Aa9i8V3em6Z4futR1V/KsbZVlnm3Fdio27Py/N/wB81gfDaxGmeBvD1vDFF5cOnwLMG5z8u7av/AmrF/aX1vTbH4ZahY3TTf6U0anYPuhW8xt3/AY2/LttqaKje79TWro7GJB8ffh/4g1220OM6o6zXKxrJ9njVWX/AGlaTdt3f7Neum3KaOtqDGkrKyNvPmlV+7/F975f71fnn+zHpX9tfGLRoZI2kSBzcSKBkkL/APrr9D4WjRdv3EH410S0m0Zf8u0z52/bDlktPhzpdr5MMVsZ5PKiWPaqRxq0Y/iP/Pb/AGaP2JI44fh3dyTNCJHuXmRP+WgiHy7v++m21gftv6osi2GjBn+SJWG/rtkkZv8A2iter/ssadFpfwZ0VBbvGbrdLJIwUKytu28/8B/8eqE7r+uw1Frc9E1m5j0vRdQvJZgTDbyTyKW4ZVX5q/PXwzFd6h8XLLRY5T+91RYWAC8jd83P519z/Gu4ih+HOrqrbTLb+VvxwFkZI/8A2pXxv+zZ4c1XxT8WP7TsvOijtJGuJrpVyI2Zv/QvmpKXusrqj7sRmW/CSJvkWNVaYxMnnH5jt/2v/wBqvnX9tO8W28Ox2JdWW5cyxBTnaB5Scev3Z/Svo0XLraqWlSdwmJBFzl/8/wANfHf7YGv2ms64bSzeF49OK2hkjbKsYvM3f+PSsv8AvRtTi+ZpEtW1PRP2FrhW8A6tbxxLNNDOskYb+Dd5i/8Astes/E2z/tHwDrcsp8sxaPdbrc7WxM1u33v93NeCfsESloddty33trAf7rL/APHK+jfFWo28ukapoLpK1zd6PeTptUMpRV2/e/h+aRdv/AqdWPMwi30PNv2SfDo0f4WJfzxxQT6rdzXhlYfNt3eWn8s/jWh8bLqw8CfC/UrTSlSI6rPPG2w/M27c1w3+9t8yu28BafDoWhWekeYZHhtod5XcVX5dv/oStXzt+2TrCQ3k2iWZChmWeVE6NPMi7m/74iX/AL+1ywV9XuXOVkfPnw+iude+K+jo6+ZNdakrSf7TM26v0Lspbv8Asy1ed4rS8u5VjZo1aUNtkb5d23+6rfM1fBP7OkD3Xxl0IoPuXHmH2w1fdtq8unaHaWoVVkG/7OiLuMnzMVP/ALM33aMfJKaT7FYWP7u/meIftUawZtT0+zjyfLtxGFPdZJGLZX1/0df++q+cNTv4QgSK7u7kzlsWsbmNA7fwtj5m/wA/NXqv7QV+t34m1y4jnG20lkwo6fLth+X/ALaRyf8AfVeHaRpmvXFyrWFjeu7AzRtHGQdq87gaMDTT95uxWLm4pJdR9xcXPkxSW00cC26oMwqsb5+bv95m+Y1Hp+opB5klxvkl2koWOQW3fxVqWvgzxTd3aWdvol1LLJH5xVV6L/eZui1c+x+HNHspF1O6e+1MFoxaWz7oYsN/FIOv8WVWvTdWEVeOr8jglRqSd3p6mF9otv8AnhF/3zRS/bZv+gb/AOS//wBjRVe3n2I9ku56VYWHjbVpYzrF5La22d2xG/eH/gTbmWtK08A6Xa3DtcLMRcfK0e7zGA/2mbpWlH8SNF8tjpmm3V++5l3A/KelVR4r1u8WQxadBZ7f9WGO6Q/7zf8AxNeDKde97cp7LhStZu5fi8NPBELe2tLdYYk2lp3UKq/7TNWDeWnhPTpPOu5dMdnXbttrVXLN/F833dtNubHX7yxkvdY1SK1WXc27csa4/wCBfermf7N0lIi17rbKqyn5Y182Rl/ib+Ff/HquE6st5/cRUjGP2PvOuX4l+GtPlt7bSvDMVxNEpRJpLdPOds8bdv3e9Zj+NL/XIvtM+pG0luCqRQwxlz3/AOArXLSXvhSGC7igiuJ7iWQGF1hDSIqj/e2ru/i+VulWPAF1L4k8a6LodtYxstxfxptmkZzt35b/AGV/4CoqnltHlcrfN/8ABCnipSkoSZ70fgnpd/cabBqGq+J7lbuFvPeJYYlDruXbt/i3bW/8droP+FFeBvDsdvFBoF9rM890sZ+1XZ2pGzfM21f7teq6e96JpLM2sqxWknkm4lZjJP8Au1k+Vty/xNt3fN92l0mLW2vGt9U1SyeR189WCstxHDu+7/d/z/wKuNe1lHlvY0k4817HxP4uis7DxRPcL5FnC0UT/Zwv7pMxq3yr/wACruP2d7ePxP8AEBRHHENN05DdSlkXmT/ln8v+9/s/w15n8aplbxA6ou1RbW4ID5y3kx17/wDsf6Ha2HhSC4bEmqarL9seNUVttnGzLHuZvu7pNzL/ABfLXVPDxqUFKW5g6jjV0PaLy21OCwitk1B471rWQefGFMyn5V8zy9vl/e/vVxPxrVPD/wAMbZbaGN2eRYJpXLsfLb95Nub5t27b83+7XrUUaXC/aGbZtXo0e7cteE/tRa9ayeBrO1srmN/PN1KNr7/4fJ/9rt/3zWKwNOmkkXKtJnxrrd8t5eLNs2yOd0nOea+o/wBjrR/smkvrItWmm1e5aMOo/wBVaxL8zbf4t0jKv/fX92vlq4s5DfxWqL++kKgL6M33a/Q74KeG4fC/hWw02JBG9tYwxTIU2sZPmZmb/gTf+O16uIceSFOJyUua7kzqJrNI7iSZBhJVHmwMNzzbdzf3l+bc3+7XGfGK0+yeBtTuS8gQ+WGVGwpLXMPzfL0/2a7+2jghlkito4fvFmCheH+833f97d/wKuK+OqNcfDm/toZAAGhO3+Er58dc1Re4zZTufnfqszSeVu5IXrX1J+xillo/hO71OdVN9quorbafGR991X9PvD5q+WNaj8u4VB0C8V9u/suaPDpXw38MMLMSahfia5WURqxiiZvvbv4eir/e+aunESaoxS7nNh/4rkev6L9lnhW4iu4Z4G2FZFG5GKyfe/763V+f/wAR3k8T/F1Y9uGvrmIPt7mZvMP/AKMr7q+KM2z4e64UKnyNNkUADh5GXaq/99V8XfBuz/4Sf9oHRoj+8RL8zyH/AGY//wBlaiE5JyaWyZtKCk7s+6NCtbDT7d7fTDbMwMYZ+qttVV/h/wBldtePftYazDYfDCLToDOHa7lJEysW2+Wy7vm+981wte6Bm+zK7nJr5j/bc1JkOnaeRlUt87c/d8wt/wDGVrKlTUVZFO7ldjP2FNLWTw54gvpLYyLJdxor/LhDHtb/ANmDf8Br6NuJpZrKe0EvklmXDodrBfk/+yryD9knTpLD4R2LGIxvetJdBj0kDMy8f8Br13W7OQ6fLBbXEdvfy2jEOy7lRtv3m/4FtqJTvKT8y9lyn57/ABnul1Dxpqd9LLLKZ5POBkbJ/eHzP/alcPZ7iQgbYDyXx90V9jaf+zN4f1q4uL3WNb1Vrl0GdsSxqrbduFX/AGdtSaj8AvB+meDtYtdP0i5n1aaBRb3c15025bb/AHdzfKv3Wrrp4qMYbM5JYeTkz4ykRUfCvu98Yr9FPgDYy23wk0HT41+zTJaJ5kqr3ZfvY/iNfn2dNuI/ECaXJAyStcLDsPXcW2/zr9MfBlguj+FNN04KweG0iR8n+Lau7/x7dVYmV+UdHRSOc+P0eoH4Y3+maH8l1qNxbafEMZw000a+n8K7q6PS9LTQ9K0vStKRJLW1SO3/AHr7Nkar8zfd+9/Ftb+9VlrO2u5rY3ERf7JL50GPuLIqsu7/AMeao9d1KDStOnvGgeXyYmfZGuZDtVm2r/wFWrPlUndlJuOx4X+1j4tFs1tocEkQjtgs0so2uzTSL+7x/ux7pP8AgUdfKfgPSYtf+Imi6M7sIbrUIY3wOdu7n/x2tr4x+J9Q1rxPdy3c2+USOZgT/wAtmb95/wB87VjX/ZRasfs02BvvjDo+d223ZriQqrE7FX5un+yTV0qUoQnNddv0M5ScpqLP0O06G1hQNDGhUN5aL/dVeleEftnXyWXw5s7BXZnuJpp3Y/xMqrD/AO1q91ghNsy26vwRkDHSvlL9uLWGTVbPQznEVpG28/xeY0jf+046zowd7s3bUmc/+wlpgufiRqepOmRZWDBfqzAV9pQuDuzJ947hzjj/ACtfKv7BNi0dl4j1VhhpXjt1b0X7z/8AoK19SQoSSTIxjPRYz/s06r/eMUY+4kfGn7XVwtz8SjZRzTzXD3AtVUtldqxw7fl/3pJK+sfBmmDSvA+iaQSA9tZwl0XjB2//ALVfGHxIuG8R/tBwNCfO83UGkCbfu/vpGVf++VWvtnQ9Rt7yyjurcOIYg1uyMpUJt+Vhlv8AdqZSULXGotlrUdPtNRsI4NTt0u4/NWUiVcgMvzL/AOPLuqvaafJZ6olxbCG00z7Lh7eFVVC27733fm+ULXKfEn4oaJ8Po7eLXEvZW1DzBB9nSMqqjG5nYsqr975f738k+E/xI0b4j6VqFxpMMkMlhN5cscwVvlb7rblZl+6v6VDV9QS1Ifi7d+I4vDL2nhHTYQ1zA0lxPbyqky/K24Rj+KRsfe/h+9XwHr2oXN/PcTXSKuP3McQ4WJV/hUf7Oa/SCazXU9NtZUfyYxHG0LrH++Un7yNu+5/dZf8Aaavg34z6dp8HxM1P7LFFa2xlkwqfcLLIy/L/ALwVW/4FWuHmubUmqvdPTf2EL6GHxLrtnPLJGZLNgrI2D1X/AOJr6u1jULbTGW5exWVn8u1hETKZJNx+VfmP3d3pu/vV8afsiyW9l8UneVlEMsTdVz9xWYfe/wBrbX2PPp39oX0OpTPH5NuHktUI+6xX733f0/2f4t1RWqfvHylUYtRuzUF99nsRNeAK7AtHGi/+Oj+HdX59fG7xPN4g8T3V5O7tLIzSnPpJt2/+Q1h/75r7G+MevXGnfDy/MUkdlNeOtpG5+dvLk3BmVf4f3ayN/wABr4I8S3Au9UMxQrLcTNKUjX7i5O0L+FFD3piraRPTP2RrN5fiesrQM+LWQRgfeLbfX8DX2Tp92jxXWrGBY5LS3kiLT/eWNT833eq/LXy1+z1q+k+HtRuNbntBbpCnlx/JJKzSMrcN5asy/KzV6r44+L3hHVPC9xpWjXd67XaSIt35a20a7v3bK3mMrbfmb+H+GufFRc6vOdFP3Ycp8x/EnVpZPEN4C8xuJpAzHbllY/vGXb/vs1amhRa5r9hC2naR+4t4gXuNQlby2Vf4vLH3+v8AtVU13UbC18ZpeapaGaU/vfLBX52Zv4masnxN4k1TWNQRbS0jUSy4CW4Lqzfwr/d4/wBmrgpThFRXzYpyUG7/AHHY+Nr5LTT4NM1Lxi1zYY8ySGzhELbv7qqOFX/eWvNrjW7OzuA+gWgtykvmQzyKGkX5f9rdUieGtTkkM+tzJp8YCsrX0nlswP8AdVvm/wDHah1JdDs7WOKxne6n5aaYI0a/NtwPm/u89u9d2GoRprlvf8jzq9Wc3d6Cf8Jb4l/6D+p/+Bb0VhedJ/eorq5IdjHnqdz1O91/T9Ht4E0pxdFN20pD5O1v4Xy33v8Avlaxbvxpq8rgwG2tdw24jX5h/wAC+9/49XMtZ3GADOJRtHC/MaciW8BjeQ564DGuP6vDrqdP1ia2Vizd3c11dLLPcXFwx4bdJ1qvqUEyXaLBAxeX/VoNxarMWum1SIw20RkUKys/XNTWdv4ruVkureG923A3NK3yrIv+833lrWK5XfYnmcja0fQdFsJLeTxVqiQx4ZpLaNd4Ttz83zM23+HdXo3wPu7G5+KenRaNYW8UVhDJc8xSfe/2tvX5m2/dHy14/p3h+eS9aHUr6G3ggyZMybnX+I7V/iavd/2VNGsf7U17UFeadY4Ftg6xsuGbc33mb/Zrhxbilzylf8jvoe87ctvzPqPS7QWUVjZQPBDKkSiWGJmZJPl2naW3N8vzbf8Ax6orrzEvrT7IkTXE0yC6dmZt0Csu7bt/iZeef71O0ebNhBe3ckkd1PBGzqzfKv8AwFfl3VLoqzy+ILvUGLPbqI7e3BXP3RukbH+0zKv/AGzrnhJNDkmj4m+KOgtq/j2w0vTQXk1MWkSoU2kM0cea+xPBUFvpXhKwg06yS38qJLaKCQbcLu2ru2/3vvV438JfDVzrPxPu/EbQ5h0m0jhtvO3czMu38lVWr3yxVrMIrzRhJmCRxEL8rf71KE23yvZFuHu3NJIJ1N08lz5kJ2/Z4Y0x5KKvT3Zm3f8AjtfKX7XGpQ22owWdsrR/6tZh03HdIzf+0a+qJXWJt2f3iLwa+Gv2mtVhvPHNz5UrSRJNNs+bdwreSPp/qa6H70kjlXuxKHwH0FfFPxmtrryBcW+nv9tmXOBtjX5f/HgtfdtoksWkp5vzSlvMuG+XcWb5mX+X/fNfNH7FXhlofDt94pmjdptRvBaxn+FIY/nkZv8AgW1a9n+OfiJfDPwz1nUI3bzPJ+zoy9Vkk+X/AMd3bv8AgNVJ/vdOmhpFfu/xNH4V3i6l4fufEcjIf7X1K6uI5N3zLD5zRx/+Q446xPjnI1v8N9UiMqQBxEq7T8xbdu/9lqX4Bsn/AApfw/O8Z8swNN5e1txVpGbb833vvVk/tEXEz/Dqe8ntngLTt8nmLz+5m2n5f9k/+O1NaVoyKpK0j4U8QRbNShjXksgxiv0U+ElsdN+Hmi6Yzxgx2cawwr97Oz5v/Qq+CvDumT+IfihpGkwpvee5iXHqN241+iGkWsyRWbEqsVrB8qp/F8u1f/HaurK3JF9iaUb878zF+J+k6prPhmXTdO8uKe7nhWR3b92gWQSbsfxfdrzX4J/AaT4deL08S3uvQaqz20sHlJbsuDIv3vm+9XuKNFJ5dw7PPhmztb7p20yQtcJI9vExeOQqGb/gO7bz/dpJtdQeo+BnGd6r5XbivjD9sjXFv/HUkESFBHIEyT2WGP8A9mZ6+0L7G3f90L8oXGOK+Dviuy+KPjJbWdqpf7TqHlKD/F5lwzf+gstOGk0RLY+v/g3Y/YvAXh2yuESA2+nwrHuX5z8vzf8AoVdXdTjU7aC6sTvSTv8AxMvf5az7KxMdmltGMQRosaH+9tXburxj9pfVpPBvhHTbLQ7ufTZAZptltctC0q7o0VWaNlbbmTd97+GpirtIuUknc+hdrSf6tunXimX9svmLsOe44/75r5//AGMfEWpXnhXXb3X9aklSS/WOzjurpm+YL83l+Y3+0vy17tNfskM93IqPHFuaRs/KqrVy0djNuR8ceLLOy1n9qiwsba2iQDVdsgjGA/lyN823/gFfZTsWs45rZstKu6NmT5vm+796vjb4DTf8JN+05FqsMPEaSXLbmGVbbuY/99M1fZ4+VSrkqT6Gm4/kCRHICYVdOd64U1HqkMd1YtbzRxyGSPEgYfe3LtZv++d1cZpfieZfjLf+GZt0drD4fjvYo9+f3nnNu/4FtZf++a7ab/U7iSSeuTU3sOx+bHxWt5rXxzqEM67JN/7xfRx8r/8AjytXrX7D9nM/j7UtQitfN8m0WIyf88vMOM/pWJ+1xoqWHxAN9EMi6aQsR/FuKyf+1Sv/AAGvU/2HbRLfw3qupeX81xdrbkltvyrHu/4F8y/rXROT9grf1Ywgv3rZ9NxD9y0jnyyP4V6V8Nftb6sdT+Id2Oi20vlIMfwrHGv/AKEslfcJaOWaKIkbW+bg8ivzw+OmqC/8baiY1+SaZpo/92SRpF/8dZaypO80bSsk2fVP7GOlzWPwpiM0Ij+3TPOrj7xWvW/El0bPR76/SLzGsreSbG/Hyqu7n/vmuK+FFpqWk/DfwzpESGGYWsMfmGH5EXy/MZsfxf8AxVavxTu/s3w21YyTqJWspLV32/8ALabbCrf7P+sNZyqKbujS1lY+YPgVYQaj8frSfYJns1kkZR83zxxquf8AvqvsjT0XPyyBYADtB/i/vV8kfsV2z6h8T/EOsMqvHDbt8zf9NJK+upGS3vPsrkKzJuDY+UL/AHf/AB2sp00p2fQvmXLZHyD+3BqDz+J7W1Eo8q3hijEa9Eb94zf+hR13P7JmnzaT8ENV1l/9FF1LJN5qruLLGv8ACv8Aeryr9pmPUtb+MF7YabZz3sbTeTaxW8LM25VWFuF6/NG9fU3wX8Kz+Ffhjo+g3of7VDaLLcbT9x2bdtrWo70VDqTCPvXD4eaaPCnhpESO6LESXk8tw/3pG+aT73/Amr4U+IFwJPE03m+ZO2YwyZ53eWrN/wCPM1fenxD1WOL4e6/KXzMLOWFT6NIvlr/6F+tfFPw88J/8LM+JM9hFeSWeWnuWnCLIVVW+X5WZanDRcfelsRVvKXKiz8AdXkPxY0ZLeGK2RpljZSPMB3Mq7m/vfe+7X3PNfR2sioZAxk+7hdvP3a8d+FfwJ0XwR4mGu3er3Gt3nlkQFrdUjib5fm+9uZv7texIHCKxPK/M21amtVjKXuLQ1hTcY2Z4D+1bqafabbS0d3uYIS0sbHCrJN8q7dv92OOf7397/ar5OvLiP+2Wl2tJErcKT1r2D48eJV1jxTqeoxTN5CtJJAw6svyxx/8Ajsat/wBtK8j0aBbm6itba2klu5ZFjDsMgMzbf61vhVo5sxr9IHsHh34FeN9f0BbqLUtDs7WaCO4CSz4dFb5l3fLx/F+VXpv2cbnTbA6nrfiu1FmIllVrKzklZtzqv8W1V++v3q+ovCOmk+GdMtbmMoVsIVlYL1/d/dVv+BNWV8ctUSz+GkpgCqrTwq4POVjPnMPxWKuJYiu09bfcbzpwhufIumNpVpqF7dazsu3gOw7k3fKg2hs/d+b73/Aqq+IPiaZbVbPR9LgtY0XYpdm3Kvtt2/e/xrhvEV9PeXUKSsQ6RhW+tZYtmb5hLHt/vFq9CngYSaqVNTjq4qUfdRNf3b3dy1xIoDN16/1qtFEGVmMiqAMjd3rRuY9NhgCW8lxPOc7iAqxr83y7f4m4z/drKJr0YpWsjhlJvcfvX/a/KioqKZBsPJdTJvULBu+8x+XNQmDyJsyzBlH8S/darFoUubhYXWOGNuWeT+GrME9pb3kTTM1wsS7fLkX5f+Ar/wDs1i3Y35eYsaFJd+fFBpVvunDb94tlk/4ENys1dto/h7xFr97F50817eSYDr9oLSLH/Ezf8816fe21zvhi58S6leyW3h+0KK7APOkW1o0yPvP2Xr8u6vRLfwtrV+Lh/FXiloLaSVWe20/EUbhfusflVf8Ax1q8rG1nD7SX4s9PC4dOOib/ACN3wn8ObPT4Dd3l3ulO52kWFl8pdvHzbv8AZ/2vvV6b8I/DenaRMtpY6lMz3CPK9thgJI1CqJPu4X5pP8/NXGeHb7wpZ6PLbaLdRPbWb/ORMWAdj/HI3ytzXsfgVlHhywubd/LZV/eLuUDa+5un4x18nTr4mviWqjfL56HuVKdOjRvDc1lt3ivYGeaeNV+VSW/d/wDAhXRaIZYjJ5935u6XcMDaE+78v+f71cb44vxAuj2jzr5t/rNva/J8rL83mN/6LroPtDROoA+4mevWvo4aHl1Peic98N9HOh6Er3MT297LNJJMm3bwzfL/AOOqtbMs0813cItxn7I0TPDsXAZv7x+9uwv/AKDSapIjxBZJhChBedz/AArxWD8Kbw674XuvEmWd9Z1Oa6Vh83lRptjiVv8AtnGtbWSMpSctzsr14bSN5LoZSOMNIzL8u3azf+ytX54fEe/u9U8VywyjzblljTr1kZdzf+PSNX3B8T726svAuvyLdSvNPD9nhBbp5m2H7v8A203f8Cr5L+C2hDxd8crW8mtw1tDcPqVwo6bVbcq/99ba3p1IxXM+hjKDeiPrX4QaGvhbwTpmhmBWms7eOJk25IkfazM3/Amrxv8AbT8QT29tp+kwoDDcL9ouCdvyy/vI1/8Aan/fNfQkhgmkvZNOv4JdQC4miDhvLfb8u7+795a+f/i/8LPGvxE8TzXWnNpVtpdvceVBJdXe1pVjVV3Y+b5WbzG/4HWNNpS1NJcz2PZ/hbaXsPw58KW5mijig0+Npol+85aNduW/h+Zm/wDHa539piRR8MpFYdZ5P73/AD6XH9a9H0mO8tNJsrIxwRPAixyNGvRVX/PzV5Z+1Dc3ieAIUGx4XnkOOv8Ay7TfNUxcmnzAj5z/AGYdPn1L452M6Lu+xxSTk+ny7f8A2avuDQopIrGVLyV2cfKCz8mOvlj9jHS/M8R6/q8scxeGOKNCnOWb5m3f7NfT8N2JZZ7ooojGVhdH3Ky7fm7cfNmis+asn2LgvcseF/tB/GTXvBHjp9C0xoIrFI1PNsskzS7VbduZtu3ay/w13f7NniLxL4l8G3fiXxLePdLf3P8AoQ2Rr5cca7f+War/ABV8o/tO6p/bPxR1K5Rt0ZuZdp/3W8v+Ua19bfs7xQWXwk0KwN4DNb2arMm7PkyNuk27f722RW/75rqbiqakZRjK7TOv8W6wtnpl0cMEit5bl2b7u2NWbP8A47Xxx8I7KDVP2jtNhAaRdPufMb5sf6mPb/6EK+qPi3dsngLW2JWMmKO3bG7eVkbb/wCzNXzz+yFpkGo/EzWdeuYkl+yWzTqHXcd8kg2/98/erCM9JNl8p9ZQ3Cw6dE6IT5y7lJbozV8l/tnXH2jX7ZYmkAtLeGLBPD7vMkZv/RdfV0s8k+pm2jmXyvL+cPz83zLXyr8bfDnivx38S9Vg8PaDeXsEt5JAJhHthRo1WL5m/wC2e7/gVTSlaV2xON+h6n+yjpFzp3wj0u5nEa290ZLpE8s7tzSNzu6/dVa9G8daglr8PPEczp5ZjsZIrc7uhkXavb5Tuaqfw80NPCnhy002OXKrFb25wW2ebHGqtjd0+63+9/Ln/wBo7UBa/CW6EYMbXcqqAPvbY1ab/wBp1cZ80mxPSyPJf2L9Pafx34p8QYaSOFfJjdRnduZv/ZcV9SzMxt5JXjnATc3C/wDAq8D/AGKraTTPh1qepNbOXvr6RYW+XGI1VcN/wL/0Fq9+spkjtYVllihYRqrKvRWx/D/s1TlaTJeh84abr8Nx+2ZewIdsPlrZYUbR8sG1f/IjV9E74Lm3+VmB2bsbq+EpvEVxbftCWuvxvlzqkc7uOM7pPM/9BavuSzRWt5JMQ+Y5/wCWXzR4/uq38X+9VVFaKZMdWfMX7aGjlYbPUEjRVU/J5cahQFbn/wBHL/3zXpH7IWiy2Pwm0uV4IsXTzXAYr83zMv8A7LTP2qNJa/8AhvO0SrvgkZcAfPlo2b/0KNKofsueNYtV+H0ujzmSG40mAS2UcDeX5kY+VlX+8yyN/F/DJHS5nKlZhb3me360Wt9O1B1m8qZo5Fgb+IMVz/47XzRa/s7G/wBXt9e1jWHuLJmhlNolqUcrtX5ZN23avHzfxf7NfU95cWpjjvRLE0Uaea7k8IG+b/2WoLK5guYvtMMm6CT5ojj/AOKrNqS2ZUHG2pl6AkcJOm28TJeLHHc3EYzhVb5c7mX5v9Wy/wDAf4cV5h+1JrNxpfga5sYSsbajIBCzOu0pCrSN/tH5tv8AwJq9D8ceLtP8IaV9svPMmbzI0jt7YfvppNzbVX/vn/vndXw78cvHmp+MvE8hvL4TOvyAx/6uBVYssMX+yv8Af+87f7O2roQjJ8qCcpRfMz3D9iXR5INM1bU2RSslz5LOB/Ds+ba3+8Fr6MufMku0iaEiCENJI7J8zf3V+9/tf+O14H+z3rWheDvhjo39q6/p1pNcq13PG92qyKsjfKzJu3fdXtXosfxf8FmaeWPU5rpDJtje3sLiRvL/AO/dTNt81y5M7CCwtbW6+1CVLdbp/NbaqhVZvvZO3+L/ANCZqbZJY6SFsLK2X7HCM27GRnY/3uG/2mrzPVvjj4WTT5ohZ3V0Fk3IryW8I8sfMpKySKwbP+z/AA1w/in43Pr9hPY6KqaZ8paWWG6M1wV2/diZV2p3+bc23+H5q5nKUVdFQjzOwv7T3xTgsrmbw3ohj8kS5uZ1GfMmXH7lezeW21mb+9tX+9XnP7HFn/xci+1OS4EcFjZMZAzbVfdhRub/AIEa808dX013d211JHFEAm2CBPlVF/2f9mt/4c+LdQ8L6BcNowvbfUBdrPNc28kYzHsVlX5lb+Jd1d/K1Q13ZhF/vbdj7vljtrQp508EclzJ5cIk4Z5W3Mqr+Tf98muR+MPii30Tw1caXYSIdb1CB1hVXG63T7rXEn91V/h/vNtVa+S9Y+Lniq/uY5jfanL5cboFfUnUBW27v9T5f9wVp+DvEYFnfz61dw2djKf3rncGmdf97c0jf7zNXFUp1IUrpanbQkp1LSehxnj/AFSFoRbC0VXkl3qW6iFV2qv+f7tN+EskU/jvSEuZ44LeO5EswSHgLH83/stct4o1H+0tcubuJGMbt8g9B2qbQJWW5ULC7MSAViTe8n8W1fT7tepToclDl62POqV+bE36H2nefHvwraWEPnpciVBtMUbQwr/F/wA9H3fd2/w/3q4fxt8SdN8awLolhb2lnaCOSSLbc+bJNMysrZ2rt+7JI33q+Y9QlZ75o8S4/gAGK6fwlqllb3itchIXjGVDSZZmrjq4R+y0R00q0HUtM5jWVePVr6GG4H+saP5Tjdt//V+tO1Lw3rOm6RDql7p9zb20z+WrSJgH+I16T4a1jw5pF089vYn7VK4BuvK86Rd2csrN8qtXpd34p8LeN/D+oaTf2d1YsbT5HaJWMkmOqhfusrKrVo8w9laLWhEcF7aTZ8oJKVbcvBxioiCK9b8PfC2K4uA1/csRnlYlxVzVPhlHOt1pemQrDdwO08UzMzNPG0bfu/7v3lrWOa4ac+WLMp5ViIx5mjxeipzbzg/cor0OZHncrPQNN8E3ptFuvEF5Y+G7La257r/Wv935Vi+9uqrYXfgjTbyST7Lfausc3yNLthVl7fu/mz/wJq5OS7dy8kryvJIcu7NuZqWGxeW3NwNuDMIgCdvP1+7XO6EpX5392h0xqxi/dR22qfE3UngNto1ja6ZH03p88mPr0HeudsG1nXtat/tUtzPPdONjs53HLdv+BUunpotr+6dG1W6b5USPcka/j1P/AHzXTQeI7S28NGx0yCW21G4Vlb7FGsYQNn5WZvmb/D+L5jWKpQpK1OJtGpOcuaUj0DwxBBplslvdy2N1cXs8duLaOf5I/m+8zbdu3/dWvprw9LayWgutP+yvZoFt7ZFXcoVW278f7v8A47tr5G/Zu0tbn4nabcy3YuJ7XzLlrHy2feoX7zH7vfdtr6001Ej06L7PAFlwAUB2/wAX97/O7P5eBiqHsa173uezCtz07WOJ+NXiNNP8c+CLFmEkcd+t20ajc3+sjRTj/daT/vmvT7OSW5WKSaLyptx/d4+bP8P81r5z+OF0rfGrQLZVK+Xf2kQct02r5jH/AMmF/wC+a+jQZ0kfcyL5svyfNn+Hd97/AIDXQ3yuPmYxWjPMf2jvFKeG/h/eWySRtd6gRbbQekLbmkb/AIEqsv8AwKu7+Flo+nfDHw1Y+RHu+xxtIYpNy7mXcf8Ax5q+df2mb6XxB8SdI8PQ/vHju0sVRP42LKzt/wCPRr/wBq+op5k0vTgtsBmE+VDEnIbb8q/+OrWtSXLFeZkle55h+0jNf6V4Ge6fUHhElwdsaKvz7YWk5/4Esdc9+xr4eWDwzqPiO8RRNqchgtwy/wDLCH7zf9/GH/fNVf2udWN1pmmaZZ7klmtExAQ27zJpIwv/AI7C1ez/AA/0H/hF/CWlaJ5CLLZ2kcW5eWP8Tf7rbmanzJU9RI1WsIEtJPstuB5w+QBd3zN/F/31/erRjEMDLEyxl2ONx43V5p8d/Ht74H8CpqGhGP7bLN+5W4iZkEK/6xv4d38O3/eWvn/Sfjf4/wDFnizTNHt9Xa2a+uY7YPFbQgfM3+6zf+PVpCi5R5kQ6kVLlPtGJ4SuIucdfmzXjP7XUkVt8O7YK0zZnkZcbj/yzk/i/wCBV6ysktqFijh89d3zFW+YL/7NXjX7W2oIPh5ao0izhpJsbV+b7tOLtZBy21K/7GWlNb/Dq91Rm/faneSSR8feWNdv/oWK9tnMNlZ3M3nJKLWF2k/2dq7vm/SuM+BenPovwa8PWEwS3b7ELpgfvM0nzH5avePZ0tvAOrRK4SQ20iyKp+b99ujX/wAekX/vmsm7zbK5rI+HfG9rJfeMVsixee4uY4mP/TRtu7/x5mr770O1TT9J02zkUItrAq7nG0bVj2j+KviH4VQDxN8fNI81Xe1+3SXcihS2BHukzt/75r7b1qeMNplzKbeDTrZZLu7lv22NBH5Z8v73zbtzfxf3Wq6qfu+S/P8A4YUaiPPP2l9RS3+HDi3BUXM2VduMqscrfd/3lWuK/Y70v7P4f1zWXIIe4jhjxt/hX/8Aapf2otatdX0y3tLG8EsMCt8inhVZo1Xd/wB+5qufBfXPD3hDwJpFhqd5Oxljkurm2g0+aVt021o33Ku37v8ADu/irJSXLYtO6uexWFrPL4muJWZEMQBHGM7o93/s1Q63aXdxHEmnXlmFtE/5eEYL93Axt9f9la858QfHzw7CJo9M0y4eeZdslxK9vbmPau1TtaRmb+L/AHawY/2htOtWuUs9GtbMSfvHmuLiSZnYKq/dWP8A2f71JR1JcrnvU17Dp+gLdXFzDa2NtGsk01zG0eyJPvbt23a22vkH9qD4jnxNq6WlgrW9nbrshhY4YD+KSRf4ZJOPl/hVPm+ZmVdPxd8V7/x1bXNrLcJFDbur2tvFA0SFv+erZZmZl+8u75V+9t3bdvgniOKeC/lhuWdpScsWOTmuyhFc9jOpG0Oc+3v2fbVtO+Emk2LJsuJLFryNX3L5hb/a/hX5l+au18QanF4c8LzzXt8k93Fbybp52VFMiw+Z8qsf4vuqq/3q+OfE/j7Xr7To43Z7RXiSNbdZZ9kcaKq7djSbV+7/AHa5XT9Q1C8vI2uLm1tjHJvE32aNef8Ae21k1dNifxcpevdA1OT4vQadHGHd9QWOPJUfKu1f4v8AZWvsS8+J3hfSLLF5qs9zf26+XM0NhNIu7+L5lVV+X/e/hr4f8USTXPiCJrO5Ny8yF3ZJeSzfe+Y03Ur2C8ltzdsEughWYkFtzL/F+P8ASt1GpKMPQJThCTSPrLxj8X/ButaBd2EaX1wZWjZfOEUUZ2yK3GZN38Lf99V8zeCPEI8I+IHaK4nt5RN+6mR8xxsu4K2PvMrfdb/ZZv8AZrLtb+2it9620rru2ggLuNbuhxafresPrcuhPJYQxbXSaXaHk9R/e/3alR9ndzWg42na256rr/7S/iGfbFDoWjWeyRZJImgknSZl6btzL/Ftb/gNc9qv7RPjliwtNUaBTLvbZZwptQ/wru8zb/s/3a8u8QXVsJxOZ4JA5yqQQsNi/wB35ttYSpfXLbo0EUX94lVX/vqtqVPmV2YTqRg7I9bvPGWueLbG7u9Q1O/nujCVRZpt4WP/AJabflXbu+Xdt2/dryO+TzrxUiO6PcVWX+E1eU21srLd6rI5lBTy7QNx7Nu2rt+lOup5Ftre3tYRHCgZsSMshLN95v7q9P0qqNFUW2upVfE+2io9jR1XxBdCzisoNauZFiRYSFmaNRtXb0/u1hG+Vh++u2Zh/eZjUMNjvimdmKgHIyv/ALNVQRjcMnCn+Jl4rZQgtjndaRci1GCOUkIWHbitzw9rF75hXS7Lc0aZYu3yqP7xrAmtrSKzSVZpZZTJtHybYyv+9W54Jhkl1Y6eRbpNLFIpa4TzFzjOefutjd83vSqwp8rbRWHlNzUYsz3gu7u/lN1PDLKoJUs25S391f4f/Za3Zoli0HyZtVLywlt1vblZowP+A7VX/vpq7vQfDejWD315faZDqMzSs8QlG9U/+KrX/siG800q1pAA0nmSBIVT5q8itmtLmUUexRyyouaTPCwl65GJim75lCjc3/jtWb+1mlhiVLO5aderkYQ/8Br3mDwtpw8j7PCdp+WTYq/N/wACqQ+HrDciSKAY8bVPpWM89gnZRKhk07X5jwuz0Ga8iCmylEsuSHU/L/DXSeDPC+qRXInCfZpFBEZEId/u/L8xb5fm/u17Bp2kWq70jt0zH0BFUZE1nVfFK+DvCM0VjqSQ+bq+pJ839np/zzQ9d/8A498235fmrNZzUrJxWkVu+yHWy2nhkpvWXY8217wMNNumn8S+ItL0iVhuZLo7pvp5MatIP+Bbai0DT/BMd0sWnweI/ElzjAFjpyxAn/eZmb/x2vo3wr8JPA3h6385tITVr4tiS71BTM5b+9tb5V/75rurWOC0gSK2RYIQQqpGML+CrXiYvjDC0VyUk5/gv8wp5XUn70rR/E+bItN8WGwkXw/8KJrJ2GFuNYulZlH+43lqP++a5r/hY81z4Wm1BNE02zubG+tY3a3hVfPRlm3L935fu19Yax5cenTznhUjJJ/vfLXwvAf+KD1U+up2/wD6Lmr0MhzGlnEJylStytd+pz42FbBuLjPc+j9Dazv9GgvYHCrNGrbT94UwxSW2twTMePufLzXN/Ca9mXw/DHnICqD7/LXXTKJgXRgkgOfvda4a8I0a7UT6KFSVWhdmRdfCrw5c3UtwLHiVy/X1OaK6z7fZ/wDPX/x1qK6/rVT+dnD9XX8iPjKO68qOSOONfnXaSRVvT7K7v721gRRI0zBVy6r39f4aoKwj3DCsWXg56U+2nWNZMpncu1W9K+4kv5T46LXU7HxDoWteC7aJbyXyJ9QRZVVOrQ/eV1bb93/drnrqaKSXMIjiKjY2z5s/3mz/ABVoeIZ73VtLtdUupTJLH/ozufRV+X5f93bXMhynTvURinuaSfI7H1F+y3b239larqVjDNFdrbrbfaZW4leRvmC/7O1Wr35Jx9llkZDuRV3Y/GvA/wBnrUdK8NeArJtS1u0sI9QuJrm4SSePe0a/u4/3f+s/vfdr0DxD8R/AUFhClnqTsyTRzOEs5gX2yK3l7mVfvbV+b7vy18vXpyniG13PeptRops8Q8f64dQ+PGlTrKGUasH/ADm8tT/37jjr6h1zXtP0rRtTv9QvElOlySJld6s277ir38xlkVd3+1/DXxhdTo/xRsNRnuIkgjvrctM7fKVj27mz/wABavVfiz8U7TxZoOq6ZaSSQNPex3MeLglv3a7VVdq7V+ZVbdu/h2121ad/ZmMZ8qbMb4VLP4t/aVs5ZJBONOaSaSQcgyLuaRv+BTSM3419dlo47KS6upkjgSPf5znYF9tzfdr4O+F3imPwz/bbqkj319bLbxt5XmbY925sfMvzfKv975d1dF4k+PfjbUoWtxqVxHDJ8pSOKFF/9Ft/6FVYjDVJ1Uo7IyjVUYXZ654ptJPF/wC0RokKRQvFZvDeXQY+YqrDDGyruX737ydlr2m61qPSjdz30gWCALukc7drN8qqvRWZv7v8P/Aq+IdP+JXiK3vbi8tyourqJVlnLv5h+9/ErL8vzfdPy/Kv92uT1fxLrdxdP9okgZz1cxK//oWacMNUk7SJniIRVz3H9q7xLDr0NvZ2OpQXtvaxbGnifcrszeY3/jqw/wDfVeRfAYwW/wAWvD91dEi2tbn7TPtXcdsaszfL3+7VKy16aa0ktdSmSZGB8sMAvlt/s1g2W2JnvftPkyQsNoKbmZua7aMJKEoMwqyjeM4n2zP8fPDGl2IhvLTULy6DMWZVhto2Xd8vyyTbvu15L8XPiro3ibw3daSkMkHnXktxva5W4bEnlrtAVfl2qrfxV4Fd6jDcyM6KVJOfmHSm21ztG/yGkI/iY8VH1V9R/WFLY+nNQ/aKuLaxay0WygitAojjaSFpGWNVVVC7pF2/KP7v8VcV4q+NviDW7wWjLKlmzL5iRrHGsgXbt3bV3NtZVb738NecJ4X1t9KjvRbpFE+51SWTZsRf4vm/hrAnu54clJYyR3VeKmGGpyfuu4TqtK7R10etzeEdfafTXEUkkDR+arsrIrMvzKysrZ+WqepeI9Wlu2nklieZ+WMsSy/+jN1c/YObu+iub6WVkRl3GMZIFOvby41bUzItvG00vyhYo8Z/4Ctbqhy7/MzdV7o6i41TUZNEk+2aifLkGRGWVVz67V7VmrdL/ZRnu3JdV8tPnyzL/u/w1TurWa4jjtZL+RRHz5c4WFV46Ku7+9uX7veoJtOuEkVQm6E9Cy/L/wCO0vZUkP2tSWyLui6lp1qoaWCSQs3KgqAKj8QazBdXIa1gZQR0kOa9F+JXg1/DHhXw3d6vGDNeWayLtVV8rdCzBGVVX7rYb/gVee+DdMudW1Sdk4iVWMp2dV27v/ZaiKpSTqvobSVXSmuo/RtR1Nr+JdOMMM0isu5Y93G3/aotJ2Eot7ewc37gYlfd5hbn5lp9yP7NmnhaFViByruv+tVuK674b+E9UeSHxAluhtYm+TDbt3+f71KpOEI81jSnSlOXKcNq0muIPseoSXSxWq7Y1HyhRXRfD3wxb+KrtrWC2vru6CSN5aTIFiVVZvMO7723j5f4q9r8a6fBqOh6dbxaZCwiV4Wl8vAf5ty/N/E3zCvRPh18JrXw7oEtzoiCO9v4syNLF9xd2fLrzpZpzRdOMfe8jr/s5U5KTl7p8yaD4Rv7GW6iljgZlYjzC67qr3/hAzzNIyFZFWvpAfD/AFDUb17W3miaWDashY/LhvmrlviF4MvfDd5bwXUccn2lco0LfL/wKuWOOrc12XUwlLaJ4bP4ckigdolj2fxhk3MTUcum6pFYxNG13Hb3HyLIAVUf7J216mLR9L03UtWu9Plu7GCPgqzKC3+9XnWo+P577RxoflsmnRSNJDGJvuybQrPu77q66GIrVldK5zzw0IfE7Gbc6ZPbqIVtz5u3cP3fRayrrTLuBllmTy/MGVc960I/E0utXcVtrt/cCCJCI5LZcyfKu1EX5tu3/wCyr0f4a+MNA0yynm1rSRf3CpJFbQvZ+YzKV3eZI33dv3ty7f4Vrrm61NXtcwp06NTqeX3GmaZpzRy3QnuZpBuYKmFWoL2I3FzNeRW/lB2yq/3a7PwjLH8QfHjWOp3lnpT3DeXDIy7Y0ZjtVVX+H5mWqU+lNC08MuUkibbtK0e2lBpz3F7FP4Nji5reUgBx1OKilsyW3Cuh1SycAErsfbztqhL+4Qsww23gema1jW5tjnnQ5dzEljddyY6V2nwge3TVrlLmJX/d7gWXcQa9K/ZR0jR9Z8W6g2owRSTRWrNaLJBHJ83ybtysrfw/d/3WrN+J6R2PxwSNSkcctypfau1V+ba3y1hisS6qlRt0OvBUfZ1I1LnQ6eqvd77cyMrJ8wfbtXc3/wBjW3JHHLpqxxeYzBuCKo6zYXmh6re2W5WVXZMj+JaforFpGZJd0eMqrdGNfEy+K59fc09P3W0flB2kXP8Ay05pbyBzciXHzY61ZRFlQ7jtJ79KjklgW3uJriU29vbxtNcSt91EX73+f722hJzdkKdRQV2ZnirXB4d0S3uLOAXGuXkn2XSrcDc0s7f8tNvdV3L/AMCZa9B+FHg2LwZ4YS0mlS51S8b7Vqdx1Ms7f7X91fu/99N/FXF/B7SJ/FviOT4mazaNb2cKG18O2kg/1US/K03+9975v7zM392vYBXmcQY5YWn9Sp/E/j/RfL8zzsPB16jrS+RLb7W3ebuaofLLEEdqc/z4y3yjrxTppAo4+bHpXxWx6JieMpoofDmpyNkmOwuH+9jH7pq+IDiP4e4/57atn8Fi/wDs6+zfi5N9l+GniC6YbCNOmVTj+8u3/wBmr4wuTt8D6TFjJm1K6k6/7EK1+rcCR/2Sc/Nfgj5zOpWqR9D2n4Yfu9DgUBW5By3H8NdrdMvlo20fMMjFcT4RPl+HI9jmMn5ciussElNoqzNkDpzmssU715Ht4X+DENkn9z9aKdsj/v8A/j1Fc9pnXeB866F8O/F3iG0hvNB0qPUElU7RBcR7ht+8rKW3bqlufh34osbuODUtMuLInc0uE814Qq7m3JHuZeGX71Q6BqN+NPutKfVjZ6dNGZWhaR1SV1X5flX7zfwr/vVBBNJaWLTWV/cBc42GRlVv4fx4b/0Kv0jnZ+eeyijox4f1JbB59I0mfVtIndXju2tplE21WVtvl/d3bvun5uKwbvwffxXy29qt2IJI1cSz2rowVl53Ku7HzKy/8BqtYXmr6XcNHBdSwrMok2xT7h83zfw99tdf4Y8c6noRe5ZpLmSWNlKSSMy7v733uKUpOKui7e0lqczNcy29uLBri4cQ7lUySbMD+7t3fdrHJiMm8uHPfFbOua5eavcyTyRBWdtxx81ZqQTGTf5CNn++v3qhQSLlKUibVry3vLKOC0jYyR/eAX+GmXl5LEkcKWU8RSNUcud25vyp80DWJMc9qFJXgsnzVFA06Iz+XGc+opxULWJlKbZHAyjUUuJtqbm+VGU//Y1SvpXa5dsxjJ6R1tu7T6cA1mrMrDZ8rcLSLJp1wVWSwVXA5KttJqofEZyvy2Zhk3cce+R3VD/tdaaiTzA4RmCnB7118Ft4ftri0fUUvLzT5dyuilfMjb+Ha392tG5l8N6VqsT+HNNneBlbc127GQH5fu7fusv97/aq5y5VchU3I4g6fdiGGaVfLikZlQucZ29fl61csYdGiWRr6e7nlAXbDbKqq2fvZkb7v/fNXPFujNprJeRRsILrc0WQ39aw7SNZpgSMZohOM48yZXs5QlYIzvlYwRxR7Bn5vm/9CroLHWGg02aOGT7LdllWOSCJVG3+Lc33qx5rc2rSqOY3O0dsmpwtv88iRuriPrs3fNWdSztc1pwkaN3eSwI9jFOvmMAbi4Db3l/4E33Qv+zVA6dHBLs8svvXqT0rv/A/gmPWPCl5qepXaW/lSgxJ5Y3Nn/a/4D92uVu5oYUFwkLTNCoUkr8ifL8u79a5KNdVpuFLVrc6qtL2UI1KmxSgszZL++iHJ2kGpLm9vo7X7BDJ5MBb5ljjVN3+8y/M1UdT1271KdXEUUCr2jO39Wq54U8TXWl6qt46xXqr1S4XcK7qOGqVJas4quIpwV0i3pmhXMvl/ZbeW5lcZ2QxNI3/AHytel/A69Oi3eq65caPPqdvp1nJJcxPE3kRt91fM/h+833a2/BfxbFnpl2h0vSEM0LFf9G2q3+9H/q2b/aVVrznxd8SvEF9GdPC2tnB5sjtDbR7I2MjMzbl/i+ZmrqqZM+X35mNPMoxfuxKvj3XvEHirV/M1Sa4kRjNIBcyAbP4dq/7IG3av1o+HsVpPcyeHb+eCzS/Cqt05wsbds7v+A133grwnH4v+EszxKF1aGLzrckE72X5dv8AwJdy1y0dpa2+mvdTWyC4WFsFl/i45rycZFYd+yWx7WWTdeftGTeObWPWdQ0rT7W3tfL0m3WCZ4j/AK7d95t1dvpljY6lp3lWEzaXdpHmMwjanyr939a5z4cRJLDc3NwwaYenaull0KbTmS8gudkePMlJPf8Au185ia842p32PoKEKTcp23OX0M67p2ty3V/cXEbIUSNLd3kjmJ/hYfdP8P519Z/CTX5Z/DbNrUghu45pFMbRSx4Vv3i/eVf4WX7vy18/yazaLdNN9guU2wfaFaK3Mi/KxXLbfufw19S+GJYL3Q7C+Rd/nwLKzSptYlvmZmrehJzfPJWZxY+0Y8sdUYmlS6bYa3qk0t9BDHdsrIzNgN977tc/8UFs7zR7aYXtvOfta7dkisQrbq15Lu3uvFWq6fJbxzhWXysxq2371U/HukWUugW8n2SCykFwu4xxKrOtYTblexhH3Gm+p4vrjX986+HLSWa7hvJ44YoIpNoaU/LH/wABXdurnvif4f8AC/hzULzTdK0qCSxtrZprW42AyTSsqqz7m+8vysyr91d1a/xnlOmaFcW9gTDdygGGVEbzB67WX7q7d1ZHhvwbrGiQ+Rdi3FvdwRylGjZGG6NW3BW/i+aqoSdLD3Xc7PYqpV17Hz8Vaz/0hE++3G4VcuNavo5vtVpdTxSyR4klRtrSf3q7P4xWU134wTRrDT1ea3t40ZYY/mb5d3/oJql4Z8IPexyxairW7QxNLsQZZdq7vmVq+i9vDkU5dTw3garquFNbGbqN7C95p9/azJaXkK+Wz2yeWE/uyfXmu0stYPiHUY7GBozBDamG13NvlVVVmXd/e715VfxP9qlV5AdjsuB/s1peBpLyHxJaJAxzJKEwG60sTh1OlzLojLDVZQrcsup2utxgTqTGo3D0rKXQb68muJQVWGDq38XzV6L4g0eAaBa3R+/IzKeP9qsWeW70i1v4zbqba4K4Vj83+zXhUsXJLljuexVwqb97Yyvgv4oTwN8ULe9vXlSzmG1iF6/Ky7v/AEYv/Aq2P2itNmsPiHHr9sN0N6FeOXfnzCvyt/7LXH+Nnn1LTtCuZDYxRQ2Hk24tuJCqytzL/tbmavTPFZXXv2c9D15TuudNkNvcN/s427v/AEH/AL5avVnF3jUXozz4w5bw+Z3WpvDf6Np2qxsG/tC1jl3f3ZNm1v8Ax7dXOWIktYfk+aQnJ2rj5qZ8P7+PW/hlYsRte1aS1b6r83/s1WIiFjcZ3S7uWr4/EUvZ1ZRPqqclOEWXp5n+XacAjOfesXUrWbx54uj+HumFk020ZbrxDcockBfuwK3+z/6F/uVL4r1W40HS4204NPrmoTfZNJgU5ZpG+VpMf7O7/vph/davTfhP4Nt/BfhKHTCUmv5/3+o3Wc+dM3X5v7q/dX/vr+KprV4Zfh3ipfFtH17/AC/M8/ETWKq+zj8K3OosraG2sre0to44Le3jWCGJOkar8qrUOsajaaRp8+oX0nl2tvE0sr9dqrVwrtxwx+gr5n/ab8fnU9bTwTo8zG2tZh9tYN9+b/nn/ur/AOhfSvlMoyypm2MtPbeTNsViI4anb7j6Q0y4e90+2uwpQzwpNsP8O5d22rEibsPt3N8vGevWmW0BtrK3gi5EMSr+O2pAm8n5gNvPNeHioxjWko7HXB3ijz79oWaS3+EPiKWRUUvCkS5/2pI1r5G1Jj/wjfhq2P8AEZ5f++ptv/tOvqD9qh1h+E067tpluYIyucZ+Yt/7LXzFrAwvhiD+7Yofpumkb+tfrXBMeXLL95P8j5fN3zYhLy/U9p0GOSTQYEjgwE+92zWvYyzJdeU5by2GMt0FUdAlnTw5EqBenAarV7FsgUkqrN8y8152If76R9HQ0ppGr59t/clornf7ctP9j82oqreQuY+cZp5J5VCfKFPy4/hq61vdQW6y+YmyT7vFUYFMa8963tAvlNu9jdKj27Ms3zfeH8LbW/8AHv8AgNfoUlyx0PhaVm9TOuo5LS2i8ufezvuZYwQF/u/+hNW14dtrrXJRbQPHCsjBWeQ/d6/NUOqaJcSAvZSfa7dQW3KfuhfvbhVDw5dvYXheNVaRPmUmsm7wv1NfhqeRo6zp1zp19JaSW7Ruhxg1HLLceUsUceGk+U7a6PT7tfENy39pfuLgcq+fvVQvEFhe2YjffuuI9vP+1WEanR7m8odUe06L8OLrxZoo1rXI4JZbuKOZPICxyRn5tysiqu1fu1zfiD4a+Eo/EsHhwa/JbajcLGIoCp+bzOnzbdu7iu88DeKNS0+6szqkqLCllG20KgBDKv8AEtcl4g1ptV8df27bWl9bxS63HDbO0B8lvs9vJGv7z7u5pi3y15OGqVnVlr7p6lWNFUloY+kfCjWzFcv4c1GPWLSORY5RblXXp/eVv/Za4jxB4R8QaNfM2q6LdW6ZxuSBttd74WvIIfh/pemPPaSfbtTtlvFtl8qcJG/mMsjK25mVd3zfw7q6bwd491Qar4C8PvrMrWi2ajU4pZN5uWuPOkXcx+b92qx/99V2xq1U25O9jk9jB28z591eK5hi2QCZrZvmyV6VqaFPb3sVsAJs2/F1PI+Y1LNtVm+X5V5/vV9GfHDWPDSeBmksbuQO80cM8MCx7WVv4m3Rt8y183a5rkFh4hvP+Ecaa30g3ST2yyNli0fyrIf9r7zf8Crow+I+swvaxhWpfV6m5Uv7vVJNJNtO0slpDM7xbpGZVb+JlrL05S25pGC/LxnvXYMbjU7C41YPI6vIsjBpGYq38W1mrlJYmt7hftHzBW5DVvCUdYownBxfMQFjJfKjEhF9K2tLWK2umF3IgDpujO1t3+zt/wC+az4II31RIBJhZJFXc3TbV/xRZ3BvrqURLmIru8sfKq/dq5RU0omUakldnT3WvzaX4deGzvvOaeKNWBH+q/vfK3/oVc/N4qj/ALLktho+mNK/37qSPdO3y7fvbq5mdmk2l/vAYz3Y1E3BGfunrWuCoxw3Ny7sjFV5Yjl5uhfkcTNJLJHBlvmwqhVH/fNU12hzn5WXr71LFIpKjPyU28fc5OfnQ8mu6dRPU44xZq28weFUjZgp9ar3Y8u7dZOVaqVvcFGJDVIZTcSgE5BWtZYj2isyPZ2PpL9me6uJPDkS5cRxX0kLMvZW2t/7M1M+NFjNZeLbzS7WOOOyuk8+FlX5t33Sv/fX/oVQfstXYg0DXUmltoUSaG4QyyLH/Dtb73/Aa09b8eeHfEvxAtNMgNpdNDcLvufvrJuVlYR/3vm2/N81fMZnTdWV1q4n0OWVPZR97qea6dNNoOrQG1UXAztKMPvV2E+s/wBvW00K/bFshHsMcTbZFbb/AHv96vpfSvB+gafpl1AmlWh81fMk3RKwdtvy/erzfwf8NPDmuxz3U0t7aXG5ZMW77A/zN1Xb/wCg14FW1Rxv8R7kJ8ra+yXvgt4am8O/Du81C+OrC8uSEmi1CQMQqtuVlX+H/gXpXrsUmttBg/YGyuf+Wi4rnPHls1r4VuFgVB5ksKAL/v8A3q3Nb1u00XRU1DUJoIII490sjnA+7XS613dnJPXZHLaG2pf8JdrJjFgbiOOMzbg2Adz/AHfaovHl1rkXh5by8hsngS6VoYotzH5d3LFq89i8Wa/458W6jY/D8S6da3Shb3U512+THnqv+1j+783+7XZ3+mJ4W+G01tLqN7qMrXWXnupMmST5l/4Cvy/drm5uS6N5QfMmzxPxFf61oviDTr7XrSPVZQ0N9DP80a7fMb920f8AvKv3aZp3iDVL3xNcz6vcSPc3JWUySfeIK074k215f+I7K+jsri2tJbZcXCXGfPZfl3Mjfd24x8tZWtSLBdAXVxEZY8ZVByaKivDl+Z6VKso+8/Q0dTgsdNvNR1tYYzcPDtWVN3f+Kud8QanZ26fbLCSS4vDEzXUoVisXy7cbs/3fl21o2WuLeQusllGyRHzHLj5WK/w/rW3pOlWureG7q3ijKCVWyU77utTCv7KX7w2ScleB833Y3u8o6E5FehfBXSJbjVW1e6tFnt4Qyx7+gk2/e/4DuWuV1zSY9P1ltO+669d7V7N8BL/w/pfhfUrTW9aiinEjSwwSj5VG1fut619TioVZ4F1KUbo+MozpRxnLVdmdVP5S+AItQaCFxHdSf635hHt2/drgdP1CPVdWmjujD5KxHbJ1G75f71dFqt4bnTJDb+ZNA1vJCFEm1G3NuY7V+9/q68r8Rl0iiCRBAvYH/aavmMJQvJqfxHvYqtypNfCUL9GuLZrRGZTbszR7/wCJWxu/4F8tdr8Ob7VNN0PUfBesWLQ2GuW0j23mx+WxkVdy/wDfXRc/3q4bTtXutF1DzU/1rLsjkQ5KN/e+v/xTV6zrHiS8+IXw3XxhdfZv7d0aVYtQeFMOf4objb/463+7XvtSjTszxIVE53RkfBe5aC1v9Pdt/KzbUH3W+61d3NDbQLJezTJDaQo011Kx5SNejf8Asu3+8Vrzn4fa5aW3jto0gDQ38bMg7x7ssq/99V3F/ph8beNf+ENtcnSbB1utfuIz99/4bdW9F/8AQt392vnsbS/2lzqaRSu/Q9yni+XDqMdZbGx8FNFn8Qa1L8SNYtDCjqbfQ7RuttBjb5n+8397/aZv4lr2IMB1ogghtLKOC3TZFENkaBdoUdlFZfifXtO8PeH7zW9XYRWVom9sH5nP8Kr/ALTV+fZjjKmbY3lpr3doo3w8Y4eleXzOJ+PHxFj8HeG2hsJAdavUaO1Xr5Y6Gb/gP8P+1mvl7wroV5ca94bvbncY9T1RFTIyz4kXcf8Ax6r3iHW7nxz4vv8AxP4gZlsYtrOiHIVD/q4ox6tj/wBCaun+HpbWPiB4Cd02tPfTXQhB+WJVbaqr6KoiC/8AAa/Ucuy+GUYGUYr3rNyfyeh87ia31uvd7dPvPrx9jjncQTzio245ogA3kTlCEb5PmpZFwwO5uVHevxKs71Gz6yGiPCv2vZGh8A6fE0u9ptTRuv8Adjk/+KrwPWR5nifS7fd/qNPs06dP3KN/7NXvv7Vmk61rlp4fsdE0i91CbzZndba3Zyvyqq7tuf8AaritK8DfFG7mint/C2k6POVVTeXAjE3yrt/5aMzL8q/wrX7Hw5iKNLKqackm77vzPmcwjOWJdo9jo/Du5rWBHBaJF3FQKuXk0WxmYblZufbNeZW/xG8V6n4V13TtS1V5o7WzXynC4bP2iJfvLXT+C/ETa9ocUs8aibLCTZ/Ft/irnxmW1aMZVH3PXwWPpVJezRY+02X/AD6n8qKu/YF/ut+VFeZ7WJ6Fj50ZuasadP8AZ7qKQhdqnk4qonLGpic9q/SGfn6OuaN9OvGjtpVYMuWCt95T/wDqrA12z/s3UI5o1IjdVkXHanWbzLGJt26SBdq/+hLW9rt5DrvhyC7mVVvo2EbMv8VYp8rOlvniYVzfyAi5RgmRksq10+kPZWt5p0moSx6kA6zrGreWuNu5d0jLu/75WuNs4725jaGBWYxncQOwqXw7bi71eK2lUqAWBweaJwiot9iaNSTlbuej+IdQstS8Whnt7a1jVbK3JjkYzRrv+Yxru+b5flbdV+08T6ld/wDCR6hb6nMkSCO6sEY7xBtkZY1Xd/E21fu/3q04re2gu1mBgaPB5X5jXJrqUkul/wBq3ml2bwCJWtfKPl42zbURv/Qq8unU9qrW7f1+B3VYyi7XLWheNb28mW/1i4zay3sdtM0qBmEcjMztx/0z+Wtvwxr1jNcwSvpGkxxpCmpSfvmikDR+Ysflqv3tqL/49XJwyaRHFG32a6hZJGaRIpFkWNYi0e/c33vv1amtbRr650/TLzLfZ/sO2W35by12syv/AMC+atalKmk2lYVKpO61Oy8WXOmXvwi1C81DRZ9PN3PA1lsnWcSM0bMu5v4fxrw7ULC4htvLkRVaP5tp+ViG9q7nxVe3Wl+BYdHjtLWJJrjfIqRhvm27dysfmDV56GuWiVZZnKBsAZrfAQUIabXMcZJzlqW9CmkjRlWWRsj5o1+WtDWoPtenKVQmVPukc/LWTE76dqcNzGPlyGFbF5dzeYPIb5etbz0lzRMqfvQszJhV01C3lRPNU7WK44/3a2L+G+ks2ifULOzXPzQNMPOZv9qud1DzYLgojMEzleaqHfgsc/nXVTi/iONz3TJp4PLOPNQ/7rVGwZB7Gh2DIFHal2FfuMQp/vdDW0jIib/V59aGLN95s0szbiThefSjae3NQhj4kZmCYx71ZchLlWQ8MtVhk9Wb86lO4NHuA6Vako7ktHuXwm/s6T4Q+JLa8vGs55rtQrY4ZfL27f8Aey3+z935mryjQLtNJ8Uw3kalzaS71I7bfumug8HzyHwbPbxWv3r3zpLh5tsar5e1V2/73zf8BWuXt7gT3eoXFw2Wk2kH/gQqYqKcmupsnKSUex94+EZdSvNFs7u51q7D3dnC+HjjJVvLrn/BBv722vJLPVZ7YJtGwIuG+Zq6hL7S7LwZpt8nyQiyjZQD8yqFrnvhvdafYwyWrNIzXLKithdqt833v++q/Oqlvayi+59pR/g8xpeNEvdP8AXl/d61KqW0e4GYKo3bvl/+J/4FXz94m8e+ModIsJJ9Vl1CYhJ90sm77o/u/dFdP8bfiivifQH8L6IltNaed+/uo2z5hVvlVfy/9BryuKNtUs44xcyRSRnyo0H3vmP8VetQoSopOZzxqqd0j1D4L6vPb6zpccr3A87dCILbmRSfm3bfuhdw+7/tV7Vr6XN14avIpZDLFHN9wIOPmbmvF/gx8PNYudXsr+8kFnbWMgNx/rDPMv8AzzX+6rV7f4ruING8N6nK8qRxCZS25tudz8/ergxDjzNxNr6JHjPi7w3qmsa1aPaXigpD5LJJuwP9tT2rEXwRfaZI8kkyGQq3KLuau6sfHXhG/wBRtlhvpIpJnVd80DRrlvur81WPH1xpmjpb3NzqS5eZkVII2eT5W/2axvWulI6rQZ4qsF5eaRPc2/yiRsFduMCtXwf4kXQ7NhdrvijXJ/2a1fEWqeGI4V1K11GWSbVtRkj2uu3bJtVm3bvu/NJ/49Xnfj23mtPDBuwrgyztAx9/9qvQpUPbTjCUbJs5q1f2EJTi9jhtb1ObVNZutXl2q9zI0jKq7VH+yK1/Bcv2vUXe7hjmXPBb+Qrmbw4jq9pl8bC3XBIyc5r9JwM4YacYv4UfnuN5q8JS+0z6c0m/8GweGIIoLUWtxt8uV15Z2ZWX7rfL6V5/490fw/LJbw6SLxLhf3bKLhHVmb+LarMy/wDAmryu61y7fbskJQfdz2ardpe6PfTquqJPY5+9NbDzF+pVv/ZWr0K8sBiJWVNX7v8AzPHwuDxtB8zrPl7CeLrKfT5ojcWs9twp2SxsjCrPgfxJc+G9YZ4x5lpewtbXsJ+7LCw+b/4pf92r32B9RtEFn4qhvYiNjQX3mKUjX5v9ranPtWBrDbpyrgBoo8fJt2t/d2/rXz2LwfJG8VofSYXF+97z1O60nTm8P6uNU0pVvr17j7JoCxD/AF9w3/LZR/dj3K3+8y/3Wr6T+GHg2DwT4Th01ZY5b2YCa/uQdzTzN97n+7/Cv4/3q8I+CcE958UvCNtw/wDZuhvcDI+6JPNb/wBqrX1HjNflHGuYzpKOFj9rV/fofVZXQUm6rEjLtGvfGBXzl8d08b/ETW10bwx4e1S40WycjzjEyR3M38Um47V2j7q/8Cr6NxnbH0A6U6RnUZ+7XyOS5rDLKzrOHNLp5HqYzDfWYcl7HzD4f+D3xGk0ODSbix8OafGkrTM92VuJWZu7bdy/7NegfD74QX2g+LNP8S6x4lj1B7GNkt7WKz8uJVZWXC/N8v3mb7teuI2X6Yz1NSAV7GL4vxmIhKmrRT8u/qcdHK6VJptt2BVXZsz8u7puofcXPzfL/Oll+4cfe7UxsEJuPK9DXx83qeshpO3cuOtZHim5FnoGpXJPywWk0uf91WatiVsHGK4f4zXzad8MPEFyWYlrGSNfbzP3f/s1ejlkXVxVKn3aMcU+WnKR8d6UAng/X7n+KSW2g/76ZpP/AGnXc/B9XXS2+Xr/APFVwzKIPAEJCktd6nIdw64hjX/48a9L+FELR6AkjxcZVWOe1fteayUcO79z5fKo/wC0r0O1/tBv+eNFGyP1or4rmh/KfWXZ84XLx24ZrcPhhxntVIytK/zGpL24SQBERsDv61EuVkywxmv0uK01Pz6X90vabcmNpIWPyzLt/wCBfw1q6HIsdndW852qfm3f3WrAATB7H+9Wpb3CG3Y/dEkeG9QVqKseaNjWjKxVu2aw1QSD7u7dx3q5aapHBrH22ONWUkMqzL8v3l+9t/3aqXAF1AkjMMr61SeJo+V6VXLGUdRKbhLQ9a8Oa7ot1an7VqNvG8jMrRsWXZ8v95v4f+BVW0zSrCdTBDrwnsYXjVo8r8yq25VX/gX8VeZQGcg7HbPpmnyS3ak5RBhs8DFcn1NR+CR1fXYv40em3vhW8tljtzNAftEJjlLZXylabzN4X+L5flxVrQQ+meJbq/n09Ht3Nw2523L+8k3L5a/w/KvzV5SdRvkuBKssiyBt2VY9fzrTs/Fuu26sv2yWbI/5b/vMf99VMsNW5Wrph9ZpN32PZfiXe+HtV+H0032VrO5tpl+zKsPyys38LMv+yrV4bLtluHlRSqbjgVcvPEF9qMQiufLk6AOY9rKv8X+zWWshz8tXh8NKlTsZ18RCpK6NDUIt1spC5YKpH61BZ3ZjtSGPI+7VctO7qoUt7CvVvh78EfEHiS3W/wBSxpNqw+VCu6aT/gP8P/Av++a0coU4+8ZxUpO0Tzez0y81S5S1s7Z7q8nbbbxR/edv9la9p+HH7M+r6ysdz4u1NNJhPW1tyrzf8Cb7q/8Aj1eyfD3wJoXgu2jistO8u82bZLmTMk8n/Av4V/2V211134nt9PZY7NUeTOzzG/1at/s+u3isoY2T92OxrUwyWrONtfgJ8NNIV4zpKX00YzKLiaSeQf8AAV/+JrgfiT8FvC15ZXEPhuCLSdUg5USGRYm/2W3fd/3q9tsNVhheG3mu4oZpI/MaCDjhfl3N/wACqXWtOuFSK/EDqlwrM8srbVHzY60TlL4kwp8vw2Pibwf8IvHviq/uLTTNDdEtpWinuZ22QRsucjf/ABdP4d1dlrX7O/ifTdH+1JfQ318rYeziXaoX/ZkY/e/4DX0dDZS6HqT3Onap9nEz7poYlYx/XbWpp/iG3vpZYr+c229f3YRdyn/vr5v/AEKpniZu1tC44eK31Pz/ANa0PVdFuDb6pYXFpIF3ATIVJqlOfmT2FfoD4h0Pw7r9nJZa3ptoV/haTayj3Vv71fOXj34Canp+o3E/h+Zr23APlxyrtY/8CropYyPwzOephH8UTgLHUo7DwVFZxzcyxNIwKhdrbm/76+X/ANC/2a42KTa0h8vbvI79KveKrC507UBaXFtcW7RIBsnXa1ZjyNsjUnO0fL7V2wlGSvE5JxktGfVnwN8Q2/iL4Y32h3F2v2jSX+5I25xbt80fzfxKvzL/ALKqtcT8XPHzaM194X0qFUuZYws12s+fKVl3bV2/xbf4v9qvEtP1K8sVnjtZ5IUnTy5VjbbvX+61V5naWd5mPLnJry45XT+sOtJHo/2hP6uqSO9+DOsaHZ+IhpfiZVOkXpwzMfljk/hY/wCzXZW2qeGtH+M2nL4euJbnT1uBGqybm2yMp2sG/iVcivEAqcb6734c+D9a8Q3S6zbzNaw2Mkb/AGqfcx3L91V/vfd/4DWmMjSjGU5uyHgp1ZWjBXPrnw5rkSancTW0ga5dI5JIge33eP8Ax2oPEN1e3VtO8ItopYn86Lzw0iq+1lVsL83G6vNfCE2pW/jA3c7su/JXcd3HYfzr1rUP7Jfw/dyy3lpcTQrG1xEh2LGjNlvMb/d3f71fERUpVrRPrJckIc0j5+1yw/ta5tLRZUlke8XyEjRlbbu2/NmvYPEVtbRaXci5EiqPnyv/AI8f++a8FvJNR028uLzSxer5N68dvNcw+V80bbm+X+FlyN3+9Xtt74p0HxH4EvNaa8XT5ykltDbyI6tNMytt8tl/H/4qvQrYSs7X+E5I4+nzOx8p/EXVLTU9bUaYlxHp8SfuhM24szcsw/HC/wDARVfXbvWp7OK1vJ3kjjO993UNtzz/AMBq345fTJtRiGm288MyW0bXaygKGmb721f4V6f733vl3ba6mx1KHUPh4Ir+xjWGGVfMcxt/pUjQzfvC/wDz0XbX1Uv3MISitD5iL53NSep5dJcSyQ+W75G7P+1QXcooB6ClZVjvRGpyFO0UyQbXK56V33kjgFjfOAx4NShjGdrruFQwn5WWpo1WSM7h8w60RqSREjYbRLiW2F3ps0dwn8axvmSP/eX71Q2QuRI8vlh5Bx5bKx3f71Z8FxJbzLLGzBlbPWty3M+uahZRSSQSyyyRowX5ZDubb97+9XS3GdJ/kRDSR7j8B7Vh8aNcA5/s3R4LRf8AeVYV/wDZWr6H37nC7QPpXzb8I/G3hfw7418b6nr+ppZm5vvLhBVnYxq0n3VVf92up1n9ojwRaO4sLXWL84I4hWJfzLbq/HuJcnx2Pxy9lSbSS/I+0y7F0KOH9966nsxVxMsmWfCZx1WlJyQO1fNGs/tM3r7v7J8MWkPPytdTtJ/46u2uau/jX8UtbBi0zZbr/dsrPdj8W3V51DgfMKivO0fV/wCRvPOKEV7up9eBcGkinhkdoo54XlX7yq+cV8Sald/EjXpUttS1i+zKyqsN5fiHczdB5bMv/oNeyfsa2rQaL4jvp2J3XcMWTz91W/xrfMuEY5fhJYidS8o20QsPmftqyhGB73IRt3AZO/8AOq00xWRIgWdmbpVldnlb3OArbahuJ2UdFOK+IWsj2U7HkHxk+Mb+BvE76Ha6DHezLBHKZpZ9oG7ttVf/AGavF/Hvxe8V+OdJm0CWxsYbSRlZorSFjI2G3LhsmtL4rldU/aLuROgnht5IzKknIKpD5jL+jV5yviPxFMrQRatdwxH/AJZwSeUv/fK7a/bMkyfCUaFKrGkueyd33Z8XjMdWlUdO+mpZ8S21zZaboWkSxGOWO1aeSNkKsGmkbr/wER1618NrRYvD4Eu5B6ivFdOt3OpwzXkmcuCedxNevw+NdE0PTEjxFcsIwFgLYRW/vNXXm0ZVFGEFc6MrkoNzm7HUeRF/z0aivOf+FhWP91P++W/+Kor5/wDsnEfynvfXaH8x5OmGdRjGa2tQitbCJ7YmOSZl+8u1sNWLFjzcE4ro7WLQkihvL+8ku/lYNaQx+Wyybf4mb+Hd/d/8dr7qWrR8TTfumCoqe1lc5Qncu07arRttTOOWPArf8G3dvpHiG2utRiV7Ri0M4Zc7Y2XaxX/aXdSlsEdTGilQAJmr1qkLp5L8srcfSrmvWAj1KZVWIR+YxjMe5oyu77y/7NVNXi+yTRRo+7MagnNZ8yexry2KlxA6OfLHFAeVVGTnHtT3vkU5jiGT/ebdUFxeyzcHaP8AdppMzlyjM9aktrW4uZPLghllb0Rd1etfBr4fT3Ult4mvYbS+jiBmXTJF3tMv3VZl/u/e+WvaPBOr+FtThlTSbKOxaKRkms2VVki/2WK/+hVx4jHqg7JXO3D5c6i5pHzl4f8AhX4y1owmDSHtIJT8sl02z/x37x/75r1Pwv8As2rFGt3rviFJBn5ra2hYK3/bRv8A4mvUdXvLvS7Nryyt5pbONeUtrdXuHb7uRubb/dauf1rxDdta26avHHYWZJkWa+SOSVJGb+LdJ5bf7K7Wrnp42rWdlsaTwcKaNXw38PND8KX/ANr0/RoGEZ2sQuZD/wACaut1rxNpOieHpLnR2jkvN37yySRWeLcvC/KreX/wKuDW9g1V0a6vL3WbI7/Lll/c5/3lk27uny7Y9vNZV1qOoR288FrawWaw3CyKJYWuNke1RtVmX5W/65x1lUoqTvJm9OVlY9L0PxB4a8U2TWl8r2l7z5lpcMqyAr977vyttY/w+9Z/ibTruyaE2l2s0Pmhw0kW/au7cozXCz6Pc3sf9qtpxhv1YlTNJ5ckhYfKsYZvMz/wKOtnwt4qvdLWHTtfma/QwmVr9Ldo1T5tu2Rf4v8AeWsU3DYvlUtzf8N3EtiTPqccN3qDlmWNP9WV3feb/Z/2f/2V218W6nqDTkXckn2VS0jrB8p/2QP4V/z/AHqqa9pR1i0F9p9+0Hnwt5clsVBZ8fK2f73WuFtZNS0PxBZ2evzbkMnmQmeQFlb+GRmX723/AGvT/vnWFSfVmU6MOh7dY2dnq+nHWLpHspTgNGVzkc7WCN93n+Fq5PX4Gi1OOxgWdVVc7rhcKv8At/L92sq01Wa3vZne+WaxT/WXCMQZJOi7VZfm/u/hXQW3xA0u6sYLa8t7UWDLiSFZAska/N8xb/P/ALNW6lz7HPKLpq7M611C+0zTiGWGdBykVwfun+8v8S1Zh1K4jsWmt3WZQqGVCnVmX5tvvXF+OPG/w30tWisvF9zrU3zRrDp1m0wU/wC1IzKu7ivNvGvxKiuIF/se+OkrGV8hZJFlvDH91vuttjkVvm+b+H5v4dtX7Co+gliafc911XQfDPiC1ki8TaLAiKv7w3KKo/4C38NfK/xP8C+GbLVriPwrriX8om2rawN9oZF/2mX/ANmaqnij4gXmpbo7qS91dy6yBdRvGmhDL/dhXbGv/fNYk2p+INYnaP7Q0blTIbexh2x7P9yP5dtdtGiqUb85x1arquyRsaZ8M7a70WbUbrxpoWneUGCW92/lybh/Cy/wn/vqsTxV4c0/Q7a2FnrMWqzyMyuEtZIlVf4SvmbWb+L+Hb/vV3Pw28H+DprknW/FlsjGNjIkFl57xkr+7VWb5Wbd8zfL/D975qs+B/h/I+p3uqadDd+JLW3do490PlSq39/Yd27/AIC1YVsdGnd83yOqjgnNJMyvA3wyWXTZdW155EMZjNvafKokVj1dt3y/7v8A31tr17ztUt/E8Wmwx2EljLFHb7LRomWNtu3orf8AoNeZTeNr6DWb/T7hdVtI0D2wtnizGjKu35/mX/erFXX5ZJpVtWkifYcPnG3+KvFxdPE4t+/se5hJ0MLrF6n0JJYy6Fpl1qd/p9zNNEPKt0WNlPmtu2t93+FVZq81s9J8b654auLSytzpiRXIz9q3Qrcuq4/i+98q/wDAdvvXm3iPxVrE955Y124uFVQxYFsCTv8A0qSLxjqU1jDBd3ru6jy0UMzKEx6f8BrWhgJ0ILlWphXx9OpJ8z0Oyfwz4wXRpdPGiXep6mUkuy8UokVFkb55Ny/K3+9urQ0uzudI8PaPY60Qt+motdTwsN32eJdqqrbf92Rtv+1Xldt4h1aw1GSWPUL5IwpX5G2ll/usv8X/AAKuph+I3iTU30/Tbe9uZ9xjht40gaSRmX5VVR83zdK6cRRrOnoYUa1Aw/jdPHqPj281W20+WziuERnVm3LuVVX5ePu/drrvgxYWV5ay6FeWkdzLqtrMLFjJt8qRoZF/3fvNXI/EW91XUZ1i1pZl+zxulvHLAsbKu7jcqqvz11vgeWJrbwfeWlwllLBdNCZW42K3zKzf7K12Voy+qQu9ThhKKxE1Y8l8R2JsdYa1kXlUWs+RHLFsda1/Hk13J4rvUvrlbmaF/KMinKttrIEp8tWY9cDFerGaaPLlFp6kH+rf1qTdsmDD7rUyRTuOOaj5HFTsLcuFNykA4p1rPd6Zfw3trK0U0Tb43HZlqGJyMNSyNv8Ap/OrlqhLQ63xPqHhfU9WOqTXOqzPLHHvjjt449zLGqsdzM38S/3azF1Lw/Ep+z+HjN/tXt6z/wDjsfl1z/StPwtBHc61BbSsFWRsEnpXPKEaVO+uh0RnKc7dy+PEt6HAsNN0mwTt5FijEf8AApNzf+PVFc6j4l1FDHc39/JG38DTMV/75r0q48FabpxC3cgLKcqo5rWi0vRbaWHbbu5l74+Vfl3V4tTN6UVdI9mGVTe8jzPwDo9yni3TLudMQ28wnf2Efzf+y19FfslWzRfDW4ldebvUZWz67VjX/GuZgg0yK1+zrGYjdRyW0Ukce5g0itGp2/8AAq8p0rVfiNp2m/2Jo13qltpsUkgXyA0MbHd8zb/l7/7VcOKpzzvDTop8u2/zL5I5dWUviPtW8u7ewsnnuJ4IkUkbppVjX/vpq5LWvit8PtJUrdeJ7F5O6W26c/8AkOvkO9sL+4k83WvEVor/AMXnXrXEn5R7qqmLwvaOfOvr7UGz923iWJf++n3H/wAdrycJwNhYfxZuXov+HKnnk5XsrX7nQ6vrdtrXxJ8SeILVm8h4b2aEEYIVo2jX6feWuHsRcyOyW6bj34zWzPrWm29lc2el6MLNbmHyJZprhpZWXcrf7Kj7q/w11nwq0GS7tjK1sv8ArFyWDD5TX2dWccHh7pbWR5NCnLEVrHFR6XrUp8x4JiD04xV5fC+oOFcxFmc8L1Ne8yaDDbkC6a2tlP3PPZY//QqoTa94O0rMV7rEBkTsisc/+O140M1r15e5A9p5bRpx9+R4z/wiGqf8+T/980V6l/wsfwJ/evv+/I/+Koro+sY3+Qw9hhf5jwC4Qo+DSRDccZqaTb5W3b8397NQlWDbSOa988C49/lOOtXNszBHKupxxkVn5z94083MpiWLe3lj+HPFTy3LUrG9JqSxyxlp55wsUfDfKVZV+7/FWVql613dGTG323ZqjSrSjTjF3CVRsdmug0CyNvt1aeNDFE37pZE3LJJ/u91qro8cCB7u4jhdIwp8mXdtl+b/AGeldDrWqr4iu5ruSKKCUnIRFWNIv9lVX+Goqz6HTh6XNqwsvFer6b4ig1vSL2SzvoPubH5Uf3f9pf8AZ5r1XR/EujePNYttUtZrXw945jOXYj/R9Sb/AGv9pv7v3v8Ae+6vin2IvyzBWU5GahuLVoozIW6dOK45U4TVjvVapTlzn2T4f18SXP8AZmr2xsNRjXMlq7Blb/ajb+OOofFvhayvJkvtKRVukdpAmfLjDN95mKrub/c3ba8B8E/EqeK2TR/Fsc+saWGDQ3IfF5Zt/wA9I2+9+f8A9avZdG8QyW9hBqMmoxalo0p2w6nE+0Kf7ky/wt7/AHf93pXk1KNTCzv0O9yhiY6blKWe+tdMMa6VL9qR28+4n22ELMzfxfNuk/3l3Vd8G2F5bFL3VNRt7CBrjeXtY0t4Wk+7Gskkn7yTc391f4q3dTsrLXrm1ie4a0uhl4buIq0qfe5XPy/dZqyL1P7ISOLVliu/LLSpPfM0vln7vys21dzf3V210Kp7WJyuPKX7Gx0y0uGm0OIyLcTp5sxlMC/3vmmb95N0b7u6otRtdLld8ebdS7QHjsF/dxdd0m5uW/8AQq5vUdbS3lnuLi+Ie3YvcGSZXhG75h/F8vyt93b/AMCrm9Y8Y6EfDGpanp2rWMU26NbaykMnmzqFDM3yq38W5fm2/LtoVGUiHM7AeI9W0OS2nszDBYy7dmnuF2yK2P3vmbvlb/gNXtT+KHhA6RBfSX9vcMCUa3WNpWWRf7u3/wBCWvmq68d6pLJI1ze3Eqsmz7PG3lRAen96sPUNc1O8iEMswSEdEjNejTwHI7yZ58sXKStGJ9FWPjHQdTWVI9TksrVGURRPFuueV+6V/h+X+L7v+7Xk3xV1u01DUFWyF1LFbDZK8l35iTOx3bgka+XH8p27dzfdrl/DeqJZmf8A0SO7kljVYFmbKrIrA52/xfxfe/vVcstG8QeJ9VCJE8rsw3bRt8sc9v4amnQWHrObehtOr7ahGPUwpr+6mjMXnhE/hjTpTrJLqBpJII3yVK5P92vaYfhtDaeH7m4mazhkCbh9nRnMf8PzSN/la3LP4S6jpGks+oW9i5ztke3n85W3c/8AfX/fVVXzGKiTRwD5tjyPTdNXVL3fpmi316ssuyISFtqk/wAPFd5pPws8aavO0V0I9Ls44DI8Vu6qv91flX71ezeF7qz0GG2h06JPs0UCpCpVWVVY/N/F8zbh8zY+bH8K13Gg6nol60gb7C03mZ2Qu0kattZfm+X5W+993+7urznjPaS0O76pybnm3w7+FulaJaXaavHHeuY1eKfEcZ+7uO3+KvW4Na06zsTdLYQwIQwdWb5n/wB35ayLvSpZPLeS7XDt03feG35m/wB3r/8AE1S1y1Y3tv5kyXwSTc9smATH6/3tv8O7b/DWbgnLmZrH3Q8ReHvC3jACS5sbK5lCgxOzbbiMf4V5X8RPhfq2hlpPDIsdQt54mK2s4ZZozt+7u3bW/wDHa9RsrHUdSvI7i6uIYBKvloHjUsq/dVl+Xj/x2t3UIbqFfJu54pY0QAER7W/4F/CaxvKn7yZtzxnaMj4a1TQrqwMVtqNtc2+oO/MLRbGH+9/+zWbfRtHfpCVPmQyeXkLnH8P/AKFX2x4qu/AEmkkeKk067gQYVp/mbP8As/7X+7Xyx4+k0Z9UvLrwXbava20NypjWSVSu32/5afw7v4q7sLjPbOzOLF4OEVzI4vUppoJDHOpEsfysGWul0rXtD8PWFhfaONSfxBvbdOzLFDAm7/lmu3duZf4t38Vc7q1zJeTJ5zZl+6zMedtJNBC89vBZlhGdvzN0X5fm/wDQa79JRszhguSVkXNeu73UZrqe9n8xm3NuH8TVJ4S1MPbR2xkw8Eu5AaY8luJZIB82Iv8Aa5auY0+5NpqUc3bPNKNP2lJw7BOp7Oqmafjzd/wkt1O0YTz2WUKFwBuWsNRyBXWeP4fMa01WJAkM0fksN33ZF/z/AOO1ySGuuhK9JHLXXvsVm+QcdKjb5mzU7Jhc5qFGw2cVsYII26LinqyqcsM1C/LZ9aG5pIZOJEPRBVnS5AmpQOrbR5ig1RQgDAFPikaNw6HEgbcDSn70eUcHyy5j6R1RbK70yzvb5ljXyl3NI/G7+L/x6suFrfyI2N7bRpv3RyGTbGR/8TXm2leKvEWpab/Y3mRTQ28e5Fkj3Y+b/wCyrB1yXURchLqcuP8Ae4WvmYZO+ZqUj6ieaLk5oxPSvEviK2WxlhinVpopMRyQT/8Ajy15bq97eXdwXu72e5Y95ZWc/m1aA0DU2gWaWJnVjhdpzXR6V8Pb24iM0riGPaG3P8uK9LDQo4KO55uIq1cVLVHAKEP3y/4VZiij2qYoZHb/AGhXaz6d4Q0NSt9ez31yw5jgT5f++qzbrxhCkhj0jSra3Ufdd13tXZ7aVTWCOR0ow3ZTtrHUlgEiWUcC95HO0Crk3iLVtPtfsq6uUXdny4DwKx7m61TU5fNmnllb1ZulUjbSNLskDF/epdOMvjLjNr4C3e63cXcvmXDSzt2MsrNVR7uJ23Naxkn1ZquDSSlv50jhB7iqkslvG+2JBJjuehq4ezXwGdRzl8bE+0r/AM+Nv+TUUz7Yn/PFfyoq9exlp3P/2Q==</binary></FictionBook>
