<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Студентка для авторитета</book-title><author><first-name>Анастасия</first-name><last-name>Вкусная</last-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/anastasiya-vkusnaya</home-page></author><annotation><p>Лида учится на третьем курсе и мечтает вырваться из-под власти деспотичного отца-генерала. Она устала быть пай-девочкой и хочет жить собственной жизнью. Кир – часть той свободы, которую она себе позволила. Мужчина на пятнадцать лет старше, с сомнительным прошлым и туманным будущим. Лида понимает, что эти отношения отец никогда бы не одобрил. И оказывается права. Неужели генерал поступит с ней так же жестоко, как когда-то с ее матерью? Попытается ли Кир вмешаться и защитить девушку от родительского произвола? И не получится ли, что любовник поведет себя хуже отца-тирана?В книге есть: неидеальные герои, разница в возрасте, противостояние характеров, страсть и ревность, побеги и погони, конфликт отцов и детей</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><genre>romany</genre><genre>proza</genre><genre>sovremennye</genre><genre>molodezhnaya</genre><date value="2026-11-21">21.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-21 03:00:26">21.11.2026 03:00:26</date><id>studentka-dlia-avtoriteta</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Студентка для авторитета</p></title><section><title><p>1 Лида</p></title><p>1 Лида</p><p>Выхожу из душа и останавливаюсь напротив кровати. Кир полусидит, опершись о подушки, во всем своем брутальном великолепии. Обожаю его – от колючего ежика волос до пальцев длинных, мощных ног. Затейливая вязь татуировок покрывает полностью одну руку и по груди стекает на противоположное бедро. Некоторые символы интригующе красуются в паху вдоль густой поросли волос. Как же возбуждает весь его внушительный вид… Даже если мы только что отлипли друг от друга. Прохожу на балкон, беззастенчиво косясь на любовника. Странные у нас отношения. Мне от него ничего не нужно, кроме регулярных встреч. Ни обещаний, ни подарков, ни иллюзий счастливого совместного будущего. Лишь бы не забывал мой номер. Впрочем, Кир довольно щедр и провалами в памяти пока не страдает. Взамен я мила, послушна и ничего не требую, не выношу мозг и не строю коварных планов сделать отцом и мужем. Хотя сегодня все же хочу кое о чем попросить… Поэтому подсушив волосы под ярким вечерним солнцем, возвращаюсь в комнату и сажусь рядом. Кир все так же смотрит в телефон, но моментально обнимает и стискивает в поистине медвежьих объятьях. – Извини, дела, – бубнит себе под нос. – Скоро освобожусь, поедем ужинать. В его дела никогда не лезу, даже не хочу знать, чем занимается. Догадываюсь, что это что-то не слишком легальное. На бизнесмена совсем не похож, а тачка и номера, которые он снимает для нас, очень дорогие. Но мне, и правда, нет дела до его денег. Да и кто я, чтобы учить взрослого мужчину или высказывать недовольство родом занятий? Всего лишь девочка на пятнадцать лет моложе, студентка третьего курса, которая финансово полностью зависит от отца. Так что не знаю, знать не хочу и не полезу. – Все нормально, – с улыбкой трусь щекой о накаченное плечо. – Просто хотела попросить… Загадочно замолкаю, пытаясь понять, слушает или нет. – Все, что захочешь. Деньги в джинсах поищи, – отвечает, не поднимая головы от экрана дорогущего гаджета. Моментально ощетиниваюсь, словно взбешенная кошка, отталкиваюсь обеими руками и отскакиваю, запахивая халат плотнее. – Ты меня ни с кем не перепутал?! Я не одна из твоих девок! Деньги свои себе оставь! Спрыгиваю с кровати и начинаю яростно собирать вещи. Вот козел! Конфликты между нами бывают периодически. И ничего – сначала орем друг на друга, потом страстно миримся. Через недельку… Сейчас хочется только расцарапать самодовольную рожу, столь насмешливо он следит за моими метаниями. – Лида, давай не сегодня. Прости, погорячился. Ты ж у нас генеральская дочка, к чему тебе МОИ деньги. Еще и подкалывает, гад! – Просто тебе повезло, что ты в состоянии удовлетворить меня и без кошелька, – отвечаю шпилькой. – Хватит, – в голосе появляются рычащие нотки. – Что хотела? Нахожу белье под ближайшим стулом, выдыхаю и начинаю одеваться. – Хотела предложить съездить куда-нибудь. Скоро каникулы кончатся, и я уже не смогу вырваться из города. Но теперь не уверена, что это была хорошая идея. – Идея хорошая, но сейчас вырваться не смогу я. Очень важная сделка на носу. Все закончу к середине сентября, там что-нибудь придумаем. Можно на пару дней куда угодно. Лид, ну не дуйся… Подкрадывается сзади и обхватывает ручищами. Понимает, что серьезно обиделась. – Конечно, ты не одна из моих девок. Ты обычно так стонешь, что я точно не перепутаю, – щекотно шепчет в ухо, руками наглаживая мои бедра. Знает, поганец, чем пронять… – А что? Девки не стонут? Не знаю, зачем спросила. На самом деле это болезненная тема, хоть стараюсь и не показывать этого. Никогда не интересовалась, единственная ли у него. Достаточно того, что он у меня первый и единственный. О том, что первый, Кир и не знает. – Стонут. Для вида. Девки только для моего удовольствия. Поняла? Намекает на то, как мне с ним классно – чего ж здесь непонятного… – Едем ужинать? – меняю гнев на милость. Если у него какая-то важная работа, значит, видеться в ближайший месяц будем редко. Не хочу потом корить себя за гордыню и упрямство. – Дай мне пару минут, – целует в висок и уходит в ванную. Ресторан Кир, как и всегда, выбирает отменный. Пока едем, любовник не забывает бросать на меня извиняющиеся взгляды и постоянно, будто невзначай, прикасаться. То волосы поправит, то смахнет невидимую соринку с джинсов. Сердиться я очень скоро перестала, но решила не показывать этого сразу – пусть немного помучается. Псевдострадания Кира длятся ровно до момента появления еды на столе. Быстро присоединилась, вгрызлась в отличный стейк. Аппетит после встреч у нас обоих всегда зверский. Даже не разговариваем поначалу, только усиленно жуем и обмениваемся довольными улыбками. Утолив первый голод, Кир все же решает объясниться. – Лид, правда, не смогу уехать в ближайшие три недели. После съездим. Куда захочешь, дня на два – на три. Ничего страшного, если пропустишь занятия. Учебный год же только начнется. – Нет, не выйдет. Я говорила, что учебой жертвовать не стану. Отдохнем в отеле, как обычно. Последние слова сопроводила тяжелым взглядом, чтобы дошло, что исключительно такой формат отношений меня не сильно устраивает. – Ну конечно, отличница, как же я забыл? Папочка-генерал накажет за прогулы? Снова подошли опасно близко к той черте, за которой начнется перепалка. Куда ж без этого? Мы и познакомились, поругавшись. Тогда подвыпивший Кир решил, что шлепнуть по заднице подошедшую к бару незнакомую девушку – отличная идея. А я не ожидала, что поход за минералкой обернется чем-то подобным. Высказала самодовольному наглецу все, что думала о его поступке. Он только заржал в ответ и попытался приобнять. Оттолкнула изо всех сил, моментально подоспели желающие защитить маленькую меня от огромного накачанного хама. Кир очень быстро разобрался с этими галантными офисными мальчиками – пара ударов и несколько матерных слов, и от моих защитников не осталось и воспоминаний. Замерла на месте с открытым ртом от такого поворота, а боевой хам очень быстро разгадал тайны девичьего сердца. Хмыкнул самоуверенно, взял за руку и потащил к выходу. Нет, не затащил в первый укромный уголок на улице. И не запихал в свой огромный, черный внедорожник. Всего лишь перевел через улицу и угостил горячим кофе в круглосуточном кафе. Здесь было тихо по сравнению с клубом, приятно пахло корицей и ванилью, а протрезвевший мужчина показался уже не таким ужасным. Проболтали полночи. Девчонки, с которыми начала вечер, давно разъехались по домам. А я никак не могла перестать смеяться над очередной шуткой Кира. Когда рассвело, он предложил завтрак, многозначительно посмеиваясь. Согласилась, смутившись и опустив глаза в стол. Мы поели, а потом Кир попросил мой номер и адрес, куда вызвать такси. Назвала дом в соседнем квартале, потому что сразу поняла – такому мужчине не стоит появляться у моих дверей. Папа не поймет. Изнывала в ожидании звонка целых пять дней, а когда Кир позвонил, сказала, что очень занята, и ему лучше перезвонить. И он перезвонил. Через два часа, когда я почти вынула себе мозг чайной ложечкой за излишнюю строптивость. Вторая встреча прошла более спокойно и очень традиционно. Прогулка в парке, ужин, кино, мягкая игрушка из тира. Кир оказался отличным стрелком, чем привел в восторг. Все же мой папа – военный. На этот раз Кир сам отвез домой, точнее, к тому месту, которое снова назвала домом. На следующем свидании мы поцапались уже через пятнадцать минут из-за какой-то ерунды. Ссора была бурной, а закончилась на заднем сидении машины Кира. Целовались, словно безумные, пока не стемнело, а потом он позвал в отель. Очень захотелось продолжить скандал, но кое-чего другого хотелось сильнее, и я сказала «да». С тех пор так и общаемся – ругаемся, потом сумасшедше миримся, потом расстаемся на неопределенный срок. Скучаю по нему и всегда жду встречи, но никогда не сознаюсь в этом. – Мой папочка здесь ни при чем. Просто не могу относиться к учебе так же легкомысленно, как к нашей связи… Тяжело вздохнула, демонстрируя всю силу разочарования. – Ну хоть два выходных у тебя будет? – Кир явно решил сдаться. – Нет, только один. – Хорошо. Можешь начинать выбирать поездку на один день. Куда угодно. – Милан? – решила поддразнить его. – Хоть Зимбабве, мне в университет на следующий день не нужно. Негритяночки опять же… Поняла, что начинаю закипать, глубоко вдохнула и выдохнула. Кир вполне довольный собой доедает стейк. Люблю смотреть, как он ест. Делает это с таким же удовольствием, как и все остальное – водит машину, занимается сексом, материт кого-то по телефону. Гнев тут же покинул меня, сменившись тоской – три недели это очень долго. – Надеюсь, ты не будешь скучать оставшиеся летние дни. Сходи куда-нибудь с подружками. Все же попытался сгладить. Опять. – Спасибо за совет. Но я запланировала отпуск и непременно поеду. Найду, с кем, – беззастенчиво вру, комкая салфетку. – Ну так и езжай с подружками. – С подружками это не то, – загадочно улыбаюсь. – Хочется отдохнуть по полной… – Лида, – тянет мое имя, отставляя тарелку. – Не шути так, я этого не люблю. Знаю, что не любит, но периодически тяну льва за усы. – Почему я должна послушаться? – интересуюсь невинно. – Потому что отшлепаю… Облизываю губы в предвкушении, а Кир не обманывает. Возвращаемся в отель и зависаем там до поздней ночи. Когда любовник засыпает утомленный, вызываю такси и сбегаю домой. Нежный поцелуй на прощание он сегодня не заслужил.</p></section><section><title><p>2. Лида</p></title><p>2. Лида</p><p>Учебный год начался обычно. Ни в какой отпуск я, конечно, не поехала. Заняла себя делами по самую макушку, чтобы не тосковать по любовнику. Зато после 1 сентября оторвалась – вечеринка с группой, потом с подругами. Затем погрузилась в учебу – в этом семестре нужно окончательно определиться со специализацией, а я откладывала это до последнего. Поспешно приступила к изучению особенностей каждого направления и стала донимать отца, чтобы устроил экскурсии в профильные компании. Папа охотно пообещал, что все организует – он всегда высоко ценит мое рвение в учебе. Попросил, правда, подождать пару недель, сославшись на неотложные дела. А вскоре озадачил сообщением, что в ближайшую субботу у нас дома состоится очень важный ужин с его новым партнером. Попросил выглядеть мило и скромно, вести себя образцово. Проговорил он эти пожелания спокойно и ласково, потому что для папы я всегда нежная скромница. Никогда не уезжаю в клуб без второй юбки приличной длины и кардигана. И всегда делаю вид, что послушно выполняю его распоряжения. Фактически хозяйка в доме теперь я. После того, как мама съехала. Поэтому отец не мог не обсудить со мной ужин. С улыбкой пообещала, что все будет отлично. Конечно, выберу и закажу еду из хорошего ресторана, испеку свой фирменный сладкий пирог, сервирую стол, прослежу за генеральной уборкой и подыщу подходящий наряд. И буду поддерживать беседу ровно на столько, насколько потребуется. Про себя же посчитала дни и нахмурилась – эта суббота уже во второй половине месяца, а значит, возможно, я потеряю свидание с Киром. Но ничего не поделаешь – для отца у меня нет личной жизни. Мамин пример научил многому – лгать, скрывать, изворачиваться. Пока не доучусь, обострять отношения с папой не стоит. Не хочу спустить в унитаз многолетние усилия по обретению независимости. Спрятала недовольство за вежливой улыбкой и занялась подготовкой. В субботу папа уехал очень рано, я все закончила и отправилась в салон. Когда вернулась, отец встретил широкой улыбкой. – Спасибо, Лида. Все просто отлично. Кстати, ты шикарно выглядишь. – Рада, что угодила. Пап, мне кое-что закончить надо, скоро вернусь. – Поторопись, гости вот-вот придут. Сбежала к себе, чтобы переодеться. Милое кружевное платье бежевого цвета и коричневые лодочки. Чуть скривилась на свое отражение. Выгляжу действительно хорошо, но это не я. Обновила светлый блеск на губах и отправилась в гостиную – слышу папин голос, не с самим собой же он разговаривает. Вошла походкой добродетельной принцессы и буквально остолбенела. – Лида, вот и ты наконец! Знакомься, Кирилл Леонидович Зайцев и его прелестная девушка Софья. А это, – обернулся папа к гостям. – Моя дочь Лидия, хозяйка вечера. Сногсшибательная блондинка с улыбкой кивнула мне, а Кир предпочел оторвать пятую точку от дивана и подойти. – Очарован. И очень рад знакомству, Лидия Владимировна. Он приложился вежливым поцелуем к моей руке, и ни один мускул не дрогнул на его лице. – Я тоже… Рада, – пролепетала едва слышно. Не знаю, что меня выбило из колеи больше, забавные имя-фамилия любовника, его нелепый вид в строгом деловом костюме, наличие девушки или то, что мой отец просто не может иметь что-то общее с Киром. Какие они партнеры?! Папа не занимается мутными делами с татуированными громилами. Из раздумий вырвал голос отца: – Ну что же ты, Лида? Приглашай к столу! – Да, конечно, – с улыбкой высвободила ладонь из лапищи любовника и занялась обязанностями хозяйки. Ужин шёл своим чередом. Старалась не отсвечивать и выдавала лишь обязательный минимум слов. Софью же практически игнорировала хоть и с улыбкой. Никак не могу заставить себя прекратить это, пусть отец и бросает периодически на меня неодобрительно-вопросительные взгляды. Ягодный пирог традиционно подала сама. С каменным лицом выслушала отцовскую похвалу, разложила десерт по тарелкам и, извинившись, ушла на балкон. Нужно выдохнуть и успокоиться, иначе чай окажется у Сонечки на голове. Очень вовремя папа решил сказать, какая они замечательная пара… Кир вышел минуты через три и предусмотрительно плотно закрыл балконную дверь. Вытащил пачку сигарет, чем прилично шокировал. Ни разу не видела его курящим. Чего еще я о нем не знаю? – Я так понимаю, – сказал, глубоко затягиваясь. – Папа-генерал понятия не имеет, что ты кувыркаешься со взрослым мужиком? – Тише, – шикнула на него, нешуточно испугавшись. Отец прикончит меня, несмотря на строгий костюм и отличные манеры Кирилла. – Вообще не знает, что дочурка выросла? – протянул озадаченно. – Мало ли кто чего не знает, – быстро зашептала и схватила Кира за руку, чтобы он, наконец, отошел от треклятой двери, которая слишком ненадежна, чтобы спасти меня от скандала. – Я вот не знала, что дрянь, которая спит с несвободным мужчиной… И говори тише, пожалуйста. Вжалась в самый угол, как можно дальше от окна. – Лид, ты все не так поняла. Кстати, ты и не спрашивала никогда. – Не важно, – отмахнулась поспешно, пострадаю потом. – Во что ты втянул отца?! Вся моя ярость каким-то образом уместилась в одну эту фразу. Вся нелепость этого вечера, все кровоточащие раны на сердце. – Что? – опешил Кир. – Я втянул? С чего ты это взяла? – С того! Ты меня дурой считаешь?! Ты кто? Менеджер по продажам?! Воздух между нами начал ощутимо искрить. Любовник, скорее всего, бывший, не слишком обрадовался такому повороту. Думал, от ревности стану истерить? Нет, вероятность носить папе передачки в СИЗО сейчас беспокоит меня намного больше. – И об этом ты тоже раньше не спрашивала. – Зачем?! Все и так очевидно! – Подслушивала? Взломала мой телефон? – Еще чего, – фыркнула обиженно. – Ну а что? Ты-то прям спец по шпионским играм. И куда ты ездила после свиданий все это время? – Если всем любовникам свой адрес давать, проблем не оберешься… – Всем? – серые глаза Кира опасно потемнели. – Ты же не ограничиваешься прелестной Сонечкой. – Лида! – зашипел Кирилл, раздувая ноздри от бешенства. – Софья – моя подруга. Сопровождает на важных встречах, и только. И сделал такие глаза… Как у кота из Шрека. Думает, поверю? – Кир, не увиливай. Что за дела у вас с отцом? – Да, дела есть. Я тоже не в восторге. Инициатор сотрудничества как раз твой папаша. А у меня распоряжение руководства. Все, больше ничего не скажу. И к отцу не лезь с расспросами, не надо тебе знать подробности. Кир докурил и затушил сигарету о цветочный горшок. Это стало последней каплей – не такие уж безупречные манеры, как поначалу показалось. Шумно выдохнула от возмущения и сделала шаг в сторону двери. Но не тут-то было – любовник перехватил за руку. – Уйдешь? Вот так просто? – Кир, отпусти. Нас долго нет, это уже неприлично. – Согласен, но мы порядком злы друг на друга… – Нет! Даже не думай, – зашипела рассерженной кошкой. – Не ближе двух кварталов от дома. Кирилл на это заржал чуть слышно, наслаждаясь моим испугом. – Лид, ты просто идеальная жена. С таким-то священным ужасом перед тестем. – Нахрен иди. Понял? Ничего лучше, чем нахамить в ответ, я не придумала. Вырвала руку и толкнула балконную дверь. Оставшееся время до ухода гостей с двойным усердием изображала образцовую хозяйку и послушную папину дочь. Перестала игнорировать Софью, напротив задавала множество вопросов об их отношениях с Кириллом. Выслушивала ее радостный лепет с подчеркнутым вниманием. И с наслаждением ловила спиной нарастающее бешенство Кира. Да, пусть расскажет при отце, что вы собираетесь пожениться. Посмотрим, как потом выкручиваться будешь. Когда за гостями закрылась дверь, сразу же ушла к себе и заперлась. Уборку оставила на помощницу по хозяйству, а говорить ни с кем я сейчас не хочу. Набрала горячую ванну, добавила цветочную пену. Залезла в воду, обхватила колени руками, сжалась в комочек и расплакалась. Не верю ни одному слову Кира. Мало того, что не свободен, так теперь еще и знает обо мне все то, что пыталась скрыть. И о моих тайнах от отца тоже. Он на раз-два нащупает глубину моего страха, степень зависимости от родителя, раскопает наши семейные проблемы. И я окажусь в его полной власти. Да, дорого обошлось удовольствие. Врать себе – плохая идея. Как ни крути, а больше всего опечалена наличием Софьи в жизни мужчины, которого считала своим. Да, не спрашивала. Но и он не спрашивал. Вроде бы это естественно, чтобы двое взрослые и свободные. А вопросов не задавала, именно потому, что боялась услышать, что не ограничивает себя в своих желаниях. Это его право, мне Кир ничего не обещал. Но постоянная девушка… Как представлю, что всю субботу он со мной, а потом с ней к своим или ее родителям на пикник. Вот и все его дела, вся занятость. Просто я не единственная, поэтому нужна не так уж часто. А насчет его партнерства с отцом… Никаких доказательств у меня действительно нет. Есть предположения. Правда, и в страшном сне не могло привидеться, что выскажу это любовнику в лицо. Вслух прозвучало как-то не слишком серьезно. Ох, куда я влезла? Зачем? Мне бы с одногруппниками встречаться, а не с Киром… Спала плохо. Воскресенье прошло как в тумане, даже к семинарам не подготовилась. Из комнаты старалась не выходить – хорошо, что отца полдня не было. В понедельник опоздала на первую пару. За неделю схватила несколько неудов и уже к пятнице твердо решила выбросить Кира из головы. Сейчас для меня нет ничего важнее учебы. И не может быть. Особенно если речь идет о неверном возлюбленном.</p></section><section><title><p>3. Лида</p></title><p>3. Лида</p><p>Как известно, любые отношения зависят от двоих. Поэтому моего решения оказалось категорически недостаточно. Пусть стоически и выполняла данное себе обещание. Возвращаясь из университета в пятницу вечером, уже предчувствовала краткий отдых и выходные в библиотеках. Внезапно кто-то сгреб меня в объятья прямо в сквере около главного корпуса. А спустя считанные мгновения я уже была прижата спиной к стене альма-матер. Кир, пользуясь моим замешательством, нахально скалился и притискивался все теснее. – Помнится, хотела поговорить нормально… – проговорил мне в губы. – Ты ошибся. Отпусти, – процедила разозлено. – Нет, – ответил и поцеловал. Пыталась отбиваться, вертеть головой, кричать и даже пнуть наглеца как следует, но каждая секунда неумолимо лишала воли. Кир выждал, пока сменю гнев на милость, и только после этого отстранился. Замерла, глядя в холодные, спокойные глаза и стараясь отдышаться. – Зачем пришел? – вышло хрипло и жалко. – Соскучился. Желание отдохнуть еще в силе? Знаю, что занятий в эти выходные у тебя нет. – Запланировала забег по библиотекам. Все до минуты расписано, – огрызнулась. Не слишком поздно вспоминать о моих желаниях? – Я тоже запланировал "забег". Но немного иной. – А Сонечка как же? С нами поедет или останется скучать в городе? – постаралась вложить весь накопившийся яд в эти слова. – Я ведь сказал, что мы друзья и не более, – устало прикрыл глаза Кир. Наша перепалка явно начала его утомлять. – И? Я должна поверить? Было бы странно, если бы запросто признался, что спишь не только со мной. – Не собираюсь в таком признаваться, – согласился со мной. – Но с Соней у нас, правда, ничего нет. – И не было? – вызывающе задрала подбородок. – Не твое дело, – ответил спокойно, словно раскапризничавшемуся ребенку. – Тогда мои выходные – не твое. – Хорошо. Было. Очень давно. Довольна? Нет, довольной я не была. Особенно если вспомнить красоту и легкий характер Софьи, но… Я же не ревнивая дурочка, которая станет держать любовника за трусы? Ведь нет? Вроде пока все под контролем, а если начну скатываться, прекращу эти отношения сама. – И в какой точке мира ты планируешь извиняться? – Извиняться не планирую. В чем я виноват? Но постараюсь, чтобы эти выходные тебе запомнились. Милан? Хочешь подарок? 1 сентября, чем не повод? – Кажется, ты опять спутал меня с дешёвкой, которой можно заткнуть рот очередной побрякушкой, – нахмурилась и отпихнула Кира от себя. – Побрякушка будет дорогой, обещаю, – и снова эта хамская, самоуверенная улыбочка. – Очень надеюсь на это, Кирилл Леонидович Зайцев, – фыркнула, вспомнив, как удивилась ФИО любовника неделю назад. Кир же скривился от моего смешка и снова навалился всем телом. – Проболтаешься – пожалеешь, – горячо прошептал на ухо. Не очень поняла, шутит или всерьез… В итоге попросила время на раздумья. Кир согласился с недовольным видом. Очевидно, думал, что растекусь лужей у его ног. Довез до того дома, что все это время считал моим. Никаких подколов на тему отца или моих предосторожностей не последовало. Я в свою очередь тоже не стала поднимать неудобную тему их сотрудничества. Звонок телефона разбудил в пять утра. – Проспишь Милан, – услышала бодрый голос Кира. Вот настырный… – Я передумала. В Париж хочу, – широко зевнула и перевернулась на другой бок, собираясь снова сладко уснуть. – Лид, как чувствовал, – хохотнул он. – Самолет через два часа. Подъеду к торцу, там камер нет. Папа же на охоту уехал? – Да, – не стала врать и сбросила вызов. На сборы времени в обрез. Упрямиться больше не стала. Кир, чувствуется, и так излишне терпелив. И не виноват, и ухаживает. Тут либо рвать отношения, либо ехать. Соскочила с постели и бросилась в ванную. Минут семь понадобилось, чтобы проснуться и немного освежиться. Вернувшись в спальню, загрузила погоду в романтической столице мира. Потом закинула в рюкзак самый минимум. Только то, что действительно может понадобиться. Мы же всего на два дня, да и с Киром неоднократно вместе ночевали. Чего он не видел? Так, документы, карты, деньги, телефон. Спустя двадцать пять минут после звонка сажусь в машину любовника. Все еще действующего судя по тому, как развивается ситуация. – Доброе утро, солнышко, – Кир целует с легкой улыбкой. – Взял тебе кофе и пончик. Сонно поприветствовала его, забрала стакан и пакет. Позавтракать, правда, оказалось затруднительно. Манера вождения Кира не располагала. Пончик я кое-как съела, а кофе остыл, хотя еще половина осталась. – Загран взяла? – Да, – ответила, дожевывая. – Рад, что пришла, – нехотя прокомментировал нашу размолвку. – Решила, что наши отношения не предполагают разборок из-за встреч с другими, – поспешно хлебнула кофе, пользуясь тем, что мы застыли на светофоре. – Ну и зря, – загадочно ответил Кир и покосился на меня, ожидая реакции. Отвернулась к окну, не хочу очередных выяснений. Собрались отдыхать, значит, будем отдыхать. Вернемся, разберусь, что дальше. И все же где-то глубоко внутри я нереально счастлива, что Кир позвал с собой. Как представлю, что ждет в эти выходные, низ живота тут же схватывает сладкими судорогами. Плевать на Софью, кем бы она ни была – он выбрал провести эти дни со мной! Приехали почти к концу регистрации, быстро прошли все процедуры и отправились на посадку. В самолете удалось немного поспать. Кир попытался зазвать в туалет, но я зашипела на него спросонья и сказала, что он ненормальный. Долетели нормально, в аэропорту взяли такси и поехали заселяться. Кирилл действительно не поскупился на наш отдых. Уютный бутик-отель на Монмартре, где нас радостно встретили и поспешили накормить завтраком. Наевшись и закинув полупустой рюкзак в шкаф, поняла, что очень хочу в душ и переодеться. О чем и сообщила любовнику. Он попытался проскользнуть в ванную за мной, но был решительно выставлен вон. Потом. Гулять хочу! Когда вышла, поняла, что у Кира план развлечений все-таки имеется. Приятно… Полдня провели, осматривая достопримечательности. То присоединялись к экскурсиям, то бродили самостоятельно. По пути заходили в магазины и магазинчики. Кирилл скупал милые сувениры и обрастал поклажей. Разумеется, от возможности пройтись по местным бутикам не отказалась. Планировала сама заплатить за какую-нибудь понравившуюся вещь, но в итоге половина шуршащих бумажных пакетов оказалась с одеждой для меня. Киру тоже кое-что выбрали, но он ожидаемо был в меньшем восторге. Пообедали известнейшими деликатесами. Не скажу, что все так уж понравилось. Тем более многое пробовала раньше. Но было потрясающе вкусно. Ну и есть вдвоем с Киром – для меня особое удовольствие. Расплатившись, любовник умоляюще уставился на вырез моей футболки. – В отель? – спросил с надеждой. – Да, – кивнула. Устала, хочется полежать. Потом перемерить новые наряды. И на Кира, и наше любимое развлечение стоит время найти. Я же, в конце концов, за этим сюда ехала. Но в номере все пошло не по плану. Напор любовника просто не оставил шансов на иные занятия. Видимо, нам и ругаться перед тем как необязательно. Достаточно еле сдерживаемого недовольства. Едва за нами закрылась дверь, я оказалась прижата к стене также как в университетском сквере. Мы молчали, глядя друг другу в глаза и тяжело дышали. Хотелось большего, но пусть сам. Не буду бросаться на него, будто не было ничего. Кир так и поступил – сделал все сам. Помучила его какое-то время показной холодностью, а потом включилась в процесс. Секс вышел сумасшедшим и немного грубоватым. Любовник не в восторге от моего поведения, я не ошиблась. После мы уснули вымотанные, а когда открыла глаза, Кирилл стоял полуодетый рядом с кроватью. – Вставай, засоня. Танцевать пойдем. Только чур от меня не отходить, глазами по сторонам не стрелять! Кир сделал грозный вид, на что я лишь улыбнулась. – Обещаю, – прохрипела чуть сорванным голосом. Любовник на это самодовольно хмыкнул, закатила глаза и поспешила в ванную. На этот раз собиралась долго и с удовольствием, игнорируя нытье скучающего Кира. Пусть пощелкает телеком, пока приведу себя в порядок. Кружевное белье, предусмотрительно спрятанное впопыхах во внутренний карман рюкзака. Новое платье – черное, облегающее, в меру открытое и короткое. Чулки, легкий макияж и яркая помада. А волосы просто распустила. Пока весь день с пучком бегала, они сами уложились в волнистые локоны. Вышла из ванной и получила восхищенный вздох. – Может, ну их эти танцы? Кир моментально покинул уютное кресло и направился ко мне. – Нет, нет, нет! – протестующе выставила руки. – Сотрешь! Озабоченный на это расхохотался, но сжалился. – Хорошо, пойдем. Ночной Париж во много раз интересней магазинов и парков. Так и оказалось. Клубы чередовались с тихими барами, сумасшедшие танцы – с отдыхом под чтение стихов от уличных поэтов, ревнивые переглядывания с безумными поцелуями. В отель вернулись под утро. Едва стащив платье и смыв кое-как косметику, я рухнула в постель и уснула еще до того, как Кир вышел из душа. А утром проснулась от потрясающего аромата кофе. Любовник завтракал на маленьком балкончике, увитом розами. Для меня круассан и кофе тоже нашлись. Жадно сжевала все, до чего смогла дотянуться под насмешливые взгляды Кира. А когда допили кофе, Кирилл поставил передо мной подарочный пакет. – Что это? – настороженно поинтересовалась. – Подарок, – загадочно улыбается во все тридцать два. В пакете обнаружилась коробочка, а в ней сережки. Небольшие, изящные и удивительно красивые. Взвизгнула от радости и побежала к зеркалу примерять. – А поцеловать? – понеслось мне вслед возмущенное. Все воскресенье гуляли по различным музеям и выставкам, что меня сильно удивило и озадачило. Не похож Кир на ценителя искусства, но он не выглядел делающим одолжение. Я и сама от живописи и скульптуры очень далека, хотя понравилось безумно все, что удалось посмотреть. Стало темнеть и пришлось вернуться в отель. Собрали вещи, сдали номер, но в аэропорт было рано. Попыталась загрустить, но Кир привез на набережную. Речная прогулка по Сене напрочь отбила желание печалиться. Напротив, получилось очень романтичное прощание с городом влюбленных. И с нашими идеальными выходными.</p></section><section><title><p>4. Лида</p></title><p>4. Лида</p><p>Две недели после возвращения усиленно училась и столь же страстно мечтала о новых встречах с Киром. Он, видимо, тоже остался в восторге от поездки, потому что видеться мы стали значительно чаще. Вскоре в голову мне пришла идея проверить собственные догадки и чаяния. Для начала поинтересовалась у любовника, как продвигается их сотрудничество с отцом. – Все нормально, Лид, – ответил спокойно и продолжил целовать мои пальцы. Только недавно смогли оторваться друг от друга, и я здраво рассудила, что более удачного момента не будет. – Я тут подумала… – очень надеюсь, что мой голос не дрожит. – Ммм? – Кир перешел к чувствительному месту на сгибе локтя. – Решила, что надо сказать отцу. Что я выросла, что у меня есть личная жизнь. Понимаешь? – Понимаю. Давно пора, тебе двадцать один скоро. Кир целовал меня, увлекаясь все больше, а я изо всех сил пыталась не выдать разочарования. Не на такую реакцию рассчитывала. Очевидно же, что если хочу рассказать о своих отношениях папе, то и про Зайцева рано или поздно могу сказать. Но его это, похоже, совсем не беспокоит. Либо считает, что не раскрою личность любовника, либо ему плевать. Но я-то папу хорошо знаю, если на роман со студентом он еще может закрыть глаза, то взрослый мужчина в моей постели его вряд ли устроит. Да он будет в бешенстве! Кирилл так и не прокомментировал мои слова. Ни в этот день, ни в последующие встречи. Начался октябрь с его затяжными дождями и тоскливыми библиотечными вечерами. И я все чаще стала задумываться, что Кир не тот мужчина, ради которого стоит рисковать хорошими отношениями с отцом. Я могу лишиться доверия и финансирования со стороны родителя, а любовник просто скроется в тумане после скандала. Возможно, он просто ищет способ отделаться от сотрудничества с генералом Третьяковым. Что-то же говорил о том, что это распоряжение начальства, а не его желание… Несмотря на тягостные мысли о необходимости расставания и притаившуюся в сердце обиду, я продолжала радостно бегать на свидания. Каждый раз растворялась в Кире и в ощущениях, что он дарит. Понимала, что столь идеального мужчину не скоро найду. Да и вряд ли брошусь сразу искать. Еще какое-то время взвешивала все за и против и приняла окончательное решение. Свидание, которое должно было стать последним, получилось волшебным, но коротким. Загородный отель, ужин в машине и мы прощаемся у того дома, который любовник долго считал моим. Сказать в глаза не хватило духа, сообщу потом. Но так точно будет лучше – расставаться нужно до взаимных упреков и перманентного мозговыноса. Дошла до дома, закрыла входную дверь и привалилась к ней. Голова идет кругом, слезы жгут глаза. Не знаю, как справлюсь. Как буду существовать без Кира, без наших встреч, без его горячих ласк и нежного шепота. Неожиданно понимаю, что в гостиной горит свет. Странно, отца не должно быть дома. Разуваюсь и на носочках крадусь в комнату. Осторожно заглядываю в арку – папа сидит на диване, сжав виски пальцами. Подумала бы, что его опять мучает мигрень, но полупустая бутылка коньяка на столе перечеркнула это предположение. – Папа, что случилось? – голос не слушается, и я пищу чуть слышно. – Пришла? – он даже не поднимает на меня глаза. – Как погуляла? – Нормально, – чувствую, что колени начинают подгибаться, и прислоняюсь к стене. – Понимал, конечно, что ты недалеко от своей матери уйдешь… Но это уж слишком. Моя дочь – подстилка бандюгана. И какого? Так, мелкая сошка, мальчик на побегушках. Из всех достижений – спортзал и татусалон с завидной регулярностью. Внутри холодеет. Он знает. Вот и все, Лидочка, допрыгалась. – Что молчишь?! – рявкнул отец так, что подпрыгнула на месте. – Оправдывайся. Скажи, что соблазнил, задурил голову! Ну? – Нет, – сглотнула тугой ком в горле. – Не так было. Впрочем, не важно. Я приняла решение закончить эти отношения. – Когда? Не сейчас случайно? Какое удивительно совпадение… – Какая разница? Я больше не буду встречаться с Киром, и тебе даже не придется меня заставлять. – Не придется. Потому что ты уезжаешь на дачу готовиться к свадьбе. И если у тебя осталась хоть капля разума, послушаешься и не станешь вынуждать применить силу. Опешила и уставилась на отца расширившимися глазами – какая свадьба?! Не думает же он притащить Кира силком к алтарю? Не нужен мне муж, который не смог отбрехаться от папы-генерала. Даже если это Кирилл… – Парень хороший, знакомы вы давно. А главное, почти твой ровесник. Отец посчитал необходимым пояснить, а стало только хуже. Тошнота снова поднялась и встала в горле. Нет, не может быть… Отдаст меня вот так? Как вещь? Как испорченный товар, за бесценок? – А как же учеба? – прошептала непослушными губами. – Какая учеба, Лида? Или ты думаешь, я не навел справки в деканате? Опоздания, тройки, отсутствующий вид на занятиях… И это все в начале семестра, когда преподаватели определяются с первым впечатлением. – Я все исправлю, обещаю! – бойко затараторила. – Ничего непоправимого не случилось. Просто много новых предметов. Я же все выходные по библиотекам! – Ага, по французским, – хмыкнул отец неодобрительно. – Заниматься будешь удаленно. Я лично стану следить за твоими успехами. Ну и жених поможет, чем сможет. Он банковское дело закончил в прошлом году. Финансы, банки – какая разница. – Папа, пожалуйста! – слезы потекли по щекам. В такой ситуации я и умолять готова, хоть на коленях стоять. – Лида, избавь, пожалуйста, от этих лживых слез. Раньше надо было думать… Но материнские гены, да? Не позволю тебе закончить так же, как она. – Как?! Как она закончила?! Ушла к любимому мужчине от деспота и тирана, который следил за каждым ее шагом?! – Закрой свой грязный рот, – отчеканил отец так, что у меня мурашки поползли по спине. – Ты едешь на дачу и готовишься к свадьбе. Усердно учишься. А Кирилла выбрось из головы, как и свою мать. Понимая, что могу наговорить лишнего, если еще этого не сделала, бросилась в свою комнату, вытирая слезы. Он не шутит – запрет за городом и выдаст замуж по-тихому. Наверняка за кого-то из сыновей коллег. И я стану головной болью мужа. Опыт моей мамы ничего кроме содрогания перед такими перспективами не вызывает… Полночи проплакала, потом забылась тяжелым, поверхностным сном. Рано утром отец поднял. Хмурый, похмельный и постаревший. Полагаю, я действительно разочаровала его и очень сильно. – Вставай. Собери вещи. Я отвезу. – Папа, – пропищала. – Давай поговорим. – Нет, Лида. Мы не будем разговаривать. Ты не сможешь сказать что-то, что переубедит меня. Я считал тебя еще ребенком, девочкой с милыми кудряшками. Но ты выросла, и у тебя появились взрослые потребности. Ты выбрала недостойный генеральской дочери способ их удовлетворять. Замужество – наилучшее решение в данной ситуации. Как ни крути, а с точки зрения домостроевской логики он прав. Папа просто не может допустить, чтобы перебирала любовников. Но сама-то я замуж не собираюсь, даже кандидатов нет. – Пап, может, я сама выберу мужа? Есть парень на курсе. Оказывает знаки внимания, отличник, любимчик преподавателей. Умоляюще уставилась на отца, сделав самое честное лицо. Нет, сокурсник такой, конечно, существует. Вот только мы хорошие друзья, но не более. Вместе в библиотеках сидим, жалуемся друг другу на душевные раны. Возможно, Костик и согласится фиктивно пожениться и жить вместе. Правда, придется перед тестем регулярно отчитываться, потому что Костя не из семьи военных. Но вдруг… – Нет, Лида. С семьей жениха я уже договорился. Их все устраивает, даже то, что ты… – папа поморщился так, словно змею увидел. – В общем, они знают, что у тебя был быстротечный, неудачный роман. Сказал, что негодяй воспользовался твоей юностью и наивностью. – Как ты мог?! – начала сердиться по-настоящему. – Как ты мог обсуждать подробности моей личной жизни с посторонними людьми?! – А что мне оставалось делать? Не скажи я ничего, они были бы уверены, что дочь генерала Третьякова невинна! – Да кого это сейчас вообще волнует?! – Меня, Лида. Это волнует меня, в первую очередь. Собирайся, у тебя двадцать минут. Всю дорогу до дачного поселка проплакала, спрятав лицо в ладонях. Отца, впрочем, это не тронуло. Сделал вид, что не слышит. Когда въехали во двор, сразу поняла, насколько серьезны его намерения – у крыльца черное, тонированное авто. На таких его подчиненные ездят. Значит, будут сторожить. Может, и уроки проверять и начальнику отчитываться. Папа занес сумки и поставил в прихожей. Огляделся по сторонам – сам, похоже, оставаться не собирается. – Электричество, вода, газ есть. Продукты в холодильнике, приготовишь. В магазин с кем-то из моих ребят. Телефон давай сюда, – протянул руку и впился в меня жестким взглядом. – Что? – не поверила ушам. – Телефон свой, говорю, отдай. Наверху ноутбук. Интернет подключен, но я буду в курсе – куда, с кем, зачем. Все записывается. Поэтому постарайся изобразить счастливую невесту перед друзьями. Узнаю, что связалась с Кириллом… Продолжать надо? – Нет, – ответила дрогнувшим голосом. До сих пор помню, как рыдала мама в гостиной, когда ей сообщили, что мужчина, к которому она собиралась уйти, в реанимации в тяжелом состоянии. – Вот и отлично. Сегодня будний день, помнишь? Часть лекций ты уже пропустила, но на остальные успеешь. Только будь внимательна, не отвлекайся. Хмуро кивнула, вытащила из рюкзака смартфон и отдала отцу. Если полезет ковыряться в моей личной переписке с Киром, то я сгорю со стыда прежде, чем выйду замуж.</p></section><section><title><p>5. Кирилл</p></title><p>5. Кирилл</p><p>Последнее время опасения вызывают не только встречи с генералом Третьяковым, но и с его дочерью. С Лидой удовольствие, конечно, гарантировано, но ее закрытость, неясные намеки, странные тяжелые взгляды наводят на мысль, что не все между нами гладко. С ее отцом общение складывается вообще отвратительно. Он каждый раз буквально изводит дотошностью, изучая каждую букву контрактов, задает миллион вопросов и ведет себя словно с подчиненным. Рядовым к тому же. Порой так хочется ему вмазать, что руки ощутимо чешутся, но… Не погладят за это по голове. Не сейчас. Потом. Его и так ждет большой сюрприз по поводу меня и его дочки. И представить не мог, что так попаду, связавшись с симпатичной девчонкой. А вот начальство мое, похоже, в курсе с самого начала, и их такой расклад явно устраивает. Мне тем более нормально – Лидка потрясающая. И, кажется, я привязался к ней гораздо сильнее, чем следовало. Хорошо, что она сама держит дистанцию. Знать бы еще, почему… Через пару дней и вовсе начались странности. Лида пропала. То есть совсем. Не звонила и не писала сама, хотя обычно держит в тонусе откровенными смсками. Выждал немного из вредности и написал сам. Смска не доставилась. Через несколько часов набрал – телефон вне зоны или отключен. Так… Прячется или решила послать? Может, случилось что-то? Не знаю, как бы поступил, но вечером позвонил сам Третьяков и вызвал на беседу. Точнее, приказал явиться пред светлы очи в своей излюбленной манере. Ну и отлично, заодно про дочь осторожно поинтересуюсь. Встречу назначил в рабочем кабинете, а не дома. С одной стороны, это осложняет мою задачу, с другой, все равно. Прошли ещё сутки, а телефон Лиды так и не появился в сети. Генерал, как и всегда, крайне дотошно выспросил все о делах. Будто ищет слабые места, подвох. В принципе, правильно, ну как же утомляет… После всех рабочих вопросов я сухо отказался от предложенного коньяка и словно случайно вспомнил о «просьбе» Софьи. – Кстати, Софья с Лидой договаривались куда-то сходить вместе. Магазин, выставка… Не помню. Сказала утром, что не может дозвониться до вашей дочери. Лидия номер сменила? – Нет! – почти рявкнул генерал. – Образ жизни она сменила. Желваки на его лице так и ходят ходуном, мужик явно в ярости, а я ничего не понимаю. Есть, конечно, одна мысль… Самая логичная в этой ситуации. – Софье передать, что они не смогут встретиться? – Да, – генерал, кажется, начал успокаиваться. – Лида уехала на дачу, готовится к свадьбе и усиленно учится. Пришлось приложить титанические усилия, чтобы ничем не выдать участившегося пульса и общего шока. Какого хрена?! – Не знал, что вы готовитесь к такому важному событию… Постарался выражаться обтекаемо, дышать глубоко и… Да что ж меня так проняло то?! – Я тоже недавно узнал, – Третьяков неприятно, как-то по-змеиному улыбнулся. – Оказывается, дочь давно встречается с мальчиком. Узнал случайно, мне не говорила, боялась. У них там все уже очень серьезно. Да и парень хороший, сын приятеля. Они с Лидкой с детства знакомы. Одобрил, руку дочери отдал. Пусть женятся, помогу, пока не совсем старый. – Прям настолько серьезно, чтобы сразу жениться? Молодежь сейчас вроде не особо в браки торопится. Понимаю, что меня несет, ведь мы с генералом далеко не друзья. – То другая молодежь, я свою дочь иначе воспитывал. И снова этот ледяной, испытывающий взгляд. Даже если Лида беременна, не скажет. Побоится честь мундира запятнать. Как прощались с Третьяковым, не запомнил. Свалил поскорее оттуда, чтобы не выдать какой-нибудь номер… Эмоции переполняли, а в черепной коробке было тесно от мыслей. Не нравится мне ситуация. Сначала Лида пропала, причем вместе с телефоном. Потом эта странная свадьба. Еще и «хороший парень» откуда-то нарисовался. Неужели она не только со мной? Под раздачу попала скамейка в безлюдном сквере – ударом ноги я буквально раскрошил ее. Ветхая была, конечно… Представить не могу, что бегала от меня к «мальчику» и обратно. И замуж за него, значит. А я? Я кто? Дяденька по вызову? Для острых впечатлений? Вполне возможно, что генеральской дочери их в жизни очень не хватало… И что я сделал в таком раздрае в первую очередь? Правильно, завалился в бар. Проверенное, отвязное место. Напьюсь, может, в драку влезу. Вот только хостесс сразу предупредил, чтобы никаких баб сегодня. После первой бутылки темного в голове приятно зашумело, но вот настроение ни фига не поправилось. Наоборот, стало еще обидней… Неужели, правда, вот так запросто вертела мной? К чему тогда все эти намеки были – я папе расскажу? Еще одна бутылка и пришлось заказать ужин, а то совсем развезет. Только плакать и жаловаться официантам на свою несчастную холостяцкую долю не хватало. Перекусив сочным стейком под соусом «Мечта о разбитом лице генерала Третьякова», довольно откинулся на спинку дивана. Фантазии о кулачном бое с Лидиным отцом так вдохновили, что я разулыбался во всю. Понимаю, что пьян уже прилично, но домой сруливать не собираюсь. Мое настроение тут же уловили местные барышни – охотницы за мужчинами или просто за деньгами. Нет, простите, цыпочки, хватит с меня этого дерьма! С Лидкой бы разобраться. А разберусь я с ней обязательно – пусть в глаза мне скажет, что замуж за какого-то сопляка идет. Пусть объяснится – что это вообще было? Так, развлечение на пару раз? Почему-то последнее категорически не хотело укладываться в голове. Мужская гордость не просто пострадала, она буквально съежилась где-то внутри до размера мокрой старой губки для посуды. Ведь я же не только из-за секса, красивого лица и чувственных изгибов. И уж тем более не из-за возраста. Зацепила меня Лидка, еще как зацепила. С первой же встречи. Просто раньше я готов был врать себе и отворачиваться от очевидного. А когда познакомился с ее папочкой и вовсе впал в ступор насчет развития наших отношений. Генерал бы меня голыми руками попытался за дочку придушить. Особенно, учитывая, что… Лида, думает, я не знаю. Считает себя самой умной, маленькая самоуверенная зараза. Да, она стала первой девственницей в моей жизни, но я же не полный идиот. Дошло, конечно, не сразу, но дошло. Поэтому и старался не жестить с ней – не хочу, чтобы начала считать такое нормой. Но и полностью поломать себя не могу. Не домашний я кот, не семьянин. А вдруг все не так? Вдруг Лида беременна? Вполне возможно, что от меня. Мы, конечно, предохранялись, но бывает всякое. Я уже достаточно взрослый мальчик, чтобы даже не удивиться подобному. Может, папаша так гульки дочери пытается прикрыть? Если отдает за сына подчиненного, то вполне возможно. Приказы не обсуждаются же. Вот черт! И что делать? Да, я даже не знаю, какой вариант меня больше удручает. Тот, в котором Лида не ограничивалась мной одним и выбрала в итоге другого. Или что отец толкает ее беременную от меня замуж за какого-то постороннего паренька. Вот Зайцев ты вляпался… И ведь даже плюнуть и забыть не сможешь. Полезешь же в это наверняка, идиот. И плохо закончишь – генерал Третьяков тебя в порошок сотрет за все хорошее… Около полуночи я все же отчалил в сторону дома. Порядком пьяный, в растрепанных чувствах, ненавидящий всех женщин и безумно желающий сейчас лишь одну. Впилась в сердце глазами своими бездонными, серо-зелеными, как муть болотная. Знаю, что так просто не избавиться, не выжечь это. Пока сама не прогонит, не сознается, что игралась со мной и только. В тесной, полупустой квартирке сразу упал на узкий, потрепанный диван. Вытянул ноги, зашарил глазами по потолку, наблюдая за отсветами фар вокруг одинокой лампочки. Поэтому и мотались с Лидой по отелям. Берлога моя уж очень обшарпанная, прихожу сюда только ночевать. Да и водить гостей не очень жажду. А Лида точно не была бы в восторге от секса на моем скрипучем друге – не настолько я потрясающий любовник, не обольщаюсь. Закрыл глаза и сам не заметил, как провалился в липкий, дурманящий сон. Снилась Лида – нежная, смеющаяся своим удивительным смехом, бегущая то от меня, то ко мне. В прекрасном белом платье, фате и с букетом белоснежных цветов. Утром еле выплыл из этого морока, продрал глаза и потопал на кухню. Поставил чайник и сразу в душ, надо срочно себя в чувства привести. Ночные фантазии никак не отпускают. Уж не знаю, какой наряд выберет Лида для бракосочетания, но в моей голове она может быть только в белом. Странно, всегда смеялся над пирожными под названием «невеста», а сейчас хоть бы одним глазком посмотреть. А может, и «опозорить» невесту. Так, чтобы никто не увидел. А потом украсть… Вот что за нелепые самцовские мысли лезут? Третьяков лично пристрелит, если попытаюсь пробраться на свадьбу. Кофе пил все также хмурясь, голова разболелась. Вряд ли в нее теперь что-то светлое придет. Да и не предвиделось в общем-то… Эх, что ж делать-то? Вариант сделать вид, что не было ничего и меня это не касается, почему-то категорически не устраивает. Софью что ли попросить позвонить генералу и напроситься на торжество? Пусть соврет, что подружились. Хотя… Отец ведь с дочерью разговаривает, наверное, хоть иногда – спросить может. Вот нелепость будет. Да, влип ты, Кирилл Леонидович… Закинул в себя таблетку и поехал на работу. В такие моменты я всегда еду в офис. Там и взбодрят, и отвлекут и внеплановый «секс» устроят. Не ошибся, с порога перехватили и такую выволочку за все на свете устроили, что почти позабыл о своих сердечно-половых терзаниях. Забыл бы совсем, если бы не одно «но». Проблема собственно заключалась в том, что Третьяков завернул документы. Несколько недель бесконечных обсуждений и все коту под хвост. А я-то тут при чем? Ну ладно, плохо убеждал, но это и не моя сильная сторона. Вот если бы его пытать велели, то все контракты давно бы уже на столе у главного лежали. И никакой свадьбы к тому же… Из кабинета начальства выполз чуть живой. Совсем без премии и почти без нервной системы. Обхаживать генерала велели временно прекратить. Отказал он, оказывается, под предлогом подготовки к важному семейному мероприятию. Да что б его!!! Нагадил по всем фронтам, что называется. Тихо матеря Третьякова на все лады, спустился в тир и терзал мишени до мозолей на пальцах. Но и это не очень помогло – работа на стопе, любовница вот-вот сбежит под венец. Черная полоса, как она есть…</p></section><section><title><p>6. Лида</p></title><p>6. Лида</p><p>Дни заточения были похожи один на другой. Бесконечная учеба, а по вечерам видеозвонки папе. Обязательно в присутствии одного из его амбалов. Видимо, чтобы не преувеличивала свое усердие. С удовольствием бы занялась чем-то еще, но… Других развлечений здесь нет. Разве что пугать надсмотрщиков – то меня вот-вот вырвет, то прервалась видеосвязь прямо на важной лекции, то якобы мышь в туалете бегает. Надо же на ком-то отрываться… Впрочем, и папины церберы на третий день на истошные вопли и нытье реагировать перестали. А поплатилась я за свои развлечения еще день спустя, когда обнаружила в ванной огромного паука. На помощь никто не поспешил, поэтому пришлось взять пасту и щетку и тащиться в сад. Умывание ледяной водой не добавило хорошего настроения, как и необходимость лечь спать без ежевечернего душа. Еще и охранники мерзко хихикали за спиной. Ну, ничего, придумаю что-то поинтересней – побегаете еще у меня! Мстительным мыслям не суждено было осуществиться. Приезд отца отвлек. Не уверена, что так уж соскучился. Зато мой шкаф перерыл прилично. Привез одежду, о существовании которой я давно позабыла. И маленький пакет с косметикой. С той, которая показалась ему нужной. Нагоняя за неподобающие дочери генерала наряды не последовало. Видимо, выводы о моем моральном облике папа сделал, и менять мнение не планирует. – В воскресенье привезу жениха. Пообщаетесь. Отец допивает чай, явно собираясь сразу же уехать, и старательно делает вид, что ничего особенного между нами не произошло. Никак не среагировала на его слова – понятия не имею, что надо сказать на это. – Одежду, косметику я привез. И, Лида, давай без фокусов. Я не шучу абсолютно точно. Сорвешь свадьбу – пожалеешь. – И в мыслях не было, – соврала со спокойной улыбкой. Всё равно папа не сможет узнать, что каждую ночь только и думаю, как выпутаться. – Вот и отлично. Надеюсь, ты не повторишь судьбу матери и станешь отличной женой. Неимоверных усилий стоило не скривиться. Хоть и не собираюсь выходить замуж, но чувство гадливости надолго поселилось во мне. Мама могла бы быть отличной женой, если бы ей достался другой муж. Но ее тоже чуть ли не силком отдали родители, едва стала совершеннолетней. И она старалась. Сильно старалась, и очень долго. Вырастила единственную дочь в полной семье. Никогда не перечила отцу при мне и молча сносила все его загулы. А потом просто сломалась… Нашелся мужчина – добрый, спокойный, верный и любящий. Она думала, что имеет право на счастье, но отец решил иначе. По поводу того, кого он выбрал в мужья мне, никаких иллюзий не питаю. Наверняка семья жениха из военной среды. Поэтому хорошей женой я стать не смогу. И не собираюсь! Проводила отца и вздохнула с облегчением. Надо познакомиться с женихом? Познакомлюсь. Во-первых, пока не придумала, что делать. Во-вторых, вдруг этот несчастный тоже не в восторге от ситуации. Вдруг сможем договориться? Несмотря на активное самоуспокоение, утром в воскресенье меня уже прилично потряхивало. Не знаю, как вести себя «правильно» и в то же время дать парню понять, что не хочу свадьбы. Он, наверное, понятия не имеет, что происходит, а невесту по принуждению может отвергнуть. Если откажется сам, я вроде бы ни при чем. Подготовка к встрече начала раздражать с самого начала. Папа, конечно, привез не то. В общем-то, все равно понравлюсь или нет, но боюсь, отец недостаточно презентабельный вид воспримет как попытку бунта. Поэтому пришлось собрать волю в кулак и включить фантазию. В итоге получилось неплохо – скорее скромно, чем красиво. Будто я в монахини собралась, а не замуж. Отец приехал первый, и по одобрительному взгляду поняла, что все правильно сделала. – Сейчас доставка из ресторана подоспеет, – сказал, сухо целуя в щеку. – Накрывай на стол. На пятерых. – Хорошо. Улыбнулась во все тридцать два. Время для грустной овцы пока не пришло. Занялась сервировкой и немного отвлеклась от предстоящего. В мыслях был другой ужин и другой гость. По Киру скучаю безумно. Понимаю, что безнадежно и надо выкинуть из головы, но не могу. Тоскую, плачу, сожалею, что решила разорвать отношения. Очень не хватает этого мужчины – с ним всегда было хорошо и спокойно. Теперь же полная неопределенность в жизни и одиночество. Интересно, Кир хоть вспоминает обо мне? Звонил? Сказал ли отец, что все знает? Внезапно как током ударило –замерла с вилками в руках. Вдруг отец что-то сделал Кириллу? Не лично, конечно. Пожаловался начальству Кира? Что если ему сейчас еще хуже? Проклинает меня? Жалеет о наших встречах? Так задумалась, что пропустила приезд гостей. Пришла в себя, когда нарядные люди прошли в зал. А я действительно знаю жениха… Это же Вадик Молчанов. И родителей его тоже знаю. Знакомы с детства, дружили семьями. Вадим с выражением крайнего восхищения на лице подошел и вручил огромный букет. Потом неуклюже клюнул в щеку и поздоровался. – Ты восхитительно выглядишь, Лида, – добавил тихо. Кивнула, не чувствуя себя. – Поставлю цветы, – пролепетала и сбежала в кухню. Там оперлась о мойку и попыталась перевести дыхание. Мой самый страшный кошмар ожил… Вадик – не просто знакомый, фактически друг детства. На пару лет старше. Недавно вуз закончил, банковское дело. И как сразу не поняла, что отец его имеет в виду? Последние годы мы мало общались. Именно потому, что догадывалась о его отношении. А сейчас и представить не могу, что станет касаться своими потными ладонями. Нет уж! Это худшее, что могло прийти в голову папаше. – Поставила? – отец с недовольным лицом заглянул. – Цветы на стол и давай к гостям. Молча кивнула, попила воды и поспешила выполнять, хотя ноги и не несли. Дальше начался форменный кошмар. Разговоры проходили мимо, никак не получалась вникнуть. Отвечала невпопад, папа злился и извинялся. Отговаривался тем, что переволновалась. Не думаю, что ему хоть кто-то поверил – я с детства известна, как бойкая и общительная девочка. На лицах Молчановых-старших виднелась тень беспокойства, а Вадик, кажется, не замечал ничего вокруг. Он сидел справа и жутко раздражал – на мою тарелку что-то положит, воды нальет, за руку возьмет, задаст какой-то мудреный вопрос, касающийся финансов. Бесит жутко – я ведь не могу просто послать его за то, что руки распускает. Напротив, вынуждена благодарить за каждое нарочитое ухаживание. Строгие взгляды отца не помогают собраться. Единственное, на что меня хватает – кивать, блекло улыбаться и бесконечно спасибкать за проявленную заботу. Мне дико не нравится все в Вадиме – запах туалетной воды, манера говорить, постоянное желание прикасаться. Хочется свернуть цыплячью шею, нелепо торчащую из слишком свободного ворота рубашки. Не к месту вспомнился Кир в деловом костюме. Рубашка на нем сидела идеально. Из-под воротника лишь немного были видны завитушки тату, но я знала рисунок и где он заканчивается, и это безумно будоражило. А Вадик… Просто пацан на фоне Кирилла. Наверняка он и в постели столь же робкий и суетливый. Еще и потеет от волнения постоянно. – Думаю, молодежи самое время прогуляться по саду. Пусть пообщаются, вспомнят детство. Столько воспоминаний связано с этим домом. Мы с Вадимом подскочили, как по команде, и поспешили сбежать, куда отправили. Отец прав, на даче мы с мамой проводили каждое лето. Многое здесь до сих пор напоминает о ней. А Молчановы часто приезжали в гости, иногда на все выходные. Пожалуй, если начнем с Вадиком вспоминать детство, то день перестанет быть настолько мерзким… Но и тут поджидал облом. Едва зашли за угол, друг решил поиграть в мачо – начал стремительно сокращать расстояние между нами. Так, что пришлось прижаться спиной к стене. Поставил руки по обеим сторонам от моей головы, и я окончательно почувствовала себя загнанной в ловушку. Затараторил, обдавая винным духом: – Лидочка, милая, я так счастлив, что мы вот-вот поженимся. Ты сделала меня счастливейшим мужчиной на земле. Обещаю, буду самым лучшим мужем. Хочу, чтоб деток у нас было много. И чтоб все красивые, как ты… Он говорил и говорил. Какие-то банальности, бесконечные обещания, которых с него никто не требовал. Надежды обрести в лице жениха союзника и выпутаться из всего этого разбились вдребезги. Даже если Вадик и пьян слегка, все равно он в диком восторге. Свадьба, дети, дом – полная чаша… Чувствую, как сдуваюсь словно воздушный шарик. Мечты о дипломе, работе, собственном доходе и независимости летят к чертям. Дети? Какие дети? Мне еще три года учиться. Внезапно Вадим останавливает словесный поток и резко наклоняется. С трудом уворачиваюсь, и поцелуй приходится в щеку. – Ты совсем обалдел?! Не трогай меня! – зашипела вполголоса, отпихнула говоруна и почти побежала по дорожке вглубь сада. Хочет жаловаться? Пусть расскажет отцу, как с «невестой» не сладил. Может, тогда генерал задумается, правильно ли выбрал мужчину для дочери. – Лида! – понеслось вслед расстроенное. – Подожди! Нам столько всего обсудить надо. Свадьба же. Ну, Лида! Вадик явно заплутал где-то в кустах – забыл уже, как здесь все устроено. И замечательно! Не хочу ничего с ним обсуждать, вдруг опять целоваться полезет. Он – не Кир, недостаточно оказалось к стене прижать…</p></section><section><title><p>7 Лида</p></title><p>7 Лида</p><p>После отъезда гостей отец устроил нагоняй, да такой, что я серьезно перепугалась. Наговорил кучу гадостей, обещал отправить к бабке в дальнюю деревню. А когда попыталась пикнуть, что уж лучше туда, чем замуж, разорался. Думала, его инфаркт хватит. – Папа! – не выдержала и я. – Мне от одной мысли противно! Я с Вадиком не смогу, хоть три штампа в паспорт поставьте! – Ах, вот оно что! – заорал он еще громче. – Твой вкус на мужчин мне известен, но я велел тебе выкинуть этого уголовника из головы! Лида, ну как ты не понимаешь? Отец схватился за голову с таким выражением лица, будто ему самая тупая дочь на свете досталась. Потом метнулся к все еще накрытому столу и залпом допил что-то из своего стакана. – Соврал тебе в прошлый раз, – заговорил уже спокойнее, а я тут же навострила уши. – Зайцев вовсе не мелкая сошка. Матерый бандюган, отсидел по тяжелой статье, сейчас больше по мошенничествам. Даже если бы его интересовало что-то кроме секса с тобой, между вами все равно ничего не может быть! Ничего не может быть общего у дочери генерала и этого отброса! Да меня сожрут на службе, если кто-то прознает. – А если прознают о ваших совместных делишках, не сожрут, значит? – проговорила непослушными губами. – Не лезь в это, Лида. Я деньгами с этих делишек за твою учебу плачу. В престижнейшем московском вузе, если не забыла. – Он знает? О свадьбе? – Знает. Мы встречались, я сказал. – Значит, спрашивал обо мне? – Софья потеряла тебя. Вы о чем-то договаривались, и она не смогла дозвониться. Или забыла, что у него девушка есть? Они давно вместе, насколько понял. В голове такой сумбур, что не получилось сразу вспомнить, был ли у нас с Соней такой разговор. После всего случившегося из памяти могло улетучиться что угодно. Вид у меня сейчас, видимо, неважный – отец окончательно успокоился и сменил тон на увещевательный. – Вадим – отличный парень! Выучился, работает, по девкам не шляется, от тебя без ума! Привыкнешь, Лида. Это мое последнее слово. В пятницу поедешь с Натальей Ивановной за платьем. Чем быстрее, тем лучше. Отец обессиленно рухнул на диван и схватился за сердце. Но меня не тронуло столь неумелое актерство. Молча развернулась и вышла. Ночью мучили кошмары. Снился Кир, я бежала к нему, висла на шее, и внезапно это оказывался Вадик. Только утром поняла, что дело в спешно брошенном на спинку кровати платье. Оно так сильно пропиталось туалетной водой Молчанова, что он мерещился всю ночь. Прокралась на кухню и порадовалась, что в доме никого. Даже охрана куда-то подевалась. Воспользовалась этим и не пошла на онлайн-лекции. Предпочла собраться с мыслями и подумать, как же выбраться из дома быстро и незаметно. И главное – где потом скрыться. Ни телефона, ни денег, ни запасных банковских карт… Двухчасовые раздумья не принесли какого-то результата, кроме головной боли и уныния. Нужно бежать и перехватить где-то Костю. Но не в универе и не у него дома. Папа наверняка очень быстро разузнает о нашей дружбе. Смогу ли встретиться с Костей раньше этого момента, неизвестно. Следующие три часа посвятила сидению перед ноутом с выключенным звуком. Усиленно вспоминала все, что Костик рассказывал о себе. Считаю его другом, значит, вспомню что-то, что поможет. Лишь к вечеру, наконец, нашла подходящий вариант. По четвергам Костя ходит в гик-компанию. Собираются на квартире в паре остановок от университета. Достаточно далеко от места, где меня могут искать в первую очередь, но в районе, который отлично знаю. Точного адреса нет, но как-то провожала приятеля до самого подъезда. Сегодня понедельник, на подготовку и побег времени в обрез. Встречаются гики поздно, а мне надо в аккурат подойти, чтобы встретить Костю до. Ну и запас на форс-мажор… Оставшиеся два дня вела себя тихо, продолжая раз за разом прокручивать в голове детали. В принципе ничего сложного – отвлечь охрану, незаметно выскользнуть уже в сумерках, прокатиться зайцем на электричке до города. Там затеряться в огромной столичной транспортной сети и непрямыми путями добраться до точки назначения. Уверена, если удастся встретиться с другом, он не откажет. Поможет, чем сможет. Тут, конечно, вопрос его возможностей, но хотя бы переночую где-то. Дальше пока не думала. Даже этот план на несколько часов выглядит довольно сложным. От Кости придется отдалиться очень скоро, чтобы не поставить под удар. А потом у меня лишь два варианта – мама и Кир. Оба телефона помню и смогу позвонить хоть из автомата, но… Маме и так от отца досталось, второго мужа не так давно похоронила. Стоит ли снова стравливать с мужчиной, который ей всю жизнь испортил? А Кир? Возможно, прекрасно знает о моем скором замужестве и его все устраивает. Сам-то на мне жениться точно не собирался. Хорошо если просто пошлет, а если отцу сдаст? По всему выходит, что единственный адекватный вариант – это перекантоваться денек с Костей, попросить купить телефон, занять денег и ехать на попутках куда подальше. Вот черт! И далеко я уеду?! Без документов-то? Дура, такая же, как мама. Она в свое время не поняла, что против лома нет приема, и я туда же… Но переспав с планом последнюю ночь, на утро решила, что альтернативы все равно нет. Допустим, бойцы отца очень скоро найдут и вернут домой. И что? Что отец сделает? Точно также ничего, как если меня Кир вернет. Значит, маму точно беспокоить незачем. Мстить за мои выходки папе будет просто некому. Да и Кирилл Зайцев не научный сотрудник НИИ, сможет за себя постоять. Даже за меня при желании. Тем более на отца у него наверняка есть компромат, а не только догадки, как у меня. Так возник второй, запасной, вариант. Если не смогу увидеться с Костей, позвоню Кириллу. Раздобыть телефон на минутку на людных московских улицах не составит труда. А там, как повернется. Главное, что никто не пострадает. В крайнем случае, поеду к бабке в Липецк. Хотя бы крыша над головой будет. Работу найду точно не хуже, чем без паспорта. Поживу пока без образования, только бы не за Вадика замуж. В общем-то, дорогой вуз – единственный крючок, на котором держит отец. От всего остального спокойно смогу отказаться. Кроме Кира… Но тут меня никто не спрашивает. Даже если останусь в Москве – никаких гарантий. Весь день занималась обычными делами. А ближе к вечеру переоделась во что попроще из домашнего, сделала болезненный макияж и, держась за живот и перила, причитая и охая, спустилась в кухню. Охранники как раз ужинают. Они всегда едят до меня и поздно вечером. Увидев «умирающую» подопечную ребятки переглянулись – не забыли еще мои шуточки. – Живот болит, – простонала тихо. – У меня эти дни внезапно начались. Парни, как и задумывалось, моментально покраснели и снова переглянулись. Один даже водички хлебнул от ужаса. А по виду взрослые мужики… – У меня нет… Понимаете? – пришаркала к столу. – Понимаем! – рявкнул один и соскочил со стула чуть ли не в стойку смирно. Видимо, от переизбытка чувств. – В местном магазине нет ничего подходящего. Надо в город, в аптеку. Лица парней вытянулись, в такие подробности их никто наверняка не посвящал. – Напишите, что нужно, мы сгоняем, – жалко пискнул второй. Надо же, так впечатлился, что на «вы» перешел. – Угу, – выдохнула я, застонала и сложилась почти вдвое. – Ой, как больно! – Может, еще таблеток каких? Засуетились они вокруг меня. Усадили, налили воды. – Да, – отхлебнула немного. – Тоже напишу. В голове вертелась мысль довести ситуацию до абсурда – выдумать очень женский список, чтобы с перепуга вдвоем уехали. Но… Это профи, до такой степени не растеряются, хоть бы от одного поскорее избавиться. – Пишите, скорее! Я сгоняю. – Ага, – взяла заботливо протянутые карандаш и блокнот и начала сочинять. Список стоило подготовить заранее, не подумала об этом. Поэтому пришлось импровизировать. Кроме предметов личной гигиены написала витамины и прочую ерунду, чтобы подольше задержать охранника в аптеке. Он как раз к часу пик приедет в город, пусть помучается в пробках и очередях. – Вот, – протянула исписанный листок. – Все точно есть в «Фармите». Назвала аптеки, которые встречаются только в центре. Не захочет ехать туда, придется помотаться по нескольким. Очень надеюсь, что придется. – Лида, вы пока отдыхайте. Я быстро, обещаю. Тот, что моложе и званием пониже, схватил куртку и бросился вон. – Спасибо, – протянула нарочито слабым голосом и посмотрела на второго надзирателя. – Я, и правда, пойду лягу, чувствую себя ужасно. Оставьте все здесь, на столе. Сама спущусь потом, а пока попробую уснуть. С этих станется, еще потащатся в мою комнату. А мне это как раз не нужно. Пусть думают, что подопечную отпустило, и она спокойно спит в своей постели. Поднявшись к себе, быстро умылась, еще раз проверила собранную с утра сумку. Открыла ноутбук и включила заранее скачанный курс лекций общей продолжительностью пятнадцать часов. Звук убавила до минимума, но из-за двери все равно должно быть слышно. Выждала минут пятнадцать – знаю, что после каждого приема пищи ребятки проводят осмотр вверенной территории. Вскоре калитка хлопнула. Быстренько натянула куртку, схватила рюкзак и бросилась вниз, к задней двери. Оттуда к неприметной дыре в заборе, о которой отец, наверное, и не знает. Сама вспомнила только после того, как бегала по саду от Вадика. С трудом выбралась сквозь раздвинутые кем-то прутья, перепрыгнула через овраг сразу за забором, и, пригибаясь как можно ниже, кинулась через пустырь в сторону деревьев. Сомнительно, конечно, что охранник заметит меня в быстро сгущающихся сумерках, но мало ли – может, он из спецназа. Добежав до леса, лишь немного отошла от крайних деревьев, а потом вдоль них же пошла в сторону станции. До города добралась нормально. Все по плану, не считая пьяного бомжа в электричке. Такого же тамбурного зайца, как я. Опасаясь, что поймают контроллеры, шарахалась от него по всему составу. В итоге затерялась в толпе на вокзале, этот персонаж и по городу, видимо, хотел за мной петлять. Мелочи на маршрутку по карманам я все же насобирала, поэтому до центра ехала относительно комфортно. Спокойно вышла за одну остановку до места и поспешила скрыться внутри квартала. Пружина внутри начала разжиматься – мне удалось улизнуть. Встречусь с Костей или нет, это уже вопрос удачи.</p></section><section><title><p>8. Лида</p></title><p>8. Лида</p><p>Пробираясь между домами в сгустившихся сумерках, не замечала ничего вокруг, кроме крыши того дома, к которому шла. И зря… В очередной арке кто-то схватил за плечи и зажал рот рукой. – Спокойно. Свои, – хрипло просипели мне в ухо. Сердце сначала зашлось от ужаса, а потом пришло осознание, что план все же провалился. Он с самого начала не выглядел безупречным, но что бы так быстро… Какая-то бешеная ярость поднялась внутри – обида на себя, на Кира, на отца, на обстоятельства. Вцепилась зубами в опрометчиво отнятую от моих губ руку, одновременно лягнула мужчину под колено, не глядя. И рванула вперед изо всех сил. Все же я дочь генерала, основы самообороны знаю, бегаю хорошо. Побег, к сожалению, закончился очень скоро. С другой стороны арки навстречу вышел второй амбал. И как ни пыталась маневрировать в ограниченном пространстве, ничего не вышло. Мужик притиснул к стене, вскоре и второй подхромал. – Врезать бы тебе, – прохрипел, занося руку. – Но шеф не одобрит. Пусть сам разбирается. Но еще учудишь что-нибудь, и я передумаю. Поняла?! Молча кивнула. Папа, конечно, не разрешил бы меня бить, тем более свадьба… Но лично точно выпорет. Пришлось подчиниться и потопать в машину. Отец так вдолбил в мою голову основы самозащиты, что и сейчас не могу отойти от них, хотя и знаю, что мне ничего не угрожает. Может, попробовать убежать еще раз при случае? На помощь звать смысла нет. Это же тренированные бойцы – кто от них защитит? Мне и полиция не нужна. Что скажу им? Папа-генерал замуж выдает? Выпроводят из отделения, едва наведут справки о генерале Третьякове. Что в итоге? Взбешенный отец, которого я ославила среди коллег. Не густо, а главное, совсем не то, что требуется. Удобного момента для второй попытки не подвернулось. Амбалы зажали с двух сторон и начинали дергаться и сильнее прижиматься, едва заверчу головой. Последней каплей стала Костина спина, которую мельком увидела за остановкой. Кого точно не хочу подставить, так это его. Поэтому послушно села в машину и позорно разревелась. Похитители втиснулись в салон следом, молча переглянулись. Тот, что устроился передо мной на пассажирском, вытащил из бардачка упаковку салфеток и протянул назад. Второй запустил двигатель, и мы тронулись. А меня внезапно прорвало – я рыдала и говорила. Не могла остановиться. Рассказала незнакомым мужикам о скорой свадьбе с другом детства и о том, что совсем не хочу этого, но папа заставляет. Не знаю, что еще бы разболтала, но вдруг поняла, что едем вовсе не в сторону дачного посёлка. – Куда вы меня везете? Разве не в Баковку? Папа решил, что дачному заточению конец? Сразу к бабке? Или может в ЗАГС без всяких платьев? Неизвестность напрягала, я испугалась не на шутку. Амбалы тоже занервничали. – Нет, – ответил тот, что за рулем. – Приказ другой был. Я на это притихла и сжалась на заднем сидении. Спросить, какой был приказ? Могут и не ответить, в их обязанности объясняться со мной наверняка не входит. Смолчу, изведу себя предположениями. Решила пока не лезть к амбалам с расспросами, а привести лицо в порядок. Это оказалось непросто – даже минимум косметики, что был на мне, практически смылся, оставив лишь уродливые разводы. Салфеток и времени ушло прилично, а когда снова подняла голову, по пейзажу не сказала бы, что мы все еще в Москве. Типовые новостройки, детские площадки, сетевые магазины и минимаркеты. – Долго еще ехать? – поняла, что хочу в туалет. – Почти приехали, – буркнул водитель. – Успокоилась? Второй развернулся и уставился в упор. – Да, – пискнула, вдруг испугавшись. – Без проблем обойдемся? – продолжил первый. – Да, – волосы ощутимо начали шевелиться на затылке. – А когда папа приедет? Все же надо спросить, паника мне ни к чему. – Не скоро. Он очень занят, какой-то важный контракт. Велел помариновать тебя чуток, пока не одумаешься. – Чуток – это сколько?! – опешила от услышанного. Вот так оставит меня, не пойми где, не пойми с кем?! А о каком контракте речь? Не с Киром, случайно? – Пока не одумаешься, – гоготнул амбал передо мной. – Не одумаюсь! – обиженно надула губы. – Сам пусть замуж выходит, если так сильно надо! Умом понимаю, что несу бред, но как иначе избавиться от сдавливающей тревоги. – Это как-нибудь между собой. Нам пофиг, – заявил водила и заржал. – В туалет хочу, – решила поделиться своими сложностями. – Почти приехали, принцесса. Действительно вскоре остановились около покосившейся одноэтажной развалюхи. Единственный сохранившийся частный дом среди новых многоэтажек. – Туалет за домом, – один из амбалов открыл калитку и указал куда-то во двор. Пошла с неспокойным сердцем и не ошиблась. Удобства на улице, эконом вариант… Кое-как сходила и быстрей обратно. Надеюсь, мы здесь передохнуть остановились. Амбалы все еще трутся у машины – выгружают что-то из багажника. Понятно, вряд ли поедем дальше… Оглянулась на дом, посмотрела вдоль улицы. Фактически пустырь, деревьев нет – убежать будет не так просто, как с дачи. – В дом иди, – окликнул тот, что за главного. Не стала спорить. Может, в доме найду что-то полезное, пока они здесь копаются. Покосившаяся дверь оказалась не заперта, на ней и замка-то нет. Но открылась с трудом, дерево разбухло от дождей. Внутри пахнет сыростью и пылью. Помещение выглядит нежилым и давно заброшенным. Холодно, влажно, пусто. Бегло осмотрелась – стол, мойка, старинный холодильник, не подключенный к сети, кровать с панцирной сеткой за шторкой, колченогий стул и ведро в углу. Все. На столе среди старых газет рассмотрела нож со сломанным лезвием, на автомате сунула его в карман рюкзака. Успела в последний момент. – Как апартаменты? Ты, наверное, привыкла к комфорту? Придется временно отвыкнуть. – Тут электричество хотя бы есть? – спросила, брезгливо морщась. – А тебе зачем? Телефон и интернет все равно под запретом. – Хоть чайник вскипятить, – зябко поежилась. – Чая не будет, – ответил главный и начал деловито разгружать сумку на стол. – Прибери здесь, жрать хочется, – бросил в мою сторону, задумчиво изучая недра бездонной сумки. – Я? – опешила от такой наглости. – А ты здесь еще бабу видишь? – грубо фыркнул второй в ответ. Обалдела окончательно, но занялась поисками тряпки, чтобы протереть ветхую клеенку на столе. Обойтись в итоге пришлось куском туалетной бумаги. Видимо, это все удобства на сегодня. Вот блин! Надеюсь, что только на сегодня… Темнота за окнами окончательно сгустилась. Главный покопался в щитке и организовал тусклую лампочку под потолком. Кое-как сгребла мусор со стола в пакет, старясь ничего не касаться руками. Ситуация нравится все меньше, но документов, денег и супергеройских способностей у меня по-прежнему нет. Амбалы угостили водой и холодной булочкой. Зубы от такой еды сразу начали стучать, что вызвало у похитителей лишь смех. Но мне совсем не смешно – как же мы ночевать здесь будем? Старший будто прочитал мои мысли, окинул масляным взглядом и хохотнул: – Не боись, согреем. Второй заржал следом. – Только попробуйте, – прошипела рассерженно. Подобное меня даже в качестве шутки не устраивает. – И что? Папке пожалуешься? Мужики отменно веселились, наблюдая за моим стремительно бледнеющим лицом. Я же сама с ними поехала и хорошо себя вела… Непоправимость ситуации отозвалась набатом в сердце, ладони вспотели от ужаса. Что делать-то?! – Я хочу поговорить с отцом! Сейчас же! Соскочила с единственного стула так, что тот с грохотом рухнул на пол. – Папа занят, принцесса. Я же говорил. Амбалы продолжили есть как ни в чем не бывало. Мои терзания их явно не тронули. – Плевать! Или звоните сами! Пусть немедленно заберёт меня! – Рот закрой, – меланхолично одернул старший. – Наелась, вали спать. Пока место свободно. Застыла с раскрытым ртом. Что еще сказать? Сделать? А если они, правда, попытаются… Решила не испытывать судьбу. Схватила сумку, сбежала за занавеску. Сжалась в самом углу кровати, нож положила под замусоленную, пахнущую затхлостью подушку. Меня буквально колотит от ужаса. Усиленно прислушиваюсь к тихому разговору, но ничего успокаивающего. Впрочем, и планов на ночь они вслух не проговорили. Но теперь я никак не могу выбросить это из головы. С чего вообще взяла, что они от отца и им не плевать на мое благополучие? Не помню, чтоб похитители утверждали что-то подобное… От кого тогда и зачем я им? Не просто же мимо проходили. Кроме отца и Кира других кандидатур не нашла, как ни напрягала мозг. Кому я еще сдалась?! Разве что врагам отца или Кира… Но заложников не принято обижать вот так сразу. Пальцы ведь не скоро начнут отрезать? Внезапно штору дернули в сторону. Странно, что не услышала шагов. Еще ничего не случилось, а я уже в таком сильном стрессе – не понимаю, что вокруг творится. Ухожу в себя и в ненужные раздумья. Это не дело, надо собраться. Срочно! – Угомонилась, принцесса? – весело проговорил главный и протянул ко мне руку. Не успела испугаться, амбал вдруг замер, закатил глаза и начал падать. Забыла и про нож, и про возможность закричать. Напротив, зажала рот ладонями и широко распахнутыми глазами смотрела, как бесчувственное тело сползает с края кровати. Удар головы об пол вывел из шока, заозиралась по сторонам в поисках второго. Но не увидела никого, только смутную, бесформенную тень около стола. В доме повисла странная, неживая тишина – с каждой секундой становилось все больше не по себе. Прислушивалась изо всех сил, пытаясь понять, что произошло. Уши сразу начали болеть от перенапряжения, я боялась дышать. Казалось, что делаю это слишком громко. А едва прекратила напрягать слух, услышала, что кто-то медленно крадется в мою сторону от двери. Ладони опять вспотели, сердце бросилось вскачь, а фантазия нарисовала самого страшного монстра. В голову полезли городские легенды о заброшенных домах. Ещё и лампочка замигала, практически погружая комнату в темноту. – Лида? – послышалось совсем рядом.</p></section><section><title><p>9. Лида</p></title><p>9. Лида</p><p>Шок моментально сменился сумасшедшим чувством облегчения. Этого просто не может быть! Что он здесь делает?! – Лида? – Кир вынырнул из-за занавески и с беспокойством уставился на меня. – Ты как? В порядке? Кивнула, чувствуя, как слезы катятся по щекам. Кир ногой отпихнул амбала с удивительной легкостью, сел рядом со мной и быстро ощупал с головы до ног. – Порядок, – резюмировал. – Вставай, некогда. Надо сваливать. Одной рукой подхватил меня, поднимая на ноги, другой взял рюкзак. Последнее, что увидела, уходя из этого странного, полуразрушенного дома, были остекленевшие глаза одного из похитителей. Неужели Кир убил их? На крыльце Кирилл завернул меня в свою куртку. Сразу стало удивительно мягко и тепло. Окружил такой знакомый, родной, с ума сводящий запах. Поняла, что вот-вот либо разрыдаюсь, либо грохнусь в обморок. Кир тоже это почувствовал, поэтому дальше почти потащил на себе. До калитки и вдоль по улице. Лишь через два квартала мы остановились у ободранного, видавшего виды уазика. Кирилл открыл заднюю дверь и буквально запихнул меня внутрь. Ноги не хотели слушаться, слезы застилали глаза. – Приляг, – сказал, заняв место за рулем. – Сейчас пройдет. Согреешься, успокоишься. Послушно упала на сидение, сжавшись под курткой любовника. Кир же поспешил развернуться и поехал в противоположную от заброшенного дома сторону. – Извини, что все так. Не до разговоров. Отъедем от города, накормлю и утешу. Молча лежала, наблюдая, как Кир уверенно держит руль. За рельефными мышцами плеча под тонкой тканью лонгслива. До головокружения дышала им – машина другая, не его, слишком много посторонних запахов. Уазик прилично трясло на ухабах, но было безразлично. Хотелось ехать так бесконечно, зная, что дальше лишь любимые руки, любимые глаза и это удивительное чувство безопасности. Сама не заметила, как задремала. А когда открыла глаза, мы все так же ехали. За окном глухая ночь, в машине натоплено и душно. – Можно встать? – прохрипела пересохшим горлом. – Да, конечно. Проснулась? Кир обернулся, чуть притормозив, и протянул мне бутылку воды. Радостно схватила ее и почти опустошила в несколько глотков. – Голодная? – Очень, – поняла вдруг, как пусто в животе. Кирилл кивнул на переднее пассажирское. – Выбери сама что понравится. Заглянула за спинку, а там… Термосумка. Поспешно открыла, протиснувшись между сидениями и вызвав веселый смешок Кира. Внутри нашла быструю еду на любой вкус и термос. Стащила назад умопомрачительно пахнущие блинчики. Вгрызлась в них, чувствуя, как сгущенка течет по губам. Слизнула, потом и пальцами себе помогла, наплевав на гигиену. Не до салфеток сейчас. Уже доедая, поняла, что Кир поглядывает на меня в зеркало заднего вида. Посмотрела в ответ – бледный, губы сжаты. Перевела взгляд на руль – вцепился так, что пальцы побелели. Я что-то не то сделала? – Ты в порядке? – слегка напряглась от увиденного. – В полном, – почти рявкнул. – Вкусно? – Очень, – так и не поняла, в чем дело, и полезла за термосом. Утолив голод и окончательно согревшись, убрала термосумку и пересела вперед. Состояние мое было близко к эйфории – хотелось говорить ни о чем и обниматься. Но с последним точно не выйдет, а поговорить очень надо. – Кииир? – Ммм? – Ты-то хоть скажешь, куда везешь? – Неа, – усмехнулся любовник. Мозги сегодня отказывались работать в принципе, а теперь я прямо-таки зависла, споткнувшись об отказ. – Почему? – спросила, недоумевая. – Это очень тайное место, Лида, – проговорил тоном, которым дети друг другу страшилки рассказывают. – Зайцев, завязывай! – начала злиться. – Какого черта происходит? – Не называй меня так, – поморщился. – Иначе стану называть тебя скучным «дорогая». – Не уходи от темы. – Не могу сказать, правда. Так будет лучше, прежде всего для тебя. И вот тут я обиделась. Серьезно. Одно дело какие-то незнакомые амбалы и совсем другое – Кир. – Все вокруг знают, что для меня лучше, а спросить никто не хочет, – ядовито процедила, скрестив руки на груди. – Хорошо… И чего вы хотите, Лидия Владимировна? – Домой, – выпалила, не задумываясь. – Нельзя, – столь же быстро ответил. – Или так замуж хочется? – Не твое дело, – буркнула, едва сдерживая слезы. – Что-то на моих смотринах ты не объявился. Зачем теперь пришел? Какие-то разногласия с отцом по бизнесу? – А что мне было делать на смотринах? – Кир явно тоже завелся. – Не мне же показывали! А в бизнес не лезь, я тебе уже говорил. Замолчала, продолжая дуться. Что еще сказать? Понятия не имею, где мы, но точно давно в области. Ночь, холод и я снова не знаю, куда меня везут. Да, Лида, добегалась… – Я могу хотя бы позвонить папе? – Я уже сделал это. Он знает, что ты в безопасности. Чудесно. Вот бы и мне такую уверенность. Что я в безопасности. Никакой угрозы от Кира не чувствую, но учитывая, как все запуталось… Его ли это собственная инициатива? И точно ли в моих интересах? Разговаривать больше не хотелось. Просто молча смотрела на волевой профиль в свете встречных фар. Сама не заметила, как опять задремала, но поспать толком не дали. Проснулась от того, что Кир осторожно трясет за плечо. – Лид, вставай. Приехали. С готовностью выскочила из машины в заботливо подставленные руки. Быстро огляделась – кругом темень, время, наверное, давно за полночь. Одинокий фонарь освещает высоченный забор. Такой из металлического гофролиста. Как на закрытых объектах… Света мало, но похоже, жилья здесь и на километры нет. Не могут же все сидеть в темноте. – Проходи, – Кирилл отпер несколько замков, тихо звеня ключами. Впечатлилась. Что у него там? Склад боеприпасов? Секретные документы? Прошмыгнула внутрь и буквально застыла на месте. Хорошо, любовник не заметил этого. Ушел ковыряться в багажнике. Блин, второй раз за день! Чувство дежавю просто сжирает. Правда, между той развалюхой и прекрасным каменным домом передо мной нет ничего общего. Аккуратный двор, освещенное крыльцо, пластиковые окна, спутниковая тарелка на крыше. Надеюсь, удобства внутри. Почувствовала, как леденеют руки. Конец октября – на улице морозно, природа ждет снега. – Пошли скорее, – Кир чуть подтолкнул в спину. Потом обошел и по-хозяйски поспешил к дверям. Почему-то сразу поняла – дом не в аренде и не случайно выбран. Неужели его? Никогда не пытался позвать к себе, а сейчас привез. Почему? Вошла следом за Киром. Внутри оказалось так же здорово, как и снаружи: встроенная кухня, огромная кровать, застеленная шкурами, и парочка дверей в другие комнаты. При виде кровати я покраснела, потому что неприличные мысли тут же возникли картинками в голове. – Что-то не так? – будто специально караулил мою реакцию. – Нет, все хорошо, – натянуто улыбнулась, очень надеясь, что красные щеки сойдут за реакцию на холод. – Можно руки помыть? – Не только руки. Сейчас включу бойлер, помоемся нормально. Кирилл быстро распихал какие-то сумки и мой рюкзак в том числе. Скинул куртку, которая каким-то образом оказалась снова на нем, и пошел к одной из дверей. Из любопытства потопала следом. Ванная. Почти такая же, как в городских квартирах, только очень маленькая. – Здесь все необходимое, – открыл один из ящиков. – Вода согреется минут через десять. Составить тебе компанию в душе? Он не улыбнулся, не подмигнул и вообще не сделал чего-то такого, что позволило бы посчитать это шуткой. Поначалу слегка опешила и просто хлопала глазами. Но быстро взяла себя в руки – надо же ответить. – Можно я одна? Чуть слышный писк не понравился самой и отразился разочарованием на лице Кира. Какого черта вообще спрашиваю о таком?! Имею полное право выставить его вон. Пока не сочтет нужным объяснить, что происходит. – Конечно, можно, – ответил спокойно. – Если что-то понадобится, я за дверью. – Угу, – кивнула, стараясь не выдать полнейшего смятения. Да что со мной? Наверное, просто устала, перенервничала. Нужно отдохнуть и привыкнуть, что я в безопасности. От всего – от амбалов и причуд отца, от мерзких объятий Вадика. Знать бы еще, где эта безопасность географически и почему именно здесь… Умылась прохладной водой, почистила зубы. Потом залезла в душ и кое-как вымылась. Хоть и нашла все необходимое, все равно не очень привычно. Не то же самое, что в отелях. Когда вылезла, поняла свою оплошность – надевать ту же одежду очень не хочется. Тогда что? Подумала пару минут и завернулась в полотенце. Было почему-то крайне не по себе, но с другой стороны, чего Кир не видел? И больше видел. И не только видел… Вышла из ванной и тут же позабыла о собственном внешнем виде. Кирилл, раздетый по пояс, вольготно развалился на диване рядом с кухонным столом. Как же давно не видела его вот таким… Полуобнаженным, опасным и крайне соблазнительным. Автоматически откинула влажные волосы за спину, чтобы поймать и его реакцию на меня. – Помылась? – спросил, не отрываясь от телефона. – Я тут немного начал собирать ужин. Закончишь? – Конечно, – ответила с готовностью, делая вид, что не обиделась на безразличие. – Я тоже в душ схожу, полдня за рулем, – кивнула. – Вон в той сумке под столом есть одежда для тебя. В синей. Кир скрылся в ванной, а я занялась поисками одежды. Хоть одна хорошая новость на сегодня. Вскоре переоделась в джинсы и футболку. Классический крой, спокойные цвета. В целом не мой стиль, но зато размер подошел. Интересно, любовник это сам купил или помог кто? Соня? В памяти тут же завертелись слова отца. И о преступной карьере Кирилла и о его девушке. Я ведь так до конца и не поверила, что она просто подруга…</p></section><section><title><p>10 Лида</p></title><p>10 Лида</p><p>В ванной стих шум воды, пришлось выбросить все из головы и заняться ужином. Кир уже выложил продукты на стол – хлеб, колбаса, сыр, консервы и овощи. Осталось нарезать, подогреть и разложить по тарелкам. Посуда нашлась в единственном навесном ящике. Быстро соорудила бутерброды и засунула в микроволновку. Принялась нарезать огурцы и помидоры – открыть банки самостоятельно все равно не смогу. В этот момент вошел Кир – трикотажные брюки низко на бедрах и полотенце в руках. Быстро взглянула на него и тут же вернула взгляд на еще не порезанные огурцы. Да что ж такое-то?! Неужели так сильно «оголодала» за это время? – Помочь? Кирилл остановился совсем рядом. Так, что могла почувствовать жар его разгоряченного тела. Ммм, как же он пахнет… – Да, банки открой. Молча занялся консервами, а я продолжила усиленно кромсать огурцы. Кир не очень понял мое остервенелое рвение, но лишь удивленно приподнял бровь. Звякнула микроволновка, и я поспешила вытащить тарелку с горячими бутербродами. – Да ты хозяюшка, – прокомментировал любовник, когда поставила ее на стол. Прозвучало почему-то обидно… И почему взаимные подколы больше не работают? Вот совсем не хочется наброситься на него, скорее отдубасить этой тарелкой. – Ну а чего ты ждал? Я же генеральская дочка, – ответила устало. Сил на выяснение отношений совсем нет. – А как же тот восхитительный фирменный пирог? Кирилл сел на диван, взял меня за руку и потянул за собой. Явно рассчитывал, что устроюсь на коленях, но я же упрямая и обиженная – приткнулась рядом. – Это единственное, что умею готовить, – соврала в надежде, что отстанет. – Не страшно, – любовник принялся раскладывать еду, не поинтересовавшись моими пристрастиями. – Научу. Не очень радостная перспектива… Есть не хочется, блинчик был большим и сытным. Все равно взяла вилку и попробовала салат, потом откусила от бутерброда. Вроде неплохо вышло. И Кир молча жует. Пусть только попробует что-нибудь выдать! Не выдал. Смел все с тарелки, поблагодарил и пошел мыть посуду. Не мужчина, мечта. А какая задница… Бесенята в голове осмелели и вовсю расшалились. Так и нашептывают в ухо – «ну же, это ведь твой мужчина, ты же хочешь, просто подойди и обними, погладь, потрогай, имеешь право». Но нашлись среди них и зануды – «не смей, где твоя гордость, пусть сам приползет». Мда… Что делать-то? Тем временем вскипел чайник. Разлила по чашкам кипяток, опустила пакетики. Кир достал из холодильника сладкое. Надо же – мои любимые пирожные. Чуть не расплакалась, глядя на этикетку с названием кондитерской. И ведь заморочился же. Не на свидание вроде ехал. – Спасибо, – прошептала растроганно. – Очень надеюсь на ответные приятности, – прозвучало сухо и по-деловому. Уставилась на наглеца, не мигая. Ответил прямым взглядом. Чувствую, вот-вот и между нами заискрит, но вовсе не от страсти, как раньше. – Спокойный, продолжительный сон присутствует в списке приятностей? – вопрос сопроводила ядовитой усмешкой. – Конечно, дорогая, – ответил подчеркнуто вежливо и деланно спокойно. А в глазах такое вижу, что страшно становится. Допрыгаюсь ведь… Молча попили чай, к пирожным не притронулась. И умиление, и слюнки куда-то сами собой подевались от подобной подачи. Думаю, Кир не всерьез. И не со зла. Просто он такой – привык доминировать и подчинять. И не особо заботится о последствиях своих слов, я ведь всегда моментально забывала колкости. Сразу после первого дикого поцелуя. Но сейчас совсем нет настроения на это. Мой мир рушится, я окончательно запуталась – не понимаю, что дальше. Нужно хоть что-то стабильное. Опора, оплот, надежные руки. А наши отношения изначально складывались иначе. Я была независима, приходила и уходила, когда вздумается. Всегда могла прекратить свидание и уйти. И знала, что не пойдет за мной. Кто ж в здравом уме решит сунуться в квартиру генерала? Теперь все поменялось… И становиться удобной, бессловесной подстилкой я не собираюсь. Злая и расстроенная почистила зубы. Больше никаких гигиенических процедур – хрен Киру, а не секс! Вернулась в комнату и застыла как вкопанная. Со стола убрано, кровать расстелена, Кирилл лежит в кровати, уткнувшись в телефон. Ну и что делать? Просто лечь рядом? Или попросить плед и уйти на диван? Будто разгадал мои мысли: – Ложись, Лида. Тебе отдохнуть надо, выспаться. Неужели я такая предсказуемая? Несмело подошла под пристальным взглядом. На простыне увидела полупрозрачный пакет, а в нем что-то розовое. – Что это? – Пижама. Тебе же надо в чем-то спать. Кивнула и полезла в пакет. Извлекла розово-кружавчатое нечто, которое точно не подразумевает спокойный сон. Разумеется, короткое и открытое. – Извини, я в таком не сплю. Неудобно. Сложила пижаму обратно и убрала в тумбочку рядом с кроватью. – В курсе, что ты спишь без одежды. Согласен, так будет удобней. И снова этот цепкий взгляд без улыбки. Чуть поежилась и помотала головой. – Не сегодня. Ты не против, если лягу в одежде? Она же новая. Могу на одеяло. Кто его знает, какие у него загоны по гигиене… – Ложись нормально. В одежде, так в одежде. И снова уткнулся в смартфон. Присела на самый краешек, потом легла. Повернулась к Киру лицом – хоть посмотреть на него украдкой. Кирилл тоже повернулся – лицо усталое и грустное. Потом выключил потолочные лампы с пульта. Пару минут лежали в тишине при свете тусклого ночника. Потом он потянулся ко мне, зажмурилась будто девственница перед маньяком, но Кир только укрыл одеялом. Затем поцеловал в макушку и снова вернулся к чему-то важному в телефоне. – Спокойной ночи, – прошептала, закрывая глаза. – И тебе. Не думала, что смогу уснуть. Но отключилась мгновенно, разглядывая затейливый узоры на руке Кира. А утром проснулась от уютного запаха чая с травами и легкого ветерка из приоткрытой двери. Кирилла рядом не было, поэтому подскочила как ужаленная и бросилась к окну. Выглянула, стараясь не паниковать раньше времени, и обнаружила и Кира, и источник мерного периодического стука. Любовник рубил дрова. Понятия не имею зачем, печи в доме я не заметила. В джинсах и сланцах, весь блестящий от пота под утренним солнцем. Изо рта вырываются клубы пара – все же конец октября. Невольно залюбовалась – какой же он потрясающий. Низ живота снова заныл, подумалось, что сглупила вчера. Потом вспомнила и все остальное, ещё раз зло глянула на Кира и пошла в ванную. А когда закончила умываться, Кирилл уже поджидал за дверью. – Доброе утро, – процедила вяло. – Доброе, – буркнул, будто и не рад видеть. – Я мыться, чай заварился. Сделаешь бутерброды как вчера? Мне очень понравились. – Конечно, – не смогла не просиять. – Через пять минут будет готово. Пары ласковых слов хватило, чтобы я моментально позабыла обо всех обидах и радостно побежала готовить завтрак. Тем более в ванной нашлась моя выстиранная и высушенная одежда. А что может быть лучше с утра, чем своя родная, чистая одежда? Еще и приправленная заботой от любимого мужчины. Поэтому бутербродов сделала не только горячих, но и обычных. Добавила в последние соус и огурец. В общем, попыталась как-то реанимировать мнение Кира о себе, как о безрукой. Кирилл оценил – съел, похвалил, разулыбался. А я с удовольствием угостилась вчерашними пирожными с чаем. И тоже поблагодарила и улыбнулась. Кажется, все неуловимо налаживается… Не успели доесть и обсудить ерунду, вроде погоды, как Киру позвонили. Разговаривать ушел на улицу. Странно, раньше никогда так не делал. Может, что-то обо мне? Все же есть, что скрывать? Вернулся любовник крайне раздраженным и злым. Молчит, но и так видно. Значит, разговор не из приятных. И мне он ничего, конечно, не расскажет. Но попытаться стоит… Продолжила щебетать, как ни в чем ни бывало. Кир быстро отвлекся от неприятностей, и все вернулось в прежнюю колею. Мы почти нормально провели несколько часов. Потом я отправилась сооружать обед из макарон и тушенки, а любовник занялся делами. Очень хотелось попросить у него телефон, но решила, что у меня будет лишь одна попытка задать правильный вопрос. К реализации очередного дурацкого плана приступила сразу после еды. Сытый мужчина же лучше голодного, хотя с Киром что-то подобное уже разок провалилось… Несколько минут несла ничего не значащую ерунду, а затем спросила то, что казалось главным на сегодняшний момент: – Почему ты здесь, а не в Москве? Папа не любит ждать решения рабочих вопросов. Не очень умно, ведь Кир несколько раз велел не лезть. Но какие еще варианты? – Твой папа сам отменил все переговоры и завернул документы… – рыкнул Кирилл и осекся. Тут же внимательно посмотрел на меня. И не зря, информация дошла мгновенно. У них с отцом не ладится, и вот я уже неизвестно где, заперта в одном доме с Киром. Сложить два и два несложно… – Лида, ты все не так поняла, – тихо проговорил и попытался взять за руку. Отдернула ладонь, словно от ядовитой змеи. – Попробуешь объяснить? – произнесла ледяным тоном. – Или позволишь и дальше строить предположения? – Я ничего тебе не скажу, – отчеканил с каменным лицом. – Но очень жаль, если ты трактуешь все не в мою пользу. – А с чего бы мне этого не делать? Дай хоть одну причину… – пробормотала обиженно и растерянно. Я фактически приперла его к стене, но снова отмахнулся, как от надоедливого насекомого. – Думал, у нас есть такая причина… Кир казался расстроенным не меньше моего, но как же надоело мужское актерство с целью заставить меня плясать под их дудку. Получить такое от любовника оказалось очень обидным и болезненным. И это далеко не первое разочарование в нем за последние дни… Хоть что-то значат для тебя наши отношения, Зайцев?</p></section><section><title><p>11 Кир</p></title><p>11 Кир</p><p>Стою, открываю и закрываю рот и абсолютно не знаю, что еще сказать. Или сделать… Отвечать на ее вопросы не намерен. Выводы, которые она сделала, не зная всей ситуации, мне понятны. Как теперь «отмыться» от этого? И стоит ли? Возможно, нужно вычеркнуть Лиду Третьякову из своей жизни уже сейчас. Пусть обижается, но, наверное, это единственно правильное решение. Почему тогда так погано на душе? А ведь думал, что мое сердце давно обледенело. Что между нами лишь взаимное удовольствие. И оно не очень зависит от личности партнерши. А вот, поди ж ты, в очередной раз готов слюни-сопли вытирать этой девочке… Лида второй день ершится, дуется, пытается язвить, но я вижу, что на самом деле ей страшно. К сожалению, вынужден признать, что наша встреча не получилась такой, как задумывал. Ни слез радости и облегчения, ни безумного секса прямо в машине. И хоть и осознаю, что потрепало ее за тот вечер прилично, все равно свербит где-то внутри. И меня боится, держит дистанцию, не доверяет. А я? Ну не буду же на колени падать с сопливыми признаниями. Рассказывать, как сильно извелся, пока она к свадьбе готовилась. Нет, Лидочке такие мальчики не нравятся. Возраст – ей пока пещерного человека подавай. Главное, не перегнуть. А рассказать все не могу, хоть режь меня. С таким папашей она и так не в безопасности. Мои откровения ситуацию в лучшую сторону точно не исправят. Всю ночь не сомкнул глаз. Лида умильно сопела рядом. Джинсы и футболку снять не пожелала. Как и переодеться в то, что я посчитал подходящей одеждой для сна. Только хмыкнула и покачала головой, глядя укоризненно, как на нашкодившего мальчишку. А что такого? Милая розовая пижамка с кружевами. Закрывает, конечно, мало, но в доме тепло, и я здесь. И очень разгоряченный между прочим… Разлука и так не пошла на пользу моему характеру, сдержанности и уровню агрессии. Пришлось отодвинуться на самый край, но все равно с ума сходил от ее запаха, от близости. И бесился от недоступности. А на утро новые сложности… Сверлим друг друга злыми взглядами. Думал, вот-вот расплачется, а она вместо этого метнулась в ванную. Пошел за ней – не хочу оставлять одну в таком состоянии. – Что ты делаешь? – застыл в недоумении на пороге тесной комнатки. – Вещи собираю. Надеюсь, женская одежда 42 размера тебе не нужна? Могу забрать? – злится, уже даже без обиды. – Лид, здесь жилья и оживленных дорог на пять километров ни в одну сторону нет. Куда ты пойдешь? – Не твое дело, Кир. Или я пленница, и это все же похищение? Задала вопрос, но запихивать одежду в рюкзак не перестала. Значит, не играет, не берет на понт. Блин, ну не серьезно же она?! – Нет, не пленница. Хочешь уйти? Хорошо. Давай отвезу. Сдам отцу на руки. – И будешь спать спокойно? Нет. С чего бы меня должны твои муки совести беспокоить? – Там холодно, – попытался достучаться до здравого смысла, хотя сомнительно, что сработает. – Значительно холодней, чем в городе. Простынешь, заболеешь, не сможешь на занятия ходить. – Я и так не смогу! Я замуж выхожу, забыл?! Никакой больше учебы! Только хозяйство и детишки! Лида зло застегнула рюкзак и протиснулась мимо меня в комнату. Почти бегом бросилась к двери, будто не поверила, что отпущу. Распахнула и замерла на мгновение – сильный порыв холодного, осеннего ветра чуть не сбил с ног. Но вряд ли ее такая ерунда остановит. Бросился за ней, схватил за руку и втащил обратно в дом с крыльца. Вырвала ладонь и взбешенно посмотрела – в глазах слезы, губы закушены. Ждет. Ждет, что сделаю что-то, как-то исправлю все… Ничего лучше в голову мне не пришло – навис над ней, притискивая к косяку, и впился в губы поцелуем. Голодным, остервенелым, требовательным. И не было в этом ни капли игры. Так соскучился, что едва контролирую себя. Но если оттолкнет, отпущу, конечно… То есть не отпущу, а отвалю. Никуда одну не отпущу, не дождется! Не знаю, сколько времени прошло почти в отключке. Пришел в себя, когда очередной порыв ветра, едва не свалил нас с ног. Зло захлопнул дверь ногой, не собираясь и дальше выпускать Лиду из объятий. Не оттолкнула, не обругала, не попыталась вырваться. Только чувствительно куснула за нижнюю губу, которая теперь сладко ноет. Смотрю на нее во все глаза – дышит тяжело, зрачки расширены, щеки раскраснелись. Продолжаю наглаживать нежную кожу – успел залезть под свитер. – Хочешь ругаться дальше? Собственный голос показался хриплым и далеким. Пульс бьется в висках, а в штанах настолько тесно, что даже немного больно уже. – Нет, – с трудом выдыхает Лида и проводит пальцами по моим губам. Прихватываю их зубами и порывисто облизываю. – А чего хочешь? Я, конечно, идиот, но мне важно убедиться, что не принимаю желаемое за действительное. – Трахнуть тебя… Ох, как же заводят грубые словечки в ее исполнении. Хотя казалось бы, куда уж больше. – Ммм, отличное желание. Поддерживаю. Хватаю ее на руки, перекидываю через плечо и тащу на кровать. Как трофей, как добычу, как свою женщину, на которую имею исключительные права. Лидка не смеется, не вертится, а продолжает целовать мою шею, тыкается в нее носом и царапает спину. Все же злится и сильно. А теперь, похоже, и на себя саму, не только на меня. Опускаю на кровать свою ценную ношу и моментально ложусь сверху. Чтобы не сбежала, не улизнула, не передумала. Оставил ненадолго без внимания, и вот к чему это привело. Отбилась от рук, забыла, кто главный – ругается и шипит. И не набрасывается на меня при любом удобном случае. Мое упущение, конечно, сам виноват… Смотрю в полуприкрытые глаза, целую податливые губы, глажу везде, где могу дотянуться. Моя, сладкая, нежная, самая желанная… Что же ты делаешь со мной Лида? Точнее, что уже сделала? Стягиваю свитер с сумасводящего тела, припадаю к небольшой аккуратной груди. Понимаю, что урчу от удовольствия, словно одомашненный кот. Лида полностью сдается на мою милость – подставляется под ласки, постанывает, прикусив губы. Извивается, требуя большего. Окончательно отключаю самоконтроль, желая, чтобы это внезапное перемирие длилось как можно дольше. Включаются совсем другие чувства – сумасшедшие, яркие, чувственные. Оказалось, пока не дорвался до Лиды, до конца и не понимал, как сильно изголодался. Теперь же пью нашу близость, словно живую воду, и бесконечно кайфую. Лидка тоже сегодня особенно дикая, будто соскучилась не меньше моего. Хотя в это трудно поверить, ведь дразнить меня начала еще в машине. Но то, что сейчас между нами, это не про наказание, не про месть и не про секс даже. Нечто другое, незнакомое прежде – трогательное, интимное, сакральное. Эх, Лида, зря ты это, если действительно хотела уйти… После Лидия сладко засыпает прямо на мне. А я все не могу успокоиться, глажу по влажным волосам, сплетаю наши пальцы, продолжаю наслаждаться тонким запахом ее духов. Безумное счастье буквально накрывает – не заслужил, но она снова пошла навстречу. Правда, теперь я вдвойне озадачен – что скажу ей, когда проснется? Ведь будет ждать ответов. Уверен в этом. А рассказать по-прежнему не могу. Диагноз очевиден – эмоции во мне заглушили голос разума. И как это обычно и бывает, к чему-то хорошему подобное вряд ли приведет. Если до злилась, то завтра все может окончательно выйти из-под контроля. Например, моя совесть уже начинает подавать голос. И заснуть этот внутренний диалог точно не даст… Все же задремал и пропустил момент, когда Лида проснулась. Едва сам выплыл из сонного дуомана, увидел неспешные, тихие сборы. Эта поганка, кажется, все же решила сбежать. – Лида, – аккуратно подкрался сзади, пока завязывала ботинки. – Что опять случилось? – Ничего, – обернулась с улыбкой, но не прекратила обуваться. Потом выпрямилась. Какое-то время внимательно рассматривала мое заспанное лицо, потом погладила по отросшей щетине. – Спасибо за чудесные ощущения, но это ничего не меняет. – В смысле? – я действительно здорово опешил от такого заявления. Как это отменный секс ничего не меняет?! Мы же всегда так мирились – почему сейчас не сработало? Да что за напасть опять?! – Кир, я хочу уйти, хоть мне и было очень хорошо с тобой. Всегда было. Но между нами непреодолимые разногласия, и я не готова быть удобной и послушной. – Лид, а ты сейчас точно о себе говоришь? Ждала, что улыбнусь, что это шутка. Но ни один мускул не дрогнул на моем лице. Это она-то послушная и удобная? Можно подумать, если мы проведем здесь еще пару волшебных дней, это что-то кардинально поменяет… – Не смешно, – отрезала решительно. – Хорошо. Иди сюда, – взял за руку и потянул обратно к кровати. – Давай поговорим. Спокойно. Как взрослые люди. Кое-как застелил постель, усадил Лиду, а сам присел перед ней на корточки. Взял маленькие, холодные ладошки в свои. – Мне тоже было очень хорошо с тобой. Всегда хорошо, даже если без секса. Поэтому никак не смогу отпустить тебя одну. Я не буду возражать и уговаривать. Просто отвезу в город, прямо домой. И дело не в чистой совести, уж поверь. – А в чем? – В том, что ты дорога мне. Все же скатился в сопливые признания, достойные латиноамериканских сериалов. Бррр, как же я это ненавижу. – Пойми, Кир… Ты тоже дорог мне, поэтому я никак не могу допустить, чтобы ты отвез меня к отцу. Выпалила на одном дыхании, зажмурившись. Будто так и не решила до конца стоит ли вообще говорить это. – Почему? – спросил медленно, пытаясь самостоятельно придумать хоть одну причину. – Да потому, что отец – страшный человек! – почти выкрикнула мне в лицо. – Ты просто не представляешь, что он сделал с маминым любовником. Она его буквально по кусочкам собирала, жила в реанимации, рыдала не прекращая. Папа любого пережует и выплюнет, кто встанет у него на пути. А ты убил его людей и увез меня. Думаешь, он вот так оставит это?! На тебя же охоту откроют! – Так… Давай по порядку. Во-первых, я прекрасно знаю про твою маму. И очень сочувствую тебе в связи с этим, – на лице Лиды отразилось искреннее недоумение. – Второе, меня пережевать у твоего отца не выйдет. Подавится, даже не сомневайся. И, третье, это были не люди Третьякова. – То есть все же убил? Вот черт, опять вопросы с двойным дном! И снова подловила. – Конечно, нет! – возмутился нарочито сильно. – Очухались через полчасика наверняка. А тебе было бы их жаль? Вру изо всех сил – ни к чему ей подробности. – Не жаль. Под конец я начала догадываться, что их не папа послал. – Рад за тебя. Теперь понимаешь, что действительно существуют веские причины не отпустить тебя одну? – А кто это был? Кому я могла понадобиться? – и взгляд такой до костей пробирающий. – Тем, кому твой отец насолил так же как мне, просто прекратив важные переговоры. И не надо параллелей, пожалуйста, Лида, – попытался прекратить ее мыслительный процесс на эту тему в самом начале. – Я просто узнал, что произошло, и помчался за тобой. А потом привез сюда, чтобы спрятать ото всех. Но если ты настаиваешь, я верну тебя отцу. Но только потому, что уверен – он сможет обеспечить твою безопасность. Если бы сомневался в этом, запер бы в ванной без раздумий. – Почему сразу в ванной? – спросила чуть обиженно. – Хорошо, привязал бы к кровати. Устраивает?</p></section><section><title><p>12 Лида</p></title><p>12 Лида</p><p>Не знаю, как у него вышло, но все же уболтал. Догадывалась, что так и будет, если не успею исчезнуть, пока спит. Не успела. Но сделала все, чтобы он передумал. Рассказала то, что никогда и никому не собиралась говорить. Только отмахнулся, самоуверенный мачо… И подтвердил, что тех мужиков не отец послал. А его враги. Получается, за дачей следили и ждали меня? Откуда им было знать, что сбегу? Наверное, и не знали о наших внутрисемейных сложностях – просто ждали, пока выйду. И как же здорово, что Кир никого не убил. Не такой уж он бандит, выходит. После того, как согласилась с доводами Кирилла, мы быстро собрались. Не забывая горячо целоваться между делом. Восхитительное чувство – снова помирились и пришли к общему решению. А отец? Скажу, что замуж не выйду. Пусть что хочет, делает. Если выгонит, попытаюсь добиться места в общаге. Потом на работу устроюсь. Или возьму академ и переведусь в вуз попроще в следующем году. И почему я так долго боялась самостоятельности? Будет непросто, но только на нашем курсе знаю несколько человек, которые как-то справляются без родительской поддержки. Ну и Кир – если станем дальше встречаться, от голода точно не умру. Он вообще всегда был щедр со мной. Придется засунуть гордость подальше и радостно принимать подарки. Пока обдумывала дальнейшие планы, Кирилл тоже молчал. Только изредка обдавал голодным взглядом и чуть хищно улыбался. Жаль, что все не может быть как прежде. Оказывается, большего и не нужно. Грустно, что понять это пришлось в таких обстоятельствах. Почти доехали до третьего транспортного, когда телефон Кира требовательно завибрировал. Посмотрев на экран, любовник нахмурился, но ответил. Слушал пару минут, потом коротко ответил и отключился. Некоторое время молча стискивал руль, а потом резко крутанул его, разворачиваясь. – Что случилось? – прошептала внезапно пересохшими губами. – Планы изменились, – Кир гонит как сумасшедший, не сводя глаз с дороги. – Почему? – Не могу сказать, но домой тебе нельзя. – Обратно повезешь?! – воскликнула, чувствуя подставу. – Нет, некогда. Отвезу к Софье. Потом заберу. – Когда потом? – слегка ошалела от подобных перспектив. – Поздно ночью или завтра утром. Смотря как быстро освобожусь. – И что я буду там делать? Я видела Софью один единственный раз. И повела себя с ней не лучшим образом – тут же напомнил внутренний голос. – Будешь убеждаться, что мы только друзья, – хмыкнул Кир. – Каким образом? – спросила отупело. В голове полный сумбур – просто не верю в происходящее. Я же уже на год вперёд все придумала. – Просто поговорите. Лид, правда думаешь, что Софья станет отрицать наши отношения, если они есть? – Не знаю… – Ни одна женщина не станет. Зачем? – А других вариантов нет? – всхлипнула я трусливо и жалко. Слезы, которые едва сдерживала с утра, готовы вот-вот пролиться. – Нет. Я тоже не в восторге, но Софье полностью доверяю. Да и искать тебя рядом с ней никто не станет. Взяла себя в руки, проглотила протесты – к чему приведут мои возражения? К очередной ссоре и только. Разве не доверяю Киру? Тем более обещал забрать самое позднее утром. Потерплю общество Сонечки, даже спрашивать ни о чём не буду. Не повез бы Кирилл одну свою девушку к другой. Бред это! Успокоила себя, чем придумала, вытерла выступившие слезы, улыбнулась. – Хорошо. К Соне, так к Соне. Проведу время с пользой. Может, я чего-то о твоих предпочтениях в постели не знаю… Поддевка отлично сработала. Сначала Кир нахмурил брови, потом кашлянул и чуть поерзал на сидении. А в следующую секунду взорвался возмущенным: – Нет, Лида! Только не говори, что ты собралась секс со мной обсуждать. Это же просто за гранью! Да и рассказать ей нечего. Было всего пару раз и очень давно. – Вот пусть сама мне это скажет, – хихикнула чуть слышно. – А потом кто знает, куда разговор свернет… Кир в зеркало полюбовался на самодовольное, мстительное выражение моего лица, потом обиженно пробухтел: – Стерва малолетняя… – Думала, тебе это нравится, – продолжила шалить. – Лид, ну не настолько же. Это ж просто недопустимо! Уже хочется найти другие варианты, но они вряд ли тебя сильнее порадуют. И это мой упертый, самовлюбленный любовник? Хочется засмеяться в голос – все, что угодно, только не обсуждай мое достоинство с бывшей. Умора! – Никаких других вариантов, – все-таки я рассмеялась. – Теперь мне этот нравится. Не ответил. Взял телефон и коротко переговорил, видимо, с Софьей. – Уговорила, поехали, – подмигнул, сбросив вызов. Ну как всегда! Пыталась подловить и сама попала впросак. Со стоном съехала по спинке сидения и почти легла. – Что? И запретных тем нет? – А разве мне есть чего стесняться? – теперь заржал Кир. – Восхищайтесь на здоровье. – Просто нет слов… На самом деле язык не повернется такое с кем-то обсуждать… – Я знаю. Рано тебе еще со мной тягаться, Лида. Показательно надулась, но Кирилл и внимания не обратил. Шуточки тоже прекратились, вскоре разговор полностью сошел на нет. Кир выглядел напряженным, собранным, как хищник перед прыжком. Что же случилось? Отец замешан абсолютно точно, но за него я совсем не переживаю. Выкарабкается. А если нет, значит, это было нереально. Влез в сомнительные делишки сам, поэтому ноль эмоций на его счет. А вот за Кира тревожно. Как подумаю, что может с отцом пересечься, все внутри замирает. Боюсь я папу, бесконтрольно, почти на уровне инстинктов. И сейчас они буквально кричат не отпускать любовника к нему. Не успеваю открыть рот, чтобы выдать очередную глупость, которая не сработает. Кирилл первым начинает говорить: – Телефон у Софьи не проси. Отцу твоему все объясню, как увижу, – ну вот, лишь подтвердил мои опасения. – Во всем ее слушайся. Она в курсе ситуации и будет действовать в твоих интересах. Ну ладно, на самом деле в моих, но это детали. Добавил, заметив скептическое выражение на моем лице. А я поспешила развить тему: – Подозрительная жертвенность для всего лишь подруги. – Какая к черту жертвенность?! – Кир начал психовать. – Попьете чай и ляжете спать. И это если я раньше не управлюсь. Не беси, Лида! – Да я так… – подтянула колени к груди. Мало у нас было ситуаций, когда доводила его до такого состояния. Видимо, все же что-то очень нехорошее происходит. Надо заткнуться. Дальше ехали в тишине. Кир скрежетал зубами и чуть слышно ругался на светофоры, дорожные знаки и «оленей» на дорогах. Я старалась быть незаметной. Наконец, остановились у типовой многоэтажки в совсем новом районе. Кругом строительная техника, дорог толком нет, пылища и шум. Уверена, большинство домов еще не заселены. Когда ж я до Москвы-то доеду… Кир, будто прочитав мои мысли, повернулся и чуть улыбнулся. – Потерпи еще немного. Скоро все наладится. Снова будем радовать друг друга на свиданиях и не станем вспоминать об этом. Внутри от его слов разлилось тепло – не собирается меня забывать вместе со всем этим… Рванула к нему, обхватила за шею и поцеловала. Чтобы знал, что тоже хочу беззаботно встречаться и наслаждаться каждой минутой вместе. Любовник ответил очень страстно, но быстро отстранился. – Не раззадоривай, не нужно, – грустно улыбнулся и погладил по щеке. Потом достал с заднего сидения мой рюкзак и сунул в руки. – Софья вышла. Ждет, – и кивнул куда-то мне за спину. Обернулась. И правда, стоит около подъезда, кутается в пальто. Послушно вышла из машины и пошла к ней. Без особой радости, разумеется… Она тоже не стала делать вид, что соскучилась. Скупо кивнула и попросила подержать дверь. Встала на ее место, а она буквально бегом метнулась к машине Кира. Он все же вышел, хоть явно не собирался делать этого изначально. Софья в ту же минуту повисла у него на шее. Кирилл моментально снял ее с себя, но я все равно успела неприятно впечатлиться ее прытью. Отличные давние друзья – чего б на чужом любовнике не повисеть при случае… Поняла, что сжала зубы до боли, и поспешила отмахнуться от ненужной ревности. Мне с ней еще минимум весь вечер общаться. Софья наконец-то отлипла от Кирилла и вернулась ко мне. Проводили глазами машину и пошли в подъезд. Поднялась за хозяйкой на третий этаж. – Лифт еще не работает, извини, – пояснила она. Только пожала плечами на это – какая разница? Вскоре Соня впустила в уютную, теплую квартирку. Пахло печеными яблоками и ванилью. В единственной комнате почти все место занимала огромная двуспальная кровать. В голову снова полезли непрошенные мысли. Если они друзья, то наверняка Кир бывает здесь… – Пошли на кухню. Чайник только вскипел. Ванная там. Пока раздевалась и мыла руки никак не могла отделаться от чувства неправильности. Будто лезу в чужую постель, подглядываю украдкой в замочную скважину. Не думаю, что Киру пришла бы в голову мысль поручить меня заботам Софьи в иной ситуации. Но случилось что-то, о чем я ни черта не знаю. Кое-как договорилась с собой, задвинула паранойю подальше и пошла в кухню. Соня окинула тяжелым вопросительным взглядом. Видимо, самоуговорами я занималась слишком долго. На маленьком столе стоят две дымящиеся кружки, рядом в вазочке печенье и сливки в молочнике. Все очень красиво и аппетитно. Почему-то вспомнились домашние чаепития еще до того, как мама увлеклась другим мужчиной. – Лид, садись, не стесняйся. Я не сержусь, правда. Когда шла к вам в гости, понимала, что ты меня не слишком радостно встретишь. Опустилась на табурет, взяла чашку и отхлебнула глоток. – Постой, а ты разве знала тогда? О нас с Киром? – Знала, конечно. Он сказал. – Просто думала, что он сам не в курсе, – сглотнула ком в горле. А почему собственно я так думала? Теперь и не соберу… Нет, ну не мог же он вот так? Знать, что увидимся на ужине и не предупредить? Про сотрудничество с отцом, про Соню. Бред какой-то.</p></section><section><title><p>13. Лида</p></title><p>13. Лида</p><p>Посиделки с Соней оказались не такими уж ужасными, как рисовало воображение. Тем более я быстро переключилась на складывание теплого и мягкого. Знал ли Кир и не сказал? Или подружка его что-то путает? А может намеренно вводит в заблуждение… Софья не торопилась завязать разговор, не мешала ломать голову. Я с удовольствием прихлебывала горячий чай, но не польстилась на сладости. Аппетита совсем нет, хотя поесть давно пора. Чашка незаметно опустела – задумалась, что молчание наше уже становится неудобным. И тут в дверь позвонили – коротко, требовательно. Я вздрогнула и испуганно посмотрела на Соню. – Это, наверное, соседка, – она тоже заметно занервничала и скосила глаза на свой телефон, лежащий на столе. – Пойду посмотрю. – Подожди! – порывисто вскочила и схватила Соню за локоть. – Давай не будем открывать. – Ерунда, Лида, – фальшиво засмеялась она. – Пусти, я быстро. Софья вывернулась из моего слабенького хвата и скрылась в полутьме коридора. Оставшись одна в маленькой кухне, выглянула в окно, которое выходит аккурат во двор. Большой черный джип около подъезда не понравился так же, как и странный мандраж Сони. Напридумывать ничего не успела – хозяйка вернулась с незнакомым мужчиной. В тесноте новостройки он показался гигантом – Кир, наверное, также не вписывается в столь маленькие пространства. – Вот она, – Софья вяло махнула рукой в мою сторону. – В целости-сохранности, как и заказывали. Даже чаем напоила. Я вжалась в подоконник и лишь затравленно переводила взгляд с Сони на незнакомца. – Лидия Владимировна Третьякова? – мужчина обворожительно улыбнулся, будто администратор в элитном фитнес-центре. Активно замотала головой, будто это как-то могло помочь. Мужчина вопросительно уставился на Соню. – Да, она это, – устало ответила та. – Кирилл сам привез. Видела ее в гостях у генерала. Так что все точно. Забирай скорей, у меня дела еще. – Куда? – придушено пискнула я. – О, – насмешливо изогнул бровь незнакомец. – Вам понравится. У Сонечки дела, поэтому придется воспользоваться моим гостеприимством. – Кто вы? Почему Кир не предупредил? – Ну не может же господин Зайцев знать все на свете. Так получилось. Меня Зоран зовут. Приятно познакомиться. Губы мужчины изогнулись в змеиной улыбке. И сам он весь какой-то лощеный, слащавый, почти идеальный. Темно-русые волосы безупречно уложены, карие глаза смотрят пронзительно и насмешливо. Меня пробирает до мурашек – этому Зорану "нет" говорят еще реже, чем Киру. Уверена, почти никогда. – А может… Я одна здесь посижу, пока Софья по делам ходит? Я же не кошка, в конце концов, обои не испорчу, в тапки не нагажу. А что еще делать? Ситуация патовая – только под дуру косить и время тянуть. Это не амбалы, которых легко принять за папиных гонцов. Вообще не представляю, кем может оказаться этот Зоран, но идея пойти с ним мне крайне не нравится. Мужчина не рассмеялся и не разозлился в ответ на мой бред, лишь снисходительная улыбка тронула его чувственные губы. – В машине обсудим, чем ты еще лучше кошки. Зоран требовательно протянул руку в мою сторону. Его манера говорить и выражение лица резко изменились. – Соня, – проблеяла я. – Может, объяснишь? В ее сторону я лишь косилась, не отрывая взгляда от руки в перстнях и все сильнее вжимаясь ягодицами в подоконник. Казалось, что если он притронется, то все, конец. – Да, объясню. Только не тебе, а Киру. Скажу, что отошла в туалет на минутку, а ты сбежала. Куда и почему, неизвестно. Нервы, наверное. Столько яда прозвучало в ее словах, что я позабыла о Зоране на секунду и уставилась на Софью. Та, и правда, выглядела очень довольной. Мужчина же моментально воспользовался заминкой, схватил за руку и вытащил из-за стола. – Пустите! – зашипела, пытаясь вырваться. – Лида, успокойся, – спокойно воспринял Зоран мои потуги. – Ты все равно пойдешь со мной. Ногами или перекинутой через плечо. Решать тебе. – Я буду кричать! Хваталась за все, что под руку подвернется, и упиралась ногами в пол, но неумолимо приближалась к Зорану. На руке наверняка останутся синяки, но сейчас меня это мало волнует. – Хочешь кричать, кричи. Дом пуст. Строители уже закончили, а жильцы как-то не торопятся. Но если ты любишь подобные игры… И посмотрел так, что я и сопротивляться забыла. Нет, это уж слишком. Слишком много всего для меня одной. Зоран тем временем посчитал, что подтащил жертву достаточно близко. Как и обещал, подхватил за талию и с легкостью забросил на плечо. Я тоже, как и обещала, заверещала и заколотила по широкой спине. Хоть пиджак помну, больший урон ему вряд ли грозит. Негодяй лишь рассмеялся – весело и беззаботно, будто не похищает меня, а к алтарю несет. Когда поравнялись с Софьей, я сначала попробовала расцарапать ее радостное лицо – она явно наслаждалась моментом. Та отшатнулась, а Зоран развеселился еще сильнее. Когда он сделал еще пару шагов, попыталась лягнуть эту паршивку. Тоже мне подруга! По всей видимости, цели достигла. Сонечка ойкнула, а я получила чувствительный шлепок по попе. – Ай, ай, ай, Лида. Как некрасиво, а еще генеральская дочь. Я на это лишь высказалась непечатно, чем вызвала очередной приступ веселья у похитителя. В коридоре Соня всунула мой рюкзак Зорану, ко мне полезть побоялась. Ведь я снова постаралась оставить на ней следы борьбы, чтобы у Кира логичные вопросы появились при их следующей встрече. Она на это трехэтажно обматерила меня и ловко увернулась. Похоже, в первый раз просто не ожидала такого от девочки-одуванчика. Потом Софья быстро закрыла за нами дверь. Зоран с удивительной легкостью нес меня по ступенькам, не обращая внимания на крики и попытки врезать побольнее. Правда, смеяться перестал. На улице сразу же засунул на заднее сидение джипа. Не зря эта машина мне из окна не понравилась. Перед тем как закрыть дверь, метнул в меня рюкзаком. И пока отходила от неожиданности, сел на водительское и заблокировал двери. – Лида, – выдохнул и внимательно посмотрел на меня. – Мы поедем в Москву. В самый центр. Это тебя порадует? – Очень! – рявкнула, потирая пальцами ушибленный об рюкзак лоб. – Там до папы ближе бежать! – До папы бежать очень не рекомендую. Его не будет дома продолжительное время. На этом Зоран замолчал и отвернулся. Запустил машину, и мы поехали. В Москву! Это просто отлично! Своей прошлой ошибки я не повторю – брошусь к первому же полицейскому, да просто к крепкому мужику. Еще светло, скоро все с работы поедут. Главное место поудачней выбрать. Пока же решила по максимуму делать вид, что смирилась. Забилась в угол, обняв рюкзак. Сверлила взглядом затылок Зорана и отвечала на его немногочисленные вежливые вопросы. Мужчина абсолютно не вел себя угрожающе, не вселял страх, не пытался давить. Вышла бы вполне милая светская беседа, если бы я не переигрывала, изображая жертву. Но внутри царил такой сумбур, что ни на что кроме еле слышного бурчания меня не хватало. Зоран на это снисходительно улыбался в зеркало и иногда подмигивал, если удавалось поймать мой взгляд. Вскоре пересекли третье транспортное, пошли более-менее знакомые места. Станции метро, которые мы проезжали, давали понять, что смогу добраться до дома, если сбегу. В подземке сложно заблудиться, как и поймать кого-то. Камеры, контроллеры, полиция на подхвате. Теперь бы понять, как улизнуть. Ничего лучше в голову не пришло, кроме как заканючить, что хочу в туалет. Любая кафешка подойдет, общественный, на рынке – неважно. Лишь бы люди вокруг были. Но Зоран не поспешил играть в джентльмена, усмехнулся в ответ подозрительно и прибавил скорость. – Потерпи, скоро приедем. Но скоро произошло нечто иное. Если раньше мне казалось, что Кир порой ездит как ненормальный, то теперь первенство в этом перешло к Зорану. Вцепилась в переднее кресло мертвой хваткой, иначе болтало бы по всему салону. От страха в туалет захотелось на самом деле. Надеюсь, мы доедем. Хоть куда – уже не важно, только пусть остановится. Чем ближе к центру, тем сложнее маневрировать огромному джипу в потоке, но Зоран не сдается и едет все так же быстро. Когда въехали в центр, предпочла зажмуриться, а открыла глаза только на щелчок ворот. – Приехали, трусиха, – этот ненормальный чуть слышно засмеялся, загоняя машину во двор. Я лишь обалдело проводила взглядом высокие кованые створки. Пару минут мы неспешно ехали по красивому осеннему саду, а потом остановились у дома. Зоран вышел из машины, передал ключи подошедшему парню в форменной одежде. Потом обошел автомобиль и открыл для меня дверь. – Прошу. Туалет уже заждался. Подала ему руку. Чего уж теперь… Так за руку он и довел до крыльца, потом в холл, затем в гостевой туалет на первом этаже. К моему восторгу шпингалет на двери имеется. По звуку шагов поняла, что караулить рядом Зоран вовсе не собирается. Выдохнула и огляделась. Кое-что раньше заметила, но теперь, глядя в огромное зеркало в золоченой, вычурной оправе поняла окончательно. Кто бы ни был ответственен за мою встречу с Зораном, связался он с ним абсолютно опрометчиво. Как дочь генерала я бывала во многих богатых домах, но подобной роскоши встречать не доводилось. Ни мой отец, ни Кир тягаться с Зораном не смогут. Хотя возможно, этот ненормальный гонщик лишь исполнитель. А с хозяином дома мне только предстоит познакомиться. Это умозаключение не сильно порадовало. Остается лишь надеяться, что здесь мне не причинят вреда.</p></section><section><title><p>14. Лида</p></title><p>14. Лида</p><p>Воспользовалась туалетной комнатой по назначению, потом немного привела себя в порядок. Выгляжу, конечно, неважно. Ни косметики, ни укладки, бледная и напуганная. Но, как и все красивые девочки, я привыкла, что внешность всегда играет на моей стороне, поэтому есть о чем печалиться. Немного здорового румянца и выразительный взгляд не помешали бы. Тем более хозяин дома наверняка в преклонных годах, поэтому и опасаться нечего. Просто миленькая девушка в возрасте внучки. Не знаю, сколько прошло времени, но я все-таки щёлкнула замком. Не сидеть же здесь вечно… Осторожно выглянула в холл. Ко мне тут же поспешил седой, сухонький старичок в такой же форме, что и парень у крыльца. – Мисс, – сказал он с заметным акцентом. – Следуйте за мной. Хозяин ждет вас. А вот и оно самое. Загадочный хозяин. Надеюсь, хоть он пояснит, зачем я здесь. Послушно пошла за стариком, с интересом озираясь по сторонам. Очень красиво. Изысканно, с каким-то неуловимым восточно-европейским колоритом. Так увлеклась разглядывание интерьеров, что не заметила, как провожатый остановился. Врезалась в его на удивление крепкую спину. Тут же отскочила и извинилась. Старик недовольно потер плечо и распахнул огромные двустворчатые двери. С замиранием сердца шагнула в полутемную комнату. Гостиная, накрытый стол, зажженные свечи. Не слишком официальная обстановка, скорее интимная, камерная. – Проходи, Лида, – услышала голос Зорана. – Проголодалась, наверное. На самом деле – да. За окном окончательно стемнело, а кроме пирожков, которые мы с Киром купили в придорожном кафе, и чая от Сонечки, в желудке сегодня ничего не было. Может и хорошо, если удастся поесть до новых знакомств. Медленно подошла к столу, поставила рюкзак на пол и присела напротив Зорана. – Тебе помочь с выбором? Или сама? Что ты любишь? – Так есть хочется, что я на все согласна, – проговорила, сглатывая слюнки и пожирая взглядом содержимое тарелок. Зоран уже ест, поэтому по поводу отравы или чего-то подобного можно не беспокоиться. Наверное… – Вот мясо, рыба, овощи. Что тебе положить? – Я сама, – ответила поспешно. Этого еще не хватало, мы ж не на свидании. Быстро набрала еды в тарелку, не особо заботясь, что обо мне подумает Зоран. Какое-то время мы молча жевали, точнее я так думала. Когда подняла глаза, поняла, что ем только я. Мужчина же напряженно следит за мной, отодвинув приборы и откинувшись на спинку кресла. – Что-то не так? – чуть не подавилась от неожиданности. – Там яд? Или я слишком громко чавкаю? – Нет, – чуть улыбнулся он. – Просто смотрю, как ты ешь. – Прошу прощения за мои манеры… – Все нормально, – оборвал меня. – Ешь, потом поговорим. И я снова сосредоточилась на еде. Когда закончила, похвалила повара и поблагодарила Зорана. Он снисходительно кивнул в ответ на мои потуги соответствовать роскоши и утонченности дома. – Вина? – спросил, внимательно наблюдая за моей реакцией. – Нет, – мотнула головой. – Хорошо. Тогда пойдем. Покажу комнату, поговорим. Зоран встал, легко подхватил мой рюкзак и неторопливо пошел к дверям. – А хозяин когда придет? – подхватилась за ним, побоявшись отстать. – Какой хозяин? – Зоран в недоумении покосился на меня. – Меня дедушка сюда привел. Такой худой, высокий. Сказал, что хозяин ждет. – Дедушку зовут Стефан. Он дворецкий. И лучше не называй его никак иначе. Может обидеться, злопамятен. Женские чары на него не действуют. – Ага, – пропустила все мимо ушей. – А хозяин? – А хозяин – это я. Для тебя просто Зоран. Застыла как вкопанная посреди коридора. Ерунда какая-то… Будь он хозяином всего этого великолепия, неужели не нашел бы кого за мной послать? Зоран только у лестницы понял, что не иду следом. Остановился, обернулся, вопросительно вздернул бровь. – Думал, тебе будет интересно посмотреть, где придется пожить временно. – Пожить? – воскликнула я, и тут же прикрыла рот рукой, насколько громко и неуместно прозвучал мой вопрос. – Я же вроде сказал, что приглашаю в гости. Зоран действительно выглядел озадаченным, будто это самая нормальная в мире вещь – жить в гостях у незнакомца. – Кир обещал забрать от Софьи вечером или утром. Предлагаешь переночевать здесь? – Пусть так. Переночуешь, а там посмотрим. Показалось или при упоминании моего любовника Зоран поморщился как от кислого? Его ответ мне не сильно понравился, но лучших перспектив пока не наблюдается. Поднялись на второй этаж и прошли по застланному ковром коридору. Вскоре Зоран остановился у одной из дверей и открыл ее, пропуская вперед. Шагнула внутрь и слегка опешила от увиденного. Комната выглядела очень девочковой – кровать под прозрачным балдахином, постельное всех оттенков розового, лампы, люстры, светильники, пуфики, диванчики. И пакеты из известных магазинов одежды, сваленные в кучу в центре светлого, пушистого ковра. Замерла на пороге не в силах вымолвить и слово. Такое чувство, что отсюда кого-то выселили буквально вчера, настолько уютно и продуманно выглядит все здесь. Внутри меня истово сражаются чувства восторга и недоверия. Как же красиво! Неужели это для меня? Повернулась к Зорану, который с легкой улыбкой наблюдает за мной. – Нравится? – Очень, – не стала отрицать. – Но мне нужны объяснения? – Что ты хочешь услышать, Лида? – Хочу услышать, с чего бы тебе так стараться для незнакомой девушки. Или тут жил кто-то еще? Вошла внутрь, прошлась до окна, выглянула – границы участка далеко. Выбраться через окно сразу на улицу не выйдет. – Нет. В этом доме женщины постоянно не живут. Так, заглядывают ненадолго… Зоран подошел сзади и тоже выглянул в окно. Видимо, заинтересовался, что меня так привлекло снаружи. – Зоран, мы виделись раньше? – догадка внезапно пришла в голову. Посмотрела прямо в глаза мужчины, он попытался отвернуться, но я шагнула следом за его взглядом. – Виделись. Жаль, что не помнишь. Сжал челюсти, а в глаза так и не смотрит. – Какие-то дела с отцом? Пересекались на встречах с его сослуживцами? Друзьями? Выдавала по паре версий в секунду, пытаясь увидеть ответ на его лице. – Да, кажется что-то такое. Уже не помню точно. Врет, явно все помнит, но не скажет. – А Кир? Его откуда знаешь? Вместе моего отца окучивали? – Что? – Зоран удивленно уставился на меня. – Я не так хорошо знаю русский. – Я говорю, втянули моего отца во что-то нехорошее с Киром. Так? Воспользовалась его растерянностью и решила вызнать все, что возможно. – Никто твоего отца никуда не втягивал! – возмутился Зоран. – Что за нелепые предположения?! – Я про Кира спрашивала, – уперла руки в бока, настрой все еще боевой. – Да, – поморщился Зоран. – Через твоего отца познакомились. Так, все. На сегодня хватит. Осматривайся. Ванная там. Одежда и всякие женские штучки в пакетах. Увидимся утром. Гостеприимный, плохо понимающий по-русски незнакомец скрылся из комнаты с такой скоростью, будто за ним черти гнались. Я же осталась стоять с открытым ртом. Мы ведь толком и не поговорили. Не сдержавшись, зевнула. Поняла вдруг, как устала. Еще утром Кир вытирал мне слезы и обещал, что со всем справится. И вот – я опять неизвестно где, и очень хочется спать. Посмотрела на забавные часы на стене – цветы, блеск, красота. Первый час ночи. Что ж… В ванную и спать. Быстро лечь не вышло. В ванной ждало такое изобилие всяких баночек и коробочек, что я провозилась еще минут сорок. Когда вышла, первым делом заперла дверь в комнату. Потом села прямо на ковер и стала перебирать содержимое пакетов. Моя одежда в непотребном виде, а спать здесь голышом я не рискну. Вскоре нашлась и ночная рубашка – точнее длинная трикотажная майка. Натянула ее на себя, сняв банный халат, выключила верхний свет и нырнула под одеяло. На глаза сразу же навернулись слезы. Соскучилась по Киру, да и тревога за него подтачивает изнутри. Ведь что-то произошло, а я не знаю, чем все закончилось. В порядке ли он? Ищет меня? Может, Соня уже что-то ему наплела. А с отцом что? Почему мне так упорно не рекомендуют появляться дома? Прямо утром потребую у Зорана объяснений! Вот только оденусь нормально и накрашусь. Кажется, он и так не против разговора, только вести себя с ним стоит поспокойней. Так и уснула со слезами на глазах. А утром поняла, что все снова идет не по плану. Тщательно подготовилась к встрече, которая не состоялась. С трудом отыскала хоть кого-то живого в доме. Неразговорчивая девушка в форме проводила в ту же комнату, где мы с Зораном вчера ужинали, и оставила там. Стол был накрыт, в животе урчало, и я решила позавтракать. В процессе ко мне никто не присоединился. После решилась на не самый умный поступок. Пересекла холл и открыла входную дверь. Холодный ветер тут же бросился в лицо, а за спиной возник Стефан. – Мисс, простудитесь, – проговорил он, закрывая перед моим носом тяжелые створки. – Вы позавтракали? Может, нужно что-то? – Где Зоран? – Хозяин уехал. Будет вечером. И замолчал. И что делать? Попросить позвонить в полицию? Рассказать о собственном похищении? Вряд ли это сработает, как мне хочется. Скорее приобрету неприятности с Зораном. Вернулась в комнату. Со скуки разобрала пакеты, развесила и разложила одежду. Расставила на туалетном столике косметику. Рассмотрела все вазочки и статуэтки, почитала журналы, аккуратно лежащие на столике рядом с окном. Интересно, если сказать Стефану, что мне в магазин надо, выпустит? Вряд ли…</p></section><section><title><p>15. Лида</p></title><p>15. Лида</p><p>День тянулся очень медленно. Испробовала несколько способов сбежать. Вариант со срочным походом в аптеку не прошел. Стефан спокойно выслушал мои откровения про женские дни и пообещал отправить кого-нибудь. Вел дворецкий себя при этом настолько меланхолично и непробиваемо, что я никак не ожидала, что через десять минут передо мной окажется аптечный пакет со всеми возможными вариантами решения проблемы. Через час я начала жаловаться на самочувствие и врать, что мне периодически нужна срочная медицинская помощь. Легла в постель, тяжело дышала, закатывала глаза, кашляла и прикладывала руку ко лбу. Примерно через семь минут в моей комнате нарисовался улыбчивый мужчина с увесистым чемоданчиком. Он осмотрел меня, задал множество вопросов, провел разнообразные врачебные манипуляции. Наверняка раскусил обман, но ничего не сказал. Выписал витамины на настоящем бланке и ушел. Спустя пятнадцать минут и витамины, и стакан воды уже были на туалетном столике рядом с кроватью. Стефан сам принес, не выразив ни малейшего неудовольствия по поводу моего поведения. Не человек, кремень. Потихоньку начала побаиваться стать причиной его злопамятности. Если уже не стала… Остаток дня провалялась, отказалась от обеда и прогулки в саду. Нет уж, сами там гуляйте. Заточение, так по полной программе. Чем дольше лежала, тем больше хотелось плакать. Да что ж такое-то?! Почему все так сложно? Хочу домой, хочу к Киру, хочу, чтобы все было как раньше! Не успела скатиться в банальную истерику, как легонько хлопнула дверь. Зоран неторопливо прошел мимо и уселся на диванчик под окном. Окинул внимательным, сканирующим взглядом и усмехнулся. Посмотреть было на что – от скуки я переворошила все аккуратно развешанные вещи и надела на себя первое, что приглянулось. Получилось довольно причудливо – шелковые брюки с ярким рисунком и полупрозрачная удлиненная туника. Этакая восточная принцесска. На кровати с балдахином я, наверное, и вовсе комично смотрюсь. Будто специально готовилась к встрече. – Развлекаешься? – поинтересовался безэмоционально. Уж не знаю, о чем он – то ли о том, что весь дом несколько раз на уши подняла, то ли о странном переодевании… – Приходится, – потупила взгляд. – Никто ж не развлекает. Пригласили в гости и забыли. Стрельнула глазами из-под опущенных ресниц и сама удивилась реакции Зорана. Насколько позволяет судить опыт, этот мужчина неравнодушен к моим женским уловкам. Хотя не такой уж он у меня и богатый, опыт этот… – Извини, Лида. Я занятой человек. Не могу постоянно находиться дома, даже если здесь очень дорогой гость. Или гостья. А здоровье как? Все нормально? Тебе предоставили все необходимое? Судя по встревоженному выражению лица, он это на полном серьезе… Не ожидала. – Все хорошо, – надула губы, будто припоминая, как непросто мне было. – Стефан проявил чудеса гостеприимства. А про себя добавила: «И не придушил. И на том спасибо». Потом мило улыбнулась, подтверждая, что все замечательно. – Поужинаем? Не стала отказываться, в животе уже чувствительно посасывало. Хотя, возможно, скоро и привыкну жить без обедов. Ели поначалу в полной тишине. Я без особого аппетита. Думаю, нервная система все же начала сдаваться. Зоран обеспокоенно поглядывал, как вяло ковыряюсь вилкой в тарелке, и сам почти ничего не съел. Разговаривать не хотелось – к чему все эти вежливые диалоги? Правды он все равно не скажет. Не трогает и ладно. – Не хочешь узнать, зачем ты здесь? – А ты расскажешь? – не испытала особого воодушевления. – Я ведь обещал, что поговорим. – Хорошо. Давай поговорим. Зачем я здесь? Чего ты хочешь? И как долго собираешься держать взаперти? – Лида, ну почему взаперти? – возмутился Зоран. – Тебе же сегодня предлагали выйти погулять. Теплая одежда на любой вкус есть… – Зоран, – невежливо перебила его. – Взаперти, потому что кто-то за меня решает, когда и где я буду гулять. Ты или Стефан, или еще кто-то. Не знаю, не важно. Я просто очень хочу попасть домой. Вернуться к обычной жизни. Встретиться с отцом. Если ты препятствуешь этому, значит, держишь взаперти. – Я пока не могу говорить с тобой о генерале Третьякове, – нехотя продолжил Зоран; моя отповедь явно не пришлась ему по вкусу. – По большей части потому, что сам не до конца понимаю, что происходит. Но я могу рассказать, зачем привез тебя сюда. – Внимательно слушаю, – выдала язвительно. Зоран снова поморщился. Опять я расстраиваю его манерами недостойными генеральской дочери. – Хочу, чтобы ты побыла какое-то время здесь хозяйкой, – проигнорировал мой приоткрывшийся от удивления рот и продолжил. – Я иногда устраиваю небольшие вечеринки, приемы, деловые встречи. Уверен, ты отлично справишься. Со своей стороны гарантирую лучшие наряды, украшения, интересных собеседников и послушание домашнего персонала. – Зачем тебе это?! – не смогла сдержать удивленного вскрика. – Есть же специальные агентства. Актрисы, модели, эскорт, в конце концов! Работать в таком доме многие бы хотели. – А ты? – прямой взгляд в глаза. – А я еще учусь, рано мне работать, – буркнула едва слышно. Опять говорю глупости, лишь бы что-то сказать. Но я, похоже, не только для работы не созрела. Не понимаю, что происходит, не вижу мотивов окружающих, все время запаздываю со своими выводами или вовсе ошибаюсь. – Поверь, не рано. Сейчас самое время, чтобы вырасти. Зоран встал и отошел к окну. Задумчивый, печальный, будто все же кое-что знает и хочет рассказать. Буду обиженно молчать, пока не созреет для откровенности. – Меня не интересуют актрисы и модели, потому что весь этот спектакль, в общем-то, рассчитан на единственного зрителя. Кирилл Зайцев вхож в мой круг общения и периодически бывает в доме. Именно для него ты разыграешь не только хозяйку, но и мою любовницу. А я тем временем буду наслаждаться его бешенством, которое ему придется сдерживать. – Я не стану, – прошептала потрясенно. – Станешь. В противном случае постановка превратится в реальность. – Что? – пискнула испуганно. – Это давняя история, Лида. Не хочу вдаваться в подробности… У тебя сутки, чтобы принять решение. Это все время, которое я даю. Учти, получу желаемое любым способом. Если для этого придется привязать тебя к кровати и насильно сделать любовницей… Что ж, это будет только твой выбор. – Если соглашусь… – Тогда не трону тебя. И никто другой. Этот дом, мое общество и банковский счет будут к твоим услугам. – Как долго это продлится? – Думаю, пару недель. Зайцев довольно агрессивен и плохо держит себя в руках. Много времени не понадобится, чтобы довести его до ручки. – Не хочется тебя расстраивать, но у нас с Киром легкие отношения без обязательств. Да и не отношения даже, просто свидания… Вряд ли его так уж сильно заденет то, что ты задумал. – Ох, Лида, и как девочка из такой хорошей семьи могла согласиться на подобное общение с мужчиной. Он ведь тебе совсем не подходит. Впрочем, уж что-что, а убалтывать молоденьких девушек господин Зайцев умеет. Хотелось возразить, закричать, разбить что-нибудь – Кир не такой! И не убалтывал он меня вовсе! Просто влюбилась, как дурочка, как последняя идиотка! Но Зорану эта информация явно без надобности. – А через две недели? Отпустишь меня? – Отпущу. Но, может, ты и не захочешь уходить… – Выберу для себя карьеру актрисы? – чуть усмехнулась, посчитав подобное предположение бредом. – Насчет твоего отца. Наверное, нужно сказать… Чтобы ты старалась, выполняя наши договоренности. Зоран смотрит пронзительно, с каким-то непонятным сожалением. – Говори, – сердце замерло на мгновение и тут же понеслось вскачь. – Генерал Третьяков под следствием. Его обвиняют в мошенничестве, хищении в особо крупном размере, злоупотреблении служебным положением. И еще несколько пунктов по мелочи. Я, правда, не знаю подробностей, его только вчера задержали. Но мои юристы считают, что генералу грозит серьезный тюремный срок, лишение всех званий, конфискация. Смотрела на Зорана во все глаза и не могла поверить в услышанное. То, чего так боялась после появления Кира в нашем доме, все же случилось. – Теперь понимаешь, что мое предложение не такое уж бесполезное? Ваше имущество опечатают в ближайшие пару дней. Тебе некуда возвращаться, Лида. И не на что жить. Более того, следственные органы тебя активно ищут для дачи показаний. И уверен, не зря. Станешь свидетельствовать против собственного отца? А этот дом вполне может стать твоим на продолжительное время, если пожелаешь найти подход к хозяину. Зоран довольно неприятно улыбнулся и окинул собственническим, оценивающим взглядом. Он что? Все же предлагает заменить спектакль на реальность? Спать с ним за еду и крышу над головой? Соскочила как ужаленная, задетая мною вилка соскользнула со стола и громко звякнула о мраморный пол. – Согласна изображать, кого скажешь. Но не более. Когда в этом отпадет необходимость, я уйду. И мы не будем больше это обсуждать! – не дала Зорану и рта открыть для возражений. – Спасибо за ужин! Почти бегом бросилась к дверям и хлопнула ими с такой силой, что наверняка донесла до Зорана, как сильно взбешена его не слишком завуалированным предложением. Нет уж! Папа-генерал мне вовсе не нужен, чтобы принимать решения, с кем спать и жить. Как раз наоборот – без отца я, наконец-то, смогу стать самостоятельной в этом. Без давления, угроз и навязывания.</p></section><section><title><p>16. Лида</p></title><p>16. Лида</p><p>Как бы ни была зла на Зорана и растеряна от новостей об отце, на утро пришлось приступить к взятым на себя обязательствам. Почему-то верю собственному похитителю. Не знаю, с чего бы. Может, снова глупость или наивность, но верю, что отпустит через оговоренный срок. Поэтому собираюсь постараться. Да и на руку мне это – я ведь страстно желаю, чтобы Кир не потерял интерес. А что подогреет мужчину больше, чем ревность к блестящему сопернику? Скажу потом, что Зоран заставил. В общем-то, это правда. Знать бы еще, какая кошка между ними пробежала. Сам хозяин и без пяти минут мой псевдолюбовник заглянул утром, едва вышла из ванной. Просканировал всю меня, закутанную в шелковый халат. Видимо, чтобы не забывала о его угрозах. Сообщил, что сегодня состоится дружеская вечеринка, и попросил быть на высоте. Понятия не имею, какая в его социальном слое принята высота. Возможно, что и с табуретки не допрыгну. Но пообещала, что сделаю все от меня зависящее. После завтрака в спальне снова нашла кучу пакетов. Перемерила все при участии девушки, которая назвала себя модным столичным имиджмейкером. Она одобрила лишь пару вариантов, остальные вещи забрала с собой. В пять пожаловал модный столичный стилист. Манерный, дерганый парень уложил волосы и сделал вечерний макияж. По-моему, слишком ярко для домашнего праздника, но меня и не спрашивали. Полседьмого пришел Зоран. Наговорил комплиментов, поцеловал руку и преподнес футляр с украшениями. Такого великолепия носить раньше не приходилось, хотя папа и баловал периодически ювелиркой. Ахнула, залюбовавшись блеском драгоценных камней. Зоран понимающе улыбнулся и помог надеть колье. Потом взял под руку и повел в гостиную. – Кир там? – остановилась, едва спустились с лестницы. – Еще нет, – усмехнулся Зоран. – Он должен увидеть тебя во всем великолепии, с лучшего ракурса. – Что он тебе сделал? – так много ненависти прозвучало в его словах. – Не мне, Лида, – коротко ответил и потянул за собой. Вечеринка началась довольно скучно. Немолодые, занудные господа, бесконечные разговоры о ценных бумагах и предметах искусства. Не то чтобы я ничего в этом не понимаю или не интересуюсь. Понимаю, конечно, на финансах же учусь. Да и на выставки люблю ходить. Только вот слово «вечеринка» у меня с другими темами ассоциируется. Зоран, кажется, самый молодой здесь, не считая прелестных спутниц его гостей. Девушки, все как одна, молоденькие, хорошенькие и прошедшие через пластических хирургов. Им тоже явно скучно, но они стоически демонстрируют интерес. Чтобы чем-то заняться начинаю подражать их реакциям, и делаю это до тех пор, пока не замечаю в глазах Зорана веселых бесенят. Он явно наслаждается моими потугами выглядеть пустоголовой куклой. Поняв, что заметила его реакцию, тут же мягко прервал очередного собеседника и обратился ко мне: – Лида, милая, а что ты думаешь о росте Доу-Джонса в этом квартале? Пришлось резко переключиться в режим ботаника и ответить. Сначала мужчины слушали с выражением легкого снисхождения на лицах, потом начали потихоньку возмущаться. Под конец моего выступления завязалась горячая дискуссия, в которой яро защищала свою точку зрения, не собираясь уступать возрасту и опыту. В конце концов, я здесь для развлечения гостей, и, кажется, получается неплохо. Джентельмены напрочь позабыли о собственных спутницах и буквально засыпали вопросами. Понимаю, им просто увлекательно смешны выкладки теоретика-недоучки, ведь биржи в практическом смысле меня совсем не интересуют. Ликбез по фондовым индексам был прерван появлением очередного гостя. Зоран отвлекся, а потом и вовсе отошел от кружка, который организовали вокруг меня спорщики. Без хозяина разговор быстро стих, мужчины разошлись, и я увидела Кира. Он меня тоже. Они с Зораном как раз приветственно пожимали друг другу руки. Я же только чуть улыбнулась, глядя на возлюбленного. Он едва кивнул в ответ. Очень скоро вечеринка продолжилась – подали закуски, рядом с заранее установленным оборудованием появилась обворожительная скрипачка. Зоран принес мне тарелку с канапе, рулетиками, тарталетками и бокал шампанского. – Выпей, Лида. Ты слишком напряжена. Мы же пока ничего предосудительного не делаем. И подмигнул столь игриво, что я чуть не подавилась, потому что уже успела последовать его совету. Кир тоже вел себя так, будто ничего не случилось. Все сорок минут, что он беседовал то с Зораном, то с гостями, то флиртовал с девицами, которые радостно поглощали его внимание. Прекрасно их понимаю – мышцы подчеркнуты белоснежной рубашкой, ворот небрежно расстегнут, в манжетах поблескивают запонки, а восхитительная задница обтянута тканью черных, строгих брюк. Кто сказал, что Кирилл Зайцев комично смотрится в деловых костюмах? Не знаю, где тогда были мои глаза. Сейчас же остается только скрипеть зубами от злости и не обращать внимания на жар внизу живота. Еще и Зоран – нет-нет, но посмотрит хищно в мою сторону. Проверяет, не слишком ли залипла, разглядывая собственного любовника. Как бы ни досталось потом за чувства, которые не в силах скрыть… Зато у Кира с этим явно никаких проблем – даже поздороваться не подошел. Словно я мебель, а не его любовница, которую он крайне опрометчиво оставил на попечение "друга". В конце концов, даже Зоран обратил на это внимание. – А ты была права, Зайцев не дрогнул. Даже и не смотрит на тебя. – Сожалею, что твой план провалился, но я честно сделала все, что требовалось. Можно мне домой поскорее? – К тебе никаких претензий, Лида. Если еще на его задницу пялиться перестанешь, вообще отличный вечер будет. Черт! Заметил… И высказаться не постеснялся. – Ты что-то напутал. Приличные девушки не пялятся на чужие задницы, – проговорила, притворно обидевшись. – До приличной тебе далековато… Но мне ты и такой очень нравишься. Не знаю, что напрягло больше – комментарий по поводу моего не идеального девичьего поведения или внезапное признание в симпатии. – Зоран, не следить за словами при даме – тоже не слишком по-джентельменски. Уколола, как смогла. Вряд ли чувствительно. Зоран же в ответ прочувствовано заглянул в глаза, потом взял за руку, коротко извинился и поцеловал мою раскрытую ладонь. Мурашки побежали по спине. Никто никогда не вел себя так со мной. Несмелые ухаживания нетерпеливых сверстников и бешеный нахрап Кира – вот и весь мой опыт. Зоран совсем другой. Полагаю, играет со мной и дальше будет, пока нужна зачем-то, но как же чертовски приятно. Приятно чувствовать симпатию, заинтересованность и полное отсутствие давления в сексуальном плане. Пожалуй, такая неспешная игра могла бы меня зачаровать до безотказного состояния, если бы считала себя свободной. В этот момент за головой Зорана я пронаблюдала очаровательную картину. Одна из девушек, воспользовавшись отсутствием собственного кавалера, уселась на колени к Киру. Он не растерялся, приобнял ветреницу и заговорил ей что-то в самое ухо. Девица в ответ громко, переливчато рассмеялась. Красивая, яркая, уверенная в собственной неотразимости и знающая, чего хочет. Кириллу явно нравится, ведь его руки ползут по ее спине все ниже. Смаргиваю слезы, перевожу взгляд на Зорана. Он чуть улыбается, продолжая сжимать мою ладонь. Сама не понимаю, что делаю – резко наклоняюсь и мимолетно целую его губы. Которые, кстати, с готовностью приоткрываются навстречу. Также быстро отшатываюсь, прячу глаза, пытаясь привести чувства в порядок. Очень хочется сбежать из гостиной, из этого дома, но гашу порыв внутри. Мое дело – сидеть здесь и улыбаться. Не стану больше смотреть на Кира, а то неизвестно, чем вечер кончится. Особых затруднений с выполнением задуманного не возникает – Кирилл уходит спустя десять минут. Один, поэтому не могу сдержать вздоха облегчения. Зоран не отходит от меня больше ни на шаг и тихо хмыкает на эту ревнивую реакцию. Наш нелепый поцелуй горчит на губах, и мне ужасно стыдно. Вскоре расходятся и остальные гости. Девица, оседлавшая Кира у всех на виду, уходит, держа под руку немолодого спутника и щебеча что-то веселое. Вот же дамочки бывают… Мы с Зораном остаемся вдвоем, не считая прислуги, торопливо убирающей со столов. Усиленно мну салфетку в руках и, кажется, вот-вот сгорю со стыда. Отомстила Киру, а теперь-то что? Зоран не торопится прояснять ситуацию. Просто сидит, откинув голову на спинку кресла и прикрыв глаза. Готова спорить, подобные вечеринки его сильно выматывают. – Дело в женщине? – неожиданно для самой себя спрашиваю. Предположения со вчера вертятся в голове. А сегодня я превзошла по глупости и эмоциональности себя саму, так что хуже уже не будет. Некуда… – Возможно, – ответил Зоран, не изменив позы и не открыв глаз. – Зачем тебе мстить Киру таким образом? Увел девушку, невесту, жену? – А тебе зачем? – поднял все-таки голову и уставился на меня. – Не понимаю, о чем ты, – смешалась моментально. – Просто решила подыграть тебе, так сильно домой хочется. – Правильно понимаю, что информацию об отце ты предпочла проигнорировать? – Просто хочу ее получить от тех, кто точно в курсе, что происходит. Если это будут следователи – пусть, я все равно ничего о делах отца не знаю. – Поверь, ты знаешь достаточно, просто пока не понимаешь этого. Что ж… Пусть следователи расскажут, не хочу делать тебе больно. – Значит, отпустишь? – шепчу с бешеной надеждой на утвердительный ответ. – Ты же сам видел, что Киру безразлично. Или ты не сказал ему? Внезапная догадка пронзила. Вдруг все было напрасно, и Зоран ничего не сказал, а Кирилл и спрашивать не стал. – Не сказал, незачем. Бриллианты за полмиллиона долларов из запасников Эрмитажа на кого попало не надевают. – Не думаю, что Кир так хорошо разбирается в драгоценностях. – Поверь, Лида, этот гарнитур он узнал бы и в полной темноте. Все прошло так, как и задумывалось. Даже лучше. Спасибо за вечер. Проводить тебя? Зоран встал и вопросительно и чуть печально посмотрел на меня сверху вниз. – Можно я еще немного посижу? – идти с ним в собственную спальню почему-то очень страшно. – Конечно, – улыбнулся. – Если заблудишься, попроси кого-нибудь проводить. Кивнула и облегченно выдохнула, едва он отвернулся. Ответом мне стал веселый смешок.</p></section><section><title><p>17 Кир</p></title><p>17 Кир</p><p>Не могу поверить, что моя девочка… Моя воспитанная, чувствительная, нежная девочка сидела там, словно кукла, обвешанная вульгарными украшениями. Как далеко пошел Зоран, чтобы заставить ее участвовать в этом? Не верю, что сама. Не верю, что спит с ним. И этот нелепый поцелуй – лучшее доказательство. Ревнует и тут же безголово реагирует. За подобные методы Лидка у меня еще получит! Но главное, я понял все, что было нужно. Перестарался Зоран. А ведь разговаривали об этом. Все объяснил. Ну, не виноват я, что жизнь его сестры пошла под откос! Сама решила уехать из России, сама замуж вышла за какого-то слизняка. Мы и общались с Янкой вплоть до того, как начала уходить в продолжительные запои. Я, как и Зоран, умолял ее тогда взять себя в руки и лечь в клинику. И, конечно, развестись. Где связь с нашим коротким, несерьезным романом? Ну, было. Мы этого и не скрывали ни от кого. Потом разошлись. Ей двадцать пять годочков стукнуло на тот момент. Как я могу отвечать за поведение взрослого человека? Тем более после окончания интимных отношений. Не понимаю… Точнее, понимаю, что у Зорана все еще болит. Но к чему втравливать в это Лиду? Пытаться топтаться на моих чувствах? Я и так из-за Янки по-прежнему переживаю. И стараюсь с Зораном по старой памяти поаккуратней. Но он сам нарывается, и, безусловно, ответит. Особенно если Лиду хоть пальцем тронет. Софья… Именно она на сегодня мое самое большое разочарование. Ее предательство, а не игры в ревность-месть с Зораном и Лидой. Как смогла? Так подставить, врать в глаза, рисковать Лидкой. Ведь знает, что Зоран, несмотря на внешний лоск и вежливость до тошноты, вовсе не безобиден. И имеет зуб на меня. Правда, до этого момента я и сам не догадывался, насколько этот зуб большой. Но Софью это не оправдывает. И момент-то выбрала крайне неудачный. Будто специально выжидала, чтобы воткнуть нож в спину. Жаль, но пока никак не могу ее найти. Думал, что и она в гостиной у Зорана прячется, но нет. Сбежала в неизвестном направлении, лишь записку оставила, что понятия не имеет, где Лида. Мол, сама ушла, она не при делах. Ага, так я и поверил. Не учла Софья одного момента – частенько ее в последнее время в компании Зорана видели. Если б я только мог подумать, что ему Лида понадобится… Лежу на своем продавленном диване. Лидии безумно не хватает. И дело даже не в том, что наша следующая встреча будет проходить в формате «грандиозный скандал – сумасшедшее примирение». Просто нужна рядом, чтобы быть уверенным, что с ней все в порядке. Тем более ее папаша увяз окончательно и теперь ей не заступник. Придется, конечно, все рассказать. Но хотелось бы не сразу. Хотелось бы иметь хоть немного времени, чтобы приласкать, успокоить, убедиться, что все еще моя. А потом уж придется… Знаю, будет буря. Возможно, не скоро простит, не захочет видеть какое-то время. Может, даже уедет из Москвы к родственникам. Буду пытаться, извиняться, объясняться и надеяться, что поймет. Осознает, что не мог иначе. Ведь правила для меня написаны давно, и не мной, конечно. А вот она не вписалась. Но я сделаю все, чтобы убрать все противоречия между нами… Утром на работу полз еле-еле. Полночи не мог уснуть – все думал, как там Лида. Неуловимо напрягает, что она в доме этого сербского ловеласа. Зоран меня винит в том, что сестра по наклонной пошла, а сам столько сердец разбил… Не сосчитать. И все, конечно, российских юных дурочек. Видимо, в разных странах девичьи сердца имеют разную ценность. Толком не позавтракал. Не лезет. Едва успел поздороваться со всеми, вызвали на ковер к начальству. Там долго рассказывали, какой я урод и как все запутал. Да разве ж это я запутал? Само оно как-то. Знать бы теперь, как распутать… Порку моей задницы прервало срочное сообщение от внешнего наблюдения. Софью засекли в городе! И двигается она, судя по всему, прямиком к дому Зорана. Вот ведь стерва!!! Пришлось быстренько попрощаться со злющим руководством и собираться на выезд. Не скажу, что такой поворот меня сильно опечалил. Торопились, как могли, а перехватить Софью не вышло. Успела скрыться за воротами. С другой стороны, даже хорошо – тихо уже не выйдет. Заодно и Зорану нервы потреплю, и Лиду вызволю. Все же верю, что не по своей воле там оказалась и остается. Начальство меня, конечно, пуще прежнего отымеет – обожаемого сыночка посла иностранного государства трогать не рекомендуется. Но вся эта ситуация так достала, что убить трех зайцев одним выстрелом кажется очень привлекательной перспективой. Ничего, запасусь вазелином. Зато Лида будет рядом, в безопасности. Отдаю приказы один за другим. Подчиненные крутят пальцами у висков. Не бойтесь, все возьму на себя. Наружное наблюдение тоже оказалось не в восторге от моих планов, но я велел им заткнуться и прикрывать. Штурм, так штурм, у меня все основания на руках. Софья совершила достаточно, чтобы выцарапывать ее откуда угодно, не особо беспокоясь о методах. Хотелось бы, правда, короткого неофициального разговора, прежде чем она получит по заслугам. Друзей я привык вычеркивать из жизни, но подобный удар в спину получаю впервые. А ведь клялась, что любит. И вот цена ее любви. Променяла на возможность отомстить. На что рассчитывала, не понятно. Неужели на Зорана? В каких они на самом деле отношениях? Спала с ним и продолжала лезть ко мне в штаны? Мерзко, не ожидал. Хотя… Что ей теперь? В монастырь уйти, если не отвечаю взаимностью. И не отвечал никогда. Был в моей жизни момент столь паршивый, что поддался, дал слабину. Очень хотелось ласки. Не столько секса, просто чтобы сопли кто-то утер. И Соня не упустила своего и ролью жилетки не ограничилась. Стыдно на утро было ужасно. Второй раз случился только из-за нежелания, чтобы дама почувствовала себя однажды использованной. В итоге «встречались» мы где-то пару месяцев. И всего четыре раза были близки. Софья почти моя ровесница, но в этих вопросах выглядит значительно более незрелой, чем даже Лида. Вот та – все прекрасно про нас понимает. Точнее с моей стороны все давно не мимолетно и несерьезно, но Лидка до сих пор очень трезво оценивает наше общение. Не падает в лирику и сахарные сопли. Придется подробно объяснить ей, что к чему. И этого разговора я, пожалуй, боюсь еще больше. После всего имеет полное право оттолкнуть, посмеяться, прогнать. Звонит начальство. Трубку беру, одновременно разворачивая конфету. Шуршу фольгой рядом с ухом и ору при этом как ненормальный, что ничего не слышно. На том конце тоже орут, очень громко и крайне непечатно. Кто-то донес о моих планах. Да и похрен… Я ничего незаконного не делаю, все по протоколу. Так что – всего хорошего, товарищ полковник, до связи. Сам потом позвоню. Отключаюсь и интересуюсь у подчиненных, прибыли ли коллеги из смежных подразделений. Да, планирую устроить Зорану настоящий ад – полный обыск. И очень тщательный. Искать будем все – наркотики, произведения искусства неизвестного происхождения и подделки, санкционные продукты, незаконно удерживаемых и объявленных в розыск людей. В общем, к Лиде и Софье я ему еще и всеобщий геморрой организую. Задолбаются с папашей переписываться с соответствующими органами. А попытаются мстить, и вовсе на родину отправятся. Компромата у меня хватит. Даже по делу генерала Третьякова достаточно набралось. Думаю, и сами это понимают. Иначе вряд ли решились бы на похищение человека. Забыли немного, что изначально я мужик с пистолетом и только потом вежливый дяденька в белой рубашечке и запонках. Минут десять, и все на местах. Даже кинологи с собаками. Эх, повеселимся… Только бы Лида не пострадала. Надеюсь, ума хватит забиться куда-нибудь и пересидеть. Впрочем, приказы раздал с учетом, что сам в первую очередь за ней пойду. Потому что как бы там ни было, но оружие в доме есть наверняка. И немало. Только я на него ставку не делаю – все бумажки, уверен, тоже есть. Снова звонит телефон. Софья… Застываю с вибрирующим аппаратом в руке, подчиненные начинают растерянно переглядываться. Нет уж, к черту! Знаю я эти уловки – скажет, что не понимает, как так вышло, пригрозит сделать что-то с Лидой или наоборот пообещает, ничего с ней не делать. Но если я этого не услышу, то не стану принимать решения исходя из слов предательницы и преступницы. Решительно сбрасываю звонок. Осматриваю своих ребят, которые замирают под взглядом командира. Как и каждый раз, истово молюсь про себя, чтобы вернулись все. И заранее принимаю на себя этот грех – их ранения, душевные раны, потери. С Богом! Штурма не получается. Ворота открываем отмычками, рассредотачиваемся по саду, заходим в дом через главный вход. Тут не заперто. В холле натыкаемся на старика в форме с посольскими вензелями. Дедок вылупляет на нас глаза и роняет поднос с пустой посудой. Под звон семейного фарфора мы с ребятками по-идиотски переглядываемся. Настолько не ждали? – Все нормально, – зачем-то пытаюсь успокоить деда. – У нас постановление есть. Хозяин дома? Старик мелко трясется и утвердительно кивает головой. Прошу медика отвести его в укромный уголок и привести в чувства. Еще инфарктов на захвате не хватало. Осматриваюсь по сторонам. Хотя зачем бы, вчера здесь был. И много раз до этого. Не нравится мне эта тишина, ох как не нравится…</p></section><section><title><p>18 Лида</p></title><p>18 Лида</p><p>Утром проснулась разбитой и заплаканной. Снился Кир. Уже раскаиваюсь во всем, что вчера натворила. И далеко не все могу прикрыть банальным "меня заставили". Кирилл наверняка вел себя так, потому что Зоран не ожидал ничего подобного. Возможно, и для того, чтобы мое положение не ухудшить. Кто знает, как далеко зашел бы Зоран, поняв, что Кир не в восторге от моего присутствия. С другой стороны, как вспомню ту девицу у него на коленях, так кажется, что мало вчера себе позволила. На завтрак не тороплюсь. Аппетита совсем нет, подташнивает слегка. Да и с хозяином дома не очень хочется пересечься. Что я ему скажу? Прости, Зоран, я просто ревнивая дура? Так и есть, конечно, но рассказывать об этом во всеуслышание совсем необязательно. Но все же сама его поцеловала… Сходила в ванную, кое-как привела себя в порядок. Заболеваю что ли? Или после стресса наступает апатия? Может, вчерашние витамины и пригодятся. Оделась максимально просто и непривлекательно, краситься не стала совсем. Хватит с меня этих игр. Еще какое-то время отчаянно искала, чем заняться. Но без телефона или ноутбука это не так просто, как выяснилось. А когда уже собралась спуститься в столовую, вдруг услышала странный звук. Будто где-то разбили сразу целый сервиз. Учитывая, как в доме было тихо до этого, прозвучало тревожно и странно. Рванула к дверям – зачем не знаю. Хотя бы выгляну с лестницы, посмотрю, что случилось. Но выйти из комнаты не получилось. Едва сунулась в коридор, столкнулась с растрепанной Соней. Без разговоров она затолкала меня обратно, от растерянности ни о каком сопротивлении и речи идти не могло. Паршивка тихо прикрыла за нами дверь и приложила палец к губам, прося и меня соблюдать тишину. Интересно, с чего я должна ее слушаться? Подумала и открыла рот, чтобы заорать. Софья бросилась ко мне с поразительной скоростью и зажала рот рукой. Начала отчаянно отбиваться – теперь между нами нет Зорана, сейчас она получит за все. Неожиданно Сонечка оказалась очень сильной и с легкостью дала отпор. Повалила на ковер, сама села сверху, наклонилась низко и яростно зашептала прямо в лицо. – Думаешь, тебя кто-то спасет? Придет как за принцессой в башне? Не будь идиоткой, Лида! Мы не в сказке! – Это Кир?! – вывернулась, цапнув Соню за палец. – Слезь с меня! Пусти! Изо всех сил ворочалась под этой ненормальной. К чему теперь удерживать меня? Кирилл здесь, он за мной пришел и точно перевернет весь особняк. – Уверена, что твой любовничек такой особенный? Да ты ничего о нем не знаешь! Он такой же мент, как и твой отец! А уж людьми пользуется похлеще Третьякова. Я ведь тоже когда-то была дочерью почти генерала и ступенькой к повышению для Кирилла. Точнее и не Кирилла вовсе. Его иначе зовут на самом деле, но он ведь тебе не рассказал об этом? Перестала вертеться, пытаясь осознать услышанное. Что значит мент? Мой отец – не единственный военный в его окружении? И даже имя другое? Звучит крайне ошарашивающе, но вовсе не невероятно. Кирилл всегда был для меня закрытой книгой. Теперь она немного приоткрылась. И хоть источник не слишком надёжный, я уже готова расплакаться. – О чем ты? – еле прошептала, горло перехватило от подступающих слез. Выползла из-под Сони, потому что она больше не удерживала, получив мое безраздельное внимание. – Его Андрей зовут. Андрей Крайнов. Он майор УСБ. Расшифровывать надо? – Нет, – помотала головой, а потом яростно потерла глаза. – Подстава для твоего отца, не так ли? Вот и с моим так произошло. Генералом стать не успел. Я тогда была влюблена в молодого опера, как кошка. Не понимала, что он меня использует, чтобы побыстрее отца закрыть. И как видишь, до сих пор пользуется. Между прочими генеральскими дочками. Беги от него, Лида, со всех ног беги. Иначе однажды проснешься тридцатилетней, одинокой и зависимой. Мы сидели рядом на ковре. Я обняла собственные колени, а Соня внимательно следила за мной. Ожидала, видимо, какого-то подвоха, но я оказалась столь раздавленной услышанным, что все прочее было безразлично. – А ты зачем пришла? Просто рассказать мне? – горько усмехнулась, потому что и так знаю ответ. – Не уходи с ним. Не делай, что скажет. Но и не сопротивляйся в открытую, проиграешь. И отца посадить поможешь. Скажи, что хочешь остаться здесь, с Зораном. Он защитит. И рано или поздно найдет способ помочь. В этот момент снизу послышались звуки борьбы. Мы обе вздрогнули, но остались на месте. Еще через пару секунд дверь в комнату сорвало с петель. В проеме стоял Кир в бронежилете и шлеме. В руках пистолет. Такой же, как лежит в тумбочке у отца. Смотрела на бывшего любовника во все глаза и не понимала, как не заметила всего этого раньше. У них с папой действительно много общего – выправка, походка, манера говорить порой. Вот только отец слишком давно в кресле отсиживается, но на свадебной фотографии он в такой же великолепной физической форме, как и Кир сейчас. Или Андрей. Он тоже замечает нас и первое, что делает, это поднимает ствол и выпускает две пули в Соню. Она с коротким криком падает на спину, зажимая раны на руке. Кровь моментально окрашивает рукав ее светлой куртки, я же лишь наблюдаю за всем этим, словно в замедленном кино. – Лида, ты как?! – в следующую секунду Кир опускается на колени рядом со мной. Осторожно ощупывает, краем глаза не забывая приглядывать за корчащейся на полу Софьей. Киваю в ответ, говорить не могу. – Надень что-нибудь на себя. Там холодно. И забери свои вещи, – коротки и понятно командует. Снова тупо киваю, встаю, забираю с дивана куртку и рюкзак и возвращаюсь к нему. Он все это время что-то тихо и угрожающе говорит Соне. В ее глазах страх и слезы, он злится. Впрочем, Кир быстро замолкает, берет меня за руку и ведет вон из комнаты, по лестнице вниз. В необычно многолюдный холл. В центре Зоран, окруженный вооруженными людьми. Руки в наручниках, бледный и рассерженный. Волосы растрепались, одежда в беспорядке. Я вообще не знала, что он дома. Увидел меня, дернулся. За ним движение повторили и охранники. – Лида! – крикнул, пытаясь привлечь мое внимание. – Не уезжай с ним! Останься! Тебя здесь никто не обидит. Я оплачу лучших адвокатов для твоего отца. – Не надо, Зоран, – ответила, когда мы поравнялись. – Со мной и с отцом все будет в порядке. Даже если это значит, что папа получит по заслугам. Киру-Андрею я вполне доверяю в плане собственной безопасности, но вот сама доверяться ему больше не собираюсь. И даже не скажу, что знаю про него от Сони то, чего никогда мне не рассказывал. Сделаю вид, что она пришла просто поугрожать. Не думаю, что успела рассказать подробности нашей встречи. Кир вывел из дома и передал в руки медика. Тот отвел в машину, попросил снять куртку, бегло осмотрел, проверил рефлексы, задал пару вопросов. Сказал, что я в относительной норме, но следует походить к психологу для проработки посттравматического синдрома. – Зачем? – сделала удивленное лицо. – Зашла в гости не к тому человеку. Ничего страшного. Доктору все это, конечно, не интересно, но, надеюсь, Киру он передаст дословно. Сам псевдоЗайцев нарисовался минут через сорок. В гражданской одежде, лицо обеспокоенное, но довольное. Я как раз третью чашку чая допивала в ожидании непонятно чего. Кирилл обменялся парой слов с врачом и протянул мне руку. С готовностью подала ему свою, пока планирую быть послушной. – Как ты? Прости, что так долго. – Все нормально. Соня поправится? – не знаю, зачем спросила. – Конечно. Очень скоро. Кир помог вылезти из фургона и повел к своей машине. Не к старенькому уазику, а к привычному джипу. Посадил, укутал в свою кожаную куртку, зачем-то заблокировал дверь, прежде чем закрыть ее. Не собираюсь я убегать. Хватит, набегалась. Потом сел сам, запустил двигатель и повернулся ко мне. Какое-то время просто смотрел. Не знаю на что, я сидела, не двигаясь. Не смогу вот так – прямо глаза в глаза. Все поймет сразу. Или я выскажусь. – Лида, я все расскажу. Обещаю. Но не сейчас. Много срочных дел. – Я понимаю, – пожала плечами. – Отвези домой, пожалуйста. Или хотя бы до метро. В кармане рюкзака валяется проездной – доберусь сама. – Лид, я хотел предложить… Начал Кир, включив свои увещевательно-давящие нотки. – Речь идет о моем отце. Каким бы он ни был, я хочу поговорить с ним. Даже если его нет дома, мне нужно собрать вещи для него. Больше некому, понимаешь? Я действительно так думаю. Наши отношения с папой далеки от идеала, но он всегда заботился обо мне. Часто формально. Теперь моя очередь. – Понимаю, – тихо ответил Кир и стал выруливать с парковки. Смотрела на удаляющийся особняк Зорана, на людей в форме ОМОНа, на улицы Москвы, что мелькали передо мной. Вот все и закончилось. Как я и хотела. Отца посадят, я брошу университет и переберусь жить к маме. Теперь некому мне это запретить. И вдвоем мы как-нибудь справимся со всем. Будем работать, по вечерам пить чай со сладостями и смотреть фильмы. На следующий год переведусь на заочку и наверняка забуду обо всем этом. А Кир… Просто скажу ему больше не искать встреч со мной. Не звонить, не писать и не надеяться на возобновление отношений. Его правда мне больше не нужна… Около дома Кирилл остановился. Такое чувство, будто не была здесь долгие годы, а не несколько дней. Кир попытался взять за руку, как-то задержать в машине, но я отпрянула от него, будто от чудовища. – Открой дверь. Пожалуйста, – выдавила из себя. – У тебя много дел, забыл? Кирилл дернулся как от пощечины, но блокировку снял. – Спасибо, – буркнула отстраненно. – До свидания. Вылезла из машины и потопала к подъезду, не дожидаясь ответа. Джип Кира мгновенно взревел и на бешеной скорости скрылся со двора.</p></section><section><title><p>19 Лида</p></title><p>19 Лида</p><p>Пару минут стояла перед дверью. Прислушивалась. Все выглядит как обычно. Запасные ключи у меня с собой. Где-то в дальнем кармане рюкзака. Наудачу дергаю ручку – не заперто. Тихо проскальзываю внутрь, запираюсь на все замки, сбрасываю сумку, одежду и обувь у порога и крадусь в комнату. Здесь все перевернуто. Содержимое шкафов на полу, на столе засохшие крошки, на диване простыня и ворох газет. – Лида, – слышу папин голос и оборачиваюсь. – Наконец-то ты пришла. Отец шепчет чуть слышно. Голос какой-то старческий, надтреснутый. И выглядит не лучше – осунулся, похудел. В глаза бросились морщины, которых раньше не замечала. Прошаркал к дивану и устало опустился, сложив руки на груди. Будто замерз. – Здравствуй, папа. Рада, что застала тебя дома. Что это? – показала на электронный браслет на его правой ноге. – Я под домашним арестом. Это ненадолго. Завтра уеду и вряд ли уже вернусь. – Тебе нужна моя помощь? Отец всегда заботился обо мне. Пусть часто лишь номинально, и как умел, но… Я не могу сделать вид, что меня это не касается. – Нет, Лида. Я все собрал сам. Тебе стоит подумать о себе. Квартиру нужно освободить до конца недели. Я договорился, личные вещи сможешь забрать. Попросил Молчановых, они придут. Помогут собраться и вывезти, что посчитаешь нужным. Села рядом с отцом. Если он сейчас заговорит о Вадике, я не выдержу. – Не надо Молчановых, пап. Я сама справлюсь. Много не возьму, везти все равно некуда. – Опять не надо? – отец расстроенно покачал головой. – А я так надеялся, что успею выдать тебя замуж. Оставить в надежных руках. – Так вот зачем все это было… – Да, Лида. Я же не полный идиот. Зайцев мне сразу не понравился. Я пытался спрыгнуть, тянул, вертел-крутил, не вышло. В любом случае, ты можешь пожить у Молчановых. Они примут, даже если не в качестве невестки. – Ты знаешь, что он и не Зайцев вовсе? – последнее предпочла проигнорировать. – Знаю. Ты в порядке? – Нет. Думаю, нет. Но я справлюсь. Не последний мужчина в моей жизни. Мы помолчали какое-то время. Сказать ему, что уйду жить к маме? Или оставить в неведении? Наверное, последнее гуманнее. Догадается, конечно. Вариантов-то у меня не так много. – Пап, у следствия ко мне будут вопросы? Что нужно говорить? – Правду, Лида. Ты все равно ничего не знаешь. – Я видела его здесь, у нас дома. – Неважно. Все, что касается этого эпизода, он и сам прекрасно расскажет. Спросят, подтвердишь, что было такое. Какое-то время посидели в тишине. Потом я сходила в душ, попыталась смыть все это с себя. Вышло не очень. Приготовила простенький ужин из того, что нашла в холодильнике. Поели, хотя это было тягостно и больно для обоих. Не знаю, что чувствую. Долго хотела избавиться от тирании отца, но не думала, что это произойдет вот так. Всю ночь ворочалась – страх, обида и неизвестность не давали уснуть. Наутро отец ушел с большой сумкой. Никаких напутствий или обещаний скорой встречи. Закрыла за ним дверь и вернулась в комнату. На столе нашла свой телефон, банковскую карту на чужое имя и записку. Он все-таки нашел способ оставить мне немного денег. Расплакалась. Из горестных мыслей выдернул сигнал смски. Взяла смартфон, от которого уже успела отвыкнуть. Память телефона полна неотвеченными вызовами и непрочитанными сообщениями. Мной интересовались одногруппники, звонил Костя, очень много спама от Вадика. И от Кира. Причем если все остальные перестали писать и звонить несколько дней назад, то бывший любовник явно не собирается успокаиваться. Вот и последнее сообщение от него. Не успела дочитать, как в замке заковыряли ключами. Наспех утерла слезы и спрятала карточку и записку под диванную подушку. Надеюсь, он один и не с очередным обыском. Кир медленно вошел в комнату. Подозрительно посмотрел на меня, сидящую на диване. Я ответила тем же – выглядит он как обычно. Ничего нового – раскаяния, сожаления, сочувствия… – Не отвечаешь. Я волновался. – Нашла телефон полчаса назад. Проигнорировала недовольный взгляд. Ну и что, что за эти тридцать минут он пять раз звонил… – Лида, – сел рядом, и я еле справилась с порывом отодвинуться. – Тебя вызовут для дачи показаний. – Повестку привез? – Да, – вытащил бумагу из кармана куртки и передал мне. – Я всегда буду рядом. Тебе не о чем беспокоиться. Просто ответишь на вопросы, и поедем домой. Отец сказал, что надо собраться до конца недели? – Да, знаю. – Лид, я хотел предложить… – Не надо, – зло оборвала его. – Не до предложений сейчас. – Где ты собираешься жить? – У мамы. Сделал большие глаза. Не ожидал. – Я думал, вы не общаетесь. – Не общались. Отец запрещал. Почему-то его реальные преступления никого не заинтересовали в свое время. – Материалы того дела подняты. Оно пересматривается. – Скажу маме, она будет рада. – Лид, тебе не обязательно идти к маме. Я могу снять квартиру. Если не захочешь, появляться там не буду. Пока мы оба не отойдем от всего. Когда-то же сможем снова разговаривать нормально. – Нет, Кир, – упрямо мотнула головой. – Мы свидетели по делу отца. Лучше не общаться, пока все не закончится. – Ерунда. Мое начальство всегда знало о нас. Обещали закрыть глаза. Все понимают, как непросто тебе сейчас. – А ты? Ты знал?! – спросила с нажимом. – Нет, клянусь. Никакого подставного знакомства не было. Все случилось, потому что хотел. Никакого отношения к работе это не имело. – А потом? – А потом внезапно заимело… – Кирилл соскочил и нервно заходил по комнате. – И много ты знаешь? – Почти ничего. – Я не мог сказать. Когда узнал, было уже слишком поздно что-то менять. Отказываться от задания, отказываться от тебя. Прости. – Прости?! Вот так просто?! – я тоже встала, сжала кулаки и уставилась на собеседника недобрым взглядом. – Да ты хоть представляешь, как я себя сейчас чувствую?! Ты трахал меня и одновременно копал под моего отца! И, конечно, не мог сказать! И отвалить не мог?! Взять паузу?! Да хоть что-то сделать?! – Лид, успокойся. Ты права. Я должен был. Должен был сделать хоть что-то. Но не смог. – Конечно, ведь это могло навредить карьере. Так удобно держать на коротком поводке единственную дочь подозреваемого. Чтобы того на подвиги не потянуло. Кирилл скривился, будто ударила его. Сглотнул, потер переносицу. – Знаешь, Лида… Если бы я хотел утихомирить подозреваемого, то использовал бы другие методы. Я же опер. Аналитика и хитроумные интриги – не мои сильные стороны. А сам смотрит, как среагирую. Проверяет, что мне известно. Да и похрен, я тоже не изощренная интриганка. Пусть думает, что хочет, и убирается из моей жизни. – Уходи. Я давно совершеннолетняя. Мне есть, где жить, мама поможет. Сама со всем разберусь. И не надо меня никуда возить-отвозить. – Лида, я, конечно, сейчас уйду. Слишком мало времени прошло… – Я сказала, пошел вон, – процедила сквозь сжатые зубы, а глазами начала искать, чем бы в него запустить. Сама не знаю, на что рассчитывала, находясь в квартире наедине со здоровенным мужиком. Я уже вовсе не уверена, что он хоть немного дорожит мной. Но ярость была такой силы, что рискнула бы его и голыми руками попытаться придушить. – Если что, мой номер знаешь. По всем вопросам… Все-таки ушел. Обессиленно упала обратно на диван, сжала пальцами виски. Голова раскалывается, перед глазами плывет от слез. Кое-что рассказал, но явно не настроен на дальнейшую откровенность. Ну и о какой съемной квартире может идти речь? Живи Лида, пользуйся моим кошельком, раздвигай ножки, когда скажу. Нет уж! Выть буду от тоски, а близко к себе не подпущу! Когда слезы закончились, первое, что сделала – написала всем, кто меня искал. Сообщила, что со мной все хорошо и в ближайшее время планирую вернуться к нормальной жизни. Уверена, все уже знают, что случилось. В университете я не первая такая, и слухи разлетаются всегда с космической скоростью. Также попросила пока не беспокоить звонками. Нужно самой обзвонить всех, для кого просто смски явно не достаточно. Начала с Костика. Он подтвердил, что вкратце на потоке знают, что у меня с отцом неприятности. Пообещал принести все лекции, что я пропустила, и помочь с домашкой. Следующим набрала номер декана. Страшно, но мой статус в учебном заведении абсолютно не ясен. Декан поговорил со мной довольно сухо, но ответил на все вопросы. Отчислять за прогулы не собираются – полсеместра впереди, могу успеть наверстать. Уверила его, что буду стараться изо всех сил. Сразу спросила, как перевестись на вечернее или заочное с января. – Лидия Владимировна, это тоже платно. Вы понимаете? – Конечно, – ответила с готовностью. – Я найду деньги. Вряд ли глава факультета мне поверил, но сказал, куда подойти, чтобы все узнать в подробностях. Следующей позвонила Наталье Молчановой. Они действительно друзья семьи, и в последнюю встречу как-то неудобно вышло. Не хочу, чтобы чувствовали, будто подвели отца, потому что я отказалась от их помощи. Разговор вышел неплохим. И не думала, что родители Вадика хотят этого брака не меньше, чем он сам. Заверила и ее, и Молчанова-старшего, что со мной все будет отлично. Соврала, что вопросы с жильем, деньгами и учебой решены. Обещала периодически звонить. Попросила, чтобы поговорили с сыном. Это чистая правда, что мне сейчас не до поклонников. Последним в моем списке был звонок маме. Конечно, мы общались все эти годы. Украдкой, через таксофоны и мобильники знакомых. Как отреагирует? Заплачет? Или напротив, посмеется над тем, что отец вот-вот получит по заслугам? И как мы уживемся вместе? Будет ли это так здорово, как рисовалось нам все эти годы? Одно точно хорошо – о Кире и моей личной жизни она не знает. И говорить не буду. Пусть останется в прошлом вместе со всем остальным…</p></section><section><title><p>20 Лида</p></title><p>20 Лида</p><p>Следующие две недели прошли в режиме нон-стоп – переезд, зубрежка, встречи со следователем. Кирилл постоянно незримо был рядом, хотя и попросила оставить меня. Именно его подчиненные в итоге перевезли мои вещи. Декан рассказал, что некто Крайнов приходил на беседу и заверил его, что проблемы отца не скажутся на моей учебе. Кроме того, он зачем-то взял в бухгалтерии квитанции за следующий семестр и оплатил их. Не майор, а миллионер какой-то… Ну и плевать, я его об этом не просила. И не чувствую себя обязанной. Хочет извиняться, пусть. Все равно толку не будет. К дому, правда, не приезжал. Ни по старому адресу, ни по новому. Но всегда встречал на крыльце перед встречей со следователем. И в прокуратуре везде водил практически за руку. Хоть и была безумно зла на него, от его присутствия не отказывалась. Терялась сразу же, едва переступала порог. Конечно, на меня косились. Дочь подследственного, любовница того, кто добывал доказательства. Бывшая любовница… Очередная беседа прошла крайне нервно. Я почти расплакалась. Следователь упрямо задавал вопросы обо мне и Кире. Не знаю, чем бы все кончилось, но Зайцев сам пришел и забрал меня, несмотря на протесты коллеги. Остановились на улице. Не могу в таком состоянии ехать домой. Тогда придется все рассказать маме. Кирилл заботливо протянул бутылку с водой. Благодарно кивнула и отхлебнула. – Какая разница, что на тот момент было между нами? – спросила раздосадованно. – Я поговорю с ним, больше не полезет. В этот момент в свете фонаря блеснули погоны Кирилла. В форме он редко появляется даже в прокуратуре. А когда появляется, мне стоит неимоверных усилий не замечать, как сильно он привлекает в таком виде. Но сейчас заинтересовало нечто другое – звездочки. Их две. – Быстро, – горько проговорила и поняла, что все же расплачусь. – Отец еще под следствием, а ты уже подполковник. – Лида, – простонал Кир. – Не в твоём отце дело. – А в чем? Или у тебя несколько блестящих раскрытий одновременно? – Нет, дело одно. Но мои методы стоили начальству седых волос. В общем, решили в кабинете закрыть от греха подальше. – Вот оно что… Неужели мой отец станет последним генералом в твоей шикарной карьере. – Знаю, что Софья тебе наболтала всякого. Но что точно, не говорит. – Как она? – Лёгкое ранение, скоро выпишут. – Это было жестоко… – А сдать тебя Зорану, это как было?! – Кир начал заводиться. – А поставить под удар оперативные разработки за полгода – это как?! Про меня она тебе рассказала, а про себя? Что работает под моим руководством, сказала? Работала, точнее… Удивленно уставилась на Зайцева. – Понятно. Так вот, прежде чем говорить о чужом предательстве следовало бы о своем упомянуть. Она подставила меня не только как друга, но и как коллегу, как старшего по званию. Теперь пойдет под суд и никогда больше не сможет вернуться в органы. И конечно, станет рассказывать какой я плохой, испортил ей жизнь. – А это не так? – Не так. Когда ее отец ввязался в противозаконные махинации, я был сопливым рядовым. Софья уже тогда подбивала ко мне клинья. Было крайне сложно избегать внимания дочери полковника, знаешь ли. Дошло до того, что она предложила поучаствовать в делах отца. Я отказался и приготовился к вынужденному переводу. Но внезапно полковника взяли. Меня притянули за уши именно из-за общения с Соней. Я тогда еле отмылся. Софья тоже, хотя я запросто мог рассказать, что она все знала. Повышать меня начали почти через год после ареста ее отца. В итоге взял ее к себе в отдел. Просто потому, что по-прежнему не мог сказать ей «нет». По старой памяти. Ну и жалость. Она осталась совсем одна. Матери нет давно, отец сел очень надолго, до сих пор сидит. Друзья отвернулись. – А личное? – спросила, когда он замолчал. – Личное было. Несколько раз, как и говорил. Подловила меня после расставания с девушкой. Печаль, алкоголь, одиночество. Не горжусь, дал слабину. Потом еще пару месяцев делал вид, что мы встречаемся, чтобы не думала, что попользовался и бросил. И никогда больше с тех пор мы не были близки, несмотря на все ее ухищрения. Не думал, что станет ревновать, мстить и сделает такое. – Она другое рассказала. Кажется, я совсем запуталась. Кому из них верить? Понятия не имею. – Я догадался. Ты ведь буквально шипеть начинаешь, едва видишь меня. Еще что-то хочешь узнать? – Все, – посмотрела ему прямо в глаза. – Андрей Крайнов, подполковник УСБ. Этот знакомый незнакомец взял меня за руку и поцеловал пальцы. Замерла, боясь двинуться и спугнуть момент. – А Зоран? – А Зоран – идиот, который винит меня в проблемах сестры. – А что с ней? – Да в том и дело, что ничего. Неудачно вышла замуж, пьет. Не хочет жить с отцом и братом в России. Зоран считает, что я разбил ей сердце. Но это же бред, Лида! Она решила уехать на родину вскоре после нашего расставания. При чем здесь я? И даже если косвенно виновен… Кому из нас сердце никогда не разбивали? Не знаю, поверила ли ему до конца. Но в такси посадить позволила. Внутри было как-то тихо и пусто. Будто камень с души упал. Почему все не может быть так, как он сказал? Почему я должна верить Софье и Зорану больше? Не должна. Возвратившись домой, не смогла просто отключиться от этого, выкинуть из головы. Мама весь вечер подозрительно посматривала, но лезть не стала. И хорошо… Что скажу ей? Что мой бывший любовник посадил отца? А я теперь не уверена, что его оболгали, и ищу возможность перестать дуться и поговорить нормально? Да, ищу. Хочу, чтобы все рассказал. Сам. Не хочу вытягивать, заставлять, склеивать его слова по кусочкам в целостную картину. Хотя какая разница? Вычеркни подробности и останется только то, за что он так эмоционально извинялся. Узнал, что я дочь Третьякова и ничего с этим не сделал. И представился он мне, кстати, выдуманным именем. И общался со мной в образе матерого подпольного воротилы. Наверное, это правила оперативной работы, но мне от этого не легче. С кем я была все это время? Сколько в Кирилле Зайцеве было от Андрея Крайнова? Не выйдет ли, что после длинного сложного пути к примирению я получу человека, которого совсем не знаю? И который мне совсем не нравится? Вдруг у меня порочное влечение именно к криминальным элементам? Весь вечер ломала голову, долго не могла уснуть, встала больной и разбитой. Не поев убежала в университет. После четырех пар меня ждал крайне неприятный сюрприз. Вадик Молчанов собственной персоной. С ланчем из ближайшей кофейни, новеньким, пижонским автомобилем за спиной и ослепительной улыбкой. Попыталась обойти эту жизнерадостную композицию, но Вадим не дал. Шагнул навстречу, развел руки с пакетами и стаканами в стороны и снова заулыбался. – Лида, не уходи. Я все понял. Хочу как-то сгладить. Мы так долго дружили, почему бы нам не делать этого и дальше? – Эээ, наверное, потому, что мы почти не общались последние годы. – Я поесть принес. Давай посидим в сквере. Попьем кофе, поговорим. Понимаю, ты не в восторге от случившегося, но у меня есть мысли по этому поводу. – Хорошо, – пожала плечами. – Только ни слова о свадьбе. Идет? – Правда думаешь, что мужчины так уж горят желанием жениться? – задорно подмигнул, и я начинала узнавать того Вадика, с которым мы в песке ковырялись. – Пойдем. Только у меня совсем мало времени. Домашку делать надо, я много пропустила. Вадим кивнул, предложил локоть и повел в сторону ближайшего парка. Всю дорогу косилась на еду, что он нес. Время обедать, а я так и не успела перекусить с утра. Вскоре устроились на лавочке. Вадик протянул стакан, а потом принялся открывать пакет с сэндвичами. Я тем временем отогнула носик на крышке и сразу отхлебнула. Ммм, мой любимый капучино… Кофе как-то тяжело упал в желудок, а Вадим тем временем протянул бутерброд. Что произошло дальше, не очень поняла – в нос вдруг бросились все запахи сразу. Свежего хлеба, копченой колбасы, сливочного сыра и острого соуса. На языке загорчило от только что выпитого кофе, резко затошнило, а потом вырвало. Прямо на асфальт перед скамейкой. Вадик успел отскочить, но быстро сориентировался и засуетился вокруг меня. Отобрал еду и стакан, поставил подальше. Нашел в моей сумке влажные салфетки и протянул мне. Кое-как вытерлась. В голове карусель, живот урчит и такое чувство, что умру прямо здесь и сейчас. Так сильно тошнило единственный раз в жизни. В детском саду, когда нашла в соседнем шкафчике неизвестно сколько пролежавшее там печенье. С тех пор очень аккуратно отношусь к несвежим продуктам, поэтому и повторений не было. Но вряд ли дело в испорченном кофе… – Лида, ты как? Прости, кофе, наверное, слишком сладкий. – Нет, Вадим. Нормальный кофе. Не знаю, что со мной. Не завтракала, на нервах постоянно. Дело в этом, думаю. Отвезешь домой? Никогда бы не позвала его. Сейчас мало кто знает, где живу. Но даже вызвать такси сил совсем нет. И доеду ли? Станет незнакомый водитель останавливаться или просто высадит, испугавшись, что заляпаю салон? Все равно на конспирацию, прилечь бы поскорее. Вадик не подвел, довез быстро и аккуратно. Пару раз останавливались, но таких сильных позывов больше не было. Дома сразу легла и лежала до тех пор, пока комната не перестала кружиться. Когда терпеть голод стало абсолютно невыносимо, пошла в кухню. В холодильнике нашла вареный рис. Вроде бы он совсем не пахнет, но мой желудок счел иначе и отозвался легкой тошнотой. Поесть все-таки удалось, а после трех ложек и недомогание прошло.</p></section><section><title><p>21 Лида</p></title><p>21 Лида</p><p>Мама весь вечер внимательно рассматривала меня. Загадочно молчала на эти взгляды, ведь если начну говорить… Может, и ничего страшного. Просто небольшое расстройство. Пройдет до завтра. Перед сном час проплакала в подушку, стараясь не всхлипывать слишком громко. Почему? Неизвестно. Просто вдруг стало грустно. Вспомнились крепкие объятия Кира, потом его новое имя и понеслось. Андрей… Не уверена, что мне хочется его так называть. Давно привыкла к дурацким отчеству и фамилии. Так и уснула, костеря бывшего на все лады и глотая слезы. А утром, едва открыла глаза, бросилась в ванную. Снова вырвало, хотя казалось бы нечем. Маму пришлось успокаивать из-за закрытой двери и одновременно выжидать, пока убежит на работу. Только щелкнул замок на входной, кинулась в комнату. Нужно срочно найти календарь. Да не простой, а мой личный. Не то чтобы я была столь аккуратной и отмечала красные дни каждый месяц, но хоть что-то станет понятно. Кое-как отрыла этот маленький квадратик в вещах, привезенных из опечатанной квартиры. Все точно, задержка… Да еще и с Киром мы последний раз в наиболее благоприятное время умудрились. О резинках тогда никто не вспомнил. Думали, что помирились и больше не расстанемся. А теперь-то что делать? Только начала привыкать к новой жизни… Запретила себе раскисать. Нужно собираться в университет. И купить по дороге тест. Мои предположения ничего не доказывают. На завтрак заварила зеленый чай и с трудом впихнула в себя две ложки творога. Мутит ужасно, но терпимо. Спускаясь в метро, поняла, что не доеду. Столько запахов и все отвратительные. Пришлось вызвать такси, еще и в комментарии написать, что нужен некурящий водитель. Да, Лида, и надолго денег, оставленных отцом, хватит, если так шиковать? Пары прошли, словно в тумане. Выходя из корпуса, молилась, чтобы сегодня без внезапных встреч. Огляделась – никого, и припустила в аптеку. Там взяла несколько разных тестов, чтобы уж наверняка. Дома сразу же отправилась в туалет. А через пятнадцать минут уже плакала, сидя на крышке унитаза. Все тесты показали положительный результат. Всё, жизнь, которая только начала налаживаться, закончена. Снова нужно что-то решать, обдумывать, взвешивать. И на этот раз без помощи точно не обойдусь. На хорошую клинику у меня денег нет. И неважно, какое решение я приму перед ее посещением. Самая большая проблема почему-то виделась в том, как сказать маме. Но за меня ее быстро решили. Этим же вечером мама зашла домой очень серьезная и печальная. – Лида, нам нужно поговорить, – сказала, ставя сумки прямо на пол. – Я, конечно, видела, что что-то происходит… Думала, если не говоришь, то ничего страшного. – Ты о чем? – сделала самое невинное лицо. Обсуждать беременность с мамой, которая даже не знает, что давно не девочка, я оказалась не готова. – Я только что разговаривала с Вадиком Молчановым. Он все рассказал. Поганец… Ведь как чувствовала, что нельзя его к дому подпускать. – Что именно рассказал? – захлопала ресницами, будто передо мной как раз Вадим, а не мама. – Сказал, что хоть и молчишь упорно, но на его взгляд, ты беременна. Просил передать, что бояться нечего, он очень рад. Назвал тещей. Объяснишь? За что обожаю свою маму, так это за хладнокровие. Вероятно, иначе рядом с отцом было не выжить. Нет, она, конечно, будет кричать. Возможно, даже плакать. Но потом. Сначала вытрясет из меня все подробности. Именно все, до последней мелочи. Потому что право умалчивать и недоговаривать я потеряла, когда не смогла опередить Вадика с этими новостями. Но я все же решила попытаться сделать вид, что Молчанов просто сошел с ума. – Мам, – натужно расхохоталась. – Вадим просто уже не знает, что выдумать. Папа ведь поженить нас хотел. Вчера вырвало при нем, вот он и вообразил. – Лида, не заговаривай мне зубы, – мама зло расстегивает куртку и бросает рядом с сумками. – Мужчина может сделать подобный вывод, только если между вами что-то было. Кстати, почему вы все еще не женаты? Как твой отец допустил подобное?! А вот и секрет, почему родителям удалось прожить вместе до моего взросления. Они всегда были единодушны по поводу воспитания дочери. – Да все просто, мам. Не было у нас ничего с Вадиком. А папа надеялся, что ему спокойней в тюрьме будет, если замуж выйду. – Ты беременна? – мама грозно посмотрела на меня. – Да, но не от Вадима. – Кто отец? – Мой бывший любовник, – постаралась одной фразой донести, как все непросто. – Любовник? Не парень, не любимый? Еще и бывший… Мама устало опустилась на табуретку. Посидела какое-то время, потом начала разуваться. – Все сложно. Хороших новостей у меня нет. – Что собираешься делать? – Пока не знаю. Сегодня только убедилась, тесты сделала. – Может, начнешь сначала? Ужинать будешь? – У меня с едой сейчас не очень взаимоотношения. – У меня также было. Пошли, накормлю. Потопала следом за мамой. Уф, без инфарктов обошлось. Но оказалось, поторопилась радоваться. Мама, и правда, каким-то образом умудрилась накормить без тошноты. Рассказала, чего следует избегать по ее опыту, а что можно пробовать смело. – Завтра куплю белый чай, он лучше всего. А теперь рассказывай. Не поняла как, слезы просто полились сами собой. Мама какое-то время послушала мои всхлипы, потом протянула полотенце и взяла беседу в свои руки. – Бросил? Это не конец света, Лида. Не реви, мы со всем справимся. Уверена, мама понятия не имеет, что делать. Но попытается помочь. – Не бросил, – помотала головой. – Я его. – Полагаю, ты тогда не знала, – тяжело вздохнула родительница. – Нет. – Что натворил? Есть вероятность помириться? – Не хочу я с ним мириться, – буркнула зло. – Не представляю, как новость воспримет. Вряд ли ему дети нужны. – Вряд ли ты когда-то найдешь мужчину, которому нужны. Только время потеряешь. Вон Вадик, думаешь, ему ребенок нужен? Да еще и чужой? – Что нужно Вадику я понятия не имею. Теперь тем более. – Если отец ребенка не проникнется чувством ответственности, то Молчанов – отличный вариант. – Мама! – со стула соскочила от возмущения. – Даже обсуждать это не стану! За Вадика не пойду! Потом всю жизнь быть благодарной, что беременную взял?! – Это нормально, Лида. Быть благодарной тому, кто помогает. Или у тебя очередь из желающих? – Нет. – Отец бы помог. Но вот позволил бы родить, неизвестно. Сейчас ты сама можешь принять решение, но и отвечать за него нам с тобой. Мою зарплату знаешь. Я все для тебя сделаю, но хватит ли этого? – Отец бы за руку в клинику отволок, а потом к Молчановым. – Почему? – Мой бывший посадил его. Почти прошептала и сразу зажмурилась – такая тишина повисла на кухне. – Ты знала? – спросила мама через некоторое время. – Нет, – помотала головой и снова заплакала. – Ничего не знала. Ни имени настоящего, ни чем занимается. – А сейчас? Он как-то объяснился с тобой? – Кое-что сказал, но я предпочитаю не общаться с ним. Сильно обиделась. – Не удивительно… Может, все же скажешь ему? – Скажу, наверное. Мы обычно предохранялись. Так вышло. Случайно, еще до того, как отца взяли. – Понятно. То есть, не очень. – Сказать придется. Отец оставил немного денег, но их ни на что не хватит. Не планирую Кира делать отцом насильно. Да и сама еще ничего не решила. То есть не Кира… Андрея. Слезы опять потекли. Если решу рожать, какое отчество писать в свидетельстве? Или сразу пошлет, и прочерк без вариантов? – Не плачь, Лид. У меня есть небольшие накопления. Поговори с отцом ребенка, если готова к этому. И хорошенько подумай, чего хочешь. Взвесь все. Я не знаю, что посоветовать, ведь не расскажешь всего. – Стыдно, мам. От начала и до конца стыдно. Началось у нас как встречи без обязательств. Очень понравился. Я вообще думала, что он чем-то незаконным занимается. – Ох, дочь… А отец куда смотрел? – А отец тем временем с ним мутными делишками занимался. Теперь в этом следователи разбираются. А Кир-Андрей показания дает. И я даю. Ведь отец настолько слетел с катушек, что домой его пригласил. – Значит, твой любовник подставным был? – Да. Клянется, что когда познакомились, не знал. А потом уже не смог ничего сделать. Ни от дела отказаться, ни от меня. – Сомнительно, но вероятно. – От этого не легче. Вдруг он настоящий мне даже не понравится. – Тебе теперь о другом думать надо. Он помириться хочет? – Говорит, что да. А так неизвестно, может просто совесть очистить. – Вижу, что тебя еще что-то беспокоит. Когда перебралась ко мне, постоянно о чем-то думала. – Да, есть кое-что… Понимаешь, о нем плохо говорят. Подруга его, и еще один человек. Я их почти не знаю. Так запуталось все. – Не слушай. Ты еще молодая, веришь людям. Но я абсолютно уверена, никто тебе помогать не будет, и правды не скажет. Просто не обращай внимания. Смотри только на то, какой он с тобой. – Обычно замечательный. Иногда строгий. А сейчас как побитый. В глаза заглядывает, извиняется. Сама не заметила, как говоря о Кире начала улыбаться. – Да ты влюблена, Лида! – всплеснула руками мама. – Обязательно скажи ему, дай вам шанс. Но только один. Заодно и узнаешь, как он к тебе относится. Новость специфическая, как лакмусовая бумажка. – Была влюблена, мам. Сейчас просто очень злюсь. – Носишь его ребенка, это многое меняет. Скоро поймешь. – Что мне делать? Прямо сейчас. Пока не знаю, чего хочу? Пока не наберусь храбрости, чтобы ему сказать? – Завтра утром надо записаться к врачу. Контакты дам. Эмоции эмоциями, а за здоровьем следить надо. Особенно сейчас. – Хорошо, – улыбнулась. На душе стало легче. Никто не заставляет принимать решение прямо сейчас. Есть время – можно подумать, все взвесить и обсудить с единственным человеком, который наверняка будет рядом в любом случае. С мамой. И если она считает, что Кир должен знать, то думаю, это правильно. Хотя и не обязательно следовать ее советам. Пока даже не представляю, как сказать Киру-Андрею о беременности…</p></section><section><title><p>22 Лида</p></title><p>22 Лида</p><p>Утром я сделала именно то, что посоветовала мама. Записалась в клинику. Принять согласились в тот же день, поэтому после пар я пренебрегла библиотекой и поехала к врачу. Приветливая женщина осмотрела меня, отправила на анализы и УЗИ. Видя мое не слишком радостное лицо, спросила о дальнейших планах. Честно ответила, что не знаю. В душу доктор лезть не стала, просто написала на женском календаре до какого числа надо принять решение. – Срок совсем маленький. Время все взвесить есть, но лучше не затягивайте. Поблагодарила и попрощалась. Время есть, а соображений, что делать – никаких. Вернулась домой, кое-как пообедала и уже хотела засесть за домашку, как зазвонил телефон. Следователь. Схватила телефон дрожащими руками – не ждала звонка сегодня. – Лидия Владимировна, здравствуйте. Вынужден сообщить, что по состоянию здоровья вашего отца перевели в больницу. Сегодня к нему нельзя, но думаю, уже завтра он будет дома. Проведет там весь больничный. На это время наши встречи отменятся. Запишите телефон приемного покоя. Записала, потом позвонила, потом все же понеслась в больницу с витаминами и капельницами. У отца давно пошаливает сердце, не удивительно, что не выдержало. Доктора успокоили – сказали, что прокапают и выпустят. Мол, такое бывает с мужчинами в возрасте папы, и не надо пугаться. Сделала вид, что поверила. Далеко не все мужчины папиного возраста при этом ждут суда в СИЗО. В палату не пустили, пришлось вернуться домой. Даже поговорить с ним не могу, телефон из нас двоих теперь есть только у меня. Мама восприняла новость спокойно, только плечами пожала. – Кирилл сказал, что то твое заявление подняли. Пересматривают. – Давно безразлично на это. Вити больше нет, какая разница? – Понимаю, вы с папой теперь чужие. Но он заботился обо мне все эти годы. – Я бы тоже заботилась, Лида, если бы мне позволили. Я не он, не надо ничего объяснять. Не собираюсь лезть в ваши отношения. У врача была? Перешли на тему беременности и больше не обсуждали проблемы отца. А на следующий день после пар поехала к нему. Нашла в гостиной на диване. Исхудавшего, осунувшегося, неухоженного. – Пап, ты как? – прошептала, часто моргая, чтоб не расплакаться. Теперь, когда живу с мамой, и его мнение никак не неволит меня, стало проще общаться. И что-то чувствовать к нему. – Нормально, Лида. Спасибо, что пришла. Как сама? – Все нормально. Ты ел? – Да, пообедал. Меня отпустили ненадолго. Будешь приходить? – Да, конечно, пап. Хочешь, парикмахера приглашу? – Очень. Чтобы ты знала, Крайнов сам будет приезжать меня контролировать, – скривилась, будто перец раскусила. – Помягче с ним, Лида. Только благодаря ему в больницу отпустили. И домой. – Как мило с его стороны! – хмыкнула рассержено. – Сначала подставляем человека, потом трогательно заботимся о нем. – Да сдался я ему, заботится обо мне. Это он не знает, как к тебе подъехать. Отчаялся совсем. – С чего ты взял? – закатила глаза, разбирая папину сумку; надо постирать. – С того. Он сам попросил поговорить с тобой. – И? Если ты уже разговариваешь, то хватит. Давай просто забудем. – Я бы с удовольствием, но он вроде абсолютно серьёзен. – В чем? В очищении собственной совести? – Ага, прям нечищенная ему жить мешает. Нет, Лида, намерения у него, сказал, самые серьезные в отношении тебя. – Удивительно, что ты дома, а не в карцере после такого, – уставилась на отца в полном недоумении. Не верю, что у Кира ума хватило к отцу с этим полезть. И выжить. – Хотел врезать ему, но не в моем положении, ты же понимаешь. Поговори ты с ним. Если за Молчанова не хочешь, то Крайнов вроде неплохой мужик. Вон подполковник уже. – Да тебя никак звезды ослепили… Не знаю, что и думать. Не такой реакции ждала от отца. Надеялась, что вообще не узнает, что до сих пор общаемся с Киром. Да что ж такое?! Никак не могу перестать его так называть. – Меня ослепило, что он чуть не плакал, когда просил повлиять на тебя. Подумай, чего ему стоило прийти ко мне с этим. – А что он взамен обещал? – внезапно озарило меня. – Ну что-что? Как маленькая. Зять подполковник еще никому не мешал… Ответил неопределенно и отвел глаза. Вот вроде отец в СИЗО, дело рассматривают, а я по-прежнему между ними как приз какой-то. Так и будут использовать каждый в своих целях. – Я поговорю с ним, если это облегчит твое пребывание в изоляторе. Но и все на этом, больше ничего обещать не могу. – И не надо. Я сразу сказал, что послушания от тебя не жду. И он знает, что не вру. Лид, он вообще тебе хоть нравится? Если нет, я больше и не заговорю. Не очень верится в это… – Нравился. Теперь не знаю. Но лучше не лезь, сам справится, если сильно понадобится. – Побаивается он тебя. Не хочет сильно давить. Но видно, извелся весь уже. – Не жалко, – отмахнулась. Слова отца моментально разлились сладким ядом по сердцу. Извелся, значит… Так ему и надо! Несколько дней чудом удавалось совмещать учебу, визиты к отцу, напряженные мысли о собственном будущем и при этом избегать встреч с Киром. Папа, конечно, говорил, что приходил, звонил при нем, а я такая-сякая. На самом деле просто занесла номер Крайнова в черный список. Мне как-то не по себе будет разговаривать с ним и не сказать главного. Но к этому разговору я пока не готова. Потому что понятия не имею, чего хочу сама. Мысли мои крайне противоречивы и хаотичны. С одной стороны, никак не могу отделаться от картинок в голове о скорой свадьбе и банальном долго и счастливо. С другой, мне всего чуть за двадцать. А как же веселая студенческая жизнь, карьера? Да и мужчины. Может, я еще не нагулялась? Идея выходить за своего первого не кажется удачной. Хотя при всем этом Зайцева-Крайнова из своей жизни не вычеркиваю окончательно. Будто есть хоть один шанс, что он согласится ждать, пока перебешусь. Он старше, не удивлена, что подъезжает к отцу с намеками на женитьбу. Пора, наверное. А тут наивная, молоденькая девочка. Узнает, что беременна, может, и обрадуется. Сразу готовая семья. Как удобно… А главное, вероятно, думает, что и дальше сможет творить что угодно у меня под носом. Да, Лида, влипла по полной… Сегодня с самого утра все складывается отвратительно. Тошнота прекратилась только после обеда, преподаватели как один решили проверить мою подготовку, а мама за завтраком напомнила, что нужно принять решение. – Время не на твоей стороне, Лида. Сделаешь хуже себе. Думай. И я весь день думала. Так усиленно, что к вечеру разболелась голова. И надо же, Андрей именно сегодня решил навестить подследственного пораньше. Совпадение? Он вроде на работе должен быть. А папа говорил, что поедет в больницу на консультацию. Зашла убраться и приготовить. Отец, и правда, уехал, точнее Крайнов его отвез. А сам, видимо, решил вернуться и меня дождаться. Зло зыркнула на него и даже поздороваться не удосужилась. Сначала Андрей пытался помогать с делами и молча сносил пренебрежение. Потом не выдержал, слово за слово, мы разругались. Ну и какое долго и счастливо может быть? Минут тридцать в квартире вдвоем и уже скандал… – Думал, извинишься, и я расчувствуюсь? Перееду, куда скажешь, и дальше буду удобной? Млеть, что соизволил заглянуть, и раздвигать ножки? А потом тосковать у окошка до следующего раза? – Лида, ты это вообще серьезно?! Правда, считаешь, что все из-за секса? У меня желающих предостаточно! Даже рта бы не открыл извиняться за то, что делал свою работу! – Вот и иди к этим желающим! А то что-то к подследственному зачастил. С чего бы?! – Нам надо поговорить, – отчеканил холодно. Вижу, как ходят желваки, как сжимает кулаки. Тут они с Кириллом один в один. Может, поэтому и извожу – хочу узнать какой он на самом деле. – Говори. Есть, что добавить к прошлым извинениям? – Да. Давай попробуем снова. Не надо переезжать, куда скажу. Не надо ждать меня и все прочее. Сходи со мной на свидание. Со мной настоящим. Убедись, что ничего кроме имени не изменилось. Я все тот же. Уже не такой загадочный, без налета противозаконных делишек. Но я компенсирую, обещаю. Под конец своей горячей речи Крайнов начал слегка скалиться, будто это смешно. Ага, генеральская дочь перепутала бандюгана с опером. Ухохотаться прям. Сама до сих пор не могу понять, как это случилось. С отцом у Кира-Андрея слишком много общего. Это и логично, и пугает. У родителей-то сказки не вышло. Скорее, наоборот. – Оставь свои компенсации себе. На свидание не хочу, с чего бы? Отношения наши были легкими, поверхностными, необременительными. Если не встречу никого другого, то через какое-то время, возможно, и остыну. Что я несу? Сейчас он просто придушит меня и все. И раньше-то не выносил таких поддразниваний. А может, сказать? Прямо сейчас? – Ага, – процедил сквозь зубы. – Давай ищи другого. Мамин опыт ничему не научил? Замерла с приоткрытым ртом. Он что? Угрожает мне? Вот так запросто тычет носом в семейное фиаско родителей? В жестокость отца, в измену матери? – Кстати, я лично проверил дело по заявлению Марии Третьяковой. Провел допросы, поднял экспертизы, сделал еще несколько. Перепроверил все, что показалось необходимыми. Согласен с выводами следователя – твой отец не виноват. Он угрожал пострадавшему, подрался с ним, но никого не подсылал. Виновные тогда сели и сидят до сих пор. – Обещал отцу, что скажешь это, если он будет промывать мне мозги насчет нас? Вытерла слезы с щек. Снова реву. Не лучший прогноз для длительных отношений…</p></section><section><title><p>23 Кир-Андрей</p></title><p>23 Кир-Андрей</p><p>Как же Лида бесит! Нет, она всегда умела довести до белого каления, но и границы видела. Сейчас будто с катушек слетела. Не думает, что говорит. Я поддаюсь, и вперед. Скандал за две минуты. Без примирения. Когда расходимся, начинаю жалеть, киснуть, тосковать. А пока рядом, хочется ей ремнем по заднице врезать. Хорошо, согласен – было сложно, были эмоции, но должна же, наконец, понять, что не мог иначе. Как дочь генерала хотя бы. Вон даже папашка ее перестал скрипеть зубами при виде меня. И вроде не прочь дочурку вручить в мои сильные руки. А она ерепенится. Да я уже на всю розовую девчачью чушь согласен, что мы удачно пропустили в прошлый раз. Но и этим не заинтересовалась. И где та девушка, что набрасывалась на меня при любом удобном случае? Еще меня в лицемерии обвиняет! А я только имя поменял в отличие от нее. Ох, допрыгается… Придется познакомиться с не лучшими сторонами моего характера. Встречаться с другими точно не позволю. Хрен знает, что со мной стряслось, и с каких пор я этакий долбанный собственник, но кавалеров ее буду «отстреливать» на подлете. Вот и вчера повелся, как идиот, на банальную провокацию. Разругались. А ведь подгадывал эту встречу несколько дней. И Лидка, зараза, не шлет в пешее эротическое. Вертит, крутит, хамит, но не гонит. Не приняла окончательное решение, но нервы треплет. А сегодня никак не могу выкинуть из головы ее слова и срываюсь на всех, кто под руку подвернется. Могу себе позволить, конечно, но противно. Не должна личная жизнь влиять на рабочие вопросы. Правда, непонятно, как этого добиться, если от неудовлетворенности убивать хочется… Разве мало стараюсь? Вон и папашу ее в больницу, и саму к следователю за руку вожу, за учебу заплатил. И никакой благодарности мне не надо. Поговорить нормально, на свидание сходить. Так много хочу? От Лиды смог отвлечься только у руководства. Опять вызвали, опять на ковер. Это я понял по хмурому лицу Зорана, который тоже обнаружился в кабинете. Спустя двадцать минут нотаций и попыток убедить обоих, что ссориться нехорошо, также вдвоем выставили в коридор. – Объяснительные все написал? – интересуюсь холодно. Кажется, от нашего былого приятельства не осталось и следа. – Думаешь, иначе отпустили бы? – Кто вас посольских сынков разберет, – буркнул хмуро. – Пойдем, отвезу. Мне в центр как раз. Удивительно, но Зоран не отказался. Думал, он про Софью станет спрашивать, но ошибся. Почти всю дорогу молчали, и лишь когда затормозил у самых ворот, Зоран заговорил. – Как Лида? У вас все хорошо? Вгляделся в его лицо – не шутит ли? Но нет, серьезен, ни тени издевки. – Лида хорошо, у нас никак. Все мои объяснения в штыки принимает. Вот тут Зоран улыбнулся. Не зло, но крайне довольно. Да, я тоже огребаю по полной… – Не сказала тебе еще? – Чего не сказала? Сразу как-то напрягся, не предчувствуя ничего хорошего. Если сейчас скажет, что с ним встречается, придушу собственными руками. – Беременна она, Крайнов. Как думаешь, от кого? Сказал и вышел из машины, оставив меня с открытым от удивления ртом. Беременна?! Он намекает, что от меня? Или что от него? Да не может быть! Пока пришел в себя и сообразил потребовать объяснений, Зоран уже скрылся за воротами. Прыгал дурачком перед камерами, но впустить меня не пожелали. Впрочем, быстро прекратил – еще одного нагоняя от начальства не надо. Да и хрен с ним с Зораном – Лида пусть расскажет! Сразу же набрал ее номер, но ожидаемо не дозвонился. В черный список что ли добавила? Пойди разберись… Если это гормоны, то огребать точно буду долго и регулярно. А что делать-то?! За цветами? За кольцом? К Третьяковым с цветами и кольцом? Тьфу ты… Генерал и не знает, похоже. Думаю, сказал бы. Еще бы и добавил, куда и в какой последовательности бежать. И то, что он без пяти минут осужденный, не помешает ему намылить мне шею за дочь. Может, попросить его еще раз поговорить с Лидой? Теперь предметно? Нет, этого точно не простит. Пусть сама все расскажет. И мне, и отцу. А Зоран-то как узнал, чтоб его черти драли?! В итоге соврал, что уехал по работе, а сам в бар. Цветы и кольца это, конечно, отлично, но я в таком раздрае, что нужно переждать. Под пиво в голову полезли совсем другие мысли… Почему Лида молчит? А может, и не молчит вовсе? Может, Зорану сказала именно потому, что это его и касается? Нет, бред! Так быстро не бывает. А если рожать не захочет? Я на образцового папашу точно не тяну. Еще и сердится на меня. С другой стороны, а как она одна? Ну мама еще. Кто она у нее? Бухгалтер, кажется. В бюджетной организации. Нет, надо самому ехать и разговаривать, пока эти две дамочки дров не наломали. И поехал бы – только как представил, что опять наговорит всякого-разного, как вчера… Есть вещи непростительные. Ляпнет сдуру, что не мой, и? Потом я буду от нее скрываться. Подобные манипуляции недопустимы. Вот только Лидка молодая совсем, в голове ветер. Еще и стрессы бесконечные… Домой вернулся глубокой ночью на такси. Пьяный, расстроенный и так ничего не придумавший. А как тут решать? Не могу за двоих, хоть зарешайся. Спьяну в очередной раз набрал номер Зорана, а он возьми, да ответь. Фоном легкая музыка, женский смех, звон бокалов. Развлекается, засранец. Хорошо ему, наверное… – Знаешь откуда? – с трудом выговорил, так язык заплетается. – Почему я должен свои каналы раскрывать? – еще и издевается. – Она сама тебе сказала? Или выдумал? – Не выдумал, Крайнов. К сожалению, – Зоран помолчал какое-то время. – А почему ты мне звонишь, а не ей? – Хорошие девочки уже спят в такое время, – заявил я пафосно. – Ага, – хохотнул Зоран. – Только где хорошие девочки и где Лида? – Ты сейчас о чем? Неприятностей давно не было?! Могу устроить! – Успокойся, подполковник. Это я так, – и заржал. Понятно, он там тоже не слишком трезвый. – Хорошего вечера, – буркнул я и отключился. Я – идиот, теперь об этом и Зоран знает. Черт! Завтра же с утра еду к Лиде, пусть все рассказывает! Но с похмелья все снова пошло наперекосяк, и поехал к Третьякову. Может, скажет что-то, да и в изолятор ему пора. Свожу в больничку, если врачи не против, то обратно в СИЗО. Начальство опять ржать будет, что таскаюсь с ним сам… Но блин, они знали про Лиду. Уроды! Если бы кто-то с самого начала рассказал, с кем познакомился, я б… Сразу же разорвал эти отношения. Пока еще не стало слишком хорошо. Слишком поздно. Голова трещит, во рту гадко, сердце ноет, но надо работать. Дверь в квартиру генерала почему-то оказалась открытой. Моментально напрягся и достал ствол. Не нравится мне это – Третьяков провалами в памяти не страдает. Внутри тишина – вошел, стараясь не издавать лишних звуков. И замер на пороге гостиной. Подследственный стоит посреди комнаты, в руке пистолет. Явно наградной. Как мы могли просмотреть его при обыске?! Словно в замедленном кино наблюдаю – поднимает ствол и направляет себе в голову. Забываю обо всем и бросаюсь к нему, валю на пол. Какое-то время молча и яростно сражаемся, но мне все же удается вырвать оружие. Третьяков сильно сдал в последнее время, еще и больное сердце. – Какого хрена ты творишь, генерал?! – ору на него. – У тебя дочь! Как воровать, так и силы, и смекалка есть, а как отвечать, так лучше застрелюсь?! – Моя дочь теперь твоя забота, – цедит тихо и отстраненно. – Вот именно! Она мне никогда не простит, если ты сдохнешь! Пойми, это будет окончательный и бесповоротный конец не только для тебя! – Я написал Лиде письмо. Болен я, не хочу ждать долгого и мучительного конца. – Иди к черту! Тебя инфаркт хватит в худшем случае, это ни фига не долго и не мучительно. Где это письмо? Слез с генерала, собрал оружие. Нашел измятые листы на столе – почитаю на досуге. – Вещи собирай, в СИЗО едем. А то смотрю, дома тебе скучно. Через час сдал Третьякова, врачей вызвал в изолятор. В больницу не отпущу, мало ли что… Ствол пока припрятал, надо разобраться, откуда и почему не нашли. Устал за утро так, хоть кричи. Но кричать некогда. Идиотский поступок Третьякова будто открыл глаза – завтра может быть поздно. Сегодня между нами старые обиды, но все может поменяться. Все что угодно. Нельзя терять времени, нужно поехать к Лиде и поговорить. Может, Зоран соврал, и я выставлю себя не в лучшем свете. Но не впервой же. По пути заехал в магазин подарков. Нужно что-то не столь заезженное, как цветы. И, конечно, не кольца. Рановато, еще напугается и сбежит. В итоге остановился на воздушных шарах – розовые, голубые, белые. Пусть понимает, как хочет. Еще и плюшевого медведя взял. Не знаю, играют ли в такое дети, но девушки вроде любят. После тормознул на мойке, надо машину в порядок привести. Самому бы тоже не мешало побриться, но да ладно. Уж какой есть… Если согласится, то ей со мной небритым жить постоянно. Хотя я даже каждый день бриться согласен, лишь бы с ней рядом. Подъехал к университету, вытащил шары и подарочный пакет. Стою, как придурок, во всем великолепии. Студенточки косятся, улыбаются. Вон их сколько, а мне только Лиду подавай. Странно это, неправильно как-то. И как мы жить дальше будем? Понятия не имею. Если откажет, не знаю. И если согласится, тоже не знаю. Какой-то ты слишком растерянный Крайнов. Вот всегда все знал, а теперь что-то расклеился.</p></section><section><title><p>24 Лида</p></title><p>24 Лида</p><p>Вышла из универа, подумывая поехать к отцу. Сразу заметила у крыльца хихикающих девчонок. Посмотрела в ту же сторону и… Не может быть! Кирилл Зайцев, он же Андрей Крайнов. С нелепыми шариками в таком количестве, что, кажется, сейчас улетит. Он меня тоже заметил. Если стоять тут и делать вид, что не знаю его, придет сам. И у нашего разговора будут свидетели. Придется подойти. Хмуро бреду в сторону парковки, еле переставляя ноги. Хотя… Надо все же сказать ему. Момент вроде подходящий, лучшего не ожидается. – Привет, – решила заодно и поздороваться в кои-то веки. – Здравствуй, Лида, – расплылся в улыбке. – Я помню, что ты категорически отказалась от свидания. Это не оно. Точно. – Ага… Слегка подзависла – чего тогда он хочет? Крайнов протянул мне шары и подарочный пакет. Взяла и то, и другое. Потом шары отдала обратно, потому что иначе никак не залезть в пакет. Так, плюшевый медведь. – Нравится? – заискивающая улыбка. – Миленький. Можем поехать куда-нибудь пообедать? Нужно поговорить. Кир закатил глаза, хотя, похоже, тут же пожалел об этом. Понимаю, вчера я просто послала его на такое же предложение. Сама не понимаю, что со мной. У меня даже не семь пятниц на неделе, а по сто раз на дню настроение меняется. От – прощу, хочу, люблю; до – придушу подушкой, пусть только окажется рядом. Мама говорит, что это гормоны. Но решение принимать надо, и я склоняюсь к тому, что хочу этого ребенка. Хотя не могу не признавать, что решение очень детское. Хочу, а дальше? Брошу учебу, сяду в декрет на несколько лет на небольшую мамину зарплату? Еще и отец болеет. В общем, как ни крути, сказать надо. Может, и пошлет. Но тогда хотя бы точно буду знать, что на него рассчитывать нельзя. – Конечно, поехали. Тут совсем рядом кафе индийское, которое тебе так нравилось. – Не надо индийское, – запротестовала, ведь тошнота подкатила к горлу при одном упоминании. – Через два квартала веганское есть. Давай туда. Чудом нашла это место. Никаких специй, никакого кофе. Все очень пресное и полезное. Именно то, что сейчас нужно. Андрей с готовностью согласился. Усадил меня, запихнул шарики на заднее сидение и забил адрес в навигатор. Уже через десять минут мы сидели за столиком в самом укромном углу, который здесь нашелся. – Что будешь? – спросил Крайнов, недоуменно разглядывая меню. Не растерялась, знаю его от корки до корки. Странно, срок еще такой маленький, а мои вкусы уже кардинально поменялись. Андрей тоже себе что-то заказал, скорее из солидарности. Отсутствие стейков точно не сделает это кафе его любимым. Сам выглядит неважно, будто с похмелья. Не побрился утром, зато одет, как обычно, с иголочки. Не в форму. Официантки с интересом косятся на него, но я, кажется, наконец, привыкла к этому. Может, сегодня мы насовсем попрощаемся… Поели молча. Я, потому что сильно проголодалась. А он больше смотрел на меня, чем ел. Но в итоге сказал, что готовят неплохо. Оценила его дипломатичность. Вообще он сегодня какой-то другой, без обычного запала. Мягкий, уступчивый, понимающий. Мне нравится, для наших обычных огненных страстей сейчас точно не время. – У меня проблема, – начала с места в карьер. Крайнов на это напрягся, но уверенно кивнул – мол, говори. Хорошо… – Не знаю, как теперь тебя называть. Вроде и понимаю, что Андрей, но язык не поворачивается. – Проблема, согласен, – как-то неопределенно протянул он. – Вообще Андрей, конечно. Но если какое-то время будешь путаться, пойму. На самом деле из нас двоих я изменился гораздо меньше. Только имя другое. Ты же вообще вся чужая. Я уже не понимаю, как могли так долго пребывать в эйфории друг от друга. С твоей стороны ничего этого не осталось… Пытается меня упрекать? Думает, что это хорошая тема для примирения? – Считаешь, этому нет объяснения? – Есть, конечно, но… Ты обоснованно сердишься, но я, правда, не мог иначе. – Отвезешь к отцу? Не знаю, как сказать главное. Может, в машине смелости наберусь. Или когда папа будет в соседней комнате. – Нет, не отвезу. Он в изоляторе. – Странно, не позвонил, что собирается. – Не собирался. Так вышло. – Как много ему дадут? – странно, но раньше я никого не спрашивала об этом. – Он согласился сдать подельников, поэтому не так много, как предполагалось изначально. Мы дождемся его, обещаю. Кир протянул руку и погладил по щеке. Это было так нежно, так доверительно. Из какой-то прошлой жизни. – Я беременна! – выпалила на одном дыхании, а сама уставилась на него, стараясь не пропустить ни одной эмоции. – Хорошо, – просто ответил он. – Почему отцу не сказала? Вопрос странноватый, но я так растерялась, что не обратила внимания. – Не знаю, – пожала плечами. – Только мама знает. – Неужели? – вопросительно изогнул бровь, будто поймал на вранье. – Еще Вадик. Но он просто все выдумал, ничего ему не говорила. Да какая разница?! Скажи что-нибудь по существу! – начала заводиться от его непонятной реакции. – Что нам теперь делать?! Официанты и посетители стали оборачиваться в нашу сторону. Ну и пофиг, пусть смотрят! – Лида, успокойся, – взял за руку и чуть сжал. – Ты сама что думаешь? Я готов и согласен. Голос вкрадчивый, а взгляд пронизывающий. Будто идет по тонкому льду и осторожно прощупывает поверхность перед каждым шагом. Не такой реакции ожидала… Видимо, я слишком молода и эмоциональна. Либо черное, либо белое. И как после такого рассказывать, что хочу этого ребенка, семью и прочую ванильку из женских романов? Лучше б послал, честное слово. – Я… Знаешь… Я просто считаю, что должна была тебе сказать. И вот сказала… – А Зорану зачем сказала? И почему ему первому? – Понятия не имею, о чем ты. Вырвала руку из его пальцев, и практически сбежала из кафе. Пока будет расплачиваться, успею затеряться в толпе около метро. Так и вышло – слышала где-то позади его голос, но догнать не смог. Не поехала сразу домой, вдруг у подъезда станет караулить. Вернулась в университет и просидела в библиотеке до закрытия. Домой приехала поздно. Мама вышла встречать в коридор грустная и какая-то испуганная. – К тебе приезжали, Лида. Ты почему трубку не брала? – Я в библиотеке была. Кто? Намеренно отключила телефон, чтобы не отвлекали. Неужели он с мамой разговаривал? Зачем?! – Андрей приходил. Принес шарики и медведя. Сказал, что ты его до инфаркта доведешь своими выходками. Ты зачем сбежала, Лида? Что за детский сад? – Не знаю, мам. Просто я рассказала ему, а он… Ну ничего. Сказал, «готов и согласен», – показала знак кавычек. – А на что именно не уточнил? Мне так обидно стало. Разве это я должна ему что-то предлагать? Вот и ушла… – Ох, Лида… Этот Андрей, он такой взрослый. И все твои метания могут быть ему непонятны. Дите сделали, а теперь разобраться не можете. – Ты права, мам. Надо было сначала выучиться, работу найти, замуж выйти, а потом уже расслабляться. Но получилось иначе. – Не забивай голову тем, как надо было. Это больше не важно. Пойдем, накормлю. Я чай заварила только что. Помыла руки и с радостью села на свое любимое место около окна. Пока жила с папой, хозяйничала в основном сама. А это так приятно, когда о тебе заботятся. – Еще… Андрей, – снова запнулась, прежде чем его так назвать. – Сказал, что папа опять в СИЗО. – Знаю, и мне сказал. И объяснил, почему. Нет его вины в этом, все правильно сделал. – А мне почему-то ничего не объяснил. Видимо, перебила со своими новостями. – Еще сказал, постарается, чтобы со следователем тебе больше не пришлось встречаться. Из-за особых обстоятельств. Может, еще только разок. – Было бы здорово, – буркнула. Последняя беседа мне очень не понравилась. Такое чувство было, что не под отца копают, а под самого Крайнова. – Лид, так вы договорились о чем-то? Или что? – Нет, мам, – помотала головой. – Ничего не знаю. Ну не могу я его перед фактом поставить, что рожать буду. Пусть хоть сто раз он согласен. Не дело это. Пока не скажет, что хочет ребенка… Осеклась. Потому что понятия не имею, что буду делать до тех пор. И что буду делать, если так и не скажет. – А если не скажет? Он может и не хотеть. Слишком взрослый. И ты, конечно, о его личной жизни ничего не знаешь. Был женат или нет? Дети есть? Мама высказала не только мои опасения, но и то, что пока даже в голову не приходило. Наверное, «нет» на все вопросы. Будь иначе, Софья наверняка рассказала бы об этом. Но если все так – к тридцати пяти не был женат, детей не имеет… Странновато… Наверное… – Не знаю. И спрашивать как-то неудобно. Я же его за другого человека принимала. Считала, что свободен, а почему – не задумывалась. Помолчали какое-то время. Я незаметно опустошила тарелку и допила чай. Не знаю, что теперь делать. Видимо, ничего. Как и до этого. Время еще есть. Пусть подумает. И я подумаю. Всю ночь проворочалась. Каждый раз, просыпаясь и открывая глаза, натыкалась взглядом на связку шаров. Слишком заметные в свете уличного фонаря. Медведь на соседней подушке напоминал, что все сделала правильно, и самое сложное уже позади. А утром решила, что не хочу больше номер Андрея в черном списке держать. И тут же исправила эту несправедливость. В конце концов, будем мы вместе или нет, общаться придется. Возможно, всю жизнь. На второй паре мой смартфон ожил и не замолкал до самого конца занятий. Кир-Андрей пожелал доброго утра и добавил, что нам следует закончить разговор. Прочитала и оставила без ответа. Следователь смской уведомил, что отец вернулся в изолятор и назначил следующую встречу. Как вовремя – странно, что я знала об отце еще вчера. А последним позвонил Зоран. Точнее неизвестный номер. Сдуру взяла. – Здравствуй, Лида, – сразу узнала этот спокойный, вкрадчивый голос. – Давай встретимся. Погуляем в парке, поговорим. Вспомнилось вдруг, что Кир вчера сказал о Зоране. Откуда он может быть в курсе о моей беременности? Хотелось бы узнать. И понять, что еще ему от меня надо. – Здравствуй. Хорошо. Только в светлое время суток и в очень людном месте, – прошипела тоном секретного агента. Зоран на это лишь хохотнул и согласился. Будет ждать сегодня на парковке около главного корпуса. Так по универу скоро слухи пойдут о моей чрезвычайно насыщенной личной жизни. Что ж их всех сюда несет?</p></section><section><title><p>25 Лида</p></title><p>25 Лида</p><p>Выходила на крыльцо, опасливо озираясь. Все-таки в прошлый раз этот человек меня похитил. Хотя тогда это со мной происходило буквально через день. Наверное, я в такой растерянности, что просто плыву по течению. Может, Зоран прояснит что-то. Или наоборот, еще сильнее все запутает. Хочу спросить про его сестру. Ведь все вокруг твердят, какой Кир-Андрей ужасный, а он сам говорит совсем другое. Не выглядит Зоран человеком, который станет врать в глаза. Возможно, Кир прав, и между ними сильные эмоции. Зоран явился без машины. Видимо, успел отпустить водителя. В руках у него сразу заприметила красочный пакет. Еще один медведь? Но ошиблась. В пакете оказалась книга. Точнее учебник по биржевому делу. На английском. А Зоран знает толк в подарках – такой подход гораздо более личный и вдумчивый, чем клише «шарики-плюшевый зверь». Поблагодарила от души, прижала книжку к себе, чем вызвала веселый смешок. – Пойдем? – предложил локоть. – Есть хочешь? Обещаю, что место будет очень людное. «Макдак», например. При мысли о запахе фритюрного масла моментально замутило, и я поспешила отказаться. – Пообедала в столовой. Если ты не голодный, давай просто погуляем. Не хочу проблем, если Андрей прознает, что хожу по кафе с Зораном. – Хорошо, давай. Тут недалеко выставка открылась. Буквально вчера. Зайдем? – С удовольствием, – радостно разулыбалась. Даже вспомнить не могу, когда последний раз ходила куда-то, чтобы просто приятно провести время. Да и вряд ли скоро смогу вернуться к такому образу жизни. Если вообще смогу. Медленно дошли до небольшого музея. По дороге болтали обо всем и ни о чем. Не затрагивали тему нашего знакомства, не упоминали Софью и Кира. В общем, отлично проводили время. Выставка мне тоже очень понравилась. Зоран оказался отличным знатоком современного искусства. Объяснял малопонятную мазню, которая от его слов внезапно обретала смысл. После остановились у кофейни. Зоран взял навынос чай, и мы пошли гулять дальше. Тепло, светит солнышко, рядом с мужчиной уютно и спокойно. Но вскоре почувствовала, что он весь будто подобрался, и поняла, что разговор все же состоится. – Лида, поговорим? – Давай, – неопределенно пожала плечами. – Для начала хочу принести извинения за обстоятельства нашей прошлой встречи. Если бы тогда знал о твоем положении, никогда бы не позволил себе подобного. – А откуда ты знаешь? – я уже ничему не удивляюсь, но все же интересно. – Общие знакомые. Кое-кто очень громко кричал, что скоро женится и станет отцом. – Не Кир ведь? – Не он. – Значит, Вадик. – Да, – Зоран улыбнулся так весело, что не смогла не поддержать. – Он догадался. Я ничего не говорила. И никак не подтвердила его выводы. Но ему это не мешает пребывать в фантазиях. – Ох, Лида… Это не фантазии, это расчет. – Не понимаю, – остановилась от неожиданности. – Не забывай, что Молчанов-старший очень близок с твоим отцом. Он знает все, что происходит с другом. Да твой папа и делится, возможно, многим. С кем еще в такой непростой ситуации? – И? – все еще не понимаю. – Уверен, они считают, что, в конце концов, ты примешь предложение Вадима. – С чего бы? – разговор перестал мне нравиться. – С того, что ребенок – это дорого. На зарплату мамы вам троим не прожить. И чем дольше тянешь с кардинальным решением проблемы, тем сильнее они верят, что все закончится свадьбой. – У этого ребенка вообще-то отец есть. – Я в курсе. Вот только в него, как в отца, совсем никто не верит. Сказала ему? – Да, вчера. А ты? Тоже не веришь? – понятия не имею, зачем мне мнение Зорана. – И я не верю, Лида. И поговорить хотел именно об этом. Вадим Молчанов – не единственный твой вариант. Так что можешь и дальше держать оборону и посылать всех. – Знаешь еще кого-то столь одержимого мной, что закроет глаза на чужого ребенка? – пробормотала недоверчиво. – Знаю. Не чужого ребенка, Лида, а твоего. Зоран столь проникновенно заглянул в глаза, что по спине поползли мурашки. Он же не на себя намекает? Вместо ответа мужчина наклонился и поцеловал меня. Быстрый, целомудренный поцелуй. Отстранился, и снова внимательный взгляд. А я… Я даже не шокирована. Не первый же поцелуй. – А тебе-то это зачем? – шепчу почти пропавшим голосом. – Знаешь, я ведь тоже давно не мальчик. Вот только не такой раздолбай, как некоторые, – Зоран взял за руку и повел дальше. – Жениться пора, отец давит. И ребенок не станет помехой. А ты… Ты так давно мне нравишься… В общем, не вижу ни одного препятствия для нашего счастья. Проговорил он все это немного насмешливо, вот только я ничего смешного не услышала. – Давно? Как давно? – Впервые мы встретились несколько лет назад. Очень обидно, кстати, что ты меня даже не помнишь. – Встреча была не одна? – Нет, мы частенько пересекались на всевозможных вечерах у друзей твоего отца. Периодически я набирался смелости, и мы болтали о чем-нибудь недолго. Не смотри так, ты уже была совершеннолетней. – Не придумывай, просто пытаюсь вспомнить. Вспомнить не получалось. Несколько лет назад, как раз после моего восемнадцатилетия, отец получил генерала. В этот период дружеских посиделок, вечеров и выездов на природу было так много – не удивительно, что далеко не все запомнила. Я тогда собиралась поступать, и интересовало только это, а не мужчины. Особенно взрослые. – Что скажешь? – Зоран дал пару минут на раздумья и продолжил. – Не знаю. Ты замуж предлагаешь? Вот так сразу? – Вадик тоже предлагает, его спрашивала об этом? – Зоран рассмеялся. – С Вадиком мы с песочницы знакомы. Дружили многие годы. Его я хотя бы помню, – подколола этого весельчака. – Да, Лида, я предлагаю пожениться. Вот так сразу. Причем времени на долгие размышления и подготовку у нас нет. Я, знаешь ли, сын посла. И о том, что собираюсь воспитывать не своего ребенка, не должно стать известно. Надеюсь, понимаешь, что дело не во мне? – Да, – ответила задумчиво. – Удивительно, но твое предложение меня совсем не шокирует… Самой странно. Особенно если вспомнить, какую бурю эмоций вызвал приезд Молчановых на дачу. – Рад, – Зоран остановился и поцеловал мою руку. Даже зажмурилась от удовольствия. Между нами снова возникло то самое неуловимое, что заставило в прошлый раз почувствовать себя такой особенной. Единственной в своем роде. Зоран моментально воспользовался моим замешательством и попытался поцеловать снова. Исхитрилась увернуться, потом и руку высвободила. С улыбкой, но решительно. – Подожди. Не торопи, не надо. Понимаешь ведь, что мне скоро совсем не до личных отношений будет? – Понимаю. Но уверен, что найм няни многое сможет поправить. А глаза такие, будто я уже сказала «да». – Обещаю подумать. Правда. Но у меня есть вопросы. – Предчувствовал это, – Зоран чуть нахмурился. – Спрашивай. – Почему мстишь Крайнову? Специально назвала эту фамилию, хотела посмотреть на реакцию. Не удивился, сразу понял, о ком я. Значит, вопрос будет не один. – Из-за сестры. Думаю, ты кое-что уже знаешь. – Да, но так ли он виноват? – Янка была немного старше тебя, когда они стали встречаться. Но в душе настоящий ребёнок. Так сильно любила его, что любовь эту после расставания перенесла на первого встречного. Уверен, до сих пор сохнет по Андрею. Виноват ли он, что пришел в наш дом и соблазнил ее без всяких серьёзных намерений? Потом бросил, хоть ему и намекали, что будем рады официальному браку. Пренебрег, поставил точку. Все еще злюсь на него и сильно. Возможно, излишне эмоционален в этом. Но тяжело видеть, что с ним все в полном порядке… Янка порой в таком состоянии, что кажется, никогда не выберется из этого. – Предложение мне – тоже часть мести? – Нет, Лида. Просто так совпало, что нам нравится одна и та же девушка. – Расскажи, как вышло, что знаешь его настоящее имя. Вы оба вели дела с моим отцом, и ты не предупредил его? – Это были разные дела, уверяю тебя. О том, что Крайнов работает под прикрытием, мне Софья сказала. И уточнила, что ты не в курсе. Не захотел говорить тебе, делать больно. А твой отец… Ну знал, что у них договоренности какие-то, но подробностей знать не мог, и сейчас не знаю. Сожалею, что так вышло. У Андрея работа такая, ничего не поделаешь. – У меня порой возникает чувство, что всем вокруг выгодно, чтобы отца посадили. – Это не про меня, поверь. Планировал прийти просить твоей руки. Не думаю, что он отказал бы. А потом узнал, что вы с Андреем встречаетесь. Признаюсь, был очень зол первое время. Никак не могу понять, что вы все в нем находите. – Зоран, ты не выглядишь обделенным женским вниманием, – рассмеялась, хоть и не особо весело. – И кто все? – Янка, ты, Софья. А ту девушку с вечеринки помнишь? – Помню, – практически проскрежетала. – Ну вот, Андрей каким-то магическим образом действует на женщин. А сам при этом ни к кому не привязывается. Не хочу тебя запугивать, это всего лишь многолетние наблюдения. – У них с Софьей действительно что-то есть? – Не знаю, Лида. Она говорит, что да. Он говорит, что нет. А мне, в общем-то, безразлично. – А у вас с Соней что? – Ничего, – выдержал мой прямой взгляд. – Она сама на меня вышла. Давно копает под Андрея. – Почему не сказал ему? – Говорил, и не раз. Он только отмахивался. Считал, что ничего ему не сделает. А в итоге под удар попала ты. – Не без твоего участия…</p></section><section><title><p>26 Лида</p></title><p>26 Лида</p><p>Зоран проявил себя настоящим джентельменом – не стал навязывать свою компанию излишне долго, посадил в такси. Всю дорогу думала об этой встрече – странно все же. Совсем не помню его. Зоран и Крайнов крутились в одном окружении и имели дела с моим отцом, но в итоге в изоляторе сейчас только папа. У Андрея работа, а у Зорана? Он собирался просить моей руки, значит, знакомство достаточно близкое… Или я что-то упускаю? Мысли разбегаются от усталости и насыщенности этого дня. Да и предыдущих тоже. Какая, в сущности, разница? Кроме того, что надо выбрать, кому верить. Можно у папы спросить про Зорана. Хоть что-то из сказанного он сможет подтвердить или опровергнуть. Ну а так – теперь на любые вопросы о Вадике могу отвечать, что есть другой жених. Вот только времени для принятия решения совсем не много. Дома поужинали с мамой. Не стала ей ничего говорить – меньше знает, меньше переживать будет. Не успели допить чай, как в дверь позвонили. А потом заколотили. Я вздрогнула, а мама подхватилась открывать. – Мам, может, не надо? – как-то не по себе стало. – Я только посмотрю, – ответила она излишне громко, видимо, тоже испугалась. Спустя полминуты услышала, что дверь все же открывает. Может, что-то стряслось? Выбежала из кухни посмотреть, кто пришел, и застыла на пороге. В коридоре, который моментально стал выглядеть тесным, горбится Кир-Андрей, а мама что-то тихо ему втолковывает. Увидел меня и буквально взревел: – Лида! Какого хрена ты творишь?! Какая помолвка?! Какой долбанный Зоран?! Мне что?! Еще кого-нибудь посадить надо, чтобы ты в себя пришла?! Крайнов одновременно с этими пугающими воплями широко шагает в мою сторону. Я отступаю, пока не упираюсь в кухонный стол. Ощущение безысходности придает сил. Или дурости. – А что, КИРИЛЛ?! Ты любого посадить можешь, кто тебе мешает?! Имя я выделила особенно, с удовольствием. – Нет, не могу! К сожалению! А вот морду набить запросто! – А за что?! Он просто сделал предложение понравившейся девушке. Что в этом такого? – А я и не с него спрашиваю, а с тебя! Это ты моего ребенка носишь и при этом разгуливаешь по выставкам с другим мужиком! Разговоры сомнительные с ним ведешь! – Ну с тобой-то поговорить никак не получается! – перешла и я к обвинениям. Мы просто орали друг на друга, а мама смотрела на это, прижав руки к груди. Бедная мама, сейчас она разочаруется во мне окончательно… – Со мной не получается?! – снова взревел Крайнов. – А не ты сбежала от разговора? – Не услышала, что хотела, вот и ушла! Спасибо Зорану, он сказал все, от чего затрепетало девичье сердце! У Крайнова в этот момент было такое лицо, будто ударит. Но нет, даже руку не поднял. Прикрыл глаза, выдохнул, потом посмотрел пронзительно. До дрожи между лопаток. – Паспорт, – протянул руку раскрытой ладонью вверх. – Что? – опешила от такого резкого перехода. – Паспорт, говорю, свой давай. – З-зачем? – Фотографию твою некрасивую хочу увидеть, прежде чем жениться! Чтоб по утрам не пугаться! – Ах, ты! – бросилась к нему с явным намерением выцарапать глаза. Явился сюда, орет, маму напугал, еще и шутит! По утрам не хочет пугаться! Гад! Придурок! Чурбан бесчувственный! Не знаю, на что рассчитывала, но мое нападение, конечно, провалилось. Андрей запросто обхватил под грудью и развернул к себе спиной. Так мои ногти никак не могли бы причинить ему вред. Я брыкалась и верещала, словно кошка в душе, но высвободиться из рук Крайнова не могла. – Мария Семеновна, принесите, пожалуйста, паспорт Лиды. Очень нужен. Уверена, он сейчас еще и улыбается маме своей фирменной улыбкой. Козел! Хорошенько пнула его под колено. Дрогнул, но не отпустил. – Андрей Львович, я целиком и полностью на вашей стороне, но дочь неволить не буду. Сама пусть решает, за кого замуж. Ей жить. Услышав новое отчество бывшего, я мерзко захихикала. Лев, как ни крути. – Веселишься, Лида? – чуть встряхнул меня. – Паспорт сама отдашь или инсценировать его потерю? – А свой-то найдешь по случаю? А на какую фамилию? Почему-то стало очень весело. Повисла на руке Крайнова и посмеиваюсь себе. – Ну что такое, Лида?! Ты любое дело в балаган превратишь! – сказал, ссаживая на табурет. – Паспорт, говорю, давай. В ЗАГС завтра отнесу. И свой тоже. На настоящую фамилию. – А про Зорана откуда знаешь? Следишь за мной? Не могу сказать, что это сильно опечалило бы мое женское эго, но все же подобное далеко от нормы. – Нет, как-то не догадался. Зоран сам сказал. Потеряла дар речи от удивления. И негодования. Все же дело в мести… А я дурочка уши развесила. – Понятно, – буркнула чуть слышно. – Расстроил тебя? – Андрей, кажется, успокоился немного, присел на соседний стул. – Нет. Я еще ничего не решила. Просто игры эти надоели. – Ты не думай, Зоран – он серьезно. Сказал, чтобы разобрались между собой. Чтобы выставила меня сама. Не хочет жену, влюбленную в другого. Но ты даже не думай! – снова начал повышать голос. – Женимся в ближайшее время. И можем дальше сколько угодно разбираться. – Да не хочу я разбираться! – не выдержала, соскочила и нависла над ним. – Я понять тебя хочу! Хочу услышать, что любишь, что хочешь быть вместе, что рад нашему малышу! И не надо врать! Мы оба взрослые люди, и правда очень скоро выплывет. Нам не нужно жениться, жить вместе и пытаться выглядеть счастливыми. Мы можем взаимодействовать как-то иначе. Договоримся. – Лида, я не очень силен в красивых словах… – Не надо красивых, Андрей, – впервые его так назвала и сама вздрогнула. – Никаких не надо. Уходи. – Лидочка, дочка, выслушай его! – взмолилась мама, всплеснув руками. – Спасибо, Мария Семеновна. Мама права, послушай. Я не умею говорить красиво, не дарю цветов, и не очень представляю, что такое остепениться и стать семейным человеком. Тебе будет сложно со мной, если согласишься. Но я рад, очень рад, что мы все еще общаемся. И очень хочу попробовать, постараться стать семьей. Никогда за то время, что мы были вместе, меня не тянуло к другим женщинам. А когда у нас начались сложности, я буквально с ума сходил. И сейчас схожу. У меня нет кольца и букета, но я пришел делать предложение. – Почему? – я все же заплакала. – Почему ты не сказала все это вчера? До того, как Зоран решил с тобой поконкурировать? Или сама по себе я не интересна? Только в качестве приза в споре с давним противником? – Не говори ерунды, Лида, – привлек к себе, обнял. – Просто ты слегка сбила с толку новостью о беременности. – О, не ври. Ты ведь знал! – Знал! Но я ему попросту не поверил. А ты подтвердила. Я растерялся, мне такое впервые говорят. Погладил по голове, вытер слезы с щек, заглянул в глаза. Не смогла не улыбнуться – его взгляд все тот же, и прикосновения нежные, привычные. Спазмы внизу живота уже тут как тут от его близости, запах туалетной воды щекочет ноздри – хочется просто отключить мозг и упасть в этот момент, снова довериться этому мужчине. Некоторые пары и не такое переживают и идут дальше вместе по жизни. К новому имени скоро привыкну. А отец… Я давно знала, что он доиграется. И не считаю его невиновным. Очень больно, что именно Андрей стал той самой рукой возмездия. Но это его работа, служба. Действительно, придется смириться, если хочу быть с ним. – Простишь? – прошептал и поцеловал в нос. – Думаю, да. Со временем. – Долго ждать? – коснулся губами моих губ, невесомо, с опаской. – Не наглей, Крайнов! – рассмеялась и чуть куснула его в ответ. А потом сразу отпрянула, потому что взгляд Андрея моментально потемнел. А я все еще хорошо помню, чем обычно заканчивались наши горячие перепалки. – Андрей, может, чаю? Мама очень вовремя вклинилась и засуетилась вокруг нас. Крайнов осторожно выдохнул, явно про себя занимаясь самовнушением, и наконец, прекратил пожирать меня глазами. – Да, Мария Семеновна, спасибо. С удовольствием. Потом мы пили чай. И разговаривали. Так, будто все уже позади. Мама с Андреем, кажется, прекрасно понимают друг друга и полностью готовы породниться. И отлично! Чувствую себя превосходно рядом с ними, диктату отца здесь просто нет места. Может, не так все и плохо. Когда папа выйдет, наш с Андреем малыш уже будет достаточно взрослым, чтобы играть с дедом. Примет, полюбит – никуда не денется. Ну и Крайнова стерпит соответственно. Но это все потом, сейчас следует подумать о текущих делах. Завтра встреча со следователем, а послезавтра с врачом. Должны прийти анализы из лаборатории. В ближайшее время стоит поговорить с Андреем о том, где буду наблюдаться. Верю в маминого врача, но хочется большую многопрофильную клинику, чтобы не метаться на позднем сроке между специалистами по всему городу. Вскоре я проводила Андрея. Он очень просился остаться на ночь, но переубедить меня не смог. Маме может быть это неприятно – она как-то сказала, что больше не планирует заводить отношения с мужчинами и приводить кого-то сюда. Пусть снимает квартиру, как и предлагал, или у себя ремонт делает – не знаю. Но здесь никаких свиданий. Перед уходом Крайнов взял с меня обещание, что откажу Зорану при следующей же встрече. Точнее, во время телефонного разговора. И добавил, что со мной внезапно выяснил, что очень ревнив. И сам удивился этому. Что ж, сойдет за признание пока…</p></section><section><title><p>27 Лида</p></title><p>27 Лида</p><p>На следующий день с самого утра я буквально порхала от счастья. Мама только тихо посмеивалась надо мной. По всему понятно, что Андрей ей очень даже понравился. И это объяснимо – долго мамочка ждала, пока отец получит по заслугам. Но думаю, тут дело и в личном обаянии Крайнова. Женщин очаровывать он умеет, Зоран прав на сто процентов. Занятия прошли быстро и необременительно. Я даже в библиотеку успела после на часик. Потом пришлось вызвать такси и ехать к следователю. Тот начал себя странно вести, едва перешагнула порог. Заботливо усадил на стул, налил воды и весь прямо лучился участием и сочувствием. Очень скоро начала нервничать из-за его поведения, ведь раньше этот суровый мужчина не демонстрировал каких-то особых чувств. Может, Крайнов сказал о нас и ребенке? Не понимаю… До конца беседы причина его «танцев» вокруг меня так и не прояснилась. А я уже и думать забыла об этом – зато успела нарыдаться и даже накричала на следователя. Проявив минимум участия, он перешел к вопросам. Спрашивал про пистолет, из которого папа пытался застрелиться. Об их конфликте с мамой и о том, чью сторону заняла я. Вызнал все про наш быт с отцом – кто готовил, кто закупал продукты, кто имел доступ к холодильнику кроме нас. Когда спросила, зачем ему это, ответил, что, возможно, имело место отправление. Мол, неспроста у бывшего генерала сердце барахлит. Не сразу поняла, что речь обо мне. О том, что я пыталась сжить отца со свету. После информации о его неудавшемся самоубийстве это просто добило. Я кричала, проклинала сидящего напротив мужчину. Наверняка наговорила себе минимум на административку. Но, вероятно, он ничего особо не понял, потому что я захлебывалась рыданиями. Во всем этом как-то позабыла, что не только дочь подследственного бывшего генерала, но и без пяти минут жена подполковника УСБ. В тот момент казалось, что я одна во всей вселенной, и нет никого, кто мог бы помочь. Прийти и увести из этого ужасного кабинета, где мне прямым текстом говорят, что мы с мамой пытались убить отца из-за большой квартиры в центре. Но и это оказалось не все… – Лидия Владимировна, успокойтесь, пожалуйста, и сядьте на место. Я не обращаю внимания на ваше поведение только из-за просьбы Крайнова, но препятствовать следствию он не может. Давайте подробнее о пистолете. Если вы его никогда не видели раньше, – он снова пододвинул ко мне фото. – Возможно, оружие появилось в доме не так давно? – Возможно. Меня самой долго не было, я жила на даче. Потом квартиру опечатали, и к ней имели доступ ваши же сотрудники. – Да, вот только после экспертизы появился очень четкий след. Зоран Елич. Вы ведь знакомы? Еще один ваш любовник? Чувство дурного сна усилилось стократно, хотя, вроде, куда уже. – Это полная ерунда, – четкого проговорила, глядя в безжалостные глаза следователя. – Мы виделись с Зораном всего несколько раз. Ничего не знаю о его делах, и уж тем более об оружии, с которым он может быть связан. И нет, мы не любовники. – Лидия Владимировна, у вас есть бесспорное право все отрицать и защищаться. Но примите добрый совет – наймите профессионала. Он может очень скоро вам понадобиться. Потому что в глазах следствия все выглядит не очень хорошо. – Я могу узнать, как именно выглядит? Потому что ваши нелепые обвинения, приправленные нелепыми намеками, никак не складываются у меня в голове в целостную картину. – Выбирайте выражения, пожалуйста. Не складываются? Хорошо, я сложу за вас. Много лет назад ваши родители разругались из-за измены Марии Семеновны Третьяковой. Расставание было сложным и скандальным. Вас отец оставил жить с собой, и я его понимаю. Чему может научить такая мать? Впрочем, личная жизнь изменщицы не задалась, и вскоре она овдовела, вину за что попыталась переложить на бывшего мужа. Не вышло. Даже пересмотр дела не бросил тень на вашего отца. А потом вы выросли. Уверен, с матерью общались, скрывая это. Вы молоды, хочется денег и развлечений, но отец запрещал. Не так ли? Мама ваша одинока, влачит жалкое существование на копеечную зарплату. И тогда вы решаете избавиться от человека, который стоит между вами и сытой спокойной жизнью с любимой мамочкой. Для этого используете своего любовника – Андрея Крайнова. Очень удобно спать с сотрудником УСБ, когда собственный отец пошел по наклонной. Думаю, о грешках папы вы давно знали. Полагаю, что в какой-то момент всей этой котовасии вы сочли, что срок для папы – это слишком долго и не очень результативно. И начали добавлять что-то ему в еду, зная о проблемах с сердцем. Ну и напоследок, ваш второй любовник отдал вам пистолет. Понятно, что в сложившейся ситуации бывший генерал нашел бы ему наилучшее, по-вашему мнению, применение. Слезы высохли почти сразу. Я не юрист, но тут и так понятно, что плачем делу не поможешь. – Я подозреваемая? – Нет, пока свидетель, но все может измениться. – Не буду дожидаться этого и воспользуюсь вашим советом. Следующая наша встреча пройдет в присутствии адвоката. Вы можете дать мне какие-то документы? Я просто не смогу пересказать это, язык не повернется. – Никаких документов не будет. Не сейчас. В конце недели жду с адвокатом. Всего хорошего. Можете идти. Вышла из кабинета, потом из здания. Внутри пусто и как-то гулко. Вот Андрей посмеется – после моих обвинений в том, что это он мной пользовался, оказывается все наоборот. Вот только мне совсем не смешно. Доказать, конечно, ничего не смогут, потому что не было такого и быть не могло. Да, не ладили мы с папой. И развод родителей был ужасным. Но мало ли у кого так же – все травят отцов или доводят до самоубийства? Что делать? Крайнова нигде не видно. И не звонил сегодня. Где-то внутри точит червячок недоверия, но отмахиваюсь. Занят, наверное. Мало ли что на работе стряслось. Зоран? Нет, ему точно звонить не буду. И так уже в любовники записали. Села на ближайшую лавку – надо успокоиться и подумать. Зачем кому-то сажать меня? От этого никому никакого толка. Тогда к чему все это? Для кого спектакль? В этот момент в руке завибрировал телефон. Вздрогнула от неожиданности, так была поглощена размышлениями. Андрей. – Да? – Лида, ты где?! – буквально заорал в трубку. – В парке я, за прокуратурой, – не задумываясь, ответила и не очень поняла, чего он так орет. – Сейчас буду, – и сразу отключился. А я не успела даже телефон в карман засунуть, как увидела Крайнова у входа в сквер. Бежит в одной рубашке, оскальзывается на снежной крошке, что внезапно нападала за ночь. И у него что-то стряслось? – Лида, ты как? – подбежал запыхавшийся, упал на колени перед лавкой и смотрит-смотрит. – Все нормально, – ответила озадаченно. – Беседа со следователем была крайне неприятной. Наверное, мне даже адвокат понадобится. Но все хорошо. Поплакала немного только. – Лида! – взял за руки. – Прости, прости, прости. Меня срочно вызвали, бросил все и поехал. А сейчас протоколы беседы почитал, чуть не поседел. Ты не волнуйся, никакой адвокат тебе не нужен. Ты тут вообще ни при чем. Потянула Крайнова на себя, вынуждая подняться и сесть рядом. Теперь у него еще и брюки грязные. – Андрей, а ты не замерзнешь? – спросила обеспокоено. – Пойдем в машину. Или в кафе. – Да, в машину. У меня там какао для тебя слабенький и пончик без начинки. Мы поднялись, Андрей так стиснул мою ладонь, что стало как-то не по себе. Разве все так уж страшно? В машине тепло, приятно пахнет. Крайнов сразу надел куртку, хотя явно не замерз. Наоборот – на лбу капельки пота. Не заболел бы. Попили какао с пончиками. С каждым днем токсикоз отступает, могу позволить себе все большее разнообразие в плане еды. И это просто невероятное наслаждение. Да, многое мы не ценим, пока не потеряем… – Андрей, почему адвокат не нужен? Насколько поняла, меня обвиняют в попытке убийства и доведения до самоубийства. В сговоре с мамой. – Ерунда! – ударил по рулю. – К тебе это не имеет никакого отношения. Под меня роют, дисциплинарку шьют. Методы мои руководство не оценило, как и задержание Зорана. В общем, жду со дня на день – либо с переводом подъедут, либо еще что похуже. Но ты не волнуйся, уволюсь, в крайнем случае. – Зачем? – ничего не поняла. – Затем. Если перевод, то это куда-нибудь подальше от Москвы. Чтоб мой «беспредел», – Андрей саркастически приподнял брови. – Был не так заметен в Министерстве. А как мы уедем? У тебя здесь мама, университет, отец под следствием. Ну и медицина, конечно. – А работать где будешь? Еще один рот на мамину зарплату мы точно не потянем. – К отцу в компанию пойду. Никогда не хотел этого, но чтобы перекантоваться сойдет. Поняла вдруг, что ничего не знаю о его родителях… Интересно, скоро он нас познакомит? – Тебе виднее. Хорошо, тогда не буду волноваться. – Вообще ни о чем не беспокойся. Я приму любое решение начальства, тебя больше не тронут, – помолчал немного. – Черт! Я же в прошлый раз это говорил! – В прошлый раз про перевод ничего не было… У Крайнова был столь удрученный вид, что захотелось как-то поддержать. – Да, тут не знаешь, чего ждать. То звезды дают, то за методы бичуют. Кстати, не без участия Зорана. – Следователь сказал, что он передал мне пистолет, из которого отец чуть… – мой голос задрожал. – Почему не сказал? – Ну а сама как думаешь, Лида?! Как такое беременной женщине скажешь? И дальше ничего говорить не буду. Уж извини. – Извиняю. Не могу винить его за заботу обо мне и нашем будущем ребенке. – Как себя чувствуешь? Может, к врачу? Неспокойно на душе что-то. Ты ведь понервничала. – Нормально все. К врачу завтра. Поедешь со мной?</p></section><section><title><p>28 Лида</p></title><p>28 Лида</p><p>Андрей действительно отвез к врачу на следующий день. Ждал у кабинета, весь бледный и испуганный. Мне и самой было волнительно, но доктор сказала, что все отлично. Дала рекомендации, спросила, где планирую наблюдаться. Пришлось признаться, что еще не решила. – Не тяни. Сейчас многое можно выявить на самых ранних сроках, не стоит от этого отказываться. Все же с Крайновым надо серьезно поговорить… Но как-то неловко поднимать тему – вроде бы и помирились, но ни официального предложения, ни хотя бы кольца. Ничего, только обещание с моей стороны, что откажу Зорану. А он и не звонил ни разу с последней встречи. Может, Андрей сам ему все сказал? Но едва перестала думать о несостоявшемся женихе, и он нашел меня сам. Точнее, я так подумала, а выглядело все как внезапная встреча. В скверике за университетом. Я всегда прохожу здесь после последней пары, отсюда ближе до метро. Заметила Зорана издалека. Первая мысль – убежать, но не стала этого делать. Тем более он оказался не один. Рядом увидела яркую, молодую женщину. Пока разглядывала ее, и меня заметили. – Лида! – воскликнул Зоран. – Какая удача! Крайнов запретил звонить тебе, но в парке-то я могу погулять! Вышло несколько театрально – он еще руки развел в стороны и вытянулся в струнку при этом. – Здравствуй, Зоран. Я так и поняла, что без Андрея твое исчезновение не обошлось. Подошла к ним – как-то невежливо будет просто уйти. Да и сам мужчина по-прежнему не вызывает у меня неприязни или опасений. – А ты скучала? – подмигнул. – Подполковник орал, что я тебе совсем не нужен. Балаган продолжился и начал утомлять. – Хватит, – попросила с улыбкой. – Не вмешивай меня в ваши непростые отношения. Пожалуйста. И вопросительно уставилась на его спутницу. – О, совсем позабыл. Вы же не знакомы. Лида, это Янка, моя сестра. Застыла на месте, глядя на бывшую Крайнова. Почему-то теперь она показалась еще красивее – стройная блондинка, стильно одетая и умело накрашенная. Эх, а я давным-давно похожа на черти кого из-за всего этого бардака в жизни. Не помню, когда в последний раз волосы укладывала. – Добрый день, Янка. Приятно познакомиться. – Мне тоже, Лида. Она протянула руку, и я вынуждена была пожать ее. Узкая, теплая ладонь и безупречный маникюр. Тонкий аромат духов и замораживающий мелодичный голос. Янка вовсе не похожа на девушку, у которой сложности с алкоголем, мужем и настроением. Спокойная, безмятежная, уверенная в себе. Скосила глаза на Зорана – любопытно, но не могу же при ней спросить. – Девочки, пойдемте обедать, – предложил Зоран, видимо, поняв, что пауза затягивается. – Я не смогу, домой надо. Дел очень много. Попыталась сразу отказаться – понятия не имею, о чем с ними говорить. Тем более Андрей уже все сказал Зорану по его же словам. – Лида, ты гнева жениха боишься? – Елич опять начал дурачиться. – Конечно, нет. Да он и не жених еще, чего бояться-то? – А мне ничего сказать не хочешь? – Хочу. При Янке? Ты не против? – Мы очень близки. Говори. Посмотрела Зорану прямо в глаза. Там уже затаились понимание и грусть. Неужели, правда, будет переживать из-за моего отказа? – Очень благодарна тебе за предложение и за готовность поддержать в непростой ситуации, но… Мы с Андреем решили попробовать наладить отношения. Уверена, понимаешь, что мы просто обязаны попытаться. – Да, понимаю… Опустил глаза, попинал рыхлый снег ботинком. Янка вообще никак не среагировала на наш разговор, будто не услышала. – Я пойду. Мне пора, – прошептала чуть слышно. – Давай до метро проводим, – предложил Зоран. Неужели так быстро справился с эмоциями? Или их просто и не было? – Хорошо, – радостно улыбнулась. По дороге Зоран рассказал, что Янка приехала в гости примерно на месяц. Что он поэтому не звонил, был занят встречей и обустройством сестры. Также упомянул, что она только что развелась и ей очень нужна поддержка семьи. Помню, муж ее никому не нравился – наверное, хорошо, что развелась. Перед входом в метро стали прощаться и вдруг Зоран выдал, будто только что вспомнил: – Лида! Мы же Крайнова в гости позвали. Он говорил, что они с Янкой большие друзья? – Да, что-то такое упоминал, – ответила растерянно. – Вот! Вдруг ты сочтешь, что без приглашения неудобно… Мы и тебя приглашаем. Посидим, поболтаем. Больше никого не будет, только мы вчетвером. – Если Андрей возьмет с собой, приду, конечно. Уф, звучит вроде не страшно… Не испугалась, но из головы моментально выбросить не смогла. А вдруг не возьмет? Вдруг даже не расскажет? А если все же пойдем, то что? Как мне себя вести в обществе бывшей любовницы Андрея и мужчины, который хотел на мне жениться? Понятия не имею, что со всей этой информацией делать. Промаялась в итоге два дня, а на третий Крайнов пришел к нам на ужин. Принес два букета цветов, бутылку вина (для себя и для мамы, конечно же) и аппетитнейший торт. Для меня все это стало сюрпризом, а вот мама знала и даже подготовилась. А я весь день думала – чего она в субботу так на кухне старается? И любопытно втягивала носом, ловя уютные, домашние запахи, знакомые с детства. Когда в дверь позвонили, все, в общем-то, сразу стало понятно. Укоризненно посмотрела на маму, проходя мимо в коридор. Увидев Андрея в глазок, уже и не удивилась. Открыла, замерла на пороге. Как же он хорош – белая рубашка, костюм, а в руках, наконец-то, атрибуты ухаживаний. – Проходи, – смущенно опустила глаза, принимая цветы. Второй букет вручил маме, вышедшей к нам. Она забрала и все остальное и вернулась к готовке. А я осталась с Крайновым – он пожалился, что еще не знает, где в нашей хрущевке вешалки и ванная. Наивно планировала показать ему все, как вдруг оказалась прижата к твердой мужской груди. Задохнулась от внезапного глубокого поцелуя. Запах туалетной воды Андрея, перемешанный с его личным, и ощущение холода на коже от прикосновений буквально оглушили. Замерла, наслаждаясь моментом. Вспоминая, узнавая, разрешая, но не решаясь включиться в это безумие полностью. И Крайнов чувствовал меня, снова также хорошо, как раньше. Не торопился, не торопил, медленно исследовал мое тело под тонкой тканью домашнего костюма, продолжая ласкать губами и языком. Не знаю, сколько бы это длилось, если бы мама не позвала. Отстранилась, пытаясь отдышаться, заглянула в любимые глаза. Не улыбается, не злится… – Пойдем, а то остынет, – сказала первое, что в голову пришло. К счастью, Андрей послушался без возражений. И пока мыл руки в ванной, мне удалось привести мысли и чувства в порядок. И быстренько переодеться во что-то более подходящее для ужина с мамой и будущим женихом. Надеюсь… Оказывается, я безумно на это надеюсь… Потом мы ели мамину вкусноту. Крайнов так вообще за обе щеки. Прямо вижу, как в его голове крутятся воспоминания о моих бутербродах. Да, я готовлю не очень. Мама не успела научить, а отец неприхотлив и часто перекусывал вне дома. Но теперь-то могу учиться, чтобы радовать мужа в будущем. Счастливо зажмурилась при этой мысли. Неужели, правда, поженимся? И все будет нормально? Без недомолвок, секретов, лжи и непонимания. Моментально забыла о своих романтических мечтах, когда Андрей заговорил про Зорана и его сестру. – Нас пригласили в гости. К Зорану Еличу. Помнишь такого? – не упустил случая поддеть. – Помню, – ответила спокойно. – И меня пригласили. Я же хочу честности между нами – почему не начать первой? Крайнов на это вопросительно вздернул бровь. – Встретились вчера случайно в центре. Познакомилась с Янкой. Правда, не уверена, что это такая уж потрясающая идея. – Нормальная идея. Я ведь говорил, что с Янкой мы общаемся. Очень давно не видел ее. И разговор с Зораном очень нужен по службе. Прессуют меня при его участии. Но если ты не хочешь идти, я пойму. Идти я не хочу, но отпустить туда Андрея одного хочу еще меньше. Это ужасно, но, похоже, я готова ревновать его к кому угодно, если есть повод. Даже если этот повод микроскопический. Не знаю, что это – гормоны или отчаяние беременной женщины, которая вцепилась в отца своего малыша… – Я пойду, – отвечаю спокойно и улыбаюсь. Ну что такого, в самом деле, может случиться? Я буду там с подполковником УСБ. Посидим пару часов, поговорим. Мне будет не по себе, но придется потерпеть. Иначе никак – Янка теперь свободна, а Зоран явно не станет возражать, если сестра попытается вернуть горячо любимого бывшего. И даже условия все создаст. Потом придет ко мне и доложит, возможно, даже с фото и видео. Фу, какие ужасные мысли… Но это были не все ужасные мысли на сегодня. Провожая Андрея, я топталась перед зеркалом в прихожей. Заметить, как сильно проигрываю Янке, не составило особого труда. Даже в нарядном платье. А что надеть завтра вообще понятия не имею. Это не Молчановы, домашние макияж и укладка будут крайне неуместными. Оплатить все это сама точно не смогу. Мялась-мялась, пока Крайнов в упор не спросил, что не так. Стыдно, непривычно, но теперь я буду долго от него зависеть в материальном плане. Наверное, пора привыкать… – Да, кое-что не так. Не хочу завтра тебя опозорить. Я ведь была дома у Зорана. Там очень шикарно… Понимаешь? Попросить денег напрямую вряд ли смогу. Хотя позора всего на две минуты, а в противном случае на весь вечер. Еще и ненужные сравнения для Андрея. – Конечно, понимаю. Лида, ну нельзя прямо сказать? – достал из кармана пиджака банковскую карту и отдал мне. – Доступ к моему счету. Купи платье, туфли, сходи в салон и что там еще нужно девочкам. Тебе лучше знать. Кстати, ты клинику выбрала? Все же врач, у которого мы были – не лучший вариант по многим причинам. – Спасибо, – захлопала глазами от удивления, про медицинские расходы и говорить не пришлось. – Я как раз думала о том, что пора выбрать большую многопрофильную клинику. – Очень пора. Готов участвовать в выборе настолько, насколько пожелаешь. Деньги – не проблема. Я еще даже не уволился, – закончил невесело. – А все же придется? – интуитивно поняла еще в прошлый раз, что для него это будет непросто. – Не знаю. Зависит, от разговора с Зораном. Если отзовет юристов, то, наверное, все утрясется со временем. – Это из-за меня? – прошептала чуть слышно. – Почему ты так думаешь? – Ты тогда взял штурмом дом, и его задержал, стрелял в Софью. Это потому что я была там, в доме? – Лида, я очень рад, что наконец-то поняла. Не все говорится словами. Но это не из-за тебя. Это из-за меня, из-за моих чувств, которые я поставил выше доводов разума. Я знал, уже тогда знал, что просто так мне подобное не спустят. Приподнялась на цыпочки и поцеловала его. Нежно, не закрывая глаз. Утопая в серо-стальной дымке и стремительно расширяющемся зрачке. Да, начала понимать. Ведь не может быть дело в повышении по службе, если он вот так готов от нее отказаться.</p></section><section><title><p>29 Андрей</p></title><p>29 Андрей</p><p>Чертов Елич! Так и знал, что он вывернет и без того патовую ситуацию! Перед Лидой пришлось делать вид, что все прекрасно. Догадывался, что он и к ней подкатит с этим. И очень скоро. Если бы не Лида, вертел бы я это все… Даже ценой погон. Но нет, откажусь сейчас, Зоран придумает что-нибудь позабористее дружеского ужина. А без Лиды не могу пойти, никак. Это сразу дать разрешение на компромат, который моментом окажется у моей без пяти минут жены. Новый скандал, все по второму кругу. Вот только теперь мы все знаем, что Лида беременна. И в отличие от Зорана мне это не безразлично. Поколдовал на днях в архивах и материалах дела Третьякова – а Елич запал на Лидку давненько. Противно было смотреть, как он облизывал ее взглядами на каждой записи, на каждом фото. А вот она ноль внимания – не удивительно, что не запомнила его. Не потому ли Янка развелась и прилетела, что этот урод решил идти до конца к своей мечте? А что? Пообещал сестре меня, как главный приз, попросил ее о помощи. Тем более это сразу избавило их семью от неугодного зятя. И поспособствовало воссоединению в Москве. Отличный план – я для Янки, Лида для Зорана. Вот мы попали… И как теперь из этого выбираться? Одному идти нельзя, не идти совсем – еще что-то выдумают. Сходить и дать понять, что все чудесно и шансов нас разлучить нет? Наверное, это единственный более-менее безопасный вариант. На самом деле с удовольствием бы встретился с Янкой, но без ощущения охоты на себя. Пока же остается только все тщательно продумать. Особенно то, какими словами объяснить ситуацию частенько раздраженной и злой Лиде. Но, кажется, эту проблему решить удастся. Денег, правда, придется прилично потратить, но не жалко. На это даже с радостью. В воскресенье пришлось встать спозарань и покататься по магазинам. Катался долго. Сомневался, хотя Мария Семеновна с размером кольца подсказала. Раньше я так мало задумывался о вкусах Лиды, что сейчас постоянно мучился вопросом – понравится ли ей? Хотя как по мне, все помолвочные кольца одинаковые. Металлический ободок и крупный прозрачный камень. В чистоте и огранке все равно ничего не понимаю – буду надеяться, что если дорого, то и хорошо. Объездив половину центра, остановил выбор на известном ювелирном бутике. Подкупили консультанты – увидели во мне, уже порядком всклокоченном и замотанном, будущего новобрачного. Расспросили о невесте – как выглядит, чем занимается, что любит и не любит. А потом очень уверенно выдали рекомендации по выбору. Засомневался, что это действенный метод определиться с покупкой, но поддержка людей в теме сейчас очень нужна. Готов расцеловать этих девушек – им удалось пробиться сквозь панику и донести, например, что в возрасте Лиды не нужен столь большой камень, как я выбирал. Выдохнул, успокоился, угостился кофе с печеньем и приступил к просмотру подходящих колец из наличия. Спустя полчаса вышел из магазина абсолютно счастливым с маленькой коробочкой во внутреннем кармане. И с огромной уверенностью в сердце, что небольшое изящное колечко обязательно понравится Лиде. А обручальные пойдем выбирать вместе. Вечером подъехал к подъезду любимой. Сердце бьется как сумасшедшее. Не думал, что вообще когда-то женюсь. Дамочки частенько вешаются на меня, но в их добрые чувства и намерения не очень верю. С ранней юности научен охотницами за богатыми женихами. Долго наступал на эти грабли, а потом перестал. А Лида… Она другая. Ничего обо мне не знала и привязалась. Цветов не дарил, по театрам не водил, хотелки не оплачивал. Так – подарки иногда, поесть в дорогом ресторане и все на этом. И не просила ведь ничего и никогда. Папа обеспечивал неплохо. Но даже когда Третьякова взяли, не попыталась переложить на меня обязанность содержать. До последнего ничего не просила. А я тянул, ждал… Грешным делом думал, может папа припрятал чего. Все же в УСБ работаю, такие секреты нашей молодой семье ни к чему. Но, похоже, все нормально. Денег у Лиды нет, одна гордость. Вышла из подъезда. Коротенькая шубка, волосы распущены локонами по плечам, полусапожки на каблуке и юбка до колен. Какая красавица моя Лида… И как же я соскучился в самом банальном мужском смысле. Но пока не загоню ее к врачу, ничего не будет. Пусть справку несет, что нам можно. Поспешил навстречу, открыл пассажирскую дверцу, поцеловал в щеку, чтобы помаду не размазать. Улыбнулась, села, а я чуть затормозил. Ну Крайнов, давай же! Не дрейфь, это всего лишь несколько слов и подарок! Пока… Возвращаюсь на водительское, излишне громко хлопая дверцей при этом. Лида внимательно вглядывается в мое лицо, пытаясь поймать взгляд. – Что-то случилось? – спокойно улыбается. – Если планы изменились, останусь дома. Не проблема. Ее голос дрожит и дробится – очевидно, проблема, и еще какая. – Нет, ужин в силе. Хочу кое-что тебе сказать, – нахожу в себе силы посмотреть ей в глаза. – Говори, – подбадривает, а сама сцепляет пальцы в замок от переживаний. – Все нормально, не пугайся. Подумал, что вечеринка у Зорана – хороший повод, чтобы впервые официально появиться как будущие супруги. – Допустим, – отвечает после пары секунд раздумий. Неужели не поняла? Не важно, хватит тянуть, а то еще надумает лишнего. – Предупреждал, что с разговорами у меня не очень. В общем, я просто поехал и купил тебе кольцо. Достал коробочку и передал Лиде. Она замерла, глядя на розовый кубик в своей ладони. Так мы посидели какое-то время… Забрал футляр обратно, с трудом разорвал бантики-ленточки, открыл и вытащил кольцо. – Лид, выйдешь за меня? – Выйду, – ответила не слишком быстро, но это именно то, что хотел услышать. Надел украшение на тонкий пальчик и сразу понял, что консультанты не подвели. Кольцо село идеально, будто было создано для этой девушки и нашего союза. Лида зачарованно смотрит на собственную руку, мне же вдруг стало смешно. Ну ладно она, юная неопытная, но я-то чего? – Нравится? – все же хочется узнать, не зря ли столько времени потратил. – Очень. Оно просто потрясающее! Посмотрела на меня, а в глазах слезы. Надо же, растрогал… – Не реви, косметика потечет, – выдал самое действенное против разведения сырости, на мой взгляд. – Хорошо, – прошептала срывающимся голосом. Наклонился и чуть прикоснулся к ее губам. По-взрослому будем позже целоваться. – Поехали? – Ага. Зоран и Янка встретили тепло. Особняк после обысков привели в порядок, и он, кажется, стал еще шикарнее. Посол не скоро забудет мне тот беспорядок. Янка радостно рассмеялась, увидев меня, и бросилась на шею. Еле отцепил. Не могу воспринимать ее как бывшую. У нас все очень стремительно завертелось и также быстро закончилось. Она из тех девушек, которые просто наслаждаются жизнью, а потом идут дальше. Не было между нами ни слез, ни упреков. Когда Зоран вдруг принялся обвинять, что разбил сердце его сестре, понадобилось время, чтобы понять, о чем он. И это оказалось непросто – ведь я всегда считал, что между мной и Янкой чистая физиология. А что должен был думать, если на одной из вечеринок она сама увела меня из гостиной и прямым текстом предложила приятно продолжить вечер наедине? Что в двадцать пять лет это у нее великая и единственная любовь? Нет, тогда это точно не могло прийти мне в голову. Мы, правда, отлично провели время. Потом еще разок, и еще. Уединялись либо внезапно посреди приема, либо она подкарауливала где-то. Или присылала смс с названием отеля и номером комнаты. Не знаю, почему такие легкие, нескучные отношения закончились столь быстро. Я был не против продолжать дальше. Да что там, большинство мужчин на моем месте тоже хотели бы этого. Но взаимная скука все нарастала. Удивлять друг друга становилось все сложнее, и я видел это в глазах Янки каждую встречу. А таких женщин никак нельзя оставлять грустить – избалована с детства, всегда получает, желаемое. А я не шут вовсе. Мне бы секс без затей и нелепых женских ожиданий. На очередной вечеринке Янка удалилась с кем-то другим, и я моментально поставил точку. Без сцен, истерик, обвинений и прочей лабуды. Такие игры уж точно не по мне. Поэтому сестра Зорана для меня больше как друг, как партнер по шалостям и развлечениям, а не по интиму. Не могу воспринимать ее иначе, но с радостью обнимаю разок и завязываю с прикосновениями. Ведь Елич тоже зря времени не теряет – осыпает Лиду комплиментами, целует руки, говорит что-то забавное. Моя невеста хохочет. И я рад, обожаю ее смех. И подмечаю, что рядом со мной она чувствует себя достаточно расслабленно, чтобы смеяться после всего. Проходим в столовую. Стол сервирован, словно для королевских особ. Странно, рассчитывал, что проведем время с вином и закусками на удобных диванах. Сняв шубку, Лида стала еще краше, притягательнее в облегающем коктейльном платье. Уверен, на ней чулки и еще что-нибудь кружевное, но думать об этом нельзя. Не время и не место. Зоран так и кружит вокруг моей женщины – усаживает за стол, рассказывает о блюдах и напитках. Мне остается только повторить все то же самое с Янкой. И чисто теоретически в этом нет ничего такого, если не знать контекст. Беситься начинаю практически сразу и с трудом дожидаюсь, когда все рассядутся. По пристальным взглядам вскоре понимаю, что кольцо на Лидином пальце заметили. Зоран, наверное, еще в холле рассмотрел. Ну? Правильно, все у нас отлично, и сделать с этим вы ничего не сможете. Я хоть и не сын посла, но отстоять возлюбленную смогу. Особенно теперь, когда мы помирились и решили пожениться. Еще бы юристы Еличей отвалили, было бы вообще замечательно.</p></section><section><title><p>30 Лида</p></title><p>30 Лида</p><p>С начала встречи с Еличами чувствую себя, будто в какой-то мелодраме. Крайнов нервничает и натянуто улыбается. Янка вся в образе несчастной, покинутой, разведенной женщины. А Зоран буквально душит заботой и учтивостью. Мне и смешно, и тревожно одновременно. За столом мужчины почти сразу переходят к деловым разговорам. Не понимаю и трети сказанного, и от этого еще хуже. Надеюсь, договорятся – от этого зависит очень многое. Для Андрея и нашей будущей семьи. Успела понять, как он любит службу. И хотя мне работа избранника не сильно нравится, все же привычна – выросла в такой семье. А что нас ждет, если Крайнов уволится, неизвестно. Точнее, он-то знает, но со мной пока не делится. С трудом отвечаю на вопросы Зорана, которые кажутся бесконечными. Тяжело концентрироваться на разговоре, когда самой намного интереснее, о чем Андрей с Янкой болтают. Обидно, что переключая внимание с брата на сестру, моментально расслабляется. Смеется над шутками, говорит что-то подбадривающее. Друзья? Не знаю. Не хотелось бы, чтобы будущий муж с такими красотками дружил. Еще и влюбленными в него, по мнению ближайших родственников. Даже неприкрытое восхищение и лавина комплиментов от Зорана не спасают – сердце точит ревность, аппетита нет. Хорошо хоть не тошнит… Наконец, переходим в гостиную. Здесь и сидеть удобней, и не надо делать вид, что нравится еда. Янка включает негромкую музыку и начинает медленно, плавно двигаться прямо посреди комнаты. Взгляд с поволокой, в руках бокал шампанского, пластике и стриптизерша позавидует. Закатываю глаза – не могу среагировать иначе. Зоран моментально замечает и начинает посмеиваться. Теперь на мою реакцию обращает внимание и Андрей. Сам не видел, но сразу все понял, похоже. Чуть качает головой и виновато улыбается. Ну, правда, что такого в танцах в доме собственного брата? Кроме того, что дальнейшая логика событий понятна… Зоран пригласит меня, а Крайнов вынужден будет пригласить Янку. И, кажется, я уже в подходящем настроении, чтобы не отказать гостеприимному хозяину в такой мелочи. Так и происходит. Кружимся парами и постоянно переглядываемся. В какой-то момент Янке все же удается увлечь Крайнова разговором. А Зоран наоборот молчит и не мешает мне доходить до точки кипения. В конце концов, не выдерживаю сама. – Зачем?! Если я тебе так нравлюсь, зачем мучаешь меня?! – Не понимаю. Что-то не так? Скажи что, постараюсь все исправить. – Убери свою сестру от моего будущего мужа! – злюсь все сильнее. – Лида, успокойся, пожалуйста. Они просто разговаривают. Думал, мы сможем приятно провести вечер. Поняла, что не смогу сдержаться, несмотря на все усилия. Злые слезы жгут глаза. Вырвалась из внезапно сильной хватки Зорана и побежала в туалет в холле. Благо, прекрасно помню, где он. – Лида?! – понеслись вслед два мужских голоса. К черту пусть катятся оба! Разве я для этого сюда приехала? Чтобы смотреть, как Крайнов с бывшей обнимается? Возможно, это всего лишь гормоны, но безумно хочется придушить обоих. И Зорана следом! Заперлась, присела на пуфик, уронила лицо в ладони – плевать на макияж… В двери сразу же заскреблись. – Лид, ну ты чего? Что случилось-то? – молчу и стараюсь всхлипывать потише. – Хочешь, давай уедем. Ты же не думаешь, что мне это сильно нравится? Просто уверена, что ему прямо противно к ней прижиматься! – Лида! – а это уже Зоран. – Если ты не начнешь отвечать, дверь придется открыть с этой стороны. Мы тут очень волнуемся! Так и думала, что отсидеться не получится. Наверняка, есть ключ. – Ну что вы так разволновались? – и Янка пришла. – Лида проявляет собственнические инстинкты. Спасибо, что не в волосы мне вцепилась. И как у нее получается говорить такие гадости столь благостным тоном? И этот чарующий чуть заметный акцент… Впрочем, еще не вечер – а вцепиться хочется, и давно. – Лид, не дури. Не понимаю, чего ты так расстроилась. Конечно, не понимает. Потому что ему удобно не понимать. Домой хочу, к маме. – Андрей, ты готов, что теперь так будет всегда? Капризы маленькой девочки и истерики по любому поводу. Что-о-о-о?! Эта коза совсем обалдела? Я же все слышу! – Янка, прекрати немедленно. Это тебя не касается, – судя по голосу, Крайнов тоже сдерживается из последних сил. – Андрей, – жалко пищу. – Пусть они уйдут. – Слышали?! – рявкает Крайнов. Еличи уходят без возражений. Ужасно вышло, все-таки мы в гостях. Приоткрыла дверь и впустила Андрея. – Ну, чего ты расклеилась? – обнял, шепчет в ухо, согревая замерзшие плечи ладонями. Потом отстраняется, заглядывает в глаза, стирает влагу с щек. А улыбка снова виноватая-виноватая. Неужели все, и правда, было не так невинно, как выглядело? – Прости, – все же извиняюсь. – Я все испортила. – Ничего ты не испортила, не переживай. Домой? – Да, – все еще всхлипываю, но мне уж значительно лучше. Вдвоем мы кое-как приводим мое лицо в порядок и выходим в холл. Зоран появляется мгновенно и рассыпается в извинениях. За что? Думаю, он и сам не знает. А если знает, то не скажет. Еще через полминуты приносят нашу одежду. Янка и не думает нас провожать – ее спина маячит в гостиной. Поза – воплощение вселенского страдания. – Лид, мне попрощаться надо, – шепчет Крайнов. Молча киваю. Я же не ревнивая истеричка, ведь нет? Андрей благодарно улыбается и идет к Янке. Тревожно наблюдаю за ними, не обращая внимания на болтовню Зорана. В какой-то момент он прекращает говорить и устало присаживается рядом. – Прости, я правда думал, что ей встреча поможет. И не хотел делать это втайне от тебя, – все же предпринимает еще одну попытку объясниться. – Ничего. Наверное, это всего лишь гормоны. Пройдет. Не очень верю в сказанное мной же, но не хочу и дальше продолжать разговор. Замолкаем и продолжаем смотреть на дружеское прощание. Янка снова падает в драму. Спектакль возобновился, но теперь для единственного, как она думает, зрителя. Отходит к столу, берет виноградинку с блюда и соблазнительно отправляет в рот. Не то чтобы мне так уж хорошо видно, но поза, движения – все говорит само за себя. Она там пытается обаять моего мужчину, а я просто сижу и наблюдаю за этим… Может, все же подправить ей прическу? Жаль, но в моем положении это нереально. Внезапно Крайнов с Янкой заговорили громче. Спорят? Ругаются? Андрей подошел совсем близко, а она развернулась. Выкрикнула что-то, потом подняла руку. Что произошло дальше, до сознания дошло не сразу. Все будто в замедленной съемке. Вот Янка опять кричит на Крайнова, в ее пальцах что-то блестит. Не могу разобрать отсюда. Андрей поворачивается и идет в сторону дверей. Лицо у него злое и расстроенное. На пороге Янка нагоняет его. – Я люблю тебя! – теперь слышно достаточно отчетливо. Не успеваю, понять, что чувствую по этому поводу, потому что Крайнов начинает оседать на пол. Мучительно медленно, с наползающими на лицо недоумением и бледностью. Когда он падает на мраморные плиты, Янка остается стоять над ним. Потрясенная и бездвижная. В ее руке окровавленный нож. В шоке зажимаю рот руками, но через секунду бросаюсь к Андрею. Зоран ловит за талию и припечатывает к себе. – Сюда! Кто-нибудь! Срочно! Вызовите врача! – орет он на весь холл. Брыкаюсь изо всех сил, по спине Андрея расползается алое пятно. – Успокойся, Лида! – чуть встряхивает, но не отпускает. – Нельзя туда, она не в себе! Орет мне в ухо, пытаясь привести в чувства, но я продолжаю вырываться. – Не в себе?! Не в себе?! Ты сам это затеял, забыл?! Холл наполняется людьми. У Янки, наконец, отбирают нож, и Зоран отпускает меня. Подбегаю к Андрею и падаю на колени рядом. Он без сознания, глажу его по волосам, безуспешно сдерживая рыдания. Понятия не имею, что можно делать, а что нет – я же не врач!!! Зоран суетится рядом, раздает указания. Янку уводят, она не сопротивляется. – Лида, доктор скоро будет, – пытается оттащить меня от Андрея. – Вставай, пол холодный. Отпихиваю его и продолжаю рыдать над Крайновым. Мне очень страшно, кажется, что все закончилось. Что он больше никогда не откроет глаза, не заговорит со мной. Кольцо на моем пальце блестит насмешкой над уничтоженным будущим. Отойти согласилась только с появлением врача. Он еще и прикрикнул, чтоб не мешала. Разрезал рубашку на Андрее, пытаясь добраться до раны. А когда сделал это, велел вызывать скорую. Зоран рядом замер с телефоном в руке. – Звони!!! – заорала на него. – Если он не выживет, я во все газеты отнесу статью о сегодняшнем вечере! И десяток заявлений!!! Позвонил. Отошла и сделала то же самое. Благо адрес расслышала. Не верю Зорану. Не верю ему и его лживым словам. Про симпатию, про добрые намерения. Эх, Андрей, с такими друзьями и врагов не надо… Бригада приехала быстро, врач Еличей уже сделал все возможное, поэтому в больницу отправились сразу же. Зоран поехал за нами на своей машине и появился в больничном коридоре минут на двадцать позже. Я к этому моменту уже безумно устала мерить шагами потертый пол и без сил упала на жесткую лавку. Сел рядом, демонстративно отодвинулась. – Лида, ты же понимаешь, что я не планировал ничего подобного. – А Янка? – невесело усмехнулась. – Понятия не имею. Она казалась нормальной, обычной. Только очень грустной. Лид, ей нельзя в тюрьму. Она там пропадет. – Отмажете… – Я сожалею, правда. – Не хочу разговаривать. Не до того момента, как выйдет хирург и скажет, что все будет нормально. Отвернулась от него, зябко кутаясь в шубу. Не думаю, что здесь так уж холодно, но знобит до сих пор. Внезапно в коридоре появляются еще два человека. Мужчина и женщина, оба в годах. Они, поддерживая друг друга, почти бегут к двери, около которой мы сидим. Останавливаются, растерянно смотрят на горящее табло «Не входить» и переглядываются. Потом обращают внимание на нас с Зораном. – Вы Лида? – вдруг спрашивает женщина. Растерянно киваю и соскакиваю в следующую секунду. У Андрея ее глаза. Мы обнимаемся и плачем. Мужчины неловко и безуспешно пытаются нас успокоить.</p></section><section><title><p>31 Лида</p></title><p>31 Лида</p><p>Я тогда чуть с ума не сошла. Несколько часов сидели с мамой Андрея на лавке под дверями отделения. То плакали, то утешали друг друга. Крайнов-старший быстро выпроводил Зорана. Не просто так. Тот начал говорить, что случившееся должно остаться без огласки. Отец Андрея закрыл ему рот парой хлестких фраз и велел проваливать. Под предлогом заботы о сестре. Елич помялся, поглядел на меня, но ушел. А мне лишь гаже стало. Надо было проявить характер. Упереться, устроить истерику, но не пустить любимого к Янке и Зорану. Не пошел бы против беременной. Но не хотелось быть ревнивой идиоткой и истеричкой, а теперь вот… Рядом причитала мама Крайнова. Разглядывала мое кольцо и рассказывала, что Андрей им давно сообщил. Обещал вскоре с невестой познакомить. Не стала интересоваться, все ли это или еще что-то сказал. Так и не смогла для себя решить, что будущим свекрам менее придется по душе – беременность до свадьбы или отец-сиделец. От мыслей о ранении Андрея это отвлекло совсем ненадолго, но хоть что-то. Через три с небольшим часа появился утомленный врач и объявил, что пациента перевели в палату. Пока в реанимацию, но к утру, есть надежда, уже будет в обычной. Велел ехать домой и узнавать новости по телефону. Сложно описать чувство облегчения, которое меня накрыло. Мы с Крайновой снова расплакались, а отец Андрея нам попенял. Мол, нечего уже сырость разводить, все нормально будет. И так уверенно он это сказал, что мы быстро успокоились и покинули больницу. До дома меня довезли. При прощании уверили, что готовы к скорой встрече в более торжественных обстоятельствах. Ох, не до этого сейчас. Для начала выспрошу Крайнова, что они знают. А то как-то не по себе… Мама выбежала в коридор бледная и испуганная, едва я открыла дверь. Написала ей смс из больницы, чтобы не волновалась. Успокоила ее, как могла. Сама еще не до конца в себя пришла, чтобы кого-то другого утешать. Ночь прошла не очень хорошо – постоянно просыпалась, вздрагивала от любого шороха и очень боялась, что утром не получу хороших известий. Но все обошлось – Андрей позвонил сам. Я только зубы успела почистить. – Доброе утро, Лид. Ты как? Классно вчера посидели? Голос хриплый, надтреснутый, но извечный черный юмор при нем. Значит, и правда, поправится. – Ох, Андрей… Я нормально. Ты себя как чувствуешь? – Все хорошо. Почти как новенький, – хохотнул и тут же закашлялся. Через пять дней Крайнов сбежал из больницы. Точнее попытался. Врач застал его вылезающим из окна процедурной. Во избежание беспокойного пациента быстренько выписали под собственную ответственность. Мы с Крайновыми как раз ехали в больницу, когда Андрей позвонил отцу и рассказал, где его искать. При странных обстоятельствах я впервые попала к нему домой. Никогда бы не подумала, что так случится. Оказалась не готова к реальности – условия поистине спартанские. Не успела оправиться от шока, как Валерия Ефимовна категорично заявила, что здесь она сына долечивать не будет. Лев Денисович ее поддержал. Поэтому через полчаса мы снова сели в машину и поехали к Крайновым-старшим. Трехэтажный дом в пригороде показался сказочным дворцом после обшарпанной однушки жениха. Андрею выделили комнату на первом этаже. Видимо, чтобы бежать легче было, если решится. Пациент хоть и храбрился, но был уложен в постель. Отдыхать, правда, упорно не хотел. Мы разговаривали, играли в карты и шашки, костерили Еличей на все лады. А после обеда, который его мама принесла прямо в постель, и вовсе последовали неприличные намеки. – Лид, – взял за руку и чуть потянул на себя. – Знаешь, я, кажется, немного замерзаю. Иди ко мне. И так многозначительно приподнял одеяло второй рукой. А я смотрю на него и понимаю, как мне не по себе. Раньше просто не поверила бы, что этого мужчину может загнать в постель что-то кроме сна или секса. И не полезу я к нему, вдруг повернется неудачно, рана откроется. – Нет, Андрей, – мягко высвободилась и поправила одеяло. – Давай лучше плед у твоей мамы попрошу. – Лид, ты, правда, готова передать такое ответственное дело какому-то куску тряпки? И глаза сделал большие-большие и очень обиженные. – Как только тебя выпишут, обещаю греть сама. Каждый день, – совсем не хотела испортить ему настроение. – Просто полежи со мной рядом. Я очень соскучился. Об остальном не беспокойся, я сейчас ни на что не способен. Не очень я ему поверила, но прилегла. На одеяло. Обняла одной рукой и вдруг поняла, как ужасно устала сама. Андрей гладил по голове, говорил что-то ласковое. В итоге выспались мы отлично. И потом так и спали вместе, хотя мне тоже комната нашлась. На втором этаже. У Крайновых я практически безвылазно провела две недели. Все эти дни по учебным и медицинским делам со мной носились родители Андрея. Было слегка неудобно, но потом жених шепнул, что сказал им о малыше. И я успокоилась. Постепенно выяснилось, что и остальное знают. Удивительно, но я ни разу не почувствовала, что их что-то беспокоит. Если и не нравлюсь по каким-то причинам, то держат это при себе. В очередной субботний день Андрей заявил, что его все достало, и он выходит на работу. Мы с его мамой пытались возражать, но были категорично и жестко остановлены. Отец лишь махнул рукой. Вернулись по домам. И к обычной вроде бы жизни. Но все теперь стало иначе. За то время, что провели вместе, мы очень много разговаривали. Рассказывали друг другу о детстве, пристрастиях и антипатиях, много гуляли по саду вокруг дома и отлично ладили. Больше у меня не было сомнений по поводу мужчины, за которого собралась замуж. Не было мыслей, знаю ли я этого человека или только его образ для задания. Кажется, за этот небольшой срок я влюбилась в него еще раз. И на этот раз значительно сильнее. К тому же отношения наши все это время носили исключительно платонический характер. Врачи, оказывается, запретили строго настрого, о чем сообщить мне жених не счел нужным. А Крайнов-старший рассказал. И добавил, что перестанет пускать на порог, если нарушим предписания докторов. И мы держались. Не всегда это было просто. За чувствами следовали желания. Токсикоз отступал, а Андрей день ото дня казался все более здоровым. Но провести порознь неопределенное время нам не хотелось. Первое время после возвращения к маме вроде бы ничего не происходило, хотя я чувствовала какой-то подвох. Родительница постоянно суетилась, часто разговаривала шепотом по телефону. А стоило мне войти, тут же замолкала. Закрывала свой пухлый блокнот и убирала подальше. Все это немного раздражало, но мало ли чем она занимается. Андрей звонил каждый день, а встретиться никак не получалось. У него работа и перевязки, у меня лекции и библиотеки. А в пятницу Крайнов позвонил между парами и заявил, что заберет меня сегодня. Обрадовалась, хотя и ждала этого. У него же последний рабочий день. Села в машину, после пары поцелуев Андрей сорвался с места. – А куда мы? – он какой-то странноватый, улыбается загадочно. – К моим. Нужно кое-что сделать, пока опять что-нибудь не приключилось. У меня в голове возникло сразу несколько вариантов – многое мы пока не сделали, хотя стоило бы. Рассказать подробности Андрей не пожелал. Не стала приставать, лучше спокойно дождаться. Вскоре припарковались около крыльца и пошли в дом. А там… Праздник, к которому я оказалась совершенно не готова. Крайновы и моя мама. Шарики, цветы, накрытый стол. Андрей опустился передо мной на одно колено и протянул коробочку с двумя кольцами. Обычными, гладкими, обручальными. – Подумал, что сам справляюсь. Наука не такая уж хитрая, – подмигнул мне. Не знаю, хитрая или нет, но пара колец выглядит потрясающе. – Лида, я все же решил, что нужно это сделать. Нормальное предложение. В соответствующей обстановке. Я повторю свой вопрос, и надеюсь на тот же ответ. Лев Денисович хмыкнул при этих словах и предложил не подсказывать невесте ответ. Андрей шикнул, прося тишины. – Лидия Владимировна Третьякова, станете ли вы моей женой со всеми вытекающими? Новая фамилия. Крайнова, я уточню. Новое место жительства. И новый статус. Замужем. – Да, – просто сказала я и моментально почувствовала подступающие слезы. Андрей поднялся и поцеловал меня. По-взрослому, никого не стесняясь. Кольца пришлось вернуть, потому что они понадобятся только на регистрации. Потом нас поздравили родители, и все сели за стол. Кажется, мама чувствует себя с будущими родственниками вполне комфортно. Все разговоры были о свадьбе – хотим ли банкет, когда пойдем заявление подавать, где собираемся жить. Я не знала ответов, ни одного. Андрей односложно отделывался – подумаем, решим, еще рано об этом… После жених повез нас с мамой домой. Но вот из машины выпустил только маму. Даже до подъезда довел, что-то рассказывая. А когда вернулся, сообщил, что сегодня мы ночуем в отеле. Я слегка опешила от такого заявления, но как было устоять? Наверное, нужно и это успеть, пока что-нибудь опять не случилось. В итоге наше первое настоящее свидание после примирения затянулось на неделю. Практически жили в номере, покидая его только на время учебы и работы. А в последний день пребывания в отеле Андрей поднял с утра пораньше и заявил, что едем в ЗАГС. Стоило ли удивиться, что мой паспорт у него оказался с собой? Я не стала. Быстро собралась, у меня сегодня еще три пары и визит в клинику.</p></section><section><title><p>Эпилог</p></title><p>Эпилог</p><p>Через неделю после подачи заявления Андрей приехал ко мне рано, я только из университета вернулась, и велел собирать вещи. Извинился, что выбрал квартиру без моего участия. Решил, что беременной по просмотрам таскаться не стоит. Мама, которая сегодня была дома, сразу запричитала, что как так без брака вместе жить. И прочее из раздела о благовоспитанных девицах. Молчанова может быть подобное и подкупило бы, но не Андрея. Какая я ему благовоспитанная девица? Крайнов мягко, но настойчиво объяснил, что и время сейчас другое, и обстоятельства наши к соблюдению иллюзорных приличий не располагают. К тому же дата регистрации уже назначена. Но мама успокоилась, только когда он рассказал, что квартира совсем рядом с университетом и в нескольких остановках от клиники, которую я выбрала. Меня это тоже очень порадовало. И хоть рассчитывала сначала расписаться, все же собрала вещи. Зоран поначалу звонил-писал, пытался извиняться и вызнать наши намерения по поводу Янки. Но что я могла сказать ему? С Андреем, к счастью, все в порядке и теперь это только его воля и желание. А Крайнов посвящать меня как раз не торопился. Сосредоточилась на учебе и малыше. Усиленно зубрила, пока была такая возможность. Вдруг академ придется брать, хоть семестр закончу. Андрей еще долго ездил на работу с открытым больничным, а я ждала новостей с замиранием сердца. Уволится – не уволится. Про себя почти сразу решила – ну их, погоны. Крайнов-старший точно не позволит сыну выйти к себе недолеченным. Но как-то Андрей проговорился, что все хорошо на службе. Еличи отозвали претензии взамен на выезд Янки для госпитализации в клинике. Крайнов позже привез отредактированные задним числом протоколы, которые я с радостью переподписала. Того бреда, что наговорил тогда следователь, ни на одной бумажке не осталось. Суд над папой состоялся только через полгода. Пришлось купить самый объемный свитер, но отец все равно все заседание косился подозрительно. Андрея рядом не было, он по понятным причинам присутствовать не мог. Поэтому ничего вроде бы подозрительного, кроме обручального кольца, которое с такого расстояния не разглядеть. На тот момент со свадьбы прошло уже месяцев пять, но я до сих пор порхала на крыльях. Торжество было совсем скромным – роспись, потом обед в ресторане. Позвали только родителей и ближайших друзей. После мы снова переехали. В квартиру, подаренную Крайновыми. К моей огромной радости новое жилье оказалось совсем рядом со съемным. В начале лета я родила здорового мальчика. Настоящего богатыря, как умильно называл его Андрей, кажется, ежеминутно после нашей выписки. В свидетельство записали Кириллом Андреевичем Крайновым. Имя я предложила в шутку, а Крайнов сначала нахмурился, а потом сказал, что отличное напоминание будет. О многом. Так и решили. Правда, без сложностей не обошлось. Бывало агукаю с сынишкой, а приходит Андрей. Еще и надуется, что так ласково надо его окликать, а не младенца. Папу отпустили через три года за хорошее поведение. Изначально приговор был очень мягким из-за сделки со следствием. Думаю, зять подсуетился, хотя упорно молчит об этом до сих пор. Встречать поехали вместе с Андреем, оставив Кирюшу на бабушек-дедушек. Решили, что так лучше будет – сразу все расскажем, пусть привыкает. Тем более за эти годы наша семья только крепче стала. Кир скоро в сад пойдет, место нас уже ждет. Я в прошлом году закончила учебу и готовлюсь выйти на работу. Под крыло собственного мужа, в их бухгалтерию. Предлагали варианты и получше, но я решила начать с простого. Да и перспектива видеться в течение дня с Андреем очень греет. Обедать вместе, если будет получаться. Встреча с папой прошла не так плохо. Кажется, он ожидал увидеть Крайнова. Хмуро поздоровался с ним, меня обнял. Уговаривать сесть в машину не пришлось. Как только тронулись, попросил показать фотографии внука. Отдала свой телефон, и папа не вернул его до конца поездки. Наша старая квартира давно продана в пользу государства, поэтому о жилье для отца пришлось позаботиться нам. Привезли его в тихий дворик. Сюда в небольшую полуторку заранее доставили его вещи, которые удалось сохранить. Когда поднялись в квартиру, папа чуть не расплакался. Сказал, что не заслужил. Тяжело смотреть на него – худой, изможденный, постаревший. Со здоровьем не очень по словам тюремного медика. Отца дважды госпитализировали за это время. Впрочем, бывший генерал быстро взял себя в руки. Пообещал, что приведет в порядок свою жизнь, а потом очень хочет увидеть Кирилла. Произнося имя внука, отец посмотрел на меня и Андрея как на ненормальных. Возможно, со стороны это и кажется странным. Никто ведь так глубоко ситуацию не знает, кроме нас и папы. Постепенно отец выполнил свои обещания. Устроился на работу, проходит обследования и выполняет предписания врачей. Познакомили его с родителями Андрея и Кириллом. Сыну новый дед очень понравился. Свекры восприняли возвращение судимого родственника нормально. И даже с мамой они нормально взаимодействуют, когда встречаются. Чувствую, что маме не очень приятно, но она терпит. Как-то Андрей спросил, не сойдутся ли мои родители снова. Только покачала головой на это. Точно нет. Мама вся в работе и внуке. И прочих бабушкиных радостях. А отец… Кажется глубоко сломленным. Ему понадобится еще много времени, чтобы прийти в себя и привыкнуть к вновь изменившейся жизни. Зорана и Янку мы больше не видели. Сестра так и лечится с тех пор, а брат уехал и живет теперь в Белграде. Их отца отозвали из России, поэтому есть надежда, что мы никогда больше не встретимся ни с кем из них. Иногда смотрю на шрам на спине Андрея, и снова хочется рыдать, как в тот вечер. Страх за него до сих пор не прошел, не испарился, не исчез. Мне все еще страшно, что с ним что-то может случиться при вполне обыденных обстоятельствах. Но я стараюсь бороться с этим. Пока Кирилл был совсем крошечным, это получалось само собой – все внимание на ребенка. Теперь и наши родители больше помогают, и сын стал самостоятельней, а я свободней. Частенько ловлю себя на мысли, что хочется обнять мужа и не отпускать. Не выпускать в новый рабочий день. Возможно, поэтому так рвусь на работу к нему. Но он и сам не против, иначе меня бы просто не взяли. Несмотря на все сложности мы с Андреем очень счастливы. Обожаю засыпать рядом с ним. Просыпаться. Чувствовать поддержку и помощь мужа в любой ситуации. Недавно он заявил, что через пару лет пора подумать еще об одном ребенке. Запланированном на этот раз. Не знаю, хочу ли этого, но рада, что хочет он. А время определиться с собственными желаниями еще есть. Иногда Андрей договаривается с кем-то из родителей и везет меня в отель. В снятых на ночь номерах мы можем почувствовать себя немного другими – более свободными, развязными, влюбленными. Делаем это не только для интима – нам обоим по-прежнему требуется проговорить что-то из прошлого. Объяснить или услышать объяснения. В такие ночи я верю, что когда-то между нами не останется и теней прежних ошибок.</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8AAEQgBegEIAwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8A+VMUYqTAowK9s8W5IBhQKcKEYAYNOOO5xWhDZLakCTnuMVaxWfzkEdqtpcgYDj8a0g1azMJwbehJis1/vmrctxuGFFVsc9abt0Kpq24ylp2KWRlRC7nCjqaluyuzaKbdkKoPbmq8l5GpwoZz6jp+dVrq4aRCI5NiE4A9R3qoSHwEXj0YcGuCrjbaQO6jhE9Zmsl4GYeZEQMgA7tqHPvj2PbsavJHEYg7X1mm5gF4lIbOcAN5e0ng9/61mWVu0zCJ2jgAhZ1z5YEh69JGUc44xk8DAORXS6veXOu2dtZMVdLdEhUxtcPGSOFXywpWOQ9BsVR8hxkHnm+u1V1OhYSlJWsZewg/Nj8DmlArutN8JPZWsqX1qbq1tVM19m2CXFoEYh0DKSpwD5gTPYjPCrLheK/D914c1maznDPEkhRZSCAfY+h/yM16WGxcars9GebiMLOGq1RRU8AVOsYx81V1xwRzVjGQCD1r1FE8eYR2S3MmIwBITge9KbGWKESsVYZUEg9M9P51bsoyR55Rth3BSRgHHX/PvVS+trr+1GtI4GNx5xQRodxz6DHWt4+zitdWa06VWevQ6238IMvg06+Z5PNSNZTCB8uxnxnOfQk/hSaT4X1/UbOwu9P0priDUJmhtXW4iUSSKkjkfM4IwIpDzgfJ7jPS215bO1xof21R5unfZBbBDlfkOJCfXDdPYmtf4T60YPCnhayltBJcG9uEjZjtMMmLkl19TtEiY/2ye1ehjMN765e35HJhq8+V82uv4NX/AEOb8K+AvGXia6v7fQfD895JY3LWt5tniURTr99cswBI/wBkkdPUVp+F/h9rviK8vLLSdBvbu5sX8u8TcsIgfn5GMpUbuOnWvTf2d9C0p/F3iLxWdOGr65F4rvLaIPMFj0+AyZkmRTwZCJD83XGAuPmzq/ZvEeufDz4y6T4Ja5bxA3jVjBHaXYt5vL/0MuA5ZdgKJKOSM4Ir5TEY2pCo0j6fDqLjueQwfCzxxfae2paToFxdWiXEsDt9qt1ZJIpHikUh5AfldXHTHHGRzWHYeD/F2oWEt/YeH7i5topJImkSSPJkjJV1QbssQVI4ByRxmvRvgnqetW/w5+N1nqd3fRXek6PKHR7lmNtdBL4TFCCQG3ryynkrnJ60vwD0awh8M6D4lgsjqGpan5/2y9ll3NZqrsoSNc93Vd+OSSSTjAG2FxE6zakdkUjy3QvD2v69bPdaPpFxeQRkqz5VAGHVRvIyRz0zUvh3TfEUs2lPYae9wdYiklsAJ0Hnxx43t8zfIBuH38deM10x0/xNrPwR0y38JC7e+TW7lp1troQsIxPdZUszL/E0R257g4rovhdPbweDfAU3lb72/jksLfB4RWkaZzj0xbp+ldtk3ZPpc7KUbnN+HdJ8Ta7FNdaPpM88UErQysZoowsiHDgF2G7B4LLkU5NbvNN15tMvozBc28myaJpA2xvTIJB/A1o/DO7mm0CCPXbMSWdr4wNroJjZkkad5JWkZ8cMqb3I45w47Ajzv4mXMq/FTxKBkEXx5/4CK55v3U+523UYJo9Tt9W3tgscnqanmlzZzFz8hTBrjPCU8j2yNec9h6mupns7m9hD2x/dqPuelFFe8dUJOSuzKtJ1VxFJ9xj69KKbPbzRMUliKntmiu5wTJdVo+dQKcq+9IKlj715KPhWxQF/u0bPenClNbJXMuYatLTlXFSLE7ZwOlCiDkiuaWp3hdBkrxUO33p2GpJiVnXVyTIwUZC8L7nOK1CpVHYAsEUufYCsSGKSfBycluAO9efmFTlSR3YGCbbGQwyXMrR7sqp+bj9avNps0cYYxMewCk8enbnvXXeF9Btra2Nzfndg7sk7UB7ZJ6n2r1TwdZ6Nqqw2j2cBVhhWVQVY/wC8w4r5ytinF6H1GFwCqLV2PANMtbu5ne2ttLN9cO+NohZz+X5fl+fsnw/8O+LNHjjSLwRJOsjh7u8uEMxhyc7EAYKpZlXLE9hlSFAPtmh6X4b8Obo5ZtLsZ4zwZ7hVbByCOM46V6z4H1DTLiwi+yX1tdOfmQpJuGT6cc/h61hTxs6jtax01sup0Y812zw/Qfg/4v17TdPfKeGhbSo0dxF8jLEGO5Y0U/ITlgTnncckrhBheOvhp/Y3maJ4guZoIruMJZalLFuiEse4QkFRwGXZGU5Pz8c8n7AilWRMjr3rF8WaXZa7ol1pN9Crwy4PKg7GByrD0IIBzXZCvKE1I810oyTjY/NSPeDhsq46jPSphM4GN1egfHHQV0nx9cTrEY475BOy44WXpIPxYb/+BVwRh9G/SvtMPP2lNSXU+LxMVTquD6FywjkuisbTpEp7uSFH5U26thDdOUmiJjIKuj9fp71csGEcELxoFdDkMO/ORUVzNMb2Wdm3SOWy+0HOQc/zNbcrOilyezer+4z2kuPO85J5ll/56CQhvTr16V3fgi3tF0CwvLnStV1aZrplEdlezJIuS4MgCuAOCQTx945PJriNtdr4faX/AIRC2tbHX7XSL5Lh5DI8yghMngAnvwfwr0sJBOUr9n95zttJW7/1sMu/B0l18T9T0Lwp4kuLFUgTUZpDcyttmSQfKzKQS6M4YE5Iz1zzTvCnhDxJPrNlc2Xjx7DxBrOjvq5MM9yJ2TK7EeVSCxcseecGNuvBbpdL13w2/wAV5r6S9sIM6AYLm73qiXFx50bdc4Z9oHT0x/DWfc67ayeNfh1rul+VPqclh9m1JLRty24dFVVMYyIlVppDjA6eorz62Coyd13seph5Ssr9jktM8M+J57XTLbTtfa3bxNDLcXUH2mZV8lBnM+3/AFoIkOAQeZCO5NWNH8FaqnihvD2keNrbfa2b6kJrC5k2QybhC6sqN8suDg99vBrpZ9b0rSfjJp1tcXUFlYafpIskDnbHFI/zgM3YbdgyeOlUfhpp2leE/iJqIl8U6NdQXGkSyJcx3SKiu08eIySceZhScZ6VCwtGnNJPrZ69kehTVzmpfDGq6MfDzL4vh0u38S2rXcsxuJYUgTylc+aQfnJEm0ep471rf8K/8Vx634V0zS/FEVxDqUc0ml3UN1NGlqioryMF6x5V1+797djiuxk1rQNV8TfDvUtd1DTZ2XT5prndIjJb3bxREeaM4Q7843YwQPSrHi3U4tX8S/D17Hxrpq3MV5ePe6la3MUaRJiPfuycIGVWUBuHz/F3xqUKcbyXyO2kjhPGHhDWPDPha112Hxt/allHqptoUs55gI5281mkUk4BzG4JXkknk5rmLB5ri5a5uJpbiaRtzySuXZj6knk/jXqnxa1zSte+GKJp9zpqzDxK7x21q6eY0SfaVEzoPm+fhixHJc+tecaTaSfLxXNKCjOy8jWUbWtsen+FrdZXgXomwEH+dd/YjbnnCAGvN/CGoPYyxoRuj6GvQJZneNRCF8p+hHeulU5I9Cl8JFMqXKSRSDPUIfSimysIInlkO3AyoboTRVcrIktT5OqRKavenCuFHwzJA2e1OBJ6mmDpThW0TJslRcsOa0NowAO1UEbbnjOavQzIwGTitUc9W/QUrkYPSqEqYfrV+WVFQ4Oap8k/Wm0KnzbiamPJ0mXZxvUA/iQKyNPJjkVscg8VpX17BJZPAzbGYAxtnKPgjuO9N0+1BtWdj1baB+RrwMzqxlNOLurH0GXUZ00+da3NnTJ70T/aIiyZ4MsMmxwPTcVbH4A16L4Ph0251azt9Wvlulnk+UvdX0koOO0flxRyYzygOcZxmvJv7S+yOYYbP7QP4/mIBP4c1q6Z8R/EVppkmkX08WoWRIeOGdFzG6nIYEcrgjP8sda8OpSctj6fDYmNJ2kfXXh/wnrUN3cNaa7DYB9vl3Gm+HbWIfOMqdzks+QRz6nrXReFovEcl3cWmoeJ7bXI4JmhkttQ0lbWVZB/FHLESvfoU3Y7jrXz38K/jfJp+iSaTq0iiFlkRVYkhRJwu0nOMAk7e5/Out174pronivVryEGV/7RsdUhRMgXET2McNzDu6L8y7wDxlQa5vZuD1Ox/vvejsfTtlEyQhXZVZUyQshwDSyyc4U14eP2kPCiSxwWmmXF7eSf6uFJiQT6f6vPTnpx+dd94H8er4pQpd6Je6NOq7kE4zHIP9lsDn2IrWekTgUHzbHzN+08AvxGRBjH9nI/IwxLSyg5HbBXH515Rsr1/wDaeFxqHxg1NbO0uJxp+mWxuTEhZYl2+YZGx90fvRyeK8mAr7nKY3w0F5HwObSvi5vzNO2s5Bp8E5HySkgHHQir0nhLXm0Q68ul3f8AZ21nFx5R8sgcFs+mT1rRt9f1C60LT9CvrwT6XaxMYLSFUiETEn5mITLHPPOfw7OutdvrKGW103XNde2a38oRSXbLGdwHmKYgWUr98YPUHOAa7n7WUuVf0jShGmqacnvc4kJ7UuzI64qVRitXQ9A1rWX2aRpN9fE9DBCWX8+ldVWSjHUMPFvYwJLUPjAqxotzqeh3jXmlXRtrl42ieTykfKEgkYYEdQPyruYfhp4wDYu7CDTztyv2m5UNj6DP61IPhn4jZT5cmmSyD+GKct+uK8yeIoxlfnSfqexTpTa2PPJoLi/vZbq8nee4lfdJK3Jc/wCe3bpU0Wlqc5UnHT5a6jU/C+vaLH9ov9NkFueBcREPGfxHT8cVDpsKXFysQOB64qIqFR8ydzrhFrcwf7MUdFx+FKulqeor0KG1sowUW3VyOpbqanPh23uf9JRvKi/iA/pW3s0zqp029jz2LS1BztrX02ywV+TNdnb6HpudmH+uar3elvYS7S5ZXGVcj71VCnHmN1SZBYwlQMqOa3LO7uIV2xysAKz4V2pVyJHICquTXW1c3WhZmllmIMrlvrRUq28jKMYz6ZootEfvHzmtuoXOetNeIDGDV1ULnAqeO0jbOc/hXnKnfY/O3X5dzJWNm6VZjgznNXmtio+TkelRSAldxHPetOSxPtubYfHZI4zmpV05D3/SoomIzzUySsG4NaRUTnlKfRj10oN/ETUq6QNufWpEujz81WPtZP8AFW/JFnM6tZdTiDZiBLqzun2zJNtjHrgdR9QRVwI8Wkpzy2WHv2pnikNLq88iruPlrMPoBgj+X5VYW4F3ZtLtGVfBHQgdeR+NfDYuPs6sktkz9DwlR1KMZvdowZzK0ZRSYweprR0Xw7aaiJM3hicx/uo8dX/DLEe2M+9d/wDDzTtE1yQWGpWQlbjYwfZ+v+e9eh3Hhew0OwdbW0WKJTnKZ6+/Hr/KvPli9bI9ell3tUpy2PAdD8O3z+KrHRpy8QnuUhZ+wDdf0NfUnx4+D817p+n+IvDjyWsK6WkdxHEP41P+sPTJKnHb7nbrXh/heK/8R+Pbe5gmCpbXKJCdpKFxt+UH6f8AstfoDp7MvhWzupioaOAFj2GBzz6UpScpa9irewgnHa9vwPij4WfDrw/qPiDOoeOb2zkhGy5sPNNlerPjggysCozg52vxxjJyv0N8K/DPjHRYls9d1dNes4pA1pqBYrM8WzpKOec5wcnI6muzHh3Q3uYriXR7K5jj5jEsId4Se0bEZQcdAePSuoSe0+zGOIBGbkg+tZyvJWCVWMPhiePfGbWv7A8Ka1HpVpHaz65HcRahfxoomdEgit40L45O+WPB6iNZMYJyPlSKzgVQuz9a9k/aJ8Qefd2Ph61lMkO6TVpG37stM7CID0CwhT7+b7CvJVU+lfe5BhZ08LzT3evyPzbiHGRninCCso6P1L0WmyJdWKRDd5yjb+PSux1HwLfiwnnkhCpDAZGIHYDJq9FZ3GpwaNe+E/C15PPpMUYuXuZGxdOAhZgowqxgjHDZIdenNemeH9c8VahpNzD4rsdFhsp4jG0UMTBlXG7cz+YRjaWyCM8HNdGJzKNCV2vx1Fg8trYmnFxl0PNPhR8MLPXLQa1ryyRaczMltAgxJcY6uSRwvXpyf/QvSte8QeHfBukpBCljZWinEUZ2wQK3+1KclnI5CoGcjnGOayrDXZrvVb6ZEeC1jXy4lyAY7eOPzMru+60m6I4AP+sjB3FZAPB/iTNfeL/iDqDXs08OnWLCyjRUYL83/PNRySx/h91B3MAJPmcdmVTFTu9F0XY+uweBWHgk9z0m++Nfhx3NpJHK0mQwWwdDuBHAG7G5uRxlc8jg4BpS+IPCfiSUtp/icWl4I96wanpsbxg7WOTx5mP4SRINnUg4IPKXXh7wzp9mTrvhG68pUAaV54rBmwAMgByJBnqVizllBPavOfEEfh5pmk0Jr2zSJz5RluDIVI7g+UnceufyFeUego2PX5dW13w22+8FqhKkO8ZMltcEjfhHUAgbCHDMMEb8F8YqodMtNXuoNZ0BlthPGWkiwArHdgsoHCkHIOOPlyM9a810/wAS6kumCzuWYQmHCp1X7+4gDHAzlh/dLnHYVseB9euLFo4Ll3naC4ESh0WZSduAmG68HjghcH141o16lJ3TCUU1ZnTt9ss70291G6yDoOoYe1dhp8jNo4iVfmPUZqxcaZe6jYQ2OpWF5aTkZtr06ZLHCjBSSpm4RxgckRxrkHHSuK+1X+g67caVf5EsLgPz7ZBFe9hcwdRWluKFos6y3X952qzq8IayjEg6PkVn6Hf3mvaidO8K+HtT8R6pGo863s0CxW+QSgnmYiOLO1sbjnjpW5qvhj4tWsH27V/hTqAsok3yDTtVt7yeP2WFSC59lzXdHG04ys2aSrwTtcybW2HDFRitzTrCPyiSOTVPw1cWOr2K3un3IuIA5iY+WVdHH30ZTgo49CPQ9CCex0ixIjxIBhq7J1o2vFlKSexkR6WrOMrRXWpZbfnJ4orn+sGnMfF9ocZWtEVkxEqcqa1tPW7vpUgtLWS5lJ4SNcmtoNRPzCvHqPMbL1HWqE5GMd6277w/4ijiUzabcIGUsAV5I3Y6fU4rCkikhcpNGyOOCGGDVTlcijKL1i0/QWLvT1GajFSoGZtqLk1BctRwp3I704RSD+A0Y5rogZNmdq1hLdFJISNyjawLYyM5rOgUabfS2sjlgyK3tkjt+IrowK5nxQxTV2cc/ul/qP6V4ea4SCpuolq2e9lGNqymqd9Ejf8ADN7Lp+ppdRMcKc49R/WvQvGPjP8A4pVzHPulePYmAeg9c/56CvJdKlL4LMcrznuai8Qak08KWUCtuY7nb1P938K+SdHmqH3kcZKFGxoQeNNRgttOtVvLqCCwX9wseEWNjgn5APmyfmJJ5yT1r6g+Fnxk8baj4YtbKx8H3viC8mmWCJY3EUTqBh3aSTooPX5cdcla+RtH0+w+1qdXu3giZWKmGMSupwdpK7hxnGRnNe7fC24XTLPS7Hw3460e88QxXplgh2SQpcGQf6pZZVAaVuAPNQDJbBya3nFLY58PUqSg4yV0fVnhm5a3vLvTbtfLFtO6Iuc5j3Ex+/3dvJ5/mbev6rbaJpc+q3rBbe0jaeQk4+VBub/x0GuK8A+PbDx2TIY2stUhULLCyqvmAZ5HJ5HJ/oMHHF/tE+MoG0LUfDtpLtdIvLuOhV1kAjC4PvJ0/GuenFzqciNKsrQdRnkXj6a0PiK0aHUo9Qkj0bTYbqWJleP7RHZxRyKhHBwU59Dkdqz7V4ifMP5Vhg13Hwu8Px6zqpOpSi30u1QzXkh4IUAnZ6kthvlXJ6nHFfqFGUcLh7P7KPyPEQlisQ3Hds9j0S3ik8MaWkVtcxPJbxs8kl05aQbBwsedijplscDrnqOQ17X2e6fSbJ8wRlHvJEYkxjhliUkhQ0jFFC9lO5mjLgppeKPEUb27WdpbtC0iNFHbqwZ5ABxGSAVQdC5+bAwMNwK851W4tdH0w6lKiyKXPkRogBupXY87MHkk5IOcZx/FKD+f4uu69ZzfU/R8BhY4bDxproaeu+LI9FhltrZhJL5KSStyDJIT5pQZ5PyiQnp1izjPHMWV/aeEBomqzCSe5nRrkon31lMajtg9w3uI9vOTXH+TqOv6jdQLKXXzZFluCC8cIwQ53854eQAclmlzyTwz4hXhv51Qp5caTPLEgAGIzKwjHHs3+Fc9zstc6fWNQ1DxrL5FqTJcyt/A37q1iAISKHHBc5LSz/RUwmRJ1Hh74M3kuHuvsyFT8qDkAdiTjqcAn8hgAAejfs++Bre00Fb64RDNKp3MB0xjjNewrY26HiNR+FcU6tRu8djuVOEVZnzrr3wYjFmJDDKTGpJa3Ku2B/s9dvX7v5c8eb3fh6HwzqcE7LJLBFMGYMSpyuMBu/YZGOM89q+1nsoTC3ygfhXknxZ8MWupafOhjVZkX91IRlkPYe49vftShWlB3lsE6UaitHc8UXx3d3l1J9purmLeVk3Wshbaw5EqqxIkZSoIR8g4ITY4FP8AG8t34kksLnSvKXxFc3EOmokTloZpJHCRlWPPDN1P3htPsPPbgTabq8kEilJY5AAB1znqN3qcfiRkV0Wh6g2i39hrkEIuf7GurTWI4NxG5LeYMVBP8O0ce2D3r0Kc3GV0ebVjKKaZ94+DNE8IfCLwlo3hmyjmtoLi5jtzcrayyG7vJCq+ZPIoYK0jbRlyF+6owAore0nxboOowXc9reEW9teiyaeeGSCGScy+UEikkULLmT5AULAt8uc8VV1i1tPG/hrQ77StSQWUl3YavBOIi4mijljnUAZXG9Vxntnoeh4Wz+B9nHb6lZXGu3EdnPf2V3Cmm+bZMfs128++ZopR5kzI6xGXgjyYnADIu3qPNbsYnx88OWvh/wAe+G/HFhCI01u/i0PW4Yl2rcNIG+y3DY43RuNhY5JR9uQKVI93fGK0/wBo7U4bjVPA3gy3KzXtxrsGrXMJJYx2NoTJI7H+DcwjRSfvEkDkU59Ss5wfOhAJ7jg16OFqSULdD0MNrErpGDD81FZGo6r9jnMA3PkZGPSiu6NGUlc6bM+KiwSNnY8Cu4+DPi3wh4e8TT3niq11G7smtGjSKzRSzSFlIySwwOD056Vx9nZNf/aLeNlyLaaYljjiOMv+uKyogSRGEJHfC4qq9VxVkfCww0a8WpH1MPjJ8IZruKF/BOrRxH/lr9sBkHzbwdvmc/N1y3HvXjvxZ1LRtS8c3d1o6TWtjLDbNbxXYCSbDCoBIBIxwOc9xmubtRGVi3KIguMqCnzYPufY9ayZrO4utZjtrSJpJJPliQkLyW4GScfrUwm1Hmv+ZzrAUoVnZW07JF5WB6c1qQxiNR6nrVBrW4true0uI3juIZDFJGeSrDgj8+K7nwp4Qu9SRJ75Hhgyo2YO6U/3QPXmtcRjaWHhzzf/AATbC5XiMwqqnRXq+iM/w5ompa5ciDTbYy84d2wqL9Sak1bwvqGm6h9juI42wCTLbzLOnHXlCcH2bB9q+gdE0W10rSYrcLFAEGdinOM9FHqf6/TNdZo1jFpm6VIgl07YCd/x7V4MOJarqXUVy9up9PPg2kqNvaPn79D5PezFvGP9HYL2Z1IzXE/EW0EclvcwjAWLDD2JbB/MfrX1v8VLaz1a0s9F1W8e2lSR5bTfGFGejgZGT7gH09a+Y/i1pl1peoRwTqrQvBtjuEOY5CGJK+xwRx/PrXoV82oYvDNLSV9jxMJw/i8FilOesddUcDaT7JlYNgHg844qXbDc30kjkbS3APes2UGNtuOP4f8ACtLRJrJGL3Y3LnAAPz8//qrxJLmZ9HGp9lnSeG/ElpoMskr+H9AvfLG1VvrMShzkcdCOmT+Hviva/hlr2heMbAadc/CXwc8WPKmlgtFSWLjnLBQ27tw2eCfr5b4Tl8LSajG+q6SLyOQGEqoXgbN2VzkKQM5Jzj3xivqHwh4v8AaP4dt9BtLG3t4RJJBGsLEnOSrN13cEgYy3TaMFQK55qTVloz06dSSXM2mux594XbRvhh468TGznkn0/wAhHs7UOZGgbAZ4wxOe/HflMnuPNvFWsXOt63dmUlS17Jc3a9fmLARrnvtVQeR6HA4rX8Raffaz8UpNJ8LyR3N5f3pjtrNwxMO1xtMjAfdjGCWPZGGVPB9OsvhT4BazhltpPEcsUqJMJTqEIMhdQ24r5HBOQcehXHGK7Mt9jSrKdboedmsq1eg6dBas8KRMuF9a9C8HNNaWkcdpHumlkHlooGZWHcnsoP8A6Dnmuu1b4Kab/ZT6no/ikW4QDNpqcW7d/wBtkxxwP+WY+ormHaexsTZ2LW73cgEamTAU/Ngs2flES8n32HspWvdzTNaM6XLSe581k+UVaeIbrLY3tJ063VmecLeXki7ZDLKzR8FiBtBwQME7QHJxnB6jnfFqaTpmore6jGbq8B/1jxyXCW+R93BEe0LzgFehPrx2E+p2/g3w388V0t7cJ++mZcTy98HeQQO4wCvBIY14P451uXVrg3FyLwxyD/nug5HVdxB5HpnHfHNfLWPrSafX5b28/s2xOEiBl+zWtuUQbThEEe0EkthApLfNISecCsnWEVdRsrdtsnl2qx7s5DtlnJ/HJ/75Hetz4ZW0N79pv5IYBBZQtDFbhtvm3MxKbpW67RGzAv8A8sxJlTuAFZHiMK2uXN3JffZ5GlO6S5TDJuIwzKAcHYASOcdBkYFJmkF7yPtn4UvBH4SsgWCkxjIA9hXUXM9sFBz0r50+D3jnW5XttN1L7BfQy4jhurQlGL4GA0ZAxxjsPpXefEHW9X06wlWxESXjDERmztzx6A8fhXnKpyrlZ6MsPzVE+56BJeITtQ/MO3+1XG+OnVrWRiGXjOMV4pqWveNEZ7nUviEmmWiBkIgkit0JH3hH5ksRmdcjIj3FTw2DirXhnVdS1ZLhdI+Jh1WVUDy2eoQeeuwHnnzGwMkZK/MMgbhxSrQcoXRtRpwjOyepw3xg0OK2/wCJnFGhjeTa7N1Tgt+Iwp/l3zXMeGdait763lH7xUeOIoDxIDvMh/VeTwMfSvX/ABxphvvBmq2csYSR7fzFwfMCupByGIBP3TzgH27V4LZ+HfEEmgy+J4rEtplu/wC8k6cH5SwXuB0z16noCR0YKd4WvsYZjRfMpJaM90+HPxH8Z/CyYWWhLbap4VuZGuIdKviyCEs2ZEglAJiO7nYwKjJO0MWr0qL9o3x1rdrdQaP8OdH0i6ijEguNS1trmJRkA/u4oldjz6ivHPhs0eueF5bW7m8xZVfaMDMU8SAqwxwcoUP+0Uk9Rg8GXcc805CN5rQgqQ2FU5HtXv4NU6vxdDwq1GKkeveE9Ne3mufEOq6tc+IPEGpoq3urXCqrFV6QxIvEUQPOwdTyeihd8HLAVyXhTUY7OIQfNJ/e54NdDf30jWXmWg2MB8w6mvZp0LaQWh2UYpR0M/xFKr3oVedowaKoWjia7j8znLc5or1Ka5I2ND5JnhmaZ5zAxt8iNpCmVDEZUZ6Z+Q/kav6BYy32px2kEMk08xEUUcTcuznCqOep/n9KqXahNUkQks+AME+wNaQjayZYp4yJTFvYCQOpVkyn3c4ODyDz0GAeK8Gv8TXXU+UoRvBHcfaY9UlsrvUtcs9OnF2UaMaPuigiWMKkh8sYkHyhPLAJzliBk54KWDzbkxhdzeTwP+BV0moT6eNLVzZp5wcszLkySgtwmCn+yTncfvdgKZ4Rt11a4gSyw8pIJiA3MATwcjqP8B0zWE68cLQtHfsbRwDxOLSbsrF3whp5tZ0umiR8EfKR7dq9s8EXiS3RaSMRsyhYyy4MQz8yjsuR+P6iofCPhWGHyRqzGJ5FwWbHy+w7VrXFnY6DrQhSQyDqrhsgr6ivl8RUqYifNM+5weHp4OHLDQ7/AE7SzHPFP5RWFhgScM7E9ME9Pw61pg2kM6mNFWRjyC3T1NQafrlnLpsax3CRqoCusgBA9z6Vi+MtR0K1Cw6lq1pZTFS4d2Bjj4Jyx/hHBPXgVUIxjEydRzlqaXiq8sreyEWqaRNqFhNkTkWpuEQA5zIoBO3qN+NowckZGfnr46eGPD2o+DpNb8I36R2tv/pBtkk8y3kCgktGc/uzjd8o+XjACHJburf436TpWrnR7qeK7ES5MtvKJAhGONw6jOeem0Z4yM8B+0R4h8M614Mudc0S2ktNSuLyGyv2VfLSYSK8odiOGYiIpu64LBiwCYqndyRFdpU3c+dmRWBDKCDUMmny53wkNjqp4NWbNlkxjr/KrcQ4Bru5nE8VU1IzLX+0bWXdCkisvTamQCf8a7Twh4f8feIL6C1022u49ytiSaUwIoKqCdzdQQBwMk4b1NUNHjU3iMyg7SDyK93+Gb+TAt1cgeWMZJbA5O1R7kkgAdSSAMk4rnq4uUdkdmHwEZu7eh6v8EvhvpXw/sLzW727e/1e5gMmo6i0ONqKd7LGo5C/Ln1YjPoBn+FNMn1PRNZ8q+fT9Q07V74ZMKvAUk1C82LkYXGVwMHPI6jYK6K8vdTaxgs7CF11a5+bSLBkBeMKf+P64RsKFjODHE/WXygxEh2w1/D0Hh+w8I3WoaCupR6XdtY2dtBqUDRyRLbYaTKlFZfmWZ2LHmUyPvAcMJpO8XKW5lUny1VGOyPJdV8falqdnqXhi7j/ALOu9PuEe6mhYtDPAUbG12UHPG7ZgE49A9c7N4kbQNt1bK5u3QGJlfaYQeMhiCEPRd2CegGS1ReOykfxN1Ozv7lYtP8Asts0UEJUyFjEpmyP4P3pcEuM8AAEAbcHxqkdzprzyfLDI3lyY6Kow3X+H50XJ9CTz0q9zScveZh+J/iJNqUZkhsNOaJSE/1ckhxxje8rvKwyMglhz2GBXJtqguGxHb20LOdh8tWAJwcZHIIB5/pV/XfD2sQ5uI7S5CjkloxuUk4xkdclgPQk4BycVzgDi4/1YRo2JZcBcMOeh6HIxj8K1irnO3K+p7H8NZoLHwvHqDKpWGK4vokZyRuGEccHdtAOSD1LDGCBjljps+qXxkMkgHmFgQqOZM5y2fu5weGA46jGcDrPhxHoN5oCWUV7buw3Zil2oWUq5aMMcZzE8wxnG6FScHaK7H4baLpdx4hby7iK5gtuFAkYgnpz3/MA+2RiuatKUNjuwkYT+PY3fgj4P1Cyuo9Q1PTbaNZrhblAihNjA/KEjQBI05weOcn3r0r4sQQXnieyt/LikeIhyp+4xyMBvbj9TWz4Wggi1EBnAhGE3O4DO3XA9eFH1/A1z3xMk2a4Lq2lSWcSncmeMFSQpx0JOACe9cE/h5vM9OMeaol2RxPiXwDbywzRHw/a36zXRuxcShJZ4yVYCIZAHkjPEeGRTzjIJPO6T8MUi8Tw69d2aIYEjS3iSJFChFCgnr5jYH3m+bcc56V9FeGDb3unwSjDRyRI68eoqTxZFbWuntwpJ7irbqez916GCcFV0jqeI+LrVYdC1Io6qwsZGBbgcBq8R+Iuo2U/gnRf7JupHhtEmsYYWUBl3hQSVyeXCOc9TvA4AAHt/i9pbuwuLOKaAS3YKM8xI2r3KgD5pP7o6ZC5wAa+ctUED6paafZRSolsWmZHI3eYwGSSAFBCqMAcLlec5owUffudWYT5KNu50ngS6m8NeGry4kO25w6wpnje0YjH1x+8J+laPwzedJbhIYTIDGN7An5B61nLHBLHFZskty8YxsiPDP3wMdOP0rsvAWjRySStBDLAm0q6THn6e1fSYaNotdWfLym5uy6HVaDGTJzx0rs7WPZaSMTkKhya5zT2+xXTwTQiUxnAIPHSty6unmi8oII09Fr6OimkrnXT0iY2HD7hwQeKK0EtGc4Rcmiu3mQ/aI+XkjgufEIs7q4u4o2mEWba3EzmNl3NtjyNzltuOR3q4bSzi+x6e1ldxwQ/6Tc3gtyLgo6AkBSfL2LhjGeN+/cTggVd8beI31nxoPEemabbeHLpAoii0wGFI3RcCSNgeDkdQev4msLxRrCTaXDFLcalc6wxKXFzLd7oxbqu2KJB1yAT1OMbQBXyc5Ob52rX6eZ5dOEIKyM7WdQa7vTK0jzJCdqM7b/Mx0+bGSAAAB6KBXZ/CLUNYtdfU2UEUepshnQyQK7zxJucpnGQ2AflXAkA2/fQLXB6JpNxq94un2/lnzD+9y+cD1wvJAXc2EBPHQ8CvW/hezvcLdNHLeaZ9qN3c3NqwN7bmKPdE6HG0ASrEfOxgAfP5QwK4ai52awdpXTsdn8UbWSOztdfm89IZ4knkjm5eD+Ign23H8PrXlPiXxZqSzxLaXUhClcc9OBXqvjKGO0tL/ToPImstYkM0iW4YW0UuNs7QAjlJCxGMjyyjJ0QF/K9Q+xW2YLO3hWXJ8yQLnHfCn19/wAB/tc7w7buejLMPdSe43SfGXii3VPMu5EUbvvE7iD2x/jVTW9SvdYjzf3Vw0YX5o0faGHoeP8A61UpiSDnkmhVaT90gy7fcHq3atI0Ujnni6kla5T/ALEMnia8IZLCGKfcl1MQsIIwRljwpPoenIqLxt4g+1aZbeH7OXfY287TuVyEkmIxwCegBPP+0eowT7t+0D4Q03Sf2e9I1fSmkki1OaymR5OXYS24fk/UE47Zr5+02wS9szLLAJDGClwAQZAQpYOF6kKoZj22q/K7VNVOmlLmMvaTfurZmFbrIZlAXC9F54HoM/5/Ou88O+Gm1O2ijjLJO3IDxnEnGSFJ6kDqg54bqATWhpPhq3FpPBbuwBbLRm3E4yhKttyN2PvZTOGIGcFFI2tBleBn0SCCFLeFYbibzYUnRJMx5hDOCdyK5YqyF4hE3MirWcv3j5YnTGKormmc9B4XvbLVIYissj5wY1TJQHpvI3Yz/jjPOPefAdo2hyWBEa6n4kuFKaXYp8iRjGHkHaGIAkPMQWPKjPC1g6fc6xeaHq0FsbsXotJLiG5tYYUu45DIu795tCpvkcAyHJTqhAQLXS3+uad4T0ptTgg361qtvFGEN2JpXeKKNcO/8aISrssan55SQpXLDmq0ZxlZ6s7sPiYVab5U0lu2dVLrD+HNUntotRjudRgSK/8AE2qeUDtTP7qxjjP3VZdwRNyMoYTZc785XiHxKLSxgjubqO41KMSFbYkSpHNI++V5NsYLfvMnopdAqlPmkkPDXOrT6f4XW4keWbUru4ed9QlIYmVj80wEUirA6sCdo3YWEIweNlI808R+K1TTVt0u5b2djCwZnJIYIwkX0wWYEY4wB1rpp0nFankyqKTckWPEOnPcfEK51F9RjjjmWRbm4mbMgMagb9ud5L7FODg5JJwDkWtQk07/AIR2aKGdppYXDySbWG1uuBx2/mK5PRrpry8luFbEcUO1FHQ7yCx/HAGPQD616no/haO58Lw28ssVvEtt9ov52AGwFeEJ68DPPUAbh2BU1YuD5jkjq1xBagQsdroH+z7AVyQUZGXo6kBkx6ZDZXCHi/Et+t5qDRSWkcwCYl3opYSBmHyOQXC4AOMkfhwfQda0uGysf7WkVraxWJmiimXLvDu5dxnqSeF/hGPc1xjzadZ2sN1cQLcSsWurlpJdyyvjckZ/6Z8Ip7neCdpVMkWOaMqxa40PWlu54zDZuQki5IDAEDK467SFbI7gMOimu6gN3ot5F4m0S8kt3TmR4xvIXgncvSSPLDIOOChG3PyeXalqN5rU893eS7pfLCquMKqjsB2Geff5iTnOex8Ca1v0iWwkYFWTagPY4Cn9GC/l3onG+ooTsfUnh+98JfEvwbp+s3GqzeH7/S5mid4L4Q+XLtBMZZuJYnHIyM/eBwd4rntW8Oaq+prHcaqkN3gx206XKi42EEYABycjIyOuOvFeA+F7C3eX7ZeXGoW0MTxoLmCLzdjMMkOpZcjPHDKeSRnGB2N3o7zCNNK1r7XNK5UJbWMvmyrkgKfMmdQgXBzjsM57+dVoxk73sfWZfhpSpc2r+635n0bo97JounW1nE4VbaJYo9w6YGBmqGt6xc3xIZ2C/WuQ8CaPeaLoyJqur3Wo3Ugy3mzF1iHGEj6DA9e/t0rb1O+sNN0+fUdSuktrO2jMs8rf8s4x7dzyAB1JZQOTzyOTvyJ3MnThB87I9Gfw7cHXtO1G60uC8W3Xd9tkjURwFSzYMnYfIXx0BhJ6rXyr4eiR9YvZg8zszswaYkuxMjnJzzn5VznnNVPFniG61/xLqPiGfzIPts7eVAJOiABY1ZhjcEQBc45P1NWNFCwSafKBxv8AKc/7JbP869WhQVLbqeFiK7qzZsQNkvIUAC8HateqeAtWTTtLVppLlvtSnkOeNnc/mPyryiRpxLJbsSQpxgluPm6V6V4AI3WKkElZZMgnPy7R/WvpqKT1OWktT1DwzoN7q9nJf2UXmoq7pi7gbcjdk5x2rSt9OuJN3lQvLj7xRCwA/CofBsN2mxiUTy4yx3hM7ehAzn8v8K6TSrPVDATb38UVm7yGSFJ8mTLc/ux1+UYOa7PrEo6NqxrJ20KukaXJ9phcW1w7O/7sJHuDY696Ks6ncztqp1LyCA7bkQ5weOmR+pFFaqdRq6PPlCbZ8ofFuWHTPHkUz2Fq2mR20bW1lFKRFnGCOzDLDJx2rzBmae5cueeZnfsBgn/D88Vp+KJW1PxJO5eSWBLjyEaV9zOM4B59f/HelLodlLJc2UbxeY80qeauOPKLbUz6b2wM+4r5qtUuxQjd2Oz+F/hu2vvCmp6ncQvcvazrPLHFJ5MluhQN5wbB2lBl/uvkKwxkhk9tn8P3lvo01xq8N3cnz5JJ9UsrZFug8TNGTLGjASyRszL5gkP3ixkcyeWMf4L+FpdO1CTTrrMP2mRoLoxkjnZJsKEgHa0Uk4zjl48DaQSe28Za0uieHZZ5IUL6fa/aYQhKrHO0cJHln+AtMMFvlOHcj/ayg7nTOEUkup4v4n18XmuXltGLdraCZ4omhclGUHBIJAyCcnOATnJ5JJ5+6jtypbYv5V0vhXwzHqlt9qdC5kOWz/u03xF4eSwiKIhQHge9dPs3y3OXmTked3Lrv+Wr/hyHz9UgOPuN5h/DkfrtpNY0yS3hE45A5IxW38ObUPciRh8zuIx9By3/AKCKyNYtM9u+NWnNefsm+DoW4+z3tqrDH8Kx3EY/mPyr5207S5bBhPIi/Z5B5d0hiEpC5yjmM5EmwoG2H74BX+ImvpP9obUT4b/Zo8DXjW0dwsmoWhZGJUkSW1xIcHsee4IryvwrLp+v2Mlzok/mlAPNhcjzovTep6D3GQe3JrjxNSUHfod+ApQqQcW9bnJ2OjavYTxz6QiyWxIa2wyySRRgBgVZdolKAkDGInYs3POOxuxZ6jcWj6ys2karE6rb6mFEe9PMJaOTchjKRxhZHkGVUmTYG24NzQ5YtE8RWdjqKTpp924WGaO3a4ETs4RVkC5+UtKWiYD5WkZfmU7R6b4fjluIhNdRedDIPkDLlW3YKnjqp/hAz0yc4AGDqOLUkdsKKnGUJdNzzmy8UeG9PeOLTE1KeZljkmimkEbQ7RKZGJUmM5XymD7QSsp+Z2IiXnbbXLXVvHlkLWKSWO402KW2u0Oye2UGWRI/JZhE8gikB2ZIZx8pJISu4+KEtodEvlibz9QkiFvDapbZ82aUKIl4BDBnPALcFD1AOfOYL2Lw34L86yvrl9SubGEz3cPnKkKlEEMSSGbKkYBAkj+dctHtVLeSTqpr/l51ODGScEqdN6EfjfVDdT3KBGWyhH2YtbsXXKhEEQlID+UgCou7OUjiBJPI8x1e/VpBBIMSQs27C7c8cOQOh6Z/2q6XWLs2ti1pBL5IGP3c0H33K/OcMoKdDwcjt6159cyDzThWHrkY4ro3PPbcToNI1COFLiONFQyweWGHAUjO0/yr1LU/FrXvgthZkmEzebKi9GjzkIfyQEe3tXiGkWGoa7qlvo+j2k95eXThIoIELvKx9B/n1r6T8C/sy+JYrFbzU/Ftnol66L+5t7QXxXIGUcl0QkEnOPMXphj1OFay3NsPKUpaK5yPxs1q3v8AXGtkdPscOfk3ZBZXkQADp90HH/Aq8q1S5eae7Ryd28hgTnHJJH5/5GcD1j4y/DPxT4RtpbzUVjv9NQKrapZqQUyflE0J+aPk9QSmWwDltp8qMsDvEL395JjaJoJMb/TPDc9OozwPwmG1zaq9bGZZO6zh1CvwVZC2AysCCP1P+cV3fw1t4rvWUiSaKFPJFrGY25YuGDY64JXJJ4PyccZIz38H3Uumf2la7Z44tpZ5ZVjQL0Y5ORjJ2/K2Qew4q1BHdaJpv9q2wa0uRECGI2GFpUQo3QDmOQSAjrtyMAYFt30Mo9z1/wAAxeG5p10+3jKwrdT/AL5ZBvlfdsBCgFhHhMAgYOwjgg49p0/w3oMNik0F5Lhx8yNKC2PQqPrmvizw3b3Hmx6h9ra0WNVjsSzGIO2eFz2G7JOMljnGfmdPQdIuNQm1ILea/frBkqEuJ2jBAH1CsSOSO2SD0ry8TRs3K+h72DxPtIqN7HumqXmn2zOsTG4IGPkOeT69hXzz+0P4l1C51W30AThLS3jjmkt0GB57E7dx/iwgBGf7x45Jr2fThbPYIltPFIijgxSBsHHTI78frXyt8RtTbVfHOrXytlGuSsRBzlE+SP8ARRWWX01Ko2+heazcKCiurKVwCYoiOAVXA/D+XX8q1/D8n2mJ7QJulKb4h1LHPT6k4H41jQOWtlyP9WcL/unnH4H+dPsZZ7O5iuLZsSRScGvXaPn+Y9g1jQTeeHbLxXYOHjlhUXYQY5AwWHPY9fqDWr4Rk8i5tTnHWn/DnUYVt9X02SKP7DLarqkMajACkHzI/bOCOegb6VmpBNper3FlneLeQqrg53r2b8sV6WEqO1mSp2Z774Mkmk0xXaTO0FRx612OmWdsmnW13BMfNAIkU8Dk5ryvwLqM7QqhDbSOmK9T0WRGtlt3ymRwCOldEE2mn3OhSuZV7NK6JE907xQsfLiJ4H0orQ1vTYRH50JIKnkE9aK77xMU7HwPpun/ANoTG2Z1VCxeV26IgG53OOwUH9K6vwRHDrPiQahNLp9sjFGEd5KqAxKUEQUNwWBTcScjsB1xhvHKdKgsIIZ5r3UDykEbO3kp3wOdxPHptUV6d8K7LU0iGm3Ou2+m28TCaa00W2W+1GRV48qV1/dxFtqgEyJjAG3GAPmHqOlGMXdo9ntprbRPD9okUr3NzLHDHHbwS/bi5U5CxygI8pDKSA2T8pAwGIPm3je8uL6PUdGuJ0E9jpv2+7iV93lN5kSIhI4JwzlgMgb4xnINdbJfrbpLYaXbQWcssYWeK7u5hqN2GIG13eIHDEINkYjBOMmQGsPxRoMOleOPibBHkRxeEbXYzHh3LwjePr5JroowuzKvKz5u5f8AgnaLc+GchMkbVb67BUnjjSA2qQ27R/u+Xc+wq1+zYyz6HNCdu7fn5vxT/wBlrpPiJZqLiGRh802Yz7Dv+lelGPunC3Y8e1bRBdWMpWPPmDgYz16CqfhTTGsfEVrpIb5ljUH6kjn/AD6V6nb2AWNppBtCLuX2+WuA0J9/xXvWQZS3t5S3tsj/AMcVjVpI0hI1v219WaPwD8L/AAzC42mwN7NGDyNkEUcZ/wDH5fyr5r02W5sLqK+sZpra5jOY5YDtkT8f5/lXqX7WesfbPihp+mMrIdE8O6fYtnu7ReeT+Uyj8K8nEgxwCfqMV581qbQk4rQ9o8G/F+yuIzp3ji2iRXUr9tS33RPlQP30Iz8uC2TGOfu7QM57Gz1SbTPDwi8Fa7c6jpVze7rMxtE11cP5eTZgt5iln4IOwSSCKSMrKwCN8zjvUMkXznaw+b+HaOfqTWEKKi7o6pYyc42f3n0J4w8Xa9Y+FdQ13SdEvLeS0822/tO9i+xXO1giu3kxFsSeZc5ykqxNghoCUryfUHOk3FuZmthJFeJJNdSxLueQNnLjcSy5wSCckqc4zXM6nqerXVhJbT6vqU0BjCtHNdySLtByBgnG3O0+1Yd0zNcyO7M7lzl2OS3Pr3raK0OSVSzudhrviS2ktvJ+0y3pRhjKKqYXgdiehJ+8eexzmuOnkaVs4CgdFA4FIx3BTz/vZ/l6V1nwe8I/8Jt8RtH8PSFxazymS7ZeogQF5CD2JVSB7ketU2oq7FzSqSPpv9j74ZxeH/CyeN9Rt/8AidavETalxzbWZ4GA3Rpfvbv+eezBG5gfoyFNqAGqelxRLEFjiSNVXCIowqjoqqOwA4A9KuTtsTI7V5vM5y52erTpqmlFGX4litJbC4t7iGG4gniaKSKVd0ciFcMjDuCNwPtX52/EjR18HfEjV9GtwXt7W6IiWTnzYGIeMP6kowzX3j4ovCoZQ2OMV8W/tNJj4tXcyHHn20BPHcR7P/ZarBVXKq0LHUf3Ck+5b+CWtFfFCadKRJYPbOVErHAUIR5cgHXPKA4JyVXIVs10K/8ACP65r9zoE+LXT77w/AkbkZ2SwwRkFn/hxHGXLZwTFg8cL5Z4MvorDWre7lziSNoMdMZC5+nVse+DzVjxBJdaXe6ddQSlbuBU3uTkpOpBBB7/ADAH8/euycbSOKjL92Vbi11CC+udPkRxfWvmq6quSwQDd/wHaD+Ax06bmmNr+kRyP9vubaC18oxjz9gySMDaeCMkEZGCFPocdr4ctvDupWU/im53xLJptxE0eB8rgLGSp5+dlZUUEAsQSc8EQ/G7UU1DUrTSdOSBIIM3eovBztmfzPKhQ5JxHCoChfUsc4zWTV3Y6I3gro6LwB4xjF0lhr26znMQWK7UlUuEyAvm85U7m+8xYAyHkIwrwjxHamDX76BywaK5kjbce4c9fT/HNek+G5IdW0nSbeQBb3bIrt3jQJKGOexwD9AcYyN1cV8Q7MjX5LoKv73yzOF6+Y0an9efxD+lZ0qahN26nRVxEq1Jc3QXw/p6XipBK+yDeBK+Pupu/wDQu/4VDpFkslwWmOY4SMkdOB/PJH6+hq3o1w62YhjUh3b5lz8284x+hH4Zrr/DuixbY4JAzKrb5CesjH/63T2yRyTXRFXZwS1NXwKrxfarqTMaSQLCOOQh/r1/StOyEtzrMt1cRlWlbIAOQBnjFPsbRSqoBwXO5fTB4/TFdt4a0JbnCOM+hxXRHQ5/aanX/D22woyhFepRWcMlqu1cNjg1zng7SDEuxk5Fdv5KC3HuK6acjTmuc2bUzN5dwdyjpiitZIQrjOeaK7ecdz8+LO6uZrt0SZre2JxHGjeUrAfwMfX5D8pyOPYkd/4b1G00bSTLeQWt3BApMsRHkXlmqn+Eggjgk5QqeRgY5rpPCXwl+Huq3CwT/FtNUhSAzzR6fpn2Z0USA43zSHDktxle3PofWvB0Xwm0YpdeH/Dz3d/aoHXWtWjEkq7eN0UzZCNz92IL1zivIjhZz2D62o76mF8ItI8R6xqdv4j1q21G30O1QXWmwapBGl1cS5PlyMOcKmC6NiMuQuAUDkr8T44BaePJ4BnydBstPkPv5k0oH4JPH/kV6ND4httR02KW3EUUUkreWVz+9JODKxPzEk8ZPJxXjHiLVU1T4P8AjTxFGxMGr6wyQOD96CF47eM/ikKH8a9Clh1TiclWs6juRfs0XeJxaZw0isoH94iQn/2YV6r44gNzq1pEpykKNknpk9v8+9fOHwt1e40k2+o2xzLDeMy5PBGyLA/U19BLrcmqzx3QjEK3PJTPI4zWtN3iZszPEapbeHLltxDMAn5riuD+E2mtf+J/FN8CsklvYugLesk0Yz/3wrj8a6r4lXJi09YvmGW3MBz05qz+zVpwls9Zuyq/v1lUhv4lUxkH6ZLVnU6IqLPlD4way+tfFbxXqMruBJq08cSk8rFG/lxr+EaKPwrmVZvWpPGE3meMNbkPV9RuXP4yvVKKYquFA/GvMmveOiJeSQk4L/pUyAuhwBg9x6VSjlOdrAH29KtLOqgkrSTsaNXK96jeRKjAHfwSfbpWQ7HzGZ+pJJ961L+QPHgCsl+WJ9KqJlNDwcHHVfQf0r6X/Yg0VGuvEXimXIZEi0+A9gGPmSce2yL8zXzKpr7X/ZD0wWfwetLgnLajfT3Y46AEQ4/8g/rXNjJWp+p04KClUu+h7vZN+7zio9TnCIRnpyaIG2xisbxBdlImz3Fee5qED01Hmmcd4mvSJXGD1/xr5F+Pl39r8befjJMW1jnuJHP8mFfSfjbU1t7S4nZ8bFO324//AFV8p/EUme7huyDumklAyOw2/wCJp5drU5jXM1y4exgQCTyzLGuBE6HOQAp57noTx/kVJd3LXCF5GO7gsDk4bHX8fw/HvWDA25QhRsG7PcnI/p/WnWVvLLcMkKl5EXzOB0A6n6Ac/hXsT1dz5yEnFWO38NX0lt4K1BUd0864tQhUEneJGKg9jj5iAOcqD93Oek+H2n2GpeKPEYv4tsNvpV3dxMvzsYogqrEq9A2CjDjcNietctq0Q0Hw5aaBchTqFw6X94CwPlxbW+zgHlckSyyZ5BSaM57L3Xg3w3q8/hfUPG0TJZQSQTW88TkL9rMgAXAPVFLqC/GfNiA4bjCWh6FN80TkPBd7J9st5REEkeG4UMOm4xNsX6nBx7Dua6T4jeHvL8PvfFwzRGcMAAAwExG1vT7uR1+6K5jUbddE1q+0mKNnhEgeGVeSxODE6++w7cHd99hzwR3tjfzeJvBculSQbppI2cXg2shlLE7ZwfmjGSo3EFc5z3rlqqXNFxO7CThGM1PtY8ss3VIrK93RiOMETheTuHAY468Z59c+oFd/pd8IHO7IVkUHbydwz+vBI9cY+vCXNlfaDeTadrOmXOn3caeZ5UkZOVIKl1zwVIyODhhnBBAB2PDqPfuNNgvI4mZXMUwbcoAUk7gOgABPOPug5B69Sdnc8+19D1nQ1BmSXcgRj87DoCQOf907QR/vfn7D4Ksojtz95evFeCeDtUW3u30q9ISaCMNhjjzLZzgSYPYHqD0BHpXs3w+1YLEsZkJIdk3d8BuP0xXSrNXRwTVpHtFhaKkETrtXHyH+laTQsyHZ83pWVo1yl5amFT98fr1rZRvlCg5A6VpGSRcHdGLIHSXa6FSD3oq/cqGZozwM5HtRXR7VGh8J+B7Oz1LxUIrK1klu2tLj7NGp3uG+yzk4j8qV3+6P9WAfbnj0XQJoo2ZABf3EjpFG11abbe3z38vJyV643KeegrlPAR+GXiDUJJbnxlP4LvmhaJrC/hE1hKzRyKcXBIAXDDCzYK5IzJndV7xvc+E/Cek3kGk+JrDxLq08arE+myiS3tkEkYd/PCgMzAlfKBbAZiTwM9OFrQindnBOPM7h8RPH82neGn0bT7vM6teWkMhI3LEt1OAeOmI8AbcY4x0q7fotj+yzp8KDb50sRx75yR+deM6ToPiXxlPqEmj2DXotIjNdStMsSwqSTlixAyTuOOpw3HBr2H4iTeX8DtIizjfNG+fba1VCbrRnJbIUlyW82cR4Gm+Ux4DASuWBHBzGB/SvevDxSJrJQ74SM4B4PCAV87+FHCp1xmQfyNe9adOsbxgsVVbZtoJz3Ss6PwlyMH4mXQkvVjX5gu773bpXpnwaEOj+B4bh9yyT287KcYJ3bsH6Z2D8RXifie7WfUrhmb5VU8/hmvebmRdD8F+F4ty2rQWVxFcfMqE5g/dnJx1Lpj1JA5OBWMnzSGj8+/E4ePxTq0b9VvZh0/22qmjcVqePwU8e+Io2GCuq3IP/AH9asgVws2TsTq2O+KnSTK52/rVRUY9qswJ8nWszYZOw2kDmqbfM57Yq7cISCaqAA9apOxLGgV+g/wAFbFdO+F/ha1jVh/xKreVht6NIgkb9XNfAemWM2oanaafbDdPdTpBEPVnIAH6iv0o0u1S3RLaEFYoVEcX+6owP0FcOPd1FHbgI25pF8NtjyTXHeK7tRvwccV1t6xSEsK848UXG+doi+BjnivLxEvd5T18JTvLmPL/ijfO1m0CHO414X8SjG0dgsecwtLC5x8u4bCQD3xuwfcGvVPi5eLaPJImA6Z2AjPzHAX9SD9BXlPjS3Nr4a0LIOGefk+oWPP8AMV25fGzTMs1alBrsctEHCsyttdOQc4IYdK6rRfEt1b3UbNaaWZolzFJHpdqrqefmz5eS46g564JzjB5eJcq/uv8AUVetTh42x/CDXrtXPmOflLcV2bnXJdV1ItdPLO086tJJuuCzbmXfnOSc8k/rXo+mXGraz4AuLmAskcEiqltFa+UlqSGKqHUZeIiZztfdjCc/vCR5xZu0dw4jt45ZFOVd1d3BBwAFB2EkkYyDyBXr3ie+ay8BWPh603SpA0c2pXMkm5GnYsVUtjMkkmJWCIdirtkJJGY8Zq2h3YaV1cZ4UsLLxoiy6hE0bjCx3SjeYw4ywdTwU8zzsA46OQSQ1bsvgLX/AA2JtU07ULS7tYoZHJEYBI24PJzzjkb8oTwcITXnPwR1ibR/GdppkJ3w3p8iaKQkqZSw8s5XIw7eWoboCQ3I+99H6teMtnZWuwlbq5RN9ymSqNnPzYO/DKCOhPIPc15uIc6VROL0PYwihiIe8tdTxXxJBe+IvCd/bT2trDfWNq2pabLADAsIEqo6rHz5fmK4BQHbuERwhZyeC+HEzLe71t/tUlxvhtrNFwty5x8hxgiP5jx6lcFOZI/RfiRryaXN4hhQD7RdMiFPvMsOAuwA5G3Yk7HIIyI2GP4/PvBeqw6HHNq5hiuZoLaSGImQhNzkqyDYQVDq53OCDtDgEEhh3QfNG55k1y1DU1ljouqXGt3kiT3djYrsYjDXE8hZYlYHGEERyVwPlCDAyAO88D+MIpBDLEXSOQAjefmB/ut7jp+FeVa5e3mteDodSvvmuWuZ2kcptEzRshyNnHH2jHYAKAKyfBmrSWmyMEgB+OfTn+ZrqoWa1OPELXQ+8vh54hWaKM79xXHevR4ry2MrDzFWQdFP6V8u/CPXTNFEUbjoRmvc9EvPtC+axyWxXQ6SZnR3OquZ0D7QdzNyCO1FRWccbtnGaK05UdB+c8Fh9p1BIorcy3Vw4WKONMl2PQAetaml+G9S8X+IhpWivDFHb20QnuLjKRW42fOGwCf9YzgKFycH0JrpfDmgTWzR29q8cuvXsJIOcx6dbshUs/qzhidn3+I+0hx6Z4T02x0LSodJ09MQp85Zv9ZJIeskh7sf04A4AFU6do2FhMN7Z3exYudJ0vwJ8G9W0vSOCbMxy3DgeZczy4i8xvTlxhewAH94nmvjEpg+Gml254MTgqTjONv6+/654rY+IzTtoGn6dvJGoapBEU9Qu6X+ca1F8abSVvCEUSqWMeztndwetd+GpKFCdjDM1FVoxj0PJvDAxFA//TwnPpwa9llnZLcu4KskCjHbk549q8n8NaZffYUlWBsLcoMnjrXoWqXXl2GMbSU5B69On+feuKlNKDIaMBv9NvrtMZ3HH5nFfW/iKxVrfTtS0q4XFvMkbBhxLC8axkHPsS31Ar5I8O5lkuJBwMFx/wABBNfYOkySf2y0a7Xt54km8tj6wZJH44rLm6jeh+YnjK4+1+Mdbuh0m1GeT/vqQms5SKjMjytJLIdzsSSfUmlWuNlJFkSDcCWzj2qUSqO9VRE3pUuwd+ak2TY+eXCkFqpbs9qnuFJTiqfQmqSuZykz039mnRTr3xn0FGRjBYTHUJSP4RCN6Z/4GEH419/abGPKBHY18n/sM6IHn8S+I5YuVjhsYG9dzeZIP/HIvzr67s4wkIGMV5uJfNVt2PUw3u0fUyPEsghtHbvg4rybVZme5dm5Oa9J8ZTFYXUD8a8r1d1XzHY4ArycS7yPbwUPdueMfFqYXXiGzslG5ATOw/NV/wDZ/wAqpfHXSDpXgLwIHXDytfM49/8ARv8AGpESTXPitJEpc+XcJbgDt5YG4f8Afe7866n9r6CO10DwJZxjb5aX5I9v9GH9K9TC6VIx8jz8xlelN92fPdsevuKu24x5f0P88f0qlZnpWhAMKvtIR/WvZTPmCRiYpUkDSAZBYp98YOcj37j3Fdt8SvElyUtIrd4nEtoiyqqjZFJnEzLzklmj8vpjy4olO4gbeMl5qO5kaW1FvKAyoCUJ6oe6j26nB75xjJzlKN2bU6nLGxks7CSORZHWZCWDbvm9Qc+uc/pX2/8ADfVIPHvgfR/EDRxtcPh7pV4CzIQsqfJ93LJ5i9wHj7V8SRRqJFZhnBBP0719E/sQ+MZLPWtW8E3VwfJvUF7Yxsfl82IYlUD1aIBifSCuTGUOenddDrwOJ9lUt3Mr9pjRbe18Z2sEF4Y57qySdFYYL/vJF4I6H92GIxySMZ24rye0vxZald2U9u9/HJu3r5XkyJKM5KL/AAYOeCOg6Kenrf7cbp/wsrR/LUKn9hI7Y9Wubgf0rwWzOHC+lXho3pq48TWSqOx6DeLaXWl3Q0rMkdjZH7LGzhizRTrLJ8p5wY2LjGeBIOQpI4GwG2V0UnoGQ+2ef5iu48M6jf6fqxa0nVZLo7i8nCmTayjJXDAOHlViCPldsYO2k0+603U9c0y3k0dbORiYZ4i+5ZZdp+YgjfndtGHdv610R905ZzUzrPgxq2rPefZ4bUiyVv3t0eAvsPVj/d7dTX1D4Wvg0SAHNeK+Gra3t44o5D5YVQFjhUAKvpivWfDcKi3V7eUsF6rjmu+lytam9Kmkj1PQ7hXTJNFYWlXkkIBX+dFayo6jnSdzwzS9KstMtngtI23Stvmkkbc8z92kY/eb9B0GBV+3RUYkcUnWtnRvD95qIDRkIp6Eita8OVHZRrRp7nL+II21Hxp4R0gEMoa5u5BnhcKiI3/j7frXefFXTEHw6vp9mZn5B67QD+lYGjaLKvxwubadhL/Zel28bH+7JIZJP5Mv6V3Hjkw3fhLUtOkcLIkLtGD346U03GhZHi4mSqV3JHzx4UEo0psDH75G/wDH66X4kmP7HDcxgK7phwO5x1/z61k6HZvFoTjaPmuUTkde/wDSj4hX6zQpbwyBkiHDA5BPSvNtY0LXw00sXml3V9cP5VtEoDt67mxj8q+mrV47PUdPB3B7UC1ZScnDGWJPrxsNeH/DWOODwNoNm0bTfa9UjaaPoZIixVh+OcCvY/FF6bfxNpsa+WS4aSRiMK/lyRP065O7jGfu0BKx+ZCjAqeE4QVCp+QUqN14rnLLG/2o3+1Q0UDbuOdty4xVY9akkYCoe9NEH3J+yHpC6f8ABrTbnBD6ldXN0wP+95Q/SEfnXuqvtgzjNcb8MNIbR/Afh/SZFCy2emW0cgB6SCMb/wDx/NdXcH92eK8eUrycj2+TljFHH+MJt+9Qc15br8yIzI5wGYBj6Dv/AEr0rxM26R68W+J16LTRdWmYEBbOVQQehYbVP/fRFebNc9Sx7WH92m2ct+z1Yzat4vfVJxukZzOx/wBp33GtT9t0hdR8G2qn5VtblsexkRf/AGWug/Zcs0jsHnIxvf8Al0rk/wBuGUH4geHbRei+Ht4H1up/6JXrYXWvc8PMpclHlPALVsM/HQ1pwkNu4zkqy/kKyoDiZ/pn9RVtJvLVT6RYP4E/4ivWa0PAZoOcfgKruSAVB4YYxTXnQt+A/lUUs3yhV7ZpDTuRBlDFTxitHwfr174W8Wad4j07H2rT7qO5jUlgr4PMZx/Awyp9QSKyQ2X3Hp3FMJ2TSDr2pNXKUnF3R7L+19r+meIviPpd9o8jS2J8P2ckLt94pJ5kw3DscSgEeua8dteJRVif99YwynJkhHlP9Dkof/Qh6ABfWq4OKIwSVkKU3J3Z1FhKJrVVUhZUG5CO5Hb/AD6e9W9d/dXVl4igGW84O6/3Z49p5/3gM+pIlrn7KfaB2ra029huRLptxgJeAQ5/55uT8j59nx+BYdzV2ItaVz2axmV5UkjbKvhlPqrcivVvBNwSifN3rwnwfqMU+haX5h2EWcSk9ckIAf5V634Q1RAirBkk9GPeuimro9Ok7o9NtH3btp6mioNHO6MGiu86+U8wjyZF+tet+EBC1pEY9pXH8NeQq1dD4Z1+fT50Ac+XkAqTxWuIpua0PNr8zjoafgY/b/ih8Q9YZM41r7FH/d2wRJD/ADjP6074ljdpd3jkGI4P4GqX7PRa58HTazPnztUvJtQYEcZmkd8+/X9KuePyHsZ1JxlaVJWil5HmM8AtJpv7OhiMjEeezYzx8vtTdW3zsIRy0jBB+dRx/KVi64kf5fxrqPBel282vwTXUbSrb4uZR2AHIWvNqKzsdcXZG5BcXlr4ne10oebLo1qfLiXnzZkTIQe7uiIPdq7/AMeeMGv9UgmiMUKx6fJOC/HmAbXZAf4W4yDzkKwrmPh3YRajql3rEMot7xrkPbSv80YcHcjkfxbHjDe/Ax6r4utY/wDhB/EWsW22JbKxuxbxOctsjtnVA3vwKSV1cTdz4iT7tSEUwfdH0p6tnPFcZqhwX3pGQduKUE9+aCR2pjImFbHgXSV13xroeiMCV1DUILdsdcPIFP6Gsdq9O/ZbsRffHDQCy7ktjNct7bIXIP8A31tqKkuWDYU1zTSPvy1TfK8gGAWP86lv8JHyetN00Myjf36VFrMuyIEmvEj8B7VvfOD8TSqqSDLH/d618+/Gm92aBeAfN9ouIbdfbLeZ/wC0z+de4+LpgsEjkcFTj/P5V8w/GjVFudX0zS1YsVD3MvzZLEnaoPuApP0asMJF1K56tSfssO/PQ9u/Zvg2eHI5FBySR09680/bNnL/ABW0WLOTH4eSJv8AgU90f5MK9W/Z/wDNg0CDIxxXiP7XFy03xw1JmbdFbG0t04PAW1hdh/307dK9LBa1GeLm2kUjyGDJlODjMbfopNPyCqkepH+fyqzpFqbjW7KyDAefcLBliABuO3k/j1qoxzblsccNXsXseEDtnt2xQG68dzTn4xj7vb+dEfAdT0YYqSk7jTQf9aPpmhuuaD9/8P6mgC3p2xrwRSyCKCceUzHogPIY+wIDfhUMiSRSPFKnluhZWVuqkcFWpmcjJHPc1qeII5Li3staVT/piNHOccG4iwJM5OSSGilJ6ZlPoaESZgmwcrTnlf74OGXkGmQxfxNU+nx/adQtrdQHLyABex56UyoanqnhUAWMSK2Qk0yj2AlcD9AK9b8Ff6yP615n4etBbwwQr8/lqE3N/Fhfvfj1r13wJYFjGduK6Keh3UtEelaIMQLRWjo9oyxAEUV08x0c55pPGtwm1lCuOjCuZ8S3jWPh3VbofLJBYzMnP8QjOP1xXUuyxKZG6LXBfEN/O8OT24GGvbiG2HtvlXP6A138z5GzhlI9k+D1iNP+H+kWyrhUs4wR/uj/APV+dU/HfNtMuV6HnPFdV4Zt/I8NWyEYAiXK7cdveuU8cD/RZP8AdzWaPLvqfP8AKrDUWjYdJjkfjXeW8aadoVxOGXfekoD/ALC4H+Ncp5G/V5TjODXRI1zHa2lrJOvlrL5nPQD0P1ry6zSep1xOu8IhbLw1aO7ZLI7jtkBiSPzDfTaf7vD/AB/5N98FvE+sJCIN2n3dwOcbmlDK/wCpHHH6c1/CmhXmrzW1vBLm380Exw8Mo+Y5GOTyD+vrUHx4a50v4H+J7W+8yG4WO3tYw52GUG5hydrfNyoJ/Hv2yVToVY+KQKTOe1PAzmos4rnKZYUZpdg74P1qEMO3NS7gOAOT70FrYY64r2v9jOJH+Kt7M4z5OkTMvsTJEv8A7NXi8gBFe8/sWWbt4u1/UMDZDpywEn+9JKpH6RtWGKlajI2wivWifaWkFfLHzdqra+MwEdKr6ZdR+QFY4PanXR+0Bgwz/WvK0cD12nGpdnnfiqykmtZlCFyQQFA618ZfE5bzT/iNfreRsjxugCsMHyti7P8AxzFffmoaeXjJI/GvHvjH8M9P8X6f8zpaanbgi0uyp+UnnZJjloic8jJUkkZ+YPGEqxw9T39mdOJpyxFBKG6dzZ+CsW7QrdEHzlcY9z2r5U+MGpLrHxL8Uagk3mQtr900T46x78R/+OqK9f8A2e/iOfA+sS+DPH+7T7iwkC2s84OEA5EMjDjaeNknTBwW2bNvznHJIbSTe7YMisSD1I3HP1r1MJRcJSbPFzLERqpJb9SVbiS2uUuomxLE6zKfcEEU7UIo4dSvIIv9UkrKv0BIFQSYKsPUGn3LMZ1cnJdELfUjn9a7rnljY/mjBHUjp9P8ihPvY9aE4z2X/P8An8KF70xgeHWlc/Ojf3c0jcNill/kaAAHJwBzW/oEAv8AR9V0pyBJ5Bv7cbRy8ALOCewMJnbHcxx1h2xTzPmHbIrQ0W/On6zZ6lt3C3uI5XGcZAbkfiMj8aTEzMuZBkxqCRn5c/zNdT8OdLaSdtXmUhY8rDkfebu34DP4n2qnpHha51DxDeaUrbYrOZo7iUDOFViuB7nHH09q9J0ezRVjtoU2xRKFRfQVUFc6aNK+p0PheyeW4TjOa9z8GaeI4EIFed+CdLTehx0r2bw9biOFCRXSonZyWN60jCoFHeipIvlXFFXc0Pnue/lnyJJdw9KxNXQX3iDwvpqtzNqiSsuOojUkj82FO84+tS+FVF38UNLiZVZbSzllG4cZdgPT0Un8PrXrVEoxsjxpz0Poawh26fHCgyyoBsUY/wD1VyPjy3ljsZWdJQoyCVA4rurMC1tFiRQuVwcNk1geI5HaFjng9RXC6rOWx4Pp8ATU55NnMjDbx+eK6e50m4lkaeR0UbSBn+8OtRaHa27+Kbq2LgPFkoD2Hfr6ZH5+xrXu2E9zDp8LiTMqjJHPzYz/ACry8WnKVzsp7Fj4eWd7Z+NLSwNx5An3rG27C+Yq7kG7jkjd9ce9ed/tQeKJ5vhNdaHK5N5J4itmuJFtREWQQSuscjqAC6/u+Oo79q9UtUZ9YmwCfLKkYh8zed/Qf3D94gjBzgDJOD8/ftZXd2z2ED3DSQT3cl3FGJGMany0DuqEYXcxLHb1JOeayinYbZ4GcVBUg6Ux6aGwXvUgcjioqKYyXcW619KfsZ3ltHpvie3DKtyZrViuQCUCygfXB/n7180Ctrwn4h1Pwzq0ep6TdSW9wg2kr9117qw7jgfoeoFY1qbqU3FHThaqo1VKWx+gUc7Z3btwrZ027VwAxrw34XfE6x8X6TkEW2pwL/pFtuySP76/3lJP4Hg9i3oNhrADCQMHU+9fNtzpT5ZH0rgqseaOqPToreOSEO4yWrC13R7efOxShHQ57+9aul3qPbRFny+3kVptaxXCZAA962ajWR56qzoyPlr44fDSTxVp4l0/bHrllHthd+FuU6+Sx7c5Kk8A8Hg70+W3tprZrizul+z3EcuySKUFXidSQQwxweWGOua/RfxNoeJXnjiWRcHcQPnCnHT6kD8l9q8I+NPwqXxXGdT0lEg8QRRqFLNtS+AU4jYjgOAMK/TjDcYK9OCxjov2VXYWNwixEfa09+vmfLexP+fmH8n/APiallUHYBNG5EYViZMZOe2cdsUy8t57O5ltruF4J4WKSROpDoykghl7EEHIPPFRBs17qUWfO2aLEdncy8xW7THOMRsGP5DJqFlZLhkdSj8ZVhgg/SrUUQIAarn2e6RNgklROybiq/lSFdmRSg5Bq9cRuqL5sEDKvQrEFP5rgtTb2CyjbyVjcSCOLDpJlQxQE5BBzycdQOPegEU0bbIvGcnFPZkxhj8pGDXsfwyvf2f/AA/pdnceK7fXPEGs3GGlF1p5SCy4/uRz4dTu+8fMJx9xTweh8W+DvhT8QNSu9C+F0unQeLIbRr+xjsWuBZaynl+Y8Hlzcw3KKMhFLLx8xBLCKWzRx0ueb+FNQuYvGF/5ahhqThSg5k81hvwB97O5iCPU+1elaTHDJEki8sMc14VoWu3OkahbXloUS6tZorq3nxykkbCRSfbeBX2JrXhLT9T1RdY8KMkZu/8AShaMQkcisN4ZT0RiDnHQ9eO+csVGg0pdT0cBB1YtLoangvRZpLdJJGiiyuQCcE13VrG9miJIMjsQeDXnGiapc2cjJfwzW0inawlQr81drbatHNp8u6TIC7hz0NddHEKfodUocrsdPA4EW/HJ6UVg6TqqXEaw7wGB+XnqKK6JLUXKj5389fWtT4Zbf+E21a9bcfJjgtk4wpGzeR+bfyx7cityWPDV3X7POi3niTUrq0tWkRLm7kurmQg4jhD7QwPrgAAevtnHq4mahHU+ceuh73oEc2sxKNPiMhUDzCTgRnHc9vp1q5qPgzW5oztlsXP9wysM/jt60ninxHa+HLaPw94dCW7QjEkww3k55A+bOXPUls9e5PHGJ431/RtTiv5NUmvoCwM0MvKyp3UD+FsdCMc4zkcV4t5lJI8n8ZrqGg+PblhG0M0cnlSxuu0g478nqrZBHBByK3fB11ZXl7cas0yxrbxNtifgmQ4UAfhuP4V337TWlW0troniKLyv3zGzkdTnzFIMkRz0wNsn/fY56V4jLcpp8rWrOXUlg5XLAOfUd8BfXIw2AaF7yuy1LsemaRqunRXlxNIpR5JYVilBCOzAmQxTRn/dYhx97dgk8JXhX7Zt87ax4Y0x5vNaKzmukbauQk0gGMr1AeKQe1dPpkvlaa9417gG6OTC2NyBNpMUhDjHzEbSqv1UttJVvNvjHYxeJPHmm2Fnd6fYzrpscSxuzCIZklf7+DzhlJyB19qTglEOY8hWmMDWtqOjXunXPkTG1lJUMpguo5lIYZH3CecdjyM8iqf2O6bpaTn6Rmudo0RUx70Y96spaXDyLGsEu5jgArjJrb1Twnf6dDbzXF7phW4UugF2oYgEr91sHGVIz04PNJtItRbObPNFXDZTD/lpaf8AgTF/jTfss/ZN/wD1zYN/I0ybDtK1C80u+ivbC4kt7mJt0ckZwyn2r6G+FnxPg154rHUWS11ccYXhLgf3l9G9V/Eeg+eGsbxYkla1nWNyQrFDyQBnHrjI/MU1be4VgwRlI6Z4IrnxGGp4hWa1O3CY2phnpqux982WszxXKuh2oxUrz25ru7LWhIfLZ+B09q+PPhj8WZ4reLR/FLqWB2wX0jDB9BIex/2vz9T7TYeLmRAjQsm1doYHlR9P88V85VoVsPO1j3EqWKjzQPZmnSaRgeQcqRXMalZR5l2qAM9AK5iw8YxBfIiUrnq7Gt221WOdB8x561uoqrHUxanRZ5P8afhZb+MLYX2mLFD4giG1ZXOEvFAwI3bswGAsnTGFbgKY/l3xBpN5o2qzaff2k9ndRECaCaMo0bYBxg8jqOvHIwSME/fkzrIRg1y3i/4feG/Hqi21y0/fRriC7hAE8Cg52qSCGXOflYMOWIAJyO/DYidL3Zao4MRh4VPejoz4w0xsuGPUVeJJ6nNdT8TfhJ4q8DGbUEiTWtEXG7ULeIr5IyV/exZ/ddueUyQA+ciuD+3beHt5EJAGGbIOeR2HbFepGcZq8TyalOUXqaTBHUAcjgg1lXfMoyS7HGAwPPAwPy/+tSvfpt+RpPm/iZcD9M81q+FfD+qeLtRfTPDVv/aWpR2wnEQnSJ2SNR5gQSMDI47KuTgZAGDiiFuc1M2WA29B/Cc5754/zxW98N9QudK8e+G9TtA7XNrqlrMkanBZklXAz74x+NdB4m+E3jHSrCDVra2t9b0yWNC95pjPIlvJ0ZJldUeJlPDB1AByCcggdFZ+C7P4Z6HoXjvxVqn2XxFEyX2n+HWtf3ss6OTAZm3/ACxgqGkG3OFMZKyH5ZubWaWpyXxWgs0+KXi/T4bfFvb6/fRWwgONkf2lwqAdMeldPofxI1WGy07T7G5AFpGIVfkZRMhB17JsGfavJpbmeV3eSV3aQlpGJy0hPUk9SST3rU8OTLHqChjkN0P8Jx1/xrHEUo1IWZ04OtOlU917n1p8G/GEOpahb2OrXEtvdXZAQTf6uQnoBn8sV7Brnh7TruxeFYXsnPPnWxC/N7jGD/nmvlqGf+1dKt9M0wr9ubyY7AKcslzuHlsrdQd5T1r7FaSGOWZFRWUM5GfrXj0E6TvBntYyom0zw/Xm1HwxqEcdzOssLn9zOqkAkdiP4T7fl3wV6J400ew8QaFeWEsSr5i7kdesbDkMvuD/AId6K9mGYpK0tzi5kfH91qRs4ppXb5YkLn3AGa+rvhVpS/Bv4BW9/qVuI/EmrJG7pKuGWaQExQMDg/ukJZge4kx1Ar5x+BPhpPHvxQ0PSLuEzafFIbzUVwCrW8Pz7GB6q7+XGfaSvUf2lvHjah8Uzodu4ez0CFYmCMCPtEoDSN+C+WnsQ474r18RN1J26HzsHpfqXn1vzCZXmeSSRi0jscs7nkkn35NVdW1NJNNkVyzBRnkVwMWv2xXJYjP/AH1W54Cjk8Y+O9G0EAmC4uQ1wG/54rl5c/7yKwHuRWLGj2P4+XUelfs66Ub5SNTxYR2oJ+ZJwoMn1PlLN1r5ci1Ai3cbcjqFI6emD6da91/ba1cibwnpUdwURhc3MyBTzzHGh6Y7yf8A1s8/Ptxdw2luyg5/hJ9Qf84qE7Gmx1Ol3inw/bafd2O2e6DmCcDIkZnIxlsDeBn+LLAHtnPlvi1Pt/xF1GGFVj8uCK32TfNtKxRowOQP4yewr2Px1oXi7R/DvhzQfE9tHoxvLgyafLchH8pwCSrmIkj/AFqjBHBPpnHgDX8dxrOtawfme4mlnjJ4J3MWFPm5nYaMy+vYbm8nmOnWreZIzbyZNxy3HRsfkKSC+s1k50LT3BH8ck/T14kFVI1crkLVmO1kI3FQKwZaZt6PPp8l9axw6baWxYuWeJpiwGxh0eRh3HarHjm5/wCJla26soaKwVWLIpIzJJLnnpxIDxWLocixam2f4IsfX5hV7xLZate6v9tttOvZU8mBUkjt2IbbEqZBA9VrFfGdHMvZ2Xcr6Nqlxa3qzfapRhs8SEf+zVa124tbjVHufs1vuZstiMAPz14656571nx6Rq8bfvdJ1BP+3Z/8KaySwSATWsy+olXYPzNaXMuVmvALf/hG9SltQ/lm4tUeMjanmYkIYHPXaJB0GNx9ayZJ2aIII1VgQDnvwe+f6VrxNAvh54pLiK2W4vklTcN25YoiuR0yMyn8jUL20LRBhc3U0bEguLXEYx05JINEIMdScVbuZzfvF29j1rs/hX4m1WDxFpvhx7hXsrqdIE80MfIJ4BU9cE4459q5KH7BuVbi6VCwILPISuPUCME/gTSeHtQGieLtP1UDelhfRXA9Sscgbo3sKJ0lJWkgpV503eOh9BaLrlpqds01ndiYodsygfNC3TDjqOcjng44zXSadrcsDAbyQPevmDxJd3mk+ONWvNNu5YZYtQnCTRna2PMYZ+hweK63w18UGfbBr0QVzwLmFcKT/eZB/Nf++TXmSwDjLmgevTzKNVWqaM+lrLXhKgUuM1rWGqCOdZVOcds14tp2vxXMIurS5inhbo8b5GfQ+h9jzW1Y+JPL2h3H51Kg+pM3HoexvdJN/pVpIGGCQA2GX2rxb4p/CHwjqiyX+iSJ4f1NjnyYk3Wkrc9Y1/1fXrHwMcRnO6uvh0/xDL4Vk8Ux6dM2jqTm4DoOA20sFzuI3cZxjg9q5e/1NXUsrU7TpvmgZpRm7SPmfxDo+p6DqD6Zqtm9pcIQRkghkOfmVhwwPqOOKqabdXtjeRahYXE1td20gljmhkKPGcjaysOQQe/vX0dqNrpWuWYtNWtIbu3U7lVyQ0bequDlOg6HnHOa4bUvhJpjys2n65dW6DhY54FlP/fQK/8AoNdcMVG1pHNVwrUvdMofG/x7xMbjS21BcBdQbTIDcBQNoGdu3px92vP9V1O/1bUpdS1S8uL28lIMs08hd34A5J9hivRpfhUZZmmn8RxDec5jtSST3ONw+tT23wk0zd+98STyegFkE/Xea0VaD2MnSqdTyZTyRVu3LKQFYBwd0bDqH6j8+R9fpXql/wDCfRPKAs/EV3BIBlhJEsob8iuP1rlNU+HXimzy0FvDqITo9nLvbOc8IcOT16LVqpFkunJHpf7OEujah8UPD0955n7uOWeNWAZPPSI7T7bXO4e6ivqfxB4httMjUEt5jvtyO3FfEvwROp2/xDt9Lh0+9N8gmK26wOZV/dkkbAM8Yr1T4s+ONd0bUrK1urOa3uWtpjtuYjC8eWj8uXBGThlOOxwR0zXn4mhLmvA9CjUVRp1GfQNvqML2S3G4FNu4c9ttFeMw+KLu38DaZp8rKJYrCFJOQGZhGASaKj2MjSyJf2HLKC2h8XeLr5cRR+RYxzDoEAaabH5Q14lqOu3uoarea3feW9xqVxJeynG355WMnDD6kdK9X+DN0mkfsr+MZNzK1wdSJ+UEqWtViH1HA/M14vpCfbdLktDgXFqu+Pjkp36enX6Zr6aUdL9z5itJUrM1hquPVfrXuH7H81tJ4n8S6i2fPtdOgt4yD0SWUl//AEStfN7ySRg7hgg4IrV8N+Ite8PXj3vh/VbrTbqaFrZ5rd9rGI4JHtyFORyCARg1iNVUeoftaeJ4NR+LssVq/mxaRaRWDlWBBnUvLIPYjzdp9CpHaub+BRTVPjb4Tt3gE8QvjclSeP3MbSg/gY1b8K85viW+X95tLMd+Th3zyd38Rz1r2r9kHShDrOu+LLuNjHbwjTrXI6tIRJKQfUKkY+kpoUeaSRtTlzM9Z+L2j3nxT+KNj4Zsbr7HYeF7dLnUr/G7yZrhhIIlH8blEQgZAALE9gfmf46fB9/h14n0nSNG1K88QLrVsPsCizCzPN5mxodisxLZMZGBzvx2yfc/G/ii80a70P4daFqMlv4j8Van9u1vUbZmElskkm6WSM/eU4XZH/EsMIH8Qauk8X3OlWHjm6+J3iH5bPw5on2exRSBsmdpDLJGDgbyGhhTnBLtnGAar2RukfNXxH+AnifwH8Pbbxdq+p6XKzSxxXdjBIXktmcEgb/uuRjB2nGehYc15PJb3KjJilUf7pr6l/a38V3snwu8Ladcp9mvdVuFv7qKFyoieKAbo8HkqGnGCevl+3HnvxM+Hei+CvhH4f1S8u73/hLtSnjM8BkUxBGRpJFCbdwMeYVY7s7nPYjEOnuElZlb9mT4R23xR8QX8mtXV7Z6DpiL9qe2ZVlkmk3COJS4IHRnJw2AuOrAjnvit4K07S/jJq3gjwAuqa7FazLBBGEE9y8qxAzJ+7UbysgkHA4298ZPuXhHWpPhb+yimq2btBreqh7iDcxDC5uG8uKRSe6wRrIPdfeuP/Yx0UXHjvUfEjQxlNMsjbQM2RiefKAjnp5Syg/7w9an2Vml1ZR4PqFlfabe3Gn6jbz2l3buY54JkKSRODgqynlSD2PpX0R+y18KLTXdCu/H3jvUryDwxapKba2F1LbrOI1PmzyOpBEKYYfIcllPICEN5f4pM/xQ+PN6tlPsbW9ZMFvI658uHdsR2A/uxgE/7pr139q/xhbaN4Q0b4W+G1NrZfZonulBBItovlgiJ6kkpvfPJKxnuan2as2+gXZ6Poln+z98abfVvDnhvQLCyvbFfNjvYtKFtOufkS4UjmZAzDKy9cjK85HyPpnhXUtR8Yw+E47JBrVxqD6WiNIxSOYSAOzcEhFBOT6AntXs/wCxLYXFnq+u+I3hkjtJLVdOSQsAsk3mxyMo78KqfTePUUfs9wpq37QPizxXIreTps99LbmQ8rNdSuoyP+uZm/HbVxhsPlvY+iPA58EeBr2z+Dmg6ZHKp0WTUb5powRdoXSEtPu++0pZuDwqqABtKgfBHxU0yz0P4l+KNF05DHZafrN5aWyFtxjjjmZVXJ5JAAGTX1f4QM+hePfH/wAXvGkQsrVgbSwim/dubGFlQPtPQyiKBE7uSezAt5b4x8O+G5v2cpPHGtaWv/CZa7f/AG438kzq5kmunO0LnbtMILdO+abhYOUP2NPB0Pin4mzeI9WhW5tfD8IuFWTlXvJJWEJI74xLIPdBWP8AtZ+IbPx58fbmDw3axXT26Q6SktqpZr64RmBPT5jvbygeciNSDgivRvg3qafDr9mHV/E8bGO/vRd3kMiLh45CVtrbr94CQB/o5NeY/sveD9Rv/iTpPii90i7XRtLL3aXTxlYnnRT5QVzwWEm1sDPCH61HJd2Hyk/xl+EV98F9K0TVrfxtHf3uozSQT28FsYQjRqjNsLMfOjBbGSq9VOPm44u08fStbNFeWxMmwhZYiOTjjKn8eh/CvQ/2k7rWviP8brbwd4fi+2NptsLeCLzFRTKU86dyXIC45U5P/LIVy/wY8DXq/HvT/D+uW206Ldtc6jGpSRAIPnCkgkFXYImR/frOVFOdkiozlsj7F+K899b/AA90f4f+HLaH+1tY+z6ZbwNLtW3ghjVp3ZucRxhURyN3+sGASQK8y+Kvwxfwf4En8Q2fiJtQNm8a3UUluIVIkYR7kIctwzrwexznjnrviR400/wRpupeO9Q/0u8FmmnafbO52vIzNJswP77BWc5HyW8eOQMxppd94p+G/hjQ/Et1JfSXUsF5rrS4VrgfPcGAAcY80xJgYCxocbcCtZYWLvE0i3ucR4D+GfinXfCw197my0+OaIy2UNxu824TGQ/A/do38LHkjnGME8HBrBuFjMWH8wAjPoa938S/EaBvhp4r8SWLgWttHdWdjco4xcSBBCsq4+Xb58hUY6hAf4sDxv4V+FNGvvh5rXjXxNcXkNtbQSiwFvKEDLEp3yHIO7L4jUccq2c5GOWpgVH4TVVGjvvgPoGleIPGkrapbw38FhZtKLWeIPC8rsqLuQ5VsDzCAe4B7VyHifbr3xLvLPwnpttFb39+LbT4LdDHCAP3YOAMKp2mQkDjJ9K6r4DvqmlfC7xBrkFnP/auo+a1lABgziOHEJXPYyu5z0xz0pvgu10z4QeEW8U+LbiKXWGjMNtaQSBsHH+qjbG1pCPvOPlRSeSCS9RwrjFX9WLmD9oXRdD0Ow8L6B4fFpbavBZtNc3hjCS3IyqJJMB9/c6TdT8vOK8bs9Z1r+0rfS59Immu7m4W3t/szbxLIzBUUehJIABxWN4s8Y65rviO98QX4We7u5PMkjQlQi4ARI/ZVCqB147kmvUP2YobXUvEF542v38u00KEiGSUELHNIpDyE/8ATOMPn/rop7VjCk51GlsLmPV/EfibTvgP4BgsdMgtNW8ZanBu3SOWSV16uxBVlgViVjQY3HJ4PmOMr463OmfEj4AeE/HV7DFHdRSQXTPE25cSqY54Aeu3zQuV6/u/Wvmz4leOZvGHjq/8RuWCzny7WBn/ANTAh2xKB2IXkgdWLnqa9t+P99/wiX7PPh7wpdTOL6OS0tDGsgAZoIgZiQPvKHI49SvPHPRGm5c1uhFjyTX9bmuoRYRSbZbjMaeyngt7ADcc+oorr/EXh/w/4R/Z4tNR1SxgbxZrc8EsV0zfvoVkIk2AcYQQJhhjh5CPSisZUJJ2OjnJPheyXn7PHiHS4GzIWvgUx827ykYD8eK8z0FZYbyCeIhGhcOhYdD6Ef3DXcfBPUksNQu9EmCiK9Imt1fDDzVXDJ/wJf8A0HHetrTPhxdRayLezd3sNxaAthgi7vuMwOQR0z0PX2r6CNCVSCaPiswxsIUrt6HKeOPDLW8FtrFjbH7BqMfmKv8AFDIDiSI+6Hj3GD3q/wCEvh/cajfwpeebbWnDTzIOUj7hc/xHlR6fMe1fVfw+8A6RdeFW0XVBbXMIkSX5TnDDv9cAD8B6Vj/EvRWsxPHZ67pOkZwkJuP4f9oA8EgfUZ9elXTpUvaOMuh4VLMqkaUKs17jb16/cfPv7QfiXS49L03wRpcEax6YwkkCAbLRVjKRxIT3w5L9+mcknHY/DOW18FfCeylvSscaWsmqX5Q7STIu/H+/t8uMD1ArzXxJ4C0+BpXHiPRrstuLOb0sxyeSeOtdH8ar2KbRotFsr+x2Tsk8o84ECFf9WPoTgj/cqVBx5qkumx9Phczo1VdGD8ELrUvFHxe1bxxrTZnihdwc4WJ5R5UcYHoIxIo9lFaHxs8SnxP440H4eW8zNYrqFu2pHruldsBTntHGSTk9WIP3Ky/h3q1n4Y8G6xdrc2raibhdkRkA80bNsQ29wD5pPtn2rivBtwum/EKw1nUL/wAxvtLvPPK3OZAwZ3P1bJ/GsbJRjHq9/vPRhioux6t45gbxt+0TpdjdfvtN0a0W7uoz8wI3mTGO+4vCh29voa83/aJ8Wv4n8fyW0czS2mlKbSM54aTcTK+On3vl3dxGpr0Dx7r1p4RTWb+xl/4n+trFsw4BiWNBGsmOwAyQ3dj3AOPn6SzfI+YUsUlB2XXc6JTj3Pdv2nL9dP8ADXhXwxauv2e0eQeUpyMQokUYx/utIK7r4ewD4efDN1Zwl7Daz6lfN1IuPL37eM8qFWP03KSBzXP+Io9E1LWrDxrqNzGlppsclxAzE+WS5Vo5D646gDkuV64web1/xjNq/wAMPEWqQl7eO4uTZ2kc2FbyT5Skkju26Unk4yRkgV0eyUJSlLtp8jWOupzf7MUCt8Txe5xJY2M0sf1bbF/KU1y3xc1aTWfiX4gvncOv26SCIgf8s4j5cf8A46q1q/BDVo9F8cKJpEVb+3a0D7wAGLIy5+rIB+IrqbbwRpmk+LL/AMUeJb62/s2K5aaCKQk5YsWXzBjnH90Z3EenB46VCVWird9SdJJWPU/hV5ngr4VWUVxGY54LSbULmMkqQxzLhh1BCBUIx1FcJ+ypefY9B8TzKq+Y08G4nPO2OUj9Sfzp+s+MZtU+Geua1saKK6jlhtlkwrmJmWHLc4JJZicdM45xmuO+AXiG30vUL/SLyW2SO+8uSLzGG15E3Dy/+BBj167cDkgHqmo89OK7GrcU0itrHjHxp8W9e03w7c3EdtazXAItbVCsCED5pnUks21Ax5JwAcYyc9T+0h4kt4X8P+CNLCmy0qOOd7d/mXCoEgjbuSsYJJ7iWizh8M/C6DUNS+0SXWpXIKW0EhAl25yqbR0XIG6Q9dvAU8Hy3RtTOpfECx1XWp0k8/U4prqSVwq4MgLE+gx+QrmnH2Ss3dvcHZbs+pPij8TLLwcbafUbCS7mvpnKwxupWN41Qn5j6FgAce/bbVf4dfFJvFtjq3iHUNPXTtO05ozgzmaVlRWeUk4HYLgADvye3hHx+1OLUfFdpHDcRzLb2Sq+xgQrl3YjjjoVrc+Cl9De+Bte8MxzpHdztMee8csQj3AdwCOfqPWtYyUq3s+g07y5Ta/Z9nMc/ij4leI5iVYTF5OrMxImuHA7HiMD13EetbH7Pc02o3nijx3qCxm+1m+MY25GwZ811H+yWaID/rnXAfFPxFZaR4at/AWiSbooQovGUgjhgxQ/7Rf5m9CAPUDc8JeJ7bw38Fra+t7iNbmJZlhXeN7XBlfacf7IKOR6CnSUIVbN/Cm/mEUlIZ8StdHxE+NOj+FIy0mj6bdrA6ofvsCDdSdPRCo7YQHua9H+OvxBk8PeELhLSZk1TVt1vbspIaND/rZRjGCAQo93BHSvBfgbeadY+MpLm/uIbdls5fs8krhVV+Mkk/7HmVi/EjxLJ4o8Uz6j8wtlxDaof4Yl6fiSSx92NYKqlSc+rYudJNvdns3jFbu1+Ang7wZpRzd6pcWibD8vMm+Yqc8D95InX0+uIvj7r1v4c8A6L8O9JmxEY1MxHBaGI/KSMf8ALSUGQ+8fvWlc69ocmm6R4xu59sFlA7WpLK2ZJI1VkA/ikAQrjjBye2R4F4x1y68S+I7vWrsBHncbYw2VjQAKiD6KAM9+tViOWmrrd7Db2Ppe38c3HhP4QeFdW1RFmLJZWrgqwxCUOGAzywhRfqecYOK4P9p+0I8R6brC3cjx3ds1uQZiwieIj5k7KCjpwOCQ56nNYXxf17T7zwb4e0zTry3mgEcb+XFOHaMRwqiKyg8H52HzDPB963NGNl8Q/hvp2lXNwyXWmGNZWjTc67QUB2nqHTbz/eHtg1UXtL0l2Dm3RJ8GvDugW3hTUPGfje0gvtNRGFtFP90xIcNJjPLM6+WuD1DjuDU19qZ8L/swx28CvFc6/KyyYblRK5JJPcGCFF/GuP8Ai740t72C28KeH5v+JPYhEcocpKyDaqg/xKo/i/iJJ5wDXSPp8fjr4Y+HbC3vkt1sSqzE/Pt2x7WGB1bgEKccHryKinSi24U90hrVWMv9nrwy+r+Ko/FGoJnT9HcPEGHE10MFAPXbkOevRQ33q7XxzA/j744adotwrS6N4ft45r5f4JGfa5VfeTdFH6/KT2rN0fxpoOm65pXg7RGhFjGrxyT5V1Mm1tqhuAzM2NzDgk4HFV/H3iyy8IWeqW2kOra9qspkuZAwLQ7hgMxXoQCdq9QSW786qjThRvfZ6lWSjqzmf2ivGkninxw9pBcF7DSA1vEVfKySl8yyfiwA9wimivLD1zRXl1Ztyucrk2ztYNUeGQSCTYw5Vk4IPqD1rtNL+KuuxIscy294/aWTKufrg4/SvKA5BOea2fDgi85r25XNvbrvZc8Of4V/E/pmuyliqkJe6zxquGhyttH0VZfFjVfD3h23ih8pNUulFxMqg/uUxlI+T1K4Y/7yjqDXO/Evx/NrV2boTDaw4TOB/n/J9vHtQ1e6uWup5pGM0iySM5PJY198XXwX+DWnwWUV/wCHNPiad0tbb7TeyI9xKVJCL843OQrHA5ODxWk8XN3PHp5JBtT9fxPhq91JJclkwB1KjkfUf4Vi3MoKjbsIbps/wr3v9tfwD4O8AyeD28J6NHpP28Xv2jyppG3+WbfZncx6eY3T1rqv2Q/hT8OvGvwluNf8XeG7bUb5dUnia4mnkjCxqseB8rAADJ/WuZ1m9z3KWEhBWR8mPKAcZxVWR3I5avvD4n/Bj4MW3wd8U+JPDnhbTmltdIurizvLe9lkUSRxkq6kSEHDD3HGD3Fed/sh/AHwv4t8Gnx145tH1S3vZJIdMsfNdI1SNtjTMVILMWVlA6AAnkkbMnUOqFLlPksiuq8CeHdO1yC8uNTu5raO3ZQpikUY4YsxyDwAB+tfdvhz4K/s7eIrSS98O+HtB1m1jkMTz2OqyXEauADtLLKRnBBx7iviTwKlsdR8SaEn7qKTeE5J2qC6Hr/vr+VdGDUalVRkv6sdNKClJJnCG7ums0s5LmdreMlkhMhKKx7hegNdf4kY2Pwy0PStu1rmVrpscZODgn/gMi/lWFo2h3N7r/8AZckTRvE+Z8qcxqOp/UAepIr7l0K//Zt8PeG/D+n+Jx4Jn1S5tIDKt9bR30sMropPmMQ/krlujFVA6YAo5nTg21voar3E2fDMfh6/fwzJr5aFbZD9xmO9huVNwGMEbjjr2NZl3eXl35YuruecRLtjEjlto9BnpX2N+2D8J9G8P+GI9U8IWUemw31w0Eunw8Q+aczBol/gyEcFB8udmAvOe08AfBT4JRfB/wAL+IvF3hnS7Vp9Gsri+vb2/lgTzpY48lmMgUFmbpxycCpqcsYxlC9mvxJcUtj4+8TTmw+FekaVuw87CQjHVDmU/q6flXndfZ/7a3wY0DRfh9b+MfCVk1gumzrFfWyys0bQysFEgDE4YPsXjGQ3PSup+Cfws/Z58XeB/D0aaf4f1jxE2h21xqVvDq7PcxymKPzWkjWXKYkbB4GCccdKmvXVRrl2SSCbUnc+CKRsmvs39qr4efArwj8Mtch8NWvh+w8YWj23l2aasxu4w8kef3LSknMbE8qeDn3rsfhZ8F/hX8K/hjaeIvibZaNdandRRSX9zrcSSxW0jgEW8cbZT5emQCzHccgYVee5J8AcnvToZZYHEkMjI46MpwRX17+2V8E/COneCE+KHw/tbWxtRJCb63siPsk0MuBHPEBwvLIMJ8pDZ4IO7f8A2dPgn8KvF/7OOka/4q0GJb+7hvGudUW7kieILcTIH3btg2qo6jHHIPNFwPiHcaQn3r9A/j38FPhjqvwEv9a8G6PothLomlPfadqWnAEXEUSBnDup/f70jIDuWOTnPXPn37E/wl+HXj74Zatq/izw1Dql/DrMlskz3MqkRCGFguEYDq7HOM8+woGfHuaSvsD9in4J+DvGPgDUvFXjbQP7TM9/9nsVlkeNFiiUbnXYRnczlTnP+r7c5qfAXwV8E7/x38RNG8cRaFC1n4hey0S1vNVeCTyhLKgjjBlBk6IO56c0hHyXk+tGa/SXxH8Ff2cPDMEFz4i0Dw/o0Mz7IpL/AFeS3WRsZ2gvKMnHavnD9jv4M6D8QvFWueIPE1m114d0eXyba0DkRXM7EkZZTkrGgBK55LpkkZBYHzTk+tPjkdM7XYbhg4PUelfovc/Dr9n74weG9X0nwbZeGo7nTZDAb/Q7VIZLWcqQjnZt86M4OCco+04ORkeLfsq+APhJfafrmifFKDw//wAJVb66+nQWl3q/kzuVCL5aRiUb/wB4WAIHJ45xwXGfJ/NOSSRFZVkYBuoB61+j3if4Mfs2+GPIPiXSPDuirclxCdQ1iS383GN23fKM4yOnTI9a+eP2PbT4L2nhvxB4n+Jz+HHvLWdYrWLVpUl/dFMsUtTnzDnvsY8cY5ouI+ZufWiv0C+Ifwu+Dfxc+EGo+Ifh1puhQXdnBO1je6TbraL5yLuMUyAJ97Cj94MgOGHB5/P2i4DaKKKANFAzy7ByxbAFaeozCGGPT4jwvzSEd2qpZYgja5ccnhKqmVnkZ3OSTmtW7I5HDmfoWwJJT5ES7nkZY1Ge54H8q/RX466tCfFvwv09VRs+MonMm7lTHBINuPfzP/Ha+Bfhlpj6t430mAW7zQR3cM93hdwSFZFMjNkEAYx17kDvX0d8R/EOoav8QvAN3bW9zPb6Zqk11dyqhMceTGAWP3R0br/jXTRws60OdHTTotq4/wD4KLXMdwngJ0xtB1Mf+ktdH+yhfDSv2UfENzcw5RjqtwiKRmVEgGcZ91Yc+leS/tc6pLrmm+Gpoo5ZY7OW7WV0RiqGTydoJ7E7Dj1wa3Ph1rNz4f8A2b73S7r9zNNpupsI2U5USxyBcjtng/Qin9RqKco9lcv2L5rHoPw0vo4v+Cf9zA5Xe3h7VyBj1ublad+xt438N+Ivgk3wzu7g2+p2EF5BPCGxJJbTSM3nISMcGYqRyRgHGDXm3hPxCbf9lF9IWbB/sW/j2/71zMf61zv7JgXSbjWPEjgrNMi6dbtngglZJfx4h/76NSsFLnjHurlKi72PrP8AZz8BWnwl8IXPhpPEB1sXmpteC4+yfZtu6OOPbt8xs/6vOc9+lfnVc6hcad4su762YLLHdS4wcggsQQfYgkfjX1f8MPiXcax4m8V6k9281sNXhislExMaQRrsVlB6bsbjjqWJr4/1Y/8AE0uz6zOf/HjRUoSocs49f0CaUNjtrn4iqYHEGliOcj7z3G5Af4TjGTj0r6d+AnwR8F+G/DUPjv4o/Y9S1q5j/tGVNQfbaadG65HmK2EaTDZYvwpwFGV3H4psTH9sgE3+qMq+Z6bc819cftBazrHibwW+l6SktxO2r28txFE3MkKb85HoHMRPpjPQE1qvbYtNvoOClUO6/bv8Qy2Pwp0e4tdqTx+IYlZH5BH2a4yCPTkV1C6LH8Qf2afDvhSfV20c3+h6TLJcQQ+YyBUhlKqCR124Bzxuzz0r5+/a18QnXfAlrEHyn9uCQc/9Mpf8a1vEninW1/Z/0uw8OXWow6tHpGlxwNYSSLONkcQbYY/m+6pzjsaX1SbfJfYt0pJ2O6/bh8TXGkfA608NaZp1xPZahdQ29xdMgZLeKDZIqsc8OzquOMERyV5B/wAE851g+MGuyv8AdXw5L/6U21dfqXia91L4Eahp/i5o7i/n0Gb7WJMAmUKXiLj/AJ6KyxH13D1ryP8AZM1Q6P481e5Jx5mjPH/5Hgb/ANlrOWDkqih3E6Uk0u5D+2hIsn7SviqRejLZH/ySgr6W/wCChF1FcfBKzjjOTH4htwf+/NzXyb+0henUvjLrN6W3GWO05+lrEP6V7Z+05rVz4q+HC2tjHJeY1SG6xEpY+X5co3YHbMi/nU08HKbml9kUaLle3Q9C+L11E37BFpbg/OnhjQiR/wBtLT/GofhZeQw/sAXdsx+Y+HdZI983F0K8++JHiBh+zQ+gXDsksWi6ZavGTgq8b22VI9RsP5VH4B1qV/2YYfD1uPMnm0jUIEjHLFnmuMAfXNafUJ8/J5XK9i728j0z4Q3Ma/sCXNtkGRvDmvEDP+3eVX/4J6X8Fp8HtaWRsZ8QP+Rt4P8ACuG8Iaxc6J+zdP4avomt7hNB1WJ4pFwyeaLhhkHkHEg496yf2VPEH9j/AA71O33Y8zVWl/8AIKChYCXOovqrjjQkpJPqfWHwS0m08CfCzw14SZBFNZ2aC6Ak3gXL/PNg9x5rvj2xX5+alMjftP3VwM7T40Z/w+2k19FeGPiG978RfGDCZfJs49NsY2H/AEzFy8mfcSSSD8K+Xb65z8aZr0McnxC0xP8A28ZzU1sJyJNdXYiULJH1Z/wUVu4bjwB4aETBturyZ/79Grv/AAT01CCz+DmtJKeT4hkI+n2eD/CvKf2utfOseFtHhyCI9Rd8A/8ATP8A+vVn9kjxRHo3gu/tXkGF1bznU/3THGP12n8qFgn7b2Q1TvPlPor9nj4T6T8HBrp0zWb/AFUav9n8z7RbiPyvK83GNpOc+b+lfHRO39tguRx/wsf/ANyVYl7afF631aSwXUfFU5WQqJobudon5+8HzjB9ax/Ac15Z/F3QLrUGka6g162e4aRtzmQTqWJPc5B5rGVFxkotNEOEj6Y/4KPXkV1pvgZ4zwJ78fpb15d+yn8GLD4j6hc+IfFM0sPhjTZ0ieKNtrX0uAxi3DlUAK7iMHDgAgnI0P2uteGs6V4ZRX3eTPeE/wDAhB/hXXfs2eJE0X4S6fb28kUcv2m5mc5/5absAt+Cr+Cito4OTrOl2LjRfPyn03px8I6N8P8AUdA8J2+nWun6fa3Nq0NmQUilVDvViOsgP3s/NnOec1+V1fXfwk1rUPD3wkl0nVEmhvD9td0m5clw3J+vXPfr3r5FcbXIqMRhnRSb6iqU+VJjKKKK5TI0r6XL+UvCrVfNNm++fqaKq9jJaKx33wYmeHXr8oxGbJgcH/bSt/WviV/Zeq3Ni+mSSNBK0ZcXQXdg9cbOK848OXVzaT3ElrczQOYSC0blT1HpUGtu8upXskjs7tOxLMck8+te5DGVKGChKGjudsajp01Y9b8V65KfCenaqyssYubW6MYbJHJbAJxk8Vy/jf4hHWtLn02yinjiuSplklYbmAIbaAM9wOc9qwdSvLuTwzDbyXU7wqsIEbSEqOD26VztTmGOqxajF25krjrVpRenVHZWXjk2vgj/AIRr7BI2LeSATfaML87s2du3/a9e1TeH/H50XwwmjWmnMJRHIPtHngDe+fmxt7ZHftXDHpTD1rkjiqys77K23Q51Wn3Oz8A+N/8AhGLKe2Ng1wJZllJW48s8DGPumuQmkEkzuB95ifzNRiiuaeIqVIqDekQlNySTFJxXp1n8UHTSlW5tZ5tQRAm8OAkpHAZu4PqBnJzyM8eY0Gnh8ZUw7fs3YdOpKD0Oy8beOl8R6VFYjTXtvLnE29rnzM/KRjG0Y61r6f8AFH7LptpZnSpG+zW8cG77UADsULnGw46V5qaa9bLMa6k531LjXmpXO48XfEK71zS306G3NrBKwMxMvmM4ByBnAwMgH8B75y/AviT/AIRnUbi7+zPcedbmLasuwj51bOcH+7XNGgVjPG1ZVFUb1QnVk5cz3Nrxfq/9va/PqnkGDzVRfLL78bUVeuB/d9K7Dwp8SJNP0u3stTjnk8hQkc0LDOxRhVIOOg4znpjjufNqYaqljatKo6sXqwhWlCTkup3HjvxvL4is49OgieC1STzH3PlpGAwM+gGTxz1rsfB2o3Fh8NrO5jYMbe2mlVWbA4lc14yteuaH/wAkmH/Xlcf+jHr08rxFSrXqVJPXlZ04ablOUn2MnxX8Rf7S0OXT7GGeKS5ULNJI4+Vf4lGOuemTjjPHzcZ3gfxwPDWmSWLaa1yHn87ctz5fYDGNp9K4s/1pDXFUxtZzVS+q0MJV5uXNfU7Twh44l0W41K4uLV7qa/mWZ2Wby/mBYn+E5zuNc5Jqe/xG2r+TgG6+0eXu/wBrdjOP1xWWacK5p4qpKKi3oiJVG0jsfHfjX/hJ7KC3+xSW3lStIWa48zdkY/uiqPgrxTd+Gb2SWFfNt5wFnh3bd2M4IPYjJ59z61zdKaHjKsqvtW9R+1lzc3U9bb4q2axB0tLyR/7jSKoP48/yrzqHWWj8UJrZj3Mt4Lry92Mnfuxn+tZJpB1rWtjq9drmew51pTtc6/x94wHia3s4RZvb/Z3kbLTb924L7DH3am8AeMz4ftJ7C6SWS1kk81TGRuRsYJAPXOB3HSuJNLULGVVW9rfUHWlz8/U9Qufimrw3EP8AZcpDhkQm6xwRgZG3rXmBOWJ9aaaWjEYuribe0d7CqVZVH7w2iiiuUzP/2Q==</binary></FictionBook>
