Ведьма в отпуске: Мой (не) случайный сосед
София Устинова

— Неделя. Мы просто делим крышу над головой, — напомнил он. — Ты не лезешь в мои дела, я — в твои.
— Отлично. А что, если я нарушу правила? — не особо хотелось, но уточнить стоило.
— Тогда, ведьма, ты заплатишь. И поверь, цена тебе не понравится. Хотя… процесс взыскания долга может оказаться весьма увлекательным.
— А если ты нарушишь?
— Тогда я позволю тебе взыскать с меня долг...
Я сбежала на край света, чтобы забыться. А нашла его. Каэлан Астреус. Демон, чьё присутствие — пытка и искушение одновременно. Наше вынужденное соседство — это война нервов, сарказма и зашкаливающего притяжения. Он что-то ищет на этом Утёсе, и я случайно встала у него на пути. Теперь мне предстоит выяснить, что опаснее: его враги или он сам.

====================

ПРОЛОГ

ЛИРА
— Хочу, чтобы она гнила заживо.
Слова упали на полированную столешницу тяжёлыми, грязными камнями. Сидящая напротив меня женщина идеально держала спину. Чёрный шёлк платья, бриллианты в ушах, безупречная укладка. Вдова, похоронившая мужа полгода назад и только вчера узнавшая, что всё состояние отписано его молодой любовнице.
— Вы обратились не по адресу, Инга, — я сдвинула по столу пухлый конверт, который она положила минуту назад. — Я не навожу порчу. Не проклинаю на смерть. Я эмоциональный чистильщик. Могу убрать вашу боль, могу приглушить ревность. Но гноить людей заживо — это к некромантам в Нижний район.
Инга подалась вперёд. Идеальная маска скорбящей аристократки дала трещину. Лицо исказилось, обнажив пульсирующую, уродливую ненависть.
— Я плачу тройной тариф, Вейда.
Она вытащила из сумочки ещё один конверт и швырнула поверх первого.
— У этой дряни через месяц свадьба. С моим адвокатом. Я хочу, чтобы она стояла у алтаря и теряла волосы, зубы и рассудок. Сделай это. Ты же ведьма.
Воздух в моём кабинете стал тяжёлым, липким. От женщины несло прогорклым отчаянием и жаждой мести — самым мерзким коктейлем, который только существует в природе. Этот запах оседал на языке вкусом ржавчины.
Я закрыла глаза, массируя виски. Головная боль, не отпускающая меня последние три недели, пульсировала в такт тиканью настенных часов.
Мой взгляд упал на собственные руки. Бледные, с проступающими синими венами. На левом запястье, под широким серебряным браслетом, привычно дёрнуло тупой, ноющей болью.
— Заберите деньги, — я поднялась, опираясь ладонями о стол. Ноги дрожали от слабости. — Сеанс окончен.
— Ты не смеешь мне отказывать! — Инга вскочила, опрокинув стул. — Я знаю, на что ты способна! Все знают, что после тебя люди превращаются в пустые оболочки!
— Вон.
Я вложила в это короткое слово каплю силы. Самую малость, чтобы её собственная злоба отскочила от моих щитов и ударила её же по нервам. Инга поперхнулась воздухом, судорожно схватила свою сумку и вылетела за дверь, даже не забрав конверты.
Хлопок входной двери прозвучал в тишине квартиры, как пистолетный выстрел.
Я рухнула обратно в кресло. Дышать было невыносимо тяжело. Я потянулась к графину с водой, но пальцы дрогнули, и стакан, соскользнув со столешницы, разлетелся вдребезги.
Осколки брызнули на паркет.
Я тупо уставилась на них. Убирать не было сил. Жить, честно говоря, тоже.
Правой рукой я стянула широкий браслет с левого запястья.
Там, где кожу покрывала сложная татуировка в виде переплетённых ветвей полыни и чертополоха, расползалось уродливое тёмное пятно. Оно не было похоже на синяк. Тьма жила прямо под кожей, пульсируя в такт ударам моего сердца.
Тёмная Метка.
Ошейник. Поводок. Паразит.
Можно называть как угодно, суть от этого не менялась. Адриан Ласк оставил на мне свою грязную подпись.
Память тут же подкинула картинку, от которой к горлу подступила тошнота. Полумрак его роскошного кабинета. Его холодные, уверенные пальцы на моей руке. Его бархатный, проникающий прямо в мозг голос: «Ты слишком сильная, чтобы тратить себя на неудачников, Лира. Я дам твоей магии правильное русло. Ты будешь принадлежать мне».
Маг-менталист, решивший, что независимая ведьма — отличное дополнение к его коллекции артефактов. Я отбилась тогда. Выжгла ему половину кабинета, едва не спалила собственный резерв и сбежала.
Но он успел оставить Метку.
И теперь она методично, день за днём, выпивала мою магию. Жрала мои силы. Превращала меня в бледную тень той ведьмы, которой я когда-то была. Я выгорела. Я больше не могла чистить чужие ауры, потому что мне не хватало сил очистить собственную.
В прихожей сухо тренькнул звонок.
Я вздрогнула. Клиентов на сегодня больше не было. Друзей, которые могли бы зайти без предупреждения, я давно растеряла.
Поднявшись, я тяжело побрела по коридору. Глянула в глазок.
По ту сторону двери стоял человек в безупречной серой ливрее курьерской службы. Но его пустые, стеклянные глаза выдавали в нем голема-посыльного. Дорогое удовольствие. Очень дорогое.
Я приоткрыла дверь, оставив её на цепочке.
Голем молча протянул плотный кремовый конверт с тиснёным гербом.
— Для госпожи Вейды. Лично в руки.
Его голос скрипел, как несмазанные петли.
Я не стала открывать дверь шире. Просто просунула пальцы в щель и выхватила письмо. Голем тут же развернулся и зашагал прочь по лестнице, чеканя шаг.
Закрыв дверь на оба замка и задвинув щеколду, я прислонилась к ней спиной.
Конверт был тяжёлым. Пах сандалом и властью. Запах Адриана.
Пальцы сами собой надорвали плотную бумагу. Внутри оказался один-единственный лист дорогой бумаги.
«Надеюсь, ты уже достаточно поиграла в независимость, Лира. Метка голодает. Я чувствую это. Как чувствую и то, что твои щиты почти рухнули.
В эту пятницу за тобой приедет машина. Пора возвращаться домой. Я подготовил для тебя идеальные условия. Ты ведь не хочешь, чтобы твой резерв выгорел дотла, оставив тебя калекой?
До встречи, моя дикая девочка.
А.Л.»
Бумага вспыхнула прямо в моих руках. Я не читала заклинаний, просто ярость на долю секунды пробила блокировку Метки, выплеснувшись сырым огнём. Пепел осыпался на пол, смешиваясь с грязью от уличной обуви.
— Пошёл ты к демонам в пекло, Ласк, — прохрипела я в пустой коридор.
Я шагнула обратно в гостиную, совмещённую с лабораторией.
Взгляд заметался по полкам. Десятки склянок. Сушёные травы. Зелья забвения, эликсиры спокойствия, настойки от чужой зависти. Вся моя жизнь, расфасованная по бутылочкам. Вся та грязь, которую я перерабатывала годами, пока она не начала перерабатывать меня.
Всё это не имело смысла.
Если в пятницу Ласк пришлёт своих людей, у меня не хватит сил отбиться. Метка выпьет остатки моей магии при первой же попытке атаковать. Я стану его личной батарейкой. Рабыней в золотой клетке.
Слепая, горячая паника ударила в голову.
Я схватила со стола ступку из тяжёлого камня и с размаху швырнула её в стеллаж.
Звон бьющегося стекла оказался оглушительным. Разноцветные жидкости хлынули по деревянным полкам, смешиваясь в невообразимую, смердящую лужу. Запахло жжёной полынью, сладкой гнилью и спиртом.
Туда полетела пустая чашка. Книга записей. Весы.
Я громила собственную лабораторию, уничтожая любые следы своей работы. Я не оставлю ему ничего. Ни единого зелья. Ни единого волоска.
Остановилась я только тогда, когда дыхание окончательно сорвалось в хрип, а руки затряслись так, что я не смогла поднять с пола уцелевший флакон.
Тишина обрушилась на квартиру, прерываемая лишь моим тяжёлым дыханием и тихим капаньем зелий с разрушенных полок.
Бежать.
Мне нужно место, где он меня не найдёт. Где его магия не сможет отследить Метку. Где нет людей, чьи эмоции будут давить на мою воспалённую ауру. Место с такой плотной природной магией, которая заглушит мой след.
Я бросилась к ноутбуку, валяющемуся на диване. Откинула крышку. Пальцы застучали по клавиатуре, оставляя на пластике кровавые отпечатки от пореза на ладони — даже не заметила, когда успела пораниться.
«Магическая изоляция. Курорты. Абсолютная анонимность».
Поисковик выплюнул десятки рекламных ссылок. Всё не то. Дешёвые пансионаты с картонными щитами.
Я вбила новый запрос.
«Лазурный Утёс».
Закрытый санаторий. Нейтральная территория. Место, построенное на древнем геологическом разломе, где ткань между мирами настолько тонка, что фоновая магия сводит с ума слабаков, но надёжно прячет тех, кому нужно исчезнуть. Управляет местом древний сатир Силенус, который плевать хотел на законы людей и магов.
Я открыла сайт. Белоснежные виллы, вгрызающиеся в скалы. Бескрайнее море. И надпись, от которой заныло сердце: «Гарантия полного покоя. Никто не пройдёт за Покров без личного приглашения Хранителя».
Цены были астрономическими. Цифры с таким количеством нулей, что рябило в глазах.
Я открыла вкладку бронирования.
Свободных вилл не было. Всё расписано на год вперёд.
Отчаяние сдавило горло. Я ударила кулаком по столу.
— Давай же… — прошипела я, раз за разом обновляя страницу. — Кто-то же должен был отказаться. Кто-то должен был сдохнуть, передумать, разориться!
Экран мигнул.
В самом низу списка, подсвеченная зелёным, появилась одна свободная позиция.
Вилла «Морской Бриз». Крайняя на утёсе. Бронь отменена минуту назад. Свободна на месяц.
Я не думала ни секунды. Пальцы вбили данные. Оплата.
Система запросила подтверждение. Сумма на экране списывала под ноль все мои сбережения, всё, что я откладывала на покупку дома за городом. Всю мою финансовую подушку безопасности.
К черту. Если я останусь, мне не понадобятся деньги.
Клавиша «Enter» щёлкнула под пальцем.
На экране закрутился символ загрузки. Сердце бухало в ушах.
«Обработка платежа…»
Внезапно экран пошёл рябью. Изображение исказилось, цвета померкли, сменившись резким красным фоном.
«ВНИМАНИЕ. ОШИБКА СИСТЕМЫ #777».
Я перестала дышать. Только не это. Только не сейчас.
Строчки кода побежали по экрану сверху вниз, слишком быстро, чтобы их прочитать.
«Внешнее вмешательство в контур бронирования. Инициализация протокола слияния.
Запрос: Лорд Астреус.
Статус: Приоритет высшего уровня.
Наложение брони подтверждено».
Экран снова моргнул и вернулся к привычному спокойному дизайну.
Посреди экрана горела крупная зелёная галочка.
«Бронирование подтверждено. Вилла "Морской Бриз". Оплата прошла успешно. Добро пожаловать на Лазурный Утёс, госпожа Вейда».
Я выдохнула, откидываясь на спинку дивана.
Какая-то ошибка. Сбой системы. Приоритет? Плевать. У меня есть подтверждение. У меня есть оплаченный чек. Если кто-то попытается оспорить мою бронь, я выцарапаю ему глаза. Я купила себе месяц свободы, и никто у меня его не отнимет.
Ноутбук выскользнул из рук, упав на пол.
Напряжение последних часов, выброс адреналина и яд Метки, активировавшийся после письма Ласка, накрыли меня удушливой волной.
Темнота начала сгущаться по углам комнаты, подползая всё ближе.
Я закрыла глаза, проваливаясь в спасительное забытье.

----------