Глава 1

Давным‑давно существовало великое королевство. Правил им король Солярис — мудро, спокойно, и подданные искренне любили его. Но была у короля мрачная тайна: днём он был человеком, а ночью превращался в огромного дракона. Это проклятие передавалось в его роду из поколения в поколение. Снять его, по преданиям, могла только принцесса соседней страны.

Солярис решил жениться на ней, чтобы обрести покой. Однако сама принцесса замуж не хотела. Вместо изнеженной наследницы во дворец наглейшим образом отправили Василису — её верного рыцаря, которая защищала принцессу с детства. Так Василиса и стала королевой.

Чем дольше они жили вместе, тем больше Солярис понимал, что под венцом стоит совсем не хрупкая девица. Но раскрывать обман не стал — он уже всем сердцем полюбил Василису за её взрывной, бунтарский характер. Да и королева ответила ему взаимностью.

Одной мрачной ночью Василиса узнала его секрет. Но она не испугалась и не сбежала. Между ними состоялся тяжёлый, но очень милый разговор:

— Василиса, — тихо сказал Солярис, пряча взгляд, — есть одно зелье. Если его достать, проклятие исчезнет. Я стану обычным человеком.

Василиса подняла глаза, в них не было страха — только решимость и нежность. Она подошла ближе, положила руку на плечо короля и мягко произнесла:

— Если нужно, я принесу его. Но знай: я уже полюбила тебя именно таким. И мне совершенно не важно, человек ты ночью или дракон. Мне нужен только ты.

Солярис замер, не веря своим ушам. Он медленно поднял взгляд и увидел в её глазах искренность, которую не подделать.

— Ты правда так думаешь? — прошептал он.

— Конечно, — улыбнулась Василиса. — Ты — мой король, мой муж, моя судьба. И я буду рядом с тобой, кем бы ты ни был.

После этих слов они провели вместе три дня и три ночи. А вскоре Василиса узнала, что беременна двойней.

Беременность протекала гладко, но в самый день родов в королевстве вспыхнул жестокий мятеж. Пока Солярис насмерть держал оборону у дверей, Василиса в покоях родила двух прекрасных девочек. У малышек была одна деталь — аккуратные родинки на мочках ушей. Королева успела лишь приказать принести их родовые серьги… как в палату ворвались убийцы.

Но Василиса оставалась превосходным рыцарем. Закрепив близняшек на спине, она отчаянно пробилась сквозь врагов и добежала до бурной реки. Оставив малышек в укрытии на берегу, она бросилась обратно в замок — спасать своего короля.

Увы, речное течение в ту ночь стало слишком сильным. Оно подхватило и унесло беззащитных крох в разные стороны. Когда бунт утих, измотанные родители пришли к реке, но не нашли даже тел… Долгие 18 лет Солярис и Василиса непрерывно, сходя от горя с ума, искали своих дочерей.

За эти годы судьбы сестёр сложились совершенно по‑разному, словно сама судьба решила испытать их на прочность.

Течение унесло младшую сестру — всего на две минуты младше своей сестры — в тёмную пещеру, где её нашли жрицы преисподней. Они увидели в ребёнке знак свыше: родинка на ухе напоминала древний символ их культа. Девочку назвали Ингрид и воспитали как будущую владычицу.

Ингрид росла в мире, где ценились дисциплина и сила. Жрицы обучали её магии огня, боевым искусствам и искусству правления. Они видели в ней инструмент для достижения своих целей, но девочка оказалась куда умнее и самостоятельнее, чем они ожидали. К восемнадцати годам она свергла старых жриц и стала единоличной правительницей — Владычицей Пылающего Разлома. Строгая, справедливая, порой жестокая, но всегда честная перед собой и своими подданными.

Она стояла на балконе своего мрачного замка, глядя на огненные реки внизу. Её чёрные доспехи блестели в свете адского пламени, а в глазах читалась холодная решимость.

— Владычица, — поклонился слуга, — разведчики доложили: в окрестностях видели странную девушку с нашей родовой серьгой.

Ингрид резко повернулась:

— Где?

— У южных границ, миледи.

Королева нахмурилась. В её памяти всплыли обрывки детских воспоминаний — река, руки матери, тепло… Она тряхнула головой:

— Собери отряд. Мы выдвигаемся.

Тем временем старшая сестра, Джемма, оказалась гораздо дальше — течение унесло её к берегам солнечной Дамрии. Там малышку нашли бездетные король и королева, которые как раз молились о даровании им ребёнка. Увидев девочку с необычной родинкой, они восприняли это как божественный знак.

Джемма росла в любви и заботе. Приёмные родители баловали её, но не избаловали — рыцарская кровь давала о себе знать. Она выросла доброй и мудрой, но при этом безумно вспыльчивой и непоседливой. В ней бурлила жажда приключений, которую не могли усмирить ни уроки этикета, ни дворцовые обязанности.

— Джемма, — вздыхала королева Дамрии, — ну куда ты опять собралась?

— Матушка, — улыбнулась девушка, закидывая рюкзак на плечо, — я всего лишь хочу посмотреть мир!

— Всего лишь? — всплеснула руками королева. — В прошлый раз «всего лишь» закончилось тем, что ты чуть не развязала войну с соседним королевством!

Джемма подмигнула:

— Зато теперь они знают, что с Дамрией лучше не связываться!

И, рассмеявшись, она выбежала из дворца.

Судьба свела сестёр неожиданно. В своих странствиях Джемма наткнулась на шайку хулиганов, которые уже окружили её, когда вдруг из тени выступила высокая фигура в чёрных доспехах. Несколько точных движений — и нападавшие разлетелись в стороны, поражённые неведомой силой.

Спасительница повернулась к Джемме, и обе замерли. На шее у Джеммы висела цепочка с родовой серьгой — точно такая же, какую Ингрид носила в ухе. А когда их взгляды сошлись на родинках у мочек ушей, всё стало ясно без слов.

— Сестра… — прошептала Ингрид.

Не говоря больше ни слова, она схватила Джемму за руку, и они исчезли в вихре тёмной магии, оказавшись в мрачном замке Владычицы Пылающего Разлома.

— Ты кто вообще такая?! Зачем ты меня сюда притащила?! — возмущалась Джемма, оглядываясь по сторонам.

— Молчи. Скоро всё узнаешь, — отрезала Ингрид.

За чашкой адского чая (который на вкус оказался неожиданно вкусным) Джемма узнала правду о своём происхождении. А в этот момент двери зала с грохотом распахнулись — ворвались повзрослевшие Василиса и Солярис. Было много слёз, объятий и трогательных признаний о том, как родители тосковали по ним все эти 18 лет.

Но драма быстро сменилась комедией. Джемма заявила:

— Всё круто, но у меня в Дамрии скоро коронация, я поехала.

Младшей сестре Ингрид это не понравилось, и она просто заперла Джемму в высокой башне. Джемма унывать не стала: плывя по течению, она начала жутко капризничать, а Ингрид, соскучившаяся по сестре, молча потакала всем её прихотям.

И вот, посреди этого хаоса, в башню заходят двое: брат королевы (дядя Радан) и крёстный Ингрид (Дмитрий Танин — он же Лев, принявший человеческий облик).

Джемма округлила глаза, подлетела к Радану, схватила родного дядю за шкирку и как заорёт:

— А ты‑то тут что делаешь?!

Родители бросились их разнимать. Оказалось, эти двое недавно ворвались в её королевство Дамрию, устроили там шороху и трусливо свалили. Мужчины сначала не узнали Джемму в домашней одежде, но когда она переоделась в свой боевой наряд… у Радана и Льва челюсти дружно постучали по полу. Бешеная девица, которая в тот вечер чуть не прибила их в Дамрии, оказалась их родной племянницей и крестницей!

С того самого дня в замке Преисподней и началась их особенная — тихая, умеренная, но очень весёлая война. Джемма то пыталась сбежать через потайной ход, то устраивала в башне пикник с пирогами и фейерверками. Ингрид то запирала её в самых высоких башнях, то сама присоединялась к шалостям. Родители только качали головами, но в глубине души были счастливы видеть, как сёстры, наконец, нашли друг друга.

А впереди их ждали новые приключения, семейные тайны и, конечно же, ещё больше весёлой неразберихи — ведь когда в одной семье собираются рыцарь‑бунтарь, дракон‑полуночник и две неугомонные сестры, скучно точно не будет!

Утреннее солнце едва коснулось перил балкона, когда Джемма сделала первый глоток из фарфоровой чашки. Ароматный травяной чай приятно обжигал губы, но даже он не мог до конца прогнать нависшее в воздухе напряжение. Тихий шелест платья заставил её обернуться — на балкон мягкой походкой вошла Василиса.

— Не помешаю? — мягко спросила она, присаживаясь напротив. — Мы отправили гонца, Джемма. Твои родители уже в пути и скоро будут здесь.

Джемма опустила чашку, чувствуя, как внутри ворохнулась смесь облегчения и глухой тревоги.

— Спасибо тебе, Василиса. Правда, спасибо… Но, признаться честно, мне всё ещё немного не по себе во всей этой обстановке.

Василиса понимающе улыбнулась. Её взгляд был тёплым, но невероятно проницательным. Сменив тон на более весёлый и непринуждённый, она оперлась подбородком о ладонь:

— Ну полно тебе, привыкнешь! Лучше расскажи-ка мне вот что… Как так получилось, что ты умудрилась едва не прибить собственного дядю и крёстного? Слухи об этой заварушке до сих пор ходят, но я хочу услышать правду из первых уст.

Джемма невольно усмехнулась, вспоминая тот безумный день. Взгляд её устремился куда-то мимо собеседницы, погружаясь в воспоминания.

— Да там был пир в честь юбилея родителей, а я весь этот шум и толпу терпеть не могу. Вышла на балкон проветриться, смотрю вниз — а там эти двое крадутся. Я долго не думала: перепрыгнула на соседний балкон, который к моим покоям ведет, быстро переоделась в нормальную одежду и пошла за ними следом. До самого сада за ними следила. И тут один из них бац — и превращается в огромного льва. Второй уже собирался на него сесть, ну я и набросилась на него с мечом.

Джемма сделала глоток чая и продолжила:

— Думала, сразу завалю, но не тут-то было. Мужик среагировал моментально. Короче, начался жесткий махач. Дрались мы на равных, никто не уступал. Но этот лев в стороне сидеть не стал и начал помогать Радану. Заруба пошла конкретная, я их там чуть реально не прикончила на эмоциях. И тут со всех сторон начали орать моё имя — стража искать пошла. Мы замерли. Радан ухмыльнулся и говорит: «Ну всё, принцесску ищут, пора сваливать, а то мамочка отругает». Я ему крикнула вдогонку что-то дерзкое, типа вызов бросила, а он только подмигнул, и они быстро испарились. Так и разошлись.

Василиса всё это выслушала, улыбнулась, хрустнула пальцами, а потом шеей. По её лицу сразу стало понятно: дяде и крёстному после такой истории не поздоровится, взбучка им обеспечена. Но Джемма от этого только обрадовалась — ей как раз хотелось, чтобы дядюшка наконец получил по заслугам.

Тут на балкон зашла старшая сестра Джеммы — Ингрид.

Мать сразу строго спросила её:

— Ты все дела на сегодня сделала? Справляешься вообще? Может, тебе крёстный помочь должен?

Ингрид раздражённо отмахнулась:

— Ой, мам, лучше уж с Олежкой ковыряться, чем с твоим крёстным, честное слово!

Тут Василиса вспомнила:

— Кстати, сегодня же Петлявин приезжает, хочет Джемму увидеть.

Джемма удивилась:

— Это ещё кто?

Ингрид тут же влезла вместо матери и прошептала Джемме на ухо, хитро подмигивая:

— Это крёстный нашей мамы. Вот с ним-то мы сегодня и повеселимся!

Джемма аж просела от такого количества родственников.

Чтобы сменить обстановку, Джемма попросила сестру:

— Слушай, пойдём погуляем по окрестностям? Хочу сады посмотреть и на ту самую реку взглянуть.

Ингрид согласилась, и они пошли. Гуляли, болтали обо всём подряд, рассматривали всё вокруг. Проходят они мимо тренировочной площадки, и Джемма спросила:

— А это что за место? — с любопытством спросила она.

— О, это наша главная тренировочная площадка, — задорно улыбнулась Ингрид.

Джемма прищурилась, пытаясь разглядеть сквозь облака пыли силуэты бойцов. Движения воинов казались странными, будто они сражались с невидимками.

— Погоди, а с кем они там бьются? Кто это вообще?

Ингрид заговорщически усмехнулась:

— Видишь вон те мерцающие силуэты? Это иллюзии, которые создала Лесная Фея. Специальное заклинание высокой сложности для того, чтобы наши парни могли тренироваться в полную силу. Посмотри, вон там Радан отбивается, рядом с ним королевские рыцари, а вон тот огромный боец, который раскидывает иллюзорных монстров в пух и прах — это наш Крестный!

— Пожалуйста, давай остановимся и посмотрим на это! — крепко схватила Джемма сестру за локоть. — Я просто обязана увидеть, на что они способны!

Ингрид задорно кивнула, и они направились прямиком к ограждению. Тренировочная площадка оказалась огромным полем, усыпанным белым песком. В самом центре поля кипела яростная схватка. Крёстный, на этот раз в своём человеческом обличье, в одиночку отбивался от целого отряда королевских рыцарей. Его движения были безупречны, наполнены сокрушительной, почти звериной мощью.

— Впечатляет, правда? — раздался рядом с девушками звонкий, мелодичный голос.

Джемма обернулась. Перед ними стояла Лесная Фея — хрупкая, невероятно красивая девушка с длинными волосами, в которые были вплетены живые листья. Вот только за спиной у этой «милой леди» крепились два огромных боевых топора, исписанных рунами.

— Джемма, знакомься, это наша хранительница иллюзий, — улыбнулась Ингрид.

— Наслышана о твоих подвигах, принцесса, — фея тепло протянула изящную ладонь. — Я Лена. Рада знакомству.

— Взаимно, — Джемма пожала ей руку. — Твоя магия на поле… это нечто потрясающее.

— О, это лишь малая часть моих талантов, — подмигнула Лена.

Не успели они закончить приветствия, как со стороны оружейных стоек к ним вальяжной походкой направился Радан. Он крутил в руке тренировочный меч, а на его лице сияла самоуверенная ухмылка.

— Какая чудесная компания! — кокетливо пропел Радан. — Сама прекрасная принцесса решила почтить нас своим визитом. Знаешь, я всё никак не могу забыть, как лихо ты махала мечом. Требую реванша! Прямо здесь и сейчас. И, кстати, мне безумно интересно: кто же обучил тебя таким приёмам?

— Меня учил рыцарь Саша, — гордо вскинула подбородок Джемма. — Мой верный слуга и правая рука.

— Хм, Саша… — Радан наигранно задумался. — Хотел бы я когда-нибудь познакомиться с этим умельцем лично, обменяться опытом.

— Лучше не надо, — отрезала Джемма с ледяной улыбкой. — Если, конечно, жить хочешь.

Радан громко рассмеялся, ничуть не испугавшись угрозы.

— И всё же, я настаиваю на драке! Давай проверим, чья школа лучше.

— Радан, прекрати свой цирк! — решительно шагнула между ними Ингрид. — Я категорически против. Даже не думай втягивать её в свои поединки!

— Действительно, Радан, имей совесть, — упрекнула его Лена, сложив руки на топорах. — Как ты можешь так нагло напрашиваться на бой с хрупкой девушкой?

Радан лишь весело фыркнул, а в его глазах вспыхнул настоящий азарт:

— «Хрупкой девушкой»? Ох, Леночка, знали бы вы, как эта «хрупкая девушка» чуть не пустила меня и Диму на фарш в том саду! Сейчас мы все увидим, какая воительница скрывается за этой внешностью.

Джемма мягко похлопала Ингрид по плечу:

— Всё в порядке, сестрёнка. Я не проиграю ему.

Лена хитро прищурилась:

— Раз уж вы так рвётесь в бой… У меня есть идея получше! Пусть будет парный спарринг! Сестры против парней. Джемма и Ингрид против Радана и… кого-нибудь ещё. Что скажете?

Все дружно согласились. Девушки быстро переоделись в удобные кожаные тренировочные доспехи. Когда они вернулись на поле, там как раз заканчивал свой бой крёстный. Заметив решительно настроенных сестёр, он резко остановился и с подозрением оглядел их.

— Так, я не понял… — прогудел крёстный. — Что вы здесь задумали?

— Дядя, наши мальчики соскучились по хорошей взбучке, — ответила Ингрид. — Мы тут додумались устроить парный спарринг. Составишь компанию Радану?

Крёстный тут же скептически скривился и замахал руками:

— О нет-нет-нет, я в эти ваши детские игры не играю!

Джемма лишь хитро улыбнулась, смерив его оценивающим взглядом:

— Что такое, крёстный? Неужели великий воин испугался двух девчонок? Или ты просто боишься, что в этот раз тебе придётся признать поражение перед всем замком?

Эти слова попали точно в цель. Глаза крёстного сузились, в нём зажёгся яростный азарт. Он глухо зарычал и перехватил клинок:

— Ох ты мелкая заноза… Ладно! Сами напросились. Радан, вставай со мной. Мы проучим этих зазнаек.

Все четверо заняли свои позиции. Лена взмахнула рукой, давая сигнал, и воздух взорвался звоном стали.

Лена с азартом наблюдала за этой невероятной круговертью, вскочив со своего места. Она вовсю размахивала руками и подбадривала подруг:

— Ингрид, левее, перекрывай обход! Джемма, жми его, покажи им силу! Давайте, девочки!

В этот момент кто-то мягко похлопал фею по плечу. Это был Солярис.

— Что тут за филиал конца света у нас на поле? — удивлённо приподнял бровь он.

— Сёстры против парней! — с восторгом выдохнула Лена. — Радан выпросил реванш, а крёстный попался на слабо!

— О как, — Солярис с интересом прищурился и сел рядом на скамью. — Ну, такое зрелище я точно не пропущу. Интригующе, кто же кого выиграет!

А на поле тем временем Джемма закружила крёстного в бешеном темпе. Она, тяжело дыша, но хитро улыбаясь, бросила прямо в лицо гиганту:

— И это всё, на что ты способен, крёстный?! Я думала, великий Лев может двигаться чуточку быстрее!

— Ах ты колючка! — рявкнул тот, обрушивая сокрушительный удар, от которого Джемме пришлось уходить кувырком. — Поговори мне ещё! Скоро у тебя иссякнут силы!

В то же самое время на верхнем ярусе трибун за боем наблюдали Василиса и тот самый долгожданный гость — Петлявин. Выглядел он весьма экзотично: настоящий пришелец, весь ярко-зелёный, но с поразительной харизмой.

Петлявин повернулся к Василисе и с лёгким вздохом произнёс:

— Знаешь, Василиса, глядя на всё это… Нам тут явно не хватает ведра попкорна и каких-нибудь хороших напитков. Шоу просто первого класса.

— О да, — усмехнулась Василиса. — Мои девочки умеют устроить представление.

На поле бой вошёл в новую фазу. Ингрид, заблокировав очередной финт Радана, оказалась к нему вплотную и сквозь зубы предложила:

— Эй, Радан, не хочешь со мной позициями поменяться?

— С превеликим удовольствием, леди! — ухмыльнулся Радан, и они молниеносно поменялись местами.

Сестры на секунду соприкоснулись спинами.

— Сестрица, ты как? — выдохнула Ингрид. — Я, признаться, уже знатно устала…

Джемма лишь хищно ухмыльнулась:

— Устала? Брось, Ингрид, я лично только-только разминаюсь!

Перед ней тут же вырос Радан. Джемма сделала обманный выпад и насмешливо бросила:

— Что, соскучился, дядюшка Радан? Повторим садовую прогулку?

— О, племяшка, я просто мечтал об этом! — парировал он, и их клинки снова сошлись с оглушительным скрежетом.

Пока на площадке разворачивалась эта битва, к Василисе и Петлявину подошёл отец Василисы — бывший король. Его грозный вид внушал трепет: иссиня-чёрные, как уголь, волосы и пронзительные, льдисто-голубые глаза. Бывший монарх выглядел взволнованным и сразу громко заговорил:

— Василиса! Ну и где моя внучка, которую вы нашли? Я как только услышал эту весть, сразу примчался сюда! Обыскался её уже, весь замок обошёл, всех слуг допросил, а они мне какую-то чушь лепечут! Где она?!

Василиса молча улыбнулась и кивнула головой вниз, указывая на песчаную арену, где Джемма в этот момент как раз закладывала крутой вираж.

— Да вот же она, отец, — мягко ответила Василиса. — Как видишь, кровь всегда берёт своё.

А внизу бой уже доходил до своего пика. Ингрид, сменив позицию, сошлась в клинче с крёстным. Их мечи скрестились, и девушка, собрав последние силы, тяжело дыша, выпалила:

— Крёстный! Давай так: если я сейчас выиграю… ты позволишь мне и Джемме творить всё, что мы только захотим!

Крёстный упёрся ногами в песок и гулко расхохотался:

— Ха! Дерзко! Да тебе, девчонка, меня сперва выиграть надо, чтобы такие условия ставить! Нападай!

И они сошлись в последнем, самом яростном размене ударов. Пыль поднялась столбом, полностью скрывая бойцов, сталь звенела так, что закладывало уши, Лена и Солярис вскочили с мест, а Петлявин замер в предвкушении…….

Глава 2

Вдруг привычный ритмичный звон мечей оборвался странным, глухим хрустом. Земля под ногами дерущихся резко просела, а песчаную арену разорвал нечеловеческий, пронзительный свист. Пылевое облако не просто не осело — оно неестественно закрутилось, превращаясь в плотный, непроницаемый вихрь чернильно-чёрного цвета. В воздухе резко запахло озоном и жжёной кровью.

— Ингрид! — отчаянно крикнула Джемма, бросая Радана и бросаясь прямо в этот водоворот.

Но стоило ей сделать шаг, как из черного тумана вырвалась мощная взрывная волна. Джемму отбросило назад на песок. Радан едва успел перехватить её, помогая удержаться на ногах. В этот же миг со стороны замковой стены раздался резкий, сухой щелчок взведённого арбалета. Свистнула стрела. Джемма вскрикнула — вражеский болт глубоко вонзился ей в плечо, окрашивая кожаный тренировочный доспех багровым цветом.

На трибунах поднялся крик. Бывший король, чей взгляд только что выражал гордость, изменился в лице. Его льдисто-голубые глаза вспыхнули яростью. С невиданной скоростью он перемахнул через перила трибуны, на ходу выхватывая из ножен тяжёлый королевский клинок.

— Назад! Это теневой разрыв! — громовым голосом скомандовал старый монарх.

Черный вихрь опал так же стремительно, как и появился, оставив после себя лишь едкий дым. Ингрид на арене не было.

— Ингрид… — прошептала побледневшая Джемма, оседая на колени.

В загон ворвались обезумевшие от ужаса Василиса и Солярис. Солярис на ходу сбрасывал человеческий облик, его кожа покрывалась чешуёй, а из груди вырывался яростный драконий рык.

— Перекрыть все выходы из замка! — взревела Василиса, чьи материнские инстинкты превратили её в разъярённую тигрицу. — Поднять гвардию! Солярис, в небо, не дай им уйти через горы! Обыскать каждый камень!

Она бросилась к раненой Джемме и, зажав ладонью кровоточащую рану дочери, неистово закричала на всю арену:

— Лекаря! Быстро сюда лекаря Елену!

Пока Лена подбегала со стороны трибун, пытаясь помочь своими иллюзорными чарами отвлечь боль, сквозь толпу уже протиснулась опытная целительница Елена с походной сумкой лекарств. Она упала на колени рядом с Василисой и прижала пальцы к плечу Джеммы.

— Стрела отравлена, — тяжело дыша, быстро заговорила лекарь Елена, вливая очищающую магию в рану. — Я сдерживаю яд, но Джемме нельзя двигаться. Рана глубокая, она потеряла много крови. Дима, держи её!

Крёстный — Дмитрий Танин, великий Лев — мгновенно опустился рядом с Джеммой. В его глазах, обычно полных азарта, сейчас застыл ледяной страх за крестницу. Он бережно, но крепко прижал девушку к себе, фиксируя её плечо, чтобы яд не расходился по телу.

— Я останусь с ней, — глухо прорычал крёстный. — Елена, спасай девчонку. Фея Лена, помоги ей с травами!

Радан резко выпрямился, его тренировочный меч со звоном полетел на песок, сменившись на боевое оружие. Лицо дяди стало каменным.

— Я иду на поиски Ингрид, — бросил он Василисе. — Живыми эти твари от меня не уйдут.

С этими словами он молниеносно скрылся в направлении замковых ворот, увлекая за собой королевских рыцарей.

На песчаной арене Пылающего Разлома время словно сжалось в одну сплошную вспышку паники и боли. Джемма тяжело дышала, её лицо стремительно бледнело, а яд из стрелы заставлял её тело содрогаться от мелкой дрожи.

Крёстный крепче прижал племянницу к своей груди, чувствуя, как сквозь его пальцы сочится горячая кровь. Его звериное чутьё буквально кричало об опасности. Оглядев суматоху вокруг, он понял, что на грязном песке проводить операцию нельзя.

— Носилки! — громовым, не терпящим возражений голосом рявкнул крёстный, и этот рык эхом разнёсся над трибунами. — Живо несите носилки в королевские покои! Не стойте как истуканы, шевелитесь!

Двое подбежавших гвардейцев дрожащими руками развернули плотную ткань. Крёстный бережно, словно хрустальную вазу, переложил Джемму на носилки, ни на секунду не отпуская её ослабевшую руку. Василиса бежала рядом, бледная, сжимая в кулаках подол своего боевого платья.

— Быстрее, быстрее! — торопила лекарь Елена, на ходу удерживая на ране Джеммы светящийся барьер из очищающей магии. — Фея Лена, приготовь в покоях лунную воду и корень огнецвета, нужно срочно вытянуть яд!

Процессия ворвалась в королевские покои. Джемму аккуратно перенесли на широкую кровать. Помещение тут же наполнилось резким запахом целебных отваров и паром. Фея Лена молниеносно подавала нужные ингредиенты, её пальцы дрожали, но магия иллюзий помогала ей точно рассчитывать дозировку. Лекарь Елена резким движением срезала окровавленный доспех.

— Будет больно, милая, держись, — прошептала лекарь и прижала к ране компресс, от которого повалил густой белый дым. Джемма глухо застонала, зажмурив глаза, но крёстный крепко держал её за здоровую руку, делясь своей первозданной силой. Василиса непрерывно шептала слова поддержки, утирая пот со лба дочери. Жизнь Джеммы постепенно возвращалась в безопасное русло, но главная битва за вторую сестру только начиналась.

Глава 3

В этот же самый момент за стенами замка разворачивалась настоящая охота. Земля и небо содрогались от ярости поисковых отрядов. Кажется, не осталось ни одного уголка, который бы не перевернули вверх дном.

Солярис в облике огромного дракона яростно рассекал тёмные тучи над Пылающим Разломом. Его мощные крылья поднимали бурю, а из пасти то и дело вырывались языки пламени, освещая мрачные ущелья. С высоты птичьего полёта его огромные вертикальные зрачки сканировали каждый метр земли, каждую горную тропу.

— Вылезайте, трусливые твари! — ревел Солярис, и его драконий голос камнепадом отдавался в горах. — Где моя дочь?!

На земле, у подножия скал, отряды гвардейцев вёл бывший король. Его иссиня-чёрные волосы растрепались, а льдисто-голубые глаза метали молнии. Он лично заглядывал под каждый выступ и выбивал тяжёлым сапогом двери заброшенных хижин. К нему наперерез, тяжело дыша, выскочил Радан, чей боевой меч уже был покрыт копотью от факелов.

— Ну что там, Радан?! — громко, тяжело дыша, спросил бывший монарх. — Нашли хоть какой-то след этой багровой рванины?

— Пусто, Ваше Величество! — зло сплюнул Радан, утирая пот со лба. — Мы прочесали все южные заставы, проверили каждый подвал в округе! Они словно сквозь землю провалились со своим теневым разрывом! Слуги шепчутся про старые заброшенные штольни культа, но входы туда завалены уже лет десять!

— Завалены?! — бывший король яростно вонзил свой клинок в землю. — Да для этих жриц каменистый завал — лучшая ширма! Поднимай всех магов земли, Радан! Если нужно — мы взорвём эти горы к чертям собачьим, но вытащим Ингрид!

В этот момент над ними с оглушительным свистом пролетел Солярис. Дракон резко пошёл на снижение, закладывая крутой вираж над полуразрушенной каменной башней на самом краю каньона. Его мощный хвост снёс верхнюю кладку, обнажая скрытый под землёй проход, откуда повалил знакомый едкий дым теневой магии.

— Радан, туда! — рявкнул бывший король, выдёргивая меч из земли и бросаясь вперёд. — Солярис нашёл их гнездо! Гвардия, за мной!

Оглушительный рёв Соляриса сотряс каньон, когда огромный дракон приземлился у входа в разрушенную башню. От удара его массивных лап земля вздрогнула, а из свежего разлома в камнях густо повалил чёрный дым.

Бывший король и Радан ворвались внутрь первыми, ведя за собой отряд королевских рыцарей. Факелы в руках гвардейцев выхватывали из темноты сырые, покрытые склизким мхом ступени, уходящие глубоко под землю.

— Быстрее! — скомандовал старый монарх, чьи льдисто-голубые глаза в полумраке казались светящимися точками. — Теневой след свежий, они не успели уйти далеко!

— Осторожнее, Ваше Величество, под ногами могут быть ловушки культа! — Радан шёл чуть впереди, выставив боевой меч и прикрывая короля щитом.

Они бежали по извилистым подземным коридорам, ориентируясь на глухое, зловещее эхо, доносившееся из глубины. С каждым шагом воздух становился всё более спёртым и горячим, пахнущим жжёной кровью и серой.

Наконец, коридор оборвался огромным пещерным залом. В самом его центре, прикованная антимагическими кандалами к массивному каменному столбу, находилась Ингрид. Её голова была опущена, а по рукам, скованным тяжёлым железом, пробегали редкие, бессильные искорки её угасающего огня. Вокруг неё, выстроившись в круг, стояли жрицы в багровых балахонах. Старшая из них как раз заносила над Ингрид ритуальный кинжал, покрытый светящимися рунами подчинения.

— Стой, старая тварь! — рявкнул Радан, с ходу сбивая с ног одного из стражников культа мощным ударом щита.

Бывший король не стал тратить время на слова. Одним точным, молниеносным движением он метнул свой тяжёлый королевский клинок прямо в руку старшей жрицы. Меч с глухим звоном выбил ритуальный кинжал, глубоко вонзившись в камень в считаных дюймах от лица старухи.

— Моя внучка не будет вашим инструментом! — громовым голосом провозгласил бывший монарх, обнажая второй, запасной меч.

Ингрид через силу подняла голову. Увидев деда и дядю, в её уставших глазах вспыхнула слабая, но гордая улыбка:

— Вы припозднились… Я уже устала слушать её бредни.

Старшая жрица, злобно зашипев от боли в отбитой руке, отступила назад в тень.

— Идиоты! — пронзительно закричала она. — Вы явились в самое сердце Пылающего Разлома! Братья, сёстры, уничтожьте их! Защитите ритуал!

Из тёмных ниш пещеры со свистом выскочили десятки фанатиков культа с отравленными клинками. Завязался яростный, смертельный бой прямо под каменными сводами подземелья.

Глава 4

В подземном зале культа разверзся настоящий ад. Сталь звенела о сталь, багровые балахоны фанатиков мелькали в полумраке, а крики раненых глухо отдавались от сырых стен. Бывший король и Радан сражались плечом к плечу, прорубая себе путь сквозь плотное кольцо врагов. Старый монарх орудовал мечом с яростью молодого льва, его льдисто-голубые глаза горели беспощадным огнём.

— Радан! К кандалам! — перекрывая общий гул, проревел бывший король, отражая очередной выпад отравленного клинка. — Я прикрою!

Радан, тяжело дыша, сделал обманный маневр, уклонился от летящего в него заклинания тьмы и мощным рывком прорвался к каменному столбу. Ингрид висела на цепях, тяжело дыша, её бледное лицо было испачкано сажей.

— Держись, племяшка! — крикнул Радан.

Он покрепче перехватил свой тяжёлый боевой меч и со всей силы обрушил его на антимагические оковы. Раздался оглушительный скрежет. От мощного удара кандалы лопнули, осыпавшись на каменный пол бесполезными осколками железа. Ингрид бессильно пошатнулась, но Радан успел подхватить её под руку, не дав упасть.

И в этот самый миг свод пещеры содрогнулся.

Сверху раздался грохот, от которого заложило уши. Вековые камни покрылись глубокими трещинами, и на головы сражающихся полетели обломки породы. Потолок пещеры буквально взорвался внутрь, являя в проломе огромную, покрытую чешуёй голову дракона. Это был Солярис. Его яростный, оглушительный рёв заставил задрожать саму землю, а мощные когтистые лапы расширили брешь, обрушивая тонны гранита прямо на головы визжащих от ужаса жриц.

— Уходим! Пещера рушится! — истошно закричал Радан, закидывая ослабевшую Ингрид себе на плечо.

Бывший король подбежал к ним, на ходу отбивая падающий валун. Свод над их глазами стремительно проседал, грозя похоронить всех заживо. Солярис низко опустил свою массивную шею прямо в разрушающийся зал, подставляя мощное крыло как трап.

— Запрыгивайте! Живо! — скомандовал бывший монарх, подталкивая Радана с Ингрид вперёд.

Радан, цепляясь свободной рукой за прочную драконью чешую, ловко взобрался на широкую спину Соляриса и уложил Ингрид между его огромными шипами. Следом за ними на ящера взлетел бывший король. Едва их подошвы коснулись чешуи, Солярис мощно оттолкнулся задними лапами от уходящего под землю пола пещеры. Дракон взмахнул гигантскими крыльями и с оглушительным свистом взмыл в ночную высь, оставляя позади погребённое под каменным завалом логово культа.

А в это время в королевских покоях замка разыгрывалась своя, не менее драматичная битва.

— Пустите меня! Я сказала, пустите! — неистово кричала Джемма, пытаясь вырваться из удерживающих её рук.

Её лицо было мокрым от пота и слёз, а повязка на плече, которую только что наложила лекарь Елена, снова начала пропитываться кровью. Отравленная стрела лишила её сил, но ярость и страх за сестру давали девушке безумную, лихорадочную энергию. Она рвалась с кровати, расталкивая слуг.

— Джемма, угомонись! Ты разорвёшь швы, яд снова пойдёт по венам! — строго кричала Елена, пытаясь удержать её за плечи. Феечка испуганно прижимала к груди склянки с лунной водой, боясь, что раненая Джемма разнесёт всю комнату. Василиса со слезами на глазах держала дочь за ноги: — Доченька, умоляю, остановись! Твой отец и дед уже ищут её!

— Мне плевать на швы! Ингрид там одна! Я должна… — Джемма сделала резкий рывок, собираясь спрыгнуть на пол.

Но договорить ей не дали. Крёстный — до этого молча стоявший у изголовья кровати с каменным лицом, резко шагнул вперёд. В его глазах не было колебаний, только холодный расчёт и желание спасти крестницу от неё самой.

Он прямо, чётко и молниеносно выкинул вперед руку и коротко, с точно рассчитанной силой ударил Джемму ребром ладони точно по шее, в область сонной артерии.

Крик Джеммы оборвался на полуслове. Её глаза мгновенно закатились, тело обмякло, и она без чувств повалилась назад. Василиса испуганно ахнула, закрыв рот ладонями.

— Дима! Что ты наделал?! — в ужасе вскрикнула Фея Лена, отступая на шаг.

— Спасаю ей жизнь, — глухо и спокойно отрезал крёстный, чей голос прозвучал как удар колокола в гробовой тишине покоев. — Она бы убила себя этой истерикой.

Дмитрий аккуратно, словно пушинку, подхватил обмякшую, находящуюся без сознания Джемму на свои мощные руки. Он бережно прижал её к своей груди, следя, чтобы раненое плечо не смещалось, и уверенным шагом понёс её обратно к кровати, укладывая на свежие подушки.

— Елена, зашивай её заново и вливай столько успокоительного отвара, сколько нужно, чтобы она проспала до утра, — скомандовал крёстный, не отводя сурового взгляда от бледного лица Джеммы. — Силой мы её тут не удержим, пусть спит. А я буду караулить у дверей.

Елена тут же подскочила к кровати, открывая сумку с инструментами, а Василиса бессильно опустилась на стульчик рядом, беря спящую дочь за холодную ладонь. В комнате наконец повисла тяжёлая, тревожная тишина, нарушаемая лишь свистом ветра за окном.

Глава 5

Огромные крылья Соляриса в последний раз рассекли ночной воздух, создавая мощный вихрь. Дракон тяжело, но грациозно приземлился на главную площадь перед замком. Едва его лапы коснулись плит, Радан ловко соскочил на землю и помог спуститься бывшему королю, который бережно придерживал Ингрид за плечи. Девушка всё ещё была бледна, антимагические оковы жриц временно истощили её резервы, но в её глазах уже разгоралось привычное упрямое пламя.

— Живее, мне нужно к Джемме! — слабо, но требовательно произнесла Ингрид, пытаясь самостоятельно ускорить шаг. — Радан, дедушка, пустите, я сама дойду!

— Тише, внучка, угомонись, — басовито отозвался старый монарх, чьи льдисто-голубые глаза теперь выражали лишь усталость и заботу. — Твой отец, Солярис, едва успел вытащить нас из этого каменного мешка. Тебе нужно отдохнуть.

Солярис с глухим рокотом начал сбрасывать драконий облик. Чешуя на его теле втягивалась, крылья складывались, превращаясь в тяжёлый боевой плащ. Переведя дыхание, он принял человеческий вид и сурово посмотрел на дочь:

— Ингрид, дед прав. Твой источник магии пуст. Сначала покажись лекарям.

Но Ингрид даже слушать их не желала. Встревоженная за сестру, она упрямо рванула вперёд, взбегая по каменным ступеням замка прямо к королевским покоям. Радан и бывший король едва успевали за ней.

Едва Ингрид распахнула тяжёлые дубовые двери приёмной, ведшей в спальню сестры, перед ней бесшумной скалой вырос крёстный — Дмитрий Танин. Его огромная фигура полностью перекрывала проход.

— Стоять, — глухо и непреклонно отрезал крёстный, скрестив руки на груди. — Туда нельзя. Джемма спит.

— Пусти меня, Дима! — Ингрид попыталась обойти его, но Танин даже не пошевелился. — Она ранена из-за меня! Я должна видеть её!

Радан, вошедший следом, мягко положил руку Ингрид на плечо:

— Племяшка, послушай крёстного. Джемма устроила здесь настоящий разнос. Она рвалась за тобой в бой, швы трещали, яд снова шёл по венам. Лекарь Елена едва её стабилизировала. Дмитрию пришлось… утихомирить её. Точным ударом. Сейчас она под сильным успокоительным отваром, и тревожить её — значит убить.

Ингрид замерла. Осознание того, что её сестра едва не погибла из-за собственного упрямства и коварства жриц, ударило по её и без того взвинченным нервам. Внутри неё вскипела глухая, неконтролируемая ярость — гнев на жриц, на собственную слабость и на эту вынужденную беспомощность.

— Да как вы… Как это вообще могло произойти?! — вскричала Ингрид, теряя контроль над собой.

В порыве бушующих эмоций она резко развернулась и наотмашь ударила по стоявшей рядом массивной фарфоровой вазе с королевским гербом. Дорогая вещь со страшным грохотом разлетелась на сотни мелких осколков, которые со звоном рассыпались по паркету.

Крёстный лишь тяжело вздохнул, даже не вздрогнув, а Радан недовольно поморщился, глядя на осколки. Оба они были против таких вспышек, но прекрасно понимали её пыл гнева и то, какой стресс она только что перенесла в подземелье.

— Легче стало? — спокойно спросил Дмитрий Танин, глядя на тяжело дышащую девушку. — Ваза не виновата. Виноваты те, кто остался под завалами. А Джемма будет жить, Елена своё дело знает.

В этот напряжённый момент двери приёмной робко приоткрылись. В залу на полусогнутых, дрожащих ногах вошёл молодой слуга. В его руках ходуном ходил запечатанный сургучом свиток. Оглядев грозную компанию — сурового крёстного, хмурого Радана, злого бывшего короля и тяжело дышащую Ингрид, — парень сглотнул и заговорил прерывающимся от страха голосом:

— В-ваше Величество… Их Светлости… Срочное донесение с границы королевства Дамрия. Сюда… сюда на полной скорости мчится королевская свита. Король и королева Дамрии прибудут в замок в течение пары часов.

Ингрид буквально изменилась в лице. Она резко схватилась обеими руками за голову, её пальцы судорожно впились в волосы.

— О великие боги… — выдохнула она, полная отчаяния. — Король и королева Дамрии? Это же приемные родители Джеммы! Как… как мы всё это им объясним?! Они ведь вырастили её, воспитали как родную дочь, души в ней не чают! Они доверили её нам, а она лежит здесь, отравленная и без чувств!

Бывший король хмуро свёл густые брови:

— Дамрийцы — люди чести, но известие о ранении их любимицы поднимет на уши всю их гвардию.

Пока они в замешательстве думали, что делать, из внутренних дверей спальни тихо вышла Василиса. Её лицо было уставшим, под глазами залегли тени, но в ней чувствовалась материнская стойкость. Увидев Ингрид целой и невредимой, Василиса со слезами на глазах шагнула вперёд и крепко обняла дочь.

— Мама… — прошептала Ингрид, прижимаясь к ней, а затем отстранилась и с тревогой заглянула в глаза. — Как она? Как Джемма?

— Она спит, моя хорошая. Дыхание ровное, яд полностью выведен, — мягко ответила Василиса, погладив Ингрид по щеке. Затем она повернулась к мужу, Солярису, и отцу: — Я слышала про Дамрию. Нам нельзя паниковать.

Ингрид решительно выпрямилась, стараясь взять себя в руки:

— Мама, отец, я прошу вас… Побудьте с Джеммой в спальне, пока мы с дедушкой пойдём встречать и приветствовать свиту Дамрии. Им нужно преподнести всё так, чтобы они не объявили нам войну с порога. Мы с дедом возьмём этот удар на себя.

Василиса согласно кивнула, переводя взгляд на Соляриса:

— Хорошо. Мы с отцом не отведём от неё глаз.

Ингрид бросила последний, полный тревоги взгляд на закрытую дверь спальни сестры, а затем решительно повернулась к деду. Подол её тренировочного платья был испачкан гарью и копотью подземелья, а от доспехов бывшего короля всё ещё пахло порохом и сыростью. В таком виде принимать королевскую свиту другой страны было немыслимо.

— Нам нужно поторопиться, дедушка, — на ходу бросила Ингрид, направляясь к своим покоям. — Встретим их во дворе замка, как только они пересекут главные ворота. Но перед этим нужно смыть с себя эту пещерную грязь.

— Полностью согласен, внучка, — глухо отозвался бывший монарх, поправляя растрёпанные иссиня-чёрные волосы. — Появление перед дамрийцами в окровавленном и пыльном виде лишь подтвердит их худшие опасения. И помни: врать мы им не станем. Если мы решим что-то скрыть, а они узнают правду от слуг или самой Джеммы, это обернётся катастрофой. Расскажем всё как есть.

— Да, ничего скрывать не будем, — твёрдо ответила Ингрид. — Нападение культа жриц — это наша общая беда, и они должны знать, против кого мы стоим.

Примерно через час они были полностью готовы. Тяжёлые дубовые ворота замка уже открылись, пропуская на внутренний двор авангард дамрийской гвардии. Бывший король выглядел величественно и сурово в своих тёмно-синих парадных одеждах с золотым тиснением. Его льдисто-голубые глаза сканировали въезжающую кавалькаду.

Ингрид стояла рядом с ним на парадном крыльце, облачённая в строгое тёмное платье, скрывающее следы недавней усталости. Сильная натура Владычицы Пылающего Разлома снова взяла верх над истощением. Оглядев выстраивающихся во дворе дамрийских всадников, она повернулась к стоявшему неподалёку гвардейцу и громко, чётко приказала:

— Позови ко мне моего секретаря Вольгу. Немедленно. Он нужен мне здесь до того, как король и королева Дамрии выйдут из своей кареты.

Гвардейн вытянулся в струну, приложил руку к груди и молниеносно бросился выполнять поручение, скрывшись в переходах замка.

Глава 6

Вольга, едва услышав приказ Владычицы, бросил все дела. Секретарь судорожно сгребал со стола последние пергаменты и важные донесения, которые ему было поручено собрать ранее. Ингрид лично давала ему это задание, и Вольга, не смыкая глаз, по крупицам восстанавливал цепочку заговорщиков. Сердце парня бешено колотилось — и не только от спешки. Между ними давно зрела взаимная симпатия, но Ингрид из-за своего статуса и тяжелого прошлого всегда держалась подчеркнуто отстраненно, заставляя его скрывать свои истинные чувства за маской безупречной исполнительности.

Задыхаясь от быстрого бега, Вольга выскочил на парадный двор и почтительно склонился перед Ингрид и бывшим королем, протягивая плотную папку с документами. Его взгляд на секунду задержался на лице девушки, выражая глубокую тревогу за неё.

— Моя Владычица, Ваше Величество, — тяжело дыша, заговорил секретарь. — Вот всё, что мне удалось раскопать по вашему поручению. Здесь финансовые отчеты и переписка, доказывающие связь выживших жриц культа с внешними наемниками. Они готовили это нападение неделями.

— Отличная работа, Вольга, спасибо, — Ингрид забрала бумаги, нарочно избегая его слишком заботливого взгляда. Она слегка отвернулась, возвращая себе холодный, деловой тон. — Встань по правую руку от меня. Сейчас здесь будет жарко.

В этот момент парадный двор замка заполнил оглушительный стук копыт. Королевская свита Дамрии въехала на площадь. Тяжелая, богато украшенная золотом карета остановилась прямо перед крыльцом. Лакеи услужливо распахнули дверцу.

Первым из кареты показался король Дамрии — статный мужчина с суровым лицом и цепким взглядом правителя. Следом за ним, шурша тяжелыми юбками, вышла королева. На её голове искрилась изящная диадема, но лица дамрийской правительницы почти не было видать — плотная, полупрозрачная вуаль полностью скрывала её от чужих глаз, создавая атмосферу загадочности и тревоги.

Гости и хозяева обменялись безупречными, строгими поклонами, как того требовал строгий этикет высшего света. Король Дамрии сделал шаг вперед, его грозный голос прозвучал эхом среди каменных стен:

— Приветствую вас, правители Пылающего Разлома. Я рад лично познакомиться с новой семьей нашей дорогой Джеммы. Но… где же она сама? И где ваш король Солярис? Почему они не встречают нас у ворот?

Бывший король, чей взгляд льдисто-голубых глаз оставался непроницаемым, спокойно выступил вперед, придерживая руку на эфесе меча. Ингрид лишь бросила короткий знак Вольге, чтобы тот крепче держал собранные документы.

— Приветствую вас в наших землях, — ровным, глубоким голосом ответил старый монарх. — Нам предстоит очень серьезный разговор, Ваше Величество. Но такие дела не решаются на ветру перед гвардейцами. Пройдемте в мой кабинет, разговор будет там, а не тут.

Король и королева Дамрии молча переглянулись, но спорить не стали. Они двинулись вслед за бывшим монархом и Ингрид по длинным каменным коридорам замка. За высокими гостями тенью следовали двое молчаливых дамрийских охранников в тяжелых латах и один мечник — высокий, подтянутый мужчина с цепким, сканирующим взглядом, чья рука постоянно лежала на эфесе изящного клинка.

Едва за ними закрылись тяжелые двери просторного королевского кабинета, Ингрид, не желая тратить драгоценное время на светские любезности, сразу перешла к делу. Ее голос прозвучал жестко и прямо:

— Ваше Величество, ситуация критическая. На нас напали выжившие жрицы культа Преисподней. Они использовали теневой разрыв прямо посреди арены. Нас обеих ранили — и меня, и Джемму.

Стоило этим словам сорваться с губ Ингрид, как королева Дамрии, Фотония Гец, резко вскочила со своего кресла. Полупрозрачная вуаль дрогнула, открывая бледное от ужаса лицо. Вся ее былая монаршая спесь в миг испарилась, уступив место чистому материнскому горю.

— Что?! Джемму ранили?! — вскричала Фотония Гец, заламывая руки. Она заметалась по кабинету, не в силах успокоиться. — Где моя доченька?! Что с ней случилось?! Покажите мне ее немедленно! Где она?!

Король Дамрии тоже побледнел, в его глазах промелькнула глубокая тревога, но он, как истинный правитель, сохранил холодную голову. Он крепко взял жену за плечи, заставляя остановиться.

— Фотония, успокойся. Мы во всем разберемся, — глухо произнес он, а затем перевел суровый взгляд на бывшего короля. — Кто посмел это сделать? Они заслуживают казни. Что бы эти твари ни замышляли, они должны поплатиться за то, что пролили кровь нашей дочери. Они ответят за это своими головами.

— Они уже поплатились, их логово погребено под тоннами гранита, — спокойно ответил старый монарх. — Сейчас с Джеммой находятся действующий король Солярис и королева Василиса. Яд выведен, ее жизнь вне опасности.

— Я должна пойти к ней! Прямо сейчас! — Фотония Гец упрямо повернулась к мужу. — А ты пока обсуди все. Нам нужно знать имена всех причастных.

Вместе с королевой Фотонией к выходу сразу же направился тот самый верный мечник. Это был Алекс — человек, который воспитывал Джемму с самого детства и обучал ее первому искусству владения клинком. На его лице читал непередаваемый страх за свою воспитанницу.

— Ваше Величество, умоляю, позвольте мне идти с вами, — глухо попросил Алекс, обращаясь к Фотонии. — Моя принцесса… Я должен лично убедиться, что с ней все в порядке. Я не смогу просто стоять здесь.

Королева лишь согласно кивнула, и они быстрыми шагами направились к покоям. Ингрид и Вольга, который преданно следовал за своей Владычицей буквально по пятам, вызвались проводить их.

Когда они подошли к заветной двери, дорогу им преградили Радан и крёстный Дмитрий Танин. Оба воина стояли как две нерушимые скалы, скрестив руки на груди.

— Приветствуем вас, Ваше Величество, — сдержанно произнес Радан, слегка склонив голову в вежливом, но твердом приветствии. — Мы рады, что вы добрались благополучно.

Крёстный бросил быстрый взгляд на шагающего позади королевы мечника и тут же выставил вперед свою мощную руку, преграждая ему путь.

— Королеве пройти можно. Мечнику — нельзя, — отрезал Дмитрий своим громовым голосом. — Посторонним в покои раненой ход закрыт. Мы охраняем ее покой.

Фотония Гец резко обернулась, ее глаза гневно блеснули:

— Это Алекс. Он был с Джеммой с самого ее детства, заменял ей наставника и защитника. Он волнуется за нее не меньше моего, так что он имеет полное право видеть ее! К тому же, после случившегося нападения он обязан охранять меня, свою королеву. Пропустите его.

После таких слов, сказанных с королевской непреклонностью, крёстный лишь тяжело вздохнул. Против воли матери и аргументов безопасности он ничего сказать не мог. Дмитрий медленно опустил руку и был вынужден сделать шаг в сторону, пропуская Фотонию и Алекса внутрь спальни. В дверях их тут же тихо встретила удивленная, но благодарная Василиса.

Едва двери за ними закрылись, Ингрид и Вольга попытались сделать шаг вперед, но Радан тут же перехватил племянницу за руку, останавливая их на пороге приемной. Вольга мгновенно напрягся, крепче прижимая к груди собранные документы и готовый в любой момент заступиться за Ингрид.

Между четырьмя оставшимися в коридоре героями завязался быстрый, приглушенный диалог. Радан внимательно посмотрел на племянницу:

— Ну, рассказывай, как все прошло во дворе? Дамрийцы сильно рвут и мечут?

— Король и дед пока решают все стратегические вопросы в кабинете, — тихо ответила Ингрид, устало потирая виски. — Ситуация на грани, но дедушка держит все под контролем. А я пришла проведать ее… Джемму. Не смогла сидеть там, зная, что ее приемные родители уже здесь.

Крёстный Дмитрий Танин медленно повернул голову к секретарю, его суровый взгляд смерил парня с ног до головы.

— Вольга, — глухо позвал крёстный. — Ты все собрал, что тебе велела Ингрид? Все отчеты по культу и их связям с наемниками у тебя?

Вольга почтительно выпрямился, стараясь, чтобы его голос не дрожал перед великим Львом:

— Да, господин Танин. Все до единого пергамента здесь, в этой папке. Я проверил каждую подпись и каждый золотой, ушедший к наемникам. Мы готовы предоставить королю Дамрии неопровержимые доказательства, что заговор шел извне.

Радан удовлетворенно хмыкнул, хлопая парня по плечу:

— Молодец. Сейчас эти бумаги — наш главный щит от войны.

Глава 7

Двери королевской спальни тихо закрылись за Фотонией и Алексом. Василиса, сидевшая у изголовья кровати Джеммы, тут же встала, оправляя платье и пытаясь скрыть следы усталости на лице. Солярис, который до этого молча стоял у огромного готического окна, всматриваясь в далёкое багрово-кровавое небо Преисподней, медленно обернулся.

— Приветствую вас, Фотония, Алекс, — мягко произнесла Василиса, делая шаг навстречу гостям. — Как вы доехали? Дорога через перевал сейчас неспокойная.

— Приветствую, — сдержанно кивнул Солярис, чей драконий взгляд на миг сверкнул в полумраке комнаты.

— Доехали мы благополучно, насколько это было возможно в такой спешке, — спокойно и сдержанно ответила королева Фотония, хотя её руки, сжимавшие край накидки, заметно дрожали. Она тут же перевела взгляд на кровать. — Как она? Как моя девочка?

— С дочкой всё хорошо, — поспешила успокоить её Василиса. — Яд полностью выведен из организма, лекарь Елена сделала всё возможное. Её жизнь вне опасности.

Солярис, слегка прищурившись, спросил:

— А где же ваш супруг? Где король Дамрии? Почему он не пришёл с вами?

На этот вопрос вместо королевы ответил Алекс. Верный мечник преданно держал руку на рукояти и чётко произнёс:

— Мой государь сейчас остался в кабинете с бывшим монархом. Они обсуждают государственные дела и стратегию безопасности. Король считает, что виновные должны быть наказаны немедленно.

Фотония сделала решительный шаг вперёд, её голос задрожал от подступающих слёз:

— Я хочу увидеть дочку. Василиса, Солярис… я всё понимаю. Я знаю, что вы — её настоящие, родные родители по крови. Но всё же именно мы воспитали её с малых лет, вложили в неё душу. Мы имеем полное право видеть её сейчас.

Василиса переглянулась с мужем. Ей, как матери, было тяжело делить своего обретённого ребёнка с кем-то ещё, но справедливость слов Фотонии отрицать было нельзя. Через силу, переборов внутреннее «не хочу», Василиса согласно кивнула:

— Конечно. Проходите.

Фотония и Алекс быстрыми, но тихими шагами подошли к роскошной королевской кровати. Алекс аккуратно потянул за шёлковый шнур и раздвинул белоснежный тюль балдахина, открывая вид на спящую девушку. Джемма лежала неподвижно, её лицо из-за успокоительного отвара казалось безмятежным, а раненое плечо было плотно забинтовано чистыми холстами.

Королева Дамрии бессильно опустилась на край кровати. Она взяла холодную ладонь Джеммы в свои руки и, едва сдерживая рыдания, тихо заговорила:

— Доченька… Ну почему же всё так случилось? Ведь перед самым уходом из дома ты обещала мне, что всё будет хорошо, что ты будешь осторожна…

Из глаз Фотонии градом выкатились крупные слёзы, падая прямо на шёлковое покрывало.

Алекс, видя горе своей королевы, сурово сжал челюсти. Он положил руку ей на плечо и твёрдо произнёс:

— Ваше Величество, всё будет хорошо. Принцесса сильная, она справится. А мы найдём этих грязных убийц и казнят их всех до единого. Никто не уйдёт от ответа за то, что поднял руку на королевскую кровь.

— Согласен, — глухо и зловеще рокотнул Солярис от окна. — Живыми из этой пещеры никто не выбрался, а тех, кто стоял за ними, мы вырвем с корнем из-под земли.

Василиса мягко подошла к Фотонии и коснулась её локтя:

— Ей сейчас нужен абсолютный отдых. Дима едва успокоил её, она рвалась в бой со свежей раной. Пусть поспит хотя бы до утра, чтобы лекарство подействовало.

Фотония, глубоко вздохнув, поняла правоту Василисы. Она бережно поднесла ладонь Джеммы к губам, нежно поцеловала её руку и аккуратно уложила обратно на постель. Королева поднялась, оправляя вуаль, и вместе с Алексом направилась к выходу. Василиса и Солярис последовали за ними.

Едва тяжёлые двери спальни открылись, они снова увидели четвёрку — Радана, крёстного, Ингрид и преданно стоящего рядом Вольгу.

Василиса, оценив обстановку и измождённый вид гостей, повернулась к дочери:

— Нужно накрыть столы. Нашим гостям с дороги необходимы хорошая еда и тёплые покои для отдыха. Ингрид, займись этим.

Ингрид тут же выпрямилась и повернулась к своему секретарю, давая чёткий, властный приказ:

— Вольга, распорядись на кухне, пусть немедленно подадут лучший ужин в малый обеденный зал. И подготовь для свиты Дамрии лучшие гостевые покои в восточном крыле. Выполняй.

— Будет исполнено, моя Владычица, — Вольга почтительно склонил голову, бросил быстрый, полный скрытой заботы взгляд на уставшую Ингрид, и быстрым шагом направился исполнять поручение.

Василиса повернулась к Фотонии и Алексу:

— Пройдёмте, я лично провожу вас. Солярис, пойдём с нами, нужно помочь отцу в кабинете.

Короли и королева Дамрии вместе с верным мечником двинулись по коридору. Напоследок Василиса обернулась и негромко попросила старшую дочь:

— Ингрид, зайди к ней перед сном.

Едва коридор опустел, Ингрид вместе с Раданом и крёстным тихо перешагнули порог спальни, заходя к спящей Джемме.

Тяжёлая дубовая дверь бесшумно закрылась, отсекая спальню от коридора. В комнате воцарился полумрак, нарушаемый лишь мягким светом лампады и багровыми отсветами неба Преисподней, пробивающимися сквозь витражное окно. Воздух всё ещё хранил горьковатый аромат травяных отваров лекаря Елены.

Ингрид медленно подошла к кровати и отодвинула шёлковый тюль. Она долго всматривалась в бледное лицо сестры. Джемма спала глубоко, но её брови были напряжённо сведены к переносице, словно даже во сне она продолжала с кем-то сражаться.

— Доигрались мы с тобой в кошки-мышки на арене, сестрица, — едва слышно, с горькой усмешкой прошептала Ингрид, аккуратно поправляя край одеяла на её здоровом плече.

Радан подошёл ближе, его тяжёлые шаги по ковру были почти беззвучными. Он опёрся руками на резную спинку кровати у изножья и хмуро посмотрел на раненую племянницу.

— Ты себя не кори, Ингрид, — негромко произнёс Радан, переводя взгляд на старшую сестру. — Нападение было спланировано идеально. Если бы не этот теневой разрыв, они бы близко к вам не подошли. Джемма сильная. Завтра уже будет рваться с мечом наперевес, помяни моё слово. Её дамрийский наставник Алекс не зря горд за неё.

— Она сильная, да. Но глупая, — глухо раздалось от двери.

Крёстный не стал подходить к постели. Он остался стоять у входа, скрестив свои мощные руки на груди и подперев плечом массивный косяк. Его лицо в полумраке казалось высеченным из камня.

— Ты это о чём, Дима? — Ингрид обернулась к нему, в её голосе проскользнули ледяные нотки правительницы. — Она защищала меня. Бросилась под стрелу.

— Я о том, что защищать нужно с холодной головой, — отрезал крёстный, и его низкий голос заставил пламя лампады слегка дрогнуть. — Броситься вслепую в чернильный туман, подставиться под болт арбалета, а потом, истекая кровью, орать на лекарей и рвать швы — это не отвага. Это дурость. Если бы я её не отключил, она бы сейчас не спала тут мирно, а захлёбывалась собственным отравленным кровотечением. Воин обязан знать предел своих сил. Она этого пока не умеет.

Ингрид резко выпрямилась, её ладони сжались в кулаки, а внутри снова заклокотал тот самый гнев, из-за которого час назад пострадала замковая ваза.

— Ей двигал страх за меня! — повысив голос, шагнула вперёд Ингрид. — Она только что обрела настоящую семью. Она испугалась, что её снова отнимут! Как ты можешь судить её за это, Дима? Ты ударил её, когда она была беззащитна и ранена!

Радан поспешно выставил руку между ними, гася назревающую ссору:

— Тихо вы обе. Разбудите. Ингрид, остынь, крёстный прав в одном — его удар спас ей жизнь. Дмитрий действовал как командир на поле боя. Эмоции в тот момент убили бы Джемму.

Танин даже не изменился в лице под гневным взглядом Ингрид. Он лишь тяжело вздохнул и глубже засунул руки в рукава своей куртки.

— Подрастёт — поймёт, — спокойно ответил крёстный. — И ты поймёшь, Владычица. Когда уляжется твой собственный пыл. Лучше подумай, что делать с дамрийцами. Дамрия не простит нам, если с их принцессой что-то случится на нашей территории.

Ингрид перевела дыхание, заставляя свою огненную натуру подчиниться разуму. Она снова повернулась к кровати и опустилась на край, аккуратно взяв Джемму за руку.

— Дедушка прав, мы не будем им врать, — тихо, но твёрдо сказала она. — Завтра, когда Джемма проснётся, её приёмные родители увидят, что мы ничего не скрываем. Культ Преисподней — это враг всего мира, а не только нашей семьи. Если Дамрия хочет безопасности для своей воспитанницы, им придётся объединить свои войска с нашими.

Радан одобрительно кивнул, на его губах появилась лёгкая, гордая улыбка:

— Вот это уже слова настоящей правительницы. Ладно, засиживаться не стоит. Ей нужен покой.

В этот момент Джемма в постели слабо заворочалась. Её веки дрогнули, губы пересохли, и она едва слышно, хрипло пробормотала сквозь сон:

— Ингрид… меч… где…

Ингрид крепче сжала её пальцы и наклонилась к самому уху сестры:

— Я здесь, Джемма. Всё позади. Спи. Меч на месте, и я никуда не уйду.

Джемма, словно услышав родной голос, глубоко вздохнула, её напряжённые брови наконец разгладились, и она снова погрузилась в целебный, глубокий сон без сновидений.

Радан кивнул крёстному, и Дмитрий первым бесшумно приоткрыл дверь, выпуская мужчин наружу. Ингрид осталась в кресле у постели сестры, готовая охранять её сон до самого рассвета.

Глава 8

Дмитрий Танин и Радан только успели перешагнуть порог спальни, как навстречу им по коридору быстрой, решительной походкой направился Вольга. Молодой секретарь уже успел передать все распоряжения на кухню и насчет гостевых покоев, но возвращаться к себе даже не думал.

Заметив его, крёстный остановился и, скрестив руки на груди, глухо спросил:

— Вольга? Твои поручения выполнены. Ты куда это направляешься посреди ночи?

— Я иду в спальню принцессы, — твердо ответил парень, стараясь выдержать тяжелый взгляд великого Льва. — Буду охранять сон Джеммы вместе с Владычицей. Ингрид не спала уже несколько дней, а после всего, что произошло сегодня в подземелье культа, ей нельзя оставаться одной. Ей нужна поддержка. И… охрана.

Радан насмешливо фыркнул, выходя вперед:

— Охрана, говоришь? Да ладно тебе, Вольга, не суетись. Ты можете вообще не беспокоиться на этот счёт. Я сам возвращаюсь в покои, останусь там и лично прослежу за тем, чтобы наша упрямая Владычица наконец легла и уснула. Так что иди спать.

Лицо секретаря мгновенно залилось краской, а в глазах вспыхнуло редкое для него упрямство. Он сделал шаг к Радану, начиная спорить:

— Вам, дядя Радан, вообще-то тоже отдых нужен! Вы только что из тяжелого боя, на вас лица нет после этих пещер! Да и магия у вас не бесконечная. Кто из нас двоих истощен больше — это ещё посмотреть надо. Я останусь с ней, это моя обязанность как её… секретаря!

— Секретаря? — Радан приподнял бровь, хитро ухмыляясь и явно забавляясь этой вспышкой ревности и преданности. — Какая исполнительность! Ты мне тут ещё поуказывай, кому отдыхать, а кому у постели племянницы сидеть. Мал ещё дяде условия ставить, паря.

— Я не ставлю условия, я объективно оцениваю ситуацию! — Вольга повысил голос, готовый стоять на своём до конца. — Владычица доверилась бы мне…

— А ну тихо! Оба! — громовой, но приглушенный рык крёстного моментально срезал перепалку на корню.

Дмитрий Танин бесцеремонно схватил обоих мужчин за шкирки и слегка развёл в разные стороны, как повздоривших мальчишек. Его суровый взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Устроили тут базар у дверей раненой, — спокойно, но веско отрезал крёстный. — Вольга, остынь. Радан идёт внутрь и проследит за Ингрид. Точка. Тебе там делать нечего, и беспокоиться не о чем. А вот к тебе, парень, у меня как раз есть другой разговор. Пойдём-ка, обсудим ещё раз те финансовые отчёты наёмников, которые ты раскопал. Мне там пара подписей не нравится.

Вольга, тяжело дыша, перевёл взгляд с невозмутимого Льва на довольного Радана. Спорить с Дмитрием было не просто бесполезно, но и опасно для здоровья. Сдавшись, секретарь покорно опустил голову:

— Хорошо, господин Танин. Пойдёмте.

Радан с победной улыбкой проводил их удаляющиеся фигуры долгим взглядом. Как только шаги Дмитрия и Вольги затихли в конце коридора, он взялся за массивную ручку, аккуратно нажал на неё и вошёл внутрь спальни.

Ингрид, чья рука ещё секунду назад согревала ладонь спящей Джеммы, резко выпрямилась. Вспыхнувший в её глазах боевой огонь Владычицы Пылающего Разлома сменился искренним недоумением.

— Радан? — тихо, чтобы не разбудить сестру, спросила она, кутаясь в подол своего тёмного платья. — Ты почему вернулся? Что-то случилось с дамрийцами или дедушкой?

— Да нет, ничего не случилось, — так же тихо ответил Радан, прикрывая за собой массивную дверь. — Я до них даже дойти не успел.

Он прошёл вглубь комнаты и остановился у изножья кровати, внимательно оглядев племянницу.

— Суть вообще не в этом, — хмыкнул он, засунув руки в карманы. — Там в коридоре твой Вольга рвался сюда. Волновался за тебя, места себе не находил, говорил, что ты несколько дней нормально не спала, да ещё и после сегодняшней заварушки в пещерах. Хотел тут с тобой Джемму охранять. Но у крёстного на парня оказались совсем другие планы, Дима его увёл бумаги изучать. Так что я вызвался посидеть с сестрой вместо него, а заодно и тебя уложить.

Ингрид тут же нахмурилась и упрямо вскинула подбородок:

— Радан, не выдумывай, со мной всё в порядке. Я не уйду отсюда. Моё место сейчас здесь, рядом с ней.

— Да знаю я, что ты у нас железная, — примирительно поднял ладони Радан, но с места не сдвинулся. — Только упрямства у тебя не меньше, чем у Джеммы. Я настаиваю. Живо спать, Ингрид. Ты едва на ногах стоишь, магия на нулях.

Владычица Пылающего Разлома тяжело вздохнула. Спорить с дядей, когда он включал режим старшего в семье, было бесполезно. Она перевела взгляд на мирно спящую сестру и пошла на компромисс:

— Хорошо. Я согласна. Но при одном условии — я буду спать прямо здесь, с ней.

Радан лишь довольно улыбнулся и кивнул:

— Да без проблем. Охранять вас двоих в одном месте мне будет даже намного легче.

Ингрид аккуратно, стараясь не задеть забинтованное плечо сестры, забралась на просторную королевскую кровать. Она легла с краю, осторожно приобняла Джемму одной рукой и прикрыла глаза, мгновенно почувствовав, как тело наливается свинцовой усталостью. Радан тем временем подошёл к тяжёлому креслу у постели, устроился поудобнее, взял с прикроватного столика какую-то толстую старинную книгу и, раскрыв её, принялся читать при мягком свете лампады.

В комнате на пару минут воцарилась тишина, нарушаемая лишь шорохом страниц. Но вдруг Ингрид, не открывая глаз, тихо заговорила:

— Дядя… Как думаешь, Джемма сильно разозлится?

Радан оторвался от строчек и с любопытством приподнял бровь:

— На что именно?

Ингрид не выдержала и тихонько, со смехом прыснула в подушку, стараясь не шуметь:

— Ну как на что! Крёстный её так приложил по шее… Я сто процентов уверена, она этого просто так не оставит. Проснётся — и в замке камня на камне не будет, пока она Диме реванш не устроит.

Радан лишь тихо усмехнулся, покачав головй, и снова перевёл взгляд на книгу:

— Ну, я как раз здесь для того и сижу, чтобы этого не произошло. По крайней мере, пока она окончательно не поправится. А теперь давай, завязывай с разговорами и засыпай скорее.

Ингрид ничего не ответила, лишь глубже зарылась носом в подушку, и уже через пару минут её дыхание стало ровным и глубоким.

В это же время в малом обеденном зале замка атмосфера была куда более напряжённой. За огромным дубовым столом, уставленным лучшими блюдами, собралась большая компания. Василиса и Солярис сидели во главе, напротив них устроились Фотония Гец и король Дамрии. Чуть поодаль к ним присоединились Дмитрий Танин, держащий под мышкой папку с отчётами, и уставший, но собранный Вольга. По периметру зала, словно каменные изваяния, замерла королевская стража обеих стран.

Первой тишину прервала Фотония Гец. Она отодвинула от себя нетронутый бокал и, прямо посмотрев на Василису, заговорила твёрдым, не терпящим возражений тоном:

— Знаете, мы ведь изначально думали, что коронация Джеммы пройдёт здесь, в ваших землях, в кругу её новой семьи. Но после того ужаса, что случился сегодня на арене, мы больше не можем этого допустить. Её коронация должна состояться исключительно в Дамрии.

Василиса мгновенно подобралась, в её глазах вспыхнул протест рыцаря-бунтаря:

— Фотония, послушайте! Мы полностью пересмотрим меры безопасности. Охрана замка будет усилена втрое, гвардия прочешет каждый метр Разлома. Культ разбит, его логово уничтожено Солярисом. Джемме здесь ничего не угрожает…

— Приёмная королева права, Василиса, — веско перебил её Бывший Король, грозный дедушка Джеммы, сидевший за столом. Его льдисто-голубые глаза оставались холодными и проницательными. — Так действительно будет лучше для всех. В Дамрии сейчас намного спокойнее, их границы укреплены, а культ жриц там никогда не имел силы. Для моей внучки это будет безопаснее. Нам нужно думать о её здоровье и покое.

Василиса перевела взгляд на мужа, Соляриса, но тот лишь хмуро и согласно кивнул, признавая правоту старого монарха. Поняв, что даже родной отец и муж не на её стороне, Василиса через силу, нехотя согласилась:

— Хорошо… Пусть будет так. Если в Дамрии нашей дочери будет спокойнее, мы уступим.

Когда Василиса согласилась, за столом воцарилось тяжелое молчание. Фотония Гец удовлетворенно кивнула, а король Дамрии облегченно выдохнул. В этот момент дедушка Джеммы повернулся к крёстному и нарушил тишину:

— Ну а теперь к главному. Дима, что там у тебя по заговорщикам? Рассказывай, что накопали.

Дмитрий Танин не спеша положил на дубовый стол увесистую кожаную папку и раскрыл первый пергамент. Вольга выпрямился, готовый в любую секунду пояснить детали.

— Ситуация выглядит паршиво, но прозрачно, — глухо начал крёстный, и его низкий голос заставил всех за столом внимательно подобраться. — Благодаря Вольге мы подняли все финансовые отчеты и тайную переписку культа за последние недели. Владычица Ингрид выжгла верхушку жриц восемнадцать лет назад, но уцелевшие враги успели пустить корни за пределами Пылающего Разлома.

Дима ткнул массивным пальцем в ровные строчки, исписанные мелким почерком Вольги.

— Нападение на арене готовили не один день. Вот здесь — отчеты о движении золота. Жрицы не смогли бы провернуть такой сложный теневой разрыв в одиночку, их резервы были на исходе. Им помогали извне. Деньги шли через подставных купцов прямиком к наемникам из пограничных земель. Именно эти наемники обеспечили культ арбалетами и теми самыми отравленными болтами, один из которых поймала Джемма.

Король Дамрии нахмурился, вглядываясь в бумаги:

— Хочешь сказать, что заговор зрел на нейтральных территориях?

— Именно так, Ваше Величество, — подал голос Вольга. — Мы проверили каждую подпись на торговых соглашениях. Контрабанда оружия и ядов шла в обход наших застав через заброшенные горные тропы. Наемники знали расписание патрулей гвардии. Культ жриц использовали просто как карательный инструмент, чтобы ударить по королевской семье и посеять хаос.

Солярис, чей взгляд опасно блеснул в полумраке зала, зловеще оперся локтями о стол:

— Значит, у культа остались покровители, которые спонсировали этот заговор? Дима, имена в этих бумагах есть?

— Есть, — отрезал крёстный, переворачивая страницу и демонстрируя список с печатями. — Вольга отследил цепочку до трех крупных наемничьих гильдий у южных рубежей. Жриц, которые уволокли Ингрид в штольни, дед с Раданом уже похоронили под каменным завалом, туда им и дорога. Но те, кто держал золото и отдавал приказы, всё еще ходят по земле.

Дмитрий Танин закрыл папку и жестко посмотрел прямо на короля Дамрии:

— Эти гильдии находятся как раз на стыке наших границ. И раз уж вы забираете Джемму на коронацию в Дамрию, нам придется действовать сообща. Мои люди вытрясут из этих наемников души, но нам нужна ваша гвардия, чтобы перекрыть им пути к отступлению. Если мы не добьем эту заразу сейчас, они полезут снова — и в Пылающий Разлом, и в Дамрию.

Бывший Король одобрительно хлопнул ладонью по столу, его льдисто-голубые глаза горели решимостью:

— Полностью согласен с Димычем. Это уже не просто семейная драма, это угроза безопасности двух королевств. Завтра же подпишем указ о совместном походе.

Король Дамрии тяжело вздохнул, понимая всю серьезность положения, и согласно кивнул:

— Хорошо, Дмитрий. Мои мечи и гвардия в вашем распоряжении. За безопасность Джеммы я сотру эти гильдии с лица земли.

На этом стратегический совет в малом обеденном зале был окончен. Правители и стража разошлись готовиться к завтрашнему дню.

Глава 9

Ночь пролетела быстро. Утреннее солнце робко заглянуло сквозь витражное окно королевской спальни, окрашивая комнату в мягкие золотистые тона.

Ингрид медленно открыла глаза и сладко потянулась. Рядом тихо посапывала Джемма. Переведя взгляд на кресло у постели, Владычица увидела спящего Радана — дядя так и заснул с раскрытой книгой на коленях. Ингрид не стала его будить. Она просто тихо лежала, завороженно наблюдая за тем, как солнечные лучи медленно ползут по каменной стене комнаты.

Когда она всё же решила аккуратно подняться, чтобы пойти умыться, её запястье вдруг перехватили чужие пальцы. Ингрид вздрогнула и обернулась.

На неё уставшим, но абсолютно осмысленным взглядом смотрела Джемма.

— Сестра… — едва слышно прохрипела она.

— Джемма! — выдохнула Ингрид.

Она тут же позабыла про умывание, развернулась и крепко, но очень бережно обняла сестру, утыкаясь носом в её здоровое плечо. На глаза навернулись слёзы облегчения.

— Как же ты меня напугала… Боги, как же ты нас всех напугала!

Ингрид помогла сестре аккуратно привстать на кровати, подложив под спину мягкие подушки. Джемма устроилась поудобнее, и они, сидя так вдвоем, начали негромко болтать. Постепенно к Джемме возвращались силы, а вместе с ними — и её привычное любопытство. Она осторожно пошевелила левой рукой, поморщилась, а потом удивленно коснулась пальцами правой стороны шеи.

— Слушай, Ингрид, — Джемма недоуменно нахмурилась. — Я прекрасно понимаю, почему у меня адски болит плечо. Стрела, яд, все дела. Но вот почему у меня шею так ломит, будто по ней прошлись дубиной?

В этот момент из кресла послышался тихий смех. Радан открыл глаза, потянулся и, захлопнув книгу, сразу же заговорил:

— А шея твоя ломит, принцесса, потому что Диме пришлось тебя экстренно усмирять. Ты в бреду тут такую бурю подняла, швы свои свежие рвала, лекарей по стенам размазывала. Ты бы просто убила себя своими выходками, если бы крёстный вовремя не выписал тебе точный удар ладонью по сонной артерии.

Джемма от такой новости на секунду онемела. Её глаза опасно сузились. Вся её слабость куда-то испарилась, уступив место чистому, концентрированному возмущению. Она зловеще хмыкнула и медленно перевела тяжелый, обещающий крупные неприятности взгляд на дядю. По спине Радана от этого взгляда даже пробежали невольные мурашки.

— Усмирить, значит? Ударом ладони? — тихо, со смертоносной вежливостью переспросила Джемма. — А старый кошак вообще знал о последствиях своего решения? Он хоть понимает, что жить ему осталось ровно до того момента, как я встану с этой кровати?

Ингрид весело улыбнулась, мягко взяла Джемму за щеки, разворачивая её лицо к себе, и тепло заключила её лицо в свои ладони:

— Тихо, воительница, успокойся. Мы обязательно разберемся с крёстным, обещаю тебе. Я лично помогу тебе устроить ему реванш. Но сейчас главное — чтобы ты окончательно вылечилась и набралась сил. Ладно?

Джемма мгновенно оттаяла. Она ласково потерлась щекой о теплые ладони сестры, закрыла глаза и тихо, искренне ответила:

— Хорошо… Я согласна на всё. На любые лекарства и любой покой, лишь бы ты была рядом.

Радан, наблюдая за этой картиной, хмыкнул и поднялся с кресла. Его громкий, бодрый голос бесцеремонно оборвал всю эту семейную милоту:

— Так, ладно, девчонки, завязывайте со своими нежностями. Пойду-ка я спущусь в зал и обрадую остальных, что наша главная проблема наконец-то проснулась и уже строит планы мести. А то там Василиса с Фотонией со вчерашнего вечера из-за твоей коронации спорят.

Радан стремительно вышел из покоев, его тяжелые шаги гулко отдавались в пустом коридоре. Он направился прямиком к замковому балкону, который выходил во внутренний двор и соединял жилое крыло с парадными залами. Набрав в легкие побольше воздуха, дядя зычным, громовым голосом закричал на весь замок так, что, казалось, задрожали старинные каменные своды:

— Эгей! Свежие новости для великих умов и коронованных особ! Наша главная проблема соизволила открыть глаза! Джемма очнулась! Живая, здоровая и уже жаждет крови! Кому дорога жизнь — бегом в спальню, пока она сама до вас не добралась!

Его крик эхом разнёсся по переходам, заставив стражников во дворе испуганно схватиться за древки копий. Буквально через несколько минут в коридоре у спальни принцессы началось настоящее паломничество. Двери распахнулись, и в просторную комнату потянулись все, кто этой ночью не сомкнул глаз. На пороге появились взволнованная Фотония Гец, король Дамрии, обеспокоенные Василиса и Солярис. Следом за ними величественной походкой вошёл грозный дедушка, Бывший Король, а за его спиной показались Дмитрий Танин, уставший Вольга и статный мужчина в доспехах — Саша, личный наставник Джеммы, который воспитал её и обучил военному ремеслу.

Сама принцесса сидела на кровати, обложенная подушками, и с любопытством разглядывала вошедших. Радан, протиснувшись сквозь толпу, успел незаметно притормозить крёстного у самых дверей и тихо, с ехидной ухмылкой шепнуть ему на ухо:

— Димыч, я бы на твоем месте занял позицию поближе к выходу. Девчонка в курсе твоего ночного «успокоительного».

Дмитрий лишь хмуро сдвинул густые брови и насторожился, но отступать не стал, сделав шаг вперед. Джемма, заметив толпу, приветливо замахала здоровой рукой. Первой к ней подлетела Фотония. Она крепко, но стараясь не задеть раненое левое плечо, обняла дочь и тут же принялась шутливо её ругать:

— Ох, Джемма! Ну что же ты творишь? Ты ведь обещала мне, обещала, что будешь осторожна! У меня чуть сердце не остановилось, когда я увидела этот арбалетный болт!

Джемма весело и беззаботно рассмеялась, заглядывая матери в глаза:

— Ну мамочка, перестань, всё в порядке со мной! Живая ведь. И вообще, кости целы, магия на месте, так что не о чем тебе переживать. Всё будет хорошо, вот увидишь!

Василиса стояла чуть поодаль, рядом с хмурым Солярисом и королем Дамрии. Они, как люди военные и правители, не привыкли так открыто демонстрировать свои бурные эмоции перед прислугой и стражей, но в их глазах читалось такое колоссальное облегчение, что никаких лишних слов не требовалось. Король Дамрии едва заметно смахнул невидимую пылинку с рукава, пряча волнение, а Солярис коротко, но одобрительно кивнул принцессе.

Тут взгляд Джеммы скользнул по фигурам гостей и остановился прямо на крёстном. Дмитрий Танин внутренне подобрался, ожидая криков, бури или шквала проклятий, ведь Радан уже предупредил его о настрое племянницы. Но, к его огромному удивлению, Джемма вдруг расплылась в самой ласковой, нежной и ангельской улыбке, на какую только была способна. Радан, заметив эту гримасу, мысленно перекрестился — он понял, что его попытка припугнуть крёстного сработала слишком хорошо, и девчонка задумала что-то изощренное.

— Крёстный… — протянула Джемма невероятно сладким голосом, захлопав ресницами. — Ну что же ты там стоишь у самого входа, как чужой? Неужели ты не подойдешь поближе и не обнимешь свою любимую крестницу? Я ведь едва не умерла там, была на волосок от гибели… Неужели тебе меня совсем не жалко?

Дима окончательно насторожился. Этот приторный тон не предвещал ничего хорошего, но суровый характер и гордость не позволяли ему пятиться назад перед раненой девчонкой. Великий Лев медленно, мерными шагами приблизился к королевской постели.

Когда он наклонился к ней, собираясь аккуратно заключить её в объятия, Джемма внезапно резко зажмурила глаза и со всей дури крикнула на всю комнату:

— А ну получай, старый кошак!

В следующее мгновение раздался глухой, сочный треск. Джемма резко подалась вперед и со всей силы ударила крёстного лбом прямо в переносицу.

В спальне наступила гробовая, звенящая тишина. Все присутствующие буквально лишились дара речи. Фотония испуганно ахнула, прикрыв рот ладонями, король Дамрии ошарашенно округлил глаза, Василиса и Солярис синхронно переглянулись в полном шоке. Единственной, кто не смог сдержаться, была Ингрид — она прыснула со смеху, согнулась пополам и заливисто расхохоталась на всю комнату, держась за живот.

Джемма же откинулась обратно на подушки, обиженно потирая собственный лоб, и страдальчески протянула:

— Эх, крёстный… Как же жаль, что мое плечо так сильно болит и я не могу врезать тебе как следует! Но ладно, считай, что боги сегодня смиловались над тобой и ты отделался лишь одним этим ударом. Будешь знать, как бить меня по шее!

Дмитрий Танин от такой наглости и неожиданности аж весь покраснел — то ли от злости, то ли от смущения перед коронованными особами. Он схватился за нос, тяжело задышал и через силу, едва сдерживая грозный рык, процедил сквозь зубы:

— Джемма… Клянусь всеми силами Разлома, если бы ты не была моей крестницей… и если бы ты не лежала сейчас раненая… я бы…

Солярис лишь сочувственно хмыкнул, подошел ближе и похлопал друга по массивному плечу:

— Я соболезную тебе, Димыч. Воспитали на свою голову боевую фурию.

Из носа крёстного тонкой струйкой потекла кровь. Вольга, который до этого момента тихо стоял в стороне, судорожно полез в карман, вытащил чистый шелковый платок и быстро протянул его Дмитрию:

— Вот, господин Танин, возьмите скорее.

Джемма, вытирая слезы от смеха, вдруг перевела взгляд на парня. Её брови удивленно взлетели вверх. Она внимательно оглядела его с ног до головы и, повернувшись к сестре, задорно спросила:

— Ой, Ингрид, а кто этот красивый юноша? Что-то я его раньше в замке не видела. Наш новый гвардеец?

Ингрид, отсмеявшись, мягко улыбнулась и поспешила познакомить их:

— Нет, Джемма, это Вольга. Он мой личный секретарь и доверенное лицо. Между прочим, именно он всю ночь не спал, копался в финансовых отчетах наемников и помогал Диме вычислить тех тварей, которые на тебя напали. Так что скажи ему спасибо.

— Приятно познакомиться, Вольга, — кокетливо улыбнулась Джемма, отчего парень мгновенно смутился и вежливо поклонился.

Затем принцесса обвела взглядом комнату и замерла, заметив Сашу. Её лицо мгновенно преобразилось, став невероятно теплым. Саша — человек, который заменил ей отца во многих вещах, который с самого детства учил её держать меч, уклоняться от ударов и никогда не сдаваться.

— Сашенька… — ласково позвала она. — Подойди ко мне, ну же.

Саша тут же сделал широкий шаг вперед и, как положено верному воину, вытянулся в струнку, приложив руку к груди и отдавая честь:

— Рад видеть вас в здравии, принцесса Джемма!

— Ой, да брось ты, Саша! Ну нужно мне вот этих всех официальных церемоний, — Джемма забавно сморщила нос, приподнялась на кровати и широко раскинула здоровую правую руку. — Неужели ты стоишь там и даже не хочешь обнять меня? Ведь я так долго не была дома, мы так давно не виделись!

У сурового, закаленного в боях Саши на глаза навернулись скупые мужские слезы. Он изо всех сил сдержал их, чтобы не показаться слабым перед королями, быстро подошел к постели и крепко, с огромной отцовской нежностью обнял свою воспитанницу.

— Принцесса… — глухо, с дрожью в голосе произнес он, прижимая её к себе. — Как же вы меня напугали. Знали бы вы, как я волновался за вас этой ночью! Я ведь сам вас растил, с самых малых лет, сам вас всему обучил… Каждую царапину вашу помню. А вы вот так под стрелы лезете…

Джемма лишь тихонько рассмеялась, уткнувшись ему в плечо, а затем ласково похлопала наставника по спине:

— Ну всё, всё, Саш, тише. Больше такое точно не повторится. Обещаю тебе, я теперь буду осторожнее.

В этот момент сквозь толпу решительно протиснулась строгая женщина в белоснежном фартуке — это была Елена, главный лекарь замка, которая вчера зашивала рану принцессы. Она осмотрела присутствующих строгим взглядом профессионала и громко объявила:

— Так, семейные посиделки окончены! Радость радостью, но больной нужен уход. Попрошу всех немедленно выйти из спальни. Мне нужно осмотреть принцессу и заново обработать её плечо, пока не началось воспаление. Живо, живо, на выход!

Спорить с Еленой (которую в замке уважали и побаивались все, и путать её с молодой служанкой Леной никто бы не посмел) не решился даже Бывший Король. Все зашуршали одеждами и потянулись к дверям. Дмитрий, всё еще прижимая платок к разбитому носу, напоследок зыркнул на Джемму, но та лишь показала ему кончик языка.

Когда комната опустела, внутри остались только сама Джемма, Елена и Ингрид, которая наотрез отказалась уходить, заявив, что поможет держать сестру, если будет больно.

Елена подошла к кровати, аккуратно срезала ночными ножницами старые, пропитавшиеся лекарствами бинты и принялась бережно промывать глубокую рану от арбалетного болта. Джемма до крови закусила губу, стараясь не закричать от резкой, обжигающей боли, а Ингрид крепко держала её за здоровую ладонь, делясь своей силой.

Закончив перевязку и наложив свежие мази, Елена тяжело вздохнула, вытирая руки полотенцем, и посмотрела на Джемму со всей серьезностью:

— Ну что я могу сказать, ваше высочество. Швы лежат хорошо, яд мы заблокировали вовремя. Но рана глубокая, задеты мышцы. Скажу сразу и прямо: ты еще очень долгое время не сможешь пользоваться мечом. Забудь про тренировки и тяжелое оружие. Но если ты будешь строго соблюдать все мои предписания, пить горькие отвары и не вздумаешь скакать на лошади, то через два месяца полностью поправишься. Слышишь меня? Два месяца полного покоя!

Джемма грустно вздохнула и опустила голову, понимая, какая это мука для неё — остаться без любимого оружия. Но Ингрид, сидевшая рядом, нежно приобняла её за талию и уверенно посмотрела на лекаря, а затем на сестру:

— Ничего страшного, Елена. Пускай отдыхает. Меч ей пока и не понадобится, ведь рядом с ней буду я. Я смогу защитить её от любой опасности, пока она слаба. Пусть только кто-нибудь попробует к ней сунуться!

Джемма благодарно посмотрела на сестру и слабо улыбнулась — с такой охраной ей действительно бояться было нечего.

Глава 10

Елена собрала свои склянки, инструменты, строго пригрозила Джемме пальцем на прощание и наконец покинула покои. В просторной спальне воцарилась долгожданная тишина. Сестры остались наедине.

Ингрид тут же расслабилась, сбросила туфли и забралась на кровать, садясь по-турецки прямо напротив Джеммы. На её губах снова заиграла лукавая усмешка.

— Ну ты даешь, сестричка, — покачала головой Ингрид, не сдерживая улыбку. — До сих пор поверить не могу. Врезать Левке прямо в переносицу! Ты видела его лицо? Он же от шока дар речи потерял.

Джемма довольно зажмурилась, укладывая голову на подушки, хотя лоб всё ещё немного покалывало после удара.

— А то! — гордо хмыкнула она. — Пускай знает, как на меня руки поднимать. Руку принцессе пробили, а он ещё и по шее добавляет! Я считаю, это была законная самооборона. Жаль только, плечо дернуло, не получилось вложить всю душу в этот удар. Но для первого раунда сойдёт.

— О да, Крёстный это надолго запомнит, — тихо рассмеялась Ингрид, но потом её лицо стало чуть более серьезным. Она мягко погладила Джемму по здоровой руке. — Ладно, шутки в сторону. Радан тебе уже мельком сказал, но я повторю, чтобы ты понимала всю ситуацию. Пока ты спала, наши и дамрийские правители устроили тут настоящий совет. Из-за этого нападения культа меры безопасности решили пересмотреть коренным образом.

Джемма насторожилась и приподняла бровь:

— И что они придумали? Запрут меня в четырех стенах под охраной ста стражников?

— Хуже, — вздохнула Ингрид. — Твою коронацию официально перенесли. Фотония и король настояли, чтобы она проходила не в наших землях, а в Дамрии. Дедушка и Солярис их поддержали. Они считают, что там сейчас намного безопаснее, границы укреплены, да и культ жриц в Дамрии никогда не имел веса. Василиса немного поспорила, хотела оставить тебя здесь и просто утроить стражу, но в итоге ей пришлось уступить. Так что, как только тебе станет чуть лучше, мы все собираем вещи и выезжаем.

Джемма на мгновение задумалась, переваривая новость. Переезд в Дамрию прямо сейчас казался ей чем-то неожиданным, но спорить с решением сразу двух королевских семей было бесполезно.

— В Дамрию, значит… — протянула она, криво усмехнувшись. — Ну, по крайней мере, в дороге мне не придется скучать, раз вы все едете со мной. Да и крёстному с его разбитым носом будет тяжело от меня спрятаться в королевской карете.

Не успела Ингрид ответить, как со стороны открытого балкона раздался стремительный, свистящий шум. В комнату буквально влетела Лена. Прямо в полете вокруг неё вспыхнула яркая, теплая магическая пыльца, и фея мгновенно приняла свой человеческий облик. Она опустилась на пол уже будучи обычной девушкой — высокой, стройной, ростом точь-в-точь как сама Джемма.

Сложив невидимые теперь крылья, Лена с запыхавшимся и испуганным лицом подбежала к кровати и присела на самый край, бережно обнимая принцессу за плечи:

— Джемма! Ты очнулась! Боги, ты живая! Прости меня, пожалуйста! Извини, что нас не было рядом в тот момент, когда эти ужасные жрицы устроили засаду на арене! Всё так быстро произошло, мы просто не успели сориентироваться в этой суматохе!

Джемма ласково улыбнулась ей и легонько похлопала своей здоровой рукой по ладони подруги:

— Ну тихо, тихо, Леночка, не тараторь. Перестань извиняться, ты ни в чём не виновата. Там никто не ожидал такого удара от культа. Смотри, я в полном порядке, сижу, разговариваю. Швы наложили, яд вывели, так что всё позади.

Лена шмыгнула носом и немного успокоилась, хотя её плечи всё ещё подрагивали от пережитого волнения:

— Ты бы знала, как мы переволновались! Мы всю ночь места себе не находили, караулили под дверями, пока тебя лекари зашивали.

И не успели девочки продолжить разговор, как штора на балконе снова с шумом зашуршала, и в спальню неуклюже завалился Петлявин. Наш зеленый пришелец, смешно перебирая своими необычными тонкими пальцами, вовсю вращал огромными глазами от переполнявших его эмоций. Он смешно подскочил к кровати, забавно зажестикулировал и заговорил на своем причудливом, свистящем языке, вовсю показывая жестами, как сильно он испугался за принцессу этой ночью и как сильно он рад её видеть.

Лена понимающе закивала, переводя его слова для сестер:

— Да, Петлявин прав, мы испереживались. Он вообще весь изнервничался, извелся бедный, кругами по залу летал от страха за тебя! Мы так боялись, что этот яд… ну, ты понимаешь.

— Передай Петлявину, что я очень ценю его заботу, — тепло ответила Джемма, подмигнув зеленому другу. — Раз уж вы оба так переживали, то теперь вам придется хорошенько поработать. Развлекать меня будете, пока я тут на два месяца осталась без тренировок и меча. Ингрид вон говорит, что нас скоро в Дамрию повезут на коронацию.

Лена удивленно захлопала ресницами:

— В Дамрию? Прямо туда? Ой, ну раз так, то мы с Петлявином обязательно полетим с вами! Мы тебя ни на минуту одну не оставим, будешь под нашим личным контролем!

Петлявин, услышав про путешествие, радостно закивал своей зеленой головой и издал серию одобрительных звуков, подтверждая, что он полностью согласен на эту поездку.

Джемма, глядя на Лену и на прыгающего рядом инопланетного друга, мягко рассмеялась:

— Да поняла я, поняла, Петлявин! Не шуми ты так. Собирай свои пожитки, мы все отправляемся в путь.

Не успел зеленый пришелец издать очередной радостный свист, как массивная дубовая дверь спальни тихо приоткрылась. В комнату аккуратно, стараясь не шуметь, вошел Вольга. В руках он бережно нес большое серебряное блюдо, доверху наполненное спелыми, сочными фруктами.

Увидев раскинувшуюся перед ним картину — Джемму, которая весело смеялась в подушках, Ингрид, сидящую на кровати без туфель, Лену в ее полном человеческом росте и прыгающего зеленого инопланетянина, — парень на секунду замер на пороге. Его щеки тут же тронул легкий румянец от осознания, что он бесцеремонно нарушил такое личное, семейное утро.

— Ой, прошу прощения… Я не вовремя? — вежливо и немного смущенно спросил Вольга, проходя вглубь комнаты. — Лекарь Елена сказала, что принцессе нужно восстанавливать силы, вот я и решил принести свежих фруктов с кухни.

Лена тут же обернулась к нему. Ее лицо озарилось дружелюбной улыбкой. Она грациозно поднялась с края постели, расправляя платье, и подошла ближе к секретарю.

— Привет, Вольга! — звонко поздравила его девушка-фея, слегка склонив голову. — Ты очень вовремя. Наша воительница как раз проголодалась, хоть и делает вид, что думает только о мести.

— Здравствуйте, Лена, — Вольга вежливо поклонился ей в ответ, ставя тяжелое блюдо на прикроватный столик. Петлявин в этот момент подскочил ближе, понюхал большое яблоко, смешно завертел огромными глазами и издал серию причудливых звуков, будто тоже здоровался с вошедшим.

Лена ласково потрепала зеленого друга по плечу и повернулась к кровати:

— Ладно, Джемма, мы пойдем. Петлявину действительно пора собирать свои космические чемоданы, да и мне нужно подготовиться к дороге в Дамрию. Отдыхай!

Девушка-фея снова закружилась на месте, вокруг нее на мгновение вспыхнула искрящаяся пыльца, и она вместе с шустрым пришельцем подхватила свои вещи и выпорхнула обратно через балкон.

В спальне остались только трое: Джемма, Ингрид и Вольга. Парень переминался с ноги на ногу, не зная, куда деть руки, и старался не смотреть слишком открыто на Ингрид, которая все еще сидела на постели, обняв колени.

Ингрид приподняла безупречную бровь, на ее губах заиграла привычная, слегка прохладная, но мягкая усмешка:

— Ну и? Вольга, фрукты ты принес, Лена с Петлявином ушли. Ты сам-то не собираешься уходить? У тебя разве нет кучи важных государственных дел или приказов от моего дедушки?

Секретарь мгновенно подобрался, его взгляд на секунду пересекся с глазами Ингрид, и он смущенно кашлянул в кулак, стараясь вернуть себе официальный и уверенный вид.

— На самом деле, Владычица… Я бы хотел остаться и обсудить с вами кое-какие детали нашего отъезда в Дамрию, — тихо, но твердо произнес он. — Дмитрий Танин просил передать вам списки охраны, но… если честно, я просто хотел лично убедиться, что вы тоже в порядке. Вы не спали несколько суток, и я… очень за вас переживал.

При этих словах голос Вольги стал чуть тише и мягче, а сам он сделал едва заметный шаг ближе к Ингрид.

Джемма, которая до этого момента молча наблюдала за ними из вороха подушек, мгновенно уловила эту едва заметную искру. Ее глаза лукаво заблестели, а на губах расплылась хитрая, задорная улыбка. Вся ее боль в плече тут же забылась, уступив место любимому занятию — подкалыванию сестры.

— О-о-о… — протянула Джемма, зловеще и весело заиграв бровями, переводя взгляд с пунцового Вольги на внезапно замершую Ингрид. — Какая трогательная забота! Ингрид, ты слышала? Он так за тебя переживал, бедняжка, даже про списки охраны забыл! Вольга, а вы, оказывается, не просто исполнительный секретарь, вы настоящий рыцарь!

— Джемма, прекрати, — строго оборвала ее Ингрид, хотя ее щеки вопреки воле тоже начали стремительно розоветь. Она попыталась напустить на себя суровый вид Владычицы Пылающего Разлома, но выходило паршиво.

— И не подумаю! — радостно фертнула Джемма, устраиваясь поудобнее на здоровом боку. — Я ведь тебя, сестричка, только вчера узнала, можно сказать, а ты у нас, оказывается, скрытная особа. Вольга, скажите честно, она всегда такая суровая с вами, или это мне так повезло? Вы не бойтесь ее, если она будет вас обижать своей огненной магией — сразу бегите ко мне, я вас защищу! Ну, как только плечо заживет.

Вольга от таких неприкрытых намеков растерялся окончательно. Он перевел взгляд на Джемму, потом на Ингрид, которая уже сердито кусала губы, пытаясь скрыть смущение, и тихо, но искренне улыбнулся:

— Ну что вы, принцесса Джемма… Владычица Ингрид бывает строгой, но она… очень справедливая. И ее безопасность для меня — главный приоритет.

Ингрид от этих слов отвела глаза в сторону окна, тихо буркнув под нос:

— Ладно тебе, защитник… Джемма просто невыносима, когда у нее хорошее настроение. Не слушай ее.

А Джемма лишь тихонько и победно прыснула в кулак, понимая, что эта поездка в Дамрию обещает быть куда более интересной и веселой, чем она думала изначально.

Глава 11

Дни в замке Пылающего Разлома тянулись для Джеммы мучительно долго. Лекарь Елена оказалась непреклонна: никакого оружия, никаких конных прогулок, только горькие отвары и постельный режим. Первую неделю принцесса честно пыталась изображать покорность, но бурлящая рыцарская кровь Василисы не давала ей покоя.

Каждое утро начиналось с визита Дмитрия Танина. Крёстный заходил проверить её состояние, и эти встречи неизменно превращались в словесную дуэль.

— О, явился, — зловеще протянула Джемма, завидев в дверях огромную фигуру Льва. — Пришёл проверить, зажила ли моя шея после твоей «гуманной» помощи? Какая забота.

— Твоя шея в порядке, раз ты так бодро язвишь, — глухо ответил Дмитрий, скрестив руки на груди. — А вот швы на плече затягиваются медленно, потому что кое-кто не умеет лежать смирно.

— Я бы уже давно бегала, если бы не твои методы средневекового усыпления! — Джемма возмущённо всплеснула здоровой рукой. — Настоящие воины так не поступают!

— Настоящие воины не устраивают истерик лекарям, когда из них хлещет кровь, — отрезал крёстный, и его низкий голос заставил витражные окна слегка задрожать. — Подрасти сначала, принцесса.

— Ну всё, старый кошак, погоди у меня! — Джемма сердито схватила с прикроватного столика яблоко, принесённое Вольгой, и запустила в крёстного. Дмитрий поймал фрукт на лету, даже не моргнув, и молча вышел, оставив крестницу кипеть от ярости.

На вторую неделю в замке вспыхнула ещё одна ссора — на этот раз между Раданом и Ингрид. Джемма услышала их крики прямо из своей спальни, так как двери приёмной были приоткрыты.

— Радан, ты невыносим! — донёсся яростный голос Владычицы, подкреплённый характерным треском искр огненной магии. — Кто дал тебе право менять расписание патрулей у южных застав? Я здесь правительница, а не ты!

— Остынь, племяшка, твой огонь на меня не действует, — насмешливо парировал Радан. — Я меняю патрули, потому что твои гвардейцы ушами хлопают! Хочешь ещё один теневой разрыв прямо под носом? Или забыла, как Джемма чуть богу душу не отдала?

— Я ничего не забыла! — вскричала Ингрид, и судя по звуку, в стену полетел очередной несчастный элемент дворцового декора. — Но это мои земли, и стратегию с Дамрией утверждаю я!

— Вот когда Дамрия пришлёт свои полки, тогда и будешь утверждать, — отрезал дядя. — А пока я защищаю твою упрямую голову и сон твоей сестры. Марш спать, Ингрид! Ты сама серая от усталости!

Джемма тихонько улыбнулась в подушку, слушая, как Ингрид раздражённо топает в сторону своих покоев. Семейка у них была под стать Пылающему Разлому — взрывоопасная.

К концу третьей недели, когда Джемме наконец разрешили подолгу сидеть и даже немного ходить по комнате, к ней заглянул Саша. Её верный рыцарь и наставник вошёл тихо, оставив тяжёлый меч у порога.

— Принцесса Джемма, — негромко позвал он, проходя к её постели.

— Сашенька! — Джемма расплылась в искренней улыбке. — Наконец-то! Садись скорее, расскажи, как там на тренировочном поле? Меня эти лекари скоро с ума сведут.

Саша присел на край стула, его суровое лицо разгладилось.

— Поле подождёт, ваше высочество. Главное — ваше здоровье. Вы так отчаянно бросились защищать сестру… — Он вздохнул, и в его глазах блеснула отцовская гордость, смешанная с грустью. — Я ведь помню вас совсем крохой в Дамрии. Как вы деревянным мечом крапиву рубили. И вот, вы выросли в настоящую воительницу. Но сердце моё кровью обливается, когда вижу эти бинты.

— Саш, ну я не могла по-другому, — тихо ответила Джемма, накрыв его мозолистую ладонь своей здоровой рукой. — Ингрид — моя кровь. Ты сам учил меня: защищать тех, кто дорог, до последнего вздоха.

— Учил, — глухо отозвался рыцарь. — Но не учил подставляться под отравленные стрелы. Вы уж поберегите себя, Джемма. Ради меня, ради родителей. Без вашего задорного смеха Дамрия кажется совсем пустой.

В этот трогательный момент дубовая дверь тихо скрипнула, и в комнату заглянула Ингрид. Заметив их близкую, душевную беседу, Владычица смутилась.

— Ой… Простите, я вас, кажется, побеспокоила? — неловко произнесла она, замирая на пороге.

— Проходи, сестрёнка, не выдумывай, — рассмеялась Джемма, утирая подступившие слёзы. — Саша как раз рассказывал, как скучает по моим капризам.

Прошёл почти месяц. Джемма уже уверенно держалась на ногах и однажды утром упрямо вышагивала по замку. Дойдя до крытой галереи, она посмотрела вниз, на внутренний двор. Там, на тренировочной площадке, усыпанной белым песком, шёл яростный спарринг. Саша и Радан сошлись в клинче, проверяя на прочность мастерство дамрийской и адской школ.

— Давай, Сашка, жми его! — внезапно на весь замок закричала Джемма, перегибаясь через перила галереи. — Покажи этому напыщенному дядюшке, как дерутся настоящие рыцари Дамрии! За Сашу! Только вперёд!

Радан внизу на секунду отвлёкся от неожиданного крика, и Саша тут же ловко подсек его щитом, заставляя уйти в кувырок по песку.

— Эй, это нечестно! У меня тут отвлекающий манёвр сверху! — весело крикнул Радан, поднимаясь и отряхивая копоть с доспехов.

Ингрид, стоявшая рядом с Джеммой на галерее, испуганно схватила сестру за локоть.

— Джемма, ради богов, не кричи так! Ты же связки сорвёшь, да и рана от резких движений заболит! Прекрати немедленно!

— Не прекращу! Саша, врежь ему ещё разок! — продолжала веселиться Джемма.

— Так, я не понял, что за балаган на трибунах? — раздался сзади знакомый громовой рык. Дмитрий Танин подошёл бесшумно и без лишних слов коротко, ладонью, легонько шлёпнул Джемму по затылку. Не больно, но ощутимо, чисто по-отцовски.

— Ау-у! Старый кошак, ты опять за своё?! — Джемма резко развернулась, потирая голову и сердито сверкая глазами.

— Ингрид, ты видела?! Он снова распускает лапы!

— Правильно сделал, — неожиданно встала на сторону крёстного Ингрид, хотя сама едва сдерживала улыбку. — Тебе лекарь Елена что говорила? Полный покой! А ты тут устроила филиал конца света!

— Ах вы так, да?! Вот уеду на коронацию в Дамрию, будете сами тут со своими отчётами скучать! — надулась Джемма.

Не успела Джемма высказать крёстному всё, что думает о его методах воспитания, как в конце галереи послышался шелест тяжёлых платьев. Быстрой и грациозной походкой к компании подошли Василиса и Фотония Гец. Обе матери выглядели взволнованными, но при виде оживлённой Джеммы их лица заметно просветлели.

— Что за шум, а драки нет? — с улыбкой спросила Василиса, оглядывая притихших Радана и Сашу на тренировочном поле внизу. Она подошла ближе и мягко коснулась здорового плеча младшей дочери. — Джемма, милая, как ты себя чувствуешь? Ничего не болит после твоих криков?

— Всё отлично, мамуль! — весело отозвалась Джемма, хотя Ингрид рядом всё ещё недовольно фыркала. — Сашенька там Радану знатных люлей навешал, я просто не могла молчать!

Фотония Гец качнула головой, поправляя изящную накидку, и посмотрела на названую дочь уже более серьёзно.

— Это хорошо, что ты полна сил, доченька. Но мы с Василисой пришли к тебе не просто так. Нам нужно серьёзно поговорить насчёт твоей коронации.

Джемма удивлённо приподняла бровь, переводя взгляд с одной матери на другую.

— Насчёт коронации? А что с ней? Ингрид мне уже говорила, что её хотят перенести в Дамрию.

Фотония вздохнула и аккуратно взяла Джемму за руку.

— Да, Джемма. Мы хотели спросить… ты не обижаешься на нас? Всё ли хорошо? Ничего, что из-за этого ужасного нападения на арене мы переносим торжество на наши земли? Мы долго спорили, но дедушка и Солярис считают, что в Дамрии сейчас намного безопаснее, границы укреплены, а культ жриц там никогда не имел веса. Мы хотим, чтобы ты была в полном покое.

Джемма лишь беззаботно рассмеялась и ласково сжала пальцы Фотонии.

— Ой, мамочка, ну вы чего! Конечно, всё хорошо, я ни капли не обижаюсь! Изначально ведь так и планировалось: моя коронация должна была пройти в Дамрии, в кругу семьи. Так что нет абсолютно ничего такого в том, что она из-за всей этой заварушки пройдёт именно там. Мне даже привычнее. Главное, что вы все едете со мной.

Василиса облегчённо выдохнула, её рыцарский пыл угас, уступив место материнской стойкости.

— Ну вот и славно, — улыбнулась она, а затем перевела взгляд на старшую дочь. — Раз уж с этим вопросом мы определились, пора обсуждать время отъезда. Кареты уже почти готовы. Ингрид, а ты все свои государственные дела тут решила? Мы ведь уезжаем надолго, ты успеваешь всё уладить до нашего отправления?

Ингрид гордо выпрямилась, напустив на себя свой самый строгий вид Владычицы Пылающего Разлома.

— Не переживай, мама. Мы с Вольгой вчера всю ночь не спали, всё хорошенько проверили и сделали. Все финансовые отчёты наёмников изучены, приказы гвардии на пограничных заставах отданы, а списки совместного похода с Дамрией уже подписаны дедушкой. Секретарь у меня золото, так что Разлом остаётся под надёжным присмотром, и мы можем спокойно ехать.

— О-о-о, опять этот Вольга! — не удержалась Джемма и зловеще заиграла бровями, хитро подмигивая багровеющей на глазах Ингрид. — «Мы с Вольгой проверили», «мы с Вольгой сделали»… Сестричка, кажется, этот поход в Дамрию будет для тебя куда интереснее, чем для меня!

— Джемма, замолчи! — шикнула на неё Ингрид, судорожно оглядываясь на крёстного Дмитрия, который лишь глухо хмыкнул себе в усы, явно забавляясь этой семейной сценой.

— И вообще, — Джемма задорно откинула волосы назад, продолжая вовсю глумиться над сестрой, — раз Вольга такой исполнительный, может, мне его в Дамрию забрать? Нам во дворе честные и симпатичные рыцари всегда нужны. А то ты его совсем работой замучила, бедный парень сна не знает!

— Джемма! Хватит нести чушь! — Ингрид вспыхнула так сильно, что вокруг её пальцев заплясали настоящие огненные искры. — Никуда ты его не заберёшь!

— Ага! Попалась! Значит, самой нужен! — победно завопила Джемма и, забыв про все запреты лекаря Елены, с весёлым визгом припустила бегом прямо по галерее.

— Джемма, стоять! Тебе нельзя бегать! Швы разойдутся! — хором закричали Василиса и Фотония, хватаясь за голову.

— Не догоните! — донеслось уже из коридора, куда принцесса выскочила на полной скорости.

Джемма неслась по замковым переходам, со смехом оглядываясь назад, где разъярённая Ингрид уже вовсю топала каблуками, пытаясь поймать неугомонную сестрицу. На очередном крутом повороте Джемма резко развернулась лицом вперёд и едва не врезалась в Вольгу, который как раз шёл навстречу с очередной увесистой папкой документов.

— Ой, принцесса Джемма!.. — только и успел удивлённо выдохнуть парень, округлив глаза.

Но Джемма не растерялась. Она мгновенно схватила ошарашенного секретаря за плечи, с силой развернула его и спряталась за его широкой спиной, используя бедолагу как живой щит.

И тут бац! Из-за поворота на полной скорости вылетает Ингрид. Не успев затормозить, она со всего маху врезается прямо в Вольгу. От сильного удара Владычица Пылающего Разлома отталкивается назад и, потеряв равновесие на скользком паркете, чуть ли не падает навзничь.

В эту же секунду Вольга, проявив невероятную рыцарскую реакцию, роняет свои пергаменты, ловко схватывает Ингрид за талию обеими руками и крепко прижимает её к себе, удерживая от падения.

В коридоре мгновенно воцарилась звенящая тишина. В воздухе буквально заискрила бешеная химия. Ингрид, оказавшись в плотных объятиях своего секретаря, замерла, тяжело дыша и глядя ему прямо в глаза. Вольга, залившись густым румянцем до самых ушей, судорожно сжимал её талию, боясь отпустить и одновременно боясь дышать в присутствии своей грозной Владычицы. Они стояли так близко, что можно было услышать стук их сердец.

Тут Джемма с хитрющей ухмылкой выскочила из-за спины парня, нарушая всю романтику:

— О-о-о! Какая потрясающая сцена! Вольга, держите её крепче, а то наша огненная леди сейчас весь замок спалит от смущения! Посмотрите, как они смотрятся!

Ингрид моментально пришла в себя, резко оттолкнулась от груди парня и, пунцовая от злости и стыда, замахнулась на младшую сестру:

— Джемма! Ну всё, молись! Я тебе сейчас точно голову оторву!

Она только-только хотела со всей дури стукнуть сестрице по голове, как вдруг сзади послышались тяжёлые, размеренные шаги. Из полумрака коридора величественно вышел грозный дедушка — Бывший Король. Его льдисто-голубые глаза строго оглядели раскиданные по полу документы, пунцового Вольгу и замахнувшуюся Ингрид.

— Это что ещё за шум тут устроили посреди бела дня? — сурово спросил старый монарх, скрестив руки на груди. — Вы королевские особы или рыночные торговки?

Джемма среагировала молниеносно. Сменив хитрую ухмылку на жалобную гримасу, она со всех ног подбежала к дедушке, спряталась за его широкое плечо и начала наигранно, со слезами в голосе жаловаться, тыча пальцем в сестру:

— Дедушка! Защити меня! Ну вот посмотри на неё! Я едва выжила после отравленной стрелы, лежу раненая, слабенькая, еле дышу… А Ингрид на меня с кулаками бросается! Хочет меня со свету сжить прямо перед коронацией! Скажи ей, пусть не дерётся!

Ингрид от такой неприкрытой наглости аж воздух ртом захватила, а Вольга тихонько прыснул в кулак, поспешно собирая бумаги с пола. Бывший Король перевёл взгляд с «несчастной» Джеммы на взбешённую Ингрид и лишь тяжело, но скрыть улыбку не смог.

Бывший Король сурово сдвинул густые брови, но в уголках его льдисто-голубых глаз заплясали смешинки. Он слегка приобнял наигранно шмыгающую носом Джемму и посмотрел на притихшую Ингрид.

— Так, внученька-Владычица, — басовито протянул старый монарх, кивнув на пунцового секретаря. — Я, конечно, понимаю, что у тебя тут «государственные дела высокой важности» прямо на полу развернулись, но калечить мою старшую внучку, будущую королеву Дамрии, я тебе не позволю. Нам только международного скандала не хватало.

— Дедушка! Да она издевается! — вскипела Ингрид, яростно топнув каблуком. — Она ведь старшая, а ведёт себя как ребёнок! Бегает по коридорам вопреки всем запретам лекарей!

Тут из-за поворота, тяжело дыша, наконец-то выбежали Василиса и Фотония Гец. Завидев Бывшего Короля, обе матери облегчённо притормозили.

— Василиса, отец, слава богам, вы её остановили! — выдохнула Фотония, сердито зыркнув на старшую дочь. — Джемма, ты со своими скачками точно швы разорвёшь! Живо в карету!

— Ладно, ладно, сдаюсь! — Джемма подняла руки вверх, весело подмигнув Вольге, который к этому моменту уже бережно сложил все пергаменты обратно в папку. — Раз уж старшее поколение требует, я, как послушная старшая сестра, покорно иду в ссылку. То есть, в Дамрию.

Сборы завершились на удивление быстро. На внутреннем дворе замка уже выстроился внушительный кортеж. Тяжёлые, богато украшенные золотом кареты Дамрии стояли бок о бок с мрачными повозками Преисподней. Стража обеих стран в парадных доспехах замерла в седлах.

Рядом с королевскими экипажами, уверенно держась в сёдлах своих боевых коней, ехали мужчины. Саша — верный наставник Джеммы — ехал во главе дамрийских рыцарей, внимательно проверяя взглядом дорогу. Чуть поодаль, на статном вороном жеребце, держался Вольга. Рядом с ними ехали Радан и крёстный Дмитрий Танин. Из носа крёстного больше не текла кровь, но переносица знатно распухла после утреннего «привета» от старшей крестницы.

Завидев проходящую мимо Джемму, великий Лев демонстративно поправил поводья и глухо проворчал:

— Проходи в карету, фурия. Подальше от греха. Твоё место рядом с Фотонией, там хоть окна заговорены от твоих криков.

— И я тебя люблю, крёстный! До встречи на остановках! — послала ему воздушный поцелуй Джемма и ловко забралась в королевский экипаж.

Следом за ней вошла Ингрид. Едва дверца кареты захлопнулась и колёса глухо застучали по камням, Джемма с комфортом растянулась на мягких бархатных подушках. Раненое плечо всё ещё неприятно ныло, но победная ухмылка не сходила с её лица. Она повернула голову к младшей сестре, которая сидела напротив, натянутая как струна.

— Ну и долго ты будешь изображать каменное изваяние, Ингрид? — протянула Джемма, лукаво прищурившись. — Между прочим, у тебя на лице всё ещё горит румянец. И, если мне не изменяет память, это не от нашей адской магии, а от очень даже крепких рук твоего исполнительного секретаря!

— Джемма, умоляю, помолчи хотя бы до перевала, — устало выдохнула Ингрид, отвернувшись к окну. — Ты ведь моя старшая сестра, прояви хоть каплю мудрости. У меня и так голова раскалывается от утреннего крика Радана.

— Ой, да ладно тебе! — Джемма задорно рассмеялась. — Я — старшая, мне по статусу положено тебя подкалывать и учить жизни! Лучше признай: Вольга среагировал как настоящий защитник. Как он тебя перехватил за талию! Какая точность! Я прямо из-за его спины видела, как ты замерла. И твои щёки порозовели явно не от злости!

Ингрид резко обернулась, её тёмные глаза опасно сузились.

— Если ты не прекратишь, я попрошу крёстного Диму пересесть в нашу карету. Думаю, его разбитый нос с радостью напомнит тебе, как должны вести себя приличные принцессы!

— Ладно-ладно, молчу, — примирительно подняла ладонь Джемма, хотя её глаза всё ещё искрились лукавством. — Но от судьбы не убежишь. Мы едем в Дамрию, а там сады цветут, воздух тёплый, располагающий к романтике… Нашему Вольге там точно понравится.

А снаружи кареты, подставив лицо прохладному горному ветру, ехал Вольга. Сидевший на соседнем коне Саша краем глаза наблюдал за молодым секретарём, мерно покачиваясь в седле.

— Ты парень толковый, Вольга, — глухо нарушил молчание рыцарь, поправляя эфес своего клинка. — Бумаги у тебя в порядке, дело своё знаешь. Но запомни: наша Владычица Ингрид — девушка с характером из чистого пламени. Ей под стать нужен тот, кто не побоится этого огня.

Вольга от неожиданности чуть не натянул поводья, его лицо снова залилось краской.

— Я… господин Саша, я лишь выполняю свой долг секретаря и забочусь о безопасности Владычицы…

Саша лишь умудрённо и добродушно хмыкнул, похлопав юношу по плечу.

— Ну-ну. Рассказывай это кому-нибудь другому. Главное, держи ухо востро. Радан за тобой теперь следит в оба глаза, а уж он-то упустить повод для шутки не упустит.

Глава 12

Дорога через горные перевалы, разделяющие Пылающий Разлом и солнечную Дамрию, поражала своим мрачным величием. Плотные, багрово-серые тучи низко висели над острыми пиками скал, словно пытаясь зацепиться за гранитные уступы. Воздух здесь был пропитан запахом озона, серы и далёкой грозы. Однако чем дальше кортеж продвигался на юг, тем сильнее менялось небо: сквозь рваные тучи постепенно пробивались первые робкие, но по-настоящему тёплые лучи дамрийского солнца.

Внутри просторной королевской кареты было тихо и уютно. Мерный стук колёс располагал к ленивой беседе. Джемма, поудобнее переложив раненую руку, с улыбкой наблюдала за пейзажем за окном, а затем повернулась к сестре.

— Смотри, Ингрид, тучи рассеиваются, — негромко сказала Джемма, кивнув на окно. — Скоро начнётся настоящая Дамрия. Тебе понравятся наши изумрудные луга. Это совсем не то же самое, что выжженные пустоши Разлома.

— Мои пустоши обладают своим, особым величием, — отозвалась Ингрид, хотя её взгляд смягчился при виде яркого солнечного света. — Но я признаю, что соскучилась по теплу.

— Вот видишь! — Джемма хитро прищурилась, понизив голос до заговорщического шёпота. — Солнце, цветы… Идеальное место, чтобы сменить гнев на милость. Кстати, ты видела, как Вольга уверенно держится в седле? Настоящий воин, а не просто книжный червь.

— Джемма, ради всего святого, — Ингрид прикрыла глаза рукой, но лёгкий румянец снова выдал её с головой. — Мы едем на твою коронацию. Давай хотя бы временно сместим фокус твоего внимания на государственные дела.

— Одно другому не мешает, сестрёнка, — рассмеялась старшая принцесса.

Внезапно идиллия оборвалась. Оглушительный свист разрезал воздух, и в деревянную обшивку кареты с глухим стуком вонзилась первая стрела.

— Засада! — громовой крик Саши снаружи заставил Джемму и Ингрид мгновенно подобраться. — Обнажить клинки! Защищайте кареты!

Кони испуганно заржали, кортеж резко остановился. Сверху, с каменистых уступов, посыпались новые стрелы. Вокруг поднялся невообразимый шум: лязг вынимаемой из ножен стали, крики гвардейцев и суровые приказы Радана и Дмитрия Танина. Вольга и Саша мгновенно развернули коней, прикрывая собой карету принцесс и выставив щиты.

Из-за валунов на дорогу высыпали вооружённые люди в тёмных походных плащах. Их лица скрывали плотные маски, а в руках опасно поблёскивали короткие мечи и луки. Они быстро окружили передовой отряд.

— Стоять! Никому не дергаться, если хотите жить! — надменно выкрикнул предводитель нападавших — гибкая, подтянутая фигура в чёрном кожаном доспехе. — Отдавайте всё золото, повозки и оружие! И, возможно, мы отпустим вас целыми!

Радан на своём жеребце свирепо оскалился, вокруг его ладоней закружилось багровое пламя:

— Ты кому это вякаешь, смертный? Да я вас прямо здесь в пепел сотру!

Саша уже приготовился к рывку, крепко сжимая эфес дамрийского клинка, а Вольга закрывал собой дверцу, готовый принять любой удар. Атмосфера была накалена до предела, секунда — и прольётся кровь.

Но тут Джемма внутри кареты резко вскинула голову. Этот дерзкий, слегка хрипловатый голос предводителя банды показался ей до боли знакомым. Опровергая все крики Ингрид: «Джемма, стой, сошла с ума?!», старшая сестра рванула на себя дверцу кареты и решительно высунулась наружу.

— Слышь, грабитель недоделанный! — во весь голос крикнула Джемма, гневно сверкая глазами. — Ты у кого это золото отобрать вздумал?! Повтори-ка ну-ка!

Нападавший в маске резко замер. Короткий клинок в его руке дрогнул. Он медленно повернул голову в сторону высунувшейся из окна кареты принцессы, прислушиваясь к её голосу. Пауза затянулась, все замерли в полнейшем напряжении, готовые к схватке.

И тут предводитель банды медленно поднял свободную руку и одним движением сорвал с лица плотную маску. Под ней оказалось красивое, молодое, но сейчас абсолютно ошарашенное лицо девушки с выразительными глазами.

— Джем?! — удивлённо выдохнула Ашен, округлив глаза и опуская оружие. — Ты, что ли?! Ты какого чёрта тут делаешь?!

Вокруг воцарилась гробовая, шокированная тишина. Саша медленно опустил щит, Радан погасил пламя на руках, а Ингрид, высунувшись вслед за сестрой, удивлённо переводила взгляд с Джеммы на стоявшую посреди дороги предводительницу разбойников. Нежданчик вышел знатный.

— Ашен, глазам своим не верю! — Джемма, напрочь забыв о раненом плече, расплылась в широкой улыбке и чуть ли не по пояс высунулась из кареты. — Ты всё так же промышляешь разбоем на больших дорогах? Никакого профессионального роста!

— Я?! Это ты какого лешего забыла в королевском кортеже, да ещё и в окружении гвардии Преисподней? — Ашен всплеснула руками, напрочь игнорируя наведённые на неё арбалеты. — Девочки, отставить стрелять, это свои!

— Какие ещё «свои»?! — громовой голос Дмитрия Танина заставил разбойников вздрогнуть. Крёстный выехал вперёд, нависая над Ашен грозной скалой. — Джемма, ты знаешь эту девицу? Откуда?

— Крёстный, спокойно, убери свой авторитет! — отмахнулась старшая принцесса. — Ашен — моя старая подруга по дамрийским приключениям. Мы с ней… ну, скажем так, пару раз пересекались на закрытых турнирах и в пабах. Она отличный боец!

— В пабах?! — хором переспросили Ингрид и Василиса из кареты, причём у матери Джеммы брови взлетели едва ли не до королевской диадемы.

Ашен тем временем бесцеремонно подошла ближе, с любопытством разглядывая роскошный экипаж и замершего в боевой стойке Вольгу.

— Ого, Джем, да ты, я гляжу, времени зря не теряла. Кареты шикарные, а охрана — просто загляденье. Особенно вот этот, бледненький на вороном, — она шутливо подмигнула пунцовому секретарю, отчего Ингрид внутри кареты мгновенно посуровела и опасно сощурилась. — Куда путь держите?

— На мою коронацию в Дамрию, — гордо заявила Джемма. — Так что ты едва не ограбила будущую королеву. Присоединяйся к нашему кортежу, Ашен! Дорога длинная, а с тобой веселее. Заодно расскажешь, как тебя занесло на эти перевалы.

Радан весело фыркнул, гася остатки пламени на ладонях:

— Ну и семейка. Что ни остановка — то новые скелеты из дамрийских шкафов Джеммы. Ладно, разбойница, прячь ножик, поедешь с нами.

Ашен недовольно цыкнула сквозь зубы и заносчиво скрестила руки на груди, оглядывая хмурых дамрийских рыцарей и гвардейцев Разлома.

— Ладно, королева Джем, — фыркнула наёмница, всё ещё продолжая картинно цапаться и упрямиться для вида. — Только ради тебя и твоей выпивки после коронации я согласна сменить амплуа грабителя на почётный эскорт. Но в этой душной колымаге я не поеду! Давай ко мне на седло, поболтаем по дороге, как в старые добрые времена!

— Отличная идея! — Джемма загорелась этой мыслью мгновенно.

— Джемма, нет! — в один голос закричали Василиса, Фотония и Саша. — Ты ранена! Какое седло?!

Но разве можно было остановить старшую принцессу, когда она уже почуяла вкус свободы? Кое-как проигнорировав охи матерей, Джемма ловко перемахнула из кареты прямо на статного коня Ашен, устроившись впереди подруги. Лошадь фыркнула и двинулась вперёд, увлекая за собой весёлую парочку.

Посмотрев на эту абсолютную свободу сестры, Ингрид почувствовала, как внутри закипает зависть. Ей тоже до смерти надоело сидеть в замкнутом пространстве.

— Я тоже выйду и сяду на коня! — решительно объявила Владычица, приоткрывая дверцу.

Ашен, обернувшись в седле, весело расхохоталась и крикнула, указывая назад, на одного из своих наёмников:

— Ну так прыгай к Кириллу! Он у нас парень надёжный, довезёт в лучшем виде!

Из рядов разбойников вперёд выехал молодой воин. Кирилл был чертовски хорош собой: из-под походного капюшона выбивались густые коричневые волосы, глубокие черные глаза смотрели с мягкой, уверенной полуулыбкой, а под кожаным доспехом бугрились внушительные мускулы. Он учтиво склонил голову, готовый принять прекрасную Владычицу к себе на коня.

Ингрид уже сделала шаг, как вдруг её запястье перехватила чья-то крепкая, но очень аккуратная ладонь. Она обернулась и столкнулась с решительным взглядом Вольги. Его обычно бледное лицо сейчас пошло пятнами от едва сдерживаемого гнева и ревности, а челюсть была упрямо сжата.

— Ваше Высочество… — глухо, но твёрдо произнёс Вольга, не выпуская её руки и даже не глядя на красавчика-Кирилла. — Вы можете поехать со мной. Я тоже… прекрасно умею управлять конём и не допущу, чтобы вы пострадали.

Ингрид удивленно захлопала глазами, чувствуя, как бешено заколотилось сердце от этой внезапной властности её всегда покорного секретаря. Кирилл лишь понимающе и разочарованно усмехнулся, уступая дорогу. В итоге, чтобы утихомирить поднявшийся переполох, Вольга уверенно пересадил Ингрид к себе на вороного жеребца, крепко обняв её сзади за талию, чтобы держать поводья. Химия между ними вспыхнула с новой силой — Ингрид сидела ни жива ни мертва, ощущая спиной его жар и сильные руки.

— Эгей! Догоняйте, влюбленные голубки! — закричала Джемма, и Ашен пустила коня вскачь.

Вольга, не желая отставать, пустил своего вороного следом. Радан и крёстный Дмитрий Танин, весело переглянувшись, с грохотом и гиканьем пришпорили коней и проскочили вперёд всех, возглавляя эту сумасшедшую кавалькаду.

А из окон кареты доносились лишь тяжёлые, измученные вздохи родителей.

— Василиса… скажи мне, что мы воспитали принцесс, а не предводителей бандитских группировок, — страдальчески прикрыла глаза Фотония Гец, обмахиваясь веером.

— Ой, Фотония, помолчи, — со смехом и вздохом отозвалась Василиса, качая head. — Джемма вся в меня в молодости. Но вот то, что Ингрид теперь зажимает её собственный секретарь прямо на глазах у всей гвардии… Бывший Король нам этого точно не простит.

— Главное, чтобы до Дамрии доехали живыми, — проворчал из соседней кареты Бывший Король, но в его голосе слышалось лишь старческое смирение перед этой неукротимой молодёжью.

Глава 13

Кортеж медленно продвигался по серпантину, петляя между величественными, поросшими густой зеленью дамрийскими холмами.

Бывший Король перегнулся через борт своей открытой повозки и, грозно сведя густые брови, зычным, но приглушенным басом скомандовал гвардейцам:

— А ну, тише идти! Спесь поубавьте, коней не подгонять. И без того шуму на весь перевал устроили.

Гвардейцы Пылающего Разлома и рыцари Дамрии послушно осадили скакунов. Разбойники из банды Ашен, пристроившиеся в хвост колонны, быстро смешались с королевской стражей. По рядам пополз перешептывание.

— Слыхал, — хмыкнул один из парней Ашен, поправляя лук за спиной, — наша атаманша с этой их принцессой Джеммой как-то в портовом кабаке три бочки эля на спор выдули? А потом еще местному вышибале зубы пересчитали.

— Да ладно! — округлил глаза молодой дамрийский гвардеец. — Наша принцесса? Она, конечно, с характером, но чтоб в таверне…

— Истинный крест! Она из лука бьет — белке в глаз со ста шагов, не глядя. Настоящая дикарка, хоть и в платье.

Василиса, чья карета ехала неподалеку, уловила этот приглушенный гул голосов. Прислушавшись к обрывкам фраз, она удивленно приподняла бровь и повернулась к Фотонии:

— Послушай, Фотония… А откуда вообще эти разбойники так хорошо знают Джемму? О каких кабаках и закрытых турнирах они там шепчутся?

Фотония лишь тяжело, измученно выдохнула, прикрывая глаза веером. Сидевший напротив король Дамрии, муж Фотонии, криво усмехнулся и ответил вместо супруги:

— О, Василиса, наша Джемма никогда не могла усидеть на одном месте. Если в округе происходило что-то из ряда вон выходящее — будь уверена, она приложила к этому руку. Всё ей нужно было куда-то сбежать, что-то доказать, ввязаться в авантюру.

Король поправил золотое тиснение на камзоле, и в его глазах промелькнула теплая, родительская нежность:

— В детстве она была совершенно неугомонной. Постоянно ползала по самым высоким деревьям в дворцовом саду. Как-то раз забралась на самую верхушку старого дуба и чуть не сорвалась вниз. Если бы Саша не успел поймать её в самый последний момент, всё закончилось бы как минимум тяжелым переломом.

Фотония, приоткрыв глаза, согласно и печально закивала, а король продолжил, тихо рассмеявшись:

— А уж её спуски из собственной комнаты по парадной лестнице — это был отдельный квест для всей прислуги. Выйти как подобает принцессе, чинно и благородно, она просто физически не могла. Джемма садилась на резные перила и с весёлым визгом каталась по ним до самого низа. А когда чуть повзрослела, и вовсе начала съезжать по этим перилам стоя на ногах, балансируя, будто это какие-то крутые горы, на которые можно взбираться и спускаться на бешеной скорости. Стража бледнела каждый раз, когда это видела.

Слушая этот рассказ, Василиса не выдержала. На её глаза навернулись крупные слёзы, и одна из них медленно покатилась по щеке. Рыцарь-бунтарь внутри неё отступил перед материнской болью. Она тихо, с дрожью в звуке произнесла:

— О боги… Если бы тогда, восемнадцать лет назад, не произошло этого проклятого бунта… Если бы я не оставила их тогда на берегу у реки, пытаясь спасти замок… Может, я бы видела её детство? Видела бы, как она растет, как капризничает, как катается по этим перилам… Я пропустила всё.

Солярис, сидевший рядом, бережно и крепко сжал её ладонь. Его мудрый, глубокий взгляд дракона был полон бесконечного понимания и спокойствия.

— Не кори себя, Василиса, — мягко произнес он, слегка приобнимая жену за плечи. — Главное, что они живы. Судьба вернула их нам. Мы не можем изменить прошлое, но мы можем быть рядом с ними сейчас. Посмотри на неё — она выросла сильной и счастливой. Это и твоя заслуга тоже. Рыцарская кровь не померкла.

В этот момент в их разговор бесцеремонно вмешался Бывший Король. Дедушка, ехавший впереди, обернулся и веско, с хитрой ухмылкой бросил в сторону Фотонии и Василисы:

— Да чего уж там сопли распускать! Сразу видно — Джемма вся в Василису в своей молодости! Такая же взрывная, бунтарская, законов не признает и мечом машет быстрее, чем думает. А вот Ингрид — та вся в отца пошла: строгая, расчетливая, огненная, но с холодной головой.

Старый монарх весело хмыкнул, качнув головой, и добавил, глядя на скачущих впереди сестер:

— Но вот если эти двое неугомонных собираются вместе… всё, пиши пропало! Держитесь оба королевства, камня на камне не оставят! Помяните мое слово, эта коронация в Дамрии запомнится на века!

Впереди колонны, взрывая копытами коней дорожную пыль, мчалась сумасшедшая кавалькада. Ветер свистел в ушах, а Радан с крёстным Дмитрием, азартно гикая, то и дело вырывались вперед, соревнуясь, чей конь резвее. Чуть позади, наперекор всем запретам лекарей, уверенно держалась в седле Ашен, перед которой устроилась сияющая Джемма.

Наемница уверенно правила лошадью и вовсю болтала, перекрикивая стук копыт:

— Слушай, королева Джем, а у меня тут мысль возникла! Нам-то с девчонками из банды в чём на твою коронацию являться? Мы ж, кроме походных штанов да засаленных кожанок, отродясь ничего не носили. Не пустят нас твои напыщенные лорды в таком виде!

Джемма наигранно, оскорбленно надула губы и заносчиво откинула волосы назад:

— Ашен, ты меня обижаешь! Неужели ты думаешь, что наши королевские портные не смогут сшить тебе и твоим девчонкам по приличному платью? Да они за пару дней из тебя такую леди сделают — сама себя в зеркале не узнаешь!

Тем временем вороной жеребец Вольги шел чуть поодаль размеренным, уверенным шагом. Ингрид сидела в его крепких объятиях, стараясь лишний раз не шевелиться, чтобы не выдавать бешеного стука сердца. Вдруг парень слегка наклонился вперед, и его мягкий, уважительный голос раздался прямо над ухом Владычицы:

— Ваше Высочество… Простите мою дерзость, но я хотел спросить: а вы точно не забыли взять все свои парадные вещи из замка?

Ингрид смущенно вздрогнула, ощутив его горячее дыхание на своей шее. Густой румянец мгновенно залил её щеки, и она, стараясь вернуть себе строгий тон, поспешно ответила:

— Я… я всё взяла, Вольга. Не переживай. Все мои платья и регалии уложены в повозку.

Джемма, то и дело оборачивавшаяся назад, мгновенно уловила эту смущенную идиллию между сестрой и секретарем. Её глаза лукаво заблестели, а на губах расплылась хитрющая ухмылка. Она коварно заиграла бровями и приглушенно прошептала подруге:

— Ашен, глянь назад. Давай-ка подберемся к ним поближе, есть разговор.

Ашен, смекнув в чём дело, хитро прищурилась и направила коня наперерез передовому отряду. Чтобы поравняться с Вольгой, ей пришлось бесцеремонно проскочить прямо перед массивным жеребцом Дмитрия Танина.

— Куда прешь, чума болотная?! — громово рявкнул крёстный, натягивая поводья, но девчонки лишь дружно рассмеялись, полностью проигнорировав его суровый рык.

Поравнявшись с вороным жеребцом, Джемма задорно крикнула сестре:

— Эй, Ингрид! Какая потрясающая погода для совместных прогулок, правда?

Владычица Пылающего Разлома мгновенно посуровела и опасно сощурилась, предчувствуя очередной подвох:

— Джемма, что ты опять задумала? Уйми свой пыл.

— Да ничего я не задумала, сестрица! — ангельским голоском протянула Джемма, захлопав ресницами. — Просто хотела уточнить… Ты ведь взяла с собой то самое великолепное платье, которое Вольга подарил тебе на твое восемнадцатилетие? Ну, то, с рубиновой вышивкой? Ты ведь в нем пойдешь на мою коронацию, да?

В воздухе мгновенно повисла звенящая тишина. Ингрид замерла, готовая буквально испепелить старшую сестру на месте — ведь она так тщательно скрывала этот факт и не хотела, чтобы Вольга узнал о её маленьком секрете до самого торжества!

Ошарашенный Вольга от неожиданности чуть не выронил поводья. Он удивленно округлил глаза и, затаив дыхание, тихо спросил:

— Это… это правда, Владычица? Вы сохранили его? И наденете?

Ингрид, пунцовая от злости и стыда, резко обернулась к нему, взмахнув руками:

— Да что в этом такого?! А что мне еще оставалось делать, Вольга? Мне просто совершенно нечего было надеть, вот я и взяла его!

Тут в перепалку с заливистым хохотом вмешалась Ашен, в точности копируя недавний ехидный тон Джеммы:

— Ну да, ну да, «нечего надеть»! Ой, Ингрид, не смеши мои подковы! Джемма же только что сказала: у вас там целый полк королевских портных, которые из любого мешка конфетку сделают! Признайся уже пареньку, что платье тебе просто дорого как память!

Ингрид сердито кусала губы, готовая спалить весь перевал от смущения. Не выдержав лукавых взглядов, она резко перехватила поводья из рук Вольги и с силой пришпорила коня, устремляясь вперед как безумная.

Владычица летела на бешеной скорости, но Вольга среагировал мгновенно. Словно тень, он рванулся вслед за ней, в один мощный рывок перехватил поводья левой рукой, возвращая контроль над скакуном, а правой крепко и властно прижал Ингрид за талию к своей груди. Склонившись к самому её уху, парень горячо прошептал:

— Не упадите, моя Владычица. Я держу вас.

Ингрид лишь прерывисто вздохнула, укрощая свой гнев и чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди от такой близости.

Позади них Джемма залилась победным хохотом. Заметив, что сестра временно обезврежена, она азартно хлопнула Ашен по плечу и закричала на весь тракт:

— Ашен, вперед и с песней! Нас ждут новые жертвы!

Наемница с готовностью гикнула, и их лошадь резво пристроилась вплотную к скачущему неподалеку Радану. Джемма тут же лукаво сощурилась, прицепляясь к дяде с расспросами:

— Дядя Радан! А скажи-ка мне, когда я стану королевой, за мной тоже будут толпами бегать красивые девчушки, как за тобой в молодости? М?

Не успел Радан открыть рот, как его бесцеремонно перебил крёстный Дмитрий Танин. Усмехнувшись в усы, он громко бросил:

— Ишь, какая шустрая! От меня перешла портить нервы Ингрид, теперь от неё перекинулась к Радану. Джемма, кто же будет твоей следующей целью?

Принцесса ехидно посчитала пальцы на руке и заносчиво вздернула подбородок:

— Моя следующая цель — Божья дочь!

Ашен от неожиданности аж поводья натянула, округлив глаза:

— Ах! Неужели она тоже прибудет на коронацию?!

— Да, обязательно будет! — гордо и победоносно заявила Джемма, сияя от собственной значимости. — Не зря же я тогда сбегала из замка и устроила целое подпольное путешествие!

Радан, напрочь позабыв ответить на предыдущий каверзный вопрос племянницы о девчушках, удивленно нахмурился:

— Погоди, Джемма… Что еще за Божья дочь?

В воздухе повисло благоговейное и трепетное молчание. Дмитрии Танин помрачнел, а Ашен заговорила о ней с тихим восхищением. О Божьей дочери в этих землях ходили лишь легенды. Это было величественное, невероятно могущественное создание, наделенное чистейшей сакральной магией, способной исцелять земли и карать предателей. Её дивная красота затмевала солнце, а взгляд чистых глаз мог заставить преклонить колени даже самого гордого короля. Проблема была в одном — её уже очень много лет абсолютно никто не видел. Она бесследно скрылась от взоров смертных, затворившись в своих тайных чертогах.

— И как же ты, несносная девчонка, умудрилась её отыскать? — пораженно выдохнул крёстный.

Джемма самодовольно шмыгнула носом, аккуратно протерев его кончиком указательного пальца, и хитро подмигнула всей компании:

— Ой, да бросьте! Всё это — лишь мои ма-а-аленькие проглочки и капризы во время прогулок по белому свету! У Джеммы Дамрийской везде есть свои связи!

— Ну ты даешь, стрекоза! — Радан весело покачал головой, не упуская шанса подколоть племянницу. — Маленькие прогулочки у неё, видите ли! Куда тебя только черти не носили, чего ты только на свои вторые девяносто не поведала! Скоро окажется, что ты и с горными духами на брудершафт пила, и у морского владыки корону с головы свистнула, пока тот спал!

— А хотя бы и так! — дерзко отозвалась Джемма, поудобнее перехватывая Ашен за талию. — Зато скучно со мной точно никому не бывает. Правда, Ашен?

Наемница лишь заливисто хохотнула в ответ.

Пока впереди продолжалась эта суматоха, Дмитрий Танин, слегка придержав своего скакуна, поравнялся с Джеммой и Раданом. Мужчина бросил задумчивый взгляд назад, туда, где Вольга всё еще бережно придерживал за талию пунцовую, но уже притихшую Ингрид.

— Слушай, егоза, — негромко спросил крёстный, кивая в сторону затихшей парочки. — А чего ты к ним прицепилась-то? Почему ты её постоянно подкалываешь на тему Вольги? Девчонка вон сейчас со стыда весь твой будущий тронный зал разнесет.

Джемма мгновенно растеряла всю свою напускную дурашливость. Её лицо стало серьезным, а в глазах мелькнула взрослая, глубокая мудрость.

— Потому что хватит им уже ходить вокруг да около, дядя Дима, — тихо, но твердо ответила она. — Они прошли через такое дерьмо, через столько боли и предательств… Всё плохое уже позади. Наша семья снова вместе, Пылающий Разлом спасен, в Дамрии порядок. Пора бы им уже открыть глаза и просто быть вместе, не прячась за этой дурацкой маской «Владычицы и секретаря».

Радан, услышав это, нахмурился. Мужская гордость и инстинкт защитника заставили его скептически хмыкнуть:

— Быть вместе — дело хорошее. Да только достоин ли он её? Ингрид — правительница, сильная, гордая. А Вольга… ну, парень исполнительный, не спорю. Но пара ли он ей?

Джемма от такого заявления аж в седле подпрыгнула. Она резко развернулась к Радану, и её голос зазвучал с той самой дерзкой, опасной королевской уверенностью, от которой у врагов обычно подкашивались ноги:

— А кто был рядом с ней, когда ей нужны были мы?! А, дядя? Вольга! Кто её спасал, когда весь мир рушился? Кто был с ней бок о бок, когда её собственное министерство и советники предали? Он! Он её щит, её опора и единственный человек, ради которого она готова горы свернуть! У нас вообще нет никакого права решать судьбу Ингрид. Она разумна, умна и сама прекрасно поймет, что ей делать в своей жизни.

Джемма опасно сузила глаза и, указав на Радана пальцем, добавила:

— И тебе, дядюшка, я очень советую туда со своими проверками не лезть. Потому что если ты посмеешь обидеть Вольгу или помешать им — будешь иметь дело лично со мной! А ты знаешь, какая я в гневе. Твоя борода точно пострадает!

Радан от такой тирады даже опешил, а потом не выдержал и громко рассмеялся, подняв руки в притворном жесте капитуляции:

— Ладно-ладно, признаю! Настоящая фурия. Молчу.

Ашен, с интересом слушавшая всю эту семейную разборку, весело подтолкнула Дмитрия локтем в бок:

— Эй, господин Танин! А ты-то сам что думаешь? Тоже считаешь, что паренек слабоват для нашей огненной Владычицы?

Дмитрий добродушно улыбнулся в усы и покачал правой рукой:

— Да боги с вами, какой «слабоват»? Я как раз совершенно не против их союза. Наоборот, парень — золото. Вы на него посмотрите: на вид он, конечно, робок, вечно смущенный, бледнеет-краснеет, когда Ингрид на него строго смотрит. Но это всё от уважения и чувств. На самом-то деле он мужественнее и сильнее многих рыцарей, которых я повидал. Парень прошел сквозь огонь и воду, не сломался. Просто мы все — шумные, сумасшедшие, свалились как снег на его бедную голову, вот он и тушуется от нашего напора. Но за Ингрид он жизнь отдаст, это я вам как старый солдат говорю.

Джемма довольно улыбнулась, услышав слова крёстного, и победно посмотрела на Радана:

— Вот! Учись, дядя, пока Дима жив. Зри в корень!

Радан лишь усмехнулся в усы, поправив тяжелую кожаную луку седла, и с прищуром посмотрел на племянницу:

— Ишь, как распелась, защитница угнетенных! «В гневе она страшна», видели мы твой гнев — подушками во дворце кидаться. Но ладно, признаю, язык у тебя подвешен что надо. Да только ты, Джемма, не путай боевую верность и семейную жизнь. Вольга парень толковый, исполнительный, приказы щелкает как орехи. Но Ингрид — это же ходячий вулкан! Ей стоит бровью повести — вокруг трава сохнет от жара. А этот твой писарь чуть что — сразу в краску, глаза в пол, «да, Владычица», «как прикажете, Владычица». Ему характер надо закалять, если он на нашу девку заглядывается, иначе она его просто проглотит и не заметит!

— Да ничего ты не понимаешь в суровых мужчинах, дядя! — фыркнула Ашен, крепче перехватывая поводья и направляя коня чуть ближе к Радану. — Нашел писаря! Этот твой «писарь», между прочим, когда на Разлом наемники попёрли, в одиночку три стрелы поймал, а четвертой конунгу их местному глаз выбил, даже не поморщившись. Я сама видела! Он просто при Ингрид робеет, потому что дышать на неё боится. Это у них, у благородных, любовь такая, поняла теперь? Не то что у нас в банде — по морде дал, значит, замуж позвал.

Дмитрий Танин весело расхохотался, да так громко, что пара птиц с шумом сорвалась с придорожных кустов.

— Ну, Ашен, ну выдала! По морде дал — значит, замуж позвал! Слышал, Радан? Вот тебе и новые дамрийские традиции, записывай, пока молодая поросль учит. А если серьезно, — Дмитрий поравнялся с Раданом и хлопнул его по плечу так, что тот аж поморщился, — ты к парню-то не лезь с дедовскими мерками. Вольга за Ингрид в огонь пойдет не потому, что она Владычица или корона у неё на башке блестит. Он её саму знает. Каждую её трещинку, каждый каприз. Когда она по ночам от кошмаров просыпалась, кто ей успокоительный отвар носил, пока мы все по лесам партизанили? Вольга и носил. Так что тут, брат, дело верное.

Джемма победно задрала нос, демонстративно показав Радану кончик языка:

— Во-о-от! Что и требовалось доказать! Дима у нас старый, мудрый, жизнь видел, не то что некоторые ворчливые дядьки, у которых кроме меча и выпивки в голове ничего не водится. Да если хотите знать, Вольга для неё — единственный тормоз! Ингрид же если заведется — весь мир в труху спалит, а он подойдет, тихонько за руку возьмет, скажет свое это занудное: «Успокойтесь, Ваше Высочество, это нерационально» — и всё! Наша огненная дева сразу тает, как ледышка на солнышке. Это же идеальный союз! Сама природа их создала: она — огонь, он —… ну, ладно, не вода, скорее, очень терпеливый щит, который этот огонь держит!

— Терпеливый щит, говоришь? — Радан хмыкнул, но в глазах его уже загорелся привычный азартный огонек. — Ладно, уговорили, чертовки. Трогать я его не буду… сильно. Но на первом же привале я с ним лично поговорю. Проверю, из какого теста у него нервы слеплены. Налью ему нашего, дамрийского, крепкого, от которого у непривычных парней уши в трубочку заворачиваются. Вот если выпьет со мной на равных и не свалится под телегу — тогда ладно, пускай крутит свои шуры-муры с моей племянницей. А если захмелеет с первой чарки и начнет стихи читать — уж извини, Джемма, я его лично в реке искупаю, чтоб дурь из башки выбить!

— Ой, держите меня семеро! — всплеснула руками Джемма, покатываясь со смеху. — Да Вольга твой дамрийский самогон даже не заметит! Он у нас в Разломе на таких травах настои пил, от которых у твоих гвардейцев кони дохли! Так что ты давай, дядя, готовь бочки, только потом сам не плачь, когда этот «скромный мальчик» тебя перепьет, а потом еще и все твои отчеты по налогам за последний год проверит и кучу ошибок найдет!

Ашен задорно подмигнула Джемме, поддерживая общий веселый гул:

— А что, господин Радан, давай на спор? Если Вольга выстоит против твоего кубка — ты мне отдаешь того сивого жеребца из своего личного выезда, который мне еще на границе приглянулся. А если Вольга свалится — так и быть, я всю твою гвардию целую неделю буду бесплатно уму-разуму учить и по лесам гонять, чтоб жир растрясли!

Дмитрий Танин снова хмыкнул, качая головой:

— Ну всё, Радан, попал ты под раздачу. Против этих двух баб при поддержке старого солдата тебе не выстоять. Соглашайся на спор, хоть повеселимся на привале. А то едем как на похороны, честное слово, а у нас тут, между прочим, будущая королева на лошади скачет и вовсю чужие свадьбы планирует!

Глава 14

Свист прохладного ветра приятно освежал разгорячённое лицо, а мерный, мощный топот копыт отзывался в груди глухой вибрацией. Кавалькада неслась на полной скорости, оставляя позади мрачные пограничные перевалы и погружаясь в бескрайние, залитые солнцем изумрудные луга Дамрии.

Ингрид, крепко прижимаясь спиной к груди своего секретаря, с опаской посмотрела на стремительно проносящиеся мимо холмы. Огненная магия Владычицы Пылающего Разлома сейчас ничем не могла помочь ей удержать равновесие на бешеной скорости.

— Вольга! — перекрикивая гул ветра, позвала Ингрид, слегка повернув голову. — Мы вообще правильно скачем? Сверху эти холмы кажутся бесконечным зелёным лабиринтом! Ты уверен, что мы не сбились с пути?

Парень, чьи сильные руки уверенно сжимали поводья по обе стороны от её талии, мягко улыбнулся. Его щёки всё ещё сохраняли лёгкий румянец, но в голосе звучала непоколебимая уверенность:

— Абсолютно правильно, моя Владычица. Я изучил карты дамрийских дорог до единого дюйма. Вон за тем пологим склоном у реки будет отличная ровная поляна. Скоро у нас запланирован первый привал, и вы, наконец, сможете отдохнуть от этой сумасшедшей гонки.

— Слава богам, — выдохнула Ингрид, невольно расслабляясь в его надёжных объятиях, от которых исходило приятное, успокаивающее тепло.

Чуть впереди них, заливисто хохоча, на одном коне неслись Джемма и Ашен. Старшая принцесса, напрочь позабыв о строгих запретах лекаря Елены, умудрялась одной рукой держаться за подругу, а второй победно размахивать в воздухе.

— Эгей, Вольга, не отставай! — обернувшись, крикнула Джемма, и её глаза лукаво блеснули при виде того, как близко сидят её сестра и секретарь. — А то Ашен грозится отобрать у нас королевский ужин, если мы прискачем первыми!

— Скорее её банда отберёт у нас остатки терпения! — весело прокричал в ответ Радан, который вместе с крёстным Дмитрием Таниным лихо обошёл кареты родителей и теперь держался в авангарде отряда.

Великий Лев, чья переносица всё ещё была знатно припухшей после утреннего «привета» от старшей крестницы, лишь хмуро буркнул в усы:

— Если эта фурия из-за своих скачек снова порвёт швы, я лично привяжу её к каретному колесу. Сашка, прибавь ходу, осади свою безумную воспитанницу!

Ехавший рядом Саша лишь добродушно рассмеялся, умудрённо качая головой:

— Дмитрий, ты же знаешь, Джемму сейчас может остановить только стена. Да и то не факт, что она её не перепрыгнет!

Позади этой шумной кавалькады, тяжело переваливаясь на неровностях дороги, мерно катились королевские кареты, из окон которых доносились измученные, но полные родительского смирения вздохи. Молодость и свобода Пылающего Разлома и Дамрии окончательно взяли верх над строгим дворцовым этикетом.

Лошади тяжело задышали и замедлили ход, выходя на просторную, укрытую тенью вековых дубов поляну у прохладной дамрийской реки. Утомлённые долгой скачкой путники начали шумно спешиваться, с наслаждением разминая затёкшие ноги.

Вольга ловко спрыгнул на сочную траву и, повернувшись к Ингрид, протянул ей руки. Владычица Пылающего Разлома аккуратно опустила ладони на его крепкие плечи. Секундная заминка — и парень бережно опустил её на землю, задержав руки на её талии чуть дольше, чем требовали правила приличия.

— О-о-о, какие нежности на глазах у честной публики! — тут же раздался весёлый голос Джеммы, которая уже сидела на поваленном бревне, бесцеремонно закинув ногу на ногу. — Вольга, смотри аккуратнее, а то наша огненная девочка растает от твоей заботы!

Ингрид резко обернулась, густо покраснев, и грозно сверкнула глазами:

— Джемма! Тебе бы лучше о своих швах подумать, а не за чужими секретарями подглядывать! Ашен, ну скажи ей!

Ашен, устало снимавшая седло с коня, лишь усмехнулась, подмигнув Ингрид:

— Ой, Ваше Высочество, я её всю дорогу удержать пыталась. Эта фурия неуправляема, когда видит повод для хорошей шутки.

В этот момент к костру, где Радан и Дмитрий Танин уже вовсю разгружали припасы, подошёл Вольга, пытаясь скрыть смущение за работой. Радан, заметив его сосредоточенный вид, весело хлопнул парня по плечу.

— Ну что, Вольга, знатно мы проветрились! — Радан достал из сумки флягу с крепким дамрийским элем, аппетитно забулькав содержимым. — Ух, хороша чертовка! Держи, промочи горло после такой скачки.

Вольга сокрушённо покачал головой, бросив робкий взгляд в сторону Ингрид:

— Спасибо, Радан, но я на службе. Охрана Владычицы требует трезвой головы, особенно в приграничных землях.

Радан громко рассмеялся, а сидевший рядом Дмитрий Танин лишь ухмыльнулся в усы, одобряя профессионализм парня.

— Ну уж нет, друг мой! — Радан пригрозил флягой в воздухе. — Сейчас ладно, бди. Но учти: на коронации ты от меня не отвертишься! Ты просто обязан будешь выпить со мной за здоровье молодых и за мир между нашими землями. Это королевский указ, обжалованию не подлежит!

— На коронации я лично прослежу, чтобы Вольге наливали только лучшее вино, — подала голос подошедшая Ингрид, гордо вскинув подбородок и пытаясь вернуть себе статус строгой правительницы, хотя улыбка всё равно выдавала её хорошее настроение.

Джемма, жуя сочное яблоко, подмигнула всей честной компании:

— Слышал, Вольга? Сама Владычица разрешила! Главное, чтобы вы с Раданом под столом эту самую коронацию не встретили.

Поляна взорвалась дружным хохотом. Даже уставшие Сашка и Елена, вышедшие из кареты, не смогли сдержать улыбок, глядя на эту неугомонную и счастливую компанию.

Вскоре над поляной поплыл умопомрачительный аромат — Радан с Дмитрием весело шкворчали на костре сочными кусками мяса на шпажках. В стороне от молодёжи, у королевской кареты, расположились старшие.

— Ну и молодёжь пошла, — вздохнул Сашка, переворачивая дичь. — Нам бы в их годы столько энергии после целого дня в седле.

— Ой, помолчи, Саша, — отозвалась Елена, аккуратно перебирая в ступке целебные травы для вечернего чая. — Твоя Джемма вообще скачет вопреки всем моим запретам. Раны едва затянулись! Я ей, конечно, выдала укрепляющий отвар, но если швы разойдутся — лично запру в лазарете на месяц.

— Да ладно тебе, Леночка, — улыбнулась мать Ингрид, присаживаясь рядом. — Девочки столько пережили в Разломе. Пусть хоть глоток свободы сделают. Здесь, в Дамрии, даже воздух другой.

В это время Ингрид и Джемма ушли к реке, оставив шумный лагерь позади. Вода глухо рокотала на перекатах, унося с собой дневную пыль и суету, а в её тёмной глади, точно разбитые алмазы, отражались первые крупные звёзды. Прохладный ночной воздух приятно холодил кожу, пах сыростью и прибрежной травой.

Джемма подошла к самой кромке, аккуратно приподняла подол платья и присела на мягкий глинистый берег. С удовольствием вытянув уставшие ноги, она опустила босые ступни в холодную воду, заставившую её блаженно зажмуриться. Откинувшись немного назад и уперевшись ладонями в сырую землю, принцесса закинула голову вверх, поймав взглядом мерцание бескрайнего звёздного неба.

— Как тебе здесь, Ингрид? — тихо, без привычного вызова в голосе спросила она, не отрывая взгляда от созвездий. — Нравится? После всего, что мы оставили позади… каково тебе в этой тишине?

Ингрид, сидевшая чуть поодаль на большом, покрытом мхом камне, обхватила свои колени руками. Она посмотрела на тёмный силуэт сестры, затем перевела взгляд на бурлящий поток.

— Здесь удивительно, Джем, — негромко ответила она. — Настолько мирно, что поначалу даже дышать страшно. Словно если я вздохну слишком громко, эта сказка разрушится, и мы снова окажемся посреди пепелища. Но Дамрия… она словно лечит. Спокойствием лечит.

Джемма слегка повернула голову, хитро прищурившись, хотя в полумраке её лица было почти не разглядеть. Вода мерно плескалась у её лодыжек.

— Раз уж мы заговорили о том, что лечит и радует душу… — Джемма сделала паузу, подбирая слова. — Что ты думаешь делать с Вольгой, а? Что у вас будет дальше, когда вся эта суматоха с коронацией уляжется?

Ингрид вздрогнула, и её пальцы сильнее впились в ткань плаща. Она открыла было рот, чтобы привычно возмутиться, но Джемма мягко, опережая её, подняла руку:

— Погоди, не колючься. Я серьёзно спрашиваю, как сестра. Какое бы решение ты ни приняла — остаться строгой Владычицей или выбрать что-то другое — помни: я всегда, слышишь, абсолютно всегда буду на твоей стороне. Я твой щит и твой меч, Ингрид. Но… видит небо, я была бы по-настоящему счастлива, если бы вы были вместе. Он хороший парень. Верный.

Ингрид глубоко вздохнула, чувствуя, как стены её напускной суровости окончательно рушатся под этим честным, тёплым напором. Она опустила голову, пряча лицо в ладонях, а затем тихо, с предельной искренностью заговорила:

— Я не знаю, Джем. Мне страшно. Каждый раз, когда он оказывается рядом, когда он просто затягивает подпругу на моей лошади или подаёт мне руку… у меня внутри всё переворачивается. Какое-то странное, неведомое доселе тепло глухой волной растекается по всему телу. Сердце начинает биться так быстро и бешено, словно я только что пробежала несколько миль наперегонки с ветром. Мне кажется, он слышит этот стук. Стоит ему улыбнуться мне — и я забываю, как дышать.

Над берегом разнёсся тихий, чистый и невероятно добрый смех Джеммы. Она покачала головой, поднимая брызги ногами.

— Любовь… — протянула она, и в её голосе послышалась несвойственная ей нежность. — Вот что это такое, глупая ты моя сестрёнка. Ты любишь его. И это было видно с самого первого дня. С самого начала! То, как ты украдкой смотришь на него, когда думаешь, что никто не видит. То, как у тебя загораются глаза. А уж как ты яростно защищаешь его от всех моих подколов и шуточек! Ты ведь готова мне голову откусить, стоит мне только его поддеть. Разве это не оно?

Ингрид молчала, но её щёки горели ярче любого пламени Разлома, а на губах, вопреки всему страху, медленно расцветала робкая улыбка.

Джемма легонько плеснула водой, наблюдая за тем, как расходятся круги, ловящие отблески звёзд. Её лицо стало серьёзным и по-сестрински заботливым.

— Раз уж мы выяснили, что ты пропала, — тихо улыбнулась Джемма, поворачиваясь к сестре, — тебе нужно сделать первый шаг. Да, его чувства и так ясны и понятны, этот бедолага дышать через раз начинает, когда ты на него смотришь. Но он скромный, к тому же твой секретарь. Он никогда не посмеет нарушить субординацию сам. Мой тебе совет: найди момент на коронации, вытащи его на танец или просто уведи в сад. Дай ему понять, что статус Владычицы не стена между вами. Позволь ему быть смелым.

Ингрид открыла было рот, чтобы ответить, но тяжёлые шаги по хрустящим веткам заставили сестёр мгновенно обернуться. Из темноты прибрежных кустов с широченной ухмылкой на лице выбрался Радан. Он держал в руках две деревянные тарелки с дымящимся мясом.

— Ну и долго вы тут будете сырость разводить? — громко спросил Радан, бесцеремонно усаживаясь на соседний валун. — Наш доблестный страж Вольга там уже все глаза проглядел, карауля тропинку к реке. Переживает, как бы его драгоценную Владычицу дикие утки не утащили. Ингрид, иди поешь, а то твой верный рыцарь от тоски сам весь ужин у костра караулом отстоит!

Джемма прыснула от смеха, а Ингрид, мгновенно вспомнив совет сестры, поспешно отвернулась, молясь, чтобы в темноте Радан не заметил, как густо покраснели её щёки. Радан проводил её смеющимся взглядом, а затем повернулся к старшей сестре. Джемма всё так же сидела на берегу, не вынимая ног из прохладной воды.

— А ты чего не идёшь? — спросил Радан, протягивая ей вторую миску с ароматным, дымящимся мясом. — Там Дмитрий уже вторую флягу откупоривает, Сашка байки травит, а тебя нет.

Джемма тихо и тяжело выдохнула, даже не повернувшись.

— Не хочу, Радан. Просто хочу побыть в тишине.

Он секунду помолчал, разглядывая её потяжелевший взгляд, направленный куда-то на другой берег реки. Вместо того чтобы выдать очередную колкость, парень просто уселся на траву рядом с ней, поудобнее перехватив свою тарелку.

— Тогда давай поедим в тишине, — спокойно буркнул он.

Какое-то время они действительно ели молча. Слышно было только, как река глухо бьётся о камни, да где-то вдалеке потрескивает лагерный костёр. Но долго благостная тишина длиться не могла. Радан дожевал кусок, покосился на её босые ступни в реке и спросил:

— Не холодно?

Джемма, глубоко увязшая в собственных мыслях, вздрогнула и растерянно моргнула.

— Что?

— Говорю, не холодно? — он кивнул на воду. — Ночь на дворе, от реки ледником тянет.

— А, нет, — Джемма слабо улыбнулась, качнув ногами так, что брызги полетели в стороны. — Вода отличная. Как раз для того, чтобы искупаться.

Радан изумлённо округлил глаза и картинно схватился за голову:

— Ага, только этого нам сейчас и не хватало! Дмитрий меня заживо закопает, если ты со своими швами в реку сиганёшь. Хотя… зная тебя, от тебя всего можно ожидать. Спокойно жить ты в принципе не умеешь.

Джемма лишь тихо хмыкнула на его подколку, снова уставившись в свою тарелку. Она лениво ковыряла вилкой мясо, явно потеряв к еде всякий интерес. Радан заметил эту перемену. Он отставил свою миску в сторону и внимательно посмотрел на принцессу.

— Слушай, Джем… А почему ты сейчас вообще такая тихая? — искренне удивился он. — Ещё полчаса назад в седле летела, кричала, была такой буйной, отцу и Дмитрию нервы трепала. А сейчас сидишь, будто тебя подменили. Что стряслось-то?

Джемма медленно перевела взгляд с тарелки на бескрайнее ночное небо, усыпанное колючими звёздами.

— Скоро ведь коронация, Радан, — тихо, с непривычной для неё тяжестью в голосе произнесла она. — Да, не сразу по приезде, у нас есть ещё немного времени, но этот день неумолимо приближается. И вместе с ним на меня ляжет огромная, просто неподъёмная ответственность. За людей, за земли, за каждый шаг.

Она обхватила плечи руками, словно замёрзла, хотя вода всё ещё казалась тёплой.

— Я всё думаю… если я получу этот титул, как мне остаться свободной? Как мне вообще быть собой, когда вокруг станут шептаться придворные, а долг свяжет по рукам и ногам? Я боюсь превратиться в бездушную куклу, запертую в замке. Боюсь растерять ту Джемму, которая может просто так сорваться в бешеную скачку.

Глава 15

Радан, сидевший на поваленном бревне у самой кромки воды, внимательно выслушал этот непривычно серьёзный поток мыслей племянницы. Он лишь добродушно хмыкнул, поднялся, отряхивая дорожную пыль с брюк, и по-отечески похлопал Джемму по её здоровому плечу.

— Ну полно тебе драму нагнетать, принцесса! — весело подмигнул он, глядя на бегущие речные волны. — Чтобы ты — да превратилась в бездушную куклу? Скорее этот замок взлетит на воздух, а придворные разбегутся в ужасе. Не переживай, ты всё равно останешься точно такой же ненормальной, как и всегда. У тебя это в крови! И что бы ты ни выкинула, какую бы очередную заварушку ни устроила, мы все — и дамрийцы, и наши адские сухари — примем тебя любой. Просто потому, что другой такой сумасшедшей фурии в мире нет.

Джемма наигранно надулась, забавно сморщив нос, и принялась обиженно бурчать себе под нос, усаживаясь поудобнее на мягкую траву и прижимая к себе здоровую руку:

— Вот вечно ты такой, дядя Радан… Никакого сочувствия к раненой родственнице. Сам-то небось в детстве тоже примерным поведением не отличался, а теперь меня жизни учишь на привалах! Небось похлеще моего по крышам прыгал и стражу до инфаркта доводил…

Не успел Радан вставить своё веское оправдание, как со стороны лагеря, шурша высокой травой, к берегу спустилась Василиса. На её лице блуждала хитрая и невероятно тёплая улыбка, а ветерок трепал её волосы.

— О, Джемма, ты даже не представляешь, насколько ты права, — сдавленно рассмеялась королева, подходя ближе к детям и вдыхая речную прохладу. — Наш дорогой Радан в детстве был ещё хуже, чем ты! Если ты просто каталась по перилам и сбегала в пабы, то твой дядюшка умудрился в твоём возрасте едва не спалить половину королевского сада, решив проверить, как горит редкий адский плющ. Отец тогда его на неделю под замком оставил, так он через каминную трубу удрал!

Радан картинно схватился за сердце, скорчив уморительно оскорблённую гримасу, и заносчиво вскинул подбородок к дамрийскому небу:

— Василиса! Ну зачем же сразу вытаскивать на свет божий скелеты из моего благородного прошлого? Это была чистой воды научная теория и проверка гвардии на бдительность!

Замен он хитро прищурился, посмотрел на сестру и вальяжно протянул:

— А что, братик разве не прав? Скажи мне, сестрица, разве мы с тобой не из одного теста слеплены? Посмотри на неё — вылитая ты в молодости, такой же рыцарь-бунтарь, который сначала бьёт мечом, а потом задаёт вопросы. Так чего ты её пугаешь дворцовыми куклами? Гены Пылающего Разлома не задушишь никаким этикетом!

Василиса лишь покачала головй, но её глаза искрились искренним, неподдельным счастьем от того, что её семья наконец-то вместе.

Василиса лишь шутливо закатила глаза, убрала руку с плеча брата и, напустив на себя строгий вид, скомандовала:

— Так, бунтари, разговорчики в строю! Живо идти всем спать, ведь завтра мы на рассвете снова должны идти в путь. Перевал близко, силы нам ещё понадобятся.

Радан и Джемма синхронно переглянулись с абсолютно одинаковыми заговорщическими ухмылками. Старшая принцесса первой нарушила тишину:

— Завтра продолжим, дяденька! — весело заявила она и задорно высунула ему кончик языка.

Она ловко подхватила Василису под ручку, увлекая маму за собой вверх по тропинке. Василиса ласково улыбнулась, нежно чмокнула дочь в макушку, и они вместе потопали обратно в сторону лагеря. Радан же остался стоять у воды. Проводив их взглядом, он с ухмылкой покачал головой и тихо сказал себе под нос:

— Ну что за дочь, что за мать… Яблоня от яблони, истинный Разлом!

Ночь опустилась на дамрийские холмы, окутав стоянку звенящей, благодатной тишиной. Воздух стал прохладным, пахнущим речной мятой и костровым дымом. В густой траве у берега без устали прыгали неугомонные стрекозы, а где-то в чаще старого леса методично куковала одинокая сова. Весь лагерь уже погрузился в глубокий сон. Королевские особы устроились с максимальным для походных условий комфортом: Василиса, Солярис и Фотония с королём отдыхали в роскошных, заговорённых от сырости палатках, а Ингрид спала в карете, свернувшись калачиком под тёплым пледом. Чуть поодаль, завернувшись в походные плащи прямо у затухающих углей, похрапывали гвардейцы и парни из банды Ашен.

Однако на том самом лежащем у воды бревне всё ещё сидела одинокая фигура. Джемма не спала. Она полностью улетела в свои мысли, бездумно глядя на лунную дорожку на речной глади. Её что-то глубоко тревожило, буквально грызло изнутри, но она промолчала и вечером никому не стала говорить о своих страхах. Все эти гнетущие переживания из-за грядущей коронации и ответственности за целую страну всё же брали своё. Она безумно боялась подвести приёмных родителей и не справиться с новой ролью.

Внезапно из темноты со стороны леса соткалась огромная тень. Дмитрий Танин шёл настолько тихо, бесшумно переставляя свои массивные лапы, что буквально напугал девочку. Пока Джемма летала в облаках, она абсолютно потеряла бдительность.

— Не спится, фурия? — глухо прогудел над её ухом громовой бас крёстного.

Джемма от неожиданности подпрыгнула на месте чуть ли не на метр, судорожно схватившись за здоровое плечо, а её глаза округлились от первородного ужаса. Перепугалась она настолько сильно, что внутри всё пережало, и бедняжка аж икать начала.

— Ик!.. Твою же Преисподнюю, крёстный! — возмущённо выпалила она, сердито сверкая глазами в полумраке. — Ик!.. Ты че так людей пугаешь-то?! У меня чуть ик… сердце через рот не выскочило! Ты великий Лев или трусливый ик… кот подвальный, раз так подкрадываешься?!

Дмитрий лишь глухо хмыкнул себе в усы, ничуть не обидевшись на «кота», и скрестил мощные руки на груди:

— Воин не должен щелкать клювом, даже когда думает о высоком, — спокойно ответил он, внимательно всматриваясь в её бледное лицо. — О чём грустим, племяшка? На тебя это не похоже.

Джемма на секунду замерла. Ей отчаянно хотелось выговориться, но гордость и нежелание казаться слабой перед великим воином победили. Она спрятала свои истинные переживания за привычной маской дерзости, резко поднялась с бревна и буркнула:

— Ик!.. Ни о чём я не грущу. Просто воздух свежий. Ладно, нужно спать, а то завтра Василиса мне ик… голову оторвёт за синяки под глазами. Спокойной ночи, старый кошак!

Она быстро потопала в сторону карет, на ходу пытаясь задержать дыхание, чтобы справиться с дурацкой икотой. Танин лишь тяжело вздохнул ей вслед, прекрасно понимая, что творится в душе у девчонки, но лезть с допросами не стал.

Утро наступило стремительно и ярко. Первые робкие лучи дамрийского солнца окрасили верхушки изумрудных холмов в нежно-розовые и золотистые тона. Речной туман медленно таял над водой, поднимаясь вверх белёсыми кружевами. В лагере послышалось первое оживлённое шевеление: гвардейцы начали фыркать, умываясь ледяной водой, кони нетерпеливо переступали копытами, а Ашен уже вовсю переругивалась с Раданом из-за того, чья очередь разводить утренний костёр для чая. Сборы были недолгими, и вскоре кавалькада уже мерно двигалась по узкой каменистой тропе. Вокруг величественно вздымались раскидистые дамрийские горы, чьи вершины, увенчанные шапками вечных снегов, буквально пронзали лазурное небо. Ветер свистел в ущельях, донося запах диких трав и холодных скал.

Могучие кони уверенно переставляли копыта по выбитому в породе тракту. Подкованные копыта звонко цокали, эхом отзываясь от каменных стен, а животные шумно фыркали, выпуская пар из ноздрей на резком утреннем воздухе.

Позади карет, едва не притираясь боками коней, ехали предводители авангарда. Танин, сурово насупившись, то и дело натягивал поводья, бросая косые взгляды на Радана.

— Ты слишком растянул строй, Радан, — недовольно проворчал Лев, поправляя тяжёлую секиру за спиной. — Если из-за скал выскочат горные разбойники, твои фланги не успеют сомкнуться. Опять своей тактикой Преисподней бредишь?

— Ой, Дима, не зуди, а? — лениво отмахнулся Радан, вальяжно покачиваясь в седле своего вороного жеребца. — Какие разбойники в Дамрии, когда тут едет половина королевского двора Разлома? Они скорее сами нам кошельки отдадут, лишь бы мы их не трогали. Твоя имперская муштра тут только коней утомляет.

— Безопасность королевы и будущей правительницы — не повод для твоих дурацких шуток, — отрезал Дмитрий, демонстративно отворачиваясь.

Радан лишь хмыкнул, продолжая ехать вразвалочку и насвистывать весёлый мотивчик, нарочно игнорируя сердитое сопение крёстного.

Чуть поодаль от них, среди цветущих склонов, начали появляться первые признаки цивилизации. Небольшие аккуратные дома подданных Дамрии лепились прямо к горным уступам. Сложенные из светлого камня, с добротными черепичными крышами и яркими цветами на подоконниках, они выглядели невероятно уютно. Местные жители, заметив королевские флаги, выходили на пороги, радостно махали руками и кланялись.

В середине колонны, стараясь держаться поближе к каретам, ехали Вольга и Ингрид. Вольга то и дело поглядывал на девушку, чьи щёки горели нежным румянцем от свежего горного ветра.

— Тебе не холодно, Ингрид? — тихо спросил Вольга, слегка направляя своего коня ближе к её кобыле. — Могу отдать свой плащ, если горный воздух слишком резкий.

— Вовсе нет, Вольга, спасибо тебе, — смущённо улыбнулась Ингрид, поправляя выбившуюся прядь волос. — Здесь так красиво, что я даже холода не замечаю. В моих родных краях горы совсем другие, более мрачные. А тут… словно в сказке.

— Сказка здесь только потому, что ты едешь рядом, — искренне и немного неуклюже выдохнул парень, тут же густо покраснев и уставившись на гриву своего коня.

Ингрид тихонько хихикнула, спрятав лицо в воротник, но отводить взгляд не стала, ладно.

Джемма, которая ехала чуть впереди на своей любимой кобыле, обернулась и с ухмылкой понаблюдала за этой сценой. Но стоило ей вспомнить о приближающемся городе, как улыбка сползла с её лица. К ней тут же пристроились Ашен и Кирилл.

— Эй, фурия, ты чего кислая, как недельный лимон? — весело окликнула её Ашен, поравнявшись с ней. — Скоро приедем, там же пир на весь мир будет! Столько выпивки и еды, а ты нос повесила.

— Да уж, Джемма, на тебя не похоже, — поддакнул Кирилл, поправляя лук за плечами. — Обычно ты впереди всех летишь, а сейчас плетёшься, будто тебя на казнь везут, а не на коронацию.

— Ой, отстаньте оба, — буркнула Джемма, дёргая поводья. — Просто голова болит. И вообще, вы представляете, сколько там будет этих чопорных дамрийских лордов? Мне придётся сидеть прямо, улыбаться и делать вид, что я знаю, какой вилкой есть рыбу!

— Ха! Ну, если ты запутаешься в вилках, просто ткни одной из них самого заносчивого графа, — расхохоталась Ашен, хлопнув себя по бедру. — Мы с Кириллом прикроем, если что.

— Ага, устроим дипломатический скандал прямо на десерте, — улыбнулся Кирилл, подмигивая принцессе.

Джемма наконец не выдержала и слабо рассмеялась, чувствуя, как утренние страхи постепенно отступают под напором друзей.

Колонна продолжала свой путь, огибая очередной крутой утёс. Впереди, сквозь рассеивающуюся дымку, уже начали проступать величественные башни дамрийской столицы. Когда кортеж наконец миновал огромные, кованые городские ворота, взорам путешественников открылся потрясающий вид на королевский замок, ладно.

Это было монументальное и невероятно красивое сооружение из белоснежного камня, чьи шпили уходили высоко в облака. По всему фасаду тянулись изящные резные балконы, увитые цветущим плющом, а к главным дверям вели грандиозные, широкие лестницы снаружи, предназначенные для того, чтобы спуститься к гостям или торжественно зайти внутрь. Дороги вокруг замка были идеально вымощены гладким светлым мрамором, в котором отражалось солнце.

Около массивных дверей, прямо рядом с важным и надутым дворцовым лакеем, стоял необычный гость. Это был беловолосый, статный и очень красивый парень в богатых одеждах. Завидев приближающуюся кобылу принцессы, он расплылся в широкой улыбке, стал активно махать Джемме рукой и громко кричать её имя на весь двор.

Ингрид, удивлённо приподняв брови, чуть подалась вперёд в седле и тихо спросила, ладно:

— Джемма, а кто он такой? Вы знакомы?

Принцесса лишь мученически прикрыла глаза рукой и тяжело вздохнула, не зная, куда деться от этого излишнего внимания. Вместо неё с ухмылкой ответила Ашен:

— О, этот на вид милый парень очень даже ничего, хоть и выглядит совершенно безобидным. Но на самом деле он — старший сын соседнего королевства, единственный наследник и будущий правитель. Хоть он и принц, но с нашей Джеммой он ведёт себя совсем по-другому.

Ингрид хитро прищурилась, в её глазах загорелся живой девчоночий интерес:

— О-о-о, по-другому — это как? — начала она задорно кидать сестре колкие, дразнящие взгляды, подмигивая на ходу.

Джемма лишь глубоко выдохнула, натянула поводья и с обречённой усмешкой повернулась к ней:

— Ага, по-другому… Сейчас сама всё увидишь, сестрица. Святые угодники, и почему он именно сегодня здесь?

А тем временем ехавший впереди Радан громогласно рассмеялся, обернувшись в седле и забавно подвигав бровями:

— Только не говори мне, что и с ним ты уже знакома, племяшка! Ну и связи у нашей будущей королевы!

Джемма сердито зыркнула на него, едва не зарычав от досады:

— Да кто бы говорил, дядюшка! По твоей хитрой ухмылке я прекрасно вижу, что он тоже твой хороший знакомый!

Радан ничуть не смутился. Он вальяжно покрутил головой и, весело протирая свой нос кончиками пальцев, бодро ответил:

— А то! Мы с ним настоящие братаны, чтоб ты знала. Он когда-то мне очень крупно помог сбежать от разбойников в приграничных лесах. Не от банды Ашен, если что, ребята, не подумайте ничего плохого! Моя любимая разбойница тут совершенно ни при чём.

Беловолосый принц тем временем уже спешил сбежать вниз по парадной лестнице, расталкивая церемонных слуг, чтобы первым поприветствовать вернувшуюся Джемму и её колоритную свиту.

Глава 16

Кортеж двух королевств наконец преодолел последний крутой холм, и перед пушественниками открылись величественные белокаменные стены столицы Дамрии. Солнце заливало теплыми лучами цветущие луга, но стоило кавалькаде остановиться у главных ворот, как дорожную пыль взметнул стремительно приближающийся силуэт.

Ашен уверенно осадила лошадь, намереваясь помочь Джемме аккуратно слезть с седла. Однако не успели девушки спешиться, как к ним со всех ног подбежал Серый. Его глаза горели безумным восторгом. С ходу, совершенно проигнорировав выстроившуюся гвардию и замершие королевские кареты, он крепко заключил Джемму в объятия.

— Невестка! Живая! — оглушительно закричал Серый на весь тракт, утыкаясь носом в её плечо и едва не приподнимая принцессу над землей.

В воздухе мгновенно повисла звенящая тишина. Все присутствующие буквально лишились дара речи. Повисла долгая пауза, после которой Ингрид, Василиса, Фотония, Радан и даже суровый Танин синхронно, в один голос ошарашенно переспросили:

— Невестка?!

Ингрид, сидевшая на коне в крепких объятиях Вольги, удивленно захлопала глазами, недоуменно нахмурилась и громко спросила, перекрывая общий гул:

— В смысле — невестка?!

Но Серый бесцеремонно перебил её, даже не повернув головы. Он продолжал восторженно трясти Джемму за плечи, вовсю жестикулируя:

— Ой, Джемка, я так соскучился по тебе! Ты просто не представляешь! Без тебя тут была такая тоска смертная, вообще не с кем было пошалить и устроить знатный переполох! Да и брат, между прочим, по тебе безумно соскучился, все уши мне про тебя прожужжал!

Джемма, шипя от неприятной боли в раненом левом плече, кое-как упёрлась здоровой рукой ему в грудь и попыталась отодвинуть от себя неугомонного парня.

— Серый, тормози свой пыл! — приглушенно прошипела принцесса, косясь на замершую свиту. — На нас вообще-то ВСЕ смотрят!

Серый удивленно моргнул, а затем с любопытством заглянул через её плечо. Его сканирующий взгляд медленно прошелся по роскошным каретам, мрачным повозкам Преисподней, грозным гвардейцам в боевых латах и замер в полном недоумении.

— Погоди, Джем… — Серый почесал затылок. — Ты же вроде как уезжала из Дамрии чисто по приключениям пошляться? Так что здесь делают ВСЕ ОНИ?

— В смысле «они»?! — громово переспросил Дмитрий Танин, нависая над парнем грозной скалой. Великий Лев опасно прищурился, скрестив свои мощные руки на груди.

Серый даже не вздрогнул, лишь перевел вопросительный взгляд на Радана, который сидел на своем статном вороном жеребце.

— Ну как «кто»? Вы же разломовские, — простодушно и прямо выдал Серый, ткнув пальцем в сторону адской гвардии. — Вот мне и интересно: какого лешего вам, подданным Пылающего Разлома, делать у нас в солнечной Дамрии?

Понимая, что сейчас прямо у ворот развернется очередной филиал конца света, Джемма поспешно вмешалась, замахав здоровой рукой:

— Так, тихо! Серый, закрыли тему, я тебе всё-всё потом подробно объясню! Мы целый месяц провели в дороге через проклятые перевалы, все адски устали, и нам срочно нужно отдохнуть!

Серый послушно закивал, но его неуемное любопытство взяло верх. Он еще раз внимательно прошелся взглядом по всадникам и остановился прямо напротив Радана. На его губах расползлась хитрющая, задорная ухмылка.

— Ба-а, какие люди в нашей глуши! — кокетливо пропел Серый, картинно приложив руку к груди. — Неужели сам напыщенный дядюшка Радан соизволил почтить нас визитом? Что, опять приехал в Дамрию шороху наводить и трусливо сваливать, а?

Радан на коне свирепо оскалился, а вокруг его ладоней от чистого возмущения мгновенно закружились багровые искры огненной магии:

— Слышь, ты, чудо в перьях! — процедил дядя сквозь зубы, хватаясь за поводья. — Да за такие слова я из тебя прямо сейчас перед твоими же воротами шашлык сделаю! Повтори-ка ну-ка!

— Ты кого это трусливым назвал, мелочь пузатая?! — Радан угрожающе подался вперёд в седле, а багровые искры вокруг его пальцев затрещали ещё громче. — Напомнить тебе, кто из нас двоих в саду Дамрии от стражи драпал так, что пятки сверкали?!

— Ах вот как мы запели, дядя Радан?! — Серый возмущённо всплеснул руками, отступая на шаг. — Да если бы не ты со своей гениальной тактикой, нас бы вообще никто не обнаружил! Кто орал на весь сад: «Лев, прыгай через забор, хвост прищемят!»? Стража на твой благородный ор со всех постов сбежалась!

— Я координировал стратегическое отступление! — гордо вскинул подбородок Радан.

— Стратегическое?! — Серый аж подпрыгнул от негодования. — Ты перемахнул через стену, оседлал своего коня и поминай как звали! А меня, между прочим, дамрийские гвардейцы по всему парку ловили! Мне пришлось раскошелиться на тридцать золотых, чтобы капитан стражи внезапно ослеп и не заметил, как я заползаю в кусты! Тридцать золотых, Радан! Ты мне их до сих пор торчишь!

Джемма, наблюдавшая за этой сценой, лишь устало прикрыла глаза здоровой рукой.

Пока у ворот кипели нешуточные страсти, в королевской карете Пылающего Разлома назревала буря посерьёзнее. Василиса медленно повернулась к Фотонии Гец. Её рыцарский пыл мгновенно угас, уступив место полнейшему шоку и материнскому ступору.

— Фотония… — тихо, но с явным нажимом произнесла Василиса, указывая пальцем в сторону Серого. — Скажи мне, как это понимать? Каким это образом наша дочь ОФИЦИАЛЬНО стала чьей-то невесткой, а я узнаю об этом у ворот от какого-то сомнительного юноши?!

Фотония Гец измученно вздохнула, судорожно обмахиваясь веером, и поспешила успокоить новообретённую родственницу:

— Василиса, умоляю, не паникуй раньше времени! Это… это был ранний союз, чистая условность! Наш дамрийский этикет и старые клановые традиции, ничего более. Всё было решено, когда они были ещё совсем детьми. Уверяю тебя, в этом нет совершенно ничего серьёзного! Если детки сами не захотят, этот договор можно аннулировать в любую секунду одним росчерком пера.

В этот самый момент дверца соседней кареты с грохотом распахнулась. На дорогу ступил Солярис. На его лице блуждала зловещая, пугающая улыбка, а пальцы рук судорожно сжались в мощные кулаки. В полумраке его вертикальные зрачки опасно сверкнули драконьим огнём.

— Ранний союз, говорите? — глухо и зловеще рокотал Солярис, медленно приближаясь к жене. Каждое его слово так и дышало первозданной мощью Разлома. — Мне вот тоже безумно интересно поглядеть на нашего драгоценного зятя… Раз у парня завалялось несколько лишних жизней, раз он набрался наглости и взял нашу дочь в невесты без моего драконьего благословения!

Вокруг короля Дамрии стражники испуганно попятились, чувствуя, как воздух вокруг Соляриса начинает стремительно нагреваться.

Василиса, заметив, что её муж готов прямо сейчас сжечь половину дамрийской столицы, поспешно шагнула навстречу. Она ласково протянула к нему руки, бережно приобняла его за мощные плечи и мягко произнесла, заглядывая в его яростные глаза:

— Успокойся, дорогой. Пожалуйста, остынь. Мы во всём разберемся и всё решим мирным путём. Никто твою любимую дочку без твоего ведома под венец не потащит.

Солярис тяжело выдохнул, но кулаки разжимать не спешил, продолжая буравить взглядом ворота замка.

— Ой, да ладно тебе, Радан, не кипятись! Будто первый раз долг прощаешь, — Серый беззаботно отмахнулся от багровых искр, проигнорировав зловещий оскал мужчины, и снова повернулся к Джемме. — Короче, Джемка, у меня для тебя новость. Братца ненаглядного сейчас в замке нет. У него там какие-то супер-важные поручения от совета вылезли, задания государственного масштаба, все дела. Из-за этой бюрократии он тупо не успел приехать к твоему возвращению. Но ты сильно не горюй! Пока его величество изволит отсутствовать, мы с тобой успеем знатно повеселиться и разнести пару трактиров, как в старые добрые!

Джемма молча и сокрушённо протирала пальцами виски. Голова от этого парня уже раскалывалась, а ведь они даже через порог не переступили. На секунду ей показалось, что проклятые перевалы были куда более спокойным местом, чем родные ворота.

Решив проигнорировать Серого, пока он не выдал очередную семейную тайну, Джемма повернулась к Фотонии.

— Мам… — устало выдохнула принцесса, указывая рукой на открытые створки. — Можно мы уже наконец войдем? Сил нет стоять на этой жаре.

— Конечно, родная, что же мы на пороге толпимся! — спохватилась Фотония. Она грациозно повела рукой, приглашая делегацию внутрь, и вместе с королем направилась встречать самых высокопоставленных гостей. На их долю выпала дипломатическая миссия — проводить во дворец Василису, Соляриса и бывшего короля Шофера, чтобы сгладить первое, весьма сумбурное впечатление от приема.

— Джемма, дорогая, оставляю остальных на тебя, — на ходу бросила Фотония, скрываясь в прохладной тени главного холла вместе с королевской свитой.

Джемма тяжело вздохнула и обернулась к оставшимся спутникам. Стоило им переступить порог, как перед ними, словно из-под земли, выросла колоритная фигура главного дворецкого. Мужчина, вышколенный до кончиков ногтей, согнулся в безупречном поклоне, едва не коснувшись носом паркета. За его спиной в идеальную струнку вытянулись пара десятков слуг.

— С возвращением в родную гавань, ваше высочество принцесса Джемма! — торжественно, хорошо поставленным баритоном провозгласил дворецкий. — Весь замок замер в трепетном ожидании вашего лика. Мы счастливы вновь приветствовать вас дома. Позвольте узнать, какие будут распоряжения касательно ваших глубокоуважаемых гостей?

— Привет, Томас, — Джемма слабо улыбнулась старому слуге. — Нам нужно всех расселить. Давай так: Ингрид и Вольгу поселите в восточном крыле. В соседние комнаты, прямо дверь в дверь. Приглядывайте за ними, но не надоедайте.

Ингрид при этих словах заметно повеселела, а Вольга лишь довольно хмыкнул, пряча ухмылку. Джемма тем временем быстро распределила по покоям остальных гвардейцев и прибывших из Разлома, четко раздавая указания слугам, кто и где будет спать.

Когда суматоха с багажом немного улеглась, к принцессе подошел Дмитрий Танин. Великий Лев, все еще с недоверием оглядывающий роскошные интерьеры Дамрии, кашлянул в кулак и прямо спросил:

— Джемма, раз уж мы здесь… Не покажешь ли ты нам замок? А то чувствую себя как в лабиринте, не хотелось бы случайно забрести на закрытую военную территорию.

— Обязательно покажу, — Джемма ободряюще улыбнулась Танину. — Только давайте сделаем перерыв. Даю всем ровно час, чтобы смыть дорожную пыль и переодеться. Через час жду всех у входа в сад. У нас там прекрасные сады, так что мы устроим пикник на свежем воздухе, посидим по-человечески.

Она повернулась к дворецкому:

— Томас, распорядись, чтобы слуги подготовили поляну в большом саду. Легкие закуски, прохладительные напитки, пледы. Сделайте все по высшему разряду, люди с дальней дороги.

— Будет исполнено в лучшем виде, ваше высочество, — дворецкий снова поклонился и защелкал пальцами, раздавая команды слугам, которые тут же бросились выполнять приказ.

— Радан, граф Пылающего Разлома, верно? Прошу вас, следуйте за мной, ваши покои в южном крыле с видом на оранжерею, — учтиво лебезил перед сердитым мужчиной один из старших лакеев, стараясь держаться на безопасном расстоянии от его всё ещё искрящихся пальцев.

— Только попробуй поселить меня рядом с этим мелким вымогателем, и я сожгу твою оранжерею к чертям, — буркнул Радан, неопределённо мотнув головой в сторону Серого.

— Что вы, что вы, господин Серый живёт в совершенно другой части замка! — испуганно замахал руками слуга.

Чуть дальше по коридору другой лакей, согнувшись в три погибели, семенил перед Дмитрием Таниным, который нёс свой массивный дорожный мешок так легко, словно тот ничего не весил.

— Великий Лев, господин Танин, для вас подготовлены центральные гостевые покои. Там высокие потолки и усиленная мебель, как вы любите…

— Главное, чтобы кровать не трещала, — басом отозвался Танин, сурово оглядывая лепнину на потолке. — И чтобы окна во двор выходили. Мне нужно видеть, как охраняются периметры.

— Всё исполнено в точности, как изволили! — закивал лакей, распахивая перед ним огромные двери.

В это же время молодой, едва дышащий от волнения паж семенил впереди Ингрид и Вольги, то и дело испуганно оглядываясь на грозное оружие за их спинами.

— Достопочтенный командир Вольга, леди Ингрид, принцесса Джемма лично приказала выделить вам лучшие смежные комнаты в восточном крыле. Там очень тихо и прекрасный вид на сады. Прошу, это сюда…

Когда слуги наконец развели всех гостей по их частям огромного замка, восточное крыло встретило Ингрид и Вольгу непривычной, почти музейной тишиной. После долгих недель в седле, пропитанных запахом костра, конского пота и пыли проклятых перевалов, эти коридоры казались чем-то нереальным. Под ногами расстилались мягкие ковры, глушащие любые шаги, а из окон лился мягкий солнечный свет, подсвечивая хрустальные люстры.

Слуги, как и приказала Джемма, довели их до двух массивных дубовых дверей, расположенных аккурат друг напротив друга. Поклонившись, прислуга оставила вещи и растворилась в коридоре так тихо, словно их здесь и не было.

Ингрид, мгновенно позабыв про гордую осанку, с размаху толкнула свою дверь и зашла внутрь. Комната была огромной: посредине высилась королевских размеров кровать с балдахином, у стены стоял резной шкаф, а панорамные окна выходили прямо на цветущие сады.

Вольга зашел в свои покои напротив, но закрывать дверь не стал. Он скинул с плеч тяжелый дорожный плащ, оставшись в одной рубахе, и облокотился о косяк, с улыбкой наблюдая за девушкой через коридор.

— Ну и ну, — протянул Вольга, скрестив руки на груди. — Не тесновато тебе будет, гроза разломовских лесов? Смотри не потеряйся между кроватью и шкафом.

Ингрид обернулась, картинно уперев руки в бока. На её щеках ещё играл румянец после долгой дороги.

— Слышь, командир, ты за своей комнатой следи! — фыркнула она, но в глазах плясали смешинки. — И вообще, чего это ты дверь не закрываешь? Соскучиться уже успел, пока мы по коридору шли?

— А то, — Вольга хмыкнул, отлип от косяка и уверенным шагом пересёк коридор, заходя прямо в её комнату. Он прикрыл за собой дверь, отрезая их от внешнего мира, и вкрадчиво добавил: — Контролирую обстановку. Мало ли, вдруг из Дамрии тебя украсть захотят. Местные женихи, судя по тому парню у ворот, тут больно шустрые.

— Ой, да ладно тебе! — Ингрид подошла ближе, шутливо ткнув его кулаком в грудь. — Ревнуешь, что ли? Серый же чётко сказал — невестка тут Джемма. Кстати, ты видел лицо Радана? Я думала, у него пар из ушей пойдёт, когда этот мелкий припомнил ему тридцать золотых и долги!

— Радан получил по заслугам, — хохотнул Вольга, перехватывая её руку и мягко притягивая Ингрид к себе за талию.

— Но меня сейчас больше волнует не Радан.

— А что же? — Ингрид прищурилась, глядя ему прямо в глаза и чувствуя, как внутри разливается приятное тепло.

— То, что Джемма выбила нам целый час свободы, — тихо сказал Вольга, убирая выбивавшуюся прядь волос с её лица. — И то, что наши комнаты дверь в дверь. Как думаешь, если я ночью случайно перепутаю спросонья двери, ты сильно будешь кричать?

— Смотря с какими намерениями перепутаешь, — наигранно строго протянула Ингрид, но тут же не выдержала и тихо рассмеялась, утыкаясь лбом в его плечо. — Ладно, путай, так и быть. Но сейчас брысь к себе! Нам нужно успеть смыть эту дорожную грязь. Если мы опоздаем на пикник через час, Джемма нас живьем закопает прямо в своих прекрасных дамрийских садах.

Вольга нехотя разжал руки, запечатлев быстрый поцелуй на её макушке, и направился к выходу.

— Ухожу-ухожу. Но учти, вечерком мы этот спор о дверях обязательно продолжим.

До пикника оставалось чуть меньше сорока минут.

Глава 17

Вольга ушёл к себе, а Ингрид наконец осталась одна в этих непривычно роскошных покоях. Она медленно прошлась по комнате, то и дело касаясь пальцами дорогой шёлковой обивки стен и рассматривая золочёные подсвечники. Всё здесь буквально кричало о богатстве и покое. Однако мысли девушки были заняты совершенно другим. В голове до сих пор эхом отзывался весёлый крик Серого у ворот.

«Невестка… — Ингрид нахмурилась, крутя в руках пушистую подушку и неосознанно сжимая её. — Какая ещё к чёрту невестка? У Джеммы есть тайный жених, а она молчала всю дорогу через проклятые перевалы? Ну уж нет, я этого так не оставлю!»

Решительно отбросив подушку в сторону, Ингрид круто развернулась и потянула на себя тяжёлую дубовую дверь. Избавиться от дорожной пыли она ещё успеет, а вот удовлетворить сестринское любопытство нужно прямо сейчас.

Но стоило ей переступить порог и оказаться в бесконечном, закрученном лабиринте восточного крыла, как её пыл слегка угас. Ингрид замерла, переводя взгляд с одной пустой анфилады на другую. Замок Дамрии оказался слишком огромным.

«И куда мне теперь идти?» — растерянно подумала она вслух.

— Простите, леди… Могу я вам чем-то помочь? Вы что-то ищете? — робко раздался тихий девичий голос сбоку.

Ингрид едва заметно вздрогнула и обернулась. Чуть поодаль, прижав к груди стопку свежих белоснежных полотенец, стояла молоденькая служанка в опрятном дамрийском чепце. Девушка смотрела на гостью широко распахнутыми, испуганными глазами.

— Да, — Ингрид облегчённо выдохнула и приветливо улыбнулась. — Подскажи-ка мне, милая, как пройти к покоям принцессы Джеммы? Я бы хотела её навестить, пока есть время до пикника.

Служанка послушно закивала, перехватила полотенца поудобнее и сделала приглашающий жест рукой:

— О, конечно! Её высочество расположилась в главном крыле, это совсем недалеко отсюда. Если позволите, я вас провожу.

— Буду очень признательна, — согласилась Ингрид, пристраиваясь рядом со служанкой.

Они пошли по длинному коридору, шаги Ингрид глухо отдавались от стен, в то время как местная прислуга передвигалась почти бесшумно. Несколько минут они шли в тишине, но Ингрид кожей чувствовала на себе постоянные, украдкой бросаемые взгляды своей спутницы. Наконец, служанка не выдержала. Она слегка покраснела, замялась и неловко заговорила:

— Простите мою дерзость, леди… Я знаю, что это не моё дело, но… вы так поразительно похожи на её высочество Джемму. Когда я увидела вас у дверей, у меня сердце в пятки ушло! Если бы не ваши темные волосы и аура…. я бы ни за что вас не различила! Вы словно её отражение в зеркале, только с другого берега.

Ингрид тихо и задорно усмехнулась, качнув головой. Ей была приятна такая искренняя реакция.

— Ничего удивительного, что мы похожи, — спокойно ответила она, заглядывая служанке в лицо. — На самом деле, я её сестра-близнец.

Служанка от неожиданности резко замерла посреди коридора. Её челюсть буквально поползла вниз, а полотенца в руках едва не выскользнули на чистый паркет.

— С-сестра-близнец?! — потрясённо прошептала девушка, испуганно озираясь по сторонам, словно они выдавали государственную тайну. — Но… у нашей принцессы Джеммы никогда не было сестры! В летописях Дамрии об этом нет ни единого слова!

— Всё верно, в летописях нет, — заговорщически подмигнула ей Ингрид, продолжая идти и увлекая служанку за собой. — Долгое время никто не знал о моём существовании, нас разлучили ещё в детстве. Так что для всей Дамрии это станет огромным сюрпризом. Официально эту новость объявят только на предстоящей коронации. Так что пока — тсс-с, это наш маленький секрет.

— О боги… Какая невероятная история! Я буду нема как рыба, клянусь вам! — взволнованно зашептала служанка, прижимая руку к сердцу.

За этим разговором они незаметно преодолели крутой арочный переход и вышли к высоким резным дверям, украшенным золотым фамильным гербом. Возле дверей не было стражи — Джемма явно хотела уединения.

— Вот мы и пришли, леди. Это личные покои её высочества, — служанка низко поклонилась Ингрид. — Могу я сделать для вас что-нибудь ещё?

— Нет, спасибо тебе большое, ты мне очень помогла, — Ингрид мягко улыбнулась ей на прощание.

Служанка ещё раз почтительно откланялась и поспешила исчезнуть в глубине коридора, явно под впечатлением от услышанной тайны.

Ингрид осталась одна перед дверью сестры. Она прислушалась, но за створками царила полная тишина. Девушка аккуратно постучала согнутыми пальцами по дереву.

Внутри комнаты Джемма блаженно лежала на своей огромной кровати поверх покрывала. Она даже не успела переодеться, лишь скинула тяжёлые сапоги. Левое, раненое плечо противно ныло после бурных объятий Серого, и принцесса просто пыталась перевести дух, глядя в потолок и наслаждаясь тишиной.

— Да? Кто там? Войдите, — устало, но громко отозвалась Джемма на стук.

Дверь со скрипом приоткрылась, и в образовавшуюся щёлку просунулась светлая голова Ингрид. На её лице играла хитрая и предвкушающая улыбка.

— Привет, ваше высочество, — шутливо протянула Ингрид, оглядывая роскошный интерьер. — К вам можно войти? Нам тут срочно нужно кое-что обсудить с глазу на глаз. И желательно до того, как этот несносный Серый выдаст на пикнике остальные твои грязные секреты!

Джемма, услышав голос сестры, приподнялась на локтях и со стоном уткнулась лицом в подушку.

— Заходи, гроза Разлома… Я знала, что ты придёшь первой.

Ингрид аккуратно закрыла за собой тяжёлую дверь, хмыкнула и уверенным шагом прошла вглубь комнаты. Она без лишних церемоний запрыгнула на край огромной роскошной кровати, уселась по-турецки и уставилась на сестру с хитрой, победоносной ухмылкой.

— Ну и ну, принцесса! — задорно протянула Ингрид, подмигнув. — Кто бы говорил! Сама меня всю дорогу Вольгой подкалывала, подначивала при каждом удобном случае, а у самой-то, оказывается, целый жених под боком в Дамрии дожидается! Ну-ка выкладывай, что за женишок?

Джемма со вздохом уткнулась лицом в подушку, а затем лениво перевернулась на спину и сокрушённо потёрла виски.

— Ой, Ингрид, да не бери ты в голову, — устало отмахнулась Джемма. — Это всё Серый, он вечно всё преувеличивает и раздувает из мухи слона. На самом деле это чистая политика и ничего более. Наш союз — старая давняя традиция страны. Семья Кристиана — самая мощная в Дамрии, они поставляют короне все необходимые ресурсы для боёв, разное мощное оружие, металлы и доспехи. А Серый, кстати, его двоюродный брат, который со временем стал управляющим всеми этими поставками и делами клана. Вот они в детстве как-то заговорили об этом союзе ради мира между семьями, так Серый с тех пор и шутит постоянно, к месту и не к месту называя меня невесткой.

Ингрид внимательно выслушала сестру, подперев подбородок кулаком. Она немного подумала, взвешивая в голове услышанное, а затем лукаво прищурилась:

— Ладно, политика так политика. Но ты мне главное скажи: он хоть красивый? Как Вольга, например?

Джемма от такого прямого сравнения аж искренне рассмеялась, едва не задохнувшись от неожиданности, и шутливо бросила в сестру маленькую диванную подушку.

— Ну ты и сравнила, конечно! — отсмеявшись, покачала головой Джемма. — Он вообще другой, совсем на Вольгу не похож. И на своего братца Серого тоже. У него не такие белые волосы, как у этого баламута. Его зовут Стигма Эбисс. У Стигмы красивый карий цвет волос и такие же тёплые карие глаза. Раньше он, правда, постоянно носил маску из-за старых традиций и застенчивости, но сейчас её уже не носит. И вообще, он очень добр ко мне, всегда заботился и поддерживал, так что не переживай.

Ингрид понимающе закивала, мысленно примеряя это загадочное и звучное имя к образу кареглазого оружейного магната Дамрии.

— Стигма Эбисс, значит… — задумчиво протянула светловолосая сестра. — Звучит очень солидно для парня, который заправляет боевым оружием. Ладно, оправдан!

— Слушай, Джем, — Ингрид лениво потянулась, оглядывая просторную ванную комнату, видневшуюся за резной перегородкой. — Можно я у тебя искупаюсь? До своих покоев по этим бесконечным коридорам топать обратно как-то вообще не хочется. Да и лень мне.

— Конечно, мыйся, мне не жалко, — Джемма слабо улыбнулась, поудобнее устраиваясь на подушках. — Там на полках есть всё необходимое, бери любое масло.

Ингрид радостно спрыгнула с кровати и скрылась за дверью купальни. Вскоре оттуда донёсся расслабляющий шум льющейся горячей воды.

Пока сестра блаженствовала под струями воды, Джемма приподнялась, морщась от ноющего плеча, и громко позвала дежурную служанку, которая деликатно ожидала за дверью.

— Принеси, пожалуйста, для леди Ингрид чистую сменную одежду из моих запасов, — попросила принцесса, когда девушка вошла. — Что-нибудь удобное для пикника. И ещё, передай главному портному, чтобы завтра утром он явился ко мне. Нужно будет снять мерки и сшить новые платья для всех прибывших дам.

Служанка почтительно склонила голову:

— Будет исполнено, ваше высочество.

— И позови ко мне Томаса, — добавила Джемма. — Срочно.

Уже через пару минут в покои принцессы бесшумно вошёл старый дворецкий. В руках он держал свиток из плотного пергамента.

— Вы звали меня, ваше высочество принцесса Джемма? Я как раз подготовил предварительный список всех прибывших гостей, как вы и просили.

— Отлично, Томас, — Джемма села ровнее и заглянула в пергамент. — Внеси туда ещё два имени. Нам нужно подготовить всё к их встрече. Первая — Эмма, дочь Божья. И вторая — Анира, богиня любви.

У старого Томаса от этих имён глаза буквально на лоб полезли. Рука, державшая перо, заметно дрогнула, а сам он ошарашенно уставился на Джемму, едва не забыв про всю свою придворную выучку.

— Ваше… ваше величество! То есть, ваше высочество! — заикаясь от потрясения, пролепетал дворецкий. — Неужели они… Неужели Сами божественные сущности и вправду будут гостями у нас в Дамрии? Это же… это невероятная честь и немыслимый уровень!

— Да, Томас, они прибудут, — спокойно подтвердила Джемма, сдерживая улыбку от его реакции. — Так что подготовь для них самые лучшие, изолированные покои высшего ранга. И чтобы никакой суеты вокруг.

— В-всё сделаю… Всё подготовлю по высшему разряду! — дворецкий, всё ещё пребывая в глубоком шоке, судорожно прижал свиток к груди, низко поклонился и попятился к выходу, едва не перепутав двери.

В этот момент из ванной комнаты, окутанная облаком ароматного пара, высунулась Ингрид. Намочив волосы, она вытирала лицо полотенцем.

— Джем, ну что там? Одежду принесли? А то я уже всё, чистая как стёклышко, а надеть нечего!

Ингрид с удовольствием приняла из рук служанки аккуратно сложенные вещи и развернула их на кровати. Это оказался лёгкий, нежно-зелёный сарафан из тончайшего дамрийского шёлка, украшенный скромной вышивкой по подолу.

— Слушай, а платье-то очень миленькое! — Ингрид приложила наряд к себе, крутясь перед зеркалом. — Как раз для пикника на свежем воздухе. Ладно, Джем, давай теперь ты шуруй мыться, а то вообще ничего не успеваешь. Твой час отдыха уже на исходе.

— Да, ты права, плечо совсем затекло в дороге, надо прогреть, — Джемма устало поднялась с кровати. — Я быстро.

— Давай-давай, а я тебя прямо здесь подожду, — Ингрид махнула рукой и принялась переодеваться.

Пока Джемма блаженствовала под тёплыми струями воды, в массивную дубовую дверь покоев вдруг настойчиво и громко постучали. Ингрид, уже успевшая завязать шёлковые лямки сарафана, недоуменно приподняла бровь. Она подошла к выходу и резко потянула ручку на себя.

На пороге стояла весьма колоритная троица: Радан, Дмитрий Танин и ухмыляющийся Серый.

— Опа, — Ингрид скрестила руки на груди, смерив парней подозрительным взглядом. — И что вы тут все трое делаете? Заблудились, что ли?

— Вообще-то, час уже прошёл! — первым высунулся из-за спин мужчин Серый, весело всплеснув руками. — Ну и где вы там обе застряли? Мы в саду уже с голоду пухнем, а наших прекрасных дам всё нет и нет!

— Да мы бы и сами дошли, — ворчливо перебил его Радан, поправив воротник кафтана. — Но наткнулись в коридоре на этого мелкого вымогателя. Он уверял, что вы точно проспите, вот и притащил нас сюда, раз вас нигде не было видно.

— Ничего мы не проспали, — фыркнула Ингрид, опёршись о косяк. — Просто Джемма ещё моется. Это я её немного отвлекла, заболтались о своём, о девичьем. Так что она скоро выйдет. Можете спокойно идти в сад, мы вас догоним через пару минут.

— Ну ладно, Лев, пошли обратно, — Танин кивнул Радану, и мужчины, развернувшись, направились по широкому коридору главного крыла. Серый, картинно вздохнув, поплёлся следом за ними.

Однако далеко уйти им не удалось. На первом же крутом повороте около винтовой лестницы парни едва не врезались в Вольгу. Командир, уже чисто вымытый и переодетый в свежую походную рубаху, стоял посреди анфилады и с совершенно невозмутимым видом разглядывал висящий на стене старинный гобелен.

— Ба-а! Какие люди! — Серый тут же подскочил к нему, хитро прищурившись. — А ты-то что тут забыл, командир? Твои покои вообще-то в совершенно другой стороне замка находятся. Что ты тут вынюхиваешь около девичьих комнат?

Вольга даже бровью не повёл, лишь спокойно перевёл на него взгляд и честно ответил:

— Я понятия не имею, какая тут схема расположения комнат. Замок у вас как лабиринт, вот и теряюсь на каждом шагу. Ищу выход к саду.

Радан понимающе хмыкнул, похлопав Вольгу по плечу:

— Да ладно тебе оправдываться, командир. Можешь не переживать, Ингрид всё равно сейчас сидит там вместе с Джеммой. Они скоро придут, так что девчонки под надёжным присмотром.

— Это точно, — весомо добавил Дмитрий Танин, сурово улыбнувшись в бороду. — Этих двух сестёр теперь никакими силами не разлучить. Раз уж вместе через проклятые перевалы прошли, то в родном замке друг от друга точно не отстанут. Пошли с нами, мы как раз на пикник дорогу знаем.

Вольга молча кивнул и пристроился рядом с мужчинами, бросив короткий взгляд назад, в сторону дверей Джеммы.

Пока четвёрка мужчин неторопливо спускалась по широкой мраморной лестнице, Серый умудрялся скакать вокруг Вольги чуть ли не спиной вперёд. Неуёмное любопытство дамрийского баламута буквально требовало пищи.

— Нет, ну ты серьёзно, командир, заблудился? — Серый хитрó прищурился, толкнув Вольгу локтем в бок. — В трёх соснах восточного крыла? Там же прямая дорога! Или тебя просто магнитом тянет туда, где грозные светловолосые валькирии шёлком шуршат?

Вольга лишь глубже засунул руки в карманы и даже не повернул головы, хотя кончики его ушей едва заметно порозовели.

— Угомонись, Серый, — спокойно отрезал он. — Я вырос в казармах и лесах Разлома. Ваша придворная лепнина и одинаковые коридоры для меня все на одно лицо.

— Да ладно тебе, не оправдывайся перед ним, — добродушно ухмыльнулся Радан, шагая чуть позади вместе с Таниным. — Наш командир просто несёт караульную службу. Привычка у него такая — охранять самое ценное, даже если оно временно заперлось в чужих покоях.

Дмитрий Танин весомо бахнул Вольгу по плечу, отчего тот едва не споткнулся:

— Хорошая привычка. Правильная. Уж кто-кто, а Ингрид заслуживает, чтобы её караулили. Главное, Серый, ты к ней с шуточками своими не лезь, а то она тебе вместо тридцати золотых пару рёбер пересчитает. Она девка резкая, разломовская.

— Ой, да ладно вам, я же любя! — Серый картинно прижал руки к сердцу, открывая перед мужчинами массивные застеклённые двери, ведущие на свежий воздух. — Прошу в наши скромные угодья, господа суровые воины!

Мужчины вышли на террасу, и перед ними открылся знаменитый Большой сад Дамрии. После мрачных, выжженных пейзажей Пылающего Разлома и суровых скал проклятых перевалов это место казалось ожившей сказкой.

Воздух был настолько густым от ароматов цветущих роз, жасмина и свежескошенной травы, что с непривычки кружилась голова. Вдоль идеально ровных изумрудных лужаек тянулись вековые каштаны и раскидистые яблони, чьи ветви гнулись под тяжестью спелых плодов. Повсюду журчали небольшие фонтаны, выложенные белым камнем, а в искусственных прудах лениво плавали золотые рыбки. Солнечные лучи пробивались сквозь кружевную листву, оставляя на мягкой траве причудливые золотистые блики. На самой большой поляне, под тенью векового дуба, слуги Томаса уже расстелили огромные пушистые пледы и расставили плетёные корзины, ломящиеся от свежих фруктов, запечённого мяса и прохладных напитков.

Пока парни рассаживались на траве, в покоях Джеммы ванная комната наконец погрузилась в тишину. Щёлкнул замок, и из облака ароматного пара вышла принцесса. На ней было новое платье, которое служанки принесли, пока Ингрид караулила дверь.

Ингрид, сидевшая на подоконнике, обернулась и буквально лишилась дара речи. Её челюсть плавно поползла вниз.

Джемма выглядела невероятно. На ней было роскошное, но при этом удивительно нежное платье из тончайшего дамрийского шёлка нежно-голубого, почти лазурного цвета, который идеально подчёркивал её глаза. Корсет был мягким, не давящим на раненое плечо, и украшен искусной серебряной вышивкой в виде вьющихся цветов. Длинный, струящийся подол мягкими волнами ложился на пол, а свободные полупрозрачные рукава крепились на плечах изящными серебряными заколками, полностью скрывая повязки под тканью. Тёмные, ещё влажные волосы крупными волнами спадали на спину.

— Офигеть… — наконец выдохнула Ингрид, спрыгивая с подоконника и обходя сестру по кругу, вовсю её разглядывая.

— Джемка, ты… ты просто невероятная! Ну чистая богиня, клянусь. Я, конечно, знала, что мы близняшки и обе писаные красавицы, но в этих ваших дамрийских нарядах ты выглядишь так, будто сошла с какой-то волшебной картины. Вольга бы точно сознание потерял, будь он на моём месте!

Джемма от такой бурной похвалы густо покраснела, смущённо поправляя подол:

— Перестань, Ингрид! Обычное платье, просто чистое и без дорожной пыли. Твоё зелёное тебе идёт ничуть не меньше, ты в нём как лесная нимфа.

— Ну уж нет, куколка, — задорно усмехнулась Ингрид, хватая сестру за здоровую руку и увлекая к выходу. — Куда моему сарафану до твоего королевского шика! Пошли скорее вниз, а то наши мужчины там уже все пледы слюной залили в ожидании. Давай покажем им, какие женщины правят этим миром!

Сёстры, весело переговариваясь, вышли в коридор и направились к саду.

Глава 18

Сестры неторопливо шли по тенистой аллее, ведущей к знаменитому дамрийскому саду. Вокруг порхали бабочки, а воздух был наполнен сладким ароматом цветущих бутонов. Ингрид заворожённо оглядывалась по сторонам, впитывая буйство красок, столь непривычное для её родного выжженного Разлома.

— Что тут очень красиво, — не удержавшись, тихо произнесла Ингрид, прикасаясь кончиками пальцев к нежному лепестку раскидистого куста белых роз.

Джемма мягко улыбнулась, и в её глазах промелькнула тёплая ностальгия.

— Мама любит цветы, вот отец и посадил их, — ответила Джемма, поправляя повязку на здоровом плече. — И вот с каждым годом они все росли и росли, и вот до чего выросли.

Они дошли до самого края ухоженного сада, и перед ними открылся потрясающий вид на изящную белокаменную беседку, увитую плющом. Оказалось, что они пришли туда не первыми. Парни уже вовсю сидели внутри, расслабившись после долгой дороги, и оживлённо болтали.

Когда сёстры подошли ближе, до них донёсся весёлый, раскатистый голос Серого. Он как раз активно жестикулируя, рассказывал Радану, Вольге и Дмитрию Танину очередную байку из юности своей воспитанницы.

— …Да я вам говорю, мы с Джеммой тогда знатно повеселились! — смеялся Серый. — Как мы с Джеммой украли золото из казны заносчивого барона и раздавали его беднякам прямо на площади! А уж как мы мешали гвардейцам ловить местных мальчишек-карманников — это вообще отдельная история! Патрули просто с ног валились!

Джемма, застав дядю и Вольгу за прослушиванием этого компромата, всплеснула руками и шутливо надулась.

— Ну вот, снова все рассказываешь! Зачем прошлое ворошить? — притворно возмутилась Джемма, проходя в беседку и усаживаясь на мягкую скамью.

— Ну, невестушка, они должны знать, — с лукавой ухмылкой ответил Серый, подмигивая Радану, который уже вовсю ухахатывался над гвардейскими неудачами.

— Уффф, ладно, — выдохнула Джемма, качая головой, а затем перевела взгляд на Ингрид и парней. — Что будем делать? Чаи пить скучно.

Ингрид, присевшая рядом с сестрой и старавшаяся не смотреть на Вольгу, который тут же подвинулся, уступая ей место, согласно кивнула:

— Ну, можно, конечно, покушать, а кроме этого, что тут можно сделать?

Серый задорно хмыкнул, опёрся на резные перила беседки и хитро прищурился:

— А почему бы нам не пойти на рынок? Он как раз открывается завтра на главной площади. Там можно отлично повеселиться, посмотреть на заморские диковинки и знатно пошуметь!

Радан, чьи глаза при упоминании рынка и развлечений тут же азартно вспыхнули, хлопнул ладонью по столу:

— Очень хорошая идея! Настоящий дамрийский базар — это то, что нужно, чтобы растрясти кости. Но давай сперва поедим, тут очень вкусное мясо! Я уже чую, как слуги несут подносы с кухни.

— Действительно, Радан дело говорит, мясо остывать не должно, — прогудел Дмитрий Танин, усаживаясь на массивный стул. — Запах такой, что даже у меня в животе заурчало.

Все дружно последовали его примеру и расселись вокруг большого стола. Двери беседки распахнулись, и слуги принялись один за другим выносить огромные подносы, доверху наполненные сочным, дымящимся мясом с хрустящей корочкой и ароматными дамрийскими травами.

Радан тут же потянулся за самым сочным куском, но Джемма лишь брезгливо отодвинула от себя пустую тарелку и поймала взгляд проходящей мимо служанки.

— Марианна, принеси мне, пожалуйста, торт, — попросила Джемма, подпирая подбородок здоровой рукой. — Так хочется чего-то сладкого… А мясо я сегодня, пожалуй, пропущу.

Сидевший рядом крёстный тут же нахмурился и сурово посмотрел на неё.

— Это ещё что за фокусы, Джемма? — строго спросил Дмитрий Танин. — Тебе силы восстанавливать надо после отравленной стрелы, мышцы заживлять, а ты вместо нормальной еды пустые сладости требуешь? Живо ешь мясо!

— Вот именно! — поддакнул Радан, прожёвывая кусок. — Твой наставник Саша зря, что ли, на убойной дамрийской кухне вырос? Тут мясо — чистый восторг, а ты капризничаешь.

Ингрид тоже не осталась в стороне, сложив руки на груди и строго взглянув на сестру.

— Джемма, прекрати упрямиться. Крёстный прав — лекарь Елена велела тебе правильно питаться. От одного сахара твоё плечо быстрее не заживёт. Ешь давай.

Старшая принцесса лишь беззаботно фыркнула и забавно сморщила нос.

— Ну что поделать, не могу я сейчас его есть! — отмахнулась она от родственников. — Ешьте сами, вам же побольше достанется! Не портить же аппетит.

Серый хмыкнул, качнув головой, и перевёл на неё свой тёплый, но уставший взгляд.

— Ну, хоть в этом ты права, дурочка, — усмехнулся рыцарь. — Раз не хочешь — можете не есть. Твою порцию я сам с удовольствием съем, мне после тренировок добавки не помешает.

Джемма улыбнулась и налила себе ароматного чаю из пузатого чайника. В этот момент вернулась служанка, бережно неся на серебряном блюде пышный, невероятно красивый десерт, украшенный засахаренными лепестками роз.

— Вот, принцесса, ваш любимый торт, — с поклоном произнесла девушка, аккуратно ставя блюдо на столик. — Наш кондитер очень старался, узнав, что вы наконец пришли в сад.

— Спасибо, Марианна. Можешь идти, — мягко ответила Джемма.

— Слушаюсь, принцесса, — горничная ещё раз поклонилась и бесшумно покинула беседку.

Джемма взяла маленькую ложечку и принялась тихонько, с явным наслаждением есть торт, запивая его чаем. Дмитрий Танин, до этого внимательно наблюдавший за её манипуляциями, недоверчиво прищурился.

— А что это вообще за торт такой подозрительный? — проворчал великий Лев.

— Называется «Розмарин», — с кокетливой улыбкой пояснила Джемма, протягивая ложку в его сторону. — Это особый торт из бутонов редких роз, он невероятно вкусный! Крёстный, не хочешь попробовать кусочек? Тебе полезно для характера.

Дима хмуро сдвинул густые брови и демонстративно перехватил свой нож.

— Нет уж, избавь меня от этой травы, — отрезал крёстный. — Я предпочитаю нормальное, сочное мясо, а не цветочные букеты на тарелке.

— Ну и ешь своё мясо, сухарь старый, — весело хихикнула принцесса, возвращаясь к десерту.

В беседе на мгновение воцарилась уютная атмосфера семейного ужина, прерываемая лишь звоном приборов и смехом Радана. Но эта идиллия длилась недолго.

Тяжёлые шаги у входа заставили всех мгновенно обернуться. В беседку скорым, но чинным шагом вошёл пожилой дворецкий в строгом парадном ливрее. Он низко поклонился присутствующим, стараясь скрыть волнение в голосе.

— Ваше Высочество, достопочтенные гости, — чётко произнёс дворецкий, выпрямляясь. — Только что к главным воротам замка прибыла карета с южных застав. Принц Эбисс приехал.

В воздухе мгновенно повисло новое напряжение. Серый и Джемма синхронно переглянулись.

— Ты ведь сказал, что он не сможет пока приехать? — тихо, с явным недоумением спросила Джемма, опустив ложечку на тарелку с недоеденным тортом.

Серый с вопросительным взглядом захлопал глазами, переводя взор с принцессы на дворецкого, и растерянно произнёс:

— Так это правда… Он должен был приехать только через три дня. Видимо, сроки резко изменились.

Рыцарь на секунду задумался, а затем добавил чуть мягче, глядя на притихшую воспитанницу, которая всё ещё не могла поверить в скорое появление своего официального жениха:

— Может, узнав, что ты возвращаешься в Дамрию, твой суженый просто решил приехать и наведаться к тебе пораньше? Всё же, когда принц Эбисс прознал про твоё нападение на арене, он места себе не находил и уже собирался выезжать с отрядом. Если бы не его отец, который силой удержал парня на заставе, то они с тобой уже давно встретились бы.

Джемма тяжело вздохнула и крепко сжала кулачки на коленях, стараясь справиться с волнением перед встречей с будущим мужем. Ингрид, сидевшая напротив, внимательно наблюдала за сестрой. Заметив её внезапную растерянность, Владычица Пылающего Разлома мягко положила свою ладонь поверх её здоровой руки и тихо спросила:

— Сестрица, всё хорошо? Ты как-то побледнела.

Джемма встрепенулась, изящно расправила плечи и мягко, успокаивающе улыбнулась ей в ответ:

— Да, всё хорошо, сестрица. Не переживай, просто не ожидала увидеть его так скоро.

Серый тем временем вальяжно облокотился на спинку стула, закинул руки за шею и с предвкушением потянулся. На его суровом лице расплылась хитрая, чисто рыцарская ухмылка. Он прекрасно знал, как суров и серьёзен бывает Эбисс, когда дело касается безопасности его невесты.

— Вот сейчас-то и начнётся самое настоящее веселье, — хмыкнул Серый. — Наконец-то я увижу братика таким.

Радан, собиравшийся потянуться за очередной порцией мяса, замер, а Ингрид удивлённо приподняла бровь. Они синхронно повернулись к наставнику и хором спросили:

— Каким «таким»?

Серый лишь загадочно прикрыл глаза, покачал головой и коротко хмыкнул, думая о том, как безумно влюблённый и встревоженный жених будет отчитывать Джемму за её безрассудство:

— Сами всё узнаете. Наберитесь терпения.

Джемма решительно поднялась со своего места, одёрнула подол домашнего платья и строго посмотрела на Серого, укоризненно покачав головой.

— Хватит молоть чушь, — отрезала принцесса. — Пожалуйста, побудьте все здесь, в беседе, и продолжайте ужинать, пока мясо не остыло. А я пойду к главным воротам и сама встречу его. Мне нужно поговорить с ним с глазу на глаз.

Не успела она сделать и шага, как Ингрид молниеносно подалась вперёд и крепко перехватила её за запястье, не позволяя уйти.

— Нет уж, я с тобой! — упрямо заявила младшая сестра, сверкнув тёмными глазами. — На тебя уже один раз напали, так что одну я тебя больше никуда не отпущу. Тем более к твоему принцу. Я должна лично оценить твоего будущего мужа.

Радан весело грохнул кулаком по столу и тоже поднялся, поправляя эфес:

— Я тоже иду! Раз уж намечается такое «веселье» с участием жениха нашей принцессы, я этот цирк точно не пропущу.

Дмитрий Танин молча встал следом, нависая над столом огромной, нерушимой скалой. Великий Лев хмуро зыркнул на Джемму, давая понять, что его авторитетное мнение в этом вопросе даже не обсуждается. В таком быстром темпе из-за стола поднялись абсолютно все — каждому не терпелось лично увидеть загадочного гостя и будущего зятя королевской семьи.

Джемма обвела взглядом эту решительно настроенную, вооружённую до зубов компанию, невольно рассмеялась своим звонким, задорным смехом и всплеснула здоровой рукой:

— Ну ладно, ладно, уговорили! Давайте все вместе, раз уж вам так не сидится на месте. Пошли встречать нашего дорогого гостя!

Вся компания дружным шагом вышла из сада на широкую площадь перед главным входом в замок, где уже вовсю перестраивался прибывший конвой.

Принц Эбисс прибыл не один. Его сопровождал отряд личной гвардии — статные, закованные в темную сталь рыцари, от которых веяло суровой дисциплиной и запахом долгой дороги. На их щитах красовался чеканный герб южных застав. Сам же принц Эбисс выглядел невероятно мужественно. Тяжелый полуночно-синий доспех сидел на нем как влитой, подчеркивая широкие плечи и сильную фигуру, а наплечники, украшенные золотой вязью, хищно поблескивали в лучах заходящего солнца. Стоило ему снять шлем, как легкий вечерний ветерок тут же принялся ворошить его густые темные волосы. Его глубокие, теплые карие глаза устало, но внимательно сканировали пространство, пока наконец не остановились на одной единственной фигуре.

Он увидел Джемму. Его взгляд мгновенно потеплел, в нем смешались облегчение, безумная тревога и искренняя нежность.

Джемма, заметив его взгляд, вдруг сделала шаг вперед, плавно подобрала подол платья и склонилась перед ним в безупречном, чинно-придворном поклоне, положенном по самому строгому этикету Дамрии.

— Приветствую вас, принц Эбисс, на нашей земле, — напевно, с идеальной вежливостью начала она. — Для нас огромная честь принимать вас…

Эбисс от такой официальности аж опешил. Он на секунду замер в седле, хлопая глазами, а затем молниеносно спустился с лошади, буквально в два счета оказавшись рядом. Он бережно подхватил принцессу за локти, заставляя подняться, и умоляюще посмотрел на нее:

— Дорогая, не говори так, пожалуйста! Ты ведь сама на себя не похожа…

Он обеспокоенно огляделся по сторонам и тихо добавил:

— Или это все из-за твоей семьи? Ты поэтому так официально?

Вся ее семья в этот момент смотрела на Джемму так, будто они вообще её не узнали. На лицах Ингрид и Радана застыло одинаковое выражение крайнего шока. Дмитрий Танин недоверчиво прищурился, скрестил руки на груди и басом проворчал:

— Что это с ней? Ее кто-то укусил, что ли? Куда делась наша разбойница?

Джемма, поймав ошарашенный взгляд своего жениха, не выдержала. Она весело и звонко рассмеялась, а ее глаза озорно блеснули.

— Ну надо же было показать им, что я тоже могу быть воспитанной! — шутливо заявила она, кивая на притихших родственников.

Эбисс с облегчением рассмеялся, понимая, что его любимая ничуть не изменилась. Поддавшись порыву, он крепко обнял ее, легко поднял в воздух и закружил прямо посреди площади.

— Ой, ну всё, всё, отпусти меня! Хватит, голова закружится! — со смехом запричитала принцесса, легонько стуча здоровой рукой по его плечу.

Принц аккуратно поставил ее на землю, но его брови тут же сурово сдвинулись к переносице. Он бережно убрал непослушную прядь волос с ее глаз и пристально посмотрел на невесту:

— А чего ты такая легкая? Ты снова ничего не кушала, да?

— Ну, Бисс, отпусти сперва, — уклонилась от ответа Джемма, пытаясь перевести дыхание.

Он послушно отступил на шаг, но взгляда не отвел:

— Ну так что? Почему легкая как перо? Опять голодом себя моришь?

— Ну как почему? — весело вклинился в разговор Радан, выходя вперед и ухмыляясь во весь рот. — Потому что кое-кто предпочитает есть торт вместо сочного мяса!

Эбисс резко обернулся, его карие глаза сузились, и он вопросительно посмотрел на незнакомца, сканируя его взглядом воина:

— А вы, собственно, кем являетесь?

Джемма тут же засуетилась и поспешила исправить ситуацию. Она по очереди указала на каждого, мягко улыбаясь:

— Бисс, познакомься, это моя младшая сестра Ингрид. Это Радан, наш верный товарищ, а это мой крёстный — Дмитрий Танин. Ну а Серого ты и так отлично знаешь.

Поняв, кто стоит перед ним, принц мгновенно преобразился. Вся его настороженность исчезла. Он почтительно и низко поклонился всей компании, приложив руку к сердцу, как подобает благородному рыцарю юга.

— Для меня честь познакомиться с вами, — искренне произнес Эбисс, переводя взгляд с Ингрид на Танина. — И я безмерно благодарю вас всех за то, что вы так преданно следили за моей невестой и оберегали ее.

И тут со стороны Ингрид донесся тихий, но очень ехидный смешок. Младшая принцесса смерила зятя оценивающим взглядом, хитро прищурилась и с подколкой выдала:

— Ох, принц, вы даже не представляете, как плохо вы знаете свою невесту, раз думаете, что за ней вообще возможно уследить!

Глава 19

— Ох, поверьте, Владычица, я знаю её капризы как свои пять пальцев, — Эбисс ответил колко и дерзко, нагло ухмыльнувшись Ингрид в лицо. — И уж поверьте, укрощать строптивых принцесс на южных заставах меня учили с детства.

За этот дерзкий выпад принц тут же получил от Джеммы чувствительный тычок здоровым локтем прямо в бок между пластинами доспеха.

— Ауч! — притворно вскрикнул Эбисс, потирая бок.

— Следи за языком, Бисс, ты не у себя в казарме, — пригрозила Джемма, хотя в её глазах плясали смешинки.

Радан и Танин переглянулись, начиная наконец понимать, что за весёлые, бурные и полные искр отношения связывают эту парочку. Крёстный лишь согласно хмыкнул — такая боевая девчонка хлюпика бы рядом с собой терпеть не стала.

Принц окинул компанию взглядом и с любопытством спросил:

— Кстати, а откуда вы вообще все дружно пришли? Эта дорога, кажется, ведёт прямиком в королевский сад?

— Именно оттуда, — улыбнулась Джемма, увлекая его за собой назад по тропе. — Мы были в саду и решили устроить там небольшой пикник, пока погода позволяет. Пойдём, ты наверняка с дороги голодный как волк.

Вся процессия двинулась обратно к цветущим аллеям. Дойдя до уютной беседки, они шумно расселись на свои места вокруг большого стола, а слуги тут же засуетились, поднося свежие приборы и подогревая ароматное мясо.

Стоило всем устроиться, как в разговор вмешался Серый. Он вальяжно откинулся на спинку стула, подмигнул будущему зятю и сказал:

— Раз уж ты так удачно примчался, братец, имей в виду: завтра мы всей честной компанией идём на дамрийский рынок. Настоящий базар, веселье, все дела.

Серый сделал глоток чая и с хитрой улыбкой спросил:

— Ты вообще на сколько к нам? Может, тоже хочешь поучаствовать в нашей вылазке и растрясти свои парадные доспехи?

Эбисс, бережно накладывая себе сочное мясо, уверенно ответил:

— Я только за, с удовольствием поеду с вами на рынок. А останусь я здесь надолго — вплоть до самой коронации Джеммки. Буду лично следить, чтобы её величество никто не украл до свадьбы.

Сидевшая рядом Ингрид заговорщически подтолкнула сестру плечом в бок, ехидно прошептав ей на ухо так, чтобы слышали все за столом:

— Ну надо же, сестрица… Чует моё сердце, эта неделя перед коронацией будет очень весёлой!

За столом воцарился настоящий уютный хаос. В этот момент Вольга тихо подошел к гостям и принялся аккуратно разливать свежий, дымящийся чай по чашкам. Принц Эбисс, совершенно не обращая внимания на смешки Ингрид, преспокойно пододвинул к себе тарелку с розовым тортом. Он отломил ложечкой аккуратный кусочек и, хитро улыбаясь, поднес его прямо к губам невесты.

— Бисс, ну перестань, я сама могу поесть, — зашептала Джемма, пытаясь уклониться. — Тут же все смотрят!

— Ешь, ешь, тебе силы нужны, — непреклонно отозвался принц, не убирая ложку.

Поняв, что спорить бесполезно, Джемма хищно прищурилась и прямо под столом со всей силы надавила острым каблучком на его ногу в тяжелом сапоге. Эбисс даже бровью не повел, лишь его улыбка стала еще шире. Он наклонился к ее уху и невозмутимо прошептал:

— Кстати, дорогая, тебе сегодня безумно идут эти каблучки. Можешь давить посильнее.

Дмитрий Танин, наблюдая за всей этой прилюдной романтикой, тяжело вздохнул, утер усы салфеткой и повернулся к Радану.

— Слушай, парень… — негромко пробасил Великий Лев. — Может, нам с тобой на этой коронации тоже девиц каких-нибудь найдем? А то что-то наши все в любви да в заботах, а мы с тобой сидим тут как два одиноких тополя на ветру.

Радан от такой перспективы весело рассмеялся и толкнул Танина в плечо:

— Ха! А что, дело говоришь! Надо бы. Не им же одним в любви-то купаться, мы тоже молодые, красивые, свободные!

Джемма, услышав их приглушенный заговор, звонко рассмеялась и тут же колко вставила свои пять копеек:

— Ну, на празднике от невест у вас точно отбоя не будет! Можете даже не сомневаться. Всё-таки мой дядя и крёстный — мужчины очень привлекательные, видные. Дамрийские барышни с ума сойдут.

— А я? — тут же подал голос Серый, театрально приложив руку к груди. — Про меня-то забыла? Я как же?

Джемма повернулась к нему, смерила шутливым взглядом и хмыкнула:

— Ну, у тебя, Серый, и так дам полно. Куда тебе еще? Тебе отбиваться от них надо, а не новых искать.

Серый оскорбленно фыркнул, картинно повернулся к Эбиссу и запричитал на всю беседку:

— Вот видел, брат, как невестка надо мной измывается? Просто житья от нее нет! Угомони ты её наконец, Бисс, сделай что-нибудь с этой женщиной!

Эбисс со смешком перевел взгляд на Джемму, а она уставилась прямо на своего жениха, вызывающе приподняв бровь. Наступила секундная тишина — все замерли в ожидании, чья возьмет. Но первой тишину нарушила сама Джемма, вкрадчиво и с улыбкой спросив:

— Осмелишься, Бисс?

Принц посмотрел в эти озорные глаза, поднял руки вверх в знак капитуляции и тепло улыбнулся:

— Никак нет, дорогая. Моя жизнь мне еще дорога.

Вся беседка дружно разразилась хохотом, даже суровый Дмитрий Танин не выдержал и улыбнулся.

Пока в садовой беседке гремел весёлый хохот, за этой идиллией сверху, с высокого узорчатого балкона замка, внимательно наблюдали две фигуры. Василиса, оперевшись изящными руками о каменные перила, мягко улыбалась, глядя на счастливую Джемму и её жениха. Рядом с ней стоял Солярис, скрестив руки на груди; его величественный взгляд то и дело теплел, когда он прислушивался к долетающим снизу шуткам Радана и Серого.

Чуть дальше, в глубине просторного тронного зала, на заднем фоне, за большим дубовым столом сидели Фотония и бывший король. Перед ними горой лежали свитки и важные государственные бумаги — они тщательно разбирали и утверждали финальный список гостей к предстоящей коронации.

Тишину зала нарушили негромкие шаги. К столу подошёл дворецкий, держа в руках свежий, только что переписанный пергамент. Он почтительно поклонился и, дождавшись знака внимания, произнёс:

— Ваше Величество, госпожа Фотония… Только что принцесса Джемма передала через слуг, что внесла в список приглашённых ещё несколько поправок. На торжество прибудут ещё два человека.

Фотония устало потёрла виски, не отрывая взгляда от бесконечных имён, и спросила:

— И кто же это на сей раз? Кавалеры южных застав? Или новые друзья Серого Саши?

— Никак нет, госпожа, — дворецкий кашлянул в кулак, стараясь, чтобы его голос звучал максимально невозмутимо. — В записке указано, что на коронацию приедут Богиня и Божья дочь.

Бывший король от неожиданности замер с пером в руке, а Фотония резко вскинула голову. Её глаза округлились от крайнего изумления.

— Богиня?! — переспросила Фотония, искренне удивлённая такой новостью. — Но почему… почему сама Богиня прибудет на коронацию нашей Джеммы? Откуда у неё такие связи?

Дворецкий лишь понимающе и немного обречённо пожал плечами. На его лице отразилась мягкая, мудрая улыбка, какая бывает у слуг, вырастивших не одно поколение непоседливых королевских детей.

— Кто знает, госпожа… Наша принцесса всегда куда-то сбегала, стоило страже хоть на минуту отвернуться, — тихо и с долей гордости ответил дворецкий. — Может, в одно из таких тайных путешествий так и получилось, что они смогли встретиться и подружиться.

Бывший король лишь тихо рассмеялся, качая головой, и уверенно размашистым жестом поставил королевскую печать напротив новых имён в свитке. Джемма оставалась верна себе — даже её список гостей сулил Дамрии такое зрелище, какого этот мир ещё никогда не видел.

Наступила ночь. Замок Дамрии погрузился в тишину, и все гости наконец разошлись по своим комнатам. Но Джемма никак не могла уснуть. Мысли бурным потоком кружились в её голове — грядущая коронация, приезд жениха, неожиданные гости в списке. Она сидела у окна, глубоко погрузившись в себя.

В дверь её покоев негромко постучали. Раз, другой. Из-за шума собственных мыслей принцесса ничего не услышала. Эбисс, забеспокоившись, осторожно приоткрыл дверь и вошёл.

— Джемма? — тихо позвал он, оглядывая просторную спальню.

В комнате её не было. Пройдя чуть дальше, принц заметил приоткрытую стеклянную дверь и занавеску, колышущуюся от ветра. Джемма стояла на балконе, оперевшись на каменные перила, и задумчиво глядела на полную луну.

— О чём думаешь, дорогая? — негромко спросил он, сделав шаг на балкон.

— А-а-а! — от неожиданности Джемма вскрикнула, резко обернувшись и прижав здоровую руку к груди. — Ты с ума сошёл?! Зачем так пугать?!

— Прости, прости, — примирительно поднял руки Эбисс, пряча ухмылку. — Я стучал, честное слово. Ты просто летала где-то в облаках. Так что тебя так сильно тревожит?

Джемма раздражённо фыркнула, поправляя шаль на плечах. между ними завязалась шутливая перепалка.

— Да вот, хожу и думаю! На носу коронация, а у меня конь не валялся. Нужно срочно подготовить платья, выбрать ткани, да и вообще — кровь из носу надо пойти в модный бутик в городе, примерить наряды. А времени совсем в обрез!

Эбисс понимающе улыбнулся и подошёл чуть ближе, глядя на неё своими тёплыми карими глазами.

— Ну, раз мы всё равно завтра собираемся всей толпой идти на рынок, почему бы нам заодно не заглянуть и в этот твой бутик? Совместим приятное с полезным.

Джемма аж просияла от радости. Вся её ночная тревога мгновенно испарилась, а глаза озорно блеснули.

— Отличная идея, Бисс! — воскликнула она, едва не захлопав в ладоши. — Почему бы и нет? Так и сделаем! Спасибо тебе.

В это же самое время в другом крыле замка, в своей комнате, на кровати отдыхала Ингрид. Вдруг тяжёлая дубовая дверь тихо скрипнула, и в покои бесшумно вошёл Вольга. Он сделал пару шагов, но, разглядев в полумраке силуэт хозяйки комнаты, мгновенно замер.

— Упс… Простите меня, моя Владычица, — смущённо пробормотал парень, пятясь назад. — Я, походу, комнатой ошибся… Перепутал в темноте.

Ингрид весело рассмеялась, приподнимаясь на локтях и лукаво прищурив тёмные глаза.

— Вольга, ну вот скажи мне, а точно ли случайно? — с явной подколкой спросила она. — Или ты просто искал повод зайти ко мне посреди ночи?

Парень лишь виновато улыбнулся, и хотя в темноте этого не было видно, его уши явно покраснели от её прямоты.

Спустя какое-то время Джемма всё-таки выпроводила Эбисса из своих покоев, чтобы наконец лечь спать. Она вышла проводить его до поворота коридора. Но стоило принцу сделать шаг от её двери, как из-за угла, словно из-под земли, выросла огромная фигура Дмитрия Танина. Великий Лев стоял, скрестив руки на груди, и хмуро смотрел на будущих молодожёнов.

— А что это тут у нас такое происходит среди ночи? — строго пробасил крёстный, переводя взгляд с одного на другого.

Эбисс ничуть не стушевался. Он выпрямился, почтительно, но твёрдо посмотрел на Танина и спокойно ответил:

— Ничего такого, достопочтенный Дмитрий. Просто пришёл проведать свою невесту. Всё же мы очень долго не виделись, соскучились, нужно было обсудить завтрашние планы.

— Понятно, — буркнул Великий Лев. — Дело хорошее, но правила приличия никто не отменял. По коням, принц, время позднее.

Без небольшой словесной стычки и взаимных колкостей, конечно, не обошлось — Танин строго бдил за моральным обликом воспитанницы, а Эбисс гордо отстаивал свои права жениха. Но в итоге они вполне мирно попрощались, обойдясь без серьёзной ссоры. Принц ушёл в свои покои, а довольная Джемма наконец отправилась спать.

На утро Джемма проснулась раньше всех в замке. Солнце едва вставало над Дамрией, а она уже была на ногах. Первым делом принцесса отправилась к покоям Ашен. Она негромко постучалась в дверь.

Через минуту дверь приоткрылась, и на пороге показалась заспанная, но удивлённая Ашен.

— Джемма? Какими ты тут судьбами в такую рань? — спросила она, протирая глаза.

— Доброе утро! — бодро защебетала Джемма. — План такой: сегодня мы все идём на рынок, а по дороге обязательно заглянем в модный бутик за платьями. Не хочешь пойти с нами? Да и Кирилла обязательно возьми с собой, вместе веселее!

В этот момент из глубины комнаты к двери вышел Кирилл, на ходу застёгивая жилет. Услышав предложение, он мягко улыбнулся:

— Я лично совсем не против. Всё-таки это коронация нашей принцессы, событие века! Почему бы и не прогуляться по магазинам.

— Ура! — обрадовалась Джемма. Она изящно поклонилась друзьям и зашагала обратно по коридору. — Тогда собирайтесь, буду ждать вас всех внизу за столом!

Счастливая принцесса шла по переходам замка, как вдруг наткнулась на очень интересную картину. В одном из уединённых коридоров Вольга как раз прощался с Ингрид. Джемма застукала их прямо в тот самый момент, когда парень нежно и трепетно целовал младшую сестру в лоб.

Ингрид, краем глаза заметив движение, вспыхнула, смущённо и немного резко оттолкнула Вольгу от себя и, стараясь придать голосу строгость, громко спросила:

— А… а что тут делает моя дорогая сестрица в такой час?!

— Ой, да так… Просто мимо проходила и всё, — Джемма невинно захлопала глазами, с трудом сдерживая ехидную улыбку от вида пунцовых щёк младшей сестры.

Вольга, окончательно смутившись, быстро и почтительно поклонился обеим принцессам и поспешил ретироваться.

— Я, пожалуй, пойду. Доброго утра, — пробормотал он на ходу и скрылся за поворотом коридора.

Джемма проводила его взглядом, а затем повернулась к Ингрид, весело хмыкнув:

— Ну а тебе, сестрица, советую пойти умыться. И спускайся вниз, если хочешь покушать. Завтрак уже на столе.

Спустя полчаса в большой обеденной зале собрались абсолютно все. Стол ломился от еды, и проголодавшиеся с утра пораньше гости дружно принялись за трапезу. Фотония, аккуратно промокнув губы салфеткой, с любопытством посмотрела на старшую дочь.

— Джемма, милая, так куда вы сегодня все так дружно собрались? — поинтересовалась она.

— Мы решили прогуляться на дамрийский рынок, — с набитым ртом отозвался Радан, за что тут же получил строгий взгляд от Дмитрия Танина. — А по дороге девочки хотят заскочить в модный бутик, примерить платья к коронации.

Сидевший во главе стола Солярис отложил приборы, его взгляд стал серьёзным и сосредоточенным.

— Раз уж вы решились на такую вылазку, вам всем лучше не показываться в своём истинном королевском обличье, — веско произнёс он. — Настоятельно рекомендую одеться как простые люди из народа. Так лишних глаз будет меньше, да и риск новых покушений снизится. Это исключительно ради вашей же безопасности.

С его доводами спорить никто не стал. Доев сытный завтрак, вся компания разбрелась по комнатам и сменила свои роскошные наряды и тяжелые доспехи на простую, неброскую одежду горожан. Вскоре у главных ворот их ждала скромная повозка. До городской площади их довезли без лишнего шума, а дальше, у самых торговых рядов, они высадились и пошли вместе пешком, мгновенно затерявшись в бурлящей толпе дамрийского базара.

Рынок кипел жизнью: повсюду кричали зазывалы, пахло специями, а в центре площади устроили народные забавы. Ингрид и Вольга сразу же заприметили мишень для стрельбы из лука, вокруг которой толпился народ.

— О, смотрите, лучное стрельбище! — азартно воскликнула Ингрид, дёргая Вольгу за рукав простой куртки. — Вольга, мы обязаны туда пойти! Я хочу поучаствовать.

— Поддерживаю, Владычица, покажем этим городским, как стреляют настоящие мастера! — подбадривал её парень, у которого тоже загорелись глаза.

— Давай, Ингрид, не опозорь разлом! — крикнул им вслед Радан. — Верим в тебя!

Пока младшая сестра с Вольгой вовсю целились в яблочко под громкие крики толпы, Джемма и Эбисс неспешно прогуливались мимо лавок с украшениями. Внимание принцессы привлекла одна вещица.

— Ой, Бисс, посмотри, какая красивая заколка! — Джемма заворожённо уставилась на деревянный гребень, украшенный простыми, но изящными речными камешками. — Какая тонкая работа.

Эбисс скептически оглядел прилавок, скрестил руки на груди и высокомерно хмыкнул:

— Дорогая, если хочешь, я могу купить тебе хоть сто таких заколок. Но давай лучше пройдём мимо. Зачем тебе эта дешёвка? Я привезу тебе из южных застав настоящие драгоценности.

За эти слова принц тут же получил от Джеммы хлёсткий и звонкий щелчок по носу.

— Ауч! За что опять? — возмутился Эбисс, хватаясь за нос.

— За снобизм! — отрезала Джемма, забирая заколку. — Ничего ты не понимаешь в простой красоте, Бисс.

В это же время чуть поодаль у Радана, Танина и Серого начались настоящие проблемы. От простых дам, пришедших на рынок за покупками, у них просто не было отбоя. Дамрийские девушки то и дело «случайно» роняли перед ними платки, стреляли глазками и кокетливо хихикали, проходя мимо статных мужчин.

Заметив это, Джемма с вернувшейся от мишеней Ингрид переглянулись и дружно рассмеялись на весь базар.

— Ну надо же, — весело протянула Джемма, качая головой. — Даже в самой простой одежде они всё равно приковывают к себе слишком много глаз! От этих троих нигде не скрыться.

— И не говори, сестрица, — хихикнула Ингрид, поглядывая на смущённого Радана, которого как раз обступили местные торговки. — Истинных дамрийских кавалеров и под холщовой рубахой видно!

Глава 20

Пока на рыночной площади у лавок продолжалось весёлое столпотворение, из толпы к компании наконец протиснулись Ашен и Кирилл. Они едва сдерживали улыбки, глядя на то, как Серый безуспешно пытается скрыться от навязчивого внимания местных дамрийских барышень за широкой спиной Дмитрия Танина.

— Ну что, шоппинг-патруль в сборе! — бодро объявила Ашен, поправляя капюшон своего простого плаща. — Мы не опоздали? Кирилл вон еле успевал за моими шагами.

— Скорее, это ты летела так, словно в бутике отдают платья даром, — добродушно проворчал Кирилл, отряхивая рукав. — Доброго дня всем. Ну что, принцессы, ведите нас к вашим шелкам и бархату, пока наши кавалеры окончательно не пали жертвами дамрийской красоты.

— Отличная мысль, идёмте скорее! — обрадовалась Джемма, беря Эбисса под руку.

Вся дружная компания двинулась в сторону элитного квартала, где располагался лучший королевский бутик Дамрии. Стоило им перешагнуть порог, как над дверью тихо звякнул серебряный колокольчик. Внутри царила атмосфера роскоши: повсюду висели зеркала в позолоченных рамах, стояли манекены, а в воздухе пахло дорогим парфюмом и новой тканью. Хозяйка заведения, мгновенно узнав высокопоставленных гостей даже в скромной одежде, низко поклонилась и засуетилась, поднося альбомы с эскизами.

Все расселись на мягкие бархатные диваны, и началось бурное обсуждение. Джемма решительно полистала один из свитков, прищурилась и уверенно произнесла:

— Так, у меня есть отличная идея. Разломовский стиль! Я считаю, что наши наряды должны быть выполнены в чёрно-красных тонах. Ингрид, маме, да и вообще абсолютно всем нам безумно идут эти цвета. Это выглядит величественно, дерзко и благородно. Что скажете?

— О, а мне нравится эта мысль! — оживилась Ашен, одобрительно кивнув. — Чёрный с ярко-алым — это классика огня и силы, для коронации самое то.

— Полностью согласна, сестрица, — с улыбкой поддержала Ингрид. — Наш родной колорит. Будем выглядеть как единая, грозная семья.

Идея пришлась по вкусу абсолютно всем. Пока швеи готовили измерительные ленты, Джемма с лукавой улыбкой повернулась к своему жениху, который молча сидел рядом, закинув ногу на ногу.

— А ты, Бисс? В каком цвете и фасоне планируешь быть ты? — с вызовом спросила она, заглядывая в его карие глаза.

Принц Эбисс ни на секунду не растерялся. Он посмотрел на неё в упор, вызывающе и со всей присущей ему дерзостью, а на его губах заиграла уверенная ухмылка:

— В каком цвете будешь ты, дорогая, в таком буду и я. Мы всё-таки будущие муж и жена. По законам и традициям юга мы обязаны быть в парных нарядах, чтобы все видели, чья ты королева.

Джемма замерла, принимая его пристальный взгляд. Её щёки едва заметно порозовели, но она гордо вскинула подбородок и парировала:

— Ну что ж… Тут ты абсолютно прав, Бисс. Мы действительно должны быть в одном цвете, как и полагается по этикету. Спорить не стану.

В этот момент к девушкам подошли строгие дамрийские модистки, утягивая Джемму, Ингрид и Ашен за роскошные тяжёлые ширмы, чтобы начать снимать мерки. Мужчинам же в руки вручили огромные кожаные блокноты с эскизами лучших мужских и женских фасонов, чтобы они помогли выбрать детали кроя.

И тут среди парней в зале ожидания развернулась настоящая битва вкусов. Послышался громкий шуршащий звук перелистываемых страниц.

— Так, глядите, вот этот вырез и приталенный силуэт — просто пушка! Джемме это будет невероятно идти, подчеркнёт её королевскую осанку! — воодушевлённо начал Серый, тыча пальцем в рисунок.

Дмитрий Танин тут же бесцеремонно перебил его, отодвигая его руку своим огромным локтем:

— Цыц, Серый, ничего ты не понимаешь в суровом величии. Этот фасон со шлейфом и высокими наплечниками гораздо лучше будет идти Ингрид! Ей нужен строгий, властный вид.

Радан, наблюдая за их спором, не выдержал. Он резко выхватил блокнот прямо из рук крёстного и со смехом запричитал:

— Да вы чего, с ума сошли? Такое старьё сейчас вообще никто не носит! Это же мода времён дедушки нашего бывшего короля. Ну-ка, дайте сюда!

К Радану неторопливо подошёл Эбисс. Он заглянул через его плечо в эскизы, внимательно изучил несколько набросков, а затем уверенно указал на один из самых изящных, но при этом дерзких вариантов — платье с открытыми плечами и сложной драпировкой.

— Вот этот вариант идеально подойдёт Джемме, — веско произнёс принц. — Это её характер.

Радан удивлённо посмотрел на Эбисса, затем снова на эскиз и уважительно хмыкнул, качая головой:

— Слушай, Бисс… А у тебя глаз-то намётан! Реально, на ней это будет смотреться просто сногсшибательно.

Серый хитро прищурился, толкнул стоящего рядом и тихонько наблюдающего за процессом Вольгу в бок и громко спросил на весь бутик:

— Вольга! А ты как думаешь? Ну-ка, покажи, что, по твоему мнению, подойдёт твоей Владычице Ингрид?

Бедный парень от такого внезапного внимания мгновенно густо покраснел до самых кончиков ушей. Он испуганно покосился на ширму, за которой шуршали тканями, замялся, но под суровыми и весёлыми взглядами старших мужчин всё же пересилил себя. Вольга робко протянул руку и указал на потрясающий, гордый эскиз — облегающее чёрное платье с высоким воротом и глубокими разрезами на рукавах, расшитыми алыми нитями.

— Вот… вот этот, мне кажется, подойдёт… — тихо пробормотал он.

Парни на секунду затихли, оценивая выбор, а затем хором, в один голос, оглушительно заулюлюкали на весь зал:

— У-у-у-у-у! Ну ни фига себе!

— Вот это платьишко! Вольга, ну ты даёшь, скромник!

— Одобрено единогласно! — хохотал Радан.

В этот самый момент шторы зашуршали, и девушки, закончив снимать мерки, вышли обратно в зал. Ингрид, услышав этот мужской гомон, строго скрестила руки на груди, приподняла бровь и с напускным возмущением подошла к столу.

— Так, я не поняла, а может, вы всё-таки спросите у нас, чего мы сами-то хотим? — с подколкой спросила Ингрид, решительно выхватывая блокнот из рук парней. — Устроили тут консилиум…

Она опустила взгляд на страницу, которую выбрал Вольга, и на секунду замерла. Младшая принцесса едва заметно закусила нижнюю губу, чувствуя, как к щекам приливает тепло. Платье было чертовски крутым, но Ингрид быстро вернула себе невозмутимый вид, захлопнула блокнот и перевела взгляд на Сашу, Радана и Танина.

— Вы вообще-то зря тут так усердно распинаетесь, — с усмешкой заявила Ингрид, скрестив руки на груди. — Я пришли в этот бутик просто для того, чтобы выбрать красивое повседневное платье. А праздничный наряд на саму коронацию у меня уже давно есть!

Вольга, услышав это, тихонько улыбнулся и опустил глаза. Выбор парней был хорош, но превзойти подарок Вольги они бы всё равно не смогли.

Пока Ингрид общалась с мужчинами, Ашен подошла поближе, полистала другие каталоги и недовольно надула губы.

— Ой, ну нет… Мне вообще ничего из этого не нравится, — капризно протянула Ашен, отойдя от манекенов. — Всё какое-то слишком вычурное, пышное… Вообще не в моём стиле! Я в таком платье буду чувствовать себя как неповоротливая фарфоровая кукла.

Джемма и Кирилл синхронно посмотрели друг на друга, поймав общий понимающий взгляд, и дружно рассмеялись на весь бутик. Джемма ласково подошла к подруге и крепко обняла её за плечи.

— Ну тихо-тихо, не ворчи, — с улыбкой успокоила её будущая королева. — Мы выберем тебе совсем другое! Раз уж эти придворные тряпки тебе не по душе, я сама подберу тебе платье. Как раз такое, какого всегда хотела наша любимая разбойница!

Джемма решительно забрала у мастеров другой, более редкий каталог и быстро отыскала нужную страницу. Она указала на дерзкий, приталенный чёрно-красный кожаный наряд с удобными разрезами для кинжалов и лёгким шёлковым подолом. А затем принцесса повернулась к Кириллу, хитро прищурившись:

— А для тебя, Кирилл, я подобрала вот этот костюм. Смотри, какой статный, но при этом истинно разбойнический! Свободный алый камзол, тёмные элементы и идеальный крой для быстрых движений. Будете с Ашен самой эффектной парой на приёме.

Кирилл уважительно присвистнул, оценив эскиз, а Ашен довольно просияла, признавая, что этот выбор — просто стопроцентное попадание.

Принц Эбисс неторопливо подошел к невесте со спины, заглянул в выбранные ею наброски и тихо, с искренним восхищением произнёс:

— Твой вкус просто превосходен, дорогая. Ты видишь каждого насквозь.

Он мягко взял её за руку, перевернул страницу на их собственные парные эскизы и заглянул Джемме в глаза.

— Слушай, а почему бы наши с тобой наряды не сделать тёмно-синими? — неожиданно предложил Эбисс. — Ведь синий — это твой самый любимый цвет. Вышло бы просто прекрасно! Раз уж красный цвет ты благородно отдала разломовской стороне, давай выделим нас. Ты ведь теперь, считай, не разломовская, а будущая правительница южных земель.

Сидевшая на диване Ингрид от таких слов резко надулась, её тёмные глаза недовольно сверкнули, и она воинственно подалась вперёд:

— Какая ещё «не разломовская»?! Вообще-то, эта свадьба — лишь чистая политика, и всё! Если Джемма завтра захочет разорвать эту вашу помолвку, то она сможет сделать это в любой момент. Запомни это, принц!

Эбисс после такого резкого выпада Ингрид мгновенно замер и медленно повернулся к Джемме. Он посмотрел на неё такими растерянными, уязвлёнными и полными скрытой тревоги глазами, словно его только что ударили в самое сердце.

Джемма, увидев этот испуганный взгляд своего обычно гордого принца, мягко улыбнулась, крепче сжала его ладонь и уверенно произнесла, глядя ему прямо в глаза:

— Не разорву. Ну… по крайней мере, пока что точно не планирую.

Принц с облегчением выдохнул, а Джемма хлопнула в ладоши, переводя тему и хлопоча вокруг стола:

— Так, так, давайте только не киснуть! Хватит споров. Давайте уже выберем окончательные фасоны и пойдём скорее в замок, ведь на улице скоро совсем стемнеет, а нам ещё возвращаться.

Вся компания дружно закивала. Парни и девушки быстро утвердили финальные эскизы для себя, попрощались и шумной толпой первыми вышли на улицу, направляясь к повозке. В бутике остались только Джемма и Ингрид. Они подозвали к себе взволнованную хозяйку заведения.

— Мы забираем эти наброски, — спокойно произнесла Джемма, бережно свивая свитки. — Пожалуйста, завтра утром лично придите к нам в замок. Вам нужно будет снять мерки с королев, бывшего короля и остальных высокопоставленных гостей, которые не смогли пойти с нами.

— Всё будет исполнено в лучшем виде, Ваши Высочества! — низко поклонилась женщина.

Принцессы удовлетворённо переглянулись и поспешили догнать свою весёлую, ждущую их команду.

Когда Джемма и Ингрид вышли из прохладного здания бутика, на улице их уже ждала вся остальная компания. Тёплые вечерние сумерки медленно опускались на Дамрию, окрашивая крыши домов в золотисто-багровые тона.

Ашен, потягиваясь и оглядываясь по сторонам, с любопытством спросила:

— Ну что, девчонки, с платьями разобрались. Куда дальше двинем? Может, ещё по лавкам пройдёмся?

Вольга посмотрел на заходящее солнце, покачал head и рассудительно произнёс:

— Наверное, лучше сразу в замок. Скоро совсем стемнеет, и добираться по неосвещённым улочкам будет трудно. Безопасность превыше всего.

— Да, Вольга прав, пора возвращаться, — согласился Кирилл, но договорить не успел.

Из шумной толпы уличного базара, тяжело ступая, к ним неожиданно вышли несколько крепких, широкоплечих мужчин. По их обветренным лицам, мозолистым рукам и запаху соли сразу можно было признать бывалых моряков. Высокий седовласый старик, шедший впереди, вдруг замер, во все глаза уставившись на Джемму, одетую в простую одежду. Его лицо расплылось в широкой, беззубой, но безумно доброй улыбке.

— Глазам своим не верю! Неужели это наша Джемка?! — громогласно воскликнул старик и, наплевав на все приличия, крепко, по-отцовски обнял принцессу, оторвав её от земли.

— О-о-о, дядюшка, это вы! Какими судьбами в столице? — радостно рассмеялась Джемма, обнимая его в ответ своей здоровой рукой.

Стоявшая рядом Ашен шутливо надула губы, скрестила руки на груди и обиженно протянула:

— Ну нормально вообще! Сразу лезете обнимать Джемку, а не меня? А про родную племянницу вы, значит, совсем забыли, да, дядюшка?

Старый моряк весело расхохотался, отпуская Джемму, и ласково потрепал Ашен по плечу:

— Ну что ты, что ты, Ашен, не дуйся! Джемма ведь первая принцесса, которая смогла с тобой, упрямицей, найти общий язык и усмирить твой разбойничий нрав. Мы ей по гроб жизни благодарны!

Тут дед завертел головой, осматривая стоящих рядом людей, и его взгляд наткнулся на Эбисса. Несмотря на простую одежду, выправка принца выдавала в нём благородную кровь. Старик ахнул, торопливо снял свою потрёпанную шляпу и низко поклонился:

— Ваше Высочество, принц Эбисс! Простите великодушно старого дурака, не сразу узнал вас в таком простом наряде!

— Ничего страшного, почтенный, — спокойно и с достоинством ответил Эбисс, слегка кивнув. — Мы сегодня здесь инкогнито.

Принц с любопытством перевёл взгляд на Дмитрия Танина, Серого и Радана, которые молча наблюдали за сценой, и тихо спросил у деда:

— А кто все остальные господа с вами? Тоже моряки с вашего судна?

Джемма хитро прищурилась, выступила вперёд и заговорщически подмигнула своему жениху:

— А вот это, дядюшка, строжайшая тайна! Я обязательно представлю их всех друг другу на предстоящем королевском пиру. А пока — тсс-с, ни слова.

Дед удивлённо приподнял густые брови, но расспрашивать высокопоставленных особ, конечно же, не стал, лишь понимающе закивал головой. Затем старик вздохнул и повернулся к племяннице:

— Ладно, девчонки. Нам вот нужно товар с повозки разгрузить до темноты, да к порту перетащить, а руки уже не те, устали с дороги…

Ашен тут же переглянулась с Кириллом. В глазах парня читалось полное согласие.

— Джемма, Ингрид, вы езжайте вперёд, — повернулась к сёстрам Ашен. — Мы с Кириллом останемся здесь и поможем деду с ребятами дотащить вещи. Заодно новости портовые узнаем.

— Да, мы быстро, — подтвердил Кирилл. — В замке встретимся.

— Хорошо, договорились! Спасибо вам, — улыбнулась Джемма. — А мы тогда все остальные решим пойти домой, пока окончательно не стемнело. По коням, народ!

Вся компания дружно двинулась к ждавшей их повозке, оставляя Ашен и Кирилла помогать старым портовым волкам. Лошади шли ровным, размеренным шагом по лесной дороге, ведущей обратно к королевскому замку. Сумерки окончательно сгустились, и над Дамрией зажглись первые крупные звёзды. Приятная вечерняя прохлада сменила дневной зной, а вокруг стояла умиротворяющая тишина, нарушаемая лишь глухим стуком копыт.

Джемма и Эбисс теперь ехали на одном коне. Принц сам бережно пересадил её к себе в седло, чтобы принцесса могла полностью расслабиться и не тратить силы на управление поводьями. Эбисс крепко держал поводья, надёжно и нежно обнимая Джемму сзади своей сильной рукой, а левый ветерок ласково шевелил его тёмные волосы.

— Бисс… — тихо позвала Джемма, переводя на него сонный взгляд. — Знаешь, я так признательна тебе за этот день. Но, честно говоря, я немного за сегодня устала… Все эти примерки, прогулки по рынку, шумная толпа. С непривычки после ранения всё тело ломит.

Эбисс тепло улыбнулся. В его карих глазах отражался мягкий свет луны, и в них не осталось и следа той дерзости, с которой он общался с ней в бутике.

— Облокотись на меня, дорогая, — негромко сказал принц, прижимая её к своей широкой, защищённой доспехом груди. — Не стесняйся. Тебе нужно расслабиться и отдохнуть.

Джемма не стала упрямиться. Она мягко подалась назад, полностью доверчиво облокотившись о его надёжную грудь, чувствуя, как уходит всё дневное напряжение. Она прикрыла глаза, блаженно вздохнула и прошептала:

— Ну раз так… тогда веди нас домой, мой принц. Я полностью тебе доверяю.

Чуть позади них, точно так же разделив одно седло на двоих, ехали Ингрид и Вольга. Ингрид устроилась впереди, а Вольга, бережно обхватив руками её талию, правил лошадью. Парень то и дело смущённо улыбался, чувствуя близость своей Владычицы и вспоминая, как она выбрала именно предложенный им фасон платья. Ингрид же ехала с гордым видом, но её выдавал тёплый взгляд, который она то и дело бросала на его руки.

А вот в самом хвосте отряда тишину то и дело нарушали колкие замечания старшего поколения. Дмитрий Танин хмуро посмотрел на воркующие впереди парочки, поправил седло под своей массивной фигурой и громко проворчал:

— Ишь, устроили тут романтику на большой дороге! По парам расселись, коней экономят, видишь ли… Совсем молодёжь дисциплину потеряла.

Серый, ехавший рядом, весело хмыкнул и шутливо толкнул Великого Льва в плечо:

— Да ладно тебе ворчать, Дима! Дело-то молодое, пускай милуются. Ты лучше вспомни, как сам на девиц в молодости заглядывался.

Радан, ехавший чуть сбоку, громко рассмеялся, подливая масла в огонь:

— Да крёстный просто завидует, Серый! Сам же за столом говорил, что надо бы ему девицу на коронации найти, а теперь ворчит на чужое счастье!

— Цыц, шпана! — грозно басил Танин, хотя в его глазах промелькнула добрая усмешка. — Я за безопасностью слежу, пока вы тут зубы скалите!

И под эти весёлые кляузы, подколы и шутливые споры Танина, Серого и Радана, отряд наконец пересёк мост и въехал в распахнутые ворота родного замка.

Глава 21

Лошади остановились у парадного крыльца замка. Эбисс и Вольга первыми соскочили на землю, чтобы бережно помочь своим дамам спуститься с сёдел. Джемма, стараясь лишний раз не тревожить раненое плечо, доверчиво оперлась на крепкие руки принца, а Ингрид, слегка смущаясь под пристальными взглядами старших, аккуратно спрыгнула в объятия Вольги.

Когда суматоха улеглась и вся уставшая компания начала расходиться по своим комнатам, Джемма внезапно свернула в тёмный коридор, ведущий к королевской библиотеке. Эбисс, заметив это, тихо последовал за ней.

Джемма толкнула тяжёлую дубовую дверь, вошла в пахнущее старыми фолиантами помещение и уже собиралась закрыть за собой дверь, как перед ней выросла фигура принца. Он перехватил дверную ручку.

— Что ты здесь делаешь, Бисс? — удивилась принцесса, отступая на шаг.

— У меня к тебе встречный вопрос, — приподнял бровь Эбисс, пристально глядя на неё в полумраке. — Ещё полчаса назад на лошади ты уверяла меня, что смертельно устала и у тебя ломит всё тело. Так почему ты в библиотеке, а не в постели?

— Мне нужно срочно уладить кое-какие государственные счета до коронации, вот и пришла сюда, — вздохнула Джемма, проходя к массивному столу. — К тому же, среди этих тихих стеллажей я точно смогу спокойно уснуть, как только закончу с цифрами.

Эбисс понимающе хмыкнул, вошёл внутрь и уже потянул руку, чтобы плотно прикрыть дверь, как из коридора донёсся звонкий, возмущённый голос:

— А ну-ка, ну-ка, не закрывать! Я вообще-то тута!

В библиотеку стремительным шагом вошла Ингрид. Джемма от неожиданности округлила глаза.

— Ингрид? А ты-то что тут делаешь в такой час?

— Ну как «что»? — усмехнулась младшая сестра, поправляя волосы. — Увидела, что ты идёшь совсем не в сторону своих покоев, а за тобой крадётся наш дорогой зятёк. Ну и вот, решила посмотреть, куды вы это направляетесь, и последовала за вами. Тебе что, утром королевских отчетов мало было, что ты ночью пришла сюда читать?

— Да не читать я сюда пришла, — отмахнулась Джемма, зажигая свечу на столе. — Нужно до коронации все финальные счета посчитать, вот и пришла. Сама знаешь, какая там неразбериха из-за праздника.

— А-а-а… — протянула Ингрид, оценив масштаб разложенных на столе свитков. — Ну, тогда давай мы тебе поможем. Чем больше народу, тем лучше, быстрее закончим. Я пойду позову Вольгу, он в таких делах настоящий мастер!

Эбисс одобрительно кивнул и крикнул ей вслед:

— Заодно зайди за Серым! Он в южных расчётах тоже чертовски хорош, пусть отрабатывает сегодняшний ужин!

Ингрид согласно кивнула и выскочила в коридор. По дороге к жилому крылу она действительно наткнулась на Серого, который как раз собирался идти спать после долгого дня. Быстро объяснив ему ситуацию и проигнорировав его притворное ворчание о «ночной каторге для бедных рыцарей», она отправила его в библиотеку, а сама направилась к комнате Вольги.

Ингрид негромко постучалась в нужную дверь. Через полминуты замок щёлкнул, и на пороге появился заспанный, но мгновенно встрепенувшийся Вольга. Увидев свою Владычицу, он удивлённо приоткрыл рот, а затем на его лице расплылась хитрая улыбка.

— Владычица? — негромко спросил он, оглядывая пустой коридор. — Неужели Вы сегодня попутали комнату в темноте?

Не дав ей опомниться, Вольга мягко, но уверенно обхватил Ингрид за талию и увлёк её внутрь, прикрывая за ними дверь. Попав в полумрак его покоев, Ингрид густо покраснела и, смущённо кашлянув, аккуратно отстранилась, убирая его руки со своей талии.

— Вольга, стой, я пришла совсем не за этим, — постаралась придать голосу строгость принцесса. — Нам с Джеммой срочно нужна твоя помощь. В библиотеке гора предкоронационных счетов, которые нужно свести до рассвета. Вот я и пришла за тобой.

Вольга разочарованно вздохнул, но в его глазах тут же заплясали весёлые искорки. Он картинно привалился плечом к косяку, скрестил руки на груди и лукаво прищурился:

— А-а-а… Так вам, значит, нужна моя помощь? Ну, тогда поцелуйте меня, и я так и быть пойду спасать ваше королевство от бумажного завала.

Ингрид от такой дерзкости на секунду лишилась дара речи, а её щёки вспыхнули ещё ярче.

— Что-о-о?! — возмущённо, но с явной улыбкой переспросила она.

Ингрид от такой дерзкости на секунду лишилась дара речи, а её щёки вспыхнули ещё ярче.

— Что-о-о?! — возмущённо, но с явной улыбкой переспросила она. — Ты совсем страх потерял, Вольга?

Владычица Пылающего Разлома сделала шаг вперёд, намереваясь быстро чмокнуть его в щёку, чтобы покончить с этим торгом и поскорее уйти. Но парень разгадал её хитрый манёвр. Прежде чем она успела отстраниться, он перехватил её тонкие ладони, бережно сжал их в своих руках и аккуратно поднёс ладони Ингрид к своим губам.

— Не-а, не в щёку, — хмыкнул Вольга, заглядывая ей прямо в душу своими искрящимися глазами. Он нежно прижался губами к её тёплой коже и кивнул на свои губы: — Сюда надо.

Ингрид окончательно залилась густой краской. Вся её былая разломовская строгость испарилась, уступив место искреннему смущению.

— Ты же знаешь… я не смогу, — едва слышно прошептала она, пытаясь отвести взгляд.

— Сможете, моя Владычица, сможете, — тихо и невероятно вкрадчиво произнёс он, продолжая держать её руки. — Вы ведь и не такое можете.

Вольга лукаво улыбнулся, явно наслаждаясь тем, как легко эта сильная и грозная девушка робеет рядом с ним. Ингрид поняла: этот невозможный парень просто так от неё не отстанет, а время в библиотеке поджимает. Чтобы заставить его замолчать и прекратить эти дразнилки, она знала только один надёжный способ.

Ингрид решительно подалась вперёд и встала на цыпочки — ведь Вольга был чертовски высоким, и дотянуться до него было той ещё задачей. Она мягко обхватила его лицо руками и поцеловала. Поцелуй получился страстным, глубоким, с языком — собственническим и уверенным, словно она заново заявляла свои права на этого парня.

Вольга на секунду опешил от такой внезапной лавины чувств, но тут же горячо ответил, крепко прижимая её к себе. Когда воздух в лёгких окончательно закончился, Ингрид, тяжело дыша, медленно отстранилась и опустилась на полную стопу, пряча лицо у него на груди.

Парень тихонько выдохнул, бережно запустил пальцы в её растрёпанные волосы, аккуратно поправляя выбившиеся пряди, а затем нагнулся и расправил подол её платья. На его губах играла довольная, счастливая ухмылка. Конечно, в глубине души он рассчитывал на чуть большее, но для сегодняшнего бурного дня этого сладкого трофея ему хватало с лихвой.

— Ну вот, — ласково произнёс Вольга, открывая перед ней дверь комнаты. — Теперь-то мы точно можем идти спасать Джемму. Я весь в вашем распоряжении.

Ингрид лишь шутливо пригрозила ему пальцем, возвращая себе царственный вид, и они вместе быстрым шагом направились по тёмным коридорам замка прямиком в королевскую библиотеку.

Дверь библиотеки с глухим скрипом отворилась, и внутрь вальяжно зашёл Серый. Он устало потянулся, держа под мышкой несколько тяжёлых свитков, и с ходу заговорил своим привычным насмешливым тоном:

— Нет, ну вы издеваетесь? Я только-только сбежал от этих занудных северных отчётов, думал, наконец-то высплюсь перед рыночным похмельем, а меня тут же забрили на южную каторгу! За что мне всё это, Джемка?

Он с грохотом опустил бумаги на стол, за которым Джемма и Эбисс уже вовсю перебирали скопившиеся пергаменты и сверяли цифры. Не успел Серый устроиться поудобнее, как двери снова распахнулись, и в помещение наконец вошли Ингрид и Вольга.

Серый тут же картинно взмахнул одним из свитков, укоризненно глядя на вошедших:

— Ну и куда вы так долго пропали-то?! Сами меня сюда первыми запихнули, а сами где-то шлындаете! Я тут уже чуть с ума от этих дамрийских налогов не сошёл!

Ингрид, у которой щёки всё ещё слегка горели после недавнего поцелуя, смущённо отвела взгляд и поспешно буркнула:

— Я… я просто не могла сразу найти Вольгу, вот и всё. Комнаты перепутала в темноте.

Джемма, внимательно присмотревшись к сестре и заметив её подозрительно затуманенный взгляд и слегка припухшие губы, понимающе прищурилась. На её лице расплылась хитрая ухмылка.

— Ну-ну, сестрица, — протянула старшая принцесса, качая головой. — Рассказывай мне сказки. Но да ладно, сейчас не до этого. Ингрид, мне как раз нужен архивный свиток за прошлый месяц. Серый, поищи его вон в том шкафу, а ты, сестрёнка, посмотри на стеллажах с той стороны. Вольга, а не мог бы ты присесть к нам и помочь нам с Эбиссом посчитать финальные счета?

— Разумеется, принцесса. С удовольствием помогу, — вежливо согласился Вольга и сразу же присел к столу, углубляясь в подсчёты вместе с Биссом.

Ингрид, радуясь возможности сбежать от проницательного взгляда Джеммы, быстро ушла в дальний конец огромной библиотеки. Стеллажи там уходили под самый потолок, напоминая высокие тёмные колонны. Оглядывая бесконечные ряды книг, она на всю библиотеку закричала Джемме:

— А что вообще должно быть на этом свитке? Как мне его узнать?!

— Там должна быть наша официальная королевская печать на сургуче! — так же громко ответила со своего места Джемма.

Ингрид принялась перебирать пыльные свитки на верхних полках. Чтобы дотянуться до самого верха, ей пришлось залезть прямо на уступ высокой декоративной колонны. Спустя пару минут её пальцы нащупали нужный пергамент.

— Нашла! — радостно воскликнула Ингрид и, балансируя на узком выступе, победно замахала свитком в воздухе.

Но гордость сыграла с ней злую шутку. Ткань платья зацепилась за край полки, нога соскользнула, и принцесса с коротким испуганным выдохом полетела вниз.

Серый, который как раз искал бумаги у соседнего шкафа, среагировал мгновенно. Он рванулся вперёд и в самый последний момент успел подхватить падающую Ингрид, намертво зафиксировав её в своих крепких рыцарских объятиях.

На испуганный крик Ингрид из-за стола тут же пулей примчался Вольга. Но стоило ему выбежать из-за поворота стеллажа, как он резко замер на месте. Перед его глазами предстала картина: Серый крепко держит на руках его Владычицу, а его ладони лежат прямо на её талии. В груди парня мгновенно вспыхнула глухая ярость, а взгляд потемнел от ревности. Он всё понял совершенно неправильно.

— И что здесь, черт возьми, происходит? — ледяным, дрожащим от злости голосом спросил Вольга, шагая вперёд. — Серый, у Meri руки лишние, или ты просто страх потерял? А ну убрал от неё свои клешни!

Серый от такой предъявы аж опешил, но выпускать принцессу не спешил, удивлённо приподняв бровь:

— Слышь, малец, ты остынь малёха. Я её вообще-то от перелома шеи спас, пока ты там над цифрами чах.

Ингрид, чувствуя, как обстановка накаляется, быстро соскочила на пол и встала между ними:

— Вольга, прекрати! Всё не так, как ты думаешь! Я просто падала с колонны!

— Да неужели?! — вскипел Вольга, проигнорировав слова принцессы и буравя Серого яростным взглядом. — Падала она! А он тут как тут, самый услужливый рыцарь Дамрии! Давно на чужое заглядываешься, Серый?

— Мальчик, следи за языком, пока я тебе его не укоротил, — мгновенно посерьёзнел Серый, сузив глаза. — Засунь свою ревность куда подальше и скажи спасибо, что твоя Владычица сейчас не лежит тут со сломанной ногой.

Вольга от этих слов окончательно потерял контроль. Сделав резкий шаг вперёд, он собственническим жестом перехватил Ингрид за запястье и с силой потащил на себя, пытаясь увести подальше от соперника. Серый, не на шутку испугавшись, что разозлённый парень сгоряча может причинить принцессе боль или как-то навредить ей, решил ни за что её не отпускать. Рыцарь мгновенно выбросил руку вперёд и намертво перехватил Ингрид за другую руку.

Парни сцепились мёртвой хваткой и заспорили уже не на шутку, буравя друг друга яростными взглядами. Ингрид оказалась зажата прямо между ними. В её голове промелькнула паническая мысль: «Может, откинуться от них огнём Разлома, чтобы они наконец разжали руки?» Но, оглядевшись по сторонам, она тут же мысленно дала себе пощёчину. Вокруг были вековые деревянные стеллажи и тонны сухих бумаг. «Если я сейчас вспыхну, тут всё сгорит к чертям, и Джемма меня просто убьёт за уничтоженные отчёты!» — обречённо подумала младшая сестра.

И тут её осенила единственная спасительная идея. Ингрид зажмурила глаза, набрала в лёгкие как можно больше воздуха и что есть мочи закричала на всю библиотеку:

— ДЖЕММА-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

У Джеммы, которая в этот момент мирно сидела за столом, от этого оглушительного визга аж свиток из рук выпал и с шорохом покатился по полу. Она испуганно вздрогнула, медленно повернулась к сидящему рядом Эбиссу и со скрежетом зубовным процедила:

— Ну вот… «Сам разберётся», говорили они… А мне теперь опять за ними хвосты заносить!

Сам принц Эбисс в этот момент сидел неподвижно, растерянно хлопал глазами и отчаянно пытался сообразить, что вообще сейчас произошло в тихом архивном крыле.

Джемма резко вскочила со своего стула и пулей побежала на крик сестры вглубь книжных лабиринтов. Эбисс бросился следом за ней. Вылетев из-за поворота, старшая принцесса резко затормозила и уставилась на представшую перед ней картину: разъярённый Вольга держит Ингрид за одно запястье, хмурый Серый — за другое, а сама младшая сестра стоит между ними с несчастным видом.

— Ну и что за цирк тут происходит?! — грозно прикрикнула Джемма, упирая руку в бок. — Вы что, устроили тут петушиные бои посреди королевского архива? А ну быстро отпустили мою сестру!

Услышав строгий командный голос будущей королевы Дамрии, Вольга медленно пришёл в себя. Хмель слепой ревности начал постепенно выветриваться из его головы. Он тяжело выдохнул, бережно разжал свои пальцы и отпустил тонкое запястье Ингрид, виновато опуская взгляд. Серый тоже тут же убрал руки, демонстрируя, что конфликт исчерпан, и недовольно поправил воротник. Вольга заметно успокоился, хотя всё ещё продолжал хмуро коситься в сторону рыцаря.

— Ладно, остыли, — Серый первым нарушил тишину, тяжело вздохнул и поднял ладони в примирительном жесте, глядя прямо на Вольгу. — Прости, парень. Я погорячился и не подумал, как это выглядит со стороны. Перепугался просто, что ты её с корнем утащишь. Зла на тебя не держу.

Вольга всё ещё стоял напряжённый, но кулаки уже разжал. Ингрид мягко сделала шаг к нему, заглядывая в глаза, а затем повернулась к Серому и Джемме.

— Что бы между нами ни случилось, Вольга не такой, — твёрдо и с гордостью в голосе произнесла младшая принцесса. — Он никогда и ни за что не причинит мне вреда. Я в нём уверена.

Вольга от этих слов заметно оттаял, его плечи опустились, а в глазах промелькнула благодарность.

Эбисс тем временем подошёл ближе к Серому, покачал головой и негромко, но строго обратился к нему:

— Братец, ну ты-то куда лезешь? Старше ведь его, мог бы и поумнее быть. Зачем парня провоцировал? Ты же видишь, как он за неё переживает.

— Да я что? Я ничего, Бисс, — в своей привычной манере отмахнулся Серый, хотя по глазам было видно, что ему неловко. — Говорю же — спасал девчонку от падения. Кто ж знал, что у них тут такие шекспировские страсти кипят.

Пока братья разбирались между собой, Вольга повернулся к Джемме и виновато опустил голову.

— Простите, принцесса Джемма, — тихо и искренне сказал он. — Я устроил этот глупый скандал прямо в архиве, накричал… Не сдержался, когда увидел его руки на её талии. Чуть работу вам не сорвал.

Джемма посмотрела на него, её суровый взгляд сменился мягкой, понимающей улыбкой. Она легонько похлопала парня по здоровому плечу.

— Ладно тебе, Вольга, забыли, — добродушно ответила она. — Главное, что все живы, целы и архив не сгорел. Ревность — штука такая, с каждым бывает. Особенно когда дело касается моей упрямой сестрицы. Так что выдыхай, всё нормально.

— Спасибо, Джемма, — искренне улыбнулся Вольга, окончательно успокаиваясь.

— Ну вот и отлично, мировая подписана! — хлопнула в ладоши старшая принцесса. — А теперь, господа ревнивцы и спасатели, свиток с печатью у нас, так что шагом марш за стол. Нам ещё половину предкоронационной казны сводить!

Глава 22

Свечи в библиотеке оплывали уже третий раз, оставляя на серебряных подсвечниках причудливые восковые узоры. За окнами начали брезжить первые, ещё бледные признаки дамрийского рассвета. Ночной бумажный марафон подходил к концу. Последние цифры сошлись, и в архиве наконец воцарилась относительная тишина.

Джемма, державшаяся всё это время исключительно на упрямстве, окончательно сдалась. Её глаза закрывались сами собой, а перо едва не выпадало из пальцев. Не в силах больше бороться с навалившейся усталостью, она тихонько вздохнула и на ходу, совершенно неосознанно, уронила свою голову на плечо сидящего рядом Эбисса.

Принц мгновенно замер, боясь сделать даже лишний вдох. Его карие глаза потеплели, а на губах появилась мягкая, оберегающая ухмылка. Он аккуратно перехватил у неё из рук исписанный пергамент и свободной рукой приобнял невесту за плечи, позволяя ей устроиться поудобнее.

Заметив это, Ингрид наклонилась через стол к Серому и принялась тихо, едва слышно шептаться, чтобы не дай бог не разбудить старшую сестру:

— Ты посмотри на них… Наш грозный южный принц превратился в безмолвную подушку для будущей королевы. Какая идиллия.

Серый её тут же охотно поддержал, прикрывая рот ладонью и заговорщически подмигивая младшей принцессе:

— И не говори, Владычица. Доспехами на рынке гремел, дерзил, а сейчас сидит и дышать боится, лишь бы Джемка не проснулась. Вот она — суровая рыцарская доля.

Они оба тихо, приглушённо рассмеялись, пряча улыбки в рукавах и продолжая на пару беззлобно подкалывать Эбисса. Сам принц лишь молча и картинно закатил глаза, пообещав себе, что припомнит брату эти шуточки на завтрашней тренировке. Между Ингрид и Серым после ночной стычки наконец установилось то самое лёгкое, дружеское доверие, в котором не было места старым обидам.

Однако не все в библиотеке разделяли это весёлое утреннее настроение.

Вольга сидел чуть поодаль, лениво перебирая оставшиеся архивные связки. Он внимательно наблюдал за тем, как мило и непринуждённо смеются Ингрид и Серый. Парень изо всех сил старался держать себя в руках, но внутри у него снова всё закипало от глухого раздражения. И злился он сейчас вовсе не на свою любимую Владычицу — Ингрид была ни в чём не виновата. Его до безумия раздражал этот самый Серый, откуда ни возьмись появившийся в их жизни. Этот дамрийский рыцарь слишком легко находил общий язык с принцессой, слишком вольно шутил и постоянно крутился рядом, заставляя Вольгу мысленно сжимать кулаки под столом.

Эбисс аккуратно поднялся со стула, бережно подхватив спящую Джемму на руки. Она даже не шелохнулась, лишь инстинктивно уткнулась носом в его плечо. Принц коротко кивнул оставшимся и тихим, бесшумным шагом понёс свою драгоценную ношу прочь из библиотеки.

Ингрид и Вольга тоже начали собираться. Увидев, какой беспорядок из свитков остался на огромном дубовом столе, младшая принцесса с сомнением посмотрела на Серого, который уже лениво стаскивал пергаменты в одну кучу.

— Серый, ты уверен, что знаешь, что где находится? Точно помощь не нужна? — тихо спросила Ингрид, оглядывая горы архивов.

Рыцарь мягко усмехнулся, даже не отрываясь от своего занятия, и уверенно махнул рукой:

— Иди спать, Владычица. Мы с Биссом в этой библиотеке с самого детства играли, читали и учились, пока наши отцы государственные дела обсуждали. Так что я тут каждую мышиную норку знаю и помню, что на какой полке лежит. Да и самые важные документы хранятся совсем не тут, так что тебе вообще не о чем переживать.

Ингрид немного подумала, оценивая его спокойный тон, и удовлетворённо кивнула.

— Ну ладно. Тогда мы пойдём спать, — тихо сказала она.

Серый понимающе кивнул ей вслед, оставаясь наводить порядок в гордом одиночестве.

Пока они шли по длинным, погружённым во мрак коридорам замка, Вольга подозрительно молчал. Он шёл чуть впереди, чеканя шаг, и ни разу не обернулся. Эта тяжёлая, давящая атмосфера заставила Ингрид не на шутку побеспокоиться. В его молчании отчётливо читался шлейф той самой ревности к Серому, которая так и не утихла до конца.

Вот они уже оказались у дверей её покоев. Вольга, по-прежнему не обращая на неё внимания, молча потянулся к ручке и уже открывал дверь, как вдруг почувствовал, что сзади кто-то держит его и слегка тянет назад. Парень обернулся и опустил взгляд. Из полумрака на него смотрели тонкие пальцы Ингрид, крепко вцепившиеся в ткань его простой рубашки.

— Ты… ты обиделся? — едва слышно спросила Ингрид, виновато опуская голову и не смея посмотреть ему в глаза. — Я… я правда… Между нами с Серым правда ничего нет. Он просто поймал меня, когда я падала.

Только-только она хотела поднять голову, чтобы доказать искренность своих слов, как Вольга резко подался вперёд. Он молниеносно протянул к ней свои руки, обхватил её лицо и горячо, властно поцеловал её в губы.

Ингрид была в глубоком шоке от такой внезапной смены его настроения, но сопротивляться не стала — она мгновенно обмякла и полностью отдалась этому собственническому поцелую. Вольга, не разрывая контакта, одной рукой легко приподнял её над полом, прижимая к себе, а другой вслепую нащупал ручку, толкнул дверь и запер её изнутри. Дверь с гулким хлопком закрылась, отрезая их от всего остального мира, а сама парочка, покачиваясь от нахлынувшей страсти, медленно двинулась в сторону кровати.

От этого поцелуя было просто не оторваться. Спустя несколько минут Вольга всё же нехотя отстранился. Тяжело дыша, он бережно провёл большим пальцем по её влажным губам и тихо, с лёгкой хрипотой в голосе произнёс:

— Опухли… Моя Владычица, ваши губы так быстро опухли. Если вы завтра выйдете отсюда такой и вас увидит Серый… Что он может подумать?

Владычица Пылающего Разлома ласково посмотрела на него. В её глазах больше не было вины — только безграничная нежность. Она медленно подняла руку и мягко провела ладонью по его горячей щеке.

— Пусть думают что хотят, — с лёгкой улыбкой ответила Ингрид. — Ни для кого в этом замке не секрет, что я — твоя.

Вольга на секунду замер, а затем с тихим вздохом облегчения опустил голову на плечо Ингрид. Он крепко-крепко прижал её к себе, утыкаясь носом в шею и жадно вдыхая родной аромат её волос.

— Моя любовь к тебе сводит меня с ума, моя Владычица, — горячо прошептал он ей в самое ухо.

Ингрид тихонько рассмеялась, нежно поглаживая его по широкой спине и перебирая пальцами густые волосы.

— Я знаю, знаю, мой дурачок… — ласково шептала она в ответ.

А тем временем в другом крыле замка принц Эбисс как раз принёс Джемму в её покои. Стоило ему аккуратно уложить её на мягкие простыни, как принцесса от движения немного проснулась. Она сонно захлопала ресницами, слабо хватаясь за его воротник.

— Бисс… — пробормотала она, оглядываясь. — Где мы?

— Тихо, — ласково прошептал принц, присаживаясь на край постели и убирая прядь с её лица. — Ты уснула прямо на мне в библиотеке. Всё хорошо, ты дома. Спи.

Но Джемма, капризно надув губы, упрямо потянула его за одежду на себя.

— Нет… Всё равно неси меня, — сонно потребовала она, наотрез отказываясь отпускать его. — Я так устала…

Она ещё сильнее прижалась к его груди и крепко приобняла принца за шею, утыкаясь ему в плечо и беззвучно приказывая не уходить. Эбисс от такой внезапной ласки затаил дыхание. Он наклонился к самому её уху и хрипло, с едва сдерживаемой улыбкой прошептал:

— Не провоцируй меня, моя принцесса… Я ведь могу и остаться.

Но Джемма ему уже ничего не ответила. Набегавшись за день, она мгновенно провалилась в глубокий сон и теперь лишь мирно и сладко сопела на его плече, полностью уверенная в своей безопасности рядом со своим южным принцем.

Эбисс так и не смог заставить себя уйти. Побоявшись потревожить израненное плечо невесты, он аккуратно прилёг рядом, прямо поверх покрывала, надёжно укрывая её своим плащом.

Утром первые яркие лучи дамрийского солнца пробились сквозь тяжёлые портьеры. Принц проснулся первым. Он повернул голову и увидел, что Джемма всё ещё сладко сопела, уткнувшись носом в подушку и забавно поджав под себя здоровую руку. Эбисс мягко улыбнулся, нежно провел ладонью по её шёлковым волосам и тихо, чтобы не нарушить этот покой, произнёс:

— Спи, моя хорошая. Ты заслужила этот отдых.

Он бесшумно поднялся, поправил одеяло и на цыпочках вышел из покоев. Молоденькая служанка, которая как раз несла кувшин с тёплой водой и только-только собиралась постучаться, испуганно вздрогнула, когда дубовая дверь внезапно отворилась. Увидев выходящего из спальни принцессы принца, девушка густо покраснела и торопливо поклонилась:

— Доброго утра, Ваше Высочество…

— Тсс, — Эбисс приложил палец к губам, прерывая её на полуслове. — Доброе утро. Пожалуйста, не буди её. Она вчера очень сильно устала за весь день, пусть выспится как следует.

Служанка понимающе закивала головой, а принц спокойным шагом направился в обеденный зал.

За большим королевским столом уже вовсю кипел завтрак. Собрались практически все, кроме Ингрид и Джеммы. Василиса, аккуратно наливая себе чай, оглядела пустые стулья и с беспокойством спросила:

— А где же мои дочки? Обычно Джемма первая бежит проверять, что приготовили на кухне.

— Джемма спит, — спокойно ответил Эбисс, занимая своё место и принимаясь за омлет. — Я заглядывал к ней, она даже не шевельнулась. Вчерашний день её знатно вымотал.

— Ингрид вчера тоже долго не могла уснуть, много думала и только под утро заснула, — подал голос Вольга, стараясь говорить максимально естественно, хотя при воспоминании о ночных поцелуях его сердце забилось чаще. — Я заходил проверить — спит без задних ног, так что я не стал будить её.

Фотония согласно кивнула, ласково посмотрев на парней:

— Вы всё правильно сделали. Им обеим сейчас отдых нужен как никогда. Столько событий перед коронацией, пускай набираются сил.

В этот момент в залу бодрым шагом вошел Радан. Оглядев присутствующих и заметив пустующие места, он весело хмыкнул:

— О как! Всем доброго утречка. Неужели наши дамрийские красавицы всё ещё спят? Не ожидал, что они такие сони.

— Да, они вчера действительно очень устали, вот и уснули покрепче, — вежливо ответил ему Вольга.

Радан удивленно приподнял бровь, усаживаясь за стол и пододвигая к себе тарелку с выпечкой:

— Погоди, а от чего они так устали-то? Мы же с рынка все вместе вернулись и сразу по комнатам разошлись, подушки давить.

— Это мы спать пошли, — хмуро пробасил Дмитрий Танин, отхлёбывая розовый чай из огромной чашки. — А девчонки, когда разошлись, ещё половину ночи в библиотеке сидели. Счета государственные улаживали да казну к празднику сводили. Мне Серый вчера рассказал.

Радан аж жевать перестал от изумления. Он покачал головой и искренне восхитился:

— Ну надо же… Кто бы мог подумать! Оказывается, наши девочки всё-таки чертовски ответственны, хоть иногда и кажутся жуткими ветреницами.

— Тут ты прав, парень. Обязанности свои они знают, — согласился Танин, одобрительно качнув головой.

В разгар их беседы двери залы снова приоткрылись, и внутрь торопливо зашёл Серый. Он выглядел немного помятым, взъерошил свои волосы и виновато улыбнулся старшему поколению:

— Прошу прощения за опоздание! Поздно уснул вчера, пока архив в порядок приводил, вот и проспал самое интересное.

Он оглядел стол, заметил отсутствие принцесс и хмыкнул:

— О, раз я не вижу наших девушек, значит, они тоже до сих пор спят? Да? Я угадал?

— Угадал, Серый, угадал, — усмехнулся Радан. — Ночные труженицы отдыхают.

Серый довольно потёр ладони, его глаза азартно блеснули, и он перевёл взгляд на остальных парней:

— Ну, раз наши прекрасные дамы спят и мешать нам некому… почему бы нам, мужчинам, не пойти на тренировочное поле и знатно там не потренироваться? Разомнём кости перед балом, а?

Эта идея мгновенно пришлась по вкусу абсолютно всем парням. Эбисс согласно кивнул, у Вольги от предвкушения хорошей взбучки загорелись глаза, а Радан уже вовсю потянулся к своему верному мечу. Дружно доев сытный завтрак, мужчины поднялись из-за стола, отправились переодеваться в удобную тренировочную одежду и направились прямиком на широкий замковый плац.

Парни вышли на широкое, залитое утренним солнцем тренировочное поле. Каждый из них мысленно прикидывал, с кем встать в пару, чтобы как следует размяться.

Первым вперёд уверенно шагнул Вольга. На ходу перехватив рукоять деревянного тренировочного меча, он медленно пробежался оценивающим взглядом по всем присутствующим. Наконец его взор остановился на одной конкретной фигуре, и парень хитро прищурился. Он решил взять Серого. Вчерашняя ночная недосказанность всё ещё сидела в нём глухой обидой, и Вольга очень хотел преподать этому самоуверенному рыцарю хороший урок.

Серый лишь весело ухмыльнулся, принимая вызов, и легко крутанул свой клинок в воздухе.

Парни сошлись в центре плаца. Начался яростный, стремительный бой. По полю разнёсся оглушительный скрежет оружия, а от мощных ударов в воздух то и дело взлетали маленькие искорки. Вольга нападал резко и напористо, но Серый искусно блокировал каждый выпад, демонстрируя превосходное телосложение и многолетний опыт.

В какой-то момент, заблокировав очередной сильный удар Вольги, Серый наклонился чуть ближе и негромко, с явной подначкой произнёс:

— А Ингрид-то у нас очень красивая. Настоящая редкая жемчужина.

У Вольги от этих слов мгновенно зажглись яростным огнём глаза, а челюсти плотно сжались.

— Что?! Что ты сейчас сказал?! — процедил он сквозь зубы и с удвоенной силой ударил своим мечом по клинку рыцаря.

— Ну как «что», Вольга? — как ни в чём не бывало продолжил Серый, уклоняясь и подливая масла в огонь. — Говорю, принцесса-то чертовски красивая. У неё такая потрясающая фигура, да и этот её властный характер… Мне вот жутко интересно, какая она в…

Не успел Серый договорить последнее слово, как Вольга окончательно потерял контроль от ревности. Он резко бросил меч, мгновенно сократил дистанцию и со всей силы наотмашь ударил рыцаря рукой прямо по лицу.

Звук удара эхом разнёсся по плацу. Серый от такой мощной подачи отлетел на пару шагов назад, едва не потеряв равновесие, но всё же устоял на ногах — хорошая физическая форма и закалка южных застав спасли его от падения.

— Ауч! — Серый поморщился, приложив ладонь к челюсти, и сплюнул кровь. — Как же больно ты бьёшься, парень! Я ведь всего лишь хотел узнать, какая она в злости, когда командует! А ты-то о чём вообще подумал, ревнивец?

Вольга тяжело дышал, готовый снова броситься в драку, а Радан и Эбисс уже двинулись было вперёд, чтобы разнять парней. Но их внезапно остановил звонкий, чёткий голос, раздавшийся со стороны замковых ступеней.

— Я вижу, вы тут вовсю веселитесь без нас? — Ингрид уверенным шагом шла прямо к ним.

Она уже успела переодеться в удобную, облегающую одежду для тренировок, а в её руках надёжно покоился изящный меч. Младшая принцесса подошла ближе и строго окинула взглядом тяжело дышащих мужчин. Затем она повернулась к Серому, заметив багровую ссадину на его лице.

— Серый, марш отсюда к лекарям, — скомандовала Ингрид, качая головой. — Иди обработай лицо, у тебя губа немного треснула. Нечего тут кровью истекать перед праздником.

Рыцарь лишь примирительно поднял руки, пряча ухмылку, и послушно зашагал в сторону замка. Владычица же крутанула клинок в руке, перевела свой тёмный, искрящийся взгляд на притихшего парня и уверенно произнесла:

— Ну а я, пожалуй, продолжу этот бой с Вольгой. Если он, конечно, не против…

Вольга посмотрел на свою любимую, вся его ярость мгновенно испарилась, уступив место азартной, тёплой улыбке. Он подобрал свой тренировочный меч, поудобнее перехватил рукоять и ответил:

— Я совсем не против, Владычица. Давай, как в старые добрые времена!

Глава 23

Ингрид и Вольга сошлись в центре тренировочного поля. Мечи со свистом рассекали воздух, и по плацу разносился чёткий, ритмичный звон стали. Это был не просто бой, а красивый, слаженный танец двух людей, которые знали движения друг друга наизусть. Вольга искусно уклонялся, но Владычица нападала с поразительной точностью. Сделав обманный замах, Ингрид ловким круговым движением выбила оружие из его рук, сделала подножку и в следующее мгновение уложила парня на лопатки, приставив остриё клинка к его груди.

— Ты повержен, Вольга, — тяжело дыша, но победно улыбаясь, произнесла Ингрид.

Парень, даже не думая подниматься, преспокойно растянулся на траве. Он преданно посмотрел на неё снизу вверх и с обезоруживающей улыбкой тихо выдал:

— Под такой прекрасной соперницей, моя Владычица, я готов проигрывать хоть каждый божий день.

Ингрид от такой смущающей фразы мгновенно залилась краской. Она поспешно убрала меч, резко отвернулась, пытаясь скрыть пылающие щёки, и строго бросила через плечо:

— Вечером поговорим! Нашёл время для своих глупостей.

Вольга лишь весело рассмеялся, продолжая лежать на земле. В этот момент над ним нависли массивные фигуры Дмитрия Танина, Радана и принца Эбисса.

— О как! Молодой человек, а вас, я гляжу, знатно победили, — с доброй усмешкой протянул Радан, скрестив руки на груди.

Эбисс понимающе хмыкнул и протянул Вольге руку. Тот крепко пожал её, уверенно поднялся на ноги, отряхнул тренировочный костюм и негромко, но серьёзно ответил:

— Нет, я не проиграл. Просто это моя Владычица… Я не хочу, чтобы она как-то грустила. Помню, как однажды я победил её, так она потом как не в себя начала тренироваться, сутками с плаца не вылезала. Не хочу больше видеть её такой измотанной, вот и поддаюсь всегда. Хотя она сильная, слов нет! Она и сама в одиночку может справиться с жрицами или ещё с кем покруче.

Вольга на секунду замолчал, его взгляд стал серьёзным, и он тише добавил, поглядывая на пьющую воду принцессу:

— Но на данный момент ей просто нельзя использовать магию. После того переворота в Разломе мы её еле-еле смогли спасти, вытащили с того света… Поэтому у неё сейчас стоит строжайший запрет пользоваться своей силой. Вот из-за этого немного чувствуется, что физически она сейчас слабовата. Но… пусть лучше будет такой. Ведь у неё теперь есть я — тот, кто всегда сможет её защитить.

Парни молча и уважительно кивали головой, проникаясь глубоким уважением к его словам.

— Это правильные слова, парень. Мужские, — одобрительно басом прогудел Дмитрий Танин.

В это время Ингрид, сделав несколько глотков прохладной воды, вытерла пот с лица белым полотенцем и звонко крикнула на всё поле:

— Ну, кто следующий?! Не заставляйте меня ждать!

Танин хмуро прищурился, разминая широкие плечи, и решил лично проверить, каков в деле этот северный парнишка. Он перехватил потяжелее тренировочный топор и шагнул вперёд:

— Ну давай, принц, посмотрим, чему тебя на южных заставах учили. Я буду с тобой.

Эбисс спокойно ухмыльнулся, крутанул в руке рукоять меча и уверенно ответил:

— Я совсем не против, достопочтенный Дмитрий. Мне без разницы, с кем вставать в пару. Начинаем!

А тем временем в королевских покоях только-только проснулась Джемма. Она медленно поднялась на постели, сладко потягиваясь, и принялась разглядывать комнату. В памяти тут же яркими вспышками всплыл вчерашний вечер, её сонные капризы и то, как нежно Эбисс нёс её на руках. Принцесса немного покраснела от этих мыслей и поспешно посмотрела себе за спину, надеясь увидеть жениха. Но там, к её разочарованию, никого не было. Постель с его стороны уже остыла.

— Ушёл, что ли?.. — тихо прошептала Джемма себе под носик, слегка разочарованно вздохнув.

Она встала, накинула лёгкий халат и вышла в коридор. Там царила утренняя тишина, никого из друзей не было видно. Спустившись по широкой мраморной лестнице, Джемма наконец наткнулась на проходящую мимо служанку.

— Доброе утро. Подскажи, а где все? — поинтересовалась принцесса.

— Доброго утра, Ваше Высочество, — поклонилась девушка. — К королям и королеве Фотонии как раз пришли портные из городского бутика для снятия мерок. А все парни и принцесса Ингрид сейчас пропадают на тренировочной площадке.

— Вот оно что… Спасибо большое, — улыбнулась Джемма. — Будь добра, подготовь мне тёплую воду для умывания и мою тренировочную одежду. Я позже присоединюсь к ним.

Служанка почтительно кивнула, попрощалась и ушла выполнять поручение. Джемма же решила первым делом заглянуть в большую гостиную. Войдя в просторную залу, она увидела сидевших там родителей и суетящегося вокруг них мастера-портного.

— Всем доброго утра! — звонко поздоровалась Джемма, проходя внутрь.

— Проснулась всё-таки, соня! — ласково улыбнулась Василиса — её родная мать, поднимаясь с кресла и нежно прижимая дочь к себе. — Как ты себя чувствуешь, родная? Всё ли хорошо? Ничего не болит?

— Все хорошо, матушка, не переживай, — мягко ответила принцесса, устраиваясь на подлокотнике. — Вот услышала новость, что портные уже приехали мерки снимать, решила заглянуть, проведать вас.

Фотония, с которой швея как раз снимала мерки для рукавов, повернулась к Джемме и указала на разложенные на столе свитки с образцами тканей:

— Раз уж ты пришла, милая, помоги нам. Выбери для нас с отцом и для Соляриса с Василисой фасоны и цвета платьев. Ты у нас главная по стилю на этой коронации.

Джемма с удовольствием подошла к столу, увлечённо перебирая дорогие отрезы шёлка и бархата. Спустя пару минут она уверенно вытащила два рулона:

— Так, я всё придумала! Для Матушки Фотонии и отца мы выберем вот этот благородный изумрудно-зелёный цвет платья и камзола. Вам это безумно пойдёт. А вот батюшке Солярису и матушке Василисе мы сделаем наряды глубокого красного цвета. Разломовские ведь сразу сказали, что будут в красном, так что это станет отличным символом нашего союза.

Василиса одобрительно осмотрела яркую алую ткань, а затем с любопытством взглянула на старшую дочь:

— Прекрасный выбор, доченька! А ты? Ты тоже будешь в красном, дорогая?

— Нет, матушка, — с загадочной и очень счастливой улыбкой ответила Джемма, вспоминая их ночной уговор с Биссом. — Я решила, что надену синее. Светло-синее парное платье.

Фотония мягко улыбнулась и согласно кивнула головой, одобряя решение будущей королевы Дамрии:

— Синий — это цвет истинной дамрийской правящей династии. Отличный выбор, Джемма. Это будет выглядеть по-королевски.

Джемма тепло попрощалась с родителями и портными, после чего лёгким, уверенным шагом вышла из прохладной гостиной. Переодевшись в удобную тренировочную одежду, она направилась прямиком к плацу, откуда уже вовсю доносился звонкий скрежет стали.

Она вышла к мужчинам как раз в тот момент, когда все они сгруппировались у края поля, заворожённо наблюдая за развернувшейся схваткой. Ингрид, заметив сестру, тут же сделала глоток из своей бутылки и хитро прищурилась.

— О, проснулась наконец, соня! — весело воскликнула младшая сестра, оглядывая её. — А мы тут уже вовсю разминаемся.

— Да уж, принцесса, — вставил свои две копейки Радан, коварно ухмыляясь и опёршись на рукоять своего меча. — Твой южный суженый тут как раз пытается доказать нашему Льву, что на юге умеют не только доспехами на базаре звенеть. Пока держится, но Дмитрий шутить не любит!

В этот момент на поле Эбисс и Танин сошлись в мощном клинче. Сила Великого Льва была сокрушительной, но принц брал поразительной ловкостью и скоростью. Заметив краем глаза появление Джеммы, которая сразу же засияла и начала активно подбадривать своего жениха, Эбисс азартно блеснул карими глазами. Не разрывая блока, он громко выкрикнул ей через всё поле:

— Дорогая! А что будет, если я смогу выиграть его?! Какой приз меня ждёт?!

Джемма озорно улыбнулась, сложила ладони рупором и звонко крикнула в ответ:

— Всё, что захочешь, Бисс! Выиграй — и проси что угодно!

— Ну раз так… — принц резко перехватил рукоять, на его губах заиграла дерзкая ухмылка. Он уважительно, но твёрдо посмотрел на нападающего великана. — Простите, Дмитрий, но мне уж очень хочется, чтобы моя принцесса была счастлива! Я забираю эту победу.

Танин ответил дерзко, его громовой бас разнёсся по плацу:

— Поддаваться я тебе не собираюсь, щегол! Я должен сам увидеть, на что ты годен!

Великий Лев обрушил на принца серию тяжелейших ударов, но Эбисс, подпитанный обещанием невесты, двигался словно молния. Сделав обманный финт уклонения, он проскользнул под массивным топором Танина, крутанул клинок и чистым, безупречным движением плашмя опустил тренировочный меч на плечо наставника, одновременно подсекая его опорную ногу. Дмитрий покачнулся и, тяжело дыша, опустил оружие. Женишок выиграл!

Джемма невероятно обрадовалась. Позабыв про все королевские приличия, она сорвалась с места и пулей побежала к нему прямо через всё поле, с разбегу крепко обнимая его за шею и восторженно крича:

— Ура-а-а-а! Ты выиграл! Ты сделал это!

Принц счастливо рассмеялся, подхватил её одной рукой и крепко прижал к себе. Он наклонился к её уху и горячо прошептал:

— Ну, я ведь старался не просто так… Помни про своё обещание.

Джемма отстранилась, заглядывая в его тёплые карие глаза, и задорно улыбнулась:

— Конечно! Ты ведь обещал выиграть — и выиграл. Так что проси всё, что твоей душе угодно. Что ты хочешь?

Эбисс на секунду задумался, окинул её лукавым взглядом и таинственно протянул:

— Пожалуй… я попрошу об этом чуть позже. Наедине.

Ингрид, наблюдавшая за этой сценой вместе с Вольгой, аж от такой скрытности не выдержала. Она скрестила руки на груди и начала вовсю подкалывать старшую сестру, ехидно приподнимая бровь:

— Ой, ну надо же, какие у нас тут секреты мадридского двора! Смотри мне, Джемка, чтобы там в ваших тайных желаниях ничего такого предосудительного не было до свадьбы! А то знаю я этого южанина.

Джемма лишь шутливо показала ей язык, а затем повернулась к Дмитрию Танину. Великий Лев стоял посреди плаца, словно зависший каменный истукан, удивлённо переводя взгляд со своего оружия на молодого принца. Джемма, широко и победно улыбаясь, звонко рассмеялась и подмигнула ему:

— Крестный, а это тебе за тот раз, когда ты меня на тренировке пощадить отказался! Считай, долг возвращён!

Танин на секунду нахмурился, а затем знатно взъерошил свои густые волосы, шумно выдохнул и добродушно хмыкнул. Он подошёл ближе, тяжело похлопал Эбисса по плечу, отчего тот едва не просел, и веско произнёс:

— Ну что, крестница… Проверку парень прошёл. Меч держит крепко, характер есть. Доверяю тебя этому пареньку, пускай защищает твой взрывной нрав.

Вот такими яркими, беззаботными деньками и проходило их время перед коронацией. Замок Дамрии буквально ожил, наполнившись звонким смехом, бесконечными примерками и предпраздничной суматохой. Конечно, не обходилось и без мелких стычек: Вольга и Серый при каждом удобном случае продолжали колоть друг друга ехидными замечаниями.

В один из дней вся компания собралась в малой зале, где пол полным ходом шло обсуждение праздничного банкета. Вокруг стола высились горы каталогов с посудой, скатертями и меню.

— Слушай, малец, — Серый лениво покрутил в руках эскиз серебряного кубка и с подколкой посмотрел на Вольгу. — Ты этот сервис с узорами Разлома выбираешь, чтобы у гостей от одного взгляда на тарелки аппетит пропадал, или просто по старой привычке хочешь всех запугать?

— Я выбираю то, что подчеркнёт величие королевства, — ледяным тоном парировал Вольга, даже не повернув головы. — А вот тебе, Серый, я бы советовал выбирать кубки поглубже. Чтобы твои неуместные шутки тонули в вине быстрее, чем ты успеешь их озвучить.

— Ой, ладно вам, петухи, завязывайте, — со смехом вмешался Радан, листая винный лист. — Вы лучше скажите, какое вино мы вообще пить будем? Тут в списках одни кислые южные сорта, от них только зубы сводит.

Джемма, до этого крутившая в руках перо, вдруг задумчиво прикусила губу, а её глаза азартно блеснули.

— А знаете что?.. — протянула будущая королева, победно оглядывая присутствующих. — Я знаю одного просто отличного человека, который продаёт самое лучшее, самое невероятное вино в этом мире!

Радан подозрительно прищурился и коварно ухмыльнулся:

— Так-так-так… Это, случайно, не тогда ли было, когда ты в очередной раз тайно сбегала из замка, а тебя по всем лесам караулили?

— Ну зато теперь вы знаете, какие шикарные у меня связи! — гордо задрав нос и забавно фыркнув, заявила Джемма.

Ингрид, сидевшая рядом с Вольгой, с любопытством подалась вперёд:

— Ну и кто же он? Очередной твой контрабандист или портовый барон?

— Вовсе нет! Его зовут Василаки, и у него потрясающее «Винишко Василаки», — зашептала Джемма, заставив всех затаить дыхание. — Кстати, именно у него в погребах когда-то там я впервые и встретила Божью дочь! Мы с ней тогда, честно говоря, знатно напились… И вот прямо тогда, за кружкой розлива, и подружились на всю жизнь!

Ингрид от такой новости аж воздухом поперхнулась и резко перебила сестру, вопросительно и ошарашенно смотря на неё:

— Погоди, Джемка… Разве дочерям Бога вообще пить можно?! Она же святое создание!

Джемма лишь виновато улыбнулась и развела руками:

— Ну уж, сестрица, прости! Но винишко-то у Василаки действительно чертовски вкусное. Да и сама Божья дочь мне тогда по секрету сказала, что очень любит пригубить хорошего алкоголя, когда Отец не видит.

Радан громко разразился хохотом на всю залу, хлопая себя по колену:

— Ха-ха-на! Вот тебе и на! Божья дочь — а туда же, к бочке с вином! Наш человек!

Дмитрий Танин лишь задумчиво почесал свой густой подбородок, хмыкнул в усы и басом прогудел:

— М-да… Очень уж теперь хочется узнать, какая она на самом деле — эта ваша загадочная Божья дочь. Надеюсь, на коронации она замок по брёвнышкам не разнесёт после пары кубков.

В этот момент двери залы приоткрылись, и пожилой дворецкий чинно внёс на серебряном подносе чистые, пахнущие кожей архивные свитки, чернила и белоснежное лебединое перо.

— Ваше Высочество, как вы и просили, — почтительно произнёс слуга, выставляя приборы перед Джеммой.

— Отлично! — Джемма потёрла ладони, обмакнула перо в чернильницу и решительно развернула пергамент. — Сейчас я лично напишу официальное приглашение для Василаки. Пусть везёт свои лучшие запасы, Дамрия должна гулять с размахом! Она размашистым, уверенным почерком вывела финальные строки на пергаменте, свернула свиток и аккуратно запечатала его воском.

— Ну вот, приглашение для Василаки готово! — довольно воскликнула она, откладывая перо в сторону. — Уж он-то точно не откажет нашей компании.

Не успела она передать свиток дворецкому, как тот протянул ей в ответ два других запечатанных письма, только что доставленных гонцами.

— Ваше Высочество, это просили передать вам лично в руки, — почтительно произнёс слуга.

— О, а это от кого? — Радан с любопытством вытянул шею.

Джемма быстро вскрыла первый конверт, украшенный небрежной, явно поспешной портовой печатью. Пробежавшись глазами по строчкам, она весело хмыкнула и повернулась к друзьям:

— Первое от Ашен. Пишет, что они с Кириллом немного задержатся в порту — у дядюшки там какие-то тёрки с таможней из-за новой партии южных специй. Но просит не паниковать: до самой коронации они обязательно прибудут в замок и платья примерить успеют.

— Ну, от нашей разбойницы другого и не ждали, вечно у неё приключения, — улыбнулся Серый.

Джемма взяла второй конверт, от которого едва уловимо пахло лесной свежестью и волшебной пыльцой. Стоило ей сломать печать, как она сразу же узнала почерк. Джемма звонко рассмеялась и принялась читать послание вслух на всю комнату:

«Дорогая моя племяшка, как ты? Как наша Ингрид? Надеюсь, вы там обе не стоите на ушах перед таким важным событием и не забываете вовремя кушать! Пишу тебе, чтобы сообщить: в день коронации я обязательно буду во дворце. Приеду не одна, а с Петлявиным как и обещали. Мы оба очень, просто всем сердцем ждём твоей коронации, наша девочка! До встречи на торжестве, крылышки уже готовы к балу!»

Джемма бережно прижала письмо к груди, её глаза тепло заблестели от искренней радости.

— Ну надо же, Лена приедет с Петлявиным! — весело протянула она, глядя на Эбисса. — Вот уж не думала, что наша фея сможет уговорить его выбраться из своих бесконечных дел ради праздника.

— Да уж, — пробасил Дмитрий Танин, довольно ухмыляясь в усы. — Если уж сам Петлявин согласился приехать, значит, Дамрию ждёт действительно великий день. Главное, Серый, до его приезда плац не разнесите вместе с Вольгой.

Вольга лишь молча фыркнул, а Серый заговорщически подмигнул Ингрид, давая понять, что спокойных дней в этом замке точно не предвидится.

Спустя два дня у главных ворот замка Дамрии наконец послышался долгожданный стук колёс и звон бубенцов. Из кареты, украшенной мягким зелёным бархатом, первой выпорхнула фея Лена. Её полупрозрачные крылышки взволнованно трепетали, а вокруг неё в воздухе оставляли искристый след крупицы волшебной пыльцы. Следом за ней, поправляя строгий воротник парадного камзола, неторопливо и чинно вышел Петлявин.

— Племяшка! Ингрид! — звонко закричала Лена на весь двор, раскинув руки для объятий.

Джемма, наплевав на этикет, пулей слетела по ступеням крыльца и крепко обняла фею своей здоровой рукой. Ингрид шла следом, сдерживая величественную улыбку, но стоило ей подойти ближе, как Лена заграбастала в охапку и её.

— Ну до чего же вы вымахали, красавицы мои! — Лена ласково потрепала Джемму по щеке, а затем прищурилась, разглядывая Ингрид. — Так, а ну-ка… Ингрид, почему у тебя губы такие припухшие? Ты что, опять какие-то разломовские ягоды ела без моего спроса?

Вольга, стоявший чуть поодаль вместе с Эбиссом и Серым, мгновенно закашлялся в кулак и подозрительно уставился в небо, изучая кладку замковой башни. Серый же не упустил момента — он коварно ухмыльнулся, толкнул Вольгу локтем в бок и негромко, но так, чтобы слышал Эбисс, шепнул:

— Слыхал, малец? Волшебная медицина фей зрит в самый корень. Сейчас тебя выведут на чистую воду.

— Замолчи, Серый, пока я тебе вторую губу не разбил, — ледяным шёпотом отозвался Вольга, даже не оборачиваясь.

Петлявин тем временем степенно подошёл к Дмитрию Танину и Солярису, обмениваясь с ними крепкими мужскими рукопожатиями.

— Приветствую, господа, — спокойно произнёс Петлявин, оглядывая суету вокруг. — Честно признаться, Леночка еле вытащила меня из столицы. У меня там три стопки недописанных указов осталось, но пропустить коронацию нашей Джеммы я просто не имел права.

— И правильно сделал, друг, — прогудел Танин, хлопая его по плечу. — Бумаги подождут, а вот дамрийское вино само себя не выпьет. Тем более Джемка туда какого-то своего тайного винодела вызвала.

Ближе к вечеру, когда Лену и Петлявина уже проводили в их покои отдыхать с дороги, во двор с грохотом и гиканьем влетела повозка Ашен и Кирилла. Подруга-разбойница соскочила с облучка прямо на ходу, держа в руках тяжёлый сверкающий портовый ящик со специями.

— Джемка! Мы прорвались через эту чёртову таможню! — победно прокричала Ашен, швыряя ящик на руки подбежавшему Кириллу. — Дядюшка там чуть весь порт на уши не поднял, но мы успели! Где наши платья?! Я хочу видеть, что ты там для меня напридумывала!

Джемма весело рассмеялась и увлекла её за собой в малую гостиную, куда швеи уже доставили готовые наряды. Когда Ашен увидела своё чёрно-красное кожаное платье с потайными карманами для кинжалов, её глаза округлились от дикого восторга.

— Офигеть… — выдохнула разбойница, бережно проводя пальцами по мягкой коже. — Джемма, ты просто гений! Я думала, ты меня в какую-нибудь кружевную юбку засунешь, а это… это же просто шедевр для хорошей драки на балу!

— Я же обещала, что учту твой дикий нрав, — подмигнула ей Джемма. — Кирилл, примеряй свой камзол, будете самой опасной парой этого вечера.

Предпраздничный вечер

Вечером все снова собрались в обеденном зале. За столом звенели кубки, а Лена увлечённо рассказывала Василисе и Фотонии о последних новостях из леса фей. Джемма сидела рядом с Эбиссом, который под столом незаметно перебирал её пальцы, даря такое необходимое ей сейчас спокойствие.

Напротив них Серый снова решил развлечься за счёт Вольги. Он вальяжно откинулся на спинку стула, пригубил вина и громко, на всю залу спросил:

— Кстати, Вольга! Мы тут с Раданом обсуждали фасон кубков… Ты всё-таки уверен, что разломовское серебро не потемнеет, если мы туда нальем винишко от этого загадочного Василаки? А то вдруг твоя магия Разлома вступит в реакцию с божественным нектаром?

Вольга медленно отложил нож, его глаза недобро сверкнули в полумраке свечей. Он посмотрел на Серого в упор:

— Наше серебро пережило три переворота и две столетние войны, Серый. Оно не потемнеет даже от твоих бесконечных и глупых вопросов. Но если ты так сильно переживаешь за чистоту своего кубка, я могу лично проверить его прочность… на твоей голове.

Радан от такой словесной дуэли прыснул со смеху, едва не поперхнувшись мясом, а принц Эбисс лишь тихо покачал головой, тихо шепнув Джемме на ухо:

— Похоже, до самой коронации на этом плацу скучно точно не будет. Твой крёстный прав — эти двое когда-нибудь разнесут нам весь замок.

Джемма лишь счастливо зажмурилась и прижалась к его плечу. Завтра наступал великий день, и весь этот весёлый, шумный, любящий и немного сумасшедший мир был готов провозгласить её своей королевой.

Глава 24

Рассвет великого дня окрасил Дамрию в нежно-розовые и золотые тона. В замке с самого раннего утра стояла невообразимая суматоха: слуги сбивались с ног, по коридорам разносился запах свежей выпечки и воска, а у парадных ворот уже выстраивались кареты первых знатных гостей.

В просторной королевской оповальне Джемма стояла перед огромным зеркалом в позолоченной раме. Модистки только что закончили подгонять последние складки её великолепного наряда. Платье принцессы было настоящим шедевром дамрийского портного искусства, идеально сочетающим в себе утончённую роскошь и величие. Пышная, монументальная юбка искусно соединяла в себе слои глубокого синего бархата и тончайшего белого шёлка, сплошь покрытого мерцающей золотой пыльцой и сложными витиеватыми узорами. Лиф платья с открытыми плечами изящно подчёркивал её хрупкую шею и изящные ключицы, а тонкие, прозрачные рукава-крылья мягко ниспадали до самого пола. На её голове уже величественно покоилась золотая корона, усыпанная фамильными синими сапфирами, а длинные тёмные кудри волнами спадали на спину.

Несмотря на потрясающий вид, руки принцессы заметно дрожали. Она то и дело поправляла лиф и судорожно вздыхала, глядя на своё отражение.

— Так, глубокий вдох, выдох… Ты справишься, Джемка, — шептала она себе под нос, чувствуя, как внутри всё сжимается от дикого волнения. — Это просто коронация. Просто ответственность за целое королевство. О боги, да я сейчас упаду в обморок…

Тяжёлая дубовая дверь тихо скрипнула, и в комнату уверенным шагом вошёл Эбисс. Принцесса обернулась и на секунду замерла, забыв, как дышать. Принц выглядел невероятно статно. Его парадный полуночно-синий камзол был выполнен из той же роскошной ткани, что и платье Джеммы, а серебряные эполеты и чеканный фамильный герб южных застав на груди подчёркивали его широкие плечи. Массивные наплечники его одеяния были усыпаны драгоценной чеканкой и тонкими золотыми цепочками, которые тихо позвякивали при каждом движении. Высокий жёсткий воротник со светлой, расшитой золотыми нитями нижней рубахой подчёркивал его строгую рыцарскую выправку, а синие сапфиры в золотой оправе переливались в лучах утреннего солнца. Их наряды идеально дополняли друг друга — они действительно выглядели как будущие муж и жена, как единое целое. Легкий ветерок из распахнутого окна привычно растрепал его тёмные волосы, а карие глаза смотрели на невесту с безграничной нежностью.

Увидев бледное лицо Джеммы, Эбисс мягко улыбнулся. Он подошёл вплотную, бережно взял её дрожащие ладони в свои тёплые руки и заглянул прямо в глаза. Джемма аккуратно положила руку на его грудь, чувствуя ровный и уверенный стук его сердца.

— Ну и чего мы так сильно боимся, моя принцесса? — негромко, успокаивающе произнёс он, слегка сжимая её пальцы.

— Бисс… — жалобно протянула Джемма, утыкаясь лбом в его надёжную грудь, прямо поверх золотого шитья. — У меня коленки трясутся. А вдруг я уроню корону? Вдруг я забуду слова клятвы? Вдруг я вообще сделаю что-то не так и опозорюсь перед всеми этими напыщенными лордами?

Эбисс тихонько рассмеялся, обнимая её одной рукой за талию и аккуратно прижимая к себе, чтобы не задеть раненое плечо.

— Не говори глупостей. Всё будет просто отлично, слышишь меня? — твёрдо сказал принц, целуя её в макушку. — Ты — самая сильная, упрямая и потрясающая девушка, которую я знаю. Дамрия веками ждала именно такую королеву. А если ты вдруг забудешь слова, я буду стоять прямо за твоей спиной и тихонько тебе их подскажу. Я рядом, дорогая. Ничего не бойся.

Джемма подняла на него взгляд, чувствуя, как от его слов и близости паника медленно отступает, уступая место теплу и абсолютной уверенности.

— Спасибо тебе, Бисс… Что бы я без тебя делала, — прошептала она, слабо улыбаясь.

В этот момент штора, отделяющая гардеробную, с шумом отодвинулась, и в комнату задорным шагом вошла Ингрид. Младшая принцесса уже была при полном параде — в том самом роскошном чёрно-красном платье с алыми разрезами на рукавах, которое подарил для неё Вольга. Она выглядели как истинная Владычица Разлома, но её озорной характер никуда не делся.

Ингрид скрестила руки на груди, лукаво прищурилась и с ходу принялась подкалывать старшую сестру, переводя взгляд с её сине-золотого шлейфа на камзол Эбисса:

— О-о-о, ну надо же! Какая утренняя драма! Стоило мне на пять минут выйти, а ты уже вовсю ревнуешь своего принца к будущим государственным обязанностям и прячешься у него на груди? Да вы поглядите на них, они даже оделись один в один, чтобы никто не перепутал! Джемка, ты ли это? Куда делась наша грозная разбойница, которая ничего не боялась?

Джемма от такой внезапной атаки мгновенно пришла в себя. Вся её слабость испарилась, а глаза азартно блеснули. Хватку будущая королева терять явно не собиралась. Она гордо отстранилась от Эбисса, задрала свой нос и выдала сестре идеальный ответный удар:

— Ой, кто бы говорил про драму, сестрица! Я, по крайней мере, просто волнуюсь перед коронацией. А вот кое-кто другой, я погляжу, сегодня сияет ярче дамрийского солнца. Ингрид, ты платье-то это чьё надела, а? Не того ли скромного северного мальчика, от поцелуев которого у тебя ещё ночью губы опухли так, что Лена на весь двор удивлялась? Так кто из нас тут теряет голову от любви, м?

Ингрид от такой неприкрытой правды мгновенно лишилась своей царственной невозмутимости и густо покраснела до самых кончиков ушей.

— Джемма! — возмущённо вскрикнула младшая сестра, торопливо поправляя подол. — Это… это совершенно другое! Это просто уважение к хорошему вкусу моего подданного!

Эбисс, глядя на этих боевых сестёр, лишь весело рассмеялся, качая головой. Атмосфера в комнате окончательно разрядилась, и от утренней паники не осталось и следа.

Дверь опочивальни снова распахнулась, и внутрь уверенным шагом вошли Радан и Дмитрий Танин. Оба кавалера были одеты с иголочки в парадные, глубокие красные одежды. Дорогая алая ткань, расшитая серебряными узорами Дамрии, безумно шла обоим, подчёркивая мощные плечи великого Льва и статную фигуру молодого воина.

— Ну что, сине-золотые наши, закругляйтесь! — весело пробасил Дмитрий Танин, оглядывая ослепительную пару. — Нам уже пора идти. Почти все лорды и заграничные гости собрались в зале, замок забит до отказа.

— Да, Джемка, парадный конвой заждался, — ухмыльнулся Радан, поправляя эфес меча. — Пора показать Дамрии её новую королеву.

Вся компания дружно двинулась по парадным переходам замка. На выходе из жилого крыла их уже ждали родители. Василиса и Фотония, одетые в роскошные платья, синхронно повернулись на стук шагов. Стоило им увидеть Джемму и Ингрид при полном параде, как у обеих матерей на глаза навернулись слёзы искренней гордости. Солярис и бывший король обменялись понимающими мужскими взглядами.

— О боги, какие же вы у нас красавицы… — растроганно прошептала Василиса, бережно обнимая Джемму за здоровое плечо. — Уже такие взрослые. Настоящие королевы.

— Вам невероятно идут эти наряды, девочки, — ласково улыбнулась Фотония, поправляя Ингрид воротник. — Сегодня ваш великий день. Идите и ничего не бойтесь.

Благословив дочерей, родители первыми направились в зал, а следом за ними, под торжественный рёв глашатайских труб, вошли и все остальные.

Огромный тронный зал бурлил. Сотни благородных лордов, дам в шелках и послов перешёптывались, заполняя пространство. Проходя мимо гостей, Джемма вдруг резко замерла, её глаза округлились, а на лице расплылась счастливая улыбка. Среди напыщенной толпы она заметила знакомое лицо. Это был Илья — её старый верный друг, которого она пригласила ещё давным-давно, задолго до того, как сбежала из замка и нашла свою вторую семью.

— Илья! — звонко окликнула его Джемма, наплевав на протокол, и быстро подошла к парню. — Ты всё-таки приехал! Глазам своим не верю!

— Привет, Джемка! — Илья искренне рассмеялся, почтительно, но тепло кланяясь будущей королеве. — Ну как я мог пропустить такое событие? Ты выглядишь просто невероятно. Настоящая правительница Дамрии, синий бархат тебе к лицу.

— Спасибо! Рада, что ты добрался без приключений, — защебетала принцесса.

В этот момент к ним протиснулся невысокий, весёлый человек средних лет в богатом, расшитом гроздьями винограда кафтане. Это был Василаки. Его лицо прямо-таки лучилось обожанием и гордостью.

— Ваше Высочество принцесса Джемма! — Василаки низко поклонился, едва не подметая подол полы своей шляпой. — Спасибо вам огромное, что пригласили простого винодела на такое великое торжество! Мои лучшие бочки уже в подвалах замка, Дамрия сегодня запомнит этот вкус на века!

— О, Василаки, отличные новости! — обрадовалась Джемма, а затем в её голове созрел гениальный план. Она краем глаза заметила проходящую мимо тётю Лену. Поймав фею за крылышко, Джемма ловко притянула её к Илье. — Так, минутку внимания! Илья, познакомься, это моя любимая тётя Лена — фея. Тётя Лена, а это Илья, мой близкий друг. Поговорите тут пока, познакомьтесь поближе, обсудите что-нибудь интересное, а я побежала с другими гостями общаться!

Не дав им опомниться, Джемма шустро развернулась и упорхнула обратно к Эбиссу и Василаки, оставив слегка ошарашенного Илью и улыбающуюся фею Лену наедине.

Пока внизу бурлило веселье, на верхнем этаже, опершись о каменные перила балкона, за всей этой суматохой внимательно наблюдала остальная часть компании: Ингрид, Вольга, Серый и Дмитрий Танин. Разумеется, нахождение в одном пространстве не могло обойтись без очередных подколок.

— Ну надо же, — Серый лениво пригубил вино и с хитрой ухмылкой покосился на Вольгу. — Наш северный малец в парадном костюме даже на человека похож. Смотри, Вольга, не стой с таким хмурым видом, а то гости подумают, что Владычица Разлома привезла с собой личного палача, а не защитника.

Вольга ледяным взглядом смерил рыцаря, крепче перехватывая ладонь Ингрид под широким рукавом:

— Мой вид вполне соответствует торжеству, Серый. А вот тебе твой бокал явно мешает. Смотри, не захлебнись своими шуточками до начала тоста.

— Так, цыц мне оба! — грозно прервал их Дмитрий Танин, хмуро зыркнув на парней сверху вниз. — Хотя бы сегодня будьте без ваших вечных колкостей! Имейте уважение к празднику Джеммы. Ещё один писк — и оба пойдёте плац до рассвета чистить, уяснили?

Парни синхронно замолчали, хотя Серый всё же коварно подмигнул Ингрид, отчего та едва сдержала смешок.

Вдруг внизу, у королевского подиума, раздался чёткий, звонкий звук. Королева Фотония аккуратно постучала серебряной ложечкой по хрустальному кубку, привлекая внимание толпы. Зал мгновенно затих, сотни голов повернулись к трону.

— Уважаемые лорды, достопочтенные гости и жители Дамрии, — громко и величественно начала Фотония, её голос эхом разнёсся под сводами зала. — Сегодня — великий день. День коронации принцессы Джеммы. Но перед тем, как она наденет корону, я хочу рассказать вам всю её историю. Историю о том, через что прошла наша девочка. И сегодня я хочу официально познакомить вас с теми, кто стал для неё второй семьёй, кто оберегал её и спас ей жизнь в самые тяжёлые времена.

Фотония плавным жестом указала на балкон второго этажа, где стояли Радан, Танин, Серый, Вольга и Ингрид.

По залу мгновенно пронёсся шквал удивлённых и возмущённых шепотков. Придворные лорды недоверчиво косились наверх, обсуждая «чужаков» и «разломовских мятежников». Но принцессу Джемму эти трусливые слухи вообще не волновали. На её лице не дрогнул ни один мускул. Она гордо вскинула голову, её корона блеснула в свете свечей, и под громкий, уверенный стук своих каблуков (цок-цок) она начала величественно подниматься по мраморным ступеням наверх, прямо к своей любимой второй семье, демонстрируя всему миру, что они для неё значат больше, чем любые королевские условности.

Позади неё, чеканя каждый шаг и надежно придерживая шлейф её великолепного платья, шёл Эбисс. С другой стороны по широкой мраморной лестнице параллельно поднимались её родные родители — Василиса и Солярис. Вся эта величественная процессия двигалась под пристальными взглядами сотен притихших придворных.

Когда они наконец добрались до вершины и ступили на балкон к замершим друзьям, Василиса заговорщически подмигнула старшей дочери. Солярис же, проходя мимо, едва слышно прошептал Джемме на ухо:

— У тебя всё получится, родная. Мы с тобой.

Джемма уверенно подошла к каменным перилам балкона, но перед тем как начать говорить, она внезапно повернулась к Ингрид. Младшая сестра как раз держала в руке полный кубок с лучшим дамрийским вином. Не говоря ни слова, Джемма легким движением перехватила бокал, поднесла его к губам и в несколько больших глотков полностью опустошила его прямо на глазах у изумленной толпы. Закончив, она с невозмутимой улыбкой вернула пустой кубок сестре.

Ингрид с полным шоком на лице переводила взгляд то на свою опустошенную посуду, то на Джемку, не зная, то ли возмущаться, то ли смеяться от такой королевской наглости. А сама Джемма лишь весело подмигнула ей, повернулась лицом к залу и звонко произнесла:

— Ну вот, теперь-то точно можно говорить!

Её чистый, сильный голос эхом разнёсся под высокими сводами тронного зала Дамрии, заставляя замолчать даже самых заядлых сплетников:

— Сегодня я стою перед вами, чтобы принять корону. И я хочу, чтобы каждый в этом зале знал правду о моей жизни. Долгие восемнадцать лет меня воспитывали моя дорогая мама Фотония и мой отец. Они подарили мне дом, научили чести, и я безмерно благодарна им за каждую минуту, за всю их любовь и терпение, которые они вложили в меня.

Фотония внизу тихонько прижала ладонь к губам, а бывший король с гордостью кивнул дочери.

— Но судьба подарила мне вторую семью, — продолжила Джемма, оборачиваясь к стоящим рядом. — Моя любимая младшая сестрица Ингрид, которая готова сжечь весь мир ради меня. Мой мудрый крёстный Дмитрий Танин — нерушимая скала нашей семьи. Верный Радан, бесстрашный Серый Саша, и все-все остальные мои разломовские друзья, Ашен, Кирилл, Вольга… Вы спасли меня, вы стали моей душой и моей силой. Я люблю вас.

Она опустила взгляд вниз, в самый центр зала, где среди толпы лордов стояли фея Лена и Илья. В этот момент Илья мягко, по-дружески приобнял фею за плечи, они оба тихонько рассмеялись какому-то своему воспоминанию и с добрыми, сияющими улыбками продолжили слушать будущую королеву.

— Там, внизу, смотрят на меня те, кто верил в меня с самого детства — мой преданный друг Илья и моя дорогая тётя Лена, — с теплотой произнесла Джемма, а затем повернулась к стоящему рядом принцу, нежно переплетая свои пальцы с его рукой. — И, наконец, мой будущий муж — принц Эбисс. Моя опора и моё сердце. Я безумно люблю всех вас! И моя корона принадлежит не только мне, но и каждому из вас.

Зал взорвался первыми восторженными криками, но Джемма подняла руку, призывая к тишине. Её глаза внезапно загорелись таинственным, торжественным блеском.

— Но это ещё не всё, Дамрия. Сегодня на мою коронацию прибыли два очень важных, великих гостя, чьё присутствие — величайшая честь для нашей земли. Встречайте! Эмма и Анира — Божья дочь и Богиня! Встречайте!

С этими громогласными словами огромные парадные двери тронного зала с оглушительным стуком распахнулись настежь. В проёме показались две женские фигуры, от которых в ту же секунду по залу разлилась чистая, ослепительная и почти осязаемая божественная энергия.

Первая девушка медленно шла вперёд в безупречном, сияющем белом платье, а её лицо полностью скрывала длинная, полупрозрачная фата, мягко струящаяся по плечам. Вторая гостья выступала следом, облачённая в роскошное фиолетовое платье, расшитое узорами, напоминающими далёкие космические звёзды.

По всему тронному залу мгновенно пронёсся шквал испуганных, трепетных и благоговейных шепотков. Придворные лорды и высокомерные дамы в панике начали переглядываться, не веря собственным глазам.

— Богиня?.. Сама Богиня явилась к нам?..

— Быть не может! Божья дочь в Дамрии! — доносилось со всех сторон.

Люди один за другим, словно подкошенные, начали спешно опускаться на колени прямо на холодный мраморный пол, склоняя головы перед невероятной силой вошедших гостей.

Глава 25

Богиня Анира и Божья дочь Эмма медленно шли по ковровой дорожке тронного зала. Знатные лорды и дамы, затаив дыхание, продолжали склоняться перед их величественной аурой. Но не все в зале застыли в немом шоке. Из толпы гостей вперед выступил Петлявин. Он поправил свой безупречный парадный воротник, удивленно приподнял брови и негромко, но отчетливо произнес:

— Какая встреча… Не ожидал, что и сама Богиня почтит нас своим присутствием.

Анира на секунду приподняла край своей белоснежной вуали, лукаво сверкнула глазами и весело отозвалась на весь зал:

— О, Петлявин! Ну надо же. Я тоже как-то не думала, что наш великий вселенский друг решит променять свои бесконечные свитки и государственные отчеты на дамрийский пир! Рада видеть.

Пока по залу прокатилась новая волна благоговейных шепотков, Джемма и Эбисс уже уверенно спускались по мраморной лестнице вниз, к гостям. Синий бархат их нарядов мягко шуршал по ступеням. Джемма шла впереди, готовая лично встретить Божью дочь и принять от неё священное ритуальное очищение перед тем, как окончательно взойти на трон.

Принцесса подошла к Эмме, и они с Биссом почтительно склонили головы в глубоком поклоне.

— Ой, да брось ты, Джемка, не надо вот этого всего официоза! Мы же договаривались — можно и без этого дурацкого этикета, — тихо фыркнула Эмма.

Она полностью подняла белоснежную вуаль, открывая лицо, быстро притянула принцессу к себе для короткого объятия и заговорщически прошептала ей прямо в ухо:

— А ты ведь выбрала правильное винишко, Джемка моя! Твой Василаки — просто чудо. Ты, я надеюсь, уже подготовила для нас отдельную комнату в замке? Я ведь сюда, честно говоря, пришла попить и хорошенько отдохнуть, пока Отец не видит!

Джемма тихонько прыснула со смеху, но в следующую секунду Эмма плавно отступила на шаг и возложила свои ладони на плечи будущей королевы. Тронный зал мгновенно затопила ослепительная, чистая волна божественного света. Наступил момент очищения.

Каждый человек в огромном замке в это мгновение почувствовал нечто невероятное. Тяжесть прошлых лет, старые обиды, усталость от долгих дорог и даже боль в раненом плече Джеммы — всё это растворилось без следа. На смену пришла абсолютная легкость, покой и прилив такой бешеной силы, что Радан на балконе аж зажмурился, довольно потягиваясь, словно сытый кот.

— Ого, вот это меня накрыло, — удивленно пробормотал Серый, разминая плечи. — Будто заново на свет родился.

Но эта божественная идиллия длилась недолго. Прямо посреди церемонии к Джемме со спины испуганно подбежал один из личных слуг. Он робко тронул принцессу за локоть и, заикаясь от страха перед стоящей рядом Божьей дочерью, быстро прошептал:

— Ваше… Ваше Высочество! Простите ради бога, что прерываю! Но там… срочное письмо с портовых застав! Вам велели передать сию секунду!

Джемма нахмурилась, быстро забрала свиток, но прочесть не успела. Ашен, стоявшая неподалеку, вдруг резко вздрогнула — ей на руку через специальный разбойничий амулет пришло экстренное ментальное сообщение от её дядюшки-моряка. Разбойница портового квартала мгновенно побледнела. Она пулей метнулась через толпу, на ходу поймала Кирилла за рукав его алого камзола, показала ему вспыхнувший знак на запястье и испуганно прошептала:

— Кирилл, беда! Дядюшка передал сообщение… По течению к нашему порту плывет что-то жуткое. На их конвой только что совершили внезапное нападение, им срочно нужна наша помощь!

Кирилл мгновенно посерьезнел. Они вдвоем быстро подошли к Джемме, которая только собиралась продолжить приветствие великих богинь. Не успела принцесса и слова сказать, как Ашен и Кирилл бесцеремонно перехватили её за локти и, извиняясь перед гостями, быстро увели в сторону, увлекая обратно на верхний этаж, на тот самый уединенный балкон.

Оказавшись наверху, вдали от лишних ушей, Ашен быстро выложила Джемме суть дела. Принцесса на секунду нахмурилась, но понимающе кивнула друзьям:

— Идите. Порт Дамрии не должен пострадать. Дядюшке нужна помощь, защитите конвой. Я прикрою ваше отсутствие здесь.

Разбойники благодарно кивнули и бесшумно скрылись через потайной ход балкона, направляясь к конюшням.

Джемма осталась стоять у перил, задумчиво глядя им вслед. В этот момент к неё по лестнице неторопливо поднялась Божья дочь Эмма. В её руках уже покачивалась бутылка того самого отменного вина от Василаки. На её красивом лице играла легкая, расслабленная улыбка.

— Ну и чего ты тут застыла, Джемка? — весело поинтересовалась Эмма, делая небольшой глоток прямо из горлышка. — Праздник в самом разгаре, Анира там вовсю развлекает твоих напыщенных лордов, а ты на балконе прячешься. Не собираешься спускаться обратно к гостям?

— Скоро спущусь, Эмма, — слабо улыбнулась Джемма, стараясь скрыть тревогу за ушедших друзей. — Просто нужно дух перевести после этого экстренного портового известия.

— Ой, да брось ты эти заботы хотя бы на сегодня, — отмахнулась Божья дочь. — Я вот точно вниз не спущусь. Терпеть не могу эти официальные приемы и скучные королевские речи. Я лучше тут, наверху посижу, в тишине винишко продегустирую.

Эмма уже собиралась вальяжно устроиться в уединенном кресле балкона, как вдруг из-за поворота коридора вышел Дмитрий Танин. Увидев Божью дочь с бутылкой в руках, Великий Лев хмуро прищурился, почесал свой густой подбородок и с ходу басом прогудел:

— О как! Сама Божья дочь, значит, прячется на верхотуре с ворованным алкоголем? Нехорошо, госпожа, не по-божески.

Эмма резко обернулась, оценила его мощную фигуру в нарядном красном костюме и дерзко ухмыльнулась:

— Во-первых, Лев, вино не ворованное, а честно подаренное хозяйкой торжества. А во-вторых — если ты такой правильный, что же сам не идешь вниз, к своим дамрийским барышням хвост пушить?

— Да ну их, этих барышень, от них только голова пухнет, — отмахнулся Дима, подходя ближе и бесцеремонно присаживаясь на соседний стул. — А вот хорошая компания для распития качественного нектара мне сейчас не помешает. Ну что, Божья дочь, поделишься с простым смертным, или так и будешь в одиночку из горла глушить?

— Хм, а ты мне нравишься, Танин! Характер что надо, — рассмеялась Эмма, щедрым жестом протягивая ему вторую бутылку, которую она ловко прятала за широким фиолетовым рукавом. — Держи. Давай проверим, кто кого перепьет — дамрийский Лев или Божья дочь!

Между ними на балконе завязался невероятно шумный, веселый и шутливый диалог. Танин и Эмма вовсю кололи друг друга колкостями, звенели бутылками и хохотали на весь верхний ярус, совершенно позабыв про королевский этикет.

Джемма, глядя на эту уморительную картину, тихонько покачала головкой и направилась к выходу с балкона. Стоило ей перешагнуть порог и закрыть за собой узорчатую дверь, как в полумраке коридора она наткнулась на Эбисса. Жених преданно ждал её, прислонившись спиной к колонне. Его сине-золотой камзол безупречно сидел на нем, а карие глаза смотрели с легким вопросом.

— Всё в порядке, дорогая? — тихо спросил он, беря её за руку. — Ашен и Кирилл ушли?

— Да, им пришлось срочно уехать в порт, — вздохнула Джемма, крепче сжимая его теплую ладонь. — Но давай не будем об этом. Пойдем вниз, Бисс. Нам нужно получить официальное благословение у Богини Аниры, пока она окончательно не опустошила погреба Василаки.

— Как прикажете, моя королева, — улыбнулся принц.

Ония рука об руку спустились обратно в бурлящий тронный зал. Увидев приближающуюся пару, все придворные лорды, стражники и слуги почтительно расступились, давая им беспрепятственный проход к центру подиума. Джемма и Эбисс подошли вплотную к Богине.

Анира, заметив их, величественно улыбнулась. На её красивом лице в фиолетовых космических узорах отразился мягкий свет свечей.

— Ну наконец-то вы вернулись, Джемка, принц Эбисс! — тепло произнесла Богиня. — Ну что, готовы к моему официальному божественному благословению на долгую и счастливую жизнь?

— Более чем готовы, Анира, — улыбнулась Джемма.

Но Богиня Анира вдруг хитро прищурилась, её тон сменился легким любопытством. Она сделала плавный шаг вперед:

— Подожди… Дай-ка я сперва посмотрю, что там вообще у тебя дальше в жизни намечается. Люблю заглядывать в будущее королевских особ, это всегда так весело!

Анира протянула свои ладони вперед и мягко попросила:

— Ну-ка, протяните мне ваши руки. Джемма, Эбисс, сплетите свои пальцы вместе и дайте мне их.

Молодые люди послушно переплели свои руки, создавая единый замок из синего бархата и золотых узоров, и бережно вложили свои ладони в руки Богини. Анира закрыла глаза, концентрируясь на их общей энергетике, чтобы прочесть грядущее.

Прошла секунда. Другая.

И вдруг веселая, беззаботная атмосфера праздника оборвалась в одно мгновение. Лицо Аниры резко побледнело, став белее её собственной фаты. Глаза Богини распахнулись, но в них больше не было озорного блеска — там застыл дикий, первобытный, неописуемый ужас. Всё её хрупкое божественное тело внезапно начало бить крупной, непрекращающейся дрожью от невыносимого страха перед тем, что она увидела в их будущем. Руки Аниры намертво зажались на ладонях Джеммы и Эбисса, словно судорога сковала её мышцы.

Джемма, испугавшись такой резкой перемены, начала паниковать. Она попыталась выдернуть руки, но Богиня не отпускала, продолжая трястись всем телом и глядя в пустоту остекленевшим взглядом.

— Анира! Анира, что происходит?! Прекрати, ты меня пугаешь! — в панике закричала Джемма на весь зал, во все горло зовя её по имени. — Анира, приди в себя! Что ты там увидела?!

Но Богиня абсолютно не приходила в себя. Она словно застряла в жутком, кошмарном видении. Её хрупкое тело била крупная, непрекращающаяся дрожь, а остекленевшие глаза с ужасом всматривались в пустоту. Джемма в панике продолжала звать её по имени, пытаясь выдернуть свои ладони, но хватка Аниры была мертвой.

Внезапно Богиня резко судорожно вздохнула, словно вынырнула из ледяной воды на поверхность. Её зрачки сузились, лицо побледнело, и она с трудом, задыхаясь, выдавила из себя:

— Там… Там… Они уже здесь!

Джемма мгновенно всё поняла. Не дожидаясь объяснений, будущая королева решительно попыталась рвануться в сторону выхода, чтобы лично организовать оборону и спасти людей.

— Бисс, останься с ней! — крикнула она на ходу своему жениху.

Но не успела Джемма сделать и двух шагов, как Анира с неожиданной, пугающей силой рванулась вперёд и намертво перехватила её за локоть. Из глаз Богини катились слёзы первобытного страха.

— Нельзя! — отчаянно закричала Анира, её голос сорвался на хрип. — Нельзя, чтобы ты уходила, Джемма! Не смей!

В ту же секунду Дамрия содрогнулась. Оглушительный, чудовищный взрыв разорвал главные ворота тронного зала в пух и прах. Каменные осколки, обломки вековых дубовых дверей и тучи жгучего багрового дыма хлынули внутрь, осыпая кричащих в панике лордов. Парадная зала в мгновение ока превратилась в поле кровавой битвы. Из дыма, чеканя шаг и сверкая обнажённым оружием, начали выходить тёмные воины, а впереди них, хищно улыбаясь, ступала верховная жрица и сам глава их зловещего культа.

— А ну стоять! Не выпускать никого! — громовым голосом скомандовал глава жриц, обводя зал леденящим взглядом. Его взор остановился на балконе, где Ингрид уже вовсю сжимала рукоять своего меча. — О, Владычица Разлома! Вы все так наивно пытались от нас сбежать, скрыться за высокими стенами этого дамрийского замка… Но сегодня у вас ничего не выйдет!

Жрица коварно рассмеялась, делая знак своим убийцам:

— Сегодня, даже если мы все здесь умрём, мы сделаем так, чтобы ты, Ингрид, мучилась всю свою оставшуюся жизнь! Ты заплатишь за своё предательство!

— Да я вас самих в пепел сотру, твари! — яростно закричала в ответ Ингрид, готовая сорваться вниз.

— К бою! Защищайте принцесс! — скомандовал Дмитрий Танин, пулей слетая с балкона вместе с Серым Сашей и Раданом.

Зал утонул в оглушительном скрежете стали и криках. Завязалось яростное, хаотичное сражение. Солярис и Василиса мгновенно встали на защиту своих дочерей. Солярис, почувствовав смертельную угрозу, вскинул руки к небу. Из его ладоней вырвался колоссальный, яростный поток истинного драконьего пламени. Из-за слишком тесного пространства зала и высоких колонн он не мог принять свой истинный облик дракона — тот был слишком большим и просто разрушил бы весь замок, похоронив под обломками живых людей. Но даже в человеческом обличье Солярис сражался как разъярённый бог, выжигая целые ряды нападающих жриц.

Василиса прикрывала мужа с тыла с поразительной грацией. С её пальцев один за другим срывались смертоносные, сверкающие сталью чакрамы. Метательные кольца со свистом рассекали удушливый дым, безошибочно находя горла врагов и помогая сдерживать натиск сзади.

— Вольга, Серый, держите левый фланг! Не подпускайте их к Джемме! — на ходу отбивая удары, кричал Радан, его парадный красный костюм уже был забрызган вражеской кровью.

Пока вся её семья и друзья отчаянно дрались, сдерживая лавину убийц, Джемма, превозмогая слабость и боль в раненом плече, бросилась в самую гущу перепуганных гостей. Её сине-золотое платье шуршало по залитому кровью мрамору.

— Быстрее! Все за мной! Через боковые переходы, уходите в королевский сад! Там безопасно! Стража, прикройте женщин! — во всё горло командовала Джемма, решительно выведя первую огромную группу лордов и дам из пылающего ада.

В это же время в самом центре зала Богиня Анира наконец начала медленно приходить в себя. Тряска в её теле утихла, она опустила руки и с мертвенно-бледным лицом посмотрела на Эбисса. Её голос прозвучал как смертный приговор:

— Я… я не видела её будущее, Эбисс… Там, впереди, была одна лишь сплошная, леденящая темнота. А для нас, богов, это значит лишь одно… Её линия жизни обрывается прямо сейчас.

Эбисс от этих слов пришёл в самый настоящий, дикий ужас. Сердце принца пропустило удар. Наплевав на жриц, на бой и на собственную безопасность, он резко оставил Богиню и бросился метаться по задымлённому, разрушенному залу, отчаянно пытаясь отыскать глазами сине-золотой шлейф своей невесты.

— Джемма! Джемма, где ты?! — в панике кричал Эбисс, прорубая себе дорогу через врагов.

— Эбисс, твою мать, где тебя носит?! — яростно крикнул Радан, едва успевая блокировать очередной выпад жрицы. — Нам здесь нужна подмога на правом фланге! Они прорываются!

— Нужно найти Джемму! — безумным голосом перебил его Эбисс, тяжело дыша. — Она в смертельной опасности! Анира сказала, что её будущее исчезло!

Пока замок сотрясался от взрывов и криков, Джемма уже практически закончила эвакуацию. Она стояла у самых дверей, ведущих в тенистые аллеи королевского сада, помогая последним напуганным слугам выбраться наружу. Вокруг клубился густой дым, видимость была почти нулевой. Из-за этого пелена и шорохи битвы скрыли от принцессы затаившуюся опасность. Она ничего не видела и не успела среагировать.

Из темноты, словно призрак, бесшумно выросла фигура одного из уцелевших наёмников жрицы. В его руке хищно блеснула сталь. С холодным, расчётливым безразличием он сделал резкий выпад вперёд и всадил длинный, острый клинок Джемме прямиком в самое сердце.

Ткань роскошного синего бархата мгновенно намокла, пропитавшись багровой кровью.

Эту страшную картину краем глаза, оборачиваясь с балкона, успела чётко увидеть Ингрид. Время для младшей сестры словно остановилось. Видя, как лезвие прошивает грудь Джеммы, Ингрид издала дикий, нечеловеческий, полный первобытной боли крик. В ту же секунду она окончательно поехала — разум помутился от горя, а в груди вспыхнуло такое чудовищное, неуправляемое пламя Разлома, какого этот мир ещё никогда не видел.

Джемма медленно покачнулась. Клинок с тихим звоном выскользнул из раны. Она опустилась на колени прямо на траву у входа в сад, её золотая корона с синими сапфирами с тихим стуком покатилась по земле. Подбежавший в самый последний момент Эбисс поймал её, падающую, на свои руки, со слезами на глазах прижимая её к своей груди и умоляя не закрывать глаза.

Но Джемма его уже почти не слышала. Она ласково, из последних сил коснулась его щеки своей слабеющей рукой, оставив на его камзоле кровавый след, тихо улыбнулась любимому и… испустила свой самый последний, короткий вздох.

Королева Дамрии была мертва…..