Лидия Глейб развела плечи, приподняла подбородок выше и с улыбкой осмотрела себя в зеркало с ног до головы. Сегодня все должно было быть идеально — и прежде всего ее внешний вид. Открытие нового здания ее “Обители моды” — дело ответственное. И уж конечно, хозяйка заведения, где любой даме обещают самый роскошный и утонченный образ просто обязана выглядеть так, что не придраться.

Когда пять лет назад дочь купца заявила, что не желает идти замуж, а хочет для начала открыть свое дело, Алекс Глейб нахмурился, потом напомнил дочери о хорошем приданном, которое делало ее желанной невестой и без “всего этого”, а потом пригласил в кабинет и выслушал очень внимательно. Лидия вышла из кабинета отца через час, раскрасневшаяся, растрепанная, сжимая в кулаке расписку, согласно которой отец ссудил ей семь сотен золотых на собственное дело. Через три года она обязывалась вернуть тысячу.

Дело пошло. Лавка тканей. Дорогих, красивых, ярких и прочных. Нити к ним, пуговицы, тесьма, кружева, ленты. Лидия сама любила и умела красиво одеваться, следила за последними модными веяниями и старалась их предугадать. А еще у нее определенно был вкус. Совсем скоро о лавке, где для каждой найдется идеально-подходящая ткань, заговорили в дорогих салонах жены и дочери вельмож.

Лидия наняла швею и вышивальщицу. Следом — шляпницу и обувщика. Нашла даже девушку, которая делала очаровательные маленькие сумочки. Дамы были в восторге. В одном месте можно было создать полностью готовый образ. И главное — он точно будет отличаться от других. Лидия строго следила за тем, чтобы каждая заказчица получила что-то поистине уникальное.

Деньги отцу она давно отдала, и теперь все, что оставалось ему, это восхищаться хваткой дочери (“Вся в меня”), да ворчать о том, что все же нужно выйти замуж (“У матери в твоем возрасте уже двое было”).

И вот теперь она выкупила новое помещение — дом на границе купеческого и аристократического кварталов. Второй этаж — жилой, первый полностью отдан под “Обитель моды”. Это был тонкий посыл: “Я знаю свое место, но я рядом, когда нужна”.

Лидия еще раз осмотрела себя с ног до головы. Винный бархат смотрелся достойно и неплохо оттенял каштановые волосы. При этом она не позволила себе ни открытых плеч, ни дорогой вышивки. Несмотря на свои капиталы, она оставалась купчихой, “торгашкой”, и пытаться затмить тех, кто сегодня придет на праздник в качестве гостей. Цвет она выбирала по той же причине — в этом месяце дамы “высшего общества” отдавали предпочтение всем оттенкам синего, зеленого и желтого.

Улыбнувшись своему отражению, Лидия отправилась встречать гостей. Прием проходил на свежем воздухе, в саду, под растянутым шатром без стен.

Улыбки, вежливые приветствия, поздравления с открытием, осторожные вопросы о том, есть ли что-то новое (ну разумеется, а зачем еще устраивать такой прием, если не для увеличения продаж). Лидия с улыбкой обещала “подыскать что-то, если вы подскажите мне повод”, сообщала, что нашла чудесную мастерицу, которая будет делать, обновлять и ремонтировать веера, рекомендовала “попробовать вот те чудесные корзиночки с фруктами”, держала в руках бокал вина, но почти не отпивала из него. Ей нужна была трезвая голова.

- Дорогая Лидия, вы как всегда умеете удивлять, - высокий темноволосый мужчина в идеально сидящем костюме подошел, галантно поцеловал ей руку.

- Граф Алвин, - улыбнулась в ответ вэя Глейб. - Рада, что вы пришли.

Откровенно говоря, Лидия немного лгала. Граф Алвин Морроу настойчиво ухаживал за ней, и даже сделал предложение о замужестве, на которое получил отказ. Не то чтобы он не нравился девушке, просто… Она не понимала, что ему нужно. Знатный, богатый, молодой. Зачем ему купчиха?

А еще Лидия прекрасно понимала, что эти дамы, которые вежливо улыбаются ей сейчас, пока она хозяйка лавки, ни за что не примут ее в свой круг, стань она графиней. Из “милой девочки”, “дорогой Лидии” и “спасительницы бала” она превратится в выскочку, которая слишком широко разинула рот на чужой пирог.

Но и портить отношения и прерывать общением с одним из аристократического круга было себе дороже. Вот и приходилось улыбаться настойчивому ухажеру, который и после отказа продолжал оказывать ей ненавязчивые, но более чем очевидные знаки внимания.

Вечер шел своим чередом. В какой-то момент Лидия ненадолго ускользнула в дом. Просто перевести дыхание. Слишком много аристократов на одной территории.

Она стояла у окна и задумчиво наблюдала за происходящем в саду. Кажется, пока никто не хватился хозяйки. Ну и хорошо, есть время прийти в себя.

Завтра много дел. Вечером в порт все же прибыл торговый корабль, который вообще-то ожидали три дня назад. Так что придется особенно тщательно перебирать товар, который с него доставят — как знать, почему судно задержалось. Может, трюм затопило! А ткань морскую воду не терпит!

Интересно, утром привезут или ближе к обеду. Хорошо бы первое, тогда спокойно можно будет перебрать, не спеша, при дневном свете, делая перерывы при необходимости. Но зато если товар поступит позже, можно будет самой приветствовать первых посетителей! Они любят такое отношение.

- Моя дорогая, вы снова думаете о делах? - раздался за спиной бархатистый тон Алвина.

- Как всегда, граф, - постаралась изобразить Лидия как можно более приветливую улыбку.

- Вы слишком много трудитесь! Прошу вас, сегодня просто насладитесь праздником.

“Вот и как нам с вами строить семью, если вы не понимаете очевидных вещей. Особенно то, что сегодняшний праздник — часть тех самых дел. И отдыхать на нем для меня — непозволительная роскошь”, - мелькнула мысль.

Но девушка только вежливо кивнула.

- Конечно, давайте вернемся. А то как бы гости не заскучали без хозяйки.

Поставщик явился на следующий день почти к вечеру, когда обозленная до крайности Лидия готова была уже отправить кого-нибудь в порт. Или даже поехать туда самой!

Сегодня она точно не успеет осмотреть весь товар! А ведь на носу бальный сезон! И несколько свадеб намечается. Некоторые дамы еще вчера подходили и осторожно спрашивали, нет ли у нее чего-то “особенного”. Лидия мило обещала каждой, что подберет все лучшее и пришлет записку с приглашением.

- Ох, вэя Лидия, простите за опоздание, - невысокий, плотный Клод, обладатель веселой улыбки и хитрых глаз, вообще-то был партнером надежным, и жаловаться на него было грешно. Но сегодня очень хотелось. - Ни за что больше не буду обращаться в эту транспортную компанию. Сначала в каждом порту задерживались — и всякий раз, надо признаться, из-за капитана — потом путаница началась с бумагами. Еле вырвал из их наглых лап ваш товар! Между прочим, честно купленный, со всеми пошлинами оплаченными, - он потряс папкой с документами.

Лидия кивнула. Ну в конце-концов правда не Клод кораблем командовал, не от него прибытие в порт зависело. Вот только…

- А потом? - прищурилась она. - Я-то знаю, корабль еще вчера на якорь встал.

- Тысяча и одно извинение, вэя Лидия, - Клод картинно прижал руки к сердцу, изображая, как тяжело ему от осознания, что он чуть не подвел свою лучшую заказчицу. - Пришлось решить пару срочных дел. Я-то тоже ожидал, что прибуду раньше. Парни, заносите!

Двое мужчин начали споро вытаскивать из крытой повозки рулоны ткани.

- В зал несите, - крикнула Лидия. - Там вас Анна встретит, покажет, куда.

Клод снова заулыбался.

- Ох, вэя Лидия! Как же мне повезло с заказчицей! Спокойная, понимающая! Всегда выслушаете, всегда поддержите…

- Успокойся, Клод. Лучше тебя с моими заказами все равно никто не справляется.

- Вы льстите мне, вэя Лидия! Но все же позвольте мне в знак своей признательности сделать вам небольшой подарок.

Подарок? А вот это интересно. Вряд ли скидка — Клод своего не упустит. Хотя, может, нашел какие-то новые кружева, или бусины необычные и привез показать? Было бы здорово еще чем-то удивить высший свет!

- Позволяю! - улыбнулась Лидия, предвкушая. Она обожала сюрпризы и сейчас обрадовалась бы чему угодно.

- Эй, ушастый, поди сюда, - обернулся к повозке Клод.

Ткань зашевелилась и на мостовую выпрыгнул стройный мужчина с длинными белоснежными волосами и бледной кожей. На солнце блеснули камни в его ошейнике.

Раб подошел к Клоду и встал чуть позади, опустив глаза. Руки у него были пусты. Да нет, не может быть!

- Вот, вэя Лидия! Вчера выгодно купил партию рабов, потому и задержался. Теперь везти перепродавать дальше. А этот почти даром достался, буквально, вы подумайте, “в благодарность постоянному покупателю”. Ну я и подумал, может, вам сгодится. Тихий, расторопный, вроде соображает. А руки-то всегда в вашем деле нужны.

Все же может! Нет, Клод совершенно сошел с ума! Ни она, ни ее родители рабов никогда не держали и начинать не планировали. Нужно вежливо отказаться. И тут эльф чуть поднял голову, и слова протеста застряли в горле.

Он был… странным. Нет, не уродливым, просто далеко не столь красивым, какими обычно бывают эльфы. Глаза разного цвета — почти черный и ярко-синий, чуть длинноватое лицо, чуть тонковатые губы. Приятный, но не более того. Несколько шрамов на щеке, параллельных, видимо, слишком сильно ударили плетью, рассеченная бровь. И не стройный он вовсе, а исхудавший! Да уж, неудивительно, что такого отдавали за бесценок. Откровенно говоря, ошейник на нем, из хорошей кожи, инкрустированный полудрагоценными камнями, вероятно, и то стоил дороже.

Конечно, она может отказаться от столь щедрого предложения, вот только… Что станет делать Клод с этим эльфом? Себе не оставит, в его работе нужны сильные, крепкие руки, а этот парень просто упадет после того, как перетащит пару-тройку тяжеленных тюков. Значит, перепродаст. Дешево. И попадет парень или в шахту, или еще в какое-нибудь не менее неприятное место. Жалко.

Лидия, конечно, была женщиной взрослой, в высшую справедливость не особо верила и прекрасно понимала, что работорговля и рабовладение — важная часть экономики, и бороться против устоявшихся традиций не стремилась и не собиралась. Но одно дело — знать, что в Лейне есть рабы, и совсем другое — смотреть в глаза невольнику и решать его судьбу.

Ладно, в конце-концов, Клод прав. Можно первое время поручить ему помогать прислуге. Та же Анна обижать парня не станет, а там подумает.

Она еще раз задумчиво изучила лицо эльфа. Немного откормить, а остальные якобы изъяны можно будет обыграть. Сшить черно-синюю ливрею, волосы чуть завить и красиво собрать, и пусть подает дамам, пришедшим в “Обитель моды” шампанское и фрукты. А можно еще полумаску на него надеть, чтобы была интрига.

- Вэя Лидия, - позвал Клод.

Ох, надо же, задумалась!

- Прошу прощения, Клод, вчера был непростой день, - она улыбнулась. - Ну да вы и сами наверняка уже в курсе. Благодарю за столь необычный подарок. Уверена, я придумаю, как сделать так, чтобы он был мне полезен.

Клод расплылся в улыбке и поспешил откланяться. Как раз работники успели все ткани перетащить.