Солнце здесь, на задворках Солнечной системы, казалось всего лишь ярчайшей звездой в черном небе, усеянном яркими, немерцающими россыпями звёзд, холодными иглами покалывающими глаза.

«Полярис» плыл по орбите высоко над унылой плоской заснеженной равниной. Только снег здесь был метановым. До самого горизонта не было видно никаких гор, скал, расселин, кратеров, возвышенностей или иных крупных деталей рельефа. Азотный лёд полностью «затопил» все неровности поверхности изо льда водяного.

— Две минуты, и снова будем проходить над Городом, — сообщила Лита, бортовой вирт-интеллект. — Дроны готовы к запуску.

— Нет, — Сьюзен Вонг не отводила напряженного взгляда от изображения поверхности планетоида на обзорном эйдодисплее. — Отставить дроны. Мы пойдем к Городу на челноке.

— Сюзи, это неразумно, — осторожно заметил Руф, теребя себя за седую бороду, и в его голосе сквозило едва различимое раздражение.

Он парил в невесомости над спинкой кресла Сьюзен, потягивая через трубочку горячую шаллу из герметичной ёмкости.

— Предлагаю провести разведку зондами, как предусмотрено протоколами. Мы не знаем, что там может нас ждать. Есть ли там жизнь? А если есть, то насколько она будет враждебна?..

—Верь мне, Город не враждебен, — фыркнула Сьюзен.

— Но… Откуда ты знаешь?

Сьюзен упрямо сдвинула брови:

— Руф! Не забывайся! Это мой корабль, и я решаю, что и как мы предпримем…

Руф неодобрительно покачал головой.

— Откуда ты знаешь, что не враждебен? Как ты вообще узнала про этот планетоид? В Койпере огромное количество тел, но ты…— он повернулся вокруг своей оси в пространстве и оказался лицом к лицу с Сьюзен. — Ты уверенно вывела нас именно к этой планетке, которая не значится ни в одном из каталогов. Она обращается под очень большим углом к эклиптике, возможно, она вообще не из нашей системы, а была некогда захвачена Солнцем. Поэтому её и не обнаружили ранее.

Руф пристально посмотрел ей в глаза:

— Откуда ты знала о ней?

— Я не обязана отчитываться перед тобой, — Сьюзен сжала губы. — Мне не до этого, поверь! Сейчас… Мы снова увидим его… Город!

Её глаза возбужденно блеснули.

На краю огромного разлома в коре планеты, бездны, залитой мраком, возвышались чёрные циклопические башни, достигавшие, согласно данным радара, нескольких сотен метров в высоту. Больше всего они напоминали чудовищные термитники — ни одной ровной линии, ни одного прямого угла. Эти сооружения словно бросали вызов всем человеческим представлениям о геометрии. И вместе с тем в них чувствовалось проявление Разума, хоть и чуждого людскому.

— Это не может быть творением человеческого разума, — пробормотал Руф. — Это не наше... чужое. Абсолютно чужеродное!

Чёрные башни приковывали взгляд. Руф вдруг почувствовал, что он не в состоянии отвернуться, отвести взгляд. Странное оцепенение охватило его. Липкий, отвратительный холодок страха пробрал до костей.

Но куда больше жутких башен его страшила бездна, на краю которой возвышался Город. Она казалась чудовищной раной в теле планетоида.

Огромным усилием воли Руф отвёл глаза от эйдодисплея.

— Сюзи, — сказал он хрипло, пытаясь совладать с бешено колотящимся сердцем. — На твоем… на нашем… месте я бы держался от этого подальше! Жуть какая! Все эти технологии пришельцев и их выгоды… Я бы предпочел оказаться за тридцать астрономических единиц отсюда, лишь бы…

— Они прекрасны! — Сюзи прервала его, разглядывая гигантские башни со странной улыбкой.— Какие миллионнолетние тайны они хранят?

— Мне плевать. Лучше нам этого никогда не узнать, — проворчал Руф. — Я бы стартовал к Земле немедленно, стёр все записи и навечно забыл об этом, как о ночном кошмаре. Нечего нам тут делать.

Его изо всех сил тянуло вновь взглянуть на Город, но он отчаянно боролся с собой.

— Я здесь командую, — жёстко сказала Сьюзен. — Это величайшее открытие в истории человечества, и мы обязаны исследовать Город.

— Окей, вы босс, мисс Вонг, — буркнул Руф.

Сьюзен Вонг. Дочь мультимиллиардера Жака Вонга, у которого Руф служил пилотом долгие годы. Он помнил маленькую Сюзи с детства. А потом учил юную девушку мастерству космических полетов.

Жак просил его: «Береги Сюзи. Я доверяю её тебе». Руф привязался к смышлёной девушке, которая с детства бредила космическими полетами, мечтала об изучении далёких миров. Он относился к ней почти как к собственной дочери, которую … Которую отнял у него космос.

А потом был построен «Полярис», отданный отцом в полное распоряжение Сьюзен, вместе с его небольшим экипажем.

Челнок отделился от «Поляриса». Беззвучно вспыхнули дюзы, уводя его от корабля. На обзорном эйдодисплее промелькнул цилиндр командно-жилого модуля, шаровидные баки с рабочим телом, кольца ускорителей, лепестки радиаторов, ажурная решетчатая труба глюонного двигателя.

Маленький кораблик, дистанционно управляемый Литой, нырнул к планете, к грандиозному и мрачному Городу.

Башни вблизи просто подавляли размерами. Челнок казался мошкой рядом с этими громадами.

— Лита, переключи управление челноком на меня, — приказала Сьюзен Вонг, сидевшая в кресле пилота.

— Ручное управление активировано, — тут же отозвался виртуальный интеллект.

В соседнем ложементе вытянулась Анита, молодая девушка в пятнистых камуфляжных шортах, черной майке, дурацкой вязаной шапочке на бритой голове и в перчатках без пальцев. Она жевала жвачку и мотала головой в такт только ей слышимой музыке, передаваемой компьютером непосредственно в слуховые центры мозга.

Руф, занимающий один из пассажирских ложементов в тесной кабине челнока, завороженно разглядывал циклопические строения. Страх не отпускал его, ледяными пальцами сжимая сердце.

«Нам тут не место, — мысль, смутно тревожащая его с самого появления у планетоида, испугала своей отчетливостью. — Надо убираться, пока…».

Челнок обогнул по нисходящей спирали центральную башню, которая была заметно выше остальных, на миг завис над заледеневшей поверхностью, освещая её лучами прожекторов, и опустился у подножья гигантского строения.

— Сюзи… В одиночку мы ничего не сделаем. Тут нужна серьезная научная экспедиция, специалисты, оборудование Что мы тут сможем? Мы муравьи, рядом с этим… У нас даже нет приличных приборов.

— Одеваем скафандры, — перебила Сьюзен. — Хватит ныть.

— И что дальше? Ну, выпремся мы на поверхность…

— Мы пойдем в башню, — Сьюзен упрямо сжала губы.

Руф изумлённо уставился на неё.

— Ты это серьезно? А как мы туда проникнем?

— Я знаю, как. Знаю, где вход.

— Откуда?

— А откуда я узнала об этой планете? — деланно рассмеялась Сьюзен, и в её смехе Руфу послышались нотки… безумия?.. — Я видела это… во снах. Сотни раз…

Руф покачал головой.

— Мне это не нравится, Сюзи. У меня от этого места мороз по коже. Лучше нам убраться отсюда подобру-поздорову. И я отвечаю за тебя перед твоим отцом…

Сьюзен презрительно фыркнула, передернув плечами.

Руф тяжело вздохнул, но тем не менее направился через крохотный тамбур, ведущий из кабины на корму челнока, к шлюзовой камере.

— Я выхожу первым, — сообщил он тоном, не терпящим возражения. — Затем ты. Анита остаётся на челноке и поддерживает связь с нами и «Полярисом».

Старый космонавт привычно влез в тяжелый скафандр, надел и загерметизировал шлем, нацепил на пояс и ботинки дополнительные утяжелители для ходьбы в условиях низкого тяготения. Мигнули огоньки тестирования систем. Насосы откачали воздух из шлюза. Руф ткнул ладонью в перчатке в большую кнопку шлюзовой камеры. Внешняя массивная панель люка медленно опустилась вниз, став парапетом. Руф включил нашлемный прожектор и видеокамеру. Осторожно ступил на лед. Люк за ним закрылся.

Ему стало еще неуютнее. Вокруг замёрзшая пустыня. Почти в зените висел крохотный бледный серп одной из трех лун этой крохотной планетки, затерянной глубоко в Поясе Койпера.

Черная башня нависала над Руфом чудовищной громадой, столь невообразимо огромной, что разум отказывался воспринимать её размеры.

Вновь опустилась панель внешнего люка, и из шлюза показалась Сьюзен в оранжевом скафандре.

— Проверка связи. Сюзи, слышишь меня?

— Слышу тебя хорошо, — ответила та.

— Анита, слышишь?

— Норма, — отозвалась девушка из челнока.

В этот момент поверхность планеты содрогнулась под ними. Толчок был сильным, но Руф удержался на ногах, а Сюзи, медленно, как во сне, упала на колени, но тут же поднялась.

Тектоническая активность? Здесь? В этом мертвом замёрзшим мире? Впрочем, что-то же раскололо ледяную кору планетки, создав этот чудовищный разлом…

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Руф.

— Нормально, — сказала Сьюзен. — Что за ерунда?

— Может, все-таки свалим отсюда? — голос Руфа выдавал его тревогу.

Она не ответила. Передвигаясь небольшими прыжками, Сюзи направилась к основанию башни. Руф сцепил зубы и последовал за ней.

Черная поверхность блестела в лучах прожекторов. Камень-не камень, металл-не металл.

Взять бы на анализ вещество… Но Руф был почему-то уверен, что даже плазменный резак окажется неспособен отделить даже крохотную толику этой субстанции.

Они ступили в глубокую, залитую тьмой нишу, под своды громадной арки.

Сьюзи прижала руки к черной поверхности. Неожиданно по участку стены пробежала рябь, как по густой тёмной жидкости. Затем участок стены словно бы пошел волнами и растаял, открывая проход в недра башни.

Лучи прожекторов, направленные в проход, терялись во мраке.

— Идём, — решительно сказала Сьюзен.

— Анита, мы входим, — сообщил Руф на челнок.

— Будьте внимательны! — отозвалась Анита.

Сьюзен уверенно шагнула во тьму.

— Чистой воды безумие — соваться сюда! — Руф вошёл за ней, озираясь. Луч прожектора плясал по черным стенам.

— Нам здесь ничего не угрожает… — В голосе Сьюзен слышались радостные нотки.

Руф сжал губы:

— Откуда ты знаешь? Снова сны?

— Я часто видела это место во снах… с детства. Оно звало меня…

Руфу решительно не нравились её слова. Не нравился странный, мечтательный тон её голоса.

Проход сомкнулся за спиной. А впереди открылся следующий. Это напоминало принцип шлюзовой камеры.

Извилистый овальный в сечении туннель, вел куда-то в недра гигантского «термитника». Луч фонаря натыкался на эбонитово блестящие черные стены, на которых фиолетовым свечением мерцали странные письмена, казалось, «всплывающие» из их толщи.

Анализатор сообщил, что в отличие от почти полного вакуума снаружи тут существовала атмосфера из азота и почти земное давление, хотя дышать было нельзя — отсутствовал кислород, зато наличествовали ядовитые примеси.

Каждый шаг-прыжок при местном слабом тяготении приходилось рассчитывать, чтобы не биться шлемами о своды туннеля. Утяжелители, конечно, помогали, но всё же…

На Руфа навалилось какое-то давящее чувство. Будто эта громада, в чрево которой он заполз, словно муравей, физически давила на него всей своей чудовищной массой.

И было ещё чувство чьего-то пристального враждебного взгляда, словно некто злобный и могущественный смотрел ему прямо в душу.

Едва они углубились в туннель, связь с челноком прервалась. Анита не отвечала на вызовы, просто не слышала их. Телеметрия и сигналы позиционирования не проходили. Руф и Сьюзен теперь были полностью отрезаны от внешнего мира.

Руфу чудился тихий шёпот тысяч неразборчивых голосов в голове, перемежающийся щелчками и стрекотом. Казалось, какие-то насекомые пытаются говорить, подражая людям. Эти голоса словно звали его.

Чем дальше они углублялись в башню, тем сильнее и отчётливее становился этот мерзкий хор в голове.

— Сюзи, ты ничего не слышишь?

— Слышу. Я всегда слышу…

Туннель полого понижался, уводя все глубже в недра башни. Он разделялся, ветвился. Сьюзен уверенно выбирала направление.

— Куда мы идём? — Руф тревожно озирался.

Огромным усилием воли он не давал панике полностью овладеть собой.