Часть 1

Выбегаю из поместья с бешено колотящимся сердцем. Припадаю руками к перилам у лестницы из белого мрамора, вглядываюсь во тьму ночного леса, что скрывалась за задними воротами. Прислушиваюсь к звукам, но из-за музыки и голосов людей, доносящихся из поместья, не могу ничего уловить.

Начинаю грызть нижнюю губу, сжимая пальцы сильнее.

Мой старший брат, как всегда, вляпался в неприятности.

Вот зачем он полез к нему?

Марк никогда не думает о последствиях, когда бросается едкими фразами или шутками. В этот раз ему попался не совсем адекватный оппонент, который его шутку не оценил и едва не разнёс весь верхний этаж, пока его пытались остановить трое крепких мужчин!

Я такой ярости никогда не видела!

Его глаза горели жёлтым, как у самого настоящего тигра; ноздри раздувались, как у разъяренного быка, а челюсти ходили ходуном.

Нарвался же этот недоумок на зверя! Одного из представителей высшей ступени эволюции человека, у которых хищные черты преобладают больше, чем у простых людей. Они сильны, выносливы, бесстрашны и крайне умны. Но и есть в них некоторые минусы: жестокость, властность, непокорность. А у некоторых всё это выходит за рамки дозволенного. Но людей с ДНК хищника мало по всему миру, — около пяти процентов, — и каждый из них имеет власть. Многое сходит им с рук. Мой отец — один из них.

Марк успел выйти на улицу, но этот парень вырвался и, похоже, пошел за ним. Надеюсь, брат успел уехать на своей машине. И не придумал какую-то глупость.

Вздыхаю, моля кого угодно, только чтобы всё обошлось. Потому что мрачный парень слишком опасен. Сегодня я впервые увидела его на приеме в честь рождения первенца наших хороших знакомых. Имя его — Рой, наследник семьи Крэйвен – самой странной и скрытной из всех на этом приёме.

От них нужно держаться подальше. Так всегда говорил нам отец, но Марк либо забыл, либо просто дурак.

Какой-то едва приглушённый вскрик слышу за каменной оградой и срываюсь вниз по ступеням, подхватив юбку золотистого платья и перепрыгивая сразу несколько ступеней; едва не падаю, неосторожно зацепившись каблуком.

Чувствую, что там Марк.

Потому что этот дурак мог не уехать, остаться, чтобы свести счёты! Своего братца знаю как облупленного!

Быстро пробегаю задние ворота, выбегаю за пределы поместья. Останавливаюсь, жадно глотая прохладный воздух. Как назло, не взяла сумочку — в мрачном лесу толком ничего не видно. Аккуратно продвигаюсь вглубь, отодвигая ветки, не забывая прислушиваться.

Тупой звук доносится совсем рядом и смешок, зловещий такой…

Начинаю перебирать ногами по неровной земле, каблуками путаясь в траве и корнях деревьев. Огромная луна, наконец, показывается, освещая большую часть леса.

Вижу силуэты, несколько штук. Кто-то лежит на земле, издавая стоны. Прорываюсь через кусты, слышу треск платья, которое зацепившись за ветку, безбожно рвётся снизу. Плевать!

Выхожу на небольшую поляну и замираю. Рой Крэйвен бьёт Марка по лицу, тот падает рядом с другим парнем без явных признаков сознания на землю. Кажется, это Дарен, друг Марка.

Рой не останавливается и, нависнув сверху, с особым остервенением наносит моему брату удары кулаками. Брызги крови летят ему на лицо. Крови моего брата!

Не думая, срываюсь с места и накидываюсь со всей силой на парня, сбивая того с обмякшего Марка, падая прямо на него сверху. Резко сажусь на нём и бью наотмашь по лицу кулаком. Удар, конечно, невесомый. Будто котенок шлёпнул лапой огромного пса. Не больше, чем укус комара…

А я ведь практически полгода занимаюсь на курсах самообороны! И удар у меня вполне себе поставлен. Видел бы меня сейчас отец —цыкнул бы пренебрежительно и окатил чем-нибудь обидным.

— Остановись! — кричу, сцепляя руки на вороте его рубашки и потянув на себя.

Выходит это очень легко, потому что парень сам приподнимается и впивается в меня зловещими мрачными глазами, в которых полыхает пламя. Самое настоящее, звериное. На его губах расплывается нехорошая улыбка, обнажая белоснежные ровные зубы с отчётливыми клыками. Пряди волнистых черных, как смоль, волос падают ему на лоб.

— Мира…. Не надо…. — слышу, как стонет позади Марк.

По спине пробегают липкие мурашки, всё нутро твердит, что нужно бежать, паникой растекаясь под кожей. Но вместо этого я сильнее сжимаю ворот, цежу ему в лицо:

— Чёртов зверь! Ты ведь мог убить его!

Он пялится на меня долго, дыша через раздувающиеся ноздри. По щеке стекает капля крови Марка.

Вдруг его глаза затухают, но смотрят на меня также враждебно. Он резко хватает меня за тонкую шею и тянет ближе к своему лицу, опаляя яростным дыханием.

— Маленький ягнёнок пытается противостоять волку? — на губах безумная улыбка. — Как забавно.

Начинаю хрипеть, потому что его ладонь сжимается сильнее на шее, сдавливая практически до нехватки воздуха.

Он же меня сейчас задушит! Я вижу это в его безумных глазах!

Хватаюсь за крепкую кисть обеими руками, пытаясь отодрать от своего горла его огромную ладонь.

— Сукин ты… сын… — шепчу ему практически в губы. — Отпусти…

Его брови едва заметно летят вверх, он даже глаза прикрывает, чтобы рассмеяться мне прямо в лицо. Если бы не его неадекватность, я бы сказала, что он красивый.

— Мне задушить тебя? Или ты хочешь сначала посмотреть, как я забью до смерти твоего братца? — шепчет он, облизывая нижнюю губу.

Его рука сжимается ещё сильнее, и я едва могу вдохнуть. Грудная клетка сжимается от боли и нехватки кислорода, быстрые удары сердца отдают звоном в ушах. Не знаю, от чего я умру раньше: от удушья или сердечного приступа.

Он ведь реально хочет меня задушить…

До меня не сразу доходит, что рядом с нами началась какая-то возня. Практически теряю сознание, когда хватка на шее ослабевает, и он с легкостью сбрасывает меня с себя, поднимаясь. Судорожно хватаю ртом воздух, кашляя, дотрагиваюсь до горла, кожа которого нещадно ноет. Тяжело дышу и наблюдаю за этим монстром.

Замечаю папу — и едва не кричу от облегчения. С ним его охрана, а также, кажется, дед этого урода. Как же они все вовремя пришли…

Он перестаёт улыбаться, глядя на хрипящего Марка, пинает его ногой и злобно произносит:

— Попадёшься мне ещё раз на глаза — и тогда так просто не отделаешься, отброс.

А затем кидает на меня разъярённый жуткий взгляд, от которого мурашки бегут по коже, ухмыляется и уходит медленно, обходя собственного деда, расслабленной походкой и невероятно тихо. А может, я просто не слышу из-за гулко колотящегося сердца в груди. Только сейчас ощущаю страх. Самый настоящий, животный.

Выражение лица его деда совершенно безразличное. И какое-то скучающее?.. Ну и жуткая семейка. Благо, он тоже сваливает за внучком, не произнося ни слова.

Продолжаю сидеть на земле в ужасе.

Я не подумала о последствиях, когда полезла на него.

Но я слишком люблю брата, и в тот момент не соображала, что делаю.

Папа останавливается рядом со мной, сначала смотря на избитых парней, задерживая взгляд на Марке; затем переводит на меня и произносит жёстким голосом:

— Вы доигрались, дети мои, — вижу, как он злится, по его голубым глазам, которые отливают темнотой.

Один из охранников поднимает Марка на ноги, небрежно удерживая его за шиворот пиджака. Его правый глаз закрыт, бровь рассечена, нос сломан — всё кровит, и выглядит это ужасно. Он хрипит, пытаясь что-то бормотать:

— Отец….

— Закрой рот, щенок. Только попробуй вякнуть, — стальным голосом произносит он в ответ. Кивает охране, и те волочат парней в сторону поместья. — Поднимайся. Чего расселась? — обращается он ко мне.

Я поднимаюсь на ноги, настолько быстро, насколько это возможно. Лучше отца не нервировать сейчас лишний раз.

Он прищуривается, его седые брови сходятся на переносице:

— Урод оставил на тебе отметины.

Хватаюсь за шею: кожа ещё горит от его ладони. Сглатываю, потупив взгляд:

— Я сама виновата. Накинулась на него…

— Понял, — кивает, мрачно. — Идём.

Берёт меня за руку, как в детстве, и выводит из леса к поместью. Хоть отец и жесток, но меня никогда не трогал физически, а вот Марку доставалось сполна. В этот раз брат так просто не отделается.

Как раз в этот момент подъезжает автомобиль. Отец сажает меня внутрь и распоряжается, чтобы меня отвезли домой.

Машина трогается с места, а я грустно таращусь в окно на огромное величественное поместье. Первый приём, куда взял меня отец, закончился полнейшим провалом. Горестно вздыхаю, смотря на порванное и грязное золотистое платье в пол. Красивое, сшитое на заказ, подчеркивающее мою недавно только оформившуюся фигуру, сейчас оно висит на мне как тряпка.

До восемнадцати лет я была гадким утёнком: пухленькая, с прыщами и смешными красными щеками, которые выделялись на моей бледной коже. В моей внешности мне нравились только глаза. Они были как у отца, голубые. Волосы цвета бледного блонда достались мне тоже от папы. Мне они не нравились. Брату больше повезло: его цвет волос был более золотистым, скорее даже песочным.

Сейчас отец будет улаживать этот инцидент с семьей Роя, с которой у нас давняя вражда, со времён нашего прадеда, которому не отдали в жены одну из дочерей Крэйвенов. С того дня мы на ножах и на дух друг друга не переносим. Раньше мне казалось, что это нелепый спор, который уже давно можно было бы мирно решить. Но сейчас…

Вздыхаю, кидаю мимолетный взгляд на главный вход и забываю, как дышать от тревоги, которая обдала всё моё тело, когда я встретилась глазами с Роем. И то, что я увидела в них, поселило в моей груди всепоглощающую панику.

Надеюсь, я больше никогда с ним не встречусь.

Часть 2

Следующим утром, практически на рассвете, отец отчитывает нас с братом по полной программе. Когда мы заваливаемся к нему, ещё сонные, зевая, он стоит у огромного окна и смотрит на красивый рассвет. С виду ничего не предвещает беды, но стоит ему обернуться и окинуть нас раздраженным гневным взглядом — сон как рукой снимает. Брат выравнивается по струнке, насколько позволяет ему его состояние, обхватывая себя одной рукой. На его лицо смотреть страшно: опухшее, с синяками и ссадинами, один глаз забинтован; у него диагностировано сотрясение и сломана пара рёбер.

Вчера я не успела поговорить с Марком, потому что над ним хлопотал доктор, а после он вообще уснул, поэтому мне ничего не оставалось, как тоже лечь. Даже сейчас в таком состоянии ему тяжело стоять, а отцу плевать.

— Вчера произошло нечто неприятное, — начинает отец, садясь за стол. — Я едва смог договориться с Крэйвенами, чтобы предотвратить последствия вашей выходки, дети.

Краем глаза вижу, как брат дергается и поджимает челюсти.

— Извини, отец, — раздражённо начинает Марк, — но я чего-то не понимаю: этот урод выйдет сухим из воды? Он душил Миру.

При упоминании этого инстинктивно дотрагиваюсь до шеи. О да, на ней огромный багровый отпечаток от хватки этого монстра.

— А кто свой язык за зубами держать не умеет? С кого начался весь балаган? — брови отца съезжаются на переносице. Он не любит, когда с ним пререкаются.

Марк тоже хмурится, но опускает раздраженный взгляд в пол. Я тереблю нервно юбку платья.

— Марк, ты не поедешь в университет в этом году. Продолжишь обучение в военной академии, — замечаю, как брат поднимает голову и устремляет ошарашенный взгляд на отца, но молчит. Он отучился уже два курса, и бросать вот так — несправедливо. — А ты, Мира, — вздрагиваю, — вместо выбранного тобой учебного заведения поедешь туда, куда я тебе скажу.

У меня приоткрывается рот от услышанной новости. Даже в пот бросает. Я так мечтала попасть в художественный университет, приложила все усилия, участвовала в конкурсах, выигрывала призовые места, чтобы меня зачислили. Сама! Без помощи отца!

— Но папа, ты же знаешь, как для меня это важно… — начинаю мямлить.

— Я вчера достаточно увидел. Лезешь в драку, как дворовый мальчишка. Может, тебя стоит тоже в военную академию отправить, дочь?

Сам же отправил меня на курсы самообороны, а теперь…

— Вини своего дурного братца. Пока я не отдам тебя замуж, будешь делать всё, что я тебе скажу. Через неделю едешь в частную академию. Там есть художественный кружок, если тебя это утешит. Преподаватели высшей категории.

Кружок?! Утешит… Как же! Да я в ярости! В тихой, правда. Лучше папе вообще ничего лишнего не говорить, а то вместо этой задрипанной частной академии замуж меня выдаст.

Выходим с братом из кабинета отца, поникшие и унылые. Плакать хочется, реально! Марк постанывает, когда мы поднимаемся на свой этаж; я придерживаю его под локоть. Заходим в его комнату, он плюхается на кровать, издав что-то вроде рычания, закрывая рукой глаза.

— Встряли, Мир, — бубнит он и тихо матерится, но я всё равно слышу. — Два года коту под хвост. Теперь военным буду вместо инженера. Прикол, да?

Он нервно усмехается.

— А я в частной академии буду, откуда просто так никуда не уйдешь. Там, небось, и охрана, и надзиратели. И, конечно, художественный кружок!

— Надзиратели навряд ли, но охрана — да. Отец будет следить за тобой.

— Несправедливо! — плюхаюсь рядом с Марком. — Ну, я хотя бы, выберусь из этого дома. Без мамы отец совсем озверел…

Мама ушла от отца два года назад: не выдержала его непростой характер. Он очень жестокий, можно сказать, тиран. Нет, он никогда не поднимал на неё руку, но контролировал каждый её шаг, давил на неё своей энергетикой. Меня тоже не трогал, только мог наказать, вот как сейчас. А вот Марку доставалось с малых лет. Было непонятно, почему отец так к нему жесток. Но я подозреваю, что из-за того, что брату не досталась ДНК хищника, которая было у папы.

— Теперь и к матери не скоро рванём, — Марк вздыхает. — Не хочу я быть военным, Мир. Может, сбежим?

— Он найдёт. Меня будет искать сто процентов. У него, как ты слышал, на меня глобальные планы! И тебе не даст спокойно жить.

Оба горестно вздыхаем. Тяжело принимать сложные решения, когда ты ничего из себя не представляешь в мире, где правят сильные.

— И зачем ты высказался так о матери того придурка? — наконец, задаю вопрос, который уже висел у меня в мыслях со вчерашнего вечера.

— Психанул. Этот урод высокомерно смотрел на всех, его чуть не вывернуло, когда мы с Дареном подошли к нему.

Я слышала от своей знакомой, что мама Роя изменила его отцу, и за это её вышвырнули из страны. Но я подозреваю, что могли и убить. Отец и дед Роя обладатели как раз той самой ДНК. Я рада, что Марк не унаследовал её.

— И в итоге вот к чему всё это привело! Ещё и решил дальше с ним отношения выяснить. Нужно было уезжать сразу же! Ты видел, какой он неадекватный? — поворачиваюсь к нему, хмурясь.

Кожа на шее начинает гореть.

— Заметил, — бурчит он. — Иди уже к себе. Доктор скоро придёт, хочу успеть вздремнуть.

Кидаю на него взгляд. Да, ему реально не помешает сон. Выглядит паршиво. Ему бы в больнице лежать с такими повреждениями, но отец не позволит.

Выхожу из комнаты брата и иду к себе. Мне вот спать вообще не хочется! Пялюсь на свои картины, расставленные тут и там, грустно вздыхаю. Как же не повезло…

Включаю ноутбук. Хочу посмотреть на этого Роя Крэйвена ещё раз и узнать побольше. Может, он уже убил кого-то или в психушке побывал?

Но информации так мало, что этими скудными строками сыт не будешь. Двадцать один год. Одно фото, и на нём красивый черноволосый парень с тёмными, слегка прищуренными глазами. И поза такая, будто весь мир принадлежит ему.

Надеюсь, до начала учёбы следы с шеи сойдут. Уеду учиться и забуду об этой ситуации навсегда, особенно о жёлтых светящихся глаза, от которых у меня до сих пор мурашки по коже.

Часть 3

Неделю спустя стою у ворот частной академии, смотря на огромное поместье, пока водитель вытаскивает мои чемоданы. Я бы сказала, это настоящий дворец, не иначе. А папочка-то постарался упечь меня в такое место, где мне без его контроля не продохнуть! Невесело усмехаюсь и иду за водителем, который несет мои вещи в сторону самого отдалённого строения. Выглядит как двухэтажный коттедж. Нас встречает пожилая женщина и показывает комнату на втором этаже. Мило улыбается и предупреждает, что соседей у меня пока нет, но скоро на первый этаж должны заселить сюда ещё одну девушку. Оглядываюсь. Очень даже хорошо. По огромной территории немного таких коттеджей, и проживание в них явно недешёвое.

Папочка, как всегда, постарался!

Хмурюсь, представляя себя сейчас в обычной общаге, где я смогла бы жить спокойно. Почему нельзя было определить меня в обычный корпус? Мне не нужно всего этого!

Выхожу на балкон, оглядываюсь. Красиво. Вид на лес шикарный, и воздух приятный, хвойный. Ладно, зато подальше от папы.

До вечера раскладываю одежду по шкафчикам, потом решаю, что нужно прогуляться. Спускаюсь вниз, осматриваюсь. Даже кухня есть, как интересно. Жаль только готовить я не умею. Да и тут есть, где перекусить.

На улице висят камеры прямо перед входом, что меня сильно огорчает. Но, наверное, это нужно в целях безопасности.

Брожу вдоль высокого забора, огораживающего территорию. «Перелезть можно, если что», — делаю для себя пометку. Кругом ни одной живой души. Отпиваю воды из бутылки, которую я предварительно прихватила с собой на прогулку.

Загораются фонари, освещая красивую аллею, ведущую дальше, к главному корпусу. Вдыхаю, наслаждаюсь свежестью. Я мечтала, конечно, не совсем об этом, но на душе уже намного лучше.

Прохожу мимо стадиона. Решаю заглянуть и сюда. Миную трибуны и слышу голоса, доносящиеся с футбольного поля. Вглядываюсь, но ничего толком не вижу, подхожу ближе — и в этот момент как раз загораются фонари и над полем.

Сначала не могу понять, что происходит, потому что вижу только спины трёх парней: двое стоят по краям, тот, что в центре что-то колотит. Глухие удары разносятся эхом, но я так и не могу разглядеть, что он бьёт.

Или кого?

Спускаюсь в самый низ, подхожу к бортику — и только тогда различаю всю картину происходящего. Трое упырей напали на одного парня! Избиение, не иначе!

Во мне начинает кипеть чувство негодования от ущемления справедливости. Сжимая сильнее в руке бутылочку с недопитой водой и долго не размышляя, кидаю её прямо в центрального упыря. Парни стоят довольно близко, в метрах пяти, поэтому бутылка попадает прямо в яблочко, отскакивая от его затылка с глухим стуком и падая на газон.

Двое парней по краям оборачиваются на меня моментально, уставившись, как на умалишенную, а вот тот, что нещадно проверял крепость своих кулаков о лицо бедолаги, отчего-то медлил. Возможно ли, что я шибанула его слишком сильно, и у него голова закружилась?

— Не стыдно втроём на одного?! — кричу я, руками облокачиваясь о бортик.

Не воспринимаю любые проявления насилия. У меня на них всегда реакция неоднозначная. Единственный человек, от которого я могла терпеть проявления жестокости — это отец.

Похоже, тот, что посередине — их главарь, потому что на их лицах застыло изумление и будто бы некий испуг. Они странно начали коситься на черноволосого парня в белой футболке, который так и не оборачивался. В правой руке у него был зажат ворот рубашки бедолаги, которого он крепко держал, другая же повисла вдоль тела.

И вот он отпускает парня с окровавленным лицом, медленно оглядывается вполоборота, впиваясь в меня мрачным злым взглядом, от которого у меня бегут мерзкие мурашки. Ладони моментально потеют, когда я понимаю, кто передо мной. Так и замираю, вытаращив глаза и приоткрыв рот.

Рой Крэйвен. А я думала, что хуже быть не может.

По его глазам улавливаю угрозу, направленную на меня. Уголки губ его тянутся вверх, черты лица заостряются. Отлипаю ладонями от бортика, но не двигаюсь, когда он полностью разворачивается, смахивает чёрную прядь со лба и идёт на меня, словно хищник перед прыжком.

Знаю, что с такими представителями человеческой расы нужно быть предельно осторожной и не провоцировать на инстинкты. Нельзя бежать, даже если всё нутро этого требует. Всё равно ведь не убегу далеко.

Глубоко вдыхаю, унимая дрожь в руках, поджимаю губы. Стараюсь выглядеть невозмутимо, но, признаюсь, мне даётся это с огромнейшим трудом. То, что надвигается на меня, давит с такой силой, что, кажется, расплющит по земле. Да от него же веет не просто угрозой, а буквально смертью!

Рой подходит вплотную к бортику. Сейчас фонарь освещает его со спины, поэтому часть лица скрывается в темноте, зато отблески жёлтых искр отчетливо проскальзывают в его глазах. Он ставит руку на бортик и резко перепрыгивает, отчего я всё же дёргаюсь и делаю пару шагов назад.

— Сегодняшний вечер преподнёс мне столько подарков, — тянет он хриплым голосом.

— Рада за тебя, — пытаюсь ответить твёрдо. — Погляжу, разминаешься перед сном?

Киваю на валяющегося парня на газоне. Дружки его, кстати, так и стоят, замерев, и просто наблюдают издалека.

Он издаёт смешок и делает ко мне огромный шаг, в момент пересекая оставшееся расстояние между нами. Нависает надо мной, как скала. Стараюсь дышать ровно, но сердце готово сейчас выпрыгнуть из груди от страха. Его рука медленно тянется к моему лицу, и я всё же пугаюсь, отшатываюсь, но не успеваю и шага ступить, как его ладонь смыкается на моей бедной шее.

Пока не сильно, но очень, чёрт возьми, тревожно. В прошлый раз он собирался меня задушить. А в этот раз рядом нет никого, кто смог бы мне помочь.

Тянет меня ближе, практически заставляя грудью упереться в него. В его глазах снова вспыхивают жёлтые искорки, от которых душа уходит в пятки.

— Я ещё не успел как следует размяться. Хочешь поменяться с ним местами? — говорит мне зловеще.

— Могу отказаться от столь заманчивого… предложения? — бормочу я, чувствуя, что ладонь сжимается сильнее.

— Не можешь.

— Не знала, что ты бьёшь девушек, — говорю охрипшим голосом.

— С сегодняшнего вечера. Только ради тебя, Мира.

Улыбается, обнажая белые клыки. А я задыхаюсь от нехватки воздуха. И вижу по его глазам, что ему нравятся мои мучения. Грёбанный садист.

И запомнил моё имя!

— У тебя… будут проблемы…. — хриплю ему, хватаюсь руками за его твёрдую кисть. — Мой отец….

Не могу договорить дальше, потому что он сильнее сжимает ладонь, и я практически не могу вдохнуть, лишь слышу его шепот мне на ухо:

— Что ты хотела сказать? Не расслышал.

Потому что сознание утекает от меня, перед глазами серая рябь, уже ничего не могу различить и услышать. А дальше темнота, всепоглощающая, долгая. Только на отголосках чувств едва различаю чей-то голос и руки на своих плечах. Разлепляю тяжёлые веки, пытаюсь сфокусироваться на человеке перед собой, но все кружится, и я закрываю глаза.

— Чёрт, — ругается кто-то рядом со мной. — Может, в медпункт её?

— Нет, вроде глаза же открыла, дышит.

Чувствую шлепок по лицу, затем ещё один. Снова открываю глаза. Передо мной какие-то парни. Кажется те самые, что были с Роем. Шестёрки.

Хватаюсь за голову, которая ужасно болит. Оглядываюсь мельком. Этого психопата здесь нет. Только два придурка, которые уже подскочили на ноги и смотрят на меня испуганными глазами. Да что с ними такое вообще?

Удивительно, что он меня до конца не придушил.

— Долго я в отключке была? — спрашиваю, всё ещё сидя на земле.

— Недолго, — отвечает один из них. — Раз тебе лучше, то мы пойдём.

Они начинают топать к выходу, а я кидаю им вслед:

— Бросите девушку одну?

— Бросим. Мы и так задержались, приводя тебя в чувство.

Ответив это, они просто уходят. Остаюсь сидеть и размышлять о произошедшем. Какие же скотины. Но хотя бы привели меня в сознание.

Я выиграла в лотерею, когда приехала сюда учиться. Чувствую, что сегодня была репетиция того, что меня ждёт в этой академии, пока я заперта в клетке со зверем.

Он не оставит меня в покое, чувствую это всеми фибрами своей бедной душонки.

Часть 4

Не помню, как добираюсь до кровати, но сразу падаю на неё, даже не раздевшись, и просто засыпаю. Обычно мой организм именно так борется со стрессом. Снятся невнятные сны, а когда просыпаюсь на рассвете, то голова ужасно болит. Добираюсь до аптечки, пью обезболивающее лекарство и снова падаю в кровать, проспав пару часов.

Когда собираюсь принять душ, смотрю на свою шею со следом пятерни этого урода и просто стону от злости. Какая же тварь. Дважды пытался меня задушить. В третий раз точно прикончит. Нужно с этим что-то делать: либо прятаться от него, избегать и писаться от страха, либо бороться. Сегодня же зайду к ректору и всё расскажу.

Когда вчера я окончательно пришла в себя, то первым делом осмотрела футбольное поле, но не обнаружила там избитого парня. Похоже, ушел ещё до меня. Или эти придурки сами его утащили.

Интересно, если отцу позвоню, он заберёт меня отсюда? Может, позволит мне поехать в универ, который я выбрала?

С этой мыслью сразу после душа звоню папе. Он берет трубку со второго гудка и недовольно здоровается. Похоже, отвлекла его от работы.

— Привет, пап. В общем, в этой академии учится Рой Крэйвен и вчера он снова пытался меня задушить! — выпаливаю быстро и по существу.

Папа хмыкает в трубку, я жду от него какой-то реакции.

— Пап?

— И ты отвлекаешь меня только по такой ерунде? — доносится равнодушный голос отца.

А я сильнее сжимаю трубку в руке, не веря своим ушам.

— Ты серьёзно? А если бы он меня убил?

— Но не убил же? Просто не лезь к нему.

— Подожди… — слова папы кажутся мне сном. — Ты знал, что он тоже здесь учится? И отправил меня сюда?

Он громко и нервно вздыхает.

— Мира. Если ты думаешь, что я заберу тебя из академии, то ошибаешься. Но только ради тебя я поговорю с семьей Роя, чтобы их отпрыск тебя не трогал.

Дальше я толком не слушала, что он мне говорил. Как можно быть настолько жестоким? А я ещё удивляюсь, почему Рой такой психопат. Мой отец не лучше. Наверное, когда этот урод меня придушит где-нибудь, папе даже грустно не будет.

И таким людям, как мой отец и Рой Крэйвен, многие поступки сходят с рук. Они ведь на высшей ступени эволюции, не то что мы, простые никчёмные людишки. Надеюсь, когда-нибудь они все вымрут.

И к ректору явно нет смысла идти — он мне ничем не поможет.

Несправедливо!

Собираюсь на пары в разбитых чувствах. Надеваю тоненькую розовую водолазку, чтобы скрыть багровые следы на шее. Как же мне не хватает рядом Марка! Мы всегда с ним были, не разлей вода. Защищали и прикрывали друг друга. А теперь он за сотни километров от меня.

Плетусь по аллее, которой вчера так восхищалась — сегодня же это место кажется моей гробницей. Впереди меня идут какие-то девчонки, они весело болтают. Завидую им в этот момент. У меня не было подруг в детстве, только друзья брата. Отец редко отпускал меня гулять.

До пар ещё полчаса. Решаю посидеть на скамейке под огромным дубом и поразмыслить о своём будущем здесь.

— Мира! — раздаётся в стороне.

Я слышу своё имя и поворачиваюсь.

Ко мне подходит улыбающийся Дарен, друг моего брата. Я едва не прослезилась от счастья, когда увидела его. Вскочила со скамейки, кинувшись на него с объятиями. Он явно не ожидал от меня этого, поэтому неловко положил руку мне на спину, приобняв.

Отстраняюсь от него.

— Ты извини, что я так накинулась на тебя. Просто рада очень знакомому лицу.

Он улыбается. Глаза у него карие, практически такого же цвета, как и волосы. И он ровесник моего брата. Значит, на третьем курсе.

— Тоже не думал, что встречу тебя. Первый день?

— Ага, — продолжаю улыбаться. — Ты знал, что Рой Крэйвен тоже здесь учится? — тихонько интересуюсь я.

Ведь в тот вечер в особняке Дарену тоже досталось.

Дарен кивает. Но про Роя больше ничего не упоминает. Видно по его выражению лица, что парню неприятно говорить об этом.

— Давай провожу тебя, — предлагает он, и я киваю.

Прям дышать стало легче, когда узнала, что буду здесь вместе с Дареном. Мы заходим в здание, красивое, с отделкой под старину, только плазмы на стенах с информацией портят весь вид. Дарен провожает меня до аудитории, прощается и уходит.

Заглядываю внутрь, — студентов немного, человек пятнадцать, —смущённо улыбаюсь и сажусь на самую первую парту ближе к преподавательскому столу. Раскладываю всё, что нужно, и жду начало пары, сложив руки перед собой. В коридоре шумно, но я различаю громкие низкие голоса, кидаю взгляд на дверь, поджимая губы. В дверях стоит мужчина в костюме, спиной к аудитории, с папкой в руке, и что-то говорит парню, который неотрывно смотрит мёртвым тёмным взглядом на меня. Прищуривается, мелькает что-то на его безжизненном лице, потом он кивает мужчине, который вручает ему ключи, вынув их из кармана брюк.

Мужчина идёт к преподавательскому столу, а этот ненормальный не сводит с меня страшного взгляда. Он будто замер и совсем не дышит. Сердце сжимается в страхе, но я пытаюсь выдавить из себя безразличие. Перевожу глаза на мужчину, который начинает приветствовать группу, больше не поворачивая головы к двери. Хотя я чувствовала, как правую часть лица жгло так, будто кто-то приложил к ней раскалённый утюг.

Смахиваю назойливые пугающие мысли и принимаюсь слушать лекцию. Но тревога никак не утихает в груди. Я чувствую, что мои пытки только начинаются. Отцу плевать на меня, брата рядом нет, я совсем одна, и никто мне не поможет, если Рой захочет что-то сделать со мной.

Значит, я должна сама позаботиться о себе. Постараюсь не реагировать на его угрожающие взгляды и не провоцировать. Буду делать вид, что его нападки меня никак не пугают. Возможно, тогда он от меня отстанет.

Парень явно не в себе и чувствует вседозволенность. И в тот вечер я ударила его. Он точно это запомнил и теперь будет мучить меня при любом удобном случае.

_______

Привет! Приглашаю вас в свою новинку "Закрываю глаза".

Отрывок:

— Саша… — шепчу, потому что голос меня покинул. Упираюсь спиной в комод, с ужасом наблюдаю, как он идёт на меня. С таким выражением на лице, будто я из квартиры больше живой не выйду. Его голубые глаза сейчас почернели, на дне их полыхнуло что-то нехорошее в тот момент, когда я попыталась дёрнуться в сторону другой комнаты. Он резко хватает меня за талию, возвращая на место. Навис надо мной, словно гора. Он и раньше был высокий, но сейчас, в этом тёмном коридоре он, кажется, ещё больше. Я по сравнению с ним, мелкая жалкая букашка. — Ты следил за мной?.. — вырывается у меня. — Следил? Кто ты такая, чтобы я тратил на тебя время? — усмехается он, нагибаясь ниже. — Это просто тебе не повезло, встретить меня.

https:// /shrt/rVD6

Часть 5

С пар возвращаюсь, постоянно оглядываясь. Я даже не успела познакомиться с одногруппниками, сразу стартанула в сторону своей обители. Успею ещё. Да и голова снова начала болеть. Подхожу к дому и замечаю, что дверь приоткрыта. Прищуриваюсь и оглядываюсь по сторонам. Время вечернее, но ещё светло. Висит камера, которая точно зафиксировала того, кто сюда мог вломиться. Поэтому громко толкаю дверь, оглядываюсь. Всё на месте, ничего не валяется. С кухни доносится вкусный запах еды и тихая музыка. Заглядываю.

Высокая девушка с чёрным каре мешает что-то в сковороде, напевая под нос. На ней джинсы и футболка, сверху — фартук. Громко откашливаюсь, привлекая внимание девушки. Она оборачивается и смущенно улыбается мне, откладывая лопатку на подставку, убавляет музыку в колонке.

— Привет, — говорю ей, подходя чуть ближе. — Ты моя соседка?

— Привет, ага, — отвечает, всё ещё улыбаясь. — Недавно приехала, решила приготовить ужин. Ты любишь пасту?

Теряюсь на несколько секунд, затем киваю, вспомнив, что так и не добралась до столовой сегодня. От запаха живот утвердительно заурчал. И удивительно, что она умеет готовить, а вот я вообще не умею.

— Меня Лина зовут.

— А я Мира. В столовке можно ужин заказать, ну, мне так сказали сегодня.

— Зачем? Я могу готовить сама, только продуктами нужно закупаться и всё.

Улыбаемся друг другу. Вроде милая девушка. Ужинаем с ней, и я узнаю, что мы будем учиться с ней в одной группе. Она из хорошей и обеспеченной семьи, но в ней нет ни капли высокомерия. И мы обе решили изучать психологию, правда, выбора у меня было немного. А Лине просто нравится эта наука. Меня радует, что у нас много общего. Расходимся с новой соседкой в одиннадцатом часу ночи.

Утром вместе с Линой идём на учёбу и садимся с ней за одну парту. Чувствую себя намного лучше сейчас, когда есть человек, с которым можно пообщаться.

— Ты уже познакомилась с нашими одногруппниками?

Она оглядывается на парней и девушек, которые также сидят кучками. Среди них замечаю рыжую кудрявую девушку с хищным выражением лица и делаю вывод, что она одна из зверей. Определяю по глазам, потому что всю свою жизнь прожила в одном доме с одним из них. С ней надо бы быть поосторожней.

— Нет. Как видишь, все недружные.

— И пафосные, — говорит Лина тихо.

Неудивительно. Обучение в академии очень дорогое, сюда едут учиться только дети из очень богатых семей, либо такие, как я, кого просто в ссылку отправили.

— Ага.

Последней парой у нас совмещённая лекция по экономике со студентами с других курсов. Кстати, с Линой мы даже здесь сошлись во мнении, что лишним этот курс не будет в наше-то непростое время.

Занимаем первую длинную парту. Сзади проходят студенты, рассаживаются, Лина наблюдает за ними, сидя вполоборота ко мне. Слышу, как она издаёт громкой выдох, будто ей кто-то по солнечному сплетению зарядил. Поднимаю глаза. На ней нет лица, она побледнела, будто увидела призрака. Прослеживаю за её взглядом и тоже замираю.

В аудитории появляется Рой Крэйвен с какой-то компанией парней. С ним несколько таких же, как и он. Все огромные, высокие и опасные. Мощная волна от их присутствия накрывает меня с головой, заставляя поерзать на стуле и отвернуться как раз в тот момент, когда его глаза впиваются в меня. Лина тоже отворачивается и сидит тише воды, едва не упав в обморок.

— Всё нормально? — спрашиваю я.

Она сглатывает.

— Терпимо.

— Знаешь кого-то из них?

— Практически всех, — как-то обречённо выдыхает соседка.

— И даже Роя Крэйвена? — придвигаюсь ближе к ней, переходя вообще на шёпот.

— Он мой двоюродный брат, — шепчет мне, теребя ручку в пальцах.

Округляю глаза, уставившись на неё. Так они родственники! Вот так совпадение.

— Не повезло же тебе с братом, — досадливо шепчу. Неудивительно, что она так отреагировала.

— Больше всего мне не повезло, что вместе с ним здесь и Николас. Он тот, кого я ненавижу, — она сильнее сжимает в руке ручку, да так, что та начинает трещать.

— Это который?

Аккуратно оглядываюсь.

— Тот, что с татуировкой на правой руке.

Пытаюсь разглядеть что-то на последних партах. Шарю глазами, замечаю парня в белой футболке и с татуировкой на правой руке. Он что-то говорит своему собеседнику и проводит рукой по коротким каштановым волосам. Перевожу глаза чуть дальше, сцепляясь с тёмными глазами Роя. Выражение лица у него сейчас неприветливое совершенно. Хищное, опасное. Он не улыбается, а просто давит, пытаясь стереть, испепелить взглядом.

Отворачиваюсь и поджимаю губы. Вот же повезло мне в этой жизни. Теперь я уверена на сто процентов, что он точит на меня зуб.

Лекция по психологии проходит как в тумане, потому что я вообще не могу сосредоточиться на материале, смотрю пустыми глазами на интерактивную доску. Всё, на что меня хватает — это только списывать с доски важную информацию.

Мой затылок и спину будто облили горючей жидкостью и подожгли. Волосы на голове стояли дыбом, я даже дышать нормально не могла, ощущая его взгляд на себе.

Пыталась абстрагироваться, но ничего не вышло.

Часть 6

Как бы я ни пыталась успокоиться до окончания лекции, внутренняя дрожь так никуда и не делась. Студенты начали быстро покидать аудиторию, но мы не спешили, ждали, пока все выйдут. Даже преподаватель удалилась, а мы всё сидели, медленно собираясь.

Кидаю взгляд на заднюю парту, которая, как назло, находится как раз у выхода, и досадно вздыхаю. Рой со своими дружками всё ещё сидит. Лина тоже не в восторге, но мы всё же поднимаемся и идём к выходу, предварительно выбрав путь у ближайшей стены. Его дружки как-то резко подрываются и молча выходят. Меня это сильно настораживает.

Не смотрю в сторону черноволосого парня. Приближаемся к двери, но нам загораживают выход. Вернее, мне: Лину хватает за руку какой-то парень из коридора и буквально вытягивает из аудитории, закрыв перед моим носом дверь, оставляя наедине с монстром.

Нужно было сразу уходить, когда в аудитории было много народу.

Всё ещё пялюсь в деревянную дверь, опустив руки вдоль тела. Затылок жжёт. Скоро у меня будет сердечный приступ, уверена в этом.

Сжимаю зубы.

Безразличие, безразличие, безразличие…

Приговариваю про себя и, как могу, выдавливаю из себя равнодушное выражение лица. Выдыхаю, поворачиваюсь, поднимаю глаза на темноглазого монстра, который вальяжно развалился, повернувшись ко мне. Даже голову наклонил слегка. На лице — нечитаемое выражение.

Скрещиваю руки на груди, облокотившись спиной на дверь. Не знаю, что он от меня хочет: убить или что-то ещё, но я всем своим видом даю понять, что мне всё равно.

Его мрачные глаза обшаривают меня с ног до головы, задерживаясь долго на рубашке с высоким воротником. Он медленно поднимается и подходит ко мне вплотную.

Скажу честно: в этот момент моё сердце остановилось, а в груди застыл истеричный крик, но виду я старательно не подавала.

Его рука с длинными пальцами потянулась к шее, лёгкими движениями расстегивая пуговицы рубашки.

Вот в этот момент я и запаниковала. И маска безразличия, которую я так яростно пыталась на себя натянуть, треснула. Перехватываю его кисть, когда он почти расстегнул до груди. Ладонь горела, и очень сильно, будто бы я прикоснулась к раскалённым углям.

Рой прищурился, переводя заинтересованный взгляд на мою руку. Затем жестко выдернул её из моей хватки. На его лице отобразилось презрение и отвращение. Будто мерзкого слизня смахнул.

Этой же рукой он медленно отодвинул края рубашки, открывая вид на следы от его пятерни. На его губах медленно расползлась улыбка. Ему понравилось то, что он увидел.

Не выдерживаю этого взгляда и вообще присутствия его рядом, смахиваю наглую руку и прикрываю шею тканью. Делаю шаг в сторону, собираюсь выскользнуть из ловушки, но он грубо перехватывает меня за длинную белую косичку и, развернув, впечатывает грудью в дверь.

Его дыхание опаляет мой затылок. Дергаюсь, но он больно держит за волосы.

— Пусти, — цежу сквозь зубы, наплевав на страх.

— У тебя красивые волосы, — шепчет он мне в ухо, — длинные.

Ловко обматывает мою косичку вокруг моей же шеи, натягивая кончик.

— Урод, — брыкаюсь, хочу вырваться. — Отстань от меня!

— А где твой братец? — игнорирует. — Неужели отправил сестрёнку одну отдуваться?

— Мы вроде решили уже этот вопрос.

Тело начинает мелко дрожать.

— Я ничего не забываю, — он наклоняется ниже и едва не касается моего уха.

Да поняла я уже, что ты, грёбанный урод, ничего не забываешь! Гнев перемешивается со страхом внутри меня. Ненавижу!

— Я ударила тебя, ты чуть меня не придушил. Кинула в тебя бутылку, и ты снова стиснул мою шею. Мы вроде квиты? Нет? Что ты хочешь от меня?

— Зверь внутри меня требует расплаты, — нашептывает Рой ледяным голосом, от которого у меня мурашки бегут по телу.

Сильнее натягивает косу, которая сдавливает тонкую шею.

Собирается задушить меня собственными волосами?

— Только и можешь, что запугивать беззащитных…

Он усмехается, опаляя горячим дыханием мой висок.

— Это я только начал.

Его пальцы ныряют под воротник рубашки, легко дотрагиваясь до болезненных участков кожи, которые начинают гореть.

Да что это вообще такое? Почему тело ноет так, будто на него высыпали горсть раскаленных углей?

— Не трогай меня, — шепчу сбитым голосом.

Мне неприятно и противно то, что он делает со мной. И его присутствие вызывает во мне отвращение.

А ведь Рой красивый. Очень даже. От него веет харизмой, мужественностью и всем, что обычно привлекает девушек. У него всяко с поклонницами проблем никогда не возникало. На хищников девчонки, сами того не осознавая, летят, как мотыльки. Как и на девушек с ДНК хищника парни обращают внимание в ста процентах случаев.

Вот только я почему-то не испытываю восторга или эйфории, находясь практически вплотную рядом с ним. Только страх и осознание своей беспомощности.

—Я чувствую твой страх, Мира, и мне это очень нравится, — говорит этот монстр, неожиданно убирая косу с шеи и распуская мои волосы. А затем пропускает локоны сквозь пальцы. — Хоть ты и пытаешь делать вид, что не боишься.

Длинные горячие пальцы на шее смыкаются, не сильно, даже почти не больно. Он неожиданно вдавливает меня в свою стальную грудь спиной и шепчет на ухо:

— Не будешь бесить меня — и я позволю тебе дожить до конца года.

Он мне что, одолжение делает? Как великодушно! Только я не пойму, чем я его так бешу?

Рой меня отпускает, даже будто отталкивает с отвращением. Господи, неужели так неприятно моё общество? Ну, вот и не трогал бы меня. Сам же лезет.

Но вслух ничего не говорю. Лучше помалкивать.

Парень не смотрит на меня. Стучит пару раз по двери, и она открывается. Выходит, а я так и остаюсь стоять, опустив плечи и горестно вздохнув. Настроение — ноль из ста. Да и жить как будто не совсем хочется.

Часть 7

Когда шаги в коридоре удаляются, в аудиторию вбегает бледная Лина. Дышит тяжело и оглядывается на дверь, потом смотрит на меня испуганными глазами.

— Что он хотел от тебя?

— Кто ж знает, — сажусь на парту, поудобнее устраиваюсь на ней. — Сказал, чтобы не бесила.

— Странно, — она садится рядом.

— Он вообще сам по себе странный. И дурной.

— Я так испугалась, когда они вытолкали меня за дверь, а тебя закрыли с Роем. Он же неадекватный, неуправляемый. Я его всегда боялась. Старалась не приезжать к ним в гости.

Руки Лины начинают подрагивать, когда она это говорит.

— Что он натворил?

— Меня не трогал, наверное, потому что родственница, но других мальчишек избивал нещадно, девочек запугивал. Моя подруга была в него влюблена, а он воспользовался ей и сразу бросил, при всех унизив. Однажды он чуть не задушил охранника. Его едва оттащили. Не знаю, чем провинился тот мужчина, но Роя после этого закрыли в частной школе, практически не выпуская из неё. Пытались корректировать поведение. Только там он стал намного злее, остервенел и практически устроил в заведении социальную иерархию, где он был, конечно же, на самой вершине.

— Чёртов король, — цежу злобно. — А в академии, походу, так же всё. Ничего не изменилось.

— А что ты ему сделала? Если честно, мне не по себе от его нечеловеческого взгляда на тебя.

— А он и не человек. Животное, — громко вздыхаю.

Затем мельком рассказываю о нашем бурном знакомстве в лесу, как ударила его и как он меня чуть не придушил.

— А его дед даже ничего ему не сказал!

— Это у Крэйвенов семейное. Мама Роя — сестра моей матери. Ей сильно досталось в их семье. И то, что он хотел тебя задушить, странно. Не помню, чтобы он проявлял физическое насилие к девушкам.

— Плохо ты его знаешь, — отодвигаю ворот рубашки и показываю ей багровые отметины. — Позавчера. Сознание потеряла, а его дружки меня в чувства привели.

— Ужас, — её глаза округляются, она сглатывает. — Мне так жаль… Тебе нужно избегать его. Или лучше обратиться за помощью!

— Я отцу рассказала, а он, как и ты, посоветовал мне не лезть к нему, — горько усмехаюсь. — Думаешь, есть смысл обращаться в полицию? Если собственный отец, у которого власти больше, не хочет мне помочь?

— Это ужасно, Мира, — она берёт меня за руку. — Почему им всегда всё сходит с рук? Что же теперь делать?

— Не знаю, — вздыхаю. — Вот честно. Терпеть, наверное, только. И не нарываться. «Не бесить», как выразился этот урод.

— Тебе бы перевестись отсюда в другую академию…

— Не получится, отец не позволит. Если сбегу, найдёт, скорее всего. А если не найдёт, то всё равно сделает что-то ужасное моему брату Марку за мою выходку, — сжимаю её ладонь и улыбаюсь, чтобы хоть чуть-чуть отвлечься. — Хватит о плохом. Пойдём домой скорее, приготовим что-нибудь вкусненькое. Ты ведь научишь меня готовить?

Лина кивает, всё ещё грустно глядя на меня. Переживает, вижу это по её глазам. Мы выходим из учебного корпуса и, не спеша, плетёмся до нашего коттеджа.

— А ты слышала, что недавно родилась истинная пара? — спрашивает меня Лина, когда мы бредём по аллее.

— Не-а. Реально? — переспрашиваю удивленно.

Истинные пары не рождались практически полсотни лет. В нашем современном мире это — большая редкость. Наверное, всё связано с сильным прогрессом технологий.

— Ага. На другом континенте обнаружили метку у новорожденной девочки и мальчика, которые родились с разницей в несколько дней в одном роддоме. Это ведь самая популярная новость в интернете, уже несколько дней обсуждают.

— Мне было слегка не до этого, — кисло усмехаюсь, вспоминая минувшие деньки. — Но новость реально крутая. Настоящая метка!

— Я бы сказала романтично, — улыбается Лина. — Я бы тоже хотела встретить своего истинного.

В прошлые века метка истинности появлялась в детском возрасте, пока тело окончательно не созрело. Обычно происходило это лет до двадцати. Сейчас просто появление метки уже большая редкость.

— Ещё не поздно, — улыбаюсь. — А этот Николас… Кто он?

Интересуюсь аккуратно. Видно, что она расстроилась, когда увидела этого парня.

— Мой бывший парень, — отвечает Лина.

— Обидел тебя?

— Сильно. Думала, что он тоже любит меня, а выяснилось, что у него уже была девушка, на которой он собирался жениться.

Хмурюсь. Слишком уж печально это всё.

— Женился в итоге?

Если он ровесник Роя, то слишком молодой ещё для брака.

— Нет.

— И давно вы… Ну, расстались? — интересуюсь, кусая себя за язык. Наверное, ей тяжело говорить об этом.

— Три месяца назад.

Отвечает она и смотрит куда-то вдаль. Кажется, будто вот-вот слёзы навернутся на её глазах. Зря я спросила.

— Понятно. А я ещё ни с кем не встречалась. Отец держал меня на виду и следил за моей честью, — усмехаюсь. — Интересно, сейчас он как собирается за мной следить? Вдруг мне кто-то понравится, и он точно об этом не узнает.

В нашей влиятельной семье, как и в других таких же, браки по расчету являются неотъемлемой частью. Но именно у моего отца, как и у деда, есть пунктик касаемо дочерей — они не должны быть обесчещены до свадьбы, даже если она не связана с любовью или обязательствами. Проще сказать, я должна быть девственницей, когда лягу под мужа в первую брачную ночь.

Наверное, стоило мне сделать первые шаги, как отец начал мне промывать мозг этой хренью. Не подпускал ко мне мальчишек, только друзей брата, которые ему нравились и ещё, потому что со мной всегда был Марк. Он всегда знал, где я и с кем, чем занимаюсь. Когда брат уехал учиться, то я редко выходила за территорию нашего дома.

Я вела себя хорошо, и даже смогла уговорить отца выбрать себе университет, и как ни странно, он согласился, но при одном условии: я должна следовать каждому его слову, каждому приказу.

— Может, он просто не хотел, чтобы тебе разбили сердце в столь юном возрасте?

— Плевать ему на мои чувства.

— Печально, — вздыхает Лина. — А мой папа очень добрый и понимающий. У нас с ним доверительные отношения. Даже не могу представить, какого это — иметь такого жестокого отца.

— Я привыкла. А чего тебя сюда сослали тогда?

— Сослали? — улыбается. — Я сама захотела. Уровень обучения здесь очень высокий.

Вздыхаю. Ну, хоть кому-то из нас двоих повезло и с родителями, и с мечтами.

Добираемся до коттеджа. Лина предлагает приготовить рагу, а я и согласна. Она вытаскивает всё необходимое из холодильника, всякие овощи и мясо. Смотрю на это добро и даже не могу представить, с чего начать.

— Говори, что делать, а то я просто запихаю всё в кастрюлю прямо целиком, — хихикаю.

— Для начала вымоем овощи, — начинает рассказывать она процесс приготовления. Я внимательно слушаю и делаю всё, что она мне говорит.

В итоге у нас получается наивкуснейшее рагу, которое может потягаться с именитыми блюдами из ресторана. Лина рассказывает, что это мама научила её так вкусно готовить. Болтаем до поздней ночи. И, сытые, в приподнятом настроении, расходимся по комнатам.

Долго валяюсь в ванне, наслаждаюсь тёплой водой. Расслабляю свои нервы, слушая любимую музыку. Перед тем, как ложиться, выхожу на балкон вдохнуть свежего хвойного воздуха. Минут пять разглядываю красивое безоблачное ночное небо, облокотившись на перила. Медленно рассматриваю каждую звёздочку, затем перевожу глаза на хвойный лес.

Во тьме за оградой что-то светится ярко-жёлтое, будто две зажжённые свечи держат рядом друг с другом. Хмурюсь, приглядываясь и понимаю, что никакие это не свечи, а два горящих глаза!

В панике зажмуриваю глаза.

Может, показалось?

Медленно открываю и облегченно выдыхаю.

И правда, всего лишь игра воображения.

Часть 8

Первая неделя проходит спокойно. Как и планировала, я избегала Роя Крэйвена всеми силами. Даже смогла немного успокоиться за эти дни. Придётся научиться воспринимать всё с позитивной точки зрения.

Всё, что со мной сейчас происходит — это всего лишь испытание, которое я должна преодолеть.

Мы с Линой притёрлись друг к другу за эти дни ещё сильнее. Она каждый день готовила нам ужин, а я, чем могла, помогала ей. Мне было интересно узнавать что-то новое для себя. Сегодня наступили долгожданные выходные, поэтому мы решили съездить в ближайший городок и прогуляться.

Выходить с территории можно только по пропуску через главные ворота. Это не составило труда, но дальше мне было не по себе. За оградой находился сплошной лес и асфальтированная дорога. Я глянула на Лину, которая потопала вперёд, совершенно не волнуясь. Заметив моё замешательство, она сказала:

— Здесь есть автобусная остановка. До неё идти метров пятьсот, прямо вон там, за поворотом, — показывает она дорогу, сворачивающую вправо.

— Сомневаюсь…

— Да, я узнала у охранника, пока ты пропуск оформляла. Сказал, что как только завернём, будет главная дорога в город. Автобус ходит каждые два часа, — Лина хватает меня за руку и тянет за собой. — Пойдём скорее, а то не успеем.

— Если честно, для меня это всё впервые. Ни разу не ездила на автобусе!

— Ничего! Всему тебя научу. В метро бы тоже прокатились, но городок маленький. Там явно такого нет.

Киваю. Отец всегда выдавал мне водителя, когда нужно было куда-то меня отвезти. И со мной в основном всегда была охрана. Как-то непривычно…

Проходим до поворота, и нам открывается новая широкая дорога, по другую сторону от которой стоит остановка. Перебегаем её и ждём автобус.

— А ты часто так ездишь?

— Бывало, — она кивает. — Меня не оберегали так сильно, как тебя. У тебя красивые волосы. Привлекают внимание.

От её комплимента меня передёргивает, ведь Рой говорил мне то же самое, только после этого чуть не задушил этими же красивыми волосами.

— Они от папы. У мамы были каштановые. Интересно, как она там?..

Я задумываюсь, как сильно скучаю по ней. Очень хочется увидеть её хоть разок.

— Отец совсем не разрешает вам общаться?

Мотаю головой. После развода мама уехала в другую страну к своим родственникам. И больше мы с Марком её не видели. Семья мамы не такая влиятельная, но ей всё же удалось вырваться из лап отца, только при одном условии, что она оборвёт с нами все связи и никогда сюда не вернётся. Наверное, за двадцать лет брака ей настолько надоело жить в одном доме с тираном, что она решила нас бросить. Но я и Марк не виним её за это.

Не понимаю вообще, как можно не давать матери общаться с собственными детьми? Даже если она оставила нас по собственной воле?

Беленький автобус тормозит на остановке, и мы быстро проходим внутрь, занимая задние сиденья. Для меня всё это необычно и волнительно. Жадно оглядываюсь. Несколько женщин с детьми, старушка и дедушка. Автобус трогается. По дороге попадаются редкие дома, а ближе к городу их всё больше. И они совсем обычные, до удивительного простые дома, без роскоши и пафоса. В центре — многоэтажки с магазинчиками. Здесь очень уютная атмосфера.

— Прикольное место, — говорит Лина, когда мы, выбравшись из автобуса, идём по тротуару вдоль улицы.

— Ага. Даже чувствую себя свободной, — я улыбаюсь.

Достаю телефон и делаю снимки интересных вывесок, котиков и вообще всего, что попадается мне на глаза. Планирую в ближайшее время перенести эти прелести на холст.

— Может по мороженому? Или кофе? — предлагает Лина.

— Давай, — с моего лица не сходит довольная улыбка.

Как раз попадается кофейня с интересным интерьером. Фотографирую всё подряд: вывеску, рисунки на двери, и улыбаюсь, как дурочка. А когда мы заходим внутрь, то я просто растворяюсь. Пахнет свежезаваренным кофе и выпечкой. Интерьер внутри в нежных нейтральных тонах. Пока Лина выбирает нам напитки и делает заказ, я жадно поглощаю обстановку, как будто вылезла из пещеры. Восхищение меня не покидает ни на секунду.

В кофейне есть несколько свободных столиков, остальные заняты посетителями. Оглядываю людей.

Пот прошибает от тёмных диких глаз, которые обжигающе уставились на меня через весь зал. Практически забываю, как дышать. Только Лина спасает меня в этот момент, протягивая мне стаканчик. Прослеживает за моим взглядом, замирает на несколько секунд, а после быстро тянет к выходу. Рой не сводит с моей скромной персоны странного взгляда. Я даже успеваю заметить, как сжались его челюсти.

Мы так быстро улепётывали из кафе, что долго потом не могли отдышаться, сидя в парке на скамейке. Обе перепуганные и с красными щёками от быстрой ходьбы.

— Кто бы мог подумать, что крутой брутальный мачо и гроза маленьких девочек будет сидеть в кофейне и попивать молочный коктейль? — хихикаю я, откинувшись на скамейку.

— А он был с друзьями и какой-то девушкой. Коктейль, наверное, её, но шутка мне твоя понравилась, — Лина смеется, стирая пот со лба.

— И как ты успеваешь всё разглядеть так быстро? — удивляюсь я устало.

Я ведь взгляда даже не могла отвести от Роя, какой там разглядывать ещё кого-то.

— Ну, просто наблюдательная. И, скажу я тебе, реши мы остаться в кофейне подольше — пришлось бы тебе туго. Ты глаза-то его видела вообще? — Лина смотрит на меня, делая глоток латте.

— Такое сложно не заметить, — бурчу себе под нос, уныло уставившись на свои кеды.

— Ненормально это всё. Он будто помешался на тебе.

— Надеюсь, скоро отвяжется. Главное — стараться не попадаться ему на глаза и близко не подходить, тогда, думаю, есть малюсенький шанс того, что ему надоест моя недовольная физиономия и шея, в частности. Жуткий он.

— Другие девчонки с нами бы не согласились. Но будем надеяться на лучшее, — улыбается подруга, легонько хлопая меня по плечу.

Неделю же я как-то прожила. И дальше справлюсь!

Часть 9

После недолгой передышки решаем с Линой пройтись по парку. Долго стоим у небольшого прудика, наслаждаясь его красотой. Место простейшее на первый взгляд, но, куда ни глянь, веет каким-то уютом. Будто прогуливаешься по собственному саду.

Чувствую, как в сумке вибрирует телефон. Достаю и слегка сжимаю гаджет в руке. Папа, наконец, решил узнать, как у его дочери дела.

— Привет, папа.

— Ты почему вышла с территории академии без моего ведома? — начинает он сходу наезд. — Мне только сейчас пришло оповещение!

Кидаю взгляд на время. Практически полтора часа прошло, как мы с Линой уехали с академии. Как-то долго его оповещали.

— Я с подругой. Мы просто решили погулять по городу, — говорю ему, надеясь, что он не станет сильно злиться. Ведь изначально не упоминал, что мне нельзя выходить за территорию академии без его ведома!

— Не смей покидать академию без сопровождения. На это есть водитель. Бродишь непонятно где и непонятно с кем! — даже сквозь трубку я представляю, как его голубые глаза становятся чёрными от злости. — В следующем месяце состоится благотворительный бал. Ты должна быть на нём.

— Зачем? — тревожно становится от этой информации.

— Собираюсь выбрать для тебя пару. Тебе уже скоро девятнадцать лет. Пора отдать тебя под покровительство твоего будущего мужа.

Пару? Покровительство?

Отец режет меня без ножа. Ну, почему? Почему я не могу выбирать сама свой путь?

— Папа, ты обещал, что я выйду замуж только когда доучусь в академии. Зачем тогда посылать меня учиться, если ты устал меня опекать? Надо было сразу выдать меня замуж! — не выдерживаю и говорю всё, что думаю об это сейчас.

У нас был с отцом разговор на эту тему, когда оканчивала школу. Мы договорились, что я выйду за любого мужчину, которого он для меня выберет, но взамен — позволит учиться дальше.

— Мира, — голос его становится ниже, — ты забываешься. Хочешь прямо сейчас вернуться домой?

В голосе отца сквозит угроза. Я знаю, что он может в любой момент забрать меня из академии, запереть дома.

— Я поняла тебя, папа, — поджимаю губы.

— Где ты сейчас? Я отправлю за тобой водителя из академии.

— Пап, дай мне полчаса, пожалуйста. Я хочу зайти в художественный магазин.

— Полчаса, Мира, не больше!

Отец сбрасывает звонок. Кидаю телефон в сумку. Настроение в конец, испорчено. Чувствую себя настолько паршиво, что хочется нырнуть в этот пруд головой вниз и утопиться. Пинаю небольшой камушек в прозрачную воду, который, издав булькающий звук, пропадает в глубине.

Лина громко вздыхает, косясь на моё хмурое лицо.

— Пойдём скорее в художественный магазин. Я видела его по пути сюда.

Я молчу и продолжаю стоять.

Интересно, настанет когда-нибудь тот момент, когда смогу стать по-настоящему свободной?

— Мира, — Лина берёт меня за руку. — Твой папа просто переживает за тебя.

— Ага, конечно, — проговариваю с сарказмом.

В итоге быстро шлепаем до того самого магазинчика, где я набираю себе полные руки художественных принадлежностей. Перед тем, как отправить папе адрес, мы успеваем заглянуть в соседний сувенирный магазин. Обнаруживаю в нём для себя интересную серебряную подвеску с маленькой птичкой в клетке. Для меня — самое то.

Даже как-то грустно смотреть на неё. Но, как ни крути, всё равно цепляет, и я, не раздумывая долго, покупаю.

Водитель приезжает как раз в тот момент, когда мы выходим из магазинчика. Прыгаем с Линой на заднее сиденье и едем всю дорогу молча. Дома разбредаемся по своим этажам.

Раскладываю свои покупки на полку и думаю о том, что ждёт меня дальше. Папа контролирует меня даже за сотни километров от дома. Скоро он найдёт мне пару и заставит выйти замуж. Позволит ли он мне хотя бы окончить академию?

А если женихом окажется какой-то старик или садист наподобие Роя? Не жизнь, а самая настоящая пытка. И такое будущее удручает меня сильнее, чем всё остальное.

Но я очень надеюсь, что папа испытывает ко мне хоть немножечко отцовской любви и подберёт для меня хорошего человека в мужья. Возможно, он будет ко мне хорошо относиться и окажется добрым человеком, с которым я смогу почувствовать, наконец, заботу и любовь.

На этой мысли принимаю душ. И мне становится легче, когда я стою под прохладными струями воды. После заворачиваюсь в махровый длинный халат. Кидаю взгляд в зеркало, на свою шею. Отметины от пятерни Роя полностью сошли, и больше мне не придётся прятать их одеждой с высокими воротниками. Легонько дотрагиваюсь пальцами, всё ещё будто ощущая неприятный жар. Ёжусь, вспоминая жуткие жёлтые глаза, от которых у меня липкие мурашки по коже бегут.

Просушиваю легонько волосы под феном.

Хотели с Линой посмотреть сегодня какой-нибудь фильм и погрызть чего-нибудь вкусненького, но сошлись на том, что лучше выспаться хорошенько после тяжёлого дня и вечера. Завтра собираюсь порисовать. Это меня успокаивает и рассеивает мои тревожные мысли.

Захожу в комнату, в которой выключен свет. Хотя я оставляла включенной настольную лампу, когда уходила в ванную. Хмурюсь, всё ещё стоя в дверях. Возможно, я её и не включала. Просто не помню из-за дурацких мыслей.

Топаю до стола, включаю лампу. Оглядываюсь. Всё лежит так, как я и оставляла. Только дверь на балкон приоткрыта, но я не закрывала её днём. Удручённо вздыхаю.

Выхожу на балкон. Свежий хвойный запах заполняет лёгкие и приятно успокаивает. С недавнего времени я взяла в привычку выходить перед сном на воздух и наслаждаться ночным видом и ароматом сосен. Я быстро засыпаю после этого маленького ритуала.

Вот и сейчас облокачиваюсь о резные деревянные перила и глубоко вдыхаю, даже стон издаю, когда легкие заполняет такой приятный шлейф. Прикрываю глаза, немного откидывая голову назад. Наверное, проходит минут десять, прежде чем я решаю идти спать.

Разворачиваюсь к двери и вскрикиваю от испуга, встречаясь с мрачными глазами Роя Крэйвена, который облокотился на стену рядом с дверью, скрестив руки на груди и слегка наклонив голову.

Наверное, на моём лице отчётливо отобразился ужас, который позабавил этого урода. На его странном выражении лица появилась не менее странная улыбка. Рой молчал, разглядывая меня долгим недобрым взглядом.

— Что ты тут делаешь? — спрашиваю взволнованно, стараясь загнать подальше страх и притормозить бешено колотящееся сердце.

Как он оказался на моём балконе, можно не спрашивать. Ему забраться сюда не составит никакого труда. А вот зачем он это сделал — стоит поинтересоваться.

И вообще, как давно он тут? Неужели с самого начала?

— Ты вообще знаешь, что по правилам… — начинаю говорить, и он отталкивается от стены и делает ко мне один большой шаг, заставляя меня вжаться поясницей в перила балкона. Забываю всё, что собиралась сказать, вытаращив на него глаза.

Рой нависает надо мной в полуметре. В глазах отчётливо замечаю жёлтые искорки, которые всегда появляются, когда он злится.

Но сейчас-то что я сделала?

Его рука тянется ко мне, дотрагиваясь до пряди волос. Зверь медленно скользит пальцами по локону, не сводя с меня мрачного взгляда, смешанного со злостью. Тянет больно на себя за прядь, и я не выдерживаю: смахиваю наглую руку с волос, ударив по ней тыльной стороной ладони.

— Чего ты хочешь? — задаю вопрос, не особо надеясь получить ответ.

Рой как-то странно скашивает взгляд на мою руку, которой я предотвратила его настойчивые попытки вырвать клок моих волос. В глазах жёлтые искорки становятся ярче, сливаясь с темнотой глаз, не предвещая ничего хорошего.

Он резко обхватывает меня за затылок, сжав волосы в кулак, заставляя запрокинуть голову. Выдыхаю от неожиданности. Его ноздри раздуваются от порывистого дыхания, когда наклоняется ниже и злобно шепчет мне в лицо:

— Не смей так делать.

Негодование поднимается откуда-то со дна моей душонки, вытесняя страх на второй план.

— Что, прости?

— Не трогай меня, — цедит он сквозь зубы, обнажая клыки.

Хлопаю пару раз глазами. Какого чёрта он говорит мне не трогать его, когда сам пристаёт ко мне?

— Если так противно, — сглатываю, подбирая слова, — то почему бы тебе самому не перестать дотрагиваться до меня?

В его глазах мелькает гамма эмоций на секунду, малюсенькую секунду, но я всё же замечаю это. Рой улыбается, но жёлтые глаза затухают, сменяясь чернотой. Он прищуривается и нагибается ниже к шее, сильнее сдавливая волосы. Становится больно, но я терплю. Зависает так на долгие секунды, опаляя тонкую чувствительную кожу горячим дыханием.

Если честно, мне ужасно страшно находится с ним рядом в таком положении. Парень явно не в себе.

— Не зли меня, Мира.

От его слов по телу расползаются неприятные ледяные мурашки.

— Я ничего не сделала, — цежу, прикусывая нижнюю губу.

Его рука плавно скользит с затылка на мою шею, обхватывая горячей ладонью. Сдавливает, но не сильно. Кожа горит под его рукой. Слышу лишь его яростное дыхание и будто скрежет зубов.

Вот же урод! Собирается вновь меня душить!

Рой делает глубокий вдох и не менее глубокий выдох. Затем ещё один вдох. После него снова зависает на долгие секунды. Не двигаюсь и даже боюсь дышать. Какой же он неадекватный, странный и жуткий!

Как вообще другие девушки могут находиться рядом с ним? Они что, слепые дуры? Или настолько его энергетика притупляет у них чувство самосохранения, что они в упор не видят, какой он монстр?

Рой снова вдыхает, громко и глубоко, и только тогда я понимаю, что он, чёрт бы его побрал, нюхает меня! Волна омерзительных мурашек пробегают по телу от осознания этого.

— Отпусти меня! — поднимаю руки и толкаю его в грудь ладошками.

Он резко отпускает, его ладонь соскальзывает с моей шеи. Отскакиваю в сторону, таращась на него огромными глазами.

Рой кидает на меня какой-то странный и жуткий взгляд. В глазах снова проскальзывают жёлтые искорки, но лишь на мгновение. А затем, оперившись одной рукой о перила, он ловко их перепрыгивает, спрыгивая со второго этажа. Скрывается в ночи так быстро, что, когда я оглядываю территорию под балконом, его уже там нет.

Обхватываю себя руками, пытаюсь унять неожиданно появившуюся дрожь.

Рой ушёл. Просто ушёл! Не задушил и вообще никак не покалечил, чему я, несомненно, рада, но на душе появляется тяжёлое чувство надвигающейся беды.

Этой ночью сон как рукой сняло.

Часть 10

Утром мельком рассказываю о том, как Рой, мать его, Крэйвен, ворвался на мой балкон и вёл себя, как чёртов маньяк. Глаза Лины расширяются каждый раз, когда я в красках описываю его странное поведение. Залпом допиваю сок из стакана и громко ставлю на стол.

— А может донесу на него в ректорат? Или охране? Скажу, вломился на балкон. На второй этаж!

Мелькает мысль позвонить отцу, но, учитывая прошлый раз, кажется, он даже слушать меня не станет.

— Я даже не знаю, Мира, поможет ли это. И мы ещё не знаем, какое влияние он имеет на эту академию. Вдруг донесёшь, а ему ничего не будет. В итоге он узнает, что ты накатала на него жалобу, и он ещё больше разозлится на тебя?

Хмурюсь. А Лина дело говорит. Надо бы разнюхать обстановку в этой дурацкой академии. Если Рой Крэйвен тут не последний человек, то мне кранты.

— Тогда запасемся средствами самообороны, — кидаю взгляд на кухонный большой нож, которым Лина нарезала овощной салат.

Подруга прослеживает за моим взглядом и быстро берёт его в руки и кидает в мойку.

— Давай выберем что-то менее опасное, — неловко улыбается она. — Не хотелось бы, чтобы тебя посадили за убийство хищника. Знаешь ведь, что упрут пожизненно.

— За убийство таких идиотов, как Рой Крэйвен, должны медаль давать, а не пожизненное!

Но, если честно, у нас за любой вред, причинённый этим тварям зубастым, грозит неминуемое наказание. За убийство могут посадить на срок больше твоей жизни, иногда даже назначить смертную казнь. Зато им можно творить всякую дичь с обычными людьми! Несправедливо!

Едва не реву, ёрзая на стуле. Хватаюсь за голову обеими руками, сжимая виски. Голова болит ужасно. Ночь не спала: всё распахивала глаза от каждого шороха с бешено колотящимся сердцем. Такими темпами помру скоро от сердечного приступа.

— Можно всегда держать при себе перцовый баллончик или биту, — продолжает Лина, заправляя салат оливковым маслом. — Биту у кровати.

— Только где это взять? — поднимаю голову, устало уставившись на то, как она размешивает овощи в миске.

— Я съезжу в город на днях после учёбы и поищу подходящий магазинчик, — предлагает она.

В город мне путь точно закрыт на ближайшие недели, пока папа не остынет после моей самовольной вылазки.

— Но за самооборону же меня не посадят? — спрашиваю у неё.

— Тебя не посадят. Ты из влиятельной семьи. Будь на твоём месте обычная девушка, то ей пришлось бы худо.

— Супер! — у меня реально даже настроение приподнялось.

Я уже поняла, что курсы по самообороне, которые я прошла по велению отца — хрень полная против таких, как Рой. Я ж ничего ему сделать не смогу своими хлипкими навыками. А если в руке окажется перцовый баллончик, которым я с особым удовольствием забрызгаю его нечеловеческие глазища, то есть шанс хотя бы сбежать.

Лина успевает наложить мне салат в тарелку, ставит передо мной. Садится напротив и задумчиво смотрит на меня.

— Ты чего? — интересуюсь, ковыряя салат вилкой.

— Вспоминаю случай с охранником, которого Рой едва не задушил. Мама рассказывала отцу, я подслушала, что охранник дотронулся до него случайно, и тогда Рой на него накинулся. И если приплести сюда рассказ Алисии, моей подруги, которая была в него влюблена, Рой не терпел прикосновения. Только сам грубо трогал её.

— Какой нежный! Недотрога прям!— восклицаю, поражаясь его наглым и странным замашкам. Перед глазами всплывает его пренебрежительное лицо, когда я скидывала его руки. Он чуть не скукожился от отвращения. — Бедняжка твоя Алисия, натерпелась этого монстра.

— Недолго, кстати, терпела. Нам тогда было по шестнадцать лет, когда она его впервые увидела. Помню, как её глаза загорелись, дыхание сбилось. И она лишилась девственности с ним в первый же день знакомства, а утром он её выставил за дверь.

Салат идёт не в то горло, и я прокашливаюсь.

— Я правильно понимаю, что она отдалась ему буквально за сутки?

Хочется ещё высказаться о её подруге не самыми лестными словами, но воздерживаюсь.

— Правильно. И она в красках описала, как это было. Если честно, не особо романтично. Да и у него никогда не было постоянной девушки, насколько мне известно.

— Романтика и Рой Крэйвен — вещи весьма не совместимые. Я вообще не завидую его партнёршам, — хмыкаю.

Интересно, скольких он успел поиметь в этой академии? Почему-то эта мысль промелькнула, но я вовремя себя отдёрнула. Мне вообще должно быть плевать на всё, что связано с Роем.

— Я агрессивнее его хищника ни разу не встречала. Он переплюнул даже своего отца и деда, — говорит Лина, отпивая кофе. — И собрал он вокруг себя таких же.

— Ходят шайкой, людей пугают, — бурчу себе под нос.

— Самое странное то, что Николас хоть и не зверь, но дружит с ним хорошо.

Глаза Лины грустнеют, когда она упоминает бывшего парня. Я не стану вновь бредить её раны расспросами о нём. Сама расскажет, как созреет.

После обеда зависаю в своей комнате. Пытаюсь хоть что-то перенести на холст, но делаю только парочку мазков кистью и тупо пялюсь в белое полотно. А всё из-за мыслей об этом парне и том, что меня ждёт дальше. Гадёныш от меня не отстанет.

Следующим утром просыпаю, потому что ночью вновь не смогла толком уснуть. Хоть я и закрыла все окна и двери, даже подпёрла дверь на балкон стулом, всё же было неспокойно. И я решила пока забросить свой вечерний ритуал — дышать ночным хвойным воздухом.

Чем чёрт не шутит? Лучше перестраховаться.

Лина решила дождаться меня, и теперь мы вместе бежим до академии, опаздывая на лекцию. Влетаем в главный корпус, заворачиваем в коридор — и я налетаю на кого-то, ударяясь лбом о что-то твёрдое. Кажется, чей-то подбородок. Скулю от резкой боли, поднимаю глаза.

Наша рыжая однокурсница по имени Алекс, обладательница ДНК хищника, смотрит на меня сейчас как на мошку, которая мельтешит перед носом. Её карие выразительные глаза с длинными ресницами прищуриваются, когда она недобро хмурится. Алекс выше меня на полголовы, поэтому сейчас мне становится не по себе от её хищного взора. Она суёт руки в карманы чёрной джинсовой куртки и громко пренебрежительно цыкает, проходя мимо меня.

Лоб покрылся испариной от напряжения, которое я сейчас испытала. Всё ж энергетика у этих людей зашкаливает. Или я одна её так остро ощущаю?

— Она такая красивая, — практически с придыханием говорит Лина, — даже когда злится.

Смотрю на удаляющуюся фигуру рыжеволосой девушки. Всё при ней, не спорю. Внешность цепляет, но характер… У всех хищников характер дурной, даже у девушек. Они не столь жестоки, но повадки их едва ли отличаются. И обладательниц ДНК хищника намного меньше, чем мужского пола. И Алекс, кстати, единственная такая девушка в академии.

— Я думала, что она меня ударит, — говорю Лине, потирая ушибленный лоб.

— Не думаю, что Алекс настолько пришибленная.

Подруга мельком осматривает мой лоб, а затем выносит вердикт:

— Кажется, шишки не избежать.

Вздыхаю. Как-то мне не везёт.

Не хочется заводить себе ещё врагов. Достаточно одного Роя. Вот реально, по самое горло!

Часть 11

Практически всю следующую неделю я не вижу Роя Крэйвена. Он будто испарился. Возможно, уехал. Или я просто везучая, раз не встретила его за четыре дня. По дороге в академию мне позвонил Марк. Мы говорили с ним последний раз три недели назад, и я ужасно соскучилась по этому дураку.

— Марк! — моей радости не было предела.

— Привет, Мира, — голос брата такой родной и тёплый, что с моего лица не сходит улыбка. — Как у тебя дела? Учёба как?

— Учёба хорошо. Дела… тоже нормально, — думаю, что не стоит ему рассказывать о Рое. Раз он с ходу не начал ругаться, значит, ещё не в курсе, что он учится в одной академии со мной. — У тебя-то как дела?

— Терпимо. Перед выходными разрешили позвонить. Если простыми словами выражаться — я в заднице.

Слышала, что в той военной академии всё очень строго. Дисциплина превыше всего. Но лишать курсантов средств связи на такое продолжительное время, думаю, неправильно.

— Понятно. Когда сможешь приехать?

— Не знаю, Мир. Здесь очень странные порядки. За любой косяк могут лишить тебя выходного или отпуска, — он громко вздыхает в трубку.

— Значит, ты не приедешь на приём, который устраивает отец? — аккуратно интересуюсь у него.

— Что за приём?

Значит, брат и об этом тоже ничего не знает и явно не сможет приехать. Грустно вздыхаю.

— В честь открытия новой фабрики. И там отец собирается выбрать мне мужа.

Слышу отборный мат в трубку, даже убираю подальше телефон. Марк прокашливается и нервно произносит:

— Я попробую с ним поговорить.

— Не надо, Марк. Сделаешь себе хуже. Ты ведь знаешь его, он не станет слушать тебя. Да и он мне обещал, что я смогу доучиться в академии, так что не всё так плохо.

Я переживаю за Марка. Мы были всё детство вместе. Прикрывали друг друга, но сейчас мы с ним порознь. Жестокость отца по отношению к нему может выйти за рамки здравого смысла. Мой брат — главный наследник нашей семьи, и отец хочет закалить его, сделать похожим на себе подобных хищников, но характер у Марка совсем не такой. Мы оба унаследовали черты личности со стороны мамы. И, возможно, ещё поэтому отец нас так ненавидит.

Марк хотел сразу по достижению восемнадцатилетнего возраста уехать к маме, но отец не позволил. Не знаю, чем именно он ему пригрозил, но Марк так и остался в доме, поступил в университет, параллельно вникая в семейный бизнес по производству тканей. Наши ткани самые лучшие в стране — это главная гордость нашего отца.

Жаль, что он не испытывает никакой гордости по отношению к своим детям. Я всё же считаю, что мы с Марком заслужили немного признания. Особенно Марк. Брат всё схватывает на лету, он умён и добр.

— Мира, мне жаль, — говорит Марк. — Я очень хочу приехать и поддержать тебя, но меня не выпустят отсюда, пока отец этого не захочет. Чёрт возьми, когда он, наконец, поймёт, что мы его родные дети, а не игрушки, которыми он может помыкать!

Брат зол, и я его понимаю. Ведь сама злюсь на папу, но никак не могу повлиять на свою судьбу.

Мы говорим ещё минут десять, я рассказываю про академию, про Лину, но избегаю всего, что связано с Роем Крэйвеном. Просто боюсь, что брат натворит дел. Он может сбежать из военной академии и навлечь на себя ещё больший гнев отца.

Когда мы заканчиваем разговор, Лина как раз садится рядом со мной на скамейку под огромным дубом. У нас отменили первую лекцию, так что мы решили провести это время на улице. Сегодня ясный солнечный день, птички со стороны леса поют, бабочки летают над цветочными клумбами.

Лина протягивает мне стаканчик с вишнёвым чаем. Благодарно киваю. Пока я говорила по телефону с Марком, она сходила до кафетерия и купила нам вкусняшек.

Ломаю шоколадку на две части и половинку протягиваю Лине. За три недели мы с ней поладили. И я с гордостью могу называть её своей первой и единственной подругой. Не ожидала, что с девочками дружить веселее, чем с мальчишками. Потому что с мальчиками не обсудишь многие моменты, а вот с подругой можно делиться сокровенным и тем, что творится у тебя на душе.

— Привет, — слышу знакомый мужской голос и поднимаю голову.

Перед нами стоит Дарен и улыбается. Он в спортивной форме, слегка запыхавшийся. Он сначала смотрит на меня, а потом на Лину.

— О, Лина. Не узнал тебя, — здоровается он с подругой, стирая пот со лба.

— Привет, — Лина улыбается. — Давненько не виделись, поэтому и не узнал.

— Вы знакомы? — спрашиваю я, двигаясь ближе к Лине, потому что Дарен пристраивается рядом со мной на скамейку.

— Да. Мы соседи, — поясняет Лина. — Сколько на этот раз пробежал?

Она смотрит через меня на парня. Дарен громко отпивает воду из бутылки.

— Много, — неоднозначно отвечает Дарен.

Знаю, что он профессионально занимается лёгкой атлетикой и постоянно пропадает на соревнованиях. У нас дома они с Марком вечно только дрались, в шутку, правда, но всё же было забавно наблюдать за ними.

— А вы чего не на лекции? — спрашивает он и тянется к моим волосам, аккуратно вытаскивает маленький листик, который, скорее всего, упал с дерева.

— Отменили, — отвечаю, допивая чай.

Собираюсь выбросить пустой пластмассовый стаканчик, но Дарен перехватывает его и сам выбрасывает в урну, стоящую с его стороны.

— Спасибо, — улыбаюсь пару секунд, потому что потом на моём лице застывает недовольная гримаса.

На крыльце со своими дружками стоит мрачный Рой Крэйвен и прожигает нашу компанию нехорошим взглядом, который моментально портит мне настроение.

Дарен и Лина прослеживают за моим взглядом, и на их лицах появляется удручающее выражение.

Скольким же людям он портит настроение и жизнь. Наверное, даже всех пальцев на руках не хватит, чтобы пересчитать.

— Только не говори Марку, что он учится с нами, пожалуйста, — говорю Дарену, продолжая невидимую борьбу с Роем одними глазами. — Иначе он натворит дел.

— Да понял я, — цедит он, едва не оскалившись.

Я так рада, что не одну меня воротит от этого ненормального. Но вовремя отдергиваю Дарена, трогая его за кисть.

— Не провоцируй, а то сейчас сорвётся с места и повесит нас на этом дубе, — усмехаюсь, но продолжаю смотреть на Роя.

Сама себя не понимаю. Но ведь я его провоцирую сейчас!

Вижу, как его хмурый взгляд медленно перемещается на руку Дарена. Туда, где я его потрогала. А затем также медленно возвращаются к моему лицу. Он прищуривается, откинув голову слегка назад, будто показывая своё превосходство, а затем, сунув руки в карманы чёрных брюк, заходит в академию.

Лина громко выдыхает, когда его спина скрывается за дверью.

— Я думала, что он реально подойдёт к нам. У меня мурашки по коже, — говорит она, подрываясь со скамейки.

— Ублюдок, — злобно высказывается парень.

— Ублюдок — мягко сказано. Я бы выразилась иначе, — хмыкаю, поднимаясь со скамейки. Скоро начнётся лекция, и уже пора идти.

Настроение испорчено, а так всё хорошо начиналось! Надеюсь, день сегодня больше не принесёт мне никаких сюрпризов, а то мне совсем не понравился его предупреждающий взгляд. Сейчас опять возомнит себя пупом земли, надумает себе всякого и решит, что я его бешу намеренно. Хотя сейчас я сделала это и правда специально…

Но я уже просто не выдерживаю его дурацких замашек.

Часть 12

Сегодня лекция, совмещённая со студентами с других курсов. И как бы я не успокаивала себя, что Крэйвена на ней не будет, он всё же явился в сопровождении своих дружков, занимая излюбленное место у выхода. Только заметив его в дверях, я сразу же отвернулась, успевая, чтобы не встретиться с ним глазами. И очень надеюсь, что он не успел заметить меня в этот момент. Зато всё оставшееся время, пока преподаватель рассказывал нам об основных этапах экономической теории, моя спина и затылок будто пылали огнём. Кожа реально горела. Шея окаменела из-за того, что я боялась сделать хоть какое-то движение. Напряжение, исходившее с задних парт, не предвещало ничего хорошего.

За пять минут до окончания лекции Лина тихонько задела меня локтём, протягивая мне записку с таким посланием:

«Рванём сразу к выходу, как только прозвенит звонок. Затеряемся в толпе студентов»

Предложение Лины мне понравилось. Посмотрев на неё, кивнула. Главное — быстро закинуть тетрадь и ручку в сумку. Поправив светлую плиссированную юбку и сжав кожаные ручки бежевой сумки, которая уже лежала у меня на коленях, я смотрела на часы, стрелки которых будто застыли. Мне казалось, что это были самые долгие минуты в моей жизни.

Прозвенел звонок, и мы с Линой резко подрываемся с места. Снова выбрав путь у стены, мы топали за другими студентами. Я пыталась делать вид, что не вижу Роя. Не смотрела в его сторону, но ощущала всем естеством пристальный взгляд. Находиться с ним в одном помещении — то ещё испытание.

Смогла выдохнуть лишь спустя пару минут, когда мы завернули в другой корпус. Но я всё же обернулась проверить, не преследует ли он нас. Вот честно, ожидать от него можно чего угодно, поэтому лучше перестраховаться.

— Ну, вроде пронесло на этот раз, — говорит Лина, останавливаясь рядом со мной.

— Точно, — киваю, прислонившись к стене.

Напряжение потихоньку покидало моё тело, и я расслабилась.

— До следующей лекции ещё десять минут. Здесь подождём? — спрашивает подруга.

Чтобы попасть в нужную аудиторию, нужно вернуться к корпусу, из которого мы только что пришли, и пройти дальше, через проход между зданиями.

— Думаю, да. Пусть подальше отвалит со своей свитой. А то напоремся ещё по дороге, — хмыкаю я, достаю лимонные конфеты и протягиваю парочку Лине.

— Да, хорошая идея.

Стоим ещё минут пять, обсасывая конфетки и пялясь в окно на задний двор академии. Погодка с утра была шикарной, а к обеду уже облака набежали. И сейчас прямо над хвойным лесом нависли серые тучки.

— Зонт не взяли, — говорит Лина.

Утром было жарко, поэтому мы обе оделись легко. Лина в тоненьком платье, а я в юбке и топике с толстыми бретельками.

— Ага. Ну, если что можно ведь и здесь переждать.

Выходим из нашего временного укрытия. Многие студенты уже разбрелись по аудиториям, поэтому в коридоре мы практически одни. Лина останавливается на полпути, когда мы миновали ту аудиторию, где проходила лекция по экономике, и хмурится.

— Кажется, я телефон забыла, — она рыскает в рюкзаке по всем кармашкам. — Надо вернуться!

— Давай я здесь подожду, — предлагаю ей.

— Иди на лекцию, догоню тебя, — говорит подруга и быстро уходит, оставляя меня одну.

Разворачиваюсь, миную нескольких студентов, столпившихся у окна, захожу в проход между корпусами. Навстречу мне идут девушки со старших курсов, что-то громко обсуждают и смеются. Останавливаются у огромного окна, когда я прохожу мимо них. Практически добираюсь до нужного мне корпуса, проходя мимо лестничного прохода, замечаю тень, появившуюся позади меня. Резко оборачиваюсь, натыкаясь глазами в черную ткань чьей-то футболки. Медленно поднимаю глаза, молясь всем богам, чтобы это был не тот, о ком я подумала. Но, чёрт возьми, это именно он — Рой Крэйвен.

Девчонки у окна сразу замолкают, увидев Роя, я вижу, как они все таращатся в нашу сторону. Я, собственно, тоже вытаращила глаза на парня, стоящего в полуметре от меня. Медленно выдыхаю, пытаясь успокоить возобновившуюся нервозность, встречаясь с тёмными глазами. На губах его расплывается ухмылка, а в следующее мгновение он хватает меня за локоть и тащит под лестницу.

Первые секунды не понимаю, что происходит, а потом, когда мы оказываемся у какой-то двери и, открыв её, Рой заталкивает меня внутрь под мой приглушенный вопль, я осознаю всю ущербность ситуации.

Он своим телом загораживает единственную дверь, которая находится за его спиной. Наблюдает за моими эмоциями в этот момент с ленивой улыбкой на губах. И когда я делаю шаг к нему, чтобы в наглую протиснуться мимо его туши, он отталкивает меня назад, и я едва не падаю на задницу. Пока я таращусь на него, он закрывает дверь и слегка наклоняет голову набок.

Только сейчас в относительной полутьме улавливаю настоящие его эмоции в этот момент. На губах у него совсем не ленивая улыбка, а скорее, дьявольская ухмылка. Рой молчит, чем ещё больше наводит ужаса. Только вот глаза выдают его всегда, и сейчас в них уже заблестели жёлтые искорки, которые не предвещают ничего хорошего.

Зря я утром смотрела на него. Дала повод. Сильнее сжимаю ремешки сумочки, мельком оглядываясь.

Может, здесь есть ещё один выход?

Но это маленькое помещение, заваленное коробками со старыми бумагами и книгами, освещённое только единственным узким окном позади меня.

— Снова собрался душить меня? — спрашиваю ровным голосом, смотря на него волком.

Как же он меня уже задрал, если честно. Конечно, зря я так себя веду с ним. Таким, как он, нельзя оказывать сопротивление, иначе проснётся инстинкт хищника, и он меня просто сожрёт. Но сегодня с утра, поговорив с братом, я в очередной раз, напоминаю себе, что в этой жизни меня будут только использовать такие, как мой отец и Рой Крэйвен.

Рой делает ко мне шаг, а я инстинктивно пячусь от него.

— Ты постоянно мельтешишь перед глазами, — начинает говорить хриплым голосом, — и я старался, правда старался сдерживать себя.

— И что я сделала не так? — спрашиваю, обходя пару коробок, лежащих на дороге.

— Бесишь меня своим взглядом. И весь твой вид вызывает во мне лишь желание избавиться от тебя, — он оскаливается, показывая клыки.

Ну вот, доигралась.

— Просто не смотри на меня, — не отрываю от него глаз, понимая, что позади стена и отступать больше некуда.

В помещении становится намного темнее. С улицы доносятся звуки порывистого ветра, и первые капли дождя, громко бьющие по окну, нагоняют тревогу ещё больше.

И эти его желтеющие глаза с каждой секундой заставляют моё тело дрожать.

— Кажется, ты не поняла меня, Мира, — Рой тянет моё имя, и его будто перекашивает.

Он сокращает расстояние между нами. Я отшатываюсь назад и спиной упираюсь в стену. Сумка из моих рук падает на пол. Таращусь на него во все глаза и замираю, пока этот монстр захватывает меня в капкан, поставив руки по обе стороны от моего тела.

Часть 13

Глаза его полностью пожелтели, зловеще блуждая по моему лицу. Ноздри раздуваются от порывистого дыхания, а челюсти плотно сомкнуты. Ещё чуть-чуть — и он разорвёт меня на куски.

— Не зли меня, — цедит Рой полушёпотом, — иначе будет хуже.

«Будет хуже? Серьёзно? Что может быть хуже всего этого? Ты меня пытался придушить дважды, ублюдок!», — думаю, а вслух лишь пищу, потому что голос мой куда-то удрал от волнения:

— Рой, почему бы нам не поговорить спокойно?..

Огромная рука отрывается от стены и резко ложится на мою шею, вдавливая тело в стену. Холодок пробегает по спине, руки обвисли вдоль туловища.

— Не смей произносить моё имя, — шепчет он, нагнувшись к лицу слишком близко.

Теперь я могу разглядеть его хищные глаза в мельчайших деталях: огненно-янтарное свечение с тёмными зрачками, окружённое ярко-красными радужками и небольшими отражающими пятнами около склеры. Настроение его глаз зловещее, предвещающее беду.

Первый раскат грома разносится по округе, и я вздрагиваю, закрыв глаза. Сердце падает в пятки.

Чувствую, как его ладонь скользит по моей шее к подбородку. Пальцы смыкаются на нём, а лоб опаляет горячее мятное дыхание.

— Открой глаза, — требует он, сильнее сжимая подбородок и приподнимая лицо выше.

Медленно открываю, поджимаю губы.

— Как же забавно видеть тебя с тем ушлёпком, который даже ни разу ударить меня не смог, — шепчет он сквозь зубы, таращась на меня своими зловещими глазами. — И сейчас я даже не знаю, стоит ли напомнить ничтожеству его место?

Он что, сейчас про Дарена говорит?..

— Слушай… — хрипло начинаю, — Тебе не кажется, что ты тратишь на нас своё время? Может, стоит забить на таких лохов, как мы, и жить дальше?

Нет, ну, правда. Мы для него как бельмо на глазу. Ладно, я ударила его, ему это не понравилось, очевидно, но Дарен же ничего не сделал.

Его рука снова опускается к шее и вновь сдавливает, но уже сильнее. Кожа горит, дышать становится труднее.

— Мира, — зловеще шепчет мне в ухо, — я ведь просил.

После этих слов зависает как в прошлый раз, когда ворвался на мой балкон, практически уткнувшись в район моей шеи. Я ощущаю кожей жар, который исходит от его лица. Дышит глубоко и как-то прерывисто.

Постойте… он вновь нюхает меня?

Отворачиваю голову в противоположную сторону. Поднимаю одеревеневшие руки и толкаю Роя в грудь, он отшатывается лишь на несколько сантиметров, пока я удерживаю от себя этого монстра. Его жёлтые глаза с яростью смотрят на мои ладони, которыми я упираюсь в его грудь.

— Отойди от меня, — судорожно выдыхаю, потому что начинает трясти ещё сильнее.

Он хватает меня за кисти рук и разводит их в стороны. Смотрит на них так, будто собирается сломать. Оскаливается.

— Я предупреждал, чтобы ты не прикасалась ко мне.

Во мне что-то в этот момент щёлкает, будто выключатель, который сдерживал меня всё это время.

— Да пошёл ты, Рой Крэйвен, в задницу! — цежу ему в лицо. — Как же ты меня уже достал! Оставь меня в покое, придурок.

Начинаю вырываться, что есть сил. Выхватываю одну свою руку и снова бью его в грудь. Хочу оттолкнуть от себя, но у меня ничего не выходит.

Рой сильнее придавливает меня к стене, закрывая глаза. Тяжело дышит, а затем почему-то начинает смеяться. Долго так с хрипотцой, которую я ощущаю под своей ладонью.

Перестаю дёргаться и смотрю на него во все глаза. Его рука с моей кисти перемещается к ладони, обхватывая её. И он долго смотрит на то, как держит мою руку в своей. Желтизна с глаз уходит, вновь становясь чёрными.

Чёрт возьми, что происходит?..

— У тебя маленькие руки, — говорит он, разглядывая её с таким видом, будто собирается отрезать мне пальцы. — Так странно, — тянет он это и сильнее сдавливает мою руку с холодными пальцами, — если я сожму её охотнее, то переломаю тебе кости.

Хочу вырвать руку, дёргаю вниз, но хватка Роя слишком сильная, и она причиняет мне боль. Шиплю, другой ладонью упираюсь в его грудь.

— Если ты перестанешь сам ко мне приставать, то и я не стану тебя касаться. Я тебя трогаю, потому что хочу от тебя защититься! Это нормальная человеческая реакция! — тяжело дышу, дрожа всем телом.

Его ладонь огромная, мозолистая, и если он и правда захочет сломать мою руку, то ему не составит никакого труда. Чуть надавит— и всё.

Он молчит, разглядывает мою руку с особым пристрастием и интересом в глазах. Даже голову наклоняет.

Вот же ненормальный… Ведёт себя очень странно.

— Окей, Мира, — произносит через долгие секунды, смотрит на меня и ухмыляется, — жаль будет ломать такие маленькие и милые ручки. Тогда лучше займусь ушлёпком, которого ты трогала этими руками.

Он отпускает меня под мой удивленный и испуганный взгляд. Снова смеётся, обнажая клыки.

Рой собрался сделать что-то с Дареном? Но почему?..

Парень разворачивает и идёт к двери, медленной расслабленной походкой.

— Постой… не делай этого! — кричу ему вслед.

Рой останавливается, кидая на меня злобный насмешливый взгляд, и покидает комнату. По его лицу я поняла, что он сделает это в любом случае. Обхватываю себя руками.

Угораздило же меня связаться с таким озлобленным психом.

На ватных ногах выхожу из помещения, оглядываюсь. Никого нет.

Нужно срочно найти Дарена и предупредить! У меня ведь его номера телефона нет даже.

Часть 14

Забегаю в аудиторию, извинившись за опоздание. Преподаватель хмурится, но кивает мне в ответ, продолжая объяснять термины на доске. Подсаживаюсь к Лине, которая удивлённо на меня смотрит, пока я раскладываю принадлежности.

— У тебя есть номер Дарена? — спрашиваю её тихо, нагнувшись. Она кивает. — Спроси, где он сейчас, пожалуйста.

Лина достаёт телефон и набирает сообщение под партой. Пытаюсь сфокусироваться на лекции, пока жду. Проходит минут десять, прежде чем Лина мне тихонько показывает ответ Дарена, который написал, что уехал на соревнования.

Выдыхаю громко и с облегчением. Будто бы гора с плеч свалилась. Позже надо будет взять номер Дарена и поведать ему о том, что на него точит зуб Рой Крэйвен. В любом случае, надо предупредить парня.

И что на него вообще нашло?

С каждым разом ведёт себя всё страннее. Жутко мне от него.

Смотрю на свою ладонь, которую Рой рассматривал с особым вниманием, — и становится дурно. Рука до сих пор горит там, где он касался меня. Трогаю кисть, и кожа мгновенно реагирует мурашками.

Чёрт. Не нравится мне это что-то.

Лекция завершается, и мы покидаем аудиторию с Линой. Прислоняюсь к стене в фойе, смотря через окно на улицу, где всё ещё продолжает лить дождь. Подруга становится рядом.

— Что случилось? — спрашивает она, усаживаясь на подоконник.

— Рой Крэйвен, что же ещё, — вздыхаю, поджимая губы. — Этот чёртов придурок подкрался ко мне, когда я шла в аудиторию, и затащил меня в пыльную кладовку со стрёмным выражением на лице.

— И что он сделал? — Лина начинает разглядывать меня с ног до головы, задерживая внимание на шее.

— Что, там опять следы от его лап? — начинаю трогать свою шею, расстроившись.

Только недавно начала носить открытую одежду! Неужели снова?

— Немного есть покраснение, — говорит она и вытаскивает из рюкзака зеркальце. Протягивает его мне.

Быстро оглядываю участок кожи на шее. Чёртов Крэйвен, как же я тебя ненавижу. След не такой сильный, как в прошлые разы, но он всё же есть!

— Ненормальный, — чуть не хныкаю, — как же он меня достал, ну до чёртиков. Что ж за страсть у него такая к удушениям?..

— Ох, не знаю, — вздыхает Лина. — Что он хотел от тебя?

— Высказался о моих руках, и о том, как легко их сломать. Нужно предупредить Дарена. Он Рою поперёк горла встал ни с того ни с сего. Думаю, что его угроза не была пустой, — отдаю зеркальце Лине. — Раньше ему до Дарена дела не было, если судить по его собственным словам. Но сегодня его прям что-то задело.

— Постой, — Лина задумчиво смотрит на меня. — А вдруг Рой ревнует?

Ошарашенно смотрю на неё, открыв рот.

— Ревнует? Ну, ты скажешь, конечно. Разве что как добычу, не более.

С чего вдруг ему меня ревновать? Я для него не более чем букашка, которую можно прибить не задумываясь. По его поведению могу сказать лишь одно — он скорее руку себе отрежет, чем будет меня ревновать. У него такое отвращение было написано на лице, когда я дотрагивалась до него, будто бы он соприкоснулся с липким червяком.

— Но, если судить по твоим рассказам и тому, как Рой пробирался к тебе на балкон…

— Нет, Лина, — мотаю головой. — Не продолжай, пожалуйста, а то меня сейчас вырвет. Если я начну думать, что Рой Крэйвен испытывает ко мне что-то больше, чем просто злость и отвращение, я не переживу этого. Он же психопат.

— Хорошо, — она слегка улыбнулась, кинув на меня немного удивлённый взгляд. — О, кажется, дождь закончился. Пойдём?

Киваю, смотря в окно на мокрый газон и небольшие лужи на плиточных дорожках; на небо, затянутое серыми облаками. Моё настроение сейчас примерно такое же мрачное, как и сегодняшний день.

Уже в своей комнате я смогла немного выдохнуть с облегчением. Хоть это место и не было в должной мере защищено от проникновения сюда Роя Крэйвена, но всё-таки именно здесь я могла чуть-чуть расслабиться. Да и Лина съездила в город на днях и привезла много полезной утвари. К примеру, шпингалеты на двери и окна. Конечно, от Роя Крэйвена они не особо помогут, если он захочет ворваться внутрь, но так мне всё равно спокойнее. Ещё биту прихватила в спортивном магазине и несколько перцовых баллончиков. Один ношу всегда в сумке, другой держу в тумбочке у кровати.

Из размышлений выводит телефонный звонок. Звонит отец. Глубоко вдыхаю, готовясь к разговору с ним.

— Привет, папа, — здороваюсь первая.

— На следующих выходных приедешь домой. Прибудет наш портной, чтобы снять мерки для твоего платья на приём, — начинает он, не поприветствовав меня.

А чего я удивляюсь? Он никогда со мной не здоровается.

— В субботу утром приедет наш водитель, будет ждать у ворот академии. Вечером привезёт тебя обратно, — продолжает он. — Ты меня услышала, Мира?

— Услышала, — говорю в трубку тихо.

— Хорошо. Мне пришли твои результаты по учёбе. Молодец.

На этих словах, он сбрасывает вызов, а я стою в ступоре, всё ещё с телефоном в руке.

Слышать похвалу от него непривычно. Он меня только однажды похвалил в детстве, когда я принесла ему вылепленную из глины фигурку. Мне тогда было шесть лет, и наша мама была ещё с нами. И казалось, что тогда мы были настоящей семьёй.

____

С наступающим Новым годом, мои любимейшие читатели!

Завтра будет ещё одна прода небольшая. А дальше начнётся жажда у нашего Роя - любителя понюхать и придушить Мирочку)

Кстати, кто ещё не забегал на мою предыдущую историю, с не менеестранным главным героем , в жанре остросюжетный любовный роман, заглядывайте и сюда: https:// /shrt/S49t

Часть 15

— Сегодня мне написал Николас, — Лина шаркает по асфальту, смотря на свои розовые кеды.

Топаю рядом, смотря на девушку, после того, как спросила у неё, что случилось с её настроением. Что ж, ясно.

— И что он хотел? — интересуюсь.

— Увидеться, — отвечает она и начинает хмуриться.

Так вот почему Лина вытащила меня в этот воскресный вечер проветриться, побродить по территории академии. Время близится уже к восьми, через два часа начнётся комендантский час. Надеюсь, за это время я успею поднять ей настроение.

— А ты хочешь сама? — спрашиваю её, осматривая молоденькие листочки неизвестного мне кустика.

Мы в этой части ещё не были. Ближе к хвойной лесополосе, которая простирается на сотни километров. Здесь одна широкая дорожка, ведущая от главного учебного корпуса к пятиэтажному общежитию. Скорее всего, проживание здесь стоит дешевле, чем там, где поселил меня отец. Но мне кажется, что тут намного интереснее и веселее.

— Нет, я только недавно перестала думать о нём. Не хочу ничего больше, — отвечает мне подруга.

По глазам вижу, что она растеряна, тоскует, сомневается. Есть у меня чувство, что она всё ещё любит этого Николаса.

— Хе-х, а он будто почувствовал, что тебе полегчало, и решил напомнить о себе, — усмехаюсь.

— Но меня это сильно взволновало! — восклицает она. — Только я забыла о нём, перестала думать. Даже видя его в этой академии, я практически ничего не испытывала, держалась. А тут… Какой же он козёл!

— Не ведись на это. Он плохо с тобой поступил. При наличии невесты хочет увидеться с другой девушкой. Ну, такое себе.

Замечаю за зданием общаги, куда мы только что свернули, стальную калитку в заборе.

— Кто-то может выходить за территорию академии? — спрашиваю Лину, едва мы останавливаемся.

— Она не закрыта.

Никакого замка нет, и за калиткой виднеется небольшая тропка.

— Хм, чувствую, что студенты пользуется этой дорожкой для своих вылазок, — говорю я, открывая калитку. — Посмотрим, что там?

— Может, не стоит? Вдруг кто-то заметит, что мы вышли? — Лина опасливо оглядывается. — Мне-то ничего особо не будет, а вот тебе…

— Да нормально всё! — у меня даже глаза загорелись. — Быстренько глянем, что там, и вернёмся.

Улыбаюсь подруге, которая мнётся с ноги на ногу.

— Да не бойся ты, Лина! — хватаю её за руку и тяну за собой.

— Мне казалось, что ты рассудительная, — хмыкает она и останавливается.

Оглядываемся вокруг. Всего одна тропинка: видно хорошенько, и она ежедневно протоптанная.

— Ну, я росла со старшим братом, так что иногда мы, бывало, в тайне от отца выходили за пределы нашего поместья, посмотреть на лебедей, плавающих в небольшом прудике. Очень рада, что отец не знал об этом, иначе запер бы нас в доме навечно, — усмехаюсь.

Отец способен и на такое.

Топаем по тропе, которая никак не заканчивается. В лесу летает мошкара, которая только и делает, что пытается залететь в рот или в глаз. Лина идёт сзади с палкой в руке.

— А вдруг тут дикие животные есть? — спрашивает она, внимательно оглядывается. — Скоро темнеть начнёт.

— Дикие животные есть везде. Но если здесь часто ходят студенты и ещё никто не возвращался с откусанной частью тела, то, думаю, максимум мы встретим белку.

Проходим ещё немного, и нам открывается интересная картина: двухэтажный деревянный коттедж с какой-то вывеской, которую толком не разобрать с нашего местоположения, среди хвойного леса с подъездной дорожкой, где припарковано несколько дорогих автомобилей. А чуть ниже виднеются ещё несколько одноэтажных деревянных домиков. Останавливаемся с Линой, глядя на это чудо.

— Интересно, что это? — спрашивает она.

— Выглядит как какой-то отель, — пожимаю плечами. — Посмотрим?

Оглядываюсь. Мы пришли с другой стороны, но, если так подумать, то отсюда даже ближе к нашему дому, если пройти напрямик.

Видим, как открывается входная дверь и оттуда вываливается веселая компания парней и девушек. Они громко смеются и что-то обсуждают, в руке практически у каждого бутылка с пивом.

— Темнеет уже, Мира, — нервничает Лина.

— Да ладно, чего нам бояться. Глянем только, — улыбаюсь, собираясь уже подойти поближе, как замираю на несколько секунд, а потом хватаю Лину за руку и тяну в ближайшие кусты.

— Что такое? — спрашивает меня, испугавшись.

— Крэйвен, чтоб его. Самое страшное дикое животное в этом лесу, — шиплю я, садясь на корточки за растительностью, глядя на него через ветки.

Он вышел следом за компанией, постоял там недолго, а затем пошёл к одной их припаркованных машин. Остановился и завис на полминуты, стоя неподвижно, а затем резко посмотрел в нашу сторону. Сердце упало в пятки. Мы замерли с Линой, таращась на него.

Рой не может видеть нас через эти кусты. Не может ведь?..

Сложно было разглядеть выражение его лица, но мы обе выдохнули с облегчением, когда он открыл дверцу своей машины и сел в салон. Завёл её и плавно выехал. Мы просидели ещё пару минут в немом шоке, а потом, не сговариваясь, быстро потопали обратно в академию от греха подальше. Оглядывались на каждый шорох, держась за руки. Лина до конца пути не расставалась с палкой.

Конечно, это палка нас никак бы не спасла, но с ней было спокойнее.

_______

С Новым Годом!)))

Часть 16

Во вторник после лекции, когда я вышла из женской уборной на третьем этаже, какие-то три девчонки схватили меня под руки и повели к лестнице, ведущей на крышу. Я не сопротивлялась и даже ничего не сказала, потому что стало интересно, что им от меня понадобилось. Просто шагала спокойно под их удивлённые взгляды. Походу они думали, что я буду вырываться и кричать.

Прямо перед дверью на крышу нас ждала ещё одна высокая стройная барышня, разодетая по последнему писку моды. Чёрные волосы были собраны в высокий хвост, лицо казалось худощавым, но симпатичным, особенно с этими большими карими глазами. Она ухмыльнулась пухлыми алыми губами, окинув меня с ног до головы. Ну, я никогда не отличалась высоким ростом. И сегодня на мне были простейшие бежевые джинсы и розовая однотонная футболка, а волосы заплетены в косу.

Так что да, её невербальный наезд на меня был вполне оправдан.

Она первая вышла на крышу, а затем и мы. Оглядываюсь: стулья, старый диван, ткань которого выцвела под солнечными лучами, деревянный стол. Ну, место интересное довольно-таки, только слегка заброшенное.

Брюнетка остановилась у стола и скрестила руки на груди, смерив меня взглядом. Другие две девчонки, не менее приметные, встали по краям от меня, тоже как-то высокомерно разглядывая. Третья их подружка, стояла у двери. Походу, на шухере.

Ну, что ж.

Брюнетка цокает, когда я громко вздыхаю и лениво оглядываюсь, отмечая чуть дальше что-то вроде беседки.

— Мира Альден, — начинает черноглазая девчонка. — Дочь Марвина Альдена.

Так, значит, знают, как меня зовут и кто я. И скорее всего, у них ко мне важное дело, раз они меня, считай, похитили из коридора.

Чувствую, как в заднем кармане вибрирует телефон. Похоже, Лина меня потеряла. Я ведь только до уборной отлучилась.

— Можно ближе к делу? — спрашиваю брюнетку.

У неё на лице мелькает раздражение. Впивается в меня своими глазищами.

— Какие у тебя отношения с Роем Крэйвеном?

Пф-ф, а я-то думала. Ну, ясно — группа поддержки психопата-хищника.

— Никаких, — отвечаю. — Если вы только по этому поводу меня любезно пригласили на разговор, то разочарую вас, девочки — ваш Рой меня никак не волнует.

— Смеёшься? — она прищуривается. — Хочешь сказать, что вы не уединялись в кладовой под лестницей?

Как быстро разносятся слухи, чёрт возьми.

— Уединялись, — усмехаюсь, вспоминая тот неприятный момент.

После этого две девчонки, стоящие по краям, снова хватают меня под руки, больно сдавливая локти и кисти. Хватка у них сильная для таких хрупких ручек.

Брюнетка подходит ближе и берёт меня за косичку, больно тянет. Терплю пару секунд, а потом пинаю её по ноге массивной подошвой кроссовок. Она вскрикивает и отпускает, потирая ушибленную ногу.

— Сучка, — шипит на меня.

Две другие продолжают держать, пока их предводительница приходит в себя от моего удара.

— Ну, ты первая начала, — говорю ей. — Вы реально хотите меня побить за то, что ваш обожаемый кумир-психопат помешался на мне? К нему вопросы должны быть, не ко мне. Это он не даёт мне жить спокойно.

— Рой не может помешаться на такой, как ты, — цедит она, возвышаясь надо мной. — Убогая серая мышь.

Нет, насчёт её высказывания в мой адрес я бы поспорила, но толку? Девчонки приревновали меня к этому ненормальному.

— И что теперь? — интересуюсь. — Драться будем? Один на один? Или вы любите толпой нападать?

Подружки брюнетки сильнее сдавливают мои руки, и мне это начинает надоедать.

— Слушай сюда, белобрысая дрянь, Рой — мой парень. Ещё раз ты подойдёшь к нему и я… — она резко замолкает, смотря мне за спину.

Её алые губы приоткрываются, а выражение лица становится волнительным лишь на пару секунд, а затем оно вновь становится грубым.

— Прикол, — слышу я незнакомый женский голос за своей спиной.

Не могу посмотреть, потому что приспешницы брюнетки крепко меня держат.

— Так вот кто не даёт мне поспать, пища своим грёбанным стервозным голосом на всю крышу, Лара.

Брюнетка хмурится и оскаливается. Отмечаю про себя, что её зовут Лара.

— Свали отсюда, Алекс.

Алекс? Наша одногруппница с ДНК хищника? И эта Лара смеет так говорить с ней? Ой-ёй, я бы не стала поступать так опрометчиво на её месте.

Дальше происходит какая-то возня сзади, и слышится чей-то вскрик. Приспешницы меня отпускают, и я оглядываюсь. Одна лежит на полу, хватаясь за руку Алекс, которая держит её за волосы, знатно оттягивая и при этом неотрывно наблюдая за брюнеткой хищными безжалостными глазами.

Другая девчонка, вытаращив глаза, боится, бедняжка, даже двинуться с места. Полностью её поддерживаю — тоже бы не стала подходить к этой рыжей разъярённой тигрице.

— Ты что-то пискнула? — Алекс нагибает голову немного вбок, в зелёных глазах мелькает что-то тёмное и зловещее.

Отмечаю её схожесть с Роем в этот момент. Он тоже любитель голову так наклонить.

Она отшвыривает бедняжку, вырвав клок её волос, и медленной, ленивой походкой направляется прямо к брюнетке, которая стала белее мела. Обходит меня и останавливается в метре от побледневшей Лары.

— Слушай, Алекс, — начинает брюнетка, — у меня с этой мышью серьёзный разговор.

Не вижу лица рыжей, зато в полной мере ощущаю энергетику. Лара отходит назад медленно, Алекс ступает за ней. Эта ситуация снова мне напоминает недавнюю стычку с Крэйвеном, который такой же ленивой походной зажимал меня в кладовой.

Алекс ловко хватает Лару за затылок, когда та собирается обогнуть стол, и буквально впечатывает её лицом в деревянную поверхность. Брюнетка скулит и пытается поднять голову, но рыжая давит сильнее.

— Ещё раз услышу твой писк — и тогда я познакомлю твоё лицо не со столом, а с асфальтом, — даже у меня от её слов мурашки по коже побежали.

И что-то мне подсказывает, что Алекс не кидается пустыми угрозами.

Она отпускает брюнетку, на лице которой смешался шок со страхом. Девчонка без лишних слов срывается к двери, а за ней и все остальные. Мы остаёмся с рыжей наедине. Её глаза становятся обычными, тьма отступает, оставляя только яркую зелень. Она усаживается на стол, доставая из кармана чёрных джогеров пачку сигарет и зажигалку. Ловко вытаскивает одну, поджигает и медленно затягивается, пристально за мной наблюдая.

Напряжение витает в воздухе, но не такое, как с Крэйвеном, намного легче, и я не ощущаю от неё какой-то угрозы. Подхожу и становлюсь рядом.

Алекс молчит, продолжая курить. Её левая рука полностью покрыта татуировками со странными символами. Заглядываюсь, а она хмыкает. Затем протягивает мне пачку, предлагая сигаретку.

— Не курю, спасибо, — улыбаюсь. — А эти знаки… они что-то конкретное означают?

— Ага, — лишь отвечает, давая понять, как мне показалось, что дальше она мне ничего рассказывать не собирается.

— Спасибо за помощь, — говорю ей.

— Я тебе не помогала, — усмехается хищно, показывая клыки.

— Но всё равно спасибо, — хмыкаю, затем вытаскиваю телефон и смотрю на время. — Ты идёшь на лекцию?

— Не, — говорит, спрыгивая со стола.

Выкидывает в пустой цветочный горшок окурок и уходит в сторону беседки. Понятно. Собирается дальше спать.

Покидаю крышу, спускаюсь по лестнице и натыкаюсь на шайку Роя с ним во главе.

Да что ж за день-то такой сегодня? То фанатки его, теперь и он сам!

Рой сразу меня замечает, останавливается и неотрывно следит за тем, как я спускаюсь по лестнице с хмурым выражением на лице. Дружки его спокойно меня пропускают, поднимаясь дальше без лишних слов.

Вижу секундное удивление на его лице, когда я продолжаю, выпрямив спину, спускаться. Достигаю последней ступеньки, собираюсь пройти, но он рукой преграждает мне путь, положив её на перила. Поднимаю голову, встречаясь с тёмными глазами, в которые начинают желтеть. Он громко втягивает воздух носом и впивается в меня кровожадным взглядом.

— Чем от тебя пахнет? — спрашивает стальным голосом.

Чего, блин? Чем от меня может пахнуть? Так, стоп. Какого чёрта он спрашивает?

Громко вздыхаю и собираюсь обойти его, но Рой резко кладёт свои ладони мне на плечи и прижимает спиной к стене. Вскрикивают от неожиданности, почувствовав боль от его грубой хватки.

Он продолжает громко втягивать воздух, наклонившись низко к моему лицу. От каждого глубоко вдоха его грудь поднимается и медленно опускается. Кожа начинает гореть под его ладонями. Поднимаю руки и упираюсь руками ему в грудь.

— Отойди, — шепчу взволнованно, почувствовав от него зловещую энергетику, от которой мурашки по всему телу побежали.

Рой слишком близко, и это мне не нравится.

Он отстраняется с жёлтыми искорками в глазах. Смотрит на мои ладони, которыми я пытаюсь удержать подальше от себя этого монстра. Его глаза окидывают каждый участок на моей коже, а затем Рой хватает меня за локоть и приподнимает его, гневно хмурится, долго задерживает взгляд на покрасневшей коже на запястьях.

Дело рук грёбанного фан-клуба этого животного.

— Ты чего? — хочу вырвать руку, но он не позволяет.

— С кем ты была? — злится он, практически рыча мне в лицо.

Сдавливает локоть с такой силой, что мне становится больно.

— Отпусти, — шепчу с болезненной гримасой.

Рой долго смотрит в мои глаза, затем переводит их туда, где его рука сдавливает мою до хруста. Резко отпускает, но продолжает нависать надо мной.

— Отвечай, — цедит он, поставив свои лапы с двух сторон от моего тела.

— Задавай эти вопросы своей девушке, пожалуйста. Отстань от меня.

Обхватываю себя руками, смотря на него волком. Звенит звонок, но Рой не двигается с места, нависает и продолжает пялиться с горящими жёлтыми глазами. Наклоняется и вновь тянет носом воздух, оскаливается.

— От тебя воняет, — говорит он и отстраняется, сжимая челюсти и отходя от меня на пару шагов.

Воняет?.. Вот же урод.

Хмурюсь, поджимаю губы и, кинув на него злой взгляд, быстро спускаюсь вниз по лестнице, не оборачиваясь.

Воняет, серьёзно?

Какого чёрта он вообще нюхает меня?!

Залетаю в аудиторию, злая и нервная, быстро извиняюсь перед преподавателем и сажусь рядом с Линой. Наклоняюсь к ней и тихо спрашиваю:

— От меня чем-то воняет?

Она удивлённо вскидывает брови, а затем обнюхивает меня.

— Пахнет сигаретами. Ты курила? — спрашивает она.

А-а-а, ясно. Алекс курила, а я стояла рядом. Но неужели я могла так сильно пропахнуть? Нюхаю свои волосы: лёгкий, едва уловимый запах табака.

Так вот что ему не понравилось. Воняет, видишь ли, от меня. Да кто он такой, чтобы делать мне такие замечания?

Кожа на плечах, где этот гад касался меня, до сих пор горит. И я не знаю, с чем это связано. Возможно ли, что у меня аллергия на его прикосновения?

Я была бы рада, если бы это было именно так, потому что с каждым разом Рой ведёт себя всё страннее и дотрагивается теперь не только моей шеи, чтобы придушить, но и до других частей тела… Чёрт.

Оставшиеся дни этой недели прошли более-менее спокойно. Фанатки Роя больше ко мне не совались, а с самим ненормальным мы практически не сталкивались, потому что, завидев его издалека, я давала дёру, прежде чем он меня заметит.

Перед отъездом домой заглядываю в медпункт, взять у них что-нибудь от аллергии. На внутренней части правого бедра недавно появилось небольшое покраснение. Кожа иногда горит, особенно в ночное время, а сегодня появился зуд.

Здесь есть врач, так что я рассказываю ей о своём недуге, она осматривает покраснение, берёт анализы на аллерген и выписывает мне лёгкий препарат, который должен снять симптомы.

В субботу утром водитель забирает меня с академии и везёт домой, где дожидается портной. Он показывает мне множество эскизов платьев, половина из которых мне не нравится. Останавливаю свой выбор на самом простом варианте, и ткань подбираю лёгкую, сиреневого оттенка.

Отца в доме нет, так что, взяв только некоторые свои вещи, я возвращаюсь в академию до комендантского часа.

Через неделю я, возможно, увижу своего будущего мужа. И настроение моё угасает с каждой минутой.

Часть 17

За день до приёма в нашем поместье я не нахожу себе места. Не думала, что месяц пролетит так быстро. Не хочу присутствовать на нём и не хочу видеть своего будущего мужа. Мне страшно от того, что меня ждёт и какую судьбу выберет для меня отец.

После всех лекций с Линой не спешим домой, прогуливаемся по округе академии. Я пью вишнёвый чай из пластмассового стаканчика и хмурюсь.

— Подсунет меня под старика, — бурчу себе под нос.

— Мне кажется, не станет он отдавать тебя старику. У влиятельных семей есть неженатые наследники, и некоторым нет даже тридцати лет, — пытается приободрить меня Лина, топая рядом со мной.

— Не припомню ни одного, — хмыкаю.

Хотя откуда мне знать? Я не бывала с отцом на приёмах, разве что на одном, где пробыла всего час, пока Марк не подрался с Роем.

— Рой Крэйвен, например, — подруга смотрит на меня, улыбается, когда я фыркаю. — Ну, кроме него знаю Леннарта Торвса и Вайта Кан — наследников крупных промышленных гигантов. Возможно, тебе повезёт, и один из них станет твоим мужем.

— Точно не Рой. У моего отца на семью Крэйвен аллергия. Да и я ни за что не согласилась бы на это. Лучше стать женой какого-нибудь старика, чем женой Роя Крэйвена. Он же меня придушит ещё до свадьбы.

— Это уж точно, — вздыхает Лина.

Рой Крэйвен, как ни странно, оставил меня в покое, но я часто замечала на себе его жгучие и странные взгляды, стоило мне попасть в поле его зрения. Это очень напрягало и заставляло покрываться мурашками.

Останавливаемся возле стадиона и решаем посидеть там. В прошлый раз, правда, когда я решила наведаться сюда, здесь Рой избивал бедного парня. В этот раз здесь тихо и спокойно. Несколько человек тренируют подачу мяча на футбольном поле. Наблюдаем за ними недолго, а после возвращаемся в коттедж.

Рано утром за мной приезжает водитель и доставляет в поместье. С отцом я так и не пересеклась, что в прошлый раз днём, что в этот. В поместье идёт подготовка полным ходом: горничные тщательно всё моют, повара хлопочут в кухне. А я смотрю с балкона на огромную территорию перед поместьем, где декораторы украшают всё для сегодняшнего приёма — и душа моя не на месте.

Вздыхаю, смотрю на готовое платье — оно шикарное, из воздушной нежной сиреневой ткани, с открытыми плечами. Хоть я и выбрала самое простенькое, но, видя его в живую, язык не повернётся назвать его обычным. Вскоре приходит стилист и наносит мне лёгкий макияж, подчеркивает лишь глаза и губы. Длинные волосы собирает в пучок на затылке.

Смотрю на своё отражение в зеркале и снова горестно вздыхаю, готовясь натягивать на себя вежливую улыбку, которую нельзя будет опускать весь чёртов вечер.

Когда меня зовёт отец, я уже готова. Выхожу из своей комнаты и спускаюсь вниз, где ждёт меня папа в парадном костюме. Его выражение лица как всегда непроницаемое и раздражённое.

— Хороший выбор. Тебе идёт этот цвет, — говорит отец, подставляя свой локоть.

Хватаюсь за него и шагаю рядом с ним. Выходим на улицу и останавливаемся у входа, чтобы поприветствовать каждого гостя. Первыми прибывают какие-то знакомые отца, инвесторы с жёнами. Выдыхаю каждый раз, когда вижу парочку, и делаю вывод в такие моменты, что это точно не один из претендентов на мою руку.

Дальше подъезжает ещё несколько дорогих автомобилей, из которых выходит семейство Крэйвен. Сердце бешено начинает колотиться, когда я встречаюсь глазами с Роем.

Я не знала, что и они будут здесь. И не подумала сразу, что отец, хоть и нехотя, но отправит приглашение.

Рой медленной ленивой походкой идёт за своим отцом и дедом. Все трое как один — в смокингах и похожи друг на друга. Хищные черты лица, тёмные глаза и волосы. Хоть у деда и отца они уже с изрядной сединой. Всё трое без единой спутницы.

— Приветствую в своём доме, — говорит отец.

— Марвин, — кивает ему отец Роя, затем смотрит на меня пронизывающим взглядом, совсем как его сын. — Твоя младшая дочь выросла настоящей красавицей.

Как же они похожи….

На лице отца появляется жёсткая улыбка.

— Спасибо, Роланд. Прошу, проходите.

Дед Роя вообще не говорит ни слова, он будто находится где-то в своих мыслях, если судить по его выражению на лице. А вот Рой… Чёрт, прожигает меня прям взглядом, отчего кожа покрывается мурашками. И я на секунду заглядываюсь на него.

Красивый, мрачный и злой.

Чувствую, вечерок обещает быть насыщенным.

Когда семейство Крэйвен проходит дальше, папа тихо интересуется:

— Мальчишка Крэйвен продолжает донимать тебя?

— Нет, — как-то неуверенно отвечаю.

Не знаю, почему именно говорю это, можно сказать, вру отцу.

— Точно? — он смотрит на меня жёстким прищуренным взглядом.

— Да, — быстро говорю.

Если скажу правду, что отец тогда вступится за меня? Или заберёт из академии?

По сути, нападки Роя практически прекратились. За эти недели я смогла почувствовать хоть какой-то комфорт. А ещё я встретила Лину, и будет грустно прощаться с ней, если папа запретит мне учиться в академии. Да и сама учёба мне, как ни странно, нравится. Преподаватели и впрямь высшей категории.

Так что пусть отец ничего не знает.

Практически последними встречаем семейство Торвс. Красивые муж с женой, возрастом как мой папа, и их сын, про которого говорила мне Лина — Леннарт Торвс. Высокий блондин с острыми чертами лица и цепким взглядом янтарных глаз. Ощущаю только от одного его взгляда ауру хищника. И по тому, как папа приободряется, радушно с ними любезничает, пожимая руку главе семейства, делаю вывод — Леннарт в списке кандидатов на роль моего мужа, и, возможно, на самом верху. Потому что отцу выгоднее свести меня с таким же зверем, как и он.

Когда практически прибывают все гости, мы идём к присутствующим. Начинаются долгие обсуждения ближайших планов и проектов, отец разговаривает практически с каждым гостем, а я стою рядом и улыбаюсь до боли в щёках. Киваю и отвечаю односложно на их вопросы. Я вообще не хочу здесь находиться и мечтаю сбежать сразу, как только появится такая возможность.

Но это одна из малых причин, самая большая огромная причина — Рой Крэйвен, который не сводит с меня звериного взгляда. Ощущаю на себе его жуткий интерес, и мне становится очень паршиво.

Начинаются танцы, и теперь ещё к одним мучениям на этом вечере присоединяется и это. Потому что каждый грёбанный мужик приглашает меня с ним танцевать. Молодые парни улыбаются мне и подмигивают, ведя в танце, а вот старики начинают что-то рассказывать. И снова я лишь киваю, вздыхая с облегчением каждый раз, когда мелодия заканчивается.

И вот снова музыканты исполняют медленную музыку, а я реву мысленно, потому что ко мне идёт теперь Леннарт Торвс. Протягивает мне свою ладонь, и я не могу отказать ему, лишь улыбаюсь. Когда мы начинаем танцевать, парень поддерживает меня доброй улыбкой.

— Вижу, что Вы устали, Мира, но я не мог проигнорировать танец с Вами, — говорит он бархатным голосом. — Вы очень красивая.

Я бы смутилась от его слов, но за вечер слышала в свой адрес столько комплиментов, что всё, на что я способна в этот момент, лишь улыбнуться и проговорить:

— Спасибо.

— Значит, вы учитесь на первом курсе? — спрашивает он.

— Да, на факультете психологии. А Вы?

— Я окончил университет год назад. Сейчас работаю в фирме отца, — чувствую, как его рука со спины опускается чуть ниже на талию.

Хм. Окей.

Нет, его прикосновения не вызывают во мне отвращения, но мне не нравится, что он пренебрегает правилами танца. Рука мужчины не должна опускаться на талию.

Я больше стараюсь не говорить с ним. Мы только улыбаемся друг другу. Когда мелодия, наконец, заканчивается, он подносит мою руку к своему лицу и целует тыльную сторону ладони.

— Спасибо за танец, Мира.

Благодарит, а в глазах его я отчётливо ощущаю что-то дикое. Чёртовы хищники, спасу от вас мне нет!

Возвращаюсь к отцу. И ведь правда: здесь, в нашем доме, практически каждый пятый — хищник. Но только трое из них неженатые: Рой Крэйвен, Леннарт Торвс и Поло Кан - младший брат Вайта Кана. Последний из упомянутых ещё подросток.

Когда отец заканчивает разговор с очередным гостем, он наклоняется ко мне и спрашивает:

— Торвс. Я обмолвился с Торвсом, и они согласны видеть тебя своей невесткой.

Поджимаю губы. Я была права. Он отдаст меня в жёны такому же жестокому человеку, как и он сам. Возможно, на первый взгляд, Леннарт кажется добрым и спокойным, не таким, как Рой, но я-то знаю, что первому впечатлению доверять нельзя. Все они — жестокие и опасные звери.

— Можешь отдохнуть немного, — говорит мне отец, — но на закрытии приёма обязательно должна присутствовать.

Вздыхаю и улыбаюсь впервые за вечер искренне. Быстро покидаю торжество, прохожу в уборную и долго стою там, смотря на своё уставшее лицо. Мне кажется, щёк я уже не чувствую.

Освежаюсь и иду на задний двор, в сад, где никого нет. Занимаю место в самом отдалённом углу и сажусь на качели под пышной магнолией. Здесь тихо и спокойно. Вечерний тёплый ветер нежно ласкает мою уставшую кожу. Снимаю туфли на высоком каблуке и чуть не плачу от блаженства. Закрываю глаза, качаюсь медленно, откинувшись на спинку.

Так расслабляюсь, что даже не сразу ощущаю дикую энергетику. Открываю глаза, сразу замечая Роя, стоящего напротив и взирающего на меня сверху. Его руки в карманах брюк, верхние пуговицы белой рубашки расстёгнуты, бабочки, которая была, нет, собственно, как и пиджака.

Вцепляюсь в сиденье пальцами, не зная, чего от него ожидать сейчас, потому что глаза его уже горят жёлтым. Рой делает ко мне шаг, и я сразу подрываюсь с качелей, собираясь драпать как можно скорее, но он перехватывает меня за локоть.

— Куда собралась, Мира? — он держит меня, нависнув. Его ноздри вздымаются от порывистого дыхания.

— Чего ты хочешь? — тяну свой локоть, но только провоцирую его больше.

— Не беси меня, — он нагибается ниже, громко втягивая носом мой запах. — От тебя пахнет как от шлюхи.

Мои щёки моментально вспыхивают от его слов. Гнев закипает с такой силой, что я вырываю локоть и другой рукой с размаху даю ему смачную пощёчину, от которой кожа на ладони начинает гореть и покалывать.

А вот лицо Роя даже не шелохнулось, только его глаза стали ещё более кровожадными.

_____

Привет! Если вам интересна эта история, то у нас есть аналогичная "Яд под кожей", которая происходит в этой же академиии только годом позднее)

Заглядывайте: https:// /shrt/nxhu

Часть 18

Медленно пячусь назад, не сводя взгляда с хищника, который вот-вот и набросится на меня. Я снова ударила его, но он это заслужил!

Рой замер, будто перед прыжком, только его глаза двигаются, следя за каждым моим движением. И от этого мне становится в разы тревожнее. Сердце замерло, как и дыхание. Огибаю качели, понимая, что дальше только огромный и едва освещённый сад.

Закричать? Может, прислуга из дома услышит мой крик?

Если пробегу через розовую рощу, то, возможно, он не успеет меня догнать?

Только думаю об этом, как Рой начинает двигаться, медленно и лениво следуя за мной. Сердце, недавно оледеневшее, снова начинает бешено дёргаться, а ладошки покрываться холодным потом.

— Не подходи, — в ужасе шепчу я.

Выражение лица Роя каменное, в глазах бушует ярость. Он делает ко мне широкий шаг, моментально сокращая расстояние. Вскрикиваю, когда его горячие ладони ложатся на мои щёки.

Что?..

Испуганно поднимаю на него глаза. Он даже не моргает в этот момент. Просто смотрит на меня своим кровожадным взглядом и тяжело дышит. Его хватка на моих щёках, как ни странно, не грубая. Ладони обжигают кожу. Челюсти поджаты, и я вижу, как желваки ходят ходуном.

Он что, хочет раздавить мою голову своими лапищами?

Дёргаюсь, упираюсь руками в его грудь, но всё это бесполезно. Его ладони будто приклеились ко мне.

Жёлтые яркие глаза блуждают по моему лицу, задерживаясь на секунду на губах, а затем он наклоняется так стремительно, что я даже не сразу понимаю, что происходит. Его зубы смыкаются на моей нижней губе и больно кусают. Испуганно дёргаюсь, болезненно простонав ему в рот. Рой резко отпускает меня, и я сразу же отшатываюсь, прикладывая ладонь к своим горящим губам. Во рту ощущаю привкус металла.

Он меня укусил. Вцепился, как дикий зверь.

Мне же это не показалось?

Рой зависает после содеянного со странным выражением на лице. Настолько странным, что по телу пробегают мурашки, и я больше не тушуюсь, быстро сматываюсь от него как можно дальше через кусты. Добегаю до входа в поместье, оборачиваюсь и выдыхаю от облегчения. Он не помчался за мной.

Запираюсь в уборной, таращась на себя в большое круглое зеркало. Губа горит так, будто её обожгли кипятком. С внутренней стороны небольшая ранка от его укуса.

От странного поступка Роя страх перед ним ушёл на второй план, а на первый вышло негодование.

Он что, совсем ненормальный? Бешеное животное.

Долго привожу себя в порядок, успокаивая свои нервы. Наношу помаду, чтобы хоть как-то скрыть укус этого придурка, иначе папа точно заметит. Смотрю на время: почти одиннадцать вечера. Пора уже выходить к гостям.

Покидаю своё убежище, осматриваясь по сторонам. Вдруг он решил всё же проследовать за мной?

Быстро прохожу в общий зал, нахожу папу, который снова с кем-то разговаривает. Становлюсь рядом, выискивая глазами Роя, но вижу только его деда и отца. Самого Роя нигде нет. Облегченно выдыхаю, немного расслабляясь. Всё же, рядом с моим отцом мне точно ничего не угрожает.

Подходит время к окончанию приёма, а Крэйвена я так и не наблюдаю и делаю вывод, что он уже точно не появится. Похоже, ушёл, чему я, несомненно, рада.

Семья Торвсов любезно общаются с моим отцом, а Леннарт лениво водит по мне янтарными глазами. Откровенно пялится на меня, и это напрягает ужасно. Когда гости начинают расходиться, парень подходит ко мне, вновь целует мою руку и произносит:

— Рад был с Вами познакомиться, Мира. Я бы хотел ещё раз увидеться с Вами, — улыбается, показывая белые клыки.

А не пошли бы вы все в задницу? Чёртовы хищники. Я реально начинаю себя ощущать маленьким беззащитным зверьком в их когтистых лапах.

Натягиваю улыбку и вежливо произношу:

— Я тоже очень счастлива нашему знакомству, Леннарт. Буду рада провести с Вами время.

Слова «счастлива» и «рада» я выговаривала с особым трудом.

Наконец, всё заканчивается, и отец отпускает меня в свою комнату. Просто падаю спиной на кровать, пялясь в потолок в тишине. Я чувствовала, что вечерок будет насыщенным — и не прогадала.

Дотрагиваюсь до нижней губы, которая всё ещё неприятно побаливает. Вздыхаю.

Рой Крэйвен настоящее дикое животное. Он укусил меня… Укусил!

Ненормальный.

И что на него нашло вообще? Почему он это сделал? С каждым разом ведёт себя всё страннее. И как держаться от него подальше, если он сам меня преследует?

Долго лежу, прокручиваю в голове этот эпизод и всё никак не могу придумать оправдание его поступку. Затем всё же принимаю душ и ложусь спать, а утром спускаюсь на завтрак к отцу.

Он, как всегда, сидит во главе стола, прочитывая какие-то бумаги. Когда сажусь за стол, он убирает их в сторону, и мы молча едим.

— Леннарт Торвс интересовался у меня, может ли он забрать тебя из академии на выходных на свидание. Я дал своё согласие, — единственное, что он говорит мне во время завтрака.

Я лишь киваю, уставившись в свою тарелку. Аппетит пропал сразу же. На душе стало тоскливо.

Ну, радует только то, что Торвс не старый пень.

А ещё теплилась надежда, что он окажется хорошим человеком и не будет меня обижать.

____

Дальше то, чего вы ждали)

Часть 19

После завтрака водитель отвозит меня назад в академию. И я очень рада, что возвращаюсь обратно.

Мы сталкиваемся с Линой в прихожей, обнимаемся.

— Ну, рассказывай, как всё прошло? — спрашивает она, когда мы проходим в кухню.

Усаживаюсь на стул, пока Лина наливает мне горячий чай.

— Ужасно, — шепчу я устало. — Семья Крэйвен тоже были на приёме и своего наследника туда притащили.

— О-о, жесть. Я думала, твой отец не станет их звать, — Лина садится напротив, пододвигая мне чашку.

— Я тоже так думала, — хмыкаю.

— Он что-то сделал, да? — интересуется она.

Языком нащупаю небольшую ранку на внутренней стороне губы и начинаю злиться.

— Он меня укусил, — глаза Лины становятся как два блюдца, она ахает и таращится на меня, — за нижнюю губу. Вцепился, как бешеная зверюга, чуть кусок мяса не оторвал. А перед этим, — сжимаю кулаки, впиваясь когтями в ладони, — сказал, что я пахну как шлюха.

Подруга молчит, переваривая сказанное, а потом полушёпотом говорит:

— Ты его привлекаешь, как девушка.

Смотрю ей в лицо, пытаясь понять, прикалывается она или нет. Но по её серьёзному выражению делаю вывод — она не прикалывается.

— Нет, — мотаю головой, — он меня убить хочет. Изжить с этого света, чтобы я на глаза ему больше никогда не попадалась.

— О-о-о, если бы это было именно так, то Рой давно бы это сделал. Но он зажимает тебя в тёмных углах, проникает к тебе на балкон, нюхает тебя!

— И что с того. Ну, нюхает и нюхает. Зверь же, — раздражаюсь я.

Мне не нравится наш разговор.

— После твоих рассказов о поведении Роя я поискала побольше информации о хищниках. И, даже не знаю, Мира, как тебе это сказать… — Лина отводит взгляд.

— Да говори уже!

— Хищники выбирают себе самку или самца по запаху, и происходит это не у каждого из них. В основном они просто не встречают человека, который им подходит. И, в твоём случае, Рой уже свой выбор сделал.

— Чего? — мои брови летят вверх от её слов. — Ты где такое прочитала?

— Об этом пишут в научных статьях. Один из фактов. Ты не знала?

Мотаю головой, хватаясь за чашку с чаем. Не может этот ненормальный испытывать ко мне что-то. Я уверенна в этом. Но если подумать, он и правда странно меня обнюхивал, почуял запах сигарет и взъелся из-за этого.

— Чёрт… — всё, что мне удаётся выдавить из себя.

А после этого оставившего осадок разговора я плетусь наверх с мрачными мыслями, вспоминая каждый момент с Роем.

Да даже если и так! Если это и правда, что он выбрал меня по запаху, то ничего не изменится. У меня фактически уже есть жених.

Но я всё же до позднего вечера ищу информацию в интернете про людей с ДНК хищника и всё, что говорила мне Лина — правда. Поджимаю губы и с хлопком закрываю крышку ноутбука.

Этот психопат сам-то в курсе, что зверёныш его выбрал меня в его «самки»?

От этого слова меня передёргивает. Иду в душ и пытаюсь смыть с себя напряжение, но ничего из этого не выходит. В разбитых чувствах ложусь в кровать, пялясь на стену с круглыми часами, которые показывают уже второй час ночи.

Завтра рано вставать, а я так и не могу уснуть. С балкона дует ветерок. Ночное небо сегодня с полной яркой луной, окружённой плотными облаками.

Поднимаюсь с кровати, чтобы захлопнуть балконную дверь. Ветер слишком прохладный, так и заболеть можно. Комната освещена луной, так что мне не приходится включать ночник. Хватаюсь за ручку, замечая тень за стеклянной дверью. Поднимаю голову и встречаюсь с жёлтыми яркими глазами, смотрящими на меня будто из самой тьмы.

Быстро толкаю от себя дверцу, но тот, кто стоит с другой стороны, силой врывается в комнату. Я в таком ужасе отступаю, что крик мой где-то застревает в горле. Сердце падает в пятки, когда он делает ко мне шаг. Я не вижу его лица, только мужской силуэт, освещенный со спины луной.

Но точно знаю, что это Рой Крэйвен.

Его звериная тяжелая энергетика давит на меня с силой. Сглатываю, наконец, размыкаю застывшие губы:

— Чего тебе нужно?.. — шепчу я, делая ещё небольшой шаг назад.

В тумбе возле кровати лежит перцовый баллончик. Успею ли я добраться до него, прежде чем этот монстр меня схватит?

Стоит мне об этом подумать, как Рой стремительно сокращает расстояние между нами. Одна его рука ложится мне на затылок, а другая на талию. Вскрикиваю, когда он силой впечатывает меня в своё тело и, резко наклонившись, грубо впивается в мои губы своим ртом. Снова кусает за нижнюю губу, проводя по ней горячим языком.

Стою в оцепенении, не в силах пошевелиться.

Что, чёрт возьми, происходит?..

Часть 20

Кожа горит от его прикосновения. Я не понимаю, что сейчас происходит. Замираю в его лапах с бешено колотящимся сердцем. Его ладонь на талии дотрагивается открытого участка кожи, отчего под ней начинает покалывать. Его влажный язык облизывает нижнюю губу, прорываясь мне в рот. Губы нагло начинают сминать мои, и я дёргаюсь, понимая, что он меня целует.

Меня ещё никто не целовал.

Паника подступает к горлу, нахожу в себе силы, чтобы оттолкнуть Роя от себя. Вырываюсь, делая шаг от него. Он в черной одежде с капюшоном, накинутым на голову, поэтому я вижу только яркие жёлтые нечеловеческие глаза.

Делаю ещё шаг, продвигаясь к тумбе, внутри которой лежит перцовый баллончик. Рой медленно следует за мной, следя за каждым моим движением. Дохожу до кровати, тянусь к ящичку со всей скоростью, которой располагаю, но хищник оказывается быстрее. Он накидывается на меня, повалив на кровать и придавливая к матрасу всем телом, и сразу же затыкает рот поцелуем, приглушив мой крик.

Его рука фиксирует моё лицо на подбородке, а другая на затылке, не позволяет увернуться. Настойчивые губы Роя сминают и кусают, а язык пытается проскользнуть внутрь, но я стискиваю челюсти, не позволяя зайти дальше.

Он отрывается от меня и рычит мне в лицо:

— Открой рот, Мира.

Его грудь касается моей груди от порывистых вдохов. Руками упираюсь ему в плечи, чтобы скинуть с себя. Мне ужасно страшно. Его глаза и действия пугают намного сильнее сейчас, чем когда он просто меня душил и запугивал.

Потому что понимаю — теперь я интересую его как девушка. Он желает меня.

— Мира, — кусает за нижнюю губу, оттягивая её.

— Что ты делаешь?.. — шепчу ему в губы, когда он немного отстраняется.

Мне не двинуться под его весом, он намного сильнее меня.

Его глаза вспыхивают, и Рой вновь целует меня, настойчиво и жадно. Его язык проникает всё же мне в рот. Мычу ему в губы, сама не понимаю от чего именно — от того, что он насильно целует меня, или от того, что я начинаю испытывать от его действий не только страх и отвращение.

Тело ужасно горит и покрывается мурашками, дыхание сбивается. Его ладонь скользит по моему подбородку вниз, горячими пальцами дотрагиваясь шеи и плеча. Вздрагиваю от того, настолько моё тело сейчас чувствительное.

Рой снова отстраняется и тяжело дышит, утыкается в мою шею и кусает. Вскрикиваю и упираюсь сильнее ладонями.

— Рой, перестань… — в лёгких не хватает воздуха.

Он громко вдыхает и выдыхает, зависает. Поднимает на меня свои глаза, в которых сейчас бушует настоящий ураган. Желтые искорки то появляются, то пропадают. Зверь будто борется сам с собой в этот момент.

Затем резко подрывается, слезая с меня. Разворачивается и стремительно идёт к балконной двери, открывает её, оборачивает на меня со звериным бешеным взглядом, стоит так долгие секунды и быстро выходит. Когда его силуэт скрывается в ночи, я срываюсь с постели и быстро запираю дверь на все замки. Отхожу к кровати и забираюсь на неё с ногами, обнимая колени руками.

Не отрываю глаз от балкона, всё ещё не до конца осознавая, что только что произошло.

Если это был сон — то крайне неудачный. А если нет, если Рой Крэйвен на самом деле пришёл ко мне в спальню и целовал… Чёрт.

Я не хочу, чтобы Рой испытывал ко мне что-то больше, чем ненависть. Осознание этого факта вверг меня в такой ужас, что я не смогла сомкнуть глаз всю ночь, а утром боялась идти в академию и встретить его там. Ещё и кожа на внутренней поверхности бедра горела этой ночью больше обычного. Пришлось выпить препарат, который дала мне врач.

В какой момент всё повернуло не в ту сторону?

Утром чувствую себя разбитой и уставшей, будто из меня разом высосали всю жизненную силу. Перед началом занятий захожу в медпункт. Мои анализы как раз пришли, и врач сказала мне, что никакого аллергена выявлено не было, посоветовала понаблюдать за покраснением пару дней и, если не пройдёт, снова прийти в медпункт.

Лине пока не рассказываю о том, что произошло ночью, потому что сама ещё не до конца в это верю. Может же быть такое, что всё же мне приснился кошмар?

На перемене, перед лекцией, мы стоим с Линой в женской уборной. Подруга прихорашивается у зеркала, пока я понуро трогаю своё бедро через ткань джинсов. После приёма таблетки жжение прошло, но сейчас оно начало чесаться.

— Не проходит? — Лина смотрит на мои потуги.

— Чешется, — вздыхаю. — Будто меня там покусали, и мне кажется, — продолжаю трогать бедро, — будто оно опухло. Пойду-ка, посмотрю.

Захожу в кабинку, расстёгиваю ремешок и пуговицу, стягиваю джинсы до колен, но вижу только часть покраснения. Пытаюсь потянуть кожу бедра, но она от этого начинает ужасно гореть.

— Чёрт, — стону я, сгорбившись.

— Всё нормально? — спрашивает Лина с другой стороны дверцы.

— Нет, — пыхчу я. — Можешь посмотреть, пожалуйста?

В туалете мы одни, поэтому я открываю дверцу кабинки и показываю больное бедро. Лина немного наклоняется, несколько секунд разглядывает, а потом хмурится.

— Ой, — говорит она и её брови летят вверх.

— Что там? — испуганно спрашиваю, наклоняюсь, пытаюсь разглядеть, но вижу только покраснение.

— Кажется, метка истинности…

— Чего? — хмурюсь и смотрю на неё. — Серьёзно? С чего ты взяла?

Лина достаёт свой телефон и быстро фотографирует покраснение на моём бедре. Протягивает мне снимок. Разглядываю, но ничего конкретного не вижу. Только будто краснота на коже не однородная, а пятнами, которые соединяются между собой.

— Ты видишь? — спрашивает Лина, рассматривая фотографию вместе со мной.

— Что я должна увидеть? — начинаю нервничать.

— Рисунок. Вот, — она тычет пальцем на экран, водя им по дисплею, — видишь? Тут будто знак полумесяца вырисовывается, но размытый, ещё не сформировавшийся.

Громко выдыхаю, продолжая стоять со спущенными джинсами. Не вижу тут никакого знака. Просто покраснение с пятнами. Натягиваю быстро на себя штаны, услышав, что кто-то вошёл в туалет.

Пока я привожу себя в порядок, Лина находит информацию в интернете про метки истинности и картинки. Другая девчонка моет руки и выходит. Как только за ней закрывается дверь, Лина протягивает мне телефон.

Смотрю на рисунки меток — у каждой пары они с разными очертаниями, но все они появляются с покраснения, которое позже формируется в знак полумесяца.

— Ты говоришь, она у тебя горит и чешется? Один из признаков, который бывает редко, — говорит Лина, просматривая информацию. — Также говорится, что метка истинности пробуждается только в том случае, когда твоя пара находится рядом с тобой.

— Если это реально метка, то кто моя пара? — смотрю на себя в зеркало, поджимая губы. — Может, это всё же не она?

— Ну, кого ты трогала в последние дни?

— Боже, — хватаюсь за голову, — я же на приёме с кучей мужчин танцевала! Неужели, кто-то из них?

Я же даже ни одного лица не помню.

— Тут написано, что пробуждение происходит во время непосредственного касания. Чем чаще, тем быстрее. Когда у тебя это началось?

— Перед отъездом домой, — звенит звонок на пару, а мы даже не двигаемся с места.

— Значит, это точно не тот, кого ты дотрагивалась на приёме.

— Но тогда кто?! — чувствую нарастающее раздражение.

— Пойдём на лекцию. Потом будем думать об этом.

Лина хватает меня за руку и тянет из уборной. Столько интереса в её глазах я ещё не видела. Но я всё же думаю, что это всего лишь раздражение, возможно, гормональный сбой.

Все оставшиеся лекции сижу как на иголках, вспоминая каждого человека мужского пола с кем я непосредственно соприкасалась последнее время. И на ум приходят только Дарен и мистер Йонас — наш смотритель, который помогал мне донести учебники до аудитории. Также среди них парочка моих однокурсников, которые случайно задели меня плечом, когда проходили.

А ещё Рой Крэйвен — но он точно не может быть моей истинной парой. Я уверенна в этом. И вообще, всё, что связано с этим монстром с нечеловеческими глазами, я бы хотела забыть.

После всех лекций идём с Линой в кафетерий, чтобы купить чай. Теперь это наша с ней традиция — прогуливаться по аллее с чаем в стаканчиках. Но сегодня, настроение моё ниже нуля, так что я неохотно соглашаюсь, беру вишнёвый, как обычно, и жду её у выхода, пока она наболтает с каким-то парнем.

На спине ощущаю жар и мурашки, появившиеся из ниоткуда. Оборачиваюсь и сжимаю пластмассовый стаканчик, когда вижу его. Он как раз вошёл в кафетерий со своим другом, ухмыльнулся, завидев меня.

Оглядываю на Лину, которая увлеченно разговаривает с парнем, а затем второй выход из кафе. Ретируюсь задом и проскальзываю за колонну, где находится дверь. Выбегаю и несусь в другой корпус через длинный проход. Спрячусь в женском туалете.

Он же не зайдёт туда?

Практически добегаю до уборной, как вдруг, что-то жесткое и сильное обхватывает меня за талию, прижимая к своему горячему телу спиной. Стаканчик с чаем выпадает из моих рук, розовой лужицей растекаясь у ног.

— Мира, — шепчет мне в ухо Рой, делая глубокий вдох.

А мой позвоночник прошибает молния, больно отзываясь жжением на внутренней стороне бедра.

Вот я попала.

Часть 21

Замираю на мгновение, боясь двинуться в хватке этого зверя. Он так обхватил меня за талию и тесно прижимает к себе.

Что-то мне это не нравится.

Ощущаю его горячее дыхание на затылке, а после чувствую, как он наклоняется и свободной рукой распускает мои волосы, собранные в низкий хвост. И, кажется, зарывается в них носом. Его глубокий вдох пробирает моё тело насквозь, заставляя покрываться мурашками.

О нет. Значит, этой ночью был никакой не сон. Рой Крэйвен на самом деле пробрался ко мне в спальню и целовал меня. А ещё ужасно-болезненное жжение моего бедра в этот момент наталкивает на жуткую мысль — он мой истинный, и это его метка сейчас пульсирует. Я ощущаю это всем телом, стоя рядом с ним близко. Даже его запах начинает мне нравится…

Нет. Этого не может быть. Я не хочу!

Вздрагиваю, когда его губы касаются моей шеи. Он меня поцеловал?

Начинаю дёргаться, пытаюсь отодрать его мускулистую руку со своей талии. Мне ужасно страшно рядом с ним. Я не хочу, чтобы он дотрагивался меня и вообще, что-то ко мне испытывал! Он… Он душил меня, намеревался убить, а сейчас целует?

— Пусти, — обречённо выдыхаю, понимая, что его руку мне не убрать с моей талии.

— Нет, — выдыхает он мне в шею, опаляя кожу обжигающим дыханием.

Прозвучало, как приговор.

— Перестань, пожалуйста… — задыхаюсь от его присутствия.

— Не хочу, — тихий хриплый голос, который ласкает мои уши.

Боже, нет! Я схожу с ума, раз мне начинает нравиться его голос.

— У меня есть жених! — выпаливаю быстро.

Рука сильнее сдавливает талию, причиняя дискомфорт. Я чувствую, как тело Роя напряглось от моих слов, а после он резко крутанул меня вокруг своей оси, теперь впечатывая в себя грудью. Выдыхаю от неожиданности, хватаясь за его плечи.

— Какой, к чёрту, жених, Мира? — рычит мне в лицо, наклонившись.

В тёмных глазах вспыхнули яркие жёлтые искорки, заполняя собой всё пространство.

— И кто он? — его руки больно сдавливают мою талию.

Морщусь от боли, упираясь ему в грудь.

— Не твоё дело! Ты ведёшь себя странно…

Рой оскаливается, блуждая по моему лицу. Я очень надеюсь, что моя метка на нём ещё не начала проявляться. Тогда бы он давно понял это. Господи, я очень надеюсь, что она никогда не проявится! Правда, о таких случаях я ещё не слышала.

Его рука зарывается в мои волосы, оттягивая вниз и заставляя смотреть ему в глаза. Он низко наклоняется и цепляет зубами мою нижнюю губу, вновь кусая её и проводя по ней языком. Кожа горит, будто плавится. Дёргаюсь, толкая его в грудь.

— Отстань от меня! — вскрикиваю.

— Мира, — он наклоняется к шее, проводя по ней носом и громко вдыхая, — чтобы я никого рядом с тобой не видел, иначе будет хуже.

— Какое право ты имеешь указывать мне?.. — сглатываю, почувствовав его горячие губы на совсем рядом с пульсирующей от волнения веной.

Его прикосновения обжигающие, сердце готово выпрыгнуть из груди. Лихорадочно начинаю бить его по плечам кулаками, дёргаюсь. Не хочу. Не хочу испытывать эти чувства. Это неправильно.

Его тёплая ладонь перехватывает одну мою руку, а сам Рой выпрямляется, смотря на меня всё такими же жёлтыми нечеловеческими глазами. Он как-то непривычно нежно разжимает мой кулак и подносит ладонь к своему лицу, заставляя дотронуться до его щеки. И сгореть, задыхаясь от паники и беспомощности, ощущая под ладонью мягкость его кожи.

— Рой… — я не понимаю, что происходит между нами в этот момент.

Эта странная и неподвластная мне ситуация обескураживает настолько, что я позволяю ему продолжить манипулировать своей рукой. Он трётся об неё своим лицом, нюхает и целует в ладонь. Громко выдыхаю, едва не теряя сознание от нехватки воздуха. Только рука Роя не позволяет мне упасть в пропасть, во тьму, в которую меня засасывает каждую секунду, пока я нахожусь рядом с ним.

— Отпусти… — задыхаюсь, — пожалуйста.

Но вместо того, чтобы выполнить мою просьбу, он наклоняется и целует меня, теснее прижимая к себе и сдавливая мои волосы на затылке. Терзает мои губы, алчно впиваясь в них, требовательно проникая в рот языком. Мощная волна жара проносится по всему телу, оседая где-то внизу. И только сигнальная кнопка глубоко внутри моего разума мигает красным, заставляя сопротивляться этому наглому и беспринципному парню.

Собираю всю силу в кулак и толкаю его в грудь, пока его руки были заняты исследованием моей спины. Он отшатывается, и я вижу на его лице недоумение и раздражение. Быстро пячусь назад, нащупав ручку двери женской уборной, и, открыв, проскальзываю внутрь под безумным взглядом Роя. Лихорадочно подбегаю к окну и, приложив немало усилий, открываю его. Подтягиваюсь и с легкостью забираюсь на подоконник. Кидаю взгляд на дверь: он не вошел за мной, но я не могу так рисковать. Спрыгиваю с окна и быстро бегу по аллее до нашего коттеджа с Линой.

Часть 22

Никогда бы не подумала, что попаду в такую ситуацию. Почему судьба выбрала для меня в пары именно того, кого я меньше всего хотела бы видеть в принципе в этой жизни, желательно — никогда не встречать. Рой Крэйвен не то, что не подходит мне — ему противопоказано иметь какую-либо вторую половинку. Он садист, который обожает применять силу к слабым и показывать своё превосходство.

И что мне делать дальше? Если отец узнает — он будет в ярости. Папа явно уже заключил сделку с семьёй Торвс и договорился о помолвке. Леннарт прислал мне сообщение с просьбой о встрече в ближайшее время. И мне придётся идти с ним на свидание.

Или лучше всё же рассказать всё отцу? Пока не стало ещё хуже? Моя метка на Рое ещё не пробудилась, тогда бы он точно знал, что я его истинная, и Крэйвены давно бы атаковали наше поместье, требуя меня в невестки. Надеюсь, что моя метка никогда не пробудится и Рой не узнает ничего!

Информации о таких случаях не было зафиксировано, но есть непреложный факт — метка чаще образуется у людей с ДНК хищника, которые подсознательно, хоть и не специально, выбрали себе пару. Это означает, что я приглянулась Рою изначально, ещё до метки. Значит, в итоге, моя метка может пробуждаться долгое время, пока я не начну испытывать к нему хоть малейшую симпатию.

Но как испытывать к такому бешеному садисту симпатию? Он меня душил и запугивал. Я всё ещё боюсь его. И мне нужно держаться от него подальше, избегать всеми возможными способами.

Весь следующий день мне удавалось его избегать, но сегодня у нас вновь совмещенная лекция со старшекурсниками, и вряд ли Рой её пропустит. Поэтому сейчас я сижу как на иголках, ожидая своего неожиданного и ненавистного истинного. До того отвлекаюсь на это, что даже не замечаю шум в аудитории. Лина легонько пихает меня в бок, отвлекая от мрачных мыслей. Оборачиваюсь на громкие женские голоса.

О, это ж те девчонки, которые зажимали меня на крыше академии, и предводительница их здесь, кажется, Лара. И с ними ещё парочка других девок и даже какая-то огромная полу-лысая мадам, похожая издалека на парня. Они все недовольно взирали на одну персону, сидящую у противоположной стены на задней парте. Рыжеволосая хищница лениво откинулась на стул, закинув ноги на парту и ухмылялась, безразлично хмыкая каждый раз, когда Лара кидалась в неё угрозами.

— Думаешь, раз ты выше нас в чём-то, то имеешь право делать всё, что вздумается? Ты дрянь, рыжая. Мой отец намного богаче твоей семейки, вылезших из трущоб, — её противный голос заполнил всю аудитории, и все без исключения наблюдали удивлённо за этой перепалкой. — Как ты посмела поднять на меня руку? Посмотри, что ты натворила! — она оголяет плечо, на коже которого налеплен пластырь. — У меня может остаться шрам!

— Скажи спасибо, что не на лице. В следующий раз затушу сигарету именно об одну из твоих милых щёчек, — хмыкает Алекс, продолжая ухмыляться.

Мои глаза, как и Лины, лезут на лоб. Всё же с хищниками лучше быть поосторожнее.

Интересно, что такого сделала ей Лара?

— Слышь, — голос крупной девахи слегка нагоняет тревожности, — за базаром следи.

— Тише, малыш, не напрягайся ты так, — продолжает подливать масла в огонь Алекс.

И они устраивают разборки прямо перед лекцией? Вообще ничего не боятся.

— А кто это? — шёпотом интересуюсь у Лины.

— Не помню, чтобы вообще видела её раньше, — отвечает подруга также тихо. — Мне кажется, что она вообще не из нашей академии.

А что, в академию могут входить посторонние? Странно. Лекция начнётся через десять минут, преподаватель всегда опаздывает. Что может произойти за это время?

Но всё ж холодок пробегает по коже, когда крупная девчонка наклоняется к Алекс и хватает её за ворот чёрной рубашки, заставляя подняться с места.

— Курица, ты сейчас будешь извиняться, — бухтит она ей в лицо.

— Заставь, — оскаливается она, впиваясь ногтями в её кисть.

Праведный гнев неожиданно появляется у меня буквально из ниоткуда. Порывисто подрываюсь с места, стул с грохотом падает спинкой вниз, привлекая внимания всех.

— Не стыдно?! — спрашиваю я громко, смотря на верзилу.

— Чё? — она хмурится.

— Устраиваете разборки прямо в академии. Ещё и всей шайкой пришли на разборки к одной девушке. Хотя, чему я удивляюсь? Вы же по-другому не умеете.

Чувствую, как Лина тянет меня за руку, чтобы я села и не лезла не в своё дело, но уже поздно. Поэтому, выпрямив спину и задрав голову, я двинулась к задним партам, скрестив руки на груди. Хотя ладони мои сейчас покрылись холодным потом, а сердце бешено колотилось в груди от появившейся тревоги. И вот я стою напротив всей этой шайки, пытаясь всем своим видом пристыдить их действия, но они почему-то от этого будто только звереют. Деваха отпускает слегка удивлённую Алекс, разворачивается ко мне.

Вблизи она все же больше похожа на девушку. И я даже успеваю разглядеть её густые ресницы.

— Не лезь не в своё дело, — злобно цедит сквозь зубы Лара. В глазах её замечаю мимолётный страх.

А пока я готовлю праведную речь, чтобы как можно чётче объяснить этим недотёпам, что они поступают крайне паршиво и низко, деваха выпрямляется, делая шаг в мою сторону. Лара хватает её за локоть:

— Подожди, её нельзя трогать, — взволнованно говорит она, а я хмурюсь.

В смысле меня нельзя трогать?

Но боевой подруге до слов Лары никакого дела нет, она смахивает её руку и огромной лапищей тянется к моему лицу, хватая больно за волнистую прядь моих волос. Вспыхиваю, ударяя её по руке, но она только сильнее вцепляется в неё с почерневшими глазами. И в этот момент Алекс бьёт её по колену. Деваха отшатывается, отпускает мои волосы и переводит разъярённый взгляд на рыжеволосую девушку. Когда казалось, что бойни уже не избежать, за её спиной неожиданно появляется не менее мрачный Рой Крэйвен.

Всё замирают, уставившись на Роя и его друзей.

Ой-ёй, сейчас что-то будет… Потому что я чувствую, как быстро меняется атмосфера в аудитории. Дышать становится тяжело настолько, что почти все студенты покидают место впопыхах. Даже девушки, которые были с Ларой, одними из первых слиняли отсюда. И полулысая деваха, поняв, что ей кранты, ретировалась настолько быстро, что я даже не успела заметить.

Рой медленно окинул меня взглядом, а затем перевёл их на побледневшую Лару.

— Когда вы уже уясните, что моё трогать нельзя? — зловеще прошептал ей Рой.

И почему-то мне показалось, что под «моё» он имел в виду меня. И моя догадка сразу же подтвердилась.

— Рой! — Лара образовалась рядом, умоляюще пуская сопли. — Мы её не трогали! Мы пришли сюда из-за Алекс…

Парень развернулся к ней всем корпусом с пожелтевшими глазами и двинулся на Лару в его любимой угрожающей манере.

— Рой, не надо, — сглатываю, замечая в его глазах безумие и всепоглощающую ярость. Дотрагиваюсь рукой до его плеча, заставляю посмотреть на себя. — Они правда не по мою душу пришли.

Он смотрит на меня долгие секунды нечеловеческими глазами, а затем хватает меня за кисть и тянет из аудитории.

Окей, Лара, надеюсь, ты будешь мне благодарна за мою жертву.

Часть 23

Рой тянет меня за собой по опустевшему коридору, а после заталкивает под лестницу между корпусами, как раз в ту самую кладовую с макулатурой. Всё повторяется, как и в прошлый раз, я испугано пячусь назад, а он надвигается на меня с полыхающими глазами. Дёргаюсь, когда он резко обхватывает меня за талию, сажая на узкий подоконник, нависнув надо мной и устроившись между моих бёдер. Начинаю паниковать, пытаясь понять, что он собрался со мной делать.

Горячие ладони притягивают меня ближе, заставляя уткнуться ему в грудь и почувствовать его приятный запах. Рукой зарывается в мои волосы, наклонившись и жадно вдыхая. Покрываюсь мурашками в его лапах и не смею пошевелиться. Тело будто парализовало, но не от страха, а от странной и приятной дрожи, что добирается до каждого кончика пальца.

Он выпрямляется, дотрагиваясь до моего лица пальцами и изучая его всё ещё пожелтевшими глазами, в которых потихоньку просыпается что-то человеческое. Не могу заставить себя не смотреть на него. Это так странно — будто наблюдаешь за приручением зверя.

Звенит звонок на лекцию. Отстраняюсь от парня, чувствуя, как бедро нещадно жжёт.

— Рой, дай мне выйти, — говорю ему.

Но он лишь задумчиво смотрит на меня и продолжает гладить мои волосы.

— Перестань! — хмурюсь и хочу скинуть его руки с себя. — Хватит меня трогать, — выдыхаю, когда вижу лишь его тёмные, обрамлённые густыми ресницами глаза. Упираюсь ладонями ему в грудь, хочу сдвинуть, но он не поддаётся.

— Если бы ты знала, Мира, как мне тяжело себя сдерживать, — его рука зарывается в мои волосы на затылке и грубо оттягивает назад. — Я схожу с ума от желания… — замираю, вытаращив глаза.

От какого он там желания сходит с ума?!

— И оно противоречит моему разуму, — продолжает он, нагнувшись ниже. — И я не понимаю, почему именно ты?

Его другая рука сильнее стискивает мою талию, крепче прижимая к себе. Пытаюсь вдохнуть больше воздуха, но кажется, сейчас задохнусь. И это не из-за его объятий, а от его обжигающих слов.

— Не знаю, чего ты от меня хочешь, Рой... — сглатываю, — но ты ведь знаешь, что наши семьи на ножах, да и знакомство с тобой оставляет желать лучшего, — пытаюсь подобрать слова. — И я не хочу, чтобы ты рассматривал меня в качестве своей… девушки. И у меня есть жених, — кажется, краснею на этих словах, а взгляд Роя становится жёстче, но я всё же продолжаю говорить. — Я очень хочу, чтобы ты отстал от меня, — добиваю его этой фразой.

В тёмных глазах вновь вспыхивают яркие искорки. Его рука медленно перемещается с затылка и ложится на мою шею, легонько сжимая огромной ладонью. Начинаю паниковать, по телу бегут липкие мурашки.

Рой наклоняется к моему лицу, сталкивая нас лбами:

— Никакого жениха не будет, Мира, — вот сейчас я чувствую от него настоящую угрозу, о которой совсем забыла под впечатлением от его неожиданной нежности ко мне.

Закрываю глаза, чтобы не смотреть на его вновь горящие жёлтые глаза. У меня кровь стынет в жилах от его жуткой энергетики. И, похоже, ему вообще наплевать на то, что я чувствую к нему. Ведь полностью проигнорировал мои последние слова.

Чувствую его горячее дыхание на моей шее и губы, прикоснувшиеся к ключице. Рука, которой он секунду назад стискивал мою шею, сползла к плечу и спине, забираясь под футболку. Слишком медленно и ощутимо. Тело отреагировало моментально на его прикосновения вспышкой, разнося по нему мурашки. Я замерла, не в силах пошевелиться или сопротивляться. Горячая ладонь гладила мою спину, а сам Рой уткнулся мне в шею, громко выдыхая. Свободной рукой подтянул меня рывком, теснее прижимая к себе так, что я ощутила промежностью его, к-хм, достоинство, и уловила шумный выдох Роя.

Меня обожгло, и я попыталась освободиться. Дёрнулась, упираясь руками ему в грудь.

— Что ты делаешь? Отпусти! — запаниковала, потому что почувствовала, как весь жар, опаливший моё тело до этого момента, оседает внизу живота.

Но его руки намертво прилипли ко мне, а в зрительном контакте между нами всё искрилось и пылало. Я задыхалась и безнадёжно дёргалась в его сильных объятиях, пока этот ненормальный не наклонился и не припал к моим губам. Поцелуй — хуже яда, глубокий, грубый, всепоглощающий, разрывающий сознание на части.

— Рой… — я вновь отстранилась, даже не понимая, как произнесла его имя. — Я так не могу! Отпусти!

А тело моё продолжало неметь и гореть от его прикосновений.

— А если я не хочу отпускать? — он уткнулся своим носом в мои волосы, жадно вдыхая.

— Ты не имеешь на это никакого права… На меня не имеешь прав!

Ёрзаю на подоконнике, стараясь хотя бы так немного отстраниться от него. Мне кажется, если не освобожусь сейчас, то уже точно никогда не смогу этого сделать. Рой продолжает утыкаться в мою шею и удерживать меня, не обращая никакого внимания на мои попытки вырваться. Но я ощущала всем телом, насколько он был напряжён и, кажется, раздражён.

В какой-то момент я поняла, что бесполезно вырываться из его лап, а стоит просто терпеливо ждать, пока он сам меня отпустит. Замерла в его объятиях, громко выдохнув, продолжая ощущать всепоглощающий жар, исходивший от тела Роя. И чувствовать его запах, настолько приятный, что хотелось зарыться носом в его рубашку.

О боже, я схожу с ума…

А ведь собиралась избегать его!

Через долгие минуты Рой всё же отстраняется от меня, нежно погладив по щеке. Он сам спустил меня с подоконника, неотрывно блуждая по моему взволнованному лицу. Взял за руку и вывел меня из этой кладовой, повёл к аудитории, где уже давно шла лекция. Перед дверью подправил мою выбившуюся прядь волос и пропустил меня вперёд, но сам не вошёл.

И пока я шла к парте под удивлённые и взволнованные взгляды одногруппников, я понимала — я не смогу избегать Роя, и дело времени, когда моя метка начнёт проявляться. Возможно, она уже появилась.

Часть 24

На следующий день, когда мы сидим в кафетерии с Линой, мне вновь пишет Леннарт Торвс, уточняя у меня, смогу ли я увидеться с ним в субботу днём. Громко вздыхаю, уткнувшись в свои ладони.

— Пойдёшь? — спрашивает Лина, увидев его сообщение.

— Не горю желанием вообще. Но как бы я не хотела этой встречи, просто не могу отказать ему. Если откажу — отец будет в ярости. А если пойду на свидание — будет в ярости Рой. Хех, вот так дилемма. Крэйвен доставляет мне только проблемы.

— Тебе надо рассказать всё отцу, пока не стало слишком поздно, — говорит подруга.

— Понимаю, но мне ужасно страшно. Я будто оказалась между двух огней.

— Тяжелый случай.

Быстро отвечаю Леннарту, во сколько ему завтра подъехать за мной. Лучше пусть это будет обеденное время, уделю ему несколько часов и вернусь в академию. Возможно, придумаю, что мне нездоровится или появилось срочное дело. В общем, любую отмазку, которая поможет мне избежать долгого нахождения рядом с этим парнем.

Рой мне сегодня не попадался на занятиях в академии, чему я очень радовалась. Хотя в груди нарастала какая-то тревога.

Не задумал ли он чего?

Слишком уж его слова и действия наталкивали на мысль, что он просто так не сдастся и не оставит меня в покое. А ещё дурацкая метка раздражала своим существованием, заставляя думать об этом ненормальном практически постоянно. И вспоминать его обжигающие прикосновения к моему телу. Чёрт.

— А тот парень, с которым ты недавно познакомилась, — спрашиваю Лину, решив отвлечься от своих угрызений, — с какого курса?

— Нейтан? Он со второго.

Вспоминаю, как этот парень с каштановыми волосами налетел на Лину случайно в коридоре, когда мчался куда-то сломя голову. Да уж, у неё до сих пор синяк на заднице.

— И как он тебе?

Лина задумчиво смотрит в окно и вздыхает.

— Честно, мне сейчас не нужны отношения.

Замечаю в глазах её грусть и больше не пытаюсь говорить с ней на эту тему. Не может никак забыть своего бывшего парня. Печально всё ж это — страдать от любви.

Мы практически допиваем наш чай, когда в кафетерий заходит Алекс. Она цепляет нас прищуренным взглядом, пока берёт себе напиток и направляется в нашем направлении. Лина кидает быстрый взгляд на пустующий столик за моей спиной. Скорее всего, Алекс идёт именно к нему. Но когда рыжеволосая девушка останавливается возле нас, мы с Линой неприлично на неё таращимся, разглядывая её стиль одежды. На ней черные джогеры с карманами и черная короткая футболка. О да, мне нравится, как одевается эта девушка.

Отодвинув стул напротив меня, она плюхается рядом, ставя молочный коктейль и выпечку на стол. Прокашливаюсь:

— Привет, — она кивает мне в ответ, откусывая булочку. — Приятного аппетита.

Алекс вновь кивает, продолжая жевать. Лина таращится на неё, не скрывая восторга в глазах. Вблизи черты лица хищницы кажутся ещё красивее. Один взгляд ярких зелёных глаз только чего стоит.

— Ну, как у тебя дела? — улыбаюсь.

— Норм, вы как сами? — голос её с хрипотцой.

— Хорошо, — отвечаю я.

— А те девчонки, что от тебя хотели?.. — тихо спрашивает Лина.

Она цыкает, откинувшись на спинку.

— Просто бесятся, — допивает коктейль, вытирает губы салфеткой. — А, точно. Мира, да?

— Угу.

— Ты бы не лезла лишний раз в такие дела. Не хочу потом огребать от твоего парня за то, что ты случайно пострадаешь.

Выпадаю с этого заявления.

— У меня нет парня, — сжимаю руки в кулаки, начиная проклинать Крэйвена.

— А мне, кажется, есть, — хмыкает она. — В любом случае, спасибо за поддержку, но я бы как-то и сама справилась.

— Ну, ладно…

Она быстро доедает булочку и сминает пластмассовый стаканчик. Поднимается и прежде чем уйти, говорит:

— Увидимся. Пока.

Когда девушка покидает кафетерий, мы с Линой смотрит друг на друга.

— Это было странно, — говорю я.

— Да. Если судить о том, что она редко с кем общается. Да и я вообще не видела её с друзьями, — Лина допивает свой чай.

— Думаешь, у неё их нет?

— Не знаю, но, во всяком случае, я рада, что к нам относится она хорошо, — подруга улыбается. — Давай пригласим её на обед как-нибудь?

— О, хорошая идея. Надеюсь, согласится…

Мне реально было бы интересно с ней пообщаться и узнать побольше. Девушка со своеобразным характером, которую все стараются сторониться.

Вечером морально готовлюсь к встрече с Торвсом, всё ещё помня его жесткий взгляд при нашей первой встрече. Мурашки бегут по коже, но я беру себя в руки. Два часа — не больше! Но в итоге с утра чувствую себя ужасно и даже думаю о том, чтобы отказаться от встречи и позвонить отцу. Рассказать ему о метке и о том, что Рой не даёт мне прохода, тем самым избежав встречи с очередным хищником.

Даю себе мысленную пощёчину, пытаюсь себя успокоить, смотря на быстро ползущую стрелку настенных часов. Через час Леннарт будет ждать меня у ворот академии. Едва не реву, впопыхах принимаю душ и привожу себя в порядок.

Тянула до последнего момента, а теперь ношусь как угорелая по комнате! Выбираю легкое симпатичное платье голубого цвета, босоножки, собираю волосы в высокий хвост. Я подкрасила только ресницы и губы слегка. Вздыхаю, смотря на себя в зеркало перед выходом из комнаты: глаза красные и какие-то безумные, губы нервно поджаты, кожа бледная.

Я не хочу красоваться перед ним, но должна выглядеть, как подобает девушке из влиятельной семьи. Хоть семья Леннарта не настолько высокопоставленна, как моя или Крэйвена, но отцу важны отношения с ними.

______

Привет! Спасибо, что читаете эту историю! Эта часть небольшая, но дальше события начнут развиваться быстрее)

Часть 25

Под поддержку и объятия Лины покидаю коттедж и иду к воротам деревянной походкой. Меня настолько сильно взволновала встреча с ним. И это не то волнение, которое обычно бывает у девушек перед первым свиданием, совсем другое — будто идешь на собственную казнь. Кажется, стоит выйти за ворота, и твоя участь уже предрешена.

Выпрямляюсь перед постом охраны, натягиваю улыбку.

— Привет, Мира, — приветствует Леннарт, стоя рядом со своим дорогим автомобилем белого цвета. — Ты ведь не против если мы перейдём на «ты»?

— Привет. Не против, — улыбаюсь заученной улыбкой и киваю.

Леннарт открывает мне дверь машины, приглашая в неё. Аккуратно сажусь, кладя маленькую сумочку себе на колени. Парень обходит автомобиль и усаживается рядом, заводя двигатель и отъезжая от ворот академии. В салоне пахнет чем-то терпким. Запах не навязчивый, но мне не очень нравится.

— И так, куда бы ты хотела отправиться? — спрашивает он, поглядывая на меня время от времени.

— Раз уж ты сумел вытащить меня из академии, давай посмотрим местный городок. Я была там всего раз, пока отец не велел мне вернуться, — говорю, в надежде, что парень согласится и не захочет везти меня к чёрту на рога.

Не хочу тратить много времени на дорогу.

— Отличная идея, — улыбается он.

Тихонько облегчённо выдыхаю и даже расслабляюсь. С виду, Леннарт приветливый и улыбчивый, и сейчас я не ощущаю какой-либо угрозы от него. Ладно, возможно мне не придётся сильно терпеть пару часов в его компании.

Мы останавливаемся у местного парка, где были с Линой в прошлый раз, но парню я ничего не говорю, лишь улыбаюсь. Медленно гуляем, и как ни странно, разговор с ним идёт на удивление легко. Леннарт рассказал мне многое о своей работе и увлечениях, связанных с путешествиями, и честно скажу — этим он меня подкупил. Было очень интересно, и я даже не заметила, как прошли три часа. А ещё он обещал показать мне интересные места, где успел побывать.

Я бы провела с ним больше времени, но, всё же сославшись на усталость, попросила меня отвезти назад в академию. В какой-то момент в его глазах я заметила некое раздражение, но он выполнил мою просьбу. Да и на горизонте появились тучи, предвещающие дождь. Ветер слегка усиливался, когда мы шли до его автомобиля. По пути он купил мне чай. Предлагал поужинать в ресторане, но я наотрез отказалась.

— Давно я так не гулял долго, — улыбается он, когда мы выезжаем из города.

— Я люблю гулять, — тоже улыбаюсь, поглядывая на парня.

— Это я уже понял, — смеётся Леннарт. — Когда мы сможем увидеться с тобой вновь? Я бы показал тебе одно красивое местечко.

Честно, я бы увиделась с ним ещё раз. Да, он оказался вполне приличным парнем. И время с ним пролетело незаметно.

— Эм, пока не могу сказать, — увиливаю от ответа.

Не спорю, он красивый. У него густые светлые волосы и необычные глаза с янтарным оттенком, тонкие губы и прямой нос. Он улыбчивый и с виду спокойный. Внешне полная противоположность Роя.

Но я всё же улавливаю в нём жесткость, такую же, как и у моего отца и Крэйвена. Правда у последнего, жесткость бьёт через край.

И чего я о нём снова вспоминаю? Ещё и сравниваю с Леннартом?

Отдёргиваю, дав себе мысленно подзатыльник.

Когда доезжаем до поворота к академии, Леннарт почему-то останавливается, смотря в зеркало заднего вида. Он прищуривается и поджимает губы.

— Что-то не так? — спрашиваю его, сжимая ремешок сумочки от волнения. Прослеживаю за его взглядом, оборачиваюсь. За нами остановился автомобиль чёрного цвета. — Твой знакомый?

Леннарт стискивает зубы и нехотя произносит:

— Я сейчас вернусь.

Затем выходит из салона, шагая в направлении чёрной машины, из которой появляется Рой Крэйвен. Замираю с бешено колотящимся сердцем, наблюдая, как он скалится на парня, когда они останавливаются друг напротив друга. Рой ему что-то говорит, явно неприятное, если судить по его выражению на лице, а после ненормальный хватает Леннарта за ворот рубашки и что-то злобно ему шепчет. Торвс смахивает его настойчивую руку с себя.

О боже, неужели он узнал, что я была с Леннартом? Нужно что-то делать!

Быстро открываю дверь и выхожу из машины, дрожащими руками цепляясь за сумочку. Встречаюсь глазами с Роем, который будто бы не ожидал меня увидеть здесь. Его глаза моментально вспыхивают жёлтыми искрами, переводя взгляд с меня на Леннарта.

И в этот момент я понимаю — он не знал, что я была с ним!

Лучше бы сидела в машине…

Замираю у багажника, таращась на парней, вокруг которых воздух стал тягучим и очень тяжёлым.

— Мира, какого чёрта ты делала в машине этого ублюдка? — произносит Рой, едва не рыча и мне кажется, что он едва сдерживается, чтобы не наброситься на парня перед ним.

— Мира — моя невеста, Крэйвен, — отвечает за меня Леннарт громко и раздражённо, тоже смотря на меня. — Садись в машину. Я скоро подойду.

Кажется, Рою ответ не понравился, потому что его взгляд стал ещё безумнее. Он замахнулся и ударил Леннарта по лицу, когда тот повернулся к нему. Торвс отшатнулся, едва не упал, сгруппировался и нанёс ему быстрый, не менее мощный ответный удар.

Прикрывая рот ладонью, я дрожала, наблюдая, как два хищника вцепились друг в друга, нанося удары. Не могла даже сдвинуться с места, когда Рой опрокинул Леннарта на капот собственной машины, припечатывая его лицом в металл. Он нагнулся и что-то прорычал ему в ухо, а затем резко отпустил. Парень поднялся, оскалился, вытирая кровь с лица:

— Ублюдок, — процедил он. Развернулся и двинулся к своей машине, проходя мимо меня, по пути кинув красноречивый злой взгляд.

Сел в машину, завёл двигатель и резко развернулся, уехал, оставляя меня стоять на обочине и смотреть на то, как Рой вытирает кровь со своих рук о чёрную толстовку.

Леннарт просто уехал. Оставил меня посреди дороги одну на растерзание дикому зверю.

Интересно, отец как отреагирует на эту новость?.. Будет продолжать настаивать на помолвке?..

Скорее всего, ему, как всегда, будет наплевать.

— Садись в машину, Мира, — проскрежетал он, оскаливаясь, и делая ко мне шаг. Я ещё никогда не видела его глаза такими кровожадными.

И почему-то именно в этот момент небеса загремели, и первая капля дождя упала мне на бледную щёку. Они будто предостерегали меня об опасности и нагоняли ещё больше страха. Ветер всколыхнул светлые пряди. Опасность, исходившая в этот момент от Роя, нагоняла ужаса.

И я сорвалась с места прямиком в лес, испытывая страх от его жуткой энергетики. Бежала, не думая, что только раззадориваю охотничий инстинкт зверя. Не видела ничего вокруг, только ветки и стволы деревьев, пока грубая хватка на моей талии не остановила меня, впечатывая в стальную грудь.

— Не стоило этого делать, Мира, — мрачно прорычал Рой над моей головой.

Часть 26

Грубая рука сильнее стискивает мою талию, причиняя дискомфорт.

— Пусти, — шепчу я, тяжело глотая воздух ртом.

Царапаю его за кисть, хочу скинуть его руку с себя. Мне уже терять нечего. Леннарт кинул меня на растерзание зверю, и я буду сопротивляться до последнего. Рой разжимает руку, и я вырываюсь. Оборачиваюсь, пячусь назад, не в силах повернуться к нему спиной. Я боюсь, что если повернусь вновь, то он накинется на меня сверху и откусит голову. В глазах его нет ничего человеческого, и, кажется, просьба успокоиться его никак не отрезвит.

Капли дождя начинают падать интенсивнее, а прохладный ветер набирает обороты. Мрачный лес ещё больше нагнетает обстановку.

— Чего ты ко мне прицепился? — шепчу я осевшим голосам. — Оставь меня в покое… Не подходи.

Но Рой меня совершенно не слушает, продолжает медленно наступать. И мне ведь негде спрятаться и не у кого попросить помощи. Да и бежать бесполезно. Обхватываю себя руками, останавливаюсь.

— Грёбанный ты психопат, — шепчу я ему, дрожа всем телом от сковавшего холода.

Рой оскаливается и сокращает между нами расстояние так стремительно, что я пугаюсь и делаю небрежный шаг назад, цепляясь каблуком о корень дерева. И понимаю, что лечу вниз. Вскрикиваю от неожиданности, когда соприкасаюсь спиной с влажной поверхностью, разлепляю глаза. Рой навис сверху, придавливая меня к холодной земле. Его руки подо мной смягчили удар, и только поэтому я не расшибла себе затылок.

Метка начинает неожиданно жечь сильнее, причиняя боль.

— Мира, я разве не предупреждал тебя? — рычит он мне в лицо. Дождь начинает лить сильнее, и теперь капли с волос Роя падают мне на лицо. — С кем ты ещё была помимо ублюдка Торвса?

— Отстань от меня! — дёргаюсь в его хватке, хочу выползти.

Он наклоняется к моей шее и ведёт носом, удерживая меня своими лапищами. Слышу, как рычит, спускаясь чуть ниже. Замирает на долгие секунды, а я не смею дышать. Его руки опускаются ниже по моему телу, замирают на бёдрах. Обжигающее прикосновение разносит по всему телу электрический разряд. Я забываю, как дышать. Он резко раздвигает мои ноги, устроившись между ними и кажется, смотря на пульсирующую покрасневшую метку. Платье задралось, открывая ему прекрасный вид.

Рой замирает на долгие секунды, а после переводит на меня разъярённый взгляд:

— Кто посмел пометить тебя?!

Ошарашенно таращусь на него, не совсем понимая, что он имеет в виду под этим своим вопросом. Хочу сдвинуть ноги, но он не позволяет.

— Это его? Торвса? — зловеще нагибается к моему лицу, стискивая ладонью мою шею. — Отвечай, Мира.

— Ты серьёзно?.. — шепчу ему в лицо, всё ещё не понимая его реакции.

Он реально не понял, что метка его? А говорят, что хищники намного умнее обычных людей…

— Мира, — рычит он, сильнее стискивая руку и шее.

Интересно, если я скажу ему, что она Торвса или кого-либо ещё, то он задушит меня? Вот будет забавно, когда он поймёт, что собственными руками убил свою истинную пару.

— Пусти, — дёргаюсь, упираясь руками в его плечи, — урод. Ты ненормальный. Только и можешь мучить меня и причинять боль! — во мне вскипает гнев, заменяя собой страх. — Психопат грёбанный! Я тебя ненавижу, понял? Слезь с меня!

Рой тяжело дышит, сжимая челюсти с такой силой, что желваки на них начинают ходить ходуном. Ноздри расширяются от порывистого дыхания, а в глазах полыхает адское пламя.

Поджимаю губы, больше не в силах сдерживать свои эмоции, которые копились долгие месяцы. Слёзы текут из глаз, смешиваясь с каплями дождя, и я их закрываю, чтобы не смотреть в глаза человека, которого ненавижу в этот момент больше всех на свете.

Дождь перестаёт лить, но ветер колышет ветки деревьев.

Чувствую, как убирают руку с моей шеи, и пальцами дотрагивается до моего лица. Отворачиваюсь. Не хочу, чтобы он меня трогал. Но его руки продолжают касаться моей чувствительной кожи, разнося тепло и что-то ужасно странное. Вздрагиваю, когда пальцы Роя проводят по пульсирующей метке на моём бедре. Его рык и громкий вздох, заставляют открыть глаза и посмотреть на него.

На лице Роя сейчас смешалось столько противоречивых эмоций! Он наклонился ниже к бедру, ещё раз проводя пальцами, задышал тяжелее. А после, выпрямившись, приподнял край своего черного худи, обнажая рельефный торс. Сбоку, чуть правее от пупка, на покрасневшей коже проявлялся ещё нечеткий, но уже различимый рисунок полумесяца.

Моя метка. Она всё же появилась. Это означает, что я всё же испытываю к нему что-то. О боже…

И мне стало нестерпимо жарко от осознания этого. Я громко выдохнула и, приподнявшись, дотронулась до покрасневшей метки на животе Роя, под которой застыли стальные мышцы. Кожу жгло, и будто бы сердце пропустило несколько ударов. Было так волнительно, я даже забыла, что нахожусь посреди мрачного леса, мокрая и грязная.

Рой замер, неотрывно наблюдая за моими пальцами, которые почти невесомо дотрагивались до метки. На его лице застыло смятение и растерянность. В тёмных глазах вспыхивали жёлтые искорки. Он перехватил мою руку, которой я дотрагивалась до его кожи, и поцеловал ладонь, а затем наклонился ко мне, обдавая горячим дыханием.

— Мира, — его пальцы блуждали по моему лицу, а в пожелтевших глазах отражались странные эмоции. Не гнев и не ненависть, как до этого, а что-то совершенно другое. То, чего я раньше в них не видела.

И в этот момент в нашем зрительном контакте что-то полыхнуло.

Рой наклонился и набросился на мои губы, целуя так, будто голодал по их вкусу долгие дни. Кожа горела от прикосновений, и мне не хотелось вырываться, хуже того — я жажда всего, что Рой собрался делать со мной. Рваный выдох сорвался с моих губ, когда он опустился с ласками на шею, продолжая покрывать кожу поцелуями. Мне было ужасно жарко, хотя совсем недавно я дрожала от холода. Его торс, даже несмотря на мокрую одежду, был раскалённым и до невозможности горячим.

Его ладони блуждали по моему телу, уже давно выходя за грани приличия. И единственное, что я смогла сделать, утопая в приятных ощущениях, — это сжать его худи дрожащими пальцами.

Рой шумно и рвано выдохнул. Приподнялся и рывком перехватил меня, поднимая на руки и отрывая от земли. Он тяжело дышал и шагал в направлении дороги, где остался его автомобиль. А я смогла лишь судорожно выдохнуть, не отрывая глаз от красивого лица Роя, цепляться за его плечи и утопать в оглушительном жаре.

И почему-то я совсем забыла, что только недавно ненавидела его, потому что сейчас испытывала совершенно другие чувства к этому парню.

__________________________

Вот такие дела)

Что скажете?

Часть 27

Рой усаживает меня в салон своего автомобиля на переднее пассажирское сиденье. Проводит пальцами по моему взволнованному лицу, долго смотрит тёмными глазами. Сердце замирает от его близости, и я не знаю, как реагировать на это. Но он всё же закрывает дверь с моей стороны, обходит машину и садится рядом. Заводит двигатель и включает печку, будто почувствовав, что меня начинает знобить. Платье вымокло насквозь, ноги испачканы в грязи. Поправляю мокрую ткань и боюсь смотреть на Роя. Костяшки на его пальцах сбиты, он дышит порывисто и тяжело, сжимая челюсти.

Его запах повсюду. Я будто попала в ловушку. Моё сердце судорожно сжимается от напряжения между нами. Воздух искрит и мне становится нестерпимо жарко. Сглатываю.

Что теперь будет?..

Мы разворачиваемся и едем в противоположную сторону от академии, заворачиваем на другую дорогу, которая ведёт прямо к тому самому отелю в лесу. Останавливаемся на парковке. Большими буквами мигает вывеска «Голден Гласс».

Зачем он меня сюда привез?..

Рой громко выдыхает, замирает, смотря перед собой. Воздух в машине становится тягучим. Его волосы влажные, и чёрные завитушки падают ему на лицо. А затем он смотрит на меня долгим пробирающим насквозь взглядом, наклоняется и нежно целует, гладя мои плечи и спину.

Я медленно сгораю рядом с ним.

Совершенно забываю обо всём на свете.

Рой кусает меня за нижнюю губу, слегка оттягивает и, кажется, издаёт хриплый стон. Отстраняется от меня и выходит из салона, обходит машину и открывает дверь. Подхватывает на руки и несёт в сторону небольших деревянных домиков расположенных чуть ниже к самому дальнему из них. На двери электронный замок, который он быстро открывает, приложив палец на экран, толкает плечом деревянную поверхность и входит в полумрак со мной на руках.

Начинаю дрожать.

Быстрыми и большими шагами несёт меня куда-то вглубь и отпускает только тогда, когда доносит до душевой комнаты. Включает воду, которая тёплыми струями стекает по моему телу, смывая грязь, скидываю туфли. Вжимаюсь в кафельную стену, когда Рой заходит следом прямо в одежде.

Моё сердце трепещет от его близости. Тело ужасно горит.

Смотрим друг на друга.

В нашем зрительном контакте нарастает напряжение, всё искрит и полыхает. Судорожно выдыхаю, когда он вдавливает меня в стену, накрывает своим горячим телом, гладит пальцами моё лицо, блуждает тёмными глазами, в которых вспыхивают яркие жёлтые искорки. Я не могу отвезти от него глаз.

Это так странно.

Какое-то безумие.

И мне ни капли не страшно сейчас рядом с ним. Наоборот, в груди растёт тёплое чувство, перерастающее в настоящий пожар.

Кожа покрывается мурашками.

Рой наклоняется и порывисто целует меня. Вцепляюсь пальцами в его плечи и льну всем телом. Он издаёт утробный рык, подхватывает меня под бёдра, продолжает целовать. Вдавливается в меня своим желанием, и я издаю тихий стон.

Кажется, себя я сейчас не особо контролирую, потому что позволяю этому парню делать это со мной. И ужасным становится то, что я хочу именно Крэйвена и чтобы он не останавливался.

Рой прижимает меня теснее к себе и выходит из душевой, несет в другую комнату, ни на секунду не прекращает целовать. Ставит на пол и рывком стаскивает с меня платье и кидает его куда-то в сторону. Заводит руки за мою спину, и ловко расстегивает лиф. И срывает с мокрых волос резинку, распуская их.

Покрываюсь мурашками от его взгляда. Его ноздри раздуваются от порывистого дыхания, руки блуждают по моему телу. Хочу закрыться руками, но он не позволяет, легонько толкает меня на кровать, и стягивает с себя худи вместе с футболкой.

Парень наклоняется надо мной, глубоко и порывисто дышит. Касается губами чувствительной кожи на шее, спускается ниже к ключицам, а затем набрасывается на мою грудь, языком проводя по соску. Замираю от невероятных ощущений, осколками разлетающихся по всему телу. Он спускается ниже к моему животу. Растерянно смотрю на его влажную макушку. И когда его язык касается моей кожи, вздрагиваю и пытаюсь отползти от него, но он одним рывком сжав мои бёдра, подтягивает обратно.

А после вообще стягивает с меня нижнее белье и раздвигает мои ноги. Дрожу и паникую, оказавшись в такой откровенной позе, и пытаюсь оттолкнуть Роя, но мои руки вмиг перехвачены и вдавлены в матрас одной массивной ладонью. Он наклоняется, набрасывается на мои губы жёстко и грубо, подавляет своим поцелуем дальнейшую волю к сопротивлению.

— Рой… — шепчу я, когда он спускается ниже к моей груди, — я ещё девственница…

Я должна предупредить его. Хотя, он, наверное, и так знает это.

Рой приподнимается, окидывая меня медленным пристальным взглядом, словно пожирая одними лишь глазами. Это было хуже пытки. Лучше бы он не смотрел на меня так! Я медленно сгорала под его прикосновениями. Думала, что хуже уже быть не может, но когда его горячие пальцы спускаются и проводят по моим влажным складкам, я прогибаюсь в спине и вскрикиваю.

— Рой… — шепчу сквозь стоны, которые не могу сдерживать.

Я никак не могла понять то, что он делал сейчас со мной. Пошлые движения пальцев терзали меня и уносили куда-то во тьму, а горячие губы покрывали поцелуями мою грудь.

Разве можно от ощущений сойти с ума?..

Рой ощутимее проводит по складкам, немного проникая пальцем внутрь, и я дрожу. Улетаю, вцепляясь в волосы парня. И это как вспышка. В глазах темнеет, и я зажмуриваюсь, глотая воздух ртом. Рой целует меня медленно, настолько, что моё тело начинает гореть, а ещё мгновение и я ощущаю прикосновение горячей головки и первое движение.

Вскрикиваю сквозь поцелуй от боли. Всё же достаточной, чтобы я ощутила панику, проскользнувшую в моём поплывшем сознании. Замерла, пытаясь дышать.

— Мира… — голос Роя слишком хриплый и тяжёлый.

Разве можно произносить имя так, чтобы оно мощным потоком пронизывало пространство, заставляя сердце бешено колотиться в груди?

Он вновь целует меня и, продолжает делать медленные жаркие толчки. Рвано выдыхает мне в шею, глубже проникая в меня. Сознание разрывает на части от того, что сейчас происходит.

И даже боль куда-то исчезает, уступая место неожиданному и приятному наслаждению.

Это же Рой Крэйвен…

Тот, кто душил меня и запугивал…

И то, что мы делаем с ним сейчас…

Рой приподнимается и останавливается, проводя пальцами по моему лицу и смотря на меня горящими жёлтыми глазами. Хочу отвернуться, чтобы не утонуть в них, но он удерживает мое лицо за подбородок, наклоняется ниже, обдавая порывистым дыханием. Продолжая делать медленные движения во мне. Рвано выдыхаю вместе со стоном, когда понимаю, что точно срываюсь в пропасть. Цепляюсь за его плечи, вонзая ногти в его кожу. Я ощущаю его каждое движение в себе как отдельную сладостную пытку, забиваясь в своём первом и таком мощном оргазме.

Рой покрывает моё лицо поцелуями и продолжает медленно двигаться, иногда срываясь в бешеном темпе, и с одним более глубоким движением рычит утробно, вытаскивает член и изливается мне на живот, продолжая целовать меня.

Сознание начинает постепенно проясняться. И я в полной мере ощущаю, что только что произошло.

Я больше не девственница.

И я отдала свою невинность Рою Крэйвену.

Отец меня убьёт собственными руками…

Часть 28

Лежу и дышу порывисто, дрожу всем телом, смотрю в потолок. Рой утыкается в мою шею, обнимает меня за талию, гладит по волосам и тоже тяжело дышит. Мне ужасно жарко, а в следующую секунду становится холодно. И парень это замечает, приподнимается, целует меня нежно в уголок губ, продолжает горячей ладонью трогать волосы, спускаясь на плечи.

Вздрагиваю. Тело всё ещё очень чувствительное.

Он смотрит на меня тёмными глазами. Его лицо расслаблено, а взгляд слегка пугающий. Прикусываю губу.

Я совершила ужасную ошибку. И даже не подумала о последствиях своих необдуманных действий!

Боже, я же просто как дура поддалась инстинктам, расплылась лужицей перед тем, кто столько времени не давал мне спокойно жить…

Перед этим ненормальным психом!

И как мне теперь всё исправить?..

Рой покрывает поцелуями моё лицо, спускаясь ладонями ниже по телу, ощупывая каждый миллиметр. Кусает меня за ключицу, и я вскрикиваю. Меня снова бросает в жар, но я упираюсь ладонями ему в плечи, пока он вновь не подчинил меня себе.

— Постой… — говорю срывающимся голосом. Парень переводит на меня затуманенный и кажется, вновь голодный взгляд. — Я… Мне надо в душ…

Он громко втягивает носом запах моих волос, кусает за мочку уха. Тихо выдыхаю.

— Рой…

Он рычит и откидывается спиной на матрас, давая мне подняться. Я хватаю первую попавшуюся вещь и, прикрывшись ей, иду в сторону душа на ватных ногах. Закрываюсь в душевой и дрожу всем телом, лихорадочно думая, что мне делать дальше.

Рой меня не отпустит... Я теперь навечно привязана к нему. Нужно было сразу всё рассказать отцу, а не доводить до такого! Теперь, я даже не знаю, кого мне бояться больше — отца или Роя. Папа ненавидит Крэйвенов. Он никогда не отдаст меня им, скорее, заточит в каком-нибудь подземелье… Или просто убьёт.

В мою голову лезут ужасные мысли, которые поселяют в моей душе страх и панику. Сжимаю руки в кулаки, чтобы унять дрожь. Мне хочется бежать. Спрятаться где-нибудь, и чтобы меня никто и никогда не нашёл!

Наспех моюсь и, укутавшись полотенцем, выхожу. Рой не сводит с меня мрачного и безумного взгляда. Замираю у противоположной стены. Не знаю, о чём он думает в этот момент, мне не нравится его вспыхнувшая энергетика, которая придавливает меня к полу.

Он всё ещё полностью обнажен, и я отвожу взгляд. Вид голого Крэйвена слишком смущает и заставляет вспоминать то, что мы делали буквально пятнадцать минут назад. Рой поднимается с кровати и подходит ко мне, проводит пальцами по щеке и припадает к моим губам, придавливая меня к стене. Его руки стискивают мою талию. Ощущаю их жар даже под тканью полотенца.

Отстраняется и в его глазах пляшут жёлтые искры.

— Ты теперь моя, Мира, — шепчет он, и меня это пугает настолько, что воздух в лёгких неожиданно куда-то девается.

Ножом режут его слова, поселяя во мне ужас.

А затем оставляет меня стоять у стены, скрывшись за дверью душевой комнаты.

Судорожно выдыхаю, хватаясь за спинку стула.

Боже мой…

Цепляю глазами чёрную толстовку Роя на замке и незамедлительно надеваю на себя. Она очень большая и мне доходит до колен, прикрывая голые ноги. Тихо выхожу из комнаты и иду к выходу из домика, натягиваю первую попавшуюся обувь. Не с первой попытки открываю дверь с электронным замком.

На улице уже темно. Меня будто в спину подгоняет страх.

Срываюсь и бегу, миную деревянный коттедж, где играет громко музыка. Я примерно помню, в каком направлении академия, поэтому безошибочно нахожу тропинку и продолжаю бежать в полутьме, постоянно оглядываюсь назад, боюсь, что он преследует меня.

А он точно погонится за мной.

Легкие горят, и я немного замедляюсь, когда подбегаю к калитке. Проскальзываю на территорию академии, пробегаю у главного корпуса и останавливаюсь только когда вижу наш с Линой коттедж. На первом этаже горит свет, и дверь не закрыта.

Подруга выходит из кухни на звук открывающей двери и ошеломлённо смотрит на меня и на мой внешний вид.

— Что случилось?

— Мне… — порывисто дышу, скидывая кроссовки Роя, — надо бежать… У тебя есть наличные?..

Лина испуганно кивает и бежит в свою комнату.

Быстро поднимаюсь на второй этаж, открываю шкаф, натягиваю на себя нижнее бельё и джинсы. Я даже не знаю, где моя сумка, и в какой момент я её потеряла. В ней остался мой телефон.

И пока я лихорадочно ношусь по комнате, в поисках наличных и других необходимых вещей, закидывая всё в небольшую спортивную сумку, не слышу, как балконная дверь распахивается. Я даже вскрикнуть не успеваю, когда сильные руки обхватывают меня за талию, в нос врывается запах мяты, а хриплый и до дрожи пугающий голос произносит мне в ухо:

— Сбегаешь?

Дёргаюсь в хватке, и он разворачивает меня к себе, пугая ещё больше своими жёлтыми нечеловеческими глазами, в которых я отчётливо вижу ярость.

— Я разве тебе не говорил, что ты теперь моя, Мира?

Он толкает меня на кровать, и моментально придавливает в матрас своим телом, перехватывает мои руки над головой огромной ладонью, когда я хочу оттолкнуть этого монстра от себя.

Рой выглядит сейчас как разъярённый дикий зверь. Его ноздри раздуваются от порывистого дыхания, желваки на челюсти ходят ходуном, а глаза полыхают адским пламенем. Страх накатывает на меня с такой силой, что я замираю, не в силах даже дышать. Его свободная рука ложится мне на лицо и немного грубо сдавливает подбородок.

— Ты не сбежишь от меня, — шепчет он и кусает меня за нижнюю губу.

Зажмуриваюсь, а после слышу глухой удар. Рой замирает, придавливая меня своим весом, уткнувшись в шею. Стону, хватая воздух ртом. Распахиваю глаза.

Если я не скину его с себя, то точно задохнусь!

Замечаю испуганную Лину с битой в руке. Она бросает её на пол и помогает мне выбраться из-под Роя. Дрожащей рукой проверяю его пульс и ощупываю затылок. На пальцах остаётся немного крови.

— Лина… О боже… — хватаюсь руками за волосы, вскакивая с кровати. — Что теперь будет?.. Тебя ведь посадят!

— Я не сильно его огрела… — её голос, как и глаза взволнованные и испуганные. Она берёт меня за руку и вкладывает в неё немного денег. — Это всё, что у меня есть.

Дёргаюсь от болезненного стона за спиной, кажется, Рой уже очухался…

— Уходи, скорее, — шепчет Лина и толкает меня к двери.

И я бегу. Прихватываю с тумбочку деньги, по пути натягиваю кроссовки. Кидаю взгляд на лежащего парня на моей кровати, который начинает приподниматься, трогая себя за затылок.

Я совершила уже столько ошибок…

— Я справлюсь, — шепчет мне Лина и целует в щёку, закрывая за мной дверь.

Выбегаю из коттеджа и несусь к той самой калитке, пересекаю лес, задыхаюсь от нехватки воздуха. Добегаю до Голден Гласс и судорожно дышу, облокотившись о дерево спиной. Мне нужно поймать такси или бежать дальше в город через лес. Чёрт.

Что мне делать?..

Куда мне бежать?..

Слышу шорох за спиной, оборачиваюсь на звук, но ничего не вижу. Выдыхаю и бегу к парковке, сажусь между двумя автомобилями на землю, обнимаю сумку и начинаю плакать.

Как мне отсюда выбраться?

Он уже точно пришёл в себя и идёт за мной. Боже!

А может, не надо убегать? Или лучше позвонить отцу?..

Я запуталась… И столько всего натворила!

Вздрагиваю, когда на дороге останавливается чёрный мотоцикл, на котором кто-то сидит в чёрной экипировке и шлеме, смотря на меня. Байкер поднимает стекло, и я узнаю Алекс — рыжеволосую хищницу. Она хмурится и прожигает меня зелёными глазами.

— Всё норм? — спрашивает она.

Мотаю головой, обхватив себя руками.

— Помоги мне, пожалуйста, — шепчу я, захлёбываясь слезами.

Она молчит какое-то время, разглядывая меня, а затем достает из кофра второй шлем и протягивает мне. Поднимаюсь на дрожащих ногах, натягиваю шлем на голову, кидаю свою сумку в кофр и сажусь сзади Алекс, прижимаясь к девушке как за спасательный круг.

— Куда едем? — спрашивает она, разворачивая мотоцикл.

— Подальше отсюда.

Часть 29

Прижимаюсь к спине Алекс и держусь за её талию. Дышу судорожно с закрытыми глазами. Кажется, мы проехали уже тот самый небольшой городок рядом с академией и сейчас выехали на большую трассу. Девушка умело маневрирует на дороге, объезжая автомобили. Мои руки затекли, и голова от шума начинает болеть. Ещё и сказывается напряжение прошедшего вечера.

И только спустя час мы останавливаемся на парковке у небольшого придорожного кафе с мотелем. Я едва не падаю, слезая с мотоцикла, и пытаюсь размять затекшее тело. Алекс спрыгивает легко, будто бы ей не привыкать к долгой езде. Снимает шлем и, немного прищурившись, оглядывает меня с ног до головы.

Я даже не думала, что она увезёт меня настолько далеко.

— Отдохнём немного и поедем дальше, — говорит она и идёт в направлении кафе. Иду следом, немного прихрамывая.

— А куда мы?.. — спрашиваю её у дверей.

— А куда тебе надо? — интересуется, садясь на кресло рядом с одним из столиков.

Плюхаюсь напротив неё и тяжело вздыхаю.

— Не знаю…

Официантка приносит меню и уходит. Алекс цыкает, и листает папку, расслаблено откинувшись на спинку.

Смотрю на её беспристрастное и скучающее лицо.

Почему она мне помогла?

По этой девушке видно, что она не из тех, кто будет кому-то помогать от чистого сердца. Она такая же хищница, жестокая и безжалостная.

Но я всё же решаюсь довериться ей. И поджимая губы, изливаю ей душу, всхлипываю и высмаркиваюсь в салфетку. Девушка молчит, смотря на меня из-под полуопущенных ресниц. Рассказываю ей про Крэйвена, что душил меня и запугивал, об отце, которому важно только выгодно отдать меня замуж. И о метке истинности.

Официантка приносит мне чай, а для Алекс кофе, и я замолкаю. Дрожу и смотрю в окно, за которым уже глубокая ночь.

— Пей чай. Через десять минут выезжаем, — говорит мне Алекс и встаёт со стола, расправившись со своим кофе.

— А куда?..

— К моим родителям.

Девушка уходит в сторону уборной. Хватаюсь онемевшими пальцами за кружку и делаю несколько глотков, обдумываю её слова.

Я всё ещё не знаю, что мне делать дальше. Или ждать, пока Крэйвен меня найдёт или отец. Скорее всего, он уже знает, что я не вернулась в академию после встречи с Торвсом, не проходила через главные ворота и охрана меня не отметила. Сам Леннарт, скорее всего, вряд ли бы сообщил, что оставил меня на обочине. А мой телефон, возможно, валяется где-то в лесу. Я не помню, в какой момент потеряла его вместе с сумкой.

Отец меня ищет. А если он решит, что я сбежала намеренно, а он именно так и думает, то может что-то сделать с Марком! О нет, мой брат…

И Лина, которая ударила Роя по голове… Если Рой доложит об этом инциденте в полицию, то её посадят. Я лишь надеюсь, что Крэйвен не настолько жесток, чтобы посадить в тюрьму свою двоюродную сестру.

Хватаюсь за голову и судорожно выдыхаю.

Господи, какую же я кашу заварила? Столько людей может из-за меня пострадать!

— Опа-а-а, — слышу я чей-то мужской голос рядом с нашим столиком. Поднимаю глаза. Передо мной какие-то два молодых парня, кажется, старше меня на пару лет. — Какая красивая и такая грустная.

Оба брюнеты, одетые в брендовую одежду. У одного в руке ключи от дорогой спортивной машины.

— Ещё и молчаливая, — улыбается другой парень. — Наверное, ещё и не знакомится.

— Оу, кажется, я её помню, — немного нагибается ко мне другой парень. — Это же первокурсница из нашей академии. Волосы красивые.

— Точно. И глаза.

Молчу и смотрю перед собой. Не хочу ни с кем разговаривать.

— Тебя кто-то обидел? — докапывается один из них. — Тебе нужна помощь?

Я уже отвернулась к окну. Не хочу и из-за этих мажоров нервничать сейчас. Но если они продолжат делать это, то мне придётся встать и надавать им как следует.

— Крошка. Мы могли бы хорошо провести время и развеселить тебя.

Чувствую, как один из них дотронулся до моего плеча. Сжимаю зубы от злости и уже собираюсь швырнуть ему в морду пустую кружку из-под чая, но меня опережает Алекс. Она резко хватает чувака за кисть и оскаливается в улыбке.

— Крошка останется у тебя в штанах, если ты не перестанешь распускать свои грабли, — кажется, Алекс сильно сжала его руку.

Хоть она и девушка, но сила в её хрупких ладонях была, но всё же эти парни, сильнее. Мажор ухмыльнулся, а другой встал позади неё.

— Какие глазки, — он наклонился к ней. — Хищница с первого курса.

— Уверен, она очень дикая кошечка в постели.

Прикрываю глаза. Придурки просто походу не понимают, с кем связываются.

Алекс откинула его руку. Меня ошпарило её бешеной энергетикой, и я сразу же подскочила с места, вставая рядом с ней. Рыжеволосая девушка оскалилась, обнажая клыки. Её тоже было легко вывести из себя. Неужели, эти идиоты, не отступят? Если так, то Алекс взбесится и кого-то точно ударит.

— Молодые люди. Нам с вами не по пути. Вы же не станете докучать нам, навлекая на себя проблемы? — спокойно произношу, сама едва сдерживая злость в голосе.

Оба ухмыляются. До меня доносится запах алкоголя. Вздыхаю. Пьяным людям труднее себя контролировать, и поэтому они иногда творят ужасные вещи.

Атмосфера в кафе накаляется и только появившийся в дверях высокий блондин с голубыми глазами спасает обстановку.

— Парни, вы чего тут?

Он остановился позади своих друзей, перевёл взгляд сначала на меня, потом на Алекс.

— Хотели пригласить девушек развлечься с нами, но они упираются, — говорит один из этих придурков.

Блондин закатывает глаза, хватает своих друзей и выталкивает за дверь. До нас доносится отборный мат, а затем он возвращается, виновато улыбается, почёсывая затылок.

— Простите их. Немного перепили, — он неотрывно смотрит на Алекс, голубые глаза блестят и, кажется, я даже замечаю в них восхищение.

Ещё одно мужское сердечко ёкнуло от обаяния Алекс.

— Ничего... — отвечаю я, потому что девушка молчит.

— Меня зовут Алан, — не унимается парень, не сводя взгляд с рыжеволосой хищницы. Он протягивает ей руку.

Алекс лениво переводит свои зелёные глаза на мужскую ладонь и морщится. И даже фыркает как-то пренебрежительно. Мне кажется, или щёки блондина в этот момент покрылись едва заметным румянцем?..

Сердечко мужское как ёкнуло, так и разбилось вдребезги.

— Я жду у байка, — говорит мне Алекс и, обойдя поникшего парня, покидает кафе.

Мне становится неловко. И я, улыбнувшись, желаю ему всего доброго. Ухожу вслед за рыжеволосой хищницей, которая уже закурила сигарету, стоя рядом со своим мотоциклом.

— Мне, наверное, лучше поехать домой к отцу, — говорю я. Ситуация в кафе меня немного отрезвила. — Спасибо тебе за помощь.

Она скашивает на меня яркие зелёные глаза.

— Переночуешь и поедешь, — говорит мне, кидая окурок в урну, попав в неё с трёх метров.

— Но… мне неудобно. Ты и так…

— Надевай, — перебивает меня, протягивая мне шлем.

Вздыхаю. Наверное, Алекс права. Мне нужно поспать, а завтра на свежую голову уже решить, что делать дальше.

Из кафе выходит блондин и долго смотрит на нас со сдвинутыми бровями, пока мы выезжаем с парковки.

Интересно, скольких парней так отшила Алекс? Ох, если к ней так каждый день клеятся… Мне жаль её.

Часть 30

Ещё час пути и мы добираемся до маленького посёлка с частным сектором. Проезжаем несколько улиц и останавливаемся рядом с небольшим одноэтажным домом. За кованым забором начинает громко лаять собака, когда Алекс идёт к нему и открывает ворота.

— Лексус, место! — грозно говорит она огромному чёрному псу и он, повиляв хвостом, садится возле своей будки, подозрительно наблюдая за каждым моим шагом.

Мы проходим к дому по бетонной узкой тропинке, на веранде которого включился свет. Дверь открылась и к нам вышла пожилая женщина, прикрывая плечи шерстяным платком. Она прищурилась, а после расплылась в улыбке, потянувшись руками к Алекс.

— Внучка! — она крепко обняла девушку, целуя её в щёку. — Что-то случилось? Ты чего среди ночи?

— Всё нормально, — сказала Алекс и даже улыбнулась?

Мне не показалось?

— Я с подругой, — кивает она в мою сторону и женщина сразу переводит на меня глаза. Мило улыбается.

Назвала меня подругой…

— Ну, идёмте в дом скорее. Голодные? — она потопала через веранду к другой двери.

— Ты заходи, я байк в гараж загоню.

Киваю девушке и иду в дом. Бабушка протягивает мне тапочки и предлагает чай, но я отказываюсь. Когда Алекс возвращается, меня селят в просторной гостиной на диван, где я, свернувшись калачиком, сразу засыпаю. Во сне вижу ужасные и бредовые сны, от которых просыпаюсь в поту на рассвете. Лежу, смотрю в белый потолок.

Кажется, я погорячилась, когда решила сбежать. Лучше бы мне вернуться домой и всё рассказать отцу. Я представляю, как он отреагирует, но всё же он мой родной отец.

Провалявшись ещё около часа, слышу, как входная дверь открылась, и бабушка Алекс поприветствовала кого-то. По голосу это была женщина.

Встала с кровати и вышла из гостиной, сталкиваясь в коридоре с красивой женщиной средних лет и бабушкой Алекс. Оказалось, что это её мама. Её зовут Мерседес, и она работает в лечебнице врачом. Вернулась с ночной смены. Они пригласили меня к столу, напоили чаем и расспрашивали, откуда я и чем занимаюсь. Я смогла лишь ответить, что учусь в академии. И ещё они задавали вопросы об Алекс. Есть ли у неё ещё друзья, помимо меня и как она вообще адаптировалась там. По их разговорам я поняла, что у девушки были проблемы в школе с одноклассниками. Характер у Алекс не сахар с нотками жестокости.

Приняла ванную и переоделась в прихваченную с собой юбку и тонкую кофточку. Чёрная огромная толстовка пахла Роем, и я притянула её ближе, чтобы вдохнуть глубже этот аромат…

Я реально сошла с ума.

В памяти постоянно всплывает прошедший вечер… Боюсь себе признаться в том, что этот парень всё же сумел подчинить меня себе. Даже сейчас, вдыхая запах Роя, я неосознанного хотела, чтобы вместо толстовки в моих руках, был сам Крэйвен, к которому я могла бы прижаться…

Отдёрнула себя, кинув её в сумку.

Я должна выкинуть этого парня из головы!

Но его метка на моём бедре принимает всё больше чётких очертаний. Интересно, а моя?..

Ближе к обеду, проснулась и сама Алекс. Она плюхнулась рядом со мной на диван в гостиной.

— Устроили тебе допрос? — интересуется она, зевая в ладонь.

— Угу. Но я им ничего про тебя плохого не говорила, — улыбаюсь. — Они просто переживают. И ещё сказали, что ты никогда их ни с кем не знакомила… Ну…

Алекс скашивает на меня взгляд.

— Есть такое. У меня нет друзей.

— Почему ты мне тогда помогла?.. — поджимаю под себя ноги.

— Ты мне нравишься. Да и выглядела ты как уличная драная кошка, которая нуждается в помощи.

Покраснела от её слов.

Боже, неужели у меня был именно такой видок? Драная кошка… Лучше и не придумаешь.

На полке возле дивана заметила фотографию, где маленькая Алекс сидит на руках рыжеволосого высокого мужчины и обнимает его за плечи. Девочка выглядит очень счастливой.

— Твой папа? — спрашиваю, рассматривая фотографию.

— Ага. Кинул нас, когда мне было год. Укатил с другой бабой в другую страну, фотографировать жирафов, — усмехается она.

Она очень похожа на своего папу. Ведь мама и бабушка Алекс низкого роста, темноволосые и глаза у них карие, кожа немного смуглая, карамельного оттенка, а у девушки она бледная, будто фарфоровая. И глаза. Ох, в их зелени можно утонуть.

— Он у тебя фотограф?..

— Не, баба его фотограф вроде была. Но и её он тоже кинул, когда она родила от него ребёнка.

— Получается, у тебя есть ещё брат или сестра? И тоже с ДНК хищника?..

— Выходит, что так. Насчёт ДНК — не уверена. Во мне она пробудилась, когда мне было десять лет. Я тогда однокласснику нос сломала и бровь рассекла, — смеётся она, а я таращусь на девушку слегка опасливо. — А самое интересное, что батя, когда узнал об этом, тут же объявился, потребовав какие-то права на меня.

Да, редкость, когда ДНК проявляется уже после рождения. Обычно дети рождаются уже такими, и им с рождения государство даёт большие привилегии. Родить такого ребёнка, означает открыть для себя многие двери.

— Печально…

— Ну, и что ты решила? — она смотрит на меня яркими зелёными глазами.

— Поеду домой.

— Тебя подкинуть?

Мотаю головой. Не стоит втягивать во всё это других людей. Я и так уже наворотила дел. И разгребать всё это, я даже не знаю как.

Я могла бы остаться с Роем тогда и пустить всё на самотек, но я его совсем не знаю! Каким бы он нежным не был вчера со мной, но я всё ещё помню его поступки в отношении меня. Поэтому, мне кажется, что я должна ехать домой к родному отцу.

Каким бы ужасным человеком он ни был, всё же он мой папа.

Попрощавшись с Алекс и её родными, на такси я доехала до ближайшего города, водитель остановился на вокзале. Я уточнила у таксиста, не сможет ли он довезти меня до дома, но он отказался.

Никогда ещё мне не приходилось справляться с такими трудностями самой. Обычно ведь меня всегда забирал и привозил личный водитель. А сейчас странное чувство рождалось во мне, когда я стояла на полупустом железнодорожном вокзале.

Я могла бы позвонить отцу, но на номере стоит переадресация на помощника секретаря, который, обычно такие звонки блокирует.

Купив билет и сев на свободную скамейку напротив пожилого мужчины, я погрузилась вновь в свои тревоги и чувства. Всё ещё не знаю, как правильно мне поступить в такой ситуации.

Верное ли моё решение вернуться домой? Или стоило уехать в какую-нибудь глубинку и попытаться спрятаться?

Рой и отец меня бы всё равно нашли рано или поздно. А если попробовать уехать в другую страну к матери?.. О нет, отец в первую очередь искал бы меня именно у неё и неизвестно, что бы сделал с семьёй мамы, обнаружив меня у них. Родители моей матери не настолько влиятельны. У них небольшой фермерский бизнес, насколько я знаю.

Мама… Я бы очень хотела жить с ней.

Электропоезд прибудет через пятнадцать минут поэтому купив в автомате чай, я вышла на перрон. Сегодня было немного пасмурно, и кажется, намечался дождь, поэтому я всё же накинула на плечиего толстовку. Запах Роя будто окутывал меня и успокаивал. Мне даже показалось, что аромат усилился от порыва ветра.

И кожу на спине жгло всё сильнее, будто на неё высыпали раскалённые угли. По телу пробежался нервный холодок, а когда я обернулась, проверить свою догадку, то сердце упало в пятки, встречаясь с мрачными пожелтевшими глазами Роя Крэйвена, нависающего надо мной.

Чёрт…

Часть 31

Как он меня нашёл?..

Рой сделал ко мне всего небольшой шаг, и таким образом перекрыл все пути к отступлению. Мощная жгучая энергетика накрыла меня и придавила к земле. Тело оцепенело, замирая, при виде его враждебной ухмылки со звериным оскалом. Жёлтые глаза впились в меня острыми кинжалами, проникая в самые потаённые уголки моей души. Он наклонил голову, грозно прорычав:

— Мира.

Я вздрогнула, делая шаг назад. Массивная рука легла на мой локоть, сжимая, причиняя боль.

— Я уже говорил тебе, что ты не сбежишь от меня? — он наклонил голову.

— Ты… — слова застряли в горле. — Ты не имеешь права…

Рой резко выхватил сумку из моих рук и потянул за собой. Упираясь ногами, начинала вырываться.

— Рой! — но он слушал, продолжая вести меня через весь вокзал, а после направляясь к парковке. Открыл заднюю дверь, не отпуская моей руки, кинул мою сумку на сиденье. — Отпусти! — попыталась освободиться.

И парню это явно не понравилось. Он грубо вдавил меня в дверь и навис надо мной.

— Какого чёрта ты сбежала, Мира? — его челюсти ходили ходуном. Массивная ладонь легла мне на шею, легонько сдавливая. Замерла, боясь дышать.

Снова будет меня душить?

Меня обдало жаром его тела, который я чувствовала даже через всю одежду. Он наклонился к моему лицу:

— Отвечай мне, — прозвучало угрожающе и как приказ.

Что я могла ответить?.. Я вытаращила на него испуганные глаза и хлопала ресницами, надеясь только на то, что он меня не задушит.

Господи, да он точно такой же, как мой отец! Жестокий и ужасный человек…

А я продолжаю от его прикосновений растекаться лужицей. Какой кошмар, Мира!

Не дождавшись моего ответа, Рой наклонился и укусил меня за нижнюю губу, провёл горячим языком. Искры тока пронеслись по всему моему телу, и ноги задрожали.

Вот-вот и я упаду!

О боже, вот как я предательски реагирую на этого психопата…

Рой отпустил мою губу и опустился лицом в шею, громко вдохнул запах, замирая на долгие секунды. А затем отпрянул от меня, открыл пассажирскую дверь и втолкнул меня в салон автомобиля. Пока он его обходил, я попыталась открыть дверь, но она была заблокирована.

Сердце гулко колотилось в груди.

Когда Рой сел рядом, я сжалась на своём сиденье, боясь смотреть на него. Воздух в машине трескался от напряжения и с каждой минутой становился всё тяжелее и тягучее. Мы отъехали от вокзала и выехали из города. Я даже не знала, куда мы едем. Вокруг был сплошной лес. Моросил мелкий дождь.

Я всё же взяла себя в руки и задала вопрос:

— Куда ты меня везёшь?

Он молчал, сжимая руль сбитыми костяшками.

Неужели, везёт меня назад в академию? Или… ещё хуже в своё родовое поместье?

И вообще, как он меня так быстро нашёл? Хотя, для такого человека, как Крэйвен — нет ничего невозможного.

— Рой?..

Атмосфера в машине накалялась. Я затаила дыхание, когда он резко затормозил на обочине безлюдной местности. Дождь тарабанил в стёкла, а небо разрывалось от раскатов грома.

По телу прошёлся липкий озноб.

Он повернул ко мне медленно голову, и я вжалась в сиденье ещё сильнее. Парень был явно не в себе сейчас. В его глазах я не заметила ни одной положительной эмоции, только гнев и ненависть. Прямо как в самом начале нашего знакомства.

Злится, что я посмела сбежать от него? Я ведь не добыча, а человек…

Рой протянул ко мне руку, и я вздрогнула, вжимаясь в дверь. Парень замер на мгновение, перевёл взгляд на мои сцепленные побелевшие пальцы. Громко задышал, будто пытаясь успокоиться. Запустил руку в свои волосы и, издав утробный рык, вцепился руль. Казалось, что вот-вот и он вырвет его.

Через долгие секунды, перевёл на меня тёмные глаза, вот только легче мне от этого не стало, наоборот, что-то на глубине их таилось зловещее.

Рой потянулся ко мне вновь, но медленно и осторожно, будто боясь спугнуть, рукой дотрагиваясь до заплетённых волос, снимая с них резинку, и распуская локоны. Он наблюдал за своими собственными действиями как заворожённый, а после посмотрел мне в глаза и я глубоко вдохнула.

Мы молча смотрели друг на друга и этого мгновения было достаточно, чтобы воздух из тяжёлого и тягучего, превратился в самый настоящий яд, растекающейся под кожей и творя неизбежное.

Раздался более сильный раскат грома и вспышка молнии осветила салон, отражаясь в глазах парня безумием.

Рой положил ладонь на мой затылок, рывком притягивая к себе. Врываясь в мой рот так, будто давно мечтал об этом, неистово и жёстко. Второй ладонью коснулся моего колена, сильно сжал. Затем перехватил меня за бёдра, усаживая сверху себя на колени. Сильнее стиснул талию, прижимая так, что между нами не оставалось расстояния.

Я попыталась вырваться, но он лишь сильнее прижал, врываясь в рот горячим языком, пленяя меня. Громко выдохнув, я прогнулась в спине, когда его губы опустились мне на шею и коснулись раскалённой кожи.

О боже… Я медленно умирала рядом с ним. Моё тело горело и плавилось под его ладонями и губами, заставляя глотать ртом воздух.

Разве можно испытывать что-то подобное рядом с ним?.. От одного лишь прикосновения… Даже после всех этих вспышек гнева, которые меня пугали.

Рой прикусил кожу на моей ключице, а затем просто сорвал с меня кофточку, едва не разорвав тонкую ткань, обнажив изнывающую грудь. Зубами зацепился за сосок, кусая его и облизывая языком. Заставляя меня прогибаться ещё больше, и теснее прижиматься к нему бёдрами. Он рывком подтянул меня за талию ближе, заставляя мучительно застонать, когда я почувствовала сквозь ткань его вздыбленное желание.

Задрал мою юбку и просунул руку между нами, проводя по моему уже мокрому нижнему белью. Отодвинул ткань трусиков, скользнув между влажных складок горячими пальцами, изводя меня жаркими движениями. Ещё один громкий стон сорвался с моих губ, когда он до боли прикусил мой сосок. Но боль была такой сладостной и умопомрачительной, что я задрожала.

Рой приподнял мои бёдра. Послышался звук расстёгивающего ремня и ширинки, а в следующее мгновение он насадил меня на себя до основания. Я громко вскрикнула от резкой боли, попыталась встать с него, но он, удерживая за бёдра, вновь резко вошёл в меня, а после ещё раз, покрывая поцелуями и поглощая мои вырывающие стоны.

Боль быстро ушла, уступая место дикой и всепоглощающей страсти. В этот раз Рой не был нежен, его действия были грубыми, но не менее жаркими. Я сгорала, принимая каждое его движение в себе. И мне было до ужаса хорошо. Царапала его шею, двигаясь в такт его резким толчкам, громко стонала и кажется, говорила его имя.

И снова поддалась этому животному порыву.

Снова пошла наперекор своим принципам, позабыв обо всём на свете.

Часть 32

Уткнувшись в шею Роя, я дрожала всем телом, громко хватая воздух ртом. Его ладони сжимали мою талию, а губы продолжали целовать ключицу и шею. Мне было ужасно жарко и, накатывала усталость. Рой помог мне слезть с него, наблюдая, как я пытаюсь привести себя в порядок. Он не сводил с меня своих мрачных глаз, будто впитывая каждое моё движение. Затем завёл автомобиль, и мы поехали дальше.

Натянув кофточку, я уставилась в окно, откинувшись на кресло.

Дождь утихал, погода понемногу прояснялась. Вот только с моими мыслями и чувствами всё обстояло иначе. Кажется, я загнала себя в ловушку.

Мне не сбежать от Роя. Удивительно, что меня раньше нашёл не отец, а он!

Обхватив себя руками, я прикрывала веки и, пытаясь, придумать хоть одну дельную мысль, задремала. Проснулась только, когда горячие пальцы дотронулись до моего лица, поправляя упавшую прядь на лицо.

Вздрогнула, сфокусировав взгляд на парне перед собой. Дверь с моей стороны была открыта, и Рой сидел передо мной на корточках. Рассматривал меня так, будто я являюсь чем-то ценным с безумным одержимым взглядом.

Сглотнула, оглядывая местность за его спиной.

Кажется, мы приехали в какой-то город. Уже темнело, улица с многоэтажными домами была освещена множеством фонарей, а мы находились перед большим люксовым отелем. Я перевела растерянный взгляд на Роя, который не сводил с меня глаз, продолжая разглядывать меня как маньяк.

Он красивый.

Поёжилась от своих мыслей.

— Где мы? — тихо спросила я, и кажется, разбудила из некого коматоза Роя.

Его взгляд вновь стал нормальным, но он продолжал молчать. Провёл рукой по своим волосам, поднимаясь с корточек. Протянул мне руку, и я вложила в неё свою ладонь. Даже прикосновение наших рук заставляло моё дурацкое сердце метаться одновременно от страха к трепету.

Точно сошла с ума!

Рой повёл меня к отелю, не выпуская мою ладонь. Прошёл мимо ресепшен. Перед лифтом к нам подошёл мужчина в черном костюме и протянул Рою ключ-карту, кивнул и удалился, ничего не произнеся.

Рой заранее снял номер?..

В лифте стены давили на меня со всех сторон, хотя он был довольно просторным. Я мельком прошлась по своему отражению в зеркале: длинные белые волосы, спутанные, щёки и губы алого цвета, голубые глаза блестят.

Мы встретились взглядом с Роем в отражении. Вновь проскользнуло и неожиданно вспыхнуло напряжение. Я даже заметила, как парень приоткрыл губы и громко выдохнул. В глазах заплясали жёлтые искорки. Он развернул меня к себе и жадно поцеловал, обвивая руками мою талию и притягивая ближе.

Это самое настоящее безумие!

Потому что я встала на цыпочки, чтобы дотянуться до шеи Крэйвена. Я хотела запустить пальцы в его волнистые волосы, ощутить пальцами тепло его кожи. Задыхаясь, прижалась грудью к нему, едва стоя на ногах и отвечая на поцелуй.

Когда двери лифта распахнулись, я отпрянула от него и отвернулась, испытывая жгучий стыд, а ещё всепоглощающее желание.

Снова!

Рой вновь взял меня за руку и повёл к номеру. Открыл ключ-картой и, пропустив меня вперёд, закрыл дверь. Я остановилась чуть дальше в прихожей у небольшого стола и замерла, потому что горячее дыхание Роя опалило шею, а губы впились в тонкую чувствительную кожу, кусая и одновременно целуя. Он поддел пальцами края моей кофточки и стянул её с меня. По телу прошёлся озноб, рассыпаясь предательскими мурашками. Между ног стало нестерпимо жарко и снова мокро.

Нет…

Тяжёлые горячие ладони легли мне на плечи, мягко сжимая их, а затем толкнули к столу. Рой прижался ко мне со спины. Дыхание перехватило, когда он нагнул меня к нему, надавливая между лопаток. Попыталась вывернуться, но он не позволил, удерживая за бёдра. Рывком задрал юбку и сорвал с меня трусики.

— Рой!.. — всхлипнула я.

Парень провёл пальцами у меня между ног, а в следующее мгновение, он вошёл в меня сзади. Размашисто и грубо. Я вскрикнула, принимая его. Но мне не было больно а, наоборот, до ужаса приятно. Движения были быстрыми, сопровождаемые пошлыми шлепками. Ощущения острыми настолько, что я проглатывала в себе громкие стоны, кусая губы и цепляясь за края стола.

Ладонь Роя блуждала по моей голой спине, добавляя ощущений, заставляя извиваться и стонать. Моё тело накалялось до предела, дыхание уже давно сбилось. А когда он намотал мои волосы себе на кулак и оттянул их немного назад, я задрожала.

И почему я позволяю ему всё это?..

Почему?..

Сильнее цепляясь за края стола до побелевших пальцев, я прогнулась сильнее в спине. Молния прошибла мой позвоночник, и даже голова закружилась от невероятных ощущений. Упала лицом в стол, громко вдыхая воздух. Рой зарычал, а после уткнулся мне в шею, накрывая мою спину собой. Коснулся чувствительной кожи, покрыл спину поцелуями. Громко вдохнул запах моих волос.

Я настолько была без сил, что не могла двигаться. Рой подхватил меня на руки и понёс в ванную комнату, усадил на бортик. Прикрыла оголённую грудь и смущённо отвела глаза. Парень включил воду и долго смотрел на меня, немного наклонив голову. Нежно поцеловал меня в губы, а затем оставил одну в ванной комнате.

Сидела, не двигаясь, лишь наблюдая за тем, как медленно набирается вода в ванне. И думала о том, как резко изменилась моя жизнь.

Часть 33

В ванной комнате я провела не меньше получаса. Тёплая вода успокаивала, и я могла немного подумать о том, что делать и как вести себя дальше с Роем. Парень был явно не в себе, и временами его настроение нехило так скакало. Я не могу доверять ему. Единственный человек, которому я могу довериться — мой брат Марк. Но он мне ничем не может помочь, ведь сам находится в закрытой военной академии.

А мой отец… Ох, чёрт, вот же я наворотила конкретно! Как выбираться из всего этого? Или пустить всё на самотёк? Просто оставить свои заботы на других, и пусть они уже решают мою судьбу?

Вытерев тело большим полотенцем, я посмотрела на своё отражение в большое зеркало.

Как бы я хотела никогда не встречать Роя Крэйвена. Тогда я бы училась в университете, в который смогла поступить своими силами, а Марк доучился бы в своём вузе. После окончания учёбы, я вышла бы замуж за Торвса и нарожала ему детей. Возможно, он был бы неплохим мужем мне.

Теперь, кажется, можно уже не считать Леннарта своим женихом. Даже если отец настоит на замужестве с ним, после того, как я сбегу. Да-да, именно сбегу от Роя — я не собираюсь оставлять свою жизнь в лапах этого ненормального! Отцу я сразу отвечу отказом. Я не смогу выйти замуж за человека, который бросил меня посреди дороги с ненормальным психопатом.

Интересно, когда он садился в машину и отъезжал, думал, что Крэйвен любезно подбросит меня до академии? Или надеялся, что я сама как-то до неё доберусь?

И вообще, что такого сказал ему Рой, и смазливое лицо Торвса перекосило?..

Боже, столько вопросов, и так мало информации.

Глубоко вдохнув, завернулась в махровый белый халат. Моя одежда больше непригодна к носке, после того, что с ней сделал Рой. В первый раз он был на удивление нежен, а сегодня, будто с цепи сорвался. Между ног печёт и немного припухло.

Выходить из ванной не хотелось, и встретиться с Крэйвеном, но выпрямившись, я всё же вышла. Мужественно задрала подбородок, сжимая нервно ремешок халата.

Я должна вывести этого психопата на откровенный разговор и узнать о его дальнейших планах на меня!

Но весь мой пыл едва не выветрился, когда я увидела Роя с оголённым торсом. Рельефные мышцы на его теле завораживали. Я не была фанатом мужских тел, но как художник, могу с уверенностью сказать, что его было совершенным. Этот монстр создан, чтобы его рисовали с разных ракурсов. Вчера я была слишком взволнована, чтобы в полной мере рассмотреть его тело.

Знаю, что у каждого обладателя ДНК хищника атлетические подтянутые тела, они не страдают ожирением и другими человеческими несовершенствами. Да что говорить! Даже своего отца я однажды видела без рубашки, когда мне стало плохо ночью лет в десять, и я пришла к родителям в спальню.

Парень не смотрел на меня, но я знала, что он давно заметил моё присутствие. Его влажные волосы вились, и чёрные завитушки красиво свисали на лоб. На нём были надеты только чёрные джинсы. Он поставил на накрытый стол разными блюдами два бокала. И только потом посмотрел на меня тёмными глазами.

И где он успел помыться? Возможно, здесь есть ещё одна душевая или ванная комната.

Кровь прилила к щекам от обнажённого парня. Мысленно дала себя подзатыльник. Я что сейчас смущаюсь из-за этого ненормального хищника, который запугивал меня, душил, а потом украл мою невинность?..

И хватит глазеть как дура на него.

Рой наклонил голову, медленно скользя по мне пристальным и ленивым взглядом. Потопталась на месте, отвела взгляд.

— Мира, — имя моё из его уст будто звучало как-то особенно.

Ещё один подзатыльник!

Хватит растекаться лужицей. Я ведь не такая! На меня никогда не действовали чары этих хищников! Тогда какого чёрта я тут млею от одного его голоса?..

Громко выдохнув, я подошла к столу под его пристальным взглядом. Остановилась рядом со стулом, который он любезно отодвинул для меня.

Боже. Сам Рой Крэйвен отодвинул для меня стул, прямо как настоящий джентльмен. Правда, до этого отымел меня как последнюю шлю… Ох.

Его пальцы легонько коснулись моих мокрых волос, и он громко вдохнул. Снова нюхает…

Рой обошёл стол и сел напротив меня. Открыл бутылку дорого вина и налил мне в бокал. Запах еды щекотал вкусовые рецепторы, но мне точно не полезет кусок в горло под его голодным взглядом на меня. Я сейчас себя представляла как запеченный ягнёнок на праздничном столе. Отставила подальше вино. Я не буду пить алкоголь в его компании.

Выпив воды, прочистила горло, наблюдая за тем, как медленно Рой разрезает стейк в своей тарелке ножом и как он держит столовые приборы. Чёрт возьми, даже руки у него красивые.

Я точно сошла с ума. Или это воздействие метки истинности?

Пожевала немного салат и откинулась на спинку стула. Есть не хотелось, ещё и рядом с ним. Во мне всё бушевало и негодовало от двоякого ощущения в груди. Одна моя часть ненавидела этого парня и боялась, а другая пожирала каждое его движение и любовалась его чертами.

Буквально за сутки наши отношения резко изменились. И как я позволила ему всё это?..

— Почему ты смотришь на меня так, будто хочешь вонзить мне в горло эту вилку? — его вопрос вернул меня в реальность, и я перевела взгляд на свою руку, в которой сжимала вилку.

Отложив её, я перевела на парня прямой взгляд.

— Какие у тебя планы в отношении меня? — задала вопрос.

Он откинулся на спинку стула и лениво провёл по мне глазами.

— Самые серьёзные.

— А конкретнее?

Он медленно поднялся. Машинально тоже резко подскочила. Стул со скрипом отодвинулся. Его спокойная и даже ленивая походка навевала панику. Рой остановился напротив меня на расстоянии вытянутой руки, сунув руки в карманы джинсов, и наклонил немного голову в бок:

— Для начала, собираюсь трахнуть тебя много раз и в разных позах, — он усмехнулся, замечая моё ошарашенное выражение на лице, — а после мы поедем с тобой ко мне домой. И там я ещё раз тебя трахну.

Кровь резко прилила к лицу. Воздух застрял в лёгких, а в теле вскипал гнев и негодование. Я замахнулась и отвесила Рою звонкую пощёчину. Его голова даже не дёрнулась от удара, зато моя ладонь ужасно горела.

— Ненормальный, — прошипела я, сжимая больную руку в кулак. — Ты… не имеешь права!

— Имею, — он резко схватил меня кисть и приподнял, рассматривая покрасневшую ладонь.

— Нет! — воскликнула я, но с места не сдвинулась, смотря на него волком. — Ты мне никто и не смеешь удерживать меня против моей воли! И делать со мной свои грязные…

Он не дал мне договорить, резко обхватил за талию и прижал к своему голому торсу. Рой наклонился, его рука зарылась в моих влажных волосах, и громко вдохнул несколько раз, прежде чем заглянуть мне в глаза и произнести:

— Я буду делать со своей невестой всё, что захочу. Ты моя, Мира.

Часть 34

Невестой?.. Мне ведь не послышалось?.. Рой назвал меня своей невестой?

Он продолжал обнимать меня за талию и удерживать мою руку в своей ладони.

— Что ты такое несешь? Совсем с катушек слетел? — упёрлась свободной рукой в его грудь, касаясь раскалённой кожи.

— Мне нравится твоя упёртость. Именно это меня в тебе и привлекло. А ещё твои волосы, — он зарылся вновь носом в мои локоны, делая жадный вдох. — И глаза, — перевёл на меня мрачный одержимый взгляд, от которого мне стало не по себе.

Он крепче прижал меня к груди. Попыталась отстраниться, но хватка на талии была железной. Рой мягко притянул мою руку к своему лицу и уткнулся в неё носом, глубоко вдыхая. Затем он начал нежно тереться щекой, и моё сердце замерло на мгновение. Я смотрела, как моя ладонь скользит по его лицу, ощущая тепло и нежность его кожи. Мои пальцы горели от этих прикосновений, словно коснулись раскалённого угля.

Затаила дыхание, не осознавая сейчас своих эмоций. Моё сердце, почему так бьётся? И вообще, почему он так делает постоянно? Трётся о мои руки, будто хочет, чтобы я его гладила и трогала… Хотя помнится, что ему не нравятся прикосновения к себе других людей!

— Подожди, — судорожно задышала, смахивая дымку перед глазами. — Леннарт Торвс мой жених.

Рой замер, ощутимее сжав мою талию, и медленно перевёл на меня глаза, в которых моментально вспыхнули жёлтые искры.

— Не произноси имя этого торчка. Никогда, — практически прорычал Рой. — Он больше не твой жених. Ублюдок прикасался к тебе?

Торчка?.. В смысле Леннарт — наркоман?..

— Нет, — мрачно произнесла, заметив перемену его настроения. — Не прикасался. Только на том приёме, когда мы танцевали. И что ты ему сказал вчера?

— Поставил мразь на своё место, — раздражённо ответил он, будто воспламеняясь с каждой секундой.

Я всего лишь хотела с ним поговорить нормально, а он снова злится. Сглотнула, замечая, как он напрягся всем телом и порывисто задышал. Окей, тема Торвса выводит его из себя, и чует моя задница, что лучше не провоцировать его дальше сейчас.

Та-а-ак…

— Рой, — я провела пальцами по его скуле, пытаясь отвлечь парня от накатившего на него гнева. Облизнула нижнюю губу под его пристальным взглядом. — Давай поговорим. Мы с тобой за всё наше знакомство ни разу не говорили нормально.

По сути, мы с ним вообще можно сказать обмолвились лишь парой едких фраз, а всё остальное время либо Рой меня душил и вёл себя как животное, либо целовал и зажимал.

— И о чём? — его глаза вновь стали тёмными.

— Обо всей этой ситуации! Во-первых, почему ты назвал меня своей невестой? — его ладонь огладила мою спину, а затем вернулась на талию. — Наши семьи никогда этого не позволят. В особенности мой отец.

— Думаешь, кто-то сможет меня остановить? — он усмехнулся. — Ни моя семья, ни твой отец ничего не смогли бы сделать, даже если бы мы с тобой не были истинной парой.

— Но… — потупила взгляд, пытаясь переварить его слова, — ты хочешь сказать, что…

Громко выдохнула, поджав губы. Чёрт.

— Понравилась ли ты мне с самого начала? — продолжил он мой вопрос, который застрял у меня в горле. Ухмыльнулся, показывая клыки. — О да, Мира. Я стал одержимым с нашей первой встречи. И повторюсь, если бы не метка истинности, ты бы в любом случае стала моей.

Замираю, таращась на этого ненормального. А сердце почему-то продолжает биться как бешеное в груди.

— Тогда какого чёрта ты душил меня? Я дважды едва не умерла. Это же даже не симпатия. Сам сказал — одержимость. Моё желание тебя, естественно, не волнует.

— Хотел избавиться от погрешности, которая неожиданно стала вгрызаться в мои мысли. С того момента, как ты ударила меня на том приёме — стала моей, — Рой отпустил мою руку и наклонился к моему лицу. — И да, мне плевать на твоё желание.

Ну да… Я это уже и так поняла.

Он сократил расстояние между нашими лицами с явным намерением поцеловать, но я отвернула голову и его губы коснулись моей щеки. Парень усмехнулся, положив руку на мой затылок и заставляя повернуться. Заглянул в мои глаза:

— Ты тоже ко мне неравнодушна.

Взял мою ладонь в свою руку и опустил на то место, где медленно пробуждалась метка на его теле.

— Это ещё ничего не значит, — проговорила я тихо, почувствовав искорки тока на своих пальцах.

— Уверена? — прошептал он мне в губы.

Уверена ли я? Я уже даже в себе не уверена, что тут говорить!

Рой нежно коснулся моих губ своими, цепляя зубами нижнюю и слегка прикусывая. Провёл языком по ней. И эта нежность с его стороны меня подкупила, я даже рот приоткрыла, чтобы он проскользнул дальше. Но стоило мне это сделать, как он набросился на мои губы так нетерпеливо, что зарычал и сильнее прижал меня к себе. Ладонь со спины опустилась ниже и сжала ягодицу.

Отстранилась от него и отвернулась, тяжело задышав и схватившись за спинку стула. Жар, исходивший от тела Роя — был невыносимым.

— Постой. Мы не договорили, — едва стояла на ногах от его напора. Рой громко вдохнул. — Лина… Она ударила тебя по голове… битой. Что с ней будет?..

— Ничего, — прошептал он в мою шею. Я повернула к нему голову, встречаясь с ним взглядом. — Думала, что я стану заявлять на собственную сестру?

Отвела взгляд, почувствовав стыд за свой вопрос. И ведь, правда, Лина его двоюродная сестра. И всё же от сердца отлегло, и я облегчённо выдохнула.

— Зачем ты хочешь отвезти меня к себе домой?.. — перехватила его наглую ладонь, которая нырнула под подол халата. — Да постой же ты! — сжала его рукой своей. — Хватит приставать…

Рой меня будто не слышал, продолжая скользить по оголённому бедру, пробираясь выше, и снова игнорирует мой вопрос! Дыхание перехватило, и я практически вновь забылась от его горячих ладоней.

Дёрнулась, удерживая его руку на внутренней стороне бедра.

— Рой, пожалуйста, — он поцеловал меня в шею, и я всхлипнула. — Я же не резиновая! Дай мне отдохнуть.

Громко выдохнула, чувствую, как воспаляюсь вместе с ним, но моё тело реально устало и между ног болит. Рой развернул меня к себе и тихо засмеялся, рассматривая мои пунцовые щёки. Провёл пальцами по ним.

Он впервые смеется рядом со мной. Если не считать нашего первого знакомства, когда он рассмеялся злобно мне в лицо, а после придушил. Вспомнив это — вырвалась из его рук и отошла на пару метров.

— Я хочу спать, — обхватила себя руками.

Разговор с ним давался тяжело, когда он в таком состоянии. Возможно завтра, когда он остынет, я смогу продолжить задавать ему вопросы. Хотя, есть ли такая вероятность, что этот похотливый монстр может остыть?..

И вообще, сколько можно разгуливать без одежды?

Отвернулась. Так, мне самой нужно успокоиться и уже лечь в постель. Кстати об этом…

Номер огромный с гостиной, в которой есть диван. Что ж, тут я и поселюсь.

Быстро прошла в уборную, схватив свою сумку с одеждой, порылась в ней, понимая, что мне нечего надеть! Ладно, буду спать в халате. Умылась холодной водой, пытаясь остудить свои горящие щёки.

Скорее всего, завтра он повезёт меня в своё поместье. И я не должна позволить этому случиться! Я не уверена, что смогу уйти, после того, как окажусь у него дома. Мне кажется, Рой, как и мой отец, способен заточить меня в комнате с решетками на окнах, чтобы я не сбежала, приходить ко мне каждую ночь и удовлетворять свои потребности.

Я не могу ему доверять.

Часть 35

Когда я вернулась из ванной комнаты, Рой разговаривал с кем-то по телефону. Я слышала его голос с балкона, и по всему видимому, парень был чем-то недоволен. Задержала на его широкой спине взгляд непозволительно долго, и вновь вспыхнув, резко отвернулась.

То, как я реагирую на него — мне совсем не нравится.

Нашла плед в спальне и запасную подушку. Улеглась на диване в позе эмбриона. Мне не хочется оказаться в доме этих ненормальных Крэйвенов. И я всё ещё планирую попробовать сбежать к отцу. Хоть он и деспот, но родной человек.

Балконная дверь тихо захлопнулась, и нечто мрачное нависло над моим истерзанным телом. Я упорно делала вид, что уже давно сплю крепким сном, надеясь, что этот ненормальный решит оставить меня в покое и не потревожит мой сон. Вот только, когда горячие руки неожиданно проскользнули под голову и ноги, я вскрикнула и открыла глаза, оказываясь прижатой к Рою. Он держал меня на руках, улыбался и рассматривал.

Ох, чёрт. Сердце пропустило пару ударов от его улыбки. Громко вдохнула.

— Отпусти. Я хочу спать.

— Собралась здесь спать? — кивает на диван.

— Да.

Он тихо засмеялся, прикрывая глаза, и чмокнул меня в нос. А после понёс в сторону спальни. Забрыкалась в его руках, тщетно стараясь освободиться.

— Постой! Что ты собрался делать?

Я боялась, что он снова начнёт ко мне приставать.

Рой остановился у подножия кровати и аккуратно уложил меня на постель.

— Зачем ты меня сюда принёс? Или хочешь поменяться местами. Будешь спать в гостиной?.. — наверное, именно моя наивность его развеселила в этот момент, потому что он снова посмеялся. Закрыл глаза рукой. — Что смешного я сказала?..

— Не жарко тебе спать в этом? Сними его, — говорит он, отсмеявшись, и кивает на халат, в который я завернулась как в кокон.

— Я… Нет, не жарко!

— Уверена? — наклонил голову. — Могу дать свою футболку.

Поджала губы. В халате будет жарковато, но в его футболке… Чёрт.

— Давай свою футболку, — отвела взгляд, кажется, снова покраснев.

Рой подошёл к креслу, на котором лежали какие-то вещи, я искоса наблюдала за ним, боясь прямого взгляда.

И почему я чувствую себя неловко?

Парень протянул мне белую хлопковую ткань. Аккуратно приняла, поглядывая на него и ожидая, что Рой сейчас выйдет из спальни, но он продолжал пялиться на меня, стоя с другой стороны от кровати.

— Можешь выйти? Я хочу переодеться, — нахмурилась, замечая на его губах усмешку.

— Вряд ли ты припрятала под одеждой то, чего я ещё не видел, — снова усмешка.

Он будто кидает мне вызов. И меня это ужасно бесит.

Сжимаю зубы и, смотря в глаза парня, натягиваю на себя футболку, оставив её в районе шеи, затем вытягиваю руки из рукавов халата и быстро ныряю ими в футболку. А после освобождаюсь от остатков махровой ткани, кидая на Роя яростный взгляд. Укрываюсь одеялом по самую шею и удобно ложусь на бок, спиной к парню.

Рой усмехается, а после я слышу звук расстёгивающегося ремня и ширинки. Инстинктивно поворачиваю голову, чтобы увидеть, что затеял этот ненормальный, и застаю его в одних боксерах. Мои глаза расширяются ещё больше от каждого его действия. Кровь приливает к щекам.

— Ты чего творишь? — матрас с другой стороны прогнулся под его тяжелым весом. — Мы не можем…

Мы не можем спать в одной постели, — хотела сказать я, но не успела.

Хотя, чего я удивляюсь? Мы с ним занимались сексом, удивительно было бы, если б он решил спать раздельно.

Рой накрыл нас одеялом и рывком притянул меня к себе за талию, впечатывая в свою грудь спиной. А после тихо произнёс мне на ухо:

— Спи, иначе я снова тебя трахну, — я склонна верить его этим угрозам, поэтому замерла с бешено колотящимся сердцем.

Боже, какой же грубиян.

Дыхание Роя щекотало мою шею, разнося по всему телу табун волнительных мурашек. А его тяжелая рука с мягкими поглаживаниями на животе, будоражила разум. Прикрыв глаза, попыталась успокоить своё дыхание, которое сбилось ещё, когда Рой поднял меня на руки. Попыталась немного отстраниться, но он снова притянул меня, пристроившись своим пахом к моей пятой точке. Этим дал понять, что если я ещё раз двинусь или захочу отползти, то Рой точно воплотит свою угрозу, потому что его достоинство было уже наготове.

Судорожно выдохнув, закусила губу. Всё же его близость влияет на меня больше, чем я могла бы представить. И я реагирую на его желание, упирающееся мне в пятую точку. На его пальцы, оглаживающие моё тело через тонкую ткань. И его горячее дыхание.

А ещё проклятая футболка пахла Роем!

И как спать с парнем в кровати? И он так нагло прижался! И Рой ужасно горячий, будто под его кожей течёт не кровь, а самая настоящая лава!

В итоге всё же засыпаю, даже сама не замечаю как. Под утро снится странный и волнительный сон. Рой нежно касается моего тела, зарывается носом в мои волосы и тяжело дышит. И мне жарко настолько, что хочется выбраться из его объятий. А затем он хватает меня за руку и тянет на непроглядное дно, где всё полыхает. Бросает меня в огонь, в котором я извиваюсь, но не от боли, а от волнительного наслаждения.

Издаю громкий стон и распахиваю глаза. За окном светает.

Рой задрал на мне футболку, и шарит по моему телу горячими ладонями. Одной рукой оглаживает грудь, а другой уже проникает под ткань трусиков. И прижимается к моей пятой точке с весомым нажимом.

— Рой… — говорю хрипло, едва не задыхаясь от того, что он творит у меня между ног своими пальцами.

Нащупываю его руку и хочу убрать, но он не позволяет, и я просто царапаю его кисть, не в силах сдержать ещё один стон.

— Постой…

А после он отодвигает тонкую ткань и входит в меня. Блаженная вспышка проходится по моему телу мощными потоками. Рассыпаюсь на мелкие части от охвативших жарких ощущений. Прогибаюсь в спине, инстинктивно подстраиваюсь под Роя, который обхватил мою шею своей ладонью и прижимает к себе, не давая отстраниться. Кусает кожу и целует, сильнее сдавливая горло.

— Чёрт, Мира, — шепчет он мне в ухо, — если бы знал, что во время секса душить тебя будет приятнее, то сразу бы так и делал.

Когда смысл его слов доходит до меня, я хочу отстраниться, но Рой не позволяет. Прижимает меня к себе плотнее, настойчивые пальцы оглаживают между ног, проводя по влажным складкам. А его движения становятся резче и глубже, поглощающие меня с такой силой, что я готова умолять, лишь бы Рой никогда не останавливался.

— Грёбаный садист… — шепчу я сквозь стоны, которые уже не могу сдержать. — Хватит…

И чувствую себя мазохистской — потому что мне это нравится. И его рука на шее не пугает, а наоборот, дарит странные и волнительные ощущения.

Рой гладит меня по волосам и тяжело дышит, всё ещё обнимая со спины, пока я прихожу в себя. Дёргаюсь, когда он пальцами дотрагивается моей шеи и ведёт ими от основания до груди, оглаживая кожу.

— Не нравится, когда я касаюсь тебя здесь? — спрашивает он томным тихим голосом, вновь дотрагиваясь до шеи.

Если скажу, что не нравится — солгу.

— Просто опасаюсь, что тебе сорвёт крышу. И ты меня окончательно задушишь, — фыркаю, отползая от него подальше.

Хочу подняться, но он тянет меня назад за локоть, вдавливает меня в матрас и нависает сверху.

— Я тебя пугаю, Мира? — в глазах его замечаю тень, которая осадком осела на дне радужки. Он фиксирует рукой меня за подбородок, большим пальцем оглаживая нижнюю губу. Молчу и хочу спрятаться от его прямого взгляда. — Если я убью тебя — то мне не жить самому. Поэтому, можешь больше не бояться.

— Ты меня пугаешь, но не потому, что можешь задушить или убить. А лишь потому, что не знаю, какие у тебя планы в отношении меня и что у тебя на уме. Ты неуравновешенный, наглый и беспринципный садист. Несмотря на то, что мы с тобой по жестокой иронии судьбы оказались, истинной парой — для меня ничего не меняет.

— Ничего не меняет? — усмехается, одаривая меня раздражённым взглядом. Жёлтые искры начинают вспыхивать, — Как жаль. А вот я — в восторге. Девушка, которая посмела ударить меня, коснуться и взбесить — теперь моя. И я могу делать с ней всё, что захочу.

Кажется, Рой разозлился… Опять я ляпнула, не подумав…

Ой, дура.

_______________________

Привет!

Как думаете, Мира дура? Или правильно говорит ему о своих переживаниях?

Кстати, у меня есть группа в вк, где я выкладываю интересные моменты и мысли. Найти её можно во вкладке "Обо мне"

Подписывайтесь!

Часть 36

После нашего утреннего пробуждения и моего разговора с ним, он будто изменился. Если вечером после ужина он стал более нежен ко мне и даже мил, то сейчас от него веяло мрачной энергетикой. Он следил за мной, сидя в кресле, пока я пила чай за столом. Вернее, пыталась пить под его пристальным и жутким взглядом. Похоже, этому парню легко испортить настроение.

А что я такого сказала? И на что он рассчитывал? Разложила по факту все его недостатки. И то, что меня тревожит.

— Зачем ты везешь меня к себе домой? — задаю ещё раз этот вопрос, скрещивая руки на груди, когда заканчиваю пить чай.

— Я уже озвучивал свои планы, — отвечает он, блуждая по мне тёмными глазами.

— То, что собираешься меня, кх-м… Заниматься со мной сексом? — краснея, произношу это слово.

— Трахать, — ухмыляется он как-то злобно.

Вспыхиваю ещё больше. Мне и так было жарко от горячего чая, то сейчас я просто начинаю гореть.

— Грубиян, — отвожу взгляд. — И ещё хочешь, чтобы я тебя не боялась. Я могу отказаться от этой поездки? Не очень хочется оказываться в твоём доме и чтобы меня там… имели.

Он поднимается и медленно шагает ко мне, останавливается и наклоняет голову. Его чёрные волосы падают ему на лоб, а в глазах мелькают искры.

— Не можешь, Мира. И это не предложение, — скалится.

Я чувствую, как он злится. Сжимает челюсти и смотрит на меня сверху вниз. Даже когда злится — красивый.

— О, я уже поняла, что ты любишь, когда всё, по-твоему. И мои желания тебя не волнуют. Раз ты вписал меня в свои невесты без моего согласия, то могу я хотя бы на правах невесты, попросить ответ на свой первый вопрос: на кой чёрт ты везёшь меня в своё логово, Крэйвен?

Он резко поднимает меня со стула и вдавливает в своё тело, сильно сжимая плечи своими огромными ручищами.

— Ты слишком много говоришь, Мира, — шепчет мне и наклоняется.

Меня настораживает, что он практически не отвечает на мои вопросы. И ведёт себя как тиран.

— Я буду говорить столько, сколько захочу. Привык, что все перед тобой пресмыкаются, чувствуешь себя королем. И думаешь, что тебе всё позволено, — шепчу ему в губы. — Но я не вещь, а человек. Вы все… — задыхаюсь от накативших эмоций, — только и делаете, что используете меня в своих целях! Отец как разменную монету, а ты…

Чувствую подступившую влагу на глазах и замолкаю. Толкаю его в грудь и хочу сейчас где-нибудь спрятаться от него, но он пресекает мои жалкие попытки. Отворачиваю лицо, по щекам уже потекли слёзы.

Рой рывком подхватывает меня под бёдра и сажает на стол. Вскрикиваю.

— Отпусти… Хватит! — его руки притягивают меня ближе за талию. А после он нежно пальцами касается моей щеки, стирая влажные дорожки.

— Не плачь, — говорит утробно, будто и не он вовсе, и таращится таким странным и слегка жутким взглядом пожелтевших глаз.

А после просто утыкается в шею и крепко обнимает. Не могу дышать от странной и волнительной нежности. От резкой перемены настроения Роя прихожу в себя и перестаю плакать. Только что он готов был меня прибить, а сейчас пытается успокоить?..

Его колышет от грубости к нежности. И если все его знают с жуткой хищной стороны, где Рой Крэйвен неуправляемый и вспыльчивый, то сейчас, мне кажется, что он пытается сдерживать себя при мне.

А может, мне кажется?

Гладит меня по спине ладонями и втягивает носом мой запах.

Утром в душе я посмотрела на метку Роя у меня на бедре и она, кажется, пробудилась. А вот моя метка на его животе, всё ещё в том же состоянии, что и тогда в лесу.

Осторожно кладу ладони ему на плечи. Сердце бешено колотится. Как сложно с ним всё-таки. Я жила всю жизнь с отцом, который всегда был нервным и злым, я никогда не видела его улыбки. Он даже с мамой разговаривал как с подчинённой. Тяжело жить с жестоким человеком, который всегда находится в отрицательных эмоциях. А Леннарт Торвс хороший актёр — поняла это по его глазам. Он может притворяться и улыбаться, но жёсткий, злобный взгляд выдаёт его.

А вот Рой… Я даже не знаю, чего от него ожидать. Он не играет и не сдерживается в своих эмоциях.

Парень целует меня в щёку, а затем смотрит на меня уже тёмными глазами. Нежно заводит прядь волос, упавшую мне на лицо за ухо. Касается моих губ своими, и с такой нежностью, что я снова теряюсь. Прикрываю глаза и отвечаю ему на поцелуй. В животе неожиданно начинают порхать бабочки, как бы банально это не звучало. И я тянусь к его волосам и с жадностью пропускаю их через пальцы.

Как бы я не пыталась отвергать свои чувства к нему — они уже есть, и мне от них не избавиться никогда. Просто удивительно, как я могла что-то почувствовать к тому, кто пытался меня убить и вёл себя как животное.

Всё ещё в голове не укладывается.

И сейчас, когда он целует меня нежно и медленно, без бешеных укусов и сжиманий моего тела, я тлею и думаю, что, возможно мне лучше остаться с Роем…

Мы отстраняемся друг от друга. Встречаемся взглядами.

— Давай не поедем к тебе домой… — шепчу ему в губы.

— Хорошо, не поедем, — говорит он, поднимаю на него взгляд, — сегодня.

Хмурюсь. Похоже, с этим парнем бесполезно спорить.

Пока Рой тискал меня на столе, в номер позвонили, а после курьер доставил какую-то одежду в чехлах. Оказалось, что Крэйвен позаботился и о моём внешнем виде. Выбираю из всего голубое лёгкое платье, и привожу себя в порядок.

Через полчаса мы покидаем номер и спускаемся. Рой держит меня за руку и каждый раз, когда какой-нибудь мужчина смотрит в мою сторону, парень сжимает мою руку сильнее. Он открывает передо мной двери как истинный джентльмен. Я могу лишь только кидать на него волнительные взгляды.

Нет, я знаю, что Рой Крэйвен обучен хорошим манерам, но знала бы я на том приёме или на стадионе, что он будет ухаживать за мной…

В фойе отеля к Рою подходит мужчина в чёрном костюме. Я решаю не мешать их разговору и осматриваюсь вокруг. Они беседуют пару минут, затем Рой подходит ко мне и говорит:

— Посиди пока тут, я сейчас вернусь, — кивает в сторону диванчиков. Сразу мелькает мысль о побеге, но Рой будто чувствует и предупреждает, — Не смей сбегать, Мира. Всё равно я тебя найду.

Затем говорит что-то охране отеля и уходит за мужчиной. Наверное, чтобы они проследили за мной. Не доверяет.

Сажусь на диванчик. Сбежать не выйдет однозначно. Два здоровяка у входа не дадут мне этого сделать. Откидываюсь на спинку, разглядывая полотно на стене. Красивое. Художник вырисовывал каждую деталь с огромным трепетом.

В отель входят трое амбалов, тоже в чёрных костюмах. И один из них начальник охраны моего отца — Хорос. Он сразу кидает на меня взгляд, пока другие двое говорят что-то охране отеля. Лысый мужчина подходит ко мне и произносит:

— Госпожа Мира, прошу, пройдите со мной. Ваш отец очень хочет, чтобы вы вернулись домой.

Что ж, ну вот. И не надо придумывать побег. Кошусь в сторону коридора, куда ушёл Рой. На душе как-то становится неспокойно. И мне уже не так сильно хочется оказаться дома у отца.

— Госпожа Мира, — в голосе Хороса чувствую настойчивость. Значит, отец распорядился, что если я не захочу, то меня приволокут силой.

Ладно, силой я не хочу.

Поднимаюсь и вместе с охраной покидаю отель. Мистер Хорос помогает мне сесть в машину, и мы трогаемся с места.

Нужно по дороге морально подготовиться к разговору с отцом.

Часть 37

Через два часа машина останавливается перед высокими коваными воротами нашего особняка. Перед дверьми меня встречает дворецкий и горничная. Приветствуют и говорят, что отец находится в своём кабинете. Время уже около полудня. Обычно он находится в фирме. Значит, ждал моего приезда. Ох…

Захожу в дом и поднимаюсь на второй этаж. Останавливаюсь перед дверью из красного дерева. Восстанавливаю дыхание и пульс. Ладони покрываются холодным потом. Даже не знаю, как мне объяснить отцу свой побег.

Стучусь и вхожу, останавливаюсь перед его столом в паре метров, ближе боюсь подходить. Он сидит в кресле и заполняет какие-то бумаги, на меня взгляд не поднимает. В кабинете витает напряжение. Я ощущаю всем телом, как сильно раздражён отец. Проходит не меньше минуты, прежде чем он поднимает на меня глаза. Лицо у него расслабленное с виду, но в радужках мелькает что-то тёмное.

— Как после свидания с Торвсом ты оказалась в отеле?

Интересно, отец знает, с кем именно я там была?..

Сглатываю, пытаясь унять дрожь в руках. Отец — единственный человек, которого я боюсь больше всего на свете.

— Прости, — отвечаю тихо. — Свидание пошло не по плану. Если ты связывался с Леннартом, то знаешь…

— Не связывался. Его отец мне сообщил, что Леннарт довёз тебя до академии, — говорит мне отец.

— Довёз до академии? — нервно усмехаюсь, на что папа прищуривается. — Кажется, Леннарт слегка солгал. Он меня не довёз, а бросил на обочине дороги.

Со зверем, — хотела добавить, но решила промолчать, пока что.

— И поэтому ты сбежала? — интересуется неэмоционально.

И как мне ответить ему? Я не специально? Испугалась последствий, после того, как лишилась девственности с Роем из семьи Крэйвен, которых ты так ненавидишь?

Почему я не могу сказать правду отцу? Да что со мной такое!

Прикусываю щёку.

И вообще, отец даже не поинтересовался, как так вышло, что он бросил меня. Его лишь интересует, почему я сбежала…

— Леннарт меня бросил на безлюдной дороге, папа. Оставил и уехал, — сжимаю злобно зубы. — Ты всё ещё хочешь, чтобы такой человек стал твоим зятем?

Он откидывается на спинку кресла и смотрит на меня таким взглядом, будто я капризная маленькая девчонка, которая несёт какую-то чепуху.

— Мира. У нас с семьёй Торвс выгодная сделка. Я договорился о долгосрочном контракте с его отцом, не с Леннартом. Главное связующее звено в этой сделке — ты. И мне плевать, что их отпрыск трусливый щенок.

— Я поняла. Тебе важна только сделка, а не я! — выплёвываю на эмоциях. — Ты просто отец года! Удивляюсь, как мама вообще с тобой смогла прожить столько лет! Я рада, что она сбежала от такого чудовища как ты!

Ручка в его руке разламывается пополам, но он продолжает сидеть и смотреть на меня голубыми глазами, которые сейчас горят так, что могут испепелить меня на месте.

— Тебе повезло, дочка, что я должен срочно ехать в фирму. И у меня нет времени выслушивать упрёки глупой девчонки. Но когда я вернусь, молись, чтобы я успел остыть. Мы продолжим наш разговор, Мира, — он кидает обломок ручки на стол. — Иди к себе.

И я срываюсь. Потому что находиться рядом с ним невыносимо. Меня будто окатили ледяной водой. Хотелось упасть на паркет и хватать воздух ртом. Слишком у отца энергетика была ужасающий в этот момент.

И что меня ждёт, когда он вернётся?..

Стоило немного держать язык за зубами…

Но ему реально важен только бизнес, а собственные дети лишь дополнительный инструмент для выгодной сделки. Хочет, чтобы я вышла за Леннарта, даже если он окажется наркоманом. Зато бизнес пойдёт в гору. А судьба дочери его не интересует. Не знаю даже, какое у отца будет лицо, когда он узнает, что я ни при каких условиях не смогу стать женой Торвса, потому что у меня есть истинная пара. А если ещё об этом узнает общественность, то планы его точно рухнут.

Да и Рой… По всему видимому, парень не из тех, кто бросается пустыми разговорами. И чувствую я, что скоро что-то произойдёт. Он явно не будет сидеть, сложа руки. Раз даже быстрее отца вычислил моё местонахождение.

Начинаю жалеть, что хотела поскорее сбежать от Роя. Он хотя бы проявлял ко мне немного нежности… И как бы я не отрицала, но эти сутки с парнем мне не были неприятны.

О боже, о чём я думаю.

Долго лежу в ванне, наслаждаясь тёплой водой. За два дня произошло слишком много экшена, и я уже скучаю по своей прошлой размеренной жизни.

Выхожу из ванной комнаты и иду в гардеробную, скидываю с себя халат и натягиваю нижнее белье, как раз в тот момент, когда в дверь стучат, и входит горничная.

— Госпожа Мира, ваша посылка прибыла, — говорит она мне из спальни.

— Хорошо, оставь на столе, — отвечаю ей, едва не запутавшись в брюках, вскрикиваю.

Слышу торопливые шаги и на пороге гардеробной вижу взволнованную женщину.

— У вас всё в порядке? — заглядывает аккуратно, задерживая взгляд на моей верхней части тела, на которую я не успела надеть футболку. — Вы ударились?

На талии синяки от лап злобного монстра и ещё несколько засосов на груди. Быстро натягиваю футболку.

— Нет, вернее, да. В академии, — отвечаю, как могу.

Сейчас она доложит всё отцу, и он спросит ещё с меня по этому поводу. Супер.

Я бы могла сейчас утроить истерику, типа, какого лешего она врывается без позволения. Но я так никогда не делала, и такое моё поведение вызвало бы ещё больше вопросов.

— Поняла. Мне вызвать врача? — интересуется горничная.

— Нет, не нужно. Можешь идти, — нервно улыбаюсь, очень надеясь, что она не заметила багровые отметины от губ моего истинного.

Мой истинный — Рой Крэйвен. Боже. Даже в голове не укладывается.

Интересно, что он сейчас делает?

Отреагировал на моё исчезновение явно негативно. Я уже представляю его раздувающиеся ноздри и жуткие жёлтые глаза. И почему-то меня это совсем не пугает. Я даже будто скучаю…

Нет, не могу я по нему скучать.

Кидаю взгляд на пустой белый холст. И чувствую неожиданный прилив вдохновения. Беру карандаш и начинаю вырисовать плавные линии, которые соединяются в красивые глаза с густыми ресницами. Его глаза.

Точно сошла с ума. Но уже не могу остановиться, пока не нарисую его лицо. Будто каждая деталь его лица отобразилась в моей памяти настолько, что на портрет Роя у меня уходит меньше часа. И ещё столько же смотрю на него с бешено колотящимся сердце и блаженным выражением на лице.

Ох, чувства к Рою явно у меня есть. Можно уже не отрицать, а скорее, принять их.

______________________

Следующая часть от Роя Крэйвена. Вы ждали?

А ещё у меня стартовала новинка"Закрываю глаза" про плохого мальчика)

https:// /shrt/rte1

Часть 38

Рой Крэйвен

Рассматриваю кабинет из красного дерева и стену, на которой висит огромный холст с отрезками разных тканей. Дизайнерская работа — похвальна. Мне даже зашло. Вот только обладатель этого кабинета меня бесит своей высокомерной рожей.

Мой старик усаживается на одно из кресел перед столом и медленно произносит:

— Марвин, мы к тебе по очень важному делу, — обращается он к отцу Миры.

Сажусь рядом на другое кресло.

Сходство их заметил ещё на том приёме, когда её неразумный братец решил распетушиться передо мной, думая, что влиятельность семьи защитит его. Высказался о моей матери, о которой я ничего не хочу слышать. И огрёб.

А Мира оказалась более беспечной девушкой. Повалила меня на землю и ударила. Глупая девчонка действовала на эмоциях, которые разожгли во мне что-то тёмное. Я никогда не причинял физический вред девушкам, но именно ей захотелось. Рука сама сомкнулась на её тонкой шее. Я получил огромное удовольствие, впитывая её страх и смотря на большие голубые глаза. Помешался на этом образе и сходил с ума. Пока она вновь не появилась перед глазами. Мой внутренний зверь был рад. И трепетал рядом с ней, требуя подчинить это хрупкое существо, которое из раза в раз пыталось мне противостоять.

Я никому не позволял себя трогать, а её прикосновения дарили странные эмоции. Моя одержимость с каждым днём нарастала, и иногда ноги сами несли меня к её коттеджу, чтобы посмотреть на неё и почувствовать запах, я тихо сходил с ума. И когда смотрел на её руки, которыми она пыталась от меня отбиваться, понял, что такими маленькими ладонями невозможно причинить мне вред. Они были настолько хрупкие и нежные, что я мог слегка сжать и переломать их. Но я не мог, потому что залип на её руках. Мне хотелось тереться о её ладони лицом, и чтобы она гладила меня по голове, зарывалась тонкими пальчиками в мои волосы.

Сходил с ума?..

Не то слово.

— И по какому такому делу ты врываешься в мою фирму с десятком охранников? — произносит отец Миры.

— Перейду сразу к делу. Мы пришли сюда за твоей младшей дочерью — Мирой Альден.

— И по какому праву, Роланд? — приподнимает седые брови мужчина, расслабленно откидываясь на спинку кресла. — Не помню, чтобы раньше мы с тобой что-то обговаривали.

— Мира наша невестка, — выдает мой отец, приподнимая уголки губ от выражения лица Марвина.

Отец Миры сжал челюсти, явно не ожидая такого ответа. Значит, Мира ему ничего не сказала.

— А ты ничего не попутал? У Миры есть жених — Леннарт Торвс. Если это всего лишь твоя прихоть, которую ты взял откуда-то из своей головы, то увы — жаль мне тебя, Роланд.

Отец снова усмехается, показывая клыки. После приёма в доме Альден, со мной поговорил отец, замечая мою одержимость на беловолосой девчонке. Я не стал утаивать, ведь уже тогда понял окончательно — Мира моя. До сих чувствую вкус её губ и едва сдерживаюсь, чтобы не ворваться и не похитить её.

— Не хочу тебя огорчать, но брака с Торвсом не будет, потому что Мира истинная моего сына Роя, — парирует отец.

Глаза Марвина становятся ещё ярче, и в кабинете накаляется атмосфера. Злится.

— Из ума выжил, Крэйвен? — грозно произносит, вставая и хватаясь за стол обеими руками. — Истинная? Мира?

— Спроси у своей дочери, — улыбается отец, показывая клыки.

— Где Мира? — спрашиваю мрачно. Мне начинает надоедать этот разговор.

Отец уговорил меня действовать по его плану и сначала поговорить с Марвином. Мой же план был прост — ворваться в их особняк и силой забрать оттуда мою истинную.

Марвин Альден переводит на меня разъярённый взгляд потемневших глаз с желтизной. Как интересно, они у него темнеют, а только после этого проявляется жёлтые искры.

— Какого чёрта твой щенок интересуется моей дочерью? — смотрит на меня.

— Я тебе уже сказал, что она его истинная. Как и Рой — истинный твоей дочери.

— Да что ты несёшь вообще? — он переводит взгляд на отца.

Встаю с кресла и поднимаю низ белой рубашки. Демонстрирую ещё красную, но уже принявшую очертания метку.

— Она Миры, — ухмыляюсь злобно, наблюдая, с каким раздражением и неверием смотрит на неё Марвин. — У Миры такая метка же на внутренней стороне правого бедра.

Он переводит на меня разъярённый взгляд и цедит сквозь зубы:

— Щенок. Откуда ты знаешь, что и на каком участке тела моей дочери находится?

Усмехаюсь и смотрю прямо на её отца, бросая вызов.

— Вы хорошо вырастили свою дочь для меня. Мне приятно, что я был первым мужчиной у Миры.

И тут в воздухе что-то лопнуло. Напряжение. Бледная кожа на лице старика стало багровым.

— Сопляк, да как ты… — его голос пропитался ядом.

Чувствовал, что ещё чуть-чуть, и он бросится на меня, а я этого только и жду. Этот высокомерный старик меня раздражает.

— Завтра я приеду за Мирой, и лучше вам отдать мне мою истинную по-хорошему, — произнёс я, чувствуя, как зверь внутри меня жаждет крови.

Кинул взгляд на отца, и вышел из кабинета. Пусть эти двое дальше сами разбираются, а мне нужно остыть. Выхожу на улицу, стою, смотря на заходящее солнце, сунув руки в карманы брюк.

Завтра я сделаю всё, как и сказал Марвину. Приеду и заберу мою Миру. И плевать, если мне будут препятствовать. Я всех уничтожу. Даже если Мира не захочет со мной ехать. Закину на плечо и затолкаю в тачку.

Мне не привыкать слышать от неё отказы. Она постоянно только и делает, что отталкивает меня. Я вспыхиваю и раздражаюсь, когда слышу от неё что-то подобное. Пусть противиться, я всё равно её получу, и ей придётся принять меня. Утащу в свою берлогу, чтобы никто больше не посмел забрать её у меня.

Насильно мил не будешь. Но это не про меня.

В итоге отец выходит через час из фирмы Альден. Улыбающийся и довольный.

— Ну, и?

— Сынок, придётся тебе потерпеть пару дней и как-то усмирить своего зверя. Я договорился о встрече через два дня. Они прибудут всей семьей, — прищуриваюсь на этих словах, — с девчонкой. Будем решать вопросы о помолвке. Марвин тот ещё упёртый баран, впрочем, и не таких брали. Пришлось предложить ему за твою истинную выгодные условия, а также обмолвиться, что Торвсы задолжали нам крупную сумму денег. Союз с Альден принесет нам больше влияния. Тем более, скоро выборы. Как удачно у моего сына появилась истинная, ещё и из семьи Альден.

Старик довольно оскаливается. Акула не только в бизнесе, но и в политике.

— Мне плевать на ваши дела с этим стариком. Мне нужна только Мира.

— Понимаю, сын, что тебе не терпится сгрести в охапку свою истинную, но она всё ещё под покровительством своего отца. Люди не примут твои дурные выходки, если ты силой вломишься в их поместье. Ты подставишь нашу семью, и меня могут снять с выборов. Потерпи два дня.

Сжимаю руки в кулаки.

Два дня?..

Мне кажется, что я и дня уже не смогу прожить без неё.

____________________

Привет! Спасибо, что читаете) Подписывайтесь на мой телеграм-канал, чтобы быть в курсе событий! А так же приглашаю вас вступить в мою группу Вконтакте. Ссылки вы можете найти на моей авторской страничке во вкладке "Обо мне"

Часть 39

Отца нет до позднего вечера. За это время я успеваю успокоиться за рисованием, но ближе к девяти часам вечера, снова на меня накатывает тревога. Будто что-то нехорошее должно произойти. Лежу, вслушиваясь на каждый шорох из приоткрытого балкона. Жду появления отца как никогда раньше. И засыпаю.

В комнату стучится горничная и сообщает, что отец в доме. Смотрю на время: почти одиннадцать вечера. Странно, он никогда так не задерживался в офисе. Взволнованно приглаживаю волосы и спускаюсь на второй этаж. Должно быть, он в своём кабинете, но горничная ведёт меня дальше. Заводит в гостевую комнату, где ожидают женщина и мужчина возраста отца. Оба в белых халатах и перчатках.

Сразу понимаю, что они здесь неспроста. Замираю у двери, которая прикрыла за собой горничная.

— Мира Альден, здравствуйте. Присаживайтесь, — говорит мужчина, пододвигая ко мне стул.

Подхожу и сажусь. Громко вздыхаю.

Отец, похоже, догадался…

— Я возьму у вас кровь для экспресс-анализа, — женщина стягивает жгут выше локтя на моей руке.

Кусаю губу.

— Для чего? — спрашиваю, когда она набирает кровь в шприц, а после быстро ставит его в какой-то контейнер.

— Для определения истинности. А теперь, покажите метку, пожалуйста.

М-м-м, ясно. Если отец в курсе про метку и про Роя, то лучше готовиться к самому худшему.

Хорошо, что я переоделась в пижаму из футболки и шорт. Развязываю пояс халата, не решаясь снимать шорты при постороннем мужике.

— Она у меня на бедре, — говорю женщине.

Врач, похоже, замечает моё волнение.

— Приподнимите тогда просто штанину и покажите.

Делаю так, как она говорит, и демонстрирую розовую метку в виде полумесяца. Оба медработника таращатся на моё бедро слишком долго, а потом женщина тампоном в перчатках мажет какой-то жидкостью и метка начинает переливаться жёлтыми искрами. Теперь мы втроём таращимся на мою ногу.

— А чего она так?.. — испуганно шепчу.

И вроде ведь не болит. И больше вообще никак не беспокоит.

— Когда она у вас начала проявляться? Зуд, жжение, краснота и припухлость были? — задает вопросы женщина, смотря на меня так удивлённо, у неё даже глаза забегали.

— Всё перечисленное было. Начала проявляться относительно недавно.

Мужчина что-то делает в том квадратном боксе с моей кровью. Это какое-то устройство для определения анализов, кажется. Затем вбивает данные в планшет.

Женщина делает снимок моей метки и потом смывает состав. Вносит данные, быстро набивая какие-то цифры. Наверное, они впервые увидели метку истинности, поэтому так разволновались.

Да я и сама в шоке, если честно, до сих пор.

— Как удивительно… — шепчет мужчина, что-то читая в своём планшете. — Сколько вам полных лет? И вашей истинной паре?

— Эм… Мне восемнадцать, а истинному… около двадцати одного года.

— Ох… — качает головой мужчина, у него аж глаза заблестели.

— Что-то не так?.. — уже начинаю переживать. Они ведут себя как-то странно. Будто я смертельно больна.

— Нет, что Вы. Всё хорошо, мисс Альден. Просто мы немного взволнованы. Ваши метки появились так неожиданно, и в возрасте, когда они в принципе не могут сформироваться уже. По крайне мере раньше метки истинности появлялись до двадцати лет, пока тело полностью не сформировалось. А если вашему истинному уже двадцать один… Удивительно!

Я даже не знаю, сколько лет Рою Крэйвену! Да уж, удивительно…

Я ни черта о нём не знаю.

— Спасибо, Вы можете идти, — говорит женщина и продолжает дальше что-то вбивать.

Окей. Выхожу за дверь, где меня ждёт горничная.

— Пройдите в кабинет мистера Марвина, — она улыбается.

Но от её натянутой улыбки у меня волосы на голове едва дыбом не встали. Она явно застала приезд отца, и точно он был в ярости.

Вздыхаю.

Рой Крэйвен, за что ты так со мной?..

Подхожу к двери и стучусь. Жду какое-то время и вхожу в тускло освещённый кабинет. Отец стоит у окна и смотрит на полную луну, ярко освещающую наш сад. Он держит руки за спиной и его плечи напряжены. А воздух просто пропитан яростью.

— Ты помнишь, о чём мы с тобой договаривались, Мира? — громоподобным голосом произносит отец и оборачивается ко мне.

Медленно шагает, обходит стол и останавливается напротив, всё ещё держа руки за спиной. Таким я отца видела всего однажды, и это был тот день, когда мама покинула наш дом.

— Я разве не предупреждал тебя, что с тобой произойдёт, если ослушаешься меня? — снова задаёт вопрос.

— Предупреждал, — тихо произношу.

Отец прищуривается, в глазах появляются жёлтые отблески.

— Ты спала с отпрыском Крэйвенов? — задаёт он следующий вопрос, уже всяко зная на него ответ.

— Да, — говорю ему.

Вижу, как стискиваются его челюсти, глаза горят адскими жёлтыми искрами. Его рука неожиданно появляется перед лицом, и я ощущаю на своей щеке шлепок такой силы, что я падаю на пол, хватаясь инстинктивно за болезненное место. Удар был тяжёлый, потому что кожа горит, и во рту я чувствую привкус металла. Воздух из лёгких будто выбили ударом под дых.

Отец никогда не поднимал на меня руку.

Сдерживаю слёзы в глазах. Не двигаюсь, только смотрю на начищенные ботинки отца. Сглатываю, ожидая чего-то ещё. С Марком отец не обходился одним ударом. Наутро у брата были синяки по всему телу.

В дверь стучатся, и кабинет входят те самые врачи. Они испуганно косятся в мою сторону и замирают.

— Мистер Альден, результаты готовы, — произносит мужчина и протягивает отцу бумаги. — Сомнений нет. Метка истинности принадлежит обладателю ДНК хищника.

Он быстро проходится по тексту поджатыми губами, а затем бросает их на стол.

— Можете идти, — небрежно бросает он медработникам и те быстро покидают кабинет.

А я продолжаю сидеть на паркете и держаться за щёку. Я больше не смотрю в сторону отца. Меня разрывает от боли, которую он мне причинил. Хоть он и был ужасным отцом, но никогда меня не бил.

— Поднимайся, — цедит он, а когда я не реагирую, он подходит и замирает рядом со мной.

Стоит так какое-то время, а затем я чувствую прикосновение к своей голове. Такое нежное, едва ощутимое, кажется, будто это не он до меня дотрагивается. Отец не способен на нежность…

Его пальцы оглаживают мой затылок, а затем он произносит уже более спокойно:

— Иди в комнату, Мира.

Ощущаю прикосновение к своему локтю, но тут же скидываю его руку. Резко поднимаюсь и смотрю на него волком, задрав голову.

— Я знаю, что не оправдала твоих ожиданий. Я ужасная дочь. А ты в разы хуже, — практически выплёвываю ему в лицо. Его глаза сейчас снова голубые. — Всё детство и подростковый возраст я ждала от тебя хоть малейшего проявления любви. Представляла каждую ночь, как ты обнимаешь меня и целуешь, желаешь спокойной ночи. Я всегда ждала твоего возвращения с работы, скучала по тебе. Но ты всегда был холоден с нами! Ты никогда нас не любил. Мы нужны тебе только для достижения своих целей. Я больше не буду тебя любить, отец. Ты… — кажется, слёзы хлынули из глаз, и мне пришлось смахнуть их рукавом халата. — Можешь делать со мной всё что угодно…

Всхлипываю и вытираю слёзы рукавом халата.

— Мира, иди спать. Завтра поговорим, — произносит отец и отворачивается.

Уходит к окну и встаёт там, заведя руки за спину. Этим, давая понять, что разговор окончен.

Срываюсь с места и вылетаю из его кабинета, громко хлопнув дверью. Пробегаю мимо растерянной горничной и поднимаюсь по лестнице на третий этаж, захлёбываясь слезами.

Закрываюсь и реву в подушку полночи.

_____________

Промо к моим книгам!

Стану ветром: h9CZ0nL6

https:// /shrt/r8lY

Гори со мной:

K4OlEy_V

https:// /shrt/r88Y

Сотру тебя в порошок:

BsUFKk0l

https:// /shrt/r8mY

Часть 40

— Госпожа Мира, — зовёт меня кто-то в полудрёме, — просыпайтесь.

Открываю глаза. Веки тяжёлые. Передо мной стоит горничная. Она уже распахнула шторы и собрала мои разбросанные вещи по комнате.

— Сколько времени?.. — спрашиваю охрипшим голосом и приподнимаюсь на локтях.

— Уже полдень госпожа. Мистер Альден велел разбудить вас, если вы не проснётесь к обеду.

— Он дома?..

— Да.

Поднимаюсь и смотрю в окно, пока горничная меняет постельное бельё. Выхожу на балкон. На улице солнце и тёплый ветерок. Небо небесного цвета без единого облачка. А в моей душе такой ураган…

Замечаю у ворот, да и вообще по всему периметру прибавившуюся охрану… Раз в десять, чем было до этого. Несколько охранников осматривают территорию вокруг поместья. Даже собак отпустили…

Возвращаюсь в комнату.

— Ночью что-то случилось? Там столько охраны…

— Нет, госпожа. Ничего серьёзного, — произносит она и удаляется из комнаты вместе с корзиной для белья.

Окей. Что-то происходит.

Вчера я проревела до поздней ночи и кое-как уснула. Щека от удара отца горела, и сейчас на ней остался заметный след. Кожа у меня бледная и такие манипуляции выглядят в разы хуже. И глаза от слёз слегка припухшие и пощипывают.

А чего я ожидала от отца? Да, он такой человек. Жестокий.

Спускаюсь к обеду и вижу отца снова с кипой бумаг в руке. Стол уже накрыт. Сажусь сбоку от него, больше не смотрю в его сторону и наливаю себе сок. За столом стоит гробовая тишина, слышится лишь шелест бумаг в руках папы. Вспоминаю слова, которые я ему вчера сказала…

Я ведь была права?

Есть не хочется, но я делаю над собой усилие и съедаю салат из овощей, не притрагиваюсь к остальным блюдам. Хочу поскорее уйти в свою комнату.

Я чувствую, как он наблюдает за мной, а когда собираюсь встать, он резко произносит:

— Сядь и поешь нормально, — грубый и властный тон, как обычно.

Замираю на стуле.

— Я наелась, спасибо.

— Мира, — по голосу его ощущаю раздражение. — Поешь.

— Я не хочу, — произношу и перевожу на него взгляд.

Его голубые глаза задерживаются на моей щеке, его лицо кривится. Он поджимает челюсти. Похоже, он не в восторге от того, что увидел. Сам ведь и оставил это отпечаток.

— Я вызову врача.

— Не нужно. Само пройдёт.

— Вчера я не сдержался, Мира, — голос отца немного смягчается, — сожалею об этом.

Сожалеет?.. Не похоже на него.

Он странный. Очень. Если вчера отец был в бешенстве, то сегодня он сильно раздражён и кажется, в замешательстве. Неудивительно.

— Почему на территории так много охраны? — смотрю в панорамное окно, за которым отлично виден сад и мужчин в чёрных костюмах с собаками.

— Чтобы щенок Крэйвенов ничего не учудил, — хмурится отец. — Их люди шныряю по округе. Всю территорию обложили.

Рой?

— Что?.. А зачем им это?..

— Не доверяют мне, — ухмыляется отец. — Думают, что я попытаюсь тебя отослать в другую страну, — переводит на меня хмурый взгляд, цепляясь голубыми глазами за синяк на моей щеке. — Через несколько дней мы с тобой поедем на встречу. Приведи себя в порядок, — наконец, перестав смотреть на след, оставленный им, произносит он.

Я тут же удивленно смотрю ему в глаза.

— К кому?..

— Семейство Крэйвен. Предстоит долгий ужин, где мы должны решить вашу дальнейшую судьбу, — отец морщится, при упоминании этой фамилии.

— В смысле?.. — переспрашиваю, не донца понимая его.

— Ближайшую дату вашей помолвки, — нехотя отвечает он, чем вводит меня в ступор.

Помолвки? Как отец на такое согласился?... Я ведь знаю его, он бы никогда на такое не пошёл.

— А Торвс?..

— С ними всё улажено. Леннарт к тебе больше не приблизится.

Ладони вспотели. Я всё ещё нахожусь в лёгком шоке. Допивая сок в стакане.

— Почему ты… решил именно так?

Он переводит на меня раздражённый взгляд.

— А ты думала, что я попытаюсь противиться вашей истинности? Мне не нужны лишние проблемы. Крэйвен-старший предложил мне более выгодную сделку, чем Торвс.

А-а-а… Ну, теперь всё ясно. Я-то думала, что отец ради меня… А ему просто предложили выгоднее условия.

Усмехаюсь, ставлю стакан на стол.

— Спасибо, отец, — произношу, поджимая губы. — Я могу идти в свою комнату?

— И чем ты недовольна? Я тебя не отдаю Торвсу, а щенку Крэйвенов, с которым ты так хорошо провела несколько дней, — отец смотрит на меня потемневшими глазами. — Ничего мне не сказала и натворила дел. Ослушалась меня и поставила в неловкое положение.

— Ты не понимаешь меня, отец. Я всего лишь хочу хоть раз услышать, что ты всё это делаешь ради своей любимой дочери. Не просто из-за какой-то сделки.

Он прожигает меня несколько секунд суровым взглядом, а потом произносит:

— Можешь идти в комнату, Мира.

Раньше я как-то не затрагивала эту тему, но последние месяцы на меня что-то нашло, и в полной мере осознала, как на самом деле к нам относится отец. И не знаю почему, но я всё ещё очень хочу услышать от него хоть немного добрых слов и почувствовать нежность.

В комнате, наконец, открываю посылку, которую я заказывала. В ней новый телефон и восстановленная сим-карта. Хочу позвонить поскорее Лине и узнать, как у неё дела. Когда включаю телефон, на него сыпятся пропущенные звонки и сообщения. В основном от Лины и отца, а ещё от брата.

Набираю в первую очередь Марку. Надеюсь, он сможет взять трубку, но у него он, по всему видимому, выключен. Переживаю за него. Надеюсь, отец ещё ничего успел придумать для него в отместку мне. Нужно поговорить с отцом. Хочу донести до него, что таким отношением делает только хуже.

После нашего разговора за обедом, на душе стало спокойнее. Ночью, рыдая в подушку, я надумала себе самое худшее, что может сделать мне отец. Я даже думала, что он отправит меня в другую страну или попытается избавиться от метки. Но всё же удивительно, что папа в итоге согласился на встречу с семьёй Крэйвен.

Мне кажется, будь на их месте кто-то другой, например, парень из обычной семьи, то отец послал бы их далеко и надолго. И никакая общественность бы ему не помешала. Но Крэйвен — семья такая же влиятельная, как и наша. С ними отцу тяжело было бы тягаться. Но если разгорелся конфликт, то кто-то бы, но проиграл. При том, в семье Роя всегда рождаются дети с ДНК хищника. Значит, и наши дети будут тоже с этим ДНК…

О чём я думаю? Какие дети?..

Щёки моментально краснеют. Мы ведь не предохранялись! Хоть и каждый раз он прерывался и извергал своё себя на моё тело, всё же стоит чего-то такого ожидать. Чёрт. Смотрю в календарь. Месячные должны начаться в ближайшие дни.

Начинаю злиться на свою беспечность, а ещё на парня, который влез в мою голову и сердце. Уже и корни пустил, гад.

Но я всё равно рада, что всё так вышло… Вчера утром в номере отеля, Рой показал, что может быть нежным. И возможно, наша истинность с ним не позволит ему вести со мной себя как последний подонок.

Через минут двадцать моих скитаний по комнате, мне перезванивает брат.

— Привет! — визжу в трубку. Как же давно я не говорила с братом.

— Привет, Мира, — голос у него напряжённый. Сажусь на кровать. — Отец звонил. Сказал, что я ему срочно нужен. Как ты умудрилась связаться с этим Крэйвеном? Надеюсь, мой приезд не связан с ним?

Громко выдыхаю в трубку.

— Связан… Папа тебе сказал?..

— Не отец, а Дарен, — я слышу, как дышит порывисто. — Мира, как так вышло? Я не понимаю. Как с ним… — он ругается матом тихо, но я слышу.

— Он моя истинная пара, — грустно отвечаю брату и усмехаюсь, — прикинь? Прикол, да?

— Жесть, — он издаёт нервный смешок. — А я-то думаю, почему у отца голос такой был.

— Какой?..

— Я даже через трубку почувствовал его жажду убийства… — шепчет он. — Не тронул тебя?

Молчу, не зная, что ответить. Я никогда не врала брату, поэтому сейчас в замешательстве. Но Марк слишком хорошо меня знает поэтому, по-моему, затянувшемуся молчанию, догадывается.

— Мне жаль, — отвечает он. — Сильно досталось? Ударил, да?..

— Угу, — слёзы снова наворачиваются, и голос начинает дрожать. — Я в порядке.

Перед братом я могу не скрывать своих эмоций. Он единственный человек, кому я могу доверять. Самый близкий и любимый.

— Я приеду в пятницу, Мир. Не грусти, — его голос успокаивает.

— Угу, — шмыгаю носом.

— Всё, мне пора, — он отключается так резко, что я не успеваю ответить ему.

Грустно вздыхаю. Очень хочу увидеть Марка. С ним мне всегда было спокойно.

______________________

Привет!

История Алекс, девушки хищницы уже на моей страничке: https:// /shrt/r8hG

Часть 41

Три дня проходили изнурительно долго. И время будто совсем не хотело двигаться. Стрелки часов застыли в ожидании моей дальнейшей судьбы. И я только и делала, что думала о Рое Крэйвене, который наглым образом поселился у меня в мыслях. Хотелось хорошенько себя встряхнуть и вытряхнуть эту дурацкую влюблённость.

Я скучала.

И ужасно хотела увидеть его.

Это странно?

Прикрываю уставшие глаза. И сижу так минут пять, всё ещё держа в руках художественную кисть. Затем отпускаю её в стаканчик с водой и долго пялюсь на очереднойего портрет.

Это какой рисунок по счёту за эти два дня? Я будто помешалась на нём. Чувствую себя маньяком.

Сегодня я увижусь с Роем. И сердце от этого скачет как оголтелое в груди.

Кидаю взгляд на голубое обтягивающее нежное платье в пол, которое привёз для меня модельер.

Это такое неведомое мне доселе чувство, когда ты хочешь выглядеть для кого-то красивой. И тёплое чувство внутри, что Рой увидит меня в нём… О боже.

Марк приехал вчера. Мы весь вечер с ним провели над разговорами. Я всё рассказала брату, упуская подробности нашей близости с Роем. Про Торвса, который бросил меня одну, наедине с этим психом. Марк нелестно выразился об обоих парнях, но подтвердил слова Роя насчет Леннарта — он балуется наркотиками. Брат был знаком с ним. Они пару раз пересекались в деловых поездках с отцом.

Значит, и отец знал, что Леннарт наркоман.

И употребляет он не те наркотики, к коим прибегает людское население, а намного похлеще этих. Выведенное наркотическое вещество специально для хищников. Для них оно как дополнительный баф — усиление и активизация некоторых физических способностей. Для простых людей губительно, но перед смертью, человек, принявший это вещество, становится сильнее в несколько раз. Даже слышала, что некоторые спортсмены пытались использовать его, но исход всё равно ожидал их довольно плачевный.

Всё же, я рада, что судьба решила не сталкивать меня с наркоманом. Тем более хищником-наркоманом.

Я созванивались с Линой. И была так рада услышать, что с ней на самом деле всё хорошо. Она рассказала, что когда я убежала, Рой через несколько минут уже очухался и встал. Выглядел он мрачнее тучи. И был готов убить каждого, кто стоял у него на пути. Но парень не погнался по моим следам, а кому-то позвонил. В академии с того вечера Рой не появлялся, впрочем, как и я.

А ещё Лина сказала, что к ней на лекции подсела Алекс и интересовалась мной. Попросила подругу узнать номер рыжеволосой девушки, а когда я его получила, сразу ей написала, что у меня всё хорошо и ещё раз поблагодарила за помощь.

Я очень хочу вернуться в академию и продолжить учёбу. Но теперь даже не знаю, позволит ли мне отец это. И что вообще меня ждёт?

Привожу себя в порядок и делаю лёгкий макияж. След от удара отца почти сошёл, но я замазываю остаточный синяк консилером. Волосы собираю в пучок. Мы едем в ресторан, в который пригласил нас Роланд — отец Роя. И там решится моя судьба. На улице меня уже ждёт Марк и папа. Оба в классических чёрных костюмах.

До ресторана мы едем с Марком в его машине, оба молчим. Я ужасно нервничаю, и время от времени брат сжимает мою руку и улыбается. Очень благодарна ему за поддержку. Но видно, он сам совсем не в восторге от всего этого. Не удивительно, ведь Рой Крэйвен его чуть не забил до смерти, а меня потом душил.

Марк подставляет мне свой локоть, когда я выхожу из машины, и мы следуем за отцом. Ресторан очень красивый и видно, что не каждый сюда может попасть. Администратор провожает нас в отдельное помещение, огороженное от основного зала, где нас уже ждут Крэйвены. Первым бросается в глаза Рой. Его взгляд сразу впивается в меня словно иглы, в глазах вспыхивают жёлтые искорки, по которым, как бы это не звучало, я скучала. Сильнее цепляюсь за локоть брата, потому что ноги становятся ватными от волнения, когда Рой стремительно подходит к нам и останавливается напротив, проигнорировав нашего отца. Благо, его отвлёк дед Роя.

— Мира, — он берёт мою свободную руку и нежно касается губами тыльную сторону ладони, задерживая их непозволительно долго. От его голоса и прикосновения по телу пробегают мурашки.

— Ну, привет, Крэйвен, — раздражённо произносит брат, чем привлекает его внимание.

Рой продолжает держать мою руку в своей ладони и оскаливается в улыбке:

— А ты так и не подрос с того дня, маменькин сыночек.

Сильнее стискиваю локоть Марка, а другую вырываю из горячих и таких приятных лап Роя. Драки ещё не хватало!

— Перестаньте, — произношу я, замечая, что отец и дед Роя подходят к нам.

— Мира, девочка, рад снова тебя видеть, — Роланд тоже целует мою руку, а следом и дед.

Но он мне ничего не говорит, лишь смотрит на меня придирчиво.

— Тоже очень рада, — сухо отвечаю, натягиваю улыбку.

Господи, какая же напряжённая ситуация. Хочу уже сбежать.

И когда старшие усаживаются по своим местам, Рой берёт меня за руку и прожигает взглядом маньяка, который, наконец, дорвался до своей жертвы.

Отодвигает мне стул и легонько касается пальцами открытого участка кожи на спине.

Рой садится напротив и больше не упускает меня из виду. Ведёт себя как одержимый, и мне немного от его пристального взгляда становится не по себе.

— И так, перейдём уже к делу, — говорит Роланд, когда наши отцы закончили обсуждать политические новости, а я пыталась съесть хоть листик салата из своей тарелки.

— Да, пожалуй, не будем откладывать разговор, — произносит отец. — Какое у вас предложение?

— Самое простое, — усмехается Роланд. — Ты же знаешь, что мы планируем открытие нового отеля? Объявим о помолвке наших детей на следующей неделе на пресс-конференции. А через месяц поженим.

Через месяц? Опускаю вилку на стол и перевожу взгляд на Роя, который слегка ухмыльнулся, похоже, наслаждаясь моей реакцией. Грёбаный хищник. Хочет поскорее меня в своё полное пользование прибрать.

— Так скоро? — отец сжимает вилку и косится в мою сторону. — Мире всего восемнадцать лет.

— И что? Если мне не изменяет память, твоей жене тоже было восемнадцать, когда вы поженились, — парирует отец Роя.

— Нам некуда спешить, Роланд. Они истинная пара и им всё равно суждено быть вместе.

Роланд откидывается на спинку стула и усмехается. Боже, Рой просто копия своего отца. Даже улыбка такая же.

— Вот именно. Они истинная пара. И разницы нет никакой. Поэтому пусть молодые поскорее воссоединятся. Сама вселенная на их стороне.

— Я могу и отказаться, — оскаливается папа, и я испуганно перевожу на него взгляд, — не одному тебе решать такие вопросы. Мира — моя дочь.

— А Рой — мой сын, — также оскаливается и Роланд. За столом сгущается напряжение и мне становится тяжело дышать. — Ты не остановишь моего сына, если он захочет прямо сейчас увезти твою драгоценную дочь из этого ресторана.

— Твой щенок не прикоснётся к Мире.

— Хочешь проверить?

Громко выдыхаю. Руки трясутся, и я сглатываю. Тяжело очень находиться рядом с ними. Резко поднимаюсь со стула и держусь за столешницу.

— Мне нужно выйти, — произношу я, смотря на отца.

Он кивает Марку, чтобы тот меня проводил и не оставлял одну. Брат идёт за мной на выход. Шагаю в направлении женской уборной. Закрываюсь там и пытаюсь отдышаться.

Это невыносимо. Слишком много хищников собралось в одном небольшом помещении. И у каждого удушающая энергетика. Они даже не представляют, как обычному человеку тяжело выносить их присутствие. На тебя будто сбросили бетонную плиту, из-под которой не выбраться. Хочу уже, чтобы поскорее всё это закончилось.

Выхожу из уборной через десять минут, но не обнаруживаю Марка у двери. Возможно, он тоже зашёл в мужской туалет. Собираюсь подышать свежим воздухом на задней террасе ресторана. Миную главный зал и выхожу, замечая в самом отдалённом углу Марка и Роя, которые ведут напряжённый диалог, и когда я уже собираюсь к ним подойти, брат цепляется за воротник рубашки Крэйвена и что-то злобно ему говорит. Парень громко смеётся в своей высокомерной манере, а затем сбрасывает его руку, что-то отвечая.

Марка легко вывести из себя. Не знаю, что Рой ему сказал. Мой братец замахнулся на него, но не успел ударить, потому что хищник ловко увернулся.

Ахнула и скорее, как могла на высоких шпильках зашагала в их сторону, параллельно поддерживая длинное платье. И когда я почти до них дошла, Рой уже успел ударить его в ответ в солнечное сплетение, от чего брат согнулся. Крэйвен наклонился к нему, схватил за затылок и впечатал лицом в мраморные перила.

Подлетаю настолько быстро, насколько была способна, едва не навернувшись на шпильках. И толкаю Роя в плечо.

— Не трогай моего брата!

Рой переводит на меня мрачный взгляд, но продолжает придавливать лицо Марка в перила. Давит сильно, потому что кожа на лице брата уже покраснело, а сам он пытается выбраться, кидаясь в него едкими матерными фразами.

Вцепляюсь в его руку.

— Отпусти, — цежу ему, воспламеняясь ещё сильнее.

— Мира, зайди в ресторан, — говорит Марк, пыхтя и изворачиваясь под ладонью Роя. — Я сам с ним разберусь.

— Ты и разберёшься? — усмехается Рой злобно. Но отпускает брата, которого я сразу хватаю за локоть, и тяну подальше. — Тебя в очередной раз спасает младшая сестрёнка. Если бы не она, то после моих ударов тебя бы даже мать не узнала.

Отхожу от парней на шаг. Сжимаю руки в кулаки.

— Какой же ты… — воздуха в лёгких не хватает, — ненормальный!

Разворачиваюсь и порываюсь скорее уйти, но горячая ладонь смыкается на моём локте, останавливая.

— Слышь, руки убери от Миры, — рядом появляется взъерошенный Марк и хватается за руку Роя, которой он удерживает меня.

Парень наклоняет голову и оскаливается:

— Похоже, ты не понимаешь Альден, что со мной шутки плохи.

— Я тебе сказал, отпусти руку моей сестры, — не менее кровожадно произносит Марк.

— Я хочу поговорить со своей невестой. И ты меня не остановишь.

— Она не будет с тобой говорить. Мира вправе сама решать, что ей делать.

— Мира теперь моя. И она будет делать всё, что я ей скажу.

— Моя сестра не вещь, понял, урод? — Марк силой пытается оторвать руку Роя от меня, но причиняют мне боль, потому что ненормальный сильнее стискивает его.

— Да перестаньте вы оба! — пытаюсь вырваться из захвата. — Мне больно!

Рой переводит кровожадный взгляд на мой локоть, кожа которого под его ладонью уже покраснела, и резко отпускает. Отшатываюсь от него и тру болезненное место.

— Психопат, — цежу сквозь зубы. Кидаю взгляд на Марка. — Пойдём. Отец, наверное, уже извёлся из-за нашего долгого отсутствия.

— Мира, ты никуда не пойдёшь, пока мы не поговорим, — слышу злой голос за своей спиной.

— Не пойду? — оборачиваюсь к нему. — Силой остановишь?

— Мира, — злобно оскаливается.

Громко выдыхаю. Сейчас я этому парню всё выскажу. Как же он меня достал! Разве нельзя быть чуточку проще?

Оборачиваюсь к брату:

— Оставь нас, пожалуйста, — Марк недобро смотрит на парня позади меня, затем переводит на меня взволнованный взгляд. — Я скоро приду. Он мне ничего не сделает.

Брат кивает и уходит в сторону дверей. Поворачиваюсь к Рою с хмурым выражением на лице:

— И что это было?

Рой ничего не отвечает, лишь смотрит на меня с раздражением. Затем делает ко мне порывистые шаги, и я отшатываюсь, как от огня. Замираю лишь тогда, когда врезаюсь поясницей в перила.

Часть 42

Рой ставит руки с обеих сторон от моего тела, хватаясь ими за перила и нависает. Смотрит на меня тёмными и прищуренными глазами. Громко выдыхаю, почувствовав жар его тела. Сердце бешено колотится в груди, и я не знаю, куда мне деть глаза.

— Рой, — сглатываю, когда его одна рука ложится мне на талию. Через тонкую ткань его прикосновение обжигает кожу, и волнительные мурашки пробегают по всему телу. — О чём ты хотел поговорить?

Парень злится, ощущаю это отчетливо по его энергетике и мрачному взгляду.

— Я скучал, — он зарывается носом в мою шею, громко вдыхая полной грудью, и сильнее стискивает пальцы на моей талии.

— Когда ты уже начнёшься говорить со мной, а не избегать каждого моего вопроса? Если ты не перестанешь вести себя как психопат… — начинаю говорить, лёгкие сдавливает спазмом от его прикосновений.

— И что тогда будет? — перебивает меня и поднимает на меня пожелтевшие глаза. — Ты не сможешь от меня сбежать. Никогда.

— Я и не собираюсь сбегать! — хмуро смотрю на него. — Но ты своим поведением всё портишь! — толкаю его в грудь. — Отойди, я не вижу смысла с тобой разговаривать!

Но, конечно же, Рой не сдвигается с места, лишь оскаливается.

— И чего же ты хочешь от меня, Мира?

— Хочу, чтобы ты услышал меня. Просто пойми, я не вещь и меня очень огорчают твои слова и действия.

Рой ведёт по моей спине ладонью и обхватывает затылок рукой.

— А как мне ещё поступать и удержать тебя? Если ты постоянно только и делаешь, что шарахаешься от меня? — его ноздри раздуваются от порывистого дыхания.

Он переводит одержимый взгляд на мои губы и буквально накидывается на них, сразу прикусывая нижнюю. В его любимой грубой манере. Но даже так, на меня накатывает волнение. А когда язык требовательно врывается в мой рот, я едва не падаю. Чувства и ощущения настолько сильные, что грудную клетку сдавливает болезненный спазм.

— Постой… — отстраняюсь. — Ты…

Он сплетает наши пальцы и тянет меня за собой. Делаю за ним несколько шагов, будучи ещё под воздействием его поцелуя.

— Куда ты меня ведёшь? — останавливаюсь, потому что Рой повернул в противоположную сторону от двери в ресторан.

— Поедем ко мне.

— Я не поеду никуда, — вырываю руку из его ладони.

— Ты же знаешь, что твоё согласие мне не нужно, — наклоняет голову на бок.

— Вот опять ты поступаешь так, как тебе хочется! И потом говоришь, что я тебя шарахаюсь, — отхожу от него на несколько шагов. — Если ты продолжишь поступать так со мной, то я всегда буду тебя отталкивать, — перехожу на шёпот. Рой тянет ко мне руку, но я отшатываюсь. — Нет, не трогай меня.

И быстро иду в сторону двери в ресторан. Захожу в помещение и миную главный зал. Шагов позади себя не слышу, значит, он не пошёл за мной. Меня трясёт от эмоций.

И мне обидно, что Рой не может услышать меня.

Или просто не хочет слышать.

Внутри ресторана меня ожидает Марк. Он тоже недоволен и слегка нервничает. Успокаиваюсь, как могу и вхожу в помещение первая. Отец недовольно смотрит на меня, и впивается в моё лицо тяжёлым взглядом. Наверное, заметил волнение. Возможно, щёки ещё красные или губы от поцелуя Роя…

Мило улыбнувшись, сажусь на своё место рядом с Марком. Крэйвен-старший рассказывает о своих дальнейших планах на выкуп какой-то земли под застройку нового люксового отеля. Отец поддерживает разговор, но по выражению лица и то, как он напряжённо сидит, делаю вывод — его хватит ненадолго.

Через пять минут возвращается Рой. Злой и недовольный. Садится напротив меня с поджатыми челюстями. Из него так и веет дикой и необузданной яростью. Осадок в его и так тёмных глазах навевают неожиданную тревогу. Сглатываю и отвожу взгляд.

Господи, ведёт себя как дикое животное. Вот-вот и бросится на меня через стол, и начнёт душить… Или вопьётся зубами мне в шею до крови…

— И так, раз всё решено, то предлагаю выпить за будущее наших детей! — улыбается Роланд, поднимая бокал.

— Решено? — переводит хмурый взгляд Марк в сторону отца, собственно, как и я. Бокал в моей руке сейчас треснет от того, насколько сильно я его сжала.

— Помолвка через месяц, — нехотя отвечает отец.

— А саму церемонию проведём после нового года, — улыбается Роланд, но в этой улыбке я отчётливо вижу оскал. Кажется, отец Роя очень доволен этим событием, нежели мой папа.

Рой лишь одарил своего отца недовольным взглядом. Значит, он рассчитывал на более скорый срок, но ничего не сказал.

— А моя учёба, папа?.. — тихо спрашиваю.

Как-то я не особо рада такому стечению событий.

— Останешься дома. Если так хочешь, переведу тебя на заочное отделение, — проговаривает отец.

— Но… — меня даже в жар бросило.

— Мира будет учиться со мной в академии, как и раньше, — слышу стальной голос Роя и кидаю на него взволнованный взгляд.

— Моя дочь до помолвки останется дома. Она не вернётся в академию.

— Почему ты так категоричен, Марвин? Пусть молодые будут ближе. Нам же лучше, если Рой будет приглядывать за своей невестой, — вступил в разговор Роланд.

— Именно этого мне и не нужно. Знаю я, как именно он за ней будет приглядывать, — на слове «как» отец сделал акцент и красноречиво посмотрел на Роя.

Парень усмехнулся, поняв посыл. И, кажется, я тоже догадалась, что отец имел в виду нашу близость, а дальше он только подтвердил.

— Они и так слишком сблизились до свадьбы, — во взгляде отчетливо читается недовольство.

— Марвин, да перестань! Ты тоже был молодым и знаешь, что гормоны бурлят через край. И при том, они будущие супруги, — наши отцы смотрят друг на друга. — Пусть девочка учится. Негоже моей невестке сидеть дома в четырёх стенах.

— Мира поедет со мной в академию, — вставляет своё слово Рой.

Говорят обо мне так, будто меня тут вообще нет…

Разменный товар. Отцу — деньги, Роланду — выиграть на выборах, а Рою — лишь моё тело нужно.

Марк берёт меня за руку под столом и кивает мне, мол, я с тобой. Улыбаюсь ему грустно. Честно скажу, я устала от того, что меня все пытаются рвать на части. Какой толк вообще от меня на этом ужине? Пусть уже решат что-нибудь. Я хочу уехать и лечь спать.

— Мира вернётся, но твой щенок должен держать свои гормоны в штанах. Только на этом условии, — отец тяжело дышит.

Рой оскаливается.

— Хорошо, — и переводит меня такой красноречивый взгляд, в котором я отчетливо читаю, что на меня у парня совсем другие планы…

Знал бы отец, насколько Рой Крэйвен нестабилен. А ведь изначально я обратилась за помощью к отцу, за поддержкой, а он мне сказал, чтобы я просто не лезла к этому психопату. Вот только я никогда к нему не подходила и никак не провоцировала, он сам меня донимал…

Боже, как вспомню, как у нас с ним всё начиналось…

А если бы он задушил меня в тот вечер, узнал бы после, что я была предназначена ему самой судьбой?..

Забавно.

______________

Привет! Приглашаю вас в свою новинку "Закрываю глаза".

Отрывок:

— Саша… — шепчу, потому что голос меня покинул. Упираюсь спиной в комод, с ужасом наблюдаю, как он идёт на меня. С таким выражением на лице, будто я из квартиры больше живой не выйду. Его голубые глаза сейчас почернели, на дне их полыхнуло что-то нехорошее в тот момент, когда я попыталась дёрнуться в сторону другой комнаты. Он резко хватает меня за талию, возвращая на место. Навис надо мной, словно гора. Он и раньше был высокий, но сейчас, в этом тёмном коридоре он, кажется, ещё больше. Я по сравнению с ним, мелкая жалкая букашка. — Ты следил за мной?.. — вырывается у меня. — Следил? Кто ты такая, чтобы я тратил на тебя время? — усмехается он, нагибаясь ниже. — Это просто тебе не повезло, встретить меня.

https:// /shrt/rQKP

Часть 43

Стрелка на часах показывает уже восемь часов вечера, когда наши отцы, наконец, решают, что ужин окончен. Все это время Рой просто сквозил злостью и раздражением. Если в самом начале ужина он смотрел на меня так, будто готов сожрать, то сейчас он намерен сначала утопить меня в своей тьме, а уже после обглодать мои косточки.

Жутко и тревожно…

Дед Роя вообще практически молчал. Ему будто бы было не особо интересно здесь находиться. Он лишь изредка проходился по мне тёмными глазами. Марку тоже наскучил этот ужин, брат отбивал какой-то ритм пальцами на своём колене. А от отца я чувствовала лишь раздражение.

Наверное, единственный человек, которому было весело и всё устраивало, был Роланд — отец Роя. Он улыбался и расслабленно откидывался на спинку стула. И кидал на меня довольные взгляды.

Мне было плохо. Реально. От всего этого фарса. И когда отец встал из-за стола, я резко подскочила, и, извинившись, снова пошла в уборную, чтобы немного охладиться. Я даже не дождалась Марка, чтобы он меня проводил. Держала долго руки под холодной водой и немного смочила шею.

Я могла бы выдержать это напряжение в компании хищников, если бы не Рой, который просто пожирал меня недобрым взглядом. Разве можно быть настолько одержимым?

Почему нельзя решить уже всё по-быстрому?.. И пусть уже делают, что хотят. Я реально устала от всего этого.

Перед выходом из уборной ещё раз кинула на своё отражение взгляд. Глубоко выдохнула и открыла дверь и замерла, вскрикнув от лёгкого испуга. Сердце упало в пятки, когда перед моим носом нарисовалась грозная мужская фигура.

— Рой… — подняла я на него испуганные глаза.

Его мрачный взгляд скользнул по моему лицу. Всего несколько секунд, но таких долгих… А после он подхватил меня на руки под мой вскрик и куда-то понёс. Опешила и вцепилась руками в его плечи. От него веяло дикой энергетикой.

— Рой! Что ты… делаешь?.. — мы вышли из ресторана через запасной выход, который любезно нам открыл один из официантов. — Отпусти!

Он меня не слышал, или делал вид, что не слышит, потому что даже бровью не повёл, когда я начала брыкаться и вырываться. Мои жалкие трепыхания в его огромных руках выглядели крайне ничтожно. Его мощное тело было напряжено, желваки на челюсти ходили ходуном, а взглядом можно было убивать. Когда Рой опустил меня возле своей машины и открыл пассажирскую дверь, я схватилась за его пиджак, чтобы хоть как-то привлечь на него своё внимание.

— Рой, — я задыхалась от переполняющего меня негодования, — что ты задумал? Мой отец это так просто не оставит…

Но парень, как и ожидалось, не ответил. Лишь одарил меня самым мрачным взглядом из копилки «мрачных» и впихнул меня в салон. Захлопнул дверь и заблокировал её. Отошёл на несколько метров от машины и кому-то позвонил. Разговор был недолгий. Парень был зол, и каждое его слово сопровождалось раздражённой гримасой. А затем он обошёл автомобиль и сел на водительское сиденье. Меня огрело его жаром. Будто на меня резко пустили напалм, который сжёг весь кислород в машине.

— Выпусти меня! — меня начало трясти от нервного напряжения, а ещё от того, насколько парень был сейчас взбешён.

А потом он схватился за руль, сжал его так сильно, что по салону разнёсся треск. Ох, а после этого Рой перевёл на меня кровожадный искрящийся взгляд, от которого моё сердце едва не остановилось.

Он меня напугал. И очень. До дрожи во всём теле.

А когда Рой оскалился и завёл машину, я вжалась в сиденье и не смела двинуться.

И я даже не знаю, что могло его так сильно разозлить…

Мои слова?..

Мы выехали на оживлённую вечернюю трассу, ведущую на выезд из города. Минут десять я смотрела только в окно, боясь вообще как-то напомнить Рою о своём присутствии. Парень будто был не в себе сейчас. Злой как чёрт. Мрачная энергетика в этом маленьком пространстве в купе с его жаром душили меня изнутри и снаружи.

Такими темпами точно скоро умру от сердечного приступа…

Интересно, о чём он думает сейчас?.. Наверное, представляет, в каких позах меня будет… брать. Потому что кажется, что его во мне интересует только это.

Вздыхаю слишком громко, что не укрывается от Крэйвена. Его горячая ладонь ложится на мои скрещенные пальцы рук. Дёргаюсь от неожиданности и медленно поворачиваю к нему голову.

Лучше бы не поворачивалась, потому что на меня смотрели всё те же жуткие глаза. Он сжал мою руку в своей ладони, а моё недавно только трясущееся сердце от страха, обомлело. И забилось уже от трепета.

Как можно испытывать трепет, когда на тебя смотрят глазами из самого ада?

Вот только это продлилось недолго, потому что он сжал её лишка сильнее необходимого, отчего я напряглась. Так, будто боялся, что я дам дёру из несущегося по ночной дороге автомобилю.

Отвернулась назад к окну, чтобы лишний раз на него смотреть.

Может, по пути он успокоится?

Спустя двадцать минут мы заворачиваем в какой-то частный сектор, о котором я слышала мельком. Район славится самой охраняемой зоной. Здесь расположены несколько многоэтажных домов с апартаментами. Мы въезжаем через пост охраны, а после Рой заезжает на подземную парковку. Паркуется.

Я продолжаю смотреть в окно машины, не решаясь двинуться, но его рука продолжает стискивать мою ладонь. Сидим не меньше минуты, а потом Рой отпускает её, стоит мне подумать о том, какая у него горячая рука. Выходит из автомобиля, обходит и открывает дверь с моей стороны. Протягивает ладонь.

Что ж… Смысла ведь нет сопротивляться?

Поэтому я кладу свою руку в его и выхожу из машины. Замираем напротив друг друга на долгие секунды, пока он не захлопывает дверцу машины. Продолжаю игнорировать его взгляды. Не хочу видеть там эту жестокую и необузданную кровожадность.

Рой держит меня за руку и ведёт к лифту. Практически бегу за ним, потому что он шагает слишком быстро и как-то нетерпеливо. В лифте сглатываю, осматривая рисунок на полу, и свои белые босоножки и ноги с аккуратным маникюром на пальцах.

Дверцы лифта открываются на двадцатом этаже, и мы оказываемся сразу в огромных апартаментах в стиле хай-тек. Ничего лишнего, и всё в тёмных мрачных тонах… Неудивительно.

Прохожу вглубь апартаментов и застываю посреди помещения с прекрасным видом на море из панорамных окон. Рой нависает за моей спиной, наклонившись к моим волосам и жадно вдыхая их запах. А затем так резко и слегка грубо вынимает из прически все невидимки, распуская их.

— Рой, — взволнованно вздыхаю, когда его руки ложатся на мои плечи. Оборачиваюсь и сглатываю. Глаза искрят жёлтым. Молнией прошибают моё тело. Всепоглощающая и мрачная энергетика заставляет пятиться от него и упереться лопатками в прохладное стекло.

Руки он ставит с обеих сторон от моего испуганного тела. И скалится, как дикий зверь…

Мне становится немного страшно рядом с ним.

Что у этих хищников в голове, когда они злые?.. Что могут сделать в порыве гнева?..

Порывисто дышу, нервно усмехнувшись:

— И что теперь? — спрашиваю шёпотом, а он лишь скалится.

___

Нароод! В понедельник стартую с новой книгой про хищника! Парень будет намного хитрее чем Рой и Адам, и от этого - в разы опаснее. Если у этих двух всё на лице написано, то тот хитрец мастер маскировки своих эмоций. Под маской хорошенького мальчика будет прятаться настоящее чудовище! Очень надеюсь на вашу поддержку)

Ловите промо на другие мои книги!

Стану ветром: jTSg8kx0

https:// /shrt/ryKn

Сотру тебя в порошок: y-5T0tAD

https:// /shrt/ry2n

Гори со мной: y-SQZm2K

https:// /shrt/ryrn

Часть 44

Рой забирается пальцами под лямки платья и резко разводит их, буквально разорвав её на мне как тряпку.

Вскрикиваю от незначительной боли и неожиданности, оставаясь в одном нижнем белье. Хочу закрыться руками, но этот психопат фиксирует руки над моей головой, своей огромной ладонью, а затем набрасывается, не давая шанса хоть как-то закрыться от горячих губ и языка, которые нагло ворвались в мой рот и творят там всё, что вздумается. Кусает сильно нижнюю губу, и я издаю болезненный стон. Но это Роя совершенно не останавливает, он смыкает острые зубы на моей шее и ключицах, оставляя отметины после себя. Хватаюсь дрожащими руками за его плечи.

— Рой, пожалуйста… — не знаю даже, о чём молю сейчас.

Чтобы перестал делать это? Или чтобы не останавливался?

Чёрт… И мне тревожно. Его грубое поведение…

Горячие ладони подхватывают меня под бёдра. Заставляет обхватить торс ногами. Рвёт на мне лиф, обнажая грудь с затвердевшими горошинами. Мазолистые пальцы беспощадно сдавливают чувствительные соски. Мне и больно, и приятно одновременно.

Это нормально?..

— Хватит… — шепчу охрипшим голосом, а он лишь расстёгивает пуговицы на своей рубашке.

Я и сопротивляться ему не могу и расслабиться, потому что в голове всё ещё мелькает тревога.

А затем он обрушивает меня на стол посреди помещения, сдавливает мою шею, прижимая к прохладной поверхности. Хватаюсь за его кисть инстинктивно обеими руками. Рой ладонью проводит от груди к нижнему белью с бешеным взглядом, от которого кожа начинает покалывать. А после стягивает с меня трусики и резко входит в меня, без ласк и прелюдий. Берёт грубо. Вдалбливает в меня размашистыми движениями. Будто бы наказывая за что-то…

А я стону под ним… Даже сама не могу объяснить почему мне приятны его грубые и жесткие действия. Во мне всё кипит и плавится. Тело настолько чувствительное и отзывчивое, что крышу сносит в другую вселенную. Перед глазами его жёлтые дикие глаза и оскал с длинными клыками.

Вот только, когда я очухалась от розовой дымки перед глазами, то поняла, что Рой только что буквально взял меня силой.

Судорожно дышу, всё ещё придавленная весом Роя к столешнице. Он уткнулся мне в шею, нежно прикасаясь к коже губами. Поджимаю искусанные губы, тело болит…

— Слезь с меня, — голос охрип, в груди сгустилась боль.

Парень приподнимается и смотрит мне в глаза. Упираюсь ладонями в его грудь, пытаюсь отодвинуть от себя. Он хмурится, но не сдвигается с места.

— Рой… Пожалуйста! — толкаю снова и он поддаётся. Выпрямляется, но продолжает стоять между моих бедер. — Почему ты так со мной?..

Он молчит, лишь блуждает по мне тёмными глазами, а затем усмехается:

— Как «так»?

— Жестоко…

— А чего ты ожидала, когда отвергала меня? Что я буду покорно принимать твои отказы? — стискивает челюсти.

Приподнимаюсь и обхватываю себя руками, чтобы хоть как-то прикрыться от его глаз, но он перехватывает и разводит, не позволяя этого сделать.

— Можешь не закрываться от меня, Мира. Я здесь уже всё видел, — его глаза снова желтеют. Он нагибается к моей груди, вбирая в рот сосок, нежно лизнув его языком.

И при других обстоятельствах я бы, наверное, поплыла от его губ, но сейчас сильная обида больно стискивала грудную клетку. Попыталась вырвать свои руки из его лап, но лишь причинила сама себе боль. Судорожно выдохнула, встречаясь с ним взглядом.

— И что теперь у нас будут только такие отношения? Тебе нравится так? — интересуюсь, пытаясь притупить подступившие слёзы. — Отпусти меня!

Рой оскаливается и отпускает мои руки. Медленно снимает свою рубашку и скидывает её на пол, продолжая смотреть на меня жестким взглядом. Обвивает руками меня за талию, пригвождая порывистым движением к своей груди.

— Не выводи меня, — цедит сквозь зубы, зарываясь рукой в мои волосы на затылке.

— Пусти, Рой… — он оттягивает меня за волосы, заставляя отклонить голову назад. Смыкает зубы на моей ключице, больно вонзаясь клыками. Вскрикиваю. — Мне больно! Хватит! Ты…

А он напирает ещё больше, сжимает моё бедро, пододвигая ещё ближе, заставляет почувствовать промежностью его достоинство, а затем просто толкается им в меня. Снова. Выбивает воздух из лёгких. Слёзы всё же скатываются из глаз, и я могу лишь прошептать, смотря в его глаза:

— Мерзавец…

Рой замирает на долгие секунды с бешеным взглядом и рычит мне в лицо. В глазах настоящий ад. Искры летают хаотично в радужках, сменяясь на чёрный цвет, а после снова на жёлтый. Настоящий вихрь и ураган.

Сталкивает нас лбами и продолжает двигаться во мне. Жаркими медленными толчками на этот раз. Покрывает моё лицо поцелуями, шею.

Как бы я ни была сейчас обижена на него и разбита, но тело реагирует на его прикосновения и обжигающие поцелуи.

И мне приходится принимать его, как бы сильно я не хотела обратного.

Вздрагиваю от подступившего оргазма и громко выдыхаю вместе со стоном, сорвавшегося с губ. Дрожу всем телом. Рой продолжает входить в меня, но уже более резко. Несколько глубоких толчков, и он издаёт утробный рык мне в губы, целуя их.

И только после этого ослабляет хватку, смотря на меня странным взглядом. Стирает влагу с моих щёк. И я бы даже сказала, что заметила сожаление в его глазах и растерянность, но нет. Рой на такое не способен.

— Пусти… — хочу отстраниться, но он лишь убирает свои руки с моей талии и ставит их на стол, упирается ими и смотрит мне в глаза.

— Мира, прости… — шепчет он мне в губы.

— Простить?.. За что?.. — поджимаю губы. — Я всего лишь вещь… Игрушка в твоих руках.

— Нет, — утыкается лицом мне в шею, — это не так.

— Да?.. — усмехаюсь. — Кажется, ты сам себе противоречишь.

Он поднимает голову и берёт меня за руку. Слегка сжимает, а затем опускает туда, где расположена моя метка. Заставляет дотронуться до неё. Пальцы горят от этого прикосновения.

— Ты видишь? Она всё ещё не пробудилась, — говорит Рой, сжимая мою ладонь сильнее.

И правда, метка как была красной, так и осталась. Отвожу взгляд в сторону.

— Ты не принимаешь меня, как свою истинную пару, — его рука касается моей щеки, нежно водя пальцами по губам и подбородку. — И меня это выводит из себя.

Высвобождаюсь из его объятий. Я не знаю, что ответить ему и что сказать. Слезаю со стола и на ватных ногах иду в сторону другой комнаты. Хочу поскорее найти ванную и закрыться там от него. Не хочу его сейчас видеть.

________

Привет! У меня вышла новинка "Останься со мной в темное", про другого парня с ДНК хищника! История будет немного жёстче, потому что герой слегка хуже Роя)

https:// /shrt/uTqo

Часть 45

Нахожу душевую комнату и долго стою под горячими струями. Стискиваю руки в кулаки.

Неужели Рой так и будет всё время вести себя со мной?.. Всю жизнь? Относится как к вещи. Кукле, которую можно использовать для удовлетворения своих сексуальных потребностей. Это же не любовь никакая…

Разве истинность подразумевает любовь?.. Я бы поспорила с этим мнением. По этому похотливому животному так не скажешь. Ему плевать на мои желания… Просто знает, что даже если я говорю, нет, то всё равно телом захочу его.

Какой же гад…

Реально мерзавец.

Вытираюсь насухо полотенцем. Отмечая на своём теле проступившие синяки от рук Роя, которыми он слишком сильно удерживал меня, будто бы я пыталась сбежать или сопротивляться.

Я ничего этого не делала, так какого чёрта он был так со мной груб? И ещё эти его замашки с укусами. Дотрагиваюсь до шеи с багровыми отметинами и морщусь.

Чёртов психопат. Садист грёбаный.

Отец сейчас явно в ярости. Просто лютой. Всяко рвёт и мечет. Как бы до бойни не дошло… Ищет меня, а когда найдёт, снова небось ударит! Один лучше другого.

И только я думаю, что смыла всю косметику со своего лица, как на пороге душевой комнаты появляется Рой с обнажённым торсом и взъерошенными волосами. Во взгляде печаль и боль?

Или мне кажется?..

Впивается в меня иглами, замерев в дверях. И я застываю, не зная, как себя с ним вести. Рвано выдыхает и делает два больших шага, сокращая расстояние между нами. Притягивает меня к себе, обвивая обеими руками, и утыкается в мою макушку носом.

— Мира… — прижимает меня к себе так, будто боится, что я исчезну.

Снова мне это кажется. Он не может так…

Ведь, правда?

Он стискивает меня сильнее, причиняя лёгкий дискомфорт.

— Рой, мне нечем дышать… — сглатываю, впитывая запах его кожи.

И почему всё именно так? Он только что так грубо обошёлся со мной, а я продолжаю таять от его объятий.

Рой немного ослабевает хватку. Приподнимает пальцами моё лицо и буквально звереет на глазах, впиваясь резко вспыхнувшими глазами в отметину на моей щеке, которая не успела до конца сойти. Удар отца был сильный...

Парень напрягается и медленно дотрагивается едва ощутимо пальцами кожи. Ведёт ими. Его тело начинает гореть, и мне становится нестерпимо жарко в его объятиях.

— Кто это сделал, Мира? — проскрежетал он не своим голосом. Утробным, диким. Будто бы со мной говорит зверь внутри Роя.

Я не могу ничего сказать, потому что цепенею от ужаса. Мрачная удушающая энергетика просто зашкаливает.

— Твой отец? — рык, вместо голоса.

А затем он резко отпускает меня, я едва не падаю. Хватаюсь за раковину рукой, чтобы устоять на ногах. Рой стремительно покидает душевую комнату и скрывается где-то в недрах апартаментов. Пока я прихожу в себя, парень уже натянул на себя рубашку и взял ключи от машины…

И по очень враждебной энергетике я понимаю, что сейчас он наворотит дел.

На ватных ногах выхожу из душевой и бегу за ним в коридор. Обхватываю его руками со спины за талию и жалобно шепчу:

— Пожалуйста, не надо…

Рой замирает на мгновение, а затем перехватывает меня за руки и разводит их в стороны, высвобождается, но продолжает стоять спиной ко мне.

— Что «не надо», Мира? — снова вместо голоса утробное рычание.

Меня начинает трясти всем телом. Озноб пробегает по позвоночнику.

— Что бы ты ни задумал, не делай этого…

Его спина слегка вздрагивает. Тело напряженное и очень горячее. Рой оборачивается ко мне и впивается в меня кровожадным взглядом. Меня обдаёт жаждой убийства так сильно, что я облокачиваюсь о стену, чтобы только удержаться на ногах.

— Рой… Он мой отец.

— Я убью его, — рычит он и становится напротив меня. Давит своей грозной энергетикой, от которой хочется сжаться в комочек. — И мне плевать, кто он для тебя.

Обхватываю себя руками. Мотаю головой.

— Пожалуйста…

Он пугает меня. И этот страх Рой точно видит и ощущает, потому что ещё больше воспламеняется. Искры в глазах хаотично сверкают.

— Ты же знаешь, Мира, как хищники реагируют на вред, причинённый их паре?

— Знаю…

Люди с ДНК хищника острее воспринимают все эмоции и ощущения в отношениях. Хищники сильнее всего оберегают свою пару.

— И ты хочешь, чтобы я ничего не делал?.. Ты даже не представляешь, насколько сильно я сейчас себя сдерживаю, — его руки сжимаются в кулаки.

— Просто останься со мной, — шепчу я, подавив приступ страха перед ним.

Рой усмехается и оскаливается, нагнувшись ко мне, от чего я снова сжимаюсь.

— Остаться с тобой?.. Ты боишься меня.

— Если ты сотворишь что-то ужасное с моим отцом, то я буду не только тебя бояться, но и ненавидеть… Каким бы ужасным он ни был — он мой отец, Рой.

Парень резко ставит руки по обе стороны от моей головы. Вздрагиваю от этого неожиданного действия. Его грудная клетка ходит ходуном от порывистого дыхания. Глаза яркие впиваются в моё лицо. Оскаливается.

— Никто не смеет трогать мою истинную.

А затем он резко выпрямляется и развернувшись, шагает к двери. Хватаю его за руку.

— Остановись! — вцепляюсь сильнее в его локоть. — Я сделаю всё, что ты захочешь! Только не надо… — жгучие слёзы катятся из моих глаз.

Рой разворачивается и обвивает меня за талию рукой.

— Всё, что захочу? — он стирает горячими пальцами мокрые дорожки с моих щек. — Хорошо. Поцелуй меня.

Смотрит на меня бешеными глазами, от которых у меня точно скоро случится инфаркт. Рой и так ведёт себя временами как психопат, а сейчас так совсем пугает меня…

Сглатываю.

Встаю на носочки, цепляясь пальцами за его рубашку. Дотягиваюсь до его губ и касаюсь практически невесомо. Прикрываю глаза. Рой не двигается и никак не реагирует. Пять секунд длятся целую вечность. Отстраняюсь. Парень усмехается недобро.

— Не убедительно, — оскаливается он.

Цепляюсь сильнее за его рубашку, не позволяя отстраниться от меня.

— Не убедительно? А что ты хотел почувствовать?.. Я и так, всё, что могла, отдала тебе! Свою невинность, например, из-за потери которой меня и ударил отец! Ты… — поджимаю губы, — если сделаешь это, я никогда тебя не прощу!

Какой же он…

Часть 46

— Никогда не простишь? — Рой обвивает меня за талию руками и сталкивает нас телами. На его губах не пропадает кровожадный оскал, но глаза становятся снова тёмными. — Хорошо, Мира, — говорит он, нагибаясь ниже ко мне, — не трону твоего отца… физически.

— Что?.. — хмурюсь, а он лишь усмехается и целует меня нежно в уголок губ. — Что ты задумал?..

Рой молчит, продолжая целовать мои губы, подбородок и особое внимание уделяя синяку на щеке. Громко дышит, теснее прижимая меня к себе.

— Рой?.. — немного отстраняюсь, чтобы взглянуть в его глаза. Но он продолжает молчать.

Ну, как обычно! Как же тяжело из него вытянуть информацию.

От него ведь можно ожидать чего угодно! Не тронет физически, значит ли это, что он задумал что-то похлеще этого?..

Он и так уже уволок меня прямо из-под носа отца, и я даже не знаю, что происходит сейчас. Моя сумочка с телефоном осталась у Марка. Если отец меня ищет, то явно поднимет весь город на уши… Если только они не договорятся с Роландом Крэйвеном.

И пока у меня в голове роятся тревожные мысли, парень подхватывает меня под бёдра и несёт вглубь квартиры.

Вздыхаю.

Неужели, снова?.. Снова хочет меня.

Ненасытное животное.

Но он останавливается возле большого дивана напротив огромной плазмы и аккуратно опускает меня на него. Удивлённо смотрю на Роя, пока он берёт пульт и включает его, всё ещё стоя надо мной.

— Так ты… ничего не сделаешь?.. — спрашиваю тихо. — С моим отцом…

Нет, я, конечно, обижена на папу, но не настолько, чтобы позволить Рою мстить за меня. Это всё же дело между мной и моим папой.

Я всё же боюсь, что он сорвётся и побежит бить морду моему отцу. А этого я не могу допустить. И так, скорее всего, сейчас он в ярости. Да и потом проблем не оберёшься.

— Сейчас — нет, — отвечает он и передаёт мне пульт. — Выбери фильм, Мира, который бы ты хотела посмотреть вместе со мной.

Покрываюсь краской, громко выдохнув воздух. Он это серьёзно?.. Фильм?.. С чего вдруг он стал таким милым?

— А потом? Расскажи мне, пожалуйста, о своих планах… — хватаю его за руку, когда он собирается уходить. — Рой.

Он смотрит на мою руку, которой я схватила и в его глазах мелькнули жёлтые искорки на мгновение.

— Завтра мы с тобой улетаем, — говорит он, переведя на меня взгляд.

— Улетаем?.. Куда? — сглатываю.

— Туда, куда ты захочешь полететь, — он немного наклоняет голову вбок.

Растерянно хлопаю глазами.

— Я не понимаю. Зачем?.. А если я не хочу?

— Медовый месяц, — улыбается он.

Хлопаю глазами. Кажется, у Роя явно что-то с головой не в порядке. Давно ли он проверялся у психотерапевта?..

— Какой месяц?.. Мы ещё даже не поженились…

Он усмехается, кидает на меня странный взгляд и уходит в сторону кухни. Таращусь в плазму, всё ещё держа пульт в руке, и пытаюсь переварить эту информацию.

Какой-то он мутный, странный… Что-то явно задумал. По его словам, мы завтра с ним летим в медовый месяц…

Что?

Вздыхаю, откидываюсь на спинку дивана и прикрываю глаза. Я вообще не понимаю этого парня. И никак не могу привыкнуть к его странным действиям.

Смогу ли я вообще когда-нибудь привыкнуть?

Он ещё и вечно нестабилен. То зол, как чёрт, а через секунды становится таким милым…

Ещё и злится на то, что моя метка не пробуждается. Конечно, с таким-то отношением, я ещё не скоро смогу его принять.

С другой комнаты доносится приглушённый голос Роя. Он говорит с кем-то по телефону. Вроде бы голос монотонный и не эмоциональный, но я отчетливо ощущаю мрачные вибрации, даже сидя в другой комнате. Опять злится…

Через десять минут он возвращается с подносом и ставит его на журнальный столик перед диваном. На нём фрукты, вино и ещё какие-то закуски, кажется, из ресторана, потому что оно всё горячее. И когда он только успел?.. Я не слышала, чтобы кто-то приходил.

— Ты выбрала фильм? — интересуется Рой и усаживается рядом со мной, притянув к себе за талию и затаскивая к себе на колени. Вспыхиваю снова, чувствуя, как щеки стремительно краснеют.

Почему он такой милый?.. Час назад драл меня на столе как дворовую кошку, потом озверел и собирался отгрызть голову моему отцу, а теперь ведёт себя так, будто ничего не было.

— О чём ты думаешь, Мира? — он заводит прядь моих волос за ухо и блуждает по моему лицу.

— Да ни о чём, — буркаю я и отворачиваюсь к плазме. — Давай поставим любой фильм… У меня нет каких-либо предпочтений.

— Хорошо, — целует меня в шею.

Ёрзаю на его коленях. Как-то мне не очень комфортно сидеть с ним вот так… Я смущаюсь.

Пытаюсь слезть с него, но он рывком притягивает меня к своей груди. Ахаю от неожиданности.

— Ты… — дыхание сбивается, когда его губы касаются моих, так нежно, что все слова застревают у меня в горле.

— Ты решила, где хочешь побывать? — спрашивает он, когда немного отстраняется.

— Нет, — мотаю головой, находясь ещё под впечатлением от поцелуя.

— Может, хочешь увидеть свою маму?

Замираю в его руках, таращась на него во все глаза.

— Маму?..

Он улыбается и целует меня снова в губы.

— Да. Только скажи.

Да я уже столько лет мечтаю её увидеть! Это была единственная моя мечта, которую я бы никогда не смогла воплотить сама… Отец бы не позволил. И откуда только Рой узнал об этом?..

— Хочу, — поджимаю дрожащие губы, продолжая смотреть на парня, — ты, правда, отвезёшь меня к ней?..

— Правда.

Цепляюсь за его плечи и чмокаю парня в щёку, а затем прижимаюсь к его груди, обвивая руками за шею.

— Спасибо.

____

Привет! С наступающим, девочки!

У нас сейчас проходит розыгрыш промокодов в блоге в честь 8 марта! Присоединяйтесь!

https:// /shrt/uulk

Часть 47

На рассвете проснулась от того, что мне стало жарко. Я так и уснула в объятиях Роя. Сейчас я лежала головой на его груди, закинув руку и ногу на тело парня. Рой ещё спал, его дыхание было размеренным и спокойным, а лицо умиротворённым. Просто загляденье. Когда он расслаблен, выглядит ещё красивее.

Как странно. Вечером он больше меня не трогал, лишь гладил мою спину и покрывал лицо поцелуями время от времени. Прижимал к себе и вздыхал… А я и не сопротивлялась.

В памяти всплыл наш разговор. Рой, правда, отвезет меня к маме? Я увижусь с ней?...

Я провела рукой по его горячей груди. Если он сделает это для меня, буду ему очень благодарна.

Но мне всё ещё тревожно от того, что он забрал меня из ресторана. И я даже не могу представить сейчас, в какой ярости находится мой отец. Надеюсь, он ничего плохого не задумал?.. Боже, как же повезло, что Крэйвен тоже из влиятельной семьи, иначе бы ему не поздоровилось.

Рой зашевелился и кажется, проснулся. Сейчас смотрел на меня из-под полуопущенных ресниц и улыбнулся…

О чёрт.

Сердце ёкнуло от его улыбки. Она была чертовски милой. А затем он перевернулся на бок и притянул меня ещё ближе к себе, зарываясь в мои волосы и шею носом.

И мы лежали так в объятиях друг друга долго. Я касалась его волос, трогала плечи. Это были странные и волнительные ощущения. И я даже слышала стук его сердца, что билось до невозможности быстро. В принципе, как и моё собственное.

А через несколько часов мы спустились на лифте на парковку и сели в его машину. Парень, как всегда, позаботился о моём внешнем виде, и в номер доставили для меня одежду. Конечно, то платье он разорвал…

Рой держал меня за руку всю дорогу, и даже в машине сплёл наши пальцы, выезжая из комплекса. Вот только сразу за постом охраны притормозил нахмурившись. Перевела взгляд на дорогу, где остановилось несколько чёрных машин и из одной из них, вышел начальник охраны моего отца — мистер Хорос.

— Мира, не выходи из машины, — Рой оскалился, смотря на охрану.

Он не глушил двигатель. Вышел из машины, оставляя меня в салоне с тревожными мыслями.

Значит, отец знал, что я тут. Ох.

И что теперь будет?..

Рой останавливается напротив Хороса, который что-то ему говорит. Я чувствую отсюда, как напряжено тело парня. Он явно раздражён и злится.

Неужели, они пойдут на крайние меры и попытаются силой забрать меня?.. Рой ведь не позволит, а если они попытаются ему что-то сделать?

Из другой машины появляются ещё четверо крупных мужчин в чёрных костюмах. Хорос даёт им какой-то знак, и они идут к машине. Сжимаюсь вся, наблюдая за тем, как моментально звереет Рой. Он оскаливается и бьёт кулаком по лицу Хороса, а затем на землю летит ещё один мужчина от удара под дых.

Начинается какая-то возня. Всё происходит слишком быстро. Я лишь вижу, как Рой с легкостью расправляется с мужчинами, пока с другой машины не появляется ещё несколько, вот только они с оружием!

Ужас происходящего накрывает моё тело. Я лихорадочно открываю дверцу машины и выскакиваю на улицу.

— Хватит! — подбегаю в самую гущу. — Не надо!

Рой перехватывает меня за локоть и толкает обратно к машине.

— Сядь в тачку, Мира, — его голос больше похож на звериный рык.

— Госпожа Мира, — Хорос поднимается на ноги, — Вам лучше вернуться домой к отцу. Нам велено доставить Вас любыми способами.

— Неужели, вы причините вред обладателю ДНК хищника?.. — сглатываю.

— Если понадобится, — отвечает он.

Смотрю на Роя, который сквозит лютым гневом. Он перехватает меня за кисть, когда я собираюсь идти в машину Хороса. Я не могу позволить, чтобы кто-то пострадал из-за меня. В особенности Рой…

— Ты никуда не пойдёшь, Мира.

— Вы не вправе решать. Госпожа Мира под опекой мистера Альдена — своего родного отца.

Рой оскаливается в усмешке.

— Уже нет, — мы оба смотрим на парня, что так уверенно это говорит. — С сегодняшнего дня, Мира больше не Альден, а Крэйвен.

— Что?.. — хватаюсь другой рукой за его плечо. — Что ты такое говоришь?

Но он напрочь игнорирует мои слова. Отходит вместе со мной к машине, открывает дверцу и достаёт из багажника какие-то бумаги. Швыряет буквально их Хоросу в руки.

— Передай это мистеру Альдену, — говорит он, усмехаясь.

Хорос проходится по документам взглядом. Его выражение лица меняется на растерянное, а потом он поднимает глаза на Роя.

— Простите, мистер Крэйвен. Мы не знали, — потом он смотрит на меня. — Извините за беспокойство, госпожа Мира.

А после все мужчины рассаживаются по машинам и уезжают. Я хмурюсь и совсем ничерта не понимаю.

— Может, объяснишь?..

Рой чмокает меня в лоб, а затем ведёт к своей машине. Открывает передо мной дверь. Вздохнув, сажусь. Почему он всегда игнорирует меня?

Парень вынимает из бардачка ещё какой-то документ и протягивает его мне. Большими буквами написано на нём «Свидетельство о браке».

— Что это?..

Рой присаживается на корточки рядом и усмехается, а затем берёт мою руку и достаёт из кармана брюк колечко, надевает его мне на палец…

Хлопаю глазами с приоткрытым ртом.

— Ты… ненормальный! — таращусь на него, пока он улыбается мне. — Я вообще-то не давала своего согласия! И где ты раздобыл мои документы?.. Даже подпись моя стоит…

— В коттедже. Я забрал их ещё в ту ночь, когда ты от меня сбежала.

— Ты просто псих, Крэйвен, — закрываю лицо руками.

Так вот почему он говорил вчера про медовый месяц… Вот же…

— Теперь твой отец не посмеет к тебе прикоснуться, — он целует мою руку, покрывая поцелуями кисть.

— Ты даже не спросил меня! Я ведь могу сказать, что вся эта махинация была не по моей воле… — Рой стискивает мою ладонь и смотрит на меня прямым взглядом.

— Можешь сказать, Мира. Если хочешь.

— Не хочу… — отвожу взгляд, — да и какая разница вообще. Мы бы всё равно поженились, рано или поздно… Мы ведь истинные и…

Он прерывает мой монолог, наклонившись и поцеловав. Прикрываю глаза.

Ох, Рой Крэйвен, что же ты делаешь со мной?..

Смотрю на колечко, которое надел мне на палец Рой и неосознанно расплываюсь в улыбке. Красивое, очень нежное. Хоть и было оно надето как-то странно и совсем не романтично, но я всё же немного рада… Кошусь на парня рядом с собой, что уверенно ведёт автомобиль. На костяшках пальцев остались багровые следы.

Ох, а если бы они стали стрелять? Нет, конечно, хоть Рой и хищник, но он не бессмертный. Да, хищники практически не болеют, раны заживают немного быстрее. Они выносливее, чем обычные люди, но всё равно подвержены всем физическим манипуляциям. Но тогда бы нашу семью стёрли с лица земли… Ополчилась бы не только семья Крэйвен, но и правительство. Неужели, отец совсем с ума сошёл?

На этих мыслях мы заезжаем на частный аэродром. Останавливаемся возле небольшого самолёта. Выходим, и Рой берёт меня за руку. Смотрит на меня.

— А ты… знаешь, где она?.. — прикусываю губу, всё ещё не совсем веря в то, что мы летим к моей маме.

— Знаю, — ответил он. — И твою маму уже предупредили о нашем приезде.

________

Следующая часть от Роя)

Приглашаю в свои новинки! Буду очень рада!

"Закрываю глаза" (от любви до ненависти и от ненависти до любви)https:// /shrt/u2PK

"Останься со мной в темноте" (жестокий и хитрый хищник, который нашёл себе жертву) https:// /shrt/u2to

Часть 48

Рой Крэйвен

Я сделаю для неё всё, только чтобы Мира снова посмотрела на меня так, как когда сказал ей о поездке к её матери. Она прижалась ко мне сама, и в этот момент я, наконец, понял свои ошибки. Нужно было прислушиваться к своей паре.

Ощущаю её взгляд на себе всю дорогу до аэродрома и когда мы садимся в самолёт. Мира прикусывает губу и разглядывает меня, пока я делаю вид, что не замечаю этого. Мне это чертовски нравится. Улыбаюсь уголками губ и притягиваю её к себе, усаживая на колени.

Она стремительно краснеет, но не пытается отстраниться. Наоборот. Берёт мою руку и разглядывает сбитые костяшки. Водит маленькими пальцами.

— Больно?..

Качаю головой и зарываюсь в её шею, чтобы вновь вдохнуть полными лёгкими её умопомрачительный запах. Чистый кайф. Прикрываю глаза и обнимаю её за талию.

— Нужно обработать… — шепчет она. — Давай я схожу за аптечкой…

Переживает?

— Не нужно. Просто посиди со мной так, — стискиваю её сильнее, и она охает.

— Рой… Мне немного больно, — шепчет она.

Ослабляю хватку и смотрю на неё. Мира отводит взгляд, прикусив губу. Скольжу взглядом по её шее, на которой остались засосы и следы укусов. Да и по всему её телу синяки от моих рук…

Утыкаюсь в её шею снова и шепчу:

— Прости. Я вчера перегнул и не должен был вести себя так с тобой, — оглаживаю её спину.

Моя жестокость дала волю вчера, и я не смог сопротивляться ей. Хотелось подчинить Миру себе, чтобы она уже поняла, что только моя. А в итоге, когда уже сделал всё и, наконец, разглядел её слезы… Мне будто зарядили ударом под дых, выбивая воздух из лёгких. Я обошёлся с ней грубо, обидел. И на меня нахлынула такая тревога, казалось, что Мира никогда меня не примет. Ещё и чёртова метка не пробуждается…

Вчера в ресторане я был крайне раздражён и зол. Забрал Миру и сразу позвонил своему юристу, чтобы к утру все бумаги были готовы. Я хотел поставить на место этого старика, что звался отцом Миры. Но когда увидел, что он сделал с моей парой, собирался убить его собственными руками. Он ударил её.

Мою Миру никто не смеет трогать.

Я ещё никогда себя так не чувствовал. Во мне кипело что-то животное. Поднималась тьма из самых глубин, обволакивая и нашёптывая то, что я должен сделать с обидчиком моей Миры. И я бы сделал всё, чтобы старик поплатился за это. И плевать, что он её отец. Но Мира остановила меня. Сказала, что не простит, если я сделаю это.

Утром звонил отец и был в ярости из-за моего поступка. Он назвал меня глупцом. А когда он узнал, что я провернул за его спиной, то его гневу не было предела. Я поставил под удар его карьеру в политике. И теперь отец вынужден разгребать мои косяки перед Альденом. Не знаю, что он будет делать. Мне плевать.

И я понимаю, что превратился в капризного мальчишку, но ничего не могу с собой поделать. Мира заполонила собой все мои чувства и разум. И пока я не добьюсь её полностью, буду совершать глупые поступки.

Мира снова льнёт ко мне всем телом, и я улетаю от разрывающих моё тело нежных чувств к этой девушке. Я и не знал, что такое вообще возможно.

У меня были девушки до Миры. Много девушек, но ни к одной из них не испытывал даже малейшей симпатии, меня привлекало в них только то, как они ластятся передо мной и делают всё, что я им скажу. Они заглядывали мне в рот, и делали всё, лишь бы я удостоил их своим вниманием, но Мира… Изначально повела себя не так, как все остальные. Повалила меня и зарядила поставленным ударом по лицу. Правда, я удара даже не почувствовал, но от её грозного вида мне стало нестерпимо весело на душе.

Покрываю её нежную кожу поцелуями, вспоминая, как она делала вид, что не боится меня. Держалась воинственно все два месяца, терпела мои садистские замашки. Распаляла меня ещё больше.

Сколько раз за то время я приходил к её коттеджу и наблюдал за её окнами?

Ещё до метки я начинал осознавать, что это не просто одержимость.

Самолёт приземляется через час. Всё это время я не выпускал Миру из своих объятий. Это какое-то необъяснимое чувство неведомое мне, которое поселилось во мне, когда в моей жизни появилась Мира. В голове постоянно бьёт одна и та же мысль, что я обязан её оберегать и защищать. Она важнее моей собственной жизни, потому что без неё мне не жить.

Говорят, что раньше, когда истинных пар было много по всему миру, если у хищников погибала их пара, то и они сами не могли жить долго. Сердечные мучения просто не позволяли этого. Они либо сами себя убивали, либо организм. Это даже хуже, чем у людей… Люди, хотя бы могут жить дальше как-то.

Стискиваю Миру, надумав всякого плохого дерьма.

Я сделаю всё, чтобы она была счастлива.

Мы выходим из самолёта и сразу садимся в заказанную машину, которая везёт нас к дому матери Миры. Лиза Бертлен, в прошлом Альден, когда мои люди сообщили ей, что её дочь навестит её, не поверила им. Ведь старик Альден строго-настрого запретил ей приближаться к своим детям. Если судить по информации, которую мне предоставили, она хотела уйти от Марвина вместе с детьми, но он просто-напросто вышвырнул её из страны одну, и поставил запрет на въезд.

Наши с Мирой старики те ещё ублюдки. Мой батя также поступил с матерью, потому что кто-то заснял, как её целует партнёр нашей фирмы. Общественность сделала из этого огромный скандал, который не пришёлся по душе моему отцу.

Я помню тот день как вчера. Мне было пятнадцать. Родители пришли с приёма и разговаривали друг с другом на повышенных тонах половину ночи, а утром я видел маму последний раз, когда её увозил наш водитель. На её лице были множественные синяки и ссадины. Она плакала и просила меня подойти к ней…

Больше я о ней ничего не слышал. Лишь отец всё это время напоминал мне, что моя мать продажная шлюха. С этого и начались мои приступы неконтролируемой агрессии. В купе ещё с хищным ДНК я был просто сгустком ярости и ненависти. Только недавно я узнал, что мать не изменяла отцу, и это всё было подстроено его конкурентами. Мама умерла два года назад от болезни, и мне было плевать на это.

А сейчас, когда в моей жизни появилась Мира… Что-то щёлкнула в моей душе и я всё чувствую… Чувствую!

Поэтому мне плевать, как отец собирается разруливать ситуацию со стариком Альден. Это уже их проблемы. Но Миру я трогать больше не дам. Никому не позволю причинить ей боль.

Мы заезжаем на небольшую территорию, проехав поля засеянные кукурузой и пшеницей, что принадлежат семье Бертлен и подъезжаем к их небольшому деревянному поместью. Родовое гнездо, которому больше двух сотен лет. Их основной бизнес — фермерское хозяйство.

На пороге появляется светловолосая женщина средних лет, которая схватившись за перила, спускается по ступеням. Мира всё это время неотрывно смотрит на женщину и её глаза блестят. Она поджимает губы. И я вижу, как ей натерпится поскорее выйти из машины.

Автомобиль останавливается на каменной дорожке и моя истинная быстро выходит из салона и бежит навстречу женщине. Они крепко обнимаются. Выхожу из салона и обхожу автомобиль, останавливаюсь позади них, чтобы не мешать воссоединению матери и дочери.

— Мира, девочка моя… — обе плачут и вздрагивают обнявшись. Лиза немного отстраняется и смотрит на свою дочь. — Ты так выросла. Стала настоящей красавицей, — а затем она переводит на меня растерянный взгляд. — А этот молодой человек?..

Мира смотрит на меня заплаканными глазами и, улыбнувшись, произносит:

— Мой муж.

— Муж?.. Но когда вы поженились… — вижу, как её мама растерянно смотрит то на меня, то на Миру.

— Сегодня, — отвечает Мира.

Я подхожу ближе и, улыбнувшись более или менее спокойно, представляюсь:

— Здравствуйте. Меня зовут Рой Крэйвен, — замечаю, как бледнеет женщина.

— Крэйвен?.. — смотрит теперь на Миру.

Девушка кивает.

— Я тебе потом всё расскажу, — она снова утыкается в грудь своей мамы, прижимаясь к ней. — Как же я скучала по тебе…

Из поместья выходят женщина и мужчина постарше. Скорее всего, это бабушка и дедушка Миры, которым уже по моей информации около семидесяти лет. Они приглашают нас в дом, усаживают за стол и расспрашивают Миру обо всём. Косятся на меня время от времени с лёгким прищуром. Моя персона в их доме явно доставляет им неудобства и дискомфорт. Что поделать? Я не виноват, что родился в семье акул, которые пытались отобрать в прошлом землю семьи Бертлен, пока дед Миры не заключил сделку с Альденом и не отдал им свою дочь.

— Мира, но как же тебе удалось приехать к нам? Твой отец… — Лиза поджала губы, — запретил какие-либо контакты…

— Мира теперь не Альден, а Крэйвен, — говорю я, тем самым привлекая всеобщее внимание, — и все запреты, которые поставил Марвин уже не в силе.

— Ох, понятно… А как же Марвин согласился на ваш брак?.. Мы ведь все знаем, что между вами пробежала кошка.

Кидаю взгляд на Миру, которая стремительно краснеет, а затем начинает говорить.

— Мы с Роем истинная пара…

У бабушки Миры в этот момент упала вилка из рук с характерным звуком.

— Ну, тогда это всё объясняет, — кивает Лиза. — Твой отец был точно в ярости. Надеюсь, он тебя никак не обидел? Марка?

— Нет, всё нормально, — говорит Мира и отводит взгляд в сторону, чтобы скрыть ложь. — С Марком тоже всё хорошо.

Я моментально воспламеняюсь, вспомнив, что этот ублюдок посмел ударить мою истинную. Тронуть её. Сжимаю челюсти с силой, пытаясь держать себя в руках.

Мне приходится покинуть стол, извинившись, и выйти на вечереющую улицу, чтобы прийти в себя.

А здесь красиво. Пшеница на фоне заходящего солнца смотрится просто волшебно. А через пять минут передо мной появляется моя истинная и обнимает меня за торс, прижавшись головой к груди, заставляя ещё сильнее сердце качать кров.

— Спасибо, Рой…

Часть 49

Неделя с мамой были самыми лучшими! Мы много разговаривали. Я рассказала, как мы справлялись с Марком без неё два года. О том, как нам было тяжело и тоскливо. И я даже смогла позвонить брату с телефона, который для меня купил Рой! Марк смог поговорить с мамой и вкратце рассказать, что творится в доме.

Отец сразу, как понял, что меня увёз Крэйвен, накинулся на Роланда и пытался разорвать сделку. Случился большой скандал прямо в ресторане, а после шли долгие переговоры. Но Роланд стоял на своём — на нашей истинности. Отцу придётся принять этот факт. И как бы он не противился, всё равно уже ничего не сможет сделать. А когда Хорос привёз наше свидетельство о браке, отец разнёс свой кабинет в ярости.

Короче, дела не особо хорошие. Но радовало, что Марку не досталось, и отец решил перевести брата на заочное отделение, чтобы он помогал ему в фирме. Моей семье сразу стало известно, куда мы улетели. И отец знал, что я у мамы.

И Марк сказал мне по секрету, что когда отцу сообщили об этом, ему стало плохо. А после он не выходил из своего кабинета весь день. И уже два дня как он ведёт себя так, будто ничего и не произошло.

Это странно и необычно. На отца совсем не похоже. Возможно ли, что он всё-таки что-то испытывает к нашей маме всё ещё?..

Я звонила отцу несколько раз, но он не взял трубку, даже зная, что это я. Огорчён? А я бы сказала ему, что тут практически ни при чём. Я не по своей воле ушла из ресторана. Рой меня на руках вынес под мои вопли.

По-хорошему бы лучше мне увидеться с отцом, но мне кажется, Рой воспротивится нашей встрече. Он и так реагирует слишком резко об одном только упоминании о нём.

Завтра мы возвращаемся. И я всё ещё не знаю, какие планы у Роя…

— О чём задумалась? — парень гладит меня по оголённому животу.

Мы всё ещё лежим в постели. Вставать совсем не хочется.

— О том, что мы будем делать дальше, когда вернёмся домой, — решаюсь я всё-таки спросить.

Его ладонь скользит ниже, оглаживая моё бедро.

— Вернёмся в академию, — он целует меня в плечо.

— А наши семьи?.. Мне бы с отцом увидеться.

Тут его рука замирает и сжимает бедро. Он громко выдыхает.

— Я не в восторге от этой идеи, но мой отец тоже настаивает на ужине.

— На ужине с нашими семьями?..

Поворачиваюсь к Рою лицом.

— Да.

— И что мы будем делать?

— Если не хочешь, мы не пойдём, — он ведёт пальцами по моей щеке.

— Наверное, надо. Они всё же наши отцы… Мы с тобой и так многое натворили, — улыбаюсь ему.

За эту неделю Рой открылся мне совсем с другой стороны! Я его не узнаю. Это уже не тот парень, что сочился ненавистью и злостью, пытался устанавливать свои правила. Совсем наоборот. Я вижу в нём любовь ко мне… Как бы это странно не звучало. В каждом его слове, действии и взгляде теперь я отчётливо это ощущаю. И от этого моё сердце сжимается в трепете.

Дотрагиваюсь до его обнажённой груди и веду вниз, очерчивая его рельефный торс пальцами. Приятно касаться его так… Не боясь и не стесняясь. Моя метка полностью пробудилась вчера…

— Ты такая красивая, — шепчет мне Рой и нежно целует.

Прижимаюсь к нему плотнее, прикрывая глаза. И мы целуемся. Долго. Обнимаем друг друга. Я думала, что лучше уже и быть не может. Но вот эта неделя доказала мне обратное.

Рой мне многое рассказал о себе. О своём детстве и юности. Об отце и непростой судьбе матери. Он говорил непривычно много, и я немного была смущена его откровениями. Рой ведь не из тех, кто любит говорить.

— Так почему ты пытался убить меня? Дважды… — выдыхаю ему в грудь.

Давно уже в мыслях поселился это вопрос, но я никак не могла задать его ему, потому что боялась… Сама не знаю чего!

Рой усмехается и гладит меня по волосам.

— В первый раз, потому что ты нарушила моё личное пространство, — говорит он тихо.

— Ох, ты ж, личное пространство его нарушили… — бурчу я, на что следует ещё один смешок. — Какой нежный… А моё личное пространство, значит, можно было нарушать?

— Ты же слышала, что я не люблю, когда ко мне прикасаются? В тебе я тогда увидел угрозу. Хотя раньше на девушек так бурно не реагировал, — его пальцы оглаживают мою спину. — А во второй раз на стадионе был не совсем я. Вернее сказать, неожиданная ярость и ненависть, возникла даже не из-за того, что ты кинула в меня бутылку… А просто потому что ты попалась в поле моего зрения. Я не знаю, как объяснить мой поступок, но кажется, что это была защитная реакция.

— Защитная реакция от чего?.. — хмуро поднимаю на него глаза.

Он целует меня в лоб и улыбается.

— От тебя. От того, что ты заставляешь меня испытывать странные эмоции, которых раньше я не ощущал.

— Настолько странные, что ты решил меня придушить? Я всё ещё злюсь… — фыркаю и хочу отвернуться, но он плотнее прижимает меня к себе.

— Прости за это, — он смеётся и снова целует меня в лоб.

Какой же он… милый.

Стал милым. И таким он нравится куда больше, чем был до этого. Надеюсь, когда мы вернёмся, Рой таким и останется.

_______

Привет! На следующей неделе финал этой истории)

Часть 50

— Он хороший парень, — говорит мне мама за день до отъезда. — Относится к тебе с трепетом. Это видно.

Смотрю на свою родительницу, которая ни капли не изменилась за два года. Жаль, что я не похожа на неё ни капли. От неё мне достался только овал лица, пухлые губы и маленький рост. А всё остальное от отца…

— Наверное, — улыбаюсь, наблюдая, как она высаживает цветок. Здесь погода намного теплее, чем в наших краях.

— А папа всегда был таким жестоким?..

— Не всегда. Временами он бывал даже милым, но это было очень редко. Например, когда родился Марк — первый сын. А когда ты родилась, он первые месяцы не отходил от тебя. Вставал ночами сам и убаюкивал.

Хмурюсь. Не вяжется этот рассказ с отцом…

— Он любит вас, но по-своему. Его же никто не учил любить. Твоя бабушка была с ДНК хищника, а твой дед обычным человеком. Их вынудили жениться. У них не было никакой связи, даже с запахом. Поэтому их семейная жизнь не сложилась. А когда Марвину было три года, родители погибли. Опеку над твоим отцом взял его дядя, которому было плевать на ребёнка.

Я слышала, что моя бабуля была хищницей… Марина Альден. И знала, что они с дедом погибли очень давно в автокатастрофе. Отец рос совсем один. Этим можно было бы оправдать его отношение к нам, но увы…

— А тебя он любил? Ты его?..

Мама улыбается как-то грустно.

— Я любила… Влюбилась в него с первого взгляда на нашей помолвке. Ему было двадцать восемь лет. Высокий блондин с голубыми глазами и аристократическими чертами лица, как и подобает сыну из влиятельной семьи. В купе с хищной харизмой. Сложно было в него не влюбиться, — она улыбается грустно, вспоминая папу в молодости. — Но он никогда не улыбался. Я видела его улыбку всего пару раз, только когда он смотрел на тебя с Марком. Насчёт его любви ко мне я не могу ничего сказать точно…

— А запах? Ну, Роя привлёк мой запах изначально, а потом и метка появилась…

— Да, — она кивает. — Твой отец тоже испытывал влечение к моему запаху. Правда, случилось это не сразу, а только через два месяца совместной жизни.

— Так странно… Я не совсем понимаю, как это работает у них. Значит, они не могут сразу понять по запаху, подходит ему человек или нет?

— Это лучше спросить тебе у Роя. Но знаю точно — это происходит ни у каждого с ДНК хищника. Многие могут и не встретить такого человека за всю жизнь. И, скорее всего, так у них проявляются чувства.

— Чувства?.. Типа как симпатия?

— Да, можно и так сказать. Влечение, симпатия, — она вздыхает и смотрит на меня. — Неужели ты всё ещё так мало знаешь о хищниках?

— Ну, раньше как-то мне не приходилось прятаться, чтобы какой-то хищник меня не понюхал…

Мама звонко смеётся и обнимает меня.

— Значит, пряталась от Роя?

— Ну, я же не знала, что он от меня хочет… Тем более он был всегда раздражённый и злой.

Понюхать, да придушить… Как вспомню — в дрожь бросает.

— Эх, мужчины. Их тяжело понять, особенно хищников.

Мама грустно улыбнулась. Хотелось ещё спросить у неё, почему всё-таки она ушла от отца. Может, есть то, чего мы не знаем с Марком?.. Но язык не повернулся. Возможно, узнаю у неё в следующий мой приезд.

Бабуля с дедом у меня те ещё молчуны. Я с ними за неделю поговорила совсем недолго. Да я их в принципе видела всего в третий раз! Дважды они приезжали к нам, когда я была ещё маленький, и сейчас. Наверное, они были напряжены из-за Роя, семья которого когда тут набедокурила. Ох, уж это прошлое…

А уже следующим утром мы прощаемся с моей семьёй и садимся в самолёт, пообещав приехать ещё раз. Я бы осталась здесь навсегда, но нужно было возвращаться, и решить уже все вопросы. Роланд несколько раз звонил Рою и сообщил, что помолвка наша состоится уже в следующую субботу. Всё это для прессы, выразился он так.

— И куда мы?.. — когда самолёт сел, и мы вышли с Роем из него, спросила я.

— Я бы хотел домой, но знаю, как ты сильно хочешь вернуться в академию, так что мы едем туда. Твои вещи, кстати, уже перевезли ко мне.

У меня глаза на лоб лезут от этой информации. Мы как раз подходим к автомобилю, за рулём которого сидит водитель, и садимся на заднее сиденье.

— Куда именно?..

Неужели в поместье его семьи? Хотя нет, если мы едем в академию, значит в его дом. Но какой?.. Тот, что возле отеля?..

— Ко мне домой.

— Так, постой… Но в тот вечер, когда Леннарт оставил меня с тобой… Ты отвёз меня в домик у отеля. Это он?..

Он кивает и нежно заводит прядь моих волос за ухо, выбившихся из причёски от порыва ветра.

— Я раньше жил в нём. Но если не хочешь жить там, то можем переехать в квартиру в черте города.

Боже… И куда делся тот злой и наглый парень?

— Я думала, мы будем жить раздельно…

Рой рассмеялся на мои слова и чмокнул меня в губы, и посмотрел так, будто мне десять лет и я сказала какую-то чушь.

— Моя жена будет жить со мной, — он переплетает наши пальцы и щурится. В глазах появляются жёлтый хоровод искорок.

— Ты опять злишься? — хмурюсь я.

— С чего ты взяла, Мира?

— Ну, твои глаза желтеют… — поджимаю губы. — Они всегда это делают, когда ты злишься.

Рой дотрагивается до моего лица и ведёт большим пальцем по губе.

— Мира. Это не совсем так. Глаза отражают эмоции. Да, в основном отрицательные и у большинства хищников так и есть, но ещё они реагируют и на положительные эмоции. Например, нежность или страсть.

— И что ты сейчас испытываешь?.. — тоже прищуриваюсь, внимательнее вглядываясь в его глаза.

И правда, цвет даже не такой насыщенный яркий, а более приглушённый. Глаза не горят лютой ненавистью, как в самом начале нашего знакомства…

— Я бы показал тебе прямо здесь в машине, что сейчас испытываю, но не хочу, чтобы посторонние услышал твои стоны, — его глаза загораются ещё сильнее, когда я стремительно краснею.

— Ты… — прокашиваюсь, и кошусь на водителя. Надеюсь, он не слышал его слова, — развратник.

Тихо произношу, отвернувшись к окну. Иначе ещё больше раскраснеюсь от его наглого взгляда и пленительной улыбки.

Часть 51

И через три часа мы с Роем уже находимся в доме. Мои вещи, правда, уже здесь, и даже развешены в гардеробной. Кусаю нижнюю губу, осматриваясь вокруг.

Как-то я не готова совсем к совместной жизни ещё… С Роем. Всё у нас с ним так стремительно произошло. Сажусь на кровать, смотря в большое окно, из которого открывается прекрасный вид на сосновый лес.

Красиво, конечно…

Беру телефон и решаюсь ещё раз позвонить отцу. Может, он всё же возьмет в этот раз трубку. Неужели, такой жестокий и влиятельный человек, мог обидеться?.. Ну, бред же.

Но папа так и не ответил на звонок, поэтому я набрала Марку. Он сразу ответил мне, но был явно не в духе, если судить по голосу:

— Да, Мира. У тебя что-то срочное?

— Привет. Эм, нет… Всё нормально?

Слышу, как матерится в трубку, а затем произносит:

— Тут конкретный завал. Разгребаю грандиозные дела с Крэйвенами.

— Ого, а папа?.. Он не берёт от меня трубку.

— Тоже занят, из кабинета своего не вылезает. Как узнал, что ты увиделась с мамой, так его будто подменили. Даже толком со мной не разговаривает. В выходные встреча. Ты знаешь?

— Да.

— Будут фотографы и некоторые влиятельные шишки, так что придётся улыбаться на камеру. Надеюсь, она пройдёт лучше, чем прошлая встреча. Ладно, Мира, мне пора. Напишу тебе позже.

Марк сбрасывает звонок. Да что там у них за дела такие? Оформление сделки, о которой они договаривались?.. Ох. Но по его уставшему голосу понятно, что там у них готовится что-то реально грандиозное.

Рой зашёл в дом. Он долго с кем-то разговаривал по телефону всё это время на улице. Я уже даже успела принять душ и осмотреться везде. Домик не большой, но такой уютный. И мне он очень нравится. В первый раз я не успела его толком разглядеть, потому что мне было совершенно не до этого. Всё выполнено из дерева, выкрашенного в белый цвет. Панорамные окна в пол в спальне и в гостиной. Небольшая кухня и душевая комната.

Интересно, Рой здесь жил изначально? И почему не снял коттедж на территории академии?.. Ох, мне о нём ещё столько всего предстоит узнать. Например, о его друзьях. Есть ли они у него? Или те громилы, с которыми он появлялся на лекциях просто приятели? У меня к нему куча вопросов.

И пока я сушила волосы в душевой комнате и думала о том, чтобы составить список своих вопросов к нему, Рой появился позади меня и обнял, уткнувшись мне в шею.

— Ты долго. Что-то случилось?..

Он прикрыл устало глаза.

— Нет. Всё очень даже хорошо, — он подхватил меня на руки и понёс в спальню. Уложил так, как ему удобно, сграбастал в свои лапы, снова утыкаясь в мою шею. — Полежи так со мной немного, любимая.

Любимая…

Рой прикрыл глаза и, кажется, моментально уснул. Это я поняла по его размеренному и глубокому дыханию. Я нежно коснулась его густых прядей. Словно шёлк. Родиться с ДНК хищника благодать или всё же проклятие? С одной стороны — ты получаешь идеальную внешность, харизму и обаяние. А с другой — жестокость и бесчеловечность. Ох, как же всё-таки повезло, что мы с ним истинные, иначе ко мне он бы относился явно по-другому. В своей хищной манере. Прогнул бы меня под себя.

А хотя, если не наша истинность, то мы бы никогда не были вместе. Наши семьи не позволили бы нам этого. По крайней мере, мой отец.

Рой уснул, а я полежала с ним немного и встала, тихонько выбравшись из его тёплых объятий. Мне не хотелось спать, поэтому я сделала себе вишнёвый чай. Как интересно, что этот напиток нашёлся в шкафчике. И даже мои любимые конфеты с трюфелем. Посидела у большого панорамного окна, наблюдая за вечерней улицей. Этот домик находится в самом отдалении от того отель-бара, поэтому гул машин и людей сюда практически не доходит. Да и людей не видно. Только сосновый мрачный лес.

До сих пор помню, как натыкалась со своего балкона на два светящихся уголька из темноты леса. Тогда меня бросало в дрожь от страха. И я думала, что казалось, пока Рой вчера не рассказал, что на самом деле это был он. Вот же… сталкер.

А если бы метка не появилась? Как бы сложилась наша с ним судьба? Если судить по его рассказам, то инстинкты изначально начали наталкивать его на то, что я привлекаю его как девушка. Не появись метка, что было бы тогда?.. Моим женихом так и остался бы Леннарт Торвс? Что-то мне подсказывает, что ничего подобного не вышло бы. Рой бы всё равно пошёл до конца. Такой непрошибаемый зверюга если что-то решил, то вряд ли остановится… И тогда началась бы настоящая война между нашими семьями. Ох.

А я испытывала бы к нему хоть что-то?

Вообще, я всё ещё не совсем понимаю, как работает эта истинность. Но одно я поняла — метка не появится на человеке, который тебя никак и ни чем не привлекает. И в купе с тем, что он хищник тоже сыграло большую роль. Только у хищников в прежние времена были истинные пары. У людей несколько столетий назад начали появляться метки, ведь если оба партнёра люди и истинные, то велика вероятность того, что у них родится ребёнок с ДНК хищника. Всё складывается к тому, что природа тоже на стороне этих… желтоглазых зверюг.

Вернулась к Рою в комнату через час. Легла к нему под бочок, а он меня и загрёб в свои тёплые лапы. Так и уснула в теплых объятиях своего любимого.

Любимого?.. Да, точно. А как ещё по-другому?

Ведь я даже не могу описать словами то, что испытываю к нему. Это больше чем любовь.

Часть 52

Утром мы вместе въезжаем на территорию академии. Рой останавливается на парковке. Выходит первым и открывает мне дверь, протягивает руку. А я смущаюсь всё ещё. Совсем недавно мне приходилось прятаться от него и бегать, чтобы Рой только не придушил меня где-нибудь, а сейчас парень протягивает мне руку и смотрит на меня восхищёнными глазами.

Это странно.

Вкладываю свою ладонь и поднимаюсь. На парковке много людей. Понедельник. Все приехали после выходных из дома, и сейчас каждый студент пялится на нас. Замечаю у ворот длинноногую брюнетку, по имени Лара, которая не так давно пыталась оттаскать меня за волосы из-за Роя. Фан-клуб моего истинного.

Усмехаюсь, наблюдая за тем, как она со своими подружками таращатся на наши сплетённые руки. Рой замечает мою улыбку.

— Твои поклонницы, — киваю в их сторону. — И кажется, бывшая девушка.

Перевожу на него прищуренный взгляд.

— Бывшая девушка? Она? — переспрашивает и усмехается. — Ошибаешься.

— Да ла-а-адно, — хмыкаю. — Меня вообще-то твой фан-клуб пытался отмутузить и припугнуть на крыше академии. Сказали, чтобы я к тебе и близко не подходила. Брюнетка назвалась твоей девушкой.

Рой останавливается. Дотрагивается до моей щеки и ведёт пальцами вниз, блуждая глазами по моему лицу.

— Я никогда ни с кем не встречался, Мира. А с ней у меня был только секс.

Отвожу взгляд и поджимаю губы. Как-то эта информация мне совсем не нравится. И сколько раз у них было, раз она так настойчиво пыталась меня ликвидировать?

— Мира, — он наклоняется и нежно целует меня в губы, — ты же не обиделась?

— Нет, — хмыкаю.

Ещё чего… Обижаться-то на что? Ну, было и было. Теперь-то он точно мой. И уже ни на кого не посмотрит. Снова усмехаюсь своим мыслям. И Рой это замечает, целует и обнимает за талию.

Ещё немного и начал бы тискать меня прямо на парковке академии. Нас прервала Лина, которая окликнула меня на всю округу:

— Мира! — подруга подбежала к нам и остановилась, боязливо косясь на Роя.

Я отлипла от парня и сразу обняла Лину. Сколько мы с ней не виделись? Будто целую вечность. Девушка смотрела то на меня, то на Роя, наверное, не зная, чего ожидать.

— Подожди минуту, — улыбаюсь ей.

Поворачиваюсь к Рою и приподнявшись на носочки и потянув его за затылок, заставляя нагнуться ко мне. Чмокаю его нос и губы, заглядывая в глаза.

— Я пойду с Линой. Меня не надо провожать, — шепчу ему.

— После первой лекции я затащу тебя в ту кладовку под лестницей, — он улыбается уголками губ.

— Зачем? — прищуриваюсь.

— Узнаешь, — усмехается и смотрит на меня таким красноречивым взглядом.

Отлипаю от парня и подхватываю подругу под локоть, тяну за собой. А то Лина сейчас ещё в обморок упадёт от наших нежностей. Нужно рассказать ей, чтобы уже перестала бояться этого психа. Он нас точно не тронет. И лучше бы ей привыкнуть к такому хорошему и спокойному Крэйвену. А то вон глаза как два блюдца стали у неё.

Проходим мимо фан-клуба Крэйвена, что пытаются убить нас глазами. Я лишь мило улыбаюсь, забавляясь этими девицами. Завтра они забудут уже Роя и приклеятся к другому богатому красавчику. Это сто процентов.

За поворотом мы замечаем рыжую макушку Алекс, что нагло курит в окно прямо в коридоре академии. Боже…

— Алекс! — я подлетаю к ней и крепко обнимаю.

Девчонку чуть не выронила сигарету из рук и уставилась на меня таким обалдевшим взглядом, будто я совсем берега попутала и не стоило этого делать. Но я лишь растянулась в улыбке и вырвала у неё из рук сигарету, выкинув её в окно.

— В академии нельзя курить. Ты не знала?

— Мира, — тяжело вздохнула она, попытавшись высвободиться из моих лап.

Эта Алекс видно не тактильная девушка. Вон лицо аж перекосило у неё от моих объятий. Я снова рассмеялась и дала ей свободу.

— Спасибо, что помогла мне.

— Да, пожалуйста, — фыркает она и хмуро смотрит на меня зелёными глазами.

— Девчонки, опоздаем на лекцию, — говорит Лина, поглядывая на наручные часы.

— Пойдём! — захватываю её под локоть и тяну за собой, с другого бока прихватив и Лину. Эти двое по сравнению со мной высокие. Если Лина шагает добровольно, то с Алекс приходится повозиться. На повороте притормаживаю, потому что нам перекрывают дорогу какие-то парни. Морды у всех знакомые. Особенно у блондина с голубыми глазами, который таращится сейчас на Алекс и заметно нервничает, а девушка даже взглядом его своим не удостоила.

— Простите… — говорит он.

О, узнаю его. Это парень из придорожного кафе, где мы остановились с Алекс, когда я сбегала от Роя. Имени, к сожалению, не запомнила, а вот внешность да. Красивый парень. Да и тяжело было забыть то, как его проигнорировала тогда Алекс. Разбила сердце парню.

Они расступаются, а я продолжаю идти, не забывая тащить за нами Алекс. Нечего ей прогуливать!

Запихиваем с Линой высокую девушку в аудиторию под смешки. Не, ну лицо у неё такое смешное сейчас. Будто бы маленького ребёнка заставляют делать то, чего он не хочет.

— Сядешь с нами за первой партой? — спрашиваю я.

— Не, — мотает головой рыжая.

— Ну ладно, — пожимаю плечами и мы с Линой проходим через удивлённых одногруппников.

Только садимся на наше место, как слышим недовольный голос Алекс:

— Ты ничего не попутала? — хищница наклонилась к девушке с черными длинными волосами, собранными в хвост и рваной чёлкой, которую я видела впервые.

— Это новенькая, Тереза Дейдвуд, — шепчет мне Лина на ухо.

Девчонка надула жвачку и лопнула, нагло пялясь на Алекс… Ой-ёй.

— А она знает, что Алекс — хищница?.. — спрашиваю я.

— Вроде нет…

— Сейчас узнает…

— Ага…

— А что не так? — спрашивает черноволосая нашу Алекс.

— Это моё место, — цедит нервно хищница. — Свали по-быстрому.

— А здесь не написано, что оно твоё, — отвечает ей в той же манере Тереза.

Ой… Подскакиваю с места, ощущая, как накаляется атмосфера в аудитории. И энергетика Алекс уже бьёт по всем рецепторам. И если судить по побледневшему лицу новенькой, то она тоже уже поняла, кто перед ней.

Подлетаю к Алекс, схватив её за локоть и нервно улыбаясь, говорю:

— Ты не нервничай, Алекс, ладно?.. Она сейчас пересядет, — смотрю на Терезу и киваю ей, чтобы быстрее скрылась с глаз девушки, а то кто знает этих хищников…

Если судить по Рою, то он бы давно в лепёшку раскатал кого-то…

Тереза хмурится, но подбирает рюкзак и свои вещи, протискивается мимо нас.

— Садись с нами, — предлагаю ей, улыбнувшись.

— Обойдусь, — бурчит она и садится у противоположной стены в середине аудитории. Там как раз свободное место.

— И чего ты вцепилась в меня? — недовольно спрашивает меня Алекс, вырывая свой локоть. — Не тронула бы я эту девку. Руки ещё марать.

— Да я… На всякий случай.

— Я не такая, как твой парень, что кидается на всех подряд как бешеная псина, — цыкает она и плюхается на стул.

— Ну да… — пожимаю плечами.

Неудобно вышло как-то. Возвращаюсь к Лине и сажусь. Насыщенное утро, однако.

Но я скучала по этому!

После первой лекции Рой, как и обещал, затащил таки меня в свою кладовку с макулатурой. Набросился на меня, будто не видел целую вечность. Исцеловал, затискал, но дальше не зашёл, потому что я настоятельно его об этом попросила. Он начал ко мне прислушиваться и учитывать мои желания. Правда, сказал, что придётся наказать меня вечером в нашем домике после лекций…

В столовую мы с Линой пошли вдвоём, Алекс, как обычно, фыркнула на нас грозно и ушла на свою любимую крышу курить. Назвала нас «прилипалами»… А мы что? Рассмеялись только. Видно, что ей нравится с нами общаться, хоть и всеми силами пытается сделать вид, что нет.

Мы уже практически закончили обедать, когда к нашему столику подсел симпатичный здоровый парень с каштановыми волосами. Он ослепительно улыбнулся нам.

— Привет, — смотрит на Лину. — Так почему ты не хочешь сходить со мной на свидание?

— Нейтан, я же тебе написала свой ответ. Меня не интересуют отношения, — Лина положила пустой стакан из-под морса на стол.

А-а-а, тот самый Нейтан, что врезался в Лину прямо в коридоре, чуть ей лоб не расшиб. Благо всё обошлось.

— Оке-е-ей, — вздохнул он, поглядывая то на меня, то на Лину. — Ну ладно, увидимся.

Он махнул рукой и поравнялся с каким-то не менее огромным и высоким черноволосым парнем. Его серые глаза красноречиво скользнули по моим волосам и лицу. Парень улыбнулся мне, а когда его дружок заметил интерес ко мне, то отдёрнул парня, что-то ему шепнув на ухо. И тогда весь запал черноволосого ко мне пропал мгновенно.

— Боже, — фыркает Лина. — Один лучше другого.

— А что не так с этим Нейтаном? Вроде симпатичный, — спрашиваю я.

— Так он бабник. Тут молва про этих двоих такая прошлась, что у меня уши чуть в трубочку не свернулись. Едва ли не каждую вторую девушку они тут… ну, ты поняла меня.

— Ты уже про всех тут всё знаешь, — улыбаюсь.

— Ну, а куда деваться. Не хочется снова наступить на те же грабли… С тёмными волосами его друг Адам Готье. Похоже, он собирался к тебе подкатить, но его дружок вовремя предупредил, а то бы даже не знаю, что Рой с ним сделал…

О да. Это уж точно.

Часть 53

Сжимаю ручку бокала с соком, украдкой кидая взгляд в сторону отца, что сидит по левую сторону от меня в центре стола. А с другого центра сидит Роланд. Оба смотрят друг на друга совсем недобро.

Вспоминается прошлый ужин, где Роланд прямо-таки сквозил наигранным добром и весельем. Сейчас же, похоже, он больше не играет. Сидит мрачнее тучи, напоминая мне сейчас Роя.

— Все бумаги подписаны, — произносит Крэйвен-старший, выпивая остатки янтарной жидкости с тумблера.

— Подписаны, — в той же манере говорит отец. — Я так понимаю, встречаемся с вами на церемонии?

— Да, — кивает Роланд.

— Отлично, — отбрасывает салфетку на стол папа и поднимается.

— Уже уходишь? — откидывается на спинку стола отец Роя. — А как же поздравить молодых?

Отец переводит на меня тяжёлый взгляд, смешанный с едва заметной горечью. Рядом со мной сидит Рой, который не выпускает моей руки из своей тёплой ладони, а напротив нас Марк допивает остатки воды.

— Не сегодня, — цедит он.

Брат поднимается следом за отцом, и они явно собираются уходить.

Папа за весь приём не сказал мне ни одного слова, и лишь раз одарил меня красноречивым недовольным взглядом. Он точно взбешён и зол на меня. Он больше всего недоволен происходящими событиями. Рой сказал, что условия сделки между нашими отцами выгоднее, чем были предложены изначально. Так почему он не доволен? Ах, да, давняя вражда в Крэйвенами, что высосана из пальца…

Час назад здесь была пресса и многие из других влиятельных семей. Все нас поздравляли и желали счастья. Фотографы сделали множество снимков с нами. Завтра о нашей помолвке будет знать вся страна, и о том, что две крупнейшие компании страны сливаются, и будут расширять свой бизнес.

Отец с Марком выходят из ресторана, и я поднимаюсь следом за ними. Отпускаю руку Роя.

— Я сейчас. Мне нужно поговорить с отцом.

Парень кивает, оставаясь за столом. А бегу за папой, подхватив подол длинного золотистого платья. Он уже подошёл к машине, собираясь в неё сесть.

— Папа! — кричу я, подбегая к нему.

Останавливается и поворачивается ко мне. Брат тоже замер рядом со своей машиной.

— Постой. Не уезжай, — выдыхаю я от неожиданной беготни. Смахиваю светлую прядь, что выбилась из причёски. Отец хмурится и смотрит на меня. — Как… дела?

Это всё, что мне пришло в голову сейчас. Хотя я заготовила целую речь для него, но всё забыла.

— Мира, у меня ещё много дел. Нет времени на разговоры с тобой, — выдаёт он жёстко.

— Папа… Я ведь не виновата, что всё так вышло. Почему ты злишься на меня?.. — сжимаю руки в кулаки. Трудно это признавать, но я всё-таки скучаю по нему. — Вышло даже ещё лучше для твоего бизнеса… В разу лучше.

Он сует руки в карманы брюк, поджимая челюсти.

— Я злюсь не на тебя, а на ситуацию в целом, — кидает быстрый взгляд на мою руку с кольцом, что надел на меня Рой. — Поздравляю.

— Спасибо, но я, правда, об этом тоже ничего не знала…

— Знаю, Мира.

Выдыхаю и подхожу ближе. Обнимаю папу, прижавшись к его груди. Последний раз я так делала лет в двенадцать, когда выиграла конкурс по рисованию.

Отец замирает и напрягается, а я продолжаю обнимать. Каким ужасным он ни был, но всё же я ощущаю к нему привязанность как к родителю, и мне больно от того, что папа такой чёрствый. Чувствую его руку на своей спине, как он хлопает легонько меня ей. В детстве папа часто так делал, когда я висела на его шее.

— Как там мама?.. — слышу его тихий голос.

Отрываюсь от него и смотрю в его голубые, совсем такие же, как у меня глаза.

— Нормально. Занимается цветами… — проговариваю, замечая мелькнувшую тень на дне его глаз.

— Ясно.

Он прокашливается. Выпрямляется. Интересно, ему до сих пор нравится запах мамы?..

— Увидимся, Мира, — садится в машину и уезжает.

Марк подходит ко мне, когда автомобиль отца выезжает на дорогу.

— Это было сильно… — хмыкает он, покачиваясь на носках совсем как в детстве.

— Сама удивилась. Спросил про маму, представляешь?

— Да ладно? — Марк смотрит на меня, хлопая глазами. — С нашим стариком явно что-то происходит последнее время.

— Это точно…

Но надеюсь, все изменения с ним только в лучшую сторону. Мне бы этого очень хотелось.

Возвращаюсь к Рою, вдоволь наболтавшись и обнявшись с Марком. Брат рассказал мне, что тоже скоро женится. И я даже огорчилась, что отец опять заставляет Марка делать то, чего он не хочет. Но брат проговорился мне, что невеста ему уже давно нравится. Так что он совсем не против этого брака. И я очень рада за него!

Рой ждёт меня у входа, сунув руки в карманы чёрных брюк. Пиджак, что он надел на этот ужин уже где-то посеял. Рукава белой рубашки закатал до локтей. И смотрит на меня мрачным взглядом с лёгким прищуром.

— Что не так? — хмурюсь, остановившись напротив него. — Опять взбесишься и уволочёшь меня отсюда?

— Как раз думал об этом, — расплывается в улыбке, от которой я едва не теряю сознание.

Подхватывает меня на руки и несёт к машине.

— Рой! Я даже не попрощалась с твоим отцом, — цепляюсь за его шею.

— Я сделал это за тебя. Не переживай — он не в обиде.

Сажает меня на переднее сиденье и пристёгивает. Целует, скользнув языком по нижней губе, и слегка прикусывает её. От его действий сразу появляется жар, что оседает внизу живота.

Отстраняется от меня с пожелтевшими радужками, и дышит так порывисто… Ох.

Рой закрывает дверь и обходит автомобиль, садится рядом и заводит двигатель. Скольжу по его профилю взглядом, по сильным рукам и длинным пальцам. Не удерживаюсь и касаюсь его щеки. Не могу оторвать от него взгляд, а Рой улыбается.

Свезло же мне всё-таки… Такого психа одержимого отхватила себе.

Между нами что-то намного крепче любви. Настоящая связь, что не прервётся ни при каких обстоятельствах.

______

На этом история Миры и Роя подходит к концу! Спасибо, что были с ними и переживали за них)

История, происходящая в этой же академии, но годом позднее "Яд под кожей ": https:// /shrt/ulx8

И новинка про коварного хищника "Останься со мной в темноте ": https:// /shrt/ulu8

Предупреждаю, что история намного жёстче, чем "Теряю контроль". Не для нежных фиалок, проще говоря).

Эпилог

Красивая мелодия звучит со двора, смех и гомон голосов. Этот негодник затащил меня в ванную на втором этаже и творит со мной всякие пошлые вещи. Прижимает к стене лицом и приподнимает низ красивого нежного голубого пляжного платья, пробираясь пальцами под нижнее белье. Отодвигает волосы и впивается зубами в шею.

— Рой… Только не это, — стону, не в силах дать отпор. — Останется след…

Вот всегда он так. Что за привычка кусаться? Как дикий зверь. Потом следы от его зубов сходят несколько дней.

— И что? — его шёпот обжигает кожу на шее.

— Мы же на празднике… Все увидят… — его пальцы проводят по влажным складкам между ног, и я издаю тихий стон.

Зализывает место укуса. Слышу его смешок.

— Плевать.

— Рой! — пытаюсь вырваться и повернуться к нему лицом, чтобы посмотреть в его наглые глаза, но он не позволяет. Хватает меня за горло, слегка сжимает и входит в меня во всю длину.

Электрический ток проносится по всему телу, унося меня в другую вселенную. С Роем по-другому и не может быть. Прикрываю глаза, издаю тихий стон, боясь, что кто-то может нас услышать. Рой рычит мне в шею, продолжая покусывать её и нежно зализывать оставленные им отметины. Моя шея никогда не бывает без его следов… Только в те моменты, когда он уезжает в другой город по делам на несколько дней.

Моя кожа слишком бледная и каждый маленький укус или засос сразу проявляется. Мне это не нравится, и Рой это прекрасно знает, но продолжает делать это каждый раз, будто бы помечая. Хотя куда уже меня метить? На мне его метка стоит уже десять лет!

Отлипаем друг от друга. Рой помогает мне устоять на ногах с хитрой улыбкой на лице, забавляясь тем, как я хмурюсь и поправляю на себе платье. На шее уже проступили следы его зубов и засосы.

— Какое же ты ненасытное животное, Рой Крэйвен, — бурчу я, включаю воду в кране и умываюсь под его насмешливый взгляд.

— С тобой по-другому не получается. Ты же знаешь, — усмехается он, разглядывая меня через зеркало.

Его рука скользит по моей талии к груди и сжимает её. В тёмных глазах вспыхивают жёлтые искры, говоря, что он снова перешёл в режим похоти.

— Нет, Рой, — мотаю головой и поворачиваюсь к нему, — мы и так задержались.

Чмокаю его в губы и прохожу к двери, но он меня перехватывает, сажает на тумбочку, устроившись между моих раздвинутых ног.

— Рой… — вздыхаю я, когда он наклоняется к моей груди, высвобождая её из тонкой ткани лифа.

Прикрываю глаза от удовольствия, что вспыхивает мгновенно. Чёрт бы его побрал…

В итоге из ванной комнаты мы выходим только через двадцать минут. Едва успела перевести дух и по-быстрому сбежать от своего мужа, что на втором разе не собирался останавливаться.

Пришлось распустить волосы, чтобы скрыть засосы и укусы на шее. Всё же мы на празднике, и как-то неудобно перед знакомыми и друзьями ходить в таком виде.

Сегодня день рождение Алекс, что проходит на вилле Хадсонов. Да-да, Алекс таки недавно созрела для брака с Аланом, своим истинным, и они полгода назад сыграли свадьбу. Нашу рыжую подругу её блондинчик долго упрашивал стать его женой. Характер у Алекс не сахар. Хорошо хоть муж ей попался спокойный и терпеливый.

Вилла их находится прямо на берегу моря, поэтому я переоделась в пляжное платье, которое и привлекло моего похотливого мужа.

Выхожу на улицу. Гостей не много, только самые близкие, ведь Алекс у нас одиночка, следовательно, и связями с людьми особо не обременена. Лина приехать не смогла на праздник. У неё проблемы в семье. Со стороны Алана только его близкий друг с девушкой.

— Ну, наконец-то, — рядом появляется Алекс со стаканом сока. — Я уж думала, вас не ждать сегодня.

— Прости, — моментально краснею. — А Рэй?..

— Вон там, — кивает она в сторону зонтиков, что стоят на пляже, а под ними сидит мама Алекс — миссис Мерседес. Она вызвалась приглядеть за нашим сорванцом, которому совсем недавно исполнилось шесть лет.

Выискиваю чёрную макушку. Сын ковыряет в песке какой-то палкой, грозно поглядываю на кудрявую черноволосую девочку, что сейчас лепит какие-то фигурки из песка.

— Я твоего Роя отправила к Алану жарить барбекю, — говорит мне подруга. — А то что-то мне подсказывает, что истинный моей сестрёнки снова устроит сцену. Боюсь оставлять их наедине.

— Да-а-а, вот только думаешь, Рой сгладит атмосферу между ними? Эти хищники такие злопамятные. Рой до сих пор вспоминает, как я обнималась с Дареном и как он брал меня за руку.

— Придурки, — бурчит Алекс, допивая сок.

С пляжа доносится детский громкий плачь. Мы сразу оборачиваемся на звук и бежим туда. Подбегаю к зонтикам. Мерседес прижимает к себе малышку Ариэль и пытается её успокоить. Она плачет, вытирая крупные капли слёз с пухлых загорелых щёчек. Её волосы растрёпанные, на лице грязь и песок.

— Что случилось? — спрашиваю взволнованно.

Смотрю на своего сына, что скрестил руки на груди и угрюмо смотрит на плачущую девочку.

— Рэймонд, — произношу более грубо и поворачиваюсь к нему, положив руки на талию. — Ты снова что-то натворил?

На пляже появляется Эмили, младшая сестра Алекс и сразу подбегает к своей малышке. Забирает её из рук бабушки и вытирает ей слёзы.

— Милая, что случилось? Ты почему плачешь?..

У меня за спиной появляется Рой, а за ним и Адам — муж Эмили, что тоже подходит к своей дочери и берёт её на руки. Девчушка шмыгает носом и обнимает папу за шею.

— Л-лэй меня удалил, — говорит она, поглядывая обиженно на нашего сына…

— Что он сделал? — переспросил Адам, уже развернувшись к нам, нахмурился.

— Ну-ка, рассказывай, — цежу сквозь зубы, нагнувшись к Рэю.

Его голубые глаза мечут молнии в малышку Ариэль, жёсткие чёрные пряди падают на лоб. Губы надуты.

— Не ударял я её. Сама ко мне прилипла, дура. Я её чуть-чуть за косички подёргал, — корчит рожицу он, сейчас напоминая кое-кого, что стоит рядом с нами. — Даже букву «р» выговорить не может.

— Рэймонд, — восклицаю я, хватая его за локоть.

Ему всего шесть лет, но развивается стремительно просто. Уже умеет читать и писать не хуже взрослого. А иногда ляпнет такое, что уши в трубочку сворачиваются. Ещё и ДНК хищника, что досталась ему от отца. И характер такой же злобный и надменный. Я борюсь как могу, чтобы пресечь в нём жестокие гены, но видимо, я могу лишь только их сгладить, но избавиться от этого не выйдет. Он ещё ни разу не обижал девочек, что сейчас стало для меня шоком.

— Извинись перед Ариэль. Ты умный и хороший мальчик. И знаешь, что нельзя обижать тех, кто слабее тебя.

— Она глупая. Я не буду извиняться.

Слышу, как рядом вздыхает Рой.

— Рэй, посмотри на меня.

Рэймонд поднимает взгляд на отца и хмурится, поджав губы. Понимаю, что Рой сейчас одарил нашего маленького сына не самым добрым взглядом.

— Извини, Ариэль, — нехотя выдаёт из себя сын, сразу отворачивается.

Малышка на руках своего папы тоже обиженно смотрит на него, ничего не говорит, но кивает, шмыгая носом. Она младше нашего Рэя на два года.

И как у него рука повернулась, тронуть девочку?.. Дома предстоит серьёзный разговор.

— Извини, Эмили, — подхожу я к рыжеволосой милой девушке.

— Ничего. Это же дети. Немного повздорили, — говорит она, поглядывая на своего мужа, что всё ещё хмурится и смотрит на Роя.

Ох, эти хищники… Жаждой крови так и сквозит. Понимаю Адама. Он за свою малышку кого угодно готов растерзать. Ариэль так похожа на своего папу. Тоже тёмные волосы, но кудрявые как у мамы и серые глаза.

Вот наш Рэй тоже вылитый Крэйвен. Я надеялась, что он будет похож на меня не только внешностью, но и характером, но гены его семейства взяли своё, оставив нашему сыну только цвет моих глаз.

— Идём, милая, — Эмили забирает свою дочурку из рук папы, — умоем тебя.

— Вы тоже расходитесь, — нервно проговаривает Алекс, смотря на Роя и Адама. — Нечего тут устраивать кровожадные гляделки.

— Рой, — беру за руку его и сына. — Пойдёмте.

— Адам, — улыбается Эмили своему истинному.

— Ага, — хмыкает он и уходит следом за женой и дочерью.

Вздыхаю. Боже.

— Рэймонд, дома мы с тобой серьёзно поговорим, — говорю я своему чертёнку, что совершенно по всему видимому не испытывает ни малейшего сожаления за содеянное. — И с тобой тоже, — уже смотрю на мужа.

А затем вижу то, как Рой и Рэй переглядываются и начинают улыбаться. Даже улыбки у этих двоих одинаковые! И взгляд…

— Пошли, сынок, — он треплет его по чёрной шевелюре и берёт его за руку, уводит в сторону виллы.

А я смотрю на их спины и тоже улыбаюсь.

Сложно с этими двумя, но я справлюсь!

_______

Всем спасибо за поддержку!

Книги про троицу хищников, что возомнили себя королями мира (истории жестокие, предупреждаю) Останься со мной в темноте: https:// /shrt/P92d

Также приглашаю в мою новинку "Медленный яд"

https:// /shrt/opXZ

— Знаешь, — мрачно начинает Ашер, — помнится, ты спрашивал у меня, какой подарок я хочу на день рождения, — он делает паузу, и в этот момент я поднимаю на него глаза. Наши взгляды встречаются. — Я решил. Вокруг будто стало тише. Всё отошло на задний план, оставив только этот напряжённый диалог и тяжёлый взгляд хищника. — Да? — оживляется Леон, не скрывая любопытства. — И что же это? А я замираю. Внутри нарастает нехорошее предчувствие. Такое острое, что хочется закричать или раствориться в воздухе. Я таращусь на него, не в силах оторвать взгляд. Вижу каждую его эмоцию, от кипящей ярости до чего-то более страшного, как бездонная пропасть. — Я хочу её, — говорит он, не отрывая взгляда от меня. А я едва сознание не теряю. В ушах нарастает звон, перед глазами мелькают тёмные пятна. Да, ситуация патовая… Восемь лет назад мы были соседями. Тогда мне было десять. Сейчас мне восемнадцать и он не помнит меня и обращается со мной как с добычей. Но я не позволю ему победить!